ЛЕНИНИЗМ
А
{-г-

2 3 3 x p e c

т о м а т і с я

f

ІІАНТПЗДАТ Ц К В1Ш(Ф)

1935

•

E

M

и
ХРЕСТОМАТИЯ
щ

т

Под

редакцией

В. Б Ы С Т Р А H С КО ГО

-

74

№

2011147446

2-я тіш. ОНТН им. Евг. Соколовой. Ленинград,

пр. Кр. Команд., 29.

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА
Настоящее издание «Хрестоматии» является переработанным
изданием 1933 г. Издание дополнено материалами XVII съезда партии, XIII пленума ИККИ и вышедшей в 1934 г. классической работы т. Сталина «Марксизм и национально-колониальный вопрос».
Ряд отрывков заменен новыми, некоторые изъяты целиком в целях сокращения объема книги. Более значительные сокращения
произведены в темах, перегруженных материалом по сравнению с
их фактическим местом в программах ленинизма: «Борьба за победу социалистического строительства», «Стратегия и тактика», а
также в отдельных разделах темы «Партия».
Некоторые изменения в построении расположения материала
произведены в темах: «Диктатура пролетариата», «Борьба за победу
социалистического строительства», «Партия», «Стиль в работе».
Кроме того, в настоящем издании вновь пересмотрены и уточнены заголовки и, в целях облегчения пользования книгой, отрывки
с близким содержанием даны под общим заголовком.
Все работы Ленина даются по 2-му и 3-му изданиям Сочинений
Ленина; работы Сталина—по 9-му изданию «Вопросов ленинизма»;
работы Маркса и Энгельса — по «Двухтомнику» избранных произведений Маркса и по Собранию сочинений Маркса и Энгельса.
В остальных случаях издания оговорены особо.
Год, указанный при наименовании данного отрывка, означает
год написания или опубликования данного документа или работы.
Сноски, отмеченные звездочками, являются .авторскими сносками, остальные дапы составителями или редакцией.
Паргиздат просит товарищей, работающих по книге, присылать
свои указания о недостатках по следующему адресу:
Издательство ЦК ВІШ(6). Москва, Комсомольский переулок, № 1.
4 июля 1934 г.

ЛЕНИНИЗМ —МАРКСИЗМ ЭПОХИ
ИМПЕРИАЛИЗМА И ПРОЛЕТАРСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ

I. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛЕНИНИЗМА И ГЛАВНОЕ
В ЛЕНИНИЗМЕ
I. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНИЗМЕ

Основы ленинизма — тема большая. Для того, чтобы ее исчерпать, необходима целая книга. Более того — необходим целый ряд
книг. Естественно поэтому, что мои лекции не могут быть исчерпывающим изложением ленинизма. Они могут быть, в лучшем случае, лишь сжатым конспектом основ ленинизма. Тем пе менее я
считаю полезным изложить этот конспект для того, чтобы дать
некоторые основные отправные пункты, необходимые для успешного изучения ленинизма.
Изложить основы ленинизма — это еще не значит изложить
основы мировоззрения Ленина. Мировоззрение Ленина и основы
ленинизма — не одно и то же по объему. Ленин — марксист, и
основой его мировоззрения является, конечно, марксизм. Но из
этого вовсе не следует, что изложение ленинизма должно быть
начато с изложения основ марксизма. Иаюжить ленинизм — это
значит изложить то особенное и новое в трудах Ленина, что внес
Ленин в общую сокровищницу марксизма и что естественно связано с его именем. Только в этом смысле я буду говорить в своих
лекциях об основах ленинизма.
Итак, что такое ленинизм?
Одни говорят, что ленинизм есть применение марксизма к своеобразным условиям российской обстановки. В этом определении
есть доля правды, но оно далеко не исчерпывает всей правды.
Ленин действительно применил марксизм к российской действительное™ и применил его мастерски. Но если бы ленинизм являлся
только лишь применением марксизма к своеобразной обстановке
России, то тогда ленинизм был бы чисто национальным и только
национальным, чисто русским и только русским явлением.4 Между,
тем мы знаем, что ленинизм есть явление интернациональное,
имеющее корни во всем международном развитии, а не только
русское. Вот почему я полагаю, .что ото определение страдает односторонностью.

Другие говорят, что леигпгавм есть возрождение революционных элементов марксизма 40-х годов X I X века, в отличие от марксизма последующих годов, когда он стал будто бы умеренным, не
революционным. Если отвлечься от этого глупого и пошлого подразделения учения Маркса на две части, на революционную и умеренную, нужно признать, что даже в этом совершенно недостаточном и неудовлетворительном определении имеется доля правды.
Состоит она, эта доля правды, в том, что Ленин действительно возродил революционное содержание марксизма, замуравленное оппортунистами И Интернационала. Но это только доля правды. Вся
правда о ленинизме состоит в том, что ленинизм не только возродил
марксизм, но он сделал еще шаг вперед, развив марксизм дальше
в новых условиях капитализма и классовой борьбы пролетариата.
Что же такое в конце концов ленинизм?
Ленинизм есть марксизм эпохи империализма и пролетарской
революции. Точнее: ленинизм есть теория и тактика пролетарской
революции вообще, теория и тактика диктатуры пролетариата в
особенности. Маркс и Энгельс подвизались в период предреволюционный (мы имеем в виду пролетарскую революцию), когда пѳ
было еще развитого империализма, в период подготовки пролетариев к революции, в тот период, когда пролетарская революция не
являлась еще прямой практической неизбежностью. Ленин же, ученик Маркса и Энгельса, подвизался в период развитого империализма, в период развертывающейся пролетарской революции, когда
пролетарская революция уже победила в одной стране, разбила
буржуазную демократию и открыла эру пролетарской демократии,
эру советов.
Вот почему ленинизм является дальнейшим развитием марксизма.
Отмечают, обычно, исключительно боевой и исключительно
революционный характер ленинизма. Это совершенно правильно.
Но эта особенность ленинизма объясняется двумя причинами: вопервых, тем, что ленинизм вышел из пролетарской революции, отпечаток которой он не может не носить на себе; во-вторых, тем, что
он вырос и окреп в схватках с оппортунизмом II Интернационала,
борьба с которым являлась и является необходимым предварительным условием успешной борьбы с капитализмом. Не следует забывать, что между Марксом н Энгельсом, с одной стороны, и между
Лениным — с другой, лежит целая полоса безраздельного господства оппортунизма II Интернационала, беспощадная борьба с которым не могла не составить одной из важнейших задач ленинизма.
(Сталин.

Вопросы ленинизма. «Об основах ленинизма», стр. 5—6. 1924 г.)

2. ЕДИНСТВО МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА

Во-первых, маленькое замечание насчет марксизма и ленинизма.
При такой формулировке вопроса моящо подумать, что марксизм —•
одно, а ленинизм — другое, что можно быть ленинцем, не будучи
марксистом. Но такое представление нельзя признать правильным.
Ленинизм не есть ленинское учение минус марксизм. Ленинизм есть
марксизм эпохи империализма и пролетарских революций. Иначе
6

говоря, ленинизм включает в себе все, что даио Марксом, плюс то
новое, что внес Ленин в сокровищницу марксизма и что необходимо
вытекает из всего того, что дано Марксом (учение о диктатуре
пролетариата, крестьянский вопрос, национальный вопрос, партия,
вопрос о социальных корнях реформизма, вопрос об основных
уклонах в коммунизме и т. д.). Поэтому лучше было бы формулировать вопрос так, чтобы речь шла о марксизме или о ленинизме
(что в основном одно и то же), а не о марксизме и ленинизме.
(Сталин.
1925 Т.)

Вопросы

ленинизма.

«О задачах

комсомола»,

стр.

189—190.

3. БОРЬБА ПАРТИИ ПРОТИВ ОППОРТУНИСТИЧЕСКИХ ИЗВРАЩЕНИЙ
ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЛЕНИНИЗМА

В брошюре «Об основах ленинизма» дано известное определение ленинизма, получившее видимо права гражданства. Оно гласит:
«Ленинизм есть марксизм эпохи империализма и пролетарской 'революции.
Точнее: ленинизм есть теория и тактика пролетарской революции вообще, теория н тактика диктатуры пролетариата и особенности».

Правильно ли это определение?
Я думаю, что правильно. Оно правильно, во-первых, потому, что
правильно указывает на исторические корпи ленинизма, характеризуя его как марксизм эпохи империализма, в противовес некоторым критикам Ленина, неправильно думающим, что ленинизм возник после империалистической войны. Оно правильно, во-вторых,
потому, что правильно отмечает международный характер ленинизма, в противовес социал-демократии, считающей ленинизм применимым лишь в национально-русской обстановке. Оно правильно,
в-третьих, потому, что правильно отмечает органическую связь
ленинизма с учением Маркса, характеризуя его как марксизм
эпохи империализма, в противовес некоторым критикам ленинизма,
считающим его йе дальнейшим развитием марксизма, а лишь восстановлением марксизма и применением его к русской действительности.
Все это как будто бы не пуждается в особых комментариях.
Тем не менее в нашей партии имеются, оказывается, товарищй,
считаюіцне необходимым определить ленинизм несколько иначе.
Вот, например, т. Зиновьев думает, что:
«Леотпгаэм есть марксизм.эпохи империалистических войн п мировой революции, непосредственно начавшейся в стране, где преобладает крестьянство» *
(см. статью т. Зиновьева «Большевизм пли троцкизм», «Правда» Л« 273 от
30 ноября 1924 г.).

Что могут означать слова, подчеркнутые т. Зиновьевым? Что
влачит вводить в определение ленинизма отсталость России, ее
крестьянский характер?
Это значит превращать ленинизм из интернационального пролетарского учения в продукт российской самобытности.
Это значит играть на-руку Бауэру и Каутскому, отрицающим
пригодность ленинизма для других стоан, капиталистически более
развитых.
* Курсив т. Зшюдьева. U. Ст.

Слов нет, что крестьянский вопрос имеет для России важнейшее
значение, что страна у нас крестьянская. Но какое значение может
иметь этот факт для характеристики основ ленинизма? Разве ленинизм выработался только на почве России и для России, а не на
почве империализма и ие для империалистических стран вообще?
Разве такие труды Ленина, как «Империализм», «Государство и
революция», «Пролетарская революция и ренегат Каутский», «Детская болезнь «левизны»» и т. д., имеют значение только для России,
а не для всех империалистических стран вообще? Разве ленинизм
не есть обобщение опыта революционного движения всех стран?
Разве основы теории и тактики ленинизма пе пригодны, не обязательны для пролетарских партий всех стран? Разве Ленин был не
прав, говоря, что «большевизм годится как образец тактики для
всех»* (см. т. XXIII, стр. 386)? Разве Ленин был не прав, говоря о
«.международном значении * советской власти и основ большевистской теории и тактики» (см. т. X X V , отр. 171—172)? Разве не правильны, например, следующие слова Ленина:
«В России диктатура пролетариата неизбежно должна отличаться некоторыми особенностями по сравнению с передовыми странами вследствие очень
большой отсталости и мелкобуржуазности нашей страны. Но основные силы —
и основные формы общественного хозяйства — в Роосли те же, как и в любой
капиталистической стране, так что особенности
эти могут касаться только не
самого главного»*
(см. т. X X I V , стр. 508).

Но если все это вераго, не следует ли из этого, что определение
ленинизма, данное т. Зиновьевым, не может быть признано правильным?
Как совместить это национально-ограниченное определение ленинизма с интернационализмом?
1926

(Сталин.
Г.)

Вопросы

ленинизма.

«К

вопросам

ленинизма»,

стр.

191—192.

Новый троцкизм 1 не считает нужным открыто отстаивать теорию перманентной рево.тюции. Он «просто» устанавливает, что
Октябрьская революция целиком подтвердила идею перманентной
революции. Из этого он делает следующий вывод: важно и приемлемо в ленинизме то, что имело место после войны, в период
Октябрьской революции и, шоборот, неправильно и неприемлемо
в ленинизме то, что имело место до войны, до Октябрьской революции. Отсюда теория троцкистов о рассечении ленинизма на две
части: на ленинизм довоенный, ленинизм «старый», «негодный»,
с его идеей диктатуры пролетариата и крестьянства, и ленинизм
новый, послевоенный, октябрьский, который рассчитывают они
приспособить к требованиям троі. лізма. Эта теория рассечения
ленинизма нужна троцкизму, как первый, более или менее «приемлемый» шаг, необходимый для того, чтобы облегчить ему следу ю* Курсив мой. И. Ст.
1 Примечание
составителя. Новым троцкизмом товарищ Сталин называет троцкизм в период пребывания Троцкого в большевистской партии. Троцкисты, ставшие
на время фракцией коммунизма, спрятавшие к а время свои антибольшевистские
взгляды, «пе отказались все ж® от отих взглядов, в виду чего они, зтл оамые
взгляды, давали о себе знать с особенной силой при каждом повороте партии
и Коминтерна» ( С т а л и н ) .

8

іщіе шапт тю борьбе с ленинизмом. Но ленинизм не есть эклектическая теория, склеенная из разнообразных элементов и допускающая возможность своего рассечения. Ленинизм есть цельная теория, возникшая в 1903 г., прошедшая испытания трех революций
и шествующая теперь вперед как боевое знамя всемирного пролетариата.
«Ватыновизм,— говорит Ленин, — существует, как течение
политической
мысли и как политическая партия, с 1903 г. Только история большевизма за
весь период его существования может удовлетворительно объяснить, почему
он мог выработать и удержать при самых трудных условиях железную дисциплину, необходимую для победы пролетариата» (см. т. X X V , стр. 174).

Большевизм и ленинизм — едино суть. Это два наименования
одною и того же предмета. Поэтому теория рассечения ленинизма
ла две части есть теория разрушения ленинизма, теория подмены
ленинизма троцкизмом.
Нечего и говорить, что партия не может примириться с ©той
странной теорией.
. ..По вопросу о партийности. Старый троцкизм подрывал большевистскую партийность при помощи теории (и практики) единства
с меньшевиками. Но эта теория до того оскандалилась, что о ней
теперь не хотят даже и вспоминать. Для подрыва партийности современный троцкизм придумал новую, менее скандальную и почти
«демократическую» теорию противопоставления
старых
кадров
партийному молодняку. Для троцкизма пѳ существует единой и
цельной истории націей партии. Троцкизм делит историю нашей
партии на две неравноценные части, на дооктябрьскую и дооктябрьскую. Дооктябрьская часть истории нашей партии есть, собственно, не история, а «предистория», неважный или во всяком
случае не очень важный подготовительный период пашей партии.
ІІооктябрьская же часть истории нашей партіш есть настоящая,
подлинная история. Там — «старые», «предисторические», неважные
кадры нашей партии. Здесь — новая, настоящая «историческая»
партия. Едва ли нужно докалывать, что эта оригинальная схема
истории партии есть схема подрыва единства между старыми и
новыми кадрами нашей партии, схема разрушения большевистской
партийности.
( С т а л и it. Об сгапозчцпи. «Троцкизм или ленинизм».
фракции ВЦСІІС 19 ноябри 1924 г., стр. 121 — 122.)

Речь па

пленуме

4. ГЛАВНОЕ В МАРКСИЗМЕ-ЛЕНИНИЗМЕ

Главное в учении Маркса есть классовая борьба. Так говорят и
пишут очень часто. Но это не верно. И из этой неверности сплошь
да рядом получается оппортунистическое искажение марксизма,
подделка его в духе приемлемости для буржуазии. Ибо учение о
классовой борьбе не Марксом, а буржуазией до Маркса создано и
для буржуазии, вообще говоря, приемлемо.
Кто признает только
борьбу классов, тот еще не марксист, тот может оказаться еще не
выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики. Ограничивать марксизм учением о борьбе классов — значит
урезывать марксизм, искажать его, сводить его к тому, что приемлемо для буржуазии. Марксист лишь тог, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата.

В этом самое -глубокое отличие марксиста от дюжинного мелкого
(да и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действательное понимание и признание марксизма.
( Л е н и н . Соч., т. X X I , «Государство и революция», стр. 392. 1917 г.)

В брошюре «Об основах ленинизма» сказано:
«Иные думают, что основное в ленинизме — крестьянский вопрос, что походным пунктом ленинизма является вопрос о крестьянстве, его роли, его удельном весе. Это совершенно неверно. Основным вопросом -в ленинизме, его отправным пунктом является не крестьянский вопрос, а вопрос о диктатуре пролетариата, об условиях ее завоевания, об условиях ее укрепления. Кресті -некий
вопрос, как вопрос о союзнике пролетариата в его борьбе за власть, является
вопросом производным».

Правильно ли это положение?
Я думаю, что правильно. Это положение целиком вытекает из
определения ленинизма. В самом деле, если ленинизм есть теория
и тактика пролетарской революции, а основным содержанием пролетарской революции является диктатура пролетариата, то ясно,
что главное в ленинизме состоит в вопросе о диктатуре пролетариата, в разработке этого вопроса, в обосновании и конкретизации
этого вопроса.
Тем не менее т. Зиновьев, цидимо, не согласен с этим положением. В своей статье «Памяти Ленина» он говорит:
«Вопрос о роли крестьянства, как я уже сказал, является основным вопросом * большевизма, ленинизма» (см. «Правда» К» 35 от 13 февраля 1924 г.).

Это положение т. Зиновьева, как видите, целиком вытекает из
неправильного определения ленинизма, данного т. Зиновьевым.
Поэтому оно так же неправильно, как неправильно его определение
ленинизма.
Правилен ли тезис Ленина о том, что диктатура пролетариата
является «коренным содержанием революции» (см. т. XXIII, стр.
337)? Безусловно правилен. Правилен ли тезис о том, что ленинизм
есть теория и тактика пролетарской революции? Я думаю, что правилен. Но что же из этого следует? А из этого следует то, что
основным вопросом ленинизма, его отправным пунктом, его фундаментом является іюпрос о диктатуре пролетариата.
Разве это не верно, что вопрос об империализме, вопрос о скачкообразном характере развития империализма, вопрос о победе социализма в одной стране, вопрос о государстве пролетариата, вопрос о советской форме этого государства, вопрос о роли партии в
системе диктатуры пролетариата, вопрос о путях строительства социализма,— что все эти вопросы разработаны именно Лениным?
Разве это не верно, что эти именно вопросы и составляют основу,
фундамент идеи диктатуры пролетариата? Разве это не верно, что
без разработки этих основных вопросов разработка крестьянского
вопроса с точки зрения диктатуры пролетариата была бы немыслима?
Слов нет, что Ленин был знатоком крестьянского вопроса. Слов
нет, что крестьянский вопрос, как вопрос о союзнике пролетариата,
имеет важнейшее значение для пролетариата и является составной
частью основного вопроса о диктатуре пролетариата. Но разве не
ясно, что если бы, не стоял перед ленинизмом основной вопрос
* Курсив -мой. И. Ст.

о диктатуре пролетариата, то не было бы и производного вопроса
о союзнике пролетариата, вопроса о крестьянстве? Разве не ясно,
что если бы не стоял перед ленинизмом практический вопрос о
завоевании власти пролетариатом, то не было бы и вопроса о
союзе с крестьянством?
Ленин не был бы величайшим пролетарским идеологом, каким
он, несомненно, является, он был бы простым «крестьянским философом», каким его нередко рисуют заграничные литературные
обыватели, если бы он вел разработку крестьянского вопроса не
на базе теории и тактики диктатуры пролетариата, а помимо этой
базы, вне этой базы.
Одно из двух:
либо крестьянский вопрос является главным в ленинизме, и
тогда ленинизм не пригоден, не обязателен для стран капиталистически развитых, для стран, не являющихся крестьянскими странами;
либо главным в ленинизме является диктатура пролетариата, и
тогда ленинизм является интернациональным учением пролетариев
всех стран, пригодным и обязательным для всех без исключения
стран, в том числе и для каниталиотически развитых.
Тут надо выбирать.
1926

(Сталин.
г.)

Вопросы

лшзшизма.

«К

вопросам

ленинизма», стр.

192 —194.

II. ИСТОРИЧЕСКИЕ КОРКИ ЛЕНИНИЗМА
I. ТОВ. СТАЛИН ОБ ИСТОРИЧЕСКИХ КОРНЯХ ЛЕНИНИЗМА

Ленинизм вырос и оформился в условиях империализма, когда
противоречия капитализма дошли до крайней точки, когда пролетарская революция стала вопросом непосредственной практики,
когда старый период подготовки рабочего класса к революции
уперся и перерос в новый период прямого штурма капитализма.
Ленин называл империализм «умирающим капитализмом». Почему? Потому, что империализм доводит противоречия капитализма до последней черты, до крайних пределов, за которыми начинается революция. Наиболее важными из этих противоречий
нужно считать три противоречия.
Первое противоречие — это противоречие между трудом и капиталом. Империализм есть всесилие монополистических трестов и
синдикатов, банков и финансовой олигархии в промышленных
странах. В борьбе с этим всесилием обычные методы рабочего
класса — профсоюзы и кооперативу парламентские партии и парламентская борьба — оказались совершенно недостаточными. Либо
отдайся на милость капиталу, прозябай по-старому и опускайся
вниз, либо берись за новое оружие — так ставит вопрос империализм перед миллионными массами пролетариата. Империализм подводит рабочий класс к революции.
Второе противоречие — ото противоречие между различными
финансовыми группами и империалистическими державами в их
борьбе за источники сырья, за чужие территории. Империализм
есть вывоз капитала к источникам сырья, бешеная борьба за монопольное обладание этими источниками, борьба за передел уже

и

поделенного мира, борьба, ведомая с особенным остервенением со
стороны новых финансовых групп и держав, ищущих «места под
солнцем», против старых групп и держав, цепко держащихся за
захваченное. Эта бешеная борьба между различными группами капиталистов замечательна в том отношении, что она включает в
себе, как неизбежный элемент, империалистские войны, войны
за захваты чужих территорий. Это обстоятельство в свою очередь
замечательно в том отношении, что оно ведет к взаимному ослаблению империалистов, к ослаблению позиции капитализма вообще,
к приближению момента пролетарской революции, к практической
необходимости этой революции.
Третье противоречие — это противоречие между горстыо господствующих «цивилизованных» наций и между сотнями миллионов колониальных и зависимых народов мира. Империализм есть
самая наглая эксплоатация и самое бесчеловечное угнетение сотен
миллионов населения обширнейших колоний и зависимых стран.
Выжимание сверхприбыли — такова цель этой эксплоатации и
этого угнетения. Но, эксплоатируя эти страны, империализм вынужден строить там железные дороги, фабрики и заводы, промышленные и торговые центры. Появление класса пролетариев, зарождение местной интеллигенции, пробуждение национального самосознания, усиление освободительного движения — таковы неизбежные результаты этой «политики». Усиление революционного движения во всех без исключения колониях и зависимых странах свидетельствует об этом с очевидностью. Это обстоятельство важно
для пролетариата в том отношении, что оно в корне подрывает позиции капитализма, превращая колонии и зависимые страны из
вов империализма в резервы пролетарской революции.
іковы в общем главные противоречия империализма, превратившие старый «цветущий» капитализм в, капитализм умирающий.
Значение империалистской войны, разыгравшейся 10 лет тому
назад, состоит, между прочим, в том, что она собрала все эти противоречия в один узел и бросила их па чашу весов, ускорив и облегчив революционные битвы пролетариата.
Иначе говоря, империализм привел не только к тому, что революция стала практической неизбежностью, но и к тому' что создались благоприятные условия для прямого штурма твердынь капитализма.
Такова международная обстановка, породившая ленинизм.
Все это хорошо, скажут нам, но при чем тут Россия, которая
ведь не была и не могла быть классической страной империализма?
При чем тут Ленин, который работал прежде всего в России и
для России? Почему именно Россия послужила очагом ленинизма,
родиной теории и тактики пролетарской революции?
Потому, что Россия была узловым пунктом всех этих противоречий империализма.
Потому, что Россия была беременна революцией более, чем какая-либо другая страна, и только опа была в состоянии в виду
этого разрешить эти противоречия революционным путем.
Начать с того, что царская Россия была очагом всякого рода
гнета — и капиталистического, и колониального, и военного,—
взятого в его наиболее бесчеловечной и варварской форме. Кому
12

ne известно, что в России всесилие капитала сливалось с деспотизмом царизма, агрессивность русского национализма — с палачеством царизма в отношении не-русских народов, эксплоатация целых
районов — Турции, Персии, Китая — с захватом этих районов царизмом, с войной за захват? Ленин был прав, говоря, что царизм
есть «военно-феодальный империализм». Царизм был средоточием
наиболее отрицательных сторон империализма,
возведенных в
квадрат.
Далее. Царская Россия была величайшим резервом западного
империализма не только в том смысле, что она давала свободный
доступ заграничному капиталу, державшему в руках такие решающие отрасли народного хозяйства России, как топливо и металлургию, по и в том смысле, что она могла поставить в пользу западных империалистов миллионы солдат.
Вспомните 12-миллионную
русскую армию, проливавшую кровь на империалистских фронтах
для обеспечения бешеных прибылей англо-французских капиталистов.
Дальше. Царизм был не только сторожевым псом империализма
на востоке Европы, но он был еще агентурой западного империализма. для выколачивания с населения сотен миллионов процентов
на. займы, отпускавшиеся ему в Париже и Лондоне, в Берлине и
Брюсселе.
Наконец, царизм был вернейшим союзником западного империализма по дележу Турции, Персии, Китая и т. д. Кому не известно,
что империалистская война, велась царизмом в союзе с империалистами Антанты, что Россия являлась существенным элементом этой
войны?
Вот почему интересы царизма и западного империализма сплетались между собой и сливались в конце концов в единый клубок
интересов империализма. Мог ли западный империализм помириться с потерей такой мощной опоры на Востоке и такого богатого резервуара сил и средств, как, старая, царская, буржуазная
Россия, не испытав всех своих сил для того, чтобы повести смертельную борьбу с революцией в России, на. предмет отстаивания и
сохранения царизма? Конечно, не мог!
Но из этого следует, что кто хотел бить по царизму, тот неизбежно замахивался на империализм, кто восставал против царизма,
тот должен был восстать и против империализма, ибо, кто свергал царизм, тот должен был свергнуть и империализм, если он в
самом деле думал не только разбить царизм, но и добить его без
остатка. Революция против царизма сближалась, таким образом,
и должна была перерасти в революцию против империализма, в
революцию пролетарскую.
Между тем в России подымалась величайшая народная революция, во главе которой стоял революционнейший в мире пролетариат, имевший в своем распоряжении такого серьезного союзника, как. революционное крестьянство России. Нужно ли доказывать, что такая революция не могла остановиться на полдороге, что
она, в случае успеха, должна была пойти дальше, подняв знамя восстания против империализма?
Вот почему Россия должна была стать узловым пунктом противоречий империализма не только в том смысле, что противоречия

13

эти легче всего вскрывались именно в России в виду особо безобразного и особо нетерпимого их характера, и не только потому,
что Россия была важнейшей опорой западного империализма, соединяющей финансовый капитал Запада с колониями Востока, но
и потому, что только в России существовала реальная сила, могущая разрешить противоречия империализма революционным путем.
Но из этого следует, что революция в России не могла не
стать пролетарской, что она не могла не принять в первые же дни
своего развития международный характер, что она не могла, таким
образом, не потрясти самые основы мирового империализма.
Могли ли русские коммунисты при таком положении вещей ограничиться в своей работе узко-национальными рамками русской
революции? Конечно, нет! Наоборот, вся обстановка, как внутренняя (глубокий революционный кризис), так и внешняя (война), толкала их к тому, чтобы выйти в своей работе за эти рамки, перенести борьбу на международную арену, вскрыть язвы империализма, доказать неизбежность краха капитализма, разбить социалшовинизм и социал-пацифизм, наконец, свергнуть в своей стране
капитализм и выковать для пролетариата новое оружие борьбы,
теорию и тактику пролетарской революции, для того, чтобы облегчить пролетариям всех стран дело свержения капитализма. Русские коммунисты иначе и не мог.ти действовать, ибо только на этом
пути можно было рассчитывать на известные изменения в международной обстановке, могущие гарантировать Россию от реставрации буржуазных порядков.
Вот почему Россия стала очагом ленинизма, а вождь русских
коммунистов Ленин — его творцом.
С Россией и Лениным «случилось» тут приблизительно то жо
самое, что и с Германией и Марксом — Энгельсом в сороковых годах прошлого столетия. Германия была чревата тогда, так же как
и Россия в начале X X столетия, буржуазной революцией. Маркс писал тогда в «-Коммунистическом манифесте», что:
«На Гермапию коммунисты обращают главное свое внимание потому, что
она находится накануне буржуазной революции, потому, что она совершит
этот переворот при более прогрессивных условиях европейской цивилизации
вообще, с гораздо более развитым пролетариатом, чем в Англии XVII и во
Фракции XVIII столетия. Немецкая буржуазная революция, следовательно, может быть лишь непосредственным прологом щюлетарской революции».

Иначе говоря, центр революционного движения перемещался в
Германию.
Едва ли можно сомневаться в том, что это именно рбстоятельетво, отмеченное Марксом в приведенной цитате, послужило вероятной причиной того, что именно Германия явилась родиной научного социализма, а вожди германского пролетариата — Маркс и
Энгельс — его творцами.
То же самое нужно сказать, но еще в большей степени, про
Россию начала X X столетия. Россия в этот период находилась накануне буржуазной революции, она должна была совершить эту
революцию при более прогрессивных условиях в Европе и с более
развитым пролетариатом, чем Германия (не говоря уже об Англии
и Франции), причем все данные говорили о том, Что революция
эта должна была послужить бродил ом; и прологом пролетарской
14

революции. Нельзя считать случайностью тот факт, что Ленин етцо
в 1902 г., когда русская революция только зачиналась, писал в своей
брошюре «Что делать?» вещие слова о том, что:
«История поставила теперь перед нами (т. е. русскими марксистами. И. Ст.)
ближайшую задачу, которая является наиболее революционной
тгз всех ближайших задач пролетариата какой бы то ни было страны. Осуществление этой задачи, разрушение самого могучего оплота ие только европейской, но т а к ж е . . .
И азиатской реакции сделало бы русский пролетариат авангардом международного революционного пролетариата» (см. т. IV, стр. 382).

Иначе говоря, центр революционного движения должен был
переместиться в Россию.
Известно, что ход революции в России оправдал это предсказание Ленина с избытком.
Мудрено ли после этого, что страна, проделавшая такую революцию и имеющая такой пролетариат, послужила родиной теории
и тактики пролетарской революции?
Мудрело ли, что вождь этого пролетариата, Ленин, стал вместе
с тем творцом этой теории и тактики и вождем международного
пролетариата?
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

леншшама.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

6—н.

2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ БОЛЬШЕВИЗМА НА БАЗЕ МАРНСИЗМД
И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО ОПЫТА
БОЛЬШЕВИЗМА

С одной стороны, большевизм возник в 1903 г. на самой прочной
базе теории марксизма. А правильность этой — и только этой—•
революционной теории доказал не только всемирный опыт всего
X I X века, но и в особенности опыт блужданий и шатаний, ошибок
и разочарований революционной мысли в России. В течение около
полувека, примерно с 40-х и до 90-х годов прошлого века, передовая мысль в России, под гнетом невиданного, дикого и реакционного царизма, жадно искала правильной революционной теории,
следя о удивительным усердием и тщательностью за всяким н каждым «последним словом» Европы и Америки в этой области. Марксизм, как единственно правильную революционную теорию, Россия поистине выстрадала полувековой историей неслыханных мук
н жертв, невиданного революционного героизма, невероятной энергии и беззаветности исканий, обучения, испытания на практике,
разочарований, проверки, сопоставления опыта Европы. Благодаря
вынужденной царизмом эмигрантщине, революционная Россия обладала во второй половине X I X века таким богатством интернациональных связей,
такой превосходной осведомленностью насчет
всемирных форм н теорий революционного движения, как ни одна
страна в мире.
С другой стороны, возникший на этой гранитной теоретической
базе большевизм проделал пятнадцатилетнюю (1903—1917) практическую историю, которая по богатству опыта не имеет себе равной в свете. Ибо ira в одной стране за этіг 15 лет не было пережито
даже приблизительно так много в смысле революционного опыта,
15

быстроты и разнообразия смены различных форм движения, легального и нелегального, мирного и бурного, подпольного и открытого, кружкового и массового, парламентского и террористического. Ни в одной стране не было сконцентрировано на таком коротком промежутке времепн такого богатства форм, оттенков, методов борьбы всех классов современного общества, притом борьбы,
которая, в силу отсталости страны и тяжести гнета царизма, особенно быстро созревала, особенно жадно и успешно усваивала себе
соответствующее «последнее слово» американского и европейского
политического опыта.
(Ленин.
Соч., т.
стр. 174—175. 1920 г.)

XXV,

«Детская

болезнь

«новизны»

в

коммунизме»,

III. ЛЕНИНИЗМ—НО БАЯ СТУПЕНЬ В РАЗБИТИИ
МАРКСИЗМА И ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАЗВИТИЕ
ЛЕНИНИЗМА ТОВ. СТАЛИНЫМ
I. ТОВ. СТАЛИН О НОВОМ, ВНЕСЕННОМ ЛЕНИНЫМ
В МАРКСИЗМ

Я думаю, что никаких «новых принципов» Ленин не «прибавлял»
к марксизму, так же как Ленин не отменял ни одного из «старых»
принципов марксизма. Ленин был и остается самым верным и последовательным учеником Маркса и Энгельса, целиком и полностью опирающимся на принципы марксизма. Но Ленин не был
только лишь исполнителем учения Маркса — Энгельса. Он был вместе с тем продолжателем учения Маркса и Энгельса. Что это значит? Это значит, что он развил дальше учение Маркса — Энгельса
применительно к новым условиям развитая, применительно к новой
фазе капитализма, применительно к империализму. Это значит, что,
развивая дальше учение Маркса в новых условиях классовой
борьбы, Ленин внес в общую сокровищницу марксизма нечто новое в сравнении с тем. что дано Марксом и Энгельсом, в сравнении с тем, что могло быть дано в период до-империалистичеекого
капитализма, причем это новое, внесенное Лениным в сокровищницу марксизма, базируется целиком и полностью на принципах,
данных Марксом и Энгельсом. В этом смысле и говорится у пас
о ленинизме, как марксизме эпохи империализма и пролетарских
революций. Вот несколько вопросов, в области которых Ленин дал
нечто новое, развивая .дальше учение Маркса.
Во-первых, вопрос о монополистическом капитализме, об империализме, как новой фазе капитализма. Маркс и Энгельс дали в
«Капитале» анализ основ капитализма. Но Маркс и Энгельс жили
в период господства до-монополистического капитализма, в период
плавного эволюционирования капитализма и его «мирного» распространения на весь земной шар. Эта старая фаза кончилась к
концу X I X и к началу X X столетия, когда Маркса и Энгельса не
было уже в живых. Понятно, что Маркс и Энгельс могли .лишь догадываться о тех новых уеювиях развития капитализма, которые
наступили в связи с новой фазой капитализма, пришедшей на смену
старой фазе, в связи с империалистической, монополистической фазой развития; когда плавное эволюционирование капитализма сменилось скачкообразным, катастрофическим развитием капитализма;
18

когда неравномерность развития и противоречия капитализма выступили с особой силой; когда борьба за рынки сбьгга и вывоза
капитала в условиях крайней неравномерности развития сделала
неизбежными периодические империалистические войны на предмет периодических переделов мира и сфер влияния. Заслуга Ленина
и, стало быть, новое у Ленина состоит здесь в том, что он, опираясь на основные положения «Капитала», дал обоснованный марксистский анализ империализма, как последней фазы капитализма,
вскрыв его язвы и условия его неизбежной гибели. На базе этого
анализа возникло известное положение Ленина о том, что в условиях империализма возможна победа социализма в отдельных,
отдельно взятых, капиталистических странах.
Во-вторых, вопрос о диктатуре пролетариата. Основную идею
диктатуры пролетариата, как политического господства и как метода свержения власти капитала путем насилия, дали Маркс и Энгельс. Новое у Ленина состоит в этой области в том, что: а) он
открыл советскую, власть, как государственную форму диктатуры
пролетариата, использовав для этого опыт Парижской Коммуны и
русской революции; б) он раскрыл скобки в формуле диктатуры
пролетариата под углом Прения проблемы о союзниках пролетариата, определив диктатуру пролетариата как особую форму классового союза пролетариата, являющегося руководителем, с эксплоатнруемыми массами непролетарских классов (крестьянства и пр.),
являющимися руководимыми; в) он подчеркнул с особой силой
тот факт, что диктатура пролетариата, является высшим типом
демократии при классовом обществе, формой пролетарской демократии, выражающей интересы большинства (эксплоатируемых).—
в противовес демократии капиталистической,
выражающей интересы меньшинства (эксллоататоров).
В-третьих, вопрос, о формах и способах успешного строительства социализма в период диктатуры пролетариата, в период переходный от капитализма к социализму, в стране, окруженной капиталистическими государствами. Маркс и Энгельс рассматривали
период диктатуры пролетариата как период более или менее длительный, полный революцонных схваток и гражданских войн, в
продолжение которого пролетариат, находясь у власти, принимает
меры экономического, политического, культурного и организационного характера, необходимые для того, чтобы вместо старого капиталистического общества, создать новое социалистическое общество, общество без классов, общество без государства. Ленин стоял
целиком и полностью на иочве этих основных положений Маркса
и Энгельса. Новое у Ленина в этой области состоит в том, что:
а) он обосновал возможность построения полного социалистического общества в стране диктатуры пролетариата, окруженной империалистическими государствами, при условии, что эта страна не
будет задушена военной интервенцией окружающих капиталистических "государств; б) он наметил конкретные пути экономической
политики {«новая экономическая политика»), при помощи которых
пролетариат, имея в руках экономические командные высоты (промышленность, землю, транспорт, банки и т. п.), смыкает социализированную индустрию с сельским хозяйством («смычка индустрии
с крестьянским хозяйством») и ведет, таким образом, все народное
2 Ленинизм,

17

хозяйство к социализму; в) он наметил конкретные пути постепенного подвода и вовлечения основных масс крестьянства в русло
социалистического строительства через кооперацию, представляющую в руках пролетарской диктатуры величайшее средство переделки мелкого крестьянского хозяйства и перевоспитания основных
масс крестьянства в духе социализма.
В-четвертых, вопрос о гегемонии пролетариата в революции,
во всякой народной революции, как в революции против царизма,
так и в революции против капитализма. Маркс и Энгельс дали основные наброски идеи гегемонии пролетариата. Новое у Ленина
состоит здесь в том, что он развил дальше и развернул эти наброски в стройную систему гегемонии пролетариата, в стройную систему руководства пролетариата трудящимися массами города и
деревни не только в деле свержения царизма и капитализма, но
и в деле социалистического строительства при диктатуре пролетариата. Известно, что идея гегемонии пролетариата получила, благодаря Ленину и его партии, мастерское применение в России.
Этим, между прочим, объясняется тот факт, что революция в России привела к власти пролетариата. Раньше обычно дело происходило таким образом, что рабочие дрались во время революции на
баррикадах, они проливали кровь, они свергали старое, а власть
попадала в руки буржуа, которые угнетали и эксплоатировали йотом рабочих. Так было дело в Англии и во Франции. Так было дело
в Германии. У нас, в России, дело приняло другой оборот. У нас
рабочие представляли не только ударную силу революции. Будучи
ударной силой революции, русский пролетариат старался вместе
с тем быть гегемоном, политическим руководителем всех эксплоатируемых масс города и деревни, сплачивая их вокруг себя, отрывая их от буржуазии, изолируя политически буржуазию. Будучи
же гегемоном эксплоатируемых масс, русский пролетариат все
время боролся за то, чтобы захватить власть в свои руки и использовать ее в своих собственных интересах против буржуазии, против
капитализма. Этим собственно и объясняется, что каждое мощное
выступление революции в России, как в октябре 1905 г., так и в
феврале 1917 г., выдвигало на сцену советы рабочих депутатов,
как зародыши нового аппарата власти, призванного подавлять буржуазию, — в противовес буржуазному парламенту, как старому аппарату власти, призванному подавлять пролетариат. Дважды пыталась у нас буржуазия восстановить буржуазный парламент и положить конец советам: в августе 1917 г., во время «Предпарламента», до взятия власти большевиками, и в январе 1918 г., во
время «Учредительного собрания», после взятия власти пролетариатом,— и каждый раз терпела поражение. Почему? Потому, что
буржуазия была уже изолирована политически, миллионные массы
трудящихся считали пролетариат единственным вождем революции, а советы были уже проверены и испытаны массами как своя
рабочая власть, променять которую на буржуазный парламент было
бы для пролетариата самоубийством. Не удивительно поэтому, что
буржуазный парламентаризм не привился у нас. Вот почему революция привела в России к власти пролетариата. Таковы результаты проведения в жизнь ленинской системы гегемонии пролетариата в революции,
is

Б-пятых, вопрос нацйоналън о-колопи а л ытый. Маркс п Энгельс,
анализируя в свое время события в Ирландии, в Индии, в Китае,
в странах Центральной Европы, в Польше, в Венгрии, — дали основные, отправные идеи по национально-колониальному вопросу.
Ленин в своих трудах базировался на этих идеях. Новое у Ленина
в этой области состоит в том, что: а) он собрал воедино эти идеи
в стройную систему взглядов о национально-колониальных революциях в эпоху империализма; б) -связал национально-колониальный вопрос с вопросом о свержении империализма; в) объявил национально-колониальный вопрос составной частью общего вопроса
о международной пролетарской революции.
Наконец, вопрос о партии пролетариата. Маркс и Энгельс дали
основные наброски о партии, как передовом отряде пролетариата,
без которой (без партии) пролетариат не может добиться своего
освобождения ни в смысле взятия власти, ни в смысле переустрой
ства капиталистического общества. Новое у Ленина в этой области состоит в том, что он развил дальше чти наброски примени-,
тельно к новым условиям борьбы пролетариата в период империализма. показав, что: а) партия есть высшая форма классовой организации пролетариата в сравнении с другими формами организации пролетариата (профсоюзы, кооперация, государственная организация), работу которых призвана она обобщать и направлять;
б) диктатура пролетариата может быть осуществлена лишь через
партию, как. ее направляющую силу; в) диктатура пролетариата
может быть полной лишь в том случае, если ею руководит одна
партия, партия коммунистов, которая не делит и не должна делить
руководство с другими партиями; г) без железной дисциплины в
партии не могу/ быть осуществлены задачи диктатуры пролетариата по подавлению экс.плоататоров и перестройке классового общества в общество социалистическое.
Вот в основном то новое, что дал Ленин в своих трудах, конкретизируя и развивал дальше учение Маркса применительно к новым условиям борьбы пролетариата в период империализма.
Поэтому и говорят у нас, что ленинизм есть марксизм .эпохи
империализма и пролетарских революций.
Из этого видно, что ленинизм нельзя ни отделять от марксизма,
ни тем более противопоставлять марксизму.
Б вопросе делегации сказано далее: «Было ли бы правильным
сказать, что Ленин верил в «творческую революцию», тогда как
Маркс был более склонен ожидать кульминационного развития
экономических сил?» Я думаю, что сказать так было бы совершенно неправильно. Я думаю, что всякая народная революция, если
она является действительно народной революцией, есть революция
творческая, ибо она ломает старый уклад и творит, создает новый.
Конечно, не может быть ничего творческого в таких, с позволения
сказать, «революциях», какие бывают иногда, скажем, в Албании
в виде игрушечных «восстаний» одних племен против других. Но
такие игруіпечвые «восстания» никогда не считались марксистами
революцией. Речь идет, очевидно, не о таких «восстаниях», а о
массовой народной революции, подымающей угнетенные классы
против классов-угнетателей. А такая революция не может не быть
творческой. Маркс и Ленин стояли именно за такую революцию, —
19

и только за такую. При этом понятно, что такая революция не может возникнуть при любых условиях, что она может разытраться
лишь при определены^: благоприятных условиях экономического
и политического порядка.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
делегацией», стр. 203—267. 1927 г.)

«Беседы с первой американской рабочей

2. С Т А Л И Н - В Е Л И К И Й СОРАТНИК ЛЕНИНА И ПРОДОЛЖАТЕЛЬ
ЕГО УЧЕНИЯ
О Т Д А Ю Щ Е М У В С Е С В О И СИЛЫ. Э Н Е Р Г И Ю И ЗНАНИЯ ДЕЛУ
РАБОЧЕГО К Л А С С А - С Т А Л И Н У

Дорогой друг и боевой товарищ!
Центральный комитет и Центральная контрольная комиссия ленинской партии горячо приветствует тебя, лучшего ленинца, старейшего члена Центрального комитета и его Политбюро.
Пятьдесят лет жизни, тридцать с лишним лет твоей активной
большевистской деятельности неразрывно связаны со всей героической борьбой нашей партии и с победами ленинизма.
О первых же дней твоей работы как профессионального революционера, строившего под руководством Ленина первые ячейки
большевистской организации, ты тгроявил себя как верный, лучший
ученик Ленина. Из непосредственных учеников и соратников Ленина ты оказался самым стойким и последовательным до конца ленинцем. Ни разу на протяжении всей своей деятельности ты не отступал от Ленина как в своих теоретических, принципиальных позициях, так и во всей практической работе.
Суровые годы подполья, жестокие преследования царизма,
тюрьмы и ссылки закаляли твою стальную волю и революционную
настойчивость.
В тяжелые годы поражений, в годы подъема ты всегда оставался
твердым и непоколебимым, всегда вместе с 'Лениным, поЗ его руководством ты осуществлял
последовательную
большевистскую
линию, со всей решительностью выступал против оппортунизма,
интеллигентского фразерства, уныния, колебания и открытого ренегатства.
В победоносные дни великого Октября, ты, в противоположность иным ученикам Ленина, оказался первым, самым близким и
самым верным его помощником, как виднейший организатор Октябрьской победа.
В тяжелые дни Бреста, когда решалась судьба революции, ты
вместе с Лениным твердо отстаивал большевистскую стратегию
против тех оппортунистов, кто раскалывал партию, подрывая большевистское единство под флагам мелкобуржуазной левизны.
В годы гражданской войны партия посылала тебя для организации побед на самых решающих фронтах. И твое имя связано с
самыми славными победами нашей Красной армии.
Смерть вырвала из наших рядов величайшего нашего вождя и
учителя т. Ленина как раз в самые трудные годы восстановления
народного хозяйства. Партия переживала тяжелые дни. Троцкизм,
20

враждебный ленинизму, атаковал партию, делая попытки овладеть
руководством партии и свернуть ее с ленинского пути. Уже в первой схватке с врагами ленинизма после смерти Ленина Центральный комитет в борьбе за ленинское единство партии сплотился вокруг тебя, как самого верного и выдержанного продолжателя дела
Ленина.
Партия одержала блестящую победу над троцкизмом и над новой зиновьевско-каменевской оппозицией, фальшиво прикрывавшейся флагом ленинизма, а на деле являвшейся прямой агентурой контрреволюционного троцкизма.
Так же, как в 1923 г., ты смело вскрыл антипартийную, меньшевистскую сущность троцкизма, так же и в 1928 г. тьГразоблачил
антипартийную антшіролетарскую, кулацкую сущность правого
уклона.
Именно благодаря этому Центральный комитет партии сумел
сплотить вокруг себя миллионные массы, сумел успепшо разбить
правый уклон и провести на деле, на практике генеральную ленинскую линию.
Через величайшие трудности восстановительного н реконструктивного периода большевистская партия вывела страну на путь
грандиозного размаха социалистического
строительства.
Бурное
развитие индустриализации страны н социалистического переустройства сельского хозяйства является ярким подтверждением ленинской теории о возможности цостроения социализма в нашей
стране, теории, которую ты отстоял в борьбе с мелкобуржуазным
троцкизмом.
Величайшие успехи социалистического строительства, достигнутые партией, неразрывно связаны с твоим именем, с твоей упорной, непримиримо» борьбой за генеральную линию партии.
С твоим именем неразрывно связаны невиданные в истории человечества темпы индустриализации страны и решительного перевода деревни на рельсы коллективного и крупного социалистического хозяйства, смелая атака на кулака, развертывание социалистического соревнования и самокритики. Ты, как никто другой, сочетал
в себе глубокое теоретическое знание ленинизма с умением смело
претворять его в жизнь на различных этапах 'революционной
борьбы.
Это помогло партии с наименьшей затратой гил и времени успешно справиться с труднейшими историческими задачами, это
помогло партии сохранить действительное ленинское единство ее
рядов.
Как подлинный ленинец ты боролся за единство партии не ценой уступок оппортунизму, а смелой, непримиримой борьбой со
всякими проявлениями оппортунизма.
Именно поэтому терпели крах жалкие попытки всех врагов партии противопоставить Центральный комитет тебе.
Враге ленинизма уже не раз имели случай убедиться в том, что
Центральный комитет и Стаіин есть неразрывное, единое ленинское целое.
Сегодняшний день еще теснее сплотит миллионную партию вокруг Центрального комитета, сплотит многомиллионные массы пролетариата и трудящихся вокруг ленинской генеральной лннпи
SI

партии, за которую ты боролся, бороться и которой ты отдаешь
все свои силы, энергию и знания.
Миллионные массы пролетариев могут быть уверены в том. что
Центральный комитет большевистской партии, имеющий в своих
рядах такого руководителя, как Сталин, доведет страну до полного построения социализма и победы пролетарской революции
во всем мире.
Да здравствует ленинская большевистская партия!
Да здравствует железный солдат революции — т. Сталин!
ЦК и ЦКЪ ВКП(б)
(Приветствие ЦК ВШ1(б) и ЦКК ІЖП(<5) в Г>0-летшо т. Сталина. 1929 г.)
РУКОВОДИТЕЛЮ КЛАССОВОЙ

БОРЬБЫ

Дорогой т. Сталин!
В день вашего пятидесятилетия президиум ИККИ, шлет вам горячий большевистский привет!
Президиум ИККИ считает своим долгом остановить внимание
всего Коммунистического Интернационала на исключительном значении вашего руководящего участия в мировом коммунистическом
движении.
В вашем лице президиум ИККИ приветствует испытаннейшего
представителя старой большевистской гвардии, вождя ленинской
партии и вождя Коммунистического Интернационала. Во все критические и переломные моменты революции вьг твердо стояли на
боевом ленинском посту. Коммунистический Интернационал особенно ценит, что после смерти Ленина вы явились наиболее верным
и твердым носителем ленинского учения и славных традиций большевизма. В самые трудные и ответственные дни вы помогали
ВКГІ(б) и Коминтерну применять правильно и успешно диалектический метод ленинской классовой стратегии и тактики.
На пороге нового революционного подъема ваше руководство
неоценимо в деле определения задач международного пролетариата, в деле дальнейшего социалистического наступления в ОССР
и в подготовке наступления пролетариата Запада и угнетенных народов колоний на решающие позиции империализма.
При вашем активном участии Коминтерн нанес сокрушительный
удар и «левым» и правым оппортунистам, отступившим перед трудностями борьбы. Президиум ИККИ отмечает ваши исторические
заслуги в деле разоблачения троцкистской легенды о невозможности победы социализма в CGCP и их клеветы о национальной ограниченности ВКИ(б). Международный пролетариат па фактах убедился в победоносном строительстве социализма в СССР, ставшем
величайшим рычагом мировой пролетарской революции. Ваша непримиримость в борьбе против капитулянтства открыто правых оппортунистов явилась необходимейшей предпосылкой этих успехов.
Трудовой энтузиазм и революционная инициатива трудящихся
масс, обеспечившие огромные достижения пролетарской диктатуры,
нашли-в вашем лице пламенного вдохновителя.
Президиум ИККИ отмечает также, что при вашем непосредственном и руководящем участии VI конгресс Коминтерна выковал

22

»

петгобедимое оружие революционной борьбы пролетариата — программу мирового коммунизма.
Посылая вам лучшие пожелания, мы выражаем твердую уверенность в том, что грядущая победа мирового пролетариата будет
неразрывно связана с вашим испытанным ленинским руководством.
ПРЕЗИДИУМ
ИМИ
(Приветствие Президиума ИККИ к 50-летию т. Сталина. 1929 г.)

Теорию марксизма-ленинизма конкретизирует и ра-звивает соратник и ученик Ленина, лучший продолжатель его дела — Сталин.
Сталин развил марксистско-ленинское учение о пролетарской
диктатуре, разработал вопрос о формах классовой борьбы пролетариата на различных этапах социалистического строительства, о
путях уничтожения капиталистических элементов и классов вообще.
Сталин конкретизировал марксистско-ленинское учение о переходном периоде от капитализма к коммунизму. Огалин развил учение
Ленина о возможности построения социализма
в пашей стране.
Сталин развернул на этой основе генеральный план наступления
социализма по всему фронту, конкретизировал методы, формы u
пути построения бесклассового социалистического общества.
Сталин развил ленинское учение об индустриализации, как условии победы социализма в нашей стране. Огалин внес ценнейший
вклад в марксистско-ленинскую теорию, разработан вопрос о конкретных путях социалистической переделки крестьянства под руководством пролетариата, іюпрос о производственной смычке, условиях и методах коллективизации сельского хозяйства и ликвидации
кулачества как класса на основе сплошной коллективизации.
Сталин развил марксистско-ленинскую теорию в
национальноколониальном вопросе, как часть общего вопроса о международной
революции.
Сталин развил учение Ленина о партии и ее роли в системе
пролетарской диктатуры, блестяще разработал стратегию и тактику пролетарской партии. Сталин развил ленинский анализ социальных и идейных корней оппортунизма,
вскрыв особенности
его проявлений на различных этапах классовой борьбы.
На основе ленинского учения об империализме Сталин дал четкий анализ борьбы двух систем в услойиях всеобщего кризиса
капитализма и нарастающей международной пролетарской революции.
С ленинской твердостью и непримиримостью Сталин руководит
борьбой на два фронта против всяческих проявлений оппортунизма
внутри партии и Коминтерна, против троцкизма, ставшего потом
контрреволюционным, и против правого оппортунизма, порождения контрреволюционного кулацкого сопротивления победоносному пролетариату. Как теоретик и вождь партии и Коминтерна,
Сталин дает всей своей деятельностью блестящие образцы соединения революционной теории и практики и обогащает революционный метод марксизма-ленинизма — материалистическую
диалектику. Имя Сталина стоит в ряду великих имен теоретиков и вождей
мирового пролетариата — Маркса, Энгельса и Ленина.
(Институт Маркса — Энгельса — Ленина при
К 50-летию со дня сиерти. 1933 г.)

ЦК БК.П(б).

Карл

Маркс.

МЕТОД

И

ТЕОРИЯ

I. ОСНОВЫ И СУЩНОСТЬ МЕТОДА
ЛЕНИНИЗМА
I. МЕТОД ЛЕНИНИЗМА НЕПРИМИРИМО ВРАЖДЕБЕН ТЕОРИИ
И МЕТОДУ 13 ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Выше я говорил, что между Марксом — Энгельсом, с одной
стороны, и Лениным — с другой, лежит целая полоса господства
оппортунизма II Интернационала. В интересах точности я должен
добавить, что речь идет здесь не о формальном господстве оппортунизма, а лишь о фактическом его господстве. Формально во главе
II Интернационала
стояли «правоверные»
марксиста, «ортодоксы» — Каутский и другие. На деле, однако, основная работа
II Интернационала велась по линии оппортунизма. Оппортунисты
приспособлялись к буржуазии в силу своей приспособленческой,
мелкобуржуазной природы, — «ортодоксы» же в свою очередь приспособлялись к. оппортунистам в интересах «сохранения единства»
с оппортунистами, в интересах «мира в партии». В результате получалось господство оппортунизма, ибо цегіь между " политикой
буржуазии и политикой «ортодоксов» оказывалась замкнутой.
Это был период сравнительно мирного развития капитализма,
период, так сказать, довоенный, когда катастрофические противоречия империализма не успели еще вскрыться с полной очевидностью, когда экономические стачки рабочих и профсоюзы развивались более или менее «нормально», когда избирательная борьба
и .парламентские фракции давали «головокружительные» успехи,
когда легальные формы борьбы превозносились до небес и легальностью
думали «убить» капитализм, — словом, когда
партии
II Интернационала обрастали жиром и не хотелось думать серьезно
о революции, о диктатуре пролетариата, о революционном воспитании масс.
Вместо цельной революционной теории — противоречивые теоретические положения и обрывки теории, оторванные от живой
революционной борьбы масс и превратившиеся в обветшалые
догмы. Для виду, конечно, вспоминали о теории Маркса, но для
того, чтобы выхолостить из нее живую революционную дуніу.
Вместо революционной политики —• дряблое филистерство и трезвенное политиканство, парламентская дипломатия и парламентские
комбинации. Для виду, конечно, принимались «революционные» решения и лозунги, но для того, .чтобы положить их под сукно.

24

Вместо воспитания и обучения партии правильной революционной тактике на собственных ошибках — тщательный обход наболевших вопросов, нх затушевывание и замазывание. Для виду, конечно, но прочь были поговорить о больных вопросах, но для того,
чтобы кончить дело какой-либо «каучуковой» резолюцией.
Вот какова была физиономия II Интернационала, его метод
работы, его арсенал.
Между тем надвигалась новая полоса империалистских войн
и революционных схваток пролетариата. Старые методы борьбы
оказывались явно недостаточными и бессильными перед всесилием
финансового капитала.
Необходимо было пересмотреть всю работу II Интернационала,
весь его метод работы, изгнав вон филистерство, узколобие, политиканство, ренегатство, социал-шовинизм, социал-пацифизм. Необходимо было проверить весь арсенал II Интернационала, выкинуть все заржавленное и ветхое, выковать новые роды оружия.
Вез такой предварительной работы нечего было и отправляться на
войну с капитализмом. Без этого пролетариат рисковал очутиться
перед лицом новых революционных схваток недостаточно вооруженным или даже просто безоружным.
Эта честь генеральной проверки и генеральной чистки авгиевых
конюшен II Интернационала выпала на долю ленинизма.
*
Вот в какой обстановке зодился и выкорался метод ленинизма.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма,

«Об основах

ленинизма»,

стр.

11—12.

2. ОСНОВНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ МЕТОДА ЛЕНИНИЗМА И РАЗОБЛАЧЕНИЕ
Д О Г М II ИНТЕРНАЦИОНАЛА

К чему сводятся требования этого метода?
Во-первых, к. проверке теоретических догм II Интернационала
в огне революционной борьбы масс, в огне живой практики, т. е.
к восстановлению нарушенного единства между теорией и практикой,
К ликвидации разрыва между ними, ибо только так можно создать
действительно пролетарскую партию, вооруженную революционной
теорией.
Во-вторых, к проверке политики партий II Интернационала не
по их лозунгам и резолюциям (которым нельзя верить), а по их
долам, чо их действиям, ибо только так можно завоевать и заслужить доверие пролетарских масс.
В-тротьих, к перестройке всей партийной работы на новый революционный лад в духе воспитания и подготовки масс к революционной борьбе, ибо только так можно подготовить массы к про:
летарской революции.
В-четвертых, к самокритике пролетарских партий, к обучению
и воспитанию их на собственных ошибках, ибо только так ' можно
воспитать действительные кадры и действительных лидеров партии.
Таковы основа и сущность метода ленинизма.
Как применялся этот метод на практике?
У оппортунистов II Интернационала существует ряд теоретических догм, от которых они танцуют всегда, как от печки. Возьмем
несколько из них.

Догма первая: oô условиях взятия власти пролетариатом. Оппортунисты уверяют, что пролетариат не может и не должен брать
власть, если он не является сам большинством в стране. Доказательств никаких, ибо нет возможности оправдать это нелепое положение ни теоретически, ни практически. Допустим, отвечаег
Ленин господам из II Интернационала. Ну, а если сложилась такая
историческая обстановка (война, аграрный кризис и т. д.), при которой пролетариат, составляющий меньшинство населения, имеет
возможность сплотить вокруг себя громадное большинство трудящихся масс, — почему бы ему пе взять власть? Почему бы не
использовать пролетариату благоприятную международную и внутреннюю обстановку для того, чтобы прорвать фронт капитала и
ускорить общую развязку? Разве Маркс не говорил еще в 50-х годах прошлого столетия, что дело с пролетарской революцией в Гервании могло бы обстоять «прекрасно», если бы можно было оказать пролетарской революции поддержку, «так сказать, вторым изданием крестьянской войны»? Разве не известно всем и каждому,
что пролетариев в Германии было тогда относительно меньше, чем,
например, в России в 1917 г.? Разве практика русской пролетарской
революции не показала, что эта излюбленная догма героев И Интернационала лишена всякого жизненного значения для пролета• риата? Разве не ясно, что практика революционной борьбы масо
бьет и побивает эту обветшалую догму?
Догма вторая: пролетариат не может удержать власть, если нет
у него в наличии достаточного количества готовых культурных и
администраторских кадров, способных наладить управление страной,— сначала нужно выработать эти кадры в условиях капитализма, а потом 'брать власть. Допустим, отвечает Ленин, но почему нельзя повернуть дело так, чтобы сначала взять власть, создать благоприятные условия для развития пролетариата, а потом —
двинуться вперед семимильными шагами для подъема, культурного
уровня трудящихся масс, для выработки многочисленных кадров
руководителей и администраторов из рабочих? Разве российская
практика не показала, что кадры руководителей из рабочих растут
при пролетарской власти во сто раз быстрее и основательнее, чем
при власти капитала? Разве не ясно, что практика революционной
борьбы масс безжалостно побивает и ату теоретическую догму
оші орту н истов?
Догма третья: метод общей политической забастовки неприемлем для пролетариата, ибо он теоретически несостоятелен (см. критику Энгельса), практически опасен (может расстроить обычный
ход хозяйственной жизни страны, может опустошить кассы профессиональных союзов), не может заменить парламентские формы
борьбы, являющиеся главной формой классовой борьбы пролетариата. Хорошо , отвечают ленинцы. Но, во-иервых, Энгельс критиковал не любую общую забастовку, а лишь определенный род общей забастовки, всеобщую экономическую
забастовку анархистов,
выдвигавшуюся анархистами взамен политической борьбы пролетариата,— при чем тут метод общей политической
забастовки?
Во-вторых, кто и где доказал, что парламентская форма борьбы
является главной формой борьбы пролетариата? Разве история
революционного движения но показывает, что парламентская
26

борьба является лишь школой и подспорьем для организации внепарламентской борьбы пролетариата, что основные вопросы рабочего движения при капитализме решаются силой, непосредственной
борьбой пролета[к'ких масс, их общей забастовкой, их восстанием?
В-третьих, откуда взялся вопрос о замене парламентской борьбы
методом общей политической забастовки? Где и когда пытались
сторонники общеполитической забастовки заменить парламентские
формы борьбы формами борьбы внепарламентскими? В-четвертых,
разве революция в России не показала, что общая политическая
забастовка является величайшей школой пролетарской революции
и незаменимым средством мобилизации и организации широчайших
масс пролетариата накануне штурма твердынь капитализма, — при
чем же тут филистерские сетования о расстройстве обычного хода
хозяйственной жизни и о кассах профессиональных союзов? Разве
не ясно, что практика революционной борьбы разбивает и эту догму
оппортунистов?
И т. д. и т. н.
Вот почему говорил Ленин, что «революционная теория не есть
догма», что «она складывается окончательно лишь в тесной связи
с практикой действительно массового и действительно революционного движения» («Детская болезнь»), ибо теория должна служить
практике, ибо «теория должна отвечать на вопросы, выдвигаемые
практикой («Друзья народа»), ибо она должна проверяться данными практики.
Что касается политических лозунгов и политических решений
партий II Интернационала, то достаточно вспомнить историю с лозунгом «война войне», чтобы понять всю фальшь и всю гнилость
политической практики этих партий, прикрывающих свое аптиреволюциопное дело пышными революционными лозунгами и резолюциями. Всем памятна пышная демонстрация II Интернационала на
Базелвеком конгрессе с угрозой по адресу империалистов всеми
ужасами восстания, если империалисты решатся начать войну, и с
грозным лозунгом «воііпа войне». Но кто не помнит, что спустя
некоторое время, перед самым началом войны, Базельская резолюция была положена под сукно, а рабочим был дан новый лозунг —
истреблять друг друга во славу капиталистического отечества?
Разве не ясно, что революционные лозунги и резолюции не стоят
ни гроша, если они не подкрепляются делом? Стоит тать ко сопоставить ленинскую политику превращения империалистской войны
в войну гражданскую с предательской политикой II Интернационала
во время, войны, чтобы понять всю пошлость политиканов оппортунизма, все величие метода ленинизма. Ile могу не привести здесь
одно место из книга Ленина «Пролетарская революция и ренегат
Каутский з. где он жестоко бичует оппортунистическую попытку
лидера И Интернационала К. Каутского судить о партиях не по нх
делам, а но их бумажным лозунгам и документам:
« . . . Каутский проводят типично мещанскую, филистерскую политику, воображ а я . . . будто вистав.чние ловун а меняет дело. Вся история буржуазной демократии разоблачает ату иллюзию: для обмана парода буржуазные демократы
всегда выдвигали и всегда выдвигают какие угодно «лозунги». Дело в том,
чтобы проверить их искренность, чтобы со словами сопоставить дел а, чтобы
не довольствоваться идеалистической или шарлатанской фразой, а доискиваться
классовой реальности» (см. т. X X I I I , стр. 377),

\

Я уже не говорю о боязни партий II Интернационала самокритики,
об их манере скрывать свои ошибки, затушевывать бальные вопросы, прикрывать свои недочеты фальшивым парадом благополучия, отупляющим живую мысль и тормозящим дело революционного воспитания партии на собственных ошибках, манере, высмеянной и пригвожденной к позорному столбу Лениным. Вот что писал
Ленин о самокритике пролетарских партий в своей брошюре «Детская болезнь»:
« . . . Отношен не политической партии к ее ошибкам ость од пи из важнейших
и вернейших критериев серьезности партии и исполнения ею но деле ее обязанностей к своему классу и к трудящимся массам. Открыто признать ошибку,
вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить
внимательно средства исправить ошибку — вот зто признак серьезной партии,
вот эТо исполнение ею своих обязанностей, вот это — воспитание н обучение
класса, а затем и массы» (см. т. XXV", стр. 200).

Иные говорят, что вскрытие своих собственных ошибок и самокритика опасны для партии, ибо они могут быть использованы противником против партии пролетариата. Ленин считал подобные
возражения несерьезными и совершенно неправильными. Вот что
говорил он об этом еще в 1904 г. в своей брошюре «Шаг вперед»,
когда наша партия была еще слабой и незначительной:
« . . . О н и (т. е. противника марксистов. //. Ст.) злорадствуют и кривляются,
наблюдая наши споры; они постараются, кош шо, выдергивать для своих целей
отдельные места моей брошюры, 'посвященной недостаткам и недочетам нашей
партии. Русские марксисты уже достаточно обстреляны в сражениях, чтобы не
смущаться ѳтимн щипками, чтобы продолжать, вопреки им, свою работу самокритики и беспощадного разоблачения собственных минусов, которые непременно н неизбежно будут превзойдены ростом рабочего движения» (сц. т. VI,
стр. 161).

Таковы, в общем, характерные черты метода ленинизма.
То, что дано в методе Ленина, в основном уже имелось в учении
Маркса, являющемся, по слотам Маркса, «в существе своем критическим и революционным». Именно этот критический и революционный дух проникает с начала и до конца метод Ленина. Но было
бы неправильно думать, что метод Ленина является простым восстановлением того, что дано Марксом. IIa самом деле метод Ленина
является не только восстановлением, но и конкретизацией и дальнейшим развитием критического и революционного метода Маркса,
его материалистической диалектики.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

12—16.

3. ЕДИНСТВО ТЕОРИИ И ПРАНТИКИ КАК РЕШАЮЩАЯ ЧЕРТА
РЕВОЛЮЦИОННОГО МЕТОДА ЛЕНИНИЗМА

Социалистическая интеллигенция только тогда может рассчитывать на плодотворную работу, когда покончит с иллюзиями и станет искать опоры в действительном, а не желательном развитии
России, в действительных, а не возможных общественно-экономияееких отношениях. Теоретическая
работа ее должна будет при этом
направляться на конкретное изучение
всех форм
экономического
антагонизма в России, изучение их связи и последовательного
развития; она должна вскрыть этот антагонизм везде, где он прикрыт
23

политической историей, особенностями правовых
порядков,
установившимися
теоретическими предрассудками.
Она должна дать
цельную картину нашей действительности как определенной системы
производственных
отношений, показать необходимость
эксплоатациии экспроприации трудящихся при этой системе, показать тот
выход из этих порядков,
па который указывает
экономическое
развитие.
,
Эта теория, основанная на детальном и подробном изучении русской истории и действительности, должна дать ответ на залросы
пролетариата, — и если она. будет удовлетворять научным требованиям, то всякое пробуждение протестующей мысли пролетариата
неизбежно будет приводить эту мысль в русло социал-демократизма.
Чем дальше будет подвигаться вперед выработка этой теории, тем
быстрее будет расти социал-демократизм, так как самые хитроумные сберегатели современных порядков не в силах помешать пробуждению мысли пролетариата, не в силах потому, что самые эти
порядки необходимо и неизбежно влекут за собой все сильнейшую
экспроприацию производителей, все больший рост пролетариата" и
резервной его армии — и это на ряду с прогрессом общественного
богатства, с громадным ростом производительных сил и обобществлением труда капитализмом. Как ни много осталось еще сделать
для выработки такой теории, но порукой за то, что социалисты
исполнят эту работу, служит распространение среди них материализма, единственно научного метода, требующего, чтобы всякая
программа была точной формулировкой действительного процесса,
порукой служит успех социал-демократии, принимающей эти идеи, —
успех, до того взбудораживший наших либералов и демократов,
что их толстые журналы, по замечанию одного марксиста, перестали быть скучными.
Этим подчеркиванием необходимости, важности и громадности
теоретической работы социал-демократов я вовсе не хочу сказать,
чтобы эта работа ставилась на первое место перед практической,
* —
тем менее, чтобы вторая откладывалась до окончания первой. Так
могли бы заключить только поклонники «субъективного метода в
социологии» или последователи утопического социализма. Конечно,
если задача социалистов полагается в том, чтобы искать «иных (помимо действительных) путей развития» страны, тогда естественно,
что практическая работа становится возможной лишь тогда, когда
гениальные философы откроют и покажут эти «иные пути»; и, наоборот, открыты н показаны эти пули — кончается теоретическая
работа и начинается работа тех, кто должен направить «отечество»
по «вновь открытому» «иному пути». Совсем иначе обстоит дело,
когда задача социалистов сводится к тому, чтобы быть идейными
руководителями пролетариата в его действительной борьбе против
действительных настоящих врагов, стоящих на действительном пути
данного общественно-экономического развития. При этом условии
* Напротив. На первое место непременно становится всегда практическая
работа пропаганды и агитации по той причине, во-первых, что теоретическая работа дает только ответы на тѳ вот росы, которые предъявляет вторая. А во-вторых, социал-демократы слишком часто, по обстоятельствам от них не зависящим, вынуждены ограничиваться одной теоретической работой, чтобы не ценить
дорого каждого момента, когда возможна работа' практическая.

теоретическая и практическая работа сливаются вместе, в одну роботу, которую так метко охарактеризовал ветеран германской социал-демократии Либкнехт словами: Studieren,
Propagandieren,
Organisieren.1
Нельзя быть идейным руководителем без вышеуказанной теоретической работы, как нельзя быть пм без того, чтобы направлять
эту работу по запросам дела, без того, чтобы пропагандировать
результаты этой теории среди рабочих и помогать их организации.
Эта постановка задачи гарантирует социал-демократию от тех
недостатков, от которых так часто страдают группы социалистов,—•
от догматизма и оектаторства.
Не может быть догматизма там, где верховным и единственным
критерием доктрины ставится — соответствие ее с действительным
процессом общественно-экономического развития; не может быть
сектаторства, когда задача сводится к содействию организации пролетариата, когда, следовательно, роль «интеллигенции», сводится к
тому, чтобы сделать ненужными особых, интеллигентных руководителей.
(Ленин.

Соч., т. Д, «Что такое «друзья народа»»,

стр.

191 — 192. 1894 г.)

. . . Что же нам нужно для того, чтобы научиться коммунизму?
Что нам нужно выделить из суммы обших знаний, чтобы приобрести
знание коммунизма? Тут нам ^ррожает целый ряд опасностей, которые сплошь и рядом проявляют себя, как только задача учиться
коммунизму ставится неправильно, или когда она понимается слишком однобоко.
Естественно, что на первый взгляд приходят в голову мысли о
том, что учиться коммунизму — это значит усвоить ту сумму знаний, которая изложена в коммунистических учебниках, брошюрах
и трудах. Но такое определение изучения коммунизма было бы
слишком грубо и недостаточно. Если бы только изучение коммунизма заключалось в усвоении того, что изложено в коммунистических трудах, книжках и брошюрах, то тогда слишком легко мы
могли бы получить коммунистических начетчиков или хвастунов,
а это сплошь и рядом приносило бы нам вред и ущерб, так как эти
люди, научившись и начитавшись того, что изложено в коммунистических книгах и брошюрах, оказались бы не умеющий и соединить все эти знания и не сумели бы действовать так, как того действительно коммунизм требует.
Одно из самых больших зол и бедствий, которые остались нам
от старого капиталистаческого общества, это полный разрыв книги
с практикой жизни, ибо мы имели книги, где все было расписано в
самом лучшем виде, и эти книги, в большинство случаев, являлись
самой отвратительной лицемерной ложью, которая лживо рисовала
нам коммунистическое общество. Поэтому простое книжное усвоение того, что говорится в книгах о коммунизме, было бы в высшей
степени неправильным. Теперь в наших речах и статьях нет простого повторения того, что говорилось раныно о коммунизме, так
как наши речи и статьи связаны с повседневной всесторонней
работой. Без работы, без борьбы книжное знание коммунизма из
коммунистических брошюр и произведений ровно ничего не стоит,
1

Изучать, пропагандаровать, Организовать.

Ред.

так как оно продолжало бы старый разрыв между теорией и практикой, тот старый разрыв, который составлял самую отвратительную черту старого буржуазного общества.
Еще более опасным было бы, если бы мы начали усваивать
только коммунистические лозунги. Если бы мы во-время эту опасность не поняли и если бы мы всю нашу работу не направили на то,
чтобы эту опасность устранить, тогда наличие полумиллиона или
миллиона людей, молодых юношей и девушек, которые после такого обучения коммунизму будут называть себя коммунистами, принесло бы только великий ущерб для дела коммунизма.
(Л е л п н . Соч., т. X X V , «Речь на III съезде РКСМ», стр. 385—336. 1920 г.)
4. ПРОВЕРКА ПАРТИИ И ЛИДЕРОВ ПО ИХ ДЕЛАМ, А НЕ ПО
ИХ ДЕКЛАРАЦИЯМ

. . . Слуцкий утверждает, что Ленин (большевики) не вал линию на
разрыв, на раскол с оппортунистами германской социал-демократии,
с оппортунистами II Интернационала довоенного периода. Вы хотите дискуссировать против этого троцкистского тезиса Слуцкого.
Но что тут дискуссионного? Разве не ясно, что Слуцкий просто клевещет на Ленина, на большевиков? Клевету нужно заклеймить, а
не превращать в предмет дискуосии.
Всякий большевик знает, если он действительно большевик, что
Ленин еще задолго до войны, примерно с 1903—1904 гг., когда
оформилась в России группа большевиков и когда впервые дали о
себе знать левые в германской социал-демократии, — вел линию на
разрыв, на раскол с оппортунистами и у нас, в российской социалдемократической партии, и там, во II Интернационале, в частности
в германской социал-демократии.,.
. . . Слуцкий утверждает, что не найдено еще достаточного количества официальных документов, свидетельствующих о решительной и непримиримой борьбе Ленина (большевиков) против центризма. Этим бюрократическим тезисом оперирует он, как неотразимым аргументом в пользу того положения, что Ленин (большевики),
стало быть, недооценивал опасности центризма во II Интернационале, Вы беретесь дискуссировать против этой галиматьи, против
этого жульнического крючкотворства. Но что тут собственно дискуссионного? Разве не ясно и так, что разговорами о документах Слуцкий старается прикрыть убожество и фальшь своей так называемой установки?
Слуцкий считает существующие партийные документы недостаточными. Почему, на каком основании? Разве всем "известных документов по линии ІІ Интернационала, так же как и по линии внутрипартийной борьбы в российской социал-демократии, недостаточно
для того, чтобы со всей ясностью демонстрировать революционную
непримиримость Ленина и большевиков в их борьбе против оппортунистов и центристов? Знаком ли вообще Слуцкий с этими документами? Какие ему нужны еще документы?
Допустим, что кроме известных документов будет найдена куча
других документов в виде, скажем, резолюций большевиков, лишний раз трактующих о необходимости изничтожения центризма.
31

Значит ли это, что наличия только лишь бумажных документов
(достаточно для того, чтобы демонстрировать действительную революционность и действительную непримиримость большевиков по
отношению к центризму? Кто же, кроме безнадежных бюрократов,
может полагаться на одни лишь бумажные документы? Кто же,
кроме архивных крыс, не понимает, что партии и лидеров надо проверять ло их делам, прежде всего, а не только по их декларациям?
История знает немало социалистов, которые с готовностью подписывали любые революционные резолюции, чтобы отписаться от назойливых критиков. Но это еще не значит, что они проводили
в
жизнь эти резолюции. История знает, далее, немало социалистов,
которые с пеной у рта требовали от рабочих партий других стран
самых что ни на есть революционных действий. Но это еще не значит, что они не пасовали в своей собственной партии или в своей
собственной стране перед своими оппортунистами, перед своей буржуазией. Не потому ли учил нас Ленин проверять революционные
партии, течения, лидеров нё по их декларациям и резолюциям, а по
их делам?
Не ясно ли, что если Слуцкий в самом деле хотел проверить непримиримость Ленина и большевиков в их отношении к центризму,
он должен был сделать основой своей статьи не отдельные документы и два-три личных письма, а проверку большевиков по их
делам, по их истории, по их действиям? Разве у нас, в российской
социал-демократии, пе было оппортунистов, центристов? Разве
большевики не вели решительную и непримиримую борьбу со всеми
этими течениями? Разве эти течения не были связаны и идейно и
организационно с оппортунистами и центристами на Западе? Разве
большевики не разгромили онпортунистов и центристов так, как не
громила их ни одна левая группа в мире? Как можно говорить
после всего этого, что Ленин и большевики недооценивали опасности
центризма? Почему Слуцкий пренебрег этими фактами, имеющими
решающее значение для характеристики большевиков? Почему он
не использовал наиболее надежный метод проверки Ленина и большевиков по их делам, по их действиях? Почему он предпочел менее
надежный метод копания в случайно подобранных бумагах?
Потому, что обращение к более надежному методу проверки
большевиков по их делам мигом опрокинуло бы вверх дном всю
установку Слуцкого.
Потому, что проверка большевиков по их делам показала бы, что
большевики являются единственной в мире революционной организацией, которая разгромила до конца оппортунистов и центристов и
изгнала их вон из партии.
Потому, что обращение к действительным делам и действительной истории большевиков показало бы, что учителя Слуцкого —
троцкисты были главной и основной группой, насаждавшей в России центризм и создавшей для этого специальную организацию,
как очаг центризма, в виде Августовского блока,
Потому, что проверка большевиков по их делам окончательно
разоблачила бы Слуцкого, как фальсификатора истории нашей партии, пытающегося прикрыть центризм троцкизма довоенного периода клеветническими обвинениями Ленина и большевиков в недооценке опасности центризма.
32

Вот как обстоит дело, товарищи редакторы, со Слуцким и его
слатьей.
Вы видите, 'что редакция совершила ошибку, допустив дискуссию
с фальсификатором истории нашей партии.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
визма», стр. 605, 610—612. 1931 г.)

«О некоторых

вопросах истории больше-

Резолюции „ лопгетистов1 обе никуда не годны. Впрочем, они
очень годны для одной особой цели: для иллюстрации самого, пожалуй, опасного ала для рабочего движения на Западе в данный
момент. Это зло состоит в том, что стар,ые вожди, видя неудержимое
влечение масс к большевизму и к советской власти, ищут (и- часто
находят!) выход в словесном признании диктатуры пролетариата и
советской власти, на. деле оставаясь либо врагами диктатуры пролетариата, либо людьми неспособными или не желающими понять ее
значение и проводить ее в жизнь.
Как громадна, как необъятно велика опасность от такого рода
.зла, это особенно наглядно показала гибель первой Советской республики в Венгрии (за первой погибшей последует победоносная
вторая). Ряд статей в «Красном .Знамени» («Die rote Fahne», Вена),
центральном органе австрийской коммунистической партии, вскрыл
одну из главных причин этой гибели: измену «социалистов», которые на словах перешли на сторону Бела Куна и объявили себя коммунистами, на деле же не проводили в жизнь политики, соответствующей диктатуре пролетариата, а колебались, малодушничали,
забегали к буржуазии, частью прямо саботировали пролетарскую
революцию и предавали ее. Окружающие венгерскую Советскую
республику всемирно-могущественные
разбойники империализма
(т. е. буржуазные правительства Англии, Франции и т. д.) сумели,
конечно, использовать эти колебания внутри правительства венгерской советской власти и зверски задушили ее руками румынских
палачей.
Нет сомнения, что часть венгерских социалистов искренно перешли на сторону Бела Куна и объявили себя искренно коммунистами.
Но суть дела от этого нисколько не меняется: «искренно» объявивший себя коммунистом человек, который на деле вместо беспощадно
твердой, неуклонно решительной, беззаветно смелой и геройской
политики (—только такая политика соответствует признанию диктатуры пролетариата) '—колеблется и малодушничает, — подобный
человек своей бесхарактерностью, своими колебаниями, своей нерешительностью совершает такую же измену, как и непосредственный предатель. В личном смысле разница между предателем по слабости и предателем по умыслу и расчету очень велика; в политическом отношении этой разницы нет. ибо политика — это фактическая судьба миллионов людей, а эта судьба не меняется от того,
преданы ли миллионы рабочих и бедных крестьян предателями по
слабости или предателями из корысти.
Какая часть лонгетистов, подписавших рассматриваемые нами
резолюции, окажется людьми первой или второй из названных
1 Примечание
составителя. Речь идет о возглавлявшейся Ж. Лонге центристской rpyri.no французской социалистической партии. В период, КОГДА писалась
означенная статья Ленина, лонгетисты высказывались за выход а з II Интернационала, не (порывая с ним фактически.

3

Ленинизм.

S3

категорий или какой-нибудь: третьей категории, этого знать сейчас
нельзя, и пытаться решить такой вопрос было бы пустым занятием.
Важно то, что эти лонгетисты, как политическое направление, ведут
сейчас именно политику венгерских «социалистов» и «социал-демократов», погубивших советскую власть в Венгрии. Лонгетисты ведут
именно эту политику, ибо на словах они объявляют себя сторонниками диктатуры пролетариата и советской власти, а на деле продолжают вести себя по-старому, продолжают и в резолюциях своих
защищать и в жизни осуществлять старую политику мелких уступочек социал-шовинизму, оппортунизму, буржуазной демократии, колебаний, нерешительности, уклончивости, уверток, умолчаний и
тому подобное. Эти мелкие уступочки, колебания, нерешительность,
уклончивость, увертки и умолчания в сумме неизбежно дают измену
диктатуре пролетариата.
Диктатура слово большое, жесткое, кровавое, слово, выражающее беспощадную борьбу не на жизнь, а на смерть двух классов,
двух миров, двух всемирно-исторических эпох.
Таких слов на ветер бросать нельзя.
Ставить на очередь дня осуществление диктатуры пролетариата
л в то же время «бояться обидеть» Альберов Тома, господ Бракков,
Самба, других рыцарей подлейшего французского социал-шовинизма, героев предательской газеты: «L'Humanité», «La Bataille»
и т. п., это значит осуществлять предательство рабочего класса, —•
по легкомыслию, по недостатку сознательпоста, по бесхарактерности или по другим причинам, но во всяком случае это значит
осуществлять предательство рабочего класса.
Расхождение между словом и делом погубило Второй Интернационал. Третьему от роду нет еще и году, а он уже становится
модой и приманкой для политиканов, которые идут туда-, куда идет
масса. Третьему Интернационалу уже начинает грозить расхождение
между словом и делом. Во что бы то ни стало, всюду и везде, надо
эту опасность разоблачать, всякое проявление этого зла вырывать
с корнем.
Резолюции лонгетистов (как и резолюции последнего съезда немецких независимцев, этих германских лонгетистов) превращают
«диктатуру пролетариата» в такую же икону, какой бывали для
вождей, для чиновников проф. союзов, для парламентариев, для
должностных лиц кооперативов резолюции Второго Интернационала: на икону надо помолиться, перед иконой можно перекреститься, иконе надо поклониться, но икона нисколько не меняет
практической жизни, практической политики.
Нет, господа, мы не допустим превращения лозунга «диктатура
пролетариата» в икону, мы не помиримся с тем, чтобы III Интернационал терпел расхождения между словом и делом.
Если вы за диктатуру пролетариата, тогда не ведите той уклончивой, половинчатой соглашательской политики по отношению к социал-шовинизму, которую вы ведете, и которая выражена в первых
же строках первой вашей резолюции: война, изволите видеть, «разорвала» (a déchirée) И Интернационал, оторвала его от дела «социалистического воспитания» (éducation socialiste), а «некоторые части этого
Интернационала» (certaines de ses fractions) «ослабили себя» тем, что
разделили власть с буржуазией, и так далее и тому подобное.
34

Это не язык людей, сознательно н искренно разделяющих идею
диктатуры пролетариата. Это язык либо людей, которые делают
шаг вперед, два назад, либо политиканов. Если вы хотите говорить
таким языком, — вернее сказать, пока вы говорите таким языком,
пока такова ваша политика, оставайтесь во II Интернационале, ваше
место там. Или пусть рабочие, которые своим массовым давлением
толкают вас к III Интернационалу, оставят вас во II Интернационале, а сами, без вас, переходят в III Интернационал. Таким рабочим, и Французской социалистической партии, и Независимой с.-д.
партии Германии, и Английской независимой рабочей партии мы скажем, и на том же условии: милости просим!
Если признавать диктатуру пролетариата, если рядом о этим говорить о войне 1914—18 годов, то надо говорить иначе: война эта
была войной разбойников англо-франко-руоского империализма с
разбойниками германо-австрийского империализма из-за дележа добычи, колоний,' «офер» финансового влияния. Проповедь «защиты
отечества» в такой войне была изменой социализму. Если не разъяснить згой истины до конца, если не искоренить из голов, из сердец, из политики рабочих этой измены, н е л ь з я спастись от бедствий капитализма, нельзя
спастись от новых войн, которые
неизбе
ж н ы, пока держится капитализм.
Вы не хотите, вы не можете говорить таким языком, вести такой
пропаганды? Вы хотите «щадить» себя или своих друзей, которые
проповедывали «защиту отечества» вчера в Германии при Вильгельме или при Носке, в Англии и во Франции при власти буржуазии? Тогда пощадите III Интернационал! осчастливьте его своим
неприсутствием !
< Л е н и н . Соч., т. X X V . «Заметки публициста», стр. 32—35. 1920 г.)
5. ПЕРЕСТРОЙКА ВСЕЙ ПАРТИЙНОЙ Р А Б О Т Ы Д Л Я
МАСС К ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

ПОДГОТОВКИ

. . . ИТ. Коммунистический, Интернационал для того п основан,
чтобы не позволять «социалистам» отделываться тем
словесным
признанием революции, образцы которого дает Рамсэй Макдонадьд
R своей статье. Словесное признание революции, на деле прикрывавшее насквозь оппортунистическую, реформистскую, националистическую, мелкобуржуазную политику, было основным грехом II Интернационала, и с этим алом мы ведем войну не на живот, а на
смерть.
Когда говорят: 11 Интернационал умер, потерпев, позорное банкроте гво, ото ладо уметь понимать. Это значит: обанкротился и умер
оппортунизм, реформизм, мелкобуржуазный социализм.
Ибо у
II Интернационала есть историческая заслуга, есть завоевание... на
всегда, от которого сознательный рабочий никогда не отречется,
именно: создание массовых рабочих организаций, кооперативных,
профессиональных и политических, использование буржуазного
парламентаризма, как и всех вообще учреждений буржуазной демократии и т. п.
Чтобы на деле победить оппортунизм, приведший к позорной
смерти II Интернационала, чтобы на деле помогать революции.

приближение которой вынужден признать даже Рамсэй Макдональд,
надо:
/
Во-первых, всю пропаганду и агитацию вести с точки зрения революции, в противоположность реформам, систематически разъясняя массам эту противоположность и теоретически, и практически,
на каждом шагу парламентской, профессиональной, кооперативной
и т. д. работы. Ни в каком случае не отказываться (за исключением
особых случаев, в виде изъятия) от использования парламентаризма
и всех «свобод» буржуазной демократии, пѳ отказываться от реформ, но рассматривать их только, как побочный результат революционной классовой борьбы пролетариата. Ни одна из партий
«Бернского» Интернационала не удовлетворяет этому требованию.
Ни одна, не обнаруживает даже понимания того, как надо вести всю
пропаганду и агитацию, разъяснял различие реформ от революции,
как надо неуклонно воспитывать и партию, и массы к революции.
Во-вторых, надо соединять легальную и нелегальную
работу.
Этому учнлп большевики всегда и особенно настойчиво во время
войны 1914—1918 гг. Над этим смеялись герои подлого оппоріунизма, самодовольно превознося «законность», «демократию», «свободу» западно-европейских стран, республик и пр. Теперь уже только
прямые мошенники, обманывающие рабочих фразами, могут отрицать, что большевики оказались правы. Нет ни одной страны в мире,
самой передовой и самой «свободной» из буржуазных республик,
где бы не царил террор буржуазии, где бы не запрещалась свобода
агитации за социалистическую революцию, пропаганды и организационной работы в этом именно направлении. Партия, которая доныне не признала этого при господстве буржуазии и не ведет систематической, всесторонней нелегальной работы, вопреки законам буржуазии и буржуазных парламентов, есть парта я предателей и негодяев, которая словесным признанием революции обманывает народ.
Таким партиям место в желтом, «Бернском» Интернационале. В Коммунистическом Интернационале их не будет.
В-третьих, необходима неуклонная и беспощадная война за полное изгнание из рабочего движения тех оппортунистических вождей, которые зарекомендовали себя и до войны и особенно во время
вой.гш как в сфере политики, так и в особенности в профессиональных союзах и в кооперативах. Теория «нейтральности»'есть лживая
и подлая увертка, которая помогла буржуазии овладеть массами в
1914—1918 гг. Партии, которые на словах стоят за революцию, а
на деле не ведут неуклонной работы за влияние именно революционной, только революционной партии во всех и всякого рода массовых
рабочих организациях, суть нарта и предателей.
В-четвертых, нельзя мириться с тем, что на словах осуждают
империализм, а на деле не ведут революционной борьбы за освобождение колоний (и зависимых наций) от с в о е й империалистской
буржуазии. Это .лицемерие. Это политика агентов буржуазии в рабочем движении (labor lieutenants oï the capitalist class). Та английская, французская, голландская, бельгийская и т. п. партия, которая
на словах враждебна империализму, а на деле не ведет революционной борьбы внутри «своих» колоний за свержение «своей» буржуазии, не помогает систематически повсюду начавшейся уже революционной работе в колониях, не ввозит в них оружия и литературы
£8

для революционных партий в колониях, есть партия негодяев и
предателей.
В-пятых, величайшим лицемерием является типичное для партии
«Бернского» Интернационала явление: на словах признавать революцию и щеголять перед рабочими пышными фразами насчет признания ими революции, на деле яге относиться чисто реформистски
к тем начаткам, росткам, проявлениям роста революции, каковыми
являются всякие выступления масс, ломающих буржуазные законы,
выходящих из всякой легальности, например — массовые стачки,
уличные демонстрации, протесты солдат, митинги в .войске, распространение листков в казармах и в лагерях и т. л.
Если спросить любого героя «Бернского» Интернационала, ведет
ли его партия такую систематическую работу, он ответит вам либо
уклончивыми фразами, прикрывающими отсутствие такой работы:
неимение организаций и аппарата для нее, неспособность его партии вести ее, либо декламацией против «путшизма» (вспышкопускательства), «анархизма» и т. п. А в этом и состоит измена рабочемуклассу со стороны Бернского Интернационала, его фактический переход в лагерь буржуазии.
Все негодяи-вожди Бернского Интернационала распинаются, заявляя о своем «сочувствии» к революции вообще, к русской революции в частности. Но только .лицемеры или дурачки могут не понимать, что особенно быстрые успехи революции в России связаны
с долголетней работой революционной партии в указанном направлений, когда годами создавался систематический нелегальный аппарат для руководст л демонстрациями и стачками, для работы в войсках, изучались детально приемы, создавалась нелегальная литература, подводившая итоги опыта и воспитывавшая всю партию в
мысли о необходимости революции, вырабатывались вожди масс
для подобных случаев и т. д. и т. п.
(Ленин.
1919 г.)

Соч., т. X X I V ,

«О задачах III Интернационала»,

сгр.

392—394.

Коммунисты должны в Англии использовать непрерывно, неослабно, неуклонно и парламентские выборы и все перипетии ирландской, колониальной, всемирно-империалистской политики британского правительства и все прочие области, сферы, стороны общественной жизни, во всех работая по-новому, по-коммунистически,
в духе не II, а III Интерлацнонала. Я не имею здесь времени и места
для описания приемов «русского», «большевистского» участия в
парламентских выборах и в парламентской борьбе, но могу уверить
даграничных коммунистов, что это было вовсе не похоже на обычные западно-европейские парламентские кампании. Из этого часто
делают вывод: «ну. то у вас, в России, а у нас. парламентаризм иной».
Вывод неверный. На то и существуют на свсте коммунисты, сторонники III Интернационала во всех странах, чтобы переделать по всей
линии, во всех областях жизни, старую социалистическую, трэдюнионисгскую. синдикалистскую, парламентскую работу в новую,
коммунистическую. Оппортунистического и чисто-буржуазиого, "деляческого, мошеннически-капиталистического на наших выборах
тоже бывало всегда очень и очень достаточно. Коммунисты в Западной
Европе и в Америке должны научиться создать новый, необычный
37

и

неоп портун и стический, некарьеристский
парламентаризм:
чтобы
партия коммунистов давала свои лозунги, чтобы настоящие пролетарии при ' помощи неорганизованной и совсем забитой бедноты
разбрасывали и разносили листки, объезжали и обходили квартиры
рабочих, хижины сельских пролетариев и захолустных (в Европе, к
счастью, во много раз меньше деревенских захолустий, чем у нас,
а в Англии их совсем мало) крестьян, забирались в самые простонародные кабачки, втирались в самые простонародные союзы, общества. случайные собрания, говорили с народом не по ученому (и нѳ
очень по-парламентски), не гонялись ни капельки за «местечком» в
парламенте, а везде будили мысль, втягивали массу, ловили буржуазию на слове, использовали ею созданный аппарат, ею назначенные
выборы, ѵею сделанные призывы ко всему народу, знакомили народ
с большевизмом так, как никогда не удавалось знакомить (при господстве буржуазии) вне обстановки выборов (не считая, конечно,
момента больших стачек, когда такой же аппарат всенародной агитации работал у пас еще интенсивнее). Сделать это в Западной
Европе и Америке очень трудно, очень и очень трудно, но это сделать можно и должно, ибо без труда задачи коммунизма вообще решить нельзя, а трудиться надо над решением практгіческих задач,
все более разнообразных, все более связанных со всеми отраслями
общественной жизни, все более отвоевывающих одну отрасль, одну
область за другой у буржуазии.
В той же Англии так же по новому (не по-социалистически, а покоммунистически, не реформистски, а революционно) надо поставить работу пропаганды, агитации, организации в войске и среди
угнетенных и неполноправных национальностей «своего» государства. (Ирландия, колонии). Ибо вое эти области общественной жизни
в эпоху империализма вообще, а теперь после войны, измучившей
народы и открывающей быстро глаза на правду (именно: что десятки
миллионов убиты и искалечены только ради решения вопроса, английские или немецкие хищники будут грабить больше стран),—
все эти области общественной жизни особенно наполняются горючим материалом и создают особенно много поводов к конфликтам,
кризисам, обострению классовой борьбы. Мы не знаем и не можем
знать, какая искра — из той бездны искр, которые отовсюду сыпятся теперь во всех странах, иод влиянием экономического и политического всемирного кризиса., — окажется в состоянии зажечь
пожар, в смысле особого пробуждения масс, и мы обязаны поэтому
с нашими новыми, коммунистическими принципами приняться за
«обработку» всех и всяких, даже наиболее старых, затхлых и повидимому безнадежных поприщ, ибо иначе мы не будем на высоте
задачи, не будем всесторонни, не овладеем всеми видами оружия,
не подготовимся ни к победе над буржуазией (которая все стороны
общественной жизни устроила, — а теперь и расстроила — по буржуазному), ни к предстоящей коммунистической реорганизации
всей жизни после этой победы.
(Ленив.

Соч., т. X X V , «Детская бЬлоань «ломани»», стр. 232—234. 1020 г.)

Развитие германской и итальянской коммунистических партий
после III конгресса Коминтерна доказывает, что ошибка левых на
этом конгрессе ими учтена и исправляется — понемногу, медленно,
33

но неуклонно; решения III конгресса Коммунистического Интернационала проводятся лояльно в жизнь. Преобразование старого типа
европейской парламентской, на деле реформистской и лишь слегка
подкрашенной в революционный цвет партии в новый гит партии,
в действительно революционную, действительно коммунистическую
партию, ото — вещь чрезвычайно трудная. Пример Франции показывает ѳту трудность, пожалуй, всего нагляднее. В повседневной
жизни переделать тип партийной работа, преобразовать обыденщину, добиться того, чтобы партия стала авангардом революционного пролетариата, не отходя от масс, а все более и более сближаясь с ними, поднимая их к революционному сознанию и революционной борьбе, это — самое трудное, но и самое важное дело.
Если европейские коммунисты не используют для этого коренного,
внутреннего, глубокого переделывания всей постройки и всей работы своих партий того (вероятно очень короткого) промежутка
между периодами особого обострения революционных битв, которые переживали многие капиталистические страны Европы и
Америки в 1921 г. и в начале 1922 г., то это будет с их стороны
величайшим преступлением. К счастью, опасаться этого нет оснований. Нешумная, неяркая, некрикливая, небыстрая, но глубокая
работа создания в Европе и Америке настоящих коммунистических
партий, настоящих революционных авангардов пролетариата начата и эта работа идет.
( Л е в и н . Соч., т. XXVII, «Заметки публициста», стр. 203. 1925 г.)
6. САМОКРИТИКА ПРОЛЕТАРСКОЙ ПАРТИИ, ЕЕ ВОСПИТАНИЕ
И ОБУЧЕНИЕ НА СОБСТВЕННЫХ ОШИБНАХ
Слое нет, самокритика
безусловно
необходима
для веяной живой и жизненной
партии.
Нет ничего
пошлее
самодовольного
оптимизма.
(Лени
н. Соч., т. VII, стр. 30 ?.)
...Было
бы только сознание недостатков,
равносильное в революционном
деле больше чем
половине исправления
(Лени
н).

А. Самонриткна — большевистский м е т о д воспитания кадров
партии и рабочего к л а с с а

Лозунг самокритики не есть нечто мимолетное и скоропреходящее. Самокритика есть особый метод, большевистский метод воспитания кадров партии, рабочего класса вообще в духе революционного развития. Еще Маркс говорил о самокритике как о методе укрепления пролетарской революции. Что касается самокритики в нашей партии, то начало самокритики восходит к началу появления большевизма в нашей стране, к первым же дням его зарождения как особого революционного течения в рабочем движении.
Известно, что Ленин еще весной 1904 г., когда большевизм не
являлся еще самостоятельной политической партией, а работал
вместе с меньшевиками в составе одной социал-демократической
партии, — известно, что Ленин уже тогда звал партию к «самокритике и беспощадному разоблачению собственных минусов». Вот
что писал тогда Ленин в своей брошюре «Шаг вперед, два шага
назад»;

за

« . . . Оял (т. е. лротпвнплп марксистов. И. Ст.) злорадствуют и кривляются, наблюдая наши споры; они постараются, конечно, выдергивать для своих целей
отдельные места моей брошюры, посвященные недостаткам и недочетам нашей
партии. Русские социал-демократы утке достаточно обстреляны в сражениях,
чтобы не смущаться о там и щипками, чтобы продолжать, вопреки им, свою работу Самокритики и беспощадного
разоблачения
собственных
минусов, * которые непременно и неизбежно будут превзойдены ростом рабочего движения.
А гооиода противники пусть попробуют- представить нам »картину действительного положения дел в их «партиях», хоть отдаленно приближающуюся к той,
которую дают протоколы нашего второго съезда!» (см. т. VI, стр. i c i ) .

Поэтому совершенно неправы те товарищи, которые думают,
что самокритика, есть мимолетное явление, мода, которая должна
в скором времени выйти в тираж так же, как выходит обычно в тираж всякая мода. На "самом деле самокритика есть неотъемлемое и
постоянно действующее оружие в арсенале большевизма, неразрывно связанное с самой природой большевизма, с его революционным духом.
,
Иногда говорят, что самокритика—вещь хорошая для партии,
которая не пришла еще к »власти и которой «нечего терять», но
самокритика опасна- и вредна для партии, которая уже пришла к
власти, которая имеет в окружении враждебные силы и против которой могут использовать враги разоблачение ее слабостей. Это
неверно. Это совершенно неверно. Наоборот, именно потому, что
большевизм пришел к власти, именно потому, что большевики могут зазнаться, благодаря успехам нашего строительства, именно потому, что большевики могут не заметить своих слабостей и тем облегчить дело своих врагов. — именно поэтому нужна самокритика
особенно теперь, особенно после взятия власти. Самокритика имеет
своей целью вскрытие и ликвидацию наших ошибок, наших слабостей, — разве не ясно, что самокритика в условиях диктатуры пролетариата может лишь облегчить дело борьбы большевизма с врагами рабочего класса? Ленин учитывал эти особенности положения
после взятия власти большевиками, когда он писал в своей брошюре
«Детская болезнь «левизны* в коммунизме» в мае 1920 г.:
« . . . Отношение.политической партии к ее ошибкам есть один из важнейших и
вернейших критериев серьезности партии и исполнения ею на деле ее обязанностей к своему классу и к трудящимся массам. Открыто признать ошибку, *
вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить
внимательно средства поправить ошибку — вот ото признак серьезной партии,
вот это исполнение ею своих обязанностей, вот это — воспитание и обучение
класса, а затем н массы» (см. т. XXV', стр. 200).

Ленин был тысячу раз прав, когда говорил на XI съезде партии
в марте 1922 г.:
« . . . Пролетариат не боится признать, что в'революции у него то-то вышло
великолепно, а то-то не вышло. Все революционные партии, которые до сих нор
гибли, — гибли от того, что зазнавались
и не умели видеть, в чем их сила, и
боялись
говорить о своих слабостях». * А мы не погибнем, потому что не
боимся говорить о своих слабостях, и научимся преодолевать слабость» (см.
т. "XXVII, стр. 260—261).

