Арктика. История освоения Крайнего Севера. Большой иллюстрированный атлас - Иванов Д.В.

1.2 К ВОСТОЧНЫМ ПРЕДЕЛАМ МАТЕРИКА
Кочи для экспедиции
По морям Ледовитого океана

2.2 МОРЕПЛАВАТЕЛЬ ПЕТРОВСКОГО ПРИЗЫВА АЛЕКСЕЙ ЧИРИКОВ
На восточной окраине империи

На розыски Нового Света
Картограф открытых земель

2.3 ЭКСПЕДИЦИЯ «НИКОГДА ПРЕЖДЕ НЕ БЫВАЛАЯ»
От замысла до указа

4.1 ВЫДАЮЩИЙСЯ САМОУЧКА. ФЕДОР ЛИТКЕ
Встреча с морем

4.2 ЧЕТЫРЕ ЛЕТА В БАРЕНЦЕВОМ МОРЕ
Череда предшественников

5.2 ВДОЛЬ КРОМКИ ЛЕДОВИТОГО ОКЕАНА
Доказать делом

6.2 НА САМЫЙ КРАЙНИЙ СЕВЕР
Курс на полюс

ГЛАВА 7 К полюсу относительной недоступности

Автор: Иванов Д.В.

Теги: географические открытия путешествия экспедиционные исследования экспедиции история географии и географических открытий география атлас арктика освоение арктики

ISBN: 978-5-17-163426-1

Год: 2024

Похожие

Антарктида. История изучения ледяного континента. Большой иллюстрированный атлас

История открытия и освоения Арктики

Большой исторический путеводитель. Италия

Большая книга путешествий

Текст

Д.В. Иванов

ОТКРЫТИЯ И ИССЛЕДОВАНИЯ ЗАПОЛЯРЬЯ В КАРТАХ, СОБЫТИЯХ, ФАКТАХ

УДК 910.4(98)
ББК 26.8г(00)
И20

Все права защищены.
Любое использование материалов данной книги, полностью или частично,
без разрешения правообладателя запрещается
В оформлении издания использованы материалы,
предоставленные Shutterstock/FOTODOM.
Иллюстрации на обложке: Фотография «Дизель-электроход “Михаил Сомов”»
и материалы, предоставленные Shutterstock/FOTODOM.

И20

Иванов, Дмитрий Валерьевич
Арктика. История освоения Крайнего Севера. Большой иллюстрированный атлас /
Д.В. Иванов. — Москва : Издательство АСТ: ОГИЗ, 2024. — 160 с.: ил. — (Большой исторический атлас).
ISBN 978-5-17-163426-1
На географических картах Арктики можно встретить немало русских названий. Это
память о тех временах, когда наши соотечественники открывали один из самых суровых регионов Земли. Экспедиции россиян исследовали все северное побережье Евразии, обнаружили пролив между Америкой и Азией, побывали на Полюсе относительной
недоступности, работали на первых дрейфующих станциях…
Книга «Арктика. История освоения Крайнего Севера. Большой иллюстрированный
атлас» рассказывает о судьбах российских исследователей и их экспедициях. Читатель
узнает о путешествиях Семена Дежнёва, Витуса Беринга и Алексея Чирикова, о героях
Великой Северной экспедиции, о плаваниях Федора Литке, полярных исследованиях
Отто Шмидта, Ивана Папанина и Михаила Сомова.
Особенностью издания являются многочисленные иллюстрации. Страницы полевых
дневников, зарисовки художников, карты и фотографии донесут до читателя ритм экспедиционных будней прошлого.
Автор текста — журналист Дмитрий Иванов, много лет занимающийся изучением
истории географических открытий. Среди его публикаций по этой теме — статьи в журнале «Вокруг света» и книга «Великие географические открытия. Большой иллюстрированный атлас».
УДК 910.4(98)
ББК 26.8г(00)

ISBN 978-5-17-163426-1

О Г Л А В Л Е Н И Е
От автора . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .5
ГЛАВА

Между двух океанов

1.1 ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР. СЕМЕН ДЕЖНЁВ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 8
На службе у якутских воевод . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .9
В поисках новых земель . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .11
На Колыме . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .12
Между Азией и Америкой . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .14
Последние вояжи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .15
1.2 К ВОСТОЧНЫМ ПРЕДЕЛАМ МАТЕРИКА . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
Кочи для экспедиции . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .16
По морям Ледовитого океана . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .16
У берегов Чукотки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .17
Курс на Анадырь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .18
После кораблекрушения . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .19
ГЛАВА

Второе открытие Америки

2.1 РУССКИЙ ДАТЧАНИН. ВИТУС БЕРИНГ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 22
Плавание вокруг Чукотского носа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 23
Экспедиция в вечность . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .26
2.2 МОРЕПЛАВАТЕЛЬ ПЕТРОВСКОГО ПРИЗЫВА
АЛЕКСЕЙ ЧИРИКОВ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 28
На восточной окраине империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .28
На розыски Нового Света . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .32
Картограф открытых земель. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .32
2.3 ЭКСПЕДИЦИЯ «НИКОГДА ПРЕЖДЕ НЕ БЫВАЛАЯ» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 34
От замысла до указа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .34
Хлопоты капитан-командора . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .35
В объятьях тумана . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .36
Увидеть Америку и не умереть . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .37
Одиссея Беринга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .39
В тисках голода и болезней . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .40
Между отчаянием и надеждой . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .43
Школа выживания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .46
ГЛАВА

От Печоры до Чукотки

По замыслу Беринга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .50
Неудачное начало . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .50
Через льды Карского моря . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .51
Вокруг Ямала . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .52
В Обской губе . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .54
В устье Енисея . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .56
На штурм Таймыра . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .56
За 77-й параллелью . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .58
Смерть во льдах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .60
Стремясь на север . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .61
Гибель «Якутска» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .62
В Таймырских походах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .62
Хараулахская катастрофа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .64
К оконечности материка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .65
Неприступная Чукотка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .67

ГЛАВА

4 К берегам Новой Земли

4.1 ВЫДАЮЩИЙСЯ САМОУЧКА. ФЕДОР ЛИТКЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .72
Встреча с морем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .72
Первая кругосветка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .73
Капитан дальних плаваний . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .74
Во главе российской науки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .76
4.2 ЧЕТЫРЕ ЛЕТА В БАРЕНЦЕВОМ МОРЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 78
Череда предшественников . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .78
Полярная рекогносцировка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .79
У берегов Лапландии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .81
Все дальше на север . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .82
По пути домой. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .83
Новый сезон . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .84
В новоземельских проливах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .85
В шаге от гибели . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .87
Последняя попытка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .88
ГЛАВА

5 Северным морским путем

5.1 ЧЕЛОВЕК РЕНЕССАНСА. ОТТО ШМИДТ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .92
Главный полярник Советского Союза. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .95
Размышляя о Земле и Солнце . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .97
5.2 ВДОЛЬ КРОМКИ ЛЕДОВИТОГО ОКЕАНА. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 99
Доказать делом. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .99
«На горизонте — лед» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .101
По воле ветра и волн. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .105
На льдине . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .108
Крылья над лагерем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .114
ГЛАВА

6 В полярном дрейфе

6.1 НАЧАЛЬНИК АРКТИКИ. ИВАН ПАПАНИН . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .122
С мечтой о Севере . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .123
Во главе академического флота . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .126
6.2 НА САМЫЙ КРАЙНИЙ СЕВЕР . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .127
Курс на полюс . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .127
Ледовая вахта . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .130
Великолепная четверка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .133
К берегам Гренландии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .135
Экстренная эвакуация . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .138
ГЛАВА

7 К полюсу относительной недоступности

7.1 В ЛЕДОВОЙ РАЗВЕДКЕ. МИХАИЛ СОМОВ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .142
У полюсов Земли . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .147
7.2 ЗА ТАЙНАМИ СЕВЕРА . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .149
Дом на льдине . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .149
Наука и жизнь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .150
Летние хлопоты . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .152
Лед и пламя . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .153
Накануне полярной ночи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .153
Будни зимовки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .155
Через торосы и трещины . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .156
Итоги года . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .158

Послесловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .159

От автора
Почти 20% территории нашей страны расположено за Полярным кругом. Крайний Север — это
огромная ресурсная база, важная транспортная
артерия, «кухня» погоды едва ли не для всего
Северного полушария Земли. На протяжении столетий Арктика привлекала внимание россиян —
путешественников, исследователей, авантюристов, ученых, государственных деятелей. Поэтому
неудивительно, что значительная доля открытий,
сделанных в Заполярье, принадлежит нашим
соотечественникам. Книга, которую вы держите
в руках, не претендует на то, чтобы описать всю
российскую историю освоения Арктики. Такая
грандиозная задача под силу лишь энциклопедическому изданию. В этой книге представлены только
самые яркие, самые значительные эпизоды иссле-

дования Крайнего Севера. Среди них — открытие
пролива между Евразией и Северной Америкой,
изучение побережья Северного Ледовитого океана, первое сквозное плавание Северным морским
путем, первая научная дрейфующая станция…
Этим свершениям сопутствовали триумфы и трагедии, многочисленные опасности и огромный труд
первопроходцев, невероятные удачи и горькие
разочарования — все, чем богата история полярных экспедиций. Из этой книги вы узнаете о судьбах российских исследователей, открывавших
один из самых суровых и труднодоступных регионов Земли. Совершить путешествие в Арктику
читателю помогут многочисленные иллюстрации — карты, зарисовки и фотографии, сделанные
самими участниками экспедиций.

«…и носило меня, Семейку, по морю после Покрова Богородицы
всюда неволею и выбросило на берег в передней конец за Анадыр
реку»..
С. Дежнёв

ГЛАВА

Между двух океанов

1.1 ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР. СЕМЕН ДЕЖНЁВ . . . . . . . . . . . . . . . . 8
На службе у якутских воевод . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 9
В поисках новых земель . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 11
На Колыме . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 12
Между Азией и Америкой . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 14
Последние вояжи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 15
1.2 К ВОСТОЧНЫМ ПРЕДЕЛАМ МАТЕРИКА . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
Кочи для экспедиции . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
По морям Ледовитого океана . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
У берегов Чукотки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 17
Курс на Анадырь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 18
После кораблекрушения . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 19

Между двух океанов
1.1 ПОМОРСКИЙ ХАРАКТЕР. СЕМЕН ДЕЖНЁВ
Среди огромной череды русских землепроходцев, отправившихся покорять Сибирь и Заполярье, особняком стоит имя Семена Ивановича Дежнёва. Простой казак, к концу жизни дослужившийся до звания атамана, наперекор жестокостям своего века предпочитал действовать
не грубой силой, а стремился договариваться с людьми разного склада, иных взглядов, национальностей и веры. Во многом именно эти качества и позволили ему встать во главе экспедиции,
открывшей северо-восточные пределы Евразии.
Точные дата и место рождения
Семена Дежнёва не известны.
Часть историков называют его
выходцем из Великого Устюга.
Другие же склоняются к мнению, что родина землепроходца — одна из деревень на реке
Пинеге. Дело в том, что почти
все сведения о Дежнёве мы черпаем из его немногочисленных
челобитных и «отписок» (отчетов), направляемых в Москву.
В одном из таких документов
он хлопочет о своем племяннике, находящемся в Великом
Устюге. Это и дало повод исследователям считать, что и сам
Дежнёв родился в этом городе.
Однако, как замечают противники такой версии, в писцовых
книгах Великого Устюга XVII века
фамилия «Дежнёвы» не упоминается. А вот в документах XV–
XVII веков, имеющих отношение
к Пинеге, фамилия эта встречается неоднократно. Из них
следует, что Дежнёвым принадлежал земельный надел и двор
в Волокопинежской волости

Почтовая марка,
выпущенная к 300летию плавания
Семена Дежнёва

Двинского уезда. Весьма вероятно, что Семен Иванович Дежнёв
происходил из пинежских крестьян-поморов. Примерной
датой его рождения принято
считать 1605 год.
Вопрос о происхождении великого землепроходца еще предстоит решить историкам. Одно
несомненно — Семен Дежнёв
был выходцем с Русского Севера.
В этом краю, не знавшем крепостного права, жили свободные, предприимчивые и энергичные люди. Они владели разСкульптурный портрет Семена Дежнева
нообразными ремеслами, умели
обращаться с оружием, жить
в тайге, промышлять зверя, прекрасно знали мореходное дело,

имели огромный опыт плаваний
во льдах. Поэтому неудивительно, что Русский Север дал целую
плеяду выдающихся землепроходцев. После присоединения
Сибирского ханства к Русскому
государству многие поморы
устремились на восток, «встреч
солнца». В Сибирь двинулись
служилые, торговые и промышленные люди для «проведывания» новых «землиц», богатых
«мягкой рухлядью» (пушниной)
и «рыбьим зубом» (моржовым
клыком). Новые земли и живущие на них народы надлежало
привести «под высокую и крепкую государеву руку», а местное население обложить ясаЭто интересно

ЦИФРЫ И ФАКТЫ
В 1664 году Дежнёв обратился к царю с челобитной, в которой просил выплатить ему, неполученное за 19 лет службы жалованье.
В общей сложности казаку причиталось 126 рублей 6 алтын и 5 денег.
Сибирскому приказу, куда поступила челобитная, эта сумма показалась столь внушительной, что он не рискнул выдать ее самостоятельно. Для решения дела был составлен специальный доклад самодержцу. Выслушав все обстоятельства, царь повелел деньги Дежнёву
выплатить.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Панорама Великого Устюга из книги Корнелия де Бруина «Путешествие через Московию». Начало XVIII в.
Начальный лист «отписки» Семена
Дежнёва о походе на реку Анадырь

ком (данью), который взимался
с туземцев мехами. В XVII веке
«соболиная казна», поступавшая из Сибири, составляла восьмую часть доходного бюджета
Русского государства.
Мощное движение колонизаторов на восток не могли
остановить ни суровая природа, ни отчаянное сопротивление местных племен, не желавших покоряться пришельцам.
Поток переселенцев, искателей
приключений и авантюристов,
стремившихся попытать счастья
за Большим Камнем, как тогда
называли Уральский хребет, не
иссякал. С одной из таких миграционных волн в Сибирь прибыл
и Семен Дежнёв.
В 1 6 3 1 го д у с р е д и в о л ь ных людей на Тотьме, Пинеге,
Мезени, в Великом Устюге,
В о л о г д е , С о л ь в ы ч е го д с ке ,
Хо л м о го ра х б ы л о б ъ я в л е н
большой набор для службы
в Сибири. В Тобольск и Енисейск
тогда отправились 500 человек. Большинство исследователей считают, что Семен Дежнёв
попал в Сибирь именно с этим

набором. Известно, что он некоторое время служил в Тобольске,
затем был переведен в гарнизон Енисейска, потом оказался в Ленском остроге (Якутске)
в составе отряда боярского сына
Петра Бекетова, а вскоре перешел под начало боярского сына
Парфена Ходырева.

На службе у якутских
воевод
Первые документальные свидетельства о Дежнёве относятся
к 1638 году. В архиве Сибирского
приказа есть «покупочная книга»
за этот год, куда вносились сведения о «мягкой рухляди», приобретенной для государя атаманом Иваном Галкиным. В ней
имеется следующая запись: «…
куплено у служилого человека
у Семейки Дежнёва 4 соболя без
хвостов, дано государевой муки
27 безмен».
По прибытии в Якутск началась полная опасностей и лишений сибирская служба Дежнёва.
Первым серьезным испытанием,
выпавшим на его долю, стало
улаживание конфликта между
9

Между двух океанов
двумя местными племенами.
Летом 1640 года к атаману Ивану
Галкину обратились батуруские
якуты с жалобой на своих соседей, якутов Мегинской волости. Мегинцы совершили на них
набег, разграбили улусы и увели
скот. Понимая, что эти распри
легко могут перерасти в серьезные столкновения и грозят
задержкой в сборе ясака, Галкин
23 августа отправил разбираться
в деле Дежнёва с двумя другими
казаками. При этом атаман наказал своим людям быть очень
осторожными и «разделить их
(якутов. — Прим. авт.) без порчи,
без драки», применяя силу только в самом крайнем случае.
Дежнёву было также приказано
«у иноземцев (так русские назы-

вали коренное население. —
Прим. авт.) ничево не покупать
и с ними не торговать и иноземцом обид и насильства не чинить,
никоторово дурна не творить и к
ним, к иноземцам, напрасно не
приметываца». С весьма непростым заданием Дежнёв справился довольно быстро, примирив
противников, он уже через три
недели вернулся в Якутск.
В этом эпизоде впервые проявились замечательные качества
Семена Дежнёва — миролюбие,
умение и желание договариваться, выделявшие его среди основной массы землепроходцев,
постоянными спутниками которых были насилие и жестокость.
Успех Дежнёва обратил на
него внимание начальства.

Осенью ему поручили еще более
ответственное дело. За три года
до описываемых событий произошло восстание якутов, не
желавших признавать власть
московского царя и платить ясак.
Наиболее активными участниками восстания стали якуты кангаласского рода. Несколько сотен
якутов, разгромив союзника русских борогинского князца Логуя,
даже подступили к Ленскому
острогу. Восстание было подавлено, кангаласский род заплатил ясак и заключил с русскими
мир. Однако некоторые князцы отказались от примирения.
Среди них был и князец Сахей
Отнаков. Он убил двух казаков — сборщиков ясака и бежал
«в дальние места — Оргутцкую
Это интересно

СУДЬБА ОТКРЫТИЯ
Ни Дежнёв, ни его спутники, вероятно, не осознавали в полной мере важности совершенного ими открытия. Уровень географических знаний того времени не позволял этого сделать. Отчеты Дежнёва долгое время
лежали в архивах Якутска. Только в 1736 году академик Герхард Миллер, участник Второй Камчатской экспедиции Беринга, обнаружил эти документы. Он сразу понял их значение и тотчас сообщил о находке в СанктПетербург. Об этом свидетельствует запись в журнале Адмиралтейств-коллегий от 20 декабря 1737 года:
«Прислано от него ж Беринга рассуждение обретающихся тамо (в Якутске. — Прим. авт.) профессоров со учиненным известием, как прежде от Лены не токмо до Колымы реки, но и от иной обходя Чукотской нос до
Анадыря реки ход морем бывал».
Первое сообщение об открытии Дежнёва академик Миллер опубликовал в 1742 году в «Примечаниях к СанктПетербургским ведомостям». К тому моменту пролив между Азией и Америкой был заново открыт экспедицией Беринга. Долгое время считалось, что о походе Дежнёва мир узнал только после публикации Миллера.
Это не совсем так. Вне всякого сомнения, о плавании вокруг Чукотского носа было хорошо известно в Сибири.
Об этом свидетельствует целый ряд документов. Более того, известия об эпическом походе казаков добрались даже до Европы, что нашло отражение в работах ученых того времени. Так, в начале XVIII века в Сибири
жил и путешествовал плененный под Полтавой швед Филипп Табберт. В 1715 году, будучи в Тобольске, он
составил карту Сибири, изданную позже в Стокгольме. На ней напротив устья Индигирки сделана надпись:
«Отсюда русские, пересекая море, загроможденное льдом, который северным ветром пригоняет к берегу,
а южным — отгоняет обратно, достигли с громадным трудом и опасностью для жизни области Камчатки».
Еще более интересные сообщения содержатся в книге голландского картографа Николаса Витсена «Северная
и Восточная Тартария», которая издавалась в 1692 и 1705 годах: «Однажды 7 судов с московскими военными спустились по этой реке (Колыме. — Прим. авт.), чтобы обогнуть Ледяной нос, называемый также
Необходимый нос или выступ, но все погибли». Кроме того, Витсен публикует письмо, полученное им из
Архангельска: «Ваше благородие! Я говорил здесь с одним русским, который сообщил мне, что прошлую
зиму он видел в Москве казаков, бывших на охоте за соболями в самых отдаленных местностях Сибири.
Они обогнули на маленьком судне Ледяной мыс или самый восточный выступ, как это показано на Вашей
карте, и ехали 3 дня, пока добрались до конца выступа. Там шло очень сильное течение, так что им пришлось
держаться вплотную к берегу; но льда они не видели, ибо это было в самый разгар лета. Таким образом,
они обогнули мыс…». А на карте Витсена, изданной в Амстердаме в 1687 году и затем подаренной Петру I,
Чукотский полуостров совершенно верно показан с двумя выступами — первый из них это мыс Шелагский,
а второй, большего размера, — восточная оконечность Азии, ныне именуемая мысом Дежнёва. И хотя во
всех этих публикациях имеются неточности и ошибки, несомненно, что за основу сообщений взята реальная
информация о плавании Семена Дежнёва.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Якутск – гравюра голландского картографа Николаса Витсена. Конец XVII в.

волость». За ним в погоню
отправили служилого человека
Ивана Тимофеева Метлеха, но
и он погиб, попав в засаду, устроенную сыном Сахея. Разобраться
с непокорным «иноземцем» атаман Галкин отрядил Дежнёва.
Доподлинно не известно, как
действовал Дежнёв, однако
и этот его поход увенчался успехом, о чем он кратко сообщает в челобитной: «И я, холоп
твой, с того князца Сахея и с ево
детей и ево родников и с иных
Оргутцких якутов взял с ним твоего государева ясаку три сорока двадцать (140. — Прим. авт.)
соболей».

В поисках новых земель
По возвращении в Якутск
Дежнёв застал там необычай-

ное оживление — в острог прибыл письменный голова Василий
Поярков, чтобы набрать два
отряда служилых людей для
сбора ясака на недавно открытых реках — Яне и Индигирке.
Слухи о богатствах этих рек уже
добрались до Якутска, и желающих отправиться туда было немало. Подал челобитную и Дежнёв.
Оба отряда Поярков собрал
быстро. Один из них возглавил
Постник Иванов, он пошел на
Индигирку. Вторым, к которому примкнул Семен Дежнёв,
командовал Дмитрий Михайлов
Зырян, он двинулся на Яну.
В путь казаки отправились
зимой 1640 года. В верховьях
Яны они встретили «необъясаченных» якутов, которые
легко приняли русское поддан-

ство и согласились платить дань
в надежде обрести защиту от
воинственных соседей — юкагиров и ламутов. Первый же ясак
оказался внушительным — якуты
принесли русским 340 соболей и две чернобурых лисицы.
Весной Зырян отправил Дежнёва
с соболиной казной в Якутск, дав
ему в сопровождение трех казаков.
В Верхоянских горах на
маленький отряд Дежнёва
напали ламуты. Об этом сражении Дежнёв сообщал: «…едучи
в Якутцкой, встретя нас, холопей
твоих, на дороге ламутские тунгусы человек сорок и больше,
и с нами, холопами твоими, учинили бой; стреляли они по нас из
луков, а мы, холопи, стреляли по
них из пищалей». Дежнёв полу11

Между двух океанов
чил два ранения, но и сам в долгу
не остался: «…на том бою убил
у них лучшего мужика до смерти,
а иных тунгусов мы, холопи твои,
многих ранили».
Осенью 1641 года Дежнёв
отправился служить на реку
Оймякон в составе небольшого отряда под руководством
Михаила Стадухина. Перед отъездом на Оймякон Дежнёв подал
царю Михаилу Федоровичу челобитную, из которой мы узнаем о
семейном положении землепроходца — у него была жена якутка
Абакаяда и сын Любим.
Целью экспедиции на Оймякон
был сбор ясака и «проведывание» новых земель. Поначалу
все складывалось удачно. Казаки
получили с туземцев ясак, не
применяя насилия, а выменивая
соболей на привезенные с собой
товары, о чем Дежнёв сообщал:
«…взяли твоего, государева,
ясаку против прежнего с прибылью».
Однако вскоре положение
резко изменилось — пришедшие
с реки Охота ламуты численностью более 500 воинов напали
на отряд Стадухина, в котором
было всего 16 человек. И хотя
у казаков имелось огнестрельное оружие, а у ламутов только луки, казалось невозможным отбить нападение столь
многочисленного противника.
Вероятно, дело закончилось бы
гибелью отряда Стадухина, но
тут на помощь казакам пришли
местные якуты и тунгусы, неизменно враждовавшие с племенами ламутов. Из «отписки»
Семена Дежнёва: «И собрався
неясачные ламутские сот с пять
и больше, кони наши перестреляли и с нами, холопами твоими,
учинили бой, и мы, холопи твои,
с ними бились, из оружия стреляли, а ясачьи тунгусы и якуты за нас
стояли и по них из луков стреляли, и Божею милостью и твоим,
великого государя, счастьем, на
12

Это интересно
ПАМЯТНЫЕ ЗНАКИ
В 1948 году, к 300-летию легендарного плавания, были выпущены две
советские почтовые марки с изображением мыса Дежнёва. В 2009 году
марка с портретом Семена Дежнёва появилась на почтовом блоке,
посвященном истории российского казачества. Банк России в 2001 году
выпустил в обращение золотую монету достоинством 100 рублей из
серии «Освоение Сибири» в память об экспедиции Дежнева — Попова.
Еще одна монета номиналом 5 рублей «Из серии первопроходцы
земли Русской», посвященная Дежнёву, была отчеканена в 2013 году.

том бою убили мы, холопи твои,
тех ламуцких тунгусов 10 человек, а иных многих переранили,
а меня, холопа твоего Семейку,
на том бою ламуцкие тунгусы
стрелой ранили в правую ногу
в стегно...»
В этом бою казаки потеряли
почти всех лошадей. Оставаться
на месте не имело никакого смысла, но и возвращаться
в Якутск с небольшим ясаком
Стадухин не хотел. Двух казаков на уцелевших лошадях
отправили с добычей в Якутск,
а сами построили коч и пошли
на нем вниз по Индигирке
для поиска «неясачных землиц». Сплавившись до устья
Индигирки, отряд Стадухина
вышел в море и, пройдя на восток, достиг реки Алазеи. Здесь,
в низовьях Алазеи, казаки встретили отряд Дмитрия Зыряна,
который пришел в эти места чуть
ранее. Отношения между служилыми людьми, соперничавшими
в сборе ясака, часто бывали весьма недружелюбными, а нередко

и просто враждебными, иногда
доходило и до прямых столкновений. И здесь вновь пригодилось искусство Дежнёва вести
переговоры — именно он отправился на встречу с Зыряном. Из
челобитной Семена Дежнёва:
«...Ходил я, холоп твой, с Романом
Немчином к служилому человеку
к Дмитрию Михайловичу с товарищами для совету, чтоб нам,
холопам твои государские службы и в ясачном зборе прибыль
учинить и непокорных и непослушных иноземцев под твою
царскую высокую руку приводить». Переговоры увенчались
успехом — Зырян согласился соединиться с отрядом Стадухина.

На Колыме
Летом 1643 года казаки на
кочах снова вышли в море. На
сей раз их целью стала «досель
незнаемая» река Колыма, которая, судя по рассказам местных,
была обильна рыбой и зверем.
В июле суда казаков вошли
в устье Колымы. Немного подняв-

Почтовая марка
ледокольный пароход
«Дежнёв»

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
шись вверх по течению, Стадухин
приказал поставить зимовье
«с нагороднею», то есть с частоколом. Так возникла небольшая
крепость — Нижнеколымский
острог. Отсюда казаки совершали свои походы на окрестные
земли, собирая ясак и захватывая в плен колымских юкагиров, сопротивлявшихся покорению. В одном из таких набегов
Дежнёв снова был ранен.
Два года спустя, весной 1645го, Стадухин и Зырян надумали
ехать в Якутск, чтобы отвезти
собранный ясак и отчитаться перед начальством. С собой
они забрали половину казаков.
В остроге остались 13 человек,
включая Дежнёва. Едва слух об
отъезде части казаков разнесся по округе, более 500 юкагиров осадили острог. Сдержать
их натиск «огненным боем» не
удалось. Туземцы ворвались за
частокол, началась рукопашная
схватка. Сопротивлялись казаки
отчаянно. Они все были изранены, Дежнёв получил железную
стрелу в голову, но продолжал
сражаться. В конце концов казакам удалось заколоть предводителя юкагиров. Гибель вождя

ГЛАВА

Почтовый блок «История казачества России»

и невиданная ярость оборонявшихся и решили исход дела —
юкагиры «убоясь смерти, отошли прочь от острожку».
Вероятно, юкагиры не оставили бы в покое порядком пострадавший острог и постарались бы
его уничтожить, но совершенно
неожиданно казаки получили
подкрепление. Отойдя недалеко от Нижнеколымского острога, Стадухин и Зырян встретили
в море коч Петра Новоселова,
ко т о р ы й б ы л н а з н а ч е н н а

Колыму таможенным целовальником (сборщиком торговых
пошлин) и вез с собой государево распоряжение Дмитрию
Зыряну «быть на Ковыме реке
приказным… и новые реки приискивать… и прибыль чинить».
С Новоселовым шел большой
отряд служилых и промышленных людей. Зырян со своими
казаками перебрался на коч
Новоселова и вскоре все они
прибыли в Нижнеколымский
острог.
Это интересно

ПОЛЯРНОЕ СУДОХОДСТВО
Мореходы XVII века плавали по северным рекам
и Ледовитому океану на кочах — небольших однопалубных
и одномачтовых парусных судах. Появились они на Русском
Севере, в Поморье, а затем широко распространились и по
всему северу Сибири. Это деревянное судно в среднем
имело 20 метров в длину и 6–7 метров в ширину. Как правило, коч строился без применения металла, доски сшивали
вицами из можжевеловых корней. Судно имело небольшую
осадку, яйцеобразную форму корпуса и двойную обшивку из досок. Все это препятствовало затиранию коча льдами и помогало передвигаться по мелководью. Кроме того,
относительно небольшой вес судна позволял команде вытаСеребряный жетон с изображением коча Семена
щить его на лед, а в случае необходимости перетаскивать
Дежнёва. Из серии «Самые красивые корабли мира»
коч волоком. Судно оснащалось рулем, могло ходить как на
веслах, так и под парусом. Долгое время поморы использовали так называемые ровдужные паруса, сделанные
из оленьих, бараньих или козьих шкур, но во времена Дежнёва паруса уже были холщевыми. Хороший коч мог
принять на борт 30–40 человек и поднимал до 20 тонн груза. При попутном ветре судно было способно двигаться со скоростью 200–250 км в сутки. Для навигации мореходы использовали компас и глубинный лот, что
помогало судну идти неподалеку от берега.

Между двух океанов
Дежнёв продолжил службу
под началом Дмитрий Зыряна.
Несколько лет прошло в сборе
ясака и походах против юкагиров. На Колыму прибывали все
новые искатели «мягкой рухляди», Нижнеколымский острог
стал чем-то вроде столицы северо-востока Сибири. Соболя
в округе поубавилось. Казаки все
чаще стали подумывать о новых
походах дальше на восток, где,
по слухам, лежали земли, богатые «рыбьим зубом» — моржовой костью, которая тогда ценилась едва ли не выше соболя.

Между Азией и Америкой
За организацию такого предприятия взялся Федот Алексеев
Попов, приказчик великоустюжских купцов Усовых. Возглавить
экспедицию пригласили Дежнёва, о чем он пишет в своей
челобитной: «А обо мне, холопе твоем Семейке, те торговые
и примышленные люди били ж
челом, чтоб мне, холопу твоему,
идти с ними вместе для твоего
государева ясачного збору и для
прииску новых неясачных людей
и для твоих государевых всяких
Ледокол «Семен Дежнёв»

дел». Предполагалось выйти на
нескольких кочах в море и, двигаясь вдоль побережья, достичь
устья тогда еще неведомой реки
Анадырь.
Первая попытка, предпринятая летом 1647 года, оказалась
неудачной. Казацким кочам путь
преградили льды. Пришлось
ждать следующего сезона.
В 1648 году состоялось плавание, которое спустя столетия прославило Семена Дежнёва. Пройдя
морем из Северного Ледовитого
океана в Тихий, он стал первооткрывателем пролива, разделяющего Азию и Америку.
По окончании похода Дежнёв
и его товарищи поставили в верховьях Анадыря зимовье —
Анадырский острог. А уже весной
1650 года к зимовью стали приходить новые землепроходцы,
которые проложили с Колымы
на Анадырь сухопутный путь
через Анюйский хребет. Этот
маршрут оказался гораздо безопаснее морского, поэтому началось быстрое освоение казаками
Анадыря окрестных земель.
По новому сухому пути прибыли к зимовью Дежнёва партии

Монета Банка России с изображением Семена Дежнёва из серии
«Первопроходцы земли русской»

Михаила Стадухина и Семена
Моторы. Дежнёв и Мотора объединили свои отряды и стали «государеву службу служить вместе».
А вот со Стадухиным, который
претендовал на единоличную
власть и отличался жестокостью
и алчностью, отношения не ладились. Стадухин не раз нападал
на анаулов и чуванцев (местные
племена юкагиров), уже «подведенных под высокую государеву
руку» и исправно плативших ясак,
занимался грабежом и разбоем.
Из-за этого часто выходили стычки с Дежнёвым, который начал
жить «бегаючи и укрываючись от
его Михайловой изгони». Дошло
до того, что Дежнёв с Моторой
бросили острог и отправились искать «захребетную реку
Пенжин», лишь бы не иметь
дела со Стадухиным. К счастью,
Стадухин сам ушел с Анадыря
и служба Дежнёва пошла своим
чередом.
В 1652 году Семен Мотора
погиб. Служивые люди на
Анадыре выбрали Дежнёва
«приказным человеком».
Помимо сбора ясака и покорения местных племен он занимался и «проведыванием» только
что открытого края. Известно,
что Дежнёв составил «чертеж»
Анадыря и ее притоков, собирал сведения о местах «замора»

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта походов Семена Дежнёва 1640–1668 гг.

красной рыбы в реках, состоянии льдов в море, границе березовых и лиственничных лесов.
В устье Анадыря он обнаружил
отмель с большим лежбищем
моржей, и казаки начали промысел моржовой кости, которая стала главным достоянием
Анадырского острога.
В 1659 году в Анадырский
острог прибыл сын боярский
Ку р б а т И в а н о в , к о т о р о м у
Дежнёв сдал дела. Три года спустя он вернулся в Якутск, который покинул 20 лет назад.

Последние вояжи
В Якутске Дежнёв задержался
не долго и вскоре был отправлен
в Москву с большой партией пушнины и «костяной казной». В столице он сдал казенное имущество,
получил свое жалованье, которое
не выдавалось 19 лет, и в качестве
награды — чин казачьего атамана Якутского острога. Кроме
того, новоиспеченный атаман

сбыл 819 кг моржовой кости «собственного промысла» и впервые
в жизни смог почувствовать себя
обеспеченным человеком.
В марте 1665 года Семен
Дежнёв снова отправился в Сибирь. Добравшись до
Якутского острога, он получил
новое назначение — на реку
Оленёк. Несколько лет довелось
ему служить на Чечуйском волоке, в Оленёкском, Верхоянском
и С р е д н е в и л ю й с ко м з и м о вьях. Последней «службишкой»
Семена Дежнёва стала нелегкая
поездка с «соболиной казной»
в Москву. В путь он отправился
из Якутска 20 июля 1670 года.
Полтора года казенный обоз
добирался до столицы. Едва ли
не на каждой крупной остановке местные воеводы проверяли
содержимое государевых мешков. Дежнёва пытались уличить
в воровстве — опечатанные
мешки не раз приходилось ему
вскрывать, чтобы просушить

драгоценные меха, угодившие
под дождь. Наконец, 25 декабря 1671 года Дежнёв прибыл
в Сибирский приказ. Четыре дня
спустя он сдал пушнину «ценовщ и ка м с о б о л и н о й ка з н ы » .
Составленная при этом «приемная роспись» свидетельствует, что «соболиная казна» была
доставлена Дежнёвым в целости.
О его жизни в столице никаких сведений не сохранилось.
Известно только, что в начале
1673 года старый казак скончался. В окладной книге денежного,
хлебного и соляного жалованья
ружникам, оброчникам и служилым людям Якутского острога появилась скупая запись: «...Семен
Дежнёв во 181 году на Москве
умре, а оклад его в выбылых».
Именем землепроходца
названы мыс на северо-восточной оконечности Азии и остров
в море Лаптевых. Памятники
Семену Дежнёву установлены
в Великом Устюге и Якутске.
15

Между двух океанов
1.2 К ВОСТОЧНЫМ ПРЕДЕЛАМ МАТЕРИКА
После первой неудачной попытки пройти морем от Колымы до Анадыря Семен Дежнёв зимой
1647 года ушел на соболиный промысел. Между тем в Нижнеколымском остроге приказчики
купцов Усовых и Гусельниковых не оставляли мысли повторить экспедицию. С предложением
об организации похода они обратились к колымскому приказному Втору Гаврилову, который не
только должен был дать разрешение на это предприятие, но и назначить в экспедицию служилого человека — представителя властей.
Кочи для экспедиции
В начале мая Дежнёв вернулся со своих не слишком удачных
промыслов и тут же получил от
Гаврилова, с которым его связывала многолетняя дружба, предложение возглавить морской
поход на Анадырь. Подготовка
к экспедиции шла уже полным
ходом, и Дежнёв согласился.
Из «отписки» Втора Гаврилова:
«И мы его, Семейку Дежнёва,
отпустили для тое прибыли с торговым человеком с Федотом
Алексеевым и для иных новых
рек проведывать и где бы государю мошно прибыль учинить.
И дали им наказную память и где
буде найдут неясашных людей,
и им аманатов имати (брать
заложников. — Прим. авт.)
и государев ясак с них збирати
Деревянные башни Якутского кремля

и под его государеву высокую
руку подводити и прочая».
Для похода снарядили
шесть кочей — пять из них за
счет торговых людей Федота
А л е кс е е в и ч а П о п о в а ( Хо л могорца), Афанасия Андреева
и Б е с с о н а Аста ф ь е в а , о д н о
судно взял на свой счет сам
Дежнёв. К экспедиции примкнул и коч «беглых ленских
казаков», возглавлял которых
Герасим Анкудинов. Последнее
обстоятельство породило многочисленные споры о количестве судов, отправившихся
в плавание. В своих «отписках»
и челобитных Дежнёв неизменно указывает шесть кочей,
тогда как в других документах
говорится о семи. У Дежнёва
с Анкудиновым были крайне

Туземец-охотник из Сибири.
Иллюстрация из книги датского путешественника Эверта Избранта Идеса.
Начало XVIII в.

неприязненные отношения, по
сути, Анкудинов сам увязался
в этот поход без приглашения,
поэтому Дежнёв седьмой коч
«своим» не признавал и считал,
что упоминать о нем нет никакой необходимости.
В плавание отправлялись
90 человек. На коче Дежнёва
шли 18 казаков. С собой взяли
запасы продовольствия, оружие, обменный товар, орудия
для пушного и рыбного промысла и «13 маток в костях»,
то есть 13 компасов в костяной
оправе. Общая стоимость экспедиции составила солидную по
тем временам сумму — более
1000 рублей.

По морям Ледовитого
океана
20 июня 1648 года все семь
кочей отправились вниз по
Колыме. В начале июля флоти16

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
лия вышла в Ледовитый океан.
Условия для плавания в этот раз
складывались удачно — южные
ветры отогнали дрейфующие
льды к северу и путь по открытой
воде был свободен. Кочи шли
под парусами на восток и обошли «первый Святой нос» —
Шелагский мыс.
О дальнейшем ходе экспедиции имеются очень скудные и отрывочные сведения.
Поэтому среди специалистов
до сих пор нет единого мнения,
сколько судов достигли пролива,
разделяющего Азию и Америку.
Если придерживаться традиционной точки зрения, то на переходе по Северному Ледовитому
о ке а н у, в Ч у ко т с ко м м о р е ,
крушение потерпели четыре
коча. Летом 1649 года казаки
Михаила Стадухина, отправившиеся на восток от Колымы,
н а б е р е г у Ч а у н с ко й б у х т ы
встретили коряков. С их слов
Стадухин сообщал следующее:
«А которые служилые и торговые люди Ерасимко Анкидинов,
Семейко Дежнёв, а с ними
девяносто человек в прошлом
в 156 (1648. — Прим. авт.) году
с Колымы реки пошли на ту же
реку на семи кочах, и про них
те ж языки сказывали: два коча
де на море розбило, и наши де
люди их побили, а достальные
жили де край моря, и про них
де мы не знаем, живы ли оне
или нет». К какому именно географическому пункту относится
этот рассказ, и можно ли ему
вполне доверять, неизвестно.
Ведь коряки, сообщившие эту
информацию Стадухину, кочевали по тундре на весьма большие расстояния и, возможно,
пришли с Анадыря.
Полемика по этому вопросу
продолжается. Можно, однако, утверждать, что к проливу,
который впоследствии назовут Беринговым, подошли как
минимум три судна экспедиции.

ГЛАВА

Одно из первых картографических изображений Сибири. Карта тобольского
воеводы Петра Годунова. Середина XVII в.

На одном из них шел Семен
Дежнёв, на другом — Федот
Попов и на третьем — Герасим
Анкудинов.

У берегов Чукотки
1 сентября 1648 года экспедиция достигла восточной оконечности Азии, мыса, который
ныне носит имя Дежнёва. Здесь
во время очередного шторма
на берег был выброшен коч
Анкудинова. Поспешивший на
помощь Дежнёв пишет по этому
поводу в своей челобитной:
«А тот большей Нос мы, Семейко
с товарищи знаем, потому
что розбило у того носу судно
служивого человека Ерасима
Онкудинова с товарищи. И мы,
Семейка с товарищи, тех разбойных людей имали на свои
суды…». Анкудинов затем перешел на коч Федота Попова.
Уцелевшие суда продолжили плавание через пролив.
Поскольку искусство навигации
тогда было еще довольно примитивным, кочи никогда не

уходили далеко в море, а двигались вдоль берега, не теряя его
из вида. Дежнёв дает описание
и самого пролива, и побережья
Чукотского полуострова. Так он
сообщает, что в отличие от «первого Святого носа от Колымы
(мыс Шелагский. — Прим. авт.)
этот уходит в море «гораздо далеко». И определяет его направление: «…а лежит тот нос промеж сивер на полуношник», то
есть между севером и востоком,
заворачивая «под лето» — на юг.
Привлекли внимание Дежнёва
и становья чукчей, «что башни
из кости китовой». Вероятно, так
он описывает чукотские жилища, остовом для этих полуподземных сооружений обычно служили ребра и челюсти китов.
Кочи направились в сторону
двух островов, лежащих в проливе (ныне острова Диомида),
о чем рассказывает Дежнёв:
«Против того ж Носу на островах живут люди, называют их
зубатыми, потому что пронимают они сквозь губу по два зуба
17

Между двух океанов
немалых костяных…». Это кажущееся фантастическим описание «зубатых людей» вполне
соответствует действительности — острова населяли эскимосы, у которых в ходу был обычай
украшать себя продетой через
губу костяной пластиной, что
впоследствии не раз фиксировали этнографы, работавшие
в этих местах.
Примерно 20 сентября экспедиция сделала остановку, по всей
видимости, где-то на побережье
Чукотского мыса. Вероятно, путешественники решили пополнить
запасы пресной воды и собрать
плавник (выброшенные морем
стволы деревьев) для дров, починить истрепавшийся такелаж, а
возможно, и вступить в контакт
с местным населением. Однако

высадка оказалась неудачной —
живущие на берегу чукчи оказались настроены враждебно,
встреча закончилась стычкой,
во время которой был ранен
Попов. Из «отписки Семена
Дежнёва якутскому воеводе
Ивану Акинфову: «И в прошлом
же во 157 году (1648. — Прим.
авт.), месяца сентября в 20 день,
идучи с Колымы реки морем, на
пристанище, торгового человека
Федота Алексеева Чухочьи люди
на драке ранили…».

Курс на Анадырь
Суда экспедиции обошл и Ч у ко т с к и й п о л уо с т р о в .
Пролив, разделяющий Азию
и Америку, оказался пройден.
Впервые человек обогнул восточную оконечность огромно-

го материка, совершив плавание из Северного Ледовитого
океана в Тихий. От Чукотского
полуострова кочи направились к устью реки Анадырь.
Вероятнее всего, шли они, как
обычно, вдоль берега. Тихий
океан встретил жестоким штормом, во время которого суда
экспедиции потеряли друг друга
из вида. Доподлинно известна
лишь судьба тех, кто шел на коче
Дежнёва, о других участниках
плавания точных сведений нет,
скорее всего, все они погибли.
Об обстоятельствах этого драматичного эпизода Дежнёв сообщает в двух документах. Вот как
он рассказывает о шторме, погубившем отправившиеся в плавание суда, в «отписке» якутскому
воеводе, посланной в апреле
Это интересно

В ПАМЯТЬ ЗЕМЛЕПРОХОДЦА
Долгое время имя Дежнёва никак не было увековечено на географических картах. Открытый им пролив
назван в честь Витуса Беринга, который доказал отсутствие суши, соединяющей Азию с Америкой, и нанес на
карту берег пролива. Мысль о необходимости почтить память Дежнёва высказал шведский полярный путешественник Адольф Эрик Норденшельд, который первым прошел Северным морским путем. В 1898 году,
к 250-летию плавания, по инициативе Русского географического общества имя Дежнёва получил мыс
Восточный на Чукотке (самая крайняя восточная оконечность Азии). В 1910 году приамурский генералгубернатор Павел Унтербергер во время морского путешествия на военном транспорте «Шилка» по вверенным ему владениям предложил установить на мысе Дежнёва памятный крест. Для этого судно зашло
во Владивосток, где на его борт были погружены 20 громадных стволов лиственниц. 30 августа «Шилка»
подошла к эскимосскому селению Наукан, в окрестностях которого, на горе Ингегрук, было решено возвести
памятный крест. Это место расположено в 6,5 км к юго-востоку от мыса Дежнёва. Поставить знак на самом
мысе не представлялось возможным из-за крутизны окружающих его скал. Работа, в которой принимала
участие вся команда корабля и жители поселка, продолжалась более двух дней. Наконец 15-метровый крест
был установлен. Моряки прикрепили к нему медную табличку, текст которой гласил:

«ПАМЯТИ ДЕЖНЁВА
Крест сей воздвигнут в присутствии Приамурского Генерал-Губернатора Генерала Унтербергера
командою военного транспорта “Шилка” под руководством командира капитана 2 ранга Пелля
и офицеров судна 1 сентября 1910 г. Мореплаватели приглашаются поддерживать этот памятник».