Вывод один: без самокритики нет правильного воспитания нартии, класса, масс; без правильного воспитания партии, класса, масс,
нет большевизма.
Почему лозунг самокритики получил особо актуальное значение
* Курсив мой. И. Ст,

именно теперь, именно в данную историческую минуту, именно в
1928 г.? Потому, что теперь ярче, чем год или два назад, обнаружилось обострение классовых отношений как по линии внутренней,
так и по линии внешней. Потому, что теперь ярче, чем год или два
года назад, вскрылось наличие подкопной работы классовых врагов
советской власти, использующих паши слабости, наши ошибки против рабочего класса нашей страны. Потому, что уроки шахтинского дела и «заготовительных маневров» капиталистических элементов деревни плюс наши ошибки планового порядка не могут и
не должны пройти для нас; бесследно. Нужно поскорее
освобождаться от наших ошибок и слабостей, вскрытых- шахтипским делом
и заготовительными затруднениями по хлебу, если мы хотим укрепить революцию и встретить врагов во всеоружии. Нужно поскорее
вскрывать наши слабости и ошибки, которые еще не вскрыты, но
которые несомненно существуют, если мы не хотим быть застигнутыми врасплох всякого рода «неожиданностями» и «случайностями» на радость врагам рабочего класса. Медлить здесь — значит облегчить дело наших врагов, усугубить наши слабости и ошибки. Но
сделать все это невозможно без развертывания самокритики, без
усиления самокритики, без вовлечения миллионных масс рабочего
класса и крестьянства в дело выявления и ликвидации наших слабостей, наших ошибок.
»
Апрельский пленум ЦК и ЦКК был поэтому совершенно прав,
когда он сказал в своей резолюции по шахгинскому делу, что:

«Главнейшим
условием для обеспечения успешного проведения всех намеченных мероприятий должно быть действительное проведение в жизнь лозунга
XV" съезда о самокритике». *

Но чтобы развернуть самокритику, надо прежде всего преодолеть цельиі ряд препятствий, стоящих перед партией. Сюда относится культурная отсталость масс, недостаток культурных сил пролетарского авангарда, наша косность, наше «комчванство» и т. п.
Однако одним из самых серьезных препятствий, если не самым:
серьезным препятствием, является бюрократизм наших аппаратов.
Речь идет о наличии бюрократических элементов в составе наших
партийных, государственных, профессиональных, кооперативных и
всякого рода других организаций. Речь идет о бюрократических
элементах, которые живут нашими слабостями и ошибками, которые боятся, как огня, критики масс, контроля масс и которые мешают нам развернуть самокритику, мешают нам освободиться от
наших слабостей, от наших ошибок. Бюрократизм в наших организациях не есть только лишь волокита и канцелярщина. Бюрократизм есть проявление буржуазного влияния па наши организации.
Ленин был прав, когда он говорил:
« . . . Надо, чтобы мы понята, что борьба с бюрократизмом есть борьба абсолютно необходимая и что она так же сложна, как задача борьбы с мелкобуржуазной стихией. Бюрократизм в нашем государственном строе получил значение
такой болячки, что о ие.м говорит наша «партийная программа, и ото потому, что
он связан с зой мелкобуржуазной
стихией и о се распыленностью» * (см,
T. X X V I , стр. 220).

Тем с большей настойчивостью должна вестись борьба против

бюрократизма наших организаций, если мы действительно хотим
развернуть самокритику и освободиться от болячек нашего строительства.
Тем с большей настойчивостью мы должны подымать миллионные массы рабочих и крестьян на дело критики снизу, на дело контроля снизу, как основного противоядия против бюрократизма.
Ленин был тысячу раз нрав, когда он говорил:
« . . . Если мы хотим бороться с бюрократизмом, то мы должны привлечь к
этому низы*...
ибо «каким же иным способом можно прекратить бюрократизм,
как не привлечением рабочих и крестьян?» * (см. т. X X V , стр. 496, 495).

Но для того чтобы «привлечь» миллионные массы, нужно развернуть пролетарскую демократию во всех массовых организациях
рабочего класса и прежде всего внутри самой партии. Вез этого
условия самокритика есть нуль, пустышка, фраза.
Нам нужна не всякая самокритика. Нам нужна такая самокритика, которая подымает культурность рабочего класса, развивает
его боевой дух, укрепляет его веру в победу, умножает его силы и
помогает ему стать подлинным хозяином страны.
О .дни говорят, чго ежели есть самокритика, то не нужна трудовая дисциплина, можно бросить работу и заняться болтовней обо
всем понемножку. Это не самокритика, а издевка над рабочим классом. Самокритика нужна не для разрушения трудовой дисциплины,
а для ее укрепления, для того, чтобы трудовая' дисциплина стала
сознательной, способной устоять против мелкобуржуазной расхлябанности.
; Другие говорят, что ежели есть самокритика, то не требуется
больше руководства,
можно отойти от руля и ' предоставить все
«естественному ходу вещей». Это не самокритика, а позор. Самокритика нужна не для ослабления руководства, а для его усиления, для
того, чтобы превратить его из руководству бумажного и мало авторитетного в руководство жизненное и действительно авторитетное.
Но есть и другого рода «самокритика», ведущая к разрушению
партийности, к развенчанию
советской власти, к ослаблению нашего
строительства, к разложению хозяйственных кадров, к
разоружению
рабочего класса, к болтовне о перерождении.
К такой именно «самокритике» звала нас вчера троцкистская оппозиция.
Нечего и говорить, что партия не имеет ничего общего с такой
«самокритикой». Нечего и говорить, что партия будет бороться
против такой «самокритики» всеми силами, всеми средствами.
Надо строго различать между этой чуждой
нам антибольшевистской «самокритикой» л между пашей, большевистской
самокритикой, имеющей своей целью насаждение
партийности,
упрочение советской власти, улучшение
нашего строительства, укрепление наших хозяйственных кадров, вооружение
рабочего класса.
(Сталин.
«Против
26 июня 192а г., >é 146.)

опошления

лозунга

самокритики».

ЦО

«Правда»

от

Б. ШІарнс и Энгельс о значении саионритини

Буржуазные революции, как революции ХѴШ столетия, быстрее' несутся от успеха к успеху, в них драматические аффекты
* Курсив мой. 11. СтЛ

один ослепительнее другого, люди и вещи как бы озарены бенгальским огнем, каждый день дышит экстазом; но они скоропреходящи,
быстро достигают своего апогея, и общество охватывает длительное похмелье, прежде чем оно успевает трезво усвоить результаты
своего периода б у ш и натиска. Напротив, пролетарские революции,
как революция X I X столетия, постоянно критикуют сами себя, то и
дело останавливаются на ходу, возвращаются к тому, что кажется
уже выполненным, затем, чтобы еще раз начать сызнова, жестоко
основательно осмеивают половинчатость, слабые стороны и негодность своих первых попыток, сваливают своего противника с ног
как бы: только для того, чтобы тог из земли всосал свежие силы и
снова выпрямился еще могучее прежнего, все снова и снова отступают перед неопределенною громадностью своих собственных целой, пока не создано положение, отрезывающее всякий путь к отступлению . . .
( М а р к с . Иэбр. ігропза, т. 11, «18 Брюмера Лун Бонапарта», стр. 249. 1852 г.)

. . . Мы здесь высоко ценим как трудности, при которых партии
приходится бороться в Германии, так и значение достигнутых, несмотря на это, успехов л образцовое до сих пор поведение партийных масс. Само собой разумеется, что каждая одержанная в Германии победа радует нас так же, как и победа в любой другой
стране, и даже больше, так как германская партия ведь росла, примыкая с самого же начала к нашим теоретическим положениям. Но
именно поэтому ми придаем особенное значение тому, чтобы практика германской партии, в особенности же публичные выступления
партийного руководства, не расходились с общей теорией. Несомненно, что критика наша многим неприятна, но больше, чем от
всяких некритических комплиментов, партия выигрывает от того,
что за границей у нее есть люди, свободные от влияния запутанных местных условий и частных эпизодов борьбы, которые время
от времени измеряют партийные события и выступления масштабом теоретических положений, действительных для современного
пролетарского движения во всех странах, и отражают то впечатление, которое эти выступления производят за пределами Германии.
( М а р к е . Избр.
14 ноября 1879 г.)

произв.,

т.

И,

«Письмо

Энгельса

к

Бебелю»,

стр.

496.

В. Ленин о самокритике

Чем больше вдумываешься в значение так называемого Демократического совещания, чем внимательнее всматриваешься в него
со стороны, — а со Стороны, говорят, виднее, — тем тверже становится убеждение, что наша партия сделала ошибку, участвуя в нем.
Надо было его бойкотировать. Скажут, пожалуй, какая польза разбирать такой вопрос. Прошлого не воротишь. Но это возражение
против тактики вчерашнего дня было бы явно несостоятельно. Мы
всегда осуждали и как марксисты обязаны осуждать тактику живущего «со дня на день». Нам недостаточно минутных успехов. Нам
недостаточно и вообще расчетов на минуту или на день. Мы должны постоянно проверять себя, изучая цепь политических событий
в их целом, их причинной связи, их результатах. Анализируя
43

ошибки вчерашнего дня, мы тем самым учимся избегать ошибок
сегодня и завтра.
. . . Т а к можно представить три ситуации: август 1900 г., сентябрь 1917, нюнь 1907, чтобы нагляднее пояснить объективные
основы тактики бойкота, ее связь с взаимоотношением классов.
Обман угнетенных классов угнетателями есть всегда, но значение
•этого обмана в разные исторические моменты различно. Тактики
нельзя основывать только на том, что угнетатели обманывают народ; ее надо определять, анализируя в целом взаимоотношения
классов и развития как внепарламентской, так и парламентской
борьбы.
Тактика участия в предпарламенте неверна, она не соответствует
объективному взаимоотношению классов, объективным условиям
момента.
Надо было бойкотировать Демократическое совещание, мы все
ошиблись, не сделав этого, ошибка в фальшь не становится.
Ошибку мы поправим, было бы искреннее желание стать за революционную борьбу масс, было бы серьезное размышление об
объективных основах тактики . . .
. . . Борющейся партии передового класса не страшны ошибки.
Страшно было бы уиорствоваиие в ошибке, ложный стыд признания и исправления ее.
,
( Л е н и н . Соч., т. XXI, «Из дневника публициста», стр. 215, 218—219. 1917 г.)

. . . Погибшими наверняка надо бы признать тех коммунистов,
которые бы вообразили, что можно без ошибок, без отступлений,
без многократных переделываний недоделанного и неправильно
сделанного закончить такое всемирно-историческое «предприятие»,
как завершение фундамента социалистической экономики (особенно в стране мелкого крестьянства). Не погибли (и, вероятнее всего,
не погибнут) те коммунисты, которые не дадут себе впасть ни в
иллюзии, ни в уныние, сохраняя силу и гибкость организма для
повторного «начинания сначала» в подходе к труднейшей з а д а ч е . . ,
(Л е в и л .

Соч. т. ХХѴЦ, «Заметки публициста», стр. 201. 1922 т.)

f
Г. Своевременное в с к р ы т и е ошибок — важнейший принцип
б о л ь ш е в и с т с к о г о руководства

Это не значит, товарищи, что у нас нет недостатков в партии.
Нет, недостатки есть, и недостатки серьезные.' Позвольте сказать
несколько слов об этих недостатках.
Возьмем, например, дело руководства хозяйственными и иными
организациями со стороны партийных организаций. Все ли обстоит
здесь у нас благополучно? Нет, не все. У нас нередко решаются
вопросы не только на местах, но и в центре, так сказать, в семейном порядке, домашним образом. Иван Иванович, член руководящей верхушки такой-то организации, допустил, скажем, грубейшую
ошибку и испортил дело. Но Иван Федорович его не хочет критиковать, выявлять его ошибки, исправлять его ошибки. Не хочет,
так как не имеет желания «ішклть себе врагов». Допустили ошибку,
испортили дето, — эка важность! А кто из нас1, не ошибается? Сегодня я его, Ивана Федоровича, пощажу. Завтра он меня, Ивана Ива-

44

і

новича, пощадит. Ибо какая есть гарантия, что я также не ошибусь?
Чинно и хорошо. Мир и благоволение. Запущенная ошибка есть
порча нашего великого дела? Ничего! Авось как-либо выедем на
кривой. Вот, товарищи, обычное рассуждение некоторых наших
ответственных работников. Но что это значит? Ежели мы, большевики, которые критикуют весь мир, которые, говоря словами
Маркса, штурмуют небо, если мы ради спокойствия тех или иных
товарищей откажемся от самокритики, — то разве не ясно, что ничего, кроме т о е т нашего великого дела, не может из этого получиться? (Голоса: «Правильно!» Аплодисменты.) Маркс говорил, что
пролетарская революция тем, между прочим, и отличается от всякой другой революции, что она сама себя критикует и, критикуя
себя, укрепляется. Это очень важное указание Маркса. Если мы,
представители пролетарской революции, будем закрывать глаза на
паши недочеты, будем разрешать вопросы семейным порядком, замалчивая взаимно свои ошибки и загоняя болячки во-внутрь нашего партийного организма, — то кто же будет исправлять эти
ошибки, эти недочеты? Разве не ясно, что мы перестанем быть
пролетарскими революционерами, и мы наверняка погибнем, ежели
не вытравим из своей среды эту обывательщину, эту семейность в
решении важнейших вопросов нашего строительства? Разве не
ясно, что, отказываясь от честной и прямой самокритики, отказываясь от честного и открытого исправления своих ошибок, мы закрываем себе дорогу для продвижения вперед, для улучшения нашего дела, для нойых успехов нашего дела? Водь наше развитие
идет не в порядке плавного, огульного подъема вверх. Нет, товарищи, у нас есть классы, у нас есть противоречия внутри страны,
у нас есть прошлое, у нас есть настоящее и будущее, у нас есть
противоречия между ними, и мы н е г о ж е м продвигаться вперед в
порядке плавного покачивания на волнах жизни. Наше продвижение протекает в порядке борьбы, ч в порядке развития противоречий, в порядке преодоления этих противоречий, в порядке выявления и ликвидации этих противоречий. Никогда не будем мы в силах, пока есть классы, иметь такое состояние, когда можно будет
сказать: ну, слава богу, теперь все хорошо. Никогда этого не будет
у нас, товарищи. Всегда у нас что-либо отмирает в жизни. Но то,
что отмирает, не хочет умирать просто, а борется за свое существование, отстаивает свое отжившее дело. Всегда у нас рождается
что-либо новое в жизни. Но то, что рождается, рождается не просто, а пищит, кричит, отстаивая свое право на существование. (Голоса: «Правильно!» Аплодисменты.) Борьба между старым и новым,
между отмирающим и нарождающимся, — вот основа нашего развития. Не отмечая и не выявляя открыто и честно, как это подобает большевикам, недочеты и ошибки в нашей работе, мы закрываем себе дорогу вперед. Ну, а мы хотим двигаться вперед. И
именно потому, что мы хотим двигаться вперед, мы должны поставить одной из своих важнейших задач честную и революционную самокритику. Без этого нет движения вперед. Без этого нет
развития. Но именно но этой линии у нас все еще хромает дело.
Более того, достаточно некоторых успехов, чтобы забыли о недостатках, успокоились и зазнались. Два-три больших успеха — и уже
море по колено. Еще два-три больших успеха — и уже зазнались,

49

шапками закидаем. Но ошибки остаются, недочеты живут, болячки
загоняются во внутрь нашего партийного организма.
(Сталин.

70—71.

1027

Г.)

Политический отчет ira XV съезде ВКЩ'б), Стен, отчет, стр.

Д . Разоблачение правоопортунистического извращенна
самокритики

Сегодня получили тезисы т. Слепкова о самокритике. Эти тезисы обсуждались, оказывается, в вашем кружке. Мне говорили
члены кружка, что тезисы эти были пущены в ход как документ,
имеющий своей целью не критику линии ЦК, а ее обоснование.
Было бы неправильно отрицать за членами партии право критики
линии ЦК. Более того, я допускаю, что члены вашего кружка
имеют право даже противопоставлять в своем тесном кругу позиции ЦК свои особью тезисы. Очевидно, однако, что тезисы т. Слепкова преследуют не цели критики линии ЦК или противопоставления ей чего-либо нового, а задачу разъяснения и обоснования позиции ЦК. Этим, должно быть, и объясняется, что тезисы т. Слепкова получили некоторое распространение в московских партийных
кругах.
Тем не мепее, или именно поэтому, я считаю своим долгом заявить, что тезисы т. Слепкова а) не. совпадают с позицией ЦК по
вопросу о лозунге самокритики, б) они «исправляют», «дополняют >
и, естественно, ухудшают ее в угоду бюрократическим элементам
наших учреждений и организаций.
1) Неправильна, прежде всего, установка тезисов т. Слепкова.
Тезисы т. Слепкова лишь внешним образом напоминают тезисы о
лозунге самокритики. На самом деле они являются тезисами об
опасностях лозунга, самокритики. Нет слов, что всякий революционный лозунг таит в себе известные возможности его извращения
на практике. Такие возможности применимы, конечно, и к лозунгу
самокритики. Но выставлять эти возможности как центр вопроса,
как основу тезисов о самокритике, — значит перевернуть все вверх
дном, подорвать революционное значение самокритики, помогать
бюрократам, старающимся отписаться от самокритики в виду связанных с нею «опасностей». Я не сомневаюсь, что бюрократические
элементы наших партийных и советских организаций прочтут тезисы т. Слепкова не бёз чувства, некоторого удовлетворения.
Имеет ли такая установка что-либо общее с установкой ЦК в
вопросе о самокритике, с резолюцией апрельского пленума ЦК и
ЦКК о шахтинском деле о июньским обращением ЦК по вопросу
4
о самокритике?
Я думаю, что по имеет.
2) Неправильны тезисьт т. Слепкова и по своему внутреннему
содержаігаю. Одним из серьезнейших факторов, делающих неизбежной самокритику, и, вместе с тем, одним из важнейших объектов самокритики является бюрократизм наших организаций. Можно
ли двигаться вперед, не борясь с бюрократизмом нашего партийного и советского аппарата? Нельзя. Можно ли организовать контроль масс, поднять инициативу и самодеятельность маос, вовлечь
миллионные массы в социалистическое строительство, не ведя решительной борьбы с бюрократизмом наших организаций? Нельзя.
46

•Можно ли подорвать, ослабить, развенчать бюрократизм без проведения в жизнь лозунга самокритики? Нельзя. Можно ли обойтись
в тезисах, посвященных лозунгу самокритики, без освещения вопроса о бюрократизме, как отрицательном факторе нашего социалистического строительства и как одном из важнейших объектов
самокритики? Ясно, что нельзя. Чем объяснить, в таком случае, что
т. Слепков ухитрился в своих тезисах обойти молчанием этот животрепещущий вопрос? Как можно в тезисах о самокритике, ставящих
своей целью обоснование позиции ЦК, забьггь о важнейшей задаче
самокритики, о борьбе с бюрократизмом. А ведь это факт, что в
тезисах т. Слспкова нет ни одного слова (буквально ни одного
слова) о бюрократизме наших организаций, о бюрократических
элементах внутри этих организаций, о бюрократических извращениях в работе нашего партийного и советского аппарата.
Можно ли совместить это более чем легкомысленное отпошепие
•к важнейшему вопросу о борьбе с бюрократизмом с позицией ЦК
в вопросе о самокритике, с такими документами партии, как резолюция апрельского пленума ЦК и ЦКК о шахтинском деле или
июньское обращение ЦК о самокритике?
Я думаю, что нельзя.
С коммунистическим приветом
П. Сталин,
3 ЕГНЯ 1028 Г.

(Письмо т. Сталину членам кружна чо партстроительству при Комакадемии,
«Комсомольская Правда» от 19 апреля, M 90/1177, 1329 г.) '

II. ТЕОРИЯ
I. РОЛЬ ТЕОРИИ В КЛАССОВОЙ БОРЬБЕ ПРОЛЕТАРИАТА

Иные думают, что ленинизм есть примат практики перед теорией в том смысле, что главное в нем — претворение марксистских
положений в дело, «исполнение» этих положений, что же касается
теории, то на этот счет ленинизм довольно, будто бы, беззаботен.
Известно, что Плеханов не раз потешался над «беззаботностью»
Ленина насчет теории и особенно философии. Известно также, что
многие нынешние практики-ленинцы не очень милуют теорию, особенно в виду той бездны практической работы, которую вынуждены они нести по обстановке. Я должен заявить, что это более
чем странное мнение о Ленине и ленинизме совершенно неправильно и ни в какой мере не соответствует действительности, что
стремление практиков отмахнуться от теории противоречит всему
духу ленинизма и чревато большими опасностями для дела.
Теория ость опыт рабочего движения всех стран, взятый в его
общем виде. Конечно, теория становится беспредметной, если она
йе связывается с революционной практикой, точно так же как и
практика становится слепой, если она не освещает себе дорогу революционной теорией. Но теория может превратиться в величайшую силу рабочего движения, если она складывается в неразрывной связи с революционной Практикой, ибо она, и только она, может дать движению уверенность, силу ориентировки и понимание
внутренней связи окружающих событий, ибо она, и только она,
47

может помочь практике понять не только то, как и куда двигаются
классы в настоящем, но и то, как и куда должны двинуться они в
ближайшем будущем. Не кто иной, как Ленин, говорил и повторял
десятки раз известное положение о том, что:
«Без революционной
теории пе может быть и
революционного
движения» * (см. т. IV, стр. 380).
Ленин больше, чем кто-либо другой, понимал важное значение
теории, особенно для такой партии, как наша, в виду той роли
передового борца международного пролетариата, которая выпала
на ее долю, л в виду той сложности внутренней и международной
обстановки, которая окружает ее. Предугадывая эту особую роль
нашей партии еще в 1902 г., он считал нужным ужо тогда напомнить, что:
«Роль передового
борца может выполнить только партия, руководимая передовой теорией» * (см. т. IV, стр. 380).
Едва ли нужно доказывать, что теперь, когда предсказание Ленина о роли нашей партии уже претворилось в жизнь, это положение Ленина приобретает особую силу и особое значение.
Может быть, наиболее ярким выражением того высокого значения, которое придавал Ленин теории, следовало бы считать тот
факт, что не кто иной, как Ленин, взялся за выполнение серьезнейшей задачи обобщения по материалистической философии наиболее важного из того, что дало наукой за период от Энгельса до
Ленина, и всесторонней критики антиматериалистических течений
среди марксистов. Энгельс говорил, что «материализму приходится
принимать новый вид с каждым новым великим открытием». Известно, что эту задачу выполнил для своего времени не кто иной, как
Ленин, в своей замечательной книге «Материализм и эмпириокритицизм». Известно, что Плеханов, любивший потешаться над «беззаботностью» Ленина насчет философии, не решился даже серьезно
приступить к выполнению такой задачи.
(Стадия.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

сир.

16—17.

. . .Кто сколько-нибудь знаком с фактическим состоянием нашего движения, тот не может не видеть, что широкое распространение марксизма сопровождалось некоторым принижением теоретического уровня. К движению, ради его практического значения и
практических успехов, примыкало немало людей, очень мало и
даже вовсе не подготовленных теоретически. Можно судить по
этому, какое отсутствие такта проявляет «Раб. Дело», когда выдвигает с победоносным видом изречение Маркса: «каждый шаг действительного движения важнее дюжины программ». Повторять эти
слова в эпоху теоретического разброда., это все равно что кричать
«таскать вам не перетаскать!» при виде похоронной процессии. Да
и взяты эти олова Маркса из его письма о готской программе, в
котором он резко порицает допущенный эклектизм в формулировке
принципов: если уже надо было соединяться — писал Маркс вожакам партии, — то заключайте договоры, ради удовлетворения практических целей движения, но не допускайте торгашества принци* Курсив мой. И. Ст.

нами, не делайте теоретических '«уступок»'. Бот какова была мысль
Маркса, а у нас находятся люди, которые, во имя его, стараются
ослабить значение теории!
Без революционной теории не может быть и революционного
движения. Нельзя достаточно настаивать на этой мысли в такое
время, когда с модной проповедью оппортунизма обнимается увлечение самыми узкими формами практической деятельности. А для
русской социал-демократии значение теории усиливается еще тремя
обстоятельствами, о которых часто забывают, именно: во-первых,
тем, что наша партия только еще складывается, только еще вырабатывает свою физиономию и далеко еще не закончила счетов с
другими направлениями революционной мысли, грозящими совлечь
движение с правильного пути. Напротив, именно самое последнее
время ознаменовалось (как давно уже предсказывал экономистам
Акоельрод) оживлением не социал-демократических революционных направлений. При таких условиях «неважная» на первый взгляд
ошибка может вызвать самые печальные последствия, и только
близорукие люди могут находить несвоевременными или излишними фракционные споры и строгое различение оттенков. От упрочения того или другого «оттенка» может зависеть будущее русской
социал-демократии на много и много лет.
Во-вторых, социал-демократическое
движение
международно,
по самому своему существу. Это означает не только то, что мы должны бороться с национа.тьным шовинизмом. Это означает также,
что начинающееся в молодой стране движение может быть успешно
лишь при условии претворения им опыта других стран. А для такого претворения недостаточно простого знакомства с этим опытом или простого переписывания последних резолюций. Для этого
необходимо уменье критически относиться к этому опыту и самостоятельно проверять его. Кто только представит себе, как гигантски разрослось и разветвилось современное рабочее движение, тот
поймет, какой запас теоретических сил и политического (а также
революционного) опыта, необходим для выполнения этой задачи.
В-третьих, национальные задачи русской социал-демократии таковы, каких не было еще ни перед одной социалистической партией в мире. Нам придется ниже говорить о тех политических и
организационных обязанностях, которые возлагает на нас эта задача освобождения всего народа, от ига самодержавия. Теперь же
мы хотим лишь указать, что роль передового
борца может выполнить только партия, руководимая передовой теорией. А чтобы хоть
сколько-нибудь конкретно представить себе, чтб это означает,
пусть читатель вспомнит о таких предшественниках русской социалдемократии, как Герцеи, Белинский, Чернышевский и блестящая
плеяда, революционеров 70-х годов; пусть подумает о том всемирном значении, которое приобретает теперь русская литература;
п у с т ь . . . да довольно и этого!
(Ленин.

Соч., т. IV, «Что делать?», стр. 379—3S1.

1902 г.)

, . . Энгельс признает не две формы великой борьбы социалдемократии (политическую и экономическую), — как это принято
делать у нас, — а три, ставя на ряду с ними и теоретическую
4

Ленинизм,

49

борьбу. Его напутствие практически и политически окрепшему немецкому рабочему движению так поучительно с точки грення современных вопросов и споров, что читатель не посетует на нас,
надеемся, за длинную выписку из предисловия к брошюре «Крестьянская война в Германии», которая давно уже стала величайшей
библиографической редкостью:

«Немецкие рабочие имеют два существенных преимущества пред рабочими
остальной Евроиьь. Первое — то, что они принадлежат" к наиболее теоретическому народу Европы и что они сохранили в себе тот теоретический смысл,
который почти совершенно утрачен так называемыми «образованными» классами
в Германии. Без предшествующей ему немецкой философии, в особенности философии Гегеля, никогда не создаіся бы немецкий научный социализм, — единственный научный социализм, который когда-либо существовал. Без теоретического смысла у рабочих этот научный социализм никогда не сошел бы до такой
степени в их плоть и кровь, как это мы видим теперь. Л как необъятно велико
это преимущество, это показывает, с одной стороны, то равнодушие ко всякой
теории, которое является одной из главных причин того, почему английское
рабочее движение так медленно двигается вперед, несмотря на великолепную
организацию отдельных ремесл, — а с другой стороны, это показывает та смута
и те шатания, которые посеял прудонизм, в его пеірвоначальной форме у французов и бельгийцев, в его карикатурной, Бакуниным приданной, форме — ,
у испанцев и итальянцев.
«Второе преимущество состоит в том, что немцы приняли участие в рабочем
движении почти что позже всех. Как немецкий теоретический социализм никогда, не забудет, что он стоит на плечах Ссн-Спмона, Фурье и Оуэна,—-трех
мыслителей, которые, несмотря на всю фантастичность и весь утопизм их учений, принадлежат к величайшим умам всех времен, которые гениально предвосхитили бесчисленное множество таких истин, правильность которых мы доказываем теперь научно,— так немецкое практическое
рабочее движение не
должно никогда забывать, что оно развилось на плечах английского и французского движения, что оно имело возможность просто обратить себе на пользу
их дорого купленный опыт, избежать теперь их ошибок, которых тогда в большинстве случаев нельзя было избежать. Где были бы мы теперь без образца
английских трэд-юнионов и французской политической борьбы рабочих, без
того колоссального толчка, который дала в особенности Парижская Коммуна?
«Надо отдать справедливость немецким рабочим, что они с редким уменьем
воспользовались выгодами своего положения. Впервые с тех пор, как существует
рабочее движение, борьба ведется планомерно во всех трех ее направлениях,
\ооглаооваивмк и связанных между собой: п теоретическом, # политическом и
практически-экономическом (сопротивление капиталистам). В этом, так сказать,
концентрическом нападении и заключается сила и непобедимость немецкого
движения.
«С одной стороны, вследствие этого выгодного их положения, с другой стороны, вследствие островных особенностей английского движения и насильственного подавления французского, немецкие рабочие, поставлены в данный момент
во главе пролетарской борьбы. Как долго события позволят им занимать этот
почетный ноет, этого нельзя предсказать. Но, покуда они будут занимать его,
они исполнят, надо надеяться, как подобает, возлагаемые им на них обязанности. Для этого требуется удвоенное напряжение сил во всех областях борьбы
и агитации. В особенности обязанность вождей будет состоять в том, чтобы все
более и более просвещать себя по всем теоретическим ©опросам, все более и
более освобождаться от влияния традиционных, принадлежащих старому миросозерцанию, фраз и всегда иметь в виду, что социализм, с тех нор как он стал
наукой, требует, чтобы с ним п обращались как с наукой, т. е. чтобы его изучали. Приобретенное таким образом все более проясняющееся сознание необходимо распространять среди рабочих масс с все большим усердием и все крепче
сплачивать организацию партии и организацию профессиональных союзов...
« . . . Если немецкие рабочие будут также итти вперед, то они будут — н е то
что маршировать во главе движения—это вовсе не в интересах движения, чтобы
рабочие одной какой-либо нацпн маршировали во главе его,— но будут занимать почетное место в линии борцов; и они будут стоять во всеоружии, если
неожиданно тяжелые испытания или великие события потребуют от них более
высокого мужества, более высокой решимоотк и энергии».
50

Слова Энгельса оказались пророческими. Через несколько лег
немецких рабочих постигли неожиданно тяжелые испытания в виде
исключительного закона о социалистах. И немецкие рабочие действительно встретили их во всеоружии и сумели победоносно
выйти из них.
Русскому пролетариату предстоят испытания еще неизмеримо
более тяжкие, предстоит борьба с чудовищем, по сравнению с которым исключительный закон в конституционной стране кажется
настоящим пигмеем. История поставила теперь перед нами ближайшую задачу, которая является наиболее революционной
из всех
ближайших задач пролетариата какой бы то ни было другой страны. Осуществление этой задачи, разрушение самого могучего
оплота не только европейской, но также (можем мы сказать теперь) и азиатской реакции сделало бы русский пролетариат авангардом международного революционного пролетариата. И мы в
нраве рассчитывать, что добьемся этого почетного звания, заеду»
же иного уже нашими предшественниками, революционерами 70-х
годрв, если мы сумеем воодушевить наше в тысячу раз более широкое и глубокое движение такой же беззаветной решимостью и
энергией.
(Ленин.

Соч., т. IV, «Что делать?», стр. 381—332. 1902 г.)

2. М А Р К С И З М НЕ ДОГМА, А РУКОВОДСТВО К Д Е Й С Т В И Ю

Международная социал-демократия переживает в настоящее
время шатание мысли. До сих пор учения Маркса и Энгельса считались прочным основанием революционной теории,—теперь раздаются отовсюду голоса о недостаточности этих учений и устарелости их. Кто объявляет себя социал-демократом и намерен выступить с социал-демократическим органом, должен с точностью определить свое отношение к вопросу, волнующему далеко не одних
только германских социал-демократов.
Мы стоим всецело на почве теории Маркса: она впервые превратила социализм из утопии в науку, установила твердые основания этой науки и наметила путь, по которому должно итти, развивая дальше, эту науку и разрабатывая ее во всех частностях. Она
раскрыла сущность современного капиталистического хозяйства,
объяснив, каким образом наем рабочего, купля рабочей силы, прикрывает порабощение миллионов неимущего народа кучке капиталистов, владельцев земли, фабрик, рудников и пр. Она показала,
как все развитие современного капитализма клонится к вытеснению
мелкого производства крупным, создает условия, делающие возможным и необходимым социалистическое устройство общества.
Она научила видеть под покровом укоренившихся обычаев, политических интриг, мудреных законов, хитросплетенных учений —
классовую борьбу, борьбу между всяческими видами имущих классов с массой неимущих, с пролетариатом, который стоит во главе
всех неимущих. Она выясняла настоящую задачу революционной
социалистической партии: но сочинение планов переустройства
общества, не проповедь капиталистам и их прихвостням об улучшении положения рабочих, не устройство заговоров, а
организацию
классовой
борьбы
пролетариата и руководство
этой
борьбой,

конечная цель которой —завоевание
политической власти пролетариатом и организация социалистического
общества.
И мы спрашиваем теперь: что же внесли нового в эту теорию
те громогласные «обновители» ее, которые подняли в наше время
такой шум, группируясь около немецкого социалиста Бернштейна?
Ровно ничёго: они не подвинули ни на шаг вперед той науки, которую завещали нам развивать Маркс и Энгельс; они не научили
пролетариат никаким новым приемам борьбы; они только пятились назад, перенимая обрывки отсталых теорий и проповедуя пролетариату не теорию борьбы, а теорию уступчивости — уступчивости по отношению к злейшим врагам пролетариата, к правительствам и буржуазным партиям, которые не устают изыскивать новые средства для травли социалистов. Один из основателей и вождей русской социал-демократии, Плеханов, был вполне прав, когда
подверг беспощадной критике новейшую «критику» Бернштейна,
от взглядов которого отреклись теперь и представители германских рабочих (на съезде в Ганновере).
Мы знаем, что на нас посыплется за эти слова куча обвинений:
закричат, что мы хотим превратить социалистическую партию в
орден «правоверных», преследующих «еретиков» за отступление от
«догмы», за всякое самостоятельное мнение и пр. Знаем мы все эти
модные хлесткие фразы. Только нет в них ни капли правды и ни
капли смысла. Крепкой социалистической партии не может быть,
если нет революционной теории, которая объединяет всех социалистов, из которой они почерпают все свои убеждения, которую
они применяют к своим приемам борьбы и способам деятельности;
защищать такую1 теорию, которую по своему крайнему разумению
считаешь истинной, от неосновательных нападений к от попыток
ухудшить ее — вовсе еще не значит быть врагом всякой критики.
Мы вовсе не смотрим на теорию Маркса как на нечто законченное
и неприкосновенное; мы убеждены, напротив, что она положила
только краеугольные камни той науки, которую социалисты должны двигать дальше во всех направлениях, если они не хотят отстать от жизни. Мы думаем, что для русских социалистов особенно
необходима самостоятельная разработка теории Маркса, ибо эта
теория дает лишь общие руководящие
положения, которые применяются в частности к Англии иначе, чем к Франции, к Франции
иначе, чем к Германии, к Германии иначе, чем к России. Поэтому
мы охотно будем уделять место в нашей газете статьям но теоретическим вопросам и приглашаем всех товарищей к открытому обсуждению спорных пунктов...
(Лѳнпн.

Соч., т. II, «Наша программа», стр. 491—492.

1Ч99 г.)

. . . Н а ш е учение, — говорил Энгельс про себя и про своего знаменитого друга, — не догма, а руководство для действия. В этом
классическом положении с замечательной силой и выразительностью подчеркнута та сторона марксизма, которая сплошь да рядом упускается из виду. А упуская ее из виду, мы делаем марксизм односторонним, уродливым, мертвым, мы вынимаем из него
его душу живу, мы подрываем его коренные теоретические основан и я — диалектику, учение о всестороннем и полном противоречий
историческом развитии; мы подрываем его связь с определенными
82

практическими задачами эпохи, которые могут меняться при каждом новом повороте истории.
И, именно, в наше время среди тех, кого интересуют судьбы
марксизма в России, особенно часто встречаются люди, которые
упускают из виду как раз эту его сторону. А, между тем, всякому
ясно, что в последние годы Россия пережила такие крутые переломы, которые с необычайной быстротой и необычайно резко меняли обстановку, социально-политическую обстановку, определяющую ближайшим и непосредственным образом условия действия,
а, следовательно, и задачи действия. Я говорю, конечно, не об общих л основных задачах, которые не меняются при поворотах
истории, раз не меняется основное соотношение между классами.
Совершенно очевидно, что это общее направление экономической
(и не только экономической) эволюции России, равно как и основное соотношение между различными классами' русского общества,
не изменилось за последние, скажем, шесть лет.
Но задачи ближайшего и непосредственного действия изменялись за это время очень резко, как изменялась конкретная социально-политическая обстановка, — а, следовательно,
и в марксизме,
как живой доктрине, пе могли не выдвигаться на первый нлан различные стороны его.
(Л е н н н. Соч., т. XV, «О некоторых особенностях исторического развитая
марксизма», стр. 71. 1910 г.)
3. КРИТИКА ТЕОРИИ СТИХИЙНОСТИ

Мы сказали, что наше движение, гораздо более широкое л глубокое, чем движение 70-х годов, необходимо воодушевить такою
же, как тогда, беззаветной решимостью и энергией. В самом деле,
до С1ЕХ лор, кажется, еще никто не сомневался в том, что сила современного движения — пробуждение масс (и, главным образом,
промышленного пролетариата), а слабость его — недостаток сознательности и инициативности руководителей-революционеров.
Однако в самое последнее время сделано сногсшибательное открытие, грозящее перевернуть все господствовавшие до сих пор
взгляды по данному вопросу. Ото открытие сделано «Р. Делом»,
которое, полемизируя с «Искрой» и «Зарей», не ограничилось
одними частными возражениями, а попыталось свести «общее разногласие» к более глубокому корню — к «различной оценке сравнительного значения стихийного и сознательно «планомерного» элемента». Обвинительный тезис «Рабоч. Дела» гласит: «преуменьшение значения
объективного пли стихийного элемента
развития».
Мы скажем па это: если бы полемика «Искры» и «Зари» не дала
даже ровно никаких других результатов кроме того, что побудила
«Р. Дело» додуматься до этого «общего разногласия», то и " один
этот результат дал бы нам большое удовлетворение: до такой степени многозначителен этот тезис, до такой степени ярко освещает
он всю суть современных теоретических и политических разногласий между русскими социал-демократами.
Вот почему вопрос, об отношении сознательности к стихийности
представляет громадный общий интерес и на этом вопросе следует;
остановиться со всей подробностью,
S3

а) Начало стихийного подъема

Мы отметили в предыдущей главе повальное увлечение теорией
марксизма русской образованной молодежи в половине 90-х годов.
Такой же повальный характер приняли около того же времени рабочие стачки после знаменитой петербургской Ьромышленной
войны 1896 г. Их распространение по всей России явно свидетельствовало о глубине вновь поднимающегося народного движения,
и если уже говорить о «стихийном элементе», то конечно именно
это стачечное движение придется признать прежде всего стихийным.
Но ведь и стихийность стихийности — рознь. Огачки бывали в России и в 70-х и в 60-х годах (и даже в первой половине X I X века),
сопровождаясь «стихийным» разрушением машин и т. п. По сравнению с этими «бунтами» стачки 90-х годов можно даже назвать
«сознательными» — до такой степени значителен тот шаг вперед,
который сделало за это время рабочее движение. Это показывает
нам, что «стихийный элемент» представляет из себя, в сущности,
не что иное как зачаточную форму сознательности. И примитивные
бунты выражали уже собой некоторое пробуждение сознательности: рабочие теряли исконную веру в незыблемость давящих их
порядков, начинали... не скажу понимать, а чувствовать необходимость коллективного отпора, и решительно порывали с рабской
покорностью перед начальством. Но это было все же гораздо более
проявлением отчаяния и места, чем борьбой. Стачки 90-х годов показывают нам гораздо больше проблесков сознательности: выставляются определенные требования, рассчитывается наперед, какой
момент удобнее, обсуждаются известные случаи и примеры в других местах и т. д. Если бунты были восстанием просто угнетенных
людей, то систематические стачки выражали уже собой зачатки
классовой борьбы, но именно только зачатки. Взятые сами по себе,
эти стачки были борьбой трэд-юнионистской, но еще не социал-демократической, они знаменовали пробуждение антагонизма рабочих
и хозяев, но у рабочих не было да и быть не могло сознания непримиримой противоположности их интересов всему современному политическому и общественному строю, т. е, сознания социал-демократаческого. В этом смысле, стачки 90-х годов, несмотря на громадный прогресс по сравнению с «бунтами», оставались движением
чисто- ста X ийн и м.
Мы сказали, что социал-демократического сознания у рабочих
и не могло быть. Оно могло Сыть принесено только извне. История
всех стран свидетельствует, что исключительно своими собственными-силами рабочий класс в состоянии выработать лишь сознание
трэд-юнионистское, т. е. убеждение в необходимости объединяться
в союзы, вести борьбу с хозяевами, добиваться от правительства
издания тех или иных необходимых для рабочих'законов и т. п . *
Учение же социализма выросло из тех философских, исторических,
экономических теорий, которые разрабатывались образованными
представителями имущих классов, интеллигенцией.
Основатели
* Трэд-юнионизм вовср не исключает всякую «политику», как иногда думают.
Трэд-юиионы всегда вели известную (но «а социал-демократическую)
политическую агитацию и борьбу. О различии тред-юнионистской и содиал-де.
•мократической политики мы скажем в следующей главе.

С*

современного научного социализма, Маркс и Энгельс, принадлежали и сами, по своему социальному положению, к буржуазной
интеллигенции. Точно так же и в России теоретическое учение социал-демократии возникло совершенно независимо от стихийного
роста рабочего движения, возникло как естественный и неизбежный результат развития мысли у революционно-социалистической
интеллигенции. К тому времени, о котором*у нас идет речь, т. е. к половине 90-х годов, это учение не только было уже вполне сложившейся программой Группы «Освобождение труда», но и завоевало
на свою сторону большинство революционной молодежи в России.
Таким образом налицо было и стихийное пробуждение рабочих
масс, пробуждение к сознательной жизни и сознательной борьбе, и
наличность вооруженной социал-демократическою теориек» революционной молодежи, которая рвалась к рабочим. При этом особенно важно установить тот часто забываемый (и сравнительно
мало известный) факт, что первые социал-демократы этого пе-.
риода, усердно
занимаясь
экономической
агитацией—(и
вполне
считаясь в этом отношении с действительно полезными указаниями
тогда еще рукописной брошюры «Об агитации») — не * только не
считали ее единственной своей задачей, а напротив, с самого
начала
выдвигали и самые широкие исторические задачи русской социалдемократии вообще и задачу ниспровержения самодержавия в особенности. Так, например, той группой петербургских социал-демократов, которая основала «Союз борьбы за освобождение рабочего
класса», был составлен еще в конце 1895 г. первый номер газеты
иод названном «Рабочее Дело». Вполне готовый к печати этот номер был схвачен жандармами в набег с 8-го на 9-е декабря 1895 г.
у одного из членов группы, Анат. Алекс. Ванеева, и «Раб. Делу» первой формации не суждено было увидеть света. Передовая статья
этой газеты (которую, может быть, лет через 30 извлечет какаянибудь «Русская Старина» из архивов департамента полиции) обрисовывала исторические задачи рабочего класса в России и во главе
этих задач ставила завоевание политической свободы. Затем была
статья «О чем думают наши министры», посвященная полицейскому
разгрому Комитетов грамотности, и ряд корреспонденции не только
из Петербурга, но и из других местностей России (например, о побоище рабочих в Ярославской губернии). Таким образом этот, если
не ошибаемся, «первый опыт» русских социал-демократов 90-х годов представлял из себя газету не ' узко-местного, тем более не
«экономического» характера, стремившуюся соединить стачечную
борьбу с революционным движением против самодержавия и привлечь к поддержке социал-демократии всех угнетенных политикой
реакционного мракобесия. И никто, хоть сколько-нибудь знакомый
с состоянием движения в то время, не усомнится, что подобная газета встретила бы полное сочувствие и рабочих столицы и революционной интеллигенции и получила бы самое широкое распространение. Неуспех же предприятия доказал лишь, что тогдашние социал-демократы оказались *нс в силах удовлетворять насущный
запрос момента вследствие недостатка у них революционного
опыта и практической подготовленности. То же самое надо сказать и про «СПБ. Рабочий Листок» ді в особенности про «Рабочую
Газету» л про «Манифест», образованной весною іь93 г. Росс.
55

С-ДРП. Само собою разумеется, что нам п в голову не приходит
ставить эту неподготовленность в вину тогдашним деятелям. Но
для того, чтобы воспользоваться опытом движения и извлечь из
этого опыта, практические уроки, необходимо дать себе полный
отчет о причинах и значении того или другого недостатка. Поэтому
крайне важно установить, что часть (может быть, даже большинство) действовавших в 1895—1898 гг. социал-демократов вполне
справедливо считали возможным тогда же, в самом начале «стихийного» движения, выступать с самой широкой программой и боевой тактикой. * Неподготовленность же большинства революционеров, будучи явлением вполне естественным, никаких особенных
опасений возбуждать не могла. Раз постановка задач была правильная, раз была энергия на повторные попытки осуществить эти
задачи, — временные неудачи представляли из себя полбеды. Революционная опытность и организаторская ловкость — вещи наживные. Была бы только охота вырабатывать в себе требуемые качества! Было бы только сознание недостатков, равносильное в революционном деле больше чем половине исправления!
Но полбеды сделалось настоящей бедой, когда это сознание
стало меркнуть (а оно было очень живо у деятелей названных
выше групп), когда появились люди, — и даже социал-демократические органы, — которые недостаток готовы были возвести в добродетель, которые попытались даже теоретически обосновать свое
раболепство и преклонение пред стихийностью. Этому направлению, содержание которого очень неточно характеризуется слишком узким для его выражения понятием «экономизма», пора подвести итоги.
(Ленин.

Соч., т. IV, «Что делать?», стр. 383—387.

1902 г.)

. . . «Теория» стихийности есть теория оппортунизма, теория преклонения перед стихийностью рабочего движения, теория фактического отрицания руководящей роли авангарда рабочего класса,
партии рабочего класса.
Теория преклонения перед стихийностью решительно против
революционного характера рабочего движения, она против того,
чтобы движение направлялось по линии борьбы против основ капитализма, — она за то, чтобы движение шло исключительно по линии «выполнимых», «приемлемых» для капитализма требований,
она всецело за «линию наименьшего сопротивления». Теория стихийности есть идеология трэд-юнионизма.
Теория преклонения перед стихийностью решительно против
* «Отрицательно относясь к деятельности соц-дем. конца 90-х
годов,
«Искра» игнорирует отсутствие в то время условий дтя иной работы, кроме
борьбы за мелкие требования» — заявляют экономисты в своем «письме в русс,
с.-д. органы» («Искра» Jâ 12). Приведенные в тексте факты доказывают, что
это утверждение об «отсутствии условий» диаметрально противоположно
истине.
Ile только в конце, но и в половине 90-х годов вполне были налицо все условия для иной работы, кроме борьбы за мелкие требования, все условия кроме
достаточной подготовки руководителей. И вот вместо того, чтобы' открыто нриі знать этот недостаток подготовки со стороны нас, идеологов, руководителей, —
«экономисты» хотят свалить все на «отсутствие условий», на влияние материальной среды, определяющей путь, с которого не совлечь движения никаким
идеологам. Что это такое, как не раболепство ггред стихийностью, как не влюбленность «идеологов» в свои недостатки?

66

того, чтобы придать стихийному движению сознательный, планомерный характер, она против того, чтобы партия шла впереди рабочего класса, чтобы партия подымала массы до уровня сознательности, чтобы партия вела за собой движение — она за то, чтобы
сознательные элементы движения не мешали движению итти своим
путем, она за то, чтобы партия лишь прислушивалась к стихийному
движению и тащилась в хвосте за ним. Теория стихийности есть
теория преуменьшения роли сознательного элемента в движении,
идеология «хвостизма», логическая основа всякого оппортунизма.
Практически эта теория, выступившая на сцену еще до первой
•революции в России, вела к тому, что ее последователи, так называемые
«экономисты», отрицали необходимость самостоятельной
рабочей партии в России, выступали против революционной борьбы рабочего класса за свержение царизма, проповедьгвали трэдюнионистскую политику в движеніт и вообще отдавали рабочее
движение под гегемонию либеральной буржуазии.
Борьба старой «Искры» и блестящая критика теории «хвостизма»,
данная в брошюре Ленина «Что делать?», не только разбили так
называемый «экономизм», но создали еще теоретические основы
действительно революционного движения русского рабочего ' класса.
Без этой борьбы нечего было и думать о создании самостоятельной рабочей партии в России и об ее руководящей роли в революции.
Но теория преклонения перед стихийностью не есть только русское явление. Она имеет самое широкое распространение, правда,
в несколько другой форме, во всех без исключения партиях II Интернационала. Я имею в виду опошленную лидерами II Интернационала так называемую теорию «производительных сил», которая
все оправдывает и всех примиряет, которая констатирует факты и
объясняет их после того, как они уже надоели всем, и,'констатируя,
успокаивается на этом. Маркс говорил, что материалистическая
теория не может ограничиваться объяснением мира, что она должна
еще изменить его. Но Каутскому и К с нет дела до этого, они предпочитают остаться при первой части формулы Маркса. Вот один из
многих примеров применения этой «теории». Говорят, что перед
империалистической войной партии II Интернационала грозились
объявить «войну войне», если империалисты начнут войну. Говорят,
что перед самым началом войны эти партии положили под сукно
лозунг «война войне» и провели в жизнь противоположный лозунг
о «войне за империалистическое отечество». Говорят, что результатом этой смены лозунгов были миллионы жертв из рабочих.' Но
было бы ошибочно думать, что тут есть виновные, что кто-то изменил рабочему классу или предал его. Ничуть не бывало! Все произошло так, как оно должно было произойти. Во-первых, потому,
что Интернационал есть «инструмент мира», а не войны. Во-вторых, потому, что при том «уровне производительных сил», который имелся в то время, ничего другого нельзя было предпринять.
«Виноваты» «производительнее силы». Это «нам» в точности объясняет «теория производительных сил» господина Каутского. А кто
не верит в эту «теорию», тот не марксист. Роль партий? Их значение в движении'? Но чтб может поделать партия с таким решающим
фактором, как «уровень производительных сил» ? , .
S7

Таких примеров фальсификации марксизма можно было бы
привести целую кучу.
Едва ли нужно доказывать, что этот фальсифицированный «марксизм», призванный прикрыть наготу оппортунизма, является лишь
видоизменением на европейский лад той самой теории «хвостизма»,
с которой воевал Ленин еще до первой русской революции.
Едва ли нужно доказывать, что разрушение этой теоретической
фальсификаций является предварительным условием создания действительно революционных партий на Западе.
(Сталин.

Вопросы ленинизма. «Об основах ленинизма», стр. 17—19. 1924 г.)

4. ТОВ. СТАЛИН О ЗНАЧЕНИИ МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ
ТЕОРИИ В БОРЬБЕ З А ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
СТРОИТЕЛЬСТВА1

Но если мы имеем основание гордиться практическими успехами
социалистического строительства, то нельзя то же самое сказать об
успехах нашей теоретической работы в области экономики вообще,
в области сельского хозяйства в особенности. Более того: надо
признать, что за нашими практическими успехами не поспевает
теоретическая мысль, что мы имеем некоторый разрыв между практическими успехами и развитием теоретической мысли. Между тем
необходимо." чтобы теоретическая работа не го+ько поспевала да
практической, но и опережала ее, вооружая наших практиков в их
борьбе за победу социализма.
Я не буду здесь распространяться о значении теории. Вам оно
достаточно хорошо известно. Известно, .что теория, если она является действительной теорией, дает практикам силу ориентировки,
ясность перспективы, уверенность в работе, веру в победу нашего
дела. Все это имеет — и не может не иметь — громадное значение
в деле нашего социалистического строительства. Беда в том, что
мы начинаем хромать именно в этой области, в области теоретической разработки вопросов нашей экономики. Чем же иначе объяснить тот факт, что у нас, в нашей общественно-политической жизни,
все еще имеют хождение различные буржуазные и мелкобуржуазные теории по вопросам нашей экономики? Чем объяснить, чго эти
теории и теорийки не встречают до сих пор должного отпора? Чем
же объяснить, что ряд основных положений марксистско-ленинской
политической экономии, являющихся вернейшим противоядием
против буржуазных и мелкобуржуазных теорий, начинает/ забываться, не популяризируется в нашей -печати, не выдвигается почему-то иа первый план? Разве трудно понять, что без непримиримой борьбы с буржуазными теориями на базе марксистско-ленинской теории невозможно добиться полной победы над классовыми
врагами?
Новая практика рождает новый подход к проблемам экономики
переходного периода. По-иовому ставится теперь вопрос о нэпе,
о классах, о темпах строительства, о смычке, о политике партии.
Чтобы не отстать от практики, надо заняться теперь же разработРоль т. Сталина в разработке марксистско-ленинской теории см.
«Левиннзм — марксизм элохи империализма и лролетарскоіі революции»,
1

54

тему
Ред.

»
кой всех этих проблем с точки зрения новой обстановки. Без этого
невозможно преодоление буржуазных теорий, засоряющих головы
наших практиков. Без этого невозможно выкоочевывание этих теорий, приобретших прочность предрассудков. Йбо только в борьбе
с буржуазными предрассудками в теории можно добиться укрепления позиции марксизма-ленинизма . . .
. . . По-новому ставится теперь вопрос о нэпе, о классах, о колхозах. об экономике переходного периода. Надо вскрыть ошибку
тех, которые нэп понимают, как отступление, и только как отступление. На самом деле Ленин еще при введении нэпа говорил, что
нэп не исчерпывается отступлением, что он означает вместе с тем
подготовку для нового решительного наступления на капиталистические элементы города и деревни. Надо вскрыть ошибку тех, которые думают, что нэп нужен лишь для связи между городом и
деревней. Нам нужна не всякая связь между городом и деревней.
Нам нужна такая связь, которая обеспечивает- победу социализма.
И если мы придерживаемся нэпа, то потому, что он служит делу
социализма. А когда он перестанет служить делу социализма, мы
его отбросим к чорту. Ленин говорил, что нэп введен всерьез и надолго. Но он никогда не говорил, что нэп введен навсегда.
Надо также поставить вопрос о популяризации марксистской
теории воспроизводства. Надо разработать вопрос о схеме построения баланса нашего народного хозяйства. То, что опубликовало
ЦСУ в 192G г. в виде баланса народного хозяйства, есть не баланс,
а игра в цифири. Не подходит также к делу трактовка Базарова
и Громана проблемы баланса народного хозяйства. . Схему баланса
народного хозяйства СССР должны выработать революционные
марксисты, если они вообще хотят заниматься разработкой вопросов экономики переходного периода.
Было бы хорошо, если бы наши марксисты-экономисты выделили специальную группу работников для разработки проблемы
экономики переходного периода в новой их постановке.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
стр. 442—443, 459—400. 1929 Г.)

\

«К вопросам аграрной .политики в СССР»,

ТЕОРИЯ ПРОЛЕТАРСНОЙ
РЕВОЛЮЦИИ

I. ПРОТИВОРЕЧИЯ ИМПЕРИАЛИЗМА) ПРЕДПОСЫЛКИ
И ДВИЖУЩИЕ СИЛЫ ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
I. МАРКС И ЭНГЕЛЬС О НЕИЗБЕЖНОСТИ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ И ИСТОРИЧЕСКОЙ РОЛИ ПРОЛЕТАРИАТА

•... Буржуазные производственные отношения и условия сношений, буржуазные имущественные отношения, современное буржуазное общество, создавшее, как бы но волшебству, столь могущественные средства производства и сношения, походит на волшебника, который не в состоянии справиться с подземными силами,
вызванными его заклинаниями. Ряд десятилетий история промышленности и торговли представляет лишь историю возмущения современных производительных сил против современных производственных отношений, против имущественных отношений, являющихся условием существования буржуазии л ее господства. Достаточно указать на торговые кризисы, которые, возвращаясь периодически, все более и более грозно ставят под вопрос существование
всего буржуазного общества. Во время торговых кризисов систематически уничтожается значительная часть не только изготовленных продуктов, но и созданных уже производительных сил. Во
время кризисов разражается общественная эпидемия, которая всем
предшествующим эпохам казалась бы нелепостью, — эпидемия перепроизводства. Общество в один миг оказывается вдруг отброшенным назад к состоянию варварства, как будто голод, всеобщая опустошительная война отрезала его от всех средств существования;
промышленность, торговля кажутся уничтоженными, — и почему?
Потому, что общество слишком цивилизовано, слишком богато
продуктами, у него слишком много промышленности, слишком
много торговли. Производительные силы, находящиеся в его распоряжении, не служат более развитию буржуазной цивилизации и
буржуазных имущественных отношений; напротив, они стали
слишком могущественны для этих отношений, которые им мешают;
и как только производительные силы преодолевают эти препятствия, они приводят в беспорядок все буржуазное общество, угрожают существованию буржуазной собственности. Буржуазные отношения стали слишком узкими, чтобы вместить созданное ими богатство. Каким путем преодолевает буржуазия кризисы? С одной стороны, вынужденным уничтожением целой массы производительных
60

сил, с другой стороны, завоеванием новых рынков и более основательной эксплоатацией старых. Чем же, следовательно? Тем, что
она подготовляет более всесторонние и более могучие кризисы и
уменьшает средства, предупреждающие их.
Оружие, которым буржуазия низвергла феодализм, направляется теперь против самой буржуазии.
Но буржуазия не только выковала оружие, несущее ей смерть,
она породила) и людей, которые будут сражаться этим оружием,—
современных рабочих, пролетариев.
В той же самой степени, в какой развивается буржуазия, т. е. капитал, развивается и пролетариат, класс современных рабочих, которые только тогда и могут существовать, пока находят работу, а
находят они ее до тех пор, пока их труд увеличивает капитал. Эти
рабочие, вынужденные продавать себя поштучно, представляют собою такой же товар, как и всякий другой предмет торговли, а потому в равной мере подвержены всем случайностям конкуренции,
всем колебаниям рынка.
Благодаря распространению машин и разделению труда труд пролетариев утратил всякий самостоятельный характер, а вместе с тем
к всякую привлекательность для рабочих. Рабочий становится простым придатком машины, от него требуются только самые простые,
самые однообразные, легче всего изучаемые ириемы. Издержки
же, затрачиваемые на рабочего, сводятся поэтому почти исключительно к средствам существования, необходимым для его содержания и продолжения его рода- Но цена всякого товара, а следовательно, и труда, равна издержкам его производства. Поэтому в той
же самой мере, в какой растет непривлекательность труда, уменьшается заработная плата. Больше того: в той же мере, в какой возрастают применение машин и разделение труда, возрастает и объем
труда. Это происходит или вследствие увеличения числа рабочих
часов, или вследствие того, что увеличивается требуемый в данный
промежуток времени труд, ускоряется ход машин и т. д.
Современная промышленность превратила маленькую мастерскую
патриархального мастера в крупную фабрику Промышленного капиталиста. Массы рабочих, скученные на фабпике, организуются посолдатски. Как рядовые промышленной армии, они ставятся под
надзор целой иерархии унтер-офицеров и офицеров. Они рабы не
только класса буржуазии, буржуазного государства, — ежедневно
л ежечасно порабощает их машина, надсмотрщик и прежде всего
сам отдельный буржуа-фабрикант. Этот деспотизм тем мелочнее,
ненавистнее, тем более доставляет горечи, чем откровеннее конечной целью его провозглашается нажива.
Чем менее ловкости и силы требует ручной труд, т. е. чем более
развивается современная промышленность, тем более мужской труд
вытесняется женским и детским. По отношению к рабочему классу
различие пола и возраста утрачивает всякое общественное значение,. Существуют лишь орудия труда, требующие различных издержек в "зависимости от возраста и пола.
Когда эксплоатация рабочего фабрикантом завершена настолько,
что рабочий получает деньгами свою заработную плату, тогда на
него набрасываются другие части буржуазии, — домовладелец, лавочник, ростовщик и т. п.

Прежние мелкие люди среднего сословия, мелкие промышленники, торговцы и рантье, ремесленники и крестьяне — все эти классы
опускаются в ряды пролетариата, частью оттого, что их маленький
капитал недостаточен для ведения крупного промышленного предприятия и не выдерживает конкуренции с более крупными капиталистами, частью потому, что их технические навыки обесцениваются
благодаря новым способам производства. Так рекрутируется пролетариат из всех классов населения.
Пролетариат проходит различные ступени развития. Его борьба
против буржуазии начинается вместе с его существованием.
Сначала борьба ведется отдельными рабочими, потом рабочими
одной фабрики, затем рабочими, одной отрасли труда в одной местности против отдельного буржуа, который непосредственно эксплоатирует их. Они ведут борьбу не только против буржуазных
производственных отношений, но и против самих орудий производства; они уничтожают конкурирующие иностранные товары,
они разбивают машины, они поджигают фабрики, они силой пытаются снова восстановить исчезнувшее положение средневекового
•рабочего.
На этой ступени рабочие образуют рассеянную но всей стране и
раздробленную конкуренцией массу. Сплочение рабочих в более
крупные массы пока еще не является следствием их собственного
объединения, а. лишь следствием объединения буржуазии, которая
для достижения своих политических целей должна, и пока еще
может, приводить в движение весь пролетариат. На этой ступени
пролетарии борются, следовательно, не оо своими врагами, а с врагами своих врагов — остатками абсолютной монархии, землевладельцами, не - промышленными буржуа, мелкими буржуа. Таким
образом, все историческое движение сосредоточивается в руках
буржуазии, и каждая одержанная в таких условиях победа является
победой буржуазии.
Но с развитием промышленности пролетариат не только численно возрастает, он скопляется в большие массы, сила его растет, и он
все болео ее ощущает. Интересы, жизненное положение пролетариата все более и более выравниваются по мере того, как машины
все более стирают различия в условиях труда и почти всюду низводят заработную плату до одинаково низкого уровня. Возрастающая
конкуренция буржуа между собою и происходящие отсюда торговые кризисы обусловливают все более сильные колебания заработной платы рабочих; все быстрее развивающееся непрерывное усовершенствование машин делает жизненное положение пролетариев
все более необеспеченным; столкновения между отдельным рабочим
и отдельным буржуа все более принимают характер столкновений
между двумя классами. Рабочие начинают с того, ч*го образуют
объединения (коалиции) для совместной борьбы против буржуа;
они объединяются для защиты своей заработной платы. Они основывают даже союзы на продолжительное время для того, чтобы
обеспечить себя средствами на. случай возможных возмущений. Местами борьба переходит в открытые восстания.
,
Рабочие время от времени побеждают, но это победа лишь преходяща. Действительным результатом их борьбы является не непосредственный успех, а все шире распространяющееся объединение
62

рабочих. Ему способствуют все растущие средства сообщения, создаваемые крупной промышленностью и соединяющие рабочих различных местностей. Только эта связь и нужна для того, чтобы всю
эту местную, по характеру своему повсюду однородную борьбу
централизовать в национальную, в классовую борьбу. А всякая классовая борьба ость борьба политическая. И объединение, для которого • средневековым горожанам с діх проселочными дорогами
нужны были столетия, достигается современными пролетариями
благодаря железным дорогам в течение немногих лет.
Эта организация пролетариев в класс и тем самым в политическую партию ежеминутно опять разрушается конкуренцией между
самими рабочими. Но она постоянно снова возникает сильнее,
крепче, могущественнее. Она вынуждает признать отдельные интересы рабочих в законодательном порядке, используя для этого раскол среди буржуазии. Так, например, закон о десятичасовом рабочем
дне в Англии.
/
Столкновения внутри старого общества во многих отношениях
содействуют процессу развития пролетариата. Буржуазия ведет постоянную борьбу: сначала против аристократии, 'позднее против тех
частей самой же буржуазии, интересам которых противоречит развитие промышленности, и постоянно против буржуазии веек зарубежных стран. Во всех этих' битвах она вынуждена обращаться к
пролетариату, призывать его на помощь й толкать его, таким образом, на путь политического движения. Она, следовательно, сама
передает пролетариату элементы своего собственного образования,
т. е. оружие против самой себя.
Далее, как мы видели, развитие промышленности толкает в ряды
пролетариата целые слои господствующего класса или, по крайней
мере, ставит под угрозу их общественное положение. Они также
приносят пролетариату большое количество элементов образования.
Наконец, в те периоды, когда классовая борьба приближается к
развязке, процесс разложения внутри господствующего класса,
внутри всего старого общества принимает такой бурный, такой
резкий характер, что небольшая часть господствующего класса отрекается от него и примыкает к революционному классу, к тому
классу, в руках которого будущее. И как прежде часть дворянства
переходила к буржуазии, так и геперь часть буржуазии переходит
к пролетариату, именно часть буржуа-идеологов, которые возвысились до теоретического понимания всего хода исторического движения. /
Из всех классов, противостоящих в настоящее время буржуазии,
один только пролетариат является действительно революционным
классом. Остальные классы приходят в упадок и гибнут с развитием крупной промышленное*™, пролетариат же — е е собственный
продукт.
Средние слоя — мелкий промышленник, мелкрй торговец, ремесленник, крестьянин — все они борются против буржуазии для того,
чтобы спасти от гибели свое существование как среднего сословия.
Они, следовательно, не революционны, а консервативны. Даже бол е в — они реакционны, они стремятся повернуть назад колесо истории. Если они и бывают революционны, то лишь постольку, поскольку им предстоит переход в ряды пролетариата, поскольку они
63

защищают не свои настоящие, а свои будущие интересы, поскольку
они покидают свою собственную точку зрения, чтобы встать на.
точку зрения пролетариата.
Люмпен-пролетариат, этот пассивный продукт гниения самых
низших слоев старого общества-, местами втягивается пролетарской
революцией в движение, но по всей своей жизненной обстановке он
гораздо более склонен продавать себя для реакционных козней.
Жизненные условия старого общества уничтожены уже в жизненных условиях пролетариата. Пролетарий не имеет собственности; его отношения к жене и детям не имеют ничего общего с буржуазными семейными отношениями; современный промышленный
труд, современное порабощение капиталу, одинаковое как в Англии,
так и во Франции, как в Америке, так и в Германии, стерло с него
весь национальный характер. Законы, мораль, религия — все это
для него не более, как буржуазные предрассудки: за каждым из
них скрываются определенные буржуазные интересы.
Все прежние классы, которые завоевали господство, стремились
укрепить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все
общество услозиям, обеспечивающим их обогащение. Пролетарии
могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный прежний способ присвоения, а тем самым
и весь прежний способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охраиять; они должны разрушить
все до сих пор существовавшее частное обеспечение и частную
страховку.
Все до сих пор происходившие движения были движениями меньшинства или совершались в интересах меньшинства. Пролетарское
движение есть самостоятельное движение подавляющего большинства в интересах подавляющего болышгяства. Пролетариат, самый
низший слой современного общества, не может подняться, не может выпрямиться без того, чтобы вся надстройка из слоев, образующих официальное общество, не взлетела на воздух.
Если не по содержанию, то по форме борьба пролетариата против буржуазии является прежде всего борьбой национальной. Пролетариат "каждой страны, конечно, должен прежде всего покончить
со своей собственной буржуазией.
Изображая самые общие фазы развития пролетариата, мы
проследили более или менее скрытую гражданскую войну внутри
существующего общества вплоть до того пункта, когда она разражается открытой революцией, и пролетариат путем насильственного
низвержения буржуазии устанавливает свое господство.
Все доныне существовавшие общества, основывались, как мы это
видели, на противоположности угнетающих и угнетенных * классов.
Но чтобы возможно было угнетать какой-либо класс, необходимо
обеспечить условия, при которых он мог бы, по крайней мере, влачить свое рабское существование. Крепостной выбился в крепостном
состоянии до положения члена коммуны, точно так же как мелкий
мещанин под ярмом феодалистического абсолютизма выбился до
положения буржуа. Современный же рабочий вместо того, чтобы
подниматься вместе с прогрессом промышленности, опускается все
ниже и ниже условий существования своего собственного класса,. Рабочий становится нищим, и нищета растет еще быстрее, чем насе64

у

леігие и богатство. Это ясно показывает, что буржуазия неспособна
оставаться долее господствующим классом общества и навязывать
всему обществу условия существования своего класса в качестве
регулирующего закона. Она неспособна господствовать, потому
что она неспособна обеспечить своему рабу существование даже
в пределах его рабства, потому что она вынуждена дать ему опуститься до такого положения, когда она сама должна его кормить,
вместо того, чтобы кормиться за его счет. Общество не может более явить под ее властью, т. е. жизнь несовместима более с обществом.
Основным условием существования и господства класса буржуазии является накопление богатства в руках частных лиц, образование и увеличение капитала. Условием существования капитала является наемный труд. Наёмный труд основывается исключительно
на конкуренции рабочих между собою. Прогресс промышленности,
невольным носителем которого является буржуазия, не способная
ему сопротивляться, ставит на место разъединения рабочих посредством конкуренции революционное объединение их посредством
ассоциации. Таким образом, с развитием крупной промышленности
из-под ног буржуазии вырывается сама основа, на которой она
производит и присваивает себе продукты. Она производит прежде
всего своих собственных могильщиков. Ее т б а л ь и победа пролетариата одинаково неизбежны.
(Маркс

и Энгельс.

И з б р . ПроИЯВ., Т. 1, СТр.

«Манифест коммунистической партит.

157—1163. 1 8 4 7

Г.)

К.

Маркс.

2. ЛЕНИНСКАЯ ТЕОРИЯ ИМПЕРИАЛИЗМА HAH ПОСЛЕДНЕЙ С Т А Д И И
КАПИТАЛИЗМА И КАНУНА ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
А. Тов. Сталин о ленинской теории империализма

. . . Ленинская теория пролетарской революции исходит из трех
основных положений.
Положение первое. Господство финансового капитала в передовых странах капитализма; эмиссия ценных бумаг как важнейшая
операция финансового капитала; вывоз капитала лс источникам
сырья как одна из основ империализма; всесилие финансовой олигархии как результат господства финансового капитала, — все • это
вскрывает грубо-паразитический характер монополистического капитализма, делает во сто раз более чувствительным гнет капиталистических трестов и синдикатов, усиливает рост возмущения рабочего класса против основ капитализма, подводит массы к пролетарской революции, как единственному спасению (см. «Империализм»
Ленина).
Отсюда первый вывод: обострение революционного кризиса
внутри 'капиталистических стран, нарастание элементов взрыва на
внутреннем, пролетарском фронте в «метрополиях».
Положение второе. Усиленный вывоз капитала в колониальные
и зависимые страны; расширение «сфер влияния» и колониальных
владений, «плоть до охвата всего земного шара; превращение капитализма во всемирную
систему финансового порабощения и
колониального угнетения горстью «передовых» стран гигантского
fiS
5

Ленинизм

большинства населения земли, — все это, с одной стороны, превратило отдельные национальные хозяйства и национальные территории в звенья единой цепи, называемой мировым хозяйством, с другой стороны — раскололо население земного шара на два лагеря: на
горсть «передовых» капиталистических стран, эксплоатирующих и
угнетающих обширные колониальные и зависимые страны, и па
громадное большинство колониальных и зависимых стран, вынужденных вести борьбу за освобождение от империалистического
гнета (см. «Империализм»).
Отсюда второй вывод: обострение революционного кризиса в колониальных странах, нарастание элементов возмущения против империализма на внешнем, колониальном фронте.
Положение третье. Монопольное владение «сферами влияния» и
колониями; неравномерное развитие различных капиталистических
стран, ведущее к бешеной борьбе за передел мира между странами,
ужо захватившими территории, и между странами, желающими получить свою «долю»; империалистические войны, как единственное
средство восстановить нарушенное «равновесие», — все это ведет
к усилению третьего фронта, фронта междуканиталистичеокого,
ослабляющего империализм и облегчающего объединение двух
первых фронтов против империализма, фронта революционно-пролетарского и фронта колониально-освободительного (ом. «Империализм»).
Отсюда третий вывод: неотвратимость войті при патернализме и
неизбежность коалиции пролетарской революции в Европе с колониальной революцией на Востоке в единый мировой фронт революции против мирового фропта империализма.
Все эти выводы объединяются у Ленина в один общий вывод о
том. что «империализм есть канун социалистической революции» *
(см. т. X I X , стр. 71).
Сообразно с этим меняется и самый подход к вопросу о пролетарской революции, характере революции, ее объеме, ее глубине,
схема революции вообще.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

'-тр.

19—20.

Б. Империализм как у т и р а ю щ и й налитапиэм и канун
пролетарской революции

. . . Империализм есть особая историческая стадия капитализма.
Особенность эта троякая: империализм есть (1) — монополистический капитализм; (2) — паразитический или загнивающий капитализм; (3) — умирающий капитализм. Смена свободной конкуренции
монополией есть коренная экономическая черта., суть империализма.
Монополизм проявляется в пяти главных видах: 1) картели, синдикаты и тресты; концентрация производства достигла той ступени,
что породила эти монополистические союзы капиталистов; 2) монопольное положение крупных банков: 3—5 гигантских банков во-

ев

* Курсив мой. И. Ст.

•рочают восй экономической жизнью 'Америки, Франции, Германии;
3) захват источников сырья трестами и финансовой олигархией
(финансовый капитал есть монополистический промышленный капитал, слившийся с банковым капиталом); 4) раздел мира (экономический) международными картелями начался.
Таких международных картелей, владеющих всем мировым рынком и делящих его
«полюбовно», — пока война не и среде лил а его — насчитывают уже
свыше ста! Вывоз капитала, как особенно характерное явление в
отличие от вывоза товаров при но-монополистическом капитализме,
стоит в тесной связи с экономическим и политически-территориальным разделом мира. 5) Раздел мира территориальный (колонии) закончился.
Империализм, как высшая стадия капитализма Америки и Европы, а датем и Азии, сложился вполне к 1898—1914 гг. Войны испано-американская ( 180S), англо-бурская (1900—1902), русско-японская (1904—1905) и экономический кризис в Европе 1900 г. -»- вот
главные исторические вехи новой эпохи мировой истории.
Что империализм есть паразитический или загнивающий капитализм, это проявляется, прежде всего, в тенденции к загниванию,
отличающей всякую монополию при частной собственности на средства производства, Разница между респубшисански-дЛюкратичеокой
и монархически-реакционной империалистской буржуазией стирается
именно потому, что та и другая гниет даживо (чем нисколько не
устраняется поразительно быстрое развитие капитализма в отдельных отраслях промышленности, в отдельных странах, в отдельные
периоды). Во-вторых, загнивание капитализма проявляется в создании громадного слоя рантье, капиталистов, живущих «стрижкой купонов». В четырех передовых империалистских странах — Англии,
Северной Америке, Франции и Германии — капитал в ценных бумагах составляет по 100—150 миллиардов
франков, что означает
ежегодный доход не менее 5—8 миллиардов на .страну. В-третьих,
вывоз капитала есть паразитизм в квадрате. В-четвертьгх, «финансовый капитал стремится к господству, а не к свободе». Политическая реакция по всей лнтги
свойство империализма. Продажность,
подкуп в гигантских размерах, панама воех видов. В-лятых, экеллоатаиия угнетенных наций, неразрывно связанная с аннексиями, и особенно эксплоатация колоний горсткой «великих» держав все больше
превращает « цивилизованный» мир в паразита на теле сотен миллионов нецивилизованных народов. Римский пролетарий жил па
счет общества. Теперешнее общество живет на счет современного
пролетария. Это глубокое замечание Сисмондн Маркс особенно подчеркивал. Империализм несколько изменяет дело. Привилегированная прослойка пролетариата империалистских держав живет отчасти на счет саге» миллионов нецивилизованных пародов.
Понятно, почему империализм есть умирающий капитализм, переходный к социализму: монополия, вырастающая из капитализма,
есть уже умирание капитализма, начало перехода его в социализм.
Гигантское обобществление
труда империализмом (то. что апологеты— буржуазные экономисты зовут «переплетением») означает
то же самое.
( Л е н и н . Соч.. т. X I X , «Империализм и раскол социализма», стр. 301—302.
1016 г.)

ч/

67

Б. З р е л о с т ь м а т е р и а л ь н ы х предпосылок д л я перехода
к социализму в эпоху империализма

Конкуренция превращается в монополию. Получается гигантский
прогресс обобществления производства. В частности обобщесгвля-_
ется и процесс технических изобретений и усовершенствований.
Это уже совсем не то, что старая свободная конкуренция раздробленных и не знающих ничего друг о друге хозяев, производящих для сбыта на неизвестном рынке. Концентрация дошла до того,
что можно произвести приблизительный учет всем источникам сырых материалов (например, железорудные земли) в данной стране
и даже, как увидим, в ряде стран, во всем мире. Такой учет не
только производится, но эти источники захватываются в один руки
гигантскими монополистическими союзами. Производится приблизительный учет размеров рынка, который «делят» между собою, по
договорному соглашению, эти союзы. Монополизируются обученные рабочие силы, нанимаются лучшие инженеры, захватываются
пути и средства сообщения — железные дороги в Америке, пароходные общества в Европе и в Америке. Капитализм в его империалистской стадии вплотную подводит к самому всестороннему обобществлению производства, оп втаскігвает, так сказать, капиталистов,
вопреки их воли и сознания, в какой-то новый общественный порядок, переходный от полной свободы конкуренции к полному обобществлению.
( Л е н и н . Соч., т. XIX, «.Империализм как высшая стадия
стр. S9. 1916 г.)

капитализма»,

Одна справедливость, одно чувство возмущенных экшлоатацігей
масс, никогда не вывело бы их Ліа верный путь к социализму. Но
когда* вырос, благодаря капитализму, материальный аппарат крупных банков, синдикатов, железных дорог и т. п.; когда богатейший
опыт передовых стран скопил запасы чудес техники, применение
коих тормозит капитализм, когда сознательные рабочие сплотили
партию в четверть миллиона, чтобы планомерно взять в руки этот
аппарат и пустить его в ход, при поддержке всех трудящихся и эксллоатируемых; когда есть налицо эти условия, тогда не найдется
той силы па земле, которая помешала бы большевикам, если они не
дадут себя запугать и сумеют ваять власть, удержать ее до победы
всемирной социалистической революции.
стр.

( Л е н и п. Соч., т. X X I , «Удержат лп большевики государственную власть?»,
279.

1917

Г.)

Империалистская война есть канун социалистической революции.
II это не только потому, что война своими ужасами порождает и тюле таре кое восстание, — никакое восстание не создаст социализма,
если он не созрел экономически, — а потому, что государственномонополистический капитализм есть полнейшая м а г е р и а л ь на я
подготовка социализма, есть преддверие
его, есть та ступенька
исторической лестницы, между которой (ступенькой) и ступенькой,
называемой социализмом, никаких промежуточных ступеней нет.
(Л е н и н. Соч.,
стр. 187. 1917 г.)
68

т. X X I ,

«Грозящая

катастрофа и как

с ней бороться»,

Г. Империализм — порывистая, скачкообразная,
к а т а с т р о ф и ч н а я , конфликтная эпоха

. . . Была эпоха сравнительно «мирного» капитализма, когда он
вполне победил феодализм в передовых странах Европы и мог развиваться наиболее — сравнительно — спокойно и плавно, «мирно»
' расширяясь на громадные еще области незанятых земель и певтяиутых окончательно в капиталистический водоворот стран. Конечно,
и в эту эпоху, приблизительно отмечаемую годами 1871—1914,
«мирный» капитализм создавал условия жизни, весьма и весьма далекие от настоящего «мира» как в военном, так и в общеклассовом смысле. Для Ѵ,о населения передовых стран, для сотен миллионов населения колоний и отсталых стран эга эпоха была не «миром», а гнетом,
мучением, ужасом, который был, пожалуй, тем ужаснее, что казался
«ужасом без конца». Эта эпоха миновала безвозвратно, она заменилась эпохой сравнительно гораздо более порывистой, скачкообразной, катастрофичной, конфликтной, когда для массы населения типичным становится не столько «ужас без конца», сколько «конец с
ужасом».
- Чрезвычайно важно при этом иметь в виду, что смена эта произведена не чем иным, как непосредственным развитием, расширением, продолжением самых глубоких и коренных тенденций капитализма и товарного производства вообще. Рост обмена, рост крупного производства — вот эти основные тенденции, наблюдаемые в
течение столетий абсолютно во всем мире. И на известной ступени
развития обмена, на известной ступени роста крупного производства. именно на той ступени, которая достигнута приблизительно
на грани X I X и X X веков, обмен создал такую интернационализацию
хозяйственных
отношений и интернационализацию капитала, крупное
производство стало настолько крупным, что
свободную*конкуренцию стала сменять монополия. Типичными стали
ужо не «свободно» конкурирующие — внутри страны и в отношениях между странами — предприятия, а монополистические союзы
предпринимателей, тресты. Типичным «владыкой» мира стал уже
финансовый капитал, который особенно подвижен и гибок, особенно
переплетен, внутри страны и интернационально, — особенно безличен и оторван от непосредственною производства, особенно легко
концентрируется и особенно далеко уже сконцентрирован, так что
буквально несколько сот миллиардеров и миллионеров держат в руках судьбы всего мира.
Рассуждая абстрактно-теоретически, можно притги к выводу, к
которому и пришел, — несколько по иному, но тоже распрощавшийся с марксизмом, — Каутский, именно: что не очень далеко уже
я всемирно*1 объединение этих магнатов капитала в единый всемирный трест, заменяющий соревнование и борьбу государственно-обособленных финансовых капиталов интернационально-объединенным
финансовым капиталом.1 Такой вывод, однако, столь же абстрактен,
1 Примечание
составителя. Вот что писал, например, Каутский в 1916 г.:
«Современная фона империализма не должна непременно быть последней
формой капитализма...
Развитие не идет по прямой линии, но совершается диалектически, путем противоречий. Так, меркантилизм привел к свободе торгов ли
а эта последняя к империализму. Не исключена возможность, что за ним

упрощен, неправилен, как аналогичный вывод наших «струвистов»
и «экономистов» 90-х годов прошлого века, когда, они из прогрессивности капитализма, из его неизбежности, из его окончательной
победы в России делали заключения то апологетические (преклонение перед капиталом, примирение с ним, славословие вместо
борьбы), то аполитические (т. е. отрицающие политику или отрицающие важность политики, вероятность общеполитических потрясений и т. п.; ошибка специально «экономистов»), то даже прямо
«стачкистские» («всеобщая стачка», как апофеоз стачечного движения, доведенный до забвения или игнорирования других форм движения и «прыгающий» прямиком от капитализма к чисто стачечному, только-стачечному, его преодолению). Есть признаки, что и
теперь неоспоримый факт прогрессивности капитализма но сравнению с лолумещаноким «ра.ей» свободной конкуренции, неизбежности империализма и окончательной победы его в передовых странах
•мира над «мирным» капитализмом способен привести к столь же
многочисленным
разнообразным политическим и аполитическим
ошибкам и злоключениям.
В частности у Каутского его явный разрыв с марксизмом принял форму не отрицания или забвения политики, не «прыжка» через
многочисленные н разнообразные, особенно в империалистскую
эпоху, политические конфликты, потрясения и преобразования, не
апологетики империализма, а мечтания о «мирном» капитализме.
«Мирный» капитализм сменен немирным, воинственным, катастрофичным империализмом, это Каутский вынужден признать, ибо он
признавал это уже в 1909 г. в особом сочинении, в котором он последний раз выступал с цельными выводами, как марксист. Но если
нельзя попросту, прямо, грубовато помечтать о возврате от империализма назад к «мирному» капитализму, то нельзя ли тем же,
в сущности, мелкобуржуазным мечтам придать форму невинных
размышлений о «мирном» «ультраимнериализме»? Если назвать
ультра материализмом интернациональное объединение национальных (вернее: государственно-обособленных) империализмов, которое «могло бы» устранить особенно неприятные, особенно тревожные и беспокойные для мелкого буржуа конфликты вроде войн,
политических потрясений и т. п., то отчего бы тогда не отмахнуться
от теперешней, наступившей, наличной, сугубо-конфликтной я катастрофичной эиохи империализма невинными мечтаниями о сравнительно мирном, сравнительно бесконфликтном, сравнительно не-катастрофичиом «ультраимнериализме» и нельзя ли отмахнуться от
«резких» задач, которые ставит и .уже поставила наступившая для
Европы эпоха империализма, посредством мечтаний о том, что, может быть, эта эпоха скоро пройдет, и что, может быть, мыслима еще
вслед за ней сравнительно «мирная», не требующая «іреекой» тактики
эпоха «ультраим і іериализма » ? Каутский именно так и говорит, что
«• подобная (ультраимпериалистская) новая фаза капитализма во всяком случае мьгслим-а», а «осуществима ли она, для решения этого
последует новая эра капитализма при таких условиях, которые сделают возможным
возникновение
и
продолжительное
плодотворное
функционирование
такого союза
государств,
как средае-евронейский, на основе добровольного,
вступления в его члены»,

70

нет еще достаточных предпосылок» («Neue Zeit» — 30 апреля 1915 г.,
стр. 144). 1
Марксизма в этом стремлеіпш отмахнуться от наступившего империализма и уйти мечтой в неизвестно, осуществимый ли «ультраимпериализм», нет и грана. Марксизм в этом построении признается
для той «новой фазы капитализма», за осуществимость которой сам
ее сочинитель не ручается, а для теперешней, уже наступившей,
фазы вместо марксизма подается мелкобуржуазное и глубоко реакционное стремление притупить противоречия. Каутский обещал
быть марксистом в грядущую, острую и катастрофичную эпоху,
которую он вынужден был предвидеть и признать вполне > определенно, когда писал свое сочинение 1909 г. об этой грядущей эпохе.
Теперь, когда стало уже абсолютно несомненным, что эта эпоха
наступила, Каутский опять только обещает быть марксистом в грядущую, неизвестно, осуществимую ли, эпоху ультраимпериализма!
Одним словом, сколько угодно обещаний быть марксистом в другую эпбху, не теперь, не при настоящих условиях, не в данную минуту! Марксизм в кредит, марксизм-посул, марксизм на завтра, мелкобуржуазная, оппортунистическая теория — и не только теория —
притупления противоречий на сегодня. Нечто вроде очень распространенного «но нонешним временам» интернационализма на вывоз,
когда горячие — о, очень горячие! — интернационалисты и марксисты сочувствуют всякому проявлению интернационализма... в лагере противников, везде, только не у себя дома, только не у своих
союзников; сочувствуют демократии... когда она остается обещанием «союзников»; сочувствуют «самооігределению наций», только
не тех. которые зависимы от нации, имеющей честь считать сочувствующего в число лиц, к ней принадлежащих... Одним словом,
одна из 1001 разновидностей лицемерия.
Можно ли, однако, спорить иротпв того, что абстрактно «мыслима» новая фаза капитализма после империализма, именно: ультраимпериа ли ом? Нет. Абстрактно мыслить подобную фазу можно.
Только на практике это значит становиться оппортунистом, отрицающим острые задачи современности во имя мечтаний о будущих
неострых задачах. В теории это значит не опираться на идущее в
действительности развитие, а предварительно отрываться от него во
имя этих мечтаний. Не подл «кит сомнению, что развитие идет в
направлении
к одному единственному тресту всемирному, поглощающему все без исключения предприятия и все без исключения
государства. Но развитие идет к этому при таких обстоятельствах,
таким темпом, при таких противоречиях, конфликтах и потрясениях,— отнюдь не только экономических, но и политических, национальных и пр. и пр., — что непременно раньше, чем дело дойдет
до одного всемирного треста, до «ультра-империалистского» всемирного объединения национальных финансовых капиталов, империализм неизбежно должен будет лопнуть, капитализм превратится в
свою противоположность.
( Л е н и н . Соч., т. XVIII. «Предисловие к книге Бухарина «Мировое хозяйство н империализм»», стр. 354—357. 1915 г.)
1 Цитируемые
места взяты из статьи К а у т с к о г о :
Umlernen» — «Neue Zeit», Де> 5, 1915 г. Ред.

«Zwei Schriften

zum

Д . Общий кризио к а п и т а л и з м а и три периода его развития

. . . Нынешний экономический кризис развертывается на базе общего кризиса капитализма, возникшего еще в период империалистской войны, подтачивающего устои капитализма и облегчившего наступление экономического кризиса.
Что это означает?
Это означает, прежде всего, что империалистская война и ее
(последствия усилили загнивание капитализма и подорвали его равновесие, что мы живем теперь в эпоху войн и революций, что капитализм уже не представляет единственной и всеохватывающей системы мирового хозяйства, что на ряду с капиталистической системой хозяйства существует социалистическая
система, которая растет, которая преуспевает, которая противостоит каліиталистической
системе и которая самым фактом своего существования демонстрирует гнилость 'капитализма, расшатывает его основы.
Это означает, далее, что империалистская война и победа революции в СССР расшатали устои империализма в колониальных и зависимых странах, что авторитет империализма в этих странах уже подорван, что он не в силах больше по-старому хозяйничать в этих странах.
Это означает, дальше, что за время войны и после нее в колониальных и зависимых странах появился и вырос свой собственный
молодой капитализм, который с успехом конкурирует на рынках со
старыми капиталистическими странами, обостряя и осложняя борьбу
за рынки сбыта.
Это означает, наконец, что война оставила большинству капиталистических стран тяжелое наследство в виде хронической
недогрузки предприятий и наличия миллионных армий безработных,
•превратившихся из резервных в постоянные армии безработных,
что создало для капитализма массу трудностей еще до нынешнего
экономического кризиса и что должно еще больше осложнить дело
во время кризиса.
Таковы обстоятельства, усугубляющие и обостряющие мировой экономический кризис.
Нужно пригнать, что нынешний экономический кризис является
самым серьезным и самым глубоким кризисом из всех существовавших до сих пор мировых экономических кризисов.
стр.

(Сталин.
493—494.

Вопросы ленинизма.

1930

Г.)

« Политический отчет XVI съезду ВКП(б)»,

После первой всемирной империалистической войны международное рабочее движение пережило целый ряд исторических фазисов 'развития, выражающих различные фазисы общего кризиса
капиталистической системы.
Первый период, период острейшего кризиса капиталистической
системы, период непосредственных революционных выступлений
пролетариата, период, высшей точкой развития которого является
1921 г., закончился, с одной стороны, победой СССР над силами
интервенции и внутренней контрреволюции, упрочением пролетарской диктатуры и организацией Коммунистического Интернационала, с другой — рядом тяжелых поражений западно-европейского
пролетариата и началом общего наступления буржуазии. Заключите

тельным звеном этого периода является поражение германского
пролетариата в 1923 г.; это поражение служит исходным пунктом
второго периода, периода постепенно складывающейся частичной
стабилизации
капиталистической
системы, «восстановительного»
процесса капиталистической экономики, развития и расширения
наступления капитала и дальнейших оборонительных боев, ослабленных тяжелыми поражениями пролетарской армии; с другой стороны, этот период является периодом быстрого восстановительного
процесса в С С С Р и серьезнейших успехов в деле социалистического
строительства, а также роста политического влияния коммунистических партий на широкие массы пролетариата. Наконец, третий
период в своей основе есть период выхода экономики капитализма
за довоенный уровень и почти одновременного выхода за этот уровень экономики С С С Р (начало так называемого «реконструктивного
•периода», дальнейшего роста социалистических форм хозяйства на
базе новой техники). Для капиталистического мира этот период есть
период быстрого роста техники, усиленного роста картелей, трестов,
тенденций к государственному капитализму и в то же время период
мощного развития противоречий мирового хозяйства, движущегося
в формах, определяемых всем предыдущим ходом общего кризиса
капитализма (суженные рынки, С С С Р , колониальные движения, рост
внутренних противоречий империализма). Этот третий период, особенно резко обостривший противоречие между ростом производительных сил и суженным рынком, делает неизбежной новую полосу
империалистических ЕОЙН между империалистическими государствами, их войн против С С С Р , націюнально-сювободительных 'войн
против империализма и интервенций империалистов, гигантских
классовых битв. Обостряя все международные противоречия (протаворечия между капиталистическими странами и С С С Р , военная
оккупация Северного Китая, как начало раздела Китая и борьбы
между империалистами и т. д.), обостряя внутренние противоречия
в капиталистических странах (процесс полевения масс рабочего
класса, обострение классовой борьбы), развязывая
колониальные
движения (Китай, Индия, Египет, Сирия), — этот период неизбежно
ведет через дальнейшее развитие противоречий капиталистической
стабилизации к дальнейшему расшатыванию капиталистической
стабилизации и к резкому обострению общего кризиса капитализма.1
(Стенографический отчет VI конгресса Коминтерна. Вып. 6, стр. 5G—57.)
3. Д В И Ж У Щ И Е СИЛЫ И Р Е З Е Р В Ы МИРОВОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ И РОЛЬ ПАРТИИ
А. Социалистическая революция — эпоха, соединяющая
гражданскую войну пролетариата в передовых с т р а н а х
и целый ряд д е м о к р а т и ч е с к и х и революционных
движений в о т с т а л ы х с т р а н а х

Социальный переворот не может быть объединенным действием
пролетариев всех стран но той простой причине, что большинство
стран и большинство населения земли до сих пор стоят еще даже
не на капиталистической или только в начале капиталистической
1 Примечание
составители. Характеристику
современного этапа третьего
периода — эта. а конца капиталистической стабилизации—см. разд. IV даішой
темы: Доклад т. Сталина на XVII партсъезде и резо.т. XIII пленума ИККИ.

ступени развития... Для социализма созрели лишь передовые
страны Запада и Северной Америки, и в письме Энгельса к Каутскому («Сборник Социал-Демократа») П. Киевский может прочесть
конкретную иллюстрацию той — действительной, а не только обещанной— «мысли», что об «объединенном действии пролетариев всех
стран» мечтать значит откладывать социализм до греческих календ,
т. е. до.«никогда».
Социализм осуществят объединенными действиями пролетарии
не всех, а меньшинства стран, дошедших до ступени развития передового капитализма. Именно непонимание этого и вызвало ошибку
II. Киевского. В этих передовых странах (Англия, Франция, Германия и нр.) национальный вопрос давно решен, национальная
общность давно изжила себя, «общенациональных задач»
объективно
нет. Поэтому тать ко в этих странах возможно теперь же
«взорвать» национальную общность, установить общность классовую.
Иное дело в странах неразвитых... т. е. на всем востоке Европы
И во всех колониях и полуколониях. Здесь еще есть, но общему
правилу, угнетенные и капиталистически неразвитые нации. В таких
нациях есть еще объективно общенациональные задачи, именно задачи демократические, задачи свержения чужепационального
гнета...
Победивший пролетариат реорганизует те страны, в коих он победил. Этого нельзя сделать сразу, да и «победить» буржуазию
нельзя сразу. Мы нарочно подчеркнули это В своих тезисах, и
П. Киевский опять-таки не подумал, для чего мы подчеркиваем это
в связи с национальным вопросом.
Пока пролетариат передовых стран свергает буржуазию и отражает ее контрреволюционные попытки, — неразвитые и угнетенные нации не ждут, не перестают жить, не исчезают. Если они пользуются даже таким, сравнительно с социальной революцией совсем
маленьким, кризисом империалистской буржуазии, как война
1915 — G гг., для восстаний (колонии, Ирландия), то не подлежит
сомнению, что великим кризисом гражданской войны в передовых
странах они воспользуются тем более для восстаний.
Социальная революция не может произойти иначе, как в виде
эпохи, соединяющей гражданскую войну пролетариата с буржуазией в передовых странах, и целый ряд демократических и революционных, в том числе национально-освободитатьиых, движений в
неразвитых, отсталых и угнетенных нациях.
Почему? Потому, что капитализм развивается неравномерно, и
объективная действительность показывает нам, на ряду с высоко
развитыми капиталистическими нациями, целый ряд наций очень
слабо и совсем неразвитых экономически. II. Киевский абсолютно не
продумал объективных условий социальной революции с точки
зрения экономической зрелости разных стран, и потому его упрек,
будто мы «выдумываем», где бы применить самоопределение, направляется поистине с больной головы на здоровую.
( Л е н и н . Соч., т. X I X , «О карикатуре на марксизм», стр. 220—222. Ш в г.)
G. Пролетариат — единственный до конца
революционный к л а с с

. . . Фабрично-заводский рабочий является не более как передовым представителем всего эксплоатируемого населения, и для того,
74

чтобы он осуществил свое представительство в организованной,
выдержанной борьбе, — требуется совсем не увлечение его какиминибудь^ «перспективами»; для этого требуется только простое выяснение
ему его положения,
выяснение политико-экономического
строя той системы, которая гнетет его, выяснение необходимости и
неизбежности классового антагонизма при, этой системе. Это положение фабрично-заводского рабочего в общей системе капиталистических отношений делает его единственным борцом за освобождение рабочего класса, потому что только высшая стадия развития
капитализма, крупная машинная индустрия, создает материальные
условия и социальные силы, не Оходимые для этой борьбы. Во всех
остальных местах, при низких формах развития капитализма, нет
этих материальных условий: производство раздроблено на тысячй
мельчайших хозяйств (не перестающих быть раздробленными хозяйствами при самых уравнительных формах общинного землевладения), эпснлоатируемый большею частью владеет еще крошечным
хозяйством и таким образом привязывается к той самой буржуазной
системе, против которой должен вести борьбу: это задерживает и
затрудняет развитие тех социальных сил, которые способны ниспровергнуть капитализм. Раздробленная, единичная, мелкая экоплоатация привязывает трудящихся к месту, разобщает их, не дает им
возможности уразуметь своей классовой солидарности, не дает
возможности объединиться, поняв, что цричина угнетения — не та
или другая личность, — а вся хозяйственная система. Напротив,
крупный капитализм неизбежно разрывает всякую связь рабочего
со старым обществом, с определенным местом и определенным
экоплоататором, объединяет его, заставляет мыслить и ставит в
условия, дающие возможность начать организованную борьбу. На
класс рабочих и обращают социал-демократы все свое внимание и
всю свою деятельность. Когда передовые представители его усвоят
идеи научного социализма, идею об исторической рати русского
рабочего, когда эти идеи получат широкое распространение и среди
рабочих создадутся прочные организации, преобразующие теперешнюю разрозненную экономическую войну рабочих в сознательную
классовую борьбу, — тогда русский рабочий,
поднявшись во главе
всех демократических элементов, свалит абсолютизм и поведет
русский пролетариат (рядом с пролетариатом всех стран) прямой
дорогой открытой политической борьбы к победоносной
коммуни-

стической революции.

,

( Л е н и н . Соч., т. I, «Что такое «друзья народа» п как они воюют против
социал-демократов», сур. 193—194. 1894 г.)
В. Трудящееся к р е с т ь я н с т в о — резерв пропетармата
в социалистической революции Г

1. Только городской и промышленный пролетариат, руководимый
коммунистической партией, может избавить трудящиеся массы
деревни от гнета капитала и крупного помещичьего землевладения,
от разрухи и от империалистских войн, неизбежных снова и снова
Примечание составителя. См. до
Кростьянхжізй вопрос».

этому

вопросу

также

тему

«Аграрпо-

при сохранении капиталистического строя. Трудящимся массам
деревни нет спасения иначе, как в союзе с коммунистическим пролетариатом, в беззаветной поддержке его революционной борьбы за
свержение ига помещиков (крупных землевладельцев) и буржуазии,
С другой стороны, промышленные рабочие ие могут выполнить
своей всемирно-исторической «миссии освобождения человечества от
гнета капитала и от войн, если эти рабочие будут замыкаться в
у-зко-цеховые, узко-профессиональные
интересы и самодовольно
ограничиваться заботами, хлопотами об улучшении своего иногда
сносно-мещанского положения.
Именно так бывает во многих передовых странах с «рабочей
аристократией», которая является основой якобы социалистических
шртий II Интернационала, представляя на деде злейших врагов
социализма, предателей его, мещанских шовинистов, агентов буржуазии внутри рабочего движения. Действительно революционным,
действительно социалистически действующим классом пролетариат
является лишь при условии, что он выступает и поступает, как авангард всех трудящихся и экенлоатируемых, как вождь их в борьбе
за свержение эксплоататоров, а это невыполнимо без внесения классовой борьбы в деревню, без объединения трудящихся масс деревни
вокруг коммунистической партии городского пролетариата, без воспитания первых последним.
2. Трудящиеся и эксплоатирусмые массы в деревне, которые
должен повести на борьбу или во всяком случае привлечь на свою
сторону городской пролетариат, представлены во всех капиталистических странах следующими классами:
Во-1-х, сельскохозяйственным пролетариатом, наемными рабочими (годовыми, сроковыми, поденными), снискивающими себе
средства к жизни работой по найму в капиталистических сельскохозяйственных предприятиях. Самостоятельная, отдельная от других групп сельского населения, организация этого класса (и политическая, и военная, и профессиональная, и кооперативная, и культурно-просветительная и т. д.), усиленная пропаганда и агитация
среди него, привлечение его ira сторону советской власти и диктатуры пролетариата является основной
задачей коммунистических
партий во воех странах.
Bo-2-x, полупролетариями или парцелльными крестьянами, т. е.
теми, кто снискивает себе средства к жизни частью наемной работой в сельскохозяйственных и промышленных капиталистических
предприятиях, частью — трудясь на собственном или арендуемом:
клочке земли, дающем лишь некоторую долю продуктов питания
Ідля его семьи. Эта группа сельского трудящегося населения весьма
Многочисленна во всех капиталистических странах, оѳ существование и ее особое положение затушевывают представители буржуазии и желтые, принадлежащие ко И Интернационалу, «социалисты», частью сознательно обманывая рабочих, частью поддаваясь
слепо рутине обывательских воззрений и смешивая ее с общей массой «крестьянства» вообще. Такой прием буржуазного одурачивания рабочих наиболее замечается в Германии и во Фраіщии, затем
в Америке и других странах. При правильной постановке работы
коммунистической партией, эта группа явится обеспеченной сторонницей ее, ибо положение таких полупролетариев очень тяжело, и
76

выигрыш для них от советской власти и от диктатуры пролетариата
гигантский и немедленный.
В 3-х, мелкое крестьянство, т. е. мелкие земледельцы, владеюѵ ниіе. на праве собственности или аренды, такими небольшими участками земли, что. покрывая потребности своей семьи й своего хозяйства,
они не прибегают к найму чужой рабочей силы. Этот слой, как
слой, безусловно выигрывает от победы пролетариата, которая дает
ему сразу и полностью: а) избавление от платежа арендной платы
или испольной доли урожая (например, métayers, издольщики, во
Франции, тоже в Италии и пр.) крупным землевладельцам; б) избавление от ипотечных долгов; в) избавление от многообразных форм
гнета и зависимости от крупных землевладельцев (лесные угодья и
пользование ими и т. п.); г) немедленную помощь в их хозяйстве
со стороны пролетарской государственной власти (доступность
пользования сельскохозяйственными орудиями и частью постройками на экспроприируемых пролетариатом крупных капиталистических хозяйствах, немедленное превращение государственной пролетарской властью сельских кооперативов и сельскохозяйственных
товариществ из таких организаций, которые больше всего служили
при капитализме богатым и средним крестьянам, в такие, которые
будут оказывать помощь в первую голову бедноте, т. е. пролетариям, полупролетариям и мелким крестьянам и т. п.) к мн. др.
В то же время коммунистическая партия должна ясно сознать,
что в переходный период от капитализма к коммунизму, т. е. во
время диктатуры пролетариата, среди этого слоя неизбежны, по
крайней мере отчасти, колебания в сторону ничем не ограниченной
свободы торговли и свободы использования прав частной собственности, ибо этот слой, являясь уже (хотя и в небольшой мере) продавцом предметов потребления, развращен спекуляцией и собственническими привычками. Однако, при твердой пролетарской политике, при вполне решительной расправе победившего пролетариата
с крупными землевладельцами и крупными крестьянами, колебания
данного слоя не могут быть значительны и не способны изменить
того факта, что в общем и целом он будет на стороне пролетарского
переворота.
3. Взятые вместе, три указанные выше группы деревенского
населения составляют во всех капиталистических странах большинство его. Поэтому успех пролетарского переворота но только в городах, но и в деревне обеспечен полностью. Обратное мнение является
широко распространенным, но держится лишь, во-первых, систематическим обманом буржуазной науки и статистики, всеми средствами затушевывающими глубокую пропасть между, указанными м а с сами в'деревне и экоплоататорами. помещиками и капиталистами,
а равно между полупролетариями и мелкими крестьянами, с одной
стороны, и крупными крестьянами, с другой; во-вторых, оно держится в силу неумения и нежелания героев желтого, Второго Интернационала и развращенной империалистскими привилегиями
«рабочей аристократии» передовых стран вести действительно пролетарски-революционную работу пропаганды, агитации, организации среди деревенской бедноты; все внимание оппортунистов
обращалось и обращается на придумывание теоретического и практического соглашательства с буржуазией, в том числе с крупным и
77

Средним крестьянством "(о них смотря ниже)', а не на рсволюциопное свержение пролетариатом буржуазного правительства и буржуазии; в-третьих, оно держится в силу упорного, обладающего
уже прочностью предрассудка (связанного со всеми буржуазнодемократическими и парламентскими предрассудками), непонимания той истины, которая вполне доказана теоретическим марксизмом и вполне подтверждена опытом пролетарской революции в
России, именно: что неслыханно забитое, раздробленное, придавленное, осужденное во всех, самых передовых, странах на пол у варварские условия жизни, сельское населенно всех трех указанных
выше категорий, будучи экономически, социально, культурно заинтересовано в победе социализма, способно решительно поддержать
революционный пролетариат лишь после завоевания им политической власти, лишь после решительной раоггравы его с крупными
землевладельцами и капиталистами, лишь после того, как эти задавленные люди увидят на практике, что у них есть организованный вождь и защитник, достаточно могучий и твердый для помощи
я руководства, для указания верного пути.
( Л е н и л . Соч., т. X X V , «Первоначальный набросок теэпоов по аграрному
ВОПРОСУ», СТр. 266—271. 1920 г.)