Памятный крест, установленный на
мысе Дежнёва в 1910 г.

В 1928 году крест был уничтожен. Восстановил его с прежней медной табличкой в 1943 году известный советский писатель Николай
Максимов, который работал учителем в уэленской школе. Он много хлопотал о создании памятника Дежнёву и даже добился постановления
Совета министров СССР от 1948 года, которое обязывало Главное управление Северного морского пути такой монумент установить. От принятия
постановления до возведения памятника прошло восемь лет. В 1956 году
его строительство было завершено. Монумент, сооруженный на окраине
поселка Наукан, представляет собой маяк с размещенным на одной из
его сторон бронзовым скульптурным портретом Семена Дежнёва. Точно
не известно, кто автор памятника-маяка. Предполагается, что им могла
быть советский скульптор и керамист Зинаида Баженова.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
1655 года: «…и того Федота со
мною, Семейкою, на море рознесло без вести, и носило меня,
Семейку, по морю после Покрова
Богородицы всюда неволею
и выбросило на берег в передней конец за Анадыр реку».
Некоторые дополнительные
подробности Дежнёв описывает
в челобитной от 1662 года: «…
судом Божиим те все наши кочи
морем разбило, и тех торговых
и промышленных людей от того
морского разбою на море потонуло и на тундре от иноземцев
побитых, и иные голодной смертью померли, итого всех изгибло
64 человека».
Коч Дежнёва долго носило по
морю и в начале октября выбросило на берег где-то к югу от
устья Анадыря. Точно место крушения судна установить сложно,
полемика среди специалистов по
этому поводу длится не одно десятилетие. В качестве наиболее
вероятных пунктов исследователи называют мыс Олюторский,
мыс Наварин и южный берег
Анадырского лимана.
Оленные Чукчи. Из альбома российского этнографа Густава-Теодора Паули
«Этнографическое описание народов
России». XIX в.

ГЛАВА

Якуты. Из альбома российского этнографа Густава-Теодора Паули
«Этнографическое описание народов России». XIX в.

После кораблекрушения
В начале октября в этих краях
уже наступает зима. Разбитый
штормом коч не годился
для продолжения плавания.
Путешественники оказались на
холодном, пустынном берегу.
Дежнёв принял решение идти
пешком на Анадырь. Казаки
разобрали коч на доски, смастерив из них нарты и лыжи. Взяв
оружие, провиант и снаряжение, они двинулись в сторону
устья Анадыря. Из «отписки»
Дежнёва: «А было нас на коче
всех двадцать пять человек,
и пошли мы все в гору, сами
пути себе не знаем, холодны
и голодны, наги и босы. А шел
я, бедный Семейка, с товарыщи
до Анадыры реки ровно десять
недель и пали на Анадыр реку
близко моря».
На этом злоключения казаков
не закончились. Наступила уже
вторая половина декабря. Реки
встали, и заняться рыбной ловлей путешественники не могли,
охота не ладилась. Как пишет
Дежнёв, «с голоду мы бедные
врознь разбрелись». Тринадцать
человек во главе с Дежнёвым

остались на месте и принялись
строить зимовье из плавника.
Остальные двенадцать казаков
отправились вверх по Анадырю
в поисках пищи и людей. Их
поход продолжался 20 дней
и оказался бесполезен. Казаки
повернули обратно, но в трех
днях пути от стоянки Дежнёва
вконец обессилили и легли
в снег. Путь смогли продолжать
лишь трое. Добрались до зимовья двое. Узнав о случившемся,
Дежнёв отправил к оставшимся
подмогу, а с ней «последнее свое
постеленка и одеялишка». Но
найти никого не удалось, вероятно, пурга замела тела замерзших
казаков.
Длинной трудной зимой от
цинги умерли еще трое. От
всей многолюдной экспедиции,
вышедшей в плавание с Колымы,
осталось двенадцать человек.
Весной, когда вскрылись реки, из
плавника они построили лодки,
поднялись на них вверх по
Анадырю и в его среднем течении поставили острог. Так закончилась экспедиция, открывшая
восточные пределы Азии и пролив, разделяющий два материка.
19

«В начале 1733 года необходимые судовые материалы были
погружены на несколько сот саней и отправлены несколькими
обозами; основной состав экспедиции выступил в путь… Он
насчитывал примерно пятьсот человек, главное командование
коими было поручено капитан-командору Витусу Берингу…»
С. Ваксель

ГЛАВА

Второе открытие Америки

2.1 РУССКИЙ ДАТЧАНИН. ВИТУС БЕРИНГ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 22
Плавание вокруг Чукотского носа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 23
Экспедиция в вечность . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 26
2.2 МОРЕПЛАВАТЕЛЬ ПЕТРОВСКОГО ПРИЗЫВА.
АЛЕКСЕЙ ЧИРИКОВ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 28
На восточной окраине империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 28
На розыски Нового Света . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 32
Картограф открытых земель. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 32
2.3 ЭКСПЕДИЦИЯ «НИКОГДА ПРЕЖДЕ НЕ БЫВАЛАЯ» . . . . . . . . 34
От замысла до указа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 34
Хлопоты капитан-командора . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 35
В объятьях тумана . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 36
Увидеть Америку и не умереть . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 37
Одиссея Беринга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 39
В тисках голода и болезней . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 40
Между отчаянием и надеждой . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 43
Школа выживания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 46

Второе открытие Америки
2.1 РУССКИЙ ДАТЧАНИН. ВИТУС БЕРИНГ
Витусу Берингу довелось стать руководителем едва ли не самой крупной научной экспедиции
в истории человечества. Можно сказать, что на многотрудное поприще исследователя и первооткрывателя благословил его сам Петр I, послав на поиски пролива между Азией и Америкой.
Сейчас уже трудно ответить на вопрос, почему император остановил свой выбор именно на Беринге. Но, думается, Петр знал, что делал, когда отправлял обстоятельного, терпеливого и сдержанного датчанина на окраину огромной империи, до восточных пределов которой надо было
добираться несколько лет. Выбор оказался удачным — колоссальное наследие Второй Камчатской экспедиции, которую возглавлял Беринг, востребовано до сих пор.
Витус Ионассен Беринг родился 12 августа 1681 года в небольшом датском городке Хорсенс.
Фамилию он унаследовал от
матери Анны Педерсдаттен
Беринг, происходившей из знатного, но обедневшего рода.
Его отец, Ионас Свендсен, был
таможенником. Сохранившиеся
сведения о детских годах будущ е го м о р е п л а в ат е л я к ра й не скупы. Известно, что среди
близких Беринга были военные
моряки. Дания в ту пору стремилась активно расширять свои
заморские территории и посылала корабли в разные части
света. Поэтому в родном доме
Беринга, на улице Сёндергаде,
разговоры на морскую тему,
вероятно, велись нередко. Еще
Скульптурный портрет Витуса Беринга,
воссозданный специалистами-антропологами в начале 1990-х гг.

юношей Беринг совершил плавание в Ост-Индию на голландском судне, постигая азы морского дела. По некоторым сведениям, в 1703 году он окончил
Амстердамский морской кадетский корпус. В столице Голландии
на молодого способного моряка
обратил внимание русский адмирал Корнелий Крюйс, посланный
царем Петром I за границу для
набора иностранцев на службу
в русском флоте. Предложение
Крюйса отправиться в Россию
показалось Берингу привлекательным.
В Санкт-Петербург он прибыл
в 1703 году, получил чин унтерофицера и был назначен командиром небольшого судна, которое возило лес с берегов Невы
к острову Котлину, где строилась
крепость Кронштадт. Четыре
года спустя Беринга произвели
в лейтенанты, а в 1710 году —
в капитан-лейтенанты. Во время
Русско-турецкой войны он был

Адмирал Корнелий Крюйс, пригласивший Витуса Беринга на русскую службу

переведен на Азовское море
и участвовал в Прутском походе Петра I. На Балтику Беринг
вернулся в 1712 году и включился в боевые действия против Швеции. В этот период ему
довелось выполнить несколько
Это интересно

ИСТИННЫЙ ОБЛИК
Подлинный портрет Беринга долгое время был неизвестен. Но
в 1992 году российские ученые, изучив останки великого мореплавателя, смогли реконструировать его внешность. Благодаря их усилиям
был создан скульптурный портрет Беринга. Бюст капитан-командора российская сторона подарила Национально-историческому парку
американского города Ситка (штат Аляска).
***
АРХИВНОЕ ДЕЛО
Летом 1726 года Беринг добрался до Якутска. Здесь он потратил
немало времени для того, чтобы собрать сведения о тех местах, которые ему предстояло исследовать, разыскивая пролив между Азией
и Америкой. А в это же время в якутских архивах лежали документы о
плавании этим проливом в 1648 году Семена Дежнёва.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Памятная медаль, выбитая в честь Витуса Беринга

весьма сложных и ответственных заданий. Так, Беринг провел из Копенгагена в Кронштадт
купленный для русского флота
корабль «Перл», а затем перегнал в Ревель 52-пушечный
корабль «Селафаил», построенный на Архангельской верфи.
К этому времени Беринг считался одним из лучших капитанов
русского флота, он превосходно
знал морское дело и прекрасно
разбирался в навигации, картографии, мореходной астрономии.
Берингу благоволил сам император, назначив его командиром
90-пушечного линейного корабля
«Лесное», крупнейшего в ту пору
судна в русском военном флоте.
Однако в 1724 году Беринг вышел
в отставку. Как считают некоторые историки, он обиделся на то,
что его обошли званием, не произвели в капитаны I ранга. Но
уже через полгода Петр приказал
Адмиралтейств-коллегии вернуть
Беринга и дать ему желаемый чин.

Плавание вокруг
Чукотского носа
Возвратившись на русскую
службу, Беринг был назначен
начальником Первой Камчатской
экспедиции. Это предприятие,
задуманное Петром I, должно
было собрать сведения о восточных пределах империи, о ближайших соседях и возможностях
торговли с ними, а главное, прояснить вопрос — существует ли
пролив между Азией и Америкой.

Отечественные и иностранные ученые не раз обращались
к Петру с предложением снарядить экспедицию для разрешения этой задачи. Ко времени
организации Первой Камчатской
экспедиции русские уже вышли
на берега Тихого океана, были
открыты Сахалин, Шантарские
острова, часть Курильских островов, стал известен морской путь
Памятник Витусу Берингу на острове,
на Камчатку. Но достоверной названном его именем
информации о том районе, где
Азия почти сошлась с Америкой,
не имелось, крайне смутными
оставались и представления о
взаимном расположении северо-востока Азии и северо-запада
Америки, ни один мореплаватель не поднимался в Тихом океане выше параллели 43° северной
широты.
В январе 1725 года, незадолго
до своей кончины, Петр I написал инструкцию для Беринга,
Первый российский Морской устав.
состоящую из трех пунктов:
Разработан в 1720 году при непосред«1. Надлежит на Камчатке или ственном участии Петра I. Этим Уставом
в другом тамож месте зделать руководствовались участники плавания
Витуса Беринга
один или два бота с палубами.
2. На оных ботах плыть возле
земли, которая идет на норд и по
чаянию (понеже оной конца не
знают) кажется, что та земля —
часть Америки.
3. И для того искать, где оная
сошлась с Америкой и чтоб доехать до какого города европейских владений или ежели увидят
какой корабль европейский,
проведать от него какой оной
Фрагмент письма Витуса Беринга
кюст (берег. — Прим. авт.) назы- мэру города Хорсенса
23

Второе открытие Америки
вают и взять на письме и самим
побывать на берегу и взять подлинную ведомость и, поставя на
карту, приезжать сюды».
Помощниками Беринга были
назначены лейтенанты Алексей
Чириков и Мартын Шпанберг.
Л и ч н ы й с о ста в н а с ч и т ы в а л
34 человека, среди них топографы, геодезисты, штурманы,
корабельные мастера. Согласно
плану, отряд должен был пересечь всю Сибирь и прибыть
в Охотск, откуда морем перебраться на Камчатку и отправиться в плавание на поиски пролива. В феврале 1725 года экспедиция выступила из Петербурга.
Ее путь лежал через Вологду,
Великий Устюг, Верхотурье,
Тобольск, Иркутск и Якутск. По
ужасным дорогам, пересаживаясь с лошадей на лодки, двигались путешественники к своей
цели. Лишь в начале 1727 года
добрались они до Охотска. Здесь
участники экспедиции сразу же
приступили к постройке судна,
материалы для которого всю
зиму с величайшими трудностями доставляли из Якутска.
К исходу лета 1727 года работы
были закончены, и на небольшом
Дизель-электроход «Витус Беринг»

судне, названном «Фортуна»,
и старой ладье «Восток» экспедиция отправилась к берегам
Камчатки. Спустя неделю участники плавания увидели побережье полуострова. Однако вскоре
в корпусе «Фортуны» открылась
сильная течь, пришлось срочно
идти в Большерецкий острог,
расположенный на западном
берегу Камчатки, в устье реки
Б о л ь ш а я . Ра з г р у з и в с у д н о ,
Беринг решил переправить все
снаряжение экспедиции сухим
путем на восточное побережье, в Нижнекамчатский острог.
Надвигалась зима, наступившие морозы вскоре сковали
реки, поэтому на лодках удалось пройти лишь небольшое
расстояние от Большерецка,
значительную часть имущества
отправили на собаках. Пешком
и на упряжках путешественники прошли по Камчатке свыше
800 километров. О тех трудностях, с которыми им пришлось
столкнуться на этом пути, можно
судить по донесению Беринга
в Адмиралтейств-коллегию:
«...По прибытии к Большерецкому устью материалы и провиант переправили

д о Б о л ь ш е р е ц ко го о ст р о га
водою в малых лодках. При
оном остроге русского жилья
14 дворов. И отправил вверх
рекою Быстрою в малых лодках тяжелые материалы и некоторую часть провианта, которые довезены были водою
до Верхнего Камчадальского
острога за 120 верст. И той
же зимою из Большерецкого
острога до Верхнего и Нижнего
Камчадальских острогов переправили совсем по тамошнему
обычаю на собаках. А каждый
вечер в пути для ночи выгребали себе станы из снегу, а сверху
покрывали, понеже великие
живут метелицы, которые по
тамошнему называются пурги.
И ежели застанет метелица на
чистом месте, а стана себе сделать не успеют, то заносит людей
снегом, отчего и умирают».
В Нижнекамчатском остроге
экспедицией был построен бот
«Святой Гавриил», на котором
летом 1728 года Беринг вновь
вышел в море. Как и было предписано инструкцией, он повел
судно на север, вдоль восточного побережья Азии. 11 августа 1728 года «Святой Гавриил»

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Почтовые марки, посвященные
Витусу Берингу и его плаванию к берегам Северной Америки
Монета Банка России, выпущенная
к 250-летию плавания Витуса Беринга

Это интересно

ПАМЯТНЫЕ ЗНАКИ
Почтовые марки и монеты, посвященные экспедиции Беринга, выпускались неоднократно в разных странах мира. На них нередко изображался портрет капитан-командора. Однако, как выяснилось позже,
на портрете, который долгие годы приписывался Витусу Берингу, на
самом деле был изображен родной дядя и тезка мореплавателя — датский поэт Витус Педерсен Беринг.

вошел в пролив, разделяющий два континента. 15 августа
судно оказалось в Северном
Ледовитом океане, а на следующий день достигло точки 67°18’
северной широты и 167° восточной долготы. Задача экспедиции
была выполнена, Беринг убедил-

ся, что Чукотка не простирается
далее к северу и что Америка
не приближается к «чукотскому
углу». Опасаясь зимовки у суровых, безлесных берегов, Беринг
отдал приказ возвращаться.
2 сентября экспедиция прибыла в Нижнекамчатский острог, где

и провела зиму. Летом 1729 года
«Святой Гавриил» совершил
еще одно плавание под командованием Беринга. На сей раз
экспедиция направилась на восток, где, по словам камчадалов,
в ясные дни можно было видеть
землю. Плавание вышло сложным из-за преследовавших путешественников сильных северных ветров, штормов и густого
тумана. Пройдя с огромным
трудом 200 километров на восток, Беринг решил вернуться.
На обратном пути он впервые
в истории мореплавания обогнул южный берег Камчатки
и дал его описание.
1 марта 1730 года Беринг вернулся в Санкт-Петербург, где представил Адмиралтейств-коллегии
отчет об экспедиции. Результаты
плавания имели огромное значение. Было доподлинно установлено, что Азию и Америку разделяет
25

Второе открытие Америки
пролив. Публикуя сообщение об
итогах экспедиции Беринга, газета
«Санкт-Петербургские ведомости»
писала: «Таким образом, из Лены,
ежели б в северной стране лед не
препятствовал, водяным путем до
Камчатки, а также далее до Япана,
Хины и Ост-Индии доехать возможно б было…». Первая Камчатская
экспедиция собрала первые достоверные сведения о северо-восточном побережье Азии, от Камчатки
до северных берегов Чукотки, обогатив географию, картографию
и этнографию.
Особенно ценными оказались
составленные участниками экспедиции карты. Наибольшее
значение имела итоговая карта,
которая давала реальное представление не только о северовосточном побережье Азии, но
и о размерах и протяженности
Сибири. Эта карта была одобрена Академией наук и вскоре
получила широкое распространение в Европе. В 1735 году ее
издали в Париже, годом позже
в — Лондоне, затем она не раз
переиздавалась и помещалась
в различных атласах. Джеймс Кук,
занимаясь съемкой побережья
через полвека после плавания
Беринга, записал в своем днев-

нике: «Отдавая должное памяти
Беринга, я должен сказать, что
он очень хорошо обозначил этот
берег, а широты и долготы его
мысов определил с такой точностью, которую трудно было ожидать, учитывая те способы определений, которыми он пользовался». В 1730 году Беринг был
по высочайшему повелению вне
очереди произведен в капитанкомандоры и получил денежную
награду в размере 1000 рублей.

Экспедиция в вечность
Через два месяца после возвращения в Петербург Беринг
представил правительству свой
проект улучшения положения
народов Сибири и Камчатки,
предлагая меры по развитию
в этих регионах железоплавильного дела, землепашества, скотоводства, судостроения и различных ремесел. Одновременно
с э т и м д о ку м е н т о м Б е р и н г
направил предложение об организации новой экспедиции. По
мысли капитан-командора, один
из отрядов этой экспедиции должен был отправиться с Камчатки
на восток к северо-западным
берегам Америки, второй — на
юг для исследования водного

пути на Амур и к Японии, а третий — заняться изучением северного побережья Сибири.
Предложения Беринга были
приняты. 28 декабря 1732 года
последовало высочайшее решение об отправке экспедиции.
П р о е к т Б е р и н га б ы л с у щ е ственно доработан и расширен Адмиралтейств-коллегией,
Академией наук и Сенатом,
в р е з у л ьта т е ч е г о В т о р а я
Камчатская экспедиция превращалась в грандиозное научное
предприятие, в котором предполагалось задействовать свыше
500 флотских офицеров, матросов и ученых. Начальником всех
экспедиционных отрядов назначался Беринг. Он же должен был
возглавить плавание двух судов
к берегам Америки.
В начале 1733 года большая
часть отрядов экспедиции выехала из Петербурга. Беринг отправился в Якутск, откуда он руководил работой отрядов Xаритона
и Дмитрия Лаптевых, Дмитрия
Овцына, Василия Прончищева,
Питера Лассиниуса, занимавшихся исследованием северных
берегов России, и академических отрядов, которые изучали
Сибирь и Камчатку.

Карта Сибири и Дальнего Востока, составленная во время Первой Камчатской экспедиции Беринга

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта плаваний Витуса Беринга
1728–1729 и 1741 гг. «Русские географы
и путешественники». Искусство, 1948 г.

Летом 1741 года Беринг и Чириков на пакеботах «Св. Петр»
и «Св. Павел» вышли в море,
чтобы попытаться достичь берегов Америки. Обоим судам, разлучившимся в густом тумане, удалось добраться до северо-западного побережья Нового Света.
Во время обратного, очень тяжелого и продолжительного плавания, судно Беринга потерпело
крушение у небольшого необитаемого острова, в 185 километрах от Камчатки. От цинги
и голода умерло несколько человек. Беринг был тяжело болен,
его перенесли в землянку, где
начальник экспедиции провел
последние дни, находя слова ободрения для своих подчиненных
даже в самые тяжелые минуты.
8 декабря 1741 года Витус
Беринг умер. «Мы похоронили его на следующий день, —
записал в дневнике участник
этого плавания натуралист Георг
Стеллер, — рядом с нашим при-

станищем по обряду, принятому нашей церковью. Там он
лежит между своим адъютантом,
комиссаром и гренадерами. При
отплытии мы поставили деревянный крест, чтобы отметить
его могилу, который, по обычаю
русских в Сибири, в то же время
является знаком новой земли,
ставшей владением Российской
империи».
Оставшиеся в живых провели
на острове голодную, полную
лишений зиму, а весной построили из обломков «Св. Петра»
небольшое судно и на нем
добрались до Камчатки. Именем
Беринга названы море, пролив,
остров в Тихом океане. В честь
мореплавателя, носившего звание капитан-командора, назван ы Ко м а н д о р с к и е о ст р о в а .
В 1826 году в Петропавловске
б ы л ус та н о в л е н п а м я т н и к
Берингу. Памятные знаки имеются и на острове Беринга, неподалеку от захоронения.

Крепость пермского города Оса,
в котором в 1733 г. останавливалась
экспедиция Беринга

Второе открытие Америки
2.2 МОРЕПЛАВАТЕЛЬ ПЕТРОВСКОГО ПРИЗЫВА. АЛЕКСЕЙ ЧИРИКОВ
Эпоха Петра Великого была богата незаурядными личностями, оставившими след в истории
Российского государства. Алексея Чирикова смело можно причислить к «птенцам гнезда Петрова». Воспитанный на петровских победах, выросший вместе с русским флотом, Чириков стал одним из первых морских офицеров. Этот скромный неустанный труженик, совершивший едва ли
не самое значительное географическое открытие XVIII века, не дослужился до высоких чинов
и званий, оставив своим сыновьям лишь доброе имя и многочисленные долги.
А л е кс е й И л ь и ч Ч и р и ко в
родился 13 декабря 1703 года
в имении Аверкиевское-Лужное
Тульского уезда в небогатой дворянской семье. В Центральном
государственном архиве ВМФ
сохранилась челобитная, с которой двенадцатилетний Алексей
Чириков обратился к царю
Петру I: «Державнейший царь
государь милостивейший. По
твоему Великого Государя указу
велено набирать в школу матем ат и ко и н а в и га ц к и х н а у к
из всякого чину. А мы, государь, тое науки воспринять
желаем. Всемилостивейший
Го с у д а р ь , п р о с и м В а ш е г о
Величества: вели ж, Государь,
нас в Адмиралтейской канцелярии записать и отослать в школу
математико и навигацких наук
в ученье.
Вашего Величества нижайшие
рабы, недоросли Алексей Ильин
Единственный сохранившийся
портрет Алексея Чирикова

сын Чириков да Иван Иванов
сын Чириков. Генваря день 25,
1715 году».
В Навигацкую школу Чириков
был принят, а через год его
в числе двадцати лучших учеников перевели в Морскую
академию, в Санкт-Петербург.
Учиться ему довелось с будущими участниками Камчатских
экспедиций — Дмитрием
и Ха р и т о н о м Л а п т е в ы м и ,
Василием Прончищевым,
Степаном Малыгиным, Семеном
Челюскиным. В Академии им
преподавали многочисленные
науки: навигацию, астрономию,
фортификацию, черчение, географию, геодезию, артиллерию… Летом гардемарины проходили корабельную практику
на военных судах. Академия
была любимым детищем Петра,
он часто посещал занятия, следил за успехами ее воспитанников, порой принимал участие
в экзаменах. Присутствовал он
и на «досмотрении приращенных знаний» Чирикова.
П о о ко н ч а н и и а ка д е м и и
Чириков получил назначение на
корабль «Св. Петр» Балтийского
флота, однако прослужил на
нем лишь один год, после чего
пришел приказ Адмиралтействколлегии: «…для обучения гардемаринов искусных офицеров,
а именно: навигации унтер-офицера Алексея Чирикова … при-

Герб рода Чириковых

слать немедленно». Так Чириков
вернулся в Морскую академию,
став преподавателем в 19 лет. Но
уже в 1723 году его судьба вновь
круто изменилась. Чириков
был произведен в лейтенанты и назначен помощником
Беринга, начальника Первой
Камчатской экспедиции, которая
должна была исследовать северо-восточное побережье Азии
и найти то место, где она «сходится с Америкой».

На восточной окраине
империи
В январе 1725 года Чириков во
главе небольшого отряда выехал
из Петербурга. В Вологде обоз
догнал Беринг. Чтобы добраться до Охотска, откуда должно
было начаться плавание, путешественникам предстояло пере-

Это интересно
ЗНАНИЕ  СИЛА
Во время сдачи экзаменов в Морской академии Чириков обнаружил
столь блестящие познания, что сразу был произведен в унтер-лейтенанты, за что в адмиралтейских кругах его стали называть «ученый
моряк».

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Сухарева башня, располагавшаяся на месте нынешней Сухаревой площади в Москве
Это интересно
СУХАРЕВА БАШНЯ
Свое обучение Алексей Чириков начинал в Навигацкой школе, в Москве. Это учебное заведение, основанное в 1701 году по указу Петра I, готовило артиллеристов, инженеров и моряков для российского флота.
Располагалась Навигацкая школа в Сухаревой башне, с которой связано немало московских легенд и преданий. В Сухаревой башне находился кабинет графа Якова Брюса, сподвижника Петра I. Народная молва
называла графа колдуном и чернокнижником, приписывала ему способность предвидеть будущее, общаться с духами, обращать свинец в золото и воскрешать мертвых. Обычно в его обсерватории на Сухаревой
башне до глубокой ночи горел свет, и обыватели обходили это место стороной. На самом деле Яков Брюс
был одним из самых образованных людей своего времени, он занимался естественными науками, ставил
многочисленные опыты. Его непонятные для большинства эксперименты и создали ореол таинственности.
Сохранившиеся описания некоторых из его занятий и впрямь вызывают удивление. Если верить воспоминаниям современников, Брюс мог летом в одночасье превратить в лед поверхность пруда в своем имении,
он будто бы создавал механических слуг и даже конструировал летательные аппараты. Считалось, что свои
тайные знания Брюс черпал из магической «Черной книги». После смерти Брюса эту книгу долго и безуспешно искали в Сухаревой башне, где он якобы ее замуровал. Не обнаружили «Черную книгу» и в 1934 году при
сносе башни. Но до сих пор ходят легенды, что таинственная книга Брюса не пропала, а лежит где-то в сохранившихся подвалах Сухаревой башни.

сечь всю огромную страну, пройти по местностям, на которые
не имелось достоверных карт,
по бездорожью, лесам и волокам. Все снаряжение экспедиции
везли с собой — якоря, парусину,
железо и такелаж для постройки судна, пушки, ружья, пистолеты, морские компасы, лоты,
запасы одежды и провианта.
Это огромное имущество приходилось постоянно перегружать
с возов на вьючных лошадей,
лодки и плоты, которые всякий

раз нужно было строить заново.
С первых же дней пути Чириков
начал вести вахтенный журнал,
куда заносил не только все этапы
деятельности экспедиции, но
и результаты астрономических
наблюдений, что позволило
впоследствии составить первую
достоверную карту азиатской
части России.
Путь до восточной окраины
занял два года. В конце августа 1727 года Беринг вывел из
Охотской гавани в море толь-

ко что построенный шитик
«Фортуна», его сопровождала
ладья «Восток», которой командовал Чириков. В сентябре экспедиция добралась до западного побережья Камчатки и высадилась в Большерецке. Отсюда
решено было переправить снаряжение в Нижнекамчатский
о ст р о г п о р е ка м Ка м ч ат ке
и Быстрой и зимним путем на
собачьих упряжках. Эта тяжелая работа в основном легла на
плечи Чирикова, который, оста29

Второе открытие Америки
ваясь в Большерецке, руководил
переброской экспедиционного
имущества.
Весной 1728 года в Нижнекамчатском остроге спустили
на воду бот «Святой Гавриил».
Летом на этом судне путешественники наконец вышли в плавание, чтобы выполнить главную задачу экспедиции. Поход
длился полтора месяца, вахту
несли наиболее подготовленные
офицеры — лейтенант Чириков
и мичман Чаплин. Изо дня в день
они заносили в журнал место
корабля, его курс, скорость хода,
указывали склонение компаса, направление ветра, данные
о течениях, наиболее важные
ориентиры, состояние погоды. 13 августа судно пересекло
Северный полярный круг, практически миновав пролив, разделяющий Азию и Америку.
Беринг считал, что экспедиция выполнила поставленную
задачу и может возвращаться на
Камчатку. Однако, прежде чем
принять окончательное решение, он созвал совет офицеров,
предложив им письменно высказать свои соображения. Чириков
в своем рапорте предлагал: «…
подле земли иттить (ежели не
воспрепятствуют льды или не

Это интересно
НЕВОЗВРАЩЕНЦЫ
Относительно судьбы русских моряков, пропавших у берегов Америки
во время плавания Чирикова, историки высказывали разные предположения. По одной из версий, они погибли от рук индейцев-тлинкитов, населявших эти места. Кроме того, у здешнего побережья порой
образуются гигантские водовороты, в которые могли угодить шлюпки,
посланные с борта «Св. Павла». Наконец существует мнение, что моряки попросту не захотели возвращаться на судно и остались на берегу.
Подтверждением этой версии может служить следующее сообщение русского посланника в Мадриде от 28 февраля 1789 года: «Судно
“Сент-Шарль” под командою капитана Горо нашло около Сент-Блаза
под 48–49° с.ш. до 8 селений, в которых находилось от 16 до 20 семей,
т.е. до 462 человек русских».
***
ЦИФРЫ И ФАКТЫ
Первая Камчатская экспедиция продолжалась пять лет, хотя ее морской поход в поисках пролива между Азией и Америкой длился лишь
полтора месяца. Участники экспедиции нанесли на карту 66 географических объектов.
***
КАРТА ДЛЯ ИМПЕРАТРИЦЫ
Летом 1747 года находившаяся в Москве императрица Елизавета приняла Чирикова. На аудиенции мореплаватель преподнес государыне
карту своего вояжа к берегам Америки.

отведет берег на запад к устью
реки Колымы) до мест, показанных в означенном е.и.в. указе.
А ежели земля будет наклоняться
еще к N, то надлежит по 25 число
сего настоящего месяца в здешних местах искать место, где бы
можно было зимовать, а наипаче против Чюкоцкого Носу…».
Однако Беринг, не без оснований опасавшийся зимовать на

Карта Первой Камчатской экспедиции, составленная в 1725 г.

неизвестном берегу, решил принять более осторожное предложение лейтенанта Шпанберга —
плыть еще два-три дня на север
и по достижении судном 66-й
параллели возвращаться на
Камчатку. 16 августа «Святой
Гавриил» лег на обратный курс.
2 сентября участники плавания
прибыли в Нижнекамчатский
острог. Основная часть работ

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Гавань Охотска. Иллюстрация из книги участника Великой Северной экспедиции Степана
Крашенинникова «Описание земли Камчатки»

ГЛАВА

Обитатели моря, зарисованные натуралистом экспедиции
Вильгельмом Стеллером

Это интересно

НАРОДНОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ
Стеллер организовал в Большерецке первую на Камчатке школу, чтобы «обучать
казачьих и иноземческих детей русской
грамоте». Некоторое время спустя вторую школу открыли Беринг и Чириков
в Петропавловске.
***
СТЕЛЛЕРОВА КОРОВА
Уч а ст н и к э кс п е д и ц и и Б е р и н га Ге о р г
Вильгельм Стеллер стал первым и единственным натуралистом, который видел
и описал морскую корову. Стада этих животных обитали в районе Командорских островов. Морские коровы отличались весьма
внушительными размерами — длина тела
достигала 9 метров, а вес 10 тонн. Они вели
малоподвижный образ жизни, большую
часть времени проводили на мелководье,
питаясь морскими водорослями. Охота на
морских коров, не боявшихся человека, не
представляла большого труда, и вскоре эти
животные были полностью истреблены.

Второе открытие Америки
экспедиции была завершена.
Летом следующего года Чириков
принял участие в новом походе на «Святом Гаврииле», во
время которого на карту были
положены берега Авачинской
г уб ы , ю ж н а я о ко н е ч н о ст ь
Камчатки, Первый Курильский
пролив и первые три острова
Курильской гряды.
1 марта 1730 года Чириков вместе с другими участниками экспедиции вернулся в Петербург. Его
работа заслужила высокую оценку, Адмиралтейств-коллегия
отметила: «…будучи во оной
экспедиции також и в других,
где он употреблен был командах… показывал себя тщательным и исправным, как надлежит
искусному морскому офицеру».
Чирикова произвели в капитанлейтенанты и назначили командиром придворной яхты. Однако
вскоре он попросил отправить
его в Казань на заготовку леса
для строительства кораблей. Его
просьба была удовлетворена.
Чириков находился на этой службе до тех пор, пока не началась
организация Второй Камчатской
экспедиции.

На розыски Нового
Света
В январе 1733 года Чириков
получил чин капитана полковничьего ранга (капитана I ранга)
и вновь был назначен помощником Беринга, возглавившего
Вторую Камчатскую экспедицию.
В этом предприятии Чирикову
отводилась куда более самостоятельная и важная роль — он
становился командиром одного
из двух кораблей, которые должны были отправиться от берегов
Камчатки на поиски Америки
и д ру г и х з е м е л ь , л е жа щ и х
в Тихом океане. Более десяти лет
жизни отдал Чириков работе во
Второй Камчатской экспедиции.
Снова была долгая и трудная
дорога до Охотска, многочисленные заботы, связанные с перевозкой снаряжения, заготовкой
леса и строительством кораблей.
Только летом 1741 года два
судна — «Св. Петр» под командованием Беринга и «Св. Павел»
под командованием Чирикова —
вышли к берегам Америки.
В этом историческом плавании
Чирикову довелось днем раньше
Беринга достичь американского

Собачья упряжка в окрестностях Охотска Иллюстрация из книги начала XIX в.

побережья. На обратном пути
из-за встречных ветров, штормов,
а также недостатка продовольствия и пресной воды Чириков
едва не повторил трагическую
судьбу своего начальника. В октябре 1741 года, совершенно больной, потерявший 24 человека из
своей команды, Чириков вернулся на Камчатку. Не имея никаких известий о судне Беринга,
он принял на себя командование над Второй Камчатской экспедицией, о чем послал рапорт
в Адмиралтейств-коллегию.
Следующим летом Чириков
снова решил отправиться
к Американскому континенту.
В конце мая 1742 года он повел
свое судно на восток. Через две
недели после начала плавания
моряки увидели остров. Чириков
назвал его именем Святого
Федора (ныне остров Атту).
Густой туман не дал возможности
высадиться на берег и описать
его. Чириков пытался идти дальше на восток, но ему препятствовали сильные встречные ветры.
Команда, еще не оправившаяся
от лишений прошлогоднего плавания, была измотана. Чириков
решил вернуться на Камчатку.
На обратном пути морякам
попался пустынный остров, которому Чириков дал имя Святого
Иулиана (ныне остров Беринга).
Путешественники не стали приставать к его берегу, прошли мимо, не
подозревая, что именно на этом
острове бедствуют выжившие спутники Беринга. 16 июля «Св. Павел»
бросил якорь в Охотске. Чириков
переехал в Якутск, откуда выслал
в Адмиралтейств-коллегию подробный отчет о плаваниях 1741
и 1742 годов и вахтенные журналы.

Картограф открытых
земель
Следующие несколько лет
Чириков занимался большой
работой по обобщению картографических материалов Первой
32

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта плаваний Алексея Чирикова 1728 и 1741–1742 гг. «Русские географы и путешественники». Искусство, 1948 г.

и Второй Камчатских экспедиций.
Именно под его руководством
и при непосредственном участии
были составлены карта реки Лены
от Якутска до Юдомского Креста,
карта восточного побережья
Камчатки, карта обследованного
побережья Америки и наконец
«Карта Генеральная Российской
империи, северных и восточных
сибирских берегов, прилежащих к Северному Ледовитому
и Восточному океанам, с частью
вновь найденных через морское
плавание западных американских берегов, и острова Япона»,
при создании которой были
использованы результаты работ
всех отрядов Второй Камчатской
экспедиции.
Годы тяжелой службы подор в а л и з д о р о в ь е Ч и р и ко в а ,
что заставило его обратиться
с просьбой к Адмиралтействколлегии о переводе в Петербург.
Весной 1744 года Сенат принял по этому поводу решение:

«Обретающегося в Камчатской
экспедиции от флота капитана Чирикова, ежели до него
каких тамо дел не имеется, быть
в Санкт-Петербурге…». В марте
1746 года Чириков вернулся в столицу, где был назначен директором Морской академии. По заданию Адмиралтейств-коллегии
он составил рапорт об освоении
Дальнего Востока и открытых
землях на Американском континенте. Чириков предлагал создать
на тихоокеанском побережье
систему морских портов и крепостей, использовать для развития
хозяйства Восточной Сибири реку
Амур, создать на Дальнем Востоке
мощный военно-морской флот.
Осенью 1747 года Чириков
получил чин капитан-командора и был переведен в контору Адмиралтейств-коллегии
в Москве. В 1748 году Алексей
Ильич Чириков умер «по крайней слабости здоровья своего,
расстроенного чахоткою и цин-

готной болезнью». Дата смерти первооткрывателя Аляски
о ста л а с ь н е и з в е ст н а . Л и ш ь
7 декабря 1748 года один из
чиновников Адмиралтейства
записал: «А понеже бывший
у отправления адмиралтейских
дел в Москве капитан-командор Чириков умер, приказали… к управлению прислать
князя Волконского». Точных
данных о том, где он был похоронен, нет. Вероятнее всего,
м о г и л а Ч и р и ко в а н а х о д и тся в его родовом поместье.
В Петропавловске-Камчатском
установлен памятник мореплавателю. Именем Чирикова
названы мыс в Охотском море,
остров в заливе Аляска, мыс на
острове Атту, мыс на острове
Баранова, мыс в Анадырском
заливе, подводная гряда в Тихом
океане, гора на Шпицбергене.
В 1987 году на воду было спущено экспедиционное судно
«Алексей Чириков».
33

Второе открытие Америки
2.3 ЭКСПЕДИЦИЯ «НИКОГДА ПРЕЖДЕ НЕ БЫВАЛАЯ»
В апреле 1730 года Витус Беринг по предложению Сената составил план экспедиции, которая
должна была исследовать восточные окраины Российской империи, север Сибири и заняться
поисками морского пути из Камчатки в Америку. Эта идея заинтересовала правительство. Проект Беринга поддержала и предложила расширить Адмиралтейств-коллегия и в частности адмиралы Николай Головин и Томас Сандерс.
От замысла до указа
п о м и м о о т ы с ка н и я с е в е р о Самым горячим сторонником западных берегов Америки,
организации экспедиции стал о т к р ы т и я м о р с к о г о п у т и
обер-секретарь Сената, выда- в Японию и изучения Камчатки
ющийся русский географ и кар- предполагал проведение картограф Иван Кирилов. Именно тографических работ на огромего деятельное участие обеспе- ной территории севера Сибири
чило обсуждение этого вопро- от Архангельска до Камчатки.
са в различных государственных Главными задачами экспедиучреждениях и способствовало ции считались географические,
принятию решения об отправке геологические, физические,
экспедиции.
ботанические, зоологические
С о о т в е т с т в у ю щ и й у к а з и этнографические исследоваСената вышел весной 1732 года. ния Сибири, Дальнего Востока,
План Беринга был существен- Арктики, Японии и Североно переработан, на его основе Западной Америки.
возник проект крупнейшего
Начальником экспедиции стал
научного предприятия, вошед- Беринг, которому поручались не
шего в историю под названи- только организация и контроль
ем Вторая Камчатская, или за ходом всех работ, но и строиВеликая Северная экспедиция. тельство и командование двумя
В ней задействовали в общей кораблями, которые отправлясложности около 3 тысяч чело- лись на поиски американсковек, среди которых были десят- го побережья. Помощником
ки морских офицеров, ученых,
г е о д е з и с т о в , ко р а б е л ь н ы х План Охотского острога, составленный
мастеров, ремесленников, сол- лейтенантом Мартыном Шпанбергом
дат и матросов. Этот проект в 1737 г.

Беринга в этом плавании был
назначен Алексей Чириков.
28 декабря 1732 года императрица Анна Иоанновна утвердила представленные Сенатом
«Правила, данные капитанкомандору Берингу относительно плавания его в Восточном
океане». Сенат подробно описывал задачи экспедиции, которая
в течение нескольких лет должна была выполнить огромный
комплекс научных, хозяйственных и административных работ.
Вторая Камчатская экспедиция
объявлялась «самой дальней
и трудной и никогда прежде не
бывалой». Маршрут следования участников этого предприятия был намечен из Петербурга
через Тверь, Казань, Кунгур,
Тобольск до Якутска.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
Хлопоты капитанкомандора
18 апреля 1733 года Беринг
выехал из столицы, к этому
моменту основные экспедиционные отряды уже были в пути.
В начале мая Беринг нагнал
м о р с ку ю ч а ст ь э кс п е д и ц и и
в Твери. На восточную окраину
России, за тысячи километров от
Петербурга, надо было перебросить сотни людей и десятки тонн
грузов. Участники экспедиции
плыли на судах по Волге и Каме,
с наступлением зимы ехали по
заснеженным дорогам и замерзшим рекам. В Тобольске путешественники собрались в начале
1734 года. По ходу движения экспедиции Берингу и его помощникам приходилось решать многочисленные организационные
вопросы, обеспечивать людей
питанием, транспортом, добиваться помощи от местных властей. Кроме того, Берингу поручалось создать в разных областях
России сеть метеостанций, что
и было сделано.
То л ь ко к и с х о д у о к т я б р я
1734 года Беринг добрался до
Якутска, где ему предстояло прожить несколько лет, руководя
работами своих помощников,
доставлявших снаряжение и продовольствие в Охотск, Усть-Кут
и Верхоленск и занимавшихся
постройкой экспедиционных
судов. Одновременно с перевозкой экспедиционного имущества
по маршруту следования отрядов производились геодезические и картографические работы. В Якутске Берингу пришлось
создать железоделательный
завод, канатную мастерскую,
организовать заготовку смолы.
Продукция этих производств
была необходима для строительства кораблей, на которых экспедиционным отрядам предстояло
начать исследования.
Работа Беринга и его помощников осложнялась действиями

ГЛАВА

Огнедышащие вулканы Камчатки. Иллюстрация из книги натуралиста экспедиции
Вильгельма Стеллера

местной администрации, которая не только не желала помогать экспедиции, но и чинила ей
всякие препятствия. В Петербург
шли многочисленные доносы,
в которых Беринг обвинялся
в самых разных прегрешениях. Внимая этим пасквилям,
Адмиралтейств-коллегия, выражала неудовольствие ходом экспедиции, грозила Берингу взысканиями и лишила его двойного
жалованья. А капитан-командор
продолжал изо дня в день заниматься своей тяжелой и сложной
работой. Беринг уехал из Якутска
в 1737 году лишь после того, как
убедился, что все отряды снабжены достаточными запасами продовольствия. Один из участников экспедиции лейтенант Свен
Ваксель писал о Беринге: «Он не
раз говорил, что, мол, нехитрое
дело загнать людей в места, где
они сами не могут себя пропитать, а вот обеспечить их содержание на месте — это дело, требующее предусмотрительности
и разумной распорядительности».
Прибыв в Охотск, Беринг
вместе с Чириковым занялись
постройкой кораблей для плавания к берегам Америки. Дело
это оказалось трудное. Нужно

было отправить людей на лесозаготовку, снабдить их продовольствием, обеспечить доставку леса в Охотск. Провианта
не хватало, люди обессилели,
пообносились, многие были
больны. Обращения Беринга
к А д м и ра л т е й ст в - ко л л е г и и
с просьбой улучшить снабжение
и выплатить участникам экспедиции жалованье, которого
они не видели многие месяцы,
оставались без ответа. В столице
вообще подумывали о прекращении экспедиции, и лишь вмешательство адмиралов Николая
Головина и Василия Урусова спасло дело, начатое Берингом.
Только летом 1740 года было
закончено строительство двух
пакетботов, на которых Берингу
и Чирикову предстояло пересечь
Тихий океан. Корабли назвали «Св. Петр» и «Св. Павел».
Это были двухмачтовые парусные суда водоизмещением по
300 тонн. 8 сентября они вышли
в море в сопровождении двух
небольших судов, груженных
продовольствием, и взяли курс
на Камчатку, где Беринг намеревался создать продуктовый склад
и провести зиму, чтобы летом
следующего года отправиться
к американскому побережью.
35

Второе открытие Америки
Это плавание не обошлось без
неприятных происшествий —
«Св. Петр», которым командовал
Беринг, едва не потерпел крушение, оказавшись среди огромных волн, рожденных столкновением шедшего с востока прилива
и сильного западного течения.
Выдержав жестокий десятидневный шторм, 6 октября корабли вошли в Авачинскую бухту
и встали на якоря в небольшой
гавани. Об этой удобной стоянке
Беринг писал: «А вышереченная
гавань к отстою в зимнее время
морских судов весьма способна,
и для того и прибыли во оную
гавань в двух пакетботах со всею
командою тогож 740 году 6-го дня
благополучно, где и зазимовали. И оная гавань названа нами
святых апостол Петра и Павла».
На ее берегу для нужд экспедиции были построены склады
и несколько домов, в которых
путешественникам предстояло
зимовать. Это поселение Беринг
назвал Петропавловск, со временем оно превратилось в столицу Камчатки.
В течение всей зимы участники экспедиции занимались заготовкой продовольствия, необходимого для летнего плавания.