Is. Роль национально-освободительных
в пролетарской революции 1

движений

(Национально-освободительное движение к а к . р е з ѳ р з и составная часть
мировой социалистической революции)

. . Выясняется вполне, что социалистическая революция, которая
надвигается для всего мира, никоим образом не будет состоять
только в победе пролетариата в каждой стране над своей буржуазией. Это было бы возможно, если бы революция -происходила
легко и быстро. Мы знаем, что империалисты этого не допустят,
•что вое страны вооружены против своего внутреннего большевизма
и думают только о том, как бы победить большевизм у себя дома.
(Поэтому в каждой стране нарождается гражданская война, к которой на стороне буржуазии привлечены старые социалисты-соглашатели. Таким образом, социалистическая революция не будет только
и главным образом борьбой революционных пролетариев в каждой
стране против своей буржуазии, — пет, она будет борьбой всех
угнетенных империализмом колоний и стран, всех зависимых стран
против международного империализма. В программе нашей партии,
которая была принята в марте прошлого года, мы, характеризуя
приближение всемирной социальной революции, говорили, что гражданская война трудящихся против империалистов и эксплоататоров во всех передовых странах начинает соединяться с нациопаль1 Примечание
составителя.
ко.тсниодьный вопрос»,
78

Ом. по атому вопросу также тему «Национально-

•пой войной против международных империалистов. Это подтверждается ходом революции и будет все больше подтверждаться. То
же будет и на Востоке... Народы Востока просыпаются к тому,
чтобы практически действовать и чтобы каждый народ решал вопрос о судьбе всего человечества.
Вот почему я думаю, что вам предстоит в истории развития мировой революции, которая будет, судя по началу, продолжаться
много лет и потребует много трудов, — вам предстоит в революционной борьбе, в революционном движении сыграть большую
роль и слиться в этой борьбе с нашей борьбой против международного империализма. Ваше участие в международной революции поставит вас перед сложной и трудной задачей, разрешение которой
будет служить основавшем общего успеха, потому что здесь впервые болыіпшство населения приходит в самостоятельное движение
и будет активным фактором в борьбе за свержение международного империализма.
Большинство народов Востока находится г. худшем положении,
чем самая отсталая в Европе страна — Роосия, но нам удалось соедишггь в борьбе против остатков феодализма и капитализма русских крестьян и рабочих, и наша борьба так легко прошла потому,
что против капитала и феодализма соединились крестьяне и рабочие, и здесь связь с народами Востока особенно важна, потому что
большинство народов Востока являются типичными представителями трудовой массы, — не рабочими, прошедшими школу империалистических фабрик и заводов, а типичными представителями
трудящейся, эксплоатируемой массы крестьян, которые страдают
от средневекового гнета. Русская революция показала, как победившие капитализм пролетарии, сплотившись с многомиллионной
распыленной крестьянской массой трудящихся, победоносно восстали
против средневекового гнета. Теперь нашей Советской республике
предстоит сгруппировать вокруг себя все просыпающиеся народы
Востока, чтобы вместе с ними вести борьбу против международного
империализма. Здесь перед вами стоит задача, которая не стояла
раньше, перед коммунистами всего мира: опираясь на общекоммуниетичоскую теорию и практику, вам нужно, применяясь к своеобразным условиям, которых нет в европейских странах, суметь
применить эту теорию и практику к условиям, когда главной массой является крестьянство, когда нужно решать задачу борьбы не
против капитала, а против средневековых остатков. Это трудная и
своеобразная задача, но она особенно благодарна, потому что в
борьбу втягивается та масса, которая еще по участвовала в борьбе,
а с другой стороны, благодаря организации коммунистических
ячеек на Востоке, вы лолучасто возможность осуществить теснейшую связь с III Интернационалом. Вы должны найти своеобразные
формы этого союза передовых пролетариев всего мира с живу-»
щими часто в средневековых условиях трудящимися и эксплоатируемыми массами Востока. В маленьких размерах мы осуществили
в пашой стране то, что в большом размере, в больших странах осуществите в ы . . ,
( Л е н и н . Соч., т. XXIV, «Доклад на II Всероссийском съезде коммунистических организаций народов Востока», стр. 548—550. 1919 г.)

Д . Руководство коммунистической партии и беспощадная
борьба с оппортунизмом — решающее условие победы
пролетарской революции 1

Переживаемый момент в развития международного коммунистического движения характеризуется тем. что в громадном большинстве капиталистических стран не закончена — очень часто даже
еще систематически не начата — подготовка пролетариата к осуществлению им своей диктатуры. Из этого не следует, что 'пролетарская революция невозможна в самом близком будущем; она внолне
возможна, ибо вся экономическая и политическая обстановка необыкновенно богата горючими материалами и поводами для их
неожиданного воспламенения; другое условие для революции,
кроме подготовленности пролетариата,—именно: общее состояние
кризиса во всех командующих и во всех буржуазных партиях,—
тоже есть налицо. Но из сказанного следует, что задача момента
для коммунистических партий состоят теперь не в том, чтобы ускорять революцию, а в том, чтобы усиливать подготовку пролетариата. € другой стороны, отмеченные выше случаи в истории многих социалистических партий заставляют обратить внимание на то,
чтобы «признание» диктатуры пролетариата не могло оставаться
только словесным.
Поэтому главной задачей коммунистических партий, с точки
зрения международного пролетарского движения, является в данный момент сплочение раздробленных коммунистических сил, образование в каждой стране единой коммунистической партии (или
укрепление и обновление партии уже существующей) для удесятерения работы по подготовке пролетариата к завоеванию государственной власти и притом именно к завоеванию власти в форме
диктатуры пролетариата. Обычная социалистическая работа групп
и партий, признающих диктатуру пролетариата, далеко еще в недостаточной мере подвергнута той коренной переделке, тому коренному обновлению, которые необходимы для признания этой работы коммунистической и соответствующей задачам кануна пролетарской диктатуры.
Завоевание политической власти пролетариатом не прекращает классовой борьбы его против буржуазии, а, напротив, делает
эту борьбу особенно широкой, острой, беспощадной. Все группы,
партии, деятели рабочего движения, полностью или отчасти стоящие на точке зрения реформизма, «центра» и т. п., неизбежно
становятся в силу крайнего обострения борьбы либо па сторону
буржуазии, либо в число колеблющихся, либо (что всего опаснее)
попадают в число ненадежных друзей победоносного пролетариата.
Поэтому подготовка диктатуры пролетариата требует не только
усиления борьбы против тенденций реформистских и «цѳнтро•виков», но и изменения характера этой борьбы. Борьба но может
ограничиваться выяснением ошибочности этих тенденций, а должна
разоблачать неуклонно и беспощадно всякого деятеля внутри рабочего движения, проявляющего эта тенденции, ибо иначе ігролета1 Примечание
составителя. Основной материал о роли партии в пролетарской революции с.ч. тему «Учение о партии».
80

риат не может узнать, с кем он пойдет на самую решительную
борьбу против буржуазии. Эта борьба такова, что в любую минуту
может заменить — и заменяет, как показал уже опыт, — оружие
критики критикою оружием. Всякая непоследовательность или
слабость в разоблачении тех, кто проявляет себя как реформист или
«центровик», означает прямое увеличение опасности свержения власти пролетариата буржуазией, которая использует завтра для 'Контрреволюции то. что' кажется близоруким людям лишь «теоретическим разногласием» сегодня.
В частности, нельзя ограничиться обычным принципиальным
отрицанием всякого сотрудничества пролетариата с буржуазией,
всякого «коллаборационизма». Простая защита «свободы»" и «равенства», при сохранении частной собственности на средства производства, превращается в условиях диктатуры пролетариата, который
никогда не в состоянии' будет сразу уничтожить частную собственность полностью, — превращается в «сотрудничество» с буржуазией, прямо подрывающее власть рабочего класса. Ибо диктатура
пролетариата означает государственное закрепление и защиту, всем
аппаратом государственной власти, «несвободы» для экоплоататора продолжать свое дело угнетения н эксплоатащш, «неравенства.»
собственника (т. е. изъявшего для себя лично известные средства
производства, созданные общественным трудом) с неимущим. То,
что кажется до победы пролетариата теоретическим только разногласием по вопросу о «демократии», становится неизбежно завтра,
после победы, вопросом, который решается силой оружия. Следовательно, без коренного изменения всего характера борьбы с
«цеитровиками» и «защитниками демократии» невозможна даже
предварительная подготовка масс к осуществлению диктатуры пролетариата.
Диктатура пролетариата есть наиболее релгитольная и революционна;! форма классовой борьбы пролетариата с буржуазией.
Такая борьба можегг быть уопешна, лишь когда самый революционный авангард пролетариата ведет за собой подавляющее большинство его. Подготовка диктатуры пролетариата требует поѳтомѵ не
только разъяснения буржуазного характера всякого реформизма,
всякой защиты демократии при сохранении частной собственности
на. средства производства; не только разоблачения проявлений таких тенденций, означающих на деле проведение защиты буржуазии
внутри рабочего движения, — но требует также замены старых вождей коммунистами во всех решительно видах пролетарских организаций, не только политических, но и профессиональных, кооперативных, просветительных и т. д. Чем более длительным, полным и
прочным было господство буржуазной демократии в данной стране,
тем более удалось буржуазии провести на посты таких вождей, ею
воспитанных, ее воззрениями и предрассудками пропитанных, ею
очень часто прямо или косвенно подкупленных деятелей. Необходимо во сто крат смелее, чем до сих пор, вытеснять этих представителей рабочей аристократии или обуржуазившихся рабочих со всех
их постов и заменять их хотя бы даже самыми неопытными рабочими, лишь бы они были связаны с эксплоатируемой массой и пользовались ѳѳ доверием в борьбе с экоплоататорами. Диктатура пролетариата потребует назначения таких, не имеющих опыта, рабочих
6 Ленинизм

на самые ответственные государственные посты, иначе власть рабочего правительства будет бессильна, и оно не будет поддержано
массой.
Диктатура пролетариата есть самое полное осуществление руководства всеми трудящимися и эксплоатируемыми, которые угнетены, Забиты, задавлены, запуганы, раздроблены, обманут^ классом капиталистов, со стороны единственного класса, подготовленного к такой руководящей роли всей историей капитализма. Поэтому подготовка диктатуры пролетариата должна быть начата повсеместно и немедленно посредством следующего, между прочим,
приема.
Во всех без изъятия организациях, союзах, объединениях, в первую голову пролетарских, а затем и непролетарской трудящейся и
эксплоатируемой массы (политических, профессиональных, военных, кооперативных, образовательных, спортивных и проч. и т. д.),
должны быть созданы группы или ячейки коммунистов — преимущественно открытые, но также и тайные, обязательные в каждом
таком случае, когда следует предполагать закрытое их, арест или
изгнание их членов со стороны буржуазии; — причем эти ячейки,
тесно связанные между собою и о центром партии, обмениваясь
своим опытом, осуществляя работу агитации, пропаганды, организации, применяясь решительно ко всем областям обществетгой
жизни, решительно ко всем разновидностям и подразделениям трудящейся массы, должны систематически воспитывать такой разносторонней работой и самих себя, и партию, и класс, и массы.
При этом крайне важно практически выработать необходимое
различие приемов всей работы, с одной стороны — по отношению к
«вождям» или к «ответственным представителям», сплошь да рядом
безнадежно испорченным мелкобуржуазными и империалистскими
предрассудками; эти «вожди» должны быть беспощадно разоблачаемы и изгоняемы из рабочего движения; — о другой стороны, по
отношению к массам, которые особенно после империалистской
бойни, большей частью склонны слушать и воспринять учение о необходимости руководства пролетариата, как единственного выхода
из капиталистического рабства; к массам надо научиться подходить
особенно терпеливо и осторожно, чтобы уметь понято особенности,
своеобразные черты психологии каждого слоя, профессии и т. п.
этой массы.
В частности, одна из групп или ячеек коммунистов) заслуживает исключительного внимания и заботы партии, именно: парламентская фракция, т. е. группа членов партии, состоящих депутатами в буржуазном представительном учреждении (прежде всего
общегосударственной, затем также и местных, муниципальных я
пр.). О' одной стороны, именно эта трибуна имеет особенно важное
значение в глазах самых широких слоев отсталой или пропитанной
мелкобуржуазными предраосудкамя трудящейся массы; поэтому
коммунисты обязательно именно с этой трибуны должны в о # и работу пропаганда, агитации, организации, разъяснения массам, почему закономерен был в России (и закономерен будет в свое время
в любой стране) разгон буржуазного парламента общенациональным Съездом Советов. С другой стороны, вся история буржуазной
демократии сделала из парламентской трибуны, особенно в порѳдо82

пых странах, главное или одно на главных поприщ неслыханных
мошенничеств, финансовых и политических обманов народа, карьеризма, лицемерия, угнетения трудящихся. Поэтому вполне законна
горячая ненависть к парламентам со стороны лучших представителей революционного пролетариата. Поэтому со стороны коммунистических партий, и всех партий, примыкающих к III Интернацион а л у , — особенно в тех случаях, когда эти партия возникли не путем раскола со старыми партиями и длительной, упорной борьбы с
ними, а путем перехода (часто номинального) старых партий на новую позицию, — необходимо исключительно строгое отношение к
своим парламентским фракциям: полное подчинение их контролю
и указаниям Цека партии; включение в их состав преимущественно'революционных рабочих; внимательнейший анализ в партийной
прессе и на партийных собраниях речей парламентариев с точки
зрения их коммунистической выдержанности; командирование депутатов на агитационную работу среди масс, исключение из этих
фракций тех, кто проявляет тенденции II Интернационала и т. д.
Одна из главных причин, затрудняющих революционное рабочее движение в развитых капиталистических странах, состоит в
том, что благодаря колониальным владениям и сверхприбылям финансового капитала и т. п., капиталу удалось здесь выделить сравнительно более широкий и устойчивый слой небольшого меньшинства рабочей аристократии. Она пользуется лучшими условиями заработка и больше всего пропитана духом цеховой узости, мещанскими и империалистическими предрассудками. Это — настоящая
ооциальная «опора» II Интернационала, реформистов и «центровиков», а в данный момент это — едва ли не главная социальная опора
буржуазии. Никакая даже предварительная подготовка пролетариата к свержению буржуазии невозможна без немедленной, систематической, широкой, открытой борьбы с этим слоем, который, не*
сомненно, — как это вполне уже доказано опытом, — поставит не
мало элементов для буржуазной белой гвардии после победы пролетариата. Все примыкающие к III Интернационалу партии должны
во чтобы то ии стало провести в жизнь лозунг: «глубже в массы»,
«теснее связь с массами», — понимая под массами всю совокупность
трудящихся и эксплоатируемых капиталом, особенно наименее организованных и просвещенных, наиболее угнетенных и наименее
доступных организаций.
Пролетариат становится революционным лишь постольку, поскольку он не замыкается в узко-цеховые рамки, поскольку он выступает во всех проявлениях и на всех поприщах общественной
жизни, как вождь всей трудящейся к эксплоатируемой массы, и осуществление им своей диктатуры невозможно без готовности и способности его на величайшие жертвы ради победы над буржуазией.
И принципиальное и практическое значение в этом отпошении имеет'
опыт России, где пролетариат но мог бы осуществить своей диктатуры, не мог бы завоевать себе общепризнанного уважения и доверия всей трудящейся массы, если бы он не принес болы
всего
жертв и не голодал сильнее всех остальных слоев этой массы в самые трудные времена натиска, войны, блокады, со стороны всемирной буржуазии.
В частности, всесторонняя и самоотверженная поддержка
*

83

коммунистической партией и всем передовым пролетариатом особенно необходима по отношению к широкому, стихийному, массовому стачечному движению, которое одно только в состоянии под
гнетом капитала, настоящим образом разбудить, расшевелить, просветить и организовать массы, воспитать в них полное доверие к
руководящей роли революционного пролетариата. Без такой подготовки никакая диктатура пролетариата невозможна, и люди,
способные выступать публично против стачек, вроде Каутского в
Германии, Турати в Италии, безусловно нетерпимы в рядах партий,
прпмыкающнх к III Интернационалу. Еще более относится это, конечно, к тем трэд-юниопистским и парламентским вождям, которые
часто предают рабочих, уча их на опыте стачек реформизму, а не революции (например, в Англии и во Франции в последние годы).
Для всех стран, даже для самых свободных, «легальных» к
«мирных» в смысле наименьшей обостренности классовой борьбы,
вполне назрел период, когда является безусловно необходимым для
всякой коммунистической партии систематическое соединение легальной и нелегальной работы, легальной и нелегальной организации. ІІбо в самых просвещенных и свободных странах, с наиболее
«устойчивым» буржуазно-демократическим строем, правительства
уже систематически прибегают, вопреки их лживым и лицемерным
-заявлениям, к ведению тайных списков коммунистов, к бесконечным
нарушениям своей собственной конституции для полутайной и тайной поддержки белогвардейцев и убийства коммунистов во всех
странах, к тайной подготовке арестов коммунистов, к введению провокаторов в среду коммунистов и т. д. и т. п. Только самое реакции
онное мещанство, какими бы красивыми «демократическими» и паі
щгфистскими фразами оно ни прикрывалось, может отрицать это»
факт или обязательный вывод из него: немедленное образование
всеми легальными коммунистическими партиями нелегальных организаций для систематической нелегальной работы и полной подготовки к моменту проявления буржуазных преследований. Особенно
необходима нелегальная работа в армии, флоте, полиции, ибо поело
великой империалистской бойіш все правительства в мире стали
бояться всенародной армии, открытой для крестьян и рабочих, стали
переходить тайком ко всевозможным приемам подбора специально
подобранных из буржуазии и специально снабженных особенно
усовершенствованной техникой воинских частей.
С другой стороны, также необходимо во всех без исключения
случаях не ограничиваться нелегальной работой, а веста также и
легальную, преодолевая для этого все трудности, основывая легальные органы печати и легальные организации под самыми разнообразными и, в случае надобности, часто меняющимися названиями.
Так поступают нелегальные коммунистические партия в Финляндия,
Венгрии, частью в Германии, в Польше, в Латвии и т. д. Тале должны
поступать «Промышленные рабочие мира» (I. W. W.) в Америке, так
должны будут поступать все ныне легальные коммунистические партии, если прокурорам благоугодіго будет возбуждать преследования
на основании резолюций съездов Коммунистического Интернационала и т. д.
Безусловная принципиальная необходимость соединения нелегальной и легальной работы определяется не только всей совокуп84

костью особенностей переживаемого периода, периода кануна пролетарской диктатуры, но и необходимостью доказать буржуазии,
что нет и быть не может области и поприща работы, которого бы не
завоевали коммунисты, а больше всего тем, что повсюду есть еще
широкие слои пролетариата, а еще более непролетарской трудящейся и эксплоатируемой массы, которые доверяют еще буржуазнодемократической легальности и разубеждение которых является для
нас делом наиболее важным.
В частности, состояние рабочей прессы в "наиболее передовых
капиталистических странах особенно наглядно показывает как всю
лживость свободы и равенства при буржуазной ' демократии, так и
необходимость систематического соединения легальной и нелегальной работы. И в побежденной Германии и в победившей Америке
вся сила государственного аппарата буржуазии и все проделки ее
финансовых королей пускаются в ход, чтобы отнять у рабочих их
прессу: и судебные преследования, и аресты (или убийство через
наемных убийц) редакторов, и запрещение почтовой пересылки, и
отнятие бумаги и пр. и т. д. К тому же необходимый для ежедневной газеты информационный материал находится в руках буржуазных телеграфных агентств, а объявления, без которых большая
газета не окупится, находятся в .«свободном» распоряжении капиталистов. В итоге, буржуазия обманом, давлением капитала и буржуазного государства отнимает у революционного пролетариата его
прессу.
Для борьбы с этим коммунистические партии должны создать
новый тип периодической прессы дл*я массового распространения
среди рабочих: во 1-х, легальные издания, которые бы научились,
не называя себя коммунистическими и не говоря о своей принадлежности к партии, использовать малейшую легальность, как большевики при царе после 1905 т.; во 2-х, нелегальные листки, хотя бы в
самом малом объеме и нерегулярно выпускаемые, но перепечатываемые в массе типографий рабочими (тайно, или, если движение
окрепло, путем революционного захвата типографий) и дающие
пролетариату свободную, революционную информацию н революционные лозунги.
Бед втягивающей массы революционной борьбы за свободу
коммунистической печати подготовка к диктатуре пролетариата
невозможна.
( Л е н и н . Соч., т. XXV, «Тезисы об основных задачах II конгресса Коминтерна», стр. 315—322. 1920 г.)
Е. Высвобождение п р о л е т а р и а т а из-под влияния социалф а ш и з м а — главной социальной опоры буржуазии —
необходимое условие его п о б е д ы

1. Мировой экономический кризис вскрыл со всей ясностью роль
международной социал-демократии как главной социальной
споры
диктатуры буржуазии. На всех основных этапах развития классовой
борьбы со времени мировой империалистической войны и возникновения пролетарской дуктатуры социал-демократия была на стороне
капитализма против рабочего класса. Она посылала, миллионы про-

летариев

на империалистическую

бойню

под флагом

«защиты
85

отечества». Она помогала «своей» буржуазии проводить военную интервенцию в С С С Р в J91S—1920 гг. Она спасала капитализм от пролетарской революции непосредственно после войны (Германия, Австрия, Италия, Финляндия). Она активно помогала буржуазии укреплять капиталистическое хозяйство. Она впрягала рабочие массы в
ярмо капиталистической рационализации. Она прилагает сейчас, в
момент тягчайшего кризиса, все усилия, чтобы спасти капиталистическую систему экоплоатацни. рабства и надвигающейся гибели.
2. Все развитие социал-демократии со времени войны и возникновения советской власти в СССР есть непрерывный процесс эволюции к фашизму. Ш линии наступления капитала па рабочий
класс—
это прямая и косвенная поддержка политики снижения зарплаты,
свертывания всей системы социального обеспечения, поддержка новой волны самой беспощадной рационализации, это организация
саботажа и срыва стачек, усовершенствование арбитража как орудия
штрейкбрехерства й закрепощения рабочего класса. По линии экономического и финансового
ограбления народных масс. — это всесторонняя поддержка политики банков, трестов и картелей, политики дороговизны всех товаров массового (потребления, завинчивание налогового пресса, активная поддержка протекционизма. ІІо
линии колониального
грабежа — это прямое подавление национально-революционного движения в колониальных и полуколониальных
странах; это десятки тысяч заключенных и массовые расстрелы в
Индии,-разрушение деревень с аэропланов, в Китае — прямая поддержка палаческого правительства Чан Кай-ши и открытая война,
которую ведут иностранные роенные суда на Янцзы с отрядами
Красной армии на юге Китая, массовые экзекуции в Индо-Китае. По
линии империалистического
разбоя — это активное, непосредственное соучастие в версальской системе и закулисных интригах сугубо
тайной дипломатии, поддержка под «пацифистским» флагом вакханалии вооружений и подготовки к войне, поддержка имериалистическиX военных союзов...
. . . 3. Вся контрреволюционная, антирабочая политика международной социал-демократии находят свое завершение в подготовке
блокады и военной интервенции против первого в мире пролетарского государства. Поворот к военной интервенции мировой буржуазии, потерявшей надежду на капиталистическое перерождение
СССР, на победу правых элементов в ВКГІ(б), проведение генерального наступления на капиталистические элементы в СССР и развитие революционного подъема в странах капитала, усилили интервенционистскую и вредительскую ориентировку всех партий II Интернационала (прежде всего германской социал-демократии, являющейся ядром II Интернационала), сознающих, что победа социализма в СССР окончательно подорвет их влияние в рабочих массах
капиталистических страп.
Процесс «Союзного бюро русских меньшевиков» (социал-демократов), вскрывший гнусную, двурушническую роль социал-демократии, показал, что II Интернационал, ставя себе целью восстановление
капитализма в СССР путем военной интервенции, организовывая
через свою контрреволюционную агентуру в СССР вредительство
во всех областях народного хозяйства, пытаясь сорвать снабжение
рабочих и крестьян, стараясь сознательно снизить реальную зар86

плату рабочих, превратился в боевой отряд мирового
империализма,
готовящего войну против СССР.
4. Под давлением растущего недовольства и начинающегося массового отхода рабочих, социал-демократия, обнаружившая -свое бессилие перед лицом кризиса-и безработицы, вынуждена для обмана
масс прибегать к «левым» демагогическим маневрам, лицемерно выступая на с.човах за сокращение рабочего дня и пятидневную рабочую неделю, за расширение социального страхования, за разоружение, за борьбу против фашизма. На деле социал-демократия этими
маневрами помогает капиталу осуществить его наступление на
жизненный уровень рабочего класса, укрепить свою диктатуру, ускорить фашизацию буржуазного государства, подавить сопротивление
масс фашизму, задержать стихийную тягу широчайших рабочих
масс к единому фронту, прикрыть подготовку войны против СССР.
Все эти и подобные им факты наглядно вскрывают контрреволюционную роль международной социал-демократии как главной
социальной опоры буржуазии в ее борьбе с пролетариатом.
Поэтому разоблачение социал-демократии, разоблачение II Интернационала, высвобождение рабочих масс из-под влияния социалдемократии есть очередная задача коммунистических партий, без
]юиіения которой невозможна успешная борьба пролетариата за свое
освобождение от цепей капитализма.
(Резолюция XI пленума ИККИ)..
4. РАЗОБЛАЧЕНИЕ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСНОЙ
ФРАЗЕОЛОГИИ
О ПРЕДПОСЫЛКАХ СОЦИАЛИЗМА И „МИРНОМ ВРАСТАНИИ"
КАПИТАЛИЗМА В СОЦИАЛИЗМ і
А. Борьба против меньшевистской теории предпосылок
пролетарсной революции и оценки Октябрьской
революции

Перелистывал эти дни записки Суханова о революции. Бросается
особенно в глаза педантство всех наших мелкобуржуазных демократов, как и всех героев II Интернационала. Уже не говоря о том, что
они необыкновенно трусливы, что даже лучшие из них кормят себя
оговорочками, когда речь идет о мельчайшем отступлении от немецкого образца, уже не говоря об этом свойстве всех мелкобуржуазных демократов, достаточно проявленном ими во всю революцию,
бросается в глаза их рабская подражательность прошлому.
Они все называют себя марксистами, но понимают марксизм до
невозможной степени педантски. Решающего в марксизме они совершенно не поняли: именно, ого революционной диалектики. Даже
прямые указания Маркса на то, что в моменты революции требуется
максимальная гибкость, ими абсолютно нѳ поняты, и даже не замечены, например, указания Маркса в его переписке, относящейся,
помнится, к 1350 г.. когда он высказывал надежду на соединение
крестьянской войны в Германии, могущей создать' революционную
обстановку, с рабочим движением, — даже это прямое указание они
обходят и ходят кругом и около него, как кот около горячей каши.
1 Примечание
составителя. Разоблачение социал-фашистской теории
Віізеванного капитализма» н «ульгралмлершиизма» см. стр. 69—71.

«орга-

/

Во всем своем поведении они обнаруживают себя как трусливые

реформисты, боящиеся отступить от буржуазии, а тем более порвать
с ней, я в то же время прикрывают свою трусливость самым бесшабашным фразерством и хвастовством. Но даже и чисто теоретически
у них всех бросается в глаза полная неспособность понять следующее соображение марксизма: они видели до сих пор определенный
путь развития капитализма и буржуазной демократии в Западной
Европе. И вот, они не могут себе представить, что этот путь не
может быть считаем образцом mutatis mutandis 1 не иначе как с некоторыми поправками (совершенно незначительными с точки зрения всемирной истории).
Первое — революция, связанная с первой всемирной империалистической войной. В такой революции должны были сказаться новые черты, или видоизмененные в зависимости именно от войны,
потому что никогда в мире такой войны, в такой обстановке, еще не
бывало. До сих пор мы видим, что буржуазия богатейших стран не
может наладить «нормальных» буржуазных отношений после этой
войны, а наши реформисты, мелкие буржуа, корчащие из себя революционеров, считали и считают пределом (его же не прейдеши)
нормальные буржуазные отношения, 'Причем понимают эту «норму»
до крайности шаблонно и узко.
Второе — им совершенно чужда всякая мысль о том, что при
общей закономерности развития во. всей всемирной истории нисколько не исключаются, а. напротив, предполагаются отдельные
полосы развития, представляющие своеобразие либо формы, либо порядка этого развития. Им не приходит даже, например, и в голову,
что Россия, стоящая на границе стран цивилизованных и стран, впервые этой войной окончательно вытягиваемых в цивилизацию, стран
всего Востока, стран внеевропейских, что Россия поэтому могла и
должна была явить некоторые своеобразия, лежащие, конечно,
по общей линии мирового развития, но отличающие ее революцию от всех предыдущих западно-европейских стран и вносящие
некоторые частичные новшества при переходе к странам восточным.
Например, до бесконечия шаблонным является у них довод, который они выучили наизусть во время развития западно-европейокой
социал-демократии и который оостоит в том, что мы не доросли до
социализма, что у нас нет, как выражаются разные «ученые» господа
из них, объективных экономических предпосылок для социализма.
И никому не приходит в голову спросить себя: а не мог ли народ,
встретивший революционную ситуацию, такую, которая сложилась
в первую империалистическую войну, не мог ли он, под влиянием
безвыходности своего положения, броситься на такую борьбу, которая хоть какие-либо шансы открывала ему на завоевание для себя
не совсем обычных условий для дальнейшего роста цивилизации.
«Россия не достигла такой высоты развитая производительных
сил, при которой возможен социализм». С этим положением все
герои II Интернационала и в том числе, конечно, Суханов, носятся,
поистине, как с писаной торбой. Это бесспорное положение они
1

S8

С соответственными изменениями.

Ред.

переживают на тысячу ладов, и им кажется, что оно является ре«
тающим для оценки нашей революции.
Ну, а чТо если своеобразие обстановки поставило Россию, вопервых, в мировую империалистическую войну, в которой замешаны
все сколько-нибудь влиятельные западно-европейские страны, поставило ее развитие на грани начинающихся и частично уже начавшихся революций Востока в такие условия, когда мы могли осуществить именно тот союз «крестьянской войны» с рабочим движением,
о котором, как об одной из возможных перспектив, писал такой
«марксист», как Маркс, в 1856 г. по отношению к Пруссии?
Чтб, если полная безвыходность положения, удесятеряя тем
силы рабочих и крестьян, открывала нам возможность иного перехода к созданию основных посылок цивилизации, чем во всех
остальных западно-европейских государствах? Изменилась ли от
этого общая линия развития мировой истории? Изменились ли от
этого основные соотношения основных классов в каждом государстве. которое втягивается и втянуто в общий ход мировой истории?
Если для создания социализма требуется определенный уровень
культуры (хотя никто не может сказать — каков этот определенный
< уровень культуры»), то почему нам нельзя начать сначала с завоевания революционным путем предпосылок для этого определенного уровня, а потом уже, на основе рабоче-крестьянской власти и
советского строя, двинуться догонять другие народы.
( Л е н и н . Соч., т. XXVII, «О нашей революции», стр. 398—400. 1923 г.)
Б. Борьба против социап-фашмстсмой теории „мирного
в р а с т а н и я " к а п и т а л и з м а в социализм

А до какой тупости, низости и подлости доходят австрийские
социал-демократы, это слишком очевидно показывает вся политика
Реннера и тому подобных австрийских Шейдеманов, которым —
частью по крайней глупости и бесхарактерности — помогают Отто *
Бауэры и Фридрихи Адлеры, ставшие дюжинными изменниками.1 ч
1 Примечание
составителя.
Многочисленные
высказывания
современных
социал-фашистских теоретиков при всем их разнообразии объединены общей
буржуазно-реформистской установкой на классовый мир во что Ou то пи стало,
на упрочение капитализма.
Вот что пишет, например, Каутский, призывая рабочих «к социализму»
п у т е м . . . всемерного укрепления капитализма:
'
«Во времена расцвета растет и прибыль, и заработная плата... Пролетариат
зашгтеі>есова!і в том, чтобы в капиталистических предприятиях производство
попрежнему гало полным ходом... Не принуждение,
но
заинтересованность,
личная или корпоративная, являются величайшей движущей силой в экономической сфере.
Пролетарский режим для успешного противодействия саботажу тех капиталистов, в которых он еще нуждается, должен заинтересовать их в непрерывной деятельности и постоянном улучшении их предприятий.
Что невозможно, если социализация предприятий производится путем конфискации.
Наоборот, это достижимо в том лишь случае, если предприятие, подлежащее социализации, отчуждается за небольшой выкуп. При ѳтсм выкуп должен явиться вознаграждением для тех капиталистов, которые держали своп
предприятия на высоте современных требований и руководили ими в деловом
отношении вполне успешно... Чем больше при этом удастся избегнуть экономических потрясений, чем больше удастся достичь путем мирного соглашения и
чем меньше придется прибегать к принудительному отчуждению, хотя бы и за
вознаграждение, — тем лучше»,

Бот один пример: брошюра Отто Бауэра «Путь к социализму».
Передо мной лежит берлинское издание издательства «Freiheit», видимо, независимой партии, вполне стоящей на том же убогом,
пошлом и подлом уровне, как эта брошюра.
Достаточно взглянуть на лару мест ігз § 9 («Экспроприация
экспроприаторов») :
. . . «Экспроприация не может и -не должна произойти в форме
грубой (brutaler, зверской) конфискации капиталистической и помещичьей собственности; ибо в этой форме она не могла бы произойти
иначе, как ценой громадного разрушения производительных сил,
которое разорило бы сами народные массы, застопорило бы источники народного дохода. Экспроприация экспроприаторов, наоборот,
должна произойти в упорядоченной, урегулированной форме»...
посредством налогов.
И ученый муж примерно разъясняет, как налогами можно было
взять от имущих классов «четыре девятых» их дохода...
Кажется," довольно? Что до меня, я после этих слов (а я начал
брошюру читать с § 9) ничего больше не читал и без особой надобности не собираюсь читать в брошюре господина Огго Бауэра.. Ибо
ясно, "что этот лучший из социал-предателей, в лучшем случае, ученый дурак, который совершенно безнадежен.
И далее:
ч.Чем больше капиталистический
способ производства
цветет и
преуспевает,
тем лучше перспективы социалистического
режима, которыіі выступит па смечу
капиталистическому».
Пресловутый план хозяйственной демократии также построен на идее сотрудничества с капиталистами какой угодно, ценой.
Пот как рисуются перспективы хозяйственной демократии одному m теоретиков с.-д. Паулю Хернбергу, который пытается сочетать план хозяйственной
демократии с пільфердіштовской установкой па организованный «государственный капитализм»:
«Расширение
хозяйственной
деятельности
государственных
учреждений,
расширение полномочий государственного хозяйственного совета, учреждение
окружных хозяйственных советов и хозяйственных палат, передача целых
отраслей промышленности под контроль государства, короче говоря — в с е мероприятия, которые укрепляют начатки настоящего руководства хозяйством, будут
важнейшей и знаменательной подготовкой хозяйственной демократии».
Совершенно очевидно, что на тех я;е принципах построена и хитроумная,
;« оригинальна я» бауэровская «функциональная демократия».
Под «функциональной демократией» Бау&р разумеет «требование, что правительство доля;но контролироваться гражданами, объединенными и расчлененным, и согласно их профессиям, месту работы и нх общественным п политической
экономическим функциям,».
Программа Коминтерна следующим образом, характеризует идеологию современного социал-фашизма;
«В области теории социал-демократия изменила марксизму полностью и целиком, пройдя через ревизионистский этап к законченному либералыю-буржуазному ' реформаторству и откровенному социал-имнерналдаму; учение Маркса
о противоречиях капитализма она заменила буржуазным учением о его гармоническом развитии; учение о кризисах и обнищании пролетариата она сдала
в архив; грозную и пламенную теорию классовой боірьбы она превратила в пошлую проповедь классового мира; учение об обострении классовых противоречий
она променяла на мещанскую басню о «демократизации^ капитала; на место
теории неизбежных при капитализме войн она поставила буржуэный обман
пацифизма и лживую проповедь «ультралмлериалпзма»;
теорию революционного крушения капитализма она разменяла на фальшивую монету «здорового»
капитализма, мирно превращающегося в социализм; революцию она заменила
/

Это — образец педанта, насквозь мелкого буржуа в душе. Он
писал полезные ученые книги и статьи до войны, «теоретически»
допуская, что классовая борьба может обостриться до гражданской
войны. Он даже принимал участие (если я верно информирован) в
гоставлеілш Базельского манифеста 1912 г.. каковой манифест прямо
предвидит пролетарскую революцию -в связи как раз с той войной,
которая и раеразилась в 1914 году.
Но когда дошло на деле до этой пролетарской революции, то
верх взяла натура педанта, филистера, который испугался и стал
поливать бушующую революцию маслицем реформистских фраз.
Он твердо заучил (педанты не умеют думать, они умеют запоминать, могут затвердить), что теоретически возможна экспроприация
экспроприаторов без конфискации. Он всегда это повторял. Он это
заучил. Он знал это наизусть ь 1912 г. Он по памяти повторял это
в 1919 году.
Он не умеет думать. После империалистской войны, и притом
такой войны, которая даже победителей довела до края гибели,—
после начала гражданской войны в ряде стран, — после того, как
фактами в международном масштабе доказана неизбежность превращения империалистской войны в войну гражданскую, проповедьгаать, в лето от Рождества Христова ' 1919-ое, в городе Вене,
«упорядоченное», и «урегулированное» отнятие у капиталистов
«четырех девятых» их дохода. — для этого-надо 'быть либо душевно больным, либо тем старым героем старой великой германской поэзии, который с восторгом переходит «от книжицы к книжице» . . .
Милейший добряк, который, вероятно, представляет из себя
добродетельней шего
отца
семейства,
честнейшего
гражданина,
добросовестнейшего читателя и писателя ученых книг, забыл совсем
маленькую мелочь: он забыл, что подобный «упорядоченный» и
вволюцией;
разрушение буржуазного государства — его активным строительством; учен не о пролетарской диктату}« — теорией коалиции с буржуазией,
учение о международной пролетарской солидарности — учением о защите империалистических отечеств: диалектический материализм Маркса — идеалистической философией и кокетничанием с религиозными отбросами буржуазии».
H том :ке раоделе программы дается и оценка баузровскому «левому» соцпал-фашизму:
«Особой формой социал-демократа веского реформизма является, наконец,
австро.парксизм.
Будучи составной частью «левого» крыла социал:-демократия,
акстромнрксизм представляет собою наиболее топкую форму обмана трудящихся
масс. Проституируя марксистскую терминологию и в то же время решительно
порывая с основами революционного марксизма (кантианство, махизм и т. д.
« е. встро марксистов» в области философии) кокетничая с религией, списывая
у английских реформистов теорию «функциональной демократии», стоя па точке
зрения «строительства республики», т. е строительства буржуазного государства, аветромарксизм рекомендует «кооперацию классов» в периоды так называемого «раьповесия классовых сил». _ т. е. как раз тогда, когда назревает
революционный кризис. Эта теория означает оправдание коалиции с буржуазией
для ниспровержения пролетарской революции под маской защиты «демократии»
от нападения реакции. Объективно и на практике насилие, допускаемое авегромарксизмом в случаях нападения реакции, превращается в насилие реакции против. революции пролетариата. < Функциональная роль» австромарксизма состоит
л обмане рабочих, уже идущих к коммунизму, и поэтому аветромарксизм
является опасным врагом пролетариата, более опасным, чем открытые сторонники разбойничьего ооцлал-шшериа лнз м а ».

'«урегулированный»

переход к социализму

(переход,

несомненно,

самый выгоднынй для «народа», говоря абстрактно) предполагает абсолютную прочность победы пролетариата, абсолютную
безнадежность положения капиталистов, абсолютную для них
необходимость и их готовность оказать добросовестнеіішее подчинение.
Возможно ли такое стечение обстоятельств?
Теоретически, т. е.
в данном случае вполне абстрактно, говоря: конечно, да. Например: допустим, что в девяти странах,
в том числе во всех великих державах, Вильсоны, Ллойд-Джорджи, Мильераны и прочие герои капитализма находятся уже
в таком положении, как у нас Юденич, Колчак и Деникин с их
министрами. Допустим, в десятой маленькой стране, после этого,
капиталисты предлагают
рабочим: давайте, мы вам добросовестно поможем, подчиняясь вашим решениям, провести «упорядоченную» и мирную (без разрушений!) «экспроприацию экспроприаторов», получая за это первый год 6 / 8 прежнего дохода, второй
год — Ѵэ,
Вполне мыслимо, что в указанных мною условиях капиталисты
десятой страны такое предложение в одной из наиболее маленьких
й «мирных» стран сделают, и ровно ничего худого со стороны рабочих этой страны не будет, если они это предложение деловым
образом обсудят и (поторговавшись: купец без запроса не может)
примут.
Может быть, теперь, после этого популярного объяснения даже
ученый Отто Бауэр и философ (столь же удачный, как и политик)
Фридрих Адлер поймут, в чем дело?
Нет еще? Не понятно?
Подумайте, милейший Отто Бауэр, милейший Фридрих Адлер,
похоже ли положеіше всемирного капитализма и его вождей в данную минуту на положение Юденича, Колчака и Деникина в России?
Нет, не похоже. В России капиталисты разбиты после отчаянного
их сопротивления. Во всем мире они еще у власти. Они — господа.
Если вы, милейший Отто Бауэр и Фридрих Адлер, и теперь е щ е
не поняли, в чем дело, то я вам добавлю еще популярнее:
Представьте себе, что в то время, когда Юденич стоял под Питером, Колчак владел Уралом, Деникин всей Украйной, когда в кармане всех этих трех героев лежали пачки телеграмм от Вильсона.
Ллойд-Джорджа, Мильерана и К 0 о посылке денег, пушек, офицеров,
солдат, представьте себе, что в такое время к Юденичу, Колчаку
или Деникину приходит представитель русских рабочих и говорит:
нас, рабочих, большинство, мы вам дадим пять девятых ваших доходов, а потом и остальное отберем «упорядочещго» и мирно. По
рукам, «без разрушения», идет? . . ,
Если бы этот представитель рабочих был просто одет и принимал его только русский генерал, вроде Деникина, он, вероятно, отправил бы рабочего в сумасшедший дом или просто
выгнал.
(Ленин.

Соч., т. X X V ,

«Заметки публициста», стр. 30—39.

1920 г.

II. НЕРАВНОМЕРНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И ПОЛИТИЧЕСК0Г0РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИЗМА,ПРОРЫВ ЦЕПИ
ИМПЕРИАЛИЗМА В СЛАБОМ ЗВЕНЕ И ВОЗМОЖНОСТЬ ПОБЕДЫ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ СТРАНЕ
I. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНСКОМ УЧЕНИИ
НЕРАВНОМЕРНОСТИ
РАЗВИТИЯ В ПЕРИОД ИМПЕРИАЛИЗМА, СЛАБОМ ЗВЕНЕ И
ВОЗМОЖНОСТИ ПОБЕДЫ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ СТРАНЕ

Изучая империализм, особенно в период войны, Ленин пришел
к закону о неравномерности, скачкообразности экономического и
политического развития капиталистических стран. По смыслу этого
закона, развитие предприятий, трестов, отраслей промышленности
и отдельных стран происходит не равномерно, не в порядке установившейся очереди, не так, чтобы один трест, одна отрасль промышленности или одна страна шли все время впереди, а другие тресты
или страны отставали последовательно одна за другой, — а скачкообразно. с перерывами в развитии одних стран и со скачками вперед в развитии других стран При этом «вполне законное» стремление отстающих стран сохранить старые позицші и столь же «законное» стремление заскочивших вперед стран- захватить новые позиции ведут к тому, что военные столкновения "империалистических
стран являются неминуемой необходимостью. Так было, например,
с Германией, которая полвека назад представляла, в сравнении с
Францией и Англией, отсталую страну. То же самое нужно сказать
о Японии по сравнению с Россией. Известно, однако, что уже в
начало X X столетия Германия и Япония скакнули так далеко, что
первая успела обогнать Францию н ста.га теснить Англию на мировом рынке, а вторая — Россию. Из этих противоречий и возникла,
как известно, недавняя империалистическая война.
Закон этот исходит из того, что:
] ) Капитализм перерос во всемирную систему колониального
угнетения и финансового удушения горстью «передовых» стран
гигантского большинства земли» (см. предисловие к французскому
изданию «Империализм» Ленина, т. X I X . стр. 74).
2) «Дележ этой «добычи» происходит между двумя-гремя всемирно могущественными, вооруженными с ног до головы хищниками (Америка, Англия, Япония), которые втягивают в свою войну
•из-за делеіка своей добыта всю землю» (см. там же).
3) Рост противоречий внутри мировой системы финансового
угнетения и неизбежность военных столкновений ведут к тому, что
мировой фронт империализма становится легко уязвимым со стороны революции, а прорыв этого фронта со стороны отдельных
стран — вероятным.
4) Этот прорыв вероятнее всего может произойти в тех пунктах
и в тех странах, где цепь империалистического фронта слабее, т. е.
где империализм менее всего мдкован, а революции легче всего
развернуться.
5) В виду этого победа социализма в одной стране, если даже
эта страна является менее развитой капиталистически, при сохранении капитализма в других странах, если даже эти страны являются
более развитыми капиталистически, — вполне возможна и вероятна.
93 ч

Таковы в двух словах основы ленинской теории пролетарской
революция.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «Октябрьская
ских коммунистов», стр. 82—83. 1924 г.)

революция

и тактика рус-

2. ЗАНОН НЕРАВНОМЕРНОГО Р А З В И Т И Я КАПИТАЛИЗМА И БОРЬБА
С Т Р О Ц К И С Т С К И М ОТРИЦАНИЕМ З Т 0 Г 0 ЗАКОНА

В чем состоит разница между старым, до-монополистическим
капитализмом, и новым, монополистическим капитализмом, если .
выразить эту разницу в двух словах?
Состоит она в том, что развитие через свободную котгкуренціпо
сменилось развитием через грандиозные монополистические союзы
капитал-истов, что бтарый, «культурный», «прогрессивный» капитал
сменялся капиталом финансовым, капиталом «загнивающим», что
«мирное» расширение капитала и распространение его на «свободные» территории сменилось развитием скачкообразным, развитием
через передел уже поделенного мира, посредством военных столкновений между капиталистическими группами, что капитализм старый, развивавшийся в целом по линии восходящей, сменился, таким
образом, капитализмом умирающим, капитализмом, развивающимся
в целом по линии нисходящей.
Вот что говорит Ленин .на этот счет:
«...Вспомним, на псу основана смена предыдущей «мирной эпохи капитализма современною, империалистической : иа том, что свободная конкуренция
уступила место монополистическим союзам капиталистов, и на том, что весь
земной шар (земной шар? И. Ст.) 'поделен. Ясно, что оба эти факта (и фактора)
имеют действительно мировое значение: свободная торговля и мирная конкуренция были возможны и необходимы, пока капитал мог беспрепятственно увеличивать колонии и захватывать в Африке и т. п. незанятые земли, тгрпчем
концентрация капитала была еще слаба, монополистических гцюдириятий, т. е.
столь громадных, что они господствуют во всей данной отрасли промышленности, еще не было. Возникновение и рост таких монополистических предприятий . . . делает невозможной
прежнюю свободную конкуренцию, вырывает почву
из-под ног у иес, а раздел земного шара заставляет от мирного расширения
перейти к вооруженной борьбе за передел
колоний и сфер в л и я н и я . . . (см.
т. XVIII, стр. 254.)

И далее:
«Нельзя жить по-старому в сравнительно спокойной культурной, мирной
обстановке плавно эволюционирующего*
и расширяющегося постепенно на новые страны капитализма, ибо наступила другая эпоха. Финансовый капитал
вытесняет и вытеснит данную страну из ряда великих держав, отнимет ое колонии и ео сферы влияния» (см. т. XVIII, стр. 256—257).

Отсюда основной" вывод Ленина
ского капитализма:

о

характере

империалистиче-

«Понятно, почему империализм есть умирающий
капитализм,
переходный
к социализму: монополия, вырастающая из капитализма, есть ужо умирание
капитализма, начало перехода его в социализм.
Гигантское
обобществление
труда империализмом
(то, что апологеты - - буржуазные экономисты
зовут
«переплетением») означает то же самое» (см. т. XIX, стр. 302).

1

Беда нашей оппозиции состоит в том, что она не, понимает всей
важности этой разницы между капитализмом до-кмпериалистичсским и капитализмом империалистическим.
Таким образом, исходным пунктом позиции нашей партии явля» Курсив мюй. И. Ст.

стоя признаний того фанта', что капитализм' нынешний, капитализм
•
империал истичоский является капитализмом умирающим.
Это не означает еще, к сожалению, что капитализм уже умер.
Но это, несомненно, означает, что капитализм в целом идет не к
возрождению, а к умиранию, что капитализм в целом развивается^
не по восходящей линии, а по линии нисходящей.
Из этого общего вопроса вытекает вопрос о неравномерности *
развития в период империализма.
О чем обычно идет речь у ленипцев, когда они говорят о неравномерности развития в период империализма?
Не о том ли, что существует большая разница в уровне развития
различных капиталистических стран, что одни страны отстают от '
других в своем развитии, что разница эта все более и более увеличивается?
Нет, не об этом. Смешивать неравномерность развития при империализме с разницей в уровне распития капиталистических *
стран, — значит впадать в обывательщину. Именно в эту обывательщину впала оппозиция, когда она спутала на X V конференции Б К П
воггроо о неравномерности развития с вопросом о разнице в уровне
хозяйственного положения различных капиталистических "стран.
Именно, исходя из этой путаницы, оппозиция пришла тогда к тому
совершенно неправильному выводу, что раньше неравномерность
развития была больше, чем при империализме. Именно поэтому и
говорил па X V конференции т. Троцкий, что в X I X столетии "эта
неравномерность была больше, чем в X X » (см. речь т. Троцкого на
X V конференции Б К П ) . То же самое говорил тогда т. Зиновьев,
утверждая : « . . . неверно, что неравномерность капиталистического
развития до начала империалистической эпохи была меньше (см.
речь т. Зиновьева на X V конференции БКП). Правда, теперь, после
дискуссии на X V конференции, оппозиция нашла нужным изменить
фронт, заявляя в своих речах на расширенном пленуме ИККИ нечто
совершенно противоположное или стараясь просто замолчать эту
свою ошибку. Вот, например, заявление т. Троцкого в его речи на
расширенном пленуме: «Что касается темпа развития, то империализм эту неравномерность обострил бесконечно». Что же касается
т. Зиновьева, то оіг в своей речи на пленуме ИККИ счел благоразумным просто умолчать об этом вопросе, хотя он не мог не знать, что
спор шел именно о том, усиливается действие закона неравномерности в период империализма или ослабляется. Но это говорит лишь !,]
о том, что дискуссия кое-чему научила оппозицию и не прошла для
нее без пользы.
р.
Итак: вопрос о неравномерности развития в период империялизма нельзя смешивать с вопросом о разнице в уровне хозяйствен- —
него положения различных капиталистических стран.
Может быть, ослабление разницы в уровне развития капиталистических стран и развитие нивелировки этих стран ослабляют
действие закона неравномерности развития при империализме?
Увеличивается или уменьшается эта разница в уровне развития?
Несомненно, уменьшается. Растет или падает нивелировка? Безусловно растет. Не противоречит ли рост нивелировки усилению неравномерности развития при империализме? Нет, не противоречит.
Наоборот, нивелировка есть тот фон и та база, на основе которой
95

тт возможно усиление действия неравномерности развития при им-

периализме. Только люди, не понимающие экономической сущности
империализма, вроде наших оппозиционеров, могут противопоставлять нивелировку закону неравномерности развития при империализме. Именно потому, что отставшие страны ускоряют свое развитие и нивелируются с передовыми странами, — именно поэтому
обостряется борьба за опережение одних стран другими, именно
поэтому создается возможность для одних стран перегнать другие
страны и вытеснить их из рынков, создавая тем самым предпосылки
для военных столкновений, для ослабления мирового фронта капитализма, для прорыва этого фронта пролетариями различных капиталистических стран. Кто не понял этой простой вещи, тот ничего не
понял в вопросе об экономической сущности монополистического
капитализма.
Итак, нивелировка является одним из условий для усиления неравномерности развития в период империализма.
Может быть, неравномфиость развития при империализме состоит в том, что одни страны догоняют другие и потом опережают
их в хозяйственном отношении в обычном порядке, в порядке, так
сказать, эволюционном, без скачков, без военных катастроф, без
переделов уже поделенного мира? Нет не в этом. Такая неравномерность была и в период до-мопополистического капитализма, о
чем знал Маркс и о чем писал Ленин в своем «Развитии капитализма». Тогда развитие капитализма шло более или меиеѳ плавно,
более или менее эволюцнонно, и одни страны опережали другие в
продолжение долгого периода времени без скачков и без обязательных военных столкновений мирового масштаба. Речь идет теперь
не об этой неравномерности.
Что же такое в таком случае закон неравномерности развития
при империализме?
Закон неравномерности развития в период империализма означает скачкообразное развитие одних стран в отношении других,
быстрое оттеснение с мирового рынка одних стран другими, периодические переделы уже поделенного мира в порядке военных столкновений и военных ' катастроф, углубление и обострение конфликтов
в лагере империализма, ослабление фронта мирового капитализма,
возможность прорыва этого фронта пролетариями отдельных стран,
возможность победы социализма в отдельных странах.
В чем состоят основные элементы закона неравномерности развития при империализме?
Во-первых, в том факте, что мир уже поделен -между империалистическими группами, «свободных», незанятых территорий нет
больше в мире, й для того, чтобы занйть новые рынки и источники
сырья, для того, чтобы расшириться,--надо взять у других эгу
территорию силой.
Во-вторых, в том, что небывалое развитие техпикп и усиливающаяся нивелировка в уровне развития капиталистических стран
• создали возможность и облегчили дело скачкообразного опережеI вия одних стран другими, дело вытеснения более могучих стран
менее могучими, но быстро развивающимися странами.
В-третьих, в том, что старое распределение сфер влияния между
.'отдельными империалистическими группами приходит каждый раз
96

в столкновение с новым соотпошетШРм сил иа мировом рынке, что
для установления «равновесия» мелшу старым распределением сфер
влияния и между новым соотношеішем сил необходимы периодические переделы мира путем империалистических войн.
Отсюда — усиление и обострение неравномерности развития в
период империализма.
Отсюда — невозможность разрешения конфликтов в лагере империализма мирным порядком.
Отсюда — несостоятельность каутскианской теории ультраимпериализма, проповедующей возможность мирного разрешения
этих конфликтов.
,
Но из этого следует, что оппозиция, отрицающая факт усиления
и обострения неравномерности развития в период империализма,
скатывается иа позицию ультра-империализма.
Таковы характерные черты неравномерности развития в период
империализма.
Когда был закопчен раздел мира между империалистическими
группами?
Ленин говорит, что раздел мира был закончен в начале X X столетия.
Когда был поставлен впервые на деле вопрос о переделе уже
поделенного мира?
В период первой всемирной империалистической войны.
Но из этого следует, что закон неравномерности развития при
империализме мог быть открыт и обоснован лишь в начале X X столетня.
0 6 этом я и говорил в своем докладе на X V конференции ВКП,
когда сказал, что закон неравномерности развития при империализме был открыт и обоснован т. Лениным.
Всемирная империалистическая война была первой попыткой
переделить уже поделенный мир. Эта попытка стоила капитализму
победы революции в России и расшатки основ империализма в колониальных и зависимых странах.
Нечего и говорить, что за первой попыткой передела должна последовать вторая попытка, к чему уже идет подготовительная работа в лагере империалистов.
Едва ли можно сомневаться, что вторая попытка передела обойдется мировому капитализму много дороже, чем первая.
Таковы перспективы развития мирового капитализма с точки
зрения закона неравномерности в условиях империализма.
Вы видите, что эти перспективы ведут прямо и непосредственно
к возможности победы социализма в отдельных капиталистических
странах в период империализма.
Известно, что Ленин возможность победы социализма в отдельных странах выводил прямо и непосредственно из законе неравномерности развитая капиталистических стран. II Ленин был совер-\
шенно прав. Ибо закон неравномерности развития при империализме
уничтожает всякую почву для «теоретических» упражнений всех и
всяких социал-демократов насчет невозможности победы социализма в отдельных капиталистических странах.
Вот что говорит Ленин на этот счет1 в своей программной статье,
писанной в 1915 г.:
7

Ленйипзн.

97

«Неравномерность экономимеск
политического развития есть безусловный закон капитализма, Отсюда (Шдует, * что возможна победа социализма
первоначально в немногих п.ти даже? в одной, отдельно взятой, капиталистической стране» (см. т. XVII, стр. 232).

Вывод

ы:

а ) Основная оптпбка оппозиции состоит в том, что она не видит
разницы между двумя фазами капитализма или избегает подчеркнуть эту разницу. А почему она избегает этого? Потому, что эта
разница ведет к закону неравномерности развития в период империализма.
б) Вторая ошибка оппозиции состоит в том, что она не понимает
или недооценивает решающего значения закона неравномерности
развития капиталистических стран при империализме. А почему она
недооценивает этого? Потому, что правильная оценка закона неравномерности развития капиталистических стран ведет к выводу о
возможности победы социализма в отдельных странах.
в) Отсюда третья ошибка оппозиции, состоящая в отрицании
возможности победы социализма в отдельных капиталистических
странах при империализме.
Кто отрицает возможность победы социализма, тот вынужден
замолчать значение закона неравномерности развития при империализме, а кто вынужден замалчивать значение закона неравномерности, тот не может не затушевывать разницы, существующей
между капитализмом до-нмпериалистнческим и капитализмом империалистическим.
Так обстоит дело с вопросом о предпосылках пролетарских
революций в капиталистических странах.
Каково практическое значение этого вопроса?
€ точки зрения практики, перед нами встают две линии. Одна
линия — это линия нашей партии, зовущей пролетариев отдельных
стран готовиться к грядущей революции, следить зорко за ходом
событий и быть готовыми к тому, чтобы при благоприятных условиях прорвать самостоятельно фронт капитала, взять класть и расшатывать основы мирового капитализма. Другая линия — это линия
нашей оппозиции, сеющей сомнения насчет целесообразности самостоятельного прорыва капиталистического фронта и призывающей
пролетариев отдельных стран к тому, чтобы оіш ждали момента
«всеобщей развязки».
Если линия нашей партии есть линия на усиление революционного натиска на свою буржуазию и развязывание инициативы пролетариев отдельных стран, то линия нашей оппозиции есть линия
пассивного выжидании и связывания инициативы пролетариев отдельных стран в их борьбе против своей буржуазии.
Первая линия есть линия активизации пролетариев отдельных
стран.
Вторая линия есть линия ослабления воли пролетариата к революции, линия пассивности и выжидания.
Ленин был тысячу раз прав, когда он писал следующие вещие
слова, имеющие прямое отношение к нашим нынешним" спорам:.
* Курсив мой. И. Ст.

«Я знаю, есть, конечно, мудрецы, считающие себя очень умными и даже
называющие себя социалистами, которые уверяют, что но следовало брать
власти до тех пор, пока не разразится революция во всех странах. Они не подозревают, что, говоря так, они отходят от революции и переходят на сторону
•буржуазии. Ждать, пока трудящиеся классы совершат революцию в международном масштабе, это значит всем застыть в ожидании. Это бессмыслица» (см.
т. XXIII, стр. 9).

Этих слов Ленина забывать нельзя.

( С т а л и н. Об оппозиции. «Еще раз о социал-демократическом
стр. 511—619).
3. МИРОВАЯ С И С Т Е М А ИМПЕРИАЛИЗМА И ПРОРЫВ ЦЕПИ
ИМПЕРИАЛИЗМА В СЛАБОМ ЗВЕНЕ

уклоне»,

Р а н ь т е к анализу предпосылок пролетарской революции подходили обычно с точки зрения экономического состояния той или
иной отдельной страны. Теперь этот подход уже недостаточен. 1
Теперь надо подходить к долу с точки зрения экономического состояния всех или большипстпа стран, с точки зрения состояния мирового хозяйства, ибо отдельные страны п отдельные национальные
хозяйства перестали быть самодовлеющими единицами, превратились в звенья единой цепи, называемой мировым хозяйством, ибо
старый «культурный» капитализм перерос в империализм, а империализм есть всемирная система финансового порабощения и колониального угнетения горстью «передовых» стран гигантского большинства населения земли.
Раньше принято было говорить о наличия пли отсутствии объективных условий пролетарской революции в отдельных странах или
точнее — в той или иной развитой стране. Теперь эта точка зрения
уже недостаточна. Теперь нужно говорить о наличии объективных
условий революции во всей системе мирового империалистического
хозяйства, как единого целого, причем наличие в составе этой системы некоторых стран, недостаточно развитых в промышленном
отношении, не может служить непреодолимым препятствием к революции, если система в целом или, вернее, так как система в целом
уже созрела к революции.
Раньше принято было говорить о пролетарской революции в той
или иной развитой стране как об отдельной самодовлеющей вели- ѵ
чине, противопоставленной отдельному, национальному фронту капитала, как своему антиподу. Теперь эта точка, зрения уже недостаточна. Теперь нужно говорить о мировой пролетарской революции,
ибо отдельные национальные фронты капитала превратились в
звенья единой цепи, называемой мировым фронтом империализма,
которой должен быть противопоставлен общий фронт ревелюцпонпого движения всех стран.
Раньше рассматривали пролетарскую революцию как результат
исключительно внутреннего развития данной страны. Теперь эта
точка зрения уже недостаточна. Теперь надо рассматривать пролетарскую революцию прежде всего как результат развития противоречий в мировой системе империализма, как результат разрыва цепи
мирового империалистического фронта в той или иной стране.
Где начнется революция, где, прежде всего, может быть прорван
фронт капитала, в какой стране?
1 Примечание
составителя. Обоснование этого тезиса т. Сталина дано выше,
в предшествующем изложении, см. стр. 93—98,

Там, где больше развита промышленность, где пролетариат составляет большинство, где больше культурности, где больріе демократии,— отвечали обычно раньше.
Нет, — возражает ленинская теория революции, — ne обязательно
там, где

промышленность

больше

развита,

и пр. Фронт

капитала

прорвется там, где цепь империализма слабое, ибо пролетарская
революция есть результат разрыва цепи мирового империалистического фронта в наиболее слабом ее месте, причем может оказаться,
что страна, начавшая революцию, страна, прорвавшая фронт капитала, является менее развитой в капиталистическом отношении, чем
другие, более развитые, страны, оставшиеся однако в рамках капитализма.
В 1917 г. цепь империалистического мирового фронта оказалась
слабее в России, чем в других странах. Там она и прорвалась, дав
выход пролетарской революции. Почему? Потому, что в России развертывалась величайшая народная революция, во главе которой шел
революционный пролетариат, имевший такого серьезного союзника,
. как многомиллионное крестьянство, угнетаемое и эксплоатируемое
помещиком. Потому, что против революции стоял там такой отвратительный представитель империализма, как царизм, лишенный всякого морального веса и заслуживший общую ненависть населения.
В России цепь оказалась слабее, хотя Россия была менее развита в
капиталистическом отношении, чем, скажем, Франция или Германия,
Англия пли Америка.
Где прорвется цепь в ближайшем будущем? Оггять-такн там, где
она слабее. Не исключено, что цепь может прорваться, скажем, в
Ипдпи. Почему? Потому, что там имеется молодой боевой революционный пролетариат, у которого имеется такой союзник, как освободительное национальное движение, — несомненно большой и несомненно серьезный союзник. Потому, что перед революцией стоит
там такой, всем известный противник, как чужеземный империализм,
лишенный морального кредита и заслуживший общую ненависть
угнетенных и эксплоатируемых масс Индии.
Вполне возможно также, что цепь может прорваться в Германии.
Почему? Потому, что факторы, действующие, скажем, в Индии, начинают действовать и в Германии; лри этом понятно, что громадная
разница, в уровне развития, существующая между Индией и Германией. не может не наложить своего отпечатка на ход и исход революции в Германии.
Вот почему говорит Ленин, что:
« . . . западіго-европейские капиталистические страны завершают свое развитие к социализму... не равномерным «вызреванием» в них социализма, а путем экснлоатации одних государств другими, путем аксплоатаціш первого из
побежденных во время империалистической войны государства, соединенной с
вксплоатацией ЕСОГО Востока. А Восток, с другой стороны, пришел окончательно
в революционное движение именно в силу этой первой империалистической
войны и окончательно втянулся в общий круговорот всемирного революционного движения» (см. т. X X V I I , стр. 415—416).

Короче: цепь империалистического фропта, как правило, должна
прорваться там, где звенья цепи слабее, и у ж во всяком случае не
обязательно там, где капитализм более развит, где пролетариев
столько-то процентов, а крестьян столько-то, и так дальше.
Вот почему статистические выкладки о процентном исчислении

пролетарского состава населения в отделъпой стране теряют то
исключительное значение при решении вопроса о пролетарской революции, какое им охотно придавали начетчики из II Интернационала, не понявшие империализма и боящиеся революции, как
чумы...
(Сталин.

Вопросы ленинизма. «Об основах ленинизма», сгр. 20—22. 1924 г.)

4. ЛЕНИНСКОЕ УЧЕНИЕ О СЛАБОМ З З Е Н Е И БОРЬБА ПРОТИВ
БУХАРИНСНОГО ИЗВРАЩЕНИЯ ЕГО

В «Правде» от 16 декабря (№ 296) напечатана статья без подписи:
«Нельзя ли без путаницы» (отдел «Партийное строительство»), где
критикуется одно из положений статьи «Вводный очерк о ленинизме» в «Комсомольской Правде», трактующее вопрос о наиболее
благоприятных условиях революционного прорыва мирового империалистического фронта. Автор приводит следующую цитату из
критикуемой статьи: «Ленинизм учит, что революция начинается в
том месте, где империалистическая цепь представляет Самое слабое
звено. Автор ставит далее знак равенства между этой цитатой л следующей цитатой из «Экономики переходного периода» т. Бухарина.
«Крах мировой капиталистической системы начался с наиболее слабых народных хозяйственных систем». Автор приводит затем критическое замечание Ленина против упомянутой цитаты из книжки
т. Бухарина 1 и умозаключает, что в статье «Вводный очерк о ленинизме» и «Комсомольской Правде» допущена ошибка, аналогичная
ошибке т. Бухарина.

Мне кажется, что автор статьи « Н е л ь з я ли без путаницы» допустил ошибку. Ни в коем случае нельзя ставить знак равенства между
тезисом «империалистическая цепь рвется там, где она слабее» и
между тезисом т. Бухарина—'«империалистическая цепь рвется там,
где народнохозяйственная система слабее». Почему? Потому, что в
первом случае говорится о слабости империалистической цепи, которую надо прорвать, т. е. о слабости

империалистических

сил, а

здесь, у т. Бухарина, речь идет о слабости народнохозяйственной
системы страны, которая (т. е. страна) должна прорвать цепь империализма, т. е. о слабости антиимпериалистических сил. Это вовсе
не одно и то же. Более того, — это два противоположных тезиса.
По Бухарину выходит, что империалистический фронт рвется там,
где народнохозяйственная система слабее всего. Это конечно неверно. Если бы ото было верно, пролетарская революция началась
бы где-либо в центральной Африке, а не в России. В статье же
«Вводпый очерк о ленинизме» сказано нечто прямо противоположное тезису т. Бухарина, а именно, что империалистическая цепь
рвется там, где она (цепь) слабее. И это совершенно правильно.
Цепь мирового империализма потому именно и рвется в данной
стране, что она (цепь) слабое в данный момент именно в этой стране.
Иначе она и не иораіалась бы. Иначе меньшевики были бы правы в
1 Примечание
составителя. Против уломялутой цитаты Бухарала Ленин сдех
лал следующие замечания:
Неверно: с «средне-слабых».
Без известной высоты капитализма у нас бы
ничего не вышло ( Л е н и н — замечания на полях).
(Ленинский сборник XI. «Замечания да книгу Н. И. Бухарина: «Экономика
переходного периода»».)
t

их борьбе с ленинизмом. А чем определяется слабость империалистической цени в данной стране? Наличием известного минимума
промышленного развитая и культурности в этой стране. Наличием
в ней известного минимума индустриального пролетариата. Революционностью пролетариата и пролетарского авангарда в этой стране.
Наличием в ней серьезного союзника пролетариата (например,
крестьянство), способного пойти за пролетариатом в решительной
борьбе против империализма. Следовательно, сочетанием условий,
делающих неминуемыми изоляцию и свержению империализма в
этой стране. Автор статьи « Н е л ь з я ли без путаницы» явным образом
спутал две совершенно

различные

вещи.

В самом деле: нельзя ли без путаницы?

( С т а л и н . «Необходимые поправки»
от 18 декабря 1929 г.)

за подписью

//. Ст. в

ЦО «Правда»

S. ВОПРОС О ПОБЕДЕ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ С Т Р А Н Е В ЭПОХУ
ИМПЕРИАЛИЗМА И В ЭПОХУ ПРОМЫШЛЕННОГО
КАПИТАЛИЗМА 1

Я хотел бы. далее, сказать несколько слов об особой манере
т. Зиновьева цитировать классиков марксизма. Характерная черта
этой знновьевской манеры состоит в том, что она перепутывает все
периоды и даты, валит их в о,дну кучу, отрывает отдельные положения и формулы Маркса и Энгельса от их живой связи с действительностью, превращает их в обветшалые догмы и нарушает, таким
образом, основное требование Маркса и Энгельса, состоящее в том,
цто «марксизм есть не догма, а руководство к действию».
Вот несколько фактов.
1. Первый факт. Тов. Зиновьев привел в своей речи известную
цитагу из брошюры Маркса «Борьба классов во Франции» (1848—
1850 гг.), говорящую о том, что «задача рабочего класса (речь идет
о победе социализма. И. Ст.) неразрешима в пределах национальных границ».
Тов. Зиновьев привел, далее, следующую цитату из письма Маркса Энгельсу (1858 г.):
,
«Трудным для нас вопросом является следующий: на континенте революция
неизбежна и примет немедленно социалистический характер. Не будет ли опа
в этом маленьком уголке неизбежно раздавлена в ввду того, что на неизмеримо
более широкой территории движение буржуазного общества идет все еще но
восходящей линии?» (см. К М а р к с и Ф. Э н г е л ь с . «Письма», стр. 74—75).

Тов. Зиновьев приводит
ковых и пятидесятых годов
воду, что тем самым вопрос
нах разрешен отрицательно
лизма.

эти цитаты из Маркса, за период соропрошлого столетия и приходит к выо победе социализма в отдельных страдля всех времен и периодов капита-

Можно ли сказать, что т. Зиновьев понял Маркса, его точку
зрения, его основную линию в вопросе о победе социализма в отдельных странах? Нет, нельзя сказать. Наоборот, из этих цитат
1 Примечание
составителя. Развернутая в работах т. Огалина подробная
разработка ленинской теории победы социализма в одной стране относится
нами к теме «Борьба за победу социалистического строительства», разд. 1.

102

видно, что т. Зиновьев совершенно не понял Маркса, что он извратил основную точку зрения Маркса.
Вытекает ли из цитат Маркса, что победа социализма в отдельных странах невозможна при всяких условиях развития капитализма? Нет, не вытекает. Из слов Маркса вытекает лишь то, что победа социализма в отдельных странах невозможна только в том
случае, если «движение буржуазного общества идет все еще по восходящей линии». Ну, а как быть, если движение буржуазного общества в целом в силу хода вещей меняет свое направление и начинает итги по нисходящей линии? Из слов Маркса вытекает, что
при таких условиях исчезает основание для отрицания возможности победы социализма в отдельных странах.
Тов. Зиновьев забывает, что цитаты Маркса относятся к периоду до-монополистического капитализма, когда капитализм в целом развивался по восходящей линии, когда рост капитализма в
целом не сопровождался процессом загнивания такой капиталистически развитой страны, как Англия, когда закон неравномерности
развития ие представлял еще, и не мог представлять, того могучего
фактора в деле разложения капитализма, каким он стал впоследствии, в период монополистического капитализма, в период империализма. Д л я периода до-монополистического капитализма слова
Маркса о том, что разрешение основной задачи рабочего класса в
отдельных странах невозможно, — совершенно правильны. Я еще в
своем докладе на X V конференции ВКП(б) говорил, что для старого времени, для периода до-монополистического капитализма,
вопрос о победе социализма в отдельных странах решался отрицательно, и решался он совершенно правильно. Ну, а теперь, в нынешний период капитализма, когда капитализм до-монополистический перерос в капитализм империалистический, — можно ли сказать, что капитализм в целом развивается теперь по восходящей
линии? Нет, нельзя сказать. Анализ экономической сущности империализма, даішый Лениным, говорит, что в период империализма
буржуазное общество в целом идет по нисходящей линии. Ленин
совершенно нрав, когда он говорит, что капитализм монополистический. капитализм империалистический есть капитализм умирающий. Вот что говорит на этот счет т. Ленин:
«Понятно, почему империализм есть умирающий
капитализм,
переходный
к социализму: монополия, вырастающая из капитализма, есть уже умирание
капитализма, начало перехода его в социализм. Гигантское
обобществление
труда империализмом (то, что апологеты—буржуазны« экономисты зовут «переплетением:) обозначает то же самое» (см. т. X I X , стр. 302).

Одно дело капитализм до-моиоиолистический, развивающийся в
целом по восходящей линии. Другое дело — капитализм империалистический, когда мир уже поделен между капиталистическими
группами, когда скачкообразное развитие капитализма требует новых переделов уже поделенного мирт в порядке военных столкновений, когда конфликты и войны между империалистическими
группами, возникающие на этой почве, ослабляют мировой фронт
капитализма, делают его легко уязвимым и создают возможность
прорыва этого фронта в отдельных странах. Там. при до-монополистическом капитализме победа социализма в отдельных странах
представлялась невозможной.
Здесь, в период империализма,
103

в период умирающего капитализма, победа социализма в отдельных странах стала уже возможной.

Вот в чем дело, товарищи, и вот чего не хочет понять
т. Зиновьев.
Вы видите, что т. Зиновьев цитирует Маркса как школьник, отвлекающийся от точки зрения Маркса и хватающийся за отдельные
цитаты из Маркса, применяет же он эти цитаты не как марксист, а
как социал-демократ.
В чем состоит ревизионистская манера цитирования Маркса?
Ревизионистская манера цитирования Маркса состоит в подмене
точки зрения Маркса цитатами из отдельных положений Маркса,
взятых вне связи с конкретными условиями определенной эпохи.
В чем состоит зиновьевская манера цитирования Маркса? Зиновьевская манера цитирования Маркса состоит в подмене точки
зрения Маркса буквой, цитатами из Маркса, оторванными от живой связи с условиями развития пятидесятых годов X I X столетия
и превращенными в догму.
(Сталин.
Об оппозиции.
«Еще раз
б нашей партии», стр. 500—503. 1927 г.)

о

социал-демократическом

уклоне

6. ПОБЕДА РЕВОЛЮЦИИ В ОДНОЙ СТРАНЕ КАК ПОДСПОРЬЕ
И С Р Е Д С Т В О Д Л Я УСНОРЕНИЯ ПОБЕДЫ ПРОЛЕТАРИАТА
ВСЕХ СТРАН

Несомненно, что универсальная теория одновременной победы
революции в основных странах Европы, теория невозможности победы социализма в одной стране, — оказалась искусственной, нежизнеспособной теорией. Семилетняя история пролетарской революции в России говорит1 не за, а против этой теории. Теория эта неприемлема не только как схема развития мировой революции, ибо
она противоречит очевидным фактам. Она еще более неприемлема
как лозунг, ибо она связывает, а не развязывает инициативу отдельных стран, получающих возможность, в силу известных исторических условий, к самостоятельному прорыву фронта капитала,
ибо она дает стимул нѳ к активному натиску на капитал со стороны
отдельных стран, а к пассивному выжиданию момента «всеобщей
развязки», ибо она культивирует среди .пролетариев отдельных
стран не дух революционной решимости, а дух гамлетовских сомнений насчет того, что «а вдруг другие не поддержат». Ленин
совершенно прав, говоря, что победа пролетариата в одной стране
является «типичным случаем», что «одновременная революция в
ряде стран» может быть лишь «редким исключением» (см. т. X X I I I ,
стр. 354).

Но ленинская теория революции не ограничивается, как известно,
одной лишь этой стороной даша. Она есть вместе с тем теория
развития мировой революции. * Победа социализма в одной стране
не есть самодовлеющая задача. Революция победившей страны должна рассматривать себя не как самодовлеющую величину, а как
подспорье, как средство для ускорения победы пролетариата во
всех странах. Ибо победа .революции в одной стране, в данном слу* См. івъше —«Об основах ленинизма». И. Ст.

чае в России, есть не только продукт неравномерного развития и
прогрессирующего распада империализма. Она есть вместе с тем
начало и предпосылка мировой революции.
Несомненно, что пути развития мировой революции не так просты, как это могло бы показаться раньше, до победы революции
в одной стране, до появления развитого империализма, являющегося «кануном социалистической революции». Ибо появился такой
новый фактор, как действующий в условиях развитого империализма закон неравномерного развития капиталистических стран,
говорящий о неизбежности военных столкновений, об общем ослаблении мирового фронта капитала и возможности победы социализма в отдельных странах. Ибо появился такой новый фактор, как
огромная Советская страна, лежащая между Западом и Востоком,
между центром финансовой эксплоатация мира и ареной колониального гиета, которая одним своим существованием революционизирует весь мир.
Все это такие факторы (я не говорю о других, менее важных
факторах), которые не могут быть не учтены при изучении путей
мировой революции.
Раньше думали обычно, что революция будет развиваться путем
равномерного «вызревания» элементов социализма, прежде всего в
более развитых, в «передовых» странах. Теперь это представление
нуждается в существенных изменениях.
«Система
международных
отношений,—говорит Ленин, — сложилась тенерь такая, что в Европе одно из государств порабощено государствами-победителями. это — Германия. .-Затем, ряд государств, и притом самых старых государств Запада, окапались, в силу победы, в условиях, когда они могут пользоваться этой победой для ряда неважных уступок своим угнетенным классам,—
уступок, которые все же оттягішарт революционное движение в них и создают
некоторое подобно «социального мира».
«В то же время целый ряд стран: Восток, Индия, Китай и т. п., в оишу именно последней империалистической войны, оказались окончательно выбитыми из
своей колеи. Их развитие направилось
окончательно по общеевропейскому капиталистическому масштабу. В них началось общеевропейское брожение. И для
»сего мира ясно теперь, что біги втянулись в такое развитие, которое не может
не привести к кризису всего всемирного капитализма».
В виду этого и в связи с этим «западноевропейские капиталистические
страны завершают свое развитие к социализму... не так, как мы ожидали раньше.
Они завершают его пе равномерным «вызреванием» в них социализма, а путем
эксплоатации одних государств другими, путем ѳксплоатации первого из" побежденных во время империалистической войны государства, соединенной с эксплотацией всего Востока. А Восток, с другой стороны, пришел окончательно
в революционное движение именно в силу этой первой империалистической
войны и окончательно втянулся в общпй круговорот воемдрного революционного движения» (см. т. XXVII, стр. 415—410).

Если к этому добавить тот факт, что но только побежденные
страны и колонии эксплоатируются победившими странами, но и
часть победивших стран попадает в орбиту финансовой эксплоатации наиболее могущественных стран-победительниц, Америки и
Англии; что противоречия между всеми этими странами являются
важнейшим фактором разложения мирового империализма; что
кроме этих противоречий существуют еще и развиваются глубочайшие противоречия внутри каждой из этих стран; что все эти
противоречия углубляются и обостряются фактом существования
рядом с этими странами великой республики Советов,—если все

>

это принято во внимание, то картина своеобразия международного
положения станет более или менее полной.
Вероятнее всего, что мировая революция будет развиваться путем революционного отпадения ряда новых стран от системы империалистических государств при поддержке пролетариев этих стран
со стороны пролетариата империалистических государств. Мы видим, что первая отпавшая страна, первая победившая страна уже
поддерживается рабочими и трудящимися массами вообще других
стран. Б е з этой поддержки она не могла бы продержаться. Несомненно, что поддержка эта будет усиливаться и нарастать. Но несомненно также и то, что само развитие мировой революции, самый
процесс, отпадения от империализма ряда новых стран будет происходить тем скорее и основательнее, чем основательнее будет
укрепляться социализм в первой победившей стране, чем скорее
будет превращаться эта страна в базу дальнейшею развертывания
мировой революции, в рычаг дальнейшего разложения империализма.
Если верно положение, что окончательная победа социализма в
первой освободившейся стране невозможна без общих усилий пролетариев нескольких стран, то столь же верно и то, что мировая
революция будет развертываться тем скорее и основательнее, чем
действительнее будет помощь первой социалистической страны рабочим и трудящимся массам всех остальных стран.
В чем должна выражаться эта помощь?
Она должна выражаться, во-первых, в том, чтобы победившая
страна «проводила максимум осуществимого в одной стране д л я
развития, поддержки, пробуждения революции во всех странах»
(см. т. X X I I I , стр. 385).
Опа должна выражаться, во-вторых, в том, чтобы «победивший
пролетариат» одной страны, «экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, в с т а л . . . против
остального капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные
классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксилоататорскнх классов и их государств» (см. т. XVIII,
стр. 232—233).

Характерная особенность этой помощи со стороны победившей
страны состоит не только в том, что она ускоряет победу пролетариев других стран, но также и в том, что, облегчая эту победу, она
тем самым обеспечивает окончательную победу социализма в первой победившей стране.
Вероятнее всего, что в ходе развития мировой революции, на
ряду с очагами империализма в отдельных капиталистических странах и с системой этих стран во всем мире, создадутся очаги социализма в отдельных советских странах и система этих очагов во
всем мире, причем борьба между этими двумя системами будет наполнять историю развертывания мировой революции.
«Ибо, — говорят Ленин,— невозможно свободное объединение нацпй в социализме без более или менее долгой, упорной борьбы социалистических республик с отсталыми государствами» (см. там же).

Мировое значение Октябрьской революции состоит ие только в
том, что она является великим почином одной страши в деле про106

рыва системы империализма и первым очагом социализма в океане
империалистических стран, но также и в том, что она составляет
первый этап мировой революции и могучую базу ее дальнейшего
•развертывания.
Неправы, поэтому, не только те, которые, забывая о международном характере Октябрьской революции, объявляют победу революции в одной стране та сто национальным н только национальным явлением. Неправы также и те, которые, помня о международпом характере Октябрьской революции, склонны рассматривать эту
революцию как нечто пассивное, нризвавное лишь принять поддержку извне. На самом деле не только Октябрьская революция
нуждается в поддержке со стороны революции других стран, но и
революция этих стран нуждается в поддержке со стороны Октябрьской революции для того, чтобы ускорить и двинуть вперед дело
свержения мирового империализма.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «Октябрьская
ских коммунистов», стр. 98—102. 1924 г.)

революция

и тактика

рус-

III. ОСНОВНЫЕ ТИПЫ РЕВОЛЮЦИЙ В ЭПОХУ
ИМПЕРИАЛИЗМА И ПЕРЕРАСТАНИЕ БУРЖУАЗНОДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
В ПРОЛЕТАРСКУЮ
I. БОРЬБА ЗА ДИКТАТУРУ ПРОЛЕТАРИАТА И ОСНОВНЫЕ
Т И П Ы РЕВОЛЮЦИЙ

Международная революция пролетариата складывается из разповременных и разнородных процессов: чисто пролетарских революций; революций буржуазно-демократического типа, перерастающих в революции пролетариата; освободительных национальных
войн; колониальных революций. Лишь в конечном счете революционный процесс приводит к мировой диктатуре пролетариата.
Неравномерность развития капитализма, обострившаяся в империалистический период, вызвала разнообразие его типов, различные ступени его зрелости в отдельных странах, разнообразные и
специфические условия революционного процесса. Эти обстоятельства делают исторически совершенно неизбежными разнообразие
путей и темпов прихода

пролетариата

к власти,

необходимость в

ряде стран известных переходных ступеней, ведущих к диктатуре

пролетариата, а затем и разнообразие
лизма в отдельных странах.

форм

строящегося

социа-

Разнообразие условий и путей перехода к диктатуре пролетариата в отдельных странах можно схематически свести к трем
основным типам.
Страны высокого капитализма (Соединенные штаты Америки,
Германия, Англия и т. д.) с могущественными производительными
силами, централизованным в высокой степени производством, с относительно малым значением мелкого хозяйства, с давно уже сложившимся буржуазно-демократическим политическим строем. В
107

этих странах в области политической основным требованием программы является прямой переход к диктатуре пролетариата. В области экономической наиболее характерны: экспроприация всею
крупного производства; организация значительного количества государственных советских хозяйств и, наоборот, передача сравнительно незначительной доли земель крестьянству; сравнительно малый объем стихийно-рыно'шых отношений; быстрый темп социалистического развития вообще и коллективизации крестьянского хозяйства в частности.
Страны со средним уровнем развития капитализма (Испания,
Португалия, Польша, Венгрия, балканские страны и т. д.) с имеющимися налицо значительными остатками полуфеодальных отношений в сельском хозяйстве, с известным минимумом материальных
предпосылок, необходимых для социалистического строительства,
с еще незавершенным буржуазно-демократическим
преобразованием. В одних из этих стран возможен процесс более или менее
быстрого перерастания буржуазно-демократической революции в
революцию социалистическую; в других — типы пролетарских революций, но е большим объемом задач буржуазно-демократаческого характера. Здесь, следовательно, диктатура пролетариата может наступить и не сразу, а в процессе перехода от демократической диктатуры пролетариата и крестьянства к социалистической
диктатуре пролетариата; там, где революция развивается непосредственно как пролетарская революция, она предполагает руководство пролетариата широким аграрно-крестьянским
движением;
аграрная революция вообще играет крупнейшую — а иногда решающ у ю — роль; в процессе экспроприации крупной поземельной собственности значительная доля конфискованной земли поступает в
распоряжение крестьянства; объем рыночных отношений после победы пролетариата значителен; задача кооперирования крестьянства, а затем и его производственного объединения, занимает
огромное место среди других задач социалистического строительства. Теми этого строительства сравнительно медленный.
Колониальные

и полуколониальные

страны (Китай, Индия и т. д . )

и страны зависимые (Аргентина, Бразилия и пр.), с известными зачатками, а иногда н со значительным развитием индустрии, недостаточным однако в большинстве случаев для самостоятельного
социалистического строительства, страны с преобладанием феодально-средневековых отношений или отношений «азиатского способа
производства» как в экономике страпы, так и в ее политической
надстройке, наконец, с сосредоточением в руках иностранных империалистических групп важнейших промышленных, торговых, банковских предприятий, основных средств транспорта, земельных латифундий и плантаций и т. д. Центральное значение имеет здесь
борьба" с феодализмом, до - ка п итал и ста ч ее к им и формами эксплоатации и последовательно проводимая аграрная революция крестьянс т в а — с одной стороны, борьба с иностранным империализмом
за национальную независимость — с другой. Переход к диктатуре
пролетариата возможен здесь, как правило, лишь через ряд подготовительных ступеней, лишь в результате целого периода перерастания буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую, а успешное социалистическое строительство, в боль-

юз

пшистве случаев, лтгаіь прч условии прямой поддержки со стороны
стран пролетарской диктатуры.
В еще более отсталых странах (например, в некоторых частях
Африки), где почти нет или вовсе нет наемных рабочих, где большинство населения живет в условиях племенного быта и где сохранились еще остатки первобытно-родовых форм, где почтя отсутствует национальная буржуазия и где иностранный империализм
играет в первую очередь роль военного оккупанта, отнимающего
землю, — центральное значение имеет борьба за национальное
освобождение. Национальное восстание и его победа могут открыть здесь дорогу развитию к социализму, без прохождения стадии капитализма вообще, если будет на деле оказана могущественная помощь странами пролетарской диктатуры.
Итак в эпоху, когда на очередь дня в развитых капиталистических государствах выдвигается задача завоевания власти пролетариатом; когда налицо уже существует диктатура пролетариата в
СССР, являющаяся фактором мирового значения, — освободительные движения в колониальных и полуколониальных странах, вызванные проникновением туда мирового капитализма, могут привести, несмотря па незрелость общественных отношений этих стран,
взятых изолированно, к социалистическому развитию их при помощи и поддержке
со стороны пролетарской
народного пролетарского движения
вообще.

диктатуры и между-

(Программа Коминтерна, раздел IV, глава 8.)
2. ПЕРЕРАСТАНИЕ БУРЖУАЗНО-ДЕНІОНРАТИЧЕСКОЙ
В СОЦИАЛИСТИЧЕСКУЮ

РЕВОЛЮЦИИ

А. Тав. С т а л и н о перерастании буржуазно-демократической
резолюции в пролетарскую и аігтишарнсистсном х а р а к т е р е
т р о ц к и с т с к о й ,теории перманентной революции"

Далее. Герои II Интернационала утверждали (н продолжают
утверждать), что между буржуазно-демократической революцией, с
одной стороны, и пролетарской — с другой, существует пропасть
или, во всяком случае, китайская стена, отделяющая одну ог другой
более или менее длительным интервалом, в течение которого пришедшая к масти буржуазия развивает капитализм, а пролетариат
накопляет силы и готовится к «решительной борьбе» против капитализма. Интервал этот исчисляется обычно многими десятками
лет, если не больше. Едва ли нужно доказывать, что эта «теория»
китайской стены лишена всякого научного смысла в обстановке
империализма, что она является, и не может не являться, лишь
прикрытием, окрашиванием контрреволюционных вожделений буржуазии. Едва ли нужно доказывать, что в обстановке империализма. чреватого столкновениями и войнами, в обстановке «кануна
социалистической революции», когда капитализм «цветущий», превращается в капитализм «умирающий», а революционное движение
растет во всех странах мира, когда империализм соединяется со
всеми без исключения реакционными силами, вплоть до царизма и
крепостничества, делая тем самым необходимым коалирование всех
революционных сил от пролетарского движения на Западе до национально-освободительного движения на Востоке, когда свержение
(09

пережитков 'феодально-крепостнических порядков становится невозможным без революционной борьбы о империализмом, — едва
ли нужно доказывать, что буржуазно-демократическая революция,
в более или менее развитой стране, должна сближаться при таких
условиях с революцией пролетарской, что первая должна перерастать во вторую. История революции в России с очевидностью доказала правильность и неоспоримость этого положения. Недаром
Ленин еще в 1905 г., накануне первой русской революции, в своей
брошюре «Две тактики» рисовал буржуазно-демократическую революцию и социалистический переворот к а к два звена одной цепи,
как единую и цельную картину размаха русской революции:
«Пролетариат должен провести до коица демократический перепорот, присоединяя к себе массу крестьянства, чтобы раздавить силой сопротивление
самодержавия и парализовать неустойчивость буржуазии.
Пролетариат должен совершить социалистический переворот, присоединяя к себе массу полупролетарских элементов населения, чтобы сломить силой сопротивление буржуазии и парализовать неустойчивость крестьянства и мелкой буржуазии. Таковы задачи пролетариата, которые так узко представляют новоискровцы во
всех своих рассуждениях и резолюциях о размахе революции» (см. т. ѴШ,
стр. 96).

Я уже не говорю о других, более поздних, трудах Ленина, где
идея перерастания буржуазной революции в пролета редкую выступает более рельефно, чем в «Двух тактиках», к а к один и з краеугольных камней ленинской теории революции.
Некоторые товарищи, оказывается, полагают, что Ленин пришел
к этой идее лишь в 1916 г., что до этого времени он считал, будто
бы, что революция в России задержится в буржуазных рамках, что
власть, стало быть, из рук органа диктатуры пролетариата и крестьянства перейдет в руки буржуазии, а не пролетариата. Говорят, что
это утверждение проникло даже в нашу коммунистическую печать.
Я должен сказать, что это утверждение совершенно неправильно,
что оно совершенно не соответствует действительности.
Я мог бы сослаться на известную речь Ленина на III съезде партии (1905 г.), где он диктатуру пролетариата и крестьянства, т. е.
победу демократической революции, квалифицировал не к а к «организацию порядка», а к а к «организацию войны» (см. т. VII,
стр. 264).

Я мог бы сослаться, далее, на известные статьи Ленина « 0 временном правительстве» (1905 г.), где он, изображая перспективу
развертывания русской революции, ставит перед партией задачу
«добиться того, чтобы русская революция была не движением нескольких месяцев, а движением многих лет, чтобы она привела не
к одним только мелким уступкам со стороны властей предержащих,
а к полному ниспровержению этих властей», где он, развертывая
дальше эту перспективу и связывая ее с революцией в Европе, продолжает:
« . . . А если это удастся, — тогда . . . тогда революционный пожар зажжет
Европу; истомившийся в буржуазной реакции европейский рабочий поднимется
в свою очередь и покажет нам, «как это делается»; тогда революционный
подъем Европы окажет обратное действие на Россию и из эпохи нескольких
революционных лет сделает эпоху нескольких революционных десятилетий...»
(см. там же, стр. ш ) .

110

Я мог бы сослаться, дальше, па известную статью .Ленина, опубликованную в ноябре 1915 г., где он пишет:
« . . . Пролетариат борется п будет беззаветно бороться за завоевание власти,
за республику, за конфискацию земель... за участие «непролетарских народных масс» в освобождении буржуазной
России от военно-феодального «империализма» ( = царизма). И зтнм освобождением буржуазной России от царизма,
от земельной власти помещиков пролетариат воспользуется немедленно * не
для помощи зажиточным крестьянам в их борьбе с сельскими рабочими, а —
для совершения социалистической революции в союзо с пролетариями Европы»
(см. т. XVIII, стр. 318).

Я мог бы сослаться, наконец, на известное место в брошюре Ленина «Пролетарская революция и ренегат Каутский», где он, ссылаясь на приведенную выше цитату из «Двух тактик» о размахе
русской революции, приходит к следующему выводу:
«Вышло именно так, как мы говорили. Ход революции подтвердил правильность нашего рассуждения. Сначала вместе со «всем» крестьянством против монархии, против помещиков, против средневековья (п поскольку революция остается буржуазной, буржуазно-демократической). Затем, вместе с беднейшим крестьянством, вместе о полупролетариатом, вместе со всеми эксплоатируемыми,
против капитализма, в том числе против деігевенскнх богатеев, кулаков, спекулянтов, и поскольку революция становится социалистическою.
Пытаться поставить искусственную китайскую стену между той и другой, отделить их друг
от друга чем-либо иньгм, кроме стапеш подготовки пролетариата и степени объединения его с деревенской беднотой, есть величайшее извращенно марксизма,
опошление его, замела либерализмом» (см. т. X X I I I , стр. 391).

Кажется довольно.
Хорошо, скажут нам, но почему Ленин воевал в таком случае с
идеей «перманентной (непрерывной) революции»?
Потому, что Ленин предлагал «исчерпать» революционные способности крестьянства и использовать до дна его революционную
энергию для полной ликвидации царизма, для перехода к пролетарской революции, между тем как сторонники «перманентной революции» не понимали серьезно роли крестьянства в русской революции,
недооценивали силу революционной энергии крестьянства, недооценивали силу и способность русского пролетариата повести за собой
крестьянство и затрудняли, таким образом, дело высвобождения
крестьян гва из-под влияния буржуазии, дело сплочения крестьянства вокруг пролетариата.
Потому, что Ленин предлагал увенчать дело революции переходом власти к пролетариату, между тем как сторонники «перманентной» революции думали начать дело прямо с власти пролетариата,
не понимая, что тем самым они закрывают глаза на такую «мелочь»,
как пережитки крепостничества, и не принимают в расчет такую
серьезную силу, как русское крестьянство, не понимая, что такая
политика может лишь затормозить дело завоевания крестьянства
на сторону пролетариата.
Ленин воевал, стало быть, со сторонниками «перманентной» революции не из-за вопроса о непрерывности, ибо Ленин сам стоял
на точке зрения непрерывной революции, а из-за недооценки ими
роли крестьянства, являющегося величайшим резервом пролетариата, из-за непонимания идеи гегемонии пролетариата.
* Курсив мой. И. Ст,

Идея «перманентной» революции не есть новая идея. Ее выдвинул впервые Маркс в конце 40-х годов в известном своем «Обращении» к «Союзу коммунистов» (1850 г.). Из этого документа и взята
нашими «перманентниками» идея непрерывной революции. Следует
заметить, что наши «яерманентники», взяв се у Маркса, несколько
видоизменили ее и, видоизменив, «испортили» ее, сделав непригодной для практического употребления. Понадобилась опытная рука
Ленина для того, чтобы выправить эту ошибку, взять идею непрерывной революции Маркса в ее чистом виде и сделать ее одним из
краеугольных камней своей теории революции.
Вот что говорит Маркс в своем «Обращении» о непрерывной
революции, после того как он перечисляет ряд революционно-демократических требований, к завоеванию которых призывает он
русских «перманевтннков»:
«В то время і;а.к демократические мелкие буржуа хотят с проведением возможно большего числа вышеуказанных требований наиболее быстро закончить
революцию, наши интересы и наши еадочи заключаются в том, чтобы сделать
революцию непрерывной до тех пор, пока все более или менее имущие классы
не будут устранены от господства, пока пролетариат ле завоюет государотвепьой власти, пока ассоциации пролетариев ле тотько в одной стране, но и во
всех господствующих странах мира не разовьются настолько, что конкуренция
между пролетариями этих стран прекратится, и пока, по крайней мере, решающие производительные силы не будут сконцентрированы в руках пролетариев».

Иначе говоря:
а) Маркс вовсе не предлагал начать дело революции в Германии
50-х годов прямо с пролетарской власти вопреки планам наших
русских «перманентников»;
б) Маркс предлагал лишь увенчать дело революции пролетарской государственной властью, сталкивая шаг за шагом с высоты
власти одну фракцию буржуазии за другой, с тем, чтобы, добившись власти пролетариата, разжечь потом революцию во всех страных, — в полном соответствии со всем тем, чему учил Ленин и что
он проводил в жизнь в ходе нашей революции, следуя своей теории пролетарской революции в обстановке империализма.
Выходит, что наши русские «перманентники» не только недооценили роль крестьянства в русской революции и значение идеи
гегемонии пролетариата, но и видоизменили еще (к худшему) марксову идею «перманентной» революции, сделав ее непригодной для
практики.
Вот почему Ленин высмеивал теорию наших «перманентников»,
называя ее «оригинальной» и «прекрасной» и обвинял их в нежелании «подумать о том, в силу каких причин жизнь шла целых десять лет мимо этой прекрасной теории» (статья Левина писана в
1915 г., спустя Ю лет по появлении в России теории «перманентников»,—см", т. XVIII, стр. 317).
Вот почему Ленин считал эту теорию полуменьшевистской, говоря, что она «берет у большевиков призыв к решительной революционной борьбе пролетариата и к завоеванию им политической
власти, а у меньшевиков—«отрицание» роли крестьянства» (см.
статью Ленина «О двух линиях революции», там же).
Так обстоит дело с идеей Ленина о перерастании буржуазнодемократической революции в пролетарскую, об
использовании
112

буржуазной революции для «немедленного» перехода к пролетарской
революции. '
1924

(Сталин.
т.)

Вопросы

леишшама.

«Об

Б. Марко м Энгельо о перерастании
революции в лролетарсную

основах

ленинизма»,

стр.

22—26.

буржуаано-демонратичесной

Отношение революционной рабочей партии к мелкобуржуазной демократии таково: она борется вместе с нею против той фракции, к низвержению которой она стремится; она выступает против них во всех
случаях, когда сама хочет упрочиться.
Далекие от мысли произвести переворот во всем обществе в
интересах революционных пролетариев, демократические мелкие
буржуа стремятся к такому изменению общественных порядков, которое сделало бы для них по возможности более сносным и удобным существующее общество... Поэтому они требуют прежде всего
уменьшения государственных расходов путем ограничения бюрократии и переложения главных налогов на крупных землевладельцев и на буржуа. Далее, они требуют устранения давления крѵциого капитала на мелкий посредством введения правительственных
кредитных учреждений и законов против ростовщичества, благодаря чему перед ними и крестьянами открылась бы возможность
получать ссуды не от капиталистов, а от государства, и притом на
льготных условиях; они добиваются затем введения буржуазных
имущественных отношений п деревне путем полного устранения
феодализма. Чтобы провести все это в жизнь, им необходим демократический, будь то конституционный или республиканский, образ
правления, который давал бы большинство им и их союзникам —
крестьянам, и демократическое устройство общины, которое предоставило бы им непосредственный контроль над общинной собственностью и ряд функций, которые в настоящее время выполняются
бюрократами.
Противодействовать господству и быстрому увеличению капитала, по их мнению, следует отчасти ограничением права наследования, отчасти передачей возможно большего количества работ государству. Что касается рабочих, то прежде всего твердо устанавливается, что опи должны остаться наемными рабочими, как и до
сих пор, но при этом демократические мелкие буржуа хотят, чтобы
рабочие имели лучший заработок и более обеспеченное существование; они надеются достигнуть этого отчасти предоставлением
занятий со стороны государства-, отчасти мерами благотворительности,— словом, они надеются подкупить рабочих более или менее
замаскированными подачками и сломить их революционную силу
временным улучшением их положения. Далеко не все фракции
мелкобуржуазной демократии отстаивают одновременно приведенные здесь ее требования, в своей совокупности они являются определенной целью немногих представителей этих фракций. Чем
дальше идут отдельные лица или фракции мелкобуржуазной демократии, тем большее количество этих требований они делают
—
I
1 Примечание
составителя. Вопрос о револгоциояно-демокрагической диктатуре пролетариата и крестьянства освещается в теще «Диктатура пролетариата».

6

Ленинизм.