У камчадалов удалось приобрести большое количество сушеной
рыбы и оленьего мяса, мало было
только муки. Во время зимовки
Беринг и его офицеры трудились
над составлением «ведомости» о
Второй Камчатской экспедиции.
Этот обстоятельный отчет дает
представление о деятельности
всех ее отрядов. Чириков зимой
с о ста в и л п о д р о б н у ю ка р т у
Авачинской бухты и отправил
ее в Петербург. В Петропавловск
прибыли и ученые, составлявшие
один из так называемых академических отрядов, — Людовик
Делиль де ла Кроер, Степан
Крашенинников, Алексей
Го р л а н о в и Ге о р г С т е л л е р .
Последнему Беринг предложил
отправиться в плавание к берегам Америки, на что Стеллер
после долгих уговоров согласился. Это был прирожденный путешественник, о котором другой
участник экспедиции, академик
Иоганн Гмелин писал: «Он не
останавливался ни перед какими
трудностями и вел жизнь самую
простую. Имел один сосуд,
в котором сам стряпал свою
пищу и из которого и ел, и пил.
Всякое платье и всякий сапог
были ему впору. При всей беспо-

Интерьер зимнего жилища камчадалов. Иллюстрация из книги
натуралиста экспедиции Вильгельма Стеллера

рядочности жизни, Стеллер был
наблюдатель весьма точный».
За несколько недель до выхода кораблей в море Беринг
собрал офицеров для обсуждения маршрута предстоящего плавания. Из воспоминаний лейтенанта Свена Вакселя:
«Был созван совет из офицеров
и штурманов, на который, согласно инструкции, был приглашен
прикомандированный к экспедиции профессор де ла Кроер,
француз по происхождению.
Последний представил на совещании карту, составленную (как
мы впоследствии установили) на
основании ложных и неосновательных данных. На этой карте
была показана так называемая
земля Хуана де Гамы в направлении SOtO от Авачинской бухты,
расположенная на 47,46 и 45°
северной широты и далее к югу,
примерно на 13° долготы к востоку от Авачинской бухты. На
о с н о в а н и и п р е д ста в л е н н о й
карты мы единодушно решили
исследовать эту землю, и все
согласились одобрить курс на
SOtO, которым следовать до 46°
северной широты с отклонением к востоку по долготе на 13°».
Конечно, карта, представленная
Делиль де ла Кроером, была
весьма несовершенна и ввела
моряков в заблуждение. Но де
ла Кроер составил ее на основании имевшихся тогда сведений, и винить его во всех бедах,
которые ожидали экспедицию,
несправедливо.

В объятьях тумана
Последние приготовления
к плаванию были завершены
во второй половине мая. Суда
заново проконопатили и просмолили, сменили такелаж, привели в порядок паруса. На оба
корабля погрузили запасы продовольствия и воды, на борт
взяли подарки для жителей островов и земель, которые пред36

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Нижнекамчатский острог. Иллюстрация из книги натуралиста экспедиции Вильгельма Стеллера

стояло открыть. 4 июня 1741 года
«Св. Петр» и «Св. Павел» покинули Авачинскую бухту. В плавание
ушли 154 человека — офицеры
и матросы русского флота и двое
ученых: Стеллер на корабле
«Св. Петр» и де ла Кроер на корабле «Св. Павел».
Корабли взяли курс на юговосток, отправившись на поиски
вымышленной земли Хуана де
Гама. Несколько раз суда попадали в шторм, часто на море
опускался густой туман, и тогда,
опасаясь разлучиться, на кораблях стреляли из пушек и звоКамчадалы, добывающие огонь.
Иллюстрация из книги натуралиста
экспедиции Вильгельма Стеллера

нили в колокол. Через неделю
после начала плавания экспедиция достигла 47-й параллели,
где, судя по имевшимся картам,
должна была находиться земля
Хуана де Гама.
На следующий день корабли дошли до 48° северной
широты, но никаких признаков суши так и не обнаружили.
Драгоценное время было потеряно зря. Убедившись в бесплодности попыток найти несуществующий остров, Беринг
направил свои суда на север,
к американскому побережью.
Капитан-командор, которому
было уже почти 60 лет, чувствовал себя плохо, его одолевала
цинга. Вскоре после того, как
«Св. Петр» и «Св. Павел» двинулись на север, пелена тумана
окутала океан. Корабли потеряли друг друга из вида. Некоторое
время еще было слышно, как
на «Св. Павле» бьют в колокол,
потом все стихло. Беринг приказал стрелять из пушки, но ответа
не последовало. Наутро туман
рассеялся, весь день матросы
осматривали горизонт с салинга, однако «Св. Павла» так и не
увидели. Как и было условлено, оба судна трое суток искали
друг друга в том районе, где они
разлучились, но розыски оказались тщетны. Дальше «Св. Петр»
и «Св. Павел» следовали самостоятельными курсами.

Увидеть Америку
и не умереть
Чириков повел свой корабль
на северо-восток. Из-за переменных ветров судно проходило
примерно по 50 миль за сутки.
Во время перехода постоянно
велись гидрометеорологические
наблюдения, было проведено
36 обсерваций широты места
корабля. 26 июня, к радости экипажа «Св. Павла», на горизонте
появились горы, но потом оказалось, что это были всего лишь
облака. 13 июля моряки отметили, что изменился цвет морской
воды, над судном пролетели
птицы, через некоторое время
в воде были замечены плавающие стволы деревьев. Никто уже
не сомневался в близости суши.
На рассвете 15 июля в вахтенном журнале «Св. Павла»
появилась запись: «В 2 часа по
полуночи впереди себя увидели
землю, на которой горы высокие, а тогда еще не очень было
светло, того ради легли в дрейф.
В 3-м часу стало быть землю
свободнее видеть, на которой
виден был берег, и оной признавали мы подлинною Америкой
по месту, по положению, по
длине и по ширине». Русские
м о р я к и п е р в ы м и д о ст и г л и
западного побережья Северной
Америки. Произошло это в районе 55° 11´ северной широты
и 133° 57´ восточной долготы.
37

Второе открытие Америки
Ни один мореплаватель еще не
видел этих неведомых берегов.
Путешественникам открылись
покрытые хвойным лесом горы,
кое-где белели пятна снега.
Чириков повел корабль на северо-запад, нанося на карту береговую черту. По пути встретили,
как отмечалось в вахтенном журнале, «многое число уток и чаек
разных родов, также и морских
зверей, китов, сиучей и моржей».
Через два дня у острова,
который ныне носит название
Якобия, Чириков спустил на
воду шлюпку и отправил на сушу
шкипера Абрама Дементьева
и десять матросов, приказав им
найти походящее место для стоянки судна и осмотреть окрестности. Спустя сутки отряд должен был вернуться на корабль.
Однако прошло три дня, а от
Дементьева не поступало никаких известий. Лишь огни костров
ночью появлялись на незнакомом берегу. Чириков решил,
что шлюпка могла разбиться
о камни, а морякам удалось
добраться до берега и теперь
они нуждаются в помощи. Он
отправил к берегу ялик с боцманом Сидором Савельевым
и тремя вооруженными матросами, но и этот отряд не вернулся. Других гребных судов на
«Св. Павле» не было. Чириков
подвел корабль как можно
ближе к берегу, однако никаких следов пропавших моряков
не обнаружил, о чем в журнале
была сделана запись: «…пришед
паки близ самого берега, так что
видно все наружные каменья
и играющий бурун, а сигналов,
которые велено чинить на берегу, никаких не видать, того ради
для ночного времени пошли от
берегу прочь».
25 июля поиски были прекращены, «Св. Павел» направился
вдоль американского побережья на северо-запад. Чириков
занимался съемкой и описанием
38

берега. Близлежащая суша была
гориста, в вахтенном журнале не преминули отметить, что
встретили «высокие горы, которые высотою своею камчатские
высокие горы превосходят и все
покрыты снегами». Исследовав
свыше 400 километров берега
Северной Америки, Чириков
решил повернуть обратно и взял
курс на Камчатку.
9 сентября «Св. Павел» оказался у острова Адах (из группы Алеутских). Местные жители, заметив корабль, подошли
к нему на байдарках. Туземцев
одарили табаком, бусами, курительными трубками, Чириков
выменял у них различные предметы быта и одежды и попросил доставить на судно свежей
воды. «А собою они мужики
рослые, — записал Чириков, —
лицами похожи на татар, видом

бледны, а знатно, что здоровы».
После непродолжительной стоянки «Св. Павел» снялся с якорей
и отправился дальше на запад.
В двадцатых числах сентября экспедиция миновала Алеутскую
гряду, открыв острова Умнак,
Адах, Агатту и Атту.
К этому времени здоровых на
корабле почти не осталось, из-за
нехватки провианта и отсутствия
свежих продуктов большая часть
экипажа болела цингой. Чириков
изредка еще находил в себе силы
подниматься на палубу, но вскоре слег. «В то ж время и я весьма
от цинги изнемог, — писал он
в рапорте, — и находился в отчаянии жизни и уже по обычаю был
приготовлен к смерти…». Тем не
менее в вахтенном журнале продолжали скрупулезно отмечать
сведения о глубинах, астрономических определениях, течениях,

Авачинская
бухта. Иллюстрация
из книги натуралиста экспедиции Вильгельма
Стеллера

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта Курильских островов. Иллюстрация из книги натуралиста экспедиции Вильгельма Стеллера

метеорологических условиях.
Сносно себя чувствовал лишь
штурман Иван Елагин, который 12 октября 1741 года привел судно в Петропавловскую
гавань. Корабля Беринга здесь
не было, и о том, что случилось
со «Св. Петром», никто ничего
не знал.

Одиссея Беринга
Между тем Беринг, разлучившись в тумане со вторым экспедиционным судном и предприняв все возможное для его поис-

ков, трое суток спустя направился сначала на юг, все еще пытаясь
разыскать мифическую землю
Хуана де Гама. Но, достигнув 45°
северной широты, капитан взял
курс на северо-восток. Погода не
благоприятствовала плаванию.
«Св. Петр» из одного шторма
попадал в другой, несколько раз
ветер рвал паруса и ломал детали рангоута, в корпусе судна появилась течь. Вахтенные офицеры
и матросы без устали вглядывались в горизонт, в надежде увидеть землю. Но дни проходили за

днями, а на пути судна встречались лишь стада китов. Пресная
вода, взятая в Петропавловске,
была на исходе, среди моряков появились больные цингой,
некоторые уже не могли ходить.
Болезнь изнурила Беринга,
но каждое утро он заставлял
себя выходить на палубу, вселяя в моряков веру в успешный
исход плавания.
В начале июля вахтенные стали
замечать в море водоросли, временами попадались ветви деревьев, на которых были листья,
39

Второе открытие Америки
схожие с листьями дуба. А в редкие погожие дни путешественникам порой казалось, что к северу
от курса судна будто бы виднелась
скрытая туманом земля. Это были
Алеутские острова. Экспедиция
п р и б л и жа л а с ь к А м е р и ке .
16 июля 1741 года, сразу после
полудня, взорам участников плавания открылся берег с высокими, покрытыми снегом горными
хребтами. Радости моряков не
было предела. На корабле все
буквально ликовали, наперебой
поздравляя Беринга. Но, по свидетельству Стеллера, капитанкомандор оставался угрюм. Когда
ученый спросил Беринга о причине его мрачного настроения,
тот ответил: «Мы не знаем, где
мы, как далеко от дому и что нас
вообще ожидает впереди. Может
Пушки с корабля Витуса Беринга

быть, нас назад не пустит пассатный ветер. Земля нам не знакомая и для зимовки не хватит провианта». В день, когда, наконец,
сбылась мечта всей его жизни,
мысли Беринга были отнюдь не
праздничными. Он думал о возвращении, лучше других представляя себе всю сложность этого
плавания. Время показало, что
он был прав.
Сильное волнение на море не
позволило высадиться на берег,
открытый русской экспедицией.
Судно двинулось вдоль побережья, но, опасаясь налететь
на рифы, держалось поодаль.
Лишь 20 июля море успокоилось настолько, что появилась
возможность спустить на воду
шлюпку. На близлежащий остров,
получивший впоследствии название Каяк, отправился шкипер
Софрон Хитрово. О посещении
этого острова вспоминал Ваксель,
который был первым офицером
на «Св. Петре»: «Хитрово рассказывал, что… он обнаружил
несколько небольших построек,
по всей вероятности, возведенных жителями материка, приезжающими на этот остров для
рыбной ловли. Он заметил также,
что местные жители, очевидно,
имеют топоры и ножи, так как
их постройки обшиты гладкими

досками и украшены резьбой...
Посланная шлюпка также вернулась на корабль и привезла
известие, что удалось найти пресную воду… Немедленно же мы
приступили к доставке пресной
воды обеими нашими лодками».
Моряки оставили на острове
подарки для местных жителей —
несколько кусков ткани, железные тарелки, ножи, стеклянные
бусы, курительные трубки, табак.
Беринг распорядился доставить
на остров Стеллера. Ученый
провел на суше десять часов,
успев ознакомиться с жилищами
индейцев и предметами их быта
и описать 160 растений местной
флоры, а также морских животных и птиц. Беринг назвал посещенный участок берега мысом
Св. Ильи.

В тисках голода и болезней
21 июля экспедиция оставила
берега Америки и направилась
на Камчатку. «Св. Петр» шел на
запад. Из-за отсутствия достоверных карт путь был очень опасен.
Приходилось постоянно измерять глубину лотом и лавировать
среди многочисленных рифов,
мелей, островов. Особенно
тяжело было вести корабль
ночами, когда на море ложился
туман. В течение всего августа
Это интересно

ПУШКИ БЕРИНГА
Кораблям Витуса Беринга полагалось иметь вооружение. Пушки для
экспедиции изготовили на Урале, на Каменском чугунолитейном
заводе. Пакетбот «Св. Петр» получил 5 двухфунтовых пушек длиной
1,5 метра и весом 150 кг каждая и 9 трехфунтовых длиной 1,7 метра
и весом 200 кг. После того как «Св. Петр» был выброшен штормом на
остров, моряки сняли с него пушки и сложили их на берегу, у кромки
океана. По прошествии нескольких лет они постепенно скрылись под
песком, намытым океаном, и оказались в полосе прилива. Казалось,
океан поглотил старинные орудия навсегда. Но в 1935 году после сильного шторма, размывшего песчаное дно, пушки обнаружили местные охотники. С тех пор пушки несколько раз то исчезали под слоем
песка, то появлялись вновь. Их искали многочисленные экспедиции,
но удача улыбнулась лишь трем из них. В 1991 году из прибрежного
песка были подняты на поверхность последние орудия легендарной
экспедиции. Сегодня пушки Беринга хранятся в музеях Владивостока,
Петропавловска-Камчатского, села Никольское (о. Беринга) и в датском городе Хорсенс, на родине мореплавателя.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Петропавловская гавань и стоящие в ней корабли Беринга.
Гавань Охотска. Иллюстрация из книги натуралиста экспедиции Вильгельма Стеллера

«Св. Петр» пробирался через
лабиринт островов. Беринг уже
почти не покидал свою каюту, на
судне заканчивались запасы пресной воды, значительная часть
команды была больна.
Ко ра б л ь п р о ш е л м и м о
Ту м а н н о г о о с т р о в а ( н ы н е
Чирикова), группы Евдокеевских
островов, а 29 августа бросил
якорь у Шумагинских островов,
названных Берингом в честь
матроса Шумагина, умершего
накануне от цинги. Здесь моряки

решили пополнить запасы пресной воды. Весь день и ночь на
шлюпках они возили на судно
солоноватую воду, найденную
на острове. На следующий день
Хитрово, взяв несколько матросов, попытался найти на острове
местных жителей. Эта попытка
едва не стоила морякам жизни —
поднявшийся ветер развел большую волну, шлюпка не смогла
вернуться на корабль и была
выброшена на берег. В это же
время судну из-за ветра при-

шлось выйти в море. «Оставшихся
на берегу людей охватило отчаяние, — писал Ваксель, — они были
уверены, что для них не осталось
никакой надежды на спасение.
Переводчик-чукча, видя их отчаяние и громкие жалобы, пытался
ободрить их и внушить им мужество. Он говорил, что на корабле
остались честные и смелые люди,
которые не бросят товарищей
в беде…»
Наутро «Св. Петр» пришел
за моряками. Едва они подня41

Второе открытие Америки
лись на палубу, судно, не теряя
времени, снова вышло в море.
Однако вскоре сильный шторм
заставил путешественников вернуться под защиту Шумагинских
островов. Вынужденная стоянка растянулась на несколько
суток. В один из дней вахтенные заметили на острове дым
костра. Через некоторое время
в бухте, где стоял «Св. Петр»,
появились две индейские байдарки. Они подплыли к судну,
но сидевшие в них туземцы
подняться на борт не рискнули
и вернулись на остров. Туда же
направилась шлюпка с русскими
моряками. Индейцам привезли
подарки, Стеллер и Ваксель описали жилища местных жителей,
предметы их обихода, одежду,
оружие, пищу. Из воспоминаний Вакселя: «Лица их были раскрашены в красный, а у некоторых в синий цвет; выражение
лиц у них было различное, как
у европейцев. Ростом они были
довольно высоки и хорошо сложены. Их пища, по всей вероятности, состоит из различных
морских животных и китового
жира, так как большой кусок его
они хотели подарить мне. Они
едят также различные травы
и дикие корни…». Первое знакомство закончилось неожиданРастения из гербария Георга Стеллера

ным инцидентом — алеуты не
захотели отпускать переводчика-чукчу и позволили ему уйти
только после того, как моряки
сделали несколько выстрелов из
мушкетов в воздух. Утром индейцы вновь приплыли к кораблю.
Они привезли подарки, получили в ответ бусы, ткани, курительные трубки, но зайти на корабль
так и не решились.
Несколько часов спустя
«Св. Петр» продолжил плавание.
8 сентября судно попало в такой
суровый шторм, что казалось,
гибель неизбежна. Но корабль
выдержал и, вернувшись на
прежний курс, вновь устремился к Камчатке. «Св. Петр» часто
шел в сплошном тумане, почти
постоянно лил дождь. Берингу
становилось все хуже, по его расчетам, до Камчатки было еще не
меньше месяца хода. Однако
точное местонахождение
корабля оставалось неизвестным. Понимая всю серьезность
положения, капитан приказал
своим офицерам внимательно
следить за небом, чтобы при
малейшей возможности определить по Солнцу или звездам
координаты судна. Но в плотной
пелене облаков не было ни единого просвета. Неделя проходила за неделей, на горизонте

Астроном экспедиции Людовик
Делиль де ла Кроер. По его картам
Беринг и Чириков вели свои суда
к берегам Америки

ничего не менялось. 25 сентября путешественники увидели
землю. Возвышавшуюся в глубине острова гору Беринг назвал
горой Св. Иоанна. Не имея времени пристать к острову, экспедиция двинулась дальше.
В конце сентября и начале
октября судну Беринга пришлось
выдержать несколько штормов.
Большая часть команды была
больна, у многих отнялись руки
и ноги. Паек сокращался с каждым днем. Едва ли не ежедневно
моряки хоронили в море своих
умерших товарищей. Не осталось
почти никого, кто мог бы стоять вахту и следить за парусами.
Вспоминая это тяжелое время,
Ваксель писал: «Пакетбот был
дни с два без всякого управления, носился по воде, равно, как
колода, оставленная во власть
волнам и ветрам». 24 октября
в вахтенном журнале появилась запись о том, что на палубу
выпал первый снег. Воздух становился все холоднее. Измученный
болезнью Беринг иногда выходил на палубу, чтобы подбодрить команду. Он обещал, что
как только корабль достигнет
земли, экспедиция останется на
зимовку.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
Между отчаянием
и надеждой
4 ноября на горизонте начали вырисовываться очертания
суши. Все, кто еще мог ходить,
вышли на палубу. Многим казалось, что это Камчатка, ктото даже узнавал окрестности
Авачинской бухты. Однако приблизившись к земле, моряки
увидели перед собой незнакомый берег. Теряясь в догадках,
не имея возможности определить свое местоположение, они
пришли к выводу, что оказались
на севере Камчатки.
Н о ч ь ю ко ра б л ь д е р жа л с я
вблизи суши. Наутро Беринг
созвал совет. На нем было решено готовиться к высадке, начать
которую планировалось на
следующий день. Сильнейший
ветер, поднявшийся ночью,
сорвал корабль с якоря и понес
на рифы. Моряки успели бросить второй якорь, но канат
лопнул мгновенно. Каким-то
чудом судно перебросило через
каменную гряду, и оно оказалось

ГЛАВА

Летнее жилище камчадалов. Иллюстрация из книги натуралиста экспедиции
Вильгельма Стеллера

в бухте, на тихой и спокойной
воде. 7 ноября Беринг послал
осмотреть землю натуралиста
Стеллера и капрала Федора
Плениснера. На пустынном
берегу они нашли лишь заросли
полярной ивы да бревна, выброшенные морем. В окрестностях
бухты им удалось обнаружить

несколько глубоких ям, которые
можно было использовать как
землянки для размещения в них
больных. Рядом текла небольшая речка.
Высадка началась через день.
9 ноября на берег перевезли
Беринга. С огромным трудом
обессилевшие люди перебираЭто интересно

ПОДНОЖНЫЙ КОРМ
Из-за недостатка провианта на пакетботы «Св. Петр» и «Св. Павел»
был погружен лишь шестимесячный запас провизии. Моряки Беринга,
оказавшиеся на острове, очень страдали от голода. Охотиться им было
слишком трудно и приходилось искать растительную пищу. Северная
природа не так скудна, как кажется. Здесь всегда можно найти немало
съедобных растений. В первую очередь это, конечно, ягоды: морошка, брусника, клюква, толокнянка, голубика, водяника. Но наибольшей
питательной ценностью среди растений Севера обладают лишайники.
Растут они практически везде, и в случае необходимости ими всегда
можно дополнить свой рацион. Чаще всего в северных широтах встреСъедобный
чаются лишайники кладония, которые еще называют ягель или олений
лишайник цетрария
мох. Очень распространен и другой лишайник — цетрария исландская
исландская
или исландский мох. Перед употреблением в пищу кустики лишайников
вымачивают 1–2 суток в воде, к которой добавляют золу. Затем лишайник хорошо проваривают. Остуженный отвар превращается в богатую углеводами студенистую массу. Кроме
того, лишайник можно засыпать солью, дать ему отстояться в течение ночи, затем промыть или вымочить
пару часов в воде и есть.
На берегах северных морей одним из источников питания могут стать водоросли, богатые белками и углеводами. B Арктике почти все водоросли можно есть сырыми или варить из них супы. Лишь некоторые водоросли содержат раздражающую кислоту. Чтобы определить их, нужно провести своеобразный экспресс-анализ — растереть стебель между пальцами. Содержащая кислоту водоросль уже через несколько минут станет
издавать неприятный запах. В пищу годятся твердые, гладкие на ощупь водоросли. Перед употреблением их
надо промыть в пресной воде, чтобы удалить соль.

Второе открытие Америки

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

лись на сушу, многие моряки
умерли во время транспортировки. Лишь 22 ноября все оставшиеся в живых оказались на
суше. Шесть дней спустя во время
сильного шторма «Св. Петр» был
выброшен на берег. Но путешественники, уверенные, что они
находятся на Камчатке, надеялись, что им вскоре удастся
найти местных жителей и отправиться на собачьих упряжках
в Петропавловск. По заданию
Беринга две партии моряков
отправились осматривать местность. Вскоре путь им преградили горы, подняться на которые
у них не хватило сил. Во время
этого небольшого похода путешественники не увидели никаких признаков присутствия человека, а встречавшиеся в дороге
песцы и морские бобры совершенно не боялись появившихся
людей.
Через несколько дней Беринг
послал новый отряд на разведку.
Морякам удалось взобраться на
вершину горы. Отсюда они увидели, что их со всех сторон окружает море, команда Беринга
оказалась на острове. Из дневника Вакселя: «Это известие подействовало на наших людей, словно удар грома. Мы ясно поняли,
в какое беспомощное и тяжелое положение попали и что
нам угрожает полная гибель.
В самом деле, мы оказались
выброшенными на неизвестный
и пустынный остров без корабля,
без леса для постройки другого судна, без провизии, с большим количеством людей, до
последней степени больных, без
лекарств или каких-либо средств
для лечения больных, без жилья,
выброшенными, так сказать под
открытое небо. К тому же вся
земля была покрыта снегом.
Карта русских открытий в Тихом
океане, составленная Петербургской
Академией наук на основе работ Первой
и Второй Камчатских экспедиций. 1775 г.

Второе открытие Америки
Впереди предстояла длительная зима с неизбежными сильными морозами. А у нас совсем
не было дров. От таких тревожных мыслей не мудрено было
дойти до отчаяния и усомниться
в возможности нашего спасения…». Наверное, тяжелее всех
в эти дни было Берингу, которого тяготила ответственность
за жизни людей, отправившихся с ним в это опасное путешествие. Капитан-командор лежал
в своей землянке, силы оставляли его. Он уже не чувствовал
голода и совершенно не мог
двигаться. Его постепенно засыпало оползавшим со стен землянки песком, но откапывать
себя он не позволял, говоря, что
так теплее.
Даже ощущая близость смерти,
Беринг не переставал заботиться о своей команде. Он побеспокоился о том, чтобы с корабля сняли грузы, которые могли
пригодиться путешественникам
и как мог ободрял товарищей по
несчастью. Беринг умер 8 декабря 1741 года. После его смерти
командование принял лейтенант Свен Ваксель. Ему предстояло организовать зимовку,
надежд пережить которую было
немного.

Школа выживания
Из продуктов у моряков оставалось лишь небольшое количество ржаной муки, крупы и соли.
Всем без различия чинов и званий ежедневно выдавался одинаковый паек. Он был так мал,
что практически не мог поддержать силы совершенно истощенных людей. Цинга продолжала
уносить жизни несчастных путешественников. Даже выносить
трупы из землянок уже было
некому. Из дневника Стеллера:
«Покойники, прежде чем быть
погребенными, уродовались песцами; эти животные приближались и к живым беспомощным
больным, лежавшим без защиты на берегу, и обнюхивали их,
как собаки…». Лишь несколько
человек еще могли передвигаться, они ходили на охоту, добывая
пищу для себя и своих больных
товарищей. «За крайним недостатком провианта, — вспоминал
Ваксель, — будучи на том острове,
ели всю непотребную и натуре
человеческой противную пищу,
что море давало. Иногда бобровое, а иногда котовое и нерпичье
мясо, тако ж и выкинутых из моря
мертвых китов и сивучев…»
Участники экспедиции страдали не только от голода. Нередко

Фрагмент карты побережья Камчатки и Командорских
островов с изображениями стеллеровой коровы, морского котика и сивуча. Рисунок участника экспедиции Софрона
Хитрово, 1741 г.

Жители острова Уналашка в праздничной одежде. Иллюстрация из книги
начала XIX в.

остров оказывался во власти ураганов. В такие дни ветер срывал
брезентовые крыши землянок
и засыпал жилища снегом. Не
хватало дров. Плавник можно
было раздобыть лишь за 10 километров от лагеря, оттуда дрова
приходилось таскать на своих
плечах. Дважды путешественникам довелось пережить землетрясения, во время которых землянки засыпало песком почти
полностью. Откопать их удалось
лишь ценой невероятных уси-

Житель Алеутских островов на байдарке. Иллюстрация
из книги участника Великой Северной экспедиции Степана
Крашенинникова «Описание земли Камчатки»

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
лий. И все же моряки постепенно выздоравливали. Свежее
мясо, которое время от времени
появлялось в их скудном рационе, помогло побороть цингу.
8 января 1742 года был зарегистрирован последний смертный
случай. Из 77 человек, отправившихся в плавание, выжили 45.
Во время этой тяжелейшей
зимовки Стеллер не оставлял
своих исследований, занимаясь
изучением животного и растительного мира острова, его климата и рельефа. Он наблюдал
за жизнью колонии сивучей,
дал описание морской коровы,
отмечал в дневнике все погодные явления, составил каталог
местной флоры из 211 видов
растений. С наступлением теплого сезона Стеллер оказал экспедиции большую услугу, собирая
травы, из которых затем заваривали витаминный чай.
В марте 1742 года Ваксель
созвал совет, на котором надо
было решить, что делать дальше.
Предложения звучали самые разные — послать на Камчатку шлюпку, снять с камней выброшенный
на берег корабль и попытаться
его отремонтировать. После долгого и бурного обсуждения пришли к выводу, что надо построить новое судно из остатков
«Св. Петра». Правда, среди тех,
кто оказался на острове, не было
корабельного мастера, поэтому
пришлось положиться на знания казака Саввы Стародубцева,
который участвовал в строительстве экспедиционных кораблей
в Охотске. 7 мая за эту работу взялись 20 человек. Остальные занялись заготовкой продовольствия,
для чего была устроена охота на
морских коров.
Строительство корабля продвигалось быстро. Уже в конце
мая был закончен остов, в начале июля приступили к его обшивке. Старыми канатами и паклей
проконопатили корпус, смолу

ГЛАВА

Первая встреча с алеутами. Рисунок Свена Вакселя

вытопили из якорного каната и промазали ею подводную
часть корабля. 10 августа судно,
названное, как и прежнее,
«Св. Петр», было спущено на
воду. За три дня на него погрузили несколько бочек с соленым
мясом морских коров и 25 пудов
ржаной муки, сохраненной специально для этого плавания.
13 августа путешественники
вышли в море, оставив остров,
которому они дали имя Беринга.
Небольшое судно, на котором уцелевшие участники экспедиции отправились в плавание, могло идти не только под
парусами, но и на веслах, которыми моряки пользовались
почти постоянно. Три дня спустя в трюме открылась сильная
течь, прибывавшую воду приходилось вычерпывать насосами
и вручную. Когда выяснилось,
что в одном из пазов волной
выбило паклю, образовавшуюся щель быстро заделали, и плавание продолжилось. 17 августа
судно оказалось в виду обширной земли. Это была Камчатка.
В а кс е л ь н а п ра в и л ко ра б л ь
вдоль ее берегов на юг. 27 августа 1742 года «Св. Петр» вошел
в Петропавловскую гавань.

Плавание к западным берегам
Америки, совершенное ценой
невероятных лишений и горьких
утрат, закончилось.
Р е з у л ьта т о м э к с п е д и ц и и
Беринга — Чирикова стало открытие северо-западного побережья
Северной Америки, Алеутских
и Командорских островов, залива Аляска. Плавание пакетботов
«Св. Петр» и «Св. Павел» кардинальным образом изменило представление о северной
части Тихого океана, установив взаиморасположение Азии
и Северной Америки и расстояние между материками.
Экспедиция положила начало
исследованию и освоению севера Американского континента,
что в дальнейшем привело к возникновению Русской Америки.
По окончании плавания было
составлено более 60 карт, среди
которых первые карты северозападного побережья Нового
Света и земель, открытых в Тихом
океане. Благодаря трудам участников плавания появились первые сведения о гидрографии
и климате северных районов
Тихого океана, природе открытых островов и северо-западной
окраины Америки.
47

«Сей мыс каменный, приярый, высоты средней …Здесь именован
мною оный Восточный Северный мыс… Здесь поставил маяк…»
С. Челюскин

ГЛАВА

От Печоры до Чукотки

По замыслу Беринга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 50
Неудачное начало . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 50
Через льды Карского моря . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 51
Вокруг Ямала . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 52
В Обской губе . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 54
В устье Енисея . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 56
На штурм Таймыра . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 56
За 77-й параллелью . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 58
Смерть во льдах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 60
Стремясь на север . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 61
Гибель «Якутска» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 62
В Таймырских походах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 62
Хараулахская катастрофа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 64
К оконечности материка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 65
Неприступная Чукотка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 67

От Печоры до Чукотки
В 1732 году императрица Анна Иоанновна подписала указ об организации экспедиции, основной задачей которой стало исследование арктических владений от реки Печоры до Чукотки.
Участникам экспедиции надлежало составить географическое, геологическое, ботаническое,
зоологическое и этнографическое описание территории. Это грандиозное предприятие, занявшее целое десятилетие, вошло в историю под названием Великая Северная экспедиция.
По замыслу Беринга
Идея всестороннего изучения
севера Сибири, а также организации плавания к Северной
Америке и Японии принадлежит
Витусу Берингу. Его проект был
поддержан и существенно расширен Сенатом, Адмиралтействколлегией и Академией наук.
Можно с полным правом сказать,
что экспедиция положила начало
научному исследованию Арктики.
Ее размах поражает и сегодня — в работах приняли участие
около 3 тысяч человек, экспедиционными маршрутами было
охвачено все арктическое побережье России, в Архангельске,
Тобольске, Охотске и Якутске для
экспедиции построили несколько судов, в Якутске специально
для нужд исследователей создали
Тамгинский железоделательный
завод. В общей сложности на экспедицию потратили 360 тысяч
рублей, что составляло 1/6 часть
годового бюджета Российской
империи.
Все побережье Северного
Ледовитого океана было разбито на пять участков, каждый
из которых закрепили за одним
из экспедиционных отрядов. Все
они, за исключением ДвинскоОбского отряда, который подчинялся Адмиралтейств-коллегии,
находились под общим руководством Витуса Беринга. Однако на
деле каждый из отрядов по сути
представлял собой самостоятельную экспедицию.
Неудачное начало
Первым к работе приступил
Двинско-Обский отряд, которому предстояло исследовать
участок арктического побережья от Белого моря до устья
50

Это интересно
ГОСУДАРСТВЕННАЯ ТАЙНА
Все исследования Второй Камчатской экспедиции были засекречены.
Морским офицерам и ученым запрещалось «под опасением жестокого наказания» сообщать что-либо об этой экспедиции письменно или
устно иностранцам до тех пор, пока сообщения об их открытиях не
будут опубликованы в России.

Оби. 10 июля 1734 года на двух
специально построенных кочах
«Экспедицион» и «Обь» экспедиция вышла из Архангельска.
Командовали судами и отрядом из 51 человека лейтенанты Степан Муравьев и Михаил
Павлов. 25 июля кочи вошли
в пролив Югорский Шар, и путешественники обнаружили, что
Карское море совершенно свободно ото льда, «чему кормщики
и бывалые люди весьма удивлялись, — заметил Муравьев, — ибо
они от тех льдов всегда имеют
нужду и пропадают много».
Сделав остановку у острова
Вайгач, участники экспедиции
начали опись берегов, а затем

двинулись дальше и 31 июля
добрались до полуострова Ямал
в районе Мутного залива. Здесь
отряд пополнил запас пресной воды и набрал плавника.
Муравьев решил продолжить
плавание вдоль берегов Ямала,
чтобы обогнуть полуостров
с севера. Однако встречные
ветры позволили пройти судам
только до широты 72°35’, 18 августа путешественники повернули
обратно и 4 сентября пришли на
зимовку в устье Печоры. Кочи
поставили у деревни Тельвицы,
а обе команды были отправлены
в Пустозерск.
Летом 1735 года суда ДвинскоОбского отряда снова вышли

Вид города Енисейска, в котором базировались некоторые отряды Великой
Северной экспедиции. Середина XVIII в.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
в плавание и 15 июля добрались
до Югорского Шара. Но в этом
году ледовая обстановка оказалась куда тяжелее — Карское море
было полностью забито льдом.
Поход кончился полной неудачей — в конце сентября оба судна
вернулись в устье Печоры, завершив лишь опись берегов острова
Вайгач. Два года, определенные
Адмиралтейств-коллегией для
работы Двинско-Обского отряда, истекли, а результата не было
никакого. Из Петербурга пришло
предписание: «…без окончания по инструкции в совершенстве оной экспедиции — возвращения оттуда с командою не
будет». Однако завершить начатое ни Муравьеву, ни Павлову
не довелось. Все эти два года
отряд раздирали внутренние
распри. Участники экспедиции
писали друг на друга кляузы
и доносы. Муравьев жаловался
в Адмиралтейств-коллегию на
Павлова, что тот не исполняет его
приказания. Власти Пустозерска
и местные жители обвиняли
обоих лейтенантов в пьянстве
и самоуправстве. Устав от бесконечных жалоб, Адмиралтействколлегия отстранила от работы
Муравьева и Павлова «за многие

ГЛАВА

Езда на собаках. Книжная иллюстрация XIX в.

непорядочные, леностные и глупые поступки». Лейтенанты были
преданы суду и разжалованы
в матросы.

Через льды Карского моря
Настоящая история работы
Двинско-Обского отряда начинается в 1736 году, когда его
возглавил опытный штурман
лейтенант Степан Малыгин.
В помощь ему были выделены еще два судна, их спешно
строили в Архангельске — боты
«Первый» и «Второй» под управлением лейтенантов Алексея

Скуратова и Ивана Сухотина.
Также к отряду присоединился
геодезист Василий Селифонтов,
которому предстояло совершать сухопутные маршруты.
Адмиралтейств-коллегия предписала Малыгину использовать
для экспедиции наиболее крепкий коч, укомплектовав экипаж
надежными людьми.
Приняв командование
отрядом, Малыгин взялся за
ремонт изрядно потрепанного
коча «Экспедицион» и 25 мая
1736 года, не дожидаясь окончания постройки ботов, вывел
его в море. Однако уже в устье
Печоры экспедицию встретили
тяжелые льды. «Экспедицион»,
затертый ледяными полями,
потерял управление и был
выброшен на мель. Команде
пришлось оставить потерпевшее крушение судно, вернуться к месту зимовки и заняться
ремонтом «Оби».
18 июня все работы были
завершены, и отряд Малыгина
в н о в ь о т п ра в и л с я в н и з п о
Печоре. В море «Обь» попала
в ледяные поля, лавируя между
которыми, она только 22 июля
смогла добраться до острова
Долгого, к западу от Югорского
Ш а ра . З д е с ь М а л ы г и н б ы л
вынужден сделать стоянку —
51

От Печоры до Чукотки

Скульптурное изображение Дмитрия
Овцына у стелы в честь великих
сибирских экспедиций, установленной
в Ханты-Мансийске

идти вперед не давали льды.
7 августа к Долгому подошли
Скуратов и Сухотин на ботах
«Первый» и «Второй». Все три
судна направились дальше на
восток и встали на якоря у острова Вайгач. Пролив Югорский
Шар и Карское море к востоку от
Вайгача были совершенно забиты льдом. Малыгин справедливо
рассудил, что «Обь» не выдержит столь тяжелых условий плавания, и решил отправить ее
в Архангельск под командованием Сухотина.
Лишь 24 августа экспедиция
смогла пробиться сквозь льды
и выйти в Карское море. Однако,
пройдя всего 12 миль, судам
вновь пришлось остановиться,
бросив якорь у острова Мясной.
Воспользовавшись паузой, отряд
описал берега острова и прилегающего материка, произвел наблюдения над приливами
и поведением компасной стрел52

ки. Стоянка затянулась почти
на две недели. Положение становилось опасным. 4 сентября
Малыгин созвал совет офицеров, унтер-офицеров и кормчих.
Решено было зазимовать в устье
реки Моржовки, на западном
берегу Ямала. Но уже 5 сентября сильный юго-западный
ветер отогнал лед, и Малыгин
повел экспедицию вдоль берегов
Югорского полуострова. 11 сентября путешественники достигли
устья реки Кара. Здесь Малыгин
снова собрал совет, на котором
большинство высказалось за то,
чтобы пробиваться на восточный
берег Ямала и зимовать там. Эта
попытка оказалась тщетной —
громадные ледяные поля преградили путь экспедиции. Малыгин
был вынужден повернуть назад.
Отряд вернулся к устью Кары,
поднялся на 60 километров вверх
по течению реки и 26 сентября
встал на зимовку.
Из досок, привезенных с собой,
путешественники устроили жилища. Для отопления использовали кустарник из окрестной тундры. Чтобы сэкономить провиант, часто ловили рыбу. 6 ноября
к зимовью подошел сухопутный
отряд Василия Селифонтова,
который еще весной, выйдя на
оленях из Пустозерска, пересек Большеземельскую тундру
и южную часть Ямала и достиг
западных берегов Обской губы.
За лето ему удалось произвести опись и съемку западного
и восточного берегов Ямала.
Селифонтов установил на побережье большое количество приметных знаков, измерил расстояние
между ними, нанес на карту устья
рек, впадающих в Белое и Карское
моря, измерил их течения и глубины. Эта большая работа очень
помогла Малыгину во время плавания вокруг полуострова Ямал —
моряки смогли ориентироваться
по приметам, оставленным на
берегу Селифонтовым.

Вокруг Ямала
В первых числах июня на
Каре начался ледоход. Однако
море все еще было покрыто
тяжелыми льдами. Лишь 4 июля
1737 года отряд Малыгина смог
продолжить плавание, воспользовавшись улучшением ледовой обстановки. 9 июля боты
«Первый» и «Второй» вошли
в южную часть Байдарацкой
губы. Здесь путешественники
несколько дней занимались
измерением глубин и наблюдали за приливами и отливами.
12 июля суда двинулись дальше
и, добравшись до Ямала, стали
пробиваться сквозь встреченные льды на север. Несколько

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
дней спустя боты миновали
залив Мутный. Утром 23 июля
экспедиция достигла северной оконечности полуострова
Ямал и вошла в пролив между
островом Белый и материком
(ныне — пролив Малыгина).
Льда в этом районе не было,
но сильные встречные ветры,
непогода и туманы задержали
путешественников более чем
на три недели. Малыгин, однако, времени даром не терял.
П у т е ш е ст в е н н и к и п р о и з в е ли промеры глубин в проливе
и изучили течения. Наконец
16 августа сильный северозападный ветер позволил судам

обогнуть северную оконечность
Ямала и войти в Обскую губу.
Это были первые корабли, которым удалось пройти с запада
к устью Оби. Море здесь было
совершенно свободно ото льда,
и экспедиция беспрепятственно
продвигалась на юг, производя опись берегов. 11 сентября
боты вошли в устье Оби. Работы
отряда были близки к завершению. 1 октября суда прибыли
в Березов, где была намечена
зимовка. Разместив экипажи,
Малыгин передал командование лейтенанту Скуратову, а сам
отправился с отчетом в СанктПетербург.

ГЛАВА

Отряд Малыгина описал побережье Северного Ледовитого
океана от Югорского Шара до
устья Оби и составил первую
карту этой местности, которой
на протяжении почти ста лет
пользовались мореплаватели.
Новая топографическая съемка
берега была выполнена только
в 20-х годах XIX века. ДвинскоОбский отряд произвел наблюдения за состоянием льдов,
характером морских течений,
высотой приливов, земным магнетизмом. Были сделаны многочисленные промеры глубин
моря и Обской губы, определена
судоходность рек, впадающих

Карта походов Двинско-Обского отряда 1734—1739 гг.

От Печоры до Чукотки
в Карское море и Обскую губу,
отмечены места возможного
промысла морского зверя на
побережье Карского моря.

В Обской губе
Обследовать побережье от
Оби до Енисея должен был отряд
под руководством лейтенанта
Дмитрия Овцына. Для нужд экспедиции была построена дюбельшлюпка «Тобол». На ней 14 мая
1734 года отряд Овцына численностью 56 человек, среди которых были подштурман Дмитрий
Стерлегов, штурманский ученик Федор Канищев, геодезист
Моисей Ушаков, ученик геодезиста Федор Прянишников, рудознатец Захар Медведев, вышел
из Тобольска в свое первое плавание. Небольшая дюбель-шлюпка не вмещала все имущество экспедиции, поэтому «Тобол» шел
в сопровождении плоскодонных судов (дощаников), а также
нескольких гребных лодок,
которые промеряли фарватер.
11 июня экспедиция добралась
до Обдорска (ныне — Салехард),
и «Тобол» вступил в Обскую губу.
Плавание это не задалось
с самого начала. Тихоходные
дощаники, непрестанно садившиеся на мели, сильно тормозили продвижение вперед. В конце
концов Овцын решил избавиться
от плоскодонок — из грузов, которые перевозили на дощаниках,
стали устраивать склады на берегах, а сами суда отпускали назад.
Наконец распрощались с последней плоскодонкой, и «Тобол»,
подняв паруса, устремился на
север. Но тут переменившиеся
ветры стали гнать судно обратно. Из-за этой задержки отряд
Овцына к 31 июля дошел лишь до
устья Тазовской губы.
У путешественников не было
никакого представления о протяженности Обской губы. День
за днем они видели один и тот
же пейзаж — бесконечное про54

странство воды на горизонте, а к
востоку — унылый низменный
берег, покрытый снегом. Картину
дополняло низкое свинцовое
небо, непрерывно моросящее
дождем. Как отметил Овцын,
«время наступало позднее, стужи
становились очень большими,
на судне имелись повреждения,
а удобного места для зимовки
вблизи не виделось, да и недостаток запасов не позволял оставаться здесь зимовать». Перспектива
близкой зимовки у этих него-

степриимных берегов страшила
всех, и на совещании, созванном
Овцыным, офицеры решили,
что необходимо возвращаться. 4 сентября «Тобол» пришел
в Обдорск. Навигация 1734 года
завершилась безрезультатно.
Зима прошла в подготовке
к следующей экспедиции, на
которую Овцын возлагал большие надежды. Стремясь как
можно быстрее приступить
к работе, он, едва вскрылась
река, 29 мая 1735 года вывел

Переход через торосы. Книжная иллюстрация XIX в.
Тяга лодки собаками. Книжная иллюстрация XIX в.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
дюбель-шлюпку в плавание. Еще
не окончился ледоход, с которым
«Тобол» вынесло к мысу Гусиный
Нос. Тут «Тобол» простоял три
недели из-за непроходимых
льдов. Встречные ветры не давали судну продвигаться вперед.
С неимоверными сложностями
к 17 июля отряд достиг широты
68°40’, не добравшись даже до
конечного пункта прошлогоднего плавания. Недостаток свежих
продуктов и чрезвычайная усталость путешественников стали
причиной цинги — из 56 членов
команды болели 37, в том числе
и Овцын. Четверо участников экспедиции умерли. В отчете Овцын
писал: «Не видя теперь уже никакой возможности продолжать
плавание, по сделанному с обери унтер-офицерами консилиуму, отсюда пошли в обратный
путь». К началу октября сильно
поврежденное судно вернулось
в Тобольск. Два года, отведенные Адмиралтейств-коллегией
на работу Обско-Енисейского
отряда, истекли. Единственным
утешением для Овцына служила работа сухопутных отрядов — «геодезии ученик» Федор
Прянишников во время походов
1734 и 1735 годов заснял восточный берег Обской губы и всю
Тазовскую губу, а приданные
экспедиции казаки соорудили
немало опознавательных знаков
на обоих берегах Обской губы.
Из Тобольска с отчетом Овцын
отправился в Петербург. Адмиралтейств-коллегия, заслушав
лейтенанта, постановила: работы продолжать, построить для
экспедиции новое судно, выделить в помощь Овцыну штурмана Федора Минина.
К навигации 1736 года новое
судно для Обь-Енисейского отряда построить не успели. И 23 мая
Овцын вышел в плавание все
на том же «Тоболе». Этот поход
оказался тоже неудачным —
продвигаясь на север вдоль

ГЛАВА

Оленья упряжка. Книжная иллюстрация XIX в.