113

своими, Ii те немногие, которые в вышеизложенном впдят свою собственную программу, пожалуй, станут воображать, что там выставлены те максимальные требования,. осуществления которых можно
вообще ожидать от революции. Но эти требования никак не могут
удовлетворить партию пролетариата.. В то время, как демократические буржуа хотят возможно более быстро и в лучшем случае
ограничивая^ проведением только этих требований закончить революцию, наши интересы и наша задача заключаются в том, чтобы,
сделать революцию непрерывной до тех лор, пока все более или
менее имущие классы не будут устранены от господства, пока пролетариат не завоюет государственной власти, пока союз пролетариев не только в одной стране, но и во всех господствующих странах мира не разовьется настолько, что конкуренция между пролетариями этих стран прекратится, и пока по крайней мере решающие производительные силы не будут сконцентрированы в руках
пролетариев. Для нас дело идет не об изменении частной собственности, а об ее уничтожении, не о затушевывании классовых противоречий, а об- уничтожении классов, не об улучшении существующего общества, а об основании нового общества. Что мелкобуржуазная демократия в период дальнейшего развития революции
на время получит в Германий преобладающее влияний, — это не
подлежит никакому сомнению. Следовательно, спрашивается, какова будет позиция пролетариата и, в частности Союза по отношению к ней:
1) При сохранении теперешних отношений, когда мелкобуржуазные демократы находятся также в угнетенном положении?
•2) В ближайшей революционной борьбе, которая даст им перевес?
• 3) После этой борьбы, когда у ней будет перевес по отношению
к низвергнутым классам и к пролетариату?
1) В настоящий момент, когда, демократические мелкие буржуа
повсюду угнетены, они вообще, проповедуют4 пролетариату единение и примирение, они протятивают ему руку и стремятся к созданию одной большой оппозиционной партии, которая охватила бы
все оттенки в демократической партии, т. е. они стремятся к тому,
чтобы втянуть рабочих в партийную организацию, где господствуют общие социал-демократические фразы, за которыми скрываются их особые интересы, и где определенные требования пролетариата не могут быть выставлены ради столь желанного мира.
Подобное объединение послужило бы исключительно к их выгоде
и всецело во вред пролетариату. Пролетариат совершенно утратил
бы свою самостоятельную, с таким трудом завоеванную позицию и
опять опустился бы до роли придатка официальной буржуазной
демократии. Значит, от такого объединения следует отказаться
самым решительным образом. Вместо того, чтобы еще раз опуститься до роли хора, одобрительно ру коп леска ющего буржуазным демократам, рабочие, и прежде всего Союз, должны работать
в том направлении, чтобы па ряду с официальными демократами
создать самостоятельную тайную и открытую организацию рабочей партии и превратить каждую общину в центр и ядро работах союзов, в которых позиция и интересы пролетариата могли бы
обсуждаться независимо от буржуазных влияний. Насколько
II«

несерьезно буржуазные демократы думают о союзе с пролетариями,
в котором последние обладали бы такой же силой и такими же правами, как они, показывают, например, бреелавльские демократы:
они самым бешеным образом преследуют в своем органе, в «Новой
Одерской Газете», самостоятельно организованных рабочих, которых они именуют социалистами. На случай борьбы против общего
врага не нужно никаких особых объединений. Раз необходимо
вести прямую борьбу против такого противника, интересы обеих
партий на время совпадают, и как бывало до сих пор, так и в будущем само собою сложится объединение, рассчитанпое лишь на
данный момент. Понятно, что в предстоящих кровавых конфликтах, как и во всех предыдущих, главным образом рабочим придется завоевывать победу своим мужеством, решительностью и готовностью к самопожертвованию. В этой борьбе мелкие буржуа в
большинстве своем, как и раньше, будут по возможности дольше,
медлить іг держаться нерешительно и пассивно с тем, чтобы потом,
когда будет одержана победа, воспользоваться ею для себя, призвать рабочих к спокойствию и к возвращению к своему труду,
предупредить так называемые эксцессы и лишить пролетариат плодов победы. Не во власти рабочих помешать в этом мелкобуржуазным демократам, но во власти рабочих затруднить их усиление по
сравнению с вооруженным пролетариатом и продиктовать им такие
условия, при которых господство буржуазных демократов с самого
начала будет носить в себе зерно их гибели и их последующее оттеснение властью пролетарита будет значительно облегчено. Во
время конфликта и непосредственно по окончании борьбы рабочие
прежде всего должны, насколько это возможно, противодействовать попыткам буржуазии внести успокоение и вынуждать демократов привести в исполнение их теперешние террористические
фразы. Они должны работать в таком направлении, чтобы непосредственное революционное возбуждение не было опять подавлено тотчас же после победы. Напротив, они должны его поддерживать, насколько это только возможно. Далекие от того, чтобы
выступать против так называемых эксцессов, против случаев народной мести по ОТИОІ іению к ненавистным индивидуумам или официальным учреждениям, с которыми связаны только ненавистные
воспоминания, они . лжны не только терпеть эти выступления, но
и взять па себя руководство ими. Во время борьбы и после нее
рабочие должны при каждом случав на ряду с требованиями буржуазных демократов выставлять свои собственные требования. Они
должны потребовать гарантий для рабочих, лишь только демократические буржуа приготовятся взять власть в свои руки. В случае
необходимости они должны вынудить эти гарантии и вообще позаботиться о том, чтобы новые правители обязались пойти на всевозможные уступки н обещания: это — самое верное средство их
скомпрометировать. Опьянение победой и ликование по поводу нового положения вещей, которое наступает после всякой победоносной уличной борьбы, они [рабочие] вообще должны, насколько
это возможно, сдерживать спокойным и хладнокровным пониманием событий и нескрываемым недоверием к новому правительству.
На ряду с новыми официальными правительствами они дол ясны
сейчас
же
учреждать
собственные,
революционные
рабочие
*

115

правительства, в виде ли правлений обпгая, общинных советов, в
виде ли рабочих клубов и рабочих комитетов, так чтобы буржуазнодемократические правительства не только немедленно утратили бы
опору в рабочих, но и увидали бы себя с самого начала под наблюдением и угрозой властей, за которыми стоит вся масса рабочих.
Одішм словом, с первого же момента победы необходимо направлять недоверие уже не против побежденной реакционной партии,
а против своих прежних союзников, против той партии, которая
хочет использовать общую победу исключительно для себя.
2) Но чтобы можно было энергично и угрожающе выступить
против этой партии, которая начнет предавать рабочих с первого
же часа победы, они должны быть вооружены и организованы.
Вооружение всего пролетариата ружьями, винтовками, орудиями и
аммуницией должно быть проведено немедленно; надо противодействовать возрождению старого гражданского ополчс.іпл, направленного против рабочих. Но там, где осуществление этого окажется
невозможным, рабочие должны сделать попытку организоваться в
виде самостоятельной пролетарской гвардии, о ими же избранными
командиром и генеральным штабом, и поступить в распоряжение
не государственной власти, а созданных рабочими революционных
общинных советов. Там, где рабочие работают на государственных
предприятиях, они должны добиться вооружения и организации
в отдельный корпус с избранными ими командирами или же организации в виде части пролетарской гвардии. Оружие и боевые припасы ни под каким предлогом пе должны сдаваться, всякой попытке разоружения в случае необходимости следует давать вооруженный отпор. Уничтожить влияние буржуазных демократов на
рабочих, немедленно создать самостоятельную и вооруженную
организацию рабочих и создать условия, по возможности наиболее
тяжелые и компрометирующие, для времепного и неизбежного
господства буржуазной демократии, — таковы главные
пункты,
которые пролетариат, а вместе с ним и Союз должны иметь в виду
во время и после предстоящего восстания.
3) Лишь только новые правительства до известной степепи упрочатся, немедленно начнется их борьба против рабочих. Чтобы
иметь возможность с силой выступить против демократических
мелких буржуа, необходимо прежде всего, чтобы рабочие были
самостоятельно организованы и централизованы в клубах. После
свержения существующих правительств, как только представится
возможность, Центральный комитет будет перенесен в Германию,
оп тотчас яте созовет конгресс п внесет на его рассмотрение необходимые предложения относительно централизация рабочих клубов под руководством правления, находящегося в главном центре
движения. Быстрая организация по крайней мере областного объединения рабочих клубов является одной из главнейших мер для
усиления и развития рабочей партии; ближайшим следствием низвержения существующего правительства будет избрание национального представительного собрания. Здесь пролетариату придется позаботиться:
I. О том, чтобы никакие придирки местных властей или правительственных комиссаров не послуяшли поводом для устранения
некоторого числа рабочих.
116

f

II. Чтобы па ряду с буржуазно-демократическими кандидатами
всюду выставлялись рабочие кандидаты, по возможности из числа
членов Союза, и чтобы для их избрания были использованы всо
возможные средства. Даже там, где нет никакой надежды на их
проведение, рабочие должны выставлять своих собственных кандидатов, чтобы сохранить свою самостоятельность, подсчитать свои
силы и открыто показать всем свою революционную позицию и
свою партийную программу. При этом рабочие не должны дать
подкупить себя фразами демократов, например, о том, что это раскалывает демократическую партию и дает реакции возможность
победы. Вое эти фразы в конце концов приводят к тому, что пролетариат оказывается одураченным. Успехи, которых пролетарская
партия должна достигнуть подобным независимым выступлением,
неизмеримо важнее, чем тот вред, который может причинить присутствие нескольких реакционеров в представительном собрании.
Если демократия с самого начала выступит решительно и террористически против реакции, влияние последней на выборы заранее
будет уничтожено.
Первым вопросом, из-за которого возникнет конфликт между
буржуазными демократами и рабочими, будет уничтожение феодализма. Как в первой французской революции, 1 мелкие буржуа
отдадут феодальные поместья крестьянам в виде свободной собственности, т. е. захотят сохранить сельский пролетариат и создать
мелкобуржуазный крестьянский класс, который должен будет проделывать тот же кругооборот обеднения и растущей задолженности. в котором находится теперь французский крестьянин.
Рабочие должны противодействовать этому плану в интересах
сельского пролетариата и в своих собственных интересах. Они
должны требовать, чтобы конфискованная собственность стала государственным достоянием и была превращена в рабочие колонии,
обрабатываемые ассоциированным сельским пролетариатом, который использует все преимущества крупного земледелия. Этим самым принцип общественной собственности немедленно же в обстановке шатающихся буржуазных отношений собственности встанет
на твердую почву. Как демократы объединяются с крестьянами, так
и рабочие должны объединиться с сельским пролетариатом. Далее,
демократы либо прямо будут стремиться к установлению федеративной республики, либо, если им не удастся миновать единой и нераздельной республики, постараются по крайней мере парализовать
центральное правительство, предоставив возможно большую самостоятельность и независимость общіпіам и областям. В противоположность этому плану рабочие не только должны отстаивать единую и нераздельную германскую республику, но и добиваться самой решительной централизации силы в руках государственной
власти. Они но должны давать вводить себя в заблуждение демократической болтовней о свободе общин, о самоуправлении и т. д. В
такой стране, как Германия, где еще предстоит устранить столь
многочисленные остатки средневековья, где необходимо вломить
так много местного и провинциального своенравия, ни при каких
обстоятельствах не может быть терпимо, чтобы каждая деревня,
1

Т. е. в Великой французской революции, начавшейся в

17S9 году.

Ред.
117

каждый город Ii каждая провшщия ставили новую помеху на пути
революционной деятельности, которая всю свою силу может развернуть лишь при наличии централизации. Нельзя допускать, чтобы
возродилось теперешнее положение, в силу которого немцы за
один и тот яге шаг вперед должны бороться особо в каждом го]юде и в каждой области. Менее всего можно допускать, чтобы
с помощью так называемого свободного общинного правления
была бы увековечена общинная собственность, — форма собственности, которая стоит еще позади современной частной собственности и повсюду, разлагаясь, неизбежно переходит в нее, а вместе
с тем были бы увековечены возникающие из нее тяжбы между бедными И богатыми общинами, равно как существующее на ряду с
общегосударственным гражданским правом общинное гражданское
право с его каверзами против рабочих. Iva к во Франции в 1703 г.,
так и теперь в Германии проведение строжайшей централизации
является задачей действительно революционной партии. *
Мы видели, как демократы в ближайшем движении придут к
господству и как они будут вынуждены выступить с более или менее социалистическими мероприятиями. Возникает вопрос, какие
же меры должны будут в противовес этому предложить рабочие?
Конечно, рабочие не могут в самом начале движения предлагать
чисто коммунистические мероприятия. Но они могут:
1) Принудить демократов по возможности вмешиваться во все
области существующего общественного строя, нарушать его нормальный ход, компрометировать самих себя, а также сконцентрировать в руках государства возможно больше производительных
сил, перевозочных средств, фабрик, железных дорог и т. д.
2) Они должны доводить до крайних пределов предложения
демократов, которые, конечно, будут выступать не революционно,
а лишь как реформисты; они должны превращать эти требования
в прямые нападения на частную собственность. Так, например, если
мелкие буржуа предлагают выкупить железные дороги и фабрики,
рабочие должны требовать, чККЗы эти железные дороги и фабрики,
как собственность реакционеров, были конфискованы государством

* В настоящее время надо напомнить, что это место основано на недоразумении. Благодаря бонапартистским и либеральным фальсификаторам истории
тогда считалось імчановленпым, что французская централизованная машина
управления была введена Великой революцией и что Конвент пользовался ею
как необходимым и решаю/ц им орудном для победы над роялистской и федералистской реакцией и над внешним врагом. Но теперь известен тот факт, что
общее управление департаментов, округов и общин в продолжение всей революции вплоть до 16 брюмера состояло из властей, избираемых самими управляемыми, и пользовалось полной свободой в рамках общегосударствеяных законов; что это провинциальное п местное самоуправление, аналогичное американскому, стало как раз наиболее сильным рычагом революции, настолько, что
Наполеон непосредственно после государстнеиного переворота 18 брюмера поспешил заменить это самоуправление хозяйничанием префектов, которое сохранилось еще до настоящего времени и которое таким образом с самого начала
было чистейшим орудием реакции. Но насколько местное и провинциальное самоуправление не противоречит политической и национальной централизации,
настолько же оно не связано неизбежно с тем ограниченным кантональным и
коммунальным эгоизмом, который выступает перед нами в таком отвратительном виде в Швейцарии и который южно-германские
федеративные республиканцы хотели сделать правилом для Германии. (Примечание .Энгельса и цюрих-

скому изданию 1885 года.)
48

'

без всякого вознаграждения. Если демократы предлагают пропорциональные налоги, рабочие должны требовать прогрессивных;
если сами демократы предлагают умеренно-прогрессивные налоги,
рабочие должны настаивать на налоге, ставки которого растут так
быстро, что крупный капитал • при этом должен погибнуть; если
демократы требуют регулирования государственных долгов, рабочие должны требовать государственного банкротства. Следовательно, требования рабочих всюду должны будут сообразовываться с
уступками и мероприятиями демократов.
Если германские рабочие не сумеют достигнуть господства и
осуществления своих классовых интересов, не пройдя полностью
более длительного пути революционного развития, то на этот раз
у них есть по крайней мере уверенность, что первый акт этой предстоящей революционном драмы совладает с прямой победой их
собственного класса во Франции и тем самым будет сильно ускорен.
Но для своей конечной победы они сами больше всего сделают
тем, что выяснят себе свои классовые интересы, займут, лишь только это окажется возможным, свою самостоятельную партийную позицию и ни на одно мгновение не поддадутся тому, чтобы демократические мелкие буржуа своими лицемерными фразами сбили их
с пути самостоятельной организации партии пролетариата. Их боевой лозунг должен гласить: «Непрерывная революция».
(M а р ж с

и Э н г е л ь с . «Обращение ЦК к Союзу коммунистов», К. М а р к с.

ЙЗбр. ИрОИЗВ., Т. И, СТр. 1 2 0 — 1 3 3 .

1850

г.)

В. Борьба пролетариата за революционно - демократическую
д и к т а т у р у пролетариата и к р е с т ь я н с т в а — б о р ь б а з а перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую

Марксизм учит пролетария не отстранению от буржуазной революции, не безучастию к ней, не предоставлению руководства в ней
буржуазии, а, напротив, самому энергичному участию, самой решительной борьбе за последовательный пролетарский демократизм,
за доведение революции до конца. Мы не можем выскочить из буржуазно-демократических рамок русской революции, но мы можем
в громадных размерах расширить эти рамки, мы можем и должны
в пределах этих рамок бороться за. интересы пролетариата, за его
непосредственные нужды и з а условия подготовки его сил к будущей полной победе. Есть буржуазная демократия н буржуазная
демократия. И земец-монархист, сторонник верхней палаты, «запрашивающий» всеобщее избирательное право, а втайне, под сурдинку
заключающий с царизмом сделку насчет куцой конституции, есть
буржуазный демократ. И крестьянин, с оружием в руках идущий
претив помещиков и чиновников, «наивно-республикански» предлагающий «прогнать царя», есть тоже буржуазный демократ. Буржуазно-демократические порядки бывают такие, как / в Германии,
и такие, кадс в Англии; такие, как в Австрии, и такие, как в Америке
или Швейцарии. Хорош был бы тот марксист, который в эпоху демократического переворота прозевал бы эту разницу между степенями демократизма и между различным характером той или иной
формы его и ограничивался бы «умничаньем» насчет того, что все
же- это «буржуазная революция», плода «буржуазной революции».
г?э

А ведь именно таких умников, важни чающих своей близорукостью, представляют из себя наши новоискровцы. Они как раз
ограничиваются рассуждениями о буржуазном характере революции там и тогда, где надо уметь провести разницу между республикански-революционной и монархически-либеральной
буржуазной
демократией, не говоря уже о разнице между непоследовательным
буржуазным и последовательным пролетарским демократизмом.
Они удовлетворяются, — точно они и в самом деле стали «человеками в футляре», — меланхолическим разговором о «процессе
взаимной борьбы противоположных классов», когда речь идет о
том, чтобы дать демократическое руководство в настоящей революции, чтобы подчеркнуть передовые демократические лозунги в
отличие от предательских лозунгов г-на Струве и К 0 , чтобы указать прямо и резко ближайшие задачи действительно революционной борьбы пролетариата и крестьянства в отлнчне от либерального маклерства помещиков и фабрикантов. В этом теперь суть вопроса, которую вы прозевали, господа: в том, завершится ли наша
революция действительно грандиозной победой или лишь жалкой
сделкой, дойдет ли она до революционной демократической диктатуры пролетариата и крестьянства или «истечет силами» на либо
рально-шштовской конституции!..
. . . Что такое «решительная победа революции над царизмом»?
Мы видели уже, что, употребляя это выражение, новоискровцы не
понимают его даже в его ближайшем политическом значении. Еще
менее заметно у них понимания классового содержания этого понятия. Ведь мы, марксисты, никоим образом не должны позволять
себе обольщаться словами: «революция» или «великая русская революция», как обольщаются ими теперь многие революционные
демократы (вроде Галопа). Мы должны дать себе точный отчет в
том, какие же реальные общественные силы противостоят «царизму» (это вполне реальная и вполне понятная для всех сила) и способны одержать «решительную победу» « а д ним. Такой силой не
может быть крупная буржуазия, помещики, фабриканты, «общество», идущее за освобождениями. Мы видим, что они даже и не
хотят решительной победы. Мы знаем, что они неспособны, по
своему классовому положению, на решительную борьбу с царизмом: слишком тяжелым ядром на ногах является частная собственность, капитал, земля, чтобы итти на решительную борьбу. Слишком нужен им царизм с его полицейски-бюрократическими и военными силами против пролетариата и крестьянства, чтобы могли они
стремиться к уничтожению царизма. Нет, силой, способной одержать «решительную победу над царизмом», может быть только народ, т. е. пролетариат и крестьянство, если брать основные, крупные силы, распределяя сельскую и городскую мелкую буржуазию
(тоже «народ») между тем и другим. «Гешительпая победа революции над царизмом» есть революционно-демократическая диктатура
пролетариата и крестьянства. От этого вывода, давно указанного
«Впередом», никуда не уйдут наши новоискровцы. Больше некому
одержать решительную победу над царизмом.
И такая победа будет именно диктатурой, т. е. она неизбежно
должна будет опираться на военную силу, на вооружение массы,
•на восстание, а не на те нли иные, «легальным», «мирным путем»,
120

созданные учреждения, сто может бьггь только диктатура, потому
что осуществление преобразований,
немедленно и непременно
нужных для пролетариата и крестьянства, вызовет отчаянное сопротивление и помещиков и крупных буржуа, и царизма. Без диктатуры сломить ото сопротивление, отразить контрреволюционные
попытки невозможно. Но ото будет, разумеется, не социалистическая, а демократическая диктатура. Она не сможет затронуть (без
целого ряда промежуточных ступеней революционного развития)
основ капитализма. Она сможет, в лучшем случае, внести коренное
перераспределение земельной собственности в пользу крестьянства,
провоста последовательный и полный демократизм вплоть до республики, вырвать с корнем все азиатские, кабальные черты нѳ
только из деревенского, но и фабричного быта, положить начало
серьезному улучшению положения рабочих и повышению их жизненного уровня, наконец last but not least * — перенести революционный пожар в Европу. Такая победа нисколько еще не сделает
из нашей буржуазной революции революцию социалистическую;
демократический переворот не выйдет непосредственно из рамок
буржуазных общественно-экономических отношений; но тем не менее значение такой победы будет гигантское для будущего развития и России и всего мира. Ничто не поднимет до такой степени
революционной энергии всемирного пролетариата, ничто не сократит г а к сильно пути, ведущего к его полной победе, как эта решительная победа начавшейся в России революции.
Насколько вероятна такая победа, — вопрос другой. Мы вовсе
не склонны к безрассудному оптимизму на этот счет, мы вовсе не
забываем о громадной трудности этой задачи, но, идя на борьбу,
мы должны желать победы и уметь указать настоящий путь к ней.
Тенденции, способные привести к этой победе, неоспоримо есть налицо. Правда, наше, социал-демократическое, влияние на массу
пролетариата еще очень и очень недостаточно; революционное воздействие на массу крестьянства совсем ничтожно; разбросанность,
неразвитость, темнота пролетариата и особенно крестьянства еще
страшно велики. Но революция быстро сплачивает и быстро просвещает. Каждый шаг в ее развитии пробуждает массу и с неудержимой силой притекает ее именно на сторону революционной
программы, как единственной, выражающей последовательно и
цельно ее настоящие кровные интересы.
(Ленин.

Соч., т. VIII, «Две тактики», стр. 5S-—59, 61—63.

Г. Движущие с и п ы буржуазно-демократичесной
силы пролетарской революции 1

1905 г.)
и

движущие

Русская революция буржуазная — говорили вез марксисты
России перед 1905 г. Меньшевики, подменяя марксизм либерализмом, выводили отсюда: следовательно, пролетариат не должен итти
дальше того, что приемлемо для буржуазии, он должен вести
* Последнее по счету, но не по важности.
Примечание составителя. Вопрос о роли беднейшего и среднего крестьянства освещается подробнее в теме «Аграрно-крестьшіский вопросу
1

политику соглашения с ней. Большевики говорили, что это — либерально-буржуазная теория. Буржуазия стремится совершить преобразование государства ло-буржуазному, реформистски, а не рево- "
люциояно, сохраняя по возможности и монархию и помещичье
землевладение и т. п. Пролетариат должен вести буржуазно-демократическую революцию до ее конца, не давая себя «связать» реформизмом буржуазии. Классовое соотношение сил при буржуазной революции большевики формулировали так: пролетариат,
присоединяя к себе крестьянство, нейтрализует либеральную буржуазию и разрушает до конца монархию, средневековье, помещичье землевладение.
В союзе пролетариата с крестьянством вообще и обнаруживается
буржуазный характер революции, ибо крестьянство ьообще есть
мелкие производители, стоящие на почве товарного производства.
Далее, добавляли тогда же большевики, пролетариат присоединяет к себе весь пол у пролетариат (всех эксплуатируемых и трудящихся), нейтрализует среднее крестьянство и ниспровергает буржуазию: в этом состоит социалистическая революция в отличие от
буржуазно-демократической (см. мою брошюру 1905 г.: «Две тактики», перепечатанную в сборнике «За 12 лет», Петербург, 1907 г.).
( Л е н и н . Соч., т. XXIII,
стр. 3Sü—387. 191S г.)

«Пролетарская

революция

и ренегат

Каутский»,

Д . Ленин о перерастании в 1905 г.

. . . М ы поддерживаем крестьянское движение, поскольку оно является революционно- демократическим. Мы готовимся (сейчас же,
немедленно готовимся) к борьбе с ним, поскольку оно выступит,
как реакционное, нротиволролетарскос. В с я суть марксизма в этой
двоякой задаче, которую упрощать или сплющивать в единую и
простую задачу могут только непонимающие марксизма люди.
Возьмем конкретный пример. Допустим, что крестьянское воестаіше победило. Революционные крестьянские комитеты и временное революционное правительство (опирающееся, отчасти, именно
на эти комитеты) может произвести любую конфискацию крупной
собственности. Мы стоим за конфискацию, мы ужо заявили это. Но
кому посоветуем мы отдать конфискованные земли? Тут мы не связали себе руки и никогда не свяжем заявлениями вроде тех, которые неосторожно предлагает автор письма. Автор забыл, что в той
же резолюции III съезда говорится об «очищении революционнодемократического

содержания

крестьянского

реакционных примесей», это раз, а второе:
всех случаях

и при

всех

обстоятельствах

движения

от

всяких

о необходимости «во

самостоятельной

органи-

зации сельского пролетариата». Вот наши директивы. Реакционные
примеси в крестьянском движении всегда будут, и мы заранее объявляем войну им. Классовый антагонизм между сельским пролетариатом и крестьянской буржуазией неизбежен, и мы заранее- вскрываем его, разъясняем его, готовимся к борьбе па почве его. Одним
из поводов такой борьбы очень может явиться вопрос о толк кому
и как отдать конфискованные земли? И мы не затушевываем этого
вопроса, не обещаем уравнительного раздела,
«социализации»
и т. и., а говорим: там мы еще поборемся, опять поборемся, на
122

новом поприще поборемся и с иными союзниками: там мы будем
безусловно с сельским пролетариатом, со всем рабочим классом
против крестьянской буржуазии. Практически, это может означать
п переход земли к классу мелких хозяев-крестьян, там, где преобладает кабальная, крепостническая крупная собственность, где нет
еще материальных условий крупного социалистического производства, и национализацию, при условии ііолной победы демократической революции, и передачу крупных капиталистических имений
ассоциациям рабочих, ибо от революции демократической мы сейчас же начнем переходить и к а к і>аз в меру нашей силы, силы сознательного и организованного пролетариата, начнем переходить
к социалистической революции. Мы стоим за непрерывную революцию. Мы не остановимся на полпути. Если мы не обещаем сейчас
ще и немедленно всяких «социализаций», то именно потому, что
мы знаем действительные условия этой задачи и не затушевываем,
а разоблачаем зреющую новую классовую борьбу в недрах крестьянства.
Мы сначала поддерживаем до конца, всеми мерами, до конфискации, — крестьянина вообще против помещика, а дотом (и даже не
потом, а в то же самое время) мы поддерживаем пролетариат против крестьянина вообще. Усчитать сейчас комбинацию сил внутри
крестьянства на «другой день» после революции (демократичес к о й ) — пустая утопия. Не впадая в авантюризм, не изменяя своей
научной совести, не гоняясь за дешевенькой популярностью, мы
можем сказать и говорим лишь одно: мы всеми силами поможем
всему крестьянству сделать революцию демократическую, чтобы
•Гем легче было нам, партии пролетариата, перейти как можно скорее к новой и высшей задаче — революции социалистической. Мы
не обещаем никакой гармонии, никакой уравнительности, никакой
«социализации» из победы^теперешнего крестьянского восстания, —
напротив, мы «обещаем» нешую борьбу, новое неравенство, новую
революцию, к которой мы и стремимся. Наше учение менее «сладко»,
чем россказни социалистов-революционеров, но кто хочет, чтобы
его поили одним только сладеньким, тот пусть и идет к социалистам-революционерам; мы скажем таким людям: скатертью дорога.
(J1 е и и н. Соч., т. VIII, «Отношение
движению», стр. 1S5—167. 1905 т.)

социал-демократии

к

крестьянскому

3. БОРЬБА ПАРТИИ ПРОТИВ ИЗВРАЩЕНИЙ ЛЕНИНСКОЙ ТЕОРИИ
И ТАНТИКИ ПЕРЕРАСТАНИЯ БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ В ПРОЛЕТАРСКУЮ
А. Борьба против т р о ц к и с т с к о й теории перманентной
революции

В брошюре < 0 6 основах ленинизма» «теория перманентной революции» расценивается как <теория» недооценки роли крестьянства. Там сказано:
«Ленин воевал со сторонниками «перманентной» революции не из-за вопроса о непрерывности, ибо Ленин сам стоял на точке зрения непрерывной
революции, а нз-за недооценки имд ролл крестьянства, являющегося величайшим резервом пролетариата»,

Эга характеристика русских «пермакенттшков» считалась до последнего времени общепризнанной. Тем не менее она, будучи вообще правильной, не может быть, однако, признана исчерпывающей.
Дискуссия 1924 г., с одной стороны, и тщательный анализ трудов
Ленина, с другой стороны, показали, что ошибка русских «перманентников» состояла не только в недооценке роли крестьянства, но
и в недооценке сил и способностей пролетариата погости за собой
крестьянство, в неверии в идею гегемонии пролетариата.
Поэтому в своей брошюре «Октябрьская революция п тактика
русских коммунистов» (декабрь 1924 г.) я расширил эту характеристику и заменил ее другой, более полной. Вот что сказано об этом
в этой брошюре:
«До сего В'роменн отмечали обычно одну сторону теорип «перманентной
революции» — неверие в революционные возможности крестьянского движения.
Теперь, для справедливости, ѳту сторону необходимо дополнить другой
сторон о й — невернем в силы и способности пролетариата России».

Это, конечно, не значит, что ленинизм стоял или стоит против
идеи перманентной революции без кавычек, провозглашенной Марксом в сороковых годак прошлого столетия. Наоборот, Ленин был
единственным марксистом, который правильно понял и развил идею
перманентной революции. Отличие Ленина от «перманентников» состоит в этом вопросе в том, что «перманентники» искажали идею
перманентной революции Маркса, превратив ее в безжизненную,
книжную мудрость, тогда как Ленин взял ее в чистом виде и сделал ее одной из основ своей теории революции. Следует помнить,
что идея перерастания буржуазно-демократической революции в
революцию социалистическую, данная Лениным еще в 1905 г.,
есть одна из форм воплощения марксовой теории перманентной революции. Вот что писал на этот счет Ленин еще в 1905 г.:
« . . . От революции демократической мы сейчас же начнем переходить и как
раз в меру нашей силы, силы совнателъмого и ограннзовагсного пролетариата,
начнем переходить к социалистической революции. Мы стоим за непрерывную
революцию. * Мы не остановимся на полпути...»
« . . . Не впадая в авантюризм, не изменяя своей научной совести, не гоняясь
за дешевенькой популярностью, мы: можем сказать и говорим лишь одно: мы
всеми силами поможем всему крестьянству сделать .революцию демократическую, чтобы тем легче было нам, партии пролетариата, перейти как можно
скорее к новой и высшей задаче — революции социалистической» (см. т. VIII,
стр. 186—187).

А вот что пишет Ленин на эту тему спустя шестнадцать лет,
после завоевания власти пролетариатом:
« . . . Каутские, Пилъфердинги, Мартовы, Черновы, Хнлдквиты, Лонгэ, Макдоналъды, Турати и прочие герои «Щ&» марксизма пе сумели понять... соотношения между буржуазно-демократической и пролетарски-социалистической революциями. Первая перерастает во вторую. * Вторая мимоходом, решает вопросы первой. Вторая закрепляет дело первой. Борьба и только борьба решает,
насколько удается второй перерасти первую» (см. т. XXVII, стр. 26).

Я обращаю особое внимание на первую цитату, взятую из статьи
Ленина «Отношение социал-демократии к крестьянскому движению», опубликованной 1 сентября 1905 г. Я подчеркиваю это к сведению тех товарищей, которые все еще продолжают утверждать,
.что Ленин пришел, будто бы, к идее перерастания буржуазно* Курсив мой. п. Ст.

демократической революции в революцию социалистическую, к идее
перманентной революции, после империалистической войны, примерно, в 1916 г. Эта цитата не оставляет сомнений в том, что эти
товарищи глубоко заблуждаются.
(Сталин.
1926 г.)

Вопросы ленинизма.

«К вопросам, ленинизма», стр.

194—195.

Б. Борьба Ленина против отрицания правыми стратегического
плана перерастания в ІЭІ7 г.

Посмотрим теперь, как. т. Ю. Каменев, в заметке № 27 «Правды»,
формулирует свои «разногласия» с моими тезисами и вышеизложенными взглядами. Это поможет нам точнее уяснить их.
«Что касается общей схемы т. Ленина, — пишет т. Каменев, — то
она представляется нам неприемлемой, поскольку она исходит от
признания буржуазно-демократической революции
законченн о ü и рассчитана на немедленное перерождение этой революции
в социалистическую»...
Здесь две большие ошибки.
Первая. Вопрос о «законченности» буржуазно-демократической
революции поставлен неверно. Этому вопросу придана та абстрактная, простая, одноцветная, если можно так выразиться, постановка,
которая не соответствует объективной действительности. Кто ставит
так вопрос, кто спрашивает теперь: «закончена ли буржуазно-демократическая революция» и т о л ь к о , — тот лишает себя возможности понять чрезвычайно сложную, по меньшей мере «двухцветную»
действительность. Это в теории. А на практике — тот сдается беспомощно мелкобуржуазной

революционности.

В самом деле. Действительность показывает нам и переход власти к буржуазии («законченная» буржуазно-демократическая революция обычного типа), и существование рядом с настоящим правительством побочного, которое представляет из себя «революционнодемократическую диктатуру пролетариата и крестьянства». Это последнее «тоже-лравительство» само уступило власть буржуазии,
само привязало себя к буржуазному правительству.
Охватывается ли эта действительность старобольшевистской формулой т. Каменева: «буржуазно-демократическая революция не закончена»?
Нет, формула устарела. Она никуда не годна.. Она мертва. Напрасны будут усилия воскресить ее.
Второе. Вопрос практический. Неизвестно, может ли теперь быть
еще в Россия особая «революционно-демократическая диктатура
пролетариата и крестьянства», оторванная от буржуазного правительства. На неизвестном базировать марксистскую тактику нельзя.
Но если это может еще случиться, то путь к этому один и только
один: немедленное, решительное, бесповоротное отделение пролетарских, коммунистических элементов движения от мелкобуржуазных.
Почему?
Потому, что вся мелкая буржуазия не случайно, а необходимо
повернула к шовинизму (== оборончеству), к «поддержке» буржуазии, к зависимости от нее, к боязни обойтись без нее и пр. и т. п.

Как можно «толкнуть» мелкую буржуазию к власти, если эта
мелкая буржуазия теперь уже может, но не хочет взять ее?
ѵ
Только отделением пролетарской коммунистической партии,
пролетарской классовой борьбой, свободной
от робости этих
мелких буржуа. Только сплочение пролетариев, на деле, а не на
словах свободных от влияния межой буржуазии, способно сделать
такой «горячей» почву под ногами мелкой буржуазии, что ей при
известных условиях придется взять власть; не исключено даже, что
Гучков и Милюков будут — опять-таки при известных обстоятельствах — за всевластие, за единовластие Чхеидзе, Церетели, с.-р.,
Стеклова, ибо это все же «оборонцы»/
Кто отделяет сейчас же немедленно и бесповоротно, пролетарские элементы Советов (т. е. пролетарскую, коммунистическую партию) от мелкобуржуазных, тот правильно выражает интересы движения на оба возможные случая: и на случай, что Россия переживет
еще особую, самостоятельную, не подчиненную буржуазии «диктатуру пролетариата и крестьянства», и на случай, что мелкая буржуазия не сумеет .оторваться от буржуазии и будет вечно (т. е. до социализма) колебаться между нею и нами.
Кто руководится в своей деятельности только простой формулой «буржуазно-демократическая революция не закончена», тот тем
самым берет на себя нечто вроде гарантий за то, что мелкая буржуазия наверное способна на независимость от буржуазии. Тот Тем
самым сдается в данный момент беспомощно на милость мелкой
буржуазии.
Кстати. О «формуле» диктатура пролетариата и крестьянство нѳ
мешает все же вспомнить, что в «Двух тактиках» (июль 1905) я специально подчеркивал (стр. 435 в «За 12 лет»):
«У революцпошго-дехгоиратнчеекой диктатуры пролетариата и крестьянства
есть, как и у всего на свете, прошлое, и будущее. Ее прошла — самодержавие, крепостничество, мопархпя, привилегии... Ее будущее — борьба против
частной собственности, борьба наемного рабочего с хозяином, борьба за социализм. ..»

Ошибка т. Каменева в том, что он ті в 1917 г. смотрит только на
прошлое
революционно-демократической
диктатуры пролетариата
и крестьянства. А для нее на деле уже началось будущее, ибо интересы и политика наемного рабочего и хозяйчика на деле уже разошлись, притом но да кому важнейшему вопросу, как «оборончество», как отношение к'империалистской войне.
И здесь я подошел ко второй ошибке в приведенном рассуждении т. Каменева. Он упрекает меня в том, что моя схема «рассчитана» на «немедленное перерождение этой (буржуазно-демократической) революции в социалистическую».
Это неверно. Я не только не «рассчитываю» на «немедленное
перерождение» пашей революции в социалистическую,
а прямо
предостерегаю против этого, прямо заявляю в тезисе № 8 : . . .
«Я е» введение «социализма-, как наша непосредственная
задача» . . .
Не ясно ли, что человек, рассчитывающий на немедленное перерождение нашей революции в социалистическую, не мог бы восстать
против непосредственной задачи введения социализма?.
, . . Пустой, ложно поставленный вопрос. Я «рассчитываю» только
на то, исключительно на то, что рабочие, солдаты и крестьяне лучше,
126

чем чиновники, лучше, чем полицейские, справятся с практическими
трудными вопросами об усилении производства хлеба, о лучшем
распределении его, о лучшем обеспечении солдат и пр. и т. п.
Я глубочайше убежден, что Советы Р. и т. д. Деп. скорее и
лучше проведут самодеятельность массы парода в жизнь, чем парламентарная республика (о сравнении обоих типов государства подробнее в другом письме). Они лучше, практичнее, вернее решат,
как можно сделать и какие именно можно сделать шаги к социализму. Контроль за банком, слияние всех банков в один, это еще не
социализм, но шаг к социализму. Такие шаги сегодня делает юнкер
и буржуа в Германші против народа, Их гораздо лучше сумеет сделать завтра в пользу народа Совет О. и Р. Деп., если в его руках
будет вся государственная власть.
А что вынуждает такие шапі?
Голод Расстройство хозяйства. Грозящий крах. Ужасы войны.
Ужасы -ран, наносимых войной человечеству.
Тов. Каменев кончает свою заметку заявлением, что «в широкой
дискуссии оп надеется отстоять свою точку зрения, как единственно
возможную д і я революционной с.-Д., поскольку она хочет и должна
до конца остаться партией революционных масс пролетариата, а не
превратиться в группу пропагандистов-коммунистов».
Мне сдается, что в этих словах видна глубоко ошибочная оценка
момента. Тов. Каменев противополагает «партию масс» «группе пропагандистов». Но ведь «массы» как раз теперь поддались угару «революционного» оборончества. Не приличнее ли и дтя интернационалистов в такой момент уметь противостоять «массовому» угару, чем
«хотеть остаться» с массами, т. е. поддаться общему поветрию? Не
видали ли мы во всех воюющих европейских странах, как шовинисты оправдывали себя желанием «остаться с массами»? Не обязательно ли уметь на известное время быть в меньшинстве против
«массового» угара? Не является ли работа ігмунно пропагандистов
как раз в пастоящий момент центральным пунктом для высвобождения пролетарской линии из «массового» оборонческою и мелкобуржуазного угара? Именно слитость масс, и пролетарских и непролетарских, без разбора классовых различий внутри масс, явилась одним из условий оборонческого поветрия. Презрительно говорить о «группе пропагандистов» пролетарской линии, пожалуй,
не очень-то пристало.
( Л е н и н . Соч., т. X X , «Письма о тактике». Письмо I, стр. 105—108. 1917 г.)
3. Борьба партии против т р о ц и к с т с н о й к л е в е т ы о перевооружении большевиков в ІЭІ7 г.

Итак, «перевооружение» большевиков, «начиная с 1917 г.», на
основе теории перманентной революции, спасение большевиков,
в связи с этим от «антиреволюционных черт большевизма», наконец,
тот факт, что теория перманентной революции «подтвердилась», таким образом, «целиком», — таков вывод т. Троцкого.
А куда девались ленинизм, теория большевизма, большевистская
оценка нашей революции, ее движущих сил и т. д.? Они либо не
«подтвердились целиком», либо вовсе не «подтвердились», либо рассеялись по воздуху, уступив место теории перманентной революции
на предмет -(перевооружения» партии.
\

127

Итак, жили-были на свете большевики, «сколачивали» они коекак партию, «начиная» с 1903 г., но не имели революционной теории,
блуждали-блуждали, «начиная» с 1903 г., и кое-как добрались до
1917 г., потом заметив т. Троцкого с теорией перманентной революции в руках, решили «перевооружиться» и, «перевооружившись»,
растеряли последние остатки ленинизма, ленинской теории революции, произведя, таким образом, «полное совпадение» теории перманентной революции с «позицией» нашей партии.
Это очень интересная сказка, товарищи. Это, если хотите, —
один из тех великолепных фокусов, какие можете встретить в
цирке. Но у нас ведь не цирк, а конференция нашей партии. И мы
ведь не нанимали т. Троцкого в цирковые артисты. К чему же эти
фокусы?
Как расценивал т. Ленин теорию перманентной революции
Троцкого? Вот что он пишет об этой теории в одной из своих статей, высмеивая ее как «оригинальную» и «прекрасную» теорию:
«Выяснить соотношение классов в предстоящей революции — главная задача революционной партии . . . Эту задачу неправильно решает в «Нашем Слове»
Троцкий, повторяющий свою «оригинальную» теорию 1905 г. и ие желающий
подумать о том, в силу каких причин жизнь шла целых десять дат мимо этой
прекрасной теории. Оригинальная теория Троцкого берет у большевиков призыв к решительной революционной борьбе пролетариата и к завоеванию им
политической власти, а у меньшевиков — «отрицание» роли крестьянства»... Тем
самым «Троцкий на деле помогает либеральным рабочим политикам России,
которые под «отрицанием» роли крестьянства понимают нежелание
поднимать
крестьян на революцию» (см. т. XVIII, стр. 317—318).

Выходит, что, по Ленину, теория перманентной революции является полуменыпевистекой теорией, игнорирующей революционную роль крестьянства в русской революции.
Непонятно только, как могла «совпасть вполне и целиком» эта
полуменьшевистская теория с позицией нашей партии, хотя бы «начиная с 1917 г.» . . .
. . . Непонятно только, как могла «перевооружить» такая теория
пашу большевистскую партию.
(Сталин.

Об оппозиции.

тии», стр. 405—407.

1927 Г.)

«О социал-демократическом уклоне в пашей пар-

Г. Сталинсная нрктика оппортунистической позиции
Преображенского в 1917 г.

Тов. С т а л и н читает 9-й пункт резолюции:'
«9. Задачей этих революционных классов явится тогда напряжение всех сил для взятия государственной власти в свои руки и для
направдения ее, в союзе с революционным пролетариатом передовых стран, к миру и к социалистическому переустройству общества».
Тов. П р е о б р а ж е н с к и й . Предлагаю иную редакцию конца
резолюции: «для направления ее к миру и, при наличии пролетарской революции на Западе, к социализму».
Если мы примем редакцию комиссии, то получится разногласие
с уже принятой резолюцией т. Бухаріпіа.
Тов. С т а л и н .
Я против такого окончания резолюции. Не
исключена возможность, что именно Россия явится страной ирола128

гающей путь к социализму. До сих пор ни одна страна пе пользовалась такой свободой, какая была в России, не пробовала осуществлять контроль рабочих над производством. Кроме того, база
нашей революции шире, чем в Западной Европе, где пролетариат
стоит лицом к лицу о буржуазией, в полном одиночестве. У нас
рабочих поддерживают беднейшие слои крестьянства. Наконец, в
Германии аппарат государственной власти действует несравненно
лучше, чем несовершенный аппарат нашей буржуазии, которая и
сама является данницей европейского капитала. Надо откинуть отжившее представление о том, что только Европа может указать нам
путь. Существует марксизм догматический и марксизм творческий.
Я стою на ночве последнего.
П р е д с е д а т е л ь . Ставлю на голосование поправку т. Преображенского. Отклоняется.
(Протоколы VI съезда РСДРП«») 26 июля — з августа 1917 г., стр. 233 — 234.)
Д. Разоблачение т р о ц к и с т с к о й к о н т р а б а н д ы в вопросах
перерастания

Троцкизм есть передовой отряд контрреволюционной буржуазии.
Нот почему либерализм в отношении троцкизма, хотя и разбитого
и замаскированного, есть головотяпство, граничащее с преступлением, изменой рабочему классу.
Вот почему попытки некоторых «литераторов» и «историков» протащить контрабандой в нашу литературу замаскированный троцкистский хлам должны встречать со стороны большевиков решительный
отлор.
Вот почему нельзя допускать литературную дискуссию с троцкистски ми кон траба н диетам и.
Мне кажется, что «историки» и «литераторы» из разряда троцкистских контрабандистов стараются проводить свою контрабандную
1>аботу пока что по двум линиям.
Во-первых, они стараются доказать, что Ленин в период перед войной недооценивал опасности центризма, при этом предоставляется неискушенному читателю догадываться, что Ленин, стало быть, не был
еще тогда настоящим революционером, что он стал таковым лишь
после войны, после того, как. «перевооружился» при помощи Троцкого. Типичным представителем такого рода контрабандистов можно
считать Слуцкого. Мы видели выше, что Слуцкий и компания не
стбят того, чтобы долго возиться с ними.
Во-вторых, они стараются доказать, что Ленин в период перед
войной не понимал -необходимости перерастания буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую, при
этом предоставляется неопытному читателю догадываться, что Ленин, стало быть, не был еще. тогда настоящим большевиком, что он
понял необходимость такого перерастания лишь после войны, после
того, как он «перевооружился» при помощи Троцкого. Типичным
представителем такого рода контрабандистов можно считать Волосевича, автора «Курса истории ВКП(б)». Правда, Ленин еще в
1905 г. писал, что вот революции демократической мы сейчас же
начнем, переходить, и как раз в меру нашей силы, силы
сознательного и организованного
пролетариата, начнем переходить к
9

Ленинизм

129

социалистической революции», что «мы стоим за непрерывную
революцию», что «мы не остановимся на полпути». Правда, фактов и документов аналогичного порядка можно было бы найти в сочинениях
Ленина многое множество. Но какое дело Волооевичам до фактов из
жизни и деятельности Ленина? Волосевичи пишут для того, чтобы,
подкрасившись иод большевистский цвет, протащить свою антиленинскую контрабанду, налгалъ на большевиков л сфальсифицировать
историю большевистской партий.
Вы видите, что Волосевичи стоят Слуцких.
Таковы «пути и перепутья» троцкистских контрабапдистов.
Сани понимаете, что не дело редакции облегчать контрабандистскую деятельность подобных «историков» предоставлением им дискуссионной трибуны.
Задача редакции состоит, по-моему, в том, чтобы поднять вопросы истории большевизма на должную высоту, поставить дело
изучения истории нашей партии на научные, большевистские рельсы
и заострить внимание против троцкистских и всяких иных фальсификаторов истории нашей партии, систематически срывая с них
маоки.
. Это тем более необходимо, что даже некоторые наши историки, —
я говорю об историках без кавычек, о большевистских историках нашей партии, — не свободны от ошибок, льющих воду на мельницу
Слуцких и Волосевичей. Исключения не составляет здесь, к сожалению, и т. Ярославский, книжки которого но истории ВКП(б), несмотря на. их достоинства, содержат ряд ошибок принципиального
и исторического характера
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
визма», стр. біз — 614. 1931 г.)

«О некоторых вопросах истории больше-

IV. РЕВОЛЮЦИОННЫЙ КРИЗИС И ЕГО НАРАСТАНИЕ
НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
I. ЛЕНИН О РЕВОЛЮЦИОННОЙ СИТУАЦИИ

Для марксиста не подлежит сомнению, что 'революция невозн
можна без революционной ситуации, причем не всякая революционная ситуация приводит к революции. Каковы, вообще говоря, признаки революционной ситуации? Мы наверное не ошибемся, если
укажем следующие три главные признака: 1) Невозможность для
господствующих классов сохранить в неизмененном виде овое господство; тот' или иной кризис «верхов», кризис политики господствую-'
щего класса, создающий трещину, в которую прорывается недовольство и возмущение угнетенных классов. Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы «низы не хотели», а
требуется еш.е, чтобы «верхи но могли» жить
по-старому.
2) Обострение, вьгше обычного,. нужды и бедствий угнетенных
классов, з) Значительное повышение, в силу указанных причин,
активности масс, в «мирную» эпоху дающих себя грабить спокойно,
а в бурные времена привлекаемых как всей обстановкой кризиса,
так и самими «верхами» к самостоятельному историческому выступлению.
130

Без этих объективных изменений, нОзависнѵплх от ноли не
только отдельных труни и партий, но и отдельных классов, революция — по общему 'правилу — невозможна. Совокупность этих
объективных перемен и называется революционной ситуацией. Такая ситуация была, в 1905 г. в России и во все эпохи революции па
Западе; но она была также и в 60-х годах прошлого века в Германии, в 1859 — 1861, в 1879 — 1880 гг. в России, хотя революций
в этпх случаях не было. Почему? Потому, что не из всякой революционной ситуации возникает революция, а лишь из такой ситуации,
когда к перечисленным выше объективным переменам присоединяется субъективная, именно: присоединяется способность революционного класса на революционные массовые действия, достаточно
сильные, чтобы сломить (или надломить) старое правительство, которое никогда, даже и в эпоху кризисов, не «упадет», если его не
«уронят».
(Ленин.

Соч., т. XVIII, «Крах II Иптернационала», стр. 244 — 245. 1915 г.)

Основной закон революции, подтвержденный всеми революциями
л в частности всеми тремя русскими революциями в X X веке, состоит вот в чем: для революции недостаточно, чтобы экоплоатируемые и угнетенные массы сознали невозможность жить по-старому
и потребовали изменения; для революции необходимо, чтобы эксплоататоры не могли жить и управлять по-старому. Лишь тогда,
когда «низы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по-старому— лишь тогда революция может победить. Иначе эта истина
•выражается словами: революция невозможна без общенационального
(и эксплоатируемых и эксплоататоров затрагивающего) кризиса.
Значит, для 'революции надо, во-первых, добиться, чтобы большинство рабочих (или во всяком случае большинство сознательных,
(мыслящих, политически активных рабочих), вполне поняло необходимость переворота и готово было и л и на смерть ради него;
во-вторых, чтобы правящие классы переживали правительственный
кризис, который втягивает в политику даже самые отсталые массы
(признак всякой настоящей революции: быстрое удесятерение или
даже увеличение во сто раз количества способны? на политическую
борьбу представителей трудящейся и угнетенной массы, доселе апатичной), обессиливает правительство и делает возможным для революционеров быстрое свержение его..
. . . Уметь найти, нащупать, верно определить конкретный путь
или особый поворот событий, подводящий
массы к настоящей, решительной, последней, великой революционной борьбе, — в этом
главная задача современного коммунизма в Западной Европе и
Америке.
Пример: Англия. Мы не можем знать — и никто не в состоянии
наперед определить — как скоро разгорится там настоящая пролетарская революция и какой повод более всего разбудит, разожжет,
подвинет на борьбу очень широкие, ныне еще спящие, массы. Мы
обязаны, поэтому, вести всю подготовительную нашу работу так,
чтобы быть подкованными (как любил говорить покойный Плеханов, когда он был марксистом и революционером) на все четыре
ноги. Возможно, что «прорвет», что «сломает лед» парламентский
кризис; возможно, что — кризис, вытекающий
из
безнадежно
131

запутанных, все более и более болезненно складывающихся и
обостряющихся колониальных и империалистических 'противоречий;
возможно что-либо третье и т. п. Мы говорим не о том, какая
борьба решит судьбу пролетарской революции в Англии (этот вопрос ни в ком из коммунистов сомнений не возбуждает, этот вопрос для всех нас решен и решен твердо), мы говорим о том поводе, который побудит ныне еще спящие пролетарские массы
притти в движение и подведет их вплотную к революции. Но забудем, что, например, в буржуазной французской республике, в обстановке, которая и со стороны международной, и со стороны внутренней во сто раз менее была революционна., чем теперь, достаточно оказалось такого «неожиданного» и такого «мелкого» повода, как одна из тысяч и тысяч бесчестных проделок реакционной
военщины (дело Дрейфуса), чтобы вплотную подвести народ к гражданской войне!..
. . . В той же Англии так же ио-новому (не по-социалистически,
а по-коммунистически, не реформистски, а революционно) надо
поставить 'работу пропаганды, агитации, организации в войске и
среди угнетенных и неполноправных национальностей «своего»
государства (Ирландия, колонии). Ибо все эти области общественной жизни в эпоху империализма вообще, а теперь после войны,
измучившей народы и открывающей быстро глаза на правду
(именно: что десятки миллионов убиты и искалечены только ради
решения вопроса, английские или немецкие хищники будут грабить
больше стран), — все эти области общественной жизни особенно
наполняются горючим материалом и создают особенно много поводов к конфликтам, кризисам, обострению классовой борьбы. Мы
не знаем и не можем знать, какая искра — из той бездны искр, которые отовсюду сыпятся теперь во всех странах, под влиянием экономического и политического всемирного
кризиса. — окажется
в состоянии зажечь пожар, в смысле особого пробуждения масс, и
мы обязаны поэтому с нашими новыми, коммунистическими принципами приняться за «обработку» всех и всяких, даже наиболее
старых, затхлых и 4ювидимому безнадежных поприщ, ибо иначе
мы не будем на. высоте задачи, не будем всесторонни, не овладеем
всеми видами оружия, не подготовимся ни к победе над буржуазией (которая все стороны общественной жизни устроила, — а теперь и расстроила — по-буржуазному), ни к предстоящей коммунистической реорганизации всей жизни посте этой победы...
. . . Когда речь идет о практическом действии масс, о размещении— если позволительно так выразиться — миллионных армий, о
•расстановке всех классовых сил данного общества для последнего и
решительного боя, тут уже с одними только пропагандистскими навыками. с одним только повторением истин «чистого» коммунизма
ничего не поделаешь. Тут надо считать не до тысяч, как в сущности
считает пропагандист, член маленькой группы, не руководившей
еще массами; тут надо считать миллионами и десятками миллионов. Тут надо спросить себя не только о том, убедили ли мы авангард революционного класса, — а еще и о том, размещены ли
исторически "действенные силы всех классов, обязательно всех без
изъятия классов данного общества, таким образом, чтобы решительное сражение было уже вполне назревшим, — таким образом,
132

чтобы (1) все враждебные пам классовые силы достаточно запутались, достаточно передрались друг с другом, достаточно обессилили себя борьбой, которая им не по силам: чтобы (2) все колеблющиеся, шаткие, неустой чігоые, промежуточные элементы, т. е. мелкая буржуазия, мелкобуржуазная демократия в отличие от буржуазии, достаточно разоблачили себя перед народом, достаточно
опозорились своим практическим банкротством; чтобы (3) в пролетариате началось и стало могуче подниматься массовое настроение
в пользу поддержки самых решительных, беззаветно смелых, революционных действий против буржуазии. Вот тогда 'революция назрела, вот тогда наша победа, если мы верно учли все, намеченные
выше, кратко обрисованные выше, условия и верно выбрали момент,
наша победа обеспечена.
( Л е н и н. Соч., т. XXV, «Детская
стр. 222, 229, 231 — 2S3. 1920 Г . )

болезнь

«левизны»

в

коммунизме»,

Нельзя проводить непроходимую грапь между «революционным
подъемом» и «непосредственно революционной ситуацией». Нельзя
говорить: «до этой черты мы имеем революционный подъем, а за
чертой — скачок в непосредственно революционную ситуацию. Так
могут ставить вопрос только схоластики. Первый обычно «незаметно»
переходит во вторую. Задача состоит в том, чтобы теперь же готовить пролетариат к решительным революционным боям, не дожидаясь момента «наступления» так называемой непосредственно революционной ситуации»..
( С т а л н и. Ответы на вопросы свердловцев.

іѳзо г.)

2. ЛЕНИН О ВООРУЖЕННОМ ВОССТАНИИ КАК О ВЫСШЕЙ СТУПЕНИ
РЕВОЛЮЦИОННОГО КРИЗИСА

К числу наиболее злостных и едва ли не наиболее распространенных извращений марксизма господствующими «социалистическими» оартиями принадлежит оппортунистическая ложь, будто подготовы! восстания, вообще отношение к восстанию, как искусству,
есть «бланкизм».
Вождь оппортунизма, Бернштейн, уже снискал себе печальную
славу обвинением марксизма в бланкизме, и нынешние оппортунисты в сущности ни на ноту по подновляют и не «обогащают» скудные «идеи» Бернштейна, крича о бланкизме.
Обвинять в бланкизме марксистов за отношение к восстанию как
к искусству! Может ли быть более вопиющее извращение истины,
когда ни один марксист не отречется от того, что именно Маркс самым
определенным, точным и непререкаемым образом высказался на этот
счет, назвав восстание именно искусством, сказав, что к восстанию
надо относиться как к искусству, что надо завоевать первый успех
и от успеха итти к успеху, не прекращая наступления на врага, пользуясь его растерянностью и т. д. и т. д.
Восстание, чтобы быть успешным, должно опираться не на заговор, не на партию, а на передовой клаос. Это во-первых. Восстание
должно опираться на революционный подъем народа. Это во-вторых. Восстание должно опираться на такой переломный
пункт
133

в историй нарастающей революции, когда активность иередовых
рядов народа наибольшая, когда всего сильнее колебания в рядах
врагов и в рядах слабых половинчатых нерешительных друзей революции. Это в-третьих. Вот этими тремя условиями постановки вопроса
о восстании отличается марксизм от бланкизма.
Но раз есть налицо эти условия, то отказаться от отношения
к восстанию, как к искусству, значит изменить марксизму и изменить революции.
Чтобы доказать, почему именно переживаемый нами момент надо
признать таким, когда обязательно для партии признать восстание
поставленным ходом объективных событий в порядке дня и отнестись
к восстанию как к искусству, чтобы доказать это, лучше всего,
поясалуй, употребить (метод сравнения и сопоставить 3 — 4 июля с сентябрьскими днями.
3 — 4 июля можно было, не греша против истины, поставить! вопрос так: правильнее было бы взять власть, ибо иначе все равно
враги обвинят нас в восстании и расправятся1 как с повстанцами. Но
из этого нельзя было сделать вывода в пользу взятия власти тогда,
ибо объективных условий для победы восстания тогда не было.
1) Не было еще за нами класса, являющегося авангардом революции.
Не было еще большинства у нас среди рабочих и солдат столиц.
Теперь оно есть в обоих советах. Оно создано только историей
июля и августа, опытом «расправы» с большевиками и опытом корниловщины.
2) Не было тогда всенародного революционного подъема. Теперь он есть после корниловщины. Провинция и взятие власти советами во многих местах доказывают это.
3) Не было тогда колебаний,
в серьезном общеполитическом
масштабе, среди врагов наших и среди половинчатой мелкой буржуазии. Теперь колебания гигантские: наш главный враг, империализм союзный и всемирный, ибо «союзники» стоят во главе всемирного империализма, заколебался
между войной до победы и сепаратным миром против России. Наши мелкобуржуазные демократы, явно потеряв большинство в народе, заколебались гигантски,
отказавшись от блока, т. е. от коалиции с кадетами.
4) Потому 3 — 4 июля восстание было бы ошибкой: ход не удержали бы власти ни физически, ira политически. Физически несмотря
на то, что Питер был моментами в наших руках, ибо драться, умирать
за обладание Питером наши же рабоцие и солдаты тогда не стали бы:
не было такого «озверения», такой кипучей ненависти и к Керенским,
и к Церетели — Черновым, не были еще наши люди закалены опытом преследований большевиков при участии эсеров и меньшевиков.
Политически мы не удержали бы власти 3 — 4 июля, ибо армия
и провинция, до корниловщины, могли пойти и пошли бы на Питер.
Теперь картина совсем иная.
За нами большинство класса, авангарда (революции, авангарда
парода, способного увлечь массы.
За нами большшство
народа, ибо уход Чернова есть далеко не
единственный, «о виднейший, нагляднейціий признак того, что крестьянство от блока эсеров (и от самих эсеров) земли не получит.
А в этом гвоздь общенародного характера революции.
134

За нами выгода положения партии, твердо знающей свой путь,
при неслыханных колебаниях и всего империализма, и всего блока
меньшевиков с веерами.
За нами верная победа, ибо народ совсем уж близок к отчаянию,
а мы даем всему народу верный выход, показав зпаченио нашего
руководства всему народу «в дни корниловокие», затем предложив
компромисс блокнотам и получив отказ от них при условии отнюдь
не прекращающихся колебаний с их стороны.
Величайшей ошибкой было бы думать, что наше предложение
компромисса еще не отвергнуто, что «Демократическое совещание»
еще может принять его. Компромисс предлагался от партии к партиям; иначе он не мог предлагаться. Партии отвергли его. Демократическое совещание есть только совещание, ничего более. Не надо
забывать одного: в нем не представлено большинство революционного народа, беднейшее и озлобленное крестьянство. Это совещание
меньшинства народа, — нельзя забывать этой очевидной истины..
Величайшей ошибкой, величайшим парламентским кретинизмом
было бы с нашей стороны отнестись к Демократическому совещанию
как к парламенту, ибо даже если бы оно объявило себя парламентом и суверенным парламентом революции, все равно оно ничего
ne решает: решение лежит вне его, в рабочих кварталах Питера и
Мооювы.
Перед нами налицо все объективные предпосылки успешного
восстания. Перед нами — выгоды положения, когда только наша победа в восстании положит конец измучившим народ колебаниям,
этой самой мучительной вещи на овете; когда только наша победа
в восстании сорвет игру с сепаратным миром против революции, сорвет ее тем, что предложит открыто мир более полный, более справедливый, более близкий, мир в пользу революции.
Только наша партия, наконец, победив в восстании, может спасти
Питер, ибо, если наше предложение мира будет отвергнуто и мы не
получим даже перемирия, тогда мы становимся «оборонцами», тогда
мы становимся во главе военных партий, мы будем самой «военной»
партией, мы поведем войну действительно революционно. Мы отнимем весь хлеб и все сапоги у капиталистов. Мы оставим им корки,
мы оденем их в лапти. Мы дадим весь хлеб и всю обувь на фронт.
И мы отстоим тогда Питер.
Ресурсы действительно революционной войны, как материальные, так и духовные, в России еще необъятно велики; 99 шансов
из 100 оа то, что немцы дадут нам но меньшей мере перемирие.
А получить перемирие теперь — это значит уже победить весь мир.
Сознав безусловную необходимость восстания рабочих Питера и
Москвы для- спасения революции и для спасения от «сепаратного»
раздела России империалистами обеих коалиций, мы должны, вопервых, приспособить к условиям нарастающего восстания свою политическую тактику на Совещании; мы должны, во-вторых, доказать, что мы не на словах только признаем мысль Маркса о необходимости отнестись к восстанию как к искусству.
Мы долгішы на Совещании немедленно сплотить фракцию большевиков, не гоняясь да численностью, не боясь оставить колеблющихся в стане колеблющихся: они там полезнее для деля, революции, чем в стане решительных н беззаветных борцов.

Мы должны составить краткую декларацию большевиков, подчеркивая самым резким образом неуместность длинных речей, неуместность «речей» вообще, необходимость немедленного действия
для спасения революции, абсолютную необходимость полного разрыва с буржуазией, полного смещения всего теперешнего правительства., полного разрыва с готовящими «сепаратный» раздел России англо-французскими империалистами, необходимость немедленного перехода всей власти в руки революционной демократии, возглавляемой

революционным

пролетариатом.

Наша декларация должна быть самой краткой и резкой формулировкой этого вывода в связи с программными проектами: мир
народам, земля крестьянам, конфискация скандальных прибылей и
обуздание скандальной порчи производства капиталистами.
Чем короче, тем резче будет декларация, тем лучше. В ней надо
только ясно указать еще два важнейших пункта: народ измучился
от колебаний, народ истерзан нерешительностью эсеров и меньшевиков; мы рвем» с этими партиями окончательно, ибо о т изменили
революции.
И другое: тотчас предлагав мир без аннексий, тотчас разрывая
с союзными империалистами и всякими империалистами, мы получим немедленно либо перемирие, либо переход всего революционного пролетариата на сторону обороны и ведение революционной
демократией, иод его руководством, действительно справедливой,
действительно революционной войны.
Прочтя эту декларацию, призвав решать, а не говорить, действовать, а не писать резолюции, мы должны всю нашу фракцию двинуть на заводы и в казармы: там ее место, там нерв жизни, там
источник спасения революции, там двигатель Демократического совещания.
Там должны мы в горячих, страстных .речах разъяснять нашу
программу и ставить вопрос так: либо полное принятие ее Совещанием, либо восстание. Середины нет. Ждать нельзя. Революция
гибнет.
Ставя вопрос так, сосредоточив всю фракцию на заводах и в казармах, мы правильно

учтем момент для начала

восстания.

А чтобы отнестись к в о с с т а т ю ио-марксистски, т. е. как к искусству, мы в то же время, не теряя ни минуты, должны организовать
штаб повстанческих отрядов, распределить силы, двипуть верные
полки на самые важные пункты, окружить Александринку, занять
Петропавловку, арестовать генеральный штаб и правительство, послать к юнкерам и к дикой дивизии такие отряды, которые способны погибнуть, но «е дать неприятелю двинуться к центрам города; мы должны мобилизовать вооруженных рабочих, призвать
их к отчаянному последнему бою, занять сразу телеграф и телефон,
поместить наш штаб восстания у центральной телефонной станции,
связать с ним по телефону все заводы, все полки, все пункты вооруж е т о й борьбы и т. д.
Это все примерно, конечнр, лишь для иллюстрации того, что
нельзя в переживаемый момент остаться верным марксизму, остатьс я верным революции, не относясь к восстанию как к искусству.
(Ленин.

Соч., т. X X I , «Марксизм и восстание», стр. 195 — 199. 1917 г.)

3. НЕПОСРЕДСТВЕННЫЕ УСЛОВИИ ПОБЕДЫ ПРОЛЕТАРИАТА
НА ОПЫТЕ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ Б РОССИИ

Товарищи! Наша революция переживает в высшей степени критическое время. Этот кризис совпал с великим кризисом нарастания
мировой социалистической революции и борьбы против нее всемирного империализма. На ответственных руководителей нашей партии
ложится .гигантская задача, невыполнение которой грозит полным
крахом интернационалистского пролетарского движения. Момент
такой, что промедление поистине смерти подобно.
Взгляните на международное положение. Нарастание всемирной
революции неоспоримо. Взрыв возмущения' чешских рабочих подавлен с невероятным зверством, указывающим на крайнюю запутанность правительства. В Италии дело тоже дошло до массового
взрыва в Турине. Но важнее всего восстание в немецком флоте.
Надо представить себе неимоверные трудности революции в такой
стране, как Германия, да еще при теперешних условиях. Невозможно сомневаться, что восстание в германском ({глоте означает великий кризис нарастания мировой революции. Если наши шовинисты, проповедующие поражение Германии, требуют от ее рабочих восстания сразу, то мы, русские революционеры-интернационалисты, знаем по опыту 1905 — 1917 гг., что более внушительного
признака нарастания революции, чем восстание в войсках, нельзя
себе и представить.
Подумайте, в каком положении оказываемся мы теперь перед
немецкими революционерами. Они могут сказать нам: мы имеем
одного Либкнехта, который открыто призвал к революции. Его голос задавлен каторжной тюрьмой. У нас нет ни одной тазеты, открыто выясняющей необходимость революции, у нас нет свободы
собраний. У нас нет ни одного Совета. Рабочих или Солдатских Депутатов. Наш голос едва-едва доходит до настоящих широких масс.
И мы сделали попытку восстания, имея какой-нибудь один шанс
из сотни. А вы, русские революционные интернационалисты, имеете
за собой полгода свободной агитации, вы имеете десятка .два газет,
вы имеете целый ряд Советов Рабочих и Солдатских Депутатов, вы
победили в Совете обеих столиц, на вашей стороне весь Балтийский флот и все русские войска в Финляндии и вы не отвечаете на
наш призыв к восстанию, вы не свергнете вашего империалиста
Керенского, имея девяносто девять шансов из ста за победу вашего
восстания.
^
Да, мы будем настоящими изменниками Интернационала, если в
такой момент, при таких благоприятных условиях на такой призыв
немецких революционеров ответим т о л ь к о . . . резолюциями.
Добавьте к этому, что мы все прекрасно знаем быстрое нарастание сговора • и заговора международных империалистов против русской революции. Задушить ее, во что бы то ни стало, задушить
ее и военными мерами и миром з а счет. России — вот к чему подходит международный империализм все ближе. Вот что особенно
обостряет кризис мировой социалистической революции, вот что
делает особенно опасным — я почти готов сказать: преступным с
нашей стороны — промедление с восстанием.
Возьмите далее внутреннее положение России. Крах мелкобур137

•.куазпо-соглаінательскпх

партий,

выразивших

бессознательное

до-

верие масс к Керенскому с империалистами вообще, назрел вполне.
Крах полный. Голосование советской курии иа Демократическом1
совещании против коалиции, голосование большинства местных Советов Крестьянских Депутатов ('вопреки их Центральному Совету,
где сидят Авксентьевы и другие друзья Керенского) против коалиции; выборы в Москве, где рабочее население наиболее близко к
крестьянству и где более 49 тгроц. голосовало за большевиков (а
среди солдат 14 тысяч из 17 тысяч), — разве это не полный крах
доверия народных масс к Керенскому и к соглашателям с Керенским и К 0 ? Разве можно себе представить, чтобы народные массы
как-нибудь яснее еще, чем этим голосованием, могли сказать большевикам: ведите нас, мы пойдем з а вами.
А мы, получив таким образом большинство народпых масс на
свою сторону, завоевав оба столичных Совета, будем ждать. Ждать
чего? Чтобы Керенский и его корі ш ловцы -гон ералы сдали Питер
немцам, войдя таким образом прямо или косвенно, открыто 'или
прикрыто, в заговор и с Бьюкеиеном и с Вильгельмом для полного
удушения русской революции.
Мало тоіо, что народ московским голосованием и перевыбором
Советов выразил доверие к вгм. Есть признаки роста апатии и равнодушия. Это понятно. Это означает не упадок революции, как кричат кадеты н их подголоски, а упадок веры в резолющш и в выборы.
Массы в революции требуют от руководящих партий дела, а не
слов, победы в борьбе, а не разговоров. Близится момент, когда: в
народе может появиться мнение, что и большевики тоже не лучше
других, ибо они не сумели действовать после выражения нами доверия к н и м . . .
По всей стране 'разгорается крестьянское восстание. Яснее ясного видно, что кадеты и кадетские прихвостни всячески умаляют
его, сводят к «погромам» и «анархии». Эта ложь разрушается тем,
что землю начали в центрах восстания передавать крестьянам: никогда еще «погромы» и «анархии» к таким превосходным политическим результатам не приводили! Громадную силу крестьянского
восстания доказывает то, что и соглашатели, и эсеры в «Деле Народа», и даже Брешко-Бреіпковская заговорили о передаче земли
крестьянам, чтобы притушить движение, пока оно окончательно не
переросло им через голову.
А мы будем ждать, не удастся ли казачьим частям корниловца Керенского (как раз в последнее время самими эсерами разоблаченного
в корниловщине) подавить по частям это крестьянское восстание?
ІІовидимому, многие руководители пашей партии не заметили
особого значения того лозунга, который мы вое признали и повторяли без конца. Это лозунг: в с я власть советам. Бывали периоды,
бывали моменты з а полгода революции, когда этот лозунг не означал восстания. Может быть, эти периоды и эти моменты ослепили
часть товарищей и заставили их забыть, что теперь и для нас, но
крайней мере с половины сентября, этот лозунг равносилен призыву
к

восстанию.

На этот счет не может быть и тени сомнения. «Дело Народа» недавно «популярно» объяснило это, оказав: «ни в коем случае Керенский не подчинится!» Еще бы!
138

'Лозунг «вся власть Советам» есть пе что иное, к а к призыв к. восстанию. И вина ляжет н а нас всецело и безусловно, если мы, месяцами звавшие массы к восстанию, к отказу от соглашательства, не
поведем эти массы на восстание накануне краха революции после
того, как массы выразили нам доверие.
Кадеты и соглашатели запугивают примером 3 — 5 июля, ростом
черносотенной агитации и т. я. Но 3 — 5 июля, если и была ошибка,
то только та, что мы не взяли власти. Я думаю, этой ошибки не
было тогда, ибо тогда мы еще не были в большинстве, а теперь это
было бы роковой ошибкой и хуже чем ошибкой. Рост черносотенной агитации понятен, как обострение крайностей в атмосфере нарастающей лролета]хжо-крестышской революции. Но делать из
этого довод против восстания смешно, ибо бессилие черносотенцев,
подкупленных капиталистами, бессилие черной сотни в борьбе не
требует даже и доказательств. В борьбе Корнилов и Керенский могут опираться только на дикую дивизию да казаков. А теперь разложение началось и у казаков, а кроме того, им извнутри их казачьих областей грозят гражданской войной крестьяне.
Я пишу эти строки в воскресенье, 8 октября, вы прочтете их не
раньше Ю октября. Я слышал от одного проезжего товарища, что
проезжающие но Варшавской дороге говорят: Керенокий ведет казаков в Питер! Вполне вероятно, и будет прямой нашей виной,
если мы всесторонне не проверим этого и не изучим силы и распределения корпиловских войск вто\юго призыва.
Керенский енота подвел корниловские войска иод Питер, чтобы
помешать передаче власти Советам, чтобы помешать немедленному
предложению мира этой' властью, чтобы помешать передаче всей
земли тотчас крестьянству, чтобы сдать Питер немцам, а самому
удрать -в Москву! Вот лозунг восстания, который мы должны пустить в обращение как можно шире и который будет иметь громадный успех.
Нельзя ждать Всероссийского съезда Советов, который Цептральный Исполнительный Комитет может оттянуть и до ноября,
нельзя откладывать, позволяя Керенскому подвозить еще корнидовсіше войска. IIa съезде Советов представлена Финляндия, флот
и Ревель, которые, вместе взятые, могут дать немедленное движение к Питеру против корпиловских полков, движение флота и артиллерии и пулеметов и двух-трех корпусов солдат, доказавших,
например, в Выборге всю силу их ненависти к корниловсішм генералам, с поими опять снюхался Керенский.
Выло бы величайшей ошибкой отказываться от возможности немедленно разбить корниловекие полки второго призыва из-за того
соображения, что балтийский флот, уходя в Питер, откроет будто
бы этим фронт немцам. Клеветники-корниловцы окажут это, "как
скажут всякую ложь вообще, но да:, ыь запутать себя ложыо и клеветой недостойно революционеров. Керенский сдаст Питер немцам,
вот что яснее ясного теперь; никакие заверения в обратном не устранят нашей полной уверенности в этом, вытекающей из всего хода
событий и из всей политики Керенского.
Керенский и корниловцы сдадут Питер немцам. Именно для спасения Питера надо свергнуть Керенского и взять власть Советам
обеих столиц, эти Совеіъі тотчас предложат мир всем народам и
139

выполнят этим свой долг перед немецкими революционерами, сделают этим 'решительный шаг к разрыву преступных заговоров против русской революции, заговоров международного империализма.
Только немедленное движение балтийского флота, финляндских
войск, Ревеля и Кронштадта против корниловских войск под Питером способно спасти русскую и всемирную революцию. И такое движение имеет девяносто девять шансов из ста привести в несколько
дней к сдаче одной чисти казачьих войск, к полному разгрому другой части, к свержению Керенского, ибо рабочие и солдаты обеих
столиц поддержат такое движение.
Промедление смерти подобно.
Лозунг: «вся власть Советам» есть лозунг восстания. Кто употребляет такой лозунг, не сознавая этого, не продумав этого, пусть пеняет
на себя. А к восстанию надо уметь отнестись как к искусству, — я
настаивал на этом во время Демократического совещания и настаиваю теперь, ибо этому учит марксизм, этому учит все теперешнее
положение в России и во всем мире.
Дело не в голосованиях, не в привлечении «левых эсеров», не
в добавлении провинциальных Советов, не в съезде их. Дело в восстании, которое может и должен решить Питер, Москва, Гельсингфорс, Кронштадт, Выборг и Ревель. Под Питером л в Питере — вот
где может и должно быть решено и осуществлено это восстание,
как можно серьезнее, как можно подготовлен нее, как можно быстрее, как можно энергичнее.
Флот, Кронштадт, Выборг, Ревель могут и должны ПОЙТИ на
Питер, разгромить корішловсіше полки, поднять обе столицы, двинуть массовую агитацию з а власть, немедленно передающую землю
крестьянам и немедленно предлагающую мир, свергнуть правительство Керенского, создать эту власть.
Промедление смерти подобно.
( Л е н и н . Соч., т. X X I , «Письмо к товарищам большевикам, участвующим
на Областном съезде Советов Северной области», стр. 321 — 325. 1917 г.)

Как же могло произойти такое чудо, как победа большевиков,
имевших четверть голосов, против мелкобуржуазных демократов,
шедших в союзе (коалиции) с буржуазией и вместе с ней владевших
тремя четвертями голосов?
Ибо отрицать факт победы теперь, после двух лет помощи Антанты — всемирно могущественной Антанты — всем противникам
большевизма, просто смешно.
В том-то и дело, что бешеная политическая ненависть потерпевших поражение, в том числе всех сторонников II Интернационала,
не позволяет им даже поставить серьезно интереснейший исторический и политический вопрос о причинах победы большевиков. В томто и дело, что «чудо» есть тут лишь с точки зрения вульгарной мелкобуржуазной демократии, вся глубина невежества и предрассудков' каковой демократии разоблачается этом вопросом и ответом
на него.
О точки зрения классовой борьбы и социализма, покинутой II
Интернационалом, вопрос разрешается бесспорно.
Большевики победили, прежде всего, потому, что имели за собой громадное большинство пролетариата, а в нем самую созна140

тельную, энергичную, революционную часть,
этою передового .класса.

настоящий авангард

Возьмем обе столищ^, Петроград и Москву. Всего голосов в Учредительное Собрание подано было в них 1765,1 тысяч. Из них получили:
эсеры
большевики . . . .
кадеты

218,0 тысяч
837,0
,
515,4
„

Сколько бы мелкобуржуазные демократы, называющие себя социалистами и социал-демократами (Черновы, Мартовы, Каутские,
Ловтэ, Маікдональды и К ° ) , ни разбивали себе лба перед богинями
«•равенства», «всеобщего голосования», «демократии», «чистой демократии» или «последовательной демократии», от этого не исчезнет
экономический и политический факт неравенства города и деревни.
Это — факт неизбежный при капитализме вообще, при переходе
от капитализма к коммунизму в частности.
Город не может быть равен деревне. Деревня но может оыть
равна городу в исторических условиях этой эпохи. Город неизбежно

ведет за coQoii деревню. Деревня неизбежно идет за городом. В о прос только в том, какой класс, и з «городских» классов, сумеет вести з а собой деревню, осилит эту задачу и какие формы это руководство города примет.
Большевики имели за собой в ноябре 1917 г. гигантское большинство пролетариата. Конкурирующая с ними, среди пролетариата,
партия, партия меньшевиков была разбита к этому времени на-голову (9 млн. голосов против 1,4, если сложить 668 тыс, и 700—
800 тыс. Закавказья). И притом разбита была эта партия в пятнадцатилетней борьбе (1903 — 1917), которая закалила, просветила, организовала авангард пролетариата, выковав
из него действительно
революционный авангард. И притом первая революция, 1905 г., подготовила дальнейшее развитие, определила практически взаимоотношение обеих партий, сыграла роль генеральной репетиции по отношению к великим событиям 1917 — 1919 гг.
Мелкобуржуазные демократы, называющие себя «социалистами»
П Интернационала, любят отделываться от серьезнейшего исторического вопроса сладенькими фразами о пользе «единства» пролетариата, За этим сладеньким фразерством они забывают исторический факт накопления оппортунизма в рабочем движении 1871 —
1914 гг., забывают (или не хотят) подумать о причинах краха оппортунизма в августе 1914 г., о причинах раскола международного
социализма в 1914 — 1917 гг.
Без серьезнейшей и всесторонней подготовки революционной части пролетариата к изгнанию и подавлению оппортунизма нелепо и
думать о диктатуре пролетариата. Этот урок русской революции
надо бы зарубить на носу вождей «независимой» германской социалдемократии, французского социализма и т. п., которые хотят теперь
вывернуться посредством словесного признания диктатуры пролетариата.
Далее. Большевики имели з а собой не только большинство пролетариата., ие только закаленный в долгой и упорной борьбе с оппортунизмом революционный авангард пролетариата. Они имели,
141

com позволительно употребить военный термин, могучий «ударный
кулак» в столицах.
В решающий момент в решающем (пункте иметь подавляющий
перевес сил — этот «закон» военных успехов есть также закон политического успеха, особенно в той ожесточенной, кипучей войне
классов, которая называется революцией.
•Столицы или вообще крупнейшие торгово-промышленные центры
(у нас в России эти понятия совладали, но они не всегда совпадают)
в значительной степени решают политическую судьбу парода, — разумеется, при условии поддержки центров достаточными местными
деревенскими силами, хотя бы это была не немедленная поддержка.
В обеих столицах, в обоих главнейших для России торгово-промышленных центрах большевики имели подавляющий, решающий
перевес сил. Мы имели здесь почти вчетверо больше, чем эсеры.
Мы имели здесь больше, чем эсеры и кадеты, вместе взятые. Наши
противники, кроме того, были раздроблены, ибо «коалиция» кадетов с эсерами и меньшевиками (меньшевики имели и в Петрограде
и в Москве всего по 3% голосов) бьиа до последней степени скомпрометирована среди трудящихся масс. Ни о каком действительном
единстве эсеров и меньшевиков с кадетами против нас ио могло быть
и речи в тот момент. * Как известно, даже вожди эсеров и меньшевиков, во сто раз более близкие к идее блока с кадетами, чем эсеровские и меньшевистские рабочие и крестьяне, даже эти вожди
думали (и торговались с нами) насчет коалиции с большевиками без
кадетов!
Столицы мы завоевали в октябре — ноябре 1917 г.
наверняка,
имея подавляющий перевес сил и самую солидную политическую
подготовку ікак в смысле собирания, сосредоточения, обучения, испытания, закала большевистских- «армий», так и в смысле разложения, обессиления, разъединения, деморализации «армий» «неприятеля». '
А имея возможность наверняка быстрым, решающим ударом завоевать обе столицы, оба центра всей капиталистической машины
государства (как в экономическом, так и в политическом отношении), мы, несмотря на бешеное сопротивление бюрократии и «интеллигенции», саботаж и т. д., могли при помощи центрального аппарата государственной власти доказать делами трудящимся н е пролетарским массам, что пролетариат единственный падежный союзник, друг и руководитель их
Но прежде чем переходил, к этому, самому важному, во-просу — вопросу об отношении пролетариата к непролетарским трудящимся массам — следует еще остановиться на армии
Армия во время империалистской войны вобрала в себя весь
цвет народных сил, и если оппортунистическая сволочь II Интернационала (пе только социал-шовинисты, т. е. прямо перешедшие -на
сторону «защиты отечества» ИІейдоманы и Реноделя, но и «цеитровики») своими славами и своими делами укрепляла подчинение армии руководству империалистских, разбойников как немецкой, так
и англо-французской группы, то настоящие пролетарские револю* Интересно отметить обнаруживаемое и вышеприведенными
данными
единство н сплоченность партии пролетариата, при громадной раздробленности
партий мелкой буржуазии н партии буржуазии.
142

циоиеры никогда не забывали слов Маркса, сказанных в 1870 г.:
«Буржуазия научит пролетариат владеть оружием»! О «защите отечества» в империалистской, т. е. с обоих сторон грабительской,
войне могли говорить только австро-немецкие и аигло-франко-русокие предатели социализма, а 'пролетарские революционеры все
внимание направляли (начиная с августа 1914 г . ) на революционизирование армии, на использование ее против империалистских разбойников буржуазии, на превращение несправедливой и грабительской войны между двумя группами империалистских хищников в
справедливую и законную войну пролетариев и угнетенных трудящихся масс каждой страны против «своей», «национальной» буржуазии.
Предатели социализма не подготовили з а 1914 — 1917 гг. нспольи
сование армий против империалистских правительств каждой нации.
Большевики подготовили это всей своей пропагандой, агитацией,
нелегально-организационной работой с августа 1914 г. Конечно, предатели социализма, Шейдеманы и Каутские всех наций, отделыва-.
лись по этому поводу фразами о разложении армии большевистской
агитацией, по мы гордимся тем, что исполнили свой долг, разлагая
силы нашего классового врага, отвоевывая у него вооруженные
массы рабочих и крестьян для борьбы против эксплоататоров.
Результаты нашей работы сказались, между прочим, и на том
голосовании по выборам в Учредительное собрание в ноябре 1917 г.,
в котором (голосовании) участвовала в России и армия.

Вот главные результаты
Н. В . Святицкий:

этого голосования^

к а к их приводит

Число голосов (в тысячах), поданных в ноябре 1917 г. на выборах
в Учредительное собрание
Части армян я флота
Северный
фронт.
Западный
„
Юго-эападный .
Румынский
Кавказский
.
Балтийский
флот
Черноморский »
Итого

З а

яссров

. .
. . . 240,0
. . .
. . .
. . . 679,4
. . . ,.
. 360,0
. . . ,
. . .
1885,1

Заплыло.

8а _

480,0
653,4
800,1
167,0
60,0
(120,0)*
10,8

î
16,7
13,7
21,4

1671,3
+(120,0)*

51,8
+ ?

1791,3

»

—
—

нііьн^
др. группы
60,0**
125,2
290,6
260,7
—

—
19,5

756,0

Всего
780,0
976,0
1007,4
1128,6
420,0
(120,0)*
62,5)
4364,5
+ (120,0)*
+?

Итог дает: за эсеров 1S85,1 тыс. голосов, за большевиков —
1071,3 тыс. А если добавить к последним 120,0 (приблизительно) от
Балтийского флота, то получаем з а большевиков 1791,3 тыс. голосов.
Следовательно, большевики получили немногим менее, чем эсеры.
* Цифра приблизительная: выбрано с большевика. В среднем H. В. Святицкий считает по 60 тыс, голосов на 1і выбранного. Поэтому и н беру цифру
120 тыс.
** О том, какая партия получила 19,6 тыс. голосов от Черноморского
флота, сведений не дано. Остальные же цифры этого столбца относятся, видимо,
почти целиком к украинским социалистам, ибо выбрано было 10 украинских
социалистов и 1 социал-демократ (т. е. меньшевик).

Армия была, следовательно, уже к октябрю — ноябрю 1917 г. па
половину
большевистской.
Без этого мы не могли бы победить.
Но, имея почти половину голосов в армии вообще, мы имели
подавляющий перевес на фронтах, ближайших к столицам и вообще
•расположенных не чрезмерно далеко. Если вычесть Кавказский
фронт, то у большевиков в общем получается перевес над эсерами.
А если взять Северный и Западный фронты, то у большевиков получается свыше 1 миллиона голосов против 420 тыс. у эсеров.
Следовательно, в армии большевики тоже имели уже к ноябрю
1917 г. политический «ударный кулак», который обеспечивал им подавляющий перевес, сил в решающем пункте в решающий момент.
Ни о каком сопротивлении со стороны армии против Октябрьской
революции пролетариата, против завоевания политической власти
пролетариатом, не могло быть и речи, когда на Северном и Западном фронтах у большевиков был гигантский перевес, а на остальных фронтах, удаленных от центра., большевики имели время и возможность отвоевать крестьян у эсеровской партии, о чем пойдет речь
ниже.
Мы изучили, на основании данных о выборах в Учредительное
собрание, три условия побед большевизма: 1) подавляющее большинство среди пролетариата; 2) почти половина в армии; з) подавляющий перевес- сил в решающий момент в решающих пунктах,
именно: в столицах и на фронтах армий, близких к центру.
Но эти условия могли бы дать лишь самую кратковременную и
непрочную победу, если бы большевики не могли привлечь на свою
сторону большинство непролетарских трудящихся масс,' отвоевать
их себе у эсеров и прочих мелкобуржуазных партий.
Главной именно в этом.
И главный источник непонимания диктатуры пролетариата со
стороны «социалистов» (читай: мелкобуржуазных демократов) II Интернационала состоит в непонимании ими того, что
государственная
власть ч в руках одного класса,
пролетариата,
может и должна стать орудием, привлечения
па сторону пролетариата непролетарских трудящихся масс, орудием отвоевапия этих
масс у буржуазии и мелкобуржуазных
партий.
( Л е п и іг. Соч., т. XXIV, «Выборы в Учредительное собрание и диктатура
пролетариата», стр. «33 —638. 1919 г.)
4. Р А З В И Т И Е ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ НА СОВРЕМЕННОМ
ЭТАПЕ

Товарищи! Со времени XVI съезда прошло более трех лет. Пе'риод не очень большой. ІІо он более, чем какой-либо другой период, насыщен содержанием. Я думало, что ни один из периодов последнего десятилетия не был так. богат событиями, как этот период.
В области экономической
эти годы были годами продолжающегося мирового экономического кризиса. Кризис охватил не только
промышленность, но и сельское хозяйство в Целом. Кризис бушевал
не только в сфере производства и торговли. Он перенесся также в
сферу кредита, и денежного обращения, перевернув вверх дном установившиеся между странами кредитные и валютные отношения.
144

Еслп раньше еще спорили кое-где — есть мировой экономически! 1
кризис, или нет его, то теперь уже не спорят об этом, ибо слишком
ясны наличие кризиса и его опустошительные действия. Теперь спорят уже о другом — можно ли выйти из кризиса или нет выхода,
а если есть выход, — то каким образом осуществить его.
В области политической эти годы были годами дальнейшего обострения отношений как между капиталистическими странами, так и
внутри этих стран. Война Японии с Китаем и оккупация Манчжурии, обостривішіе отношения на Дальнем Востоке; победа фашизма
в Германии и торжество идеи реванша, обострившие отношения в
Европе; выход Японии и Германии из Лиги наций, давший новый
толчок росту вооружений и подготовке к империалистической войне;
поражение фашизма в Испании, .лишний раз указывающее на то,
что революционный кризис назревает и фашизм далеко не долговеч е н , — таковы важнейшие факты отчетного периода. Не удивительно, что буржуазный пацифизм дышит на ладан, а разоружительныо тенденции открыто и прямо сменяются тенденциями вооружения и довооружения.
Среди этих бушующих ш л и экономических потрясений н военно-политических катастроф СССР стоит отдельно, как утес-, продолжая свое дело социалистического строительства и борьбы за
сохранение мира. Если там, в капиталистических странах, все еще
бушует экономический кризис, то в СССР продолжается подъем
как в области промышленности так и в области сельского хозяйства. Если там, в капиталистических странах, идет .лихорадочная
подготовка к новой войне для нового передела мира и сфер влияния, то СОСР продолжает систематическую упорную борьбу против
угрозы войны и за мир, причем нельзя сказать, чтобы усилия СОСР
в этой области по имели никакого успеха.
Такова общая картина международного положения в данный
момент.
Перейдем к рассмотрению основных данных об экономическом
и политическом положении капиталистических стран.
I. Д В И Ж Е Н И Е Э К О Н О М И Ч Е С К О Г О
СТИЧЕСКИХ СТРАНАХ

КРИЗИСА

В КАПИТАЛИ-

Нынешний экономический кризис в капиталистических странах
отличается от всех аналогичных кризисов между прочим тем, что
он является наиболее продолжительным и затяжным. Если раньше
кризисы исчерпывались в один-два года, то нынешний кризис продолжается вот уже пятый год, опустошал год за годом хозяйство
капиталистических стран и высасывал из него жир, накопленный в
предыдущие годы. Не удивительно, что этот кризис является наиболее тяже,ггым из всех кризисов.
Чем объяснить этот небывалый затяжной характер современного
промышленного кризиса?
Объясняется это прежде всего тем, что промышленный кризис
захватил все без исключения капиталистические страны, затруднив
маневрирование одних стран за счет других.
Обменяется это, во-вторых, тем, что кризис промышленный пе- ,
реплелся с кризисом аграрным, охватившим все без исключения

10 Лешшизм

145

аграрные и полуаграрные страны, что не могло не осложнить н
углубить кризис промышленный.

Объясняется это, в-третьих, тем, что аграрный кризис усилился
за это время и охватил все отрасли сельского хозяйства., в том числе животноводство, доведя его до деградации, до перехода от машин к ручному труду, до замены трактора лошадью, до резкого
сокращения, а иногда и ватного отказа от применения искусственных удобрений, что еще больше затянуло промышленный кризис.
Объясняется это, в-четвертых, тем, что господствующие в промышленности монопольные картели стараются сохранить высокие
цены на товары, — обстоятельство, делающее кризис особенно болезненным и мешающее рассасыванию товарных запасов.
Объясняется это, наконец, — и это главное — тем, что промышленный кризис разыгрался в условиях общего кризиса капитализма,
когда капитализм не имеет уже и не может иметь, ни в основных
государствах, ни в колониях и зависимых странах той силы и прочности, какие он имел; до войны и Октябрьской революции, когда
промышленность капиталистических стран получила в наследство
от империалистской войны хроническую недогрузку предприятий и
миллионные армии безработных, от которых она не в силах больше
освободиться.
Таковы обстоятельства., определившие глубоко затяжной характер нынешнего промышленного кризиса.
Этими же обстоятельствами объясняется и тот факт, что кризис
не ограничился сферой производства и торговли и захватил также
кредитную систему, валюту, сферу долговых обязательств и т. д.,
разбив традиционно установившиеся отношения как между отдельными странами, так и между социальными группами в отдельных
странах.
Большую роль сыграло здесь падение цен па товары. Несмотря
на сопротивление монопольных картелей, паденне цен росло со стихийной силой, причем падати цены прежде всего и больше всего
на товары неорганизованных товаровладельцев, — крестьян, ремесленников, .мелких капиталистов, и лишь постепенно и в меньшей степени товаровладельцев организованных, — объединенных в картели
капиталистов. Падение цен сделало положение должников (промышленники, ремесленники, крестьяне и т. и.) невыносимым и, наоборот, положение кредиторов — неслыханно привилегированным. Такое положение должно было привести и действительно привело к
колоссальному банкротству фирм и отдельных предпринимателей. В
продолжение ' последних трех лет на этой почве погибли десятки
тысяч акционерных обществ в САСШ, в Германии, в Англии, во
Франции. За банкротствами акционерных обществ пошло обспснение валют, несколько облегчившее' положение должников. За обесценением валют — легализованная государством неуплата долгов
как внешних, так и внутренних. Крах таких банков, как Дармштадтский и Дрезденский банки в Германии, Кредит-Ашптальт в Австрии,
и таких концернов, как концерн К рейтера в Швеция, Инсул-Концерн в САСШ и т. д. — всем известен.
Понятно, что за этими явлениями, расшатавшими основы кредитной системы, должны были последовать и действительно последовали прекращение платежей по кредитам и иностранным займам,
146

прекращение платежей по межсоюзническим долгам, прекращение
экспорта капитала, новое сокращение внешней торговли, новое сокращение экспорта товаров, усиление борьбы за внешние рынки, торговая
война между странами и — демпинг. Да, товарищи, демпинг. Я говорю не о советском мнимом демпинге, о котором еще совсем недавно до хрипоты кричали некоторые благородные депутаты благородных парламентов Европы и Америки. Я говорю о действительном демпинге, практикуемом теперь почти всеми «цивилизованными» государствами, о чем благоразумно хранят молчание эти
храбрые и благородные депутаты.
Понятно также, что эти сопутствующие промышленному кризису
разрушительные явления, разыгравшиеся вне сферы производства,
не могли в свою очередь не повлиять иа ход промышленного кризиса в смысле его усугубления и усложнения.
Такова общая картина движения промышленного кризиса.
Вот некоторые цифры из официальных материалов, иллюстрирующие движение промышленного кризиса за отчетный период.
Объем промышленной продукции в процентах к 1 9 2 9 г.:
1929 г.

СССР . .
САСШ .
Англия .
Германия
Франция

•.
.
.
.
.

. 100
. 100
. 100
. 100
. 100

1930 г

129,7
80,7
92,4
88,3
100,7

1931 г .

161,9
68,1
83,8
71,7
89,2

1932 г«

1933 г .

184,7
53,S
83,8
59,8
69,1

201,6
64,9
86,1
66,8
77,4

Эта таблица, как видите, сама говорит за себя.
В, то время как промышленность основных капиталистических
стран падала из года в год в сравнении о уровнем 1929 г. и лишь
в 1933 г. стала немного оправляться, далеко еще не достигнув, однако, уровня 1929 г., промышленность СССР росла из года в год,
переживая процесс- непрерывного подъема.
В то время как промышленность основных капиталистических
стран показывает в среднем сокращение объема своей продукдіш
к концу 1933 г. в сравнении с уровнем 1929 г. на 25% и больше,
промыштенность СССР выросла за это время больше чем вдвое, т. е.
больше чем на 100%.
(Аплодисменты.)
Может показаться, судя по этой таблице, что из четырех капиталистических стран Англия находится в наиболее благоприятном
положении. Но это не совсем верно. Если взять промышленность
этих стран и сравнить ее с довоенным уровнем, то картина получается несколько иная.
Вот соответствующая таблица.
Объем промышленной продукции в процентах к довоенному уровню:
1913 г .

1829 г

1930 Г.

1931 г .

1932 г

1933 г .

194,3
252,1
314,7
359,0
391,9
170,2
137,3
115,9
. .
91.4
110,2
99,1
91,5
. . . . 100
83,0
82,5
85,2
113,0
67,6
. . . . 100
99,8
81,0
75,4
. . . . 100
139,0
96Д
140,0
124,0
107,6
Как видите, промышленность Англии и Германии все еще не ДОетигла довоенного уровня, тогда как ОАСНІ и Франция превысили
его на несколько процентов, а СССР поднял — увеличил свою
СССР
САСШ. .
Англия .
Германия
Франция .