Кит. Книжная иллюстрация XIX в.

правого берега Оби, 5 августа
«Тобол» достиг широты 72°40’.
Сплоченные льды не дали судну
продвинуться дальше, подходящего места для зимовки не
нашлось, и Овцын вынужден был
отступить. 26 сентября отряд
вернулся в Обдорск.
Тем не менее зимовка прошла
плодотворно. Группа казаков во
главе с геодезистом Михаилом

Охота на моржей. Книжная
иллюстрация XIX в.

Выходцевым была послана
в устье Оби для описи берегов
до устья Енисея. Им навстречу
из Туруханска вниз по Енисею
п р о д в и га л с я о т р я д Ф е д о ра
Прянишникова. Обе эти партии
собрали обширный картографический материал. Овцын в это
время уехал зимовать в Березов.
Это обстоятельство сыграло в его
судьбе роковую роль.
55

От Печоры до Чукотки
В устье Енисея
Решающим для Обь-Енисейского отряда стало плавание
1737 года, когда сложились
на редкость удачные ледовые
условия. В июне было закончено строительство нового бота,
который получил название
«Обь-Почтальон». 29 июня на
нем и дюбель-шлюпке «Тобол»
экспедиция отправилась в путь
из Обдорска. На сей раз льдов
нигде не встретили, продвижение
затрудняли туманы и неблагоприятные ветры. Но 7 августа отряд
Овцына вышел в открытое море.
Казавшаяся бесконечной Обская
губа наконец осталась позади.
«Вода здесь была весьма солона
и горька, цветом темно-голубая,
глубины 7 сажен», — отметил
Овцын. Некоторое время спустя
на широте 74°02’ суда подошли
к кромке плавучих льдов.
Посовещавшись с командой,
Овцын решил повернуть к востоку. 16 августа экспедиция обоМогила Василия и Татьяны
Прончищевых. Фотография 1921 г.

гнула мыс Мате-Сале (Тупой
мыс). Нанеся его на карту, Овцын
двинулся дальше, в Енисейскую
губу. 31 августа «хотя через великие трудности» оба судна достигли цели экспедиции — устья
Енисея, где путешественников
встречал сухопутный отряд геодезиста Федора Прянишникова.
Пополнив запасы продовольствия, Овцын продолжил плавание вверх по Енисею, намер е в а я с ь в стат ь н а з и м о в ку
в Туруханске. Однако дойти до
города путешественники не
успели, в октябре начался ледостав, и «Обь-Почтальон» поставили на зимовку в устье реки
Антгутихи, а «Тобол» — в реке
Денежкина, в нескольких километрах от Туруханска.
Основная задача отряда
Овцына была выполнена —
экспедиция прошла морем из
Обской губы в Енисейскую,
произведя опись побережья.
Однако, согласно инструкции
Адмиралтейств-коллегии, по
достижении этой цели отряд
должен был заняться съемкой
берега к востоку от устья Енисея,
обогнуть полуостров Таймыр
и дойти до Хатанги.
Летом 1738 года Овцын приказал штурману Федору Минину
на боте «Обь-Почтальон» отправиться к берегам Таймыра,
а сам выехал в Петербург для
отчета перед Адмиралтействколлегией. Однако добраться
до столицы ему не довелось.
В Тобольске Овцын был арестован — его обвинили в общении с ссыльным князем Иваном
Это интересно

ПОСЛЕДНИЙ ПРИЮТ
Могила Василия и Татьяны Прончищевых сохранилась до наших
дней. В 1875 году ее нашел во время экспедиции геолог Александр
Чекановский. В 1999 году совместная экспедиция Института археологии и Клуба «Приключение» Дмитрия Шпаро произвела эксгумацию
и перезахоронение останков. Это позволило установить точную причину смерти Василия Прончищева и произвести реконструкцию лиц
супругов. Ныне захоронение находится в поселке Усть-Оленёк.

Долгоруким во время предыдущей зимовки в Березове.
Овцына судили и разжаловали
в матросы.

На штурм Таймыра
Командование Обь-Енисейским отрядом было поручено штурману Минину. 4 июня
1738 года Минин вывел в плавание бот «Обь-Почтальон»
с командой в 57 человек для
обследования неведомых берегов Таймыра. В устье Енисея
экспедиция прибыла 3 августа.
Миновав мыс Ефремов Камень,
бот дошел до того места, где
берег начал отклоняться к востоку. 16 августа на широте 73°07’
путешественники открыли группу
островов, которые Минин назвал
Северо-Восточными. Однако
пройти дальше исследователям
не удалось. Стояли крепкие северо-восточные ветры, хлопьями шел снег, ударили морозы,
начали смыкаться льды. Снасти
и палуба бота совершенно обледенели, к тому же на исходе была
пресная вода. Минин отправил на ялботе подштурмана
Дмитрия Стерлегова разведать
ледовую обстановку. Ему удалось дойти до мыса, названного
им Северо-Восточным. На этом
мысе Стерлегов оставил доску
с надписью: «1738 году августа
23 дня мимо сего мыса, именуемого Енисея Северо-восточного
на боту Оби Почтальоне от флота
штурман Федор Минин прошел
к осту оной в ширине 73°14’».
Найти проход во льдах Стерлегов
не смог, и экспедиция оставила
попытки идти на северо-восток.
30 августа Минин взял курс на
устье Енисея, куда и привел судно
7 сентября и встал на зимовку.
Летом 1739 года Минин
повторил попытку обогнуть
Таймыр, но это плавание оказалось необычайно неудачным.
По вине местных властей провиант для экспедиции был заго-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
товлен слишком поздно. Отряд
смог отправиться в плавание
только в начале августа. Минину
удалось дойти лишь до устья
Енисея, где судно было задержано штормом. Из-за приближающейся зимы отряду пришлось
вернуться в Туруханск.

В конце января 1740 года
из Туруханска на север отправилась сухопутная партия под
командованием Стерлегова. На
собачьих упряжках он прошел от
устья Енисея по морскому побережью, производя его опись.
2 2 м а р та С т е р л е го в д о ст и г

ГЛАВА

Северо-Восточных островов,
а затем, продвигаясь на северо-восток, пересек устье реки
Пясины и в середине апреля
вышел к мысу на широте 75°26´
(сегодня это мыс Стерлегова).
По словам Стерлегова, мыс тот
«собою узок, вышиною около

Карта походов Обь-Енисейского отряда 1734–1740 гг.

От Печоры до Чукотки
5 сажен берег, на котором
земля черная с мягким ломаным камнем аспидом, а далее
от берега глина со мхом; восточнее и западнее сего лежат
берега низкие, пологие». Здесь
Стерлегов построил из плавника маяк, в основание которого положил письмо с отчетом о работе своей партии.
Из-за нехватки продовольствия
и снежной слепоты, поразившей большую часть его отряда
и его самого, Стерлегов вынужден был вернуться.
Летом 1740 года Минин сделал еще одну попытку обойти Таймыр морем. Выйдя из
Енисейского залива, он повел
«Обь-Почтальон» на северо-восток. 17 августа экспедиция миновала устье Пясины и открыла
многочисленные мелкие острова, которые впоследствии были
названы «шхеры Минина». Бот
дошел до 75°15’ северной широты, где путь ему преградили
непроходимые льды. Отсюда
Минин повернул судно обратно,
и 27 августа «Обь-Почтальон»
пришел в устье Енисея.
Убедившись в полной невозм о ж н о с т и о б о й т и Та й м ы р
морем, Адмиралтейств-коллегия
весной 1741 года приказала прекратить изыскания отряда.
Хотя Обь-Енисейскому отряду не удалось обогнуть Таймыр,
он и без того проделал колосс а л ь н у ю р а б о т у. Ус и л и я м и
Овцына, Минина, Стерлегова,
Прянишникова и их спутников
на карту были нанесены восточный берег Обской губы,
Тазовская и Енисейская губы,
берега Енисея и Оби, западный
берег полуострова Таймыр.

За 77-й параллелью
В необычайно тяжелых условиях довелось работать ЛенскоЕнисейскому отряду, перед которым была поставлена задача
исследовать побережье к западу
58

от устья реки Лены. Возглавил
отряд лейтенант Василий
Прончищев, его помощниками стали подштурман Семен
Челюскин и геодезист Никифор
Чекин. Незадолго до начала экспедиции Прончищев женился,
и в плавании его сопровождала
жена Татьяна. В то время участие
женщины в полярной экспедиции было делом совершенно
невозможным, поэтому Татьяна
Прончищева отправилась в этот
поход неофициально.
Для экспедиции была построена дюбель-шлюпка «Якутск», и на
этом судне 30 июня 1735 года
Прончищев вышел из Якутска
вниз по Лене, имея на борту
50 человек команды. Продвигаясь
по реке к океану, отряд вел съемку ее берегов и 13 августа достиг
устья Лены. На следующий день
через левый рукав Лены «Якутск»
вышел в открытое море. Однако
время для начала работ экспедиции было уже слишком позднее, поэтому почти сразу возник
вопрос о зимовке. Местом для
нее Прончищев выбрал устье
реки Оленёк.
25 августа отряд добрался до
устья Оленёка и устроился на
зимовку. Место это оказалось
удачным. На берегу было много
плавника, из которого путешественники сложили две избы,
где и разместились на зиму.
Неподалеку находилось поселение русских промышленников и кочевья тунгусов и якутов.
Вскоре река замерзла. 13 ноября
скрылось солнце, полярная ночь
продлилась до 22 января.
Зимовка прошла неплохо, хотя
к весне у некоторых участников
экспедиции появились первые
признаки цинги. Весна 1736 года
запоздала — 21 июня вскрылась
река, но лед на море долго не
позволял отряду Прончищева
приступить к работе.
Лишь 3 августа «Якутск» смог
выйти в плавание. Продвигаясь

на запад «с великою опасностью», экспедиция сделала остановку в устье реки Анабары
«для осмотра горы той, в которой руда». Прончищев отправил
вверх по течению реки геодезиста, который исследовал выходы
руды и доставил на борт судна
образцы горных пород. К западу от Анабары экспедицию
встретили сплоченные ледяные
поля, пробираясь между ними,
«Якутск» 13 августа дошел устья
Хатанги. Отсюда Прончищев
Карта походов Василия Прончищева
1735–1736 гг. «Русские географы
и путешественники». Искусство, 1948 г.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
повел свое судно на север,
огибая полуостров Таймыр.
Плавание проходило в чрезвычайно тяжелых условиях — продвижению вперед мешали льды,
встречные ветры и участившиеся
плотные туманы. Тем не менее

«Якутску» удалось пересечь 77-ю
параллель. Из записей Семена
Челюскина: «В начале сего 9 часа
штиль, небо облачно и мрачно, мороз великий и появилась
шуга на море, от которой мы
в великой опасности, что ежели

ГЛАВА

постоит так тихо одне сутки, то
боимся тут и замерзнуть. В глухие льды зашли, что по обе стороны, також и впереди нас великие стоячие гладкие льды. Шли
на гребле весел. Однако Боже
милостив дай Бог нам способ-

От Печоры до Чукотки
ного ветру, то оную шугу разнесло». На льду путешественники видели белых медведей,
а в море моржей и белух. 19 августа «Якутск» дошел до широты
77°29’, это оказался самый северный пункт, достигнутый кораблями Великой Северной экспедиции. Лишь 143 года спустя барк
«Вега» шведского исследователя
Норденшельда смог пройти чуть
севернее.
«Якутск» попал в матерые льды,
которым не было видно конца.
Непосильная работа, постоянный холод и недостаток питания
совершенно измотали экипаж.
Многие болели цингой, в том
числе и Прончищев. Лейтенант
созвал «консилиум» из обери унтер-офицеров, на котором
было решено повернуть назад.

Смерть во льдах
П у т ь э кс п е д и ц и и п р о л е гал вдоль все тех же негостеприимных берегов Таймыра.
«Якутск» попал в скопление
льдов и густой туман. Несколько
раз моряки высаживались на
побережье, но найти место,
подходящее для зимовки, не
удавалось. 25 августа отряд вернулся к устью Оленёка. Однако
войти в реку мешал штормовой встречный ветер. 29 авгу-

Стадо оленей.
Книжная иллюстрация XIX в.

ста В а с и л и й П р о н ч и щ е в н а
шлюпке отправился искать проход для судна, во время этих
поисков он сломал ногу и, вернувшись на «Якутск», потерял
сознание и в тот же день умер.
Командование экспедицией
принял на себя Семен Челюскин.
Лишь 2 сентября судну удалось
войти в устье Оленёка и встать
на месте прежней зимовки.
Здесь отряд похоронил своего

Лежбище тюленей. Книжная иллюстрация XIX в.

командира. 11 сентября умерла и Татьяна Прончищева, как
писал Челюскин, «от великой
печали». Она была похоронена
рядом с мужем.
В середине декабря Семен
Челюскин отправился в Якутск
с донесением к Берингу. Срок,
выделенный на работу ЛенскоЕнисейского отряда, закончился,
и надо было решать, что делать
дальше. В Якутске Беринга уже
не было, но он успел получить
по почте рапорт Челюскина
и был в курсе всех дел отряда. За
разъяснением Беринг обратился к Адмиралтейств-коллегии,
которая распорядилась работы
продолжать «с наиприлежнейшим старанием». Более того,
теперь экспедиции предписывалось вести опись берегов с моря
не только следующим летом,
но если понадобится, то и вторым, и третьим, но «буде какая
невозможность и в третье лето
во окончание привесть не допустит, то и в четвертое...». Если
и на четвертый год успех не
будет достигнут, Адмиралтейств-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
коллегия приказывала сделать
опись побережья полуострова
Таймыр сухим путем.

Стремясь на север
Начальником Ленско-Енисейского отряда и командиром дюбель-шлюпки «Якутск»
назначили лейтенанта Харитона
Лаптева. Он изучил материалы,
относящиеся к работе отряда,
и внес в его организацию существенные изменения. Лаптев
потребовал снабдить экспедицию «гораздо обильнее прежнего». Из казны ему был выдан
новый такелаж для «Якутска»
и инструменты «для делания
лодок». Также в распоряжение
Лаптева предоставили оленей
и собак на случай сухопутных
маршрутов. Задача, поставленная перед Лаптевым, оставалась
прежней — пройти морем с описью побережья из устья Лены
в Енисей, обогнув полуостров
Таймыр. На случай непроходимых льдов — описать побережье
с суши.
9 июня 1739 года из Якутска
вниз по Лене отправилась экспедиция Харитона Лаптева в составе 45 человек. Путь по реке занял
больше месяца. 21 июля дюбельшлюпка вышла в открытое море
и взяла курс на устье Оленёка.
Море у берегов было свободно
ото льда, и «Якутск» дошел до

Оленёка за три дня; тут решено было соорудить продовольственный склад. 28 июля экспедиция добралась до небольшой
глубоко вдающейся в сушу губы
Нордвик. Здесь стоял лед, поэтому Лаптев послал на берег геодезиста для описи. Окончив эту
работу, путешественники двинулись было дальше, но встретили
лед и «спасение с великим трудом получили». 6 августа экспедиция оказалась в устье Хатанги.
От надвигавшихся льдов пришлось укрыться в Хатангской
губе, где «Якутск» был вынужден
простоять целую неделю.
Как только позволила ледовая обстановка, Лаптев вновь
повел судно на север, и 21 августа путешественники достигли
мыса Святого Фаддея. Группа
участников экспедиции высадилась на мысе и исследовала его.
Вот как описывает эту местность
Лаптев: «Мыс С. Фадея лежит
утесом каменным… На нем
местами мелкой камень белой,
подобно алебастру. Земля глина
и изретка мох, неудобной к оленьему корму. Здесь мамонтовой
рог выкопали из земли, длиною в 4 фута… У сего мыса стоя,
видели морских зверей великих
собою, подобны рыбе, шерсть
маленькая, белая, яко снег; рыло
свиное черное. По здешнему
называют белуга».

Соболь, росомаха и песец. Книжная
иллюстрация XIX в.

За мысом Фаддея лежали
непроходимые льды, и утром
22 августа на совете офицеров
было решено возвращаться на
Хатангу и там зазимовать, чтобы
с началом следующей навигации продолжить опись берегов
Таймыра. 29 августа «Якутск»
вошел в устье Хатанги и неподалеку от места впадения речки
Блудной встал на зимовку. Здесь
путешественники сложили из
плавника избы, в которых провели зиму. В марте геодезист
Никифор Чекин на собачьих

Это интересно
АРКТИЧЕСКИЙ АРТЕФАКТ
В 1922 году полярный исследователь Никифор Бегичев на мысе Северо-Восточный обнаружил остатки знака,
установленного здесь 23 августа 1738 года Дмитрием Стерлеговым. Доска с надписью, свидетельствующей
о походе Федора Минина, прекрасно сохранилась и была передана Русскому географическому обществу.
Доска, установленная Дмитрием Стерлеговым на мысе Двухмедвежьем и найденная в 1922 г.
Никифором Бегичевым

От Печоры до Чукотки
упряжках и оленях отправился
к устью реки Таймыры, чтобы
исследовать побережье до устья
реки Пясины. Ему удалось описать 100 километров побережья. Дойдя до 76°26’ северной
широты, Чекин сложил на берегу
каменный гурий, а затем, когда
продовольствие стало заканчиваться, повернул обратно. Поход
оказался очень тяжелым. От
недостатка корма собаки гибли
одна за одной. Остаток пути
Чекин был вынужден преодолеть пешком и в конце мая вернулся к зимовью.

Гибель «Якутска»
Навигация 1740 года начал а с ь о ч е н ь п о з д н о . То л ь ко
12 июля «Якутск» смог войти
в Хатангскую губу. Ледовая обстановка оказалась настолько сложной, что дюбель-шлюпка целый
месяц пробивалась сквозь льды
к выходу в открытое море. Здесь
и случилась катастрофа. 13 августа «Якутск» был затерт льдами.
Неуправляемое судно понесло
ветром и течениями к северу.
Под натиском льдов корпус корабля трещал, на его бортах появиСообщение капитан-командора
Витуса Беринга и лейтенанта Дмитрия
Лаптева о чукчах

лись пробоины, трюм начало
заливать водой, форштевень
был сломан. «Учинилася великая
течь», команда принялась заделывать пробоины и выкачивать
из трюма воду, от новых ударов
льдин корпус судна пытались уберечь спущенными за борт бревнами. В ночь на 14 августа «весь
форштевень от киля до ватерштока выломало и выбросило
на лед... нос погрузился, а корму
приподняло. Подвели под нос
грот и штаксель, засыпали меж
ними и бортами мукою и грунтом, но токмо течь не уняли».
Вода в трюме продолжала прибывать, и утром следующего дня
Лаптев приказал выгрузить на
лед продовольствие и теплые
вещи. Матросы ныряли в трюм,
заполненный водой, и доставали
оттуда припасы. «Якутск» все еще
держался на плаву, но к вечеру
льды пришли в движение и судно
снова понесло в открытое море.
Посовещавшись с офицерами,
в полночь на 15 августа Лаптев
принял решение покинуть гибнущий корабль. Отряд выгрузился на лед. До берега добирались
более суток. Здесь из плавника
разожгли костер и кое-как обогрелись. Стало очевидно, что
в этом гиблом месте оставаться
на зимовку нельзя. Надо было
перетаскивать на сушу продовольствие и снаряжение, оставленное на льду, пока его не
унесло в море, и идти к месту
предыдущей зимовки. Но люди,
изнуренные холодом, болезнями
и непосильными трудами, стали
роптать, кто-то отказывался работать, «говоря, что им все равно
умирать — работая или не работая». Это был момент, грозивший гибелью всей экспедиции.
Лаптев это прекрасно понимал
и сумел восстановить дисциплину. До 31 августа отряд занимался
доставкой провианта и снаряжения на сушу. А потом была неимоверно тяжелая дорога на Хатангу,

занявшая полтора месяца. В этом
походе четверо участников экспедиции погибли, остальные
были крайне истощены, многие
болели цингой. В середине октября отряд пришел к месту зимовки у реки Блудной.

В Таймырских походах
Возможности исследования
берегов Таймыра с моря были
исчерпаны. Лаптев решил описать их с помощью сухопутных
маршрутов. Подготовка к похоКарта походов Харитона и Дмитрия
Лаптевых 1736–1742 гг. «Русские
географы и путешественники».
Искусство, 1948 г.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
дам началась еще зимой. К устью
реки Таймыры Лаптев отправил
12 нарт с провиантом и кормом для собак, еще 7 нарт ушли
к Таймырскому озеру. Отряд
был разделен на три партии.
Первой с Челюскиным во главе
надлежало описать берег между
устьями рек Пясина и Таймыра.
Вторая партия, которой командовал геодезист Чекин, отправлялась для исследования побережья между устьями Хатанги
и Таймыры. Сам Лаптев возглавил третью партию, ей предстояло двинуться на север, изучить
внутренние области Таймыра
и выйти к устью реки Таймыры.

Ранней весной все было готово
к началу исследований. 17 марта
1741 года первым покинул зимовье Семен Челюскин, направившийся к устью Пясины. 22 апреля вышел в маршрут Никифор
Чекин. А два дня спустя в путь
тронулся и Харитон Лаптев. Вся
остальная команда была отправлена на оленях в Енисейск,
а затем в Туруханск.
К сожалению, партии Чекина
не удалось выполнить почти
ничего из намеченного. Спустя
несколько дней геодезист и двое
его спутников из-за поразившей
их снежной слепоты практически утратили способность рабо-

ГЛАВА

тать и, описав 600 километров
побережья, были вынуждены
вернуться к зимовью.
Лаптев со своими людьми прошел до озера Таймыр, а оттуда
по долине реки Нижняя Таймыра
спустился к ее устью на побережье и двинулся на северо-восток
вдоль берега. Страдая от снежной слепоты, он дошел до 76°42’
северной широты и повернул
обратно к устью Таймыры. Как
только к нему вернулось зрение, Лаптев снова отправился
по маршруту. Теперь он решил
продвигаться вдоль берега на
запад и 1 июня встретился с шедшим ему навстречу Челюскиным.

От Печоры до Чукотки
9 июня обе партии пришли в устье
Пясины. На зимовку путешественники перебрались в Туруханск.
Большая часть работы ЛенскоЕнисейского отряда была окончена. Необследованными оставались несколько сот километров побережья на самом севере полуострова Таймыр. Опись
этого участка берега выпала
на долю Семена Челюскина.
В декабре 1741 года он вместе
с тремя помощниками вышел из
Туруханска к устью Хатанги. Этот
путь занял три месяца. В начале апреля 1742 года Челюскин,
пополнив запасы провизии
и корма для собак, направился по восточному побережью
Таймыра к его северной оконечности. В начале мая партия
Челюскина вышла к мысу Святого
Фаддея. Здесь отряд начал вести
съемку берега, постепенно продвигаясь на север, и неделю спустя дошел до самой северной
точки Евразии, которая теперь
называется мыс Челюскин. «Сей
мыс каменный, приярый, высоты средней, — записал Челюскин

в своем журнале. — …Здесь именован мною оный Восточный
Северный мыс… Здесь поставил
маяк — одно бревно, которое
вез с собою». Этот выдающийся
поход завершил работы ЛенскоЕнисейского отряда.
В р ез ул ьтат е э кс п е д и ц и й
Василия Прончищева и Харитона
Лаптева были составлены первые
навигационные и географические карты полуострова Таймыр.
На протяжении полутора веков
съемка, произведенная ЛенскоЕнисейским отрядом, оставалась
единственным картографическим
материалом этой части Арктики.
Экспедиция положила начало
физико-географическому, гидрометеорологическому, биогеографическому и этнографическому
изучению полуострова. Ее обширные материалы были обобщены
в работе «Описание, содержащееся от флота лейтенанта Харитона
Лаптева в Камчацкой экспедиции меж реками Лены и Енисея,
в каком состоянии лежат реки
и на них всех живущих промышленников состояние».

Хараулахская катастрофа
Трагически сложилась судьба Ленско-Колымского отряда.
Инструкция Адмиралтействколлегии предписывала ему идти
«из Якуцка Леною рекою до устья,
а от устья к востоку подле берега морем до устья Колымы реки
и оттуда подле берега к востоку
до Анадырского и Камчатского
устей», то есть описать берега восточного сектора Арктики и выйти
в Тихий океан. Начальником отряда был назначен датчанин Питер
Ласиниус, поступивший на русскую
службу. Для этого непростого похода был построен бот «Иркутск».
29 июня 1735 года Ласиниус одновременно с Прончищевым вышел
в плавание из Якутска. На борту
«Иркутска» было около 50 человек. До устья Лены оба судна шли
вместе. 8 августа, выйдя в открытое море, корабли расстались.
Ласиниус повел свой «Иркутск» на
восток.
Уже на второй день экспедиция встретила ледяные поля.
В эту навигацию ледовая обстановка была тяжелой, особенно

Фрагменты рукописной карты, составленной участниками Великой Северной экспедиции

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Монета Банка России, посвященная
Великой Северной экспедиции

в восточной части Арктики, куда
направлялся отряд Ласиниуса. Со
всех сторон на судно надвигались
льды, их гнал к берегу северный
ветер. Используя багры и весла,
экипаж пытался продвигать бот
по узким разводьям, но все усилия были тщетны. Уже 13 августа
Ласиниус стал искать «отстойных мест к зимовью». Несколько
суток, напрягая все силы, путешественники пробивались
к материку. 18 августа «Иркутск»
вошел в устье реки Хара-Улах,
неподалеку от дельты Лены. На
берегу участники экспедиции
обнаружили пять заброшенных
якутских юрт, вокруг было достаточно плавника. Ласиниус решил
зазимовать здесь.
Место это было неудачным —
низкие сырые берега во время
шторма вполне могло затопить.
Ласиниуса пытались переубедить, но он не желал ничего слушать и приказал начать выгрузку. Из собранного плавника срубили барак, кухню и баню, сложили печи. 16 сентября на море
разыгрался сильный шторм.
Северный ветер нагнал такую
волну, что она взломала лед на
реке, и Хара-Улах вышел из берегов. На несколько суток зимовье
оказалось затопленным. Когда
вода спала, Ласиниуса вновь
стали уговаривать перенести
стоянку в сухое место. Он не
согласился, а тех, кто посмел ему

возражать, отправил на собаках
в Якутск с рапортом об их «предерзостном поведении».
Опасаясь, что экспедиции не
хватит провизии, Ласиниус урезал вдвое и без того скудные продовольственные пайки, состоящие в основном из солонины
и сухарей. Это решение было
роковым. Недостаток питания,
постоянный холод и сырость,
малоподвижный образ жизни
н а з и м о в ке с д е л а л и с в о е
дело — в отряде началась цинга.
Среди команды назревал бунт.
Ласиниуса даже попытались
отстранить от командования,
предложив возглавить отряд
штурману Василию Ртищеву. Но
тот, понимая, что за такое грозит
смертная казнь, сумел успокоить
разгоревшиеся страсти.
Тем не менее положение
участников экспедиции ухудшалось с каждым днем, цингой
уже болели практически все,
суровые морозы и наступившая
полярная ночь угнетающе действовали на людей, большинство
из которых впервые оказались
на Севере. 19 октября появилась
и первая жертва болезни — умер
Питер Ласиниус.
Ко м а н д о в а н и е п р и ш л о с ь
принять Ртищеву. Он увеличил
нормы питания, заставил всех
выходить на воздух для работ,
пытался поднять настроение
людей. Но было слишком поздно. С января 1736 года участники
экспедиции стали умирать один
за другим. В путевом журнале
записи о смертях следуют почти
ежедневно. К весне 1736 года на
этой зимовке погибли 36 человек. Ртищеву удалось отправить
с нарочным в Якутск к Берингу
рапорт о постигшем отряд бедствии. Узнав о случившемся,
Беринг сформировал новый
Ленско-Колымский отряд, во
главе которого встал лейтенант Дмитрий Лаптев. Один
из его помощников, подштур-

ГЛАВА

Титульный лист книги «Описание
Сибирского царства», написанной
Герардом Миллером по результатам
Великой Северной экспедиции

ман Михаил Щербинин, в мае
1736 года дошел на собаках до
устья Хара-Улаха и спас оставшихся в живых.

К оконечности материка
Тем временем Дмитрий Лаптев со своим отрядом продвигался на плоскодонных дощаниках вниз по Лене. 18 июля
он добрался до места стоянки
«Иркутска» и принял командование ботом. Переоснастив
судно, 11 августа Лаптев вышел
на нем в море. Однако пройти
на восток не было никакой возможности — к северу от мыса
Буор-Хая путешественников
встретили тяжелые льды, которые грозили раздавить судно.
14 августа Лаптев созвал совет,
«и по сделанному консилиуму»
решили идти в устье Лены и там
зимовать. А кроме того, офицеры постановили: «И на предбудущий год на море не выходить, понеже к проходу до реки
Колымы и до Камчатки, по всем
обстоятельствам, ныне и впредь
нет никакой надежды».
65

От Печоры до Чукотки
Зимовали путешественники
тяжело — цинга поразила и отряд
Лаптева. Но командир поил
своих людей отваром из «кедрового стланца», и на зимовье умер
только один человек. Летом
Лаптев привел бот в Якутск, а сам
поехал на доклад в Петербург.
Адмиралтейств-коллегия доводы
Лаптева отклонила и приказала продолжать попытки пройти
морем на восток, а также произвести сухопутное обследование
берегов.
Вернувшись в Якутск, Лаптев
начал подготовку к новому плаванию и сухопутным маршрутам. Весной 1739 года на собаках
на реку Яну отправился матрос
Алексей Лошкин, чтобы описать
побережье от ее устья до мыса
Святой Нос, а затем вернуться
к устью Лены. Одновременно
в маршрут вышел геодезист Иван
Киндяков, он должен был описать
Индигирку от верховьев до устья.
Сам Лаптев с основной частью
отряда на «Иркутске» вновь спустился по Лене и 5 июля 1739 года
вышел в море. И снова судну пришлось идти через льды. Из записи
в вахтенном журнале: «Закрепясь
за одну льдину, ночь провели
с великим беспокойством и страхом. На другой день, прорубившись и пробившись сквозь лед,
пошли далее, непрестанно сопровождаемые льдами, лежавшими на севере, как пояс». Путь до
мыса Буор-Хая занял месяц. С трудом преодолев льды, «Иркутск»
вышел на чистую воду и 7 августа оказался в виду устья Яны.
Здесь судну пришлось простоять несколько дней — северный
ветер пригнал льды, едва не раздавившие бот. Во время вынужденной стоянки путешественники, не теряя времени, подробно
описали берега Яны и сделали
промеры глубин ее устья.
14 августа экспедиция миновала мыс Святой Нос и с тихим
попутным ветром проследова66

Берег Енисея. Книжная иллюстрация XIX в.

ла дальше на восток. Дойдя до
устья Индигирки, Лаптев послал
на берег для разведки шлюпку
с лоцманом и матросом. В назначенное время моряки не вернулись. Шесть дней ждал их Лаптев,
не теряя надежды на возвращение, однако все было напрасно.
28 августа «Иркутск» отправился
в путь. Пройдя некоторое расстояние вдоль берега, Лаптев
снова отправил шлюпку на сушу
для поиска подходящего места
для стоянки. И вновь разведчики не возвратились на судно. Тем
временем ветер переменился

и «Иркутск» понесло вместе со
льдом в открытое море. Только
9 сентября бот смог вернуться
к устью Индигирки. Посланная
на берег группа моряков обнаружила там своих товарищей, считавшихся погибшими. Они едва
не погибли от холода и голода,
питаясь все это время травой
и пойманными песцами.
Приближалась зима, топливо было на исходе, льды не
позволили завести «Иркутск»
в реку для зимовки. Опасаясь,
что судно будет раздавлено,
Лаптев приказал покинуть бот.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
К 22 сентября высадка на берег
была завершена. На нартах
путешественники добрались
до селения Русское Устье, где
и перезимовали. За зиму и весну
матрос Алексей Лошкин и геодезист Иван Киндяков нанесли на
карту побережье от Индигирки
до Колымы, штурман Михаил
Щербинин произвел съемку
реки Яны, а Дмитрий Лаптев —
реки Хромы.

Неприступная Чукотка
С зимовки Лаптев отправил
в Петербург рапорт о ходе экспедиции и вновь выразил сомнение
в возможности обогнуть Чукотку
морем. Адмиралтейств-коллегия
прислала ответ: «Исполнять,
усмотряя по тамошнему состоянию с крайнею возможностию
и ревностию, по наилучшему
его рассуждению; а Чукотский
Нос, ежели возможно, обходить
водою; ежели ж, за препятствием от льдов, водою идти будет
невозможно, то сухим путем».
Подготовка к новому плаванию началась. Стоявший напротив устья Индигирки и вмерзший в лед «Иркутск» надо было
вывести на чистую воду. Для

ГЛАВА

Почтовая
марка ледокол
«Малыгин»

этого во льду прорубили канал
длиной в километр. Толщина
л ь д а с о ста в л я л а о т 1 , 5 д о
2 метров, и на эту тяжелейшую
работу ушло три недели. Судно
удалось вызволить из ледового плена. Но на этом тяготы
команды не закончились. Едва
«Иркутск» вышел на воду, пришедший в движение лед выбросил бот на мель. Две недели пришлось потратить путешественникам, чтобы стащить судно
с мели и привести его в порядок. Потом ждали подходящей
ледовой обстановки, и только
31 июля 1740 года «Иркутск»
отправился в плавание.

По всему маршруту судно
встречали тяжелые многолетние
льды. 4 августа «Иркутск» прошел устье Колымы и продолжил
попытки пробиться к Чукотскому
Носу. Погода все время ухудшалась, шел снег, льды становились
все более сплоченными. 14 августа экспедиция добралась до
мыса Большой Баранов, но за ним
лежали сплошные льды, пройти
через которые не было никакой
возможности. Путешественникам
вновь пришлось отступить.
25 августа «Иркутск» пришел
в Нижнеколымск и встал на
зимовку. За зиму сухопутные
отряды экспедиции описали
Колыму и путь на Анадырь.
В 1741 году Лаптев предп р и н я л п о с л е д н ю ю п о п ы тку о б о й т и Ч у ко т ку м о р е м .
29 июня «Иркутск» покинул
Нижнеколымск. Однако условия
плавания в этом году оказались
еще тяжелее. 25 июля подошли
к мысу Большой Баранов и вновь
уткнулись в сплошные льды. Для
поиска прохода во льдах Лаптев
выслал на двух дощаниках группу
моряков во главе с Щербининым.
Но лодки раздавило льдами,
и люди едва спаслись. 6 августа
«учиня консилиум, что за вышеобъявленными препятствиями
Вид города Якутска. Гравюра с рисунка
участника Великой Северной экспедиции немецкого художника Иоганна
Люрсениуса. Первая треть XVIII в.

От Печоры до Чукотки

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

прибыть на Камчатку невозможно, возвратились в реку Колыму
и впредь на оное море ботом
не выходить». Отряд вернулся
в Нижнеколымск, а оттуда на
45 собачьих упряжках добрался
до Анадырского острога. Зимой
и весной следующего года участники экспедиции описали реку
Анадырь и участок побережья от
устья Анадыря до устья Пенжины.
Ра б о та Л е н с ко - Ко л ы м с ко го
отряда завершилась, и в начале 1743 года Дмитрий Лаптев
отправился в Петербург.
В результате походов ЛенскоКолымского отряда была произведена съемка побережья
от устья реки Лены до мыса
Большой Баранов. Экспедиция
также составила опись рек Яна,
Индигирка, Хрома, Колыма,
Большой Анюй и Анадырь, что
позволило соединить картографический материал побережий
Северного Ледовитого и Тихого
океанов. В своей докладной
записке Адмиралтейств-коллегии
Дмитрий Лаптев сообщал сведения о состоянии народов, живущих на северо-востоке империи,
и предлагал меры к распространению грамотности. Он предложил развивать судоходство по
реке Лене и наладить снабжение
жителей низовий Лены, Яны,
Индигирки и Колымы.
Гл а в н ы м и т о го м В е л и ко й
Северной экспедиции, завершившейся в 1743 году, стала
первая достоверная карта всего
арктического побережья России.
Ее отрядами был собран колоссальный массив информации
по картографии, гидрографии,
метеорологии, океанографии,
земному магнетизму, геологии,
этнографии Крайнего Севера.
Эти данные стали основой для
дальнейшего освоения Арктики.
Карта, изданная в 1754 г. Российской
академией наук, на которой отражены
открытия, сделанные Великой Северной
экспедицией

«Берег этот, вдоль которого уже около трех веков плавают
беспрерывно суда первых мореходных народов, был нам до сих
пор в гидрографическом отношении менее известен, чем многие
отдаленнейшие и необитаемые части света»
Ф. Литке

ГЛАВА

К берегам Новой Земли

4.1 ВЫДАЮЩИЙСЯ САМОУЧКА. ФЕДОР ЛИТКЕ . . . . . . . . . . . . . . 72
Встреча с морем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 72
Первая кругосветка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 73
Капитан дальних плаваний . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 74
Во главе российской науки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 76
4.2 ЧЕТЫРЕ ЛЕТА В БАРЕНЦЕВОМ МОРЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 78
Череда предшественников . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 78
Полярная рекогносцировка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 79
У берегов Лапландии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 81
Все дальше на север . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 82
По пути домой. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 83
Новый сезон . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 84
В новоземельских проливах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 85
В шаге от гибели . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 87
Последняя попытка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 88

К берегам Новой Земли
4.1 ВЫДАЮЩИЙСЯ САМОУЧКА. ФЕДОР ЛИТКЕ
Пожалуй, история знает не так много примеров, когда человек, не получивший никакого образования, становится во главе всей академической науки. Среди подобных уникумов — Федор Петрович Литке. Сирота, не имевший шансов выбиться в люди, стал основателем Русского Географического общества, президентом Академии наук, великокняжеским воспитателем. В нем сочетались самодисциплина с талантами организатора, педагога и исследователя.
Щедрость судьбы Федор Литке употребил на нелегкое дело просвещения своего Отечества.
Федор Петрович Литке родился 17 сентября 1797 года в СанктПетербурге в семье отставного военного Петра Ивановича
Литке, происходящего из эстляндских немцев. Его мать Анна
Ивановна Литке (урожденная
Анна Доротея Энгель) умерла
при родах и ее смерть предопределила несчастливое детство
мальчика. Убитый горем овдовевший отец остался с пятью
малолетними детьми на руках.
Четверых из них разобрали родственники. В доме остался лишь
Федя, до которого отцу не было
никакого дела. Спустя год он
женился повторно на семнадцатилетней Екатерине Пальм, она
была моложе своего мужа почти
на 30 лет. Избранница Петра
Ивановича оказалась взбалмошной и жестокой и невзлюбила
Портрет Федора Литке

своего пасынка. «Мое детство не
оставило во мне ни одного приятного воспоминания, которые
в воображении большей части
людей рисуют детство в таком
розовом цвете», — писал впоследствии Федор Литке.
Когда мальчику исполнилось
семь лет, его сбыли из дома —
отправили в петербуржский
пансион Ефима Мейера, бывш е го п р е п о д а в ат е л я ка д е тского корпуса, который считал
лучшим инструментом педагогики палку — учеников пансиона регулярно наказывали
за реальные или мнимые провинности. В 1808 году Петр
Иванович умер, мачеха платить
за пансион отказалась, и десятилетнего Федю взял к себе
в дом его дядя, сенатор Федор
Иванович Энгель. Детей он не
любил и племянником никак не
занимался. Мальчик был совершенно предоставлен самому
себе, ни воспитателей, ни учителей у него не имелось. Все,
чему он научился в пансионе,
это «весьма плохое лепетание
по-немецки, по-французски
и п о -а н г л и й с к и , 4 п ра в и л а
арифметики с именованными
числами и дробями, да из географии названия главных стран
и городов». Однако в доме
у дяди была огромная библиотека, и чтение стало любимым занятием Феди. Мальчик
поглотил неимоверное количество книг. От полученных таким
образом знаний, как он признавал позже, в голове у него
образовался настоящий хаос.

Герб рода Литке

Встреча с морем
Внезапно судьба Феди резко
изменилась. В 1810 году одна
из его сестер, Наталья, вышла
замуж за флотского офицера
Ивана Сульменёва. «С самой
первой минуты нашего знакомства, — вспоминал Федор
Петрович о Сульменёве, — он
полюбил меня, как сына, а я его,
как отца. Эти чувства, эти отношения не изменились в течение
более 40 лет ни на одну минуту». Федор стал часто бывать
в доме у сестры, где собирались
морские офицеры. Он с увлечением слушал их рассказы о походах и сражениях. Когда отряд
Сульменёва пришел в Свеаборг,
Федор вместе с сестрой приехал
к нему в гости и целыми днями
пропадал на кораблях. Его заветной мечтой стало поступление
в Морской кадетский корпус.
Однако Федору шел уже шестнадцатый год, и по возрасту он

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Одна из высших наград Русского
Географического общества — медаль
имени Ф.П. Литке

Титульный лист книги Литке
«Путешествие вокруг света на военном
шлюпе “Сенявин”»

не подходил в кадеты. Но можно
было сдать экзамены экстерном.
Сульменёв не только одобрил
намерение Федора, но и нанял
учителей. Здесь в полной мере
проявились природные способности Федора Литке — через
год он успешно выдержал все
экзамены и был принят сначала
волонтером, а затем гардемарином в гребную флотилию под
командой Ивана Сульменёва.
В 1813 году юный гардемарин
уже сражается против французских войск в Данциге (ныне
Гданьск). Под пушечными ядрами он водит катер, доставляя
донесения с галиота Сульменёва
на канонерские лодки. «За
отличную храбрость» Литке
досрочно произвели в мичманы и наградили орденом Святой
Анны III степени (через два года
Александр I реформирует этот
орден, и кавалеры, удостоенные
третьей степени, станут кавалерами четвертой степени).
Во время службы Литке обнаружил немало пробелов в своем
образовании и стал усиленно
изучать астрономию, навигацию,
наставления по морской практике, устройство парусных кораблей,
управление ими. Он был назначен адъютантом командира порта

ГЛАВА

Свеаборга Логина Петровича
Гейдена, и тот разрешил ему пользоваться своей библиотекой.
Однако затянувшаяся служба на
берегу тяготила Литке, мечтавшего об океанских походах.

Первая кругосветка
Весной 1816 года Литке получил
письмо от Сульменёва, в котором
он писал: «Снаряжается на будущий год экспедиция на Камчатку
под начальством В.М. Головнина,
который по просьбе моей обещал взять тебя с собой». Радости
Литке не было предела — ему
предстояло отправиться в дальний вояж, да еще под командованием самого Головнина. В ту пору
имя этого выдающегося мореплавателя было у всех на устах. Он
успел послужить в британском
флоте под началом знаменитого
адмирала Нельсона, совершить
кругосветное плавание, бежать
из английского плена. Во время
своих плаваний Головнин занимался изучением Камчатки, северо-западных берегов Америки,
Курильских и Шантарских островов. Более двух лет он провел
в плену у японцев, его книга о злоключениях в Стране восходящего солнца, изданная в 1816 году,
была переведена почти на все

Шлюп «Сенявин» у берегов Каролинского архипелага

Титульный лист книги Литке
«Четырехкратное путешествие
в Северный Ледовитый океан»

К берегам Новой Земли
европейские языки и имела громадный успех. Оказаться в экспедиции такого опытного моряка
и замечательного исследователя
для Литке было настоящим счастьем.
26 августа 1817 года шлюп
«Камчатка» под командованием
Василия Михайловича Головнина
вышел из Кронштадта в кругосветное плавание. На его борту
был и молодой мичман Федор
Литке. Этот поход продолжался
более двух лет. Во время плавания
шлюп посетил Англию, Южную
Америку, Камчатку, Алеутские
острова, Аляску, Гавайские,
М а р и а н с к и е , М о л у к кс к и е ,
Филиппинские и Азорские острова и вернулся в Кронштадт 5 сентября 1819 года. Столь длительный морской вояж стал отличной
школой для Литке, которому по
окончании похода было присвоено звание лейтенанта. Он
существенно расширил свои знания в навигации, океанографии,
астрономии, физике, этнографии
и заслужил блестящие характеристики Василия Головнина. Это
плавание во многом предопределило будущее Литке как крупного исследователя-мореплавателя. Во время похода Литке
близко сошелся с Фердинандом
Петровичем Врангелем, который
впоследствии стал адмиралом
и одним из учредителей Русского
Географического общества.
Дружба этих двух незаурядных
людей продолжалась более полувека.

Капитан дальних
плаваний
В 1821 году Федор Литке по рекомендации Головнина был назначен начальником гидрографической экспедиции для описания
берегов Новой Земли. В то время
архипелаг был очень мало изучен
и лишь отчасти снят на карту, точность которой вызывала сомнения. Четыре года отдал Литке этой
74

работе. Экспедиция произвела
многочисленные метеорологические, астрономические и магнитные наблюдения. Совершила
промеры глубин и опись берегов
пролива Маточкин Шар. А главное — Литке заснял все западное побережье Новой Земли, по
сути, создав первую достоверную
карту ее берега. По результатам
экспедиции Литке написал книгу
«Четырехкратное путешествие

в Северный Ледовитый океан,
совершенное на бриге “Новая
Земля” в 1821–1824 годах». Она
была издана в 1828 году, а затем
переведена на немецкий язык
и принесла автору заслуженную
известность в научных кругах
Европы.
Едва успев обработать материалы новоземельской экспедиции, Литке получил назначение
возглавить кругосветное плава-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
ние на шлюпе «Сенявин». Судно
строилось под непосредственным наблюдением Литке. В августе 1826 года экспедиция отправилась в путь. В начале похода
Литке собрал офицеров в каюткомпании и обратился к ним
с такими словами: «Вы знаете, что
наш шлюп укомплектован отборною, лучшею во флоте командою

и что каждый наш матрос постарается служить превосходнейшим образом, вы же все прекрасно образованные и воспитанные молодые люди. Я полагаю,
что ввиду столь удачного подбора личного состава команды
шлюпа мы можем обойтись без
применения рукоприкладства
и телесных наказаний... как про-

ГЛАВА

свещенные, гуманные начальники, вы всегда найдете в каждом
отдельном случае для провинившихся культурные меры воздействия, кои несомненно принесут
больше пользы, нежели грубые
и унижающие человека наказания...». Плавание, в котором
приняли участие несколько ученых, натуралистов и художник,

Карта плаваний Федора Литке на шлюпах «Новая Земля» в 1821–1824 гг. и «Сенявин» в 1826–1829 гг.
«Русские географы и путешественники». Искусство, 1948 г.

К берегам Новой Земли
продолжалось три года и стало
одним из самых успешных научных предприятий начала XIX века.
Участники экспедиции нанесли
на карту важнейшие точки на
побережье Камчатки к северу от
Авачинской губы, описали берег
Чукотки, подробно исследовали
Каролинский архипелаг, острова
Бонин-Сима, открыли целый ряд
новых островов в Тихом океане. По результатам плавания был
издан атлас с 50 морскими картами. Огромные зоологические,
ботанические, минералогические
и этнографические коллекции
поступили в Академию наук. Итоги
экспедиции Литке подвел в трехтомном сочинении «Путешествие
вокруг света на военном шлюпе
“Сенявин”, в 1826–1829 годах», за
которое он получил Демидовскую
премию. По возвращении из плавания Литке произвели в капитаны первого ранга (минуя чин), он
был награжден орденом Святой
Анны II степени и избран членомкорреспондентом Академии наук.

Во главе российской
науки
Путешествие на «Сенявине»
стало последним для Федора
Литке. В 1832 году Николай I
назначил его флигель-адъютантом и воспитателем пятилетнего великого князя Константина
Николаевича, которому уготоПочтовая марка «Ледорез “Ф. Литке”»

вил морскую службу. С сожалением Литке был вынужден оставить флотское поприще и исследовательскую работу. Службе
при дворе он отдал 16 лет. Его
повзрослевший воспитанник,
став управляющим морским
министерством, провел реформу флота, оснастив его паровыми кораблями взамен парусных,
отменил телесные наказания,
увеличил содержание офицеров. Константин Николаевич
принимал живое участие в деле
освобождения крестьян, судебной реформе, отмене телесных
наказаний в армии.
Оставаясь при дворе, Литке
дослужился до звания вицеадмирала. Несмотря на занятость, он регулярно посещал
заседания Академии наук и пришел к мысли о необходимости

объединения всех российских
географов в научное общество. Эту идею он обсуждал со
своим другом Фердинандом
Петровичем Врангелем, астрономом Василием Яковлевичем
Струве, академиком Карлом
Максимовичем Бэром.
В 1845 году планы Литке реализовались — было создан о И м п е рат о р с ко е Р ус с ко е
Ге о г р а ф и ч е с ко е о б щ е ст в о .
Возглавил его великий князь
Константин Николаевич, а вицепредседателем и фактическим
руководителем стал Литке. Этот
пост Литке занимал четверть
века с семилетним перерывом, когда он был командиром
сначала Ревельского, а затем
Кронштадтского портов. За блестящее руководство морскими гаванями Литке удостоился

Почтовая марка, выпущенная в память об исследовании Новой Земли экспедицией Федора Литке
Почтовая марка с портретом Федора Литке, выпущенная
к столетию Географического общества

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
адмиральского звания и был возведен в графское достоинство.
При Федоре Петровиче Литке
Русское Географическое общество проделало огромную работу. Его усилиями или участием
были организованы экспедиции на Урал, Каспийское море,
в Среднюю и Центральную
Азию, Сибирь, Забайкалье,
Маньчжурию, на Новую Гвинею,
а также на Аральское море.
В 1864 году Литке стал президентом Российской академии
наук, и на этой службе он многое
успел сделать. При нем расширилась работа Главной физической
обсерватории, получила развитие Пулковская обсерватория,
была учреждена Павловская
магнитно-метеорологическая
обсерватория.
С поста вице-председателя
Русского Географического общества Литке ушел в 1873 году.
Передавая свою должность
Петру Петровичу Семенову-ТянШанскому и обращаясь к членам
Общества, он сказал: «Перешагнув
на вторую половину восьмого
десятка и чувствуя с каждым днем
возрастающий упадок сил моих,
я поступил бы недобросовестно,
представ перед вами кандидатом
на должность, которую по убеждению моему не могу уже выполПортрет воспитанника Федора
Литке – великого князя Константина
Николаевича

ГЛАВА

Ледокольное судно «Федор Литке», работавшее на трассе Северного морского
пути до 1950-х гг.

нять с прежнею энергией, с прежнею деятельностью. Для этого
нужны силы более свежие... что
касается до меня, то я и в звании
рядового члена Общества всегда
буду готов по мере сил моих служить ему верой и правдой, как
служил доселе. Затем мне остается
только просить Вас не поминать
лихом вашего старого вице-председателя...». В том же году Совет
Географического общества учредил медаль имени Ф.П. Литке. Она
была второй после высшей награды — Константиновской медали.
К концу жизни, потеряв зрение и слух, Литке отказался
и от должности президента
Академии наук. Умер Федор
Петрович Литке в 1882 году
и был похоронен на Волковском
кладбище Санкт-Петербурга.
В честь Литке названы: мыс,
полуостров, гора и залив в архипелаге Новая Земля; острова
в архипелаге Земля ФранцаИосифа, Байдарацкой губе, архипелаге Норденшельда; пролив
между полуостровом Камчатка
и о с т р о в о м Ка р а г и н с к и й .
В 1920 году имя Литке было присвоено ледоколу советского
флота, который работал на трассе Северного морского пути.

Портрет графа Федора
Петровича Литке

Орден Андрея Первозванного, которым
был награжден Федор Литке

К берегам Новой Земли
4.2 ЧЕТЫРЕ ЛЕТА В БАРЕНЦЕВОМ МОРЕ
В 1821 году Адмиралтейство решило снарядить гидрографическую экспедицию для описания
берегов Новой Земли. Необходимость такого предприятия назрела давно — острова были одной
из ключевых точек Северо-Восточного прохода, морского пути из Европы в Азию, поиски которого продолжались не одно столетие. Между тем о Новой Земле имелись лишь скудные и противоречивые сведения, достоверных карт архипелага не существовало. Экспедиция обещала
быть сложной и трудной. Ее начальником по рекомендации Василия Головнина стал молодой
лейтенант Федор Петрович Литке.
Череда предшественников
К началу XIX века о Новой
Земле было известно не много.
Го л л а н д с к и й и с с л е д о в ат е л ь
Виллем Баренц в конце XVI века
плавал у ее западных берегов
и достиг мыса Желания — северной оконечности архипелага.
Около 1760 года русский мореход Савва Лошкин обошел Новую
Землю с востока и дважды зимовал на ее берегах. Чуть позже
штурман Федор Розмыслов произвел опись пролива Маточкин
Шар, разделяющего Северный
и Южный острова Новой Земли.
Небольшой участок побережья описал в 1807 году штурман Григорий Поспелов. Русские

поморы с незапамятных времен посещали Новую Землю,
но их лоции относились скорее
к устной традиции, а имевшиеся рукописные материалы не
были обобщены Адмиралтействколлегией. Чтобы восполнить
эти пробелы, в 1819 году к Новой
Земле отправили экспедицию
под командованием лейтенанта
Андрея Лазарева. Подготовлена
она была из рук вон плохо, трое
моряков умерли во время плавания, Лазарев вернулся, не выполнив никаких задач, с командой,
болевшей цингой. Таким образом, Литке, отправлявшийся
к берегам Новой Земли, располагал лишь очень туманной инфор-

Берега Новой Земли. Книжная иллюстрация XIX в.

мацией об архипелаге и весьма
отрывочными картографическими материалами, достоверность
которых также нуждалась в проверке.
Памятуя о неудаче Лазарева,
Адмиралтейств-коллегия ставила перед Литке более реалистичные задачи: «..Цель препоручения Вам делаемого не есть
подробное описание Новой
Земли, но единственно обозрение на первый раз берегов
оной и познание величины сего
острова, по определению географического положения, главных его мысов и длины пролива,
Маточкиным Шаром именуемого — буде тому не воспрепятству-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта западного побережья Новой Земли, выполненная экспедицией Федора Литке

ют льды или какие другие важные
помешательства... судя по состоянию судна и здоровья экипажа,
можете пробыть у Новой Земли,
пока время позволит, а потом
возвращаться в Архангельск...».
Кроме того, инструкция, данная
Литке, категорически запрещала
ему оставаться на зимовку.
Восточная часть Баренцева
моря, куда отправлялась экспедиция, славится своими штормами, туманами, огромными полями плавучих льдов. Плавание
здесь было возможно лишь
в течение двух-трех летних месяцев. Новая Земля в те времена
была безлюдна, только изредка
к ее берегам ходили поморы.
Поэтому рассчитывать участники
экспедиции могли лишь на самих

себя, в случае крушения судна
помощи им ждать было неоткуда. Успех всего предприятия
зависел от состояния льдов, смелости и решительности экипажа
и способностей капитана.

Полярная
рекогносцировка
Специально для арктического похода в Архангельске
строился бриг «Новая Земля».
Двухмачтовое судно с прямыми парусами вышло внушительным по тем временам — грузоподъемность 200 тонн, длина
24,4 метра, ширина 7,6 метра,
осадка 2,7 метра. Учитывались
и суровые условия плавания во
льдах. Судно отличалось особой
прочностью — корпус был сде-

лан в сплошной набор, то есть
шпангоуты ставили вплотную
друг к другу, щели проконопатили, а для вящей крепости подводную часть еще и обшили медью.
Осмотрев бриг, Литке распорядился еще более укрепить корпус, переделать мачты и реи,
освободить жилую палубу от грузов и установить там две чугунные печи. В поход отправлялись
43 человека. Каждый из них
получил теплую одежду. На случай непредвиденной зимовки на
борт взяли провизии на 16 месяцев, а кроме того, противоцинготные и «госпитальные» продукты. Все эти меры дали отличные результаты — за все время
экспедиции Литке не потерял ни
одного человека.
79

Четыре лета в Баренцевом море
27 июля 1821 года, подняв
паруса, бриг вышел в плавание.
Уже в самом начале экспедиции ее участники столкнулись
с серьезной опасностью. В горле
Белого моря судно налетело на
мель, не обозначенную на картах. «Бриг в полном вооружении,
стоящий на песчаном острове,
окруженный бурунами, посреди
моря, коему не видно пределов,
ни в коей стороне. Около него
люди в разных упражнениях —
иные, вися на беседках, осматривающие подводную часть судна,
другие, делающие астрономиче-

ские наблюдения, еще другие,
прохаживающиеся беспечно
по песчаной площадке, собирая на память ракушки и каменья, — все это вместе составляло
необыкновенную картину», —
вспоминал Литке. Однако начавшийся отлив грозил судну гибелью — бриг начал заваливаться
на бок. Поставленные подпорки
из бревен ломались как щепки,
все усилия были напрасны, казалось, судно вот-вот опрокинется. Поднявшийся ветер разогнал
волну и бриг жестко било об
отмель. Внезапно судно выров-

Глазомерная съемка устья пролива Маточкин Шар и западного берега Новой Земли

нялось и оказалось в глубокой
песчаной канаве. Целые сутки
трудился экипаж, чтобы вызволить бриг из плена. Только с приливом удалось вывести судно на
глубину и продолжить плавание.
В начале августа на горизонте
показался лед. Поначалу участники экспедиции приняли его
за идущую навстречу флотилию кораблей под парусами.
Приблизившись, они увидели, что перед ними громадные
ледяные поля, покрытые торосами. Бригу приходилось постоянно лавировать между ними,

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Песочные часы, использовавшиеся
в российском флоте в начале XIX в.

медленно продвигаясь вперед.
Движение затрудняли и встречные ветры. Лишь 22 августа судно
оказалось в виду берегов Новой
Земли, у южной оконечности
полуострова Гусиная Земля.
Подойти к суше не позволили непроходимые льды. Литке,
непрестанно лавируя, повел
корабль на север. По мере продвижения судна, участники экспедиции наносили на карту береговую линию острова. Наиболее
приметные ориентиры получили имена русских мореплавателей. Одну из гор Литке назвал
в честь знаменитого гидрографа Гавриила Сарычева, другую
именем своего учителя Василия
Головнина.
Густые туманы и сплошные
льды не позволили экспедиции
найти западное устье пролива
Маточкин Шар. Бриг прошел еще
дальше на север и 6 сентября
достиг Машигиной губы. В этих

широтах уже приближалась
зима, и Литке принял решение
возвращаться.
У мыса Бритвин участникам
плавания вновь пришлось пережить несколько неприятных
минут. Судно дважды ударилось
о каменистую банку. Из воспоминаний Литке: «...Поставили
все возможные паруса, хотя по
причине свежего ветра и великой зыби, не без опасности для
стеньг, и между страхом и надеждою ожидали, чем все это кончится. Добрый наш бриг, рассекая довольно легко сильную противную зыбь, удалялся от опасности».
13 сентября мореплаватели увидели обрывистые берега полуострова Канин Нос. Это
было полнейшей неожиданностью. Вычислив координаты,
Литке определил, что на картах
полуостров значится на полтора
градуса восточнее своего истинного положения. К тому же расстояние между двумя мысами —
Канин Нос и Святой Нос — на
карте на 45 км превышало действительное. 23 сентября экспедиция вернулась в Архангельск,
где за зиму Литке предстояло
обработать собранные материалы.
Это первое плавание было
скорее рекогносцировочным.
Литке смог оценить мореходные качества судна, слаженность
действий и опытность команды,
ознакомиться с условиями плавания среди ледяных полей.

У берегов Лапландии
Отправляться в новый
вояж к берегам Новой Земли
можно было не раньше второй половины лета. Поэтому
Это интересно

НЕВОЗМОЖНОЕ ВОЗМОЖНО
Литке был противником идеи Северного морского пути. Основываясь
на своем опыте плавания в высоких широтах, он считал, что «морское
сообщение с Сибирью принадлежит к числу вещей невозможных».

ГЛАВА

Птичий базар на Новой Земле.
Книжная иллюстрация XIX в.

Адмиралтейство приказало
Литке использовать первую
часть теплого сезона для описи
мурманского берега от мыса
Святой Нос до устья реки Колы.
Литке писал: «Берег этот, вдоль
которого уже около трех веков
плавают беспрерывно суда первых мореходных народов, был
нам до сих пор в гидрографическом отношении менее известен, чем многие отдаленнейшие и необитаемые части света.
Он никогда не был описан надлежащим образом, и все карты
этого берега были основаны на
неполных и иногда неточных
известиях, рассеянных во многих старинных книгах». 29 июня
1822 года бриг снова покинул
Архангельск, имея на борту 48
человек экипажа. В Белом море
судно встретил шторм. У мурманского побережья корабль
оказался 10 июля и пробыл
здесь чуть больше месяца. За
это время участники экспедиции описали берега мыса Святой
Нос, группу Семи островов
и остров Малый Олений, губы
81

Четыре лета в Баренцевом море
Порчниха и Териберка, остров
Ки л ь д и н и Е кат е р и н и н с ка я
га в а н ь в Ко л ь с ко м з а л и в е ,
а также определили точные
координаты острова Нокуева.
В Кольском заливе бриг встал
на якорь, и Литке вместе с группой офицеров посетили столицу
Лапландии — город Колу. Литке
оставил интересное описание
этой поездки. 15 августа судно
снялось с якоря и взяло курс на
Новую Землю.

Все дальше на север
Погода благоприятствовала
плаванию, и пять суток спустя
бриг подошел к архипелагу.

Стоял плотный туман, и Литке
лишь на следующий день удалось определить место корабля. Бриг находился у побережья Южного острова Новой
Земли. Федор Петрович приказал двигаться на север, и вскоре бриг вошел в устье пролива Маточкин Шар. В этот день
Л и т ке з а п и са л в д н е в н и ке :
«Теперь открылась ясно причина, отчего мы в прошлом году не
могли узнать Маточкина Шара.
Горы, подходящие к самым его
берегам, равно как и мысы
Черный и Бараний, образующие
собственно вход в пролив, створяясь между собою, столь совер-

шенно его заслоняют, что, даже
находясь у мыса Столбового,
ни по чему нельзя воображать,
что имеешь перед собою пролив около 100 верст длиною».
Исследование пролива Литке
отложил, а сам направил бриг
дальше на север.
П л а в а н и е п р о д о л жа л о с ь ,
участники экспедиции осматривали с корабля еще никем
не виданный берег, определяли координаты его многочисленных мысов и заливов. Так
на карте Новой Земли появились имена многих выдающихся
исследователей, а также едва ли
не всех членов команды.

Глазомерная съемка северного устья пролива Костин Шар и западного берега Новой Земли

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта юго-западного берега Новой Земли, выполненная экспедицией Федора Литке

Вечером 21 августа бриг достиг
конечной точки прошлогоднего плавания. Путешественники
увидели длинный низменный
остров, на котором высаживался Виллем Баренц, за ним
виднелся круто обрывавшийся у воды берег. Теперь моряки
ожидали вот-вот увидеть северную оконечность Новой Земли,
мыс Желания, обогнув который
можно было выйти в Карское
море. 23 августа бриг встретил
плавучие льды. Стало понятно,
что до конца экспедиционного
сезона остаются считаные дни.
Надежда достичь северного предела Новой Земли таяла на глазах. Внезапно путешественники увидели в море среди полей
битого льда стволы крупных
деревьев. Этот лес мог приплыть
сюда только с берегов сибирских рек. Это было верным при-

знаком близости Карского моря.
Участники экспедиции предположили, что последний из увиденных ими мысов и есть мыс
Желания.
Густой туман, спустившийся на
море, вынудил бриг лавировать
в течение целого дня, чтобы не
сесть на мель. Ориентироваться
п р и х о д и л о с ь п о з в у ку т рущихся между собой льдин.
Усиливающийся шум свидетельствовал об уменьшении глубины, и судно незамедлительно
делало поворот. Когда туман
наконец рассеялся, путешественники увидели перед собой
сплошные ледяные поля, тянущиеся по всему горизонту. Все
попытки продвинуться вперед,
предпринимавшиеся несколько дней подряд, оказались безуспешны. Северная оконечность
Новой Земли поразила моряков

своим мрачным видом — вокруг
были только снег и лед, над которыми стояла мертвая тишина. Не
было видно ни зверя, ни птицы.
«Пустота, нас тут окружавшая,
п р е в о с х о д и т в с я ко е о п и са ние», — отметил Литке.

По пути домой
К утру 29 августа видимость
улучшилась, и Литке повернул
бриг назад. Он рассчитывал
успеть нанести на карту южную
о ко н е ч н о ст ь Н о в о й З е м л и
и лежащий неподалеку остров
Вайгач. Литке, однако, не устоял перед соблазном посетить
пролив Маточкин Шар. Войдя
в устье пролива, он на гребном
катере вместе с офицерами
отправился в небольшую губу,
к Староверскому становищу.
Место это, окруженное горами,
оказалось пригодным для якор83

Четыре лета в Баренцевом море
ной стоянки кораблей, ее координаты тотчас были нанесены на
карту. На правом берегу речки
Маточки, впадающей в губу,
путешественники обнаружили
сложенную из плавника полуразвалившуюся избу, поставленную
промышленниками, а неподалеку баню. Тут же лежали несколько лодок, лопаты, черепки, а на
берегу — опрокинутые большие
баркасы и на кольях — неводы. Рядом с избой возвышались
три креста. Один из них был
поставлен предшественником
Литке, штурманом Поспеловым.
Офицеры собрали образцы горных пород и растений, выполнили наблюдения за приливами.
3 сентября бриг снова двинулся на юг, однако из-за наступившего штиля вскоре вынужден
был остановиться. Из дневника
Литке: «Ночью на 25-е число (на
5 сентября по новому стилю. —
Прим. авт.) имели мы отменно ясную погоду. Луна и звезды
в полном сиянии представляли
совершенно новое для нас зрелище; горизонт был так чист, что
Венера при самом восхождении
своем была уже видна; стоявшие
на вахте приняли ее за огонь.
Развалины старого зимовья на Новой
Земле. Книжная иллюстрация XIX в.

Устье пролива Маточкин Шар.
Книжная иллюстрация XIX в.

Шлюпочный компас, использовавшийся в российском флоте в начале
XIX в.

Северное сияние горело весьма
ярко».
Утром 8 сентября разразилась
буря. Видя, что улучшения погоды не предвидится, Литке оставил попытки подойти к южному
берегу Новой Земли и повернул
к Белому морю. Преодолев сильное встречное течение и штормы, 18 сентября бриг вернулся
в Архангельск, «в наилучшем
состоянии и с командою, которая уже около трех недель не
имела ни одного больного».

Новый сезон
Сразу по прибытии
в Архангельск Литке занялся
приведением в порядок составленных в путешествии карт
и журналов. С докладами он
ездил в Петербург к морскому
министру Де Траверсе и генералгидрографу Гавриилу Сарычеву.
Результаты экспедиции были
признаны превосходными.
Участвовавший в заседании
Адмиралтейского департамента
известный российский астроном
Федор Шуберт с большой теплотой отзывался о начальнике экспедиции: «Имею удовольствие
донести департаменту, что при84

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Частная карта пролива Маточкин Шар, выполненная экспедицией Федора Литке

лежание и точность, с коими
Литке наблюдения свои производил и вычислял, достойны
похвалы всякой и ему великую
честь приносят...».
Ус п е х в т о р о г о п л а в а н и я
Литке к Новой Земле побудил Адмиралтейство продолжать начатые исследования.
В 1823 году программа работ
была очень обширна, в июне
Литке вновь вышел в море
с тем, чтобы закончить опись
Лапландского берега вплоть до
границы России с Норвегией,
а затем отправиться к Новой
Земле, определить длину прол и в а М ат о ч к и н Ш а р , о п и сать проливы Югорский Шар,
Карские Ворота и остров Вайгач.
Предполагалось также, что
Литке, пройдя в Карское море,

сможет нанести на карту восточный берег Новой Земли.
В течение месяца моряки производили опись мурманского
побережья, они нанесли береговую линию острова Большой
О л е н и й и г уб ы Те р и б е р к и ,
Мотовского залива, определили,
что Рыбачий — полуостров, а не
остров, как считалось в ту пору.
Миновав устье Печенги, бриг
направился в Варангер-фьорд,
где Литке вычислил координаты
острова Вардегоуса, после чего
взял курс на Новую Землю.

В новоземельских
проливах
Вскоре бриг оказался в виду
мыса Северный Гусиный Нос,
откуда экспедиция двинулась
на север. У мыса Нассау Литке

понял, что допустил ошибку
в прошлогоднем плавании, приняв его за мыс Желания. Ошибка
была исправлена. Судно упорно
продолжало попытки продвижения к северу. Но сплошные льды
вновь преградили бригу путь.
Литке был вынужден отступить.
18 августа корабль встал на якорную стоянку у западного устья
пролива Маточкин Шар. Шесть
дней провел бриг на стоянке.
За это время команда на двух
гребных катерах во главе с лейтенантом Михаилом Лавровым
произвела опись пролива. Карта
Розмыслова, имевшаяся в распоряжении экспедиции, оказалась довольно точной — длина
пролива на ней отличалась от
определений Литке на три мили.
Ожидая, когда команда закон85

Четыре лета в Баренцевом море
чит съемку пролива, остававшиеся на судне офицеры занялись
обследованием окрестностей,
рыбачили и охотились. Литке
обошел всю округу и составил
описание местности. Он отметил, что здешние горы сложены
в основном сланцем, который
содержит много талька с большими жилами кварца. В этих
жилах он заметил большое
количество серного колчедана
и железистой охры. В расщелинах Литке заметил и присутствие
чистой охры. Морякам хотелось
добыть для зоологической коллекции хоть одну белую сову. По
словам Литке, эти птицы «одни
изо всей породы пернатых могут

быть почтены настоящими жителями Новой Земли, оставаясь
здесь на зиму тогда, как все прочие птицы без исключения отлетают прочь. Мы испытали, что
совы и в самый ясный день весьма хорошо видят, ибо ни одна
из них не подпустила стрелков
наших на ружейный выстрел».
Наконец, удача улыбнулась охотникам, и сова пополнила коллекцию экспедиции.
Лейтенант Лавров сообщил,
что восточное устье пролива
забито льдами. Поэтому с план а м и о с м о т р е т ь в о ст о ч н о е
побережье Новой Земли пришлось попрощаться. Закончив
опись Маточкина Шара, путеше-

Глазомерная съемка Междушарского острова, южного устья пролива Костин Шар
и юго-западного берега Новой Земли

Равноденственные солнечные часы,
использовавшиеся в мореплавании
в конце XVII — начале XVIII в.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
ственники направились к проливу Карские Ворота. 31 августа
бриг подошел к Кусовой Земле.
Таким образом, Литке положил
на карту почти весь западный
берег Новой Земли. Карские
ворота оказались свободны
ото льда. Однако Литке, связанный инструкцией, запрещавшей зимовку, не рискнул в столь
позднюю пору пройти в Карское
море. Вот что он писал по этому
поводу: «...неожиданная безледность Карского моря представляла по-видимому удобный случай осмотреть восточные берега Новой Земли... Предприятие
сие было очень заманчиво, но я
не знал, благоразумно ли будет
на оное покуситься. Нельзя
было почти сомневаться, что
причиною отсутствия льдов
единственно вестовые ветры,
сряду несколько дней дувшие
и что с первым ветром с противной стороны возвратятся
они опять...». Литке совершенно верно определил состояние
ледовой обстановки и предвидел вероятность быть затертым
льдами при перемене ветра.

В шаге от гибели
Бриг шел при крепком северо-западном ветре, разогнавшем крупную волну. Литке заметил, что цвет морской воды стал
мутно-зеленоватым, что могло
свидетельствовать о малых
глубинах. Однако лоцман из
поморов, которого в этот раз
взяли из Архангельска, утверждал, что в этих местах банок
нет. Внезапно корабль ударился сначала носом, а потом кормой, врезавшись в каменистую
отмель. Удары о камни следовали один за другим, вышибло из
петель руль, сломался его верхний крюк, разбило корму, вокруг
плавали обломки киля, корпус
трещал. Гибель судна казалась
неминуемой. В этой ситуации
Литке решился на отчаянное

ГЛАВА

Жертвенный холм на острове Вайгач. Книжная иллюстрация XIX в.

средство — приказал рубить
мачты. Но вдруг сильные порывы
ветра и огромные волны сняли
корабль с мели, и он вышел на
глубину. Несомненно, что бриг
уцелел только благодаря исключительной крепости своего корпуса.
Хотя непосредственная
угроза миновала, положение
оставалось очень опасным.
Приближалась ночь, море продолжало волноваться, а судно
не имело руля. Надо было срочно поставить его на место и хоть
как-то закрепить. «После полуторачасовой работы, — вспоминал
Литке, — в продолжение которой
мне оставалось только любоваться усердием людей наших, громкое, согласное ура, первое еще,
может быть, огласившее пустынные места эти, возвестило наш
успех». Повреждения были столь
серьезны, что Литке не решился
идти к острову Вайгач, точных

координат которого не имелось,
и направил бриг в Архангельск.
Тем не менее по пути экспедиция прошла вдоль северного
берега острова Колгуев, произвела его опись и определила координаты самой северной его точки. Отсюда Литке
повел корабль к Каниному Носу,
повторно проверил его координаты и только после этого пошел
в Архангельск.
Уже в Белом море бриг попал
в шторм и, как говорит Литке,
«одна роковая волна ударила
в слабо державшийся руль наш —
и мы остались игралищем волн
в полном смысле этого слова...».
Навесить руль заново во время
шторма удалось только благодаря огромному опыту экипажа.
12 сентября «Новая Земля» пришла в Архангельск. Бриг завели
в речку Соломбалку и там повалили на бок. Осмотр показал, что
судно получило очень серьезные
Это интересно

ВЕТЕРАН ПРЕССЫ
По инициативе Литке был учрежден ныне знаменитый журнал
«Морской сборник». Он начал выходить в марте 1848 года и издается до сих пор без перерыва и смены названия. Считается старейшим
военно-морским ежемесячным изданием в мире. Среди его авторов —
Иван Гончаров, Степан Макаров, Дмитрий Менделеев, Владимир Даль,
Константин Ушинский, Борис Якоби, Алексей Писемский.

Четыре лета в Баренцевом море
повреждения — обшивка и киль
на корме практически отсутствовали.

Последняя попытка
Несмотря на аварию, результаты третьего плавания были
очень впечатляющими. Однако
Литке не удалось дойти до мыса
Желания, и Адмиралтейство
решило продолжить экспедицию. Инструкции предписывали
Литке в следующем году заняться описью восточных берегов
Новой Земли. Для этого экспедиция должна была достичь пролива Маточкин Шар, а оттуда пройти на шлюпках или байдарах на
восточную сторону архипелага
и, дождавшись, когда сильные
западный ветры отожмут льды
от побережья, приступить к его
исследованию. Рассматривалась
также возможность начать опись
восточного побережья с юга, от
Карских Ворот. При благоприятных условиях Литке должен был
описать и берега Карского моря
вплоть до Обской губы и острова Белый. А кроме того, экспедиции предлагалось исследовать условия плавания на севере
Баренцева моря, между Новой
Землей и Шпицбергеном. Увы,
ни одну из этих задач выполнить не удалось — в 1824 году
в Баренцевом море сложилась
очень тяжелая ледовая обстановка.
Бриг вышел в море 30 июня.
У Новой Земли экспедиция оказалась в районе полуострова
Адмиралтейства. Однако сплошные льды и отвратительная погода не позволили судну в этот

Каютный кренометр,
прибор для измерения
угла крена судна, середина XIX в.

раз дойти даже до мыса Нассау.
Литке, уже имевший возможность убедиться в достаточной
точности карты Баренца, нанес
с нее участок от мыса Нассау до
мыса Желания. Литке отметил
в дневнике, что лето 1824 года
«несравненно льдистее прежних». По этой же причине во
время плавания на севере
Баренцева моря бриг достиг
только 76°05’ северной широты и 42°15’ восточной долготы.
Все попытки проникнуть на восточное побережье Новой Земли
через Карские ворота тоже оказались бесплодны — пролив был
совершенно забит льдом. На
этом закончились новоземельские плавания Литке.
Хотя выполнить все намеченные задачи экспедиции не удалось, результаты ее четырехлетней работы оказались весьма
значительны. Экспедиция Литке
стала первой систематической
работой по исследованию Новой
Земли. Ее усилиями появилась
первая достоверная карта западного побережья Новой Земли.
На протяжении столетия картами
Это интересно

ФОРМЕННАЯ ОДЕЖДА
Федору Петровичу Литке российский флот обязан появлением бушлатов. Будучи председателем Морского ученого комитета, Литке
в 1848 году ввел в униформу флота кроткое двубортное пальто из
зеленого сукна свободного кроя на шести пуговицах. Правда, в ту пору
оно именовалось «брушлат». Современное название пальто получило
только после революции 1917 года.

Литке пользовались полярные
мореплаватели. Работами Петра
Пахтусова, Августа Цивольки,
Степана Моисеева они дополнялись и уточнялись. Плавания
Федора Литке расширили географические и гидрографические представления об Арктике,
о ледовом режиме и условиях
навигации в Баренцевом море.
Были проведены магнитные,
астрономические и гидрографические наблюдения. На протяжении всего плавания участники
экспедиции измеряли глубину
Баренцева моря, брали пробы
донного грунта, наблюдали за
морскими течениями и колебаниями уровня моря. Литке установил точные координаты Каниного
Носа и Святого Носа. Во время
плаваний были внесены существенные изменения в уже существующие карты морей западной
части Северного Ледовитого океана. Все эти работы стали основой для последующего картографирования побережий Белого
и Баренцева морей. Итогом
плаваний Литке стала его книга
«Четырехкратное путешествие
в Северный Ледовитый океан на
военном бриге “Новая Земля”
в 1821–1824 годах». Изданная
в 1828 году, эта книга обобщила
огромный гидрографический,
исторический, географический
и этнографический материал,
собранный экспедицией.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Карта «самоедского» берега, выполненная экспедицией Федора Литке

«Полярный поход парохода «Челюскин» 1933/34 годов привлек
благодаря своей особой судьбе внимание многих миллионов.
Эта экспедиция – одно из звеньев большой работы по изучению
и освоению советской Арктики – далекого севера нашей страны»
О. Шмидт

ГЛАВА

Северным морским путем

5.1 ЧЕЛОВЕК РЕНЕССАНСА. ОТТО ШМИДТ . . . . . . . . . . . 92
Главный полярник Советского Союза. . . . . . . . . . . . . . . . 95
Размышляя о Земле и Солнце . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 97
5.2 ВДОЛЬ КРОМКИ ЛЕДОВИТОГО ОКЕАНА . . . . . . . . . . 99
Доказать делом. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 99
«На горизонте — лед» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 101
По воле ветра и волн. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 105
На льдине . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 108
Крылья над лагерем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 114

Северным морским путем
5.1 ЧЕЛОВЕК РЕНЕССАНСА. ОТТО ШМИДТ
Когда знакомишься с историей жизни Отто Юльевича Шмидта, то возникает ощущение, что
в XX век он попал из какого-то другого времени, из эпохи Возрождения, — столь велик масштаб
его личности, разнообразны научные интересы, многочисленны сферы деятельности, в которых он успел себя проявить. Выдающийся математик, государственный деятель, организатор
науки, полярный исследователь, геофизик, создатель космогонической теории, редактор, популяризатор науки, просветитель — и все это один человек. Причем человек, в высшей степени
обаятельный, любивший жизнь в самых разных ее проявлениях.
Отто Юльевич Шмидт родился
30 сентября 1891 года в Могилёве, в семье мелкого торгового служащего. Его отец,
Юлиус Фридрихович Шмидт,
происходил из латышских
немцев, крестьянствовавших
в Лифляндской губернии. Мать,
Анна Фридриховна (урожденная
Эргле), родилась в крестьянской
семье латышей Курляндской
губернии. Детство Отто Шмидта
прошло в Могилёве, Латвии,
куда родители привозили сына
на летние месяцы погостить на
хуторе деда, а затем в Одессе,
где отец открыл писчебумажный
магазин.
Большая семья (у Шмидтов
помимо Отто было еще четверо
детей) жила небогато. Торговые
предприятия отца частенько
заканчивались неудачей. Денег
на то, чтобы выучить всех детей,
Академик Отто Юльевич Шмидт

не хватало. Когда на семейный
совет собрались многочисленные родственники, дед будущего ученого и путешественника
сказал: «Все мы люди не богатые, но если сложимся вместе,
то одному из детей мы можем
дать образование. И нужно дать
образование этому мальчику, он
способный».
Слова деда оказались пророческими. В 1900 году Отто Шмидт
поступил в могилёвскую классическую гимназию, а позже продолжил образование в одесской
гимназии. Уже в детстве мальчик
поражал сверстников и преподавателей исключительными способностями, целеустремленностью и ненасытной тягой к знаниям. Ему недостаточно было
гимназической программы,
и он самостоятельно изучал русскую и зарубежную литературу,
иностранные языки, занимал-

Отто Юльевич Шмидт на борту
ледокола «Ермак»

ся музыкой. В 1907 году Шмидт
вместе с семьей переехал в Киев
и был принят во 2-ю мужскую
классическую гимназию. Два
года спустя он окончил это учебное заведение с золотой медалью и поступил на математическое отделение физико-матемаЭто интересно

НОВОЕ СЛОВО
Во время одного из совещаний у Ленина, где обсуждался вопрос о высшей школе, Шмидт предложил «профессорских стипендиатов», оставленных на кафедрах для продолжения научной карьеры, называть
аспирантами. С латыни aspirans, aspirantis — стремящийся к чему-либо.
Предложение было принято, и в русский язык вошло слово «аспирант».
***
К ЗЕМНЫМ НЕДРАМ
В начале 20-х годов Шмидта привлекли к работе группы ученых, занимавшихся оценкой запасов железной руды Курской магнитной аномалии. В то время ни объемы этого месторождения, ни глубина залегания
рудных пластов известны не были. Шмидт на основе имевшихся геофизических данных с помощью математических методов предсказал
наличие в этом районе колоссальных залежей железной руды, рассчитал мощность, глубину залегания и наклон пластов. Его предсказания
подтвердились бурением, а созданная им методика стала использоваться в геологоразведке.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Книга Отто Юльевича Шмидта, в которой изложены основные положения его
космогонической теории

тического факультета университета Святого Владимира в Киеве.
В университете Шмидт сблизился с выдающимся математиком профессором Дмитрием
Граве, который впоследствии
создал киевскую алгебраическую школу. Граве быстро разглядел в студенте подлинный
математический талант и привлек его к занятиям по теории
групп. Разработка этого раздела математики стала одним из
главных дел в жизни Шмидта.
В 1912–1913 годах из-под пера
Шмидта вышли несколько работ,
которые произвели большой
э ф ф е к т в м ат е м ат и ч е с ко м
сообществе. В 1913 году физико-математический факультет
принял решение об издании на

средства Университета книги
Шмидта «Абстрактная теория
групп», за которую автор получил премию имени профессора
Рахманинова. С блеском окончив Университет в 1913 году,
Шмидт был оставлен на кафедре
математики в должности профессорского стипендиата.
Почти весь 1914 год Шмидт
проболел. Тяжелая форма воспаления легких и плеврит надолго уложили его в постель, врачи
запрещали ему научные занятия,
но он буквально не расставался
с книгами по математике, физике, геологии, астрономии, существенно увеличив свои познания
в естественных науках. Стремясь
расширить свой кругозор, Шмидт
овладел латынью, древнегреческим, английским, французским,
итальянским языками. Кроме
того, он знал украинский, латышский и немецкий языки. В 1916-м
после сдачи магистерских экзаменов Шмидту было присвоено
звание приват-доцента, и в начале 1917 года он приступил к преподаванию математических дисциплин в Университете. В эти
годы проявились и организаторские способности Шмидта.
В 1915-м он был избран председателем Общества преподавателей киевских высших учебных заведений, а два года спустя
Шмидт стал председателем университетского совета младших
преподавателей.
Студенческие волнения, которыми в начале 1917 года были
охвачены многие вузы России,
не миновали и Киевский униЭто интересно

БЕЗ ПУШЕК
Когда решался вопрос об организации Главсевморпути, Сталин сравнил создаваемое учреждение с существовавшей в XVII–XIX веках
английской Ост-Индской компанией, колонизовавшей Индию. Правда,
в отличие от нее, Главсевморпуть, по мнению вождя, должен был строиться «не на костях местного населения, а на основе поднятия культуры». Напомнив, что у Ост-Индской компании были войска для подавления восстаний, Сталин сказал: «Пушек Шмидту не давать!».

ГЛАВА

Отто Юльевич Шмидт выступает
в Госплане СССР на Всесоюзном совещании
по кадрам. 1930 г.

верситет. Начались выступления против профессуры, занятия были прерваны, лекции
не читались. Протестуя против срыва учебного процесса,
Шмидт и его коллеги обратились к студентам с воззванием,
в котором говорилось: «Больше
спокойствия! Прекратите доступ
в университет посторонним:
университет нужен России как
свободная школа… Помните
ваш долг перед Родиной и вернитесь к своей работе, ибо она
не может мешать вам оставаться
гражданами…».
Октябрь 17-го Шмидт встретил
в Петрограде, куда был командирован для участия в работе
Всероссийского съезда по делам
высшей школы. Здесь он с головой окунулся в вихрь событий,
захлестнувших страну. Его кипучая энергия находит применение в самых разных сферах деятельности. Работая в министерстве продовольствия, Шмидт
пошел на сотрудничество с новыми властями и помог им в сохранении работоспособности этого
93

Северным морским путем
ведомства. В 1918 году Шмидт
переехал в Москву, возглавив
Управление по продуктообмену
в Наркомпроде. Это было самое
тяжелое и голодное для страны
время. В условиях Гражданской
войны централизованная система снабжения продовольствием практически отсутствовала.
В эту сложную и неблагодарную
работу пришлось включиться
и Шмидту. В 1918 году он вступил
в партию большевиков.

В начале 20-х годов Шмидт
работает в ряде правительственных учреждений. Он занимается вопросами потребительской
кооперации, государственных
финансов, реформой образования. Отстаивая свою точку
зрения, зачастую отличную от
генеральной линии партии,
Шмидт не боялся спорить с высшим руководством страны, за
что порой ему изрядно доставалось. Но в эти годы еще можно

было иметь независимые суждения, не опасаясь за собственную
жизнь. Шмидт читает лекции о
продовольственной политике,
выступает по вопросам кооперативного движения, делает
доклады о реформировании
профессионально-технического
и высшего образования, успевая совмещать все это с преподавательской деятельностью, не
оставляет он и занятия математикой.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
В 1921 году Шмидт становится
заведующим Государственным
издательством РСФСР и в короткий срок в разы увеличивает
выпуск художественной, научной и учебной литературы. А в
1924 году он вступает в должность главного редактора
Большой советской энциклопедии. Этой новой масштабной
работой Шмидт был совершенно захвачен и посвятил ей почти

четверть века, исправно исполняя обязанности главного редактора даже в длительных экспедициях и командировках.

Главный полярник
Советского Союза
С участия в Памирской экспедиции 1928 года начался новый
этап в жизни Шмидта, связанный
с географическими исследованиями и принесший ему мировую

ГЛАВА

славу. Совместная советско-германская экспедиция для изучения Западного Памира была
организована Академией наук
СССР. В ее состав вошли геологи,
геодезисты, астрономы, зоологи
и ботаники. Альпинистскую группу возглавил Шмидт, имевший
опыт горных восхождений на
Кавказе и в Альпах. В этом сложном высокогорном путешествии
Шмидт зарекомендовал себя как

Карта плавания и дрейфа парохода «Челюскин» в 1933–1934 гг.

Северным морским путем
прекрасный организатор научных экспедиций, получил первый
опыт полевой работы. Уже в следующем году он был назначен
начальником Арктической экспедиции Института по изучению
Севера. Ей поручалось закрепить
принадлежность Земли ФранцаИосифа за Советским Союзом.
Шмидту предстояло поднять над
архипелагом флаг СССР и создать постоянно действующую
метеостанцию. Эта экспедиция,
отправившаяся в путь на ледокольном пароходе «Георгий
Седов» летом 1929 года, стала
для Шмидта первой встречей
с Арктикой, которой он отдал
десять лет своей жизни. Шмидт
не только блестяще справился
с поставленной задачей, новое
направление деятельности невероятно увлекло его, и он с жаром
занялся организацией научных
исследований высоких широт.
В 1930 году Шмидт возглавил
Всесоюзный Арктический инстиНачальник экспедиции на
«Сибирякове» Отто Шмидт

Капитан
«Сибирякова»
Владимир Воронин
и начальник экспедиции Отто Шмидт

тут и собрал в его стенах созвездие полярных исследователей.
Шмидт становится инициатором и участником целой серии
экспедиций, которые открыли
новую страницу в деле изучения
и освоения Севера. В 1930 году
он отправился в новое плавание на пароходе «Георгий
Седов», на этот раз к Северной
Земле. Экспедиция посетила
Землю Франца-Иосифа, Новую
Землю, исследовала Карское
море, открыла метеостанцию
на Северной Земле. Два года
спустя состоялся исторический
рейс ледокольного парохода
«Александр Сибиряков» — впервые судно прошло без зимовки Северным морским путем.
И хотя «Сибиряков» достиг
Берингова пролива лишившись руля и под самодельными
парусами, это был выдающийся
успех. За руководство экспедицией на «Сибирякове» Шмидт удостоился ордена Ленина. Он был
назначен начальником только
что созданного Главного управления Севморпути.
В 1933 году Шмидта избрали членом-корреспондентом
Академии наук СССР по геолого-географическому и физикоматематическому отделениям.
В этом же году Шмидт возглавил
ставшую знаменитой экспедицию на пароходе «Челюскин».
Это плавание развеяло все

сомнения в возможности регулярной эксплуатации Северного
морского пути, а операция по
спасению участников экспедиции, оставшихся на льдине после
гибели судна, положила начало
созданию полярной авиации.
За организацию экспедиции
Шмидт был награжден орденом
Красной Звезды, его избрали
почетным членом Всесоюзного
Географического общества.
А летом 1936 года Шмидт на
деле доказал работоспособность
Северного морского пути, проведя этой трассой группу военных
кораблей, перебрасываемых
из Ленинграда во Владивосток,
за что получил орден Трудового
Красного Знамени. Последней
для Шмидта стала организованная им экспедиция 1937 года, во
время которой четверка исследователей во главе с Иваном
Папаниным была высажена на
дрейфующую льдину и в течение девяти месяцев занималась
метеорологическими, гидрологическими и гляциологическими наблюдениями в районе
Северного полюса Земли. За
организацию и успешное проведение этой экспедиции Шмидту
было присвоено звание Героя
Советского Союза с вручением
второго ордена Ленина.
Казалось, Шмидт достиг зенита
славы. Но стоило Сталину заявить,
что Шмидт опоздал с организаци-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Председатель ЦИК СССР Михаил Калинин вручает Отто
Шмидту орден Трудового Красного Знамени. 1936 г.