*

'

1

4

7

промышленную продукцию га этот период в сравнении с довоенным
уровнем более чем на 290%.
(Аплодисменты.)
Но из этих таблиц следует еще один вывод.
В то время как промышленность основных капиталистических
стран все время падала, начиная с 1930 г. и особенно с 1931 г., дойдя
в 1932 г. до точки наибольшего упадка, — в 1933 г. она стала несколько оправляться и подыматься. Если взять месячные данные по
1932 и 1933 гг., то они еще больше подтверждают этот вывод ибо
они говорят о том, что промышленность этих стран, несмотря на
колебания ее продукции в продолжение 1933 г., не обнаружила тенденции довести колебания вниз до уровня наибольшего упадка,
имевшего место летом 1932 г.
Что это значит?
Это значит, что промышленность основных капиталистических
стран, ловидимому, уже прошла точку наибольшего упадка, к которой она больше не возвращалась в течение 1933 г.
Некоторые склонны приписать это явление влиянию исключительно искусственных факторов вроде военно-инфлящіотюй конъюнктуры. Не может быть сомнения, что военно-инфляционная
конъюнктура играет здесь не малую роль. Это особенно верно в отношении Японии, где этот искусственный фактор является главной
и решающей силой некоторого оживления некоторых, главным образом, военных отраслей промышленности. Но было бы грубой
ошибкой объяснять все военно-инфляционной конъюнктурой. Такое
объяснение неправильно хотя бы потому, что охарактеризованные
мною некоторые сдвиги в промышленности наблюдаются не в отдельных и случайных районах, а во всех, или почти во всех промышленных странах, в том числе в странах с твердой валютой.
Очевидно, что наряду с военно-инфляционной конъюнктурой здесь
имеет место также действие внутренних экономических сил капитализма.
Капитализму удалось несколько облегчить положение промышленности за счет рабочих — путем углубления их экоплоатации через усиление интенсивности их труда, за счет фермеров — путем
проведения политики наиболее низких цен на продукты их труда,
на продовольствие и отчасти на сырье, за счет крестьян колоний и
экономически
слабых стран — путем еще большего снижения цен
на продукты их труда, главным образом, на сырье и затем на продовольствие.
Значит ли это, что мы имеем дело с переходом от кризиса, к
обычной депрессии, влекущей за собой новый подъем и расцвет
промышленности ? Нет, не значит. Во всяком случае в настоящее
время не существует таких данных, прямых или косвенных, которые бы говорили о наступающем подъеме промышленности в капиталистических странах. Более того,—судя по всему, таких данных и не может быть, но крайней мере в ближайшее время. Не
может бьггь, так как продолжают действовать все те неблагоприятные условия, которые не дают промышленности капиталистических
стран подняться сколько-нибудь серьезно вверх. Речь идет о продолжающемся общем кризисе капитализма, в обстановке которого
протекает экономический
кризис, о хронической недогрузке предприятий, о хронической массовой безработице, о переплетении
143

промышленного кризиса с селъскохоѳяйствсinіым кризисом, об отсутствии тенденции к сколько-нибудь серьезному обновлению основного капитала, предвещающему обычно наступление подъема, и
т. д. н т. л.
Очевидно, что мы имеем дело с переходом от точки наибольшого упадка промышленности, от точки наибольшей глубины промышленного кризиса — к депрессии, но к депрессии не обычной,
а к депрессии особого рода, которая не ведет к новому подъему и
расцвету промышленности, но и не возвращает ее к точке наибольшего упадка.
2. О Б О С Т Р Е Н И Е П О Л И Т И Ч Е С К О Г О
СТИЧЕСКИХ СТРАНАХ

П О Л О Ж Е Н И Я В КАПИТАЛИ-

Результатом затяжного экономического кризиса явилось небывалое доселе обострение политического положения кашггалясгических стран, как внутри этих стран, так и между ними.
Усиление борьбы за внешние рынки, уничтожение последних
остатков свободной торговли, запретительные таможенные пошлины, торговая война, война валют, демпинг и многие другие аналогичные мероприятия, демонстрирующие крайний национализм
в
экономической политике, обострили до крайности отношения между странами, создали почву для военных столкновений л поставили
на очередь войну как средство нового передела мира и сфер влияния в пользу более сильных государств.
Война Японии с Китаем, оккупация Манчжурии, выход Японии
из Лиги наций и продвижение в Северный Китай — еще больше
обострили положение. Усиление борьбы за Великий океан и рост
военно-морских вооружений в Японии, САСШ, Англии, Франции
представляют результат этого обострения.
Выход Германии из Лиги наций и призрак реванша дали новый
толчок к обострению положения и росту вооружений в Европе.
Не удивительно, что буржуазный пацифизм влачит теперь жалкое существование, а болтовня о разоружении сменяется «деловыми» разговорами о вооружении и довооружении.
Опять, как и в 1914 г., на первый план выдвигаются партии воинствующего империализма, партии войны и реванша.
Дело явным образом идет к новой войне.
Еще больше обостряется, в виду действия тех же факторов, внутреннее положенно капиталистических стран. Четыре года промышленного кризиса истощили и довели до отчаяния рабочий
класс. Четыре года сельскохозяйственного кризиса разорили вконец неимущие слои крестьянства не только в основных капиталистических странах, но и — особенно — в зависимых и колониальных странах. Это факт, что несмотря на всякие статистические
ухищрения, имеющие сіадей целью преуменьшение числа безработных, количество безработных по официальным данным буржуазных учреждений доходит в Англии до 3 млн., в Германии до 5 млн.,
в САСШ до 10 млн., не говоря уже о других странах Европы. Добавьте к этому частично безработных, количество которых превышает десяток миллионов, добавьте миллионные массы разорившихся крестьян, — и вы получите приблизительную картину нужды и

отчаяния трудящихся масс. Народные массы не дошли еще до того,
чтобы пойти на штурм капитализма, но что идея штурма зреет в
сознании масс, — в этом едва ли может быть сомнение. Об этом
красноречиво говорят хотя бы таіліе факты, как испанская революция, свергнувшая режим фашизма, и рост советских районов в Китае, который не в силах приостановить соединенная контрреволюция китайской и иностранной буржуазии.
Этим, собственно, и объясняется тот факт, что господствующие
классы капиталистических стран старательно уничтожают или сводят пашет последние остатки парламентаризма и буржуазной демократии, которые могут быть попользованы рабочим классом в
его борьбе против угнетателей, загоняют в подполье коммунистические партии и переходят к открыто террористическим методам сохранения своей диктатуры.
Шовинизм и подготовка воины, как основные элементы внешней политики, обуздание рабочего класса и террор в области внутренней политики, как необходимое средство для укрепления тыла
будущих военных фронтов, — вот что особенпо занимает теперь
современных империалистских политиков.
Не удивительно, что фашизм стал теперь наиболее модным товаром среди воинствующих буржуазных политиков. Я говорю не
только о фашизме вообще, но прежде всего о фашизме германского типа, который неправильно называется национал-социализмом,
ибо при самом тщательном рассмотрении невозможно обнаружить
в нем далее атома социализмач
В этой связи победу фашизма в Германии нужно рассматривать
не только как признак слабости рабочего класса и результат измен
социал-демократии рабочему классу, расчистившей дорогу фашизму. Ее надо рассматривать также, как признак слабости буржуазии. как признак того, что буржуазия уже не в силах властвовать
старыми методами парламентаризма и буржуазной демократии,
в виду чего она вынуждена прибегнуть во "внутренней политике в
террористическим методам управления, — как признак того, что
она не в силах больше найти выход из нынешнего положения на
базе мирной внешней политики, в виду .чего она вынуждена прибегнуть к политике войны.
Таково положение.
Как видите, дело идет к новой империалистской войне, как к
выходу из нынешнего полбжения.
Конечно, нет оснований предполагать, что война может дать
действительный выход. Наоборот, она должна еще больше запутать положение. Более того, она наверняка развяжет революцию
и поставит под вопрос само существование капитализма в ряде
стран, как это имело место в ходе первой империалистской войны.
И если, несмотря на опыт первой империалистской войны, буржуазные политики все яге хватаются за войну, как утопающий за соломинку, то это значит, что они окончательно запутались, попали
е тупик и готовы лететь стремглав в пропасть.
Не мешает поэтому рассмотреть коротко те планы организации
войны, которые вынашиваются теперь в кругах буржуазных политиков.
Одни думают, что войну надо организовать претив одной из

великих держав. Они думают нанести ей уничтожающее поражение
и поправить свои дела за ее счет. Допустим, что они организовали
такую войну. Что из этого может получиться? Как известно, во
время первой империалистской войны тоже хотели уничтожить
одну из великих держав — Германию и поживиться за ее счет. А
что' из этого вышло? Германию они не уничтожили, но посеяли в
Германии такую ненависть к победителям и создали такую богатую почву для реванша, что до сих пор еще не могут, да, пожалуй, не скоро еще смогут расхлебать ту отвратительную кашу, которую сами же заварили. Но зато они получили разгром капитализма в России, победу пролетарской революции в России — и ясное дело — Советский Союз. Где гарантия, что вторая империалистская война даст им «лучшие» результаты, чем первая? Не вернее ли
будет предположить обратное?
Другие думают, что войну надо организовать против одной из
слабых в военном отношении, но обширных в смысле рынка стран,
например — против Китая, который оказывается, нельзя назвать
к тому же государством в собственном смысле слова, а представляет лишь «неорганизованную территорию», нуждающуюся в том,
чтобы ее захватили сильные государства. Они хотят, очевидно,
окончательно его поделить и поправить свои дела за его счет. Допустим, что они организовали такую войну. Что из этого может
получиться? Известно, что в начале X I X века точно так же смотрели
на Италию и Германию, как смотрят теперь на Китай, т. е. считали
их «неорганизованными территориями», а не государствами, и порабощали их. А что из этого лапучилось? Из этого получилось,
как известно, война Германии и Италии за независимость и объединение этих стран в самостоятельные государства. Из этого получилось усиление ненависти к поработителям в сердцах народов
этих стран, результаты которой до сих пор еще не ликвидированы
и, пожалуй, не скоро еще будут .ликвидированы. Опрашивается:
где гарантия, что то же самое не получится в результате войны
империалистов против Китая?
Третьи думают, что войну должна организовать '«'высшая раса»,
скажем германская «раса», против «низшей расы», прежде всего —
против славян, что только такая война может дать выход из положения, так как «высшая раса» призвана оплодотворять «низшую?
и властвовать над ней. Допустим, что эту странную теорию, которая так же далека от науки, как небо от земли, — допустим, что
эту странную теорию перевели на практику. Что из этого может
получиться? Известно, что старый Рим точно так же смотрел иа
предков нынешних германцев и французов, как смотрят теперь
представители «высшей расы» на славянские племена. Известно,
что старый Гам третировал их «низшей расой», «варварами», призванными быть в вечном подчинении «высшей расе», «великому Гиму», причем, — между нами будь сказано, — старый Рим имел для
этого некоторое основание, чего нельзя сказать о представителях
нынешней «высшей расы». (Гром аплодисментов.)
А что из этого
вышло? Вышло то, что не-римляне, т. е. все «варвары» объединились против общего врата и с громом опрокинули Рим. Опрашивается: где гарантия, что претензии представителей нынешней «высшей расы» не приведут к тем же плачевным результатам?. Гдѳ

151

гарантия, что фапшстско-литературпым политикам в Берлине посчастливится больше, чем старым и испытанным завоевателям в Риме?
Ile вернее ли будет предположить обратное?
Наконец, четвертые думают, что войну надо организовать против СОСР. Они думают разбить СССР, поделить его территорию и
поживиться за его счет. Ошибочно было бы полагать, что так думают только некоторые военные крути в Японии. Нам известно,
что такие же планы вынашиваются в кругах политических руководителей некоторых государств Европы.. Допустим, что эти господа
перешли от слов к делу. Что из этого может получиться? Едва ли
можно сомневаться, что эта война будет самой опасной для буржуазии войной. Она будет .самой опасной не только потому, что
народы СОСР будут драться на смерть за завоевание революции.
Она будет самой опасной для буржуазии еще потому, что война
будет происходить не только на фронтах, но и в тылу у противника. Буржуазия может не сомневаться, что многочисленные друзья
рабочего класса СССР в Европе и Азии постараются ударить в тыл
своим угнетателям, которые затеяли преступную войну протин
отечества рабочего класса всех стран. И пусть не пеняют на нас
господа буржуа, если они на другой день после такой войны не
досчитаются некоторых близких им правительств, ныне благополучно царствующих «милостью божией». (Гром
аплодисментов.)
Одна такая война против СОСР уже была, если вспомните, пятнадцать лет тому назад. Как известно, всеми уважаемый Черчилль облек тогда эту войну в поэтическую формулу—«нашествие четырнадцати государств». Вы помните, конечно, что эта война сплотила
всех трудящихся нашей страны в единый лагерь самоотверженных
бойцов, грудью защищавших свою рабоче-крестьянскую родину
от внешних врагов. Вы знаете, чем она кончилась. Она кончилась
изгнанием интервентов из нашей страны и созданием революционных «Комитетов действия» в Ейропе. Едва ли можно сомневаться, что вторая война против СССР приведет к полному поражению
нападающих, к революции в ряде стран Европы и Азии и разгрому буржуазно-помещичьих правительств этих стран.
Таковы военные планы запутавшихся буржуазных политиков.
Как видите, они не блещут ни умом, ни доблестью. (Аплодисменты.)
Но если буржуазия избирает путь войны, то рабочий класс капиталистических стран, доведенный до отчаяния четырехлетним
кризисом и безработицей, становится на путь революции. Это значит, что зреет и будет назревать революционный кризис. И революционный кризис будет нарастать тем скорее, чем больше будег
запутываться буржуазия в своих военных комбинациях, чем чаще
будет она прибегать к террористическим методам борьбы против
рабочего класса и трудящихся крестьян.
Некоторые товарищи думают, что коль скоро имеется революционный кризис, буржуазия должна попасть в безвыходное положение, что ее конец, стало быть, уже предопределен, что победа
революции тем самым уже обеспечена и что им остается только
ждать падения буржуазии и писать победные резолюции. Это глубокая ошибка. Победа революции никогда не приходит сама, Ее
надо подготовить и завоевать. А подготовить и завоевать ее может
152

только сильная пролетарская революционная партия. Бывают моменты, когда положение — революционное, власть буржуазии шатается до самого основания, а победа революции все же не приходит, так как нет налицо революционной партии пролетариата, достаточно сильной и авторитетной для того, чтобы повести за собой массы и взять власть в свои руки. Было бы неразумно думать,
что подобные «случаи» не могут иметь места.
Не мешало бы в связи с этим вспомнить вещие слова Левина о
революционном кризисе, сказанные нм на II конгрессе Коминтерна:
«Мы подошли теперь к вопросу о революционном кризисе, как основе нашего революционного действия. И тут надо, прежде всего, отметить две распространенные ошибки. С одной стороны, буржуазные экономисты изображают
этот кризис как простое «беспокойство», по изящному выражению англичан.
С другой сторопы, иногда революционеры стараются доказать, что кризис
абсолютно безвыходный.
Это ошибка.
Абсолютно безвыходных положений не бывает.
Буржуазия
ведет себя как обнаглевший и потерявший голову хшцігик, ода делает глупость за глупостью, обостряя положение, ускоряя свою гибель. В с е это так.
Но нельзя «доказать», что пет абсолютно никакой возможности, чтобы она не
усыпила такое-то меньшинство эксплоатируемых такими-то уступочками, чтобы
она не подавила такое-то движение или восстание такой-то части угнетенных
п эксплоатируемых.
Пытаться «доказывать» наперед «абсолютную» безвыходность было бы пустым педантством или игрой в понятия н в словечки. Настоящим «доказательством» в этом и подобных вопросах может быть только практика. Буржуазный строй во всем мире переживает величайший революционный
кризис. Надо «доказать» теперь практикой революционных партий, что у них
достаточно сознательности, организованности, связи с эксплоатнруемыми массами, решительности, уменья, чтобы попользовать этот кризис для успешной,
для победоносной революция». ( Л е н и н . Соч., т. X X V , стр. 340 — 34Г. 1920 г.)
[ С т а л и н . Отчетный доклад X V I I ляртсъезду о работе ЦК ВКП(б). 1934 г.]

Развитие общего кризиса капитализма после конца относительной стабилизации, отмеченного последним (XII) пленумом ИККИ,
привело уже к далеко зашедшему расшатыванию капиталистической системы во всем мире.
В то время как, ООСР, оплот международного пролетариата и
угнетенных народов, развертывает свое социалистическое строительство и все выше поднимает свою мощь — экономика капиталистического мира разваливается. Все туже затягивается петля нищеты, разорения, голода. Буржуазия бешено усиливает свои экономические способы ѳкоплоатации методами фашистского насилия,
грабежа трудящихся классов и путем хищнических войн против
других народов. Но в то же время все больше растут революционное возмущение трудящихся масс и их готовность к низвержению
невыносимого гнета эксплоататорских классов.
Чрезвычайная напряженность как. внутренних классовых противоречий в капиталистических странах, так и международных антагонизмов свидетельствует о такой зрелости объективных предпосылок революционного кризиса, что в настоящее ввемя мир уже
вплотную подходит к новому туру революций и войн.
1. Ф А Ш И З М И С О З Р Е В А Н И Е Р Е В О Л Ю Ц И О Н Н О Г О

КРИЗИСА

1. Фашизм есть открытая террористическая диктатура наиболее
реакционных, наиболее шовинистических и наиболее империалистических элементов финансового капитала.
Фашизм пытается

обеспечить за монополистическим капиталом массовый базис
среди мелкой буржуазии, апеллируя к выбитому из колеи крестьянству, ремесленникам, служащим, чиновникам и в частности к деклассированным элементам крупных городов, стремясь проникнуть
также в рабочий класс.
Рост фашизма и приход его к власти в Германии и в ряде других капиталистических стран означает, что:
а) растет революционный кризис и возмущение широких масс
против господства капитала;
б) капиталисты уже не в силах удержать свою диктатуру старыми методами парламентаризма и вообще буржуазной демократии;
в) более того — методы парламентаризма и вообще буржуазная демократия становятся помехой для капиталистов как во внутренней политике (борьба против пролетариата), так и во внешней политике (война за империалистический передел мира);
г) капитал вынужден в виду этого перейти к открытой
террористской диктатуре внутри страны .и к безудержному шовинизму во внешней политике, представляющему прямую подготовку
к империалистическим войнам.
Фашизм, родившийся в недрах буржуазной демократии, является в глазах капиталистов средством спасения капитализма от
развала. Лишь в целях обмана и разоружения рабочих, социал-демократия отрицает фашизацию буржуазной демократии и принципиально противопоставляет страны демократки странам фашистской диктатуры. С другой стороны, фашистская диктатура не является неизбежным этапом диктатуры буржуазии во всех странах.
Возможность ее предотвращения зависит от силы борющегося
пролетариата, которую больше всего парализует разлагающее
влияние социал-демократии.
2. При общем курсе всех буржуазных партий, в том числе и
социал-демократии, на фашизацию диктатуры буржуазші осуществление этого курса неизбежно вызывает между ними разногласия
о формах и методах фашизации. Отдельные буржуазные группы,
в частности и социал-фашисты, которые на практике не останавливаются перед любым актом полицейского насилия над пролетариатом, отстаивают сохранение парламентских форм при -проведении фашизации буржуазной диктатуры. Фашисты же настаивают
на полной или частичной смене этих старых расшатанных форм
буржуазной демократии, на проведении фашизации путем установления открытой фашистской диктатуры и широкого применения
как полицейского насилия, так и террора фашистских банд. Придя
к власти, фашизм оттесняет, раскалывает, разлагает (например,
Польша) или ликвидирует (Германия, Италия) другие буржуазные
партии. Такое стремлетгие фашизма к политической монополии
усиливает в рядах господствующих классов раздоры и конфликты,
которые проистекают из внутренней противоречивости положения
фашизирующейся буржуазии.
3. Установление фашистской диктатуры в Германии обнажило
перед всем миром лицо германской социал-демократии.
От кровавого подавления пролетарской революции 1918 г. через непрерывную цепь измен, штрейкбрехерства, через все коалиционные
(54

правительства, свирепые полицейские расправы с революционными
рабочими, голосование за Гинденбурга во имя «меньшего зла», до
лакейских домогательств открытого сотрудничества с фашистскими бандами — таков послужной список германской социал-демократпи, руководящей партии II Интернационала.
Германская социал-демократия была и является знамепосцем
всех партий II Интернационала, идущих но следам германской социал-демократии.
Социал-демократия продолжает играть роль главной социальной опоры буржуазии и в странах открыто фашистской диктатуры, борясь против революционного единства пролетариата и
против СССР, помогая буржуазии -расколом рабочего класса продлить существование капитализма. Но в большинстве стран она
уже находится в процессе распада. Полевение социал-демократических рабочих усиливает грызню среда социал-фашистских верхов.
Выявляются открытые неофашистские группы: выделяются «левые» осколки, пытающиеся состряпать новый 2%-й интернационал.
Прислужник контрреволюционной буржуазии Троцкий жалкими
попытками ооздаішя IV интернационала и распространение антисоветской клеветы безуспешно стремится задержать переход социалдемократических рабочих на сторону коммунизма. На почве острых
антагонизмов империалистических стран распадается международная организация социал-демократии. Налицо кризис II Интернационала.
(Тезисы XIII пленума ИККИ по докладу т. Куусинена.)

ДИКТАТУРА

ПРОЛЕТАРИАТА

I. МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЕ УЧЕНИЕ
О ГОСУДАРСТВЕ
I. СУЩНОСТЬ ГОСУДАРСТВА КАК ДИКТАТУРЫ ОДНОГО КЛАССА
НАД ДРУГИМ
А. Государство—продукт непримиримости классовых
противоречий

С учением Маркса происходит теперь то, что не раз Сьгвало в
истории с учениями революционных мыслителей и вождей угнетенных классов в их борьбе за освобождение. Угнетающие классы
при жизни великих революционеров платили им постоянными преследованиями, встречали их учение самой дикой злобой, самой бешеной ненавистью, самым бесшабашным походом лжи и клеветы.
После их смерти делаются попытки превратить их в безвредные
иконы, так оказать канонизировать их, предоставить известную
славу их имени для «утешения» угнетенных классов и для одурачения их, выхолащивая содержание
революционного учения, притупляя его революционное острие, опошляя его. На такой «обработке» марксизма сходятся сейчас буржуазия я оппортунисты
внутри рабочего движения. Забывают, оттирают, искажают революционную сторону учения, его революционную душу. Выдвигают
на первый план, прославляют то, что приемлемо или что кажется
приемлемым для буржуазии. Все социал-шовинисты нынче «марксисты», не шутите! И все чаще немецкие буржуазные ученые, вчерашние специалисты по истреблению марксизма, говорят о «национально-немецком» Марксе, который будто бы воспитал так великолепно
организованные для ведения грабительской войны союзы рабочих!
При таком положении дела, при неслыханной распространенности искажений марксизма, наша задача состоит прежде всего в
восстановлении истинного учения Маркса о государстве. Для этого
необходимо приведение целого ряда длинных цитат из собственных
сочинений Маркса и Энгельса. Конечно, длинные цитаты сделают
изложение тяжеловесным и нисколько не посодействуют его популярности. Но обойтись без них совершенно невозможно. Все, плн
но крайней мере все решающие, места из сочинений Маркса и Энгельса по вопросу о государстве должны быть непременно приведены в возможно более полном виде, чтобы читатель мог составить
себе самостоятельное представление о совокупности взглядов ооно156

воположшгков научного социализма и о развитии этих взглядов,
а также чтобы искажение их господствующим ныне «каутскианством» было доказано документально и показано наглядно.
Начнем с самого распространенного сочинения Фр. Энгельса:
«Происхождение семьи, частной собственности и государства», которое в 1894 г. вышло в Штутгарте уже шестым изданием. Нам придется переводить цитаты с немецких оригиналов, потому что русские переводы, при всей их многочисленности, большей .частью
либо неполны, .либо сделаны крайне неудовлетворительно.
«Государство, — говорят
Эпгельс,
подводя
итога
своему
историческому
анализу,—никоим образом не представляет из себя силы, извне навязанной
обществу. Государство не есть также «действительность нравственной идея»,
«образ и действительность разума», как утверждает Гегель. Государство есть
продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание,
что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой,
раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно
бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общества в бесплодной борьбе, для
этого стала необходимой сила, стоящая, повидимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах «порядка». И эта сила,
происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство» (стр. 177 — 178 шестого немецкого
•издания).

Здесь с полной ясностью выражена основная идея марксизма но
вопросу об исторической роли и о значении государства. Государство есть продукт и проявление непримиримости классовых противоречий. Государство возникает там, тогда и постольку, где,
когда и поскольку классовые противоречия объективно не могут
быті» примирены. И наоборот: существование государства доказывает, что классовые противоречия непримиримы.
Именно по этому важнейшему и коренному пункту начинается
искажение марксизма, идущее по двум главным линиям.
С одной стороны, буржуазные и особенно мелкобуржуазные
идеологи, вынужденные под давлением бесспорных исторических
фактов признать, что государство ость только там, где есть классовые
противоречия и классовая борьба* «подправляют» Маркса таким образом, что государство выходит органом примирения классов. По
Марксу, государство не могло бы ни возникнуть, ни держаться,
если бы возможно было примирение классов. У мещанских и филистерских профессоров и публицистов выходит — сплошь и рядом
при благожелательных ссылках на Маркса! — что государство как
раз примиряет классы. По Марксу, государство есть орган классового господства, орган угнетения одного класса другим, есть создание «порядка», который узаконяет и упрочивает это угнетение, уме
ряя столкновение (классов. По мнению мелкобуржуазных политиков,
порядок есть именно примирение классов, а не угнетение одного
класса другим; умерять столкновение значит примирять, а не отнимать у угнетенных классов определенные средства и способы борьбы за свержение угнетателей.
Например, все эсеры (социалисты-революционеры) и меньшевики
в революции 1917 т., когда вопрос о значении и роли государства
как раз встал во всем своем величии, встал практически, как вопрос
немедленного действия и притом действия в массовом масштабе,—

все скатились сразу и целиком к мелкобуржуазной теории «примирения» классов «государством». Бесчисленные резолюции и статьи
политиков обеих этих партий насквозь пропитаны этой мещанской
и филистерской теорией «примирения». Что государство есть орган
•господства определенного класса, который не может быть примирен
со своим антиподом (с противоположным ему классом), этого мелкобуржуазная демократия іпікогда не в состоянии понять. Отношение к государству — одно из самых наглядных проявлений того,
что наши эсеры и меньшевики вовсе не социалисты (чтб мы, большевики, всегда доказывали), а мелкобуржуазные демократы с почти
социалистической фразеологией.
О другой стороны, «каутскианское» извращение марксизма гораздо тоньше. «Теоретически» но отрицается ни то, что -государство
есть орган классового господства., ни то, что классовые противоречия непримиримы. Но упускается из виду или затушевывается следующее: если государство есть продукт непримиримости классовых
противоречий, если оно есть сила, стоящая над обществом и «в с о
более
и более
от чу ж даю га, а я себя от общества», то явно,
что освобождение угнетенного класса невозможно не только без
насильственной революции, н о гі б с з уничтожения
того аппарата государственной власти, который господствующим классом
создан и ' в котором это «отчуждение» воплощено. Этот вывод, теоретически ясный сам собою, Маркс сделал, как мы увидим ниже, с
полнейшей определенностью на основа ига конкретно-исторического
анализа задач революции. II именно этот вывод Каутский — мы покажем это подробно в дальнейшем изложении — . . . «забыл» и извратил.
(Ленпн.

Соч., т. X X I . «Государство и революция», стр. 371 — 373. 1-917 г.)

Б. Военно-бюронратичесний аппарат буржуазного
государства
. . . « П о сравпенпю со старой гептилъной (родовой или клановой) организацией— продолжает Энгельс — государство отличается, во-первых, разделением
подданных государства по территориальным делениям»... Нам это деление кажется «естественным», но оно стоило долгой борьбы со старой организацией
цо коленам пли по родам.
. . . « В т о р а я отличительная черта — учреждение общественной власти, которая
уже не совпадает непосредственно с населением, организующим самое себя как
вооруженная сила. Эта особая общественная власть необходима потому, что
самодействующая вооруженная организация населения сделалась невозможной
со Бремени раскола, общества на к л а с с ы . . . Эта общественная власть существует
в каждом государстве. Она состоит не только из вооруженных людей, но и из
вещественных придатков, тюрем и принудительных учреждений всякого рода,
которые были неизвестны родовому (клановому) устройству общества»..

Энгельс развертывает понятие той «силы», которая называется
государством, силы, происшедшей из общества, но ставящей себя
над ним и все более и более отчуждающей себя от него. В чем состоит, главным образом, эта сила? В особых отрядах вооруженных
людей, имеющих в своем распоряжении тюрьмы и прочее.
Мы имеем право говорить об особых отрядах вооруженных людей, потому что свойственная всякому государству общественная
власть «не совпадает непосредственно» с вооруженным; населением,
с его «самодействующей вооруженной организацией»,
158

Как все великие революционные мыслители, Энгельс старается
обратить внимание сознательных работах именно на то, чтб -господствующей обывательщине представляются наименее стЬящим внимания, наиболее привычным, освященным предрассудками не только
прочным, но, можно сказать, окаменевшими. Постоянное войско и
полиция суть главные орудия силы государственной власти, — но
разве может это быть иначе?
С точки зрения громадного большинства европейцев конца X I X
века, к которым обращался Энгельс н которые не переживали и не
наблюдали близко ни одной великрй революции, это не может быть
иначе. Им совершсипо непонятно/ что это такое за «самодействующая вооруженная организация населения»? На вопрос о том, почему явилась надобность в особых, над обществом поставленных,
отчуждающих себя от общества, отрядах вооруженных людей (полиция, постоянная армия), западно-европейский и русский филистер
склонен отвечать парой фраз, заимствованных у Спенсера или у Михайловского, ссылкой на усложнение общественной жизни, на диференцнацию функций и т. п.
Такая ссылка кажется «научной» и прекрасно усыпляет обывателя, затемняя главное и основное: раскол общества на непримиримо-враждебные клаосы.
Но будь этого раскола, «самодействующая вооруженная организация населения» отличалась бы своей сложностью, высотой своей
техники и пр. от примитивной организации стада обезьян, берущих
палки, или первобытных людей, или людей, объединенных в клановые общества, но такая организация быта бы возможна.
Она невозможна потому, что общество цивилизации расколото
на ' враждебные и притом непримиримо-враждебные классы, «самодействующее» вооружение которых привело бы к вооруженной
борьбе между ними. Складывается государство, создается особая
сила, особые отряды вооруженных людей, и каждая революция,
разрушая государственный аппарат, показывает нам воочию, как
господствующий класс стремится возобновить служащие ему
особые отряды вооруженных людей, как угнетенный класс стремится
создать новую организацию этого рода, способную служить но эксллоататорам, а эксплоатнруемым.
Энгельс ставит в приведенном рассуждении теоретически тот самый вопрос-, который практически, наглядно и притом в масштабе
массового действия ставит перед нами каждая великая революция,
именно вопрос о взаимоотношении «особых» отрядов вооруженных
людей и «самодействующей вооруженной организации населения».
Мы увидим, как этот вопрос конкретно иллюстрируется опытом европейских и русских революций.
Но вернемся к изложению Энгельса.
Он указывает, что иногда, например, кое-где в Северной Америке, эта общественная власть слаба (речь идет о редком исключении для капиталистического общества и о тех частях Северной Америки в ее до-империалистическом периоде, где преобладал свободный колонист), но, вообще говоря, она усиливается:
г . . «Общественная власть усиливается по мерс того, как обостряются классовые противоречия внутри государства, и по мере того, кап соприкасающиеся
между собой государства становятся больше и населеннее, Взгляните хотя бы
159

ira теперешнюю Европу, п которой классовая борьба н конкуренция завоеваний
взвинтили общественную власть до такой высоты, что она грозит поглотиіь
все общество и даже государство.»...

Это писано нб позже напала 90-х годов прошлого века. Последнее предисловие Энгельса помечено 16 июня 1891 г. Тогда поворот к империализму — и в смысле полного господства трестов, и в
смысле всевластия крупнейших банков, и в смысле грандиозной колониальной политики и прочее — только-только еще начинался во
Франции, еще слабее в Северной Америке и в Германии. С тех пор
«конкуренция завоеваний» сделала гигантский шаг вперед, тем более, что земной шар оказался в начале второго десятилетня X X вона
окончательно поделенным между этими «конкурирующими завоевателями», т. е. великими грабительскими державами. Военные и морские вооружения выросли с тех лор неимоверно, и грабительская
война 1914 —1917 гг. из-за господства над миром Англии или
Германии, из-за дележа добычи приблизила «поглощение» всех сил
общества хищническою государственною властью к полной катастрофе.
Энгельс умел еще в 1891 г. указывать на «конкуренцию завоеваний», как на одну из важнейших отличительных " черт внешней
политики великих держав, а негодяи социал-шовинизма в 1914 —
1917 гг., когда именно эта конкуренция, обострившись во много
раз, породила империалистскую войну, прикрывают защиту грабительских интересов «своей» буржуазии фразами о «защите отечества», об «обороне республики и революции» и т. иод.!
(Ленин.

Соч., т. X X I , «Государство и революция», стр. 374 — 370. 1917 г.)

В. Государство—орудие эксплоатацим угнетенного
нласса

Для содержания особой, стоящей над обществом, общественной
власти нужны налоги и государственные долги.
. . . «Обладая общественной властью и правом взыскания палогов, чиновники— пишет Энгельс — становятся, как органы общества, над
обществом.
Свободное добровольное уважение, с которым относились к органам родового
(кланового) общества, им уже недостаточно — даже если бы они могли завоевать е г о » . . . Создаются особые законы о святости и неприкосновенности чиновников. «Самый жалкий полицейский служитель» имеет больше «авторитета», чем
представители клана, но даже глава военной власти цивилизованного государства мог бы позавидовать старшине клана, пользующемуся «не из-под палки
приобретенным уважением» общества.

Вопрос о привилегированном положении чиновников, как органов государственной власти, здесь поставлен. Намечено, как основное: что ставит их над обществом? Мы увидим, как этот теоретический вопрос практически решался Парижской Коммуной в
1871 г. и реакционно затушевывался Каутским в 1912 г.
. . , Так как государство возникло из потребности держать в уздѳ противоположность классов; так как оно в то же время возникло в самых столкновениях этих классов, то ояо, по общему правилу, является государством самого
могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи
государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксилоатаціш угнетенного
к л а с с а » . . . Не только древнее и феодальное государства были органами якгнлоатации рабов и крепостных, но и «современное представительное государство
160

рггь о руд hp эіссплоатацпл наемного труда капиталом. R виде исключения встречаются однако периоды, когда борющиеся классы достигают такого равновесия сил, что государственная власть на время получаст известную самостоятельность но отношению к обоим классам, как кажущаяся посредница между
ними»... Такова абсолютная монархия XVII и XVIII веков, бонапартизм первой и второй империи во Франции, Бисмарк в Германии.

Таково — добавим от себя—'правительство Керенского в республиканской России после перехода к преследованиям революционного пролетариата, в такой момент, когда Советы благодаря руководству мелкобуржуазных демократов уже бессильны, а буржуазия еще недостаточно сильна, чтобы прямо разогнать их.
«. . . В демократической республике—продолжает Энгельс — «богатство пользуется своей властью косвенно, но зато тем вернее»,— именно, во-первых,
посредством прямого подкупа чиновников» (Америка), во-вторых, посредством
- союза между правительством и биржей» (Франция u Америка).

В настоящее время империализм и господство банков «развили»
оба эти способа отстаивать и проводить в жизнь всевластие богатства л каких угодно демократических республиках до необыкновенного искусства. Если, например, в первые же месяцы демократической 'республики в России, можно сказать, в медовый месяц
бракосочетания «социалистов» эсеров и меньшевиков с буржуазией,
в коалиционном правительстве г. Пальчинский саботировал все
меры обуздания капиталистов и их мародерства, их грабежа казны
на военных поставках, если затем ушедший из министерства
г. Пальчинский (замененный, конечно, другим совершенно таким же
Патьчинским) «награжден» капиталистами местечком с жалованьем
в 320 тыс. руб. в год. то что это такое? прямой подкути или непрямой? союз правительства с синдикатами или «только» дружественные отношения? Какую рать играют Черновы и Церетели, Авксентьевы и Скобелевы? — «Прямые» ли они союзники миллионеров
казнокрадов или только косвенные?
Всевластие «богатства» потому вернее
при демократической
республике, что оно не зависит от плохой политической фол очки
капитализма. Демократическая республика есть наилучшая возможная политическая оболочка капитализма, и потому капитал, овладев
(через Нальчикских, Черновых, Церетели и К°) этой наилучшей
оболочкой, обосновывает свою власть настолько наделено, настолько верно, что никакая смена пи лиц. ни учреждений, ни .партий буржуазной демократической республики не колеблет этой
власти.
Надо отметить еще. что Энгельс о полнейшей определенностью
называет всеобщее избирательное право орудием господства буржуазии. Всеобщее избирательное право, говорит он, явно учитывая
долгий опыт немецкой социал-демократии, есть
показатель зрелости рабочего класса. Дать большее оно не может и никогда не даст в теперешнем государстве».

Мелкобуржуазные демократы, вроде наших эсеров и меньшевиков, а также их родные братья, все социал-шовинисты и оппортунисты Западной Европы, ждут именно «большего» от всеобщего
избирательного права. Они разделяют сами и внушают народу ту
ложную мысль, будто всеобщее избирательное право «в теперешнем
11 Ленинизм

'6'

государства» способно действительно выявить волю большинства
трудящихся и закрепить проведение ее в жизнь.
Мы можем здесь только отметить эту ложную мысль, только
указать на то, что совершенно ясное, точное, конкретное заявление
Энгельса искажается на каждом шагу в пропаганде и агитации
«официальных» (т. е. оппортунистических) социалистических партий. Подробное выяснение всей лживости той мысли, которую
отмотает здесь прочь Энгельс, дается нашим дальнейшим изложением взглядов Маркса и Энгельса- на «теперешнее» государство.
Общий итог своим взглядам Энгельс дает в своем наиболее популярном сочинении в следующих словах:
Итак, государство существует неизвечно. Были общества, которые обходились без него, которые понятия но имели о государстве я государственной
власти. На определоігноП ступени экономического развития, которая необходимо связана была с расколом общества на классы, государство стало в силу
этого раскола необходимостью. Мы приближаемся теперь быстрыми шагами
к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов
не только перестало быть необходимостью, но становится прямой помехой производству. Классы исчезнут .так же неизбежно, как неизбежно они в прошлом
возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно государство. Общество,
которое по-новому организует производство на основе свободной и равной
ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где
ей будет тогда настоящее место: в музей древности, рядом с прялкой и о бранзовым топором».

Но часто случается встречать эту цитату в пропагандистской и
агитационной .литературе современной социал-демократии. Но даже
тогда, когда эта цитата встречается, ее приводят большей частью,
как будто бы совершали поклон перед иконой, т. е. для официального выражения почтения к Энгельсу, без всякой попытки вдуматься в то, насколько широкий и глубокий размах революции
предполагается этой «отправкой всей государственной машины в
музей древности». Не видно даже большей частью понимания того,
что называет Энгельс государственной машиной.
( Л е н и н . Соч., т. XXI, «Государство п революция», стр. 377—379. 1917 т.)
2. СЛОМ БУРЖУАЗНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ М А Ш И Н Ы — НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Известно, что за несколько месяцев до Коммуны, осенью 1870 г.,
Маркс предостерегал парижских рабочих, доказывая, что попытка
свергнуть правительство была бы глупостью отчаяния. Но когда и
марле 1871 г. рабочим навязали
решительный бой и они его приняли, когда восстание стало фактом, Маркс с величайшим восторгом
приветствовал пролетарскую революцию, несмотря на плохие предзнаменования. Маркс по уперся на педантском осуждении «несвоевременного» движения, как печально-знаменитый русский ренегат
марксизма Плеханов, в ноябре 190") г. писавший в духе поощрения
борьбы рабочих и крестьян, а после декабря 1905 г. по-либеральному кричавший: «не надо было браться за оружие».
Маркс, однако, но только восторгался героизмом «штурмовавших небо», по его выражению, коммунаров. В массовом революционном движении, хотя оно и но достигло цели, он видел: громадной важности исторический опыт, известный шаг вперед всемирной
пролетарской революции, практический шаг, более важный, чем
ІБ2

сотни программ тт рассуждений. Анализировать этот опыт, извлечь
из него уроки тактики, пересмотреть па основании его свою
теорию — вот к а к поставил свою задачу Маркс.
Единственная «поправка» к «Ком му нистическому манифесту», которую счел необходимым сделать Маркс, была сделана им на
основании революционного опыта парижских коммунаров.
Последнее предисловие к новому немецкому изданию «Коммунистического манифеста», подписанное обоими его авторами, помечено 24 июня 1872 г. В этом предисловии авторы, Карл Маркс и
Фридрих Энгельс, говорят, что программа «Коммунистического
манифеста» «теперь местами устарела».
... - Ii особенности — продолжают
они — Коммуна
доказала,
что
«рабочий
1. іасс не может просто овладеть
готовой государственной
машиной
и пустить
се в ход для своих собственных
целей»»...

Взятыо во вторые кавычки слова этой цитаты заимствованы ее
авторами из сочинения Маркса «Гражданская война во Франции».
Итак, один основной и главный урок Парижской Коммуны Маркс
и Энгельс считали имеющим такую гигантскую важность, что они
внесли его, как существенную поправку, к «Коммунистическому
манифесту».
Чрезвычайно характерно, что именно эта существенная поправка
была искажена оппортунистами, и смысл ее, наверное, неизвестен
девяти десятым, если не девяноста девяти сотым читателям «Коммунистического манифеста». Подробно об этом искажении мы скажем ниже, в главе, специально (посвященной искажениям. Теперь
достаточно будет отметить, -что ходячее, вульгарное «понимание»
приведенного нами знаменитого изречения Маркса состоит в том,
б.ѵдтс Маркс подчеркивает здесь идею медленного развития в противоположность захвату власти и тому подобное.
На самом дело как рая наоборот.
Мысль Маркса состоит
в том, что рабочий класс должен разбить,
сломать
«готовую
государственную машину», а не ограничиваться простым захватом ее.
12 апреля 1S71 г., т. е. как раз во время Коммуны, Маркс писал
Кугельману:
. . . « Е с л и ты заглянешь в последнюю главу моего «18-го Брюмера», ты увидишь, что следующей Попыткой французской революции я объявляю; не пере- "
дать ив одни. рук в другие бюрократически-военную машину, как бывало до
сих пор, а с ломать
ее» (курсив Маркса; в оригинале стоит: zerbrechen), «н
именно таково предварительное условие всякой действительной народной революции на континенте. Как раз и этом и состоит попытка наших геройских
парижских товарищей •• (стр. von в «Neue Zeit», X X , l , год 1901—1902). Письма
•Маркса к Кугельману вышли по-русски не менее как в двух паданиях, одно из
них под моей редакцией и с моим предисловием.

Г> этих словах: «сломать бюрократігческн-воопную государственную машину» заключается кратко выраженный главный урок марксизма по вопросу о задачах пролетариата в революции по отношению к государству. И именно этот урок не только совершенно забыт,
но и прямо извращен господствующим каутскианским «толкованием»
марксизма! 1
( Л е н и я. Соч., т. X X I ,

Государство и революция», стр. 393—395. 1917 г.)

Примечание
составителя. Вопрос о возможности завоевания власти пролетариатом без ломки буржуазной государственной машины в Англии н Америке
70-х годов см. стр. 187.
*
IS3
1

3. БОРЬБА ПРОТИВ АНАРХИЗМА И ПОЛУАНАРХИЧЕСКИХ ОШИЬОК
БУХАРИНА О Г О С У Д А Р С Т В Е

Позвольте сослаться по этому случаю на известный теоретический спор между Лениным и Бухариным по вопросу о государстве,
разыгравшийся в 1 оI б г. Это важно для нас для того, чтобы вскрыть
как непомерные претензии т. Бухарина, собирающегося учить
Ленина, так и корни его теоретических слабостей в таких важных
вопросах, как вопрос о диктатуре пролетариата, о классовой борьбе
я т. д. Как известно, в журнале «Интернационал молодежи» появилась в 1916 г. статья т. Бухарина, направленная по сути дела против
т. Ленина, з а подписью Nota Bene. В этой статье т. Бухарин пишет:
«...Совершенно ошибочно искать различия между социалистами и анархистами в том, что первые — сторонники, вторые — противники государства. Газлпчис в самом деле заключается в том, что революционная социал-демократия
хочет сорганизовать новое общественное производство как централизованное,
т. е- технически наиболее прогрессивное, тогда как децентрализованное анархическое производство означало бы лишь шаг назад к старой технике, к. старой
Форме предприятий . . . »
« . . . Д л я социал-демократии, которая является или по крайней мере должна
Сыть воспитательницей масс, теперь более, чем когда-либо, необходимо подчеркивать свою принципиальную враждебность к государству... Теперешняя
война показала, как глубоко корни государственности проникли в души рабочих».

Критикуя эти взгляды т." Бухарина. Ленин отвечает в специальной статье, опубликованной в 1916 г.:
«Это неверно. Автор ставит вопрос о том, в чем отличие отношения социалистов и анархистов к государств!), а отвечает не на этот, а на другой, вопрое,
в чем различие их отношений к экономической основе будущего общества. Это
очень важный и необходимый вопрос, конечно. Но отсюда не вытекает, чтобы
можно было забывать главное в различии отношения социалистов и анархистов
к государству. Социалисты стоят за использование современного государства и
его учреждений в -борьбе за освобождение рабочего класса, а равно за необходимость использовать государство д.т.я своеобразной переходной формы от
капитализма к социализму.
Такой переходной формой, тоже государством,
является диктатуоа пролетариата.
Анархисты хотят «отменить» государство,
«взорвать» (sprengen) его, как выражается в одном месте т. Nota Bene, ошибочно приписывая этот взгляд социалистам. Социалисты — автор цитировал,
к сожалению, слишком неполно относящиеся сюда слова Энгельса — признают
отмирание, «постепенное»- «засыпание» государства после экспроприации буржуазии» . . .
...«Чтобы «подчеркивать» «принципиальную враждебность» к государству,
надо действительно «ясно» понять ее, а у автора как раз ясности нет. Фраза же
о «корнях государственности» совсем уже путаная, не марксистская и яе
социалистическая. Не «государственность» столкнулась о отрицанием государственности, а .оппортунистическая политика (т. е. оппортунистическое, реформистское, буржуазное отношение к государству) столкнулась с революционной
социал-демократической политикой (т. е. с революционным социал-демократическим отношением к государству буржуазному и к использованию государства
против буржуазии для ее свержения). Это вещи совсем различные» (см. т. XIX,
стр. 290, «Интернационал молодежи»).

Кажется ясно, в чем тут дело и г. какую пол уанарх и ческу ю лужу
угодил т. Бухарин!
С т э н . Ленин тогда в развернутом виде еще не формулировал
необходимость «взрыва» государства. Бухарин, делая анархический
ошибки, подходил к формулировке этого вопроса.
IG*

С т а л тт іг. Нет. т. Стэіг. Речь идет сейчас не об этом, речь идет
об отношении к государству вообще, речь идет о том, что, по мнению Бухарина, рабочий класс должен быть принципиально враждебен ко вснкомц государству, в том числе и к государству рабочего
класса.
С т у я. Ленин тогда говорил только об использовании государства, ничего не говоря в критике т. Бухарина о «взрыве».
С т а л и к. Ошибаетесь, т. Стэн. Смею заверить вас, что речь идет
здесь о том. что рабочие должны подчеркнуть, по мнению Бухарина (и анархистов), свою принципиальную враждебность ко всякому государству, стало быть и к государству переходного периода,
к государству рабочего класса. Попробуйте-ка растолковать нашим
рабочим, что рабочий класс должен проникнуться принципиальной
враждебностью к пролетарской диктатуре, которая тоже ведь есть
государство. Позиция Бухарина, изложенная в его статье и «Интернационале молодежи», есть позиция отрицании государства в
период переходный от капитализма к социализму. Тов. Бухарин
проглядел здесь «мелочь», а именно — он проглядел целый переходный период, когда рабочий класс не может обойтись без своего
, собственного государства, ее ни он действительно хочет подавлять
буржуалию и строить социализм. Это — во-первых.
Во-вторых,
неверно,
что т. Ленин
не касался тогда « своей критике
теории «взрыва . «отмены» государства вообще. Ленин не только
касался этой теории, как это видно из приведенных мною цитат. но он еще раскритиковал ее как теорию анархическую, противопоставив ей теорию создания нового государства после свержения буржуазии, а именно—государства пролетарской диктатуры.
Наконец, нельзя смешивать анархическую теорию «взрыва» государства с марксистской теорией «слома», «разбития» буржуазногоеударствеяной машины. Кое-кто из товарищей склонен смешивать УТИ два различных понятия, думая, что они представляют
выражение одной и той же мысли. По это неверно. Совершенно
неверно, товарищи. Ленин исходил именно из марксистской теории «слома» бзірлѵ/я«но-госудаірственной машины, когда он критиковал андрхичееіГѵю теорию «взрыва» и «отмены» государства
вообще.
1929

(Сталин.
Г.)

Вопросы ленинизма. «О лрапои уклоне в ВКП(б)», игр. 416—4із.

4. БУРЖУАЗНОЕ ГОСУДАРСТВО И ЕГО Ф О Р М Ы
А. Буржуазная демократия нам замаскированная форма
диктатуры буржуазии

Я уже назвал вам в помощь сочинение Энгельса «Происхождение
семьи, частной собственности и государства». Здесь именно говорится, что всякое государство, в котором существует частная собственность на землю и на средства производства, где господствует
капитал, что, как бы демократично оно ни было, оно есть государство капиталистическое, оно есть „машина в руках капиталистов,
чтобы держать в подчинении рабочий класс и беднейшее крестьянство. А всеобщее избирательное право, Учредительное собрание,

163

ч

-парламент — это только форма, своего рода вексель, который нисколько не меняет дела по существу.

Форма господства государства может Сыть различна: капитал
одним образом проявляет свою силу там. где ость одна форма, и
другим — где другая, но но существу власть остается в руках капитала: есть ли цензовое право или другое, ость ли республика демократическая. и даже чем она демократичнее, тем грубее, циничнее
это господство капитализма. Одна из самых демократических республик в мире — Северо-американокие соединенные штаты — и нигде
так. как в этой стране (кто там побывал после 1905 г., тот наверно
имеет об этом представление), нигде власть капитала, власть
кучки миллиардеров над всем обществом не проявляется так грубо,
с таким открытым подкупом, как в Америке. Капитал, раз он существует, господствует над всем обществом, и никакая демократическая республика, никакое избирательное право сущности дела не
меняют.

Демократическая республика и всеобщее избирательное право
по сравнению с крепостническим строем были громадным прогрессом: они доли возможность пролетариату достигнуть того объединения, тою сплочения, которое он имеет, образовать те стройные,
дисциплинированные ряды, которые ведут систематическую борьбу
с капиталом. Ничего подобного даже приблизительно не было у
крепостного крестьянина, не говоря уже о рабах. Рабы, как мы
знаем, восставали, устраивали бунты, открывали гражданские войны.
ІІо никогда не могли создать сознательного большинства, руководящих борьбой партий, по могли ясно понять, к какой цели идут,
и даже в наиболее революционные моменты истории всегда оказывались пешками в руках господствующих классов.
Буржуазная
республика, парламент, всеобщею избирательное право, — все это с
то таи зрения всемирного развития общества представляет громадный прогресс. Человечество шло к капитализму, и только капитализм, благодаря городской культуре, дал возможность угнетенному
классу пролетариев осознать себя и создать то всемирное рабочее
движение, те миллионы рабочих, которые организованы по всему
миру в партии, те социалистические партии, которые сознательно
руководят борьбой масс. Без парламентаризма, без выборности это
развитие рабочего класса было бы невозможно, вот почему все это
в глазах самых широких масс людей получило такое большое значение. Бот почему перелом кажется таким трудным. Не только сознательные лицемеры, ученые и попы поддерживают и защищают
эту буржуазную ложь, что государство свободно и призвано защищать интересы всех, — но и массы людей, искренно повторяющих
старые предрассудки, не могущих понять перехода от старого капиталистического общества к социализму. Не только люди, находящиеся в прямой зависимости от буржуазии, не только те. которые находятся под гнетом капитала, или которые подкуплены этим
капиталом (на службе у капитала состоит масса всякого рода ученых, художников, попов и т. д.), но и люди, просто находящиеся
под влиянием предрассудков буржуазной свободы, — все это ополчилось против большевизма во всем мире за то. что при своем основании Советская республика отбросила эту буржуазную ложь и
открыто заявила: вы называете свое государство свободным, а на
(Б6

самом деле, пока есть частная собственность, паше государство, хотя

бы оно было демократической республикой, есть не что иное, как
машина в руках капиталистов для подавления рабочих, и чем свободнее государство, тем яснее это выражается. Пример этого —
Швейцария в Европе, Оверо-амери капские соединенные штаты в
Америке. — Нигде капитал не господствует так цинично и беспощадно, и нигде это не видно с такой ясностью, как. именно в этих
странах, хотя это демократические республики, — как. бы ни были
они изящно размалеваны, несмотря ли на какие слова о трудовой
демократии, о равенстве всех граждан. На деле в Швейцарии и
Америке господствует капитал, и всякие попытки рабочих добиться
сколько-нибудь серьезного улучшения своего положения встречаются немедленной гражданской войной. В этих странах меньше
солдат, постоянного войска, — в Швейцарии существует милиция —
каждый швейцарец имеет ружье у себя дома, в Америке до последнего времени не было постоянного войска, — и поэтому, когда случается стачка, буржуазия вооружается, нанимает солдат и подавляет стачку, и нигде это- подавление рабочего движения не 'происходит с такой беспощадной свирепостью, как в Швейцарии и
Америке, и нигде в парламенте не .сказывается так сильно влияние
капитала, как именно здесь. Сила капитала — все, биржа — все, а
парламент, выборы, — это марионетки, куклй . . . Но чем дальше,
тем больше проясняются глаза рабочих и тем шире распространяется идея советской власти, особенно после той кровавой бойни,
которую мы только что пережили. Все яснее становятся для
рабочего класса необходимость беспощадной борьбы с капиталистами.
Какими бы формами ни прикрывалась республика, пусть то будет самая демократическая республика, но если она буржуазная,
если в ней осталась частная собственность на землю, на заводы и
фабрики, и частный капитал держит в наемном рабстве все общество, т. е.. если в ней не выполняется То. о чем заявляет программа
нашей партии и советская конституция, то это государство —- машина, чтобы угнетать одних другими. II эту машину мы возьмем в
руки того класса, который должен свергнуть власть капитала. Мы
отбросим все старые предрассудки о том. что государство есть всеобщее равенство, — это обман: пока есть эксп.тоатация, не может
быть равенства. Помещик не может быть равен рабочему, голодный—сытому. Ту машину, которая называлась государством, перед
которой люди останавливаются < суеверным почтением и верят
старым сказкам, что это есть общенародная власть,—пролетариат
эту машину отбрасывает и говорит: это буржуазная ложь. Мы эту
машину отняли у капиталистов, взяли ее себе. Этой машиной или
дубиной мы разгромим всякую экенлоатацию. и когда па свете не
останется возможности эксилоатировать, не останется владельцев
земли, владельцев фабрик, не будет так. что одни 'пресыщаются, а
другие голодают, — лишь тогда, когда возможностей к этому не
останется, мы эту машину отдадим на слом. Тогда не будет государства, но будет экенлоатацпп. Вот точка зрения нашей коммунистической партии.
( Л е н ни.

Соч., т. X X I V , «О государстве», стр 374 -377. іпіи г.)

S. Фашизм — оголенная террористическая динтатура
буржуазии
«Теперь близится
время, когда эта
полувековая
полоса
германской
истории
дол
п а, в силу
объективных
причин,
должна
смениться
иной
полосой.
Эпоха использования
созданной
буржуазией законности
сменяв
m с я эпохой
величайших революционных
битв,
причем
битвы
опт
по
сути
dean
будут
разрушением
всей
буржуазной
законности.
всего
буржуазного
строя,
о по форме
должны
начаться
(и начинаются)
растерянными
потугами
буржуазии
избавиться
от ею же созданной
и для нее
ставшей невыносимою
законности.
«Стреляйте
первые, господа
буржуа!« — в этих словах
выразил
в гш г. Энгельс
своеобразие
положения
и своеобразие
тактических
задач революционного
пролетариата«
(Ленин.
Соч.. т. XIV, стр.
.isі).

На ряду г социал-демократией, при помощи которой буржуазия
подавляет рабочих или усыпляет их классовую бдительность, выступает фашизм.
Эпоха империализма, обострение классовой борьбы и нарастание, особенно шосле мировой империалистической войны, элементов
гражданской войны привели к банкротству парламентаризма. Отсюда
«новые» методы и формы управления (например, система малых
кабинетов, создание закулисных олигархических групп, падение и
фальсификация роли «народного представительства», укорочение и
уничтожение «демократических свобод» и т. д.). Этот процесс наступления буржуазной империалистической реакции приобретает
при особых исторических условиях форму фашизма. Такими условиями являются: неустойчивость капиталистических отношений,
наличие значительных деклассированных социальных элементов,
обнищание широких слоев городской мелкой буржуазии и интеллигенции, недовольство деревенской мелкой буржуазии, наконец,
постоянная угроза массовых выступлений пролетариата.
Чтобы
обеспечить себе большую устойчивость власти, ее твердость и постоянство. буржуазия все более вынуждается переходить от парламентской системы к независимому от межпартийных отношений и
комбинаций фашистскому методу. Этот метод есть метод непосредственной диктатуры, идеологически прикрываемой
«общенациональной идеей» и представительством «профессий» (а по существу
разнообразных трупп господствующих классов), метод использования недовольства мелкобуржуазных, интеллигентских и прочих
масс путем своеобразной социальной демагогии (антисемитизм, частичные вылазки против ростовщического капитала, возмущение
парламентской «говорильней») и коррупции в виде создания сплоченной и оплачиваемой иерархии фашистских дружин, партийного
аппарата и чиновничества: при этом фашизм стремится проникнуть
и в рабочую среду, 'вербуя наиболее отсталые слои рабочих, используя их недовольство, пассивность социал-демократии и т. д. Главной
задачей фашизма является разгром революционного рабочего авангарда. т. е. коммунистических слоев пролетариата и их кадрового
состава. Комбинация социальной демагогии, коррупции и активного
белого террора на ряду с крайней империалистической агрессинкостью в сфере внешней политики являются характерными чертами
фашизма. Используя в особо критические для буржуазии периоды
антикапиталисгическую фразеологию, фашизм,
упрочившись у
162

руля государственной власти, все более обнаруживает себя как террористическая диктатура крупного капитала, теряя по дороге свои
антикаюиталнстичестше -побрякушки.
Приспособляясь к изменению политической конъюнктуры, буржуазии попользует и методы фашизма и методы коалиции с социалдемократией, причем сама содоіал-демократия в моменты наиболее
для* капитализма критические нередко играет фашистскую роль. В
ходе развития она обнаруживает фашистские тенденции, что не
ѵешает ей при другой политической конъюнктуре фрондировать
против буржуазного правительства в качестве оппозиционной партии. Метод фашизма и метод коалиции с социал-демократией, будучи методами необычными для «нормального» капитализма и
являясь признаками общего капиталистического кризиса, используются буржуазией для замедления поступательного хода революции. 1
(Программа Коминтерна, раздел II, гл. з.)

CI. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И ЕЕ ТРИ ОСНОВНЫХ
СТОРОНЫ
I. ИСТОРИЧЕСКАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ Д И К Т А Т У Р Ы ПРОЛЕТАРИАТА
«. . . Между
капиталистическим
и
коммунистическим
обществом
л е ж и т период революционного превращения
первого
во второе.
Ему
соответствует
w политический
переходный
период.
il государство
зтого
периода
не может
быть
ничем
иным,
кроме
как
революционной
О и к m а «и у р о ti и р о л е m а р и a m at (Map
к с.
Критика
Готской
программы).

А. Тов. С т а л и н о м а р к с и с т с к о - л е н и н с к о м учении о д и к т а т у р е
п р о л е т а р и а т а нам орудии пролетарском
революции

. . . Вопрос о пролетарской диктатуре есть прежде всего вопрос об
основном содержании пролетарской революция. Пролетарская революция. ее движение, ее ра-змах, ее достижения облекаются в плоть
н кровь лишь через диктатуру пролетариата. Диктатура пролетариата есть орудие пролетарской революции, ее орган, ее важнейший
опорный пункт, вызванный к жизни для того, чтобы, во-первых, подавить сопротивление свергнутых ѳксплоататоров и закрепить свои
достижения, во-вторых, довести до конца пролетарскую революцию. довести революцию до шолной победы социализма. Победить
буржуазию, свергнуть ее -власть революция сможет и без диктатуры
пролетариата.
Но подавить сопротивление буржуазия, сохранить
победу и двинуться дальше к окончательной победе социализма революция уже не в состоянии, если опа не создаст на известной ступени своего развития специального органа в виде диктатуры пролетариата. в качестве своей основной опоры.
•Основным вощюсом революции является вопрос о власти»
( Л е н и н ) . Значит ли это. что дело ограничивается тут взятием
1 Примечание
еоставптг.чя.
Оценку фашн.іма иа современном этапе дает
т. Сталин в своем докладе на XVII съезде ВКЛ(б), и резолюция XIII пленума
ИКШІ (см. тему «Теория пролетарской революции», стр. 144—155).
ISS

власти, се захватом? Нет, не значит. Взятие власти, это — только
начало дела. Буржуазия, свергнутая в одной стране, надолго еще
остается, в силу многих причин, сильнее свергнувшего ее пролетариата. Поэтому вое дело в том, чтобы удержать власть, укрепить се,
сделать ее непобедимой. Чго нужно для того, чтобы добиться этой
цели? Для этого необходимо выполнить по крайней мере три главные задачи, встающие перед диктатурой пролетариата «на другой
день» после победы:
а) сломить сопротивление свергнутых и экспроприированных революцией помещиков и капиталистов, ликвидировать все и всякие
их попытки к восстановлению власти капитала;
б) организовать строительство в духе сплочения всех трудящихся вокруг пролетариата и повести эту работу в направлении, подготовляющем ликвидацию, уничтожение классов:
в) вооружать революцию, организовать армию революции для
борьбы с внешними врагами, для борьбы с империализмом.
Диктатура пролетариата нужна для того, чтобы провести, выполнить эти задачи.
«Переход от капитализма к коммунизму, — говорит Л е н и н , — есть целая
историческая эпоха. Пока она не закончилась, у экешлоататоров неизбежно
остается надежда да реставрацию, а эта надежда
превращается в попытки
реставрации. И после первого серьезного поражения свергнутые экеплоататоры,
которые не ожидали своего свержения, не верили в него, не допускали мысли о
нем, с удесятеренной энергией, с бешеной страстью, с ненавистью, возросшей на
сто крат, бросаются в бой за возвращение отнятого «рая», за их семьи, которые
жили так сладко и которых теперь «простонародная сволочь» осуждает на
разорение и нищету (ИЛИ на «простой» т р у д . . . ) . А за эксплоататорами-каииталистамн тянется широкая масса маткой буржуазии, про которую десятки лет исторического опыта всех стран свидетельствуют, что она шагается и колеблется,
сегодня идет за пролетариатом, завтра пугается трудностей переворота, впадает
в панику от первого поражения или тіолупоражения рабочих, нервничает, мечется, хііыкает, перебегает из лагеря в лагерь» (см. т. X X I I I , стр. 355),

, А буржуазия имеет свои основания делать попытки к реставрации, ибо она после своего свержения надолго еще остается сильнее
свергнувшего ее (пролетариата.
«Если экеплоататоры раэбнты только в одной стране, — говорит Л е н и н , —
а это, конечно, типичный случай, ибо одновременная революция в ряде стран
есть редкое исключение, — то они остаются с ее же сильнее
эксплоатируемых»
(см, там же, сгр. Зз4).

В чем сила свергнутой буржуазии?
Во-первых, «в силе международного капитала, в силе и прочности международных связей буржуазии»
(см. т. X X V , стр. 173).
Во-вторых, в том, что «экеплоататоры ян долгое время после переворота
сохраняют неизбежно ряд громадных фактических преимуществ: у них остаются деньги (уничтожить деньги сразу нельзя), кое-какое движимое имущество,
часто значительное, остаются связи, навыки организации и управления, знание
всех «тайн» (обычаев, приемов, средств, возможностей) управления, остается
более высокое образование, близость к технически выошему (по-буржуазному
живущему Ii мыслящему) персоналу, остается неизмеримо больший навык в
военном деле (это очень важно) и так далее и так далее» (см. т. X X I I I ,
стр. 354).
В-третьих, «в силе привычки,
в силе мелкого производства,
ибо мелкого
производства осталось еще па свете, к сожалению, очень и очень много, а
мелкое производство рождает капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно,
ежечасно, стихийно и в массовом масштабе»... ибо «уничтожить классы — значит
170

ire толь;.о прогнать помещиков и капиталистов — это мы сравнительно легко
сделали,- это значит также уничтожить мелких товаропроизводителей,
а их
нельзя
прогнить,
их нельзя подавить, с ними надо ужиться, их можно
(и должно) переделать, перевоспитать только очень длительной, медленной,
осторожной организаторской работой» (см. т. XXV", стр. 173 и 189).

Вот почему говорит Ленин, что:
- Диктатура пролетариата ость самая беззаветная и самая беспощадная
война нового класса против более могущественного
врага, против буржуазии,
сопротивление которой удесятерено
е< свержением», что «...диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная,
военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого обществах (см. там же, < тр. 173 и і»0).

Едва ли нужно доказывать, что выполнить эти задачи в короткий '-рок. провести все это в несколько лет — нет никакой возможности. Поэтому диктатуру пролетариата, переход от капитализма к
коммунизму нужно рассматривать по как мимолетный период в виде
ряда «революционнейших» актов и декретов, а как целую историческую эпоху, полную гражданских войн и внешних столкновений,
упорной организационной работы и хозяйственного строительства,
наступлении и отступлений, побед и поражений. Эта историческая
эпоха необходима пе только для того, чтобы создать хозяйственные
іі культурные предпосылки полной победы социализма, но и для того, чтобы дать пролетариату возможность, во-шервых—воспитать
н закалить себя, как силу, способную управлять страной, во-вторых— перевоспитать и переделать мелкобуржуазные слои в направлении, обеспечивающем организацию социалистического производства.
«Вы должны, — говорил Марке рабочим, — пережить 15, 20. 50 лот гражданской войны и международн х битв не только для того, чтобы изменить существующие отношения, но чтобы и самим измениться и стать способными к политическому г'-по.ц-тву
(• м. т. VIII сочинений К. Маркса и Энгельса, стр. 50С).

Продолжая и развивая дальше мысль Маркса, Ленин пишет:
< При диктатуре пролетариата придется нещ-воспнтынать миллионы крестьян
м мелких хозяйчиков, согни тысяч служащих, чиновников, буржуазных интеллигентов. подчинять их ноех пролетарскому государству и пролетарскому руководству, побеждать в них буржуазные привычки и традиции», так же, как
необходимо будет <—перевоспитать в длительной борьбе, на почве диктатуры пролетариата, и самих пролетариев, которые от своих собственных
мелкобуржуазных предрассудков избавляются не сразу, не чудом, не но велению божией матеря, не по велению лозунга, резолюция, декрета, а лишь в долгой и трудной массовой борьбе с массовыми мелкобуржуазными влияниями»
(см. т. X X V , стр. 2-1 к и 2471.
1924

(Сталин.
г.)

Вопросы

ленинизма.

<06

основах

ленинизма»,

стр.

2S—зО.

Б. Маркс и Пеним о д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а как об истормчесни
необходимой переходной ступени о т к а п и т а л и з м а
и коммунизму

1J фельетоне, напечатанном в вашей газете от 22 июня с. г., вы
упрекнули .меня в том. что я отстаиваю господство и диктатуру рабочего класса, между тем как вы, наоборот, стоите за уничтожение
классовых различии вообще. Я не понимаю этой папраівкл.
Вам хороню известно, что в «Манифесте коммунистической
171

партии» (опубликовал до февральской революции 184S г Л па стр. 16
сказано: «Если пролетариат в борьбе против буржуазии необходимо
объединяется как класс, п у т е м революции становится господствующим классом и, как господствующий класс, насильственно уничтожает старые условия производства, то вместе с последним он уничтожает также, и условия существования антагонизма классов, классы вообще, а тем самым и 'собственное классовое господство».
Вы знаете, что в «Нищете философии» я защищал, до февраля
1S4S г., эту же точку зрения против Пру дона.
Наконец, в той самой статье, которую вы критикуете (3-й выпуск «Новой рейнской газеты», стр. 32). говорится: «Этот социализм
(т. е. коммунизм) есть не что иное, как объявление непрерывной революции. классовая диктатура пролетариата как необходимая переходная ступень к отмене всяких классовых различий, отмене производственных отношений, на которых покоятся эти различия, отмене всех общественных отношений, соответствующих этим производственным отношениям, к перевороту всех идей, вытекающих из
этих общественных отношений».
(Маркс

и Энгельс.

Соч., т. VIII, «Заявление редактору». is50 г.)

В 1907 г. Мериит опубликовал в журнале «Neue Zeit» ( X X V . 2,
164) выдержки из письма Маркса к Вейдемейеру от 5 марта 1852 г. В
этом письме содержался, между прочим, следующее замечательное
рассуждение:
«Что касается меня, то мпе не прниадтежит ни та. заслуга, что я открыл
существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их борьбу
между собою. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое
развитие зтоіі борьбы классов, а буржуазные
экономисты—экономическую
анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существовав но к лассов связано лишь с определенными историческими битвами, свойственными развитию производства (historische Entwickelungskümpfe der Produktion), 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов»...

В этих словах Марксу удалось выразить с поразительной рельефностью, во-первых, главное и коренное отличие его учения от учения передовых и наиболее глубоких мыслителей буржуазии, а вовторых, суть его учения о государстве.
Гласное в учении Маркса есть классовая борьба. Так говорят и
пишут очень часто. По это неверно. И из этой неверности сплошь
да рядом получается оппортунистическое искажение марксизма,
подделка его в духе приемлемости для буржуазии. Ибо учение о
классовой борьбе пе Марксом, а буржуазией до Маркса создано и
для буржуазии, вообще говоря, приемлемо.
Кто признает только
борьбу классов, тот еще не марксист, тот может оказаться еще не
выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики! Ограничивать марксизм учением о борьбе классов — значит
урезывать марксизм, искажать его, сводить его к тому-, что приемлемо для буржуазии. Марксист лишь тот. кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата.
В
этом самое глубокое отличие марксиста от дюжинного мелкого (да
и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действительное понимание и признание марксизма. И пе удивительно, что когда
172

история Европы подвела рабочий класс практически к данному вопросу. то не только все оппортунисты и реформисты, но и все
«каутскианцы» (колеблющиеся между реформизмом и марксизмом
люди) оказались жалкими филистерами и мелкобуржуазными демократа-ми. отрицающими диктатуру пролетариата. Брошюра Каутского «Диктатура пролетариата», вышедшая в августе 1918 г., т. е.
много спустя после первого издания настоящей книжки, есть образец мещанского искажения марксизма и подлого отречения от него
на деле, при лицемерном признании его на словах (см. мою брошюру: «Пролетарская революция и ренегат Каутский», Петроград
и Москва, 1918 г.).
Современный оппортунизм в лице его главного представителя,
бывшего марксиста К. Каутского, подпадает целиком под приведенную характеристику буржуазной позиции у Маркса, ибо этот оппортунизм ограничивает область агризнання классовой борьбы областью
буржуазных отношений. ( А внутри этой области, в рамках ее ни
один образованный либерал не откажется «принципиально» признать классовую борьбу!) Оппортунизм не доводит признания классовой борьбы как раз до самого главного, до периода перехода от
капитализма к коммунизму, до периода свержения буржуазии и полного уничтожения ее. В действительности этот период неминуемо
является периодом невиданно ожесточенной классовой борьбы.' невиданно острых форм ее. а следовательно, и государство этого периода неизбежно должно быть государством по новому демократическим (для пролетариев и неимущих вообще) и по новому диктаторским (против буржуазии).
Далее. Сущность учения Маркса о государстве усвоена только
тем. кто понял, что диктатура одного класса является необходимой
не только для всякого классового общества вообще, не только для
пролетариата, свергнувшего буржуазию, но и для целого исторического периода, отделяющего капитализм от «общества без классов»,
от коммунизма. Формы буржуазных государств чрезвычайно разнообразны.' но суть их одна: все. эти государства, являются так. или
иначе, но в последнем счете обязательно диктатурой буржуазии. Переход от капитализма к коммунизму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политических форм, но сущность
будет при этом неизбежно одна: диктатура пролетариата.
( Л е н пи. Соч., т. XXI, «Государство и революция», стр. 391—393. 1917 т.)
2. ТРИ ОСНОВНЫХ СТОРОНЫ ДИНТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА
А. Тов. Сталин об основных задачах пропетарсной революции
и трех сторонах д и к т а т у р ы пролетариата

В чем состоят характерные черты пролетарской революции в отличие от революции буржуазной?
Различие между революцией пролетарской и революцией буржуазной можно было бы свести к пяти основным пунктам:
1) Буржуазная революция начинается обычно при наличии более
или менее готовых форм капиталистического уклада, выросших и
созревших еще до открытой революции в недрах феодального общества,
тогда как пролетарская
революция начинается при

гтз

отсутствии, пли почти при отсутствии, готовых форм социалистического уклада.
2) Основная задача буржуазной революции сводится к тому,
чтобы захватить власть и привести ео в соответствие с наличной
буржуазной экономикой, тогда как основная задача пролетарской
революции сводится к тому, чтобы, захватив власть, построить новую социалистическую экономику.
3) Буржуазная революция завершается обычно захватом власти,
тогда как для пролетарской революции захват власти является лишь
ее началом, причем власть используется как рычаг для перестройки
старой экономики и организации новой.
4) Буржуазная революция ограничивается заменой у власти одной этеоплоататорекой группы другой экшдоататорокой группой, в
виду чѳто она но нуждается в сломе старой государственной машины, тогда как пролетарская революция снимает с власти все и
всякие эксплоататорекио группы и ставит у власти вождя всех трудящихся и эксплоатируемых, класс пролетариев, в виду чего она не
может обойтись без слома старой государственной машины и замены ее новой.
5) Буржуазная революция не может сплотить вокруг буржуазии
на сколько-нибудь длительный период миллионы трудящихся и
эксплоатируемых масс именно потому, что они являются трудящимися и эксплоатируемыми, тогда как пролетарская революция может
и должна связать их с пролетариатом в длительный союз именно
как трудящихся и эксплоатируемых. если она хочет выполнить
свою основную задачу упрочения власти пролетариата и построения
новой социалистической ЭКОНОМИКИ.
Вот некоторые основные положения Ленина па этот счет:
«Одно из основных различий, — говорит Ленин, — между буржуазной
я
социалистической революцией состоит в том. что для буржуазной революции,
вырастающей из феодализма, в недрах старого «троя постепенно создаются
новые экономические организации, которые изменяют постепенно все стороны
феодального общества. Перед буржуазной революцией была только одна зад а ч а — смести, отбросить, разрушить все путы прежнего общества.
Выполняя
эту задачу, всякая буржуазная революция выполняет вое, что от нее требуется:
она усиливает рост капитализма.
В совершенно ином положении революция
социалистическая. Чем более отсталой является страна, которой пришлось, в
силу зигзагов истории, начать социалистическую революцию, тем труднее для
нее переход от старых капиталистических отношений к социалистическим.
Здесь к задачам разрушения прибавляются новые, неслыханной трудности задачи—организационные» (см. т. X X I I , стр. 315).
«Если
бы
народное
творчество, — продолжает Ленин, — русской
революции, прошедшее через великий опыт 1Я05 г., не создало советов еще в феврале
191" г.. то ни в каком случае они не могли бы взять власть в октябре, так как
успех зависел только от наличности уже готовых организационных форм движения, охватившего миллионы. Этой готовой формой явилась советы, и потому
в политической области нас ждали те блестящие успехи, то си тошное триумфальное шествие, которое мы пережили, ибо новая форма политической власти
была наготове, и нам оставалось только несколькими декретами превратить
власть советов из того эмбрионального состояния, в котором она находилась
в первые месяцы революции, в форму законно признанную, утвердившуюся в
российском государстве — и Российскую советскую республику» (см. там же,
стр. 315).
«Оставались еще, — говорит Ленин, — две гигантской трудности задачи, решение которых никоим образом не могло быть тем триумфальным шествием,
каким шла в первые месяцы наша революция» (см. там же, стр. 315).
«Во-первых, это были задачи внутренней организации, стоящие
перед

всякой соцпалпетпческой революцией. Лтлпчпо социалистической революция ол
буржуазной состоит именно в том, что во втором случае есть готовые формы
капиталистических отношений, а советская власть — пролетарская — этих готовых отношений не получает, если не брать самых развитых форм капитализма, которые, в сущности, охватили небольшие верхушки промышленности
и совсем мало еще, затронули земледелие. Организация учета, контроль над
крупнейшими
предприятиями, прекращение всего государственного
экономического механизма в единую крупную машину, в хозяйственный организм, работающий так, чтобы сотни миллионов людей руководились одним планом,—
вот та гигантская организационная задача, которая легла н а нашп плечи. По
нынешним условиям труда она никоим образом не допускала решения на
«ура», подобно тому как нам удавалось решить задачи гражданской войны*
(см. там же, стр. 316).
(Вторая из гигантских трудностей...— международный вопрос. Если мы тан
.легко справились с бандами Керенского, если так легко создали власть у себя,
если мы без малейшего труда получили декрет о социализации земли, рабочем контроле, — если мы получили так легко все это, то только потому, что
счастливо сложившиеся условия на короткий момент прикрыли нас от международного
империализма.
Международный
империализм
со
всей
мощью
его капитала, с его высокоорганизованной военной техникой, представляющей
настоящую силу, настоящую крепость международного капитала, ни в коем
случае, пи при каких условиях не мот ужиться рядом с Советской республикой
и по своему объективному положению, и по экономичсским интересам того
капиталистического класса, который был в нем воплощен,— не мог в си.ту торговых связей,
международных
финансовых
отношений. Тут конфликт
является неизбежным. Здесь
величайшая
трудность русской революции, ее
величайшая историческая проблема: необходимость решить задачи международные, необходимость вызвать международную революцию» (см. тал же, стр. з п ) .

Таковы внутренний характер и основной смысл пролетарской революции.
Можно .та проделать такую коронную перестройку старых буржуазных порядков без насильственной революции,' без диктатуры
пролетариата?
Ясно, что нельзя. Думать, что такую революцию можно проделать мирно, в рамках буржуазной демократии, приспособленной к
господству буржуазии, — значит либо сойти с ума и растерять нормальны*; человеческие 'понятия, либо отречься грубо и открыто от
пролета рекой революции . . .
. . . Каковы, в связи с этим, основные черты диктатуры пролетариата., если признано, что диктатура пролетариата ость основное
содержание пролетарской революции !
Вот наиболее общее определение диктатуры пролетариата, данное Лениным:
«Диктатура пролетариата но ость окончание классовой борьбы, а есть продолжение со в новых формах. Диктатура пролетариата, есть классовая борьба
победившего и взявшего в своя руки политическую власть пролетариата против побежденной, ко но уничтоженной, не исчезнувшей, не переставшей оказывать сопротивление, против усилившей свое сопротивление, буржуазии» (ем.
т. XXIV, стр. 311).

Возражая против смешения диктатуры пролетариата с властью
«общенародной», «общевыборной», с властью внеклассовой^, Ленин
говорит:
«Тот класс, который взял в свои руки политическое господство, взял его,
сознавая, что берет его один,
.-то заключено в понятии диктатуры пролетариата. Это понятие тогда только имеет смысл, когда одни класс знает, что он
один берет себе в руки политическую власть, и не обманывает ни себя, ни
других разговорами насчет «общенародной, общевыборной, всем народом освященной» власти» (см. т. X X V I , стр. 286).

. Это не значит, однако, что власть одного класса-, класса пролетариев, который не делит и не может делить сѳ с другими классами, не нуждается для осуществления своих целей в помощи, в
союзе с трудящимися и экснлоатирусмыми массами других классов.
Наоборот. Эта власть, власть одного класса, может быть утверждена
и проведена до конца лишь путем особой формы союза между классом пролетариев и трудящимися массами мелкобуржуазных классов. прежде всего трудящимися массами крестьянства,
Что это за особая форма союза, в чем она состоит? Не противоречит ли вообще этот союз с трудящимися массами других, непролетарских классов идее диктатуры одного класса?
Состоит она, эта особая форма союза, в том, что руководящей
силой этого союза является пролетариат. Состоит она, эта особая
форма союза, в том, что руководителем государства, руководителем в системе диктатуры пролетариата является одна партия, партия пролетариата, партия коммунистов, которая не делит и не может делить руководства с другими партиями.
Как видите, противоречие тут только видимое, кажущееся.
«Диктатура пролетариата, —говорит Ленин, — есть особая
форма
классового союза*
между пролетариатом, авангардом трудящихся, и многочисленными
непролетарскими слоями трудящихся (мелкая буржуазия, мелкие хозяйчики,
крестьянство, интеллигенция и т. д.) или большинством их, союза против
•капитала, союза в целях полнота свержения капитала, полного подавления сопротивления буржуазии и попыток реставрации с се стороны союза в целях
окончательного создания и упрочения социализма. Это — особого вида союз,
складывающийся в особой обстановке, именно в обстановке бешеной гражданской войны, это союз твердых сторонников социализма с колеблющимися его
союзниками, иногда с «нейтральными» (тогда из соглашения о борьбе союз
становится соглашением о нейтралитете), союз между неодинаковыми
экономически, политически,
социально,
духовно
классами»*
(см. т. X X I V , стр. ,311).

В одном из своих инструктивных докладов т. Каменев, полемизируя с такого рода пониманием диктатуры пролетариата, говорит:
«Диктатура не есть*
14 января 1925 г.).

союз одного класса с другим? (см. «Правда» .V II от

Я думаю, что т. Каменев имеет ту г в виду, прежде всего, одно
место из моей брошюры «Октябрьская революция и тактика русских коммунистов», где сказано:
«Диктатура пролетариата не есть простая правительственная
верхушка,
«умело» «отобранная» заботливой рукой «опытного стратега» и «разумно опирающаяся» на те или иные слои населения. Диктатура пролетариата есть классовый союз пролетариата и трудящихся маео крестьянства для свержения капитала, для окончательной победы социализма, при условии, что руководящей
силой этого союза является пролетариат».

Я всецело поддерживаю эту формулировку диктатуры пролетариата, ибо думаю, что она целиком и полностью совпадает с только
что приведенной формулировкой Ленина.
Я утверждаю, что заявление т. Каменева о том, что «диктатура
кс есть союз одного класса с другим», данное в такой безоговорочной форме, не имеет ничего общего с ленинской теорией диктатуры
пролетариатаЯ утверждаю, что так могут говорить лишь люди, пе нанявшие
* Курсив мой. //. Ст.

смысла идеи смычки, идеи союза пролетариата и крестьянства, ид и
гегемонии пролетариата в этом союзе.
Так могут говорить только люди, не понявшие ленинского тезиса
о том, что:
<Та.і',кп соглашение
г крестьянством"
волюцию в России
пока не наступила
т, X X V I , стр. 23S).
О

может спасти социалистическую ререволюция в других странах» (см.

Так могут говорить лишь люди, не понявшие положения Ленина
том, что:

«Высший
принцип
диктатуры" — это поддержание союза пролетариата о
крестьянством, чтобы ои мог удержать руководящую роль и государственную
власть» (см. т. X X V I , стр. 460).

Отмечая одну из важнейших целей диктатуры, цель подавления
оксплоататоров. Ленин говорит:

«Научное понятие диктатуры означает ис что иное, как ничем не ограниченную'никакими законами, никакими абсолютно правилами не стесненную, непосредственно на насилие опирающуюся в л а с т ь » . . . «Диктатура означает — примите это раз-иавсегда к сведению, господа кадеты,— неограниченную, опирающуюся на силу, а не на закон власть. Во время гражданской войны всякая победившая власть может быть только диктатурой» (см. т. X X V , стр. 441 и 436).

Но насилием, конечно, не исчерпывается диктатура пролетариата, хотя бее насилия не бывает диктатуры.
«Диктатура, — говорят Ленин.—означает
не только насилие, хотя она
невозможна без насилия, она означает также организацию труда более высокую. чем предыдущая организация (см. т. XXIX", стр. 305).
«Диктатура пролетариата... но есть только насилие над эксплоататорами п
даже не главным образом насилие.
Экономической основой этого революционного насилии, залогом его жизненности и успеха является то. что пролетариат представляет и осуществляет более высокий тип общественной организацни труда, по сравнению с капитализмом. В этом суть. В этом источник
силы и залог неизбежной полной победы коммунизма» (см. т. X X I V , сто.
335—336)...
Главная сущность ее (т. с. диктатуры. Л. Ст.) в организованности
и дисциплинированности передового отряда трудящихся, его авангарда, его
единственного
руководителя—пролетариата.
Его
цель—создать
социализм,
•уничтожить деление общества на классы, сделать всех членов общества трудящимися. отнять почву у всякой экоплоатации человека человеком. Эту цель
нельзя осуществить сразу, ..на требует довольно продолжительного переходного периода от капитализма к социализму, — и потому, что переорганизация
производства вещь трудная, и потому, что нужно время для коренных перемен
во всех областях жизни, и потому, что громадная сила привычки к мелкобуржуазному il буржуазному хозяйничанию может быть преодолена лишь в долгой,
упорной борьбе. Поэтому Маркс и говорит о целом периоде диктатуры пролетариата, как периоде перехода от капитализма к социализму» (см. там же. стр. 314).

Таковы характерные черты диктатуры пролетариата.
Отсюда, три основные стороны диктатуры пролетариата:'
1) Использование рласти пролетариата для подавления эксплоататоров, для обороны страны, для упрочения связей с пролетариями
других стран, для развития и победы революции по всех странах.
•_») Использование власти пролетариата для окончательного отрыва трудящихся и эксплоатируемых масс от буржуазии, для упрочения союза пролетариата с этими массами, для вовлечения этих
масс в дело социалистического строительства, для государственного
руководства, этими массами со стороны пролетариата.
* Курсив мой. //. Ст.
К

Ленинизм

'3) Использование власти пролетариата для организации социализма, для уничтожения классов, для перехода в общество без классов. в общество без государства,
Пролетарская диктатура есть соединение всех этих трех сторон.
Ни одна из этих сторон не может быть выдвинута как единственно
характерный признак диктатуры пролетариата, и наоборот, достаточно отсутствия хотя бы одного из этих признаков, чтобы диктатура пролетариата •перестала быть диктатурой в обстановке капиталистического окружения. Поэтому ни одна из этих трех сторон не
может быть исключена без опасности исказить оюяятне диктатуры
пролетариата. Только все эти три стороны, взятые вместе, дают нам
полное и законченное понятие диктатуры пролетариата.
Диктатура пролетариата имеет свои периоды, своя особые формы,
разнообразные методы работы. В
период гражданской войны
особенно бьет в глаза насильственная сторона диктатуры. Но из
этого вовсе не следует, что в период гражданской войны не нропсхедит никакой строительной работы. Без строительной работы вести гражданскую войну невозможно. H период строительства социализма., наоборот, особенно быт в глаза мирная, организаторская,
культурная работа диктатуры, революционная законность и т. д. Но
из этого опять-таки вовсе не следует, что насильственная сторона
диктатуры оплата или может отпасть в период строительства. Органы подавления, армия и другие организации, необходимы теперь,
в момент строительства, так же. как в период гражданской войны.
Без наличия этих органов невозможна сколько-нибудь обеспеченная строительная работа диктатуры. Не следует забывать, что революция победила пока что всего лишь в одной,стране. Не следует забывать, что пока есть капиталистическое окружение, будет и опасность интервенции со всеми вытекающими из этой опасности последствиями.
(Сталин.
1920

Вопросы

ленинизма.

«К

соПросам

.тепнни І.М.Ѵ ,

стр.

190—202.

Г.)

. . . Диктатура пролетариата есть не только насилие, но-и руководство трудящимися массами непролетарских классов, но и строительство социалистического хозяйства, высшего по типу, чем хозяйство капиталистическое, с большей производительностью труда, чем
хозяйство капиталистическое. Диктатура пролетариата есть: I) неограниченное законом насилие в отношении капиталистов и помещиков,

2)

руководство

пролетариата

в отношении

крестьянства

н

:)) строительство социализма в отношении всего общества. Ни одна
из этих трех сторон диктатуры не может быть исключена без ущерба исказить понятие диктатуры пролетариата. Только все эти три
стороны, взятые вместе, дают нам полное и законченное понятие диктатуры пролетариата.
(Сталин.

Вопросы лсишгптма.

Вопросы и ответы», стр. 163—-164. 1925 г.)

Б. Д и к т а т у р а п р о л е т а р и а т а не онончание, а продолжение
классовой б о р ь б ы п р о л е т а р и а т а в н о в ы х формах

I. Основной источник
диктатуры пролетариата

178

непонимании
«социалиста-

ми \ — это не доведение ими до конца
идеи классовой борьбы...
Диктатура пролетариата есть п р одо л женив
классовой борьбы пролетариата п новы .с формах. В этом гвоздь,
этого но понимают.
Пролетариат как особый
класс,
один продолжает вести свою классовую
борьбу.
2. Государство тишь — орудие
пролетариата в его классовой борьбе. Особая дубинка — ничего больше!
Старые предрассудки насчет государства (сравни «Государство л революция»). Новые, формы государства = тема
отдела В; здесь лишь подход к этому.
3. Формы классовой борьбы пролетариата, при его диктатуре, не могут
быть прежние. П я т ь новых (главнейших) задачи соответственно новых форм:
4. ( ( ! ) ) . Подавление
сопротивления
эксплоататоров.
Об
этом, как задаче (и содержании)
эпоX », вовсе забывают оппортунисты и «социалисты».

Сопротивление эксплоататоров начинается д о
их свержения и
обостряется
после с 2-х
сторон. Борьба до к о н ц а или
«отбОлтаться >
(как мелкая буржуазия,
«социалисты»).

Отсюда:
<ах) особая (высшая) ожесточенность
классовой борьбы.
(33) новые формы сопротивления, соответствующие капитализму и его высшей стадии (заговоры + саботаж + воздействие на мелкую буржуазию и г. д.).
и в частности:
•б- ((2)) ( п ) Г р а. ж да не ко я во йн а. Революция вообщо и гражданская
война (1640. J793) сравни Карл
Каутский
1902 в «Социальной революции -.
Гражданская война в эпоху международных связей капитализма.

Гражданская война и
« у иичгоженле >
партии
(Карл Каутский). Террор
и гражданская война.

а) Россия,
Венгрия,
Превращение империалистской вой- Ф и н л я н д и я,
Г к гны в гражданскую. (Невежество и под- М А. H И Я.
лая трусость «социалистов»).
Ё) Швейцария и Америка.

Сравни Маркс 1570: научить пролетариат владеть оружием. Э п о х а 1ST 1—
1914 и эпоха
гражданских войн.
fi. ( ( 3 ) ) « H с іі т pa л и з а ц и я » м с лк о іі б у р ж у а зи и, особенно
к р естьянства.

+ Неизбежность соединения гражданской войны с революционными
войнами
(сравни Программу РКП).

Коммунистический манифест (реакционна и революционна «постольку поскольку»).

« Господству ни и и й класс»;
Господство
исключает
«свободу и равенство».

Карл Каутский в «Аграрном вопросе». Нейтрализация та же мысль ухудшена иод видом исправления.

« Вести », « руководить »,
«увлекать
за
собой»,
классовое
содержание
этих понятий.
Крестьянин и рабочий.
Крестьянин как труженик и крестьянин как
экоп лоа та то р (ci іекул я и т,
собственник).
«Постольку поскольку». Колебания
в ходе борьбы.
О п ы т борьбы.

«Нейтрализация» па практике пресечение насилием (Энгельс 1595).
пример:
убеждение и т. д. и т. д.
привлечение + пресечение, «постольку поскольку».

«Одна реакционная масса»: Энгельс 1S75. отношение к К о м .и у н с.
7. ((4)) «// г п о л ь з о а а н и е» б у рзк у а з и и.

«Спецы». Не только подавление сопротивления, не только «нейтрализация»,
но взятие на.работу, принуждение служить пролетариату.
Сравни Программа РКП «Военспецы
8. ((5)).
Воспитание
д ис ц и п л и н ы.

повои

(а) Диктатура пролетариата и профессиональные союзы.
(о) «Коммунистические субботники».
(?) Очистка партии и ее роль.
(,3) Премии и сдельная плата.
( Л е и и п. Соч., т.

XXV,

«О диктатуре

пролетариата?, стр. 5—т.

1П20 г.)

В. Пеним о д и н т а т у р е п р о л е т а р и а т а нам о подавлении
сопротивления буржуазии, руководстве мелкобуржуазными
т р у д я щ и м и с я м а с с а м и и орудии построения с о ц и а л и з м а

Диктатура пролетариата не есть окончание классовой борьбы,
а есть продолжение ее в новых формах. Диктатура пролетариата есть
180

классовая борьба победившего и взявшего в своя руки политическую класть пролетариата против побежденной, но не уничтоженной,
не исчезнувшей, не переставшей оказывать сопротивление, против
усилившей свое сопротивление буржуазии. Диктатура пролетариата есть особая форма классового союза между пролетариатом,
авангардам трудящихся, и многочисленными непролетарскими слоями трудящихся (мелкая буржуазия, мелкие хозяйчики, крестьянство, интеллигенция и т. д.), или большинством их, союза против
капитала, союза в целях полного свержения капитала, полного подавления сопротивления буржуазии и попыток реставрации с ее стороны, союза в целях окончательного создания и упрочения социализма. Это — особого вида союз, складывающийся в особой обстановке, именно в обстановке бешеной гражданской войны, это союз
твердых сторонников социализма с колеблющимися его союзниками, иногда с «нейтральными» (тогда из соглашения о борьбе союз
становится соглашением о нейтралитете), союз между неодинаковыми
экономически, политически, социально, духовно классами. Отделываться от изучения конкретных форм, условий, задач этого союза
посредством общих фраз о «свободе», «равенстве», «единстве трудовой демократии», т. е. посредством обрывков из идейного багажа
эпохи товарного хозяйства, могут только гнилые герои гнилого «Бернского» или желтого Интернационала, вроде Каутского, Мартова в К 0 .
( Л е н и н . Соч., т. XXIV, «Предисловие и речи:
гами СВОбОДЫГ, СТр. 311. 1919 г.)

Об обмане народа лозун-

Но не в одном насилии сущность пролетарской диктатуры и не
главным образом в насилии. Главная сущность ее в организованности и дисциплинированности передового отряда трудящихся, его
авангарда, его единственного руководителя, пролетариата. Его
цель -— создать социализм, уничтожить деление общества на классы. сделать всех членов общества трудящимися, отпять почву у всякой эксилоятации человека человеком. Эту цель нельзя осуществить
сразу, она требует довольно продолжительного переходного периода
от капитализма к социализму. — и потому, что переорганизация
производства вещь трудная, и потому, что нужно время для коренных перемен но всех областях жизни, и потому, что громадная сила
привычки к мелкобуржуазному и буржуазному хозяйничанью может
быть преодолена лишь в долгой, упорной борьбе. Поэтому Маркс и
говорит о целом периоде диктатуры пролетариата, как периоде перехода. от капитализма к социализму.
В течение всего лого переходного времени сопротивление леретюроту будут оказывать и капиталисты, а равно их многочисленные
приспешники из буржуазной интеллигенции, сопротивляющиеся сознательно. и громадная масса слишком забитых мелкобуржуазными
привычками в традициями трудящихся, крестьян в том числе, сопротивляющихся сплошь да рядом бессознательно. Колебания в этих
слоях неизбежны. Крестьянин, как труженик, тянет к социализму, предпочитая диктатуру рабочих диктатуре буржуазии. Крестьянин. как продавец хлеба, тянет к буржуазии, к свободной
торговле, т. е. назад к «привычному-, старому, «исконному» капитализму.

Н у ж н а диктатура пролетариата,

власть одпого класса, сила его

организованности и днсщгшшшрованяостп. его централизованная
мощь, опирающаяся на все завоевания культуры, науки, техники капитализма. ого пролетарская близость к психологии всякого трудящегося, его авторитет перед распыленным, менее развитым, менее
твердым в политике трудящимся человеком из деревни или из мелкого производства, чтобы пролетариат мог вести за собой крестьянство и все мелкобуржуазные слои вообще. Тут фразерством о «демократии» вообще," о «единстве» или о «единстве трудовой демократии», о « равенстве» всех «людей труда» и так далее и тому подобн о е , — этим фразерством, на которое так склонны омещанившиеся
социал-шовинисты и каутскианцы, — фразерством делу не поможешь. Фразерство только засоряет глаза, ослепляет сознание, укрепляет старую тупость, косность, .рутину капитализма, -парламентаризма, буржуазной демократии.
Уничтожение классов — дело долгой, трудной, упорной классовой
борьбы, которая после свержения власти капитала, после разрушения
буржуазного государства, после установления диктатуры пролетариата п е ишезает
(как воображают пошляки старого социализма
и старой социал-демократии), а только меняет свои формы, становясь
во многих отношениях еще ожесточеннее.
Классовой борьбой против сопротивления буржуазии, против косности, рутины, нерешительности, колебаний мелкой буржуазии должен пролетариат отстоять свою власть, укрепить свое организующее влияние, добиться «нейтрализации» тех слоев, которые боятся
отойти от буржуазии и идут слишком нетвердо за пролетариатом,
закрепить новую дисциплину, товарищескую дисциплину трудящихся, их -прочную связь с пролетариатом, их объедииенность вокруг
пролетариата, эту новую дисциплину, новую основу общественной
связи, на место крепостнической дисциплины в средние века, на место дисциплины голода, дисциплины «вольно»-наемного рабства при
•капитализме.
Чтобы уничтожить классы, нужен период диктатуры одного
класса, именно того из угнетенных классов, который способен но
только свергнуть эксплоататоров, не только подавить беспощадно
их сопротивление, но и порвать идейно со всей буржуазно-демократической идеологией, со всем мещанским фразерством на счет свободы и равенства вообще (на доле, как давно показал Маркс, это
Фразерство означает «свободу и равенство» товаровладельцев, <, свободу и равенство» капиталиста и рабочего).
Мало того. Только тот и з угнетенных классов способен своей
диктатурой уничтожать классы, который обучен, объединен, воспитан. закален десятилетиями стачечной и политической борьбы с капиталом,— только тот класс, который усвоил себе всю городскую,
промышленную к рушю-каішталистачес-кую культуру, имеет решимость и способность отстоять ее, сохранить и развить дальше все ее
завоевания, сделать их доступными всему народу, всем трудящ и м с я , — только тот класс, который сумеет вывести все тяжести,
испытания, невзгоды, великие жертвы, неизбежно возлагаемые историей на того, кто рвет с прошлым и смело пробивает себе дорогу
к новому будущему. — только тот класс-, в котором лучшие люди
полны ненависти и презрения ко всему мещанскому и филистер-

гкому, к этом качествам, которые так процветают в мелкой буржуазии, у мелких служащих, у «интеллигенции», — только тот класс,
который «проделал закаляющую школу труда» и умеет внушать уважение к своей трудоспособности всякому трудящемуся, всякому честному человеку.
(Ленин.

Соч.,

т.

XXIV.

«Привет

венгерским

рабочим»,

стр.

зі4—зіс.

1919 Г.)

3.

РЕВОЛЮЦИОННО-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ Д И К Т А Т У Р А
ПРОЛЕТАРИАТА И К Р Е С Т Ь Я Н С Т В А КАК ЭТАП H Д И К Т А Т У Р Е
ПРОЛЕТАРИАТА 1

Одно из возражений против лозунга: «революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства» состоит в том, чго
диктатура предполагает «единую волю» («Искра» Л» 95), а единой
воли у пролетариата с мелкой буржуазией быть не может. Это возражение несостоятельно, ибо оно основано на абстрактном, «метафизическом» толковании понятия «единая возя». Бывает воля единая в одном отношении и неединая в другом. Отсутствие единства
в вопросах социализма и в борьбе за социализм не исключает единства волн в вопросах демократизма н в борьбе з а республику. Забывать это значило бы забывать логическую и историческую разницу между демократическим и социалистическим переворотом.
ЛаОывать это значило бы забывать об общенародном характере
демократического переворота: если «общенародный», то, значит.
есть < единство воли» именно постольку, поскольку этот переворот
осуществляет общенародные нужды и потребности. За пределами
демократизма не может быть и речи о единстве воли между пролетариатом и крестьянской буржуазией. Классовая борьба между
ними неизбежна, но на почве демократической республики эта
борьба и будет самой глубокой и самой широкой народной борьбой за социализм. У революционно-демократической диктатуры
пролетариата и крестьянства есть, как и у всего на свете, прошлое
и будущее: Ее прошлое — самодержавие, крепостничество, монархия,
привилегии. 13 борьбе с этим прошлым, в борьбе с контрреволюцией
возможно «единство ноли пролетариата л крестьянства, ибо есть
единство интересов.
Ее б у д у т « 1 -—борьба против частной собственности, борьба наемного рабочего с хозяином, борьба за социализм. Тут единство волн
невозможно. * Тут перед нами не дорога ог самодержавия к респуб л и к е , а дорога' от мелкобуржуазной демократической республики
к социализму.
Конечно, в конкретной исторической обстановке переплетаются
элементы прошлого и будущего, смешиваются та. и другая дорога.
Наемный труд и его борьба против частной собственности есть и
при самодержавии, он зарождается даже при крепостном нраве. Но
это нисколько не мешает нам логически и исторически отделять
1 Примечание
составителя.
Воігрос об отличии
революционно-демократичоской диктатуры пролетариата и крестьянства от диктатуры пролетариата см.
т«мѵ III. подраздел 4.
* Развитие капитализма, еще более широкое и быстрое при свободе, неизбежно положит скорый конец единству воли, —тем более скорый, чем скорее
будет раздавл ;іа контрреволюция и реакцпя.

крупные полосы развития. Ведь мы же нее противополагаем буржуазную революцию и социалистическую, мы все безусловно настаиваем на
необходимости строжайшего различения их, а разве можно отрицать,
что в истории отдельные, частные элементы того и другого переворота переплетаются? Разве эпоха демократических революций в Европе не знает ряда социалистических движений и социалистических
попыток? И разве будущей социалистической революции в Европе не осталось еще многого и многого доделать в смысле демократизма?
Социал-демократ никогда и ни на минуту не должен забывать
о неизбежной классовой борьбе пролетариата за социализм с самой
демократической и республиканской буржуазией и мелкой буржуазией. Это несомненно. ІІз этого вытекает безусловная обязательность
отдельной и самостоятельной строго-классовой партии социал-демократии. Из этого вытекает временный характер нашего «вместе бить»
с буржуазией, обязанность строго надзирать «за союзником, как за
врагом» и т. д. Все это тоже не подлежит ни малейшему сомнению.
По из этого смешно и реакционно было бы выводить забвение, игнорирование или пренебрежение насущных по отношению к настоящему хотя преходящих и временных задач. Борьба с самодержавием— временная и преходящая задача социалистов, но всякое игнорирование или пренебрежение этой задачей равносильно измене социализму и услуге реакции. Революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства есть безусловно лишь преходящая,
временная задача социалистов, но игнорирование этой задачи в эпоху
демократической революции прямо реакционно.
Конкретные, политические задачи надо ставить в конкретной обстановке. Все относительно, все течет, все изменяется. Немецкая
социал-демократия не ставит в программу требования республики.
Там ситуация такова, что этот вопрос вряд ли отделим на практике от вопроса о социализме (хотя и по отношению к Германии
Энгельс в замечаниях на проект ЗрфуртсКой программы в 1391 г.
предостерегал от преуменьшения значения республики и борьбы -га
республику!).1 Б российской социал-демократии не возникало даже
и вопроса о том, чтобы удалить требование республики из программы и лз агитации, ибо у нас не может быть и речи о неразрыввой связи вопроса о республике с вопросом о социализме. Немецкий
социал-демократ 139S г., не ставящий на первый план вопрос специально о республике, есть явление естественное, не вызывающее ни
изумления, ші осуждения. Немецкий социал-демократ, который бы
в 1848 г. оставил в тени вопрос о республике, был бы прямым изменником революции. Абстрактной истины нет. Истина всегда конкретна.
Наступит время — кончится борьба с русским самодержавием —
минет для России эпоха демократической революции — тогда
1 Эрфуртская
программа германской социал-демократической партии была
нритіята. иа лартейтаге в Эрфурте 14—20 октября (поп. ст.) J sol г.. взамен
программы, принятой на съезде в Готе 22—27 июня (нов. ст.) 1875 г. Редакция
Эрфуртскоіі программы принадлежит К. Каутскому; им же напасая и известный комментарий к ее теоретической части. Энгельс подверг проект программы
* критике в письме, посланном Каутскому еще 29 июня 1891 г. и лишь в і&оі г.
напечатанной. Ред.

124

смешно будет и говорить о '••единстве воли» пролетариата и крестьянства. о демократической диктатуре и т. д. Тогда мы подумаем непосредственно о социалистической диктатуре пролетариата и подробнее
поговорим о ней. Теперь же (партия передового класса не может не стремиться самым энергичным образом к решительной победе демократической революции над царизмом. А решительная победа и есть не
что иное, как революционно-Демократическая диктатура пролетариата
и крестьянства^
s
( Л е н и в . Сич., т. ѴШ, «Две тактики социал-демократии
революции», стр. ь-1—SC. 1905 г.)

и демократической

Sil. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА —НОВЫЙ ТИП
ГОСУДАРСТВА. СОВЕТЫ — ГОСУДАРСТВЕННАЯ
ФОРМА Д И К Т А Т У Р Ы ПРОЛЕТАРИАТА
I. ОСНОВНЫЕ Ч Е Р Т Ы Д И Н Т А Т У Р Ы ПРОЛЕТАРИАТА КАИ
Г О С У Д А Р С Т В А НОВОГО Т И П А , H A K ПРОЛЕТАРСКОЙ ИЛИ
СОВЕТСКОЙ Д Е М О К Р А Т И И
А. То*. С т а л и н о д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а как г о с у д а р с т в е
кового т и п а и с о в е т а х как г о с у д а р с т в е н н о й форме
дмнтатуры пролетариата

. . . Уже из сказанного видно, что диктатура пролетариата не есть
простая смена лиц в правительстве, смена «кабинета» и пр., с оставлением в неприкосновенности старых экономических и политических
порядков. Меньшевики и оппортунисты всех стран, боящиеся диктатуры. как огня, и подменивающие с перепугу понятие диктатуры понятием «завоевание, власти», обычно сводят «завоевание власти»
к смене «кабинета», к появлению у власти нового министерства из
людей вроде Шейдемана и Носке, Макдональда и Гендерсона. Едва
и нужно разъяснять, что эти и подобные им смены кабинетов не
имеют ничего общего е диктатурой пролетариата, с завоеванием действительной власти действительным пролетариатом. Макдональды
к Шейдеманы у власти, при оставлении старых буржуазных порядков, их. так сказать, правительства не могут быть чем-нибудь другим, кроме обслуживающего аппарата в руках буржуазен, кроме прикрытия язв империализма, кроме орудия в руках
буржуазии против революционного движения угнетенных л эксплоатируемых масс. Они. эти правительства, нужны капиталу, как
ширма, когда ему неудобно, невыгодно, трудно угнетать и экенлоатнровать массы без ширмы. Конечно, появление таких правительств
является признаком того, что «у них там» (т. е. у капиталистов).
• на Шипке», не спокойно, но правительства такого рода, несмотря
па это. неизбежно остаются подкрашенными правительствами капитала. От правительства Макдональда или Шейдемана до завоевания
власти пролетариатом так же далеко, как от -земли до неба. Диктатура пролетариата есть не смена правительства, а новое государство.
< новыми органами власти в центре и на местах, государство пролетариата. возникшее на развалинах старого государства, государства
буржуазии.
Диктатура пролетариата возникает не на основе буржуазных порядков. а в ходе их ломки, после свержения буржуазии, в ходе
J25

экспроприации помещиков и капиталистов, г, ходе социализации основных орудий и средств производства, в ходе насильственной революции пролетариата. Диктатура пролетариата есть власть революционная, опирающаяся на насилие над буржуазией.
Государство есть машина в руках господствующего класса для
подавления сопротивления своих классовых противников. И этом
отношении диктатура пролетариата ничем но существу не отличается
от диктатуры всякого другого класса, ибо пролетарское государство является машиной для подавления буржуазии. Но тут есть
одна существенная разница.
Состоит она в том, что все существовавшие. до сих пор классовые государства являлись диктатурой
эколлоатпрующего меньшинства над эксплоа тируемым большинством,
•между тем как диктатура пролетариата является диктатурой
экоплоатируемого большинства над эксллоатирующим меньшинством.
Короче: диктатура пролетариата есть неограниченное
законом и
опирающееся
на насилие господство пролетариата под
буржуазией,
пользующееся
сочувствием и поддержкой трудящихся и жеплоаткруемых масс («Государство и революция»).
Из этого следуют два основных вывода:
Первый вывод. Диктатура пролетариата не может быть «полной»
демократией, демократией для всех, н для богатых л для бедных, —
диктатура пролетариата «должна быть государством по-новому демократическим, — для * пролетариев и неимущих вообще и поновому
диктаторским, — против''
буржуазии»... (см. т. X X I .
стр. 393). Разговоры Каутского и К0 о всеобщем равенстве, о «чистой» демократии, о «совершенной» демократии и т. д. являются
буржуазным прикрытием того несомненного факта, что равенство
эксплоатируемых и эксплоататоров невозможно. Теория «чистой»
демократии есть теория верхушки рабочего класса, прирученной и
подкармливаемой империалистическими грабителями. Она вызвана
к жизни для того, чтобы прикрыть язвы капитализма, подкрасить
империализм и придать ему моральную силу в борьбе против з к о
плоатируемых масс. Не бывает и пе может быть при капитализме
действительных «свобод» для эксплоатируемых, хотя бы потому,
что помещения, типографии, склады бумаги и т. д., необходимые
для использования «свобод», являются привилегией эксплоататоров.
Не бывает и не может быть при капитализме действительного участия оксплоатоіруемых масс в управлении страной, хотя бы потому, что при самых демократических порядках в условиях капитализма правительства ставятся не народом, а Ротшильдами и
Стиннесами, Рокфеллерами и Морганами. Демократия при капитализме есть демократия капиталистическая,
демократия эксплоататорского меньшинства, покоящаяся на ограничении нрав эксилоатнруомого большинства и направленная против этого большинства.
Только при пролетарской диктатуре возможны
действительные
«свободы» для эксплоатируемых и действительное участие пролетариев и крестьян в управлении страной, Демократия при диктатуре пролетариата есть демократия пролетарская, демократия экснлоатируемого большинства, покоящаяся на ограничении
прав
* Кѵрспв мой. И. Ст.