ей снятия папанинцев со льдины, как все в одночасье изменилось. Началась кампания травли
и клеветы. Шмидт был обвинен
в «зазнайстве и самоуспокоенности», постановлением правительства о работе Главсевморпути
его отстранили от занимаемой
должности и перевели на рабоОтто Шмидт и Федор Решетников
на персональной выставке художника
в Москве. 1936 г.

ГЛАВА

Отто Юльевич Шмидт в Астрономическом институте
им. П.К. Штернберга. 1948 г.

ту в Академию наук. Но какая
бы ложь ни возводилась вокруг
имени Шмидта, реальным результатом его работы в Арктике стали
регулярные рейсы судов по трассе Северного морского пути.
Благодаря его усилиям полярные станции появились на Земле
Ф ра н ц а - И о с и фа , С е в е р н о й
Земле, острове Врангеля, Новой
Земле и по всему побережью
Северного Ледовитого океана,
впервые в высокоширотных экспедициях начала повсеместно
использоваться тяжелая современная техника — ледоколы
и самолеты, были созданы специально подготовленные для работы в Арктике коллективы летчиков, моряков, радистов и ученых.

Размышляя о Земле
и Солнце
Работа в Академии наук вернула Шмидта в привычную научную среду. В феврале 1939 года
он был единогласно избран
вице-президентом Академии
и активно взялся за реорганизацию ее аппарата. Он привлекал
к работе молодых талантливых
ученых и выступал за развитие
новых отраслей знаний, рождавшихся на стыке разных дис-

циплин. Поскольку президент
Академии наук Комаров был
тяжело болен, всей академической наукой в СССР фактически
руководил Шмидт. С началом
войны он занялся эвакуацией академических учреждений в Казань
и перестройкой научной работы
с учетом нужд военного времени.
Дни и ночи Шмидт проводил на
эвакопункте, стараясь как можно
быстрее разместить прибывающих. Ему удалось в короткий
срок наладить связи между научными институтами и заводами
для координации работ по оборонной тематике. Однако опала,
из-за которой Шмидт оказался
в Академии наук, не миновала,
над его головой вновь начали
сгущаться тучи. В марте 1942 года
решением Совнаркома Шмидт
был отстранен от обязанностей
вице-президента Академии наук,
исключен из состава президиума и снят с должности главного
редактора Большой Советской
энциклопедии.
Последние годы своей жизни
Шмидт всецело посвятил работе в Институте теоретической
геофизики, директором и основателем которого он являлся
с 1938 года. Вопросами гео97

Северным морским путем
физики Шмидт увлекся еще
в 20-е годы и много сделал для
развития этой науки в нашей
стране. В середине 40-х годов
Шмидт вплотную занялся изучением происхождения Земли
и планет Солнечной системы,
положив начало новому этапу
развития планетной космогонии. На тот момент общепризнанной теории возникновения
Солнечной системы не существовало. Такую теорию довелось создать Шмидту. С первыми результатами своих исследований по этой тематике он
ознакомил научное сообщество
в 1944 году, сделав целую серию
докладов в научных институтах Москвы и Ленинграда.
Выступления Шмидта вызвали
оживленную дискуссию, отклики были самые разные. Вопросы
планетной космогонии стали
одним из приоритетных направлений науки, к разработке новой
теории подключился коллектив
ученых Института теоретической
геофизики.
В 1949 году вышла книга
Шмидта «Четыре лекции о теории происхождения Земли»,
в ко т о р о й а в т о р о б о б щ и л
результаты своей многолетней
работы. Начались выступления

Шмидт на подступах
к Северному полюсу.
Дружеский шарж
Федора Решетникова

Шмидта перед публикой. Эти
доклады порой собирали до
1500 человек. К этому времени
Шмидт уже был тяжело болен.
Но работать он продолжал,
понимая, что хотя его идеи о
происхождении Земли и планет находят подтверждение
и развитие, теория еще далеЭто интересно

ЦИФРЫ И ФАКТЫ
Шмидта отличала необычайная жажда знаний. Стремясь узнать как
можно больше, в юности он постоянно сокращал время, отведенное на
сон, и в конце концов стал спать не больше 4–5 часов в сутки.
***
Во время Памирской экспедиции Шмидт дважды поднимался на высоту 6000 метров, что в то время было рекордом для отечественного альпинизма. Кроме того, он стал одним из первых, кому удалось пересечь
ледник Федченко.
***
Когда Шмидт стал студентом, он составил список литературы, которую
считал необходимым прочесть. Это были книги из самых разных областей знаний. На каждую Шмидт отвел определенное количество часов.
Когда же он подсчитал, сколько времени ему необходимо, чтобы
прочесть все запланированное, оказалось, что понадобится 1000 лет.
Скрепя сердце, Шмидт начал сокращать свой список. Но и усеченный
вариант потянул на 250 лет.

ка от завершения. Из-под его
пера выходят статьи и доклады:
«Возникновение планет и их
спутников», «О происхождении
астероидов», «Роль твердых
частиц в планетной космогонии». Еще в декабре 1948 года
Шмидт ушел с поста директора
Института теоретической физики, болезнь порой приковывала
его к постели, врачи запрещали
ему говорить, и вынужденное
молчание длилось месяцами. Но
даже в эти тяжелые дни он был
полон новых замыслов.
Отто Юльевич Шмидт умер
7 сентября 1956 года и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Именем Шмидта
названы остров в Карском море,
полуостров на Новой Земле, мыс
на побережье Чукотского моря,
одна из горных вершин и перевал в Памире, одна из малых
планет. В 1979 году на воду был
спущен первый в мире научно-исследовательский ледокол
«Отто Шмидт».

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

5.2 ВДОЛЬ КРОМКИ ЛЕДОВИТОГО ОКЕАНА
В 1932 году ледокольный пароход «Сибиряков» под командованием капитана Владимира Воронина и начальника экспедиции директора Всесоюзного арктического института Севера Отто
Шмидта впервые в истории прошел Северным морским путем за одну навигацию. Это рекордное плавание открывало огромные перспективы для исследования и освоения Арктики.
Доказать делом
П о р е з у л ьт а т а м п о х о д а
«Сибирякова» было создано
Главное управление Северного
морского пути, которое возглавил Шмидт. Этой организации
вменялось в обязанность «проложить окончательно Северный
морской путь от Белого моря
до Берингова пролива, оборудовать этот путь, держать его

в исправном состоянии и обеспечить безопасность плавания
по этому пути».
В 1933 году Шмидт задумал
новую арктическую экспедицию
по трассе Северного морского
пути. Задачами этого плавания
должны были стать: уточнение
карты советского побережья
Северного Ледовитого океана
и расположения арктических

Советская комиссия принимает пароход «Лена» на Копенгагенской верфи.
Вскоре судно получит имя «Челюскин»

островов, сбор данных о глубинах, течениях и ледовом режиме Полярного бассейна и смена
зимовщиков, работавших на
острове Врангеля. Однако главная цель экспедиции состояла не
в этом. Шмидт стремился доказать этим плаванием состоятельность и жизнеспособность самой
идеи эксплуатации Северного
морского пути, у которой было
немало противников и недоброжелателей как в правительственных кругах, так и в научной
среде.
Мнение о том, что новая
арктическая трасса никакого
хозяйственного значения иметь
не может, высказывалось не раз,
и Шмидт на посту директора
Главсевморпути часто сталкивался с неприятием своей деятельности. Будучи горячим сторонником освоения Севера, которое
невозможно без надежной морской дороги вдоль арктического
побережья, Шмидт понимал, что
решающим аргументом в его
пользу может быть только новое
плавание Северным морским
путем, причем плавание, максимально приближенное к тем
рейсам, которые должны стать
регулярными. Именно поэтому
он решил отправиться в экспедицию на обычном пароходе,
который в отличие от ледокола
мог взять на борт большое количество груза. Объясняя это решение, Шмидт писал: «Выбор судна
для полярной экспедиции —
вещь нелегкая. Правда, у нас
есть первоклассные ледоколы
(“Красин”, “Ермак”, “Ленин”),
но они сконструированы не для
дальнего плавания. Они берут
99

Северным морским путем
недостаточный... запас топлива
и почти совсем не могут брать
какой-либо добавочный груз.
Ледокольные пароходы типа
“Сибирякова” и ему подобные,
обладая меньшей мощностью,
но большим радиусом действия,
чем ледоколы, показали себя
очень хорошо в самостоятельных экспедициях, но их грузоподъемность также весьма ограничена. Необходимость завоза
нескольких построек и снаряжения на о. Врангеля требовала
более грузоподъемного судна,
чем эти ледокольные пароходы.
Важно было также взять с собой
достаточно топлива, чтобы не
только пройти весь путь без
дозагрузки угля, но и снабдить
при случае ледокол, если окажется надобность в его помощи...
Все эти условия и определили
выбор парохода “Челюскин”...».
Судно «Челюскин», построенное на датской верфи Burmeister
& Wain, изначально носило другое имя. В Регистре СССР оно числилось под названием «Лена».
После того как Шмидт добился
передачи парохода в распоряНачальник экспедиции Отто
Юльевич Шмидт

100

Это интересно

ПЕРВОПРОХОДЦЫ
До похода «Челюскина» одолеть Северный морской путь за одну навигацию смог лишь ледокольный пароход «Сибиряков». В 1878–1879 годах
парусно-паровое судно «Вега» под командованием шведского исследователя Нильса Норденшельда прошло этим маршрутом, но с зимовкой.
А это лишало подобное плавание практического смысла.

Участники похода: корреспондент «Комсомольской правды» Л. Муханов, поэт
Илья Сельвинский, журналист Б. Громов, писатель С. Семенов на борту «Челюскина»

жение Севморпути, судно получило название, ставшее известным всей стране. «Челюскин»
имел почти 95 метров в длину,
16,6 метра в ширину, обладал
водоизмещением 7500 тонн.
Пароход был оснащен ледовым
креплением, но ледовые качества судна оставались низкими.
Шмид хотел, чтобы капитаном «Челюскина» стал Владимир
Воронин, один из лучших полярных судоводителей. Шмидта
и Воронина связывала давняя
дружба и совместная работа в нескольких экспедициях.
Умудренный опытом капитан,
зная о недостатках «Челюскина»,
поначалу отказался, но Шмидт
сумел убедить его в необходимости такого плавания. В свою
очередь, Шмидт учел мнение
Воронина при организации экспедиции. Согласно его плану,
в наиболее сложных ледовых
условиях пароход должен был

идти в сопровождении ледокола «Красин», для чего брался дополнительный запас угля.
Кроме того, Шмидт решил взять
в экспедицию самолет для ведения ледовой разведки.
В плавание на «Челюскине»
о т п ра в л я л и с ь 1 1 0 ч е л о в е к .
Из них 52 человека входили
в состав экипажа судна, который
в подавляющем большинстве
был сформирован из команды ледокольного парохода
«Сибиряков» во главе с капитаном Владимиром Ворониным
и штурманом Михаилом
Марковым. Экспедиционный
состав насчитывал 29 человек,
столько же было полярников
и строителей, направлявшихся на остров Врангеля. В рейсе
принимали участие журналисты, писатели, кинооператоры,
поэты и художники. Примерно
треть личного состава экспедиции уже имела полярный опыт.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Пароход «Лена», которому предстоит стать «Челюскиным», на верфи датской
фирмы Burmeister & Wain

Портрет капитана Владимира Воронина.
Рисунок Федора Решетникова

А самым искушенным полярником, не считая Воронина, считался радист Эрнст Кренкель, который трижды зимовал на Новой
Земле и Земле Франца-Иосифа,
участвовал в арктических экспедициях на «Сибирякове» и на
дирижабле «Граф Цеппелин».
Среди тех, кто пошел в плавание
на «Челюскине», было девять

через все арктические моря
СССР — по трассе Северного
м о р с ко го п у т и и д а л е е в о
Владивосток. Несколько дней
заняла стоянка в Копенгагене,
ждали пока фирма-производитель устранит мелкие дефекты,
обнаруженные экипажем во
время плавания по Балтийскому
морю. Обогнув Скандинавский

женщин. Начальник полярной
станции на острове Врангеля
Петр Буйко ехал на зимовку вместе с женой и маленькой дочкой.

«На горизонте — лед»
12 июля 1933 года пароход «Челюскин» вышел из
Ленинграда в свой полярный
рейс, его маршрут проходил

«Челюскин» у берегов Скандинавии

101

Северным морским путем
полуостров, «Челюскин» 2 августа прибыл в Мурманск, где принял на борт несколько тонн угля,
снаряжение и самолет-амфибию
Ш-2. Этот самолет был придан
экспедиции для ведения ледовой
разведки. Управлял воздушным
судном опытный полярный летчик Михаил Бабушкин. 10 августа пароход снялся с якорей
и взял курс на восток. Первую
часть пути «Челюскин» прошел
по чистой воде. Лишь миновав
Новую Землю, пароход начал
форсировать ледяные поля.
13 августа, пройдя проливом
Маточкин Шар, судно вошло
в Карское море. Из записей
дублера старшего помощника
капитана Владимира Павлова:
«На горизонте — лед. Весть о
том, что показался лед, заинтересовала население судна. Всем
не терпелось скорей увидеть лед.
Рассуждали и спорили — сможем
ли мы его пройти или придется
просить помощи “Красина”».
Командовавший пароходом
капитан Воронин, направил
«Челюскин» на северо-восток,
обходя тяжелые льды с севера.
В Карском море пароход получил множество мелких повреждений — в носовой части лопнул
шпангоут и в трюме образовалась небольшая течь, на корпусе
появились вмятины, деформировались несколько стрингеров. Корпус парохода укрепили
распорками из бревен, и судно
стало лучше сопротивляться
напору льдов. «Челюскин» был
перегружен углем, и его ледовый пояс (наиболее укрепленная
часть судна) оказался под водой.
Поэтому 17 августа к пароходу подошел ледокол «Красин»,
забрал часть угля и провел
«Челюскин» через тяжелые
льды. 21 августа суда расстались,
и дальше «Челюскин» пошел
самостоятельно, делая остановки для проведения гидрологических работ. В густом тумане паро102

Участники экспедиции на острове Уединения

«Челюскин» в Карском море

Выгрузка самолета Ш-2 для проведения ледовой разведки

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Работа кинооператоров экспедиции

«Челюскин» во льдах Восточно-Сибирского моря

Восемь человек покидают «Челюскин» и отправляются на материк. Октябрь 1933 г.

ГЛАВА

ход продвигался вперед самым
малым ходом, постоянно меняя
курс и обходя ледяные поля.
Утром 24 августа с судна заметили неясные очертания земли.
Это оказался остров Уединения,
однако его местоположение,
указанное на картах, не совпадало с реальным. Участники экспедиции высадились на острове и уточнили его координаты,
в результате чего этот пустынный
клочок земли «переехал» на
50 миль к востоку.
Н е с м о т р я н а п о л уч е н н ы е
повреждения и довольно
сложную ледовую обстановку,
«Челюскин» уверенно продвигался вперед. Ученые продолжали вести гидрологические
и метеорологические наблюдения. Несколько раз Бабушкин на
своем самолете вылетал в ледовую разведку, разыскивая разводья и чистую воду. Попытка
пройти в море Лаптевых проливом Шокальского, разделяющим
два главных острова Северной
Земли, не удалась. Все подходы
к берегам архипелага оказались
забиты льдом, пришлось направить пароход южнее, к проливу Вилькицкого. А 31 августа
на судне появился новый член
экспедиции. В этот день капитан Воронин сделал в судовом
журнале следующую запись:
«У супругов Васильевых родился
ребенок — девочка: счислимая
широта 75º 46,5’ северной широты, восточная долгота 91º 06’.
Имя девочки — Карина...». На
следующий день пароход вышел
в пролив Вилькицкого, достигнув мыса Челюскин, северной оконечности Азии. Здесь
«Челюскин» снова встретился
с «Красиным», который проводил караван судов к устью Лены.
Стоянка у мыса Челюскин длилась около шестнадцати часов.
Вечером 2 сентября экспедиция Шмидта направилась дальше на восток. В море Лаптевых
103

Северным морским путем
«Челюскин» большую часть пути
шел по чистой воде. Судно двигалось полным ходом, останавливаясь лишь для проведения
гидрологических глубинных
измерений. 5 сентября пароход
попал в шторм, который заставил поволноваться команду
и пассажиров. Из воспоминаний
геодезиста экспедиции Якова
Гаккеля: «В этот день в судовом
журнале был зарегистрирован
максимальный крен на левый
борт, доходивший до 45º! На
кормовой палубе при стремительном бортовом размахе
сорвались бочки с бензином
и керосином. Они сталкивались
и налетали на борт; несколько
бочек дали течь... Все это время
внутри судна — в каютах, каюткомпании, буфетах усталые от
вынужденной бессонницы, утомленные беспрерывным напряжением люди не находили покоя».
На следующий день шторм стих
и «Челюскин» оказался в виду
острова Бельковского. Участники
экспедиции провели съемку
и составили описание его берегов.
Пройдя проливом Санникова,
«Челюскин» миновал Новосибирские острова и 8 сентября
вышел в Восточно-Сибирское
море. Вскоре пароход встретил
тяжелые льды. Капитан Воронин
записал в дневнике: «Как трудно идти среди льдов на слабом
“Челюскине”, к тому же плохо
слушающемся руля...». Однако,
несмотря ни на что, спустя неделю пароход добрался до мыса
Биллингса. Отсюда, воспользовавшись гидросамолетом,
прибывшим с мыса Северный,
Ш м и д т и Б у й ко л е та л и н а
остров Врангеля для знакомства
с обстановкой на полярной станции и ледовой разведки окрестностей острова. Оказалось, что
мощными ледяными полями
закрыты все подходы к острову, никакой возможности про104

Собачья упряжка на стоянке «Челюскина»

Выгрузка снаряжения во время одной из сильных подвижек льда

Гибель «Челюскина»

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

биться к нему нет. На самолете
Шмидт забросил на полярную
станцию радистов, продовольст в и е и з а б ра л н е с ко л ь к и х
зимовщиков. Но главные испытания ожидали экспедицию
в Чукотском море, где пароход,
окруженный льдами, вынужден
был лечь в дрейф.

Один из первых дней на льдине

Будни ледового лагеря

Челюскинцы получают паек

По воле ветра и волн
Надвигалась зима, надо было
спешить, но необычно тяжелая
ледовая обстановка не позволяла «Челюскину» идти вперед.
Попутным дрейфом судно медленно тащило на восток, иногда пароходу удавалось пройти небольшую дистанцию по
узким полоскам воды. Во льдах
«Челюскин» разбил форштевень, был сломан третий шпангоут по левому борту. Пароход
прошел мыс Ванкарем и 23 сентября оказался среди неподвижных торосистых льдов у острова Колючин. Шмидт и Воронин
решили попробовать стронуть
лед с места взрывами аммонала, но все усилия оказались
тщетны. Заместитель начальника экспедиции Илья Баевский
писал: «Потекли томительные,
скучные дни. С редким постоянством, начиная с 19 сентября,
дул северо-западный ветер.
Льды все более и более прижимало к Чукотскому побережью.
Все дальше и дальше отодвигалась от “Челюскина” кромка
дрейфующего льда... Если переменится ветер, поле, захватившее “Челюскина” в плен, может
покрыться трещинами и разводьями. Тогда, быть может, удастся выйти. Все были охвачены
напряженным нетерпением».
Гл а в н ы м и д е й ст в у ю щ и м и
лицами в эти дни стали метеорологи экспедиции, в ожидании
перемены погоды и попутного ветра их забрасывали бесчисленными вопросами. Среди
участников плавания рожда105

Северным морским путем
л и с ь ра з н о о б ра з н ы е , з а ч а стую фантастические и весьма
курьезные проекты вызволения
«Челюскина» из ледового плена.
2 октября с берега на собачьих упряжках к судну подошли
чукчи. С ними Шмидт отправил
на материк 8 человек — больных
и тех, кто должен был вернуться домой до конца года. Лишь
4 октября ветер переменился,
ледяные поля пришли в движение и увлекли «Челюскина» за
собой, на восток. На следующий
день пароход освободился из
ледяных объятий и, к радости
участников экспедиции, пошел
своим ходом, приближаясь
к Берингову проливу. Но 7 октября у мыса Сердце-Камень путь
«Челюскину» вновь преградили
непроходимые льды. Попавший
в ледяные тиски пароход двигался только по воле ветра и волн.
Направление дрейфа постоянно
менялось, «Челюскин» описал
несколько петель у мыса СердцеКамень.
Наконец, 31 октября беспомощное судно вынесло
в Берингов пролив. 4 ноября,
миновав мыс Дежнёва, пароход одолел Северный морской
путь. Главная задача экспедиции была выполнена. До чистой
воды оставалось лишь ¾ мили.
В этот же день на «Челюскине»
приняли радиограмму от ледореза «Литке», предлагавшего

помощь. Он находился неподалеку и занимался проводкой
судов Колымской экспедиции.
К этому времени «Литке» уже
год находился в полярном рейсе,
имел множество повреждений,
а его команда была совершенно
измотана. Из дневника капитана
Воронина: «Зная крепость окружающих нас льдов, тогдашнее
состояние “Литке” (он ежесуточно принимал внутрь корпуса до
двухсот тонн воды, с откачкой
которой едва справлялись его
водоотливные средства), я отказался от помощи». Вечером льдину с вмерзшим в лед пароходом
потащило обратно в Чукотское
море.
Несмотря на попутный ветер,
судно уносило все дальше от
чистой воды, видимо, пароход
попал в мощную струю течения.
Десять дней спустя «Челюскин»
оказался уже у аляскинского
мыса Хоп. Воронин и Шмидт
запросили помощи у «Литке».
Ледорез вышел к «Челюскину»,
но несколько дней спустя с его
борта стали поступать радиограммы о чрезвычайно тяжелой
ледовой обстановке, мешающей подойти к пароходу. 17 ноября после короткого совещания
Шмидт вынужден был отпустить «Литке». Теперь участь
«Челюскина» полностью зависела от капризов погоды и поведения льда. Для руководства экс-

В штабной палатке. Рисунок Федора Решетникова

106

Шарж «Страшная встреча». Рисунок
Федора Решетникова

Эрнст Кренкель. Рисунок Федора
Решетникова

Шмидт читает лекцию челюскинцам. Рисунок Федора
Решетникова

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

На месте гибели судна челюскинцы вытаскивают из
воды и выкалывают изо льда уцелевшее имущество
экспедиции. Рисунок Федора Решетникова
«Челюскин» уходит под воду. Рисунок Федора Решетникова

Эвакуация женщин и детей из
лагеря Шмидта.
Рисунок Федора
Решетникова

Продовольственный склад на льдине. Рисунок Федора
Решетникова

Гидролог Павел
Хмызников.
Рисунок Федора
Решетникова

Во время чтения лекции в палатке Шмидта.
Рисунок Федора Решетникова

Метеоролог экспедиции Ольга Комова

Шмидт во время работ на
месте гибели «Челюскина».
Рисунок Федора Решетникова

Посадка челюскинцев в самолет Николая
Каманина. Рисунок Федора Решетникова

107

Северным морским путем
педиции перспектива зимовки
и возможной гибели судна стала
очевидной.
«Челюскин» продолжал
дрейфовать в Чукотском море.
Наступили холода, часто все
скрывалось в непроглядном
мраке пурги, лед порой приходил в движение, угрожая смять
судно. Были подготовлены запасы продовольствия, одежды
и снаряжения с тем, чтобы в случае непосредственной опасности в кратчайший срок сгрузить
их на лед. Приходилось экономить уголь, поэтому отопление кают было минимальным.
Пресная вода закончилась, ее
добывали из заготовленного
льда. Научный состав экспедиции продолжал вести метеорологические и гидрологические наблюдения. Вечерами
в кают-компании читали лекции, устраивали концерты, проводили общеобразовательные
занятия. Постоянно приходилось обкалывать лед, то и дело
затягивавший полынью, в кото-

На связи
Большая земля.
Рисунок Федора
Решетникова

рой находился «Челюскин».
Порой лед начинал сжиматься, угрожая раздавить судно.
Во время одного из наиболее
сильных сжатий была объявлена тревога и началась выгрузка
продовольствия и снаряжения.
Однако в этот раз льды пощадили «Челюскин». Шмидт состав и л а в а р и й н о е ра с п и са н и е
и распределил обязанности на
случай гибели парохода и экстренной эвакуации.

В первые часы после гибели «Челюскина». Рисунок Федора Решетникова

108

На льдине
13 февраля семибалльный
северный ветер привел льды
в движение. Началось сильное сжатие. Из воспоминаний
капитана Воронина: «В 13 часов
20 минут при пурге и 30-ти градусном морозе начался сильный
напор торосов. Инженер Расс
подошел ко мне:
— Капитан, — сказал он. —
Впереди начинается торошение
льда. Идет высокий вал, и он очень

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
быстро увеличивается в размерах. Вал идет прямо на нас.
В эту же минуту судно заскрипело. Лед начал сжимать корпус. Было отдано распоряжение
выгружать продовольствие на
лед с правого борта.
— Конец, — сказал я себе. —
Теперь все силы на выгрузку…».
Льды разорвали корпус
«Челюскина». Однако запаса
его плавучести хватило еще на
несколько часов. За это время
команда и пассажиры совместными усилиями успели выгрузить на лед самое необходимое.
Благодаря тому, что к катастрофе подготовились заблаговременно, эвакуация шла быстро
и слаженно. Калейдоскоп происходивших в эти часы событий предстает в воспоминаниях
участников рейса.
Штурман Михаил Марков:
«Град металлических ударов
пробежал по корпусу. Где-то
ломался металл… Разгрузка
корабля развернулась. Одни
в ы г ру жа л и ра д и оа п п а рат уру; другие — меховую одежду,
камельки, трубы, палатки, войлок, третьи — фанеру, кирпич,
глину, песок и многое другое.
Выгрузка продовольствия шла
своим чередом. Судно садится на нос. Сжатие льда прекратилось. Через открытые двери
кают можно было видеть разорванный борт… Вода бурно разливается по твиндекам. Судно
заметно уходило из-под ног.
Вот-вот вода хлынет на палубу…
Последняя команда капитана:
“Все на лед! Покинуть судно!..”».
Моторист Александр Погосов:
«Кто-то сказал, что с левого борта
надвигается большой ледяной
вал. Я быстренько накинул ватник и спустился на лед. Увидел
этот вал, он надвигался на меня
и все нарастал. Я стоял, как завороженный, а потом спохватился
и побежал на судно. Раздались
тревожные гудки, я включился

ГЛАВА

Первый камбуз на льдине. Рисунок Федора Решетникова

Утро в палатке ледового лагеря. Рисунок Федора Решетникова

в разгрузку. Когда «Челюскин»
стал оседать, мы подхватили
самолет “Шаврушку” и стащили
его на лед. Боцман Загорский
схватил зубило и начал рубить
тросы, чтобы освободить лес,
доски — в крайнем случае сами
всплывут (оно так и вышло)».
Гидрограф Павел Хмызников:
«Судно сильно дергается носом
вниз. На палубу спардека из
открытой двери пассажирского
помещения хлынула вода. Корма
идет вверх… Десятка полтора

людей с кормовой части корабля
прыгают на лед. Я прыгаю за
ними и отбегаю от судна. По
трапу на лед спускаются Шмидт
и Воронин. Быстро вздымается
над водой корма, по ее палубе
катятся бочки, оставшийся груз.
Оголяются руль, винты. Грохот,
треск, гул ломающегося дерева
и металла…
— Дальше от судна! Сейчас
будет водоворот!
Людская волна, хлынувшая
было вперед, подалась назад.
109

Северным морским путем
Б е л а я ш а п ка в с п л ы в а ю щ и х
льдин. Они кружатся, перевертываются… Волна спадает.
Опрокинутые шлюпки. Хаос
обломков. “Челюскина” нет».
В надвигавшихся сумерках
устроили перекличку. Не хватало завхоза Бориса Могилевича.
Многие были свидетелями его
гибели — за несколько мгновений до того, как «Челюскин»
погрузился в воду, Могилевича
придавило катящимися по палубе бочками, и он не успел покинуть судно. Наспех поставили
палатки, в них и пришлось коротать первую ночь на льду. Сразу
же попытались сообщить о гибели «Челюскина» на Большую
землю. Радист экспедиции Эрнст
Кренкель впоследствии писал:

«В углу на коленях приступаю
к сборке радио. Освещение небогатое — фонарь с разбитым стеклом. Приходится работать без
рукавиц. Плоскогубцы, нож, провода обжигают руки. Изредка
грею одеревеневшие пальцы
в рукавах… Начинает не то подсыхать, не то замерзать мокрое
от пота белье, затекают колени.
Нельзя даже протянуть ноги, так
как палатка набита до отказа.
Приемник, наконец, включен.
Снимаю шапку, надеваю наушники — жжет морозом уши. Вожу
реостат и по легкому звону ламп
слышу: работает… Ирония судьбы: 104 человека находятся на
льдине в мороз, в пургу, ночью,
никто во всем мире не знает об
их судьбе, а первое, что слышит

Непростой путь к ледовому аэродрому. Рисунок Федора Решетникова

110

лагерь Шмидта — веселый американский фокстрот».
На следующий день удалось
наладить связь и сообщить о
случившемся. На льдине начали
строить барак, кухню, пекарню,
сигнальную вышку. 17 февраля Шмидт передал на Большую
землю: «Точный учет выгруженного продовольствия показал,
что его хватит на всех нас на
два месяца при полной норме.
Имеем вдоволь топливо, керосина для освещения. В трех километрах от лагеря имеется аэродром — уцелевшая при сжатии
большая ровная площадка льда.
При установлении хорошей
погоды можем принять даже
большие самолеты АНТ-4, находящиеся в Уэлене…».
Ледовый лагерь находился
примерно в 150 км от берега.
Шмидт прекрасно знал: опыт
всех полярных экспедиций доказывает, что одолеть такое расстояние по дрейфующим льдам
под силу лишь хорошо подготовленным и экипированным
людям. Поэтому все предложения отправиться пешком к материку он отверг немедленно.
А самым нетерпеливым сказал
прямо: «Если кто-либо самовольно покинет лагерь, учтите,
я лично буду стрелять!». Разброд
и сумятицу Шмидт подавил сразу,
приняв решение ждать помощи
с материка.
В эти первые, самые горячие
дни дел у руководства экспедиции было очень много. Однако
помимо хозяйственных и бытовых забот Шмидта и Воронина
беспокоили и раздумья совершенно иного рода. Много позже
Шмидт в приватной беседе
со своим другом полярником
Михаилом Ермолаевым рассказал о том, какие невеселые
мысли одолевали их тогда. По
словам Ермолаева, «Шмидт
с Ворониным закрылись у себя
в палатке. Они не представляли,

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Обитатели лагеря спасают кухонное имущество во время подвижки льда
Метеоролог замеряет скорость ветра при помощи анемометра. Челюскинцы
регулярно вели метеонаблюдения
Это интересно

ВО ВСЕ ГЛАЗА
Многие участники высокоширотных экспедиций сталкивались с таким неприятным заболеванием, как снежная слепота. Это ожог глаза ультрафиолетовыми лучами солнца, отраженными от снежных кристаллов.
Особенно велика вероятность такого ожога весной, когда от снежной поверхности отражается более 90%
солнечных лучей. Заболеть снежной слепотой можно не только в солнечные дни, но и при сплошной облачности. В такую погоду становятся неразличимыми очертания рельефа, все вокруг кажется одинаково белым
и, чтобы не оступиться, нужно до предела напрягать зрение, что делает глаза особенно уязвимыми. Снежная
слепота начинается с жжения в глазах, они воспаляются, а веки отекают. Через некоторое время человек
совершенно слепнет. Чтобы зрение восстановилось, надо один-два дня носить темную светонепроницаемую
повязку. Северные народы, чтобы защитить глаза, нередко использовали деревянные или костяные пластины с тонкими щелями или точечными прорезями. А сейчас лучшее средство от снежной слепоты — солнцезащитные очки. Импровизированные солнцезащитные очки в виде полосок с узкими щелочками для глаз
можно сделать из любого светонепроницаемого материала — бумаги, брезента, картона, резины.

что за этим последует. Они буквально дрожали. Что их ждет?
В лучшем случае — отставка,
в худшем — “высшая мера”.
Воронин еще на что-то надеялся, а Шмидт прямо говорил —
расстреляют… Да и чего ждать
иного?». Все решила пришедшая
из Москвы радиограмма: «Шлем
героям-челюскинцам горячий
большевистский привет. С восхищением следим за вашей
героической борьбой… Сталин,
Молотов, Ворошилов…».
В Москве для организации
спасения челюскинцев была
образована правительственная
комиссия во главе с заместителем председателя Совнаркома
В а л е р ь я н о м Ку й б ы ш е в ы м .

Ледовый лагерь Шмидта. Шарж Федора Решетникова

111

Северным морским путем
Комиссия наделялась практически неограниченными полномочиями. Первые попытки
начать спасательные работы
были предприняты на Чукотке
сразу же после катастрофы. Три
самолета, имевшихся в бухте
Провидения, на мысе Северном
и в Уэлене, готовились к полету
в ледовый лагерь. Из Уэлена на
помощь челюскинцам вышли
60 собачьих упряжек. Сводки о
состоянии погоды, положении
льда, дрейфе лагеря четыре раза
в сутки передавались в Москву.
Эти сведения были неутешительны. На Чукотке бушевала пурга.
Льдину челюскинцев относило
на северо-восток, на ней появились трещины. Дрейфующие
льды преградили путь собачьим
упряжкам. Самолеты, рискнувшие несколько раз взлететь, возвратились обратно из-за отсутствия видимости.
М е ж д у т е м буд н и л а ге р я
Шмидта были до отказа заполнены работой. Первые дни
почти все челюскинцы трудились
у полыньи, в которую погрузился
пароход. Вытаскивали из воды
и выкалывали изо льда бревна,
доски и разнообразное имущество, всплывшее после гибели
судна. Добытые таким образом
стройматериалы пошли на возведение барака и утепление
палаток. Поначалу в основном

Это интересно

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ
Летчик Анатолий Ляпидевский первым удостоился медали «Золотая
Звезда». Правда, получил он ее лишь в 1939 году, когда для Героев
Советского Союза был установлен этот знак отличия.
ЦИФРЫ И ФАКТЫ
Анатолий Ляпидевский, сумевший первым посадить свой самолет
в ледовом лагере Шмидта, до этого предпринял 28 неудачных попыток
достичь льдины, на которой дрейфовали челюскинцы.
***
Из 14 самолетов, направленных в Чукотское море, в лагерь челюскинцев смогли пробиться лишь 6 машин, 4 самолета в ходе спасательной
операции были разбиты. Летчики выполнили 24 спасательных рейса.

Для эвакуации челюскинцев летчики использовали даже парашютные ящики
под фюзеляжем

занимались обустройством быта.
Самые обыденные дела — приготовление пищи, просушка одежды, заготовка льда для получения
воды — в этих суровых условиях

становились для людей испытанием. Огромные усилия тратились на расчистку ледовых аэродромов. В окрестностях лагеря
были найдены несколько льдин,

Самолеты Василия Молокова, Николая Каманина и Маврикия Слепнёва на аэродроме лагеря Шмидта

112

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

Над льдиной челюскинцев появился
самолет Анатолия Ляпидевского

ГЛАВА

Первый самолет над лагерем челюскинцев. Рисунок Федора Решетникова

Заболевший Шмидт покидает лагерь челюскинцев. Рисунок Федора Решетникова

113

Северным морским путем
пригодных для приема самолетов, однако постоянные подвижки льда превращали аэродромы в нагромождение торосов,
поэтому посадочные полосы изо
дня в день приходилось выравнивать, освобождая их от торчащих льдин и сугробов. Несмотря
на всю суровость быта, не прекращались и научные наблюдения. Лагерь Шмидта располагался в одном из самых труднодоступных и неизученных уголков
Арктики, поэтому работа, проводившаяся учеными экспедиции,
была особенно важна. Постоянно
велись метеорологические,
гидрологические и гидробиологические исследования.
Правительственная комиссия разработала разные варианты спасательной операции.
Во Владивосток по железной
дороге направили дирижабли,
их планировалось перебросить
на Чукотку. В Ленинграде шел
авральный ремонт ледоколов
«Красин» и «Ермак». Но главные
надежды все же возлагались на
авиацию. 28 февраля пароходы
«Смоленск» и «Сталинград», приняв на борт самолеты, вышли из
Владивостока и Петропавловска
к Чукотке. Уполномоченный
п ра в и т е л ь ст в е н н о й ко м и с сии Георгий Ушаков и пилоты Сигизмунд Леваневский
и Маврикий Слепнёв занялись
организацией помощи со стороны Аляски.

Крылья над лагерем
5 марта разыгравшаяся на
Чукотке пурга наконец стихла, сменившись ясной погодой
и сорокоградусными морозами.
Воспользовавшись затишьем,
из Уэлена в лагерь челюскинцев
вылетел Анатолий Ляпидевский
на своем тяжелом АНТ-4. Он
вышел точно на лагерь и, несмотря на очень скромные размеры
ледяного аэродрома, блестяще
посадил самолет. «Мы прямо
114

Первыми на Большую землю отправили женщин и детей. 5 марта 1934 г.

уперлись в лагерь… Отчетливо
видели теперь стоянку Шмидта:
вышку, палатки, барак. Потом
увидали во льду трещину, которая отделяла лагерь от аэродрома, около трещины — скопище
народа, пытавшегося перебраться… Кричали что-то, бросали
шапки вверх. Я сделал два круга
над аэродромом. Впервые я
видел такую маленькую площадку: она была 450 на 150 метров.
Все подходы к ней были заставлены высокими ропаками…
Сел все-таки очень удачно…
Челюскинцы все обросшие,
бородатые, одетые в меха…

Окружили потом меня, обнимают, а у меня мысль: как бы
отсюда вылететь», — вспоминал
Ляпидевский. Но взлет прошел
удачно, с первым рейсом в Уэлен
отправили всех женщин и детей.
В ту же ночь подвижкой льда
были уничтожены барак и кухня.
Начавшаяся было эвакуация
приостановилась из-за непогоды и поломок самолетов. Лагерь
жил будничной, повседневной
жизнью. Утеплили палатки,
наладили освещение. Среди
челюскинцев было немало первоклассных ученых, поэтому
в бараках и палатках нередко

Радисты экспедиции Эрнст
Кренкель
и Серафим
Иванов

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
читали лекции на самые разные
темы. В лагере Шмидта регулярно выходила стенгазета, устраивались диспуты. Особой популярностью пользовались лекции
Шмидта. Начальник экспедиции
не только обладал поистине
энциклопедическими знаниями, но и был прирожденным
рассказчиком, поэтому послушать Шмидта собирались едва
ли не все свободные от вахты
челюскинцы, набиваясь в одну
небольшую палатку. «Каждый
раз поражает его огромная
образованность, — записал
9 марта в своем дневнике гидробиолог Петр Ширшов. — Сегодня
он излагал краткую историю
науки, и как-то особенно ясно,
отчетливо проходили перед глазами картины расцвета культуры
греческих городов, заката элли-

низма, потока на запад арабской
культуры и т.д. Хочется читать,
без конца читать, скорее вернуться к книгам, к работе».
Те м в р е м е н е м к Уэ л е н у,
Ванкарему и Ному стягивались
самолеты. Основной аэродром
для приема самолетов из лагеря
челюскинцев решили организовать на мысе Ванкарем. Однако
здесь не имелось ни одного авиаспециалиста. Шмидт предложил Бабушкину на его Ш-2 вылететь в Ванкарем для организации работ. Но на лютом морозе
мотор самолета заводиться отказывался. Это удалось сделать
только 1 апреля, и Бабушкин
улетел в Ванкарем. Здесь под его
руководством и был создан аэродром, на который должны были
садиться самолеты, эвакуирующие челюскинцев. В первых чис-

ГЛАВА

лах апреля погода по-прежнему
мешала полетам. «Пять дней
была пурга с сильным штормовым ветром, — отметил 4 апреля
летчик Иван Доронин. — После
пурги откапывали самолет из
полутораметрового снега».
7 апреля начался второй этап
спасательной операции. Сразу
три летчика посадили свои машины на аэродроме челюскинцев —
Маврикий Слепнёв на американском «Флистере», Николай
Каманин и Василий Молоков
на отечественных Р-5. Из воспоминаний коменданта аэродрома Александра Погосова:
«Слепнёвская быстроходная
“американка” — нарядная,
чистенькая и кокетливая — три
раза пыталась идти на посадку и,
наконец, при попытке сесть наискось против ветра заковыляла
Это интересно

Морская капуста

ФЛОРА И ФАУНА
Наверное, каждому доводилось пробовать вкусную морскую капусту.
Это не что иное, как морские водоросли ламинария. В нашей стране
их добывают на берегах Карского и Белого морей, где они образуют
огромные заросли. «Лес» из водорослей растет на глубине нескольких метров и появляется из-под воды во время отливов. Ламинарию
издавна используют в пищу — эти водоросли не только обладают
отменными вкусовыми качествами, но и очень богаты полезными
микроэлементами и витаминами. Медицина применяет препараты
из морской капусты для профилактики многочисленных заболеваний.
А косметологи используют эти водоросли в процедуре обертывания.

ФЛОРА И ФАУНА
Белый медведь
В Арктике обитает самый крупный из ныне живущих
на Земле хищников — белый медведь. Длина тела
этого зверя достигает 3 метров, а вес 800 килограммов. Белый медведь обладает огромной силой, вооружен крепкими острыми когтями и зубами. Хищник
прекрасно бегает и плавает, у него очень хорошо
развиты слух, зрение и обоняние. Излюбленная
добыча белого медведя — тюлени, на которых он
охотится со льда у разводий и полыней. Большую
часть жизни зверь проводит на дрейфующих льдах,
но иногда заходит и в тундру. Белые медведи очень
любопытны, их привлекает человеческое жилье,
откуда исходит запах пищи и куда они порой наведываются. При этом встреча медведя с человеком
нередко бывает неожиданной для обеих сторон. В этом случае медведь с испуга может нанести человеку
серьезные увечья. В XX веке из-за неумеренной охоты численность белых медведей сильно сократилась,
поэтому вид был занесен в Международную Красную книгу. В России охота на белых медведей полностью
запрещена.

115

Северным морским путем
по ропакам и перевалилась на
бок. На аэродроме воцарилось
гробовое молчание. Мы побежали к машине. Слепнёв уже вышел
из кабины, осмотрел повреждения, а Ушаков, прилетевший со
Слепнёвым и привезший собак,
стоял рядом с ним. Оба были
целы и невредимы. Пожав им
крепко руки и успокоившись, мы
стали расчищать поле, пробили
в ропаках дорогу к аэродрому
и стали подымать самолет, стягивая лентой разъехавшееся шасси.
Через два часа самолет встал на
шасси, и его дружно тащили на
аэродром. В это время появились
два самолета Р-5. Раза два прицелившись к небольшой полосе
аэродрома, обе машины благополучно сели одна за другой, еле
остановив свой бег у границы
аэродрома. Настроение, заметно
упавшее при неудачной посадке “американки”, быстро поднялось. Наши родные, советские
машины показали лучшие качества при этой рискованной посадке. Через полчаса, забрав пять
человек, они улетели в Ванкарем.
Слепнёв остался ждать запасных
частей для помятого хвоста самолета».
Чукотка вновь оказалась во
власти непогоды. 9 апреля при-

Стенгазета «Не сдадимся», издававшаяся в ледовом лагере

шел в движение лед, на котором
располагался лагерь челюскинцев. Ледяной вал поглотил барак,
моторный бот, стройматериалы.
На ледяном поле появились многочисленные трещины и разводья. Вздыбившиеся льдины практически уничтожили аэродром,
и на его восстановление пришлось бросить все силы. Тяжелее
других в эти дни пришлось
Шмидту, у него обострилась
застарелая легочная болезнь,
подскочила температура. Но на
просьбы и уговоры покинуть

Встреча Отто Юльевича Шмидта на Белорусском вокзале в Москве

116

лагерь с первым же самолетом
он отвечал категорическим отказом. Уполномоченный правительственной комиссии Георгий
Ушаков, застав Шмидта больным, сообщил об этом в Москву.
Оттуда пришел приказ — эвакуировать Шмидта при малейшей
возможности, невзирая на его
возражения.
Наконец 10 апреля в метеосводках для восточного сектора Чукотского моря появились
сообщения: «В тыловой части
циклона наметилось вхождение арктического воздуха».
Поступавшие из северных районов Полярного бассейна холодные воздушные массы заставили
циклон уйти. Установилась ясная,
морозная, почти безветренная погода. С этого дня рейсы
самолетов стали регулярными.
Основные «авиаперевозчики» —
Каманин и Молоков — по девять
раз слетали в лагерь Шмидта
и вывезли в общей сложности
73 человека. Водопьянов сделал
три рейса и доставил на материк
десять человек, остальных эвакуировали Слепнёв и Доронин.
Летчики, работавшие на пределе человеческих сил и возможностей, не подозревали, что им

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
выпадет стать первыми Героями
Советского Союза и навсегда
войти в историю.
Сегодня трудно себе представить Север без авиации. А в
те далекие годы использование
самолетов в высоких широтах
казалось делом нереальным.
Такие авторитетные полярные исследователи, как Руал
Амундсен и Отто Свердруп,
считали невозможной посадку
самолета на дрейфующие льды.
Поэтому операция по спасению челюскинцев, проведенная
советскими летчиками, стала
еще и событием, ознаменовавшим рождение полярной авиации. О том, что это были за полеты, можно судить уже хотя бы
по одной цифре: из 14 самолетов, направленных в Чукотское
море, в ледовый лагерь смогли
пробиться лишь шесть машин.
В пургу, в 40-градусный мороз,
при отсутствии видимости, не
имея точных карт и нормального авиационного топлива,
летчики раз за разом поднимали свои самолеты в воздух. За
время спасательной операции
четыре машины были разбиты.
К счастью, никто из пилотов не
пострадал. За тем, как самолеты
приближаются к ледовому лагерю, следила вся страна. И когда
они на несколько суток исчезали где-то на огромных пространствах Восточной Сибири,

ГЛАВА

Николай Каманин, Отто Шмидт и Валериан Куйбышев во время встречи
челюскинцев в Москве

все с волнением ждали новостей. Большая часть челюскинцев была вывезена на материк
небольшими самолетами Р-5,
которые могли садиться и взлетать с ледового аэродрома.
Эти неприхотливые машины,
созданные авиаконструктором Николаем Поликарповым,
отлично зарекомендовали себя
в спасательной операции.
Лагерь челюскинцев опустел.
12 апреля на льдине остались
шесть человек. Заместитель
Шмидта Алексей Бобров и капитан Воронин напоследок осмотрели окрестности. «Когда пришли в лагерь, какая-то необъяснимая радость и веселье напали
на нас, — писал Бобров, — и мы
Это интересно

ЗВУЧНЫЕ ИМЕНА
Популярность челюскинцев в Советском Союзе была столь велика, что
по окончании экспедиции некоторые новоиспеченные родители стали
в их честь давать весьма оригинальные имена своим детям. Так появились Лагшмивара — лагерь Шмидта в Арктике и Ошминальд — Отто
Шмидт на льдине.
***
ДОЛГОЖДАННАЯ НАХОДКА
Попытки найти затонувший «Челюскин» предпринимались неоднократно, но всякий раз поиски были тщетны. Лишь в 2006 году участники подводной археологической экспедиции «Челюскин-70» смогли отыскать легендарное судно и поднять на поверхность фрагменты
леерного ограждения и вентиляционной решетки.

в пустом лагере пустились в пляс.
Картина, очевидно, со стороны
была жуткая: два уже не совсем
молодых человека… пустились
откалывать трепака, потом
обнялись и расцеловались.
И только тут я увидал удивленную физиономию Кренкеля».
В эту ночь не спали, слишком
велико было нервное напряжение. Стоял полнейший штиль.
На рассвете появились самолеты Молокова, Водопьянова
и Каманина. Кренкель передал последнюю радиограмму
из ледового лагеря: «Полярное
море, лагерь Шмидта, 13 апреля,
1 час 5 минут. 12 апреля в основном была закончена переброска
челюскинцев и ценных грузов
на материк. Сейчас получено
радио с мыса Ванкарем о вылете трех самолетов. Зажигаем
последний дымовой сигнал,
прекращаем радиосвязь. Через
полчаса я, капитан Воронин
и радист Кренкель покидаем
лагерь Шмидта, оставляя поднятый на вышке советский флаг.
И.о. начальника экспедиции
Алексей Бобров». В прибывшие
машины погрузили приготовленные вещи, восемь собак, в кабины один за другим сели последние остававшиеся на льдине
117

Северным морским путем
ч е л ю с к и н ц ы . Б л а го п о л уч н о
взлетев, самолеты взяли курс на
Ванкарем.
Еще в течение целого месяца
челюскинцы на собачьих упряжках и пешком добирались до
залива Лаврентия, где их ждали
суда. Путь по материку проходил через чукотские стойбища,
полярные станции и фактории.
20 мая участники экспедиции
и экипажи самолетов разместились на судах, стоявших в бухте
Провидения. Морем они добрались до Владивостока, откуда по
железной дороге направились
в Москву. Поезд, на котором
они ехали, буквально утопал
в цветах, как утопали челюскинцы в ликовании встречавших их
людей. Десятки тысяч москвичей вышли на улицы столицы,
чтобы поприветствовать тех, за
кого два долгих месяца переживала вся страна. Прямо с вокзала на открытых машинах челюскинцев отвезли на Красную
площадь, где в их честь был
устроен военный парад. Все без
исключения участники экспедиции за мужество, проявленное
во время плавания и дрейфа,
были награждены орденами
Красного Знамени.

Поход «Челюскина» дал богатый научный материал по гидрографии и метеорологии морей
советской Арктики. Но главное —
это плавание доказало возможность регулярной эксплуатации
Северного морского пути даже
в столь тяжелой ледовой обстановке, какая сложилась в навигацию 1933 года. Челюскинская
эпопея вскрыла просчеты и недостатки в организации освоения
Арктики, показала необходимость использования в высоких
широтах судов определенного
ледового класса. Уже в ближайшем будущем в Советском Союзе
были построены новые грузовые
суда типа «Дежнёв» и новые ледоколы типа «Сталин». Успешное
применение в спасательной
операции самолетов опровергло господствовавшее мнение о
неэффективности авиационной
техники в Арктике и привело
к созданию полярной авиации
в системе Главного управления
Севморпути. Жизнь и работа
ледового лагеря Шмидта послужили примером для организации научных дрейфующих станций «Северный полюс», которые
и ныне регулярно ведут наблюдения в арктических морях.

Челюскинцев везут по улицам Москвы, заполненным ликующими людьми

Серия почтовых марок «Спасение
челюскинцев»

118

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Это интересно

ПАМЯТНЫЕ ЗНАКИ
В 1935 году почтовое ведомство СССР выпустило серию марок «Спасение челюскинцев». На них был изображен ледовый лагерь, а также портреты Шмидта, капитана Воронина и семерых летчиков — первых Героев
Советского Союза. Эти марки вскоре стали филателистической редкостью, но судьба одной из них и вовсе
удивительна. На август 1935 года был запланирован рекордный перелет по маршруту Москва — Северный
полюс — Сан-Франциско. Вести самолет должен был летчик Сигизмунд Леваневский. Специальную марку
выпустить к этому знаменательному событию не успели и тогда решили использовать марку с портретом
Леваневского из серии «Спасение челюскинцев», сделав на ней соответствующую надпечатку. По ошибке на
50 марках надпечатка оказалась перевернутой, а на 10 из них в слове «Сан-Франциско» букву «ф» набрали
строчной. Сегодня стоимость этих редчайших марок на филателистических аукционах доходит до 500 тысяч
долларов. Во время Тегеранской конференции 1943 года одну из таких марок Сталин подарил президенту США Франклину Рузвельту, страстному филателисту. Марка с портретом Леваневского известна и другой
загадочной историей. На всех марках из серии «Спасение челюскинцев» портреты летчиков обрамляет лавровый венок — символ славы и победы. И только под портретом Леваневского почему-то одна из ветвей —
миртовая. Издавна миртовые венки символизировали траур и скорбь. Прошло всего два года, и Сигизмунд
Леваневский погиб при выполнении полета.

119

«Север — совершенно особая страна,
забирает человека без остатка»
И. Папанин

ГЛАВА

В полярном дрейфе

6.1 НАЧАЛЬНИК АРКТИКИ. ИВАН ПАПАНИН . . . . . . . . . . . . . . . . 122
С мечтой о Севере . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 123
Во главе академического флота . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 126
6.2 НА САМЫЙ КРАЙНИЙ СЕВЕР . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 127
Курс на полюс . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 127
Ледовая вахта . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 130
Великолепная четверка . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 133
К берегам Гренландии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 135
Экстренная эвакуация . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 138

В полярном дрейфе
6.1 НАЧАЛЬНИК АРКТИКИ. ИВАН ПАПАНИН
Людей, подобных Ивану Дмитриевичу Папанину, принято называть «самородками». Не имея
никакого систематического образования, он руководил крупнейшими научными экспедициями своего времени, которые добились блестящих результатов в изучении Севера. Его знала вся
страна, о его путешествиях писали газеты всего мира, в папанинцев играли несколько поколений детей, выросших в СССР. Имя Папанина стало одним из символов героической и противоречивой эпохи советского освоения Арктики.
Иван Дмитриевич Папанин
родился 26 ноября 1894 года
в Севастополе в семье портового матроса Дмитрия
Николаевича Папанина и домохозяйки Секлетии Петровны
Коваленко. Жила многодетная
семья Папаниных очень бедно —
маленьких заработков отца не
хватало, чтобы сводить концы
с концами. Мать бралась за
любую подвернувшуюся работу — мыла полы, шила матросские робы, брала в стирку белье
и, конечно, занималась бесчисленными хлопотами по дому.
Под жилище Папанины приспособили арку старого виадука, по которому поступала вода
на Морской завод, пристроив
к нему одну стену.
Будучи старшим из детей,
Иван Папанин с самых ранних
лет стремился облегчить жизнь
семьи — ловил рыбу и мидий,
Иван Папанин, 1920-е гг.

122

собирал куски угля, выброшенные на берег морем, заготавливал кизяк, мыл полы, стриг
младших. В 1909 году он окончил
четыре класса земской начальной школы. Учился мальчик
отлично, и в школе надеялись,
что он продолжит образование.
Но Папанин-старший рассудил
иначе — надо зарабатывать на
жизнь. И Ваня отправился работать учеником токаря в мастерские по изготовлению навигационных приборов. Здесь любознательный и сообразительный
ю н о ш а б ы ст р о п р е ус п е л —
в 1912 году он стал токарем
мастерских Севастопольского
порта, а затем в числе лучших
рабочих его отправили на судостроительный завод в Ревеле
(ныне Таллинн). Уже в юности
он приобрел массу полезных
навыков, которые потом не раз
пригодились ему в экспедициях.

Иван Папанин. Снимок 1918 г.

В 1914 году Папанина призвали
на военную службу матросом
Черноморского флота, так он
снова оказался в родном Крыму.
Революцию 1917 года Папанин
встретил с восторгом, без колебаний примкнув к большевикам. В начавшейся Гражданской
войне он принял самое активное
участие. В Крыму, занятом сначала войсками Антанты, а затем
частями Вооруженных сил Юга
России, Папанин стал одним из
организаторов партизанского движения, воевал в составе
Крымской повстанческой армии.
В 1920 году он по заданию командующего повстанцами Алексея
Мокроусова был отправлен
за подкреплением. Папанин
пересек линию фронта и через
Турцию добрался до территории,
занятой красными, где встретился с командующим Южным фрон-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
том Михаилом Фрунзе. С подкреплением и боеприпасами
Папанин вернулся в Крым и принял участие в боях за полуостров.
После того как сопротивление
врангелевских войск было сломлено, красные заняли Крым. В ноябре 1920 года Папанина назначили комендантом Крымской
Чрезвычайной комиссии. Этот
период — одна из самых трагичных страниц истории Крыма. За
несколько месяцев были казнены
десятки тысяч офицеров и солдат Белой армии, не успевших
эвакуироваться с полуострова.
Конкретная роль Ивана Папанина
Обложки книг Ивана Папанина

ГЛАВА

Четверка папанинцев после возвращения из экспедиции

в этих событиях доподлинно
неизвестна. Однако несомненно,
что часть ответственности лежит
и на нем. Служба комендантом
КрымЧК не прошла для Папанина
бесследно — он угодил в больницу
с полным нервным истощением,
после чего добился увольнения
с этой должности.

С мечтой о Севере
После ухода из ЧК Папанин
сменил несколько должностей:
военный комендант Украинского
ЦИК в Харькове, секретарь
Революционного военного совета Морских сил Черного моря
в Севастополе, комиссар админ и ст рат и в н о го у п ра в л е н и я
в Наркомате по военным и морским делам СССР. В 1923 году
Папанин демобилизовался
и перешел на работу в Наркомат
почт и телеграфов. Одновременно
он учился на Высших курсах связи.
В 1927 году состоялась его первая встреча с Севером, во многом предопределившая судьбу
Папанина. По окончании курсов
связи будущего полярника отправили на золотые прииски Якутии
строить радиостанцию в Томмоте.
Здесь, на Алдане, Папанин провел
год и прекрасно справился с заданием — его усилиями на огромной
территории Якутии появилась

первая радиостанция. Из этой
поездки Папанин вернулся с мечтой о работе на Севере. Прошло
несколько лет, и его мечта осуществилась.
В 1931 году готовилась немецкая высокоширотная экспедиция на дирижабле «Граф
Цеппелин», в ходе которой
воздухоплаватели должны
были пролететь над островами
Новой Земли, Земли ФранцаИосифа, Северной Земли и над
Диксоном. Предполагалось, что
«Граф Цеппелин» сделает остановку на Земле Франца-Иосифа,
где его в бухте Тихой встретит
советский ледокол «Малыгин»,
и обе экспедиции обменяются
почтовой корреспонденцией.
На «Малыгине» было открыто
почтовое отделение, начальником которого и стал Иван
Папанин. «Север — совершенно
особая страна, забирает человека без остатка», — написал
он позже. Действительно, с этих
пор жизнь Папанина оказалась
накрепко связана с Арктикой.
В 1932 году он вернулся в бухту
Тихую уже в качестве начальника
научной станции, а в 1934 году
возглавил полярную станцию
на самой северной оконечности
Евразии, мысе Челюскин. В эти
годы Папанин знакомится с заме123

В полярном дрейфе
чательными исследователями
Арктики — Отто Юльевичем
Шмидтом, Владимиром Юльевичем Визе, Николаем Ивановичем
Евгеновым.
Мировая известность пришла
к Ивану Папанину после экспедиции на дрейфующей станции
«Северный полюс-1». Впервые
в истории люди жили и работали на льдах Полярного бассейна.
О ходе экспедиции сообщали все
ведущие радиостанции и газеты мира. Дрейфующая станция
собрала огромный материал о
природе высоких широт. По словам профессора Визе, папанинцы
«открыли взору ученых часть земного шара, остававшуюся до того
неисследованной». Возвращение
четверых полярников в Москву
стало настоящим триумфом.
Популярность Папанина была
столь велика, что, как он признавался, в 30-е годы «было боязно
выходить на улицу». По результатам экспедиции каждый из ее
участников получил ученую степень доктора географических
наук (без защиты диссертации)
и звание Героя Советского Союза.
В 1938 году Папанина назначили заместителем, а годом
Иван Папанин со своим штабом Уполномоченного ГКО по перевозкам на Севере

Почтовый блок, выпущенный
к 125-летию Ивана Папанина
Почтовая марка, посвященная
папанинцам

позже — начальником Главсевморпути. Его главной заботой
стало строительство ледоколов
и развитие арктического мореплавания. В 1940 году Папанин
руководил работами по спасению из ледового дрейфа ледокольного парохода «Георгий
Седов», за что ему повторно
было присвоено звание Героя
Советского Союза.
С началом войны Папанина
назначили Уполномоченным
Государственного комитета обороны СССР по перевозкам на
Севере. Его задачами были бесперебойная выгрузка и отправка на фронт военной техники,
боеприпасов и других грузов,
прибывающих в Архангельск по
ленд-лизу с караванами судов
союзников. На исходе 1941 года,
когда Архангельский порт был
скован льдами, по предложению Папанина конвои ленд-лиза
перенаправили в Мурманск,
куда перебрался и он со своим
штабом. В годы войны Папанин
оставался еще и начальником
Главсевморпути. На нем лежала
обязанность обеспечения работы полярных станций и проводки судов вдоль арктического
побережья СССР.
Карта дрейфа научной станции
«Северный полюс – 1» в 1937–
1938 гг.

124

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

125

В полярном дрейфе
Во главе академического
флота
После войны Папанин по
состоянию здоровья вышел на
пенсию. Однако на этом его экспедиционная жизнь не закончилась. Сидеть без дела Папанин
не мог. И уже в 1948 году по приглашению своего друга директора Института океанологии Петра
Ширшова он занялся организацией экспедиций в Мировой
океан, а в 1951 году был назначен начальником Отдела морских экспедиционных работ
Президиума АН СССР. При его
участии и его усилиями строился научный флот академических
институтов, начались обширные
исследования Мирового океана.
В начале 50-х, когда было принято решение об организации
Советской Антарктической экспедиции, Папанин занимался
подготовкой экспедиционного
судна, принимал участие в разработке программы исследований Антарктиды.
Любимым детищем Папанина
ста л а б и о ста н ц и я « Б о р о к »
в Ярославской области. В 1951 году
Академия наук поручила ему проверить состояние этой маленькой
полузабытой научной организа-

ции на берегу Рыбинского водохранилища. Посетив станцию,
Папанин застал ее в стадии медленного умирания — восемь научных сотрудников ютились в ветхих деревянных постройках, работа была поставлена из рук вон
плохо. После доклада Папанина
«Борок» решили закрыть. Но
неожиданно за него вступился
сам Папанин. Тогда ему и предложили возглавить биостанцию.
Папанину хватало забот в организации морских экспедиций, но он,
скрепя сердце, согласился с условием, что работать будет на общественных началах (то есть без
зарплаты) и через два года ему
найдут замену. Со свойственным
ему азартом и энергией Папанин
взялся за новое дело. Уже весной
1952 года «Борок» превратился в стройплощадку — на берегу
Рыбинского водохранилища возводили лабораторные корпуса,
жилые дома с теплоцентралью,
школу, клуб. Добывая стройматериалы и оборудование для биостанции, Папанин обивал пороги
бесчисленных министерств — просил, умолял, выпрашивал, хитрил.
Отказать ему было непросто. Из
поселений и лагерей вытащил он
многих опальных биологов и при-

Поселок Борок. Иван Папанин во главе Института внутренних вод

126

Контр-адмирал Иван Папанин,
1950-е гг.

нял к себе на работу. Обзавелся
Папанин даже собственным флотом — несколько списанных речных судов были переоборудованы под научные лаборатории,
которые выходили в плавание
и занимались исследованием всей
волжской системы. В 1956 году
некогда захудалая биостанция
была преобразована в академический Институт биологии водохранилищ (ныне Институт биологии внутренних вод). Почти три
десятилетия своей жизни отдал
Папанин «Бороку». Созданный им
институт теперь носит его имя.
В 1980 году за выдающиеся
заслуги в развитии отечественной географии Папанин был удостоен Большой Золотой медали Географического общества,
председателем Московского
филиала которого он был до
самой смерти.
Ум е р И в а н Д м и т р и е в и ч
Папанин в 1982 году и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Именем Папанина
названы мыс на полуострове
Таймыр, остров в заливе Сиваш,
горы в Антарктиде и подводная
гора в Тихом океане.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

6.2 НА САМЫЙ КРАЙНИЙ СЕВЕР
Летом 1938 года в кинотеатрах Москвы стояли огромные очереди — на экраны вышел документальный фильм «Папанинцы». Только что четверо советских полярников вернулись из первой
в мире дрейфующей экспедиции. Девять месяцев тысячи людей в разных странах следили за
небывалым дрейфом научной станции, созданной во льдах Северного Ледовитого океана.
Курс на полюс
Сегодня работа дрейфующих
станций стала делом обыденным,
и даже поездкой на Северный
полюс уже никого не удивишь.
А восемьдесят с лишним лет
назад огромные пространства
Арктики оставались практически
неизученными, на «макушке»
Земли смогли побывать лишь
несколько смельчаков, о многих
районах Северного Ледовитого
океана имелись только отрывочные и противоречивые сведения. Поэтому исследователей,
вернувшихся из многомесячно-

го дрейфа, страна встречала как
национальных героев, их имена
стали известны всему миру.
Как было описано в главе 5,
успех этой экспедиции стал возможен «благодаря» катастрофе,
которая случилась недалеко от
Берингова пролива в феврале
1934 года. Тогда в Чукотском море
затонул раздавленный льдами
пароход «Челюскин», который
пытался пройти Северным морским путем за одну навигацию.
Участники плавания во главе
с начальником экспедиции Отто
Юльевичем Шмидтом высади-

лись на лед и два месяца провели
в ледовом лагере. Все это время
челюскинцы не просто выживали, а занимались научными
наблюдениями и вернулись из
экспедиции с солидным багажом
новых сведений об Арктике.
Эвакуировали челюскинцев со
льдины с помощью авиации.
В ту пору самолеты в высоких
широтах практически не использовались, многим казалось, что
Арктика не по силам воздушному транспорту. Опыта работы на
ледовых аэродромах не было
вовсе. Даже великий Амундсен

Незадолго до вылета экспедиции в район Северного полюса

127

В полярном дрейфе
считал посадку самолета на
дрейфующие льды делом безнадежным. Однако самолеты отлично зарекомендовали
себя при спасении челюскинцев. В этих полетах родилась
полярная авиация, а летчики,
вывозившие людей из ледового
лагеря, стали первыми Героями
Советского Союза.
Тогда и появилась идея организации дрейфующей научной станции. Сторонников этой
идеи было немало. Среди них —
и авторитетный полярный исследователь, океанолог Владимир
Визе, по инициативе которого проект создания дрейфующей станции обсуждался еще
в 1929 году.

Ре ш е н и е о б о р га н и з а ц и и
советской научной станции
«Северный полюс» было принято в 1936 году. Вот как описывает
эти события легендарный полярный радист Эрнест Кренкель:
«Шмидта вызвал Сталин. 13 февраля 1936 года... Отто Юльевич
и несколько знаменитых летчиков, в том числе Леваневский
и Громов, отправились в Кремль.
Сталина интересовала проблема трансполярных перелетов...
В такой ситуации, как говорится,
сам Бог велел Шмидту доложить
о проектах организации станции
“Северный полюс”».
Общее руководство экспедицией поручили Отто Юльевичу
Шмидту. Он предложил стать

начальником станции Владимиру
Визе, но ученый ввиду возраста
и состояния здоровья отказался. Тогда начальником станции
назначили Ивана Дмитриевича
Папанина, который еще с конца
20-х работал на Севере. Он не
получил систематического образования, но никогда и не претендовал на роль крупного ученого,
хотя об Арктике знал побольше
иных дипломированных специалистов. Сегодня его назвали бы
«крепким хозяйственником».
Великолепный организатор,
Иван Дмитриевич умел сделать
все, чтобы люди, которыми он
руководил, ни в чем не нуждались и могли спокойно заниматься наукой. Папанин не гнушался

Жилая палатка первой дрейфующей станции «Северный полюс»

Это интересно

БРЕЗЕНТОВЫЙ ДОМ
Жили папанинцы в одной палатке, которую для них разработали в НИИ резиновой промышленности и изготовили на московском заводе «Каучук». Палатка имела легкий каркас из алюминиевых труб, на которые
надевались три чехла — из прорезиненной ткани, шелковый с двумя слоями гагачьего пуха и из водоотталкивающего брезента. На крышу была нанесена надпись: «СССР. Дрейфующая экспедиция Главсевморпути
1937 года». У жилища полярников был резиновый надувной пол, предохранявший от контакта со льдом,
и тамбур. В палатке помещались две двухъярусные кровати и откидной столик. Благодаря высоте в 2,7 метра,
в палатке можно было ходить во весь рост. При ширине 3,75 метра и длине 2 метра палатка весила 160 кг.

128

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
никакой, даже самой черной
работы, был мастером на все
руки, весельчаком и балагуром,
умевшим заряжать всех своим
оптимизмом. Под стать начальнику были и остальные участники экспедиции — радист Эрнест
Теодорович Кренкель, который
зимовал на полярных станциях
Новой Земли, Земли ФранцаИосифа и Северной Земли, был
радистом на дирижабле «Граф
Цеппелин», а также в походах
«Сибирякова» и «Челюскина»;
геофизик и астроном Евгений
Константинович Федоров, впоследствии фактически создавший отечественную гидрометеослужбу; гидролог и гидробиолог Петр Петрович Ширшов —
будущий основатель академического Института океанологии.
Все они, несмотря на молодость,
имели солидный опыт работы
в Арктике.
Дрейфующую станцию предполагалось создать на одной из
многолетних льдин в районе
Северного полюса. Экспедиция
была рассчитана на полтора года.
Все это время полярникам предстояло постоянно вести метеонаблюдения, измерять глубину
океана, исследовать его соленость, температуру, характер
течений, заниматься биологическими исследованиями. Кроме
того, дрейфующая станция должна была снабжать метеосводками самолеты Валерия Чкалова,
Михаила Громова и Сигизмунда
Леваневского во время их трансарктических перелетов.
Подготовка к экспедиции
заняла несколько месяцев. Надо
было заказать, упаковать и перевезти тонны снаряжения, продовольствия, оборудования.
Поскольку отправиться на полюс
предстояло на самолетах, груз
всеми силами старались облегчить. Папанин вспоминал, что
на счету был буквально каждый
грамм. Многое пришлось изо-

ГЛАВА

Во время погрузки экспедиционного имущества в самолеты

бретать для небывалого дрейфа — сублимированные продукты, облегченный ветряк
(ветрогенератор), портативную
радиостанцию. Специально для
автономных полетов в арктических условиях переоборудовали
самолеты, несколько научноисследовательских институтов
снабдили дрейфующую станцию приборами. Ленинградская

опытная радиолаборатория
сконструировала два комплекта
рабочей радиостанции «Дрейф»
и аварийную радиостанцию
«Резерв». Институт инженеров общественного питания
обеспечил станцию двухгодичным запасом продовольствия.
Сублимированные продукты
расфасовывали в жестяные
банки по 44 кг каждая, из расчета

Шмидт и Папанин после приземления в районе Северного полюса

129

В полярном дрейфе
1 банка на 40 человеко-дней. По
спецзаказу была сделана каркасная жилая палатка, утепленная
гагачьим пухом, а также пошита
разнообразная теплая одежда
и обувь — шелковое белье, меховые рубашки, штаны и шапки,
шерстяные свитера и меховые
чулки, валенки, сапоги, горные
ботинки, рукавицы.
Отправной точкой экспедиции
был выбран остров Рудольфа
в архипелаге Земля ФранцаИосифа. Туда все имущество
полярников доставили на ледоколе.
Наконец, 21 мая 1937 года
флагманский самолет Михаила
Водопьянова с участниками экспедиции и кинооператором
Марком Трояновским на борту
вылетел с острова Рудольфа
и взял курс на полюс.

Ледовая вахта
Полет длился долго, лишь на
исходе шестого часа штурман
объявил, что самолет достиг
полюса. Папанин вспоминал
позднее: «Водопьянов пробил облака на высоте шестисот
метров. Под ногами долгожданное: обширные поля с редкими
грядами торосов. Водопьянов

130

Евгений Федоров за работой
Это интересно
ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ПРОГОН
В феврале 1937 года, незадолго до отправки на Северный полюс,
участники экспедиции провели репетицию жизни в палатке в Арктике.
Для этого отправились в Подмосковье. Выбрали площадку в стороне от Калужского шоссе на территории радиоцентра Главсевморпути
в Теплом Стане. На заснеженном поле вчетвером собрали каркас
палатки, установили свое жилище и провели в нем неделю. Оделись
в вещи, которые собирались носить на льдине. Питались продуктами из экспедиционного пайка. Воду добывали из снега, отапливали
палатку керосиновой лампой. Связь с внешним миром поддерживали
только по радио.
Радист экспедиции Эрнст Кренкель
за работой

посадил самолет мастерски.
Первым на лед выскочил, даже
не выскочил — выбросился
Марк Трояновский: пресса!
Вооружившись кинокамерой,
он снимал, как неторопливо спускался по трапу Шмидт, наша четверка, экипаж. Чувство тревожной радости охватило меня».
Впервые наши соотечественники оказались на Северном
полюсе. За это неординарное
событие тут же подняли тост,
последовали взаимные поздравления. Но долго радоваться
было некогда — начали срочно
устанавливать палатки и разгружать самолет. Не обошлось
и без неприятностей — во время
посадки вышла из строя радиостанция самолета, а в рации

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Кренкеля были разряжены аккумуляторы. Сообщить о своем
благополучном прибытии на
полюс участники экспедиции
не могли и понимали, что, если
связи не будет, начнутся спасательные работы.
Лишь через несколько часов
Кренкелю удалось передать первую радиограмму из ледового
лагеря: «...В 11 часов 35 минут
Водопьянов блестяще совершил
посадку... Льдина вполне годится
для научной станции, остающейся в дрейфе в центре полярного бассейна. Здесь можно сделать прекрасный аэродром для
приемки остальных самолетов
с грузом станции. Чувствуем, что
перерывом связи невольно причинили вам много беспокойства.
Очень сожалеем. Сердечный
привет. Прошу доложить партии и правительству о выполнении первой части задания.
Начальник экспедиции Шмидт».
Это сообщение мгновенно облетело весь мир.
Выбранная льдина оказалась
весьма удачной. Она имела
Папанин у продуктового склада

Над станцией «Северный полюс» поднят флаг

форму треугольника, большая
сторона которого протянулась
на 4 км, а две другие — на 2 км. Ее
толщина достигала 3 метров, что
позволяло не сомневаться в ее
надежности. Вот как описывал
ледяное поле, на котором разместилась дрейфующая станция,
Петр Ширшов: «Громадным треугольником, почти на 4 км, вытянулась наша льдина. Небольшой
город мог бы свободно разместиться на ней со всеми своими
скверами, бульварами, парками. Здесь есть ровные площадки, годные для посадки целой
эскадры тяжелых самолетов.
Есть живописные холмы до 3 м,
а летом здесь были озера, доста-

точные для размещения небольшой эскадры байдарок. Метели
еще не успели занести их снегом.
По краям льдины тянутся гряды
старых торосов — следы мощных
ударов соседних полей. За этими
грядами — полосы битого льда
шириной до 50–100 м. Ровные
куски молодого льда беспорядочно набросаны в невероятные гряды. Чернеет полоса едва
замерзшей воды. Это и есть наша
трещина».
Очень скоро льдина приобрела вполне жилой вид — на
ней появились палатки с радиостанцией, продовольственным
складом, кухней и столовой,
вещевым складом и мастерски131

В полярном дрейфе
ми. В отдельной палатке разместились полярники. Через
несколько дней на льдину прилетели еще три самолета, которые привезли большую часть
экспедиционного имущества.
На одном из них в лагерь прибыл и пятый зимовщик — пес
по кличке Веселый. Его главной
обязанностью было оповещать
людей о визитах белых медведей. Этот хитрый и вороватый пес впоследствии доставил
немало забавных минут полярникам.
6 июня над станцией был поднят флаг, состоялось ее официальное открытие, сопровождавшееся салютом из всего имевшегося в наличии стрелкового
оружия. В этот же день самолеты
покинули льдину, на которой
остались четверо полярников.
В своих воспоминаниях Кренкель
писал: «В первые минуты, хотя мы
и готовились к ним, было как-то
не по себе. Все-таки не привыкли
мы с малых лет оставаться вчетвером на полюсе. Но человек на
Подготовка к метеонаблюдениям

132

Папанин за стиркой белья
Это интересно
ПРОДУКТОВЫЙ НАБОР
Институт инженеров общественного питания специально для экспедиции разработал сушеное мясо в порошке, кубики мясного концентрата, которые быстро превращались в шницель, экстракты, сухари,
пропитанные мясным соусом, рисовые пудинги. Во время войны такие
сублимированные продукты производились в том числе и для снабжения партизанских отрядов в немецком тылу.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

то и человек, чтобы привыкнуть
к самым невообразимым ситуациям. Вот мы и начали привыкать
к нашей жизни на перекрестке
меридианов».

Великолепная четверка
Начались обычные экспедиционные будни. Программа исследований была очень обширна, и работы хватало каждому.
Встречались полярники только
за обедом — в 6 часов вечера.
Открытия сыпались одно за другим. Метеонаблюдения выявили интенсивную циклоническую
деятельность в центре Арктики,
что явилось неожиданностью.
Впервые была измерена глубина океана в районе полюса, она
превышала 4 км, что в корне
расходилось с существовавшими
представлениями. На глубине
200 метров зимовщики обнаружили слой теплой воды, что
тоже стало сюрпризом — оказалось, что атлантические течения добираются даже до столь
высоких широт. Невероятно
интересными стали и биологические наблюдения — планктонная сетка, поднятая из океана,
буквально кишела моллюсками,
медузами, рачками. А ведь в ту
пору наука предполагала, что
в окрестностях полюса жизни
нет. Это открытие и обрадовало,
и поставило в тупик Ширшова.
Выловленную из океана живность надо было заспиртовывать. Но оказалось, что спирт
п о г р уз и т ь з а б ы л и . О д н а ко
в обширном хозяйстве экспедиции нашелся бочонок коньяка. О
том, что было дальше, Папанин
вспоминал: «Чего не сделаешь
во имя науки? Я обложился
жестью, трубами, плоскогубцами, зажег паяльную лампу и соорудил самогонный аппарат. На
полюсе появился самогонщик,
Петрович. Когда он брался за это
темное дело, Кренкель уходил
в радиорубку:

Папанинцы укрепляют жилую палатку

— Не могу смотреть на это
кощунство.
Из двух литров коньяку получался литр спирта».
Неделя за неделей проходила в каждодневной работе.
Регулярно станция «Северный
полюс» сообщала сводку погоды, которую составлял на основе
своих постоянных наблюдений
Евгений Федоров. С первых же
дней экспедиции льдина начала
дрейфовать на юг. Каждые 25–30
миль Петр Ширшов устраивал
глубоководную гидрологическую станцию — опускал на тросе
на дно океана зонд, с помощью которого измерял глубину, брал пробы донного грунта.

Это была самая нелегкая работа — несколько часов подряд
приходилось без остановок крутить лебедку, сменяя друг друга.
Кренкель о гидрологических
станциях не без юмора заметил:
«Наше первое научное открытие, связанное с лебедкой: когда
крутишь — время идет очень
медленно, когда отдыхаешь —
очень быстро».
Сам Кренкель был занят почти
круглосуточно. Четыре раза
в сутки передавал он по радио
очередные сводки погоды, регулярно отправлял в Арктический
институт предварительные отчеты обо всех научных наблюдениях и исследованиях Федорова

Папанин за строительством снежного дома

133

В полярном дрейфе
и Ширшова, высылал корреспонденцию в адрес многочисленной
прессы, жаждавшей репортажей
с дрейфующей льдины. Ему же
надо было принимать радиограммы с Большой земли в адрес
полярников. Помимо этой каждодневной «текучки» Кренкель
занимался наблюдениями за
прохождением коротких радиоволн в арктических условиях, да
еще и поддерживал радиосвязь
с любителями-коротковолновиками Советского Союза, Европы,
Америки, Австралии, Новой
Зеландии.
В середине июня работы прибавилось — к трансарктическому полету готовился Чкалов,
самолет которого надо было
снабжать сводками погоды.
Однако никто не роптал — все
понимали, что это настоящая
веха в истории авиации. По
собственному почину полярники даже расчистили на своей
льдине посадочную полосу на
случай вынужденной посадки.
С 10 июня Кренкель стал внимательнее прослушивать эфир,
метеонаблюдения участились до
ежечасных. Самолет должен был
пройти над станцией, поэтому
Чкалова ждали с особым нетерпением, надеясь, что он сможет
сбросить для них посылки. Этим
надеждам оправдаться было
не суждено — 18 июня, когда
Чкалов отправился в полет, над
станцией стояла низкая плотная
облачность, и полярники лишь
слышали гул моторов винтокрылой машины. Месяц спустя участники экспедиции с таким же волнением ждали рейс Громова. Но
и здесь им не повезло — самолет
прошел в стороне от станции.
13 августа из Москвы пришло
указание следить за трансарктическим перелетом Сигизмунда
Леваневского на самолете с бортовым номером Н-209. Кренкель
отметил прохождение самолетом Северного полюса, но затем
134

Папанин у киноаппарата

Кренкель набирает воду из талицы

Ширшов и Папанин у гидрологической лебедки

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

радиостанция Н-209 замолчала. Пытаясь восстановить
связь, Кренкель 40 часов дежурил в эфире, однако все было
напрасно. Загадка исчезновения
самолета Леваневского не раскрыта до сих пор.

К берегам Гренландии
Полярный день принес не
только круглосуточное дармовое освещение, но и дополнительные хлопоты — под лучами
незаходящего солнца началось
бурное таяние снега, льдина
покрылась многочисленными
озерами и ручьями, через которые пришлось наводить переправы. Через некоторые водные
преграды участники экспедиции
перебирались на надувных лодках. По поводу наступившего
половодья Кренкель заметил:
«Папанин роет канал, пытаясь
отвести огромную лужу от нашей

Евгений Федоров за работой на метеоплощадке

палатки. Это первый арык на
полюсе, из него черпаем воду
для кухни. Передвижение крайне затруднено... Единственное
сухое место во всем Полярном

бассейне — это внутренность
нашей палатки».
В августе на станцию впервые
наведались медведи. Веселый,
сидевший на привязи в нака-

Ледоколы «Таймыр» и «Мурман» у льдины, на которой зимовали папанинцы

135

В полярном дрейфе
зание за очередное воровство
мяса из продуктового склада,
поднял лай. На шум из палатки
выбежал Кренкель с винтовкой.
Пары выстрелов хватило, чтобы
незваные гости ретировались.
Осень, начавшаяся в середине августа, совпала с усилением
дрейфа. Пришедшие в движение
льды, сталкиваясь друг с другом,
ломались и покрывались трещинами и торосами. Не была исключением и льдина, на которой располагалась станция «Северный
полюс». Появившиеся на ней трещины «дышали», за ними нужно
было постоянно следить. Для
большей безопасности полярники устроили несколько складов
с продовольствием и снаряжением. В течение всей зимовки их
неоднократно приходилось переносить с места на место. Эта нелегкая работа отнимала очень много
времени и сил. А еще нужно было
регулярно промерять глубины,
делать суточные серии магнитных, гравитационных и метеонаблюдений, заниматься массой
бытовых дел, а в безветренные
дни крутить динамо-машину для
подзарядки аккумуляторов ради-

Банкет в кают-кампании «Таймыра»

останции. Участники экспедиции
вспоминали, что именно отсутствие твердой почвы под ногами,
постоянное нервное напряжение
стало главным испытанием во
время дрейфа.
С наступлением осени пошли
затяжные дожди. Работать часто
приходилось в мокрой одежде,
просушиться было негде — жилая
палатка отапливалась лишь примусом. Все ждали устойчивых
морозов. Солнце все ниже под-

нималось над горизонтом. 5 октября началась полярная ночь.
Стало заметно холоднее, вскоре
ударили морозы, температура
опустилась до –20°. Полярникам
пришлось вспомнить о зимней
одежде. Приблизившись к истокам Восточно-Гренландского течения, льдина ускорила свое движение на юг. 16 октября Папанин
записал в дневнике: «Скорость
дрейфа настолько велика, что
мы не можем делать очередную

Торжественная
встреча папанинцев

136

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
гидрологическую станцию. Тросик
с батометром все время уводит
под нижнюю часть льдины».
Теперь каждая гидрологическая станция давалась особенно
трудно — надо было постоянно долбить лед в замерзающей
лунке, до ломоты в костях стыли
руки от соприкосновения с холодным металлом лебедки. Но хотя
порой все четверо уставали до
изнеможения, в палатке полярников всегда царило веселье,
без шуток не обходилось ни дня.
Частенько всех веселил Ширшов,
пытавшийся хоть на ком-то опробовать свои навыки врача, которыми он овладел на ускоренных
курсах незадолго до экспедиции.
Однако желающих воспользоваться услугами новоявленного
эскулапа не было. Правда, однажды Федорову не удалось отвертеться. Из дневника Ширшова: «...
Женя промерз в своем ледяном
доме и слегка кашлял. Я сразу
насторожился. Затаив профессиональную радость, заставил
залезть его в мешок и раздеться.
Вооружившись стетоскопом, стал
выслушивать. Сердце стучит там,
где ему полагается стучать. Легкие
тоже на месте. Однако выпускать
жертву из своих рук не хотелось.
Запугав Женю кучей специальных
терминов, уговорил его поставить банки». О том, как проходило врачевание больного, писал

ГЛАВА

Папанинцы встречают «Таймыр» и «Мурман»

Кренкель: «Недавно Федорову
ставили банки. Пахло горелым
спальным мешком. Благодарные
за развлечение зрители не скупились на советы. Время лечения
прошло весело, и пациент исцелился главным образом смехом».
В Москве положение полярн и ко в в ы з ы в а л о о п а с е н и е ,
при такой скорости дрейфа
была велика вероятность сильных подвижек льда. 27 ноя-

Это интересно
ЭКСКЛЮЗИВНЫЙ ВЕТРЯК
Заброска экспедиции на льдину самолетами имела один существенный недостаток. По воздуху можно было перевезти весьма ограниченное количество грузов. Полярникам приходилось очень тщательно отбирать необходимое снаряжение, постоянно взвешивая свое
имущество. Самой большой проблемой стала радиостанция — для
ее питания нужно было много электричества. А значит, на льдину
пришлось бы доставить тяжеленный дизель-генератор и огромное
количество бочек с топливом. Вместо этого Папанин решил использовать силу ветра. По его задумке, электричеством станцию должен
был снабжать ветрогенератор. Но лучшие ветряки в ту пору делали
в США и весили они под 200 кг, что тоже было немало. По просьбе Папанина ветрогенератор для экспедиции сделали на одном из
заводов Ленинграда по чертежам харьковского конструктора Семена
Перли. Весил он 54 кг.

бря в Морском управлении
Севморпути прошло совещание, на котором обсуждали способы эвакуации экспедиции.
Решили в марте послать к кромке льдов патрульное судно,
а в конце апреля перевести
ледокол «Ермак» в Баренцбург,
на Шпицберген, откуда он смог
бы выйти по вызову со станции.
Однако эти планы пришлось
пересмотреть. Льдину продолжало нести на юг, во второй половине декабря она вошла в воды
Атлантики и начала приближаться к берегам Гренландии. Станция
попала в зону сильных ветров,
которые ускоряли дрейф, положение становилось все более
опасным. 20 декабря Федоров
с д е л а л в д н е в н и ке з а п и с ь :
«37 миль за четверо суток...
Подгоняемые крепким ветром,
в пурге мы быстро пошли к югу,
оставляя в 30 милях справа берег,
на который с грохотом ломаясь,
громоздятся ледяные поля...».
А затем 23 декабря отметил:
137

В полярном дрейфе
«“Ермак” срочно ремонтируется и будет готов 1 апреля, когда
пойдет в Баренцбург. Патрульное
судно “Мурманец” в феврале
начнет крейсировать у кромки
возле нас».
Океанские глубины давно
были позади, гидрологические
зонды теперь опускали на какихто полторы сотни метров, что
не могло не радовать полярников, порядком уставших от
работы с лебедкой. В последний
день уходящего года на станции
устроили генеральную уборку.
Новый год встречали в своей
палатке, за праздничным столом, на котором красовались
«тяжелые, как свинец, лепешки
на соде, приправленные паюсной икрой, картофельное пюре
с охотничьими сосисками и кофе
с остатками сухого торта». По
радио сыпались поздравления
и бесчисленные просьбы о статьях от редакций газет и журналов. И хотя забот у полярников
хватало, отказать они не могли
никому и взялись за карандаши.