эксшюататорското меньшинства и направленная против этого 'меньшинства.
Второй вывод. Диктатура пролетариата не может возникнуть как
результат мирного развития буржуазного общества, л буржуазной демократии.— она может возникнуть лишь в результате слома буржуазной государственной машины, буржуазной армии, буржуазного
чниовничідто аппарата, буржуазной полиции.
«Рабочий класс ко может просто овладеть готовой государственной машиной и пустить ее в ход для своих собственных целей», — говорят Маркс н
Янтелье в предисловия к
«Гражданской
войне». — Пролетарская
революция
должна < . . . н о передать ил одних р.ѵк в другие бюрократически-военную машину. как бывало до сих пор, а сломать се... — таково предварительное условие всякой
действительно
народной
революции
на
континенте», — говорит
Маркс в своем письме к Кугельману в 1ST] г.

Ограничительная фраза Маркса о континенте дала повод оппортунистам и меньшевикам всех стран прокричать о том. что Маркс
допускал, стало быть, возможность мирного развития буржуазной
демократии и демократию пролетарскую, по крайней мере для некоторых стран, не входящих в состав европейского континента
(Англия, Америка). Маркс, действительно, допускал такую возможность. и он ігмел основание делать такое допущение для Англии и
Америки 70-х годов прошлого столетия, когда не было еще монополистически го капитализма, не было империализма и не было еще
у этих стран, в си.т особых условий их развития, развитой военщины я бюрократизма. Так было дело до появления развитого
империализма. Но лотом, спустя 30—10 лет. когда положение дел
в этих странах изменилось в корне, когда империализм ра-звился и
охватил все без исключения капиталистичеокие страны, когда военщина и бюрократизм появились и в Англии с Америкой, когда особые условия мирного развития Англии и Америки исчезли. — ограничение насчет этих стран должно было отпасть само собой.
«Теперь, —г-п-щит . пин, —-п і ч 7 г.. и эпоху первой великой пмперпа:
л детской войны, это огрлпичпиие Маркса оі іадаст.
II Англия и Америка!
круігнейшде
и последний — во всем
мире — представители
англо-саксонской
-.свободы», в смысле отсутствия военщины п бюрократизма, скатились вполне
в общеевропейское
ррялвое, кровавое болото
бюрократически-военных
учреждений, «се себе подчиняющих, все собой подавляющих. Теперь и в Англии и
в Америке «предварительным условном всякой, действительно народной революции» Является ломка,
разрушение
-готовой» (изготовленной там в 1914—
1917
гг.
до
«европей -кого», о'щепчпериалштского,
совершенства)
«государственной машины» (ем. т. Х.ХТ, стр. 395).

Иначе говоря, -закон о насильственной революции пролетариата,
закон о сломе буржуазной государственной машины, как о предварительном условии такой революции, является неизбежным законом
•революционного движения империалистических стран мира.
Конечно, в далеком будущем, если пролетариат победит в важнейших -странах капитализма и если нынешнее капиталистическое
окружение сменится окружением социалистическим, вполне возможен «мирный» путь развития для некоторых капиталистических
стран, капиталисты которых, в силу (.неблагоприятной» международной обстановки, сочтут целесообразным «добровольно» пойти на
серьезные, уступки пролетариату. Но это предположение касается лишь 'далекого и возможного будущего. Для ближайшего

будущего ото предположение не имеет никаких. ровно никаких основа ний.
Поэтому Ленин прав, когда он говорит:
«Пролетарская
революция невозможна без насильственного
разрушения
буржуазпой государственной машины и замены ее
повою > (см. т. X X I I I ,
стр.

.342).

. . . П о б е д а диктатуры пролетариата означает подавление буржуазии. слом буржуазной государственной машины, замену буржуазной
демократии демократией пролетарской. Это ясно. Но каковы организация. при помощи которых может быть проделана эта колоссальная работа? Что старые формы организации пролетариата, выросшие
на основе буржуазного парламентаризма, недостаточны для такой
работы, — в этом едва ли может быть сомнение. Каковы же те новые
формы организации пролетариата, которые способны сыграть роль
могильщика буржуазной государственной машины, которые способны
но только сломать эту машину и не только заменить буржуазную демократию демократией пролетарской, но и стать основой пролетарской государственной власти?
Этой новой формой организации пролетариата являются советы.
В чем состоит сила советов в сравнении со старыми формами организации?
В том. что советы являются наиболее всеобт>гмлющими массовыми
организациями пролетариата, ибо twin и только они охватывают всех
без исключения рабочих.
В том. что советы являются единственными, массовыми организациями, которые обнимают всех угнетенных и экенлоатируемых, рабочих и крестьян, солдат и матросов, и где политическое руководство
борьбой масс со стороны авангарда масс, со стороны пролетариата,
может быть осуществляемо в виду этого наиболее легко и наиболее
полно.
В том. что советы являются наиболее мощными органами революционной борьбы масс, политических выступлений масс, восстания
масс, органами, способными сломить всесилие финансового к а п и т а л а
и его политических придатков.
В том, что советы являются непосредственными организациями
самих масс, то есть наиболее демократическими и, значит, наиболее
авторитетными организациями масс, максимально облегчающими им
участие в устройстве нового государства и в управлении им и максимально ' развязывающими революционную энергию, инициативу,
творческие способности масс в борьбе -за разрушение старого уклада,
в борьбе з а новый, пролетарский уклад.
Советская власть есть объединение и оформление местных советов в одну общую государственную организацию, в государственную
организацию пролетариата, как авангарда угнетенных и экошгоатир'уемых масс и как господствующего класса, — объединение в республику советов.
Сущность советской власти заключается в том. что наиболее массовые и наиболее революционные организации тех именно классов,
которые угнетались капиталистами и помещиками, являются теперь
«постоянной
и
единственной»
основой
всей
государственной
власти, всего 'государственного аппарата, что «именно те массы,
ааз

которые даже в самых демократических буржуазных республиках»,
будучи по закону равноправными, «на деле тысячами приемов и уловок отстранялись от участия в политической жизни и от пользования демократическими правами и свободами, привлекаются теперь к постоянному и непременному, притом решающему, участию
в демократическом управлении
государством»*
(см. т. X X I V ,
стр. 13).
Вот почему советская власть является новой формой государственной организации, принципиально отличной от старой, буржуазно* демократической и парламентарной формы, новым типом, государства, приноровленным не к задачам экодлоатаіции и угнетения
трудящихся масс, а к задачам полного их освобождения от всякого
гнета и эксплоатации. к задачам диктатуры пролетариата.
Ленин прав, говоря, что с появлением советской власти «эпоха
буржуазно-демократического парламентаризма кончилась, началась
новая глава всемирной истории: эпоха пролетарской диктатуры».
В чем состоят характерные черты советской власти?
В том, что советская власть является наиболее массовой и наиболее демократической государственной организацией и з всех возможных государственных организаций в условиях существования
классов, ибо она. будучи ареной смычки и сотрудничества рабочих
и эксплоатируемых крестьян в борьбе против экенлоататоров и
опираясь в своей работе па эту смычку и на это сотрудничество,
является тем самым властью большинства населения над меньшинством. государством этого большинства, выражением его диктатуры.
В том, что советская власть является наиболее интернационалистской из всех государственных организации классового общества,
ибо она. разрушая всякий национальный гнет и опираясь на сотрудничество трудящихся масс различных национальностей, облегчает тем самым объединение этих масс в едином государственном
союзе.
В том. что советская власть, по самой своей структуре, облегчает
дело руководства угнетенных и эксплоатируемых масс со стороны
авангарда этих масс, со стороны пролетариата, как наиболее сплоченного и наиболее сознательного ядра советов.
«Опыт всех революций и всех движений угнетенных классов, опыт
всемирного сопи а диетического движения учит нас, — говорит Л е н и н , — что только пролетариат в состоянии объединить и вести за собой распыленные и отсталые слон трудящегося и эксплоатируемого населения» (см. т. XXIV. стр. 14). Структура советской власти облегчает проведение в жизнь указаний этого опыта.
В том. что советская власть, объединяя законодательную и исполнительную власти в единой организации государства и заменяя территориальные выборные округа производственными единицами, завозами и фабриками, — непосредственно связывает рабочие и вообще
трудящиеся массы с аппаратами государственного управления, учит
их управлению страной.
В том. что только советская власть способна избавить армию от
подчинения буржуазному командованию и превратить се из орудия
* Курсив мой. 11. Ст.

угнетения народа, каким она является при буржуазных порядках,
в орудие освобождения народа от ига буржуазии, своей и чужой.
В том, что «только советская организация государства может разрушить сразу и окончательно старый, т. е. буржуазно-чиновничий
и судейский аппарат» (см.тамже).
В том, что только советская форма государства, привлекающая
массовые организации трудящихся и эксплоатируемых к постоянному и безусловному участию в государственном управлении, способна 'подготовить то отмирание государственности, которое является
одним из основных элементов будущего безгосударственного, коммунистического общества.
Республика советов является, таким образом, тон искомой и найденной, ' наконец, политической формой, в рампах которой должно
быть совершено экономическое освобождение пролетариата, полная
победа социализма.
Парижская Коммуна была зародышем этой формы. Советская
власть является ее развитием и завершением.
Вог почему говорит Легши, что:
«Республика советов рабочих, солдатских и крестьянок их депутатов является но только формой более і ысокого типа демократических учрежд—
н и й . . . но и единственной
формой, способной обеспечить наиболее безбол- :нензіый переход к социализму» (см. т. X X I I , стр. і з і ) .
( С т а д и я . Вопросы ленинизма. «Об основах ленинизма», стр. 30—36. 1924 г.)
Б, Д и к т а т у р а п р о л е т а р и а т а как г о с у д а р с т в о нового т и п а

Итак, диктатура пролетариата есть
•«политический
переходный
период;
ясно,

что и государство

этого

периода

I

в капиталистическом общество государство в собственном смысле.

есть переход от государства к ню-государству, т. е. «больше но государство
в собственном смысле». Маркс и Энгельс,
следовательно, вовсе но противореча г
друг другу по этому пункту.
Но дальше Маркс говорит о «будущей
государственности коммунистического общества»!! Итак, даже в
«коммунист пч с ск о .it обществе» будет государственность!! Нет ли тут противоречия?
Государство
нужно буржуазии
Государство
нужно пролетариату
Государство
не нужно, оно
отмирает.

Нет:

II

III

(переход диктатура пролетариата):
государство переходного ш л а (по
государство в собственном смысле).
коммунистическое общество: отми
ранйе государства.

Потная последовательность и ясность!!
I —демократия только для богатых и для маленькой прослойки пролетариата. [Бедным но
до нее!]
I I — д е м о к р а т и я для бедных, для
% 0 населения, подавление силой сопротивления богатых.
III—демократия полная, входящая в привычку и потому отмирающая, уступающая место
принципу: «каждый по способкостям, каждому по потребностям». I см. стр. 19 сбоку I.

Иначе:
I — демократия лишь в виде исключения, никогда не полная.-»
(I — демократия почти полная,
ограниченная только подавлснием сопротивления буржуазии.
Ш — демократия
действительно
полная, входящая в привычку
и потому
отмирающая...
Полная демократия равняется
никакой демократии. Это не
парадокс, а истина»

(Ленинский сборник XIV, стр. 265—206).
В. Паршнсная коммуна как первый и с т о р и ч е с к и й о п ы т
г о с у д а р с т в а нового т и п а

Коммуна должна была с самого начата признать, что рабочий
і ал а ее, придя к господству, не может дальше хозяйничать, пользуясь
старой государств иной машиной; что этот рабочий класс для того,
чтобы не потерять снова своего только что завоеванного господства, должен, с одной стороны, устранить всю старую, до сих пор
употреблявшуюся против него самого машину угнетения, а о другой стороны, должен обеспечить себя против своих собственных
депутатов и чиновников, объявляя нх всех, без всякого исключения,
сменяемыми в любое время. В чем состояла до сих пор характерная
особенность государства? Простым разделением труда общество
первоначально создало себе особые органы для защита своих общих интересов. Но со временем эти органы и первый среди них —•
государственная власть, — служа своим частным интересам, из слуг
общества превратились в его повелителей. Такое явление происходит не только в наследственных монархиях, но также и в демократических республиках. «Политики» нигде не составляют такой влиятельной и обособленной группы населения, как именно в Северной
Америке. Там каждая из двух больших партий,1 сменяющих одна,
другую у кормила правления, управляется, в свою очередь, людьми,
которые, из политики сделали себе выгодное дето, рассчитывают на
получение мест в законодательных собраниях союза или отдельных штатов или живут агитацией в пользу своей партии и вознаграждаются должностями после ее победы. Известно, сколько усилий затратили в течение последних тридцати лет американцы, чтобы свергнуть это ставшее невыносимым иго, н как, несмотря па это,
они всо более погружаются в болото продажности. Именно в
' Республиканская
и демократ» чес кал па ртия. Раньше демократическая
партия представляла нктеіюси помещичьего Юга, ,і республиканская — п ромы тленного Опора. Теперь обо партии являются партиями финансового капитала. Ред..

Америке лучите -всего видио. как растет независимость государствен
ной власти от общества, для которого она первоначально должна,
была служить только орудием. Там нет гги династий, ІГИ дворянства,
ни постоянного воііска, иоключая нескольких солдат, -наблюдающих
за индейцами, нет бюрократии с постоянными штатами и правами на
пенсию. И все же мы видим там две больших шайки политических
спекулянтов, которые попеременно забирают в свои руки государственную власть и эксплоатируют ее самым грязным образом для
самых грязных целей, а нация стоит бессильной пред этими двумя
большими союзами политиков, которые якобы находятся у нее на
службе, а в действительности грабят ее и господствуют ira л ней.
' Против этого неизбежного во всех существовавших до сих пор
государствах превращения государства и органов государства из
слуг общества в господ над обществом Коммуна применила два
безошибочных средства. Во-первых, она назначила на все должности но управлению, суду, народному просвещению лиц, выбранных
всеобщим избирательным -правом, и при этом ввела право отзывать этих выборных в любое время по решению их избирателей.
А, во-вторых, она платила всем должностным лицам, как высшим,
так и низшим, лишь такую плату, которую получали другие рабочие. Самое высокое жалованье, которое вообще платила Коммуна,
было 6000 франков. Таким образом было уже создано надежное
препятствие -погоне за местечками и карьеризму, помимо введенных Коммуной императивных мандатов депутатам в представительные учреждения.
Этот взрыв старой государственной Власти и се замена новою,
поистине демократическою, подробно описаны в третьем отделе
«Гражданской войны». Но вкратце остановиться еще раз на некоторых чертах этой замены было здесь необходимо, потому что как
раз в Германии суеверная вера в государство перешла из философии в общее сознание буржуазии и даже многих рабочих. По учению философов, государство есть «осуществление идеи» или. переведенное на философский язык, — царство божпе на земле, та
область, в которой осуществляется пли должна осуществиться вечная истина и справедливость. А отсюда вытекает суеверное почтение к государству и ко всему тому, что имеет отношение к государству,—• суеверное (Почтение, которое тем легче укореняется, что
люди привыкают с детства думать, будто дела и интересы, общие
всему обществу, не могут быть иначе выполняемы и охраняемы, как
прежним способом, т. е. чрез посредство государства н его награжденных доходными местечками чиновников. Люди воображают, ото
делают необыкновенно смелый шаг вперед, если они отделываются от
веры В наследственную монархию п становятся сторонниками демократической республики. Б действительности яге государство есть по
что иное, как машина для подавления одного класса другим — н е д е мократической республике ничуть не меньше, чем в монархии. И в лучшем случае государство есть зло. которое но наследству передается
пролетариату, одержавшему победу в борьбе за классовое господство; победивший пролетариат так же, как и Коммуна, вынужден будет немедленно отсечь худшие стороны этого зла до тех пор, пока поколение, выросшее в новых, свободных общественных условиях, окажется в состоянии выкинуть вон весь этот хлам государственности.
192

В последнее время социал-демократический филистер1 опять начинает испытывать спасительный страх при словах: диктатура пролетариата. Хотите ли знать, милостивые госуд#ри, как эта диктатура выглядит? Посмотрите иа Парижскую Коммуну. Это была диктатура пролетариата.
,
(Энгельс.
«Введите к «Гражданской
Пзбр. произв., X. II, стр. 355—357. 1891 Г.)
Г. Д и к т а т у р а п р о л е т а р и а т а
демократия

как

войне

во

Франции»».

пролетарская

или

Маркс.

советсная

! . Буржуазная республика, даже самая демократическая, освящаемая лозунгами всенародной, общенациональной или внеклассовой
воли, неизбежно оставалась на деле — в силу того, что существовала частная собственность на землю и другие средства производс т в а , — диктатурой буржуазии, машиной для эксплоатации и подавления громадного большинства трудящихся горсткой капиталистов.
В противоположность этому, пролетарская или советская демократия превратила массовые организации именно угнетенных капитализмом классов, пролетариев и беднейших крестьян-полупролетариев, т. е. громадного большинства населения, в постоянную и единственную основу всего государственного аппарата, местного и центрального, снизу и доверху. Тем самым Советское государство осуществило, между прочим, в несравненно более широком виде, чем
іде бу то ни было, местное и областное самоуправление, без каких
бы то ни было сверху назначаемых властей. Задачей партии является неутомимая работа над действительным проведением в жизнь
полностью этого высшего типа демократизма, требующего для своего правильного функционирования постоянного повышения уровня
культурности, организованности и самодеятельности масс.
2. Б противоположность буржуазной демократии, скрывавшей
классовый характер ее государства, советская власть открыто признает неизбежность классового характера всякого государства, пока
совершенно не исчезло деление общества на классы и вместе с ним
всякая государственна я власть. Советское государство, по самой
своей сущности, направлено к подавлению сопротивления эксплоататоров. и Советская конституция, исходя из того, что всякая свобода является обманом, если она противоречит освобождению труда
от гнета капитала, не останавливается перед отнятием у экенлоататоров политических прав. Задача партии пролетариата состоит в
лом, чтобы, проводя неуклонно подавление сопротивления эксплоа, таторов и идейно борясь с глубоко вкоренившимися предрассудками насчет безусловного характера, буржуазных прав и свобод,
разъяснять вместе с тем, что лишение политических прав н какие
бы то ни было ограничения свободы необходимы исключительно
в качество временных мер борьбы с попытками эксплоа-таторов
отстоять или восстановить свои привилегии. Но мере того как
1 Во всох печатавшихся до сих пор
текстах стояло: «немецкий фтг.тистор».
Это была фальсификация. В рукописи Энгельса, которая имеется в Институте
Маркса — Энгельса — Ленина, стоит: «социал-демократический филистер». Слово
«социал-демократический» было затем кем-то (не Энгельсом) вычеркнуто н сверху
написано неизвестной рукой: «немецкий». Ред.

18

Ленинизм

193

%

будет исчезать объективная возможность эксплоатацин человека человеком, будет исчезать и необходимость в этих временных мерах,
и партия будет стрАшться к их сужению и к полной их огменѳ.
3. Буржуазная демократия ограничивалась формальным распространением политических нрав и свобод, как-то: права собраний,
союзов, печати, одинаково на всех граждан. Но в действительности
как административная практика, так и главным образом экономическое рабство трудящихся всегда ставило последних при буржуазной демократии в невозможность сколько-нибудь широко пользоваться этими правами и свободами.
Напротив, пролетарская демократия на место формального провозглашения прав и свобод ставит их фактическое предоставление
прежде всего и больше всего именно тем классам населения, которые были угнетены капитализмом, т. е. пролетариату н крестьянству.
Для этого советская власть экспроприирует у буржуазии помещения, типографии, склады бумаги и пр., предоставляя их в полное
распоряжение трудящихся и их организаций.
Задача ВКП состоит в том, чтобы вовлекать все более широкие
массы трудящегося населения в пользование демократическими правами и свободами и расширять материальную возможность этого.
4. Буржуазная демократия в течение веков провозглашала равенство людей независимо от иола, религии, расы и национальности,
но капитализм не позволил нигде осуществить этого равноправия
на деле, а в своей империалистической стадии привел нас к сильнейшему обострению расового и национального гнета. Только потому, что советская власть есть-власть трудящихся, она смогла до
конца и во всех областях жизни впервые в мире провести это равноправие вплоть до полного уничтожения последних следов неравенства женщины в области брачного и вообще семейного права.
Задачей партии является в настоящий момент преимущественно
идейная и воспитательная работа над тем, чтобы уничтожить до
конца все следы прежнего неравенства или предубеждения, особенно среди отсталых слоев пролетариата и крестьянства.
Не ограничиваясь формальным равноправием женщин, партия
стремится освободить их от материальных тягот устарелого домашнего хозяйства путем замены его. домами-коммунами, общественными
столовыми, центральными прачечными, яслями и т. п.
5. Обеспечивая для трудящихся масс несравненно большую возможность, чем. при буржуазной демократии и парламентаризме, пооизводить выборы и отзыв депутатов наиболее легким и доступным
для рабочих и крестьян способом, советская власть в то же время
уничтожает отрицательные стороны парламентаризма.,
особенно
разделение законодательной и исполнительной властей, оторванность представительных учреждений от масс и пр.
Советское государство сближает государственный аппарат е массами также тем, что избирательной единицей и основной ячейкой
государства становится не территориальный округ, а производственная единица (завод, фабрика).
Задача партии заключается в том, чтобы, ведя всю работу в этом
направлении, добиваться дальнейшего сближения органов власти
с массами трудящихся на почве вое более строгого и все более полного осуществления этими массами демократизма на практике, в
194

особенности же путем проведения ответственности и подотчетности
должностных лиц.
6. В то время как буржуазная демократия, вопреки ее декларациям, превращала войско в орудие имущих классов, отделяя его от
трудящихся масс и ігротивопоставляя его им. уничтожая или затрудняя для солдат возможность осуществлять политические права,
Советское государство сливает в своих органах, в Советах рабочих
и солдат на почве полного равенства ііх прав и единства их интересов. Задачей партии является отстаивать и развивать это единство
рабочих и солдат в Советах, укрепляя неразрывную связь вооруженной силы с организациями пролетариата и полупролетариата.
7. Руководящая во всей революции роль городского промышленного пролетариата, как наиболее сконцентрированной, объединенной, просвещенной и закаленной в борьбе части трудящихся масс,
проявилась как в самом возникновении Советов, так и во всем ходе
развития их в органы власти. Наша Советская конституция отразила это, сохраняя некоторые преимущества за промышленным пролетариатом сравнительно с более распыленными мелкобуржуазными
массами в деревне.
Всесоюзная коммунистическая партия, разъясняя временный характер этих преимуществ, исторически связанных с трудностями социалистической организации деревин, должна стремиться к неуклонному и систематическому использованию этого положения
промышленного пролетариата для того, чтобы, в противовес узкоцеховьгм и узко-нрофессионалыіъш интересам, которые выращивал
капитализм среди рабочих, соединять теснее с передовыми рабочими наиболее отсталые и распыленные массы деревенских пролетариев и полупролетариев, а также среднего крестьянства.
8. Только благодаря советской организации государства., революция пролетариата могла сразу разбить и разрушить до основания
старый, буржуазный, чиповішчий и судейский государственный
аппарат. Однако, недостаточно высокий культурный уровень широких масс, отсутствие необходимых навыков в деле управления у выдвигаемых массой на ответственные поста работников, необходимость спешного привлечения в тяжелых условиях специалистов старой шкалы и отвлечение самого развитого слоя городских рабочих
на военную работу привели к частичному возрождению бюрократизма внутри советского строя.
Ведя самую решительную борьбу с бюрократизмом, ВКП отстаивает для полного преодоления этого зла следующие меры:
1) Обязательное привлечение каждого члена Совета к выполнению определенной работы по управлению государством.
2) Последовательную смену этих работ, с тем, чтобы они постепенно охватывали все отрасли управления.
3) Постепенное вовлечение всего трудящегося населения поголовно в работу по управлению
государством.
/
Полное и всестороннее проведение всех этих мер, представляя
собой дальнейший шаг по пути, на который вступила Парижская
Коммуна, и упрощение функций управления при повышении культурного уровня трудящихся, ведут к уничтожению государственной
власти.
*

(Программа ВКП(6), изд. 1933 г., стр. 14—21.)

195

Д. Основные черты советов нан государственной формы
д и к т а т у р ы пролетариата

Советы суть новый государственный аппарат, дающий, во-первых, вооруженную силу рабочих и крестьян, причем эта сила не
оторвана от народа, как сила старой постоянной армии, а теснейшим образом с ним связана; в военном отношении эта сила несравненно более могучая, чем прежние: в революционном отношении
она незаменима ничем другим. Во-вторых, этот аппарат дает связь
с массами, с бо.^ышшством народа настолько тесную, неразрывную,
легко проверимую и возобновляемую, что ничего подобного в прежнем государственном аппарате нет и в помине. В-третьих, этот
аппарат, в силу выборности н сменяемости его состава по воле народа, без бюрократических формальностей, является гораздо более демократическим, чем прежние аппараты. В-четвертых, он дает
крепкую связь с самыми различными профессиями, облегчая тем
различнейшие реформы самого глубокого характера без бюрократии. В-лятых, он дает форму организации авангарда, т. е. самой
сознательной, самой энергичной, передовой части угнетенных классов, рабочих и крестьян, являясь таким образом аппаратом, посредством которого авангард угнетенных классов может поднимать, воспитать, обучать и веоті за собой всю гигантскую массу этих классов, до сих пор стоявшую совершенно вліе политической жизни,
вне истории. В-шестых, он дает возможность соединять выгоды
парламентаризма с выгодами непосредственной и прямой демократии. т. е. соединять в лігце выборных представителей народа и законодательную функцию и исполнение
законов.
По сравнению с
буржуазным парламентаризмом это такой шаг вперед в развитии
демократии, который имеет всемирно-историческое значение . . .
. . . Е с л и бы народное творчество революционных классов не создало Советов, то пролетарская революция была бы в России делом
безнадежным, ибо со старым аппаратом пролетариат, несомненно,
удержать власти не мог бы, а нового аппарата сразу создать нельзя.
(Л е и п н. Соч., т. XXI, «Удержат ли большевики государственную власть?»,
стр.

25S—259.

1917

Г.)

Укрепление и развитие советской власти как формы, — опытом
уже проверенной, массовым движением и революционной борьбой
выдвинутой формы, — диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства (полупролетариев).
Укрепление и развитие должны состоять в осуществлении (более
широком, всеобщем и планомерном осуществлении) тех заданий,
которые исторически на эту форму государственной власти, на этот
новый тип государства, ложатся, именно:
(1) Объединение и организация угнетенных капитализмом трудящихся и эксплоатируемых масс и только их, т. е. только рабочих
и беднейших крестьян, полупролетариев,
при автоматическом
исключении эксплоататорскях классов и богатых представителей
мелкой буржуазии;
(2) объединение наиболее деятельной, активной, сознательной
части угнетенных классов, их авангарда, который должен воспитывать поголовно все трудящееся население к самостоятельному участию в управлении государстврм не теоретически, а практически.
136

(4) (3) Уничтожение парламентаризма (как. отделение законодательной работы от исполнительной); соединение законодательной и
исполнительной государственной работы. Слияние управления с законодательством.
(3) (4) Более тесная связь с массами всего аппарата государственной власти и государственного управления, чем прежние формы
демократизма.
(5) Создание вооруженной силы рабочих и крестьян, нанменее
оторванной от народа (советы = вооруженные рабочие и крестьяне). Организованность всенародного вобружения как один из
первых шагов к полному осуществлению вооружения всего народа.
(6) Более полный демократизм, в силу меньшей формальности,
большей легкости выбора и отзыва.
(7) Тесная связь (и непосредственная) с профессиями и с производительными— экономическими единицами (выборы по заводам,
по местным крестьянским и кустарным округам). Эта тесная связь
дает возможность осуществлять глубокие социалистические преобразования.
(8) (Отчасти, если не целиком, входит в предыдущее) — возможность устранить бюрократию, обойтись без нее, начало реализации
этой возможности.
(9) Перенесение центра тяжести в вопросах демократизма с формального признания формального равенства буржуазии и пролетариата, бедных и богатых на практическую осуществимость пользования свободой (демократией) трудящейся и эксплоатируемой массой населения.
(10) Дальнейшее развитие советской организации государства
должно состоять в том, чтобы каждый член совета обязательно нес
постоянную работу по управлению государством, на ряду с участием в собраниях совета: — а затем, в том, чтобы все население поголовно привлекалось постепенно как к участию в советской организации (при условии подчинения организациям трудящихся), так
и к несению службы государственного управления.
( Л е н и н . Соч., т. X X I I , «Десять тезисов о советской власти», стр. 371—372.
1 9 1 8 Г.)

2 . ПРОЛЕТАРСКАЯ ПРИРОДА СОВЕТСКОГО Г О С У Д А Р С Т В А
И С О Д Е Р Ж А Н И Е ЛОЗУНГА РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКОГО
ПРАВИТЕЛЬСТВА

Нельзя смешивать, а значит, отождествлять наше государство с
нашим правительством. Наше государство есть организация класса
пролетариев, в государственную власть, призванную подавлять сопротивление эксплоататоров, организовать социалистическое хозяйство, ликвидировать классы и т. д. Наше Же правительство есть верхушка этой государственной организации, ее руководящая верхушка.
Правительство может ошибаться, оно может допустить
ошибки, угрожающие временным провалом диктатуре пролетариата,
но это еще не будет означать, что пролетарская диктатура является неправильной или ошибочной, как принцип построения государства в переходный период, — это будет означать лишь то,
что руководящая верхушка плоха, что политика руководящей
верхушки, политика правительства не соответствует диктатуре

197

пролетариата, что эта политика должна быть изменена в соответствии с требованиями диктатуры пролетариата. Государство и правительство однородны по своей классовой природе, но правительство уже по объему, и оно не покрывает государства. Они связаны
между собой органически и зависят друг от друга, но это еще не
значит, что их можно валить в одну кучу.
Вы видите, что нельзя смешивать вопрос о пашем государстве
с вопросом о нашем правительство, так же как нельзя смешивать
вопрос о классе пролетариев с вопросом о руководящей верхушке
класса пролетариев.
Но еще больше недопустимо смешение вопроса о классовой природе нашего государства и нашего правительства с вопросом о повседневной политике нашего правительства. Классовая природа нашего государства и нашего правительства ясна сама собой, — она
•пролетарская. Цели нашего государства и нашего правительства
тоже ясны — они сводятся к подавлению сопротивления ѳксшюататоров, к организации социалистического хозяйства, к уничтожению
классов и т. д. Все это ясно. К чему сводится, в таком случае, вопрос о повседневной политике нашего правительства? Он сводится
к вопросу о тех Ъутях и средствах, при помощи которых могут
быть осуществлены классовые цели пролетарской диктатуры в нашей крестьянской стране. Пролетарское государство необходимо
для того, чтобы подавлять сопротивление экстілоататоров, организовать социалистическое хозяйство, уничтожить классы и т. д. .Наше
же правительство необходимо, кроме всего этого, еще для того,
чтобы наметить те пути и средства (повседневная политика), без которых немыслимо осуществление этих задач в нашей стране, где
пролетариат составляет меньшинство, где крестьянство является
огромным большинством. Что это з а пути и средства и к чему они
сводятся? Они сводятся в основном к мероприятиям, направленным
к сохранению и укреплению союза рабочих и основной массы крестьян, к сохранению и укреплению руководящей роли стоящего у
власти пролетариата в этом союзе. Едва ли нужно доказывать, что
вне такого союза и помимо такого союза наше правительство было
бы бессильно, и мы не имели бы возможности притгя к. осуществлению тех задач диктатуры пролетариата, о которых я только
что говорил. Как долго будет существовать этот союз, эта смычка,
и до какого времени будет продолжаться политика советского правительства по укреплению такого союза, по укреплению такой
смычки? Ясно, что до того времени, пока есть классы «и пока будет
существовать правительство, к а к выражение классового общества,
как выражение диктатуры пролетариата. При этом надо иметь в
виду, что: а ) союз рабочих и крестьян нужен нам не для сохранения
крестьянства как класса, а для его преобразования и переделки в
направлении, соответствующем интересам победы социалистического строительства; б) политика советского правительства ло укреплению этого союза рассчитана не на закрепление, а на уничтожение классов, на ускорение темпа уничтожения к л а с с о в . . .
Ленин был поэтому совершенно прав, когда он писал:
«Высший принцип диктатуры — это поддержание союза пролетариата с крестьянством, чтобы он мог удерашть руководящую роль и государственную
власть» (ом. т. X X V I , стр. 400),
193

Нет нужды доказывать, что именно это положение Ленина, а не
что-либо другое, является руководящей линией советского правительства в его повседневной политике, что политика советского правительства на данной стадии развития есть, по сути дела, политика
сохранения и укрепления такого именно союза рабочих и основной
массы крестьян. В этом смысле, — н только в этом смысле, а не в
смысле своей классовой природы — ооветскоѳ правительство является правительством рабоче-крестьянским. Не признавать этого, значит сойти с пути ленинизма* стать на путь отрицания идеи смычки,
идеи союза пролетариата и трудящихся масс крестьянства. Не признавать этого, значит считать, что смычка есть махинация, а не
реальное революционное дело, что мы ввели нэп для «агитации»,
а не для социалистического строительства совместно с основными
массами крестьянства. Не признавать этого, значит считать, что коренные интересы основных масс крестьянства не могут быть удовлетворены нашей революцией, что эти интересы находятся в непримиримом противоречии с интересами пролетариата, что мы нѳ
можем и не должны строить социализм совместно с основными
массами крестьянства, что кооперативный план Ленина несостоятелен, что меньшевики и их подголоски нравы и т. д. Стоит только
поставить э т а вопросы, чтобы понять всю гнилость и никчемность
( агитационного» подхода к кардинальному вопросу о смычке. Вот
почему я говорил в своих «Вопросах и ответах», что лозунг рабочекрестьянского правительства является не «демагогией», не «агитационным» маневром, а безусловно правильным и революционным
лозунгом.
Короче: одно дело — вопрос о классовой природе государства
и правительства, определяющей основные цели развития нашей революции, и другое дало — воирос о повседневной политике п{>авительства. о путях и средствах этой политики, необходимых для осуществления этих целей. Оба эти вопроса безусловно связаны между
собой. Но ото еще не значит, что они тождественны, что нх можно
валить в одну кучу.
Вы видите, что нельзя смешивать вопрос о классовой природе
государттва и правительства с вопросом о повседневной политике
правительства.
Могут оказать, что тут есть противоречие: к а к можно называть
пролетарское но своей классовой природе правительство правительством рабоче-крестьянским ? Но противоречие тут мнимое. Собственно говоря, тут такое же «противоречие», какое стараются
усмотреть некоторые наши любомудры между двумя формулами
Ленина о диктатуре пролетариата, из которых первая формула говорит. что «диктатура пролетариата есть власть одного класса» (см.
т. X X I V , стр. 398)', а вторая формула говорит, что «диктатура пролетариата есть особая форма классового союза между пролетариатом, авангардом трудящихся, и многочисленными непролетарскими
слоями трудящихся (мелкая буржуазия, мелкие хозяйчики, крестьянство,'иігтеллигсиция и т. д . ) » (см. т. X X I V , стр. 311). Есть ли
противоречие между этими двумя формулами? Конечно, нет. К а к
же достигается, в 'таком случае, власть одного класса (пролетариата) при классовом союзе, скажем, с основной массой крестьянства? Путем осуществления руководящей роли стоящего у власти
198

пролетариата («авангард трудящихся») в этой союзе. В л а с т ь одного

класса, класса пролетариев, осуществляемая при помощи "союза
этого класса с основной массой крестьянства в порядке государственного руководства этим последним, — вот основная мысль этих
двух формул. Где же тут противоречие? А что значит государственное руководство пролетариата в отношении основной массы крестьянства? Есть ли это такое же руководство, какое имело место,
например, в период буржуазно-демократической революции, когда
мы добивались диктатуры пролетариата и крестьянства? Нет, это
не такое руководство. Государственное руководство пролетариата в
отношении крестьянства есть руководство при диктатуре пролетариата. Государственное руководство пролетариата означает, что:
а) буржуазия уже свергнута, б) у власти стоит пролетариат, в ) пролетариат, не делит власти с другими классами, г) пролетариат строит
социализм, ведя за собой основные массы крестьянства. Руководство же' .пролетариата при буржуазно-демократической революции
п диктатуре пролетариата и крестьянства означает, что: а ) капитализм остается как основа, б) у власти стоит революционно-демократическая буржуазия, представляющая преобладающую силу в составе власти, в ) демократическая буржуазия делит власть с пролетариатом, г) пролетариат высвобождает крестьянство из-под влияния буржуазных партий, руководит им идейно-по.титачески и подготовляет борьбу для свержения капитализма. Разница тут, как видите, коренная.
То же самое нужно сказать но вопросу о рабоче-крестьянском
правительстве. Какое может быть противоречие в том, что пролетарская природа нашего правительства и вытекающие отсюда социалистические задачи не только не мешают ему, но, наоборот, толкают его, необходимо толкают на проведение политики сохранения
и укрепления рабоче-крестьянского союза, как важнейшего средства
достижения социалистических классовых задач пролетарской диктатуры в нашей крестьянской стране, что это правительство называется в виду этого рабоче-крестьянским правительством? Не ясно
ли, что Ленин был прав, проводя лозунг рабоче-крестьянского
правительства и квалифицируя наше правительство как правительство рабоче-крестьянское?
,
Вообще нужно сказать, что «система диктатуры пролетариата»,
при помощи которой проводится в нашей стране власть одного
класса, власть пролетариата, — вещь довольно сложная. Я знаю,
что некоторым товарищам не нравится, не по вкусу эта сложность.
Я знаю, что многие и-з них предпочли бы, с точки зрения «принципа
наименьшей траты сил», иметь депо с более простой и более легкой
системой. Но что поделаешь: во-первых, ленинизм надо брать таким, каков он есть на самом деле (нельзя упрощать и вульгаризировать ленинизм), во-вторых, история говорит, что самые простые и
самые легкие «теории» далеко не всегда являются самыми правильными.
4) Вы жалуетесь в своем письме:

«Грех всея товарищей, освещающих етот вопрос, в том, что они говорят
пли только о правительстве или же только о государстве, а потому не дают
окончательного ответа, совсем упуская из виду, какое откошеице должно быть
между опыш понятиями»,

BOO

Я признаю, что такой «грех», действительно, имеется за нашими
руководящими товарищами, особенно если иметь в виду то обстоятельство, что некоторые не очень прилежные «читатели» не хотят
сами вчитаться хорошенько в сочинения Ленина и требуют, чтобы
им разжевали основательно каждую фразу. Но что поделаешь: вопервых, наши руководящие товарищи слишком заняты и обременены текущей работой, что не дает им возможности заняться разъяснением ленинизма, как говорится, по пунктам; во-вторых, надо
же кое-что оставить и для «читателей», - которые должны же, наконец, перейти от легкого чтения сочинений Ленина к серьезному изучению ленинизма. А нужно сказать, что без серьезного изучения
ленинизма со стороны «читателей» жалобы, вроде вашей, и «недоразумения» всегда будут иметь место.
Взять, на пример, вопрос о нашем государстве. Ясно, что государство наше является, к а к по своей классовой природе, так, и но своей
программе, но своим основным задачам, но своим- действиям, по
своим делам, — пролетарским государством, рабочим государством,
правда, с известным «бюрократическим извращением». Вспомните
определение Ленина:
«Рабочее государство есть абстракция. А па деле мы имеем рабочее государство, во-первьга, с той особенностью, что в стране преобладает не рабочее,
а крестьянское население: и, во-вторых, рабочее государство с бюрократическим:
извращением) (см. т. XXVI, стр. 91).

Сомневаться в этом могут разве только меньшевики, эсеры, да
кое-кто из наших оппозиционеров. Ленин неоднократно разъяснял,
что наше государство есть государство пролетарской диктатуры, а
пролетарская диктатура есть власть одного класса, власть жрояетариата. Все это известно давным-давно. А меж тем существует немало «читателей», которые были и все еще остаются в претензии на
Ленина по поводу того, что Ленин иногда называл наше государство государством «рабоче-крестьянским», хотя не трудно понять,
что Ленин имел в виду при этом не определение классовой природы
нашего государства и. тем более, не отрицание пролетарской природы этого государства, а то, что пролетарская природа Советского
государства ведет к необходимости смычки пролетариата и основных масс крестьянства, в виду чего политика, советского правительства должна быть направлена на укрепление этой смычки. Возьмите,
например, X X I I том — стр. 174: X X V том — стр. 50, SO; X X V I том —
стр. 4 0 , 6 7 , 2 0 7 , 2 1 6 ; X X V I I том — стр. 4 7 . Во всех этих трудах, а
также и в некоторых других произведениях Ленин квалифицирует
ваше государство как государство «рабоче-крестьянское». Но было
бы странно не донимать, что Ленин имеет в виду во всех этих случаях но характеристику классовой природы нашего государства, а
определение той политики укрепления смычки, которая вытекает из
пролетарской природы и социалистических задач нашего государства в условиях нашей крестьянской страны. В этом условном и
ограниченном смысле, но только в этом смысле, можно говорить о
рабоче-крестьянском государстве, что и делает в указанных местах
своих трудов Ленин. Что касается классовой природы нашего государства, то я уже говорил выше, что Ленин дал на этот счет точнейшую формулировку, не допускающую никаких кривотолков:
201

рабочее государство с бюрократическим извращением в стране с
преобладанием крестьянского населения.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «К вопросу о райочо-крестьянском правительстве». Ответ т. Дмитриеву, стр. 239—2-14. 1927 г.)
3. БЮРОКРАТИЧЕСКОЕ ИЗВРАЩЕНИЕ ПРОЛЕТАРСКОГО
Г О С У Д А Р С Т В А , НОРНИ Б Ю Р О К Р А Т И З М А И БОРЬБА С НИМ

В заключение я скажу только два слова о том вопросе борьбы с
бюрократизмом, который занял у нас так много времени. Е щ е летом прошлого года этот вопрос был поставлен в ЦК, в августе ЦК
выдвинул его в письме ко всем организациям, в сентябре он был
поставлен на партийной конференции, наконец, на декабрьском
съеѳде советов вопрос этот был поставлен в более широком масштабе. Несомненно, бюрократическая язва есть: она признана, и необходимд, действительная борьба против нее. Конечно, в той дискуссии, которую мы наблюдали, в некоторых платформах этот вопрос ставился по меньшей мере легкомысленно, и сплошь и рядом
он рассматривался с точки зрения мелкобуржуазной... надо, чтобы
мы поняли, что борьба с бюрократизмом есть борьба абсолютно необходимая, и что она так же сложна, как задача борьбы с мелкобуржуазной стихией. Бюрократизм в нашем государственном строе
получил значение такой болячки, что о нем говорит наша партийная
программа, и это потому, что он связан с этой мелкобуржуазной
стихией и с ее распыленностью. Победить эти болезни можно
только объединением трудящихся, чтобы они умели не только приветствовать декреты Рабоче-крестьянской инспекции, — мало 'разве
у нас декретов, которые приветствуются? — но чтобы они умели
через Рабоче-крестьянскую инспекцию осуществлять свое право,
чего сейчас нет не только в деревне, но и в городах, и даже в городах столичных! Часто не умеют осуществлять его даже там, где
больше всего кричат против бюрократизма. На это обстоятельство
надо очень и очень обратить внимание.
( Л е п и л . Соч., т. XXVI, «Отчет о политической деятельности ЦК РІШ(б)
на X съезде», стр. 219—220. 1921 г.)

Возьмите вопрос о бюрократизме и взгляните на него с экономической стороны. 5 мая 1918 г. бюрократизм в ноле нашего зрения
ье стоит. Через полгода после Октябрьской революции, после того,
как мы разбили старый бюрократический аппарат сверху донизу,
мы еще не ощущаем этого зла.

Проходит еще год. На V I I I съезде Р К П , 18 — 23 марта 1919 г.,
принимается новая программа партии, и в этой программе мы говорим прямо не боясь признать зла, а желая раскрыть его, разоблачить, выставить на позор, вызвать мысль и волю, энергию, действие
для борьбы со злом, мы говорим о «частичном возрождении
бюрократизма внутри советского строя».

Прошло еще два года. Весной 1921 г., после VIII съезда советов,
эбсуждавшего (декабрь 1920 г.) вопрос о бюрократизме, после
X съезда Р К П (март 1921 г.), подводившего итоги спорам, теснейше
связанным с анализом бюрократизма, мы видим это зло еше яснее,
еще отчетливее, еще грознее перед собой. Каковы экономические
корни бюрократизма? Главным образом эти корни двоякие: с од£02

ной стороны, развитая буржуазия именно против революционного

движения рабочих (частью и крестьян) нуждается в бюрократическом аппарате, в первую голову военном, затем судейском и т. д.
Этого у нас нет. Суды у нас классовые, против буржуазии. Армия
у нас -классовая, против буржуазии. Бюрократизм не в армии, а в
обслуживающих ее учреждениях. У нас другой экономический корень бюрократизма: раздробленность, распыленность мелкого производителя, его нищета, некультурность, бездорожье, неграмотность, отсутствие оборота между земледелием и промышленностью,
отсутствие связи и взаимодействия между ними.
( Л о п н и . Соч., т. X X V I , «О продовольственном налоге», стр. 339—340.

1921 г.)

Опасность бюрократизма состоит, прежде всего, в том, что он держит под спудом колоссальные резервы, таящиеся в недрах нашего
строя, не давая их использовать, старается свести на-нет творческую инициативу масс, сковывая ее канцелярщиной, и ведет дето
к тому, чтобы каждое новое начинание партии превратить в мелкое и никчемное крохоборчество. Опасность бюрократизма состоит, во-вторых, в том, что оп не терпит проверки исполнения и
пытается превысить основные указания руководящих организаций
в пустую бумажку, оторванную от живой жизни. Опасность представляют не только в не столько старые бюрократы, застрявшие в
наших учреждениях, — но и — особенно — новые бюрократы, бюрократы советские, среди которых «коммунисты»-бюрократы играют
далеко не последнюю роль. Я имею в виду тех «коммунистов», которые канцелярскими распоряжениями и «декретами», в силу которых они верят, к а к в фетиш, стараются иохменить творческую инициативу и самодеятельность миллионных масс рабочего класса и
крестьянства.
Задача состоит в том, чтобы разбить бюрократизм в наших
учреждениях и организациях, ликвидировать
бюрократические
«правы» н «обычаи» и расчистить дорогу для использования резервов нашего строя, для надвертывания творческой инициативы и самодеятельности масс.
Задача эта нелегкая. Е е не разрешишь «в два счета». Но ее нужно
разрешить во что бы то ни стало, если мы хотим действительно
прообразовать нашу страну па началах социализма.
В борьбе с бюрократизмом работа партии идет ло четырем линиям: по линии развертывания самокритики, лоЪинші организации
дела проверки исполнения, ио линии чистки аппарата и, наконец,
по линии выдвижения снизу в аппарат преданных работников из
людей рабочего класса.
Задача состоит в том, чтобы приложить все силы к выполнению
всех этих мероприятий
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
ВКП(б)», стр. 541—542. 1930 г.)
4.

СИСТЕМА
ДИКТАТУРЫ
РОЛЬ ПАРТИИ В НЕЙ

«Политический

отчет

ПРОЛЕТАРИАТА

А. Тов. С т а л и н о „ м е х а н и з м е « д и н т а т у р ы

И

ЦК

XVI

съезду

РУКОВОДЯЩАЯ

пролетариата

Выше я говорил о диктатуре пролетариата с точки зрения'ее исторической неизбежности, с точки зрения ее классового содержания,

203

с точки зрения ее государственной природы, наконец, с точкн
зрения ее разрушительных и творческих задач, выполняемых на
протяжении целого исторического периода, называемого периодом
переходным от капитализма к социализму.
Теперь нам нужно поговорить о диктатуре пролетариата с точкп
зрения ее строения, с точки зрения ее «механизма», с точки зрения
роли и значения тех «приводов», «рычагов» и «направляющей
силы», совокупность которых составляет «систему диктатуры пролетариата» ( Л е н и н ) и при помощи которых осуществляется повседневная работа диктатуры пролетариата.
Что это з а «шривода» или «рычаги» в системе диктатуры пролетариата? Что это з а «направляющая сила»? Для чего они понадобились?
Рьтчаги или привода — это те самые массовые организации пролетариата, без помощи которых невозможно осуществление диктатуры.
Направляющая сила — это передовой отряд пролетариата, это
его авангард, являющийся основной руководящей силой диктатуры
пролетариата.
Эти привода, рычаги и направляющая сила необходимы для пролетариата потому, что без них он оказался бы в своей борьбе з а
победу в положении безоружной армии перед лицом организованного и вооруженного каіштала. Эти организации необходимы пролетариату потому, что без них он потерпел бы неминуемое лоражение в его борьбе за свержение буржуазии, в его борьбе,за упрочение своей власти, в его борьбе з а строительство социализма. Систематическая помощь этих организаций и направляющая сила авангарда необходимы потому, что без этих условий невозможна
сколько-нибудь длительная и прочная диктатура пролетариата.
Что это за организации?
Это, во-первых, профсоюзы рабочих, с их разветвлениями в
центре и на местах в виде целого ряда производственных, культурных, воспитательных и иных организаций. Они объединяют рабочих всех профессий. Это есть организация не партийная. Профсоюзы можно назвать поголовной организацией господствующего
у нас рабочего класса. Они являются школой коммунизма. Они выделяют и з своей среды лучших людей для руководящей работы по
всем отраслям управлений. Они осуществляют связь между передовыми и отсталыми в составе рабочего класса. Они соединяют рабочие массы с авангардом рабочего класса.
Это, во-вторых, советы с их многочисленными разветвлениями в
центре и на местах в виде административных, хозяйственных, военных, культурных и других государственных организаций, плюс бесчисленное множество самочинных массовых объединений трудящихся, облегающих эти организации и соединяющих их с населением. Советы есть массовая организация всех трудящихся города
и деревни. Это есть организация не партийная. Советы есть прямое
выражение диктатуры пролетариата. Через советы проходят все и
всякие мероприятия но укреплению диктатуры и строительству социализма. Через советы осуществляется государственное руководство крестьянством со стороны пролетариата. Советы соединяют
миллионные массы трудящихся с авангардом пролетариата.
234

,

Это, в-третьих, кооперация всех видов со всеми ее разветвлениями. Это есть массовая организация трудящихся, организация не
партийная, объединяющая их прежде всего как потребителей, а
также, с течением времени, и как производителей (сел.-хоз. кооперация). Она приобретает особое значение после упрочения диктатуры пролетариата, в период широкого строительства. Она облегчает связь авангарда пролетариата с массами крестьянства и создает
возможность вовлечения последних в русло социалистического
строительства.
Это, в-четвертых, союз молодежи. Это есть массовая организация
рабочей и крестьянской молодежи, организация не партийная, но
примыкающая к партии. Она имеет своей задачей помощь партии
в деле воспитания молодого поколения в духе социализма. Она
дает молодые резервы для всех остальных массовых организаций
пролетариата по всем отраслям управления. Союз молодежи приобрел особое значение после упрочения диктаторы пролетариата, в
период широкой культурной л воспитательной работы пролетариата.
Это, наконец, партия пролетариата, его авангард. Е е сила заключается в том, что она вбирает в себя всех лучших людей пролетариата из всех его массовых организаций. Е е назначение состоит в
том, чтобы объединять работу всех без исключения массовых организаций пролетариата и направлять их действия к одной цели, к
цели освобождения пролетариата. А объединять и направлять их
по линии одной цели абсолютно необходимо, ибо без этого невозможно единство борьбы пролетариата, ибо без этого невозможно
руководство пролетарскими массами в их борьбе за власть, в их
борьбе з а строительство социализма. Но объединять и направлять
работу массовых организаций пролетариата способен лишь авангард
пролетариата, его партия. Только партия пролетариата, только партия
коммунистов способна выполнить эту роль основного руководителя
в системе диктатушл пролетариата,
Почему?
«Потому, во-первых, что партия есть отборный пункт лучших элементов
рабочего класса, имеющих прямые связи с беспартийными организациями пролетариата и очень часто руководящих ими; потому, во-вторых, что партия, как
сборный пункт лучших людей рабочего класса, является лучшей школой выработки лидеров рабочего класса, способных руководить всеми формами организации своего класса; потому, в-третьих, что партия, как лучшая школа лидеров рабочего класса, является по своему опыту и авторитету единственной
организацией, способной централизовать руководство борьбой пролетариата и
превратить, таким образом, все и всякие беспартийные организации рабочего
класса в обслужнвающпе органы и приводные ремни, соединяющие ее с классом» (см. «Об основах ленинизма»).

Партия есть основная руководящая сила в системе диктатуры
пролетариата.
«Партия есть высшая форма классового объединения пролетариата» ( Л е н и н ) .
Итак: профсоюзы, как массовая организация пролетариата, связывающая партию с классом, прежде всего но линии производственной; советы, как массовая организация трудящихся, связывающая
«партию с этими последними, прежде всего по линии государственной; кооперация, как массовая организация, главным образом,

205

крестьянства, связывающая партию с крестьянскими массами, прежде
всего по линии хозяйственной, по линии вовлечения крестьянства в
социалистическое строительство; союз молодежи, как массовая организация рабочей и крестьянской молодежи, призванная облегчить
авангарду пролетариата социалистическое воспитание нового поколения и выработку молодых резервов; и, наконец, партия, как основная направляющая сила в системе диктатуры пролетариата, призванная руководить всеми этими массовыми организациями, — такова, в общем, картина «механизма» диктатуры, картина «системы
диктатуры пролетариата».
Без партии, как основной руководящей силы, невозможна
сколько-нибудь длительная и прочная диктатура пролетариата.
Таким образом, говоря словами Ленина, «получается, в общем и
целом, формально не коммунистический, гибкий и сравнительно широкий, «весьма могучий, пролетарский, аппарат, посредством которого партия связана тесно с классом и с массой и посредством которого, при руководстве партии, осуществляется диктатура класса»
(см. т. X X V , стр. 192).
Это не значит, конечно, что партия может или должна заменить
профсоюзы, советы и другие массовые организации. Партия осуществляет диктатуру пролетариата. Но она осуществляет ее не непосредственно, а при помощи профсоюзов, черев советы и их разветвления. Без этих «приводов» сколько-нибудь прочная диктатура была бы невозможна.
«Нельзя, — говорит Ленин, — осуществлять диктатуры без нескольких «приводов» от авангарда к массе передового класса, от него к массе трудящихся»...
«Партия, так сказать, вбирает в оебя авангард пролетариата, и этот авангард
осуществляет диктатуру пролетариата. Не имея такого фундамента, как профсоюзы, нельзя осуществлять диктатуру, нельзя выполнять
государственные
функции. Осуществлять же их приходится через*
ряд особых учреждений
опять-таки нового какого-то типа, именпо-.через* советский аппарат» ( с м . т . X X V I ,
стр. 65 и 64).
(Сталин.
1926 г.)

Вопросы ленинизма.

«К

вопросам

ленинизма»,

стр.

202—205.

Б. Роль к о м м у н и с т и ч е с к о й партии при д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а 1

8. Отарое «классическое» деление рабочего движения па три
формы (партия, профессиональные союзы и кооперативы) явно отжило свой век. Пролетарская революция в России выдвинула основную форму рабочей диктатуры — советы. В ближайшем будущем
всюду установится новое деление: 1) партия, 2) советы и 3) производственные союзы. Ііо и работой в советах, как. и в революционизированных производственных союзах, должна неизменно и систематически руководить партия пролетариата, т. е. коммунистическая
партия. Организованный авангард рабочего класса — коммунистическая партия — должен в одинаковой мере руководить и экономической и политической, и культурно-просветительной борьбой рабочего класса в целом. Коммунистическая партия должна являться душой и производственных союзов, и советов работах депутатов, и
всех иных форм пролетарской организации.
* Курсив мой. Я. Ст.
Примечание составителя. О роли партии в системе диктатуры пролетариата
см. также тему «Учение о партии».
206
1

Возникновение советов, как главной исторически-да иной 'формы
диктатуры пролетариата, нисколько не умаляет руководящей роли
коммунистической партии в пролетарской революции. Когда германские «левые» коммунисты (см. обращение их партии к германскому пролетариату от 14 апреля 1920 г. за подписью «Коммунистическая рабочая партия Германии») заявляют, что «и партия должна
все больше приспособляться к идее советов и принимать пролетарский характер» — «dass auch die Partei sich immer mehr dem Rätegedanken anpasst und proletarischen Charakter annimmt» («Kommunistische Arbeiterzeitung» № 54), то это есть сбивчивое выражение
той идеи, что коммунистическая партия будто бы должна раствориться в советах, что советы якобы могут заменить коммунистическую партию.
Идея эта глубоко неверна и реакционна.
В истории русской революции мы видели целую полосу, когда
советы шли против пролетарской партии и поддерживали политику
агентов буржуазии. То же наблюдалось и в Германии. Это же возможно и в других странах.
Для того, чтобы советы могли выполнить свою историческую
миссию, напротив, необходимо существование настолько сильной
коммунистической партии, чтобы она могла не просто «приспособляться» к советам, а в состоянии была бы решающим образом воздействовать на их политику, заставить их самих отказаться от «приспособления» к буржуазии и белой социал-демократии, суметь "через коммунистические фракции советов вести советы за коммунистической партией.
Кто предлагает коммунистической партии «приспособляться» к
советам, кто видит в таком приспособлении усиление «пролетарского характера» партии, тот оказывает медвежью услугу и партии,
н советам, тот не понимает ни значения партии, ни значения советов. «Советская идея» победит тем скорее, чем более сильную коммунистическую партию мы сумеем создать в каждой стране. «Советскую идею» теперь признают на словах и .многие «независимые»
социалисты И даже правые социалисты. Не позволить этим элементам извратить советскую идею можно только в том случае,
если мы будем иметь сильную коммунистическую партию, способную определять политику советов и вести нх за'собою.
9. Коммунистическая партия нужна рабочему классу не только
до завоевания власти и не только во время завоевания власти, ко и
после того, как власть перешла в руки рабочего класса. История
Российской коммунистической партии, три года стоящей у власти
в громадной стране, показывает, что роль коммунистической партии
после завоевания власти работам классом не только не уменьшилась, а, напротив, чрезвычайно возросла.
10. На другой день после захвата власти пролетариатом партия
ого, все-таки, иопрежнему остается только частью рабочего класса.
Но это ость именно та часть рабочего класса, которая организовала
победу. Коммунистическая партия в течение двух десятилетий,
как мы это видели в России, — в течение ряда лет, как мы это
видим в Германии, — в борьбе не только с буржуазией, но и с теми
«социалистами», которые являются проводниками буржуазных влияний на пролетариат, впитывала в свои ряды наиболее стойких,
£07

наиболее дальновидных, наиболее передовых борцов рабочего класса.
Только при наличии такой сплоченной организации лучшей части
рабочего класса возможно преодолеть все трудности, которые становятся перед рабочей диктатурой на завтра после победы. Организация новой пролетарской Красной армии, фактическое уничтожение буржуазного государственного аппарата и замена его зачатками нового пролетарского государственного аппарата, борьба против цеховых стремлений отдельных групп рабочих, борьба против
местного и областного «патриотизма», прокладывание путей в области создания новой трудовой дисциплины — во всех этих областях решающее слово принадлежит партии коммунистов, члены которой своим живым примером ведут за собой большинство рабочего
класса,
11. Необходимость политической партии пролетариата отпадает
лишь вместе с полным уничтожением классов. На пути к этой окончательной победе коммунизма возможно, что удельный вес трех
основных пролетарских организаций современности (партия, советы и производственные союзы) будет изменяться и что постепенно
выкристаллизуется единый тип рабочей организации. Но коммунистическая партия растворится полностью в рабочем классе лишь
тогда, когда коммунизм перестанет быть объектом борьбы и весь
рабочий класс станет коммунистическим.
(Резолюция II конгресса Коммунистического Интернационала о роли коммунистической партии в пролетарской революции, стр. 4S5—487. 1934 г.)
В. Борьба против т р о ц к и с т с к о г о
отождествления
пролетариата с диктатурой партии

диктатуры

Нельзя противопоставлять диктатуру пролетариата руководству
(«диктатуре») партии, если имеются налицо правильные взаимоотношения между партией и рабочим классом, между авангардом и
рабочими массами. Но из этого следует, что тем более нельзя отождествлять партию с рабочим классом, руководство («диктатуру»)
партии с диктатурой рабочего класса. На там основании, что «диктатуру» партии "нельзя противопоставлять диктатуре пролетариата,
т. Сорин пришел к тому неправильному выводу, что «диктатура пролетариата есть диктатура нашей партии». Но Ленин говорит не
только о недопустимости такого противопоставления. Он говорит
вместе с тем о недопустимости противопоставления «диктатуры
маос диктатуре вождей». Не угодно ли па этом основании отождествить диктатуру вождей с диктатурой пролетариата? Ддя по
этому пути, мы должны были бы сказать, что «диктатура пролетариата есть диктатура наших вождей». А ведь к этой именно глупости и ведет, собственно говоря, политика отождествления «диктатуры» партии с диктатурой пролетариата...
Как обстоит дело на этот счет у т. Зиновьева?
Тов. Зиновьев стоит, в сущности, на той же точке зрения отождествления «диктатуры» партии с диктатурой пролетариата-, что и
т. Сорин, с той, однако, разницей, что т. Сорил выражается прямее
и яснее, а т. Зиновьев «вертится». Достаточно взять, хотя бы, следующее место из книги т. Зиновьева «Ленинизм», чтобы убедиться
в этом:
203
>

«Что такое, — говорит т. Зиновьев, — существующий в Союзе ССР строй
с точки зрения его классового содержания? Это — диктатура пролетариата.
Какова непосредственная нружігна власти в СССР? Кто осуществляет власть рабочего класса? Коммунистическая партия! В ѳтом смысле у нас* диктатура
партии. Какова юридическая ферма власти в СССР? Какой новый тип государственного строя, созданный Октябрьской революцией?
Это — советская система.
Одно нисколько не противоречит другому» (см. «Ленинизм», стр.
370—371).

Что одно другому не противоречит, это, конечно, правильно,
если под диктатурой партии в отношении рабочего класса в целом
понимать руководство партии. Но как молено ставить на этом основании знак' равенства между диктатурой пролетариата и «диктатурой» партии, между советской системой и «диктатурой» партии?
Ленин отождествлял систему советов с диктатурой пролетариата,
и он был прав, ибо советы, наши советы, являются организацией
сплочения трудящихся масс вокруг пролетариата при руководстве
партии. Но когда, где, в каком своем труде ставил знак равенства
Ленин между «диктатурой» партии и диктатурой пролетариата,
между «диктатурой» партии и системой советов, как это делает теперь т. Зиновьев? Диктатуре пролетариата не противоречит не
только руководство («диктатура») партии, но и руководство («диктатура») вождей. Но угодно ли, на этом основании, провозгласить,
что наша страна является страной диктатуры пролетариата, то есть
страной диктатуры партии, то есть страной диктатуры вождей? А'
ведь к этой именно глупости и ведет «принцип» отождествления
«диктатуры» партии с диктатурой пролетариата, вкрадчиво и несмело
провидимый т. Зиновьевым.
,
В многочисленных трудах Ленина мне удалось отметить лишь
пять случаев, где Ленин. затрагивает мельком вопрос о диктатуре
партии.
Первый случай — это полемика с эсерами и меньшевиками, где
он говорит:
«Когда изо упрекают в диктатуре одной партии и предлагают, как вы слышали, единый социалистический фронт, мы говорим: «Да, диктатура одной
партой! Мы па ней стоим и с этой почвы сойти яе можем, потому что это та
партия, которая в течение десятилетий завоевала положение авангарда всего
фабр н ч но-за воде кого и промышленного пролетариата-» (см. т. X X I V , стр. 423).

Второй случай — это «Письмо к рабочим и крестьянам по поводу
победы над Колчаком», где он говорит:
«Крестьян путают (особенно меньшевики и эсеры, все, даже «левые» из них)'
пугалом «диктатур!,1 одной партии», партии большевиков-коммунистов. На примере Колчака крестьяне научились и» бояться путала. Либо диктатура (т. е. железная власть) помещиков п капиталистов, либо диктатура рабочего класса»
(см. т. XXIV, стр. 436).

Третий случай — это речь Ленина па II конгрессе Коминтерна
в полемике с Теипером. Эту речь я процитировал выше.
Четвертый случай — это несколько строчек в брошюре «Детская
болезнь». Соответствующие, цитаты уже приведены выше.
И пятый случай—• это набросок схемы о диктатуре пролетариата,
опубликованный в III «Ленинском сборнике», где имеется подзаголовок под названием «Диктатура одной партии» (см. «Ленинский
сборник» III, стр. 4 9 7 ) .
* Курсив мой. И. Ст.
14

Ленинизм,

Следует отмеФйть', что в' двух случаях пз пята, в последнем н вб
втором случае, слова «диктатура одной партии» Ленин берет в кавычки, явно подчеркивая неточный, переносный смысл этой формулы.
Следует также отметать, что во всех этих случаях под «диктатурой партии» в отношении рабочего класса Ленин понимает не диктатуру в собственном смысле этого слова («власть, опирающаяся
на насилие»), а руководство партии.
Характерно, что ни в одном из своих трудов, основных и второстепенных, где Ленин трактает или просто упоминает о диктатуре
пролетариата и о роли партии в системе диктатуры пролетариата,
нет и намека на то, что «диктатура пролетариата есть диктатура
нашей партии». Наоборот, каждая страница, каждая строчка этих
трудов вопиет против такой формулы (см. «Государство и революция», «Пролетарская революция и ренегат Каутский», «Детокая болезнь»" и т. д.).
Еще более характерно, что в тезисах II конгресса Коминтерна о
роли политической партии, выработанных под непосредственным
руководством Ленина, на которые Ленин неоднократно ссылался в
своих речах как на образец правильной формулировки роли и задач партии, — мы не находим пи одного, буквально ни одного слова
о диктатуре партии.
О чем все это говорит?
О том, что:
а) Ленин пе считал форму,ту «диктатура партии» безупречной,
точной, в виду чего она употребляется в трудах Ленина крайне
редко и берется иногда в кавычки;
б) в тех немногих случаях, когда Ленин был вынужден, в полемике с противниками, говорить о диктатуре партии, он говорил
обычно о «диктатуре одной партии», т. е. о том, что партия наша
стоігг у власти одна, что она не делит власы-, с другими партиями,
причем оп всегда ра-зъяснял, что под диктатурой партии в отношении рабочего класса нужу о понимать руководство партии, ее руководящую роль;
в) во всех тех случаях, когда Ленин находил нужным определить научно роль партии в системе диктатуры пролетариата, он говорил исключительно о руководящей роли партии (а таких случаев— 1
тысячи) в отношении рабочего класса;
г) именно поэтому Ленин «не догадался» включить в основную
резолюцию о роли партии — я имею в виду резолюцию II конгресса
Коминтерна — формулу «диктатура партии»;
д) неправы с точки зрения ленинизма и политически близоруки
те товарищи, которые отождествляют или пытаются отождествить
«диктатуру» партии, а значит, и «диктатуру вождей», с диктатурой
пролетариата, ибо они нарушают этим условия правильного взаимоотношения между авангардом и классом.
Я уже не говорю о том, что формула «диктатура партии», в з я тая бее указанных выше оговорок, может создать целый ряд опасностей и политических минусов в нашей практической работе. Этой
формулой, взятой без оговорок, как бы подсказывают:
а) беспартийным массам: не смейте противоречить, не смейте
рассуждать, ибо партия все может, ибо у нас диктатура партии;
210

б)' партийным кадрам: действуйте посмелее, нажимайте покрепче,
можно и не прислушиваться к голосу беспартийных масс — у нао
диктатура партии;

в) партийным верхам: можно позволить себе роскошь некоторого самодовольства, пожалуй, можно даже немножечко зазнаться,
ибо у нас диктатура партии, а «значит» — и диктатура вождей.
Об этих опасностях уместно напомнить именно теперь, в период
подъема политической активности масс, когда готовность партии
внимательно прислушиваться к голосу масс представляет для нас
особую ценность, когда чуткость к заягросам масс является основной
* заповедью нашей партии, когда от партии требуется особая осмотрительность и особая гибкость в политике, когда опасность зазнаться является одной из самых серьезных опасностей, стоящих перед
партией в деле правильного руководства массами.
Нельзя не вспомнить золотых слов Ленина, оказанных им на
X I съезде нашей партии:
«В народной маосе мы (коммунисты. II. Ст.) все же капля в море, н мы мо-і
жем управлять только тогда, когда правильно выражаем то, что народ сознает.
Без этого коммунистическая партия не будет вести пролетариат, а пролетариат
пе будет вести за собою масс, и вся машина развалится» (см. т. X X V I I ,
стр. 256).

«Правильно

выражать

то, что народ

сознает» — это именно и

есть то необходимое условие, которое обеспечивает з а партией почетную роль основной руководящей силы в системе диктатуры пролетариата.
(Сталин.
J 926 г.)

Вопросы

ленинизма.

«К вопросам

ленинизма»,

стр.

216—219.

IV. ВЫСШЕЕ УКРЕПЛЕНИЕ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ ПРОЛЕТАРИАТА
В ЦЕЛЯХ ПОДГОТОВКИ УСЛОВИЙ
ДЛЯ ОТМИРАНИЯ ГОСУДАРСТВА
I. ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ОТМИРАНИЯ Г О С У Д А Р С Т В А

Слова Энгельса об «отмирании» государства пользуются такой
широкой известностью, они так часто цитируются, так рельефно
показывают, в чем состоит соль обычной подделки марксизма под
оппортунизм, что па них необходимо подробно остановиться. Приведем всо рассуждение, из которого они взяты:
«Пролетариат берет государственную власть я превращает средства производства прежде всего в государственную собственность. ІІо тем самым он уничтожает самого себя как пролетариат, тем самым он уничтожает все классовые
различия и классовые противоположности, а вместе с тем н государство.
Существовавшему п существующему до сих пор обществу, которое двигается
в классовых противоположностях, было необходимо государство, т. е. организация експлоататорокого класса для поддержания его внешних условий производства, значит, в особенности для насильственного удержания якоплоатируемого
класса в определяемых данным способом производства условиях подавления
(рабство, крепостничество, наемный труд).
Государство было официальным
представителем всего общества, его сосредоточением в видимой корпорации,
но оно было таковым лишь постольку, поскольку оно было государством
того класса,
который для своей энохн один представлял все общество:
в древности оно было государством рабовладельцев — граждан государства,

211

Б средние вена — феодального дворянства,
в
наше
время — буржуазия.
Когда государство наконец-то становится действительно представителем всего общества, тогда оно само себя делает излншнігм. С того времени, как не будет
ни одного общественного класса*, который надо бы было держать в подавлении,
с того времени, когда исчезнут вместо с классовым господством, вместе с борьбой за отдельное существование, порождаемой теперешней анархией в производстве, те столкновения п эксцессы (крайности), которые проистекают из этой
борьбы, — с эщго времени нечего будет подавлять, не будет и надобности
в особой силе для подавления в государстве. Первый акт, в котором государство выступает действительно как представитель всего общества—взятие во владение средств производства от имени общества — является в то же время последним самостоятельным актом его как государства.
Вмешательство государственной власти в общественные отношения становится тогда в одной области
еа другою излишним и само собою засыпает. Место правительства над липами '
заступает распоряжение вещами п руководство процессами
производства.
Государство не «отменяется», оно отмирает. На основании этого следует оценивать фразу про «свободное народное государство», фразу, имевшую на время
агитаторское право на существование, но в конечном счете научно несостоятельную. На основании этого следует оценивать также требование так называемых
анархистов, чтобы государство было отменено с сегодня на завтра». (АнтиДюринг. «Ниспровержение пауки господином Евгением Дюрингом», стр. 302—303
по з-му нем. изд.)

Не боясь ошибиться, можно сказать, что из этого, замечательно богатого мыслями, рассуждения Энгельса действительным достоянием социалистической мысли в современных социалистических партиях стало только то, что государство «отмирает», по
Марксу, в отличие от анархического учения об «отмене» государства. Так обкарнать марксизм значит свести его к оппортунизму,
ибо при таком «толковании» остается только смутное представление о медленном, ровном, постепенном изменении, об отсутствии
скачков и бурь, об отсутствии революции. «Отмирание» государства
в ходячем, общераспространенном, массовом, если можно так выразиться, понимании означает, несомненно, затушевывание, если
не отрицание, революции.
А между тем, подобное «толкование» есть самое грубое, выгодное .тишь для буржуазии, искажение марксизма, теоретически основанное на забвении важнейших обстоятельств и соображений,
указанных хотя бы в том же, приведенном нами полностью, «итоговом» рассуждении Энгельса.
Во-первых. В самом начале этого рассуждения Энгельс говорят, что, беря гост-дарственную власть, пролетариат «тем самым
уничтожает государство как государство». Что это Значит, об этом
думать «не принято». Обычно это либо игнорируют совершенно,
либо считают чем-то вроде «гегельянской» «слабости» Энгельса.
На деле в этих словах выражен кратко опыт одной из величайших
пролетарских революций, опыт Парижской Коммуны 1871 г., о
чем подробнее пойдет у нас речь в своем месте. На деле здесь'
Энгельс говорит об «уничтожении» пролетарской революцией государства буржуазии, тогда как слова об отмирании относятся к
остаткам пролетарской государственности после социалистической
революции. Буржуазное государство не «отмирает», но Энгельсу,
а «у и и ч т о ж а с т с я» пролетариатом в революции. Отмирает
после этой революции пролетарское государство или полугосударство.
Во-вторых. Государство есть «особая сила для подавления». Это
великолепное и в высшей степени глубокое определение Энгельса
212

дано им здесь с полнейшей ясностью. А' из него вытекает, что «особая сила для подавления» пролетариата буржуазией, миллионов
трудящихся горстками богачей должна смениться «особой силой
для подавления» буржуазии пролетариатом (диктатура пролетариата). В этом и состоит «уничтожение государства как государства». В этом и состоит «акт» взятия во владение средств производства от имени общества. Й само собою очевидно, что такая смена
одной (буржуазной) «особой силой» другою (пролетарскою) «особой силой» никак уже не может произойти в виде «отмирания».
( Л е и и п.

Соч., т. X X I , «Государство п революция», стр. 379—3S1. 1917 г.)

Самое обстоятельное разъяснение этого вопроса дано Марксом в его «Критике Готской программы» (письмо к Братске от
5 мая 1S75 г., напечатанное только в 1S91 г. в «Neue Zeit», I X , I, и
вышедшее по-русски отдельным изданием). Полемическая часть
этого замечательного произведения, состоящая в критике лассадеанства, затенила, так сказать, его положительную часть,
именно: анализ связи между развитием коммунизма и отмиранием
государства.
1. ПОСТАНОВКА В О П Р О С А

МАРКСОМ
/

При поверхностном сравнении письма Маркса к Бракке от 5 мая
1S75 г. и рассмотренного выше письма Энгельса к Бебелю от
28 марта 1875 г. может показаться, что Маркс гораздо более
«государственник», чем Энгельс, и что различие между взглядами
обоих писателей на государство очень значительное.
Энгельс предлагает Бебелю вовсе бросить болтовню о государстве, изгнать совершенно слово государство из программы, заменив его словом «община»; Энгельс заявляет даже, что Коммуна
не была уже госудртхггвом в собственном смысле. Между тем
Маркс говорит даже о «будущей государственности коммунистического общества», т. е. как будто бы признает необходимость государства даже при коммунизме.
ІІо подобный взгляд был бы в корне неправилен. Ближайшее
раосмотрепие показывает, что взгляды Маркса и Энгельса на государство и его отмирание вполне совпадают, а приведенное выражение Маркса относится именно к этой отмирающей государственности.
Ясно, что не может быть л речи об определении момента будущего «отмирания», тем более, что оно представляет из себя заве-'
домо процесс длительный. Кажущееся разлитае между Марксом и
Энгельсом объясняется различием тем, которые они себе брали,
задач, которые они преследовали. Энгельс ставил задачей наглядно,
резко, в крупных штрихах показать Бебелю всю нелепость ходячих (и
разделявшихся Лаосалем в немалой степени) предрассудков насчет
государства. Маркс только мимоходом касается этого вопроса, интересуясь другой темой: развитием коммунистического общества.
Вся теория Маркса есть применение теории развития — в ее наиболее последовательной, полной, продуманной и богатой содержанием
форме — к современному капитализму.
Естественно, что для
Маркса встал вопрос о применении этой теории и к предстоящему
краху капитализма и к будущему развитию будущего коммунизма.
213

На основании каких же данных можно ставить вопрос о будущем развитии будущего коммунизма?
На основании того, что он происходит из капитализма, исторически развивается из капитализма, является результатом действий
такой общественной силы, которая рождена
капитализмом. У,
Маркса нет ни тени попыток сочинять утопии, по-пустому гадать
насчет того, чего знать нельзя. Маркс ставит вопрос о коммунизме,
как естествоиспытатель поставил бы вопрос о развитии новой, скажем, биологической разновидности, раз мы знаем, что она так-то
возникла и в таком-то определенном направлении видоизменяется.
Маркс прежде всего отметает прочь ту путаницу, которая Готской программой вносится в вопрос о соотношении государства и'
общества.
. . . «Современное общество — пишет он — есть капиталистическое общество,
которое существует во всех цивилизованных странах, более или менее свободное
от иримесц средневековья, более или менее видоизмененное особенностями исторического развития каждой страны, более или менее развитое. Напротив того,
«еовремеийое
государство»
меняется
с каждой государственной
границей.
В прусско-германской империи оно совершенно иное, чем в Швейцарии, в Англии
совершенно иное, чем в Соединенных штатах. «Современное государство» есть,
следовательно, фикция.
«Однако, несмотря на пестрое разнообразие их форм, различные государства
различных цивилизованных стран имеют между собой то общее, что они стоят
на почве современного буржуазного общества, более или менее капиталистически
развитого.
У них есть поэтому некоторые общие существенные признаки.
В этом смысле можно говорить о «современной государственности» в противоположность тому будущему, когда отомрет теперешний ее корень, буржуазное
общество.
«Вопрос ставится затем так: какому превращению подвергнется государственность в коммунистическом обществе? Другими словами: какие общественные функции останутся тогда, аналогичные теперешним государственным функциям? На этот вопрос можно ответить только научно; и сколько бы тысяч раз
ни сочетать слово «народ» со словом «государство», это ни капельки не подвииет
его разрешения» . . .

Высмеяв таким образом все разговоры о «народном государстве», Маркс дает постановку вопроса и как бы предостерегает, что
для научного ответа на него можно оперировать только твердо
установленными научными данными.
Первое, чтб установлено вполне точно всей теорией развития,
всей наукой вообще,—и что забывали утописты, что забывают
нынешние оппортунисты, боящиеся социалистической революции,—
это то обстоятельство, что исторически несомненно должна быть
особая стадия или особый этап перехода от капитализма к коммунизму.
(Ленин.

Соч., т. X X I , «Государство и революция», стр. 427—423. 1917 г.)

2. В Ы С Ш Е Е УКРЕПЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ В Л А С Т И ПРОЛЕТ А Р И А Т А В ЦЕЛЯХ ПОДГОТОВКИ УСЛОВИЙ Д Л Я ОТМИРАНИЯ
ГОСУДАРСТВА

Государство отмирает, поскольку капиталистов уже пет, классов
уже нет, подавлять поэтому какой бы то ни было класс нельзя.
Но государство еще не омертвело совсем, ибо остается охрана
«буржуазного права», освящающего фактическое неравенство. Для
полного отмирания государства нужен полный коммунизм.
(Ленпн.

Соч., т. X X I , «Государство п революция», стр. 436. 1917 г.)

«Чем полнее демократия, тем ближе мбмент, когда она становится ненужной. Чем демократичнее «государство», состоящее из
вооруженных рабочих и являющееся «уже не государством в собственном смысле слова», тем быстрее начинает отмирать всякое
государство».
«Коммунизм один только в состоянии дать демократию действительно полную и чем она полнее, тем скорее она станет ненужной,
отомрет сама собою».
. ( Л е н и н . Соч., т. X X I , «Государство и революция», отр. 431. 1.917 г.)

. . . Мы за отмирание государства. И мы вместе с тем стоим за
усиление диктатуры пролетариата, представляющей самую мощную и самую могучую власть из всех существующих до сих пор
государственных властей. Высшее развитие государственной власти в целях подготовки условий для отмирания государственной
власти — вот марксистская формула. Это «противоречиво»? Да,
«противоречиво». Но противоречие это жизненное, и оно целиком
отражает марксову диалектику.
(Сталин.
Попроси ленинизма.
ВКП(б)», стр. 506. 1930 т.)

«Политический

отчет

ЦК

XVI

съезду

. Л «Некоторые товарищи поняли тезис об уничтожении классов,
создании бесклассового общества и отмирании государства как
оправдание лени и благодушия, оправдания контрреволюционной теории потухания борьбы и ослабления государственной власти. Нечего и говорить, что такие люди не могут иметь ничего общего с нашей партией. Это — перерожденцы, либо двурушники, которых
надо гнать вон из п а р т и и . Уничтожение классов достигается не
путем потухания классовой борьбы, а путем ее усиления. Отмирание государства придет не через ослабление
государственной
власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для того,
чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону
против капиталистического окружения, которое далеко еще не
уничтожено...» ( С т а л и ы).
(Сталин.

Пленум ЦК и ЦКК БКП (б).

1933 г., январь.)

3. БОРЬБА ЗА УКРЕПЛЕНИЕ СОВЕТСКОГО Г О С У Д А Р С Т В А
И УСИЛЕНИЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИСЦИПЛИНЫ
В ПЕРВЫЙ ПЕРИОД СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО С Т Р О И Т Е Л Ь С Т В А

...Диктатура есть большое слово. А больших слов нельзя бросать на ветер" Диктатура ость железная власть, революционно-смелая и быстрая, беспощадная в подавлении как эксплоататоров, так
и хулиганов. А наша власть — непомерно мягкая, сплошь и рядом
больше похожая на кисель, чем на железо. Нельзя забывать ни на
минуту, что буржуазная и мелкобуржуазная стихия борется против
советской власти двояко: с одной стороны, действуя извне, приемами Савинковых, Годов, Гегечкори, Корниловых, заговорами и восстаниями, их грязным «идеологическим» отражением, истоками
лжи и клеветы в печати кадетов, правых эсеров и меньшевиков; —
с другой стороны, эта стихия действует изнутри, используя всякий
элемент разложения, всякую слабость для подкупа, для усиления
215

недисциплинированности, распущенности, хаоса. Чем ближе мы
подходим к потному военному подавлению буржуазии, тем опаснее становится для нас стихия мелкобуржуазной анархичности. И
борьбу с этой стихией нельзя вести только пропагандой и агитацией, только организацией соревнования, только отбором оргапязато•ров, —• борьбу надо вести и принуждением.
По мере того, как основной задачей власти становится но военное
подавление, а управление, — типичным проявлением подавления и
принуждения будет становиться не расстрел на месте, а суд. И в
этом отношении революционные массы после 7 ноября (25 октября)
1917 т. вступили на верный путь и доказали жизненность революции,
начав устраивать свои, рабочие и крестьянские, суды, еще до всяких
декретов о роспуске буржуазно-бюрократического
судебного аппарата. Но наши революционные и народные суды непомерно, невероятно слабы. Чувствуется, что не сломлен еще окончательно
унаследованный от яга помещиков и буржуазии народный взгляд
на суд, как на нечто казенно-чуждое. Нет достаточного сознания
того, что суд есть орган привлечения именно бедноты поголовно
к государственному управлению (ибо судебная деятельность есть
одна из функций государственного управления), что суд есть орган
власти пролетариата и беднейшего крестьянства, — что суд есть орудие воспитания к дисциплине.
Пет достаточного сознания того простого и очевидного факта, что, если главными бедами Росснп являются голод н безработица, то победить эти бедствия нельзя никакими порывами, а только всесторонней, всеобъемлющей, всенародной организацией и дисциплиной, чтобы увеличите производство хлеба для людей и хлеба для промышленности (топлива), вовремя подвести и правильно распределить его; — что поэтому виноват в мучениях голода и безработицы всякий, кто нарушает трудовую Дисциплину в любом хозяйстве, в любом деле,— что виноватого в этом надо умете находите, отдавать под суд и карать беспощадно. Мелкобуржуазная стихия, с которой нам предстоит теперь
вести самую упорную борьбу, сказывается именно в том, что слабо
сознание народнохозяйственной и политической связи голода и
безработицы с распущенностью всех и каждого в деле организации
и дисциплины, — что держится прочно мелкособственнический
взгляд:
мне бы урвать побольше, а там хоть трава не расти.
( Л е н и н . Соч., т. X X I I , «Очередные задачи советской власти», стр. 459—400.
1918 г.)

. . . Диктатура пролетариата является безусловной необходимостью при переходе от капитализма к социализму, и в нашей .революции эта истина получила свое полное практическое подтверждение.
Но диктатура предполагает действительно твердую и беспощадную
в подавлении .как эксплоататоров, так и хулиганов, революционную
власть, а наша власть слишком мягка. Подчинение, и притом беспрекословное, во время труда, единоличным распоряжениям советских руководителей, диктаторов, выборных или назначенных советскими учреждениями, снабженных диктаторскими полномочиями
(как того требует, например, жел.-дор. декрет), обеспечено еще далеко и далеко недостаточно. Здесь сказывается влияние мелкобуржуазной стихии, стихии мелкособственнических привычек, стрем-.
216

лений it настроений, в корне противоречащих пролетарской дисциплинированности и социализму. Все сознательное в пролетариате
должно быть устремлено на борьбу с этой мелкобуржуазной
стихией.
(Л е н ті л. Соч., т. X X I I , «Тезисы об очередных задачах советской власти»,
стр. 501. 1918 г.)
4. БОРЬБА ЗА УКРЕПЛЕНИЕ ПРОЛЕТАРСКОЙ Д И К Т А Т У Р Ы
НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Основой нашего строя является общественная сооствеиность
так же, как основой капитализма — сооствеиность частная. Если
капиталисты провозгласили частную собственность священной и
неприкосновенной, добившись в свое время укрепления капиталистического строя, то мы, коммунисты, тем более должны провозгласить общественную собственность священной и неприкосновенной, чтобы закрепить тем самым новые социалистические формы
хозяйства во всех областях производства и торговли. Допускать воровство и хищение общественной собственности, — все равно,
идет ли дело ' о собственности государственной или о собственности
кооперативной и колхозной. — и проходить мимо подобных контрреволюционных безобразий,—значит содействовать подрыву советского строя, опирающегося на общественную собственность, как
на свою базу. Из этого исходило наше советское' правительство,
когда оно издало недавно закон об охране общественной собственности. Этот закон есть основа революционной законности в настоящий момент. А обязанность строжайшего его проведения в
жпзпь является первейшим долгом каждого коммуниста, каждого
рабочего и колхозника.
Говорят, что революционная законность нашего времени ничем
не отличается от революционной законности первого периода нэпа,
что революционная законность нашего времени есть возврат к революционной законности первого периода нэпа. Это совершенно неверно. Революционная законность первого периода нэпа обращалась своим острием главным образом протігв крайностей военного
коммунизма, против «незаконных» конфискаций и поборов. Она гарантировала частному хозяину, капиталисту сохранность их имущества при условии строжайшего соблюдения ими советских законов. Совершенно по иному обстоит дело с революционной законностью в наше время. Революционная законность нашего времени
направлена своим острием против воров и вредителей, против хулиганов и расхитителей общественной собственности. Основная забота революционной законности в наше время состоит в охране
общественной собственности, а не в чем-либо другом.
Вот почему борьба за охрану общественной собственности, борьба всеми мерами и всеми средствами, предоставляемыми в наше распоряжение законами советской власти, — является одной из основных задач партии.
Сильная и мощная диктатура пролетариата, — вот что нам нужно
теперь для того, чтобы развеять в прах последние остатки умирающих классов и разбить их воровские махинации.
(Из доклада т. С т а л и н а на январском пленуме ЦК н ЦКК ВКП(б). 1933 г.)
217

Бзять. например, вопрос о построении бесклассового
социалистического общества XVII конференция партии сказала, что мы идем
к созданию бесклассового, социалистического общества. Понятно, что
бесклассовое общество не может прнтти в порядке, так сказать, самотека. Его надо завоевать и построить усилиями всех трудящихся —
путем усиления органов диктатуры пролетариата, путем развертывания классовой борьбы, путем уничтожения классов, путем ликвидации остатков капиталистических классов, в боях с врагами, как
внутренними, так и внешними.
Дело кажется ясное.
À между тем кому не известно, что провозглашение этого ясною
н элементарного тезиса ленинизма 'породило немалую путаницу в
головах и нездоровые настроения среди одной части членов партии?
Тезис о нашем продвижении к бесклассовому обществу, данный как
лозунг, он« поняли как стихийный процесс. И они прикидывали:,
ежели бесклассовое общество, то значит — можно ослабить классовую борьбу, можно ослабить диктатуру пролетариата и вообще
покончить с государством, которое все равно должно отмереть в ближайшее время. И они приходили в телячий восторг в ожидании
того, что скоро не будет никаких классов, — значит не будет классовой борьбы, — значит не будет забот и треволнений, — значит
можно сложить оружие и пойти набоковую — спать в ожидании
пришествия бесклассового общества. (Общий смех всего зала.)
Не может быть сомнения, что эта путаница в головах и эти настроения, как две капли воды, похожи на известные взгляды правых
уклонистов, в силу которых старое должно самотеком врасти в новое, и в один прекрасный день мы незаметно должны оказаться в социалистическом обществе.
Как видите, остатки идеологии разбитых антилешшских групп
вполне способны к оживлению и далеко еще не потеряли своей "живучести.
Понятно, что если бы эта путаница во взглядах и эти небольшевистские настроения овладели большинством нашей партии, партия
оказалась бы демобилизованной и разоруженной.
(Сталин.

;1934 Г.)

Отчетный

доклад

XVII

нартсъезду

о

работе

ЦК

ВКП(б)

Несмотря на ожесточенное сопротивление классовых врагов и
атаки на партию агентуры клаосовых врагов — оппортунистов всех
мастей, политика партии, политика ее ЦК победила. Победила, вопервых, потому, что эта политика соответствует классовым интересам миллионов рабочих и крестьян, и, во-вторых, потому, что большевистская партия, ее ЦК не только провозгласили политические,
лозунги, но сумели по-большевистски, практически
организовать
массы для проведения в жизнь этих лозунгов, организовать и перестроить все органы и аппараты пролетарской диктатуры применительно к новым задачам реконструктивного
периода.
На X V I съезде партии, характеризуя существо большевистского
наступления в период реконструкции, " т. Сталин указывал на необходимость:
«орташізовать перестройку всей' практической работы профсоюзных, кооперативных, советских ц всяких иных массовых
213

организаций применительно к потребностям реконструктивного периода; создать в шіх ядро из наиболее активных и революционных
работников, оттеснив и изолировав оппортунистические, тред-юнионистские, бюрократические элементы; изгнать вон из них чуждые и
переродившиеся элементы и выдвинуть новых работников с н и з у . . ,
мобилизовать самую партию для организации всего дела наступления, укрепить и отточить партийные организации».
Руководствуясь этими указаниями, партия за отчетный период
провела серьезные меры по улучшению работы советских, хозяйственных и партийных организаций, по перестройке их работы применительно к требованиям успешного выполнения решений и лозунгов партии и правительства.
Наиболее крупными из этих мероприятий были:
1) дальнейший разворот районирования — ликвидация округов,
создание новых районов и организация политических отделов МТС
и совхозов, приблизивших руководство к селу, к колхозу и исправивших крупнейшие недостатки работы в деревне, организация областей на Украине, разукрупнение некоторых областей и краев и т. п.;
2) разукрупнение наркоматов, главных управлений и трестов,
приблизившее руководство к низовым производственным звеньям,
к предприятиям; разбивка ВСНХ на три наркомата — Наркомтджнром, Наркомдегпром, Нарком л ее; ІІаркомзема на 2 наркомата—•
Наркомзем, Нарком совхозов; Наркомторга на 2 наркомата — Наркомснаб. Наркомвнешторг; HKI1C па 2 наркомата и 1 управление —
НКПС, Наркомвод и Цудортранс н т. д.;
3) проведение
чистки
советских, хозяйственных органов и
сокращение их штатов; ликвидация, в целях борьбы с канцелярско-бюрократическим
методом
руководства
и
обезличкой,
функционалки в угольной промышленности и железнодорожном
транспорте, передвижка лучших инженерно-технических
работников из аппаратов и канцелярий непосредственно на производство;
4) разукрупнение профсоюзов, приведшее к усилению роли ЦК
Производственных союзов; перестройка системы снабжения — организация отделов рабочего снабжения при заводоуправлениях с расширением их прав и организация ЗРК;
5 ) организация политических отделов на железнодорожном и
воздушном транспорте, организация системы парторгов в угольной и других отраслях промышленности, в том числе и Наркомводе;
6) развертывание чистки партии, как высшей формы партийной
самокритики, и укрепление партии, как организованного авангарда
социалистического строительства.
Успех этой работы был обеспечен развертыванием самокритики,
мобилизацией активности масс на творческую строительную работу,
социалистическим соревнованием п ударничеством.
Своевременная постановка партией всех этих организационных
вопросов, проведение их в жизнь гарантировали партию и социалистическое строительство от разрыва между правильной линией партии и организаторской работой по ее осуществлению.
X V I I съезд ВКП(б) считает, что, несмотря на достигнутые успехи в проведении перестройки рычагов пролетарской диктатуры,
организационно-практическая работа все еще отстает от требований
219

политических директив и ке удовлетворяет гигантски выросшим запросам иьпіешнего периода — периода второй пятилетки.
Настоящий период социалистического строительства характеризуется "еще большим усложнением задач, еще большим повышением требований, предъявляемых к руководству. Основные задачи
второй пятилетки — окончательная ликвидация капиталистических
элементов. преодоление пережитков капитализма в экономике и соенанип людей, завершение реконструкции всего народного хозяйства на новейшей технической базе, освоение новой техники и новых предприятий, машинизация сельского хозяйства и поднятие его
продуктивности, — ставят со всей остротой вопрос о повышении качества работы во всех отраслях. в первую очередь качества
организационно-практического
руководства.
Теперь, когда генеральпая линия партии победила, когда политика партии проверена жизнью, н а опыте не только членов партии,
но и миллионов рабочих и т р у д я щ и х с я крестьян, — во весь рост
встает з а д а ч а поднятия организационной работы до уровня политического руководства. Организационный вопрос, оставаясь подчиненным вопросам политики, приобретает в с е нее в в и д у этого д л я
дальнейших успехов социалистического строительства исключительное значение.
/Резолюция X V I I съезда ВКП(б) по докладу т. Кагановича. 1934 г.)

БОРЬБА ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

I. ЛЕНИНСКОЕ УЧЕНИЕ О ВОЗМОЖНОСТИ
ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ СТРАНЕ
I. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНСКОЙ ТЕОРИИ

возможности

ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ СТРАНЕ ^

Из марксистов Ленин был первый, который подверг действительно марксистскому анализу империализм, как новую, последнюю
фазу капитализма, по-новому поставил вопрос о возможности победы социализма в отдельных капиталистических странах и разрешил его в положительном смысле. Я имею в виду брошюру Ленина
«Империализм». Я имею в виду статью Ленина «О лозунге Соединенных штатов Епропы», вышедшую в свет в 1915 г. Я имею в виду
полемику между Троцким и Лениным о лозунге Соединенных штатов Европы или всего мира, когда Ленин впервые выставил тезис
о возможности победы социализма в одной стране..
Вот что писал тогда Ленин в этой статье:
«Как самостоятельный лозунг, лозунг «Соединенные штаты мпра» был бы
однако едва ли правилен, во-первых, потому, что он сливается с социализмом;
во-вторых, полому, что он мог бы породить неправильное толк нов ан не о невозможности победы социализма в одной стране п об отношении такой страны
к остальным. Неравномерность экономического и политического развития есть
безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против
остального капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае
необходимости даже с военной силой против ѳксплоататорских классов и их
государств»... ибо «невозможно свободное объединение наций в социализме без
более или менее долгой, упорной борьбы социалистических республик с отсталыми
государствами» (см. т. XVIII, стр. 232—233).

Так писал Ленин в 1915 г . . . .
. . . Говоря о возможности победы социализма в одной стране,
Ленин полемизировал, как известно, прежде всего с т. Троцким, так
же как и с социал-демократией.
1 Примечание
составителя.
Вопрос о победе социализма в одной стране
в эпоху Маркса и хара.ктеристпку новых условий империализма, приведших к новой постановке вопроса т. Лениным п Сталиным," см. тему «Теория пролетарской
революции».

Как реагировал т. Троцкий на статью Ленина и тезис Ленина
о возможности победы социализма в одной стране?
Вот что писал тогда Троцкий ( в 1915 г.) в ответ на статью Ленина:
«Единственное сколько-нибудь конкретпое историческое соображение, — говорит т. Троцкий, — против лозунга Соединенных штатов было формулировано
в швейцарском «Социал-демократе» (тогдашний центральный оргап большевиков,
где и была напечатана вышеупомянутая статья Ленина. И. Ст,) в следующей
фразе: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма». Отсюда «Социал-демократ» делал тот вывод, что
возможна победа социализма в одной стране, и что незачем поэтом у \ диктатуру пролетариата в каждом отдельном государстве обусловливать созданием
Соединенных штатов Европы. Что капиталистическое развитие разных стран неравномерно, это совершенно бесспорное соображение. Но самая эта неравномерность весьма неравномерна. Капиталистический уровень Англии, Австрии,
Германии или Франции неодинаков. Но по сравнению с Африкой и Азией в с е
эти страны представляют собой капиталистическую «Европу», созревшую Для -социальной революции. Что пи одна страна не должна «дожидаться» других
в своей борьбе, это элементарная мысль, которую полезно и необходимо повторять, дабы идея параллельного интернадионального действия не подменялась
идеей выжидательного интернационального бездействия. Не дожидаясь других,
мы начинаем и продолжаем борьбу па национальной почве в поллой уверенности, что наша инициатива даст толчок к борьбе в других странах; а если бы
этого не произошло, то безпадежно думать, — так свидетельствуют и опыт истории и теоретические соображения, — что, например, революционная
Россия
могла
бы устоять перед лицом консервативной
Европы, или социалистическая Германия
могла бы остаться изолированной в капиталистическом мире» * (см. т. 111 соч.
т. Троцкого, ч. I, стр. 89—90).

Так писал т. Троцкий в 1915 г. в парижском журнале «Наше
слово», причем эта статья была перепечатана в России впоследствии
в составе сборника статей т. Троцкого под названием «Программа
мира», вышедшего впервые в августе 1917. г . 1
* Курсив мой. Я. Ст.
Примечание
составителя.
Теория Троцкого о невозможности победы социализма в одной стране разделяется всеми социал-демократическими идеологами. Вот что пишет, например, один из них — видный теоретик австрийских
с.-д. — К. Реннер:
«Но в связи с этим кругом мыслей возникает новый, подлежащий исследи
ватгию, вопрос: в какой мере, несмотря на описанное выше международное положение, может быть проведено социализирование в рамках одного государства, где власть в определенное время перешла к пролетариату, и в какой мерс
социализирование должно совершаться будущим Интернационалом?
В наше
время мы имеем уже некоторый опыт насчет этого, благодаря грандиозному,
хотя и сделавшему много ошибок, эксперименту в России. Если отвлечься от
всех политических осложнений и обсуждать вопрос с чисто экономической точки
зрения, то имеет с п.ту следующее положоние: ни одно национальное хозяйство, как бы могущественно оно ни было, не может в наше время безнаказанно отороваться от совокупности мирового рынка. Поэтому социализирование
в одном только государстве, даже при самой полной власти пролетариата, возможно лишь постольку, поскольку это допускают формы и учреждения, обслуживающие обраіцепио мирового рынка. Эти формы и учреждения по существу
можно охватить, взять в качестве объекта политического воздействия и изменить лишь в центрах обращения крупных мировых империй. Поэтому полная
победа социализма, возможность полного социализирования всей хозяйственной
жизни зависит прежде всего от победы пролетариата в передовых
странах капптализма, а это не может осуществиться без создания всемирного
политического
Интернационала.
Ибо условия, как и задачи социализма, охватывают в наше время
весь земной шар».
1

( К а р л Р е н н е р. «Теория капиталистического хозяйства», стр. 329.)

Бы BITдате, что S этих д в у цитатах Ленина и Троцкого противопоставляются друг другу два совершенно различных тезиса. В то
время как Ленин считает, что победа социализма в одной стране
возможна, что пролетариат, захватив власть, не только может удержать ее, но он может пойти еще дальше, экспроприировав капиталистов и организовав социалистическое хозяйство для того, чтобы
оказать действенную поддержку пролетариям капиталистических
стран, — т. Троцкий, наоборот, считает, что если победившая
революция в одной стране не вызовет в самый ближайший срок
победы революции в других странах, то пролетариат победившей1
страны не сумеет даже удержать власти (не говоря уже о том, что
он не сможет организовать социалистическое хозяйство), ибо, говорит Троцкий, безнадежно думать, что революционная власть в России может устоять перед лицом консервативной Европы.
Это две. совершенно различные точки зрения, две совершенно
различные установки. У Ленина пролетариат, взявший власть, представляет активнейшую и инициативнейшую силу, организующую социалистическое хозяйство и идущую дальше на поддержку пролетариев других стран; у Троцкого, наоборот, пролетариат, взявший
власть, превращается в полунассивную силу, требующую немедленной помощи в виде немедленной победы социализма в других стра-<
нах и чувствующую себя как на бивуаке, под страхом немедленной
потери власти. Ну, а если не подойдет немедленная победа революции в других странах, — как тогда? Тогда сворачивай работу
(Голос с места: «И в кусты»!) Да, и в кусты. Это совершенно правильно. (Смех.)
( С т а л и н . Об оппозиции. «О социал-демократическом уклоне в уа.шей партии», стр. 340—344. 1927 Г.)
. .
2. ПОСТРОЕНИЕ СОЦИАЛИЗМА В ОДНОЙ С Т Р А Н Е HAH ПРЕОДОЛЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ С О Б С Т В Е Н Н Ы М И
СИЛАМИ

Можно ли вообще построить собственными силами социализм в
вашей стране, отсталой в технико-экономическом отношении, при
условии сохранения капитализма в других странах на более или
менее продолжительный период?
Можно ли создать полную гарантию от опасностей интервенции,
а значит л реставрации старых порядков в нашей стране при наличии капиталистического окружения, да еще стабилизованного в
данный момент?
Все это — такие вопросы, которые неизбежно встают перед нами
в связи с новой обстановкой в области международных отношений
и которых мы но можем обойти, не дав на них точного и определен-,
иого ответа.
Наша страна представляет две группы противоречий. Одна группа противоречий — это внутренние противоречия, существующие
между пролетариатом и крестьянством. Другая группа противоречий— это противоречия внешние, имеющиеся между нашей страной, как страной социализма, и всеми остальными странами, как
странами капитализма.
Рассмотрим обе эти группы противоречий в отдельности,

Что некоторые противоречия между пролетариатом п крестьянством существуют, — этого, конечно, нельзя отрицать. Достаточно
вспомнить все* то, что происходило у нас и происходит в связи с
политикой цен на сельскохозяйственные продукты, в связи с лимитами, в связи с кампанией понижения цен на фабрикаты и пр., чтобы
понять всю реальность этих противоречий. Два основных класса
стоят перед нами: класс пролетариев и класс частных собственников, т. е. крестьянства. Отсюда неизбежность противоречий между
ними. Весь вопрос в том, можем лц мы своими собственными силами преодолеть эти противоречия, существующие между пролетариатом и крестьянством. Когда говорят: можно ли построить социализм своими собственными силами?—то этим хотят сказать: преодолимы ли противоречия, существующие между пролетариатом и
крестьянством в нашей стране, или непреодолимы?
Ленинизм отвечает на этот вопрос положительно: да, мы можем
построить социализм, и мы его будем строить вместе с крестьянством, под руководством рабочего класса.
Где основания, мотивы для такого ответа?
Мотивы такого ответа состоят в том, что кроме противоречий
между пролетариатом и крестьянством, имеются еще общие интересы но коренным вопросам развития, которые покрывают и, во
всяком случае могут покрыть эти противоречия и которые являются
базой, основой союза рабочих и крестьян.
В чем состоят эти общие интересы?
Дело в том, что существуют два пути развития земледелия: путь
к агпіталиста чес кй й и путь социалистический. Путь капиталистический означает развитие через обнищание большинства крестьянства'
во имя обогащеішя верхних слоев городской и сельской буржуазии.
Путь социалистический, наоборот, означает развитие через неуклонное поднятие благосостояния большинства крестьянства. Как
пролетариат, так и, в особенности, крестьянство заинтересованы в
том, чтобы развитие пошло по второму пути, до пути социалистическому. Ибо этот путь является единственным спасением крестьянства от обнищания и полуголодного существования. Нечего и говорить, что диктатура пролетариата, имеющая в своих руках основные нити хозяйства, примет все' меры к тому, чтобы победил второй путь, путь социалистический. Само ообой понятно, с другой стороны, что крестьянство кровно заинтересовано в том, чтобы развитие пошло по этому второму пути.
Отсюда общность интересов пролетариата и крестьянства, покрывающая противоречия между ними.
Вот почему говорит ленинизм, что мы можем и должны построить полное социалистическое общество вместе с крестьянством,
на основе союза рабочих и крестьян.
Вот почему говорит ленинизм, опираясь на общие интересы пролетариев и крестьян, что мы можем и должны преодолеть своими
собственными ' силами противоречия, существующие между пролетариатом и крестьянством.
Так смотрит на это дело ленинизм.
Но но все, видимо, товарищи согласны с ленинизмом. Вот что,
например, говорит т. Троцкий но вопросу о противоречиях между
пролетариатом и крестьянством:
224

«Противоречия в положении рабочего правительства в отсталой стране,
с подавляющим большинством крестьянского населения, смогут найти свое разрешение только * л международном масштабе, на арене мировой революции
пролетариата» (см. Предисловие к книге т. Троцкого «190.5 год»).

Иначе говоря, преодолеть своими собственными силами и исчерпать внутренние противоречия в нашей стране, противоречия между
пролетариатом и крестьянством, мы не в силах, мы не в состоянии,
ибо только в результате мировой революция и только на основе мировой революции мы сможем, оказывается, исчерпать эти противоречия
и построить, наконец, социализм.
Нечего и говорить, что это положение не имеет ничего общего
с ленинизмом.
Тот же товарищ продолжает дальше:
«Без прямой государственной поддержки европейского пролетариата рабочий класс России не сможет удержаться у власти и превратить свое временное
господство в длительную социалистическую диктатуру. В этом нельзя сомневаться ни минуты» (см. «Наша революция» т. Троцкого, сгр. 2.78).

Иначе говоря, пока западный пролетариат не возьмет власть и не
окажет нам поддержки, нам нельзя и мечтать об удержании власти на
сколько-нибудь продолжительный период.
Дальше:
«Безнадежно думать. — . . . что, например, революционная Россия могла бы
устоять перед лицом консервативной Европы» (см. соч. т. Троцкого, т. III, ч. і,
стр. 60—90).

Иначе говоря, мы, оказывается, не только не можем построить социализм, но не можем даже устоять хотя бы в короткий срок «перед
лицом консервативной Европы», хотя весь мир знает, что мы не
только удержались, но и отбили ряд бешеных ата-к консервативной
Европы на нашу страну.
И наконец:
«Подлинный подъем социалистического хозяйства в Россия стапет возможным только после победы * пролетариата в важнейших странах Европы» (см.
соч. т. Троцкого, т. III, ч. I, отр. 92 — 93).

Кажется, ясно.
Я привел, товарищи, эти цитаты для того, чтобы противопоставить
их цитатам из сочинений Ленина и дать вам, таким образом, возможность уловить основную суть вопроса о возможности построения полного социалистического общества в стране пролетарской диктатуры,
окруженной капиталистическими государствами.
Перейдем теперь к цитатам из сочинений Ленина.
Вот что писал Ленин еще в 1915 г. во время империалистской
войны:
«Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма
первоначально в немногих пли даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против
остального капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае
необходимости даже с военной силой против эксшюататорских классов и их
государств»... Ибо «невозможно свободное объединение нацпй в социализме
* Курсив мой. И. Ст.
15

Ленинизм

«

225

без более тші менее' Долгой, упорной борьбы социалистических
с отсталыми государствами» (см. т. XVIII, сир. »232 — 233).

республик

Иначе говоря, »страна пролетарской диктатуры, окруженная капиталистами, может, оказывается, не только исчерпать собственными
силами внутренние противоречия между пролетариатом и крестьянством, но она может и должна еще построить социализм, организовать
у себя социалистическое хозяйство и поставить вооруженную силу
для того, чтобы пойти на помощь пролетариям окружающих стран
в их борьбе за свержение капитала.
Тажово основное положение ленинизма о победе социализма в одной
стране.
То же самое говорит Ленин, хотя и в несколько другой форме,
К 1920 г. на VIII съезде советов, в связи с вопросом об электрификации
нашей страны:
«Коммунизм — это есть советская власть плюс электрификация всей страны.
Иначе страна останется мелкокрестьянской, и лгадо, чтобы мы это ясно сознали. Мы более слабы, чем капитализм, не только в мировом масштабе, но и
внутри страны. Всем это известно. Мы это сознали, л мы доведем дело до
того, чтобы хозяйственная база из мелкокрестьянской перешла в круинопромыгаленную. Только тогда, когда страна будет электрифицирована, когда под
промышленность, сельское хозяйство и транспорт будет подведена техническая
база современной крупной промышленности, только тогда мы победим
окончательно* (см. т. X X V I , стр. 4« — 47).

Иначе говоря, Ленин вполне сознает технические трудности построения социализма в нашей стране, но он вовсе не делает из
этого абсурдного вывода о том, что «подлинный подъем социалистического хозяйства в России станет возможным только после победы пролетариата в (важнейших странах «Европы», а считает, что
мы можем своими собственными силами преодолеть эти трудности,
для того, чтобы добиться «окончательной победы», т. е. постройки
полного социализма.
А вот что говорит Ленин спустя год после этого, в 1921 г.:
«Ю — 20 лет правильных соотношений с крестьянством и обеспечена по»
беда во всемирном
масштабе * (даже при затяжке пролетарских революций,
кои растут)». (План л конспекты брошюры «О продовольственном налоге»,
1921 г. — см. т. X X V I , стр- 313).

Иначе говоря, Ленин вполне сознает политические трудности построения Социализма в нашей стране, но он вовсе не делает из
этого неправильного вывода о том, что «без прямой государственной
поддержки европейского пролетариата рабочий клаос России не сможет
удержаться у власти», а считает, что при правильной политике в отношении крестьянства мы вполне можем добиться «победы во всемирном масштабе» в смысле построения полного социализма.
А что такое правильная политика в отношении крестьянства?
Правильная политика в отношении крестьянства есть нечто, зависящее целиком и полностью от нас и только от нас, как партии, рун
ководящей строительством социализма и нашей стране.
То же самое, но еще с большей определенностью, говорит Ленин
в 1922 г. в своих заметках о кооперации:
«В самом доле, (власть государства на все крупные средства производства,
власть государства в руках пролетариата, союз этого пролетариата со многими
* Курсив мой. И. СТі

миллионами метких я мельчайших крестьян, обеспечение руководства Ж этим
пролетариатом по отношению к крестьянству и т. д., — разве это не все, что
іцужао для того, чтобы из кооперации, из одной только кооперации, которую
мы прежде третировали, как торгашескую, и которую с известной стороны
имеем право третировать теперь при нэпе так же, разве это не все
необходимое для построения полного социалистического
общества?
Это еще не построение социалистического общества, но это все необходимое
и достаточное
для
этого построения* (CML т. XXV11, стр. 392).

ІІначо говоря, при диктатуре пролетариата у нас имеются, оказывается, вое данные, необходимые для того, чтобы построить полное
социалистическое общество, преодолевая все и всякие внутренние затруднения, ибо мы можем и мы должны преодолеть их своими собственными силами.
Кажется, ясно.
Возражение о том, что сравнительная экономическая отсталость
нашей страны исключает возможность построения социализма, Ленин
берет в атаку и опрокидывает его, как нечто несовместимое с социализмом.
«До бѳсконечия шаблонным является у них довод, — говорит Ленин, — который они выучили наизусть во время развития западно-европейской социалдемократии и который состоит в том, что мы ве доросли до социализма, что
у нас нет, как выражаются разные «учение» госиода из них, объективных экономических предпосылок для социализма» (см. т. X X V I I , стр. 399).

В противном стучав нечего было брать власть в октябре и устраивать Октябрьскую революцию. Ибо если возможность и необходимость
построения полного социалистического общества исключается по тем
или иным соображениям, то тем самым теряет смысл и Октябрьская
революция. Кто отрицает возможность построения социализма в одной стране, тот должен обязательно отрицать и правомерность
Октябрьской революции. И наоборот: кто не верит в Октябрь, тот
не должен признавать возможности победы социализма в условиях
капиталистического окружения. Связь между неверием в Октябрь
и непризнанием социалистических возможностей в нашей стране —
полная и непосредственная.
«Я знаю, — говорит Ленин, — есть, конечно, мудрецы, считающие себя очень
умными и даже называющие ообя социалистами, которые уверяют, что ие следовало брать власти до тех пор, пока не разразится революция во всех странах. Они не подозревают, что, говоря так, они отходят от революции и переходят на сторону 'буржуазии. Ждать, пока трудящиеся классы совершат революцию в международном масштабе, — это аначит всем застынь в ожидании.
Это — бессмыслица» (ом: т. X X I I I , стр. 9).

Так обстоит дело с противоречиями первого порядка, с противоречиями внутреннего характера, о 'вопросом о возможности построения
социализма в условиях капиталистического окружения.
Перейдем теперь к противоречиям второго порядка, к противоречиям внешним, имеющимся между нашей страной, как страной
социализма, и всеми остальными странами, как странами капитализма.
В чем состоят эти противоречия?
Оші состоят в том, что, пока ость капиталистическое окружение,должна быть и опасность интервенции со стороны капиталистических
* Курсив мой. И. Ст,
15*

стран, а пока есть такая опасность, должна быть п опасность реставрация, опасность восстановления старых порядков.
Можно .та считать эти противоречия вполне преодолимыми для
одной страны? Нет, нельзя. Ибо усилий одной страны, если даже эта
страна является страной диктатуры, недостаточно для того, чтобы
полностью гарантировать ее от опасности интервенции. Полная гарантия от интервенции, а, значит, и окончательная победа социализма возможна, в виду этого, лишь в международном масштабе,
лишь в результате совместных усилий пролетариев ряда стран,
илн — еще лучше — лишь в результате победы пролетариев нескольких стран.
Что такое окончательная победа социализма?
Окончательная победа социализма, есть полная гарантия от попыток интервенции, а, значит, и реставрации, ибо сколько-нибудь
серьезная попытка реставрации может иметь место лишь при серьезной поддержке извне, .лишь при поддержке международного капитала.
Поэтому поддержка нашей революции со стороны рабочих всех стран,
а тем более победа, этих рабочих хотя бы в нескольких странах,
является необходимым условием полной гарантии первой победившей
страны от попыток интервенции и реставрации, необходимым условием
окончательной победы социализма.
«Пока наша Советская республика, — говорят Левин, — останется одинокой
окраиной всего капиталистического мира, до тех пор д у м а т ь . . . об исчезновении тех или иных опасностей было бы совершенно смешным фантазерством и
утоппвмом. Конечно, пока такие коренные противоположности остались, остаются
и опасности, и от лих никуда не убежишь» (с-м. т. X X V I , стр. 29)

И далее:
«Мы живем не
ствование Советской
должительное время
(см. т. X X I V , стр.

только в государстве, но н в системе, государств,
и сущереспублики рядом с империалистскими государствами пронемыслимо. В конце концов либо одно, либо другое победил»
122).

Вот почему говорит Ленин, что

« . . . окончательно победить можно только в мировом масштабе и только совместными усилиями рабочих всех стран» (см. т. X X I I I , стр. 9).

Так обстоит дело с противоречиями второго порядка.
Кто смешивает первую группу противоречий, совершенно преодолимых усилиями одной страны, со второй группой противоречий, требующих для своего разрешения усилий пролетариев нескольких
стран,—тот допускает грубейшую ошибку против ленинизма, тот
либо путаник, либо неисправимый оппортунист.
Некоторым образчиком такой перепутаницы могло бы послужить
письмо одного товарища, присланное мне в ян вар: этого года, по
вопросу о победе социализма в одной стране. Он пишет с недоумением:
«Вы говорите, что ленинская т е о р п я . . . заключается в тем. что
социализм
может победить в одной стране. Я, к сожалению, не нашел указаний в соответствующих местах у Ленина о победе социализма в одной стране».

Беда, конечно, не в том, что этот товарищ, которого я считаю
одним из лучших товарищей из нашей учащейся молодежи, «не
нашел указаний в соответствующих местах Ленина о победе социализма в одной стране». Придет время, когда он прочтет и найдет,
наконец, такие указания. Беда в том, что он спутал противоречия
228

внутренние с противоречиями внешними н запутался вконец в этой
перепуталице. Не лишне будет, быть может, познакомить вас с моим
ответом на письмо этого товарища. Вот он:
«Речь идет не о полной победе, а о победе Еообще, т. е. о том, чтобы прогнать помещиков и капиталистов, взять власть, отбить атаки империализма и
начать строить социалистическое хозяйство, — все это может вполне удаться
пролетариату в одной стране, по полная гарантия от реставрации может быть
обеспечена лишь в результате «общих усилий пролетариев нескольких стран».
Глупо было бы начинать революцию в России при убеяздшиш, что победивший
пролетариат России, при явном сочувствии со стороны пролетариев других
стран, но при отсутствии победы в нескольких странах, «пе может устоять против консервативной Европы». Это но марксизм, а самый заурядный оппортунизм. Если бы такая теория была правильна, то не был бы прав Ильич, утверждающий, что Россию нэповскую превратим в социалистическую, что мы
имеем «все необходимое для построения полного социалистического общества» »
(см. «О кооперации»)... — «Самое опасное в наптей политической практике —
ото попытка рассматривать победившую пролетарскую страну как нечто пассивное, способное лишь топтаться на месте до момента появления помощи со
стороны победивших пролетариев других стран. Допустим, что лет пять —
десять ие будет еще победы революции на Западе; допустим, что за этот период наша республика все же просуществует, как республика, строящая социалистическую экономику в условиях нэпа; думаете ли вы, что за эти пять —
десять лет наша страна будет заниматься толчением воды, а не организацией
социалистического хозяйства? Стоит поставить этот вопрос, чтобы понять всю
опасность теории отрицания победы социализма в одной стране. Но значит ли
это, что победа эта будет полной, окончательной? Нет, не значит, ибо пока
есть капиталистическое
окружение, всегда будет опасность
интервенции».
(Январь, 1925 г.)

Так обстоит дело с вопросом о судьбах социализма в нашей
стране с точки зрения известной резолюции XIV конференции нашей
партии.
стр.

(Сталин.
119—12«.

Вопросы ленинизма.

1925 Г.)

«К итогам работ XIV конференции ВКП(б)»

3. ПРЕИМУЩЕСТВА СОВЕТСКОЙ С И С Т Е М Ы ,
ОБЕСПЕЧИВАЮЩИЕ
ВОЗМОЖНОСТЬ ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА

В чем причина того, что СОСР, несмотря на его культурную отсталость, несмотря на недостаток капиталов, несмотря на недостаток
технически выкованных хозяйственных кадров, находится в состоянии
растущего экономического подъема и имеет на фронте экономического
строительства решающие успехи, а передовые капиталистические
страны, несмотря на обилие капиталов, обилие технических кадров
и более высокий уровень культурности, находятся в состоянии растущего экономического кризиса и терпят в области хозяйственного развития поражение за поражением?
Причина — в различии экономических систем хозяйства у нас и
у капиталистов.
Причина — в несостоятельности капиталистической системы хозяйства.
Причина — в преимуществах советской системы хозяйства перед
системой капиталистической.
Что такое советская система хозяйства.?
Советская система хозяйства означает, что:

1)' власть класса капиталистов свергнута и заменена властью рабочего класса;
2) орудия и средства производства, земля, фабрики, заводы и т. д.
отобраны у капиталистов и переданы в собственность рабочего класса
и трудящихся масс крестьянства;
3) развитие производства подчинено не принципу конкуренции
и обеспечения капиталистической прибыли, а принципу планового
руководства н систематического подъема материального и культурного
уровня трудящихся;
4) распределение народного дохода происходит не в интересах
обогащения ©ксплоататорских классов и их многочисленной паразитической челяди, а в интересах систематического повышения материального положения рабочих и крестьян и расширения социалистического
производства, в городе и деревне;
5) систематическое улучшение материального положения трудящихся и непрерывный рост их потребностей (покупательной способности), будучи постоянно растущим источником' расширения производства, гарантирует рабочий клаос от кризисов перепроизводства,
роста безработицы и т. д.
6) рабочий класс является хозяином страны, работающим не на
капиталистов, а на свой собственный класс.
Что такое капиталистическая система хозяйства?
Капиталистическая система хозяйства означает, что:
1) власть в стране принадлежит кашггалистам ;
2) орудия и средства производства сосредоточены в руках эксил оататоров;
3) производство подчинено не принципу улучшения материального
положения трудящихся масс, а принципу обеспечения высокой капиталистической прибыли;
4) распределение народного дохода происходит не в интересах
улучшения материального положения трудящихся, а в интересах обеспечения максимума прибылей эксплоататоров;
5) капиталистическая рационализация и быстрый рост производства., имеющие своей целью обеспечение высоких прибылей капиталистов, наталкиваются, как на преграду, иа нищенское положение
и снижение материальной обеспеченности миллионных масс трудящихся. не всегда имеющих возможность удовлетворить свои потребности даже в пределах крайнего минимума, что неизбежно создает
почву для неминуемых кризисов перепроизводства, роста безработицы и т. д.;
6) рабочий класс является классом ѳксплоатируемым, работающим
не на себя, а на чужой класс, на клаос эксплоататоров.
Таковы преимущества советской системы хозяйства перед системой
капиталистической.
Таковы преимущества социалистической
организации хозяйства
перед организацией капиталистической.
Вот где причина- того, что у нас, в ООСР, имеется растущий экономический подъем, а у них, у капиталистов, растущий экономический
кризис
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
ВКП(б)», стр. 637 — &38. іезо г.)
230

«Политический

отчет

ЦК

XVI

съезду

4. РУКОВОДСТВО ПАРТИИ—ВАЖНЕЙШЕЕ УСЛОВИЕ
ПРЕВРАЩЕНИЯ ВОЗМОЖНОСТИ ПОСТРОЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА
В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

Перехожу к вопросу о партии.
Я говорил вьгше о преимуществах советской системы хозяйства
перед системой капиталистической. Говорил о тех колоссальных
возможностях, которые предоставляет нам наш строй в деле борьбы
за полную победу социализма. Говорил о том, что без этих возможностей, без использования этих возможностей мы ие могли
бы добиться тех успехов, которые завоеваны нами за истекший
период.
Но вот вопрос: сумела ли партия правильно использовать возможности; предоставляемые вам советским строем; не продержала
ли она эти возможности под спудом, помешав, таким образом, рабочему классу развернуть до конца всю свою революционную мощь,
сумела ли она выжать из этих возможностей все то, что можно
было выжать, для того, чтобы развернуть по всему фронту социалистическое строительство?
Советский строй дает колоссальные возможности для полной победы социализма. Но возможность не есть еще действительность.
Чтобы превратить возможность в действительность, необходим целый
ряд условий, в числе которых линия партии и правильное проведение
этой линии играют далеко не последнюю роль.
Несколько примеров.
Правые оппортунисты утверждают, что нэп обеспечивает нам победу социализма, — следовательно, можно не беспокоиться насчет
темпа индустриализации, развития совхозов и колхозов и т п.,
так как наступление победы все равно обеспечено, в порядке,
так сказать, самотека. Это, конечно, неверно и глупо. Говорить
так — значит отрицать роль партии в строительстве социализма,
отрицать ответственность партии за это строительство. Ленин
вовсе ие говорил, что нэп обеспечивает нам победу социализма.
Ленин говорил лишь о том, что «экономически и политически
нэп вполне обеспечивает нам возможность
постройки фундамента социалистической экономики». Но возможность не есть еще
действительность. Чтобы возможность превратить в действительность, надо прежде всего отбросить теорию самотека, надо
перестроить (реконструировать) народное хозяйство и повести решительное наступление на капиталистические элементы города и
деревни.
Правые оппортунисты утверждают далее, что в нашем строе не
заложены основания для раскола между рабочим классом л крестьянством, — следовательно, можно не беспокоиться насчет установления правильной политики в отношении социальных групп деревни, так как кулак все равно врастет в социализм, а союз рабочих и крестьян будет обеспечен в порядке, так сказать, самотека.
Это также неверно и глупо. Так могут говорить только люди, не
понимающие того, что политика партии, д а еще такой партии, которая стоит у власти, является здесь основным моментом, определяющим судьбу дела союза рабочих и крестьян.
Ленин вовсе не
считал исключенной опасность раскола между рабочим классом и
281

крестьянством. Ленин говорил о том, что «в нашем социальном строе
•не заложеныІ С необходимостью основания для такого раскола», но
«если возникнут серьезные классовые разногласия между этими
классами, тогда раскол будет неизбежен.
В связи с этим Ленин считал, ЧТО"
«Главная задача нашего ЦК п ЦКК, как и нашей к а р и м в целом, состоит в том, чтобы внимательно следить за обстоятельствами, из которых
может вытечь раскол, и предупреждать
их, ибо в последнем счете судьба
нашей республики будет зависеть от того — тюйдет лиг крестьянская масса
с рабочим классом, сохраняя верность союзу с ним, или она даст «нэпманам», т. е. новой буржуазии, разъединить себя с рабочими, расколоть себя
с ними».

Следовательно, раскол между рабочим классом и крестьянством не исключен, но он вовсе не обязателен, так как в нашем
строе заложена возможность
предотвратить этот раскат и упрочить союз рабочего класса и крестьянства. А что требуется для
того, чтобы эту возможность превратить в действительность?
Чтобы возможность предотвращения
раскола превратить в действичюльность, нужно прежде всего похоронить теорию самотека,
нужно выкорчевать корни капитализма, организуя колхозы и
совхозы, и перейти от политики ограничения эксплоататорских
тенденций кулачества к политике ликвидации кулачества как
класса.
Выходит, таким образом, что нужно строго различать между
возможностями, имеющимися в нашем строе, и использованием
этих
возможностей, превращением этих возможностей в
действительность.
Выходит, что вполне допустимы случаи, когда возможности для
победы имеются, а партия не видит этих возможностей или не умеет
их правильно использовать, в виду чего вместо победы может полупиться поражение.
И вот все тот же вопрос: сумела ли партия правильно использовать возможности и преимущества,
предоставляемые нам советским
строем; все ли она делала для того, чтобы превратить эти возможности
в действительность и обеспечить, таким образом, нашему строительству максимум успехов?
Иначе говоря: правильно ли руководили партия и ее ЦК строительством социализма за истекший период?
Что требуется для правильного руководства партии в наших современных условиях?
Для правильного
руководства партии необходимо, помимо
Всего прочего, чтобы линия партии была правильна, чтобы
массы понимали правильность партийной линии и поддерживали
ее активно, чтобы партия не ограничивалась выработкой генеральной лилии, а руководила изо дня в день проведением ее
в жизнь, чтобы партия вела решительную борьбу с уклонами от
генеральной лилии и примиренчеством с ними, чтобы в борьбе
с уклонами партия ковала единство своих рядов и железную дисциплину.
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
ВКП(б)», Сір. 643—550. 1930 Г.)
232

«Политический

отчет

ЦК'

XVI

съезду

II. БОРЬБА ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
СТРОИТЕЛЬСТВА; НЭП КАК ЕДИНСТВЕННО
ПРАВИЛЬНАЯ ПОЛИТИНА ПРОЛЕТАРИАТА,
СТРОЯЩЕГО СОЦИАЛИЗМ
I. ТОВ. СТАЛИН О БОРЬБЕ ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
СТРОИТЕЛЬСТВА

Я думаю, что неверно в пЪбеду социалистического строительства является основной ошибкой новой оппозиции. Ошибка эта
является, по-моему, основной потому, что из нее проистекают все
остальные ошибки новой оппозиции. Ошибки новой оппозиции по
вопросу о нэпе, о госкапитализме, о природе нашей социалистической
промышленности, о роли кооперации при диктатуре пролетариата,
о методах борьбы с кулачеством, о роли и удельном весе среднего
крестьянства — все эти ошибки являются производными от основной
ошибки оппозиции, от неверия в возможность построения социалисти.ческого общества силами нашей страны.
Что такое неверие в победу социалистического строительства в нашей стране?
Это есть, прежде всего, отсутствие уверенности в том, что основные массы крестьянства могут втянуться, в силу известных условий развития нашей страны, в дело социалистического строительства.
Это есть, во-вторых, отсутствие уверенности в том, что пролетариат
нашей страны, имеющий в своем распоряжении командные высоты
народного хозяйства, способен втянуть основные массы крестьянства
в дело социалистического строительства.
Из этих положений исходит молчаливо оппозиция в своих построениях о путях нашего развития, — все равно, делает ли она это
сознательно или бессознательно.
Можно ли втянуть основную массу советского крестьянства в дело
социалистического строительства?
В брошюре «Об основах ленинизма» имеются на этот счет два
основных положения:
1) • Нельзя смешивать крестьянство Советского Союза с крестьянством Запада. Крестьянство, прошедшее школу трех революций, боровшееся против царя
и буржуазной власти вместе с пролетариатом и во главе с пролетариатом, крестьянство, получившее землю н мир вз рук пролетарской революции и ставшее
в виду этого резервом пролетариата, — это крестьянство не может не отличаться от крееггьяшетва, боровшегося во время буржуазной революции во главе
с либеральной буржуазией, получившего землю из рук этой буржуазии и ставшего в виду этого резервом буржуазии. Едва ли нужно доказывать, что советское крестьянство, привыкшее ценить политическую дружбу н
политическое
сотрудничество с пролетариатом и обязанное своей свободой этой дружбе и
этому сотрудничеству, — не может не составлять исключительно благоприятный материал для экономического сотрудничества с пролетариатом».
а) «Нельзя смешивать сельское хозяйство России с сельским хозяйством
Запада. Там развитие сельского хозяйства идет но обычной линии капитализма,
в обстановке грубой дифереищнацин крестьянства, с крупными имениями и
частно-капиталистическим и латифундиями на одном полюсе, с пауперизмом,
нищетой и наемным рабством — на другом. Там распад и разложение в виду
этого вполне естественны. Не то в России. У нас развитие сельского хозяйства
не может пойти по такому пути, хотя бы потому, что наличие советской власти
и национализация основных орудий и средств производства не допускают такого

гзз

ра-звитпя. В России развитие сельского хозяйства должно пойти по другому
пути, по пути кооперирования миллионов мелкого и среднего крестьянства, по
пути развития в деревне массовой кооперации, поддерживаемой государством
в порядке льготного кредитования. Ленин правильно указал в статьях о кооперации, что развитие сельского хозяйства у нас должно отойти по новому пути,
по пути вовлечения большинства крестьян в социалистическое строительство
через кооперацию, по пути постепенного внедрения в сельское хозяйство начал
коллективизма сначала в области сбыта, а потом—в области производства
продуктов сельского х о з я й с т в а » . . .
«Едва ли нужно доказывать, что громадное большинство крестьянства охотно станет на этот новый путь развития, отбросив прочь путь часгно-капигалиетических латифундий н наемного рабства,
дуть нищеты и разорения».

Правильны ли эти положения?
Я думаю, что оба эти положения являются правильными и неоспоримыми для всего нашего строительного периода в условиях
нэпа.
Они являются лишь выражением известных тезисов Ленина
о смычке пролетариата и крестьянства, о включении крестьянских
хозяйств в систему социалистического 'развития страны, о том, что
пролетариат должен двигаться к социализму вместе с основными
массами крестьянства, о том, что кооперирование миллионных масс
крестьянства является столбовой дорогой социалистического строительства в деревне, что при росте нашей социалистической индустрии
«простой рост кооперации для нас тождественен с ростом социализма»
,(см. т. X X V I I , стр. 396).
В самом деле, по какому пути может и должно пойти развитие
крестьянского хозяйства в нашей стране?
Крестьянское хозяйство не есть капиталистическое хозяйство.
Крестьянское хозяйство, если взять подавляющее большинство крестьянских хозяйств, есть хозяйство мелкотоварное. А что такое мелкотоварное крестьянское хозяйство? Это есть хозяйство, стоящее на
распутьи между капитализмом и социализмом. Оно может развиться
и в сторону капитализма, как это происходит теперь в капиталистических странах, и в сторону социализма, как это должно произойти
у нас, в нашей стране, при диктатуре пролетариата.
Откуда такая неустойчивость, несамостоятельность крестьянского
хозяйства? Чем ее объяснить?
Объясняется она распыленностью крестьянских хозяйств, их неорганизованностью, их зависимостью от города, от индустрии, от кредитной системы, от характера власти в стране, наконец, тем общеизвестным положением, что деревня идет и должна итги за городом как
в материальном, так и в культурном отношении.
Капиталистический путь ралвития крестьянского хозяйства означает развитие через Глубочайшую диференциацию крестьянства,
с крупными латифундиями на одном полюсе и массовым обнищанием
на другом полюсе. Такой путь развития является неизбежным
в капиталистических странах, потому что деревня, крестьянское хозяйство находится в зависимости от города, от индустрии, от концентрированного кредита в городе, от характера власти, а в городе
царит буржуазия, капиталистическая промышленность, капиталистическая кредитная система, капиталистическая государственная
власть.
Обязателен ли этот путь ралвития крестьянских хозяйств в нашей стране, -где город имеет совершенно другой облик, где инду234

стрия находится в руках пролетариата., где транспорт, кредитная
система, государственная власть и т. д. сосредоточены в руках пролетариата, где национализация земли является всеобщим законом
в стране? Конечно, не обязателен. Наоборот. Именно потому, что
город является руководителем деревни, а в городе царит у нас
•пролетариат, держащий в руках все командные высоты народного
хозяйства, именно поэтому крестьянские хозяйства должны пойти
в своем развитии по другому пути, по пути социалистического
строительства.
7 Что это за, путь?
*
Это есть путь массового кооперирования миллионов крестьянских
хозяйств по всем линиям кооперации, путь объединения распыленных крестьянских хозяйств вокруг социалистической индустрии,
путь насаждения начал коллективизма среди крестьянства сначала
ио линии сбыта продуктов земледелия и снабжения крестьянских хозяйств городскими изделиями, а йотом по линии сельско-хозяйственлюго производства.
И чем дальше, тем больше этот путь становится неизбежным
в обстановке диктатуры пролетариата, ибо кооперирование по линии
сбыта, кооперирование по линии снабжения, наконец, кооперирование
по линии кредита и производства (сел.-хоз. товарищества) является
единственным путем подъема благосостояния деревни, единственным средством спасения широких масс крестьянства от нищеты и
зения.
эворят. что крестьянство у нас несоциалистинно по своему положению, что в виду этого оно неспособно к социалистическому
развитию. Это, конечно, верно, что крестьянство несоциалистично
но своему положению. Но это не есть аргумент против развития
крестьянских хозяйств по пути социализма, если доказано, что
деревня идет за городом, а в городе командует социалистическая
промышленность. Во время Октябрьской революции крестьянство
тоже не являлось социалистическим по ово чу положению и оно
вовсе не хотело установить в стране социализм. Оно добивалось
тогда, главным образом, ликвидации помещичьей власти и окончания войны, установления мира. Тем не менее оно пошло тогда за
социалистическим пролетариатом. Почему? Потому, что свержение
буржуазии и взятие власти социалистическим пролетариатом явилось тогда единственным путем выхода из империалистической
войны, единственным путем установления мира. Потому, что других путей не было тогда и не могло быть. Потому, что нашей партии удалось тогда нащупать, найти ту степень соединения и подчинения специфических интересов крестьянства, (свержение помещика,
мир) общим интересам страны (диктатура пролетариата), которая
оказалась приемлемой и выгодной для крестьянства. И крестьянство,
несмотря на его й есоциалистичность, пошло тогда за социалистическим пролетариатом.
То же самое нужно сказать о социалистическом строительстве
к нашей стране, о вовлечении крестьянства в русло этого строительсгва. Крестьянство несоциалистично по своему положению. Но
оно должно стать, и обязательно станет, на путь социалистического
развития, ибо нет и не может быггь других путей спасения крестьянства от нищеты л разорения, кроме смычки с пролетариатом, кроме

смычки с социалистической промышленностью, кроме включения
крестьянского хозяйства в общее русло социалистического развития
через массовое кооперирование крестьянства.
Почему именно через массовое кооперирование крестьянства?
Потому, что в массовом кооперировании «мы нашли ту степень
соединения частного интереса, частно-торгового интереса, проверки
и контроля его государством, степень подчинения его общим интересам» ( Л е н и н ) , которая является приемлемой и выгодной для
крестьянства, и которая обеспечивает пролетариату возможность вовлечения основной массы крестьянства в дело социалистического
строительства. Именно потому, что крестьянству выгодно организовать
сбыт своих товаров и снабжение своего хозяйства машинами через
кооперацию, именно поэтому оно должно пойти, и оно пойдет, по п у ш
массового кооперирования.
А что означает массовое кооперирование крестьянских хозяйств
при главенстве социалистической промышленности?
Оно означает отход мелкотоварного крестьянского хозяйства от
старого капиталистического пути, чреватого массовым разорением
крестьянства, и переход на новый путь развития, на путь социалистического строительства,
Вот почему борьба за новый путь развития крестьянского хозяйства, борьба за вовлечение основной массы крестьянства в дело
строительства социализма является очередной задачей нашей
партии.
XIV съезд ВКП поступил поэтому правильно, постановив, что:
«Основной путь строительства социализма в деревне заключается в том,
чтобы при возрастающем экономическом руководстве со стороны социалистической гослромышленноети, государственных кредитных учреждений и других
командных высот, находящихся в руках пролетариата, вовлечь в кооперативную организацию основную массу крестьянства и обеспечить этой организации
социалистическое развитие, используя, преодолевая и вытесняя капиталистические се Элементы» (см. резолюцию съезда но отчету ЦК).

Глубочайшая ошибка новой оппозиции состоит в том, что она
не вериг в этот новый путь развития крестьянства, не видит или
•не понимает всей неизбежности этого пути в условиях диктатуры
пролетариата. А не понимает она этого потому, что не верит в победу
социалистического строительства в нашей стране, не верит в способность нашего пролетариата повести за собой крестьянство но пути
к социализму.
Отсюда непонимание двойственного характера нэпа, преувеличение
отрицательных сторон нэпа и трактовка нэпа как отступления по
преимуществу.
Отсюда преувеличение роли капиталистических элементов нашего
хозяйства и преуменьшение роли рычагов нашего социалистического
развитая (социалистическая промышленность, кредитная система, кооперация. власть пролетариата и т. д.).
Отсюда непонимание социалистической природы нашей государственной промышленности и сомнения в правильности кооперативного
плана Ленина.
Отсюда раздувание диференциации в деревне, паника перед кулаком, преуменьшение роли середняка, попытки сорвать политику
партии но обеспечению прочного союза с середняком и, вообще,
286

метание из стороны в сторону в вопросе о политике партии в деревне.
Отсюда непонимание той громадной работы партии но вовлечению миллионных маос рабочих и крестьян в строительство промышленности и сельского хозяйства, в оживление кооперации и советов, в управление страной, в борьбу с бюрократизмом, в борьбу за
улучшение и переделку нашего государственного аппарата, которая
знаменует собой новую полосу развития и без которой немыслимо
никакое социалистическое строительство.
Отсюда безнадежность и растерянность перед трудностями нашего строительства, сомнения в возможности индустриализации нашей страны, пессимистическая болтовня о перерождении партии
и Т. д.
У них, у буржуа, все обстоит более или менее хорошо, у нас
же, у пролетариев, — более или менее плохо; если не подоспеет
с Запада революция — пропало наше дело, — таков общий тон новой
оппозиции, являющийся, ио-моему, тоном ликвидаторским, но для
чего-то выдаваемый оппозицией (должно быть, для потехи) за
«интернационализм».
Нэп есть капитализм, говорит оппозиция. Нэп есть отступление
по преимуществу, говорит т. Зиновьев. Все это, конечно, неверно.
На самом деле нэп есть политика партии, допускающая борьбу социалистических и капиталистических элементов и рассчитанная на победу социалистических элементов над элементами капиталистическими.
На самом деле нэп только начался отступлением, но он рассчитан на
то, чтобы в ходе отступления произвести перегруппировку сил и повести наступление. На самом деле мы наступаем уже несколько лет,
и наступаем с успехом, развивая нашу индустрию, развивая советскую
торговлю, тесня частный капитал.
Но каков смысл тезиса — нэп есть капитализм, нэп есть отступление по преимуществу? Из чего исходит этот тезис?
Он исходит из неправильного предположеігия о том, что у нас
происходит теперь простое восстановление капитализма, простой
«возврат» капитализма. Только этим предположением можно объяснить сомнения оппозиции насчет социалистической природы нашей
промышленности. Только этим предположением можно объяснить
панику оппозиции перед кулаком. Только этим предположением
можно объяснить ту поспешность, с которой ухватилась оппозиция
за неправильные цифры о диференциаціш крестьянства. Только этим
предположением можно объяснить особую забывчивость оппозиции
насчет того, что середняк является у нас центральной фигурой земледелия. Только этим предположением можно объяснить недооценку
удельного веса середняка и сомнения насчет кооперативного плана
Ленина. Только этим предположением можно «обосновать» неверие
новой оппозиции в новый путь 'развития деревни, в путь вовлечения
деревни в социалистической строительство.
На самом деле у нас происходит теперь не односторонний процесс восстановления капитализма, а двусторонний процесс развития капитализма и развития социализма, противоречивый процесс
борьбы элементов социалиста чески х с элементами капиталистическими, процесс преодоления элементов капиталистических элемента,ми социалистическими. Это одинаково неоспоримо как для города,
*

237

где базой социализма является государственная промышленность,
так и для деревни, где основной зацепкой социалистического развития
является массовая кооперация, смыкаемая с социалистической промышленностью.
Простое восстановление капитализма невозможно хотя бы потому,
что шасть у нас пролетарская, крупная промышленность в руках
пролетариата, транспорт и кредит находятся в распоряжении пролетарского государства.
Диференциация пе может принять прежних размеров, середняк
остается основной массой крестьянства, а кулак не может возыметь
прежнюю силу хотя бы потому, что земля у нас национализирована,
она изъята из обращения, а наша торговая, кредитная, налоговая
и кооперативная политика направлена на то, чтобы ограничить'
эксилоататорские стремления кулачества, поднять благосостояние
широчайших масс крестьянства и выравнивать крайности в деревне,
Я уже не говорю о том, что борьба с кулачеством идет ,у нас те«
перь не только по старой линии, по линии организации бедноты
против кулачества, но и по новой липни, по линии укрепления
союза пролетариата и бедноты о середняцкими массами крестьянства против кулака. Тот факт, что оппозиция не понимает смысла
и значения борьбы с кулачеством по этой второй линии, этот факт
лишний раз подтверждает, что оппозиция сбивается на старый путь
развития деревни, на путь ее капиталистического развития, когда
кулак и беднота составляли основные силы деревни, а середняк
«вымывался».
Кооперация есть разновидность государственного капитализма,
говорит оппозиция, ссылаясь при этом на «Продналог» Ленина,
в виду чего она. не верит в возможность использования кооперации,
как основной зацепки для социалистического развития. Оппозиция
и здесь допускает грубейшую ошибку. Такая трактовка кооперации
была достаточна и удовлетворительна в 1 9 2 1 г., когда был написан
«Продналог», когда у нас не было развитой социалистической промышленности, когда Ленин мыслил госкапитализм как возможную
основную форму нашего хозяйствования, а кооперацию рассматривал
в сочетании с госкапитализмом. Но Эта трактовка теперь уже недостаточна и превзойдена историей, ибо с тех пор времена изменились,
социалистическая промышленность у нас развилась, госкапитализм
не привился в той степени, в какой это было желательно, а кооперация, охватывающая теперь более десятка миллионов членов, стала
смыкаться с социалистической индустрией.
Чем же иначе объяснить тот факт, что уже спустя два года
после «Продналога», в 1 9 2 3 г. Ленин стал рассматривать кооперацию по-другому, считая, что «кооперация в наших условиях сплошь
да рядом ' совершенно совпадает с социализмом»? (см. т. X X V I I ,
слр. 396).
Чем же иначе это объяснить, как пе тем, что за эти два года социалистическая промышленность успела уже вырасти, госкапитализм
же не привился в должной степени, в виду чего Ленин стал рассматривать кооперацию уже не в сочетании с госкапитализмом, а в сочетании с социалистической промышленностью.
Изменились условия развития кооперации. Должен был измениться и подход к вопросу о кооперации.,
238

Вот, например, одно замечательное место из брошюры Ленина
«О кооперации» (1923 г.), проливающее свет на этот вопрос:
«При государственном
капитализме* предприятия кооперативные отличаются
от государственно-капиталистических, как предприятия частные, во-первых, и
коллективные, во-вторых. При нашем существующем
строе * предприятия кооперативные отличаются от предприятий частно-капиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются* от предприятий социалистических,
если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу» (ом. т. XXVII, стр. 396).

В этой маленькой цитате разрешены два больших вопроса. Вопервых, вопрос о том, что «наш существующий строй» не есть госкапитализм. Во-вторых, вопрос о том, что кооперативные предприятия,
взятые в сочетании «с нашим строем», «.не отличаются» от предприятий социалистических.
Я думаю, что трудно выразиться яснее.
А вот еще одно место из той же брошюры Ленина:
«Простой рост кооперации для нас тождественен і(с указанным выше «небольшим» исключен нем ) с ростом социализма, и вместе с этим мы вынуждены
признать коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм» (см.
там же).

Очевидно, что в брошюре «О кооперации» мы имеем дело с новой
оценкой кооперации, чего не хочет признать новая оппозиция и что
она старательно замалчивает, вопреки фактам, вопреки очевидной
истине, вопреки ленинизму.
Одно дело — кооперация, взятая в сочетании с госкапитализмом,
и другое дело — кооперация, взятая в сочетании с социалистической
промышленностью.
Из этого, однако, нельзя делать того вывода, что между «Продналогом» и брошюрой «О кооперации» лежит пропасть. Это, конечно,
неправильно. Достаточно сослаться, например, на следующее место
в «Продналоге», чтобы сразу уловить неразрывную связь между «Продналогом» и брошюрой «О кооперации» в вопросе об оценке кооперации. Вот оно:
«Переход от концессий к социализму есть переход от одной формы крупного производства к другой форме крупного производства. Переход от кооперации мелких хозяйчиков к социализму есть переход от мелкого производства
к крупному, т. е. переход более сложный, но зато способный охватить, в случае
успеха, более широкие маосы населения, способный вырвать более глубокие и
более жлвучие корим старых, до-социалистических,
* даже до-капитал-иотнческих
отношений, наиболее упорных в смысле сопротивления всякой «новизне»» (см.
т. X X V I , стр. 836).

Из этой цитаты видно, что Ленин еще во время «Продналога»,
когда не было еще у нас развитой социалистической индустрии,
считал возможным превращение кооперации, в случае
успеха,
в могучее средство борьбы против «до-социалистических», а значит,
и против капиталистических отношений. Я думаю, что эта именно
мысль и послужила впоследствии отправной топкой для его брошюры
«О кооперации».
Но что из всего этого следует?
* Курсив мой. И. Ст,

А. из этого следует, что новая оппозиция подходит к вопросу
о кооперации не по-марксистски, а метафизически. Она рассматривает
кооперацию не как историческое явление, взятое в сочетании с другими явлениями, в сочетании, скажем, с госкапитализмом (в 1921 г.)
или социалистической промышленностью ( в 1 9 2 3 г.), а как нечто постоянное и раз навсегда данное, как «вещь в себе».
Отсюда ошибки оппозиции по вопросу о кооперации, отсюда ее
неверие в развитие деревни к социализму через кооперацию, отсюда
сворачивание оппозиции на. старый путь, па путь капиталистического
•развития деревни.
Такова в общем позиция новой оппозиции в практических вопросах социалистического строительства..
Вывод один: линия оппозиции, поскольку есть у нее линия, колебания и шатания оппозиции, ее неверие и растерянность перед
трудностями — ведут к капитуляции перед капиталистическими
элементами нашего хозяйства. Ибо, если нэп есть отступление по
преимуществу, если социалистическая природа государственной
промышленности подвергается сомнению, ес/ги кулак почти что всесилен, на кооперацию мало надежды, роль середняка прогрессивно
падает, новый путь развития деревни сомнителен, партия почти
что перерождается, а революция с Запада еще не так близка, — то
что же остается после всего этого в арсенале у оппозиции, на что
она рассчитывает в борьбе с капиталистическими элементами нашего хозяйства? Нельзя же итги в бой с одной лишь «Философией
эпохи».
Ясно, что арсенал новой оппозиции незавиден, если вообще можно
назвать его арсеналом. Этот арсенал не для борьбы. Тем более он не
для победы.
Ясно, что с таким арсеналом партия «в два счета» загубила бы
себя, если бы она полезла в драку, — ей пришлось бы просто капитулировать перед капиталистическими элементами нашего хозяйства.
Поэтому X I V съезд партии поступил совершенно правильно,
постановив, что «борьба за победу социалистического строительства в ООСР является очередпой задачей партии»; что одним из
необходимых условий для разрешения этой задачи
является
«борьба с неверием в дело строительства социализма в нашей стране
и с попытками рассматривать наши предприятия, являющиеся предприятиями «последовательно-социалистического типа»
(Ленин),
как предприятия «государственно-капиталистические»; что «такие
идейные течения, делая невозможным сознательное отношение
масс к строительству социализма вообще и социалистической
промышленности в частности, способны лишь затормозить рост
социалистических элементов хозяйства и облегчить борьбу с ними
со стороны частного капитала»;
что съезд считает поэтому
необходимой
широкую воспитательную
работу
для
преодоления этих извращений ленинизма» (см. резолюцию по отчету
ЦК ВКП).
Историческое значение X I V съезда ВКП состоит в том, что он сумел вскрыть до корней ошибки новой оппозиции, отбросил прочь ее
неверие и хныканье, ясно и четко наметил путь дальнейшей борьбы
за социализм, дал партии перспективу победы и вооружил тем самым
240

пролетариат несокрушимой верой в победу социалистического строительства. 1
(Сталин.
1926 г.)

Вопросы ленинизма.

«К вопросам ленинизма», стр. 2-28 — 237.

2. ОСНОВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ ПРОЛЕТАРИАТА,
С Т Р О Я Щ Е Г О СОЦИАЛИЗМ, И БОРЬБА С ОППОРТУНИСТИЧЕСКИМИ
РЕВИЗИЯМИ ЛЕНИНСКОГО УЧЕНИЯ О НЭПЕ
А. Нэп май интернациональная политика п р о л е т а р и а т а ,
строящего социализм

При проведении всех этих задач диктатуры пролетариата необходимо иметь в виду следующие положения.
1. Полная отмена частной собственности на землю и национализация всей земли не могут быть введены немедленно в наиболее развитых
капиталистических странах, где принцип частной собственности успел
глубоко укорениться среди широчайших слоев крестьянства. В таких
странах национализацию всей земли можно провести лишь постепенно, путем ряда переходных мероприятий.
2. Национализация производства не должна., по правилу, распространяться на мелкие и средние хозяйства (крестьян, ремесленников, кустарей, мелких и средних торговцев, мелких промышленников й т. п.).
Во-нервых, потому, что пролетариат не может не проводить строгого различия между трудовой собственностью простого товаропроизводителя, которого можно и должно постепенно вовлекать в русло
социалистического строительства, и аксплоататорской собственностью
капиталиста, ликвидация которой есть непременная предпосылка социалистического строительства,
Во-вторых, потому, что у взявшего власть пролетариата не может хватить, в особенности в первые фазы диктатуры, достаточного
количества организационных сил, чтобы не только разрушить капитализм, но и непосредственно организовать связь метких и средних индивидуальных производственных единиц на новой социалистической основе. Эти мелкие индивидуальные хозяйства (прежде
всего крестьянские хозяйства) будут лишь постепенно, при систематической мощной поддержке роех форм их коллективизации со
стороны пролетарского государства., втягиваться в общую социалистическую организацию производства и распределения. Всякая насильственная ломка их хозяйственного уклада и принудительное их
коллективизирование привели бы лишь к отрицательным результатам.
3. Наличие значительного количества мелких производственных
единиц (в первую очередь крестьянских хозяйств, хозяйства фермеров, ремесленников, мелких торговцев и т. д.) не только в колониях, полуколониях и экономически отсталых странах, где мелкобуржуазлые массы составляют огромное большинство населения,
но и' в центрах капиталистического .мирового хозяйства (Соединенные штаты Америки, Гермашія, а также в известной степени и
1 Примечании
составителя. Взгляды Маркса и Энгельса на вопрос о путях
социалистической переделки деревни см. тему «Аграрно-крсстышскнй вопрос».

18

Ленинизм

241

'Англия)' делает необходимым в той или иной мере сохранение— па
начальных ступенях развития — рыночных форм хозяйственной
связи, денежной системы и т. д. Разнообразие хозяйственных укладов (от социализированной крупной индустрии до хозяйства мелкого крестьянина и ремесленника.), которое не может не сопровождаться борьбой этих различных хозяйственных форм; соответствующее этим хозяйственным формам разнообразие классов и
классовых группировок, с различными стимулами хозяйственной
деятельности и борьбой их различных хозяйственных интересов; наконец наличие во всех областях хозяйственной жизни навыков и
традиций, унаследованных от буржуазного общества и не могущих
быть изжитыми сразу, — все это требует от экономического руководства пролетариата правильного сочетания—на основе рыночных отношений — крупной социалистической промышленности и
мелкого хозяйства простых това.ропроизводителей, т. е. такого сочетания, которое обеспечивает ведущую роль социалистической промышленности и в то жо время максимальный подъем всей основной
массы крестьянских хозяйств. Поэтому, чем больше удельный вес
раздробленного мелкокрестьянского труда в общей экономике
страны, тем больше объем рыночных отношений, чем меньше значение непосредственного планового руководства, тем в большей степени общехозяйственный план основывается на предвидении стихийно складывающихся хозяйственных отношений. Наоборот, чем
меньше удельный вес мелкого хозяйства, чем значительнее доля
обобществленного труда, чем могущественнее концентрированные
и социализированные массы средств производства, тем меньше
объем рыночных отношений, тем больше значение, плана в сравнении со стихией, тем значительнее и универсальнее методы непосредственного планового руководства и в области производства и
в области распределения.
Технические и экономические преимущества крупного социализированного производства, централизация всех важнейших командных экономических высот (индустрии, транспорта, крупных земледельческих хозяйств, банков и т. д.) в руках пролетарского государства, плановое руководство хозяйством, мощь государственного
аппарата в цалом (бюджет, палоги, административное законодательство и законодательство вообще) приводят, при правильной классовой политике со стороны пролетарской диктатуры, т. е. при правильном учете классовых соотношений, к постоянному и систематическому вытеснению остатков частного капитала, а также новых
капиталистических ростков как в городе, так и в деревне (крупное
крестьянство, кулачество), возникающих вместе с развитием хозяйства простых товаропроизводителей в условиях более или менее
свободной торговли и рыночных отношений. О другой стороны, на
ряду с этим происходит систематическое вовлечение основных
масс крестьянских хозяйств (т. е. мелкого и среднего хозяйства)
путем их кооперирования и роста коллективных хозяйственных
форм в общую систему развивающегося социализма. Связанные
с рыночными отношениями, по внешности капиталистические формы
и методы хозяйственной деятельности (ценностный счет, денежная
оплата труда, купля-продажа, кредит и банки и т. д.) играют роль
рычагов социалистического переворота, поскольку эти рычаги обслу«
242

жита юг во все большей степени предприятия последовательно-социалистического типа, т. е. социалистический сектор хозяйства.
Таким образом, рыночные отношения в условиях пролетарской
диктатуры, при правильной политике со стороны Советского государства., несут в своем развитии собственную гибель: способствуя
вытеснению частного капитала, переделке крестьянского хозяйства,
дальнейшей централизации и концентрации средств производства
в руках пролетарского государства, они способствуют тем самым
преодолению

рыночных

отношений

вообще.

В случае вероятной военной интервенции капиталистов и длительной контрреволюционной войны пролив диктатуры пролетариата
хозяйственное руководство должно исходить прежде всего из интересов защиты пролетарской диктатуры; при этом может появиться
необходимость в военно-коммунистической хозяйственной политике
(«военный коммунизм»), которая есть не что иное, как организация рационального потребления в целях военной обороны при
системе усиленного нажима на капиталистические группы (конфискации, реквизиции и т . д.) при более или менее полной ликвидации свободной торговли и рыночных отношений, при резком нарушении индивидуалистических хозяйственных стимулов мелкого производителя, что связано с падением производительных оил страны.
Эта политика «военного коммунизма», подрывая материальный базис
враждебных рабочему классу слоев внутри страны, обеспечивая рациональное распределение уже имеющихся в наличии запасов, способствуя военной борьбе пролетарской диктатуры и находя в этом свое
историческое обоснование, не может быть тем не менее рассматриваема
как система «нормальной» хозяйственной политики диктатуры пролетариата.
(Программа Коминтерна, раздел IV, глава 4.)
Б. Ленинская постановив вопроса „кто кого* 1

Вот к чему сводится вся теперешняя война: кто победит, кто скорее воспользуется —• капиталист, которого мы же пускаем в дверь или
даже в несколько1 дверей (и во много таких дверей, которых мы сами
не знаем и которые открываются помимо нас и против нас) или пролетарская государственная власть...
. . . Весь вопрос—кто кого опередит? Успеют капиталисты раньше
сорганизоваться — и тогда они коммунистов прогонят, и уж тут
никаких ра говоров быть пѳ может. Нужно смотреть на эти вещи
трезво: кто кого? Или пролетарская государственная власть окажется способной, опираясь на крестьянство, держать господ капиталистов в надлежащей узде, чтобы направлять капитализм по государственному руслу и создать капитализм, подчиненный государству и служащий ему? Нужно стакйть этот вопрос трезво. Всякая
тут идеология, всякие рассуждения о политических свободах есть
раооуждения, которых очень много можно найти, особенно, если
1 Примечание
составителя.
Вопрос «кто кого», поставленный
Лениным
в 1 Ш г., решен внутри ОССР в итоге первой пягилеткп в пользу социализма
окончательно и »бесповоротно (см. разд. Ill данной темы: Доклад т. Сталина на
январском пленуме ЦК и ЩѵК),

досмотрпм на заграничную Россию, Россию номер второй, где имеются
десятки ежедневных газет всех политических партий, где все эти свободы воспеваются на все лады и всеми музыкальными нотами, существующими в природе. Все это — болтовня, фразы. От этих фраз
нужно уметь отвлечься . . .
. . . ІѴІы за четыре года перенести много серьезных битв и научились, что одно дело — серьезная битва и другое дело — болтовня, которая идет по случаю серьезной битвы, идет особенно от людей, в сторонке сидящих. Нужно от всей этой идеологии, от этой болтовни
уметь отвлечься и поем огреты на суть дела-. А суть дела та, что борьба
есть и будет еще более отчаянная, еще более жестокая, чем борьба
с Колчаком и Деникиным.
( Л е н и н. Соч., т. XXVII, «Речь на II Всероссийском съезде политпросветов», стр. 41 — 42. 1921 г.)
В. Двойственная природа нэпа и борьба партии против
оппортунистических искажений нэпа

. . . Что мы держим капитализм на цепи и будем держать, пока
он существует, это факт, это верно. Но чтобы нэп являлся капитализмом,— это чепуха, несусветная чепуха. Нэп есть особая политика
пролетарского государства, рассчитанная на допущение капитализма,
при наличии командных высот в руках пролетарского государства,
рассчитанная на борьбу элементов капиталистических и социалистических, рассчитанная на возрастание роли социалистических элементов в ущерб элементам капиталистическим, рассчитанная на
победу социалистических элементов над капиталистическими элементами, рассчитанная на уничтожение классов, на постройку фундамента социалистической экономики. Кто не понимает этой переходной двойственной природы нэпа, тот отходит от ленинизма. Если бы
нэп был капитализмом, то тогда нэповская Россия, о которой говорил
Ленин, была бы Россией капиталистической. Но разве нынешняя
Россия есть капиталистическая, а не переходная от капитализма к социализму? Почему же тогда Ленин не сказал просто: «Россия капиталистическая будет Россией социалистической», а предпочел дать
другую формулу: «Россия нэповская будет Россией социалистической»? .
. . . Основная ошибка тт. Каменева и Зиновьева состоит в тем,
что они рассматривают вопрос о госкапитализме схоластически, не
диалектически, вне связи с исторической обстановкой. Такой подход к вопросу противен всему духу ленинизма. Как ставил вопрос
Ленин? В 1921 г. Ленин, зная, что наша промышленность мало развита, а крестьянство нуждается в товарах, зная, что ее (промышленность) сразу не поднимешь, что рабочие, в силу известной обстановки, заняты не столько промышленностью, сколько приготовлением зажигалок, — в этой обстановке Ленин считал, что лучшая возможность из всех возможностей, это — привлечь заграничный капитал, наладить с его помощью промышленность, ввести таким образом госкапитализм и через него устроить смычку советской власти
с деревней. Такой путь был тогда безусловно правилен, ибо других
возможностей удовлетворить крестьянство у нас тогда не было,' ибо
промышленность у нас хромала, транспорт стоял, или почти стоял, ;
не было, нехватало топлива. Считал ли тогда Ленин допустимым и
244

желательным госкапитализм как преобладающую форму нашего хозяйства? Да, считал. Но это было тогда, в 192і г. А теперь? Можно
ли сказать теперь, что у нас нет нашей промышленности, транспорт
стоит, нет топлива и т. д.? Нет, нельзя. Можно ли отрицать, что
наша промышленность и торговля уже устанавливают смычку индустрии (пашей индустрии) с крестьянским хозяйством непосредственно, своими собственными силами? Нет, нельзя. Можно ли отрицать, что в области промышленности «госкапитализм» и «социализм»
уже поменялись ролями, ибо социалистическая промышленность стала
господствующей, а удельный вес концессий и аренды (первые имеют
50 тыс. рабочих, вторая — 35 тыс.) минимален? Нет, нельзя. Еще в
1922 г. Ленин сказал, что с концессиями и арендой у нас не вышло.
Что же из этого следует? Из этого следует то, что со времени
1921 г. обстановка изменилась у нас существенно, что за это время
наша социалистическая промышленность и советско-кооперативная
торговля успели уже стать преобладающей силой, что смычку между
городом и деревней уже научились устанавливать собственными силами, что паиболее яркие формы госкапитализма, концессии и
аренда—не получили за это время серьезного развития, что*говорить
теперь, ів 1925 т., о госкапитализме, как преобладающей форме нашего хозяйства, значит искажать социалистическую природу нашей государственной промышленности, значит не понимать всей
разницы между прошлой и нынешней обстановкой, значит подходить
к вопросу о госкапитализме не диалектически, а схоластически, метафизически.
Не угодио ли послушать т. Сокольникова? Он говорит в своей
речи:

«Ноша внешняя торговля ведется как государствелпо-капиталпстическое предприятие . . . Наши внутренние торговые общества — также государственно-капиталистические предприятия. И я должен сказать, топарищи, что Государственный
банк является точно так же государственио-капиталястинеским предприятием.
Наша денежная система? Наша денежная оистсма основана на том, что в советском хозяйстве, в условиях строящегося социализма, взята денежная система,
проникнутая принципами капиталистической экономики»...

...Тов. Сокольников не понимает двойственной природы нэпа,
двойственной природы торговли в нынешних условиях борьбы социалистических элементов с элементами капиталистическими, он не
понимает диалектики развития в обстановке диктатуры пролетариата, в обстановке переходного периода, где методы и оружие буржуазии используются социалистическими элементами дтя преодоления и ликвидации'элементов капиталистических. Дело вовсе не
в том, что торговля и денежная система являются методами «капиталистической экономики». Дело в том, что социалистические элементы нашего хозяйства, борясь с элементами капиталистическими, овладевают этими методами и оружием буржуазии для преодоления капиталистических элементов, что они с успехом используют их против
капитализма, с успехом используют их для построения социалистического фундамента нашей экономики. Дело в том, стало быть, что,
благодаря диалектике нашего развития, функции и назначение этих
инструментов буржуазии меняются принципиально, коренным образом меняются в пользу социализма, в ущерб капитализму. Ошибка
т. Сокольникова состоит в том, что он не понял всей сложности и противоречивости происходящих в нашей экономике процессов.

Позвольте теперь сослаться па Лепила в вопросе об историческом
характере госкапитализма, привести цитату по вопросу о том, когда
и почему он предлагал госкапитализм, как 'главную форму, чем он
был вынужден к этому, и при каких именно конкретных условиях он
его •предлагал. (Голоса: «Просим!»)
«Мы ни в коем случае ле можем отбывать того, что мы часто наблюдаем —
социалистического отношения рабочих н а принадлежащих государству фабриках, где рабочие сами собирают топлпво, сырье п продукты, или когда рабочие стараются распределять правильно продукты промышленности среди крестьянства, довозят их средствами транспорта. Это егть социализм. * Но рядом
с ним существует мелкое хозяйство, которое сплошь и рядом существует независимо
от пего. Почему оно может существовать независимо от пего?
Потому. что крупная промышленность не восстановлена, потому, что социалистические фабрики могут получить, может быть, только десятую долю того, что
они должны получать; и поскольку они не получают, оно остается независимым от социалистических фабрик. Неимоверное разорение страны, недостаток
топлива, сырья и транспорта приводят в тому, что мелкое производство существует отдельно от социализма. И я говорю: при таких условиях государстве»
ный капитализм — что это такое? Это будет объединение мелкого производства. Капитал объединяет малкое производство, капитал вырастает из мелкого
производства. На этот счет нечего закрывать глаза. Конечно, свобода
торговли
означает рост капитализма:
из этого никак вывернуться нельзя, и кто вздумает
вывертываться п отмахиваться, тот только тешнт себя словами. Если есть мелкое хозяйство, если есть свобода обмена — появляется капитализм. Но страшен
ли этот капитализм нам, если мы имеем в руках фабрики,
заводы,
транспорт
и заграничную
торговлю?
И вот я говорил тогда, буду повторять теперь и считаю. что это неопровержимо, что зтот капитализм нам пе страшен. Таким капитализмом являются концессии» * (см. т. X X V I , стр. 306).

Вот как Лешш подходил к вопросу о госкапитализме.
В 1921 г., когда своей промышленности у нас почти не было, сырья
нехватало, а транспорт стоял, Ленин предлагал госкапитализм, как
средство, через которое он думал связать крестьянское хозяйство
с индустрией. И это было правильно. Но значит ли это, что Ленин
считал этот путь желательным при всяких условиях? Конечно, не
значит. Он шел на смычку через госкагштализм потому, что не было
V нас развитой социалистической промышленности. Ну, а теперь?
Можно ли сказать, что у нас нет теперь развитой госнромьпнленности?
Копечно, нельзя сказать. Развитие пошло по другому руслу, концессии почти не привились, госпромьииленностъ выросла, выросла госторговля, выросла кооперация, и смычка между городом и деревней
стала устанавливаться через социалистическую промышленность. Мы
оказались в лучшем положении, чем думали сами. Как можно после
этого говорить, что госкапитализм есть главная форма нашего хозяйствования?
Беда оппозиции состоит в том, что она не хочет понять этих простых вещей.
( С т а л и н . Политический отчет ЦК X I V съезду ВКП(б).
отчет, стр. 493—497. 1925 Г.)

Стенографический

Четвертая ошибка/т. Бухарина касается вопроса о нэпе. Ошибка
т. Бухарина состоит здесь в том, что он не видит двусторопности
нэпа, он видит только одну сторону нэпа. Когда мы вводили нэп
в 1921 г., мы паяравляли тогда его осгрие против военного коммунизма, против такого режима и порядков, которые исключают какую бы то ни было свободу торговли. Мы считали и считаем, что
* Курсив везде мой.

И. Ст.

нэп означает известную свободу торговли. Эту сторону дела т. Бухарин запомнил. И это очень хорошо. Но т. Бухарин ошибается,
полагая, что эта сторона дела исчерпывает нэп. Тов. Бухарин забывает, что нэп имеет еще другую сторону. Дело в том, что нэп
вовсе не означает полной свободы торговли, свободной игры цен
на рынке. Нэп есть свобода торговля в известных пределах, в известных рамках при

обеспечении

регулирующей

роли

государства

и его роли па рынке. В этом именно и состоит вторая сторона нэпа.
Причем эта сторона нэпа но менее, если не более, важна, чем
первая его сторона. У нас ног на рынке свободной игры цен, как
это бывает обычно в капиталистических странах. Мы определяем
цены на хлеб в основном. Мы определяем цены на промтовары. Мы
стараемся проводить политику снижения себестоимости и снижения
цен на промтовары, стремясь сохранить стабильность цен на продукты сельского хозяйства. Разве не ясно, что таких особых и специфических порядков на рынке не бывает вообще в капиталистических странах.
Из этого следует, что, пока есть нэп, должны быть сохранены обе
его стороны: и первая сторона, направленная против режима военного коммунизма и имеющая своей целью обеспечение известной свободы торговли, и вторая сторона, направленная против полной свободы
торговли и имеющая своей целью обеспечение регулирующей роли
государства на рынке. Уничтожьте одну из этих сторон — и у вас
не "будет нэпа.
Тов. Бухарин думает, что пэпу может угрожать опасность лишь
«слева», со стороны людей, желающих ликвидировать всякую свободу торговли. Это неверно. Это грубейшая ошибка. К тому же такая опасность сейчас менее всего реальна, ибо у нас нет или почти
нет теперь таких людей в наших местных и центральных организациях, которые бы не понимали всей необходимости и целесообразности сохранения известной свободы торговли. Гораздо более реальна опасность справа, опасность со стороны людей, желающих
ликвидировать регулирующую роль государства на рынке, желающих «раскрепостить» рынок и открыть таким образом эру полной
свободы торговли. Не может бьггь никакого сомнения, что эта опасность срыва нэпа справа гораздо более реальна теперь. Не следует
забывать, что мелкобуржуазная стихия работает в этом именно направлении— в направлении срыва нэпа справа. Следует также помнить, что вопли кулаков и зажиточных элементов, вопли спекулянтов и скупщиков, которым поддаются нередко многие наши товарищи, бомбардируют нэп о этой именно стороны. Тот факт, что т. Бухарин не видит этой второй, действительно реальной, опасности срыва
нэпа, — этот факт с несомненностью говорит о том, что он поддался
давлению мелкобуржуазной стихни.
Тов. Бухарин предлагает «нормализацию» рынка и «маневрирование» заготовительными ценами на хлеб по районам, т. е. повышение цен на хлеб. Что это значит? Это значит, что его не удовлетворяют советские условия рынка, он хочет спустить на тормозах регулирующую роль государства на рынке и предлагает пойти ira уступпси мелкобуржуазной стихии, срывающей нэп справа.
Допустим на минутку, что мы последовали советам т. Бухарина.
Что из этого получится? . .

.. Не трудно понять, что такое «маневрирование» ценами не может
не привести к полной ликвидации советской ПОЛИТИКИ цел, к ликвидации регулирующей роли государства на рынке и к полному развязывают мелкобуржуазной стихии. Кому это будет выгодно? Только
зажиточным слоям города и деревпи, ибо дорогие промтовары и сельскохозяйственные продукты не могут не стать недоступными как для
рабочего класса, так и для бедноты и маломощных слоев деревни. Выиграют кулаки и зажиточные нэпманы и другие состоятельные классы.
Это тоже будет смычка, но смычка своеобразная — смычка с состоятельными слоями деревни и города. Рабочие и маломощные слои
деревни будут иметь полное право спросить нас: чья мы власть, рабоче-крестьянская или кулацко-нэпманская?
Разрыв с рабочим классом и с маломощными слоями деревни,
смычка с зажиточными слоями деревни и города — вот к чему должны
привести бухарннская «нормализация» рынка и «маневрирование»
ценами на хлеб по районам.
Ясно, что партия не может стать па этот гибельный путь.
До чего спутались у т. Бухарина все понятия о нэпе и до чего он
крепко засел в плен мелкобуржуазной стихии, — это видно, между
прочим, из того более чем отрицательного отношения, которое он
проявляет к вопросу о новых формах товарооборота между городом
и деревней, между государством и крестьянством. Он возмущен и
вопит против того, что государство стало поставщиком товаров для
крестьянства, а крестьянство становится поставщиком хлеба для государства. Он считает это нарушением всех правил нэпа, чуть ли не
срывом нэпа. Почему, спрашивается, на каком основании? Что может
бьггь плохого в том, что государство, государственная промышленность
является поставщиком товаров для крестьянства, а крестьянство —
поставщиком хлеба для промышленности, для государства? Что может
быть плохого с точки зрения марксизма и марксистской политики
нэпа в том, что крестьянство уже превратилось в поставщика хлопка,
свеклы, льна для нужд государственной промышленности, а государственная промышленность — в поставщика городских товаров, семян
и орудий производства для этих отраслей сельского хозяйства? Метод
контрактации является здесь основным методом установления этих
новых форм товарооборота между городом и деревней. Но разве метод
контрактации противоречит требованиям нэпа? Что может быть плохого в том, что крестьянство становится поставщиком государства и
но линии хлеба, а не только но линии хлопка, свеклы, льна, благодаря
тому же методу контрактации? Почему торговля мелкими партиями,
торговля мелочная может называться товарооборотом, а торговля
крупными партиями по заранее составленным договорам (контрактация) насчет цен и качества товара не может считаться товарооборотом? Откуда эта несообразность? Разве трудно понять, что эти новые массовые формы товарооборота по методу контрактации между
городом и деревней возникли именно на основе нэпа, что они являются крупнейшим шагом вперед со стороны наших организаций
в смысле усиления планового, социалистического руководства народным хозяйством? Не странно ли .что т. Бухарин разучился понимать
эти простые и понятные вещи?
1929

243

( С т а л и и.
Г.).

Вопросы ленинизма, «О правом уклоне в ВКП(б)», стр. 404 — 404.

С. БОРЬБА ЗА СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ ПЛАН КАК ВАЖНЕЙШЕЕ
ОРУЩИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИНИ ГОСПОДСТВУЮЩЕГО
ПРОЛЕТАРИАТА
...Выло
бы глупо
думать, что
производственный план сводится
к перечню
цифр и
заданий.
На самом деле производственный
план есть живая и практическая
деятельность
миллионов
людей. Реальность
нашего производственного
плана—это
миллионы
трудящихся,
творящие
новую жизнь.
Реальность
нашей программы — это
живые люди, это мы с ва.ни, наша воля к
труду,
наша готовность
работать
по-новому,
наша решимость выполнить
план (Сталин.
Вопросы
ленинизма,
стр. 603).

А. С о ц и а л и с т и ч е с к и е п л а н ы — н е планы-прогнозы, а планыдирективы

Чтобы руководить в плановом порядке, надо иметь другую •
социалистическую, а не капиталистическую систему промышленности, надо иметь, по крайней мере, национализированную промышленность, национализированную кредитную систему, национализированную землю, социалистическую смычку с деревней, власть рабочего класса в стране и т. п. Правда, у них тоже имеется нечто вроде
планов, но это есть планы-прогнозы, планы-догадки, которые ни
для кого не обязательны и па основе которых невозможно руководить хозяйством страны. Не то у нас. Наши плапы есть не планыпрогнозы, не планы-догадки, а планы-директивы, которые обязательны для руководящих органов и которые определяют направление нашего хозяйственного развития в будущем, в масштабе всей
страны. Вы видите, что мы имеем здесь принципиальную разницу.
Вот почему я говорю, что даже простой факт постановки на съезде
вопроса о пятилетнем плане хозяйственного развития, даже этот
факт является признаком повышения нашей плановой руководящей
работы.
(Сталин.
отчет, стр. 69.

Политический отчет ЦК X V съезду ВКП(<5).
1927 г.)

Стенографический

Б. Ленинская оценка плана ГОЭЛРО каи . в т о р о й п р о г р а м м ы
партии"

Я остановлюсь на последнем пункте — на вопросе об электрификации, который поставлен в порядок дня съезда, как особый вопрос.,
и вам предстоит выслушать доклад по этому іюпросу. Я думаю, что
мы здесь присутствуем при весьма крупном переломе," который во
всяком случае свидетельствует о начале больших успехов советской
власти. IIa трибуне Всероссийских съездов будут впредь появляться
не только политики и администраторы, но и инженеры и агрономы.
Это начало самой счастливой эпохи, когда политики будет становиться все меньше и Меньше, о политике будут говорить реже и не
так длинно, а больше будут говорить инженеры и агрономы. Чтобы
настоящим образом перейти к делу хозяйственного строительства,
надо этот обычаіі начать с Всероссийского съезда советов и провести сверху донизу по всем советам и организациям, по всем газетам, по всем органам пропаганды и агитации, по всем учреждениям.
Политике мы, несомненно, научились, здесь нас не собьешь, тут
у нас база имеется. А с хозяйством дело обстоит плохо. Самая
249

лучшая политика отныле — поменьше' политики.

Двигайте больше

инженеров и агрономов, у них учитесь, их работу проверяйте, превращайте съезды и совещания не в органы митингования, а в органы
проверки хозяйственных успехов, в органы, где мы могли бы настоящим образом учиться хозяйственному строительству.
Вы услышите доклад Государственной комиссии по электрификации, которая создана постановлением ВЦП К от 7 февраля 1920 г.
27 февраля президиум ВОНХ подписал окончательное постановление о составе этой комиссии, и целый ряд лучших специалистов и
работников ВОНХ, Наркомпути и ІІаркомзема, в числе свыше ста,
целиком отдались этому делу. Мы имеем перед собой результаты
работ Государственной комиссии по электрификации Госсоии в виде
этого томика, который воем вам сегодня или завтра будет роздан.
, Я надеюсь, что вы этого томика не испугаетесь. Я думаю, что мне
не трудно будет убедить вас в особенном значении этого томика.
На мой взгляд, это — паша вторая программа партии. У нас есть
программа партии, превосходно разъясненная тт. Преображенским
и Бухариным, в книжке менее толстой, но в высшей степени цепной.
Это есть программа политическая, это есть перечень наших заданий,
это есть разъяснение отношений между классами и массами. Но
надо также помнить, что пора на эту дорогу вступить в действительности и измерить ее практические результаты. Наша программа
партии не может оставаться только программой партии. Она
должна превратиться в программу нашего хозяйственного строительства, иначе она негодна и как агрограмма партии. Она должна
дополниться второй программой партии, планом работ но воссозданию всего народного хозяйства и доведению его до современной
техники. Вез плана электрификации мы перейти к действительному
строительству не можем. Мы, говоря о восстановлении земледелия,
промышленности и транспорта, об их гармоническом соединении,
не можем не говорить о широком хозяйственном плане. Мы должны
притти к тому, чтобы принять известный план; конечно, это будет
план, принятый только в порядке первого приближения. Эта программа партии не будет так неизменна, как наша настоящая программа, подлежащая изменению только на съездах партии. Нет, эта
программа каждый день, в каждой мастерской, в каждой волости
будет улучшаться, разрабатываться, совершенствоваться и видоизменяться. Она нам нужна, как первый набросок, который перед
всей Госсией встанет, как великий хозяйственный план, рассчитанный не меньше, чем на десять лет, и показывающий, как перевести
Россию на настоящую хозяйственную базу, необходимую для коммунизма. Если мы боролись и успешно победили на фронте войны,
то каков был один из мощных, побудительных толчков, удесятерявших наши силы, нашу энергию? Сознание опасности. Все спрашивали: могут ли вернуться в Россию помещики и капиталисты?
И отвечали: могут. Поэтому мы напрягали силы в сто раф мы напрягли их и мы победили.
Возьмите хозяйственный фронт и спросите: экономически может
ли вернуться в Россию капитализм? Мы боролись с «Сухаревкой».
На днях, к открытию Всероссийского съезда советов это мало
приятное учреждение Московский совет рабочих и красноармейских депутатов закрыл. «Сухаревка» закрыта, но страшна не та
250

(«сухаревка», которая закрыта. Закрыта бывшая «сѵхаревка» на Сухаревской площади, ее закрыть не трудно. Страшна «сухаревка»,
которая живот в душе и действиях каждого мелкого хозяина. Эту
«сухаревку» надо закрыть. Эта «сухаревка» есть основа капитализма.
Пока она есть, капиталисты в Россию могут вернуться и могут стать
более сильными, чем мы. Это надо ясно сознать. Это должно быть
главным иобудателем в нашей (работе и условием, меркой наших
действительных успехов. Пота, мы живем в мелкокрестьянской
стране, для капитализма в России есть более нричная экломическая
база, чем для коммунизма. Это необходимо запомнить. Каждый,
внимательно наблюдавший за жизнью деревни, в сравнении" с жизнью
города, знает, что мы корней капитализма ire вырвали и фундамент,
основу у внутреннего віага не подорвали. Последний держится на
мелком хозяйстве, и чтобы подорвать его, есть одно средство — перевести хозяйство страны, в том числе и земледелие, на новую техническую базу, на техническую базу современного крупного производства.
.Таной базой является только электричество.
Коммунизм—это есть советская власть плюс электрификация
всей страны. Иначе страна остается мелкокрестьянской, и надо,
чтобы мы это ясно сознали. Мы более слабы, чем капитализм, не
только в мировом масштабе, по и внутри страны. Всем это известно.
Мы это сознали и мы доведем дело до того, чтобы хозяйственная
база из мелкокрестьянской перешла в крупнопромышлеішую. Только
тогда, когда страна будет электрифицировала, когда под промышленность, сельское хозяйство и транспорт будет подведена техническая
бала современной крупной промышленности, только тогда мы победим
окончательно.
(Левин.

Соч., т. XXVI, «Речь на VIII съезде советов», стр. 44—47.)

В. С т а л и н с н а н оценка плана ГОЭЛРО как первого
д е й с т в и т е л ь н о г о плана технико-зкономнчесной
реконструкции
П И С Ь М О ТОВ. С Т А Л И Н А К Л Е Н И Н У

Тов. Ленин!
Последние три дня я имел возможность прочесть сборник «План
электрификации России». Болезнь помогла, (нет худа без добра).
Превосходная, хорошо составленная книга. Мастерский набросок
действительно единого и действительно государственного хозяйственного плана без кавычек. Единственная в наше время марксистская попытка подведения под советскою надстройку хозяйственноотсталой России действительно реальной и единственно возможной
при нынешних условиях технически производственной базы. Помните прошлогодний «план» Троцкого (его тезисы) «хозяйственного
возрождения» России на основе, массового применения к обломкам
довоенной промышленности труда неквалифицированной крестьянско-рабочсй массы (трудармпи): Какое убожество, какая отсталость
в сравнении с планом ГОЭЛРО. Средневековый кустарь, возомнивший себя нбсеновским героем, призванным «спасти» Россию сагой
старинной... А чего стоят десятки «единых планов», появляющихся
то и дело в нашей печати на позор нам, — детский лепет лриготови-

251

шей ; . J Или вообще: обывательский «реализм» (на самом деле
маниловщина) Рыкова, все еще «критикующего» ГОЭЛРО и ло-уши
погрязшего в р у т и н е . . .
Мое мнение:
1) не терять больше ни одной минуты на болтовню о плане;
2) начать немедленный практический приступ к делу;
3) интересам этого приступа подчинить по крайней мере 1 / 3 нашей работы ( 2 /з уйдет на «текущие» нужды) но ввозу материалов и
людей, восстановлению предприятий, распределению рабочей силы,
доставке продовольствия, организации баз снабжения и самого снабжения и пр.
4) Так как у работников ГОЭЛРО, при всех хороших качествах,
все же нехватает здорового практицизма (чувствуется в статьях профессорская импотентность), то обязательно влить в «плановую комиссию» к ним людей живой практики, действующих по принципу
«исполнение донести», «выполнить к сроку» и пр.
5) Обязать «Правду», «Известия», особенно «Эконом, жизнь»,
заняться популяризацией «Плана электрификации», как в основном,
так я в конкретностях, касающихся отдельных областей; памятуя,
что существует только один «единый хозяйственный план» — это
«план электрификации», что все остальные «планы» одна болтовня,
•пустая и вредная.
Ваш Сталин.
Март, 1921 год.

Г . Совершенствование с о ц и а л и с т и ч е с к о г о плана в х о д е его
проверни и осуществления

. . . Для нас, для большевиков, пятилетний план не есть нечто
законченное и раз навсегда данное. Для нас пятилетний план, как и
всякий план, есть лишь план, принятый в порядке первого приближения, который надо уточнять, изменять и совершенствовать на
основании опыта мест, па основании опыта исполнения плана.
Никакой пятилетний план не может учесть всех тех возможностей,
которые таятся в недрах нашего строя и которые открываются
лишь в ходе работы, в ходе осуществления: плана на фабрике, на
заводе, в колхозе, в совхозе, в районе и т. д. Только бюрократы
могут думать, что плановая работа заканчивается
составлением
плана. Составление плана есть лишь начало планирования.
Настоящее плановое руководство развертывается лишь после составления
плана, после проверки на местах, в ходе осуществления, исправления и уточнения плана.
Вот почему ЦК и ЦКК совместно с плановыми органами республики сочли необходимым исправить и улучшить пятилетний план
на основании данных опыта в духе повышения темпов строительства
и сокращения сроков исполнения.
Вот что говорил Ленин насчет принципа планирования и планового руководства на VIII съезде советов при обсуждении десяти лег-,
него плана ГОЭЛРО:
«Наша программа партии не может оставаться только программой партии.
Она должна превратиться в программу нашего хозяйственного строительства,
иначе она негодна и как программа партии. Она должна дополниться второй
252

программой партии, планом работ по воссозданию всего народного хозяйства
п доведению его до современной т е х н и к и . . . Мы должны притти к тому,
чтобы принять известный план; конечно, это будет план, принятый только
в порядке первого приближения. Эта программа партии не будет так неизменна,
как наша настоящая программа, подлежащая изменению только на съездах
партии. Нет, эта программа каждый день, в каждой мастерской, в каждой волости будет улучшаться, разрабатываться, совершенствоваться и видоизменяться . . . Следя за опытами науки н практики на местах, нужно стремиться
неуклонно к тому, чтобы план выполнялся скорее, чем он назначен, для того,
чтобы массы видели, что тот долгий период, который нас отделяет от полного
восстановления промышленности, опыт может сократить. Это зависит от нас.
Давайте в каждой мастерской, в каждом1 депо, в каждой области улучшать
хозяйство, и тогда мы срок сократим. И мы его сокращаем» (ом. т. X X V I ,
стр. 45—16).

Вы видьте, что ЦК шел по пути, указанному Лениным, изменяя
и улучшая пятилетний план, сокращая1 сроки и повышая темпы
строительства.
(Сталин.
Вопросы
553—554. 1930 Г.)

ленинизма,

«Полптогчет

XVI

съезду

ВКП(б)»,

стр.

Д. Новый п о д х о д к о с у щ е с т в л е н и ю плана • условиях нэпа
Г. М. К Р Ж И Ж А Н О В С К О М У
Декабрь, 1921 г.

Москва, 1

Записка'

Глеб Максимилианович!
Прочел, и очень, очень одобряю.2 Как можно скорее готовьте,
диктуйте.
Добавление, по-моему, необходимо: о новой экономической политике. По-моему, лучше бы это вставить (с разных сторон освещая
место, значение, р о л ь в общ их рамках
новой экономической
политики) в отдельные главы. Почти в каждую главу можно (и
должно, по-моему) добавить страничку другую о том, что новая
экономическая политика не .меняет единого государственного хозяйственного плана и не выходит из его рамок, а меняет подход
к его
осуществлению.3
Ваше мнение?
Привет!
Ленин.

(Ленин.
1921 г.)

Соч.. т. X X I X ,

«Записка

т.

Кржижановскому», стр. 463 — 464.

1 Дата
установлена приблизительно по содержанию письма; см. примечание 2. Ред.
3 Имеется в
виду подробный конспект книга Г. М. Кржижановского «Хозяйственные проблемы РСФСР и работы Государственной общешшговой ко-мікспи (Госплана). Выпуск I. Вступление. Рабогь секций: учета и распределения,
топливной, транспортной, промышленной, сельскохозяйственной н секции по районированию». Книга эта вышла« п декабре 1921 г. Ред.
3 Указание Ленина было принято іво внимание Г. М. Кржижановским, который в «Выводах» вступительной статьи писая: «Наша новая экономическая политика, по существу являющаяся диалектическим подходом к осуществлению
очередных задач нашего хозяйства, создает резкий обрыв в преемственности
хозяйственного опыта военной фазы нашей революция. Тем самым усложняется
подход к составлению роялиста чесісого зкеплоатащнонного плава, но отнюдь не
изменяются те основные цели и пути, которые намечены завоеваниями Октябрьской революции» (Г. М. Кржижановский. «Хозяйственные проблемы РСФСР и
работы Государственной общенлановой комиссии (Госплана). Выпуск I». Москва,
1924 г., стр. 25). Ред.

4. ВАЖНЕЙШАЯ ЗАДАЧА НЗПА - ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ,
СОЗДАНИЕ ТЕХНИЧЕСКОЙ БАЗЫ СОЦИАЛИЗМА

Действительной и единственной базой для упрочения ресурсов,
для создания социалистического общества является одна и только
одна—'Это крупная промышленность. Без капиталистической крупной фабрики, без высоко поставленной крупной промышленности
не может быть и -речи о социализме вообще, и тем менее может
быть речь о нем по отношению к стране крестьянской, а мы в России знаем это гораздо более конкретно, чем прежде, и, вместо неопределенной или отвлеченной формы восстановления крупной промышленности, мы теперь говорим об определенном, точно рассчитанном, конкретном плане электрификации. Мы имеем совершенно
точно рассчитанный план, рассчитанный при помощи работы лучших русских специалистов и ученых, дающий нам определенное
представление о том, о какими ресурсами, принимая во внимание
природные особенности России, мы эту базу крупной промышленности можем подвести под нашу экономику, подвести .должны и
подведем. Без этого ни о каком действительно социалистическом
фундаменте нашей экономической жизни но может быть н рели.
Это остается совершенно бесспорным и, если в последнее время в
связи с продналогом об этом говорили в отвлеченных выражениях,
то теперь надо сказать конкретно, что надо восстановить прежде
всего крупную промышленность... Мне лично доводилось от некоторых товарищей подобного рода заявления слышать и, коѳнчно,
отвечать на них только пожатием плеч. Допустить, чтобы когдалибо мы могли об этой основной цели забыть — это, конечно, совершенно смешно и нелепо. Тут вопрос только о том, как могли
родиться такие сомнения и недоумения у товарищей, как они могли
подумать, что это основная главная задача, без которой материальный производственный базис социализма невозможен, что эта задача у нас отошла на второй план. Эти товарищи просто неверно
поняли соотношение между нашим государством и мелкой промышленностью. Наша основная задача — восстановление крупной
промышленности. А для того, чтобы нам сколько-нибудь серьезно и систематически перейти к восстановлению этой крупной
промышленности, нам нужно восстановление мелкой промышленности. Мы в этом 1921 г. и в прошлом году переживали огромный
перерыв в нашей работе по восстановлению крупной промышленности.
Осенью и зимой 1920 г. некоторые из важных отраслей нашей
крупной промышленности были пущены, но их пришлось прорвать.
Из-за чего? Почему? Было .много фабрик, имеющих возможность
снабжаться в достаточной мере рабочей силой, имеющих возможность снабжаться сырьем; почему же работа этих фабрик была
прервана? Потому, что у лас не нашлось достаточного продовольственного и топливного фонда. Без того, чтобы иметь 400 млн. пудов
хлеба (я даю цифру приблизительную), как государственный запас,
обеспеченный правильным распределением помесячно, без этого о
каком бы то ни было правильном хозяйственном строительстве, о
восстановлении крупной промышленности трудно говорить, без
этого мы находимся в таком положении, когда на несколько месяцев
254

ѵжѳ начавшаяся работа по восстановлению крупной промъшлениостп

опять прервана. Громадное большинство предприятий из этого незначительного числа, которые были пущены, теперь стоят. Без
вполне обеспеченного и достаточного продовольственного фонда не
может быть и речи, чтобы государство могло сосредоточить свое
внимание, могло систематически поставить восстановление крупной
промышленности, поставить так, чтобы хотя в скромных размерах,
но это восстановление было беспрерывно.
А в отношении топлива, до восстановления Донбасса, до тех пор,
пока не будет регулярного получения нефти, у нас опять-таки остается лес, дровяное отопление, и, значит, опять-таки зависимость от
того же мелкого хозяйства.
Вот почему получилась ошибка, заблуждение у товарищей, которые не поняли, почему главное внимание в настоящее время должно
быть обращено на крестьянина.
( Л е н и н . Соч., т. X X V I , «Доклад о продовольственном налоге на Всероссийской конференция РКП», стр. 390—392. 1921 г.)

. . . Мы пришли к власти в стране, техника которой является страшно отсталой. На ряду с немногочисленными крупными промышленными единицами, более или менее базирующимися на новой технике,
мы имеем сотни и тысячи фабрик и заводов, техника которых не выдерживает никакой Критики с точки зрения современных достижений. А между тем, мы имеем вокруг себя целый ряд капиталистических стран, обладающих гораздо более развитой и современной промышленной техникой, чем наша страна. Посмотрите на
капиталистические страны, и вы увидите, что там техника не только
идет, но прямо бежит вперед, перегоняя старые формы промышленной
техники. И вот выходит, что, с одной стороны, мы имеем в нашей
стране наиболее передовую власть во воем мире, советскую власть, с
другой стороны, мы имеем чрезмерно отсталую технику "промышленности, представляющей базу социализма и советской власти. Думаете
ли вы, что можно добиться окончательной победы социализма при
наличии этого противоречия? Что нужно сделать, чтобы ликвидировать это противоречие? Для этого необходимо добиться того, чтобы
догнать и перегнать передовую технику развитых капиталистических
сграл. Мы догнали и перегнали передовые капиталистические страны
в смысле установления нового политического строя, советского строя.
Это хорошо. Но этого мало. Для того, чтобы добиться окончательной победы социализма, нужно еще догнать и перегнать эти страны
также в технико-экономическом отношении. Либо мы этого добьемся, либо нас затрут. Это верно не только с точки зрения построения социализма. Это верно также с точки зрения отстаивания независимости нашей страны в обстановке капиталистического
окружения. Невозможно отстоять независимость нашей страны, пѳ
имея достаточной промышленной базы для обороны. Невозможно создать такую промышленную базу, не обладая высшей техникой в промышленности,
( С т а л и н . Вопросы лшдаивма.
уклоне в ШШ(б)», стр. 358—359.)

«Об индустриализации страны и о нравом:

5. ЛЕНИНСКИЙ КООПЕРАТИВНЫЙ ПЛАН СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ
ПЕРЕДЕЛКИ ДЕРЕВНИ

У нас, мне кажется, недостаточно обращается внимания па кооперацию. Едва ли все понимают, что теперь со временя Октябрьской революции и независимо от нэпа (напротив, в этом отношении приходится сказать: именно благодаря нэпу), кооперация получает у нас
совершенно исключительное значение. В мечтаниях старых кооператоров много фантазии. Они смешны часто своей фантастичностью
Но в чем состоит юс фантастичность? В том, что люди не понимают
основного, коренного значения политической борьбы рабочего класса
за свержение господства эксплоататоров. Теперь у нас это свержение
состоялось, и теперь много из того, что было фантастического, даже
романтического, даже пошлого в мечтаниях старых кооператоров, становится самой неподкрашенной действительностью.
У нас, действительно, раз государственная власть в руках рабочего класса, раз этой государственной власти принадлежат все средства производства, у нас, действительно, задачей осталось только кооперирование населения. При условии максимального кооперирования населения сам собой достигает цели тот социализм, который ранее
вызывал законные насмешки, улыбку, пренебрежительное отношение
к себе со стороны людей, справедливо убежденных в необходимости
классовой борьбы, борьбы за политическую власть и т. д. И вот не все
товарищи дают себе отчет в том, какое теперь гигантское, необъятное
значение приобретает для нас кооперирование России. В нэпе мы сделали уступку крестьянину как торговцу, принципу частной торговли;
именно из этого вытекает (обратно тому, что думают) гигантское значение кооперации. В сущности говоря, кооперировать в достаточной
степени широко н глубоко русское население при господстве нэпа есть
все, что нам нужно, потому что теперь мы нашли ту степень соединения частного интереса, частного торгового интереса, проверки и контроля его государством, степень подчинения его общим: интересам,
которая раньше составляла камень преткновения для многих и
многих социалистов. В самом деле, власть государства на все
крупные средства производства, власть государства в руках пролетариата, союз этого пролетариата со многими миллионами мелких и мельчайших крестьян, обеспечение руководства за этим
пролетариатом но отношению к крестьянству и т. д. — разве это не
все, что нужно для того, чтобы из кооперации, из одной только
кооперации, которую мы прежде третировали, как торгашескую, и
которую с известной стороны имеем- право третировать теперь при
нэпе так же, разве это не все необходимое для построения полного социалистического общества? Это еще не построение социалистического общества, но это все необходимое и достаточное для этого
построения.
Вот это-то обстоятельство недооценено многими нашими практическими работниками. На кооперацию у нас смотрят пренебрежительно, не понимая того, какое исключительное значение имеет эта
кооперация, во-первых, с принципиальной стороны (собственность на
средства производства в руках государства), во-вторых — со стороны
перехода к новым порядкам путем возможно более простым, легким
и доступным для

256

крестьянина.

А ведь в этом, опять-таки,

главное.

Одно дело — фантазировать

насчет всяких рабочих объединений для построения социализма, другое дело — научиться практически строить этот социализм так, чтобы
всякий мелкий крестьянин мог участвовать в этом построении. Этойто ступени мы и достигли теперь. И несомненно то, что, достигнув ее,
мы пользуемся ею непомерно мало.
Мы перегнули палку, переходя к нэпу, не в том отношении, что
слишком много места уделили принципу свободной промышленности
и торговли, но мы перегнули палку, переходя к нэпу, в том отношении, что забыли думать о кооперации, что недооцениваем теперь кооперацию, что начали забывать уже гигантское значение кооперации
в указанных выше ді^х сторонах этого значения...
. . . Каждый общественный строй возникает лишь при финансовой
поддержке определенного класса. Нечего напоминать о тех сотнях и
сотнях миллионов рублей, которые стоило рождение «свободного» капитализма. Теперь мы должны сознать и претворить в дело, что в настоящее время тот обіі&ственный строй, который мы должны поддерживать сверх обычного, есть строй кооперативный. Но поддерживать
его надо в настоящем смысле этого слова, т. е. иод этой поддержкой
недостаточно понимать поддержку любого кооперативного оборота,—
под этой поддержкой надо понимать поддержку такого кооперативного
оборота, в котором действительно участвуют

действительные

массы

населения. Давать премию тому крестьянину, который участвует
в кооперативном обороте, это — форма безусловно верная, но ири
этом проверять это участие и проверите его сознательность и его доброкачественность,— вот в чем гвоздь вопроса.. Когда кооператор
приезжает в деревню и устраивает там кооперативную лавочку, население, строго говоря, никак в этом не участвует, но в то же время оно,
руководствуясь собственной выгодой, поторопится попробовать в ней
участвовать.
Это дело имеет также другую сторону. Нам нужно сделать еще
очень немного с точки зрения «цивилизованного» (прежде всего
грамотного) европейца для того, чтобы заставить всех поголовно
участвовать и участвовать не пассіпшо, а активно в кооперативных
операциях. Собственно говоря, нам осталось «только» одно: сделать. наше население настолько «цивилизованным», чтобы оно поняло все выгоды от поголовного участия в кооперации и наладило
это участие. «Только» это. Никакие другие премудрости нам не
нужна теперь для того, чтобы перейти к социализму. Но для того,
чтобы совершить это «только», нужен целый переворот, целая полоса культурного развития всей народной массы. Поэтому нашим
правилом должно быть: как можно меньше мудрствования и как
можно меньше выкрутас. Нэп в этом отношении представляет из
себя в том отношении прогресс, что он приноравливается к уровню
самого обыкновенного крестьянина, что он не требует от него ничего высшего. По чтобы достигнуть через нэп участия, в кооперации
поголовно всего населения — вот для этого требуется целая историческая эпоха. Мы можем пройти на хороший конец эту эпоху в
одно-два десятилетия. Но все-таки это будет особая историческая
эпоха, и без этой исторической эпохи, без поголовной грамотности,
без достаточной степени толковости, без достаточной степени приучения населения к тому, .чтобы пользоваться книжками, и без
17

Ленинизм.

257

материальной основы этого, без известной обеспеченности, скажем, от неурожая, от голода и т. д., — без этого нам своей цели не
достигнуть. Все дело теперь в том, чтобы уметь соединить тот революционный размах, тот революционный энтузиазм, который мы
уже проявили и проявили в достаточном количестве и увенчали полным успехом, уметь соединить его (тут я почти готов сказать)
с уменьем быть толковым и грамотным торгашом, какое вполне
достаточно для хорошего кооператора. Под уменьем быть торгашом я потпімаю уменье быть культурным торгашом. Это пусть намотают себе на ус русские люди или просто крестьяне, которые
думают: раз он торгует, значит, умеет быть торгашом. Это совсем неверно. Orr торгует, но от этого до уменья быть культурным торгашом
еще очень далеко. Он торгует сейчас по-азиатски, а для того, чтобы
уметь быть торгашом, надо торговать по-европейски. Ог этого его отделяет целая эпоха.
Кончаю: ряд привилегий, экономически^, финансовых и банковских, кооперации — в этом должна состоять поддержка нашим
социалистическим государством нового принципа организации населения. Но этим задача только еще поставлена в общих чертах,
потому что тут еще остается неопределенным, неописанным детально все содержание задачи практически, т. е. надо уметь отыскать
ту форму «премий» (и те условия выдачи их), которую мы даем за
кооперирование, ту форму премий, при которой мы достаточно помогаем кооперации, ту 'форму премий, при которой мы достигаем
цивилизованного кооператора. А строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства, производства, при
классовой победе пролетариата над буржуазией — это ость строй
социализма...
. . . Несомненно, что коопоращтя в обстановке капиталистического
государства является коллективным капиталистическим учреждением. Несомненно также, в обстановке нашей теперешней экономической действительности, когда мы соединяем частнокапиталистические
предприятия, — но не иначе как па общественной земле и не иначе
как под контролем государственной власти, принадлежащей рабочему
классу, — с предприятиями последовательно-социалистического типа
(и средства производства принадлежат государству, и земля, на которой стоит предприятие, и все предприятие в целом), то тут возникает
вопрос еще о третьем виде предприятий, которые раньше не имели самостоятельности с точки зрения принципиального значения, именно:
о предприятиях кооперативных. При частном капитализме предприятия кооперативные отличаются от предприятий капиталистических,
как предприятия коллективные от предприятий частных. При государственном капитализме предприятия кооперативные отличаются от
государственно-капиталистических, как предприятия частные, во-первых," и коллективные, во-вторых. При нашем существующем строе
предприятия кооперативные отличаются от предприятий частнокапиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от?
предприятий социалистических, если они основаны на земле, при
средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему,
классу...
. . . Теперь мы в праве сказать, что простой рост кооперации для
нас тожественен (с указанным выше «небольшим» исключением
258

с ростом социализма, и вместе с этим мы вынуждены тірнзйать коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм. Эта коренная перемена состоит в том, что раньше мы центр тяжести клали и
должны были класть на политическую борьбу, революцию, завоевание власти и т. д. Теперь же центр" тяжести меняется до того, что
переносится на мирную организационную «культурную» работу. Я
готов сказать, что центр тяжести для нас переносится на культурничество, если бы не международные отношения, не обязанность
бороться за нашу позицию в международном масштабе. Но если
оставить это в стороне и ограничиться внутренними экономическими отношениями, то у нас действительно теперь центр тяжести работы сводится к культурничеству.
Перед нами являются две главные задачи, составляющие эпоху.
Это — задача переделки нашего аппарата, который ровно никуда
не годится и который перенят нами целиком от прежней опохн; переделать тут серьезно мы ничего за пять лет борьбы не успели и но
могли успеть. Вторая наша задача состоит в культурной работе для
крестьянства. А эта культурная работа в крестьянстве, как экономическая цель, преследует именно кооперирование. При условии полного
кооперирования мы бы уже стояли обеими ногами на социалистической почве. Но это условие полного кооперирования включает в себе
такую культурность крестьянства (именно крестьянства, как громадной массы), что это полное кооперирование невозможно без целой
культурной революции.
Нам наши противники не раз говорили, что мы предпринимаем
безрассудное дело насаждения социализма в недостаточно культурной
стране. Но они ошиблись в том, что мы начали не с того конца, как
полагалось по теории (всяких педантов), и что у нас политический и
социальный переворот оказался предшественником тому культурному
перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы всетаки теперь стоим.
Для нас достаточно теперь этой культурной революции для того,
чтобы оказаться вполне социалистической страной, но для нас эта
культурная революция представляет неимоверные трудности и
чисто-культурного свойства (ибо мы безграмотны), и свойства материального' (ибо для того, чтобы быть культурными, нужно известное развитие материальных средств производства, нужна известная материальная база).
(Леиин.

Соч., т. XXVII, «О кооперации», стр. 391—397.

1923 г.)

6. БОРЬБА С КАПИТАЛИСТИЧЕСКИМИ ЭЛЕМЕНТАМИ И ЕЕ Ф О Р М Ы
НА Р А З Н Ы Х ЭТАПАХ НЭПА

В А» 16 «Красной Звезды», в статье «Ликвидация кулачества как
класса», в общем бесспорно правильной, имеются две неточности
в формулировках. Мне кажется, что необходимо исправить эти неточности.
1. В статье сказано:
«В восстановительный период мы проподнли политику ограпичепия капиталистических элементов города и дереіши. С началом {»конструкти «new периода мы перешли от «политики ограничения к политике их вытеснения».

Это положение неверно.