Экстренная эвакуация
В январе дрейф заметно усилился, льдина за сутки проходила до десяти миль. Это не

Титульный лист книги «Труды дрейфующей станции “Северный полюс”»

могло не беспокоить участников экспедиции — льдину начало ломать. В Москве решили,
что пора начинать эвакуацию
полярников. Для патрулирования к ледяной кромке был
послан моторно-парусный бот
«Мурманец». К выходу в море
готовились ледокольные пароходы «Таймыр» и «Мурман».
Большим событием для полярников стало возвращение солнца, которое поначалу лишь пока-

Папанинцы во время торжественной встречи в Ленинграде

138

зывалось над ледяными полями. Дни напролет над станцией
бушевала пурга. Зимовщики
едва успевали откапывать вход
в палатку. 20 января по полю
прошла большая трещина,
отрезавшая гидрологическую
базу от лагеря широким разводьем. Пришлось срочно спасать
научное оборудование. Теперь
торошение чувствовалось почти
постоянно — лед вздрагивал,
скрипел и грохотал. Нервы у всех
были на пределе, но работы
никто не бросал. Через несколько дней разыгрался сильнейший
шторм. 1 февраля в Москву ушла
радиограмма: «В результате
шестидневного шторма в 8 часов
утра 1 февраля в районе станции поле разорвало трещинами от полукилометра до пяти.
Находимся на обломке поля
длиной 300 метров, шириной
200. Отрезаны две базы, также
технический склад с второстепенным имуществом. Из топливного и хозяйственного складов
все ценное спасено. Наметилась
трещина под жилой палаткой.
Будем переселяться в снежный
дом. Координаты сообщу дополнительно сегодня, в случае обры-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
ва связи просим не беспокоиться. Папанин». Огромное ледяное
поле было расколото на куски.
Полярники перебрались во временное жилище, а все самое
ценное — результаты многомесячных наблюдений и научные
приборы — перенесли на нарты,
чтобы в любой момент перетащить их в безопасное место.
Установили круглосуточное
дежурство. На нартах закрепили и радиостанцию, Кренкелю
теперь приходилось работать
на ключе на открытом воздухе,
невзирая на мороз и ветер.
Тем временем к дрейфующей
станции спешили ледокольные
пароходы «Таймыр» и «Мурман»,
им на подмогу должен был выйти
в море ледокол «Ермак», на котором срочно заканчивали ремонтные работы. Размер льдины
не позволял вывезти четверых
полярников самолетом.
Утром 12 февраля несший
дежурство Кренкель поднял всех
криком: «Огонь на горизонте!».
Это был прожектор ледокольного парохода «Таймыр». В судоОбложка книги «Девять месяцев
на дрейфующей станции “Северный
полюс”», написанной папанинцами

ГЛАВА

Почтовая марка, выпущенная к 100-летию Евгения Федорова

Почтовая марка, выпущенная к 100-летию Эрнста Кренкеля

вом журнале судна появилась
запись: «По пеленгу 314° виден
огонь и вспышки огня в лагере Папанина». Вскоре к нему
присоединился «Мурман».
Совместными усилиями они пробивались к станции и в ночь на
19 февраля подошли к льдине
и пришвартовались в 1,5 километрах от лагеря. Полярники
зажгли огонь и подняли флаг. Их
зимовка закончилась. Эвакуация
станции заняла 3,5 часа. Впереди
была триумфальная встреча
в Москве.
Работа станции «Северный
полюс-1» привлекла внимание десятков ученых в разных
странах мира. Это неудивительно — советские полярники приступили к изучению той области
Земли, о которой мало что было
известно. За 9 месяцев станция
«Северный полюс-1» собрала

первый массив данных, полученных в ходе систематических
наблюдений в Полярном бассейне. Результаты экспедиции
в корне поменяли представления
о природе Центральной Арктики.
Была опровергнута господствовавшая на тот момент гипотеза
о существовании в районе полюса постоянной области высокого
давления. Экспедиция доказала,
что вопреки распространенным
представлениям, Центральная
Арктика — отнюдь не безжизненное пространство, а регион
Земли, обладающий огромным
биологическим разнообразием.
Открытием стало обнаружение
мощного слоя теплых атлантических вод на самом полюсе.
Впервые была измерена глубина
Северного Ледовитого океана
в районе полюса, она составила
4 290 метров.
139

«В 12 часов была передана первая полная метеорологическая
радиограмма. Наши сведения о погоде нанесли на свои синоптические карты все арктические бюро погоды. Вторая дрейфующая
станция начала свою работу…»
М. Сомов

ГЛАВА

К полюсу относительной
недоступности
7.1 В ЛЕДОВОЙ РАЗВЕДКЕ. МИХАИЛ СОМОВ . . . . . . . . . . . . . . . . 142
У полюсов Земли . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 147
7.2 ЗА ТАЙНАМИ СЕВЕРА . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 149
Дом на льдине . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 149
Наука и жизнь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 150
Летние хлопоты . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152
Лед и пламя . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 153
Накануне полярной ночи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 153
Будни зимовки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 155
Через торосы и трещины . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 156
Итоги года . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 158
Послесловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 159

К полюсу относительной недоступности
7.1 В ЛЕДОВОЙ РАЗВЕДКЕ. МИХАИЛ СОМОВ
Михаил Михайлович Сомов принадлежал к числу людей, которым никак не подходят эпитеты
«великий» или «выдающийся». Он был обременен многочисленными высокими званиями и наградами, а того, что он сделал для полярных исследований, хватило бы не на одну человеческую
жизнь. Но сотни людей, знавших Михаила Сомова, помнят его как необыкновенно скромного,
доброжелательного и преданного своему делу человека. Всем, кому посчастливилось работать
с Сомовым, запомнились не только его целеустремленность и самоотдача, но и внимательное
и бережное отношение к людям. Наверное, поэтому об экспедициях Сомова полярники до сих
пор говорят с восхищением и уважением.
Будущий полярный исследователь родился 7 апреля 1908 года
в Москве. Его отец — Михаил
Павлович Сомов — в ту пору был
еще студентом естественного
отделения физико-математического факультета Московского
университета. Мать — Елена
Н и ко л а е в н а — з а н и м а л а с ь
литературными переводами.
С 1912 года Михаил Павлович
начал работать в Министерстве
земледелия, и семья Сомовых
переехала в Петербург.
Детство и юность Михаила
Сомова прошли вдалеке от
полярных просторов, о которых
он тогда и не помышлял. Его
любимым развлечением были
прогулки по паркам Ропши —
бывшего царского имения, где
после революции отец заведовал опытным рыбоводческим

Это интересно

МЕСТ НЕТ
Когда Сомов приехал поступать в Московский гидрометеорологический институт, выяснилось, что он опоздал на один день. В канцелярии
ему сказали, что первый курс уже полностью укомплектован и мест
больше нет. Но Сомова это не остановило — ему удалось добиться
зачисления на второй курс при условии сдачи всех предметов за первый год обучения.
***
МЕЖДУ СЕВЕРОМ И ЮГОМ
Поначалу в качестве объекта своих научных интересов Сомов выбрал
теплое Азовское море. Но руководство Центрального института прогнозов, где он работал, потребовало от него переключиться на Север,
и Сомов занялся исследованием ледового режима арктических морей.

хозяйством. В 1921 году Михаила
Павловича назначили заместителем директора Института рыбного хозяйства, и Сомовы перебрались в Москву. В Москве, на
Остоженке, Михаил Сомов окончил школу со счетоводным уклоном. После девятилетки найти

На борту ледокола «Северный полюс», 1946 г.

142

работу счетовода было сложно, и Михаил стал завсегдатаем
биржи труда в Рахмановском
переулке. Сомов помыкался без
работы, а затем переквалифицировался в токаря, научившись
работать на станке в механических мастерских при Московской
автошколе.
В 1928 году Михаил вместе
со всей семьей переехал во
Владивосток — Сомов-старший
стал заместителем директора по
научной работе Тихоокеанской
научно-промысловой станции.
Здесь, на Дальнем Востоке,
Михаил Сомов и нашел свое
призвание. Поначалу он работа л т о ка р е м в м а ст е р с к и х
Дальневосточного университета. Но уже в 1933 году стал
лаборантом Тихоокеанского
института рыбного хозяйства
и учился на вечернем отделении Дальневосточного политехнического института. В этом же
году Михаил Сомов отправился

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

НАУКА В ДРЕЙФЕ
Станция «Северный полюс-2» открыла многолетнюю программу изучения Центральной Арктики. С тех пор каждый год на льдах Полярного
бассейна работали две или три дрейфующие станции. Последняя
советская дрейфующая станция — «Северный полюс-31» — завершила
свои исследования в июле 1991 года. Научная программа была возобновлена в апреле 2003 года, когда к работе приступила первая российская дрейфующая станция «Северный полюс-32». В июне 2013 года
из-за таяния полярных льдов исследования вновь пришлось прекратить. В октябре 2022 года в Арктику отправилась экспедиция СП-41,
разместившаяся на специально построенной ледостойкой самодвижущейся платформе «Северный полюс».
Золотая медаль Патронессы
Королевского географического общества
Великобритании, врученная Михаилу
Сомову в 1961 г.
Начальник дрейфующей станции
«Северный полюс-2» Михаил Сомов

Почтовая марка России, выпущенная в честь Михаила Сомова
Дизель-электроход «Михаил Сомов»

143

К полюсу относительной недоступности
в свою первую экспедицию — на
тральщике «Аскольд», который
занимался океанографической
съемкой Японского моря, он
исполнял обязанности техникагидролога. А годом позже Сомов
был зачислен на второй курс
гидрологического факультета
Московского гидрометеорологического института.
В Гидрометинституте тогда
преподавали крупнейшие специалисты в области метеорологии и гидрологии — профессора Николай Зубов, Василий
Ш ул е й к и н , С е р ге й Х р о м о в .
Своего рода клубом, в котором
обсуждались самые актуальные
проблемы океанологии, стал
морской кружок, организованный профессором Зубовым.
Завсегдатаем этого кружка был
и Михаил Сомов. Доклады и прения, которые проходили на заседаниях кружка, обычно заканчивались жаркими спорами. Эти
научные диспуты стали великолепной школой для студентов. Под влиянием профессора
Зубова Сомов увлекся исследованием ледового режима арктических морей. Талантливый
студент еще во время учебы
опубликовал несколько работ,
посвященных этой теме, и за три
года одолел пятилетний инсти-

Михаил Сомов и радист Алексей Челышев во время полета над Антарктидой

Михаил Сомов на даче в Комарово
На борту «Оби», идущей в Антарктиду, 1955 г.

тутский курс, с блеском защитив
дипломную работу.
В 1937 году Сомов стал сотрудником Центрального института прогнозов. Одна за другой
появляются его научные статьи
о льдах арктических морей. Все
они оказываются очень востребованы — начинается освоение Арктики, открывается
судоходство по Северному морскому пути. В конце 30-х Сомов
занимается уже практической
работой в Арктике, принимает
144

участие в многочисленных экспедициях. Для проводки судов
по Северному морскому пути
была создана служба ледовой
авиаразведки. В первую же
группу авиаразведчиков вошел
и Сомов. Теперь, постоянно
облетая акватории арктических
морей и составляя ледовые прогнозы, он ежедневно наблюдает
льды, которые до этого изучал по
книгам и учебникам.
В 1939 году Сомов участвовал в работах Штаба морских

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
операций Западного района
Арктики в качестве гидрологаконсультанта. С самолета Сомов
пересел на корабль — на ледокол
«Иосиф Сталин», который летом
39-го впервые в истории прошел
Северным морским путем на восток и обратно за одну навигацию.
Летом следующего года Сомов
вновь отправился в плаванье на
«Иосифе Сталине», а осенью еще
успел пройти на ледорезе «Литке»
вверх по Енисею до Игарки, изучая процессы льдообразования.
С началом войны Арктика превратилась в театр военных действий. По Северному морскому
пути караваны судов доставляли
боеприпасы и стратегические
материалы из внутренних районов страны. Немцы стремились
перерезать эту трассу. Ледовый
и метеопрогнозы превратились
в один из видов оружия, стали
совершенно секретной инфор-

ГЛАВА

В балке первого антарктического внутриконтинентального похода. Праздничный
стол по случаю дня рождения Михаила Сомова. 7 апреля 1956 г.
Михаил Сомов в компании друзей-полярников

145

К полюсу относительной недоступности

146

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

мацией, за обладание которой
велись ожесточенные схватки.
Немцы забрасывали партии
метеорологов на Шпицберген,
Новую Землю, Землю ФранцаИосифа, высылали подводные
и надводные корабли, единственной целью которых была
разведка ледовой обстановки
и погоды, а также совершали глубокие рейды вдоль арктического
побережья СССР, чтобы уничтожить советские метеостанции.
В 1941 году Сомов был прикомандирован к Беломорской военной
флотилии, а затем получил назначение в Штаб морских операций Западного района Арктики,
на Диксон. Его главной задачей
стала проводка судов Северным
морским путем. Он руководил
работой ледовой разведки, обеспечивал капитанов кораблей
информацией о состоянии льда
и безопасности морских трасс.
В 1942 году участвовал в отражении нападения на Диксон немецкого линкора «Адмирал Шеер».
За свою работу в годы войны
Сомов получил первую правительственную награду — орден
Красной Звезды.

У полюсов Земли
В 1945 году Сомов защитил кандидатскую диссертацию. С этого
момента он участвует и руководит целой серией полярных
экспедиций, которые открыли
новый этап в изучении Арктики.
В октябре 1945 года Сомов
в качестве гидролога-наблюдателя отправляется в первый послевоенный полет на Северный
полюс, в 46-м — он заместитель начальника комплексной
Восточной высокоширотной экспедиции на ледоколе «Северный
полюс». В 1948 году Сомов
руководит работой воздушной
высокоширотной экспедиции
«Север». С помощью полярной
Карта дрейфа научной станции
«Северный полюс-2» в 1950–1951 гг.

147

К полюсу относительной недоступности
авиации на дрейфующих льдах
были созданы восемь временных
баз, где велись разнообразные
научные наблюдения. В 1949-м
Сомов вновь возглавил экспедицию «Север», которая открыла
подводный хребет Ломоносова.
За руководство этой экспедицией
Сомов получил орден Ленина.
В 1950 году была организована
дрейфующая станция «Северный
полюс». Впервые после знаменитой папанинской четверки группе ученых предстояло
жить и работать на арктических
льдах. Начальником станции стал
Михаил Сомов. Более года станция дрейфовала в Ледовитом
океане, собрав огромный научн ы й м ат е р и а л . В 1 9 5 1 го д у
Сомова назначили заместителем директора Арктического
института, а в январе 1952-го ему
было присвоено звание Героя
Советского Союза.
В 1955 году СССР решил организовать крупную антарктическую экспедицию, которая должна была построить в Антарктиде
постоянно действующие научные
станции. Возглавил это абсолютно новое для наших полярников дело Михаил Сомов. 5 января 1956 года экспедиционное
судно «Обь» подошло к берегам
Антарктиды. А в феврале того
же года была открыта первая
советская антарктическая станция Мирный, которая действует и поныне. Во время зимовки
Сомов подготовил и провел первый внутриконтинентальный
поход, результатом которого
стала еще одна научная станция —
Пионерская. Расположенная
в 400 км от побережья, эта станция послужила опорной базой
для походов Второй советской
антарктической экспедиции.
По возвращении из Антарктиды Сомов был награжден орденом Ленина и стал заместителем
директора Института Арктики
и Антарктики по антарктическим
148

Это интересно
ЗАЩИТА СОМОВА
В 1954 году Сомов стал доктором географических наук. Тема его диссертации была необычна даже для Арктического института, в котором
проходила защита, — «Дрейфующие ледяные аэродромы».

Диплом доктора географических наук Михаила Сомова

Указ
Президиума
Верховного Совета
СССР о присвоении
Михаилу Сомову
звания Героя
Советского Союза

исследованиям. К нему пришла
мировая известность. В 1959 году
Шведское королевское общество антропологии и географии
вручило Сомову золотую медаль
«Вега», а в 1961 году Британское
королевское географическое
общество — Золотую медаль
Патронессы.
Сомов стал одним из авторов
Договора об Антарктике, подписанного в декабре 1959 года
главами 12 государств. Он еще
дважды побывал в Антарктиде —
в качестве начальника 8-й и 9-й
советских антарктических экспедиций. А потом из-за ухудшив-

шегося состояния здоровья ушел
с поста заместителя директора
ААНИИ и занялся редактированием и подготовкой к печати
трудов советских антарктических экспедиций.
Михаил Сомов умер 30 декабря 1973 года. Его похоронили
на кладбище поселка Комарово,
п о д Л е н и н г ра д о м . И м е н е м
Сомова названо море у берегов Антарктиды и антарктический ледник, расположенный
на Земле Королевы Мод. А в
1975 году в первый рейс вышло
научно-экспедиционное судно
«Михаил Сомов».

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

7.2 ЗА ТАЙНАМИ СЕВЕРА
К середине XX века Восточная Арктика во многом оставалась «белым пятном». Имелись лишь
отрывочные сведения о метеоусловиях, дрейфе плавучих льдов, характере морских течений
в этой части Заполярья. Вся эта информация была необходима для нормальной работы Северного морского пути, который планировалось запустить в полную силу. Получить такие данные
можно было только в ходе постоянных систематических наблюдений. Для организации исследований в 1950 году на дрейфующих льдах к северу от Берингова пролива, в районе Полюса
относительной недоступности, была создана научная станция «Северный полюс-2». Ее начальником стал Михаил Сомов.
Дом на льдине
Подготовка к экспедиции
заняла почти целый год. Опыта
в организации таких станций
почти не было — лишь в далеком 1937 году жить и работать
на дрейфующих льдах довелось папанинской четверке. Но
теперь речь шла о куда большем
объеме наблюдений. В экспедицию отправлялись океанологи
и геофизики, аэрологи и гляциологи, гидрологи, радисты,
механики и даже кинооператор.
Всего 16 человек должны были
провести на льдине около полугода.
Научную программу экспедиции разработал Арктический

научно-исследовательский
институт. Оборудование и приборы для наблюдений изготавливались в Ленинграде, а продовольствие, снаряжение и разнообразный хозяйственный инвентарь собирали в Москве. Все
грузы отправляли в Тикси, откуда предполагалось самолетами
перебросить людей и экспедиционное имущество на заранее
выбранную льдину, подходящую
по размерам и прочности.
1 апреля 1950 года на ледяное поле с координатами 76°03
северной широты и 166°30
з а п а д н о й д о л го т ы л е т ч и к и
доставили первую группу участников дрейфующей станции во

главе с Сомовым и часть снаряжения. Едва закончилась разгрузка, самолет тотчас улетел.
Был морозный ветреный день,
температура около –30º, поземка. Ледовый аэродром находился на расстоянии около километра от старой прочной льдины,
где предполагалось создать станцию. Но путь к ней преграждали
нагромождения торосов, снежные заструги и поля рыхлого
снега. Через все эти препятствия
надо было перетащить на нартах
сотни килограммов груза, чем
и занялись полярники. Остаток
дня ушел на установку палатки
и приготовление ужина. На ночлег устроились в спальных меш-

Общий вид станции «Северный полюс-2»

149

К полюсу относительной недоступности
ках, уложенных поверх оленьих
шкур, устилавших пол палатки.
На тысячи километров вокруг
простирались только ледяные
поля и разводья открытой воды.
Уже на следующий день полярники оборудовали метеоплощадку, поставили еще несколько
палаток и смонтировали радиостанцию. Тут же установили радиосвязь с полярной станцией Мыс
Шмидта. Из дневника Михаила
Сомова: «В 12 часов была передана первая полная метеорологическая радиограмма. Наши
сведения о погоде нанесли на
свои синоптические карты все
арктические бюро погоды.
Вторая дрейфующая станция
начала свою работу».
Следующими рейсами на льдину прибыли остальные полярники. Пользуясь хорошей погодой,
самолеты постоянно доставляли экспедиционные грузы.
Перетаскивать их в лагерь на
морозе 20–40ºС было делом
нелегким. Всего по воздуху летчики перебросили 60 тонн грузов. Гора имущества, сложенного
на взлетной полосе, постоянно
росла. Полярники не успевали
доставлять его в лагерь, распаковывать и устанавливать оборудоУстановка одной из палаток

150

вание. Дело пошло быстрее, когда
с одним из самолетов на льдину
привезли собачью упряжку.
Выбранная для станции льдина представляла собой внушительное поле площадью 30 км
и толщиной льда около 3 м.
Казалось, такая махина способна выдержать любые ледовые
сжатия. Однако в самый разгар
устройства станции разыгралась
пурга, началась подвижка льдов,
и в 50 метрах от лагеря появилась
трещина. Сомов принял решение
перенести станцию от опасного
соседства ближе к центру льдины. Снова полярникам пришлось
переквалифицироваться в грузчиков. К счастью, очень помогла собачья упряжка, на которой
перевезли большую часть экспедиционного имущества. Палатки,
не разбирая, перенесли на руках.

Наука и жизнь
К середине апреля участники экспедиции развернули все
научные наблюдения, а к исходу
месяца жизнь на станции вошла
в привычный полярникам каждодневный ритм.
Была полностью оборудована
метеорологическая площадка —
данные о температуре и влажно-

Михаил Сомов на станции «Северный
полюс-2»

сти воздуха, количестве осадков,
направлении и силе ветра, движении облаков несколько раз
в сутки отправлялись на материк. Рядом с метеоплощадкой
расположилась и площадка для
запуска аэрологических зондов
и шаров-пилотов, с их помощью
были получены первые сведения
о структуре атмосферы в этой
части Арктики. Чуть в стороне
от лагеря во избежание помех
вели наблюдения магнитологи,
фиксирующие все изменения
в состоянии магнитного поля
Земли. В нескольких точках
работали гляциологи — они следили за изменениями толщины
морского льда, который нарастает снизу и тает сверху. Кроме
того, ученые периодически
вырубали из ледяных полей разной толщины и возраста большие глыбы льда и исследовали
его на прочность. Едва ли не
самая тяжелая работа выпала на
долю океанологов. С помощью
глубоководной лебедки они

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
изучали глубину океана, измеряли температуру воды на разных
горизонтах, содержание в ней
кислорода и хлора, скорость
и направление течений, брали
пробы грунта со дна океана, специальными сетками вылавливали фито- и зоопланктон.
Работали и жили участники экспедиции в так называемых палатках КАПШ (каркасная арктическая палатка
Шапошникова), которые были
специально разработаны для
высоких широт. Это сооружение
имеет обтекаемую форму полушария и поэтому хорошо противостоит ветрам. Две воздушные
прослойки между наружным
и двумя внутренними куполами
палатки обеспечивают теплоизоляцию. Наружная поверхность из двойного слоя черной кирзы защищает от ветра
и влаги. Пол выполнен из прорезиненной водонепроницаемой
ткани, поверх которой сделан
еще и тканевый слой. В каждой

ГЛАВА

Полярники и пес Ропак

жилой палатке стояли легкие
складные койки, столы, табуретки и умывальники. В одной
из них даже сделали баню.
Отапливались палатки газовыми
плитами — на станцию завезли
газ в баллонах. На этих же плитах
готовили пищу. Повара в экспеЭто интересно

ЦИФРЫ И ФАКТЫ
За время работы станции на льдине побывали 58 человек. Самолеты
71 раз совершили посадку на ледовом аэродроме. Полярникам было
завезено в общей сложности 96 тонн грузов.

диции не было, поэтому его обязанности полярники выполняли
по очереди. Прежде чем приступить к приготовлению пищи,
дежурному по камбузу приходилось отогревать продукты — все
они были замерзшими — и растапливать снег, чтобы добыть воду.
Для этого соорудили большую
снеготаялку из железной бочки,
подогреваемой авиационной
лампой на бензине. В самой
большой палатке устроили столовую, или кают-компанию, в кото-

Самолет, доставивший на дрейфующую станцию очередную партию грузов

151

К полюсу относительной недоступности
рой за импровизированным
столом, сделанным из фанерных
ящиков из-под папирос, собирались все участники экспедиции.
Все 10 палаток были электрифицированы — на станции имелись дизель- и ветрогенераторы,
а в некоторые установили телефоны для связи внутри лагеря.

Летние хлопоты
В первых числах мая доставка
грузов на СП-2 завершилась, самолеты вернулись на материк, увезли и собачью упряжку. Даже в мае
на станцию часто обрушивалась
пурга, палатки и оборудование
заносило толстым слоем снега,
много времени уходило на уборку
сугробов. Вскоре наступило лето.
Полярное солнце жгло немилосердно. Полярникам постоянно
приходилось носить солнцезащитные очки, чтобы не ослепнуть от
яркого блеска снега и льда. Лица
у многих обгорели, губы и носы
покрылись язвами от солнечных
ожогов. Трещины во льдах уже
не смерзались, а грозили превратиться в широкие разводья.
Пришедшее потепление добавило хлопот. Началось бурное
таяние снега, порой превращавшееся в настоящее наводнение.
Михаил Сомов за работой

152

Поверхность льдины покрылась
многочисленными снежницами — озерцами талой воды.
Перемещаться по лагерю было
непросто даже в высоких резиновых сапогах. Вода затапливала палатки, в них появилась
сырость, и полярникам приходилось время от времени переставлять свои жилища на более сухие
участки, расположенные на возвышенностях. Вмороженные
в лед мачты радиоантенн, ветрогенератора и различные приборы вытаивали и падали, их надо
было устанавливать заново. От
палаток к низинам прорубали
канавы, но вода продолжала
прибывать. Вносили свою лепту
и участившиеся дожди. Для борьбы с наводнениями участники
экспедиции придумали бурить
во льду скважины, по которым
талые воды уходили в океан.
Летом на станцию стали приходить белые медведи. Первая
встреча с хищником едва не
закончилась плачевно для океанолога Александра Дмитриева.
От нападения медведя его спас
аэролог экспедиции Василий
Канаки. Этот случай описал
Михаил Сомов: «…дежуривший
по камбузу Саша Дмитриев и сво-

Запуск метеозонда

бодный от вахты Вася Канаки стояли, покуривая, у входа в палатку кают-компании. Вдруг Канаки
замер с вытаращенными глазами и затем с криком «Медведь!»
кинулся бежать к себе в палатку
за карабином. Дмитриев тоже
было рванулся к своей палатке,
но вовремя сообразил и повернул обратно к камбузу. В несколько прыжков медведь оказался
у брезентовой двери в камбуз,
за которой только что скрылся
Дмитриев. Когда добежавший до
палатки Канаки схватил карабин
и обернулся к кают-компании,
медведь уже стоял на задних
лапах у брезентовой палатки,
готовый ударить по ней лапой.
Однако удара не последовало.
Его опередил меткий выстрел
Канаки». После этого случая
Сомов категорически запретил
полярникам выходить за пределы станции без оружия, а дежурному по лагерю вменялось в обязанность осматривать окрестности, чтобы вовремя заметить
приближение зверя. Эти меры
уберегли полярников от неприятностей — за время экспедиции
медведи еще семь раз посещали
станцию, но к их появлению уже
были готовы.

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
Лед и пламя
Самая большая опасность
для дрейфующей станции —
это угроза внезапного разлома льда. Новые трещины на
льдине, где находилась СП-2,
появлялись постоянно. Чтобы
подвижки льда не застали экспедицию врасплох, полярники
подготовились к такой аварийной ситуации. На льдине всегда
стояли два надувных клипербота, накачанные воздухом. На
двух нартах заблаговременно
был уложен аварийный запас
снаряжения: палатка, несколько
оленьих шкур, спальные мешки,
теплая одежда, примус, керосин, кастрюля, чайник, продовольствие (шоколад, консервированное какао, молоко и мясо,
галеты, чай, сахар), портативная
радиостанция с ручным приводом, багры, топоры, лопаты,
веревки. Все это позволило бы
людям продержаться несколько недель до подхода помощи
с материка. На всякий случай из
пустых бензиновых бочек соорудили плот с дощатой палубой.
Кроме того, у каждого полярника заранее был собран рюкзак, в котором имелся минимальный набор необходимых
вещей — теплое белье, нож,
спички, табак, по две банки сгущенного какао и мясных консервов, галеты и бутылка коньяка.
В нескольких местах на льдине
устроили склады оборудования,
снаряжения и продовольствия.
Сомов также составил аварийное расписание, согласно которому среди участников экспедиции распределялись обязанности в случае экстренной эвакуации станции.

ГЛАВА

Измерение температуры льда

Однако беда пришла откуда
не ждали. Запись из вахтенного журнала станции от 12 июля
1950 года: «…В 11 часов 02
минуты московского времени
в лагере вспыхнул пожар. Горела
палатка радистов. На крик радиста Щетинина сбежались люди
и начали тушить огонь. Черпая
воду ведрами из соседнего озерка, люди, не помня себя, лили
воду в море огня, а огонь рвал
и метал, пожирая на глазах все,
что могло и не могло гореть.
Взорвался на движке бачок
с бензином, струя огня высотой
около четырех метров с шипением ударила вверх и там растаяла.
Нужно было во что бы то ни стало
спасти материалы наблюдений
и документы. Охваченные огнем
чемоданы с документами были
выхвачены из горящей палатки
и залиты водой. Все это произошло в течение пяти-шести минут.
Палатка сгорела, как факел…».
Это интересно

ИМЕНИТЫЙ ПАРАШЮТИСТ
Во время зимовки на станции работал врач Виталий Волович. В 1949 г.
он стал первым человеком (совместно с Андреем Медведевым), приземлившимся на Северный полюс с парашютом, за что был награжден
орденом Красного Знамени.

К счастью, во время пожара
никто не пострадал. Уцелели
и все научные материалы. Но
СП-2 осталась без радиостанции
и связи с материком. Имевшиеся
у полярников аварийные радиостанции оказались слишком слабыми, их мощности не хватало.
Дрейфующая станция замолчала. Трое суток радисты экспедиции, не выпуская из рук паяльников, из подручных материалов
собирали новый передатчик.
На четвертые сутки СП-2 снова
вышла в эфир.

Накануне полярной ночи
В августе кончилось короткое
полярное лето. Солнце поднималось все ниже, чаще шел снег,
ночные заморозки стали устойчивыми. Молодым льдом стали
покрываться разводья. В середине месяца было принято решение продолжить работу станции
до весны следующего года. До
сих пор никто никогда не жил
на дрейфующей льдине в палатках в течение целого года,
в том числе и в полярную ночь.
Предстояла длинная зимовка,
к которой надо было тщательно
готовиться.
153

К полюсу относительной недоступности
Станцию начали срочно переоборудовать. Палатки снова пришлось переносить. Выбрали для
них относительно ровный участок льдины и поставили более
компактно, по кругу, в центре
которого расположилась каюткомпания. Это облегчило бы
перемещение по лагерю во
время полярной ночи. Кроме
того, палатки надо было обязательно утеплить — при сильных
морозах поддерживать в них
нормальную температуру оказалось довольно сложно. Для этого
полярники вокруг каждого полотняного жилища возвели стены из
снежных кирпичей, связующим
материалом для кладки послужила обыкновенная вода. Снег оказался замечательным строительным материалом с отличными
теплоизолирующими свойствами. Снежные стены вокруг палаток защитили их от ветра и мороза. Площадки для наблюдений
с многочисленными приборами
тоже перенесли поближе к лагерю, чтобы сократить перемещения в зимнее время года. В конце
сентября несколько суток кряду
свирепствовала пурга. А уже
в октябре температура воздуха
упала до –30º.
18 октября станция пересекла
80-ю параллель. Экспедиция оказалась в районе Полюса относительной недоступности — на наибольшем расстоянии от любой
суши. Кончился полярный день.
Наступили сумерки, исчезли
тени, и перемещаться по льдине
и ориентироваться в пространстве стало непросто.
Готовясь к зимовке, полярники
начали строить новый аэродром,
рядом с лагерем на самой дрейфующей льдине. Сначала вручную срубили небольшие торосы
и ледяные бугры, потом взрывами
убрали более крупные нагромождения льда. Затем заполнили ямы
и низины осколками льда и залили площадку водой. Получилось
154

Это интересно

СНЕЖНОЕ ЖИЛИЩЕ
Готовясь к зимовке, участники экспедиции утепляли палатки стенами
из снежных кирпичей. В этом они не были первопроходцами. Издавна
снег служил отличным строительным материалом для многих народов Севера. Например, эскимосы научились строить из снега иглу —
куполообразные хижины, в которых можно было жить даже суровой
полярной зимой. Однако для постройки иглу необходим большой
опыт. Надежность конструкции достигается сферической формой,
укладкой снежных блоков по спирали и их трапециевидной формой.
Сужаясь, кольца рядов постепенно образуют купол. Обычно в только что построенном иглу ненадолго зажигали огонь, дожидаясь, пока
внутренние стены жилища станут влажными. После этого огонь гасили
и стены покрывались ледяной коркой, а иглу приобретало необыкновенную прочность. Такое убежище отлично противостоит арктическим
ветрам. Снег из-за высокого содержания воздуха является хорошим
теплоизолятором. Поэтому температура в снежных жилищах, как правило, на 15–20° выше наружной.

Строительство снежных стенок для утепления палаток

довольно ровная взлетно-посадочная полоса. По воздуху на
станцию забросили дополнительное продовольствие, топливо,
теплую одежду и другое снаряжение. Количество участников экспедиции решили сократить, часть
полярников вывезли на материк,
личный состав СП-2 пополнился
геофизиком и врачом. На станцию продолжалась доставка самолетами экспедиционного имущества. Для нормальной зимовки
и продолжения наблюдений надо
было забросить на дрейфующую

льдину 20 тонн грузов, среди прочего на СП-2 привезли даже автомобиль ГАЗ-67. Самолеты садились при свете факелов, которыми полярники отмечали границы
посадочной полосы.
25 октября к лагерю вылетели
два самолета с грузами, необходимыми для продолжения дрейфа. На одном из них на станцию
отправился заместитель директора Арктического института
Алексей Трёшников, чтобы на
месте обсудить с Сомовым зимнюю программу научных наблю-

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

ГЛАВА

Жилые и рабочие палатки дрейфующей станции «Северный полюс-2»

дений. Уже в полете со станции
пришла радиограмма — через
взлетно-посадочную полосу
прошла трещина. Тем не менее
пилоты решили, что смогут сесть.
Посадка действительно прошла
удачно. А на взлете один из самолетов потерпел крушение. Из воспоминаний Алексея Трёшникова:
«Убедившись, что взлет первой
машины прошел нормально,
мы с Сомовым, спокойно бесе-

дуя, пошли в лагерь. В это время
второй самолет вырулил почти
вплотную к трещине, развернулся. Мы остановились и стали смотреть. Взревели моторы, и самолет тронулся, набирая скорость.
Самолет бежит, впереди торосы.
Мы затаили дыхание и сжали
кулаки от волнения. Казалось,
вот-вот самолет врежется в гряду
торосов. В последний миг он подпрыгнул и поднялся над торо-

Это интересно
СП2  ПРОДОЛЖЕНИЕ
История станции СП-2 не закончилась в апреле 1951 года. Три года
спустя льдину с оставленными на ней палатками обнаружили летчики. Она продолжала дрейфовать в океане. На нее в июне 1954 года
высадилась группа ученых, которые с интересом осмотрели бывшую
станцию. Оказалось, что снежные стены, которыми полярники окружали палатки, полностью исчезли. Сами палатки выгорели так, что стали
почти белыми. Но самое удивительное — каждая из палаток стояла на
ледяном постаменте высотой в человеческий рост. Дело в том, что лед
под ними почти не таял, а вокруг, напротив, подвергался интенсивному таянию во время полярного дня. Поверхность льда тоже сильно
изменилась — исчезли все трещины, а некогда грозные торосы сгладились, превратившись в высокие холмы. В октябре 1955 года СП-2
снова попала в поле зрения полярных летчиков. Она находилась на 78°
северной широты и 178°37 восточной долготы. За четыре года дрейфа
льдина вернулась практически в исходную точку.

сами. Но пилот слишком круто
поднял нос машины. На мгновение она будто повисла в воздухе. Затем резко накренилась на
левое крыло. Крыло задело за
вершину тороса, и самолет рухнул
на льдину, подняв тучи снега. Все
стихло. Мы застыли в оцепенении,
а потом побежали по глубокому рыхлому снегу, карабкаясь по
грядам торосов, к месту падения
самолета. Члены экипажа уже бродили вокруг разбитой машины.
Самолет лежал на брюхе с отломанным крылом, один мотор
оторвался и валялся в нескольких
метрах в снегу». К счастью, все
остались живы, пилоты получили лишь небольшие травмы, и их
вывезли на материк.

Будни зимовки
5 ноября последний самолет
покинул льдину. Наступал самый
сложный период экспедиции —
полярная ночь. Теперь на протяжении нескольких месяцев освещать станцию и ее окрестности
будет только Луна и полярные
155

К полюсу относительной недоступности
сияния. Температура постепенно понижалась. Зимой морозы
доходили до 50º. Холода нередко сопровождались сильными ветрами и пургой. В такую
погоду во мраке полярной ночи
найти площадки для наблюдений, а затем вернуться в лагерь
становилось непростой задачей.
Но метеорологические сводки
все так же регулярно уходили
в эфир, по-прежнему несколько
раз в сутки записывались показания многочисленных приборов, велись измерения глубины
океана, исследования магнит-

Это интересно

В ПАМЯТЬ ОБ АНТАРКТИДЕ
Надгробием могилы Сомова стали два камня, привезенные из
Антарктиды. Один из них — древний гранит чарнокит, вырубленный
в одной из скал на станции Мирный, второй — гнейс, доставленный со
станции Ленинградская, что расположена на берегу моря Сомова.

ного поля Земли. Из дневника участника экспедиции Гурия
Яковлева: «12 января. В полдень
на юге стала появляться полоска зари, правда еще очень слабая. Температура упала до –49°.
Ветер 4–5 метров в секунду.
Такой погоды мы еще не видали!
Лед непрерывно трещит, вдали

Полярники готовят океанографическую глубоководную лебедку
Актинометрические наблюдения на станции «Северный полюс-2»

156

слышен грозный шум торошения. Работать на открытом воздухе при таком морозе и ветре
очень тяжело».
В сильные холода на всех
предметах и строениях станции
оседал толстый слой изморози.
Приборы, антенны, мачты и их
оттяжки покрывались настоящей шубой из ледяных иголок
и нередко, не выдерживая тяжести, рвались, ломались и падали.
На их восстановление уходило
немало времени и сил. Жизнь
осложняли постоянные подвижки льда, которые участились
зимой. На ледяном поле многократно возникали трещины, площадь льдины сокращалась. Во
второй половине января треск
от ломающегося льда был слышен в лагере почти ежедневно.
Но пока торосы и разломы появлялись достаточно далеко от
станции. Самые тяжелые испытания на долю участников экспедиции выпали в феврале.

Через торосы и трещины
Первый удар по станции стихия
нанесла 4 февраля. Ледяные поля
пришли в движение, и льдина,
на которой располагался лагерь
полярников, не выдержала их
натиска. Через станцию прошли сразу две трещины — шириной 4 и 1,5 метра. Одна из них
разорвала палатку гляциологов,
пролегла рядом с палаткой магнитоголов, прошла через астрономический павильон, вторая
отрезала от лагеря радиостанцию
и океанографические палатки,
рассекла надвое ледовый аэродром. При подвижках льда погибла часть научного оборудования,
обрушились радиомачты, упал

АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
и разбился ветрогенератор. На
несколько часов станция потеряла
связь с внешним миром. Но вскоре с СП-2 пришла радиограмма:
«Радиомачты подняты, научные
наблюдения ведутся нормально».
Подвижки льда не прекращались, постоянно был слышен отдаленный гул и ощущались толчки,
как при землетрясении. В лагере
было тревожно. Полярники срочно проверили все аварийное снаряжение, сложили научные материалы в чемоданы и вынесли их
на лед. Спать ложились в верхней
одежде.
Ка та с т р о ф а р а з р а з и л а с ь
14 февраля. В 8 часов утра произошел очень сильный толчок,
а несколько минут спустя началось торошение, грозившее
уничтожить лагерь. Из воспоминаний Гурия Яковлева: «Громадные, многотонные глыбы
льда с грохотом, как при артиллерийской канонаде, наползали
одна на другую, образуя ледяной
вал. Он двигался к лагерю и перемалывал, как в гигантской мясорубке, толстый, четырехметровый
лед. Впереди вала по льду бежала сетка трещин, по которым лед
затем обламывался. Глыбы льда,
обрушиваясь с большой высоты
на льдину, ломали ее. Один край

ГЛАВА

Собачья упряжка, с помощью которой перевозили грузы на станции СП-2

отломанного куска под тяжестью
падающих на него обломков
погружался в воду, а другой вздымался над водой, обнажая рваные края. Под страшной тяжестью
падающих сверху ледяных глыб
обломки льдины исчезали под
водой, потом всплывали вверх.
Теперь уже они громоздились на
вершине вала, а тонули другие.
Вскоре движущаяся ледяная гряда
достигла высоты 7–8 метров».
Впереди этого вала льда возник

сначала второй, а затем и третий,
уже в непосредственной близости
от лагеря. Сетка трещин разбила
остатки льдины, центр станции
оказался на обломке размером
40×70 метров, который мог быть
раздавлен в любую минуту. Сомов
приказал немедленно перебраться на соседний обломок льдины,
находившийся чуть дальше от надвигающихся торосов.
П о д е р е в я н н ы м м о ст ка м
и трапу через трещины на отно-

Озера талой воды у станции «Северный полюс-2»

157

К полюсу относительной недоступности
сительно безопасное расстояние
полярники перенесли радиостанцию, запас продовольствия,
материалы наблюдений, наиболее ценные приборы и две
палатки. Однако торошение
п р о д о л жа л о с ь , и о ста в ат ь ся здесь надолго было нельзя.
Участникам экспедиции предстояло найти новое прочное ледяное поле. В условиях полярной
ночи и разыгравшейся пурги эти
поиски стали нелегкой задачей.
Коллективными усилиями подходящую льдину удалось разыскать
примерно в километре от старого лагеря. Туда и решено было
перебраться. Эта работа заняла
несколько дней. Сначала полярники в торосах прорубали проходы и наводили ледяные переправы там, где путь преграждали
трещины. Затем по этой импровизированной трассе прошел
ГАЗ-67 с прицепленными к нему
нартами, нагруженными экспедиционным имуществом. Чтобы
машина не увязла на участках
рыхлого снега, дорогу предварительно прозондировали стальными щупами. Особенно трудно
было перевозить отяжелевшие
ото льда палатки. Пять из них
пришлось оставить — настолько
крепко они примерзли к поверхности льдины. К 20 февраля
переезд был окончен.

Итоги года
Полярники начали обустраиваться на новом месте — вскоре появились площадки для
регулярных наблюдений, участники экспедиции принялись
сооружать взлетно-посадочную
полосу для приема самолетов.
Срок работы станции подходил
к концу, поэтому бытовым удобствам уже не придавали большого значения.
2 5 ф е в ра л я с о л н ц е в п е р вые показалось над горизонт о м . Д о л га я п о л я р н а я н о ч ь
закончилась. На исходе марта
началась подготовка к отъезду. Сворачивались научные
наблюдения, полярники приводили в порядок взлетнопосадочную полосу. 11 апреля
станция «Северный полюс-2»
завершила свою работу. Все
участники экспедиции вернулись на материк.
Дрейф станции СП-2 продолжался 376 дней. За это время она
прошла извилистый путь общей
протяженностью 2600 километров, расстояние прямой между
начальной и конечной точками
дрейфа составило 635 километров. Впервые был собран
огромный объем данных о
восточном секторе Арктики.
Участники экспедиции произвели несколько сотен проме-

Михаил Сомов проводит химический анализ проб
морской воды

158

ров глубин и обнаружили сложный гористый рельеф поверхности дна океана, исследовали
его геологическое строение.
Метеорологические наблюдения позволили уточнить представления о климате северовосточной части Арктического
бассейна и получить первые
достоверные данные о строении верхних слоев атмосферы над центральной частью
Арктики. Работа станции дала
возможность установить закономерности сезонных изменений ледяного покрова, изучить
процессы нарастания и таяния
льда. Полярники обнаружили слой воды тихоокеанского
происхождения, проникающей
в Северный Ледовитый океан
через Берингов пролив. Во
время дрейфа было открыто
несколько местных магнитных
аномалий, что дало основание пересмотреть магнитные
карты этого района Земли,
необходимые для самолетовождения и мореплавания.
Участники экспедиции доказали возможность и эффективность долгосрочных наблюдений на дрейфующих льдах
А р к т и к и . И м е н н о с та н ц и я
«Северный полюс-2» начала
эту работу, которая продолжается до сих пор.

Полярники станции СП-2 читают почту, сброшенную им на
льдину с самолета

П ослесловие
Эта книга рассказывает о наиболее значительных российских путешествиях и исследованиях
в Заполярье с XVII до середины XX века. Этот
период принято называть героической эпохой
освоения Арктики. Однако на этом процесс изучения Крайнего Севера, конечно, не закончился. Теперь на смену энтузиастам и смельчакамодиночкам пришли целые научные коллективы,
которые занимаются планомерным исследованием Арктики. Среди них — Гидрометцентр
России, Государственный Океанографический
институт, Всероссийский научно-исследовательский институт гидрометеорологической информации, Арктический и Антарктический научно-исследовательский институт. Продолжаются
наблюдения на полярных станциях, расположенных на арктическом побережье и островах
Северного Ледовитого океана. Возобновилась

р а б о та д р е й ф у ю щ и х ста н ц и й « С е в е р н ы й
полюс». Изучение Севера становится еще более
важным в условиях глобального изменения
климата, которое в наибольшей степени затронет именно Арктику, приведет к сокращению
площади дрейфующих льдов, подъему уровня
Мирового океана, таянию вечной мерзлоты.
Эти сложнейшие природные явления повлияют на режим судоходства, возможности добычи
полезных ископаемых, создадут большие трудности в строительстве, прокладке дорог и трубопроводов и в конечном счете повлияют на
жизнь миллионов людей, живущих в Заполярье.
Поэтому нашим ученым предстоит очень важный и интересный этап исследований — они
д о л ж н ы д ат ь п р о г н о з , ко т о р ы й п о з в о л и т
выбрать наиболее оптимальную модель освоения Арктики в будущем.

159

Научно-популярное издание
Серия «Большой исторический атлас»

12+
АРКТИКА. ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА
БОЛЬШОЙ ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЙ АТЛАС
Заведующая редакцией Ю. Данник
Руководитель направления Т. Чурсина
Ответственный редактор О. Климова
Литературный редактор О. Чистоусова
Технический редактор Н. Чернышева
Корректор Л. Вовк, М. Крыжановская
Цветокорректор К. Никитин
Компьютерная верстка С. Павловская
Дизайн обложки А. Шпаков
Общероссийский классификатор продукции
ОК-034–2014 (КПЕС 2008): 58.11.1 — книги, брошюры печатные
Подписано в печать 05.08.2024. Формат 60x84/8. Усл. печ. л. 18,60
Печать офсетная. Бумага офсетная. Гарнитура Freeset.
Тираж 2000 экз. Заказ №
Изготовитель: ООО «Издательство АСТ»
Произведено в Российской Федерации
Изготовлено в 2024 году
129085, РФ, г. Москва, Звёздный бульвар, д. 21, стр. 1, ком. 705, пом. I, 7 этаж
Наш электронный адрес: www.ast.ru
E-mail: ask@ast.ru
«Баспа Аста» деген ООО
129085, Мәскеу қ., Звёздный бульвары, 21-үй, 1-құрылыс, 705-бөлме, I жай, 7-қабат.
Біздің электрондық мекенжайымыз: www.ast.ru
Интернет-магазин: www.book24.kz
Интернет-дүкен: www.book24.kz
Импортер в Республику Казахстан ТОО «РДЦ-Алматы».
Қазақстан Республикасындағы импорттаушы «РДЦ-Алматы» ЖШС.
Дистрибьютор и представитель по приему претензий на продукцию в республике Казахстан:
ТОО «РДЦ-Алматы»
Қазақстан Республикасында дистрибьютор және өнім бойынша арыз-талаптарды қабылдаушының өкілі
«РДЦ-Алматы» ЖШС, Алматы қ., Домбровский көш., 3«а», литер Б, офис 1.
Тел.: 8 (727) 2 51 59 89,90,91,92; Факс: 8 (727) 251 58 12, вн. 107; E-mail: RDC-Almaty@eksmo.kz
Өнімнің жарамдылық мерзімі шектелмеген. Өндірген мемлекет: Ресей