Политика ограничения капиталистиче-

ских элементов и политика вытеснения их не есть две различных
»
259

\

политики. Это одна и та жѳ политика. Вытеснение капиталистических
элементов деревни ёсть неизбежный результат и составная часть
политики ограничения капиталистических элементов, политики
ограничения эксплоататорских тенденций кулачества. Вытеснение
капиталистических элементов деревни не есть еще вытеснение кулачества как класса. Вытеснение капиталистических элементов деревни есть вытеснение н преодоление отдельных отрядов кулачества,
не выдержавших налогового нажима, ire выдержавших системы ограничительных мер советской власти. Понятно, что политика ограничения эксплоататорских тенденций кулачества., политика ограничения
капиталистических элементов деревни не может не вести к вытеснению отдельных отрядов кулачества. Поэтому вытеснение отдельных
отрядов кулачества не может быть рассматриваемо иначе как неизбежный результат и составная часть политики ограничения капиталистических элементов деревни.
Эта. политика велась у нас не только в период восстановления, но
и в период реконструкции, но и в период после XV съезда (декабрь
1927 г.), но и в период XVI конференции нашей партии (апрель
1929 г.), как и после этой конференции вплоть до лета 1929 г., когда
наступила, у нас полоса сплошной коллективизации, когда наступил
перелом в сторону политики ликвгідации кулачества как класса.
Если рассмотреть важнейшие документы партии, начиная хотя бы
с XIV съезда в декабре 1925 г. (см. резолюцию по отчету ЦК) и кончая XVI конференцией в апреле 1929 г. (см. резолюцию «О путях
подъема сельского хозяйства»), то нельзя не заметить, что тезис об
«ограничении эксплоататорских тенденций кулачества» или «ограничении роста капитализма в деревне» идет всегда рядом с тезисом
«о вытеснении капиталистических элементов деревни», «о преодолении
капиталистических элементов деревни».
Что это значит?
Это значит, что партия не отделяет вытеснения капиталистических элементов деревни от иатитики ограничения эксплоататорских
тенденций кулачества, от политики ограничения капиталистических
элементов деревни.
XV съезд партіпг, как и XVI конференция, стоит целиком на базе
политики «ограничения эксплоататорских стремлений сельскохозяйственной буржуазии» (резолюция XV съезда «О работе в деревне»),
на базе политики «принятия новых мер, ограничивающих развитие
капитализма в деревне» (см. там яге), на базе политики «решительного ограничения эксплоататорских тенденций кулака» (см. резолюцию XV съезда о пятилетке), на базе политики «наступления на кулака» в смысле «перехода к дальнейшему, более систематическому и
настойчивому ограничению кулака и частника» (см. там же), на базе
политики «еще более решительного хозяйственного вытеснения» «элементов частнокапиталистического хозяйства» в городе и деревне (см.
резолюцию XV съезда по отчету ЦК).
Стало быть, а) неправ автор упомянутой статьи, изображая политику ограничения капиталистических элементов и политику их вытеснения как две различных политики. Факты говорят, что мы имеем
здесь дело с одной общей политикой ограничения капитализма, составной частью и результатом которой является вытеснение отдельных отрядов кулачества.
260

Стало быть, б) неправ автор упомянутой статьи, утверждая, что
вытеснение капиталистических элементов деревни началось лишь в
период реконструкции, в период XV съезда. На самом деле вытеснение имело место и до X V съезда, в период восстановления, и после
XV съезда, в период реконструкции. В период X V съезда была лишь
усилена политика ограничения эксплоататорских тенденций кулачества новыми добавочными мерами, в связи с чем должно было усилиться и вытеснение отдельных отрядов кулачества
2. В статье сказано:
«Политика ликвидации кулачества как класса целиком вытекает из политики вытеснения капиталистических элементов, являясь продолжением этоП
политики на новом этапе».

Это положение неточно и потому — неверно. Понятно, что политика ликвидации кулачества как класса не могла упасть с неба. Она
была подготовлена всем предыдущим периодом ограничения, а
значит и вытеснения капиталистических элементов деревни. Но это
еще не значит, что она не отличается коренным образом от политики ограничения (и вытеснения) капиталистических элементов деревни, что она является будто бы продолжением политики ограничения. Говорить так, как говорит наш автор — значит отрицать наличие перелома в развитии деревни с лета 1929 г. Говорить так —
значит отрицать тот факт, что мы проделали за этот период поворот в политике нашей партии в деревне. Говорить так — значит создать некоторое идеологическое укрытие для правых элементов нашей партии, цепляющихся теперь за решения X V съезда против новой политики партии так же, как цеплялся в свое время т. Фрумкин
за решения X I V съезда против политики насаждения колхозов и
совхозов.
Из чего исходил XV съезд, провозглашая усиление политики
ограничения (и вытеснения) капиталистических элементов деревни?
Из того, что, несмотря на это ограничение кулачества., кулачестве
как к ласт все же должно остаться до поры до времени. На этом основании X V съезд оставил в силе закон об аренде земли, прекрасно
зная, что арендатором в своей массе являются кулаки. На этом
основании. X V съезд оставил в силе закон о найме труда в деревне,
потребовав его точного проведения в жизнь. На этом основании
была еще раз провозглашена недопустимость раскулачивания. Противоречат ли эти законы и эти постановления политике ограничения (и вытеснения) капиталистических элементов деревни? Безусловно, нет. Противоречат ли эти законы и эти постановлѳния политике ликвидации
кулачества как класса? Безусловно, да! Стало
быть эти законы и эти постановления придется теперь отложить в
сторону в районах сплошной! коллективизации, сфера распространения которой растет не по дням, а но часам. Впрочем, они уже отложены в сторону самим ходом колхозного движения в районах
сплошной коллективизаци и.
Можно ли после этого утверждать, что политика ликвидации
кулачества как класса есть продолжение политики ограничения (и
вытеснения) капиталистических
элементов деревни? Ясно, что
нельзя.
Автор упомянутой статьи забывает, что нельзя вытеснить класс
261

кулачества, как класс, мерами налогового и всякого иного ограничения, оставляя в руках этого класса орудия производства с правом!
свободного пользования землей и сохраняя в нашей практике закон о найме труда в деревне, закон об аренде, запрещение раскулачивания. Автор забывает, что при политике ограничения эксплоататорских тенденций кулачества можно рассчитывать на вытесненеи лишь отдельных отрядов кулачества, что не противоречит, а наоборот, предполагает сохранение до поры до времени кулачества
как класса. Чтобы вытеснить кулачество как кЛасс, для этого недостаточно политики ограничения и вытеснения отдельных его отрядов. Чтобы вытеснить кулачество как класб, надо сломить в открытом бою сопротивление этого класса и лишить его производственных источников его существования и развития (свободное пользование землей, орудия производства, аренда, право найма труда
и т. д.). . Это и есть поворот к политике ликвидации кулачества как
класса. Без этого разговоры о вытеснении кулачества как класса
есть пустая болтовня, угодная и выгод цл я лишь правым уклонистам. Без этого немыслима никакая серьезная, а тем более сплошная
коллективизация деревни. Это хоропю поняли бедняки п середняки
нашей деревни, громящие кулачество и осуществляющие сплошную
коллективизацию. Этого не понимают еще повидимому некоторые
наши товарищи.
Стало быть, нынешняя политика, партии в деревле есть не продолжение старой политики, а поворот от старой политики ограничения
(и вытеснения) капиталистических элементов деревни к новой политике ликвидации кулачества как класса.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «К шжрос\у о политике ликвидация кулачества как класса», стр. 461—464. 1930 г.)

7. с т р о и т е л ь с т в о с о ц и а л и з м а - у н и ч т о ж е н и е к л а с с о в
не п у т е м П о т у х а н и я , а путем обострения/
классовой борьбы

Тов. Бухарин попытался в своей речи подкрепить теорию врастания кулаков в социализм ссылкой на известную цитату из Ленина.
ГІри этом оп утверждает, что Ленин говорит то же самое, что и Бухарин. Это неверно, товарищи. Это грубая и непозволительная клевета
на Ленина. Вот текст этой цитаты из Ленина:
«Конечно, в нашей Советской республике социальный строй основан на
сотрудничестве двух классов рабочих и крестьян, к которому теперь допущены
на. известных условиях и «нэпманы», т. е. буржуазия» (см. т. XXVII, «Как нам
реорганизовать Рабкріш», стр. 405).

Вы видите, что здесь нет ни одиото слова насчет врастания капиталистов й социализм. Здесь говорится лишь о том, что мы «допустили» к сотрудничеству рабочих и крестьян «на известных условиях» и нэпманов, т. е. буржуазию. Что это значит? Значит ли это,
что мы тем самым допустили возможность врастания нэпманов
в социализм? Конечно, не значит. Так могут толковать цитату из
Ленина лишь люди, потерявшие стыд. Это значит лишь то, что мы
буржуазию сейчас не уничтожаем, что мы ее сейчас не конфискуем,
а допускаем ее существование на известных условиях, т. е. при
безусловном подчинении законам диктатуры пролетариата, т. е. при
возрастающем ограничении капиталистов, имеющем своей целью

262

постепенное вытеснение их из народнохозяйственной жизни.
Можно ли провести в жизнь вытеснение капиталистов и уничтожение корней капитализма без ожесточенной классовой борьбы?
Нет, нельзя. Можно .та уничтожить классы при теории и практике
врастания капиталистов в социализм? Нет, нельзя. Такая теория и
практика могут лишь культивировать и увековечить классы, ибо она,
эта теория, противоречит теории классовой борьбы. Ну, а цитата из
Ленина целиком и полностью базируется на марксистской теории
классовой борьбы в обстановке диктатуры пролетариата. Что может
быть общего между теорией Бухаршіа о врастании кулака в социализм и между теорией Ленина о диктатуре как об ожесточенной классовой борьбе? Ясно, что тут нет и не может быть ничего общего. Тов.
Бухарин думает, что при диктатуре пролетариата классовая борьба
должна погаснуть и ликвидироваться для того, чтобы получилось
уничтожение классов. Ленин же, наоборот, учит, что классы могут
быть уничтожены лишь путем упорной классовой борьбы, становящейся в условиях диктатуры пролетариата еще более ожесточенной,
ічем до диктатуры пролетариата.
«Уничтожение
классов, — говорит
Ленин, — дело
долгой, трудной, упорной классовой
борьбы, которая после свержения власти капитала, после разрушения буржуазного государства, после установления диктатуры пролетариата
il е исчезает
(как воображают пошляки старого социализма и старой социалдемократии), а только меняет свои формы, становясь во многих отношениях еще
ожесточеннее» (см. т. X X I V , «Привет венгерским рабочим», стр. 315).

Вот что говорит Ленин об уничтожении классов.

Уничтожение классов путем ожесточенной

летариата— такова формула Ленина.

классовой

Уничтожение классов путем потухания классовой

борьбы

про-

борьбы и враста-

ния капиталистов в социализм — такова формула т. Бухаріша.
Что может быть общего между этими двумя формулами? Ясно, что
между ними нет и не может быть ничего общего.
Бухаринская теория врастания кулаков в социализм представляет,
V таким образом, отход от марксистско-ленинской теории классовой
борьбы. Она есть приближение к теории катедер-соцпатазма.
В этом основа всех ошцрок т. Бухарина и его друзей.
Могут сказать, что не стоит долго распространяться о бухаринской теории врастания кулаков в социализм, так как она сама говорит— и не только говорит, а кричит — против т. Бухарина. Это неверно, товарищи! Пока эта теория лежала под спудом, можно было
не обращать на нее внимания: мало ли какие глупости имеются
в писаниях различных товарищей! Мы так и поступали до последнего времени. Но в последнее время обстановка несколько изменилась.' Мелкобуржуазная стихия, разыгравшаяся в последние годы,
стала одухотворять эту антимарксистскую теорию, придавая ей
актуальный характер. Теперь уже нельзя сказать, что она лежит
иод спудом. Теперь она, эта странная теория т. Бухарина имеет претензию стать знаменем правого уклопа в нашей партии, знаменем оппортунизма. Поэтому мы не можем уже пройти мимо этой теории. Поэтому мы обязаны ее расколотить как теорию неправильную и вредную, для того, чтобы облегчить нашим партийным товарищам борьбу
р правым уклоном.
(Сталин.
1929 г.)

Вопросы дешшнзма. «О правом уклоне в ВШІ(б)», стр. 397—399,
2S3

111. БОРЬБА ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
СТРОИТЕЛЬСТВА В ПЕРИОД РАЗВЕРНУТОГО
НАСТУПЛЕНИЯ СОЦИАЛИЗМА ПО ВСЕМУ ФРОНТУ
I. „МЫ ВСТУПИЛИ В ПЕРИОД СОЦИАЛИЗМА"

Они не уяснили себе прежде всего тог факт, что мы уже вступили в СССР в период социализма . . . В самом деле, вступили ли мы
уже в период социализма? Наш период обычно называется периодом переходным от капитализма к социализму. Он назывался
периодом переходным в 1918 г., когда Ленин в своей знаменитой
статье «О «левом» ребячестве» впервые охарактеризовал этот период с его пятью укладами хозяйственной жизни. Он называется
переходным в настоящее время, в 1930 г., когда некоторые из этих
укладов, как устарелые, уже идут ко дну, а один из этих укладов,
а именно новый уклад в области промышленности и сельского
хозяйства, растет и развивается с невиданной быстротой., Можно ли
сказать, что эти два переходных периода являются тождественными, что они не отличаются друг от друга коренным образом?
Ясно, что нельзя. Что имели мы в 1918 г. в области народного хозяйства? Разрушенную промышленность и зажигалки, отсутствие
колхозов и совхозов как массового явления, рост «новой» буржуазии в городе и кулачества в деревне. Что имеем мы теперь? Восстановленную и реконструируемую социалистическую промышленность, развитую систему совхозов и колхозов, имеющих более 40%
всех посевов по ОССР по одному лишь яровому клину, умирающую
«новую» буржуазию в городе, умирающее кулачество ' в деревне.
И там переходный период. И здесь переходный период. II все же
они в корне отличаются друг от друга, как небо от земли. И все же
никто но может отрицать, что мы стоим на пороге ликвидация
последнего серьезного капиталистического класса, — класса кулаков. Ясно, что мы уже вышли из переходного периода в старом его
смысле, вступив в период прямого и развернутого социалистического строительства по всему фронту. Ясно, что мы уже вступили
в период социализма, ибо социалистический сектор держит теперь
в руках все хозяйственные рычаги всего народного хозяйства, хотя до
построения социалистического общества и уничтожения классовых
различий еще далеко.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
«Политический отчет
ВКП(б)». Заключительное слово, стр. 571—572, 1930 г.)

ЦК

XVI

съезду

Наша страна, где социалистический сектор занял абсолютно преобладающую роль в народном хозяйстве, вступила в период развернутого социалистического наступления, в период социализма. Наступающий 1931 т. будет годом новых достижений, новых крупнейших
успехов социализма в его борьбе с капитализмом. Выполнение плана
в области коллективизации дает абсолютный перевес социалистических элементов над капиталистическими элементами в деревне, упрочит смычку рабочего класса с трудящимися массами крестьянства
и завершит построение фундамента социалистической экономики
ОООР. Это будет победа всемирно-исторического значения
(Из резолюции декабрьского пленума ЦК. 1930 г.)

2. ТОВ. СТАЛИН О РАЗВЕРНУТОМ НАСТУПЛЕНИИ СОЦИАЛИЗМА
ПО ВСЕМУ ФРОНТУ НА ПОСЛЕДНЕМ ЭТАПЕ НЭПА

. . . Но допустимо ли вообще наступление и притом наступление но
всему фронту в условиях существования нэпа?
Иные думают, что наступление несовместимо с нэпом, что нэп
есть, по сути дела, отступление, что коль скоро отступление кончено, нэп должен быть отменен.1 Это, конечно, глупость. Глупость,
исходящая либо от троцкистов, которые ничего в ленинизме не
поняли и думают «отменить» нэп «в два счета», либо от правых
оппортунистов, которые также ничего в ленинизме не поняли и болтовней об «угрозе отмены нэпа» думают выторговать себе отказ
от наступления. Если бы нэп исчерпывался отступлением, Ленин не
сказал бы на XI съезде партии, когда нэп проводился у нас со всей
последовательностью, что «отступление кончено». Разве Ленин, говоря об окончании отступления, не заявлял, вместе с тем, что мы думаем проводить нэп «всерьез и надолго»? Огоит только поставить этот
вопрос, чтобы понять всю несообразность болтовни о несовместимости нэпа с наступлением. На самом деле нэп предполагает не
только отступление и допущение оживления частной торговли, допущение оживления капитализма при обеспечении регулирующей
роли государства (начальная стадия нэпа). На самом деле нэп предполагает вместе с тем на известной стадии развития наступление
социализма на капиталистические элементы, сужение поля деятельности частной торговли, относительное и абсолютное сокращение
капитализма, растущий перевес обобществленного сектора над сектором необобществленным, победу социализма над капитализмом
(нынешняя стадия нэпа). Нэп введен для победы социализма над капиталистическими элементами. Переходя в наступление по всему
фронту, мы еще не отменяем нэпа, ибо частная торговля и капиталистические элементы еще остаются, товарооборот и денежное хозяйство
еще остаются, — но мы наверняка отменяем начальную стадию нэпа,
развертывая последующую его стадию, нынешнюю стадию нэпа, которая есть последняя стадия нэпа.
Вот что говорил Ленин в 1922 г., спустя год после введения нэпа:
«Мы сейчас отступаем, как бы отступаем назад, но .мы это делаем, чтобы
сначала отступить, а потом разбежаться и сильнее прыгнуть вперед. Только
под одним ѳтим условием .мы отступили назад в проведении нашей новой экономической политики. Где и как мы должны теперь перестрожгься, приспособиться, переорганизоваться, чтобы после отступления начать упорнейшее наступление вперед,— мы еще не знаем. Чтобы провести все эти действия в нормальном порядке, нужно, как говорит пословица, не десять, а сто раз примерить, прежде чем .решить» (см. т. ХХ.ѴІІ, стр. 361—362).

Кажется, ясно.

Но вот вопрос: наступило ли уже время для того, чтобы перейти
в наступление, назрел ли уже момент для наступления?
Ленин говорил в другом месте, в том же 1922 г., о необходимости:

1 И.меішо
так трактовали пэп троцкисте,і п у п о в а я оппозиция». Зиновьев
писал в «Ленинизме»: «Нэп есть самое широко задуманное отступательное движение ленинизма». «Нои это государственный капитализм в пролетарском государстве». Такое толкование нэпа троцкистами находится в нерызравяой связи
с их социал-демократической теорией о невозможности построения социализма
в одной стране. Ред.

«Сомкнуться с крестьянской масоой, с рядовым трудовым крестьянством
и начать двигаться вперед неизмеримо, бесконечно медленнее, чем мы мечтали,
но' зато так, что действительно будет двигаться вся масса с н а м и » . . . что «тогда
и ускорение этого движения в свое время наступит такое, о котором мы сейчас
п мечтать не можем» (см. т. X X V I I , стр. 231—232).

И вот все тот же вопрос: наступило ли уже время для такого ускорения движения, для ускорения темпа нашего развития, правильно ли
выбрали мы момент, перейдя в решительное наступление по всему
фронту во второй половине 1929 г.?
На этот вопрос партия уже дала ясный и определенный ответ.
Да, такой момент уже наступал.
Да, партия правильно выбрала момент, перейдя в наступление по
всему фронту.
Об этом говорят растущая активность рабочего класса и небывалый рост авторитета партии среди миллионных масс трудящихся.
Об этом говорят растущая активность бедняцко-середняцких
масс и коренной поворот этих масс в сторону колхозного строительства.
Об этом говорят наши достижения ка/к в области развития индустрии, так и в области строительства совхозов и колхозов.
Об этом говорит тот факт, что мы имеем теперь возможность не
только заменить кулацкое производство производством колхозов и совхозов, по н перекрыть его в несколько раз.
Об этом говорит тот факт, что мы сумели уже разрешить в основном зерновую проблему и накопить известные хлебные резервы,
переместив центр тяжести товарной продукции зерна из области индивидуального производства в область колхозно-совхозного производства.
Бог где доказательство того, что партия правильно выбрала момент,
перейдя в наступление по всему фронту и провозгласив лозунг ликвидации кулачества как класса...
/
. . . В чем состоит существо большевистского наступления в наших
современных условиях?
Существо большевистского наступления состоит, прежде всего,
в том, чтобы мобилизовать классовую бдительность и революционную
активность масс против капиталистических элементов нашей страны;
мобилизовать творческую инициативу и самодеятельность масс против
бюрократизма наших учреждений и организаций, держащего под спудом колоссальные резервы, таящиеся в недрах нашего строя, и не дающего их использовать; организовать соревнование и трудовой подъем
•масс за поднятие производительности труда, за развертывание социалистического строительства.
Существо большевистского наступления состоит, во-вторых, в том,
(чтобы организовать перестройку всей практической работы профсоюзных, кооперативных, советских и всяких иных массовых организаций
применительно к потребностям реконструктивного периода; создать
в них ядро из наиболее активных и революционных работников, оттеснив и изолировав оппортунистические, трэд-юнионистские, бюрократические элементы; и з г н а # вон из них чуждые и переродившиеся элементы и выдвинуть новых работников снизу.
Существо большевистского наступления состоит, далее, в том,
(чтобы мобилизовать максимум средств на дело финансирования на266

шей индустрии, на дело финансирования наших совхозов и колхозов

и направить на развертывание всего этого дела лучших людей нашей
партии.
Существо большевистского наступления состоит, наконец, в том,
чтобы мобилизовать самую партию для организации всего дела
наступления; укрепить .и отточить партийные организации, изгнав
оттуда элементы^юрократизма и перерождения; изолировать и оттеснить выразителей правого и «левого» уклонов от ленинской партии,
выдвинув на первый план настоящих, стойких ленинцев.
( С т а л и п . Вопросы ленинизма. «Политический отчет Ц К X V I съезду ВКП<6),
стр. 628—530, 532. 1930 Г.)
3. „ДОГНАТЬ И ПЕРЕГНАТЬ* И З А Д А Ч И
ТЕХНИКОЙ

ОВЛАДЕНИЯ

Иногда спрашивают, нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать движение. Нет, нельзя, товарищи! Нельзя снижать темпы!
Наоборот, по мере сил и возможностей их надо увеличивать. Этого
требуют от нас наши обязательства, перед рабочими и крестьянами
СОСР. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочим классом всего мира.
Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы
не хотим оказаться бйтыми. Нет, не хотим! История старой России
состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские
феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские
капиталисты. Били японские бароны. Били все — за отсталость. За
отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было доходно и сходило безнаказанно. Помните слова дореволюционного поэта: «Ты и убогая,
ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь». Эти
слова старого поэта хорошо заучили эти господа. Они били и приговаривали: «ты обильная» — стало быть, можно на твой счет поживиться. Они били и приговаривали: «ты убогая, бессильная» —
стало быть, можно бить и грабить тебя безнаказанно. Таков уже закон эксплоататоров — бить отсталых и слабых. Волчий закон капитализма. Ты отстал, ты слаб — значит ты неправ, стало быть, тебя
можно бить и порабощать. Ты могуч — значит ты прав, стало быть,
тебя надо остерегаться.
Вот почему нельзя пам больше отставать.
В прошлом у нас не было и не могло быть отечества. Но теперь,
когды мы свергли капитализм, а впасть у нас рабочая, — у нас есть
отечество, и мы будем отстаивать ого независимость. Хотите ли,
.чтобы наше социалистическое отечество было убито и чтобы оно утеряло свою независимость? Но если этого не хотите, вы должны в кратчайший срок ликвидировать его отсталость и развить настоящие большевистские темпы в деле строительства его социалистического хозяйства. Других путей нет. Вот почему Ленин говорил во время Октября:
;«Либо смерть, либо догнать и перегнать передовые капиталистические
страны».
Мы отстали от передовых стран на 5 0 —< 100 лет. Мы должны дро-

267

бежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас
сомнут.
Вот что диктуют нам наши обязательства перед рабочими и крестьянами CGCP.
Но у нас есть еще другие, более серьезные и более важные обязательства.. Это — обязательства перед мировым пролетариатом. Они
совпадают с обязательствами первого рода. Но мы их ставим выше.
Рабочий класс ССОР есть часть мирового рабочего класса. Мы победили не только усилиями рабочего класса ООСР, но и благодаря
поддержке мирового рабочего класса. Без такой поддержки нас давно
расклевали бы. Говорят, что наша страна является ударной бригадой
пролетариата всех стран. Это хорошо сказано. Но это накладывает
на нас серьезнейшие обязательства. Ради чего поддерживает нас
международный пролетариат, чем мы заслужили такую поддержку?
Тем, что мы первые кинулись в бой с капитализмом, мы первые
установили рабочую власть, мы первые стали строить социализм.
Тем, что мы делаем дело, которое в ел у чае успеха перевернет весь
мир и освободит весь рабочий класс. А что требуется для успеха?
Ликвидация нашей отсталости, развитие высоких большевистских
темпов строительства. Мы должны двигаться вперед так, чтобы рабочий класс всего мира, глядя на нас, мог сказать: вот он, мой передовой отряд, вот она, моя ударная бригада, вот она, моя рабочая
власть, вот оно, мое отечество, — они делают свое дело, наше дето —
хорошо,—поддержим их против капиталистов и раздуем дело мировой революции. Должны .ли мы оправдать надежды мирового рабочего
класса, выполнить наши обязательства перед ним? Да, должны, если
мы не хотим опозориться вконец.
Таковы наши обязательства, внутренние и международные.
Вы видите, что они диктуют нам большевистские темпы развития.
Не скажу, что в отношении руководства хозяйством у нас за эти
годы ничего не сделано. Сделано, и даже очень много. Мы вдвое увеличили продукцию промышленности по сравнению с довоенной. Мы
создали самое крупное в мире селььскохозяйствениое производство. Но
мы могли бы сделать еще больше, если бы постарались за это время
по-настоящему овладеть производством, его техникой, его финансовоэкономической стороной.
Максимум в десять лет мы должны пробежать то расстояние, на
которое мы отстали от передовых стран капитализма. Для этого
есть у нас все «объективные» возможности.
Нехватает только
уменья использовать по-настоящему эти возможности. А это зависит от нас. Только от нас! Пора нам научиться использовать эти
возможности. Пора покончить с гнилой установкой невмешательства в производство. Пора усвоить другую, новую, соответствующую нынешнему периоду установку: вмешиваться во все. Если ты
директор завода — вмешивайся во все дела, вникай во все, не упускай ничего, учись и еще раз учись. Большевики должны овладеть
техникой. Пора большевикам самим стать специалистами. Техника
в период реконструкции решает все. И хозяйственник, не желающий
изучать технику, не ягелающий овладеть техникой, — это анекдот
а не хозяйственник.
Говорят, что трудно овладеть техникой. Неверно! Нет таких кре

2S8

постей, которых большевики нѳ могли бы взять. Мы решили ряд трудиейішіх задач. Мы свергли капитализм. Мы взяли власть. Мы построили крупнейшую социалистическую индустрию. Мы повернули середняка на путь социализма. Самое важное о точки зрения строительства мы уже сделали. Нам осталось немного: изучить технику, овладеть наукой. И когда мы сделаем это, у нас пойдут такие темпы, о которых сейчас мы не смеем и мечтать. И мы это сделаем, если захотим
этого по-настоящему!
(Сталин*
1931 Г.)

Вопросы ленинизма.

«О задачах хозяйственников», стр. 563—585.

4. ПО-НОВОМУ Р А Б О Т А Т Ь - П О - Н О В О М У РУКОВОДИТЬ

Таковы, товарищи, новые условия развития нашей промышленности.
Значение этих новых условий состоит в том, что они создают для
промышленности новую обстановку, требующую новых приемов работы, новых приемов руководства.
Итак:
а) Выходит, таким образом, что нельзя уже рассчитывать больше
по-старому на самотек рабочей силы. Чтобы обеспечить промышленность рабочей силой, надо ее набирать организованным порядком, надо
механизировать труд. Думать, что можно обойтись без механизации
при наших темпах работы и масштабах производства, — значит надеяться на то, что можно вычерпать море ложкой.
б) Выходит, далее, что нельзя дальше терпеть текучесть рабочей
силы в промышленности. Чтобы избавиться от этого зла, надо организовать зарплату по-новому и сделать состав рабочих на предприятиях более или менее постоянным.
в) Выходит, дальше, что нельзя больше терпеть обезличку в производстве. Чтобы избавиться от этого зла, надо по-новому организовать труд, надо расставить силы таким образом, чтобы каждая группа
рабочих отвечала за работу, за механизмы, за станки, за качество
работы.
г) Выходит, далее, что невозможно больше по-старому обходиться тем минимумом старых инженерно-технических сил, который
мы унаследовали от буржуазной России. Чтобы поднять нынешние
темпы и масштабы производства, нужно добиться того, чтобы у рабочего класса была своя собственная производственно-тсхническая
интеллигенция.
д) Выходит, дальше, что нельзя по-старому валить в одну кучу
всех специалистов и инженерно-технические силы старой школы.
Чтобіл учесть изменившуюся обстановку, надо изменить нашу политику и проявить максимум заботы в отношении тех специалистов и инженерно-технических сил, которые определенно поворачивают в сторону рабочего класса.
е) Выходит, наконец, что нельзя по-старому оборачиваться па
старых источниках накопления. Чтобы обеспечить дальнейшее развертывание промышленности и сельского хозяйства, нужно добиться того,
чтобы пустить в дело новые источники накопления, ликвидировать
бесхозяйственность, внедрить хозрасчет, снизить себестоимость и поднять внѵгрипромышленное накопление.

Таковы новые условия развития промышленности, требующие
новых приемов работы, новых приемов руководства хозяйственным
строительством.
Что требуется для того, чтобы наладить руководство по-новому?
Для этого требуется прежде всего, чтобы наши хозяйственные руководители поняли новую обстановку, изучили конкретно новые условия развития промышленности и перестроили свою работу сообразно
с требованиями новой обстановки.
Для этого требуется, далее, чтобы наши хозяйственные руководители руководили предприятиями не «вообще», не «с воздуха», а
конкретно, предметно, чтобы они подходили к каждому вопросу
не с точки зрения общей болтовни, а строго деловым образом,
чтобы они не ограничивались бумажной отпиской или общими
фра-зами и лозунгами, а входили в технику дела, вникали в детали
дела, вникали в мелочи, ибо из «мелочей» строятся теперь великие
деліа.
Для этою требуется, далее, чтобы наши нынешние громоздкие
объединения, имеющие иногда в своем составе 100—200 предприятий, разукрупнить немедля и разбить на несколько объединении.
Понятно, что председатель объединения, имеющий дело с сотней и
больше заводов, не может по-настоящему знать этих заводов, их
возможностей, их работы. Понятно, что, но зная заводов, он не в
состоянии руководить ими. Стало быть, чтобы дать возможность
председателям объединений по-настоящему изучить заводы и руководить ими, надо их разгрузить от излишка заводов, надо разбить
объединения на несколько объединений и приблизить объединения
к заводам.
Для этого требуется, далее, чтобы наши объединения перешли
от коллегиального управления к управлению единоличному. Сейчас дело обстоит так, что в коллегиях объединений сидят по 10—15
человек и пишут бумаги, ведут дискуссию. Управлять так дальше
нельзя, товарищи. Надо прекратить бумажное «руководство» и переключиться на действительную, деловую большевистскую работу. Пусть остается во главе объединения председатель объединения и несколько заместителей. Этого будет вполне достаточно для
управления объединением.
Остальных членов коллегии лучше
было бы спустйтъ вниз — на заводы и фабрики. Это было бы куда
полезнее и для них и для дела.
Для этого требуется, далее, чтобы председатели объединений и
их заместители почаще объезжали заводы, подольше оставались там
для работы, получше знакомились с заводскими работниками и не
только учили местных людей, но и учились у них. Думать, что можно
руководить теперь из канцелярии, сидя в конторе, вдали от заводов, —
значит заблуждаться. Чтобы руководить заводами, надо почаще
общаться с работниками предприятий, надо поддерживать с ними живую связь.
Наконец, два слова о нашем производственном плане ніа 1931 г,
Существуют некоторые околопартийные обыватели, которые уверяют, что наша производственная программа нереальна, невыполнима. Это нечто вроде «премудрых пескарей» Щедрина, которые
всегда готовы распространять вокруг себя «пустоту недомыслия».Реальна ли наша производственная программа? Безусловно, да! Она
270

реальная хотя бы потому, что у нас есть налицо вое необходимые условия для ее осуществления. Она реальна хотя бы потому, что ее выполнение зависит теперь исключительно от нас самих, от нашего умения
и нашего желания использовать имеющиеся у нас богатейшие возможности. Чем же иначе объяснить тот факт, что целый ряд предприятий и отраслей промышленности уже перевыполнил план? Было
бы глупо думать, что производственный план сводится к перечню
цифр и заданий. На самом деле производственный план есть живая н
практическая деятельность миллионов людей. Реальность нашего про-»
изводственного плана — это миллионы трудящихся, творящие новую
жизнь. Реальность нашей программы — это живые люди, это мы
с вами, наша воля к труду, наша готовность работать по-новому, наша
ешимость выполнить план. Есть ли у нас она, эта самая решимость?!
[а, есть. Стало быть наша производственная программа может а
должна быть осуществлена.

Р

( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «Новая обстановка — новые задачи хозяйственного строительства», стр. G00—603. 1931 г.)
5. ЛЕНИН И СТАЛИН О ВОСПИТАНИИ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ
ДИСЦИПЛИНЫ И О СОЦСОРЕВНОВАНИИ КАК ЕГО ВАЖНЕЙШЕМ
РЫЧАГЕ

Коммунистический труд в более узком и строгом смысле слова
есть бесплатный труд на пользу общества, труд, производимый не
для отбытия определенной повинности, не для получения права на
известные продукты, не по заранее установленным и узаконенным
нормам, а труд добровольный, труд вне норм, труд, даваемый без
расчета на вознаграждение, без условия о вознаграждении, труд но
привычке трудиться на общую пользу и по сознательному (перешедшему в привычку) отношению к необходимости труда на общую пользу, — труд, как потребность здорового организма.
Всякому ясно, что до широкого действительно массового применения такого труда нам. т. е. нашему обществу, нашему общественному
укладу, еще очень и очень далеко.
Но шагом вперед по этому пути является уже и то, что этот вопрос поставлен, что он поставлен и всем передовым пролетариатом
(коммунистической партией и лрофессиональными союзами), и государственной властью.
Чтобы притти к большему, надо начать с меньшею.
И, с другой стороны, после «большего», после государственного переворота, низвергнувшего собственность капиталистов и передавшего
власть пролетариату, — строительство хозяйственной жизни на новой
осонве можно начать только с малого.

Субботники, трудовые армии, трудовая повинность — вот практическое осуществление в разных формах социалистического и коммунистического труда.
В этом осуществлении еще масса недостатков. Отделываться смехом (или злобой) по поводу них могут только совсем не умеющие думать люди, если не говорите о защитниках капитализма.
Недостатки, ошибки, промахи в таком новом, таком трудном, таком великом деле неизбежны. Кто боится трудностей строительства

271

социализма, кто дает себя запугать ими, кто впадает в отчаяние или
малодушную 'растерянность, тот не социалист.
Строить новую дисциплину труда, строить новые формы общественной связи между людьми, строить новые формы и приемы
привлечения людей к труду, — это работа многих лет и десятилетий.
Это — благодарнейшая и благороднейшая работа.
Счастье наше, что, низвергнув буржуазию и подавив ее сопротивление, мы могли завоевать себе почву, на которой такая работа стала
возможной.
И мы возьмемся за эту работу со всей энергией. Выдержка, настойчивость, готовность, решимость и уменье сотни раз испробовать, сотни раз исправить и во что бы то ни стало добиться цели, —•
эти качества пролетариат вырабатывал себе 10, 15, 20 лет до Октябрьской революции, он вырабатывал их в течение двух лет после
этой революции, перенося невиданные лишения, голод, разорение,
бедствия. Эти качества пролетариата — порука, что пролетариат
победит.
(Ленин.

Соч., т. X X V , «От разрушения векового уклада к творчеству но-

вого», стр. 151—152.

1920 Г.)

Рабочие и крестьяне, трудящиеся и эксплоатируемые! Земля,
банки, фабрики, заводы перешли в собственность всего народа. Беритесь сами за учет и контроль производства! и распределения продуктов, — и в этом и только в этом путь к победе социализма, залог
его победы, залог победы над всякой эксплоатацией, над всякой
нуждой и нищетой. Ибо в России хватит хлеба, железа, леса, шерсти,
хлопка и льна па всех, лишь бы правильно распределить труд и продукты, лишь бы установить всенародный деловой,
практический
контроль за этим распределением, лишь бы победить не
только
в политике, но и в повседневной
экономической
жизни врагов народа: богатых, их прихлебателей, затем жуликов, тунеядцев и хулиганов.
Никакой пощады этим врагам народа, врагам социализма, врагам трудящихся. Война не на жизнь, а на смерть богатым и их прихлебателям, буржуазным интеллигентам, война жуликам, тунеядцам
и хулиганам. " Те и другие, первые и последние—родные братья,
дети капитализма, сынки барского-и буржуазного общества, общества, в котором кучка грабила народ и издевалась над народом,—
общества, в котором нужда и нищета выбрасывала тысячи и тысячи на путь хулиганства, продажности, жульничества, забвения
человеческого образа, — общества, в котором неизбежно воспитывалось стремление у трудящихся: уйти хоть обманом от эксплоатации, извернуться, избавиться хоть на минуту от посталой работы, урвать хоть кусок хлеба каким угодно путем, какой угодно
ценой, чтобы не голодать, чтобы не чувствовать себя и своих близких недоедающими.
Богатые и жулики, это — две стороны одной медали, —
это два главные
разряда
паразитов,
вскормленных
капитализмом, это — главные враги социализма, этих врагов надо
взять под особый надзор всего
населения,
с ними
надо
расправляться, при малейшем нарушении ими правил и законов
272

социалистического общества, беспощадно. Всякая слабость, всякие
колебания, всякое сантименталыгичаяье в том отношении было бы
величайшим преступлением перед социализмом.
Чтобы обезвредить социалистическое общество от этих паразитов, надо организовать всенародный, миллионами и миллионами рабочих и крестьян добровольно, энергично, с революционным энтузиазмом поддерживаемый учет и контроль за количеством труда, за
•производством и распределением продуктов.
А чтобы организовать
этот учет и контроль, вполне доступный, вполне иодсильный всякому честному, токовому, распорядительному рабочему и крестьянину, надо вызвать к жизни их собственные, из их ореды происходящие, организаторские таланты, надо возбудить в них — и наладить в общегосударственном масштабе — соревнование по части
организаторских успехов, надо, чтобы рабочие и крестьяне ясно
понята разницу между необходимым советом образованного человека и необходимым контролем «простого» рабочего и крестьянина
за разгильдяйством, столь обычным у «образованных» людей.
(Ленин.
1918 г.)

Соч., т. XXI, .Как

организовать

ч
соревнование», стр. 164 — 165.

Партия организовала, далее, широкое социалистическое соревнование и массовый трудовой подъем на фабриках и заводах.. Воззвание XVI конференция! партии о соревновании поставило дело на
рельсы. Ударные бригады дшігают его дальше. Ленинский комсомол и руководимая им рабочая молодежь увенчивают' дело соревнования и ударничества решающими успехами. Нужно признать, что
наша революционная молодежь сыграла в этом дело исключительную роль. Теперь уже но может быть сомнения, что одним из самых
важных фактов, если не самым важным фактом, нашего строительства является в данный момент социалистическое соревнование фабрик
и заводов, перекличка сотен тысяч рабочих о достигнутых результатах
по соревнованию, широкое развитие ударничества. Только сленьге не
видят, что в психологии масс и в их отношении к труду произошел
громадный перелом, в корне изменивший облик наших заводов и
фабрик. Не так давно еще раздавались у насголоса,о «надуманности»
и «несостоятельности» соревнования и ударничества. Теперь эти
«мудрые» люди не удостаиваются даже насмешки, —их считают просто
отжившими свой век «мудрецами». Теперь дело соревнования и ударничества является делом завоеванным и закрепленным. Это факт,
что социалистическим соревнованием охвачено у нас не менее
двух миллионов рабочих, а в ударные бригады вовлечено более .миллиона рабочих.
/
Самое замечательное в соревновании состоит в том, что оно
производит коренной переворот во взглядах людей на груд, ибо
оно превращает труд из зазорного и тяжелого бремени, каким он
считался раньше, в дело чести, в дело славы, в дело доблести и геройства. Ничего подобного нет и не может быть в капиталистических странах. Там, у них, у капиталистов, самое желанное дело, заслуживающее общественного одобрения, — иметь ренту, жить на
проценты, быть свободным от труда, считающегося презренным заг
нятием. У нас, в COOP, наоборот, самым желанным делом, заслуживающим общественного одобрения, становится возможность быть
18

Ленинизм

273

героем труда, возможность быть героем ударничества, окруженным
ореолом почета среди миллионов трудящихся.
Не менее замечательным в соревновании нужно считать тот факт,
что оно начинает распространяться и в деревне, захватив уже наши
совхозы и колхозы. Всем известны многочисленные факты настоящего
трудового энтузиазма в миллионных массах совхозников и колхозников.
Кто мог мечтать года два назад о таких успехах соревнования и
ударничества?
(Сталин.
Вопросы лшияшма.
ВКПГб)», стр. 533 — 534. 1030 г.)

«Полптачоскнй

отчет

ЦК

XVI

съезду

6. ОСОБЕННОСТИ КЛАССОВОЙ Б О Р Ь Б Ы НА СОВРЕМЕННОМ
ЭТАПЕ И БОРЬБА З А УКРЕПЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ
СОБСТВЕННОСТИ

В итоге осуществления пятилетки в области промышленности, сельского хозяйства и торговли мы утвердили во всех сферах народного
хозяйства принцип социализма, изгнав оттуда капиталистические элементы.
К чему это должпо было привести в отношении капиталистических
элементов и к чему оно на самом деле привело?
Это привело к тому, что оказались вышибленными из колеи последние остатки умирающих классов: промышленники и их челядь, торговцы и их приспешники, бывшие дворяне и попы, кулаки и подкулачники, бывшие белые офицеры и урядники, бывшие полицейские
и жандармы, всякого рода, буржуазные интеллигенты шовинистического толка и все прочие антисоветские элементы.
Будучи вышибленными из колеи и разбросавшись по лицу всего
СССР, эти бывшие люди расползлись по нашим заводам и фабрикам,
по нашим учреждениям и тортовым организациям, по предприятиям
железнодорожного и водного транспорта и, главным образом, — по
колхозам и совхозам. Расползлись и укрылись они там, накинув
маску «рабочих» и «крестьян», причем кое-кто из них пролез даже
в партию.
С чем они пришли туда? Конечно, с чувством ненависти к советской власти, с чувством лютой вражды к новым формам хозяйства,
быта, культуры.
Пойти в прямую атаку против советской власти эти господа уже
не в силах. Они и их классы несколько раз вели уже такие атаки,
но были разбиты и рассеяны. Поэтому единственное, что остается
им делать, — это пакостить и вредить рабочим, колхозникам, советской власти, партии. И они пакостят как только могут, действуя тихой сапой. Поджигают склады и ломают машины. Организуют саботаж. Организуют вредительство в колхозах, в оовхозах, причем некоторые из них. в число которых имеются и кое-какие профессора,
в своем вредительском порыве доходят до того, что прививают скотине
в колхозах и совхозах чуму, сибирскую язву, способствуют распространению менингита среди лошадей и т. д.
Но главное не в этом. Главное в «деятельности» этих бывших
людей состоит в том, что они организуют массовое воровство и хищение государственного имущества, кооперативного имущества,
274

s

колхозной собственности. Воровство и хищение на фабриках и заводах, воровство и хищение железнодорожных грузов, воровство и хищение в складах и торговых предприятиях, — особенно воровство и
хищение в совхозах и колхозах, — такова основная <}>орма «деятельности» этих бывших людей. Они чуют как бы классовым инстинктом,
что основой советского хозяйства является общественная собственность, что именно эту основу надо расшатать, чтобы напакостить советской власти, — и оіш действительно стараются расшатать общественную собственность путем организации массового воровства и хищения.
Для организации хищений они используют частно-собственнические навыки и пережитки колхозников, вчерашних единоличников,
а ныне членов колхозов. Вы, как марксисты, должны знать, что сознание людей отстает в своем развитии от фактического их положения.
Колхозники по положению уже не единоличники, а коллективисты,
но сознание у них пока еще старое, частно-собственническое. II вот
бывшие люди из рядов эксплоататорских классов используют частнособственнические привычки колхозников, чтообы организовать расхищение общественного имущества и тем поколебать основу советского
строя — общественную собственность.
Многие наши товарищи благодушно смотрят па подобное явление, не понимая смысла и значения фактов массового воровства и
хищения. Они, как слепые, проходят мимо этих фактов, налагая,
что «тут нет ничего особенного». Но они, эти товарищи, глубоко
заблуждаются. Основой нашего строя является общественная собственность так же, как основой капитализма — собственность частная. Если капиталисты провозгласили частную собственность священной и неприкосновенной, добившись в свое время укрепления
капиталистического строя, то мы, коммунисты, тем более должны провозгласить общественную собственность священной и неприкосновенной. чтобы закрепить тем самым новые социалистические формы хозяйства ЕО всех областях производства и торговли. Допускать воровство и хищение общественной собственности, — все равно, идет ли
дело о собственности государственной или о собственности кооперативной и колхозной,— и проходить мимо подобных контрреволюционных безобразий, — значит содействовать подрыву советского строя,
опирающегося на общественную собственность, как на свою базу.
Из этого исходило наше советское правительство, когда оно
издало недавно закон об охране общественной собственнности. Этот
закон есть основа революционной законности в настоящий момент. А обязанность строжайшего его проведения в жизнь является
первейшим долгом каждого коммуниста* каждого рабочего и колхозника.
Говорят, что революционная законность нашего времени ничем
не отличается от революционной законности первого периода нэпа,
что революционная законность нашего времени есть возврат к революционной законности первого периода нэпа. Это совершенно
неверно. Революционная законность первого периода нэпа обращалась своим острием главным образом против крайностей военного коммунизма, против «незаконных» конфискаций и поборов.
Она гарантировала частному хозяину, капиталисту сохранность их
имущества при условии строжайшего соблюдения ими советских
*

275

законов. Совершенно по иному обстоит дело с революционной законностью в наше время. Революционная законность нашего времени
направлена своим острием против воров и вредителей, против хулиганов и расхитителей общественной собственности. Основная забота
революционней законности в наше время состоит в охране общественной собственности, а не в чем-либо другом.
Вот почему борьба sa охрану общественной собственности, борьба
всеми мерами и всеми средствами, предоставляемыми в наше распоряжение законами советской власти, — является одной из основных задач партии.
Сильная и мощная диктатура пролетариата, — вот что нам нужно
теперь для того, чтобы развеять в прах последние остатки умирающих
классов и разбить их воровские махинации.
Некоторые товарищи поняли тезис об уничтожении классов, создании бесклассового общества и отмирании государства как оправдание
лени и благодушия, оправдание контрреволюционной теории потухания классовой борьбы и ослабления государственной власти. Нечего
и говорить, что такие люди не могут иметь ничего общего с нашей партией. Это перерожденцы, либо двурушники, которых надо гнать вон
из партии. Уничтожение классов достигается яе путем потухания
классовой борьбы, а путем ее усиления. Отмирание государства придет не через ослабление государственной власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко еще не уничтожено и не скоро еще будет
уничтожено.
В результате осуществления пятилетки мы добились того, что
вышибли вконец последние остатки враждебных классов из их производственных позиций, разгромили кулачество и подготовили почву
для его уничтожения. Таков итог пятилетки в области борьбы с последними отрядами буржуазии. Но этого мало. Задача состоит в том,
чтобы вышибить этих бывших людей из наших же собственных предприятий и учреждений и окончательно их обезвредить.
Нельзя сказать, чтобы эти бывшие люди могли что-либо изменить своими вредительскими и воровскими махинациями в нынешнем положении в СОСР. Они слишком слабы и пемощны для того,
чтобы противостоять мероприятиям советской власти. Но если наши
товарищи не вооружатся революционной^ бдительностью и не изгонят
из практики обывательски-бла.го,лушное отношение к фактам воровства и расхищения общественной собственности, то бывшие люди могут наделать не мало пакостей.
Надо иметь в виду, что рост мощи Советского государства будет усиливать сопротивление последних остатков умирающих классов. Именно потому, что они умирают и доживают последние дни,
они бѴдѵт переходить от одних форм наскоков к другим, более резким формам наскоков, апеллируя к отсталым слоям населения и
мобилизуя их против советской власти. Нет такой пакости и клеветы, которую бы эти бывшие люди не возвели на советскую власть
и вокруг которых не попытались бы мобилизовать отсталые элементы. На этой почве могут ожить и зашевелиться разбитые группы
старых контрреволюционных партий эсеров, меньшевиков, буржуазных националистов центра и окраин, могут ожить и защеве-

276

литься осколки контрреволюционных оппозиционных элементов из
троцкистов и правых уклонистов. Это, конечно, не страшно. Но все
это надо иметь в виду, если мы хотим покончить с этими элементами
быстро и без особых жертв.
Вот почему революционная бдительность является тем самым качеством, которое особенно необходимо теперь большевикам.
(Сталин.

Доклад па январском плейуме ЦК и ЦКК ВКП(б).

1933 г.)

7. ИТОГИ ПЕРВОЙ ПЯТИЛЕТКИ
М Е Ж Д У Н А Р О Д Н О Е З Н А Ч Е Н И Е ПЯТИЛЕТКИ

Товаршци! При появлении в свет пятилетнего плана, едва ли предполагали люди, что пятилетка может иметь громадное международное
значение. Наоборот, многие думали, что пятилетка есть частное дело
Советского Союза, дело важное и серьезное, но все-таки частное, национальное дело Советского Союза.
История, однако, показала, что международное значение пятилетки
неизмеримо. История показала, что пятилетка является не частным делом Советского Союза, а делом всего международного пролетариата.
Еще задолго до появления пятилетнего плана, в перйод, когда
мы кончали борьбу с интервентами и переходили на рельсы хозяйственного строительства — еще в этот период Ленин говорил, что
наше хозяйственное строительство имеет глубокое международное
значение, что каждый шаг вперед советской власти по пути хозяйственного стіюительства встречает глубокий отклик в самых разнообразных слоях капита листических стран и раскалывает людей на
два лагеря — лагерь сторонников пролетарской революции и лагерь
ее противников.
Ленин говорил тогда:
«Сейчас главное свое воздействие па международную рсволтоцпю мы окавываем своей хозяйственной іюлйтнкой. Все на Советскую Российскую республику смотрят, все трудящиеся во всех странах мира бе-з всякого исключения
н без всякого преувеличения. Это достигнуто... На этом поприще борьба перенесена -во всемирном масштабе. Решим мы эту задачу — п тогда мы выиграли
к международном масштабе наверняка н окончательно. Поэтому вопросы хозяйственного строительства приобретают для нас значение совершенно исключительное. На этом фронте мы должны одержать победу медленным, ностепетг:
в ы м > — быстрым
нельзя,—но неуклонным повышением п движением вперед»
(см. т. X X V I , стр. 410—411).

Это было сказано в тот период, когда мы закапчивали Еойну с интервентами, когда от военной борьбы с капитализмом мы переходили
к борьбе на хозяйственном фронте, к периоду хозяйственного строительства.
С тех пор прошло много лет, и каждый шаг советской власти в области хозяйственного строительства, каждый год, каждый квартал
блестяще подтверждали правильность этих слов т. Ленина.
Но самое блестящее подтверждение правильности слов Ленина дал
пятилетний плай нашего строительства, возникновение этого плана,
его развитие, его осуществление. В самом деле кажется, ни один шаг
по пути хозяйственного строительства в нашей стране не встречал
такого отклика в самых разнообразных слоях капиталистических
стран Европы, Америки. Азии, как вопрос о пятилетнем плане, об его
развитии, об его осуществлении,

Первое время пятилетний план был встречен со стороны буржуазии и ее печати насмешкой. «Фантазия», «бред», «утопия» — так они
окрестили тогда наш пятилетний план. Потом, когда начало выясняться, что осуществление пятилетнего плана дает реальные результаты,—-они стали бить в набат, утверждая, что пятилетний план
угрожает существованию капиталистических стран, что его осуществление приведет к заполнению европейских рынков товарами, к усилению демпинга и углублению безработицы. Затем, когда и этот трюк,
использованный против советской власти, не дал ожидаемых результатов,— открылась серия путешествий в СССР различных представителей всякого рода фирм, органов печати, обществ разного
рода и т. д. с целью разглядеть своими собственными глазами, — что
же, собственно говоря, творится в СССР. Я не говорю здесь о рабочих
делегациях, которые с самого начала появления пятилетнего плана
выражали свое восхищеіше начинаниям и успехам советской
власти и проявляли свою готовность поддержать рабочий класс
СССР. .
С этого времени и начался раскол так называемого общественного мнения, буржуазной печати, буржуазных обществ всякого
рода и т. д. Одпи утверждали, что пятилетий план потерпел полный крах и большевики стоят на краю гибели. Другие, наоборот,
уверяли, что хотя большевики скверные люди, — с пятилетним планом у них все же выходит дело и они, должно бытьѵ добьются своей
цели...
. . . Стоило нам проделать строительную работу в продолжение какнх-ннбудь 2—3 лет, стоило показать первые успехи пятилетки,
.чтобы весь мир раскололся на два лагеря — на лагерь людей, которые лают на нас без устали, и лагерь людей, которые поражены
успехами пятилетки, не говоря уже о том, что имеется и усиливается
наш собственный лагерь во всем мире, лагерь рабочего класса капиталистических стран, который радуется успехам рабочего класса
СОСР и готов оказать ему поддержку на страх буржуазии всего
мира.
Что .это значит?
Это значит, что международное значение пятилетки, международное значение ее успехов и завоеваний не подлежит сомнению.
Это значит, что капиталистические страны чревата пролетарской
революцией, и именно потому, что они чреваты пролетарской революцией, буржуазии хотела бы почерпнуть в неудачах пятилетки новый
аргумент против революции, тогда как пролетариат, наоборот, старается
почерпнуть и действительно черпает в успехах пятилетки новый аргумент за революцию, против буржуазии всего мира.
Успехи пятилетки мобилизуют революционные силы рабочего
са всех стран против капитализма, — таков неоспоримый факт.

клас-

Не может быть сомнения, что международное революционное значение пятилетки действительно неизмеримо.
Тем с большим вниманием должны мы отнестись к вопросу о пятилетке, о содержании пятилетки, об основных задачах пятилетки.
Тем с большей тщательностью мы должны проанализировать
итога пятилетки, итоги исполнения п проведения в жизнь пятилетнего
плана.

278

ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА ПЯТИЛЕТНЕГО ПЛАНА И ПУТЬ
ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ

ЕЕ

Перейдем к вопросу о пятилетнем плане по существу.
Что такое пятилетний план?
В чем состояла основная задача пятилетнего плана?
Основная задача пятилетки состояла в том, чтобы перевести нашу
страну с ее отсталой, подчас средневековой техникой — на рельсы новой. современной техники.
Основная задача пятилетки состояла в том, чтобы превратить
СССР из страны аграрной и немощной, зависимой от капризов капиталистических стран, — в страну индустриальную и могучую, вполне самостоятельную и независимую от капризов мирового капитализма.
Основная задача пятилетки состояла в том, чтобы, превращая
СССР в страну индустриальную, — вытеснить до конца капиталистические элементы, расширить фронт социалистических форм хозяйства
и создать экономическую базу для уничтожения классов в СССР, для
построения социалистического общества.
Основная задача пятилетки состояла в том, чтобы создать в нашей стране такую индустрию, которая была бы способна перевооружить и реорганизовать пе только промышленность в целом, но и транспорт, но н сельское хозяйство — на базе социализма.
Основная задача пятилетия состояла в том, чтобы перевести мелкое и (издробленное сельское хозяйство на рельсы крупного коллективного хозяйства, обеспечить тем самым экономическую базу социализма в деревне и ликвидировать таким образом возможность восстановления капитализма в СССР.
Наконец, задача пятилетнего плана состояла в том, чтобы создать
в стране все необходимые технические и экономические предпосылки
для максимального поднятия обороноспособности страны, дающей возможность организовать решительный отнор всем и всяким попыткам
военной интервенции извне, всем и всяким попыткам военного нападения извне.
Чем диктовалась эта основная задача пятилетки, чем она обосновывалась?
Необходимостью ликвидации технико-экономической отсталости
Советского Союза, обрекающей его на незавидное существование,
необходимостью создать в стране такие предпосылки, которые дали бы
ей возможность не только догнать, но со временем и перегнать
в технико-экономическом отношении передовые капиталистические
страны.
Соображением о том, что советская власть не может долго держаться на базе отсталой промышленности, что только современная
крупная промышленность, не только не уступающая, но могущая со
временем превзойти промышленность каішталистичееклх стран, — может служить дейстаительным и надежным фундаментом для советской
власти.
Соображением о том, что советская івласть не может долго базироваться на двух противоположных основах, на крупной социалистической промышленности, которая уничтожает капиталистические элементы, и на мелком единоличном крестьянском хозяйстве, которое порождает капиталистические элементы.!

Соображением о том, что. пока не подведена под мелкое крестьянское хозяйство база крупного производства,, пока не объединены мелкие крестьянские хозяйства в крупные коллективные хозяйства,—
опасность восстановления капитализма в (ХОР является самой реальной опасностью из всех возможных опасностей.
Ленин говорил:
«Революция сделала то, что в несколько месяцев Россия по своему политическому строю догнала передовые страны.
Но этого мало. Война неумолима, она ставит вопрос с беспощадной резвостью: либо погибнуть, либо догнать передовые страны и перегнать их также
п экономически...
Погибнуть ШЕИ на всех парах устремиться вперед. Так поставлен вопрос историей» (ом. т. X X I , стр. 191).

Левин говорам:
«Пока мы живем в мелкокрестьянской стране:, для капитализма в России
есть более прочная экономическая база, чем для коммунизма. Это необходимо запомнить. Каждый, внимательно наблюдавший
за жизнью деревни,
в сравнении с жизнью города, знает, что мы корней капитализма не вырвали
и фундамент, основу у внутреннего врага не подорвали.
Последний держится
на мелком хозяйстве, и, чтобы подорвать его, есть одно средство — перевести
хозяйство страны, в том числе и земледелие, на новую техническую базу, на
техническую базу современного крупного производства... Только тогда, когда
страна будет электрифицирована, когда под промышленность, сельское хозяйство и транспорт будет подведена техническая база современной
крупной лрозшшдсшшости, только тогда мы победам окончательно» (см. т. X X V I ,
стр. 4G—47).

Эти положения и легли в основу тех сображений партии, которые
привели к выработке пятилетнего плана, которые привели к определению основной задачи пятилетнего плана.
Так обстоит дело с основной задачей пятилетки.
Но осуществление такого грандиозного плана нельзя начинать
вразброс, с чего попало. Чтобы осуществить такой план, нужно
прежде всего найти основное звено плана, ибо, только найдя основное
звено и ухватившись за него, — .моя:но было вытянуть все остальные
звенья плана.
В чем состояло основпое звено пятилетнего плапа?
Основное звено пятилетнего плана состояло в тяжелой промышленности с ее сердцевиной — машиностроением. Ибо только тяжелая
промышленность способна реконструировать и поставить на ноги и
промышленность в целом, и тралепорт, и сельское хозяйство. С нее
и надô было начать осуществление пятилетки. Стало быть, восстановление тяжелой промышленности нужно было положить в основу осуществления пятилетнего плана.
Мы имеем указания Ленина и на этот предмет:
«Спасением' для Росспн является не только хороший урожай п крестьянском хозяйстве — этого еще мало, — и не только хорошее состояние легкой промышленности, поставляющей крестьянству предметы потребления, — этого тоже
еще мало, нам необходима также тяжелая и н д у с т р и я . . . Бее спасения тяжелой
промышленности, без ее восстановления мы не сможем построить никакой промышленности, a без нее мы вообще погибшем как самостоятельная с т р а н а . . .
Тяжелая индустрия нуждается в государственных субсидиях. Если мы их ire
найдем, то мы, как цивилизованное государство — я уже пе говорю, как социалистическое,— погибли» (см- т. X X V I I , стр. 349).

Но восстановление и развитие тяжелой индустрии, особенно в
такой отсталой и небогатой стране, какой была наша страна в начале пятилетки, является самым трудным делом, ибо тяжелая иыду-

260

стрия требует, как известно, громадных финансовых затрат и наличия известного минимума опытных технических сил, без чего,
вообще говоря, невозможно восстановление тяжелой индустрии,
Знала ли об этом партия и отдавала та себе в этом отчет? Да, знала. И ие только знала, но заявляла об этом во всеуслышание. Партия знала, каким путем была построена тяжелая индустрия в Англии, Германии, Америке. Она знала, что тяжелая индустрия была
построена в этих странах либо при помощи крупных займов, либо
путем ограбления других стран, либо же и тем и другим путем одновременно. Партия знала, что эти пути закрыты для нашей страпьт.
IIa что же она рассчитывала.? Она -рассчитывала на собственные
силы нашей страны. Она рассчитывала на то, что, имея советскую
власть и опираясь на национализацию земли, промышленное™,
транспорта, банков, торговли, мы можем проводить строжайший
режим экономии для того, чтобы Накоплять достаточные средства,
необходимые для восстановления и развития тяжелой индустрии.
Партия прямо говорила, что это дело потребует серьезных жертв и
что мы должны пойти на эти жертвы открыто и сознательно, если
хотим добиться цели. Партия рассчитывала поднять это дело внутренними силами нашей страны без кабальных кредитов и займов
извне.
Вот что говорил Ленин на этот счет:
«Мы доля.нъі постараться построить государство, в котором рабочие сохраняли бы свое руководство над крестьянами, доверие крестьян по отношению
к себе и с величайшей экономией изгнали бы из своих общественных отношений
всякие следы каких бы то ни было излишеств.
Мы должны свести наш госаппарат до максимальной экономии. Мы должны
изгнать из него все следы излишеств, которых э нем осталось так много от
царской России, от ее бюрократически-капиталистического аппарата.
,
Не будет ли это царством крестьянской ограниченности?
Нет. Если мы сохраним за рабочим классом руководство над крестьянством,
то мы получим возможность ценой величайшей и" величайшей экономии хозяйства в нашем государстве добиться того, чтобы всякое малейшее сбережение сохранить для развития нашей крупной машинной индустрии, для развития электрификации, гидроторфа, для достройки Волховстроя и прочее.
Б этом и только в этом будет наша надежда. Только тогда мы в состоянии
будем пересесть, выражаясь фигурально, с одной лошади ыа другую, именно,
с лошади крестьяне кой. .мужицкой, обнищалой, с лошади экономл'й," рассчитанных ira разоренную крестьянскую страну, — на лошадь, которую ищет и пе может не искать для оебя пролетариат, на лошадь крупной машинной индустрия,
Электрификации, Волховотроя и т. д.» (см. т. X X V I I , стр. 417).

Пересесть с обнищалой мужицкой лошади на лошадь крупной машинной индустрии—вот какую цель преследовала партия, вырабатывая пятилетний план и добиваясь его осуществления.
Установить строжайший режим экономии и накоплять средства,
необходимые для финансирования) индустриализации нашей страны —
вот на какой путь надо было стать, чтобы добиться восстановления
тяжелой индустрии и осуществления пятилетнего плана.
Смелая задача? Трудный путь? Но наша партия потому и называется ленинской партией, что она не имеет права бояться трудностей.
Более того. Уверенность партии в осуществимости пятилетки и
вера в силы рабочего класса были до того сильйы, что партия нашла возможным поставить себе задачу осуществить это трудное
дело не в пять лет, как этого требовал пятилетний план, а в четыре
281

года, собственно — четыре года и три месяца, если прибавить особый
квартал.
IIa этой основе и родился знаменитый лозунг: «Пятилетка в четыре
года».
И что же?
Факты показали впоследствии, что партия была права.
Факты показали, что без этой смелости и веры в силы рабочего
класса партия пе могла бы добиться той победы, которой гордимся мы
теперь по праву.
ОБЩИЕ

ВЫВОДЫ

Таковы основные итоги проведения в жизнь пятилетнего плана
в области промышленности и сельского хозяйства, в области улучшения быта трудящихся и развития товарооборота, в области укрепления советской власти и разворачивания классовой борьбы против
остатков и пережитков отживающих классов.
Таковы успехи и завоевания советской власти за последние четыре года.
Было бы ошибочно думать па основании этих успехов, что все
обстоит у нас благополучно. Конечно, у нас не все еще обстоит благополучно.
Недостатков и ошибок в нашей работе имеется достаточно. Бесхозяйственность и бестолковщина все еще имеют место
в нашей практике. Я, к сожалению, не могу сейчас остановиться на
недостатках и ошибках, так как рамки порученного мне итогового
доклада не дают для этого простора. Но дело теперь не в этом.
Дело в том, что, несмотря на недостатки и ошибки, наличия которых никто из нас не отрицает, мы добились таких ес-рьезных успехов, которые вызывают восхищение в рабочем классе всего мира, мы
добились такой победы, которая имеет поистине всемирно-историческое значение.
Что могло сыграть и что действительно сыграло главную роль в том,
что, несмотря на ошибки и недостатки, партия добилась все щ решающих успехов в деле проведения пятилетки в четыре года.
Где те основные силы, которые обеспечили нам эту историческую
победу, несмотря ни на что?
Это, прежде всего, активность и самоотверженность, "энтузиазм и
инициатива миллионных масс рабочих и колхозников, развивших
вместе с инженерно-техническими аилами колоссальную энергию по
разворачиванию социалистического соревнования и ударничества. Не
может быть сомнения, что без этого обстоятельства мы не могли бы добиться цели, не могли бы двинуться вперед ни на шаг.
Это, во-вторых, твердое руководство партии и правительства, звавших массы вперед и преодолевавших все и всякие трудности на пути
к цели.
Это, наконец, особые достоинства и преимущества советской системы хозяйства, таящей в себе колоссальные возможности, необходимые для преодоления всех и всяких трудностей.
Таковы три основные силы, определившие историческую победу
ООСР.

1. Итоги пятилетки опрокинули утверждение буржуазных и социал-демократических деятелей о том, что пятилетний план есть,

232

фантазия, брод, неосуществимая мечта. Итоги пятилетки показали,
что пятилетний план уже осуществлен.
2. Итоги пятилетки разбили известный буржуазный «символ веры»
о том, что рабочий класс неспособен строить новое, что он способен лишь разрушить старое. Итоги пятилетки показали, что рабочий класс способен так лее хорошо строить новое, как и разрушать
старое.
3. Итоги пятилетки разбили тезис социал-демократов о том, что
невозможно построить социализм в одной, отдельно взятой стране.
Итоги пятилетки показали, что вполне возможно построить в одной
стране социалистическое общество, ибо экономический фундамент такого общества у яге построен в СССР.
4. Итога пятилетки опрокинули утверждение буржуазных экономистов о том, что капиталистическая система хозяйства является
наилучшей системой, что всякая другая система хозяйства непрочна
и неспособна выдержать экзамен перед лицом трудностей экономического развитая. Итоги пятилетки показали, что капиталистическая
система хозяйства несостоятельна и непрочна, что она уже отжигает свой "век и должна уступить свое место другой, высшей, советской, социалистической системе хозяйства, что единственная система
хозяйства, которая не боится кризисов и способна преодолеть трудности. неразрешимые для капитализма, — это советская система хозяйства.
5. Наконец, итоги пятилетки показали, что партия непобедима,
ісл и она знает, куда вести дето, и не боится трудностей.
(Сталин.

Доклад иа январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б).

1933 г.)

Перехожу к вопросу о внутреннем наложении СССР.
С точки зрения внутреннего наложения СССР отчетный период
представляет картину вое более развертывающегося подъема как в области народного хозяйства, так и в области культуры.
Подъем этот был не только простым количественным накоплением сил. Подъем этот замечателен тем, что он внес принципиальные изменения в структуру СССР и коренным образомИзменил лицо
страны.
СССР за этот период преобразился в корне, сбросив с себя обличив отсталости и средневековья. Из страны аграрной он стал страной
индустриальной. Из страны мелкого единоличного сельского хозяйства он стал страной коллективного крупного механизированного сельского хозяйства. Из страны темной, неграмотной и некультурной он
стал — вернее, становится — страной грамотной и культурной, покрытой громадной сетью высших, средних и низших школ, действующих
на языках национальностей СССР.
Созданы новью отрасли производства: станкостроение, автомобильпая промышленность, тракторная промышленность, химическая промышленность, моторостроение, самолетостроение, комбайностроение,
производство мощных турбин и генераторов, качественных сталей, ферросплавов, синтетического каучука, азота, искусственного волокна
и т. д. и т. и. (Продолжительные
аплодисменты.)
Построены и пущены в ход за этот период тысячи новых вполне
современных промышленных
предприятий.
Построены гиганты
В роде Диеиростроя, Магнитостроя,
Кузнецкстроя, Делябстроя,
283

Бобриков, Уралмашстроя, Краммашстроя. Реконструированы на базе
повой техники тысячи старых предприятий. Построены новые предприятия и созданы очаги промышленности в национальных республи-"
ках и на окраинах СОСР: и Белоруссии, на Украине, иа Северном Кавк а з е , в Закавказья, в Средней Азии, в Казахстане, в Бурято-Монголии,
в Татарии, Башкирии, иа Урале, в Восточной и Западной Сибири, на
Дальнем Востоке и т. д.
Создано свыше двухсот тысяч колхозов и пяти тысяч совхозов
с новыми районными центрами и промышленными пунктами для них.
Выросли почти на пустом месте новые большие города с большим
количеством населения. Колоссально розрослись старые города и промышленные пункты.
Заложены основы Урало-Кузнецкого комбината — соединения Кузнецкого коксующегося угля с уральской железной рудой. Новую металлургическую базу на Востоке можно считать таким образом превращенной из мечты в действительность.
Заложены основы новой мощной нефтяной базы в районах западного и южного склонов Уральского хребта — по Уральскоф области,
Башкирии, Казахстану.
! Очевидно, что громадные капитальные вложения государства во
все отрасли народного хозяйства, составившие за отчетный период более 60 млрд. руб., — не прошли даром и начинают уже давать свои результаты.
В результате этих достижений народный доход ССОР вырос с
29 млрд. руб. в 1929 г. до 50 млрд. в 1933 г. при громадном падении
народного дохода за тот же период во всех без исключения капиталистичѳских странах.
Понятно, что все эти достижения и весь этот подъем должны были
привести — и действительно привели — к дальнейшему укреплению
внутреннего положения СССР.
Как могли произойти эти колоссальные изменения в какие-либо
три-четыре «года на территори громадного государства с его отсталой
техникой, с его отсталой культурой? Не чудо ли это? Это было бы
чудом, если бы развитие шло на базе капитализма и единоличного
мелкого хозяйства. Но это не может быть названо чудом, ес.ти иметь
в виду, что развитие шло у нас на основе развертывания социалистического строительства.
Понятно, что этот гигантский подъем мог развернуться лишь на
базе успешного строительства социализма, на базе общественного
труда десятков миллионов людей, на базе преимуществ социалистической системы хозяйства перед системой капиталистической и единолично-крестьянской.
Не удивительно поэтому, что колоссальный подъем экономики
и культуры ООСР за отчетный период означал вместе с тем ликвидацию капиталистических элементов и оттеснение на задний план
единоличного крестьянского хозяйства. Это факт, что удельный вес
социалистической системы хозяйства в области промышленности
составляет в настоящее время 99%. а в сельском хозяйстве, если
иметь в виду посевные площади зерновых культур, 84,5%, тогда
как на долю единоличного крестьянского хозяйства приходится
Всего 1 5 , 5 % .
Выходит, что капиталистическсе хозяйство в СССР уже лішвн284

дирозано. а единолично-крестьянский сектор в деревне оттеснен па
второстепенные позиции.

Ленин говорил при введении нэпа, что в нашей стране имеются
элементы пяти общественно-экономических укладов: 1) патриархальнее хозяйство (в значительной степени натуральное хозяйство),
2) мелко-товарное производство (большинство крестьян из тех, кто
продает хлеб), 3) частно-хозяйственный капитализм, 4) государственный капитализм, 5) социализм. Ленин считал, что из всех этих укладов должен в конце концов возобладать социалистический уклад. Мы
можем теперь сказать, что первый, третий и четвертый общественноэкономические уклады уже не существуют, второй общественно-экономический уклад оттеснен на второстепенные позиции, а пятый общественно-экономический уклад — социалистический уклад является
безраздельно господствующей и единственно командующей силой во
всем
народном
хозяйстве.
(Бурные,
продолжительные
аплодисменты.)

Таков итог.
В этом итоге — основа прочности внутреннего положения СССР,
основа стойкости его передовых и тыловых позиций в обстановке капиталистического окружения.
(Сталин.
1934 г.)

Отчетный

доклад

XVII

партсъезду

о

работе

ЦК

ВКЩб)

8. ПОСТРОЕНИЕ БЕСКЛАССОВОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
О Б Щ Е С Т В А - О С Н О В Н А Я ЗАДАЧА ВТОРОЙ ПЯТИЛЕТКИ
А. XVII съезд об основных задачах второй пятилетни

Героической борьбой рабочего класса уже за годы первой пятилетки построен фундамент социалистической экономики, разгромлен последний капиталистический класс — кулачество, а основные массы крестьянства—• ко тхозники — стали прочной опорой советской власти в деревне. OOGP окончательно укрепился на социалистическом пути.
В годы первой пятилетки в ОССР построена крупная технически
передовая промышленность, причем особенно значительные
успехи достигнуты в деле создания современной тяжелой индустрии— материальной базы социализма, основы реконструкция всего
народного хозяйства и условия для убыстренного развития легкой, пищевой промышленности и сельского хозяйства. Вновь организованы десятки новых отраслей производства: еложное станкостроение, автомобильная и тракторная промышленность, комбайностроение, самолето- и авиомоторостроение, производство мощных турбин и генераторов, производство качественных сталей, ферросплавов, алюминия, современная химическая промышленность, промышленность синтетического каучука, азота, искусственного волокна
и др. Реконструированы на основе современной техники трикотажная. швейная, обувная, мясная, консервная, бумажная промышленность и т. д. Построены тысячи передовых предприятий, переводящих
все народное, хозяйство на высокую ступень новой технической культуры и находящихся на уровне лучших образцов капиталистической
техники.

Коренным образом реконструировано в первой пятилетке сельское
хозяйство. Пролетариат, руководимый Ленинской партией, убедил
миллионы крестьянства в превосходстве коллективного производства
и создал в деревне новый колхозный строй. Победы в развитии промышленности обусловили гигантские успехи по переводу сельского хозяйства на рельсы машинкой техники. СССР стал страной самого
крупного в мире сельского хозяйства.
Крупные успехи в создании новой, социалистической дисциплины
труда, рост квалификации рабочих, значительные достижения в организации производства позволили добиться в ходе технической реконструкции огромных побед в деле поднятия производительности труда.
По темпам роста производительности труда СССР оставил позади все
капиталистические страны, даже в сравнении с годами высшего
подъема.
Пролетариат, преодолев огромные трудности, вытекающие из осуществления пятилетнего плана, добился исторического значения побед
в деле" улучшения положения трудящихся города и деревни. Преимущества советского строя уже на достигнутой ступени развития позволили полностью ликвидировать безработицу, ввести семичасовой рабочий день, уничтожить обнищание и пауперизм
в деревне.
Рабочий и колхозник получили полную уверенность в завтрашнем
дне, и лишь от качества и количества затрачиваемого ими труда зависит все большее повышение материального и культурного уровня
их жизии. Для трудящегося в СССР исчезла угроза безработицы, нищеты, голода. Уверенно и радостно смотрит каждый рабочий и колхозник на свое будущее, предъявляя все более повышенные требования к знанию и культуре.
За годы первой пятилетки СССР превратился в страну передовой
культуры. Ликвидирована неграмотность десятков миллионов рабочих и крестьян и осуществлен переход к всеобщему обязательному
начальному обучению. Широко развернулось внешкольное образование, резко возрос тираж газет, журналов и других печатных изданий.
Значительные успехи достигнуты в области развития научно-технической мысли, самостоятельно разрешившей ряд крупнейших техни-і
ческих проблем.
Особенно значительный хозяйственный и культурный рост имей
место в национальных районах Союза, быстро идущих, по пути окончательной ликвидации своей отсталости.
В итоге пятилетки перед лицом сотен миллионов трудящихся всего
мира впервые в истории человечества на деле доказана возможность
построения социализма в одной стране.
Все эти успехи первой пятилетки подготовили предпосылку и мощную базу для построения и осуществления второй пятилетки.
«Основной политической задачей второй пятилетки является окончательная ликвидация капиталистических элементов и классов вообще, полпое уничтожение причин, порождающих классовые различия
и эксплоатацию, и преодоление пережитков капитализма в экономике
и сознании людей, превращение всего трудящегося населения страны
в сознательных и активных строителей бесклассового социалистического общества (XVII партконференция).
Окончательная ликвидация остатков паразитических классов и
286

общий рост народного дохода, целиком идущего в распоряжение трудящихся, должны обеспечить во втором пятилетии еще более быстрый
подъем благосостояния рабочих и колхозных масс, значительный рост
реальной заработной платы, повышения уровня потребления трудящихся в 2—3 раза.
Осуществление этих задач возможно .лишь на базе развернутой
технической реконструкции всего народного хозяйства, промышленности, транспорта, сельского хозяйства. Поэтому основной и решающей хозяйственной задачей второй пятилетки является завершение
реконструкции всего народного хозяйства. Решающим же условием
завершения технической реконструкции народного хозяйства во второй пятилетке должно явиться освоение новой техники н новых производств. «Пафос нового строительства ...» должен быть дополнен во
втором пятилетии «пафосом освоения новых заводов и новой техники,
серьезным поднятием производительности труда, серьезным сокращением себестоимости» ( С т а л и н).
*

*

*

.. XVII съезд ВКП(б) устанавливает, что второй пятилетний план
развития народного хозяйства., представленный Госпланом Союза и
принятый ЦК ВКП(б) и СНК Союза ССР, обеспечивает:
а) ликвидацию капиталистических элементов и классов вообще,
окончательную ликвидацию, на основе полного завершения коллективизации крестьянских хозяйств и кооперирования всех кустарей,
частной собственности на средства производства; ликвидацию многоукладности экономики Советского Союза и установление социалистического способа производства как единственного опоооба производства,
с превращением всего трудящегося населения страны в активных н
сознательных строителей социалистического общества;
б) завершение технической реконструкции всего народного хозяйства ССОР на базе созданной в период первой пятилетки и идущей
по пути дальнейшего быстрого подъема промышленности, производящей средства производства (тяжелой промышленности);
в) более быстрый подъем благосостояния рабочих и крестьянских
• масс и при этом решительное улучшение всего жилищного и коммунального дела в СССР;
г) укрепление экономических и политических позиций пролетарской диктатуры на основе союза рабочего класса с крестьянством для
окончательной ликвидации капиталистических элементов и классов
вообще;
д) дальнейшее укрепление обороноспособности страны.
Осуществление этих задач, ведущее к вытеснению последних
остатков капиталистических элементов из всех их старых позиций
и обрекающее их на окончательную гибель, не может не вызвать
обострения классовой борьбы, новых попыток подрыва колхозов
со стороны кулачества, попыток вредительского саботажа наших
промышленных предприятий со стороны антисоветских сил. О
другой стороны, осуществление задач второй пятилетки, пятилетки
коренного подъема жизненного уровня рабочих и крестьянских
масс на основе завершения технической реконструкции всего народного хозяйства., не может не вызывать энтузиазма трудящихся, прилива щюизводственыой активности и растущего стремления
287

к освоению новой техники в широчайших массах трудящихся —
строителей социализма.
Беспощадно громя контрреволюционные вылазки классового врага
и сплачивая ряды ударников социализма для победоносного выполнения второго пятилетнего плана, рабочий класс вместе с колхозными
массами, иод руководством партии, ведущей неуклонную борьбу со
всяким оппортунизмом, преодолеет все и всякие трудности на пути
строительства социализма.
XVII съезд ВКП('б) указывает, что выполнение второго пятилетнего плана, плана общей технической реконструкции народного хозяйства, требует такой организации дела, при которой были бы обеспечены:
во-первых, оперативность и конкретность повседневного хозяйственного руководства, не мирящегося с бюрократическими извращениями в хозаппарате;
во-вторых, сосредоточение лучших инженерно-технических сил
на решающих производственных участках, а пе в канцеляриях учреждений;
в-третьих, правильная организация заработной, платы рабочих,
обеспечивающая материальное поощрение роста производительности
труда,;
в-четвертых, поднятие дела социалистического соревнования,
особенно в целях лучшего освоения новой техники и новых производств;
в-пятых, крепкая производственная дисциплина как в промышленных предприятиях и совхозах, так и в колхозах;
в-шестых, революционная бдительность против врагов диктатуры
пролетариата и действительная ответственность перед рабочим классом и его партией за порученное дело;
в-седьмых, дальнейшее укрепление союза рабочих и трудящихся
крестьян.
Во втором пятилетии ССОР осуществляет крупный шаг вперед
в деле изживания вековой противоположности человеческого общества—противоположности между городом и деревней — и создает
все необходимые предпосылки для устранения этой противоположности. По своей общественной форме сельское хозяйство становятся
однотипным с промышленностью, сельскохозяйственный труд превращается в разновидность труда индустриального, мощно возрастают
транспортные связи между городом и деревней, значительно сближаются темпы роста производства промышленности и сельского хозяйства, сближаются уровни материального благосостояния и культуры
трудящихся города и деревни.
СССР превращается во втором пятилетии в технико-окономи чески
независимую страну и в самое передовое в техническом отношении государство в Европе.
Выполнение второй пятилетки еще больше усилит значение
СССР как оплота борьбы международного пролетариата, еще
выше поднимет в глазах трудящихся эксплоатируемых масс всего
мира авторитет Страны советов как опорной базы мировой пролетарской революции. Новые великие исторические победы в строительстве социализма еще больше укрепят экономическую основу
боевой мощи Советского Союза, его способность огразить н
288

сокрушить любые поползновения врагов пролетарского государства. Мощный хозяйственный подъем и неуклонный рост благосостояния трудящихся масс СССР при кризисе в капиталистических
странах еще ярче подтвердят преимущества социалистической системы хозяйства перед капиталистической и историческую обреченность системы капиталистического рабства, еще полнее выявят гигантские творческие силы революционного пролетариата, завоевавшего власть и укрепляющего свою диктатуру в героической борьбе
за построение бесклассового социалистического общества.
XVII съезд ВКП(б) требует от всех членов партии большевистской борьбы за победу второго пятилетнего плана и призывает рабочих и колхозников сплотиться вокруг партии для выполнения
этой исторической задачи.
^Резолюция X V I I съезда ВКП(б) «О втором
народного хозяйства СССР (1933—1937)». 1934 г.)

пятилетнем

Б. С о ц и а л и з м — п е р в а я ф а з а н о м м у н а с т и ч е с к о г о
и основные черты этой ф а з ы

плане

развития

общества

В «Критике Готской программы» Маркс опровергает подробно
лассалевскую идею о получении рабочим при социализме «неурезаиного» или «полного продукта труда». Маркс показывает, что из
всего общественного труда всего общества пеобходігмо вычесть и
резервный фонд, и фонд иа расширение производства, и возмещение «сношенных» машин и т. п., а затем из предметов потребления
фонд на издержки управления, на школы, больницы, приюты престарелых и т. п.
Вместо туманной, неясной, общей фразы Лассаля («полный
продукт труда — рабочему») Маркс даег трезвый учет того, как
именно социалистическое общество вынуждено будет хозяйничать. Маркс подходит к конкретному анализу условий жизни такого общества, в KOTODOM не будет капитализма, и говорит при
этом:
«Мы имеем; здесь дело» (при разборе программы рабочей партии) «не с
таким коммунистическим обществом, которое развилось
на своей собственной
основе, а с таким, которое только что выходит как раз из капиталистического
общества и которое поэтому во всех отношениях, в экономическом, нравственном и умственном, ноент еше отпечаток старого общества, из недр которого
сею ІіЫІПЛО».

Все это коммунистическое общество, которое только йто вышло
на свет божий из недр капитализма, которое носит во всех отношениях отпечаток старого общества, Маркс и называет «первой»,
или низшей, фазой коммунистического общества.
Средства производства уже вышли из частной собственности
отдельных лиц. Средства производства принадлежат всему обществу. Каждый член общества, выполняя известную долю общественно-необходимой работы, получает удостоверение от общества,
что он такое-то количество работы отработал. По этому удостоверению он получает из общественных складов предметов потребления соответственное количество продуктов. За вьгчетсм того количества труда, которое идет на общественный фонд, каждый рабочий, следовательно, получает от общества столько же сколько
он ему дал.
19 Лештпнзм

289

Царствует как будто бы «равенство».
Но когда Лассаль говорит, имея в виду такие общественные порядки (обычно называемые социализмом, а у Маркса носящие название первой фазы коммунизма), это это «справедливое распределение», это это «равное право каждого на равный продукт труда»,
то Лассаль ошибается, и Маркс разъясняет его ошибку.
«Равное право.—'говорит Маркс, — мы здесь
действительно
имеем, но это е щ е «буржуазное право», которое, как и всякое
право, предполагает
неравенство.
Всякое право есть
применение одинакового
масштаба к раз л и ч и ы м людям,
которые на деле неодинаковы, не равны друг другу; и потому «равное право» есть нарушение равенства и несправедливость ». В самом
деле, каждый получает, отработав равную с другими долю общественного труда, равную долю общественного производства (за указанными вьгче-тами).
А между тем отдельные люди не равны: одип сильнее, другой
слабее; один женат, другой ист; у одного больше детей, у другого
меньше, и т. д.
« . . . При равном труде, — заключает Маркс, — следовательно, при равном
'участии в общественном потребительном фонде один получит на самом деля
больше, чем другой, окажется богачо другого н т. д. Чтобы избежать всего
этого, право, вместо того, чтобы быть равным, должно бы быть неравным...»

Справедливости и равенства, следовательно, первая фаза коммунизма дать еще не может: различия в богатстве останутся, и различия несправедливые, но невозможна будет эксп.гоатация человека
человеком, ибо нельзя захватить средства производства,
фабрики,
машины, землю и пр. в частную собственность. Разбивая "мелкобуржуазно неясную фразу Лассаля о «равенство» и «справедливости»
вообще, Маркс показывает ход развития коммунистического общества, которое вынужоено
сначала уничтожить только тѵ «несправедливость»,. это средства производства захвачены отдельными лицами, и которое не в состоянии сразу уничтожить и дальнейнгую
несправедливость, состоящую в распределении предметов потребления «по работе» (а не по потребностям).
Вульгарные экономисты, в том- числе буржуазные профессора,
в том число «наш» Тугаи, постоянно упрекают социалистов, будто
они забывают о неравенство людей и «мечтают» уничтожить это
неравенство: Такой упрцк, как видим, доказывает' только крайне
невежество гг. буржуазных идеологов.
Маркс не только точнейгшгм образом учитывает неизбежное неравенство людей, он учитывает также, что один ещо переход средств
производства в общую собственность всего общества («социализм»
в обычном словоупотреблении)
не
устраняет
недостатков
распределения и неравенства «буржуазного нрава», которое продолжает господствовать, поскольку продукты делятся «по работе».
«, . . Н о
эти
недостатки, — продолжает
Маркс, — неизбежны
»
первой
фазе коммунистического общества, в том его виде, как оно выходит, после
долгих мук родов, іп капиталистического общества. Право никогда лѳ может
быть вьгше, чем эконом и ческнй строй и обусловленное им культурное развитие о б щ е с т в а . . . »

Таким образом, в первой фазе коммунистического общества (которую обычно зовут социализмом) «буржуазное право» отменяется
299

не вполпе, а лишь отчасти, лишь в меру уже достигнутого экономического переворота, т. е. лишь по отношению к средствам производства. «Буржуазное право» признает их частной собственностью отдельных ,тиц. Социализм делает их общей собственностью.
Постольку — и лишь постольку — «буржуазное право» отпадает.
По оно остается вое же в другой своей части, остается в качество регулятора (определителя) распределения продуктов и распределения труда между членами общества. «Кто не работает, тот не
должен есть», — этот социалистический принцип уже осуществлен, —
«за равное количеств» труда равное количество продукта» — и этот
социалистический принцип уже осуществлен. Однако, это еще не
коммунизм H это еще не .устраняет «буржуазного права», которое
неравным людям за неравное (фактически неравное) количество
труда дает равное количество продукта.
Это — «недостаток», говорит Маркс, но он неизбежен в первой
фазе коммунизма, ибо, не впадая в утопизм, нельзя думать, что,
свергнув капитализм, люди сразу научатся работать иа общество
без всяких норм права, да и экономических предпосылок такой перемены отмена капитализма не дает сразу.
А других «норм, кроме «буржуазного права», нет. И постольку
остается ещо необходимость в государстве, которое бы, охраняя общую собственность на средства производства, охраняло равенство
труда и равенство дележа продукта.
Государство отмирает, поскольку капиталистов ужо нет, классов
уже нет, подавлять поэтому какой бы то ни было класс нельзя.
Но государство еще но отмерло совсем, ибо остается охрана «буржуазного нрава», освящающего фактическое неравенство. " Для полного отмирания государства нужен полный коммунизм.
(Л с и п п. Соч., т. X X I , «Государство п революция», стр. 433—435. 1917 г.)

V.. Такого социализма, при котором все люди получали бы одну
п ту жо плату, одинаковое количество мяса, одинаковое количество
хлеба, носили бы одни и те же костюмы, получали бы одни и те
же продукты в одном и том же количестве, — такого социализма
марксизм не знает. Марксизм говорит лишь одно: пока окончательно
не уничтожены классы, и пока труд ие стал из средства для существования первой потребностью жизни, добровольным трудам на
общество, люди будут оплачиваться за свою работу по труду. «От
каждого по его способностям, каждому по его труду», — такова
марксистская формула социализма, т. е. формула первой стадии коммунизма, первой стадии коммунистического общества. Только на
высшей стадии коммунизма, только при высшей фазе коммунизма
каждый, трудясь в соответствии со своими способностями," будет
получать за свой труд в соответствии со своими потребностями. «От
каждого по способностям, каждому но потребностям».
Совершенно ясно, что разные люди имеют п будут иметь при социализме разные потребности. Социализм никогда не отрицал разницу во вкусах, в количество и качестве потребностей. Прочтите,
как Маркс критиковал Штирнера за его тенденции к уравниловке,
прочтите марксову критику Готской программы 1S75 г., прочтите последующие труды Маркса, Энгельса, Ленина и вы увидите, с какой резкостью они нападают на уравниловку. Уравниловка имеет
4
*
291

своим источником крестьянский образ мышления, психологию дележки всех благ поровну, психологию примитивного крестьянского
«коммунизма». Уравниловка не имеет ничего общего с марксистским социализмом. Только люди, не знакомые с марксизмом, могут
представлять себе дело так примитивно, будто русские большевики
хотят собрать воедино все блага и затем разделить их поровну. Tai
представляют себе дело люди, не имеющие ничего общего с марксизмом. Так представляли себе, коммунизм люда вроде примитивных «коммунистов» времен Кромвеля и Французской революции.
Но марксизм и русские большевики не имеют ничего общего с подобными уравниловскими «коммунистами ».
( С т а л и н . Беседа о ненецким писателем Эмилем Людвигом. 1932 г.)
9. КОММУНИЗМ — В Ы С Ш А Я Ф А З А КОММУНИСТИЧЕСКОГО
О Б Щ Е С Т В А — К О Н Е Ч Н А Я ЦЕЛЬ Б О Р Ь Б Ы ПРОЛЕТАРИАТА

. . Общая характеристика коммунистического общества дана в
трудах Маркса, Энгельса и Ленина. Если дать вкратце анатомию
коммунистического общества, то это будет такое общество: а) гдо
не будет частной собственности на орудия и средства, производства,
а будет собственность общественная, коллективная; б) где не будет
классов и государственной власти, а будут труженики индустрии
и сельского хозяйства, экономически управляющиеся, как. свободная
ассоциация трудящихся; в) где народное хозяйство, организованное по плану, будет базироваться на высшей технике как в области индустрии, так и в области сельского хозяйства; г) где ие будет противоположпоети между городом и дерешпей, между индустрией и сельским хозяйством; д) где 'продукты будут распределяться но 'принципу старых французских коммунистов: «от каждого
но способностям, каждому по потребностям»; е) где наука и искусство будут пользоваться .условиях™ достаточно благоприятігами для
того, чтобы добиться полного расцвета; ж) где личность, свободная
от забот о куске хлеба и необходимости подлаживаться к, «сильным
мира», станет действительно свободной. II т. д. и т. п. Ясно, что до
такого общества нам еще далеко.
Что касается международных уел они Ii, необходимых для полного торжества коммунистического общества, то они будут складываться и нарастать но мере нарастания революционных кризисов
и революционных взрывов рабочего класса в капиталистических
странах. Нельзя представлять дело так, что рабочий класс одной
страны или нескольких стран будет итти к социализму и тем более
к коммунизму, а капиталисты других стран будут смотреть на это
равнодушно и сидеть сложа руки. Тем более нельзя представлять,
что рабочий класс в капиталистических странах согласится быть іцюстым зрителем победоносного развития социализма в той или иной
стране. На самом деле капиталисты будут делать все зависящее от
них для того, чтобы задушить такие страны. На самом деле каждый серьезный шаг к социализму и тем более к коммунизму в той
или иной стране неизбежно будет сопровождаться неудержимым
порывом рабочего класса капиталистических стран к завоеванию
диктатуры и социализма в этих странах. Таким образом в ходе
дальнейшего развития международной революции будут склады292

ваться два. центра мирового масштаба: центр социалистический, стягивающий к себе страны, тяготеющие к, социализму, и центр капиталжопичѳашй, стягивающий к себе страны, тяготеющие к капитализму. Борьба этих двух центров за обладание мировым хозяйством:
решит судьбу кашитализма и коммунизма во всем мире. Ибо окончательное поражение мирового капитализма есть победа социализма
па ареие мирового хозяйства.
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
делегацией», стр. 260—287. 1927 г.)

«Соседа

с

первой

американской

рабочей

Маркс »продолжает:
« . . . На высшей фазе к о м м у н и с т четкого общества после того, как исчез|лст порабощающее чедовеіга подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного
и физического
труда;
когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой
потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидуумов
вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, — лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на
своем знамени: «Каждый но способностям, каждому но потребностям»».

Только теперь мы можем оценить вею правильность замечаний
Энгельса, когда он беспощадно издевался над нелепостью соединения слов: «свобода.» и «государство». Пока есть государство, нет
свободы. Когда будет свобода, не будет государства.
Экономической основой полного отмирания государства является такое высокое развитие коммунизма, при котором исчезает противоположность умственного и физического труда, исчезает, следовательно, один из важнейптх источников современного, общественного неравенства и притом такой источник, которого одним переходом средств производства в общественную собственность, одной
экспроприацией каятталистш сразу устранить никак нельзя.
Эта экспроприация .даст возможность гигантского развития производительных сил. И, видя, как. теперь уже капитализм невероятно
задерживает это развитие, как многое можно было бы двинуть вперед на базе современной, уже достигнутой техники, мы в нраве с
полнейшей уверенностью сказать, что экспроприация капиталистов
неизбежно даст гигантское развитие ртюігзводителышх сил человеческого обществ«!.. Но как скоро пойдет это развитие дальше, как
скоро »дойдет оно до разрыва с разделением труда, до уничтожении противоположности между умственным и физическим трудом,
до превращения труда з ^первую жизненную потребность», этого
мы не внаем и знать не .можем.
Поэтому мы и в праве говорить лишь о неизбежном отмирании
государства, подчеркивая длительность этого процесса., его зависимость от быстроты развития высшей фазы коммунизма и остав-.
ляя совершенно открытым вопрос о сроках или о конкретных формах отми рания, ибо материала для решения таких воігрооов ж т.
Государство сможет отмереть полностью тогда, когда общество
осуществит правило: «каждый но способности, каждому по потребностям», т. е. когда, люди настолько привыкнут к соблюдению основных правил общежития и когда их труд будет настолько »производителен, что они добровольно будут трудиться по способностям.
293

«Узкий горизонт буржуазного права», заставляющий высчитывать,
с черствостью Шейлока. не переработать бы лишних получаса
против другого, не получить бы меньше платы, чем другой, ѳтот
узкий горизонт будет тогда перейден. Распределение продуктов
не будет требовать тогда нормировки со стороны общества количества получаемых каждым продуктов; каждый будет свободно брать
«по потребности».
С точки зрения буржуазной легко объявить подобное общественное устройство «чистой утопией» и зубоскалки» по поводу того,
что социалисты обещают каждому право получать от общества, без
всякого контроля за трудом отдельного гражданина, любое количество трюфелей, автомобилей, пианино и т. п. Таким зубоскальством
отделывается и поныне большинство буржуазных «ученых», которые обнаруживают этим и свое невежество и свою "корыстную защиту капитализма.
Невежество, ибо «обещать», что высшая фаза развития коммунизма наступит, ни одному социалисту в голову не приходило,'а
предвидение великих социалистов, это оаіа наступит, предполагает
и нетоперешнюю производительность труда и нетеперешнего обывателя, способного «зря», вроде как бурсаки у Помяловского, портить
склады общественного богатства и требовать невозможного.
До тех пор, пока наступит «высшая» фаза коммунизма, социалисты требуют строжайшего контроля со стороны общества и со
стороны государства
над мерой труда и мерой потребления, но
только контроль этот должен начаться с экспроприации капиталистов. с контроля рабочих за капиталистами и проводиться пе государством чиновников, а государством вооруженных
рабочих.
Корыстная защита капитализма буржуазными идеологами (и их
прихвостнями вроде гг. Церетели. Черновых и К'0) состоит именно в
том, что спорах!и и разговорами о далеком будущем они подменяют
насущный и злободневный вопрос сегодняшней
политики: экспроприацию капиталистов, превращение всех граждан в работников и
служащих одного крупного «синдиката», именно: всего государства,
и полное подчинение всей работы всего этого синдиката, государству
действительно демократическому,
государству
Советов рабочих
и
солдатских депутатов.
В сущности, когда ученый профессор, а за ним обыватель, а за
ким господа Церетели и Черновы говорят о безрассудных утопиях,
о .демагогических обещаниях большевиков, о невозможности «віведепия» социализма, они имеют в виду именно высшую стадию или
фазу коммунизма, «вводить» который никто не только не обещал,
по и не помышлял, ибо «ввести» ее вообще нельзя.
II здесь мы подошли к тому вопросу о научном различии между
социализмом к коммунизмом, которого коснулся Энгельс в приведенном выше рассуждении его о неправильности названия «социалдемократы». Политически различие между первой, или низшей, и
высшей фазой коммунизма со временем будет, вероятно, громадно,
но теперь, при капитализме, признавать его было бы смешно и
выдвигать его на первый план могли бы разве лишь отдельные анархисты (если еще остались среди анархистов люди, ничему не научившиеся после «плехановского» превращения Кропоткиных, Грава.
Корнелиссепа и прочих «звезд» анархизма в социал-шовинистов или
£54

в анархо-тралшейников, как выразился одан из немногих сохранивших честь и совесть анархистов Гэ).
Но научная разница между социализмом и коммунизмом ясна.
То. чтб обычно называют социализмом, Марке назвал «первой», или
низшей, фазой коммунистического общества. Поскольку общей собственностью становятся средства производства, постольку слово
«коммунизм» и тут применимо, если не забывать, что это не полный
коммунизм. Великое значение разъяснений Маркса состоит в том.
что он последовательно применяет и здесь материалистическую
диалектику, учение о развитии, рассматривая коммунизм, как нечто
развивающееся ѵз капитализма. Вместо схоластически-выдумадашх,
«сочиненных» определений и бесплодных споров о словах (что социализм, что коммунизм). Маркс дает анализ того, что можно бы
назвать ступенями экономической зрелости коммунизма.
(Ленин.

Соч., т. X X I . «Государство и революция», стр. 435—433. і9і7

г.)

А Г Р А Р Н О - К Р Е С Т Ь Я H CK И И
ВОПРОС

к ПОСТАНОВКА АГРАРНО-КРЕСТЬЯНСКОГО
ВОПРОСА В МАРКСИЗМЕ-ЛЕНИНИЗМЕ
I. ТОВ. СТАЛИН О ПОСТАНОВКЕ АГРАРНО-КРЕСТЬЯНСКОГО
ВОПРОСА В ЛЕНИНИЗМЕ

Иные думают, что основное в ленинизме — крестьянский вопрос,
что исходным пунктом ленинизма является вопрос о крестьянстве,
ого роли, ого удельном весе. Это совершенно неверно. Ословпым
вопросом в ленинизме, его отправным пунктом является не крестьянский вопрос, а вопрос о диктатуре пролетариата, об условиях ее
завоевания, об условиях ое укрепления. Крестьянский вопрос, как
вопрос о союзнике пролетариата в его борьбе за власть, явл яется
вопросом производным.
Это обстоятельство, однако, не лишает его нисколько того
серьезного животрепещущего значения, которое, несомненно, имеет
оп для пролетарской революции. Известно, что серьезная разработка крестьянского вопроса в рядах русских марксистов началась
именно накануне первой революция (1905 г.), когда вопрос о свержении царизма и проведении гегемонии -пролетариата предстал
перед партией во весь свой рост, а вопрос о союзнике пролетариата
в "предстоящей буржуазной революции принял животрепещущий
характер. Известно также, что крестьянский вопрос в России принял еще более актуальный характер во время пролетарской революции. когда вопрос о диктатуре пролетариата, об ее завоевании и
удержании привел к вопросу о союзниках пролетариата в предстоящей пролетарской революции. Оно и попятно: кто идет и готовится к власти, тот не может не интересоваться вопросом о своих
действительных союзниках.
В этом смысле крестьянский вопрос является частью общего
вопроса о диктатуре пролетариата и, как таковой, представляет один
из самых животрепещущих вопросов ленинизма.
Равнодушное!, а то и прямо отрицательное отношение к крестьянскому вопросу со стороны партий II Интернационала объясняется
не только особыми условиями развития на Западе. Оно объясняется
прежде всего тем, что эти партии не верят в пролетарскую диктатуру, боятся революции и не думают вести пролетариат к власти; а
кто боится революции, кто не хочет вести пролетариев к власти,
296

тот не может интересоваться вопросом о союзниках пролетариата в
революции, — для него вопрос о союзниках является вопросом безразличным, по актуальным. Ироническое отношение героев II Интернационала к крестьянскому вопросу считается у них признаком
хорошего тона, признаком «настоящего» марксизма. На самом деле
тут нет ни грана марксизма, ибо равнодушие к такому важному
вопросу, как крестьянский вопрос, накануне пролетарской революции является обратной стороной отрицания диктатуры пролетариата, несомненным признаком прямой измены марксизму.
Вопрос стоит так: исчерпаны
ли уже революционные возможности, таящиеся в недрах крестьянства, в силу известных условий
его существования, или нет, и если не исчерпаны, есть ли
надежда,
основание
попользовать эти возможности для пролетарской революции, превратить крестьянство, его экоплоатируемое большинство,
из резерва буржуазии, каким оно было во время буржуазных
революций Запада и каким оно остается и теперь, — н резокв 'пролетариата, в его союзника?
Ленинизм отвечает на этот вопрос положительно, т. е. в духе
признания в! рядах большинства крестьянства революционных способностей и в духе возможности их использования в интересах
пролетарской диктатуры. История трех революций в России целиком подтверждает выводы ленинизма па этот счет.
Отсюда практический вывод о поддержке, обязательной поддержке трудящихся маое крестьянства в их борьбе против кабалы
и экошюатации, в их борьбе з а избавление от гнета и нищеты. Это
по значит, конечно, что -пролетариат должен поддерживать всякое.
крестьянское движение. Речь идет здесь о поддержке такого движения и такой борьбы крестьянства, которые облегчают прямо или
косвенно освободительное движение пролетариата, которые льют
воду так или иначе на мельницу пролетарокой революции, которые
способствуют превращению крестьянства в резерв и союзника рабочего класса.
( С т а л ил.
1924

Вопросы

ленинизма.

«06

основах

ленинизма»,

сто.

30—38.

Г.)

2. ЗАКОНЫ Р А З В И Т И Я КАПИТАЛИЗМА В ЗЕМЛЕДЕЛИИ

Общие законы развития капитализма в земледелии п разнообразие форм проявления этих законов всего удобнее изучать на примере Ооед. Штатов. И такое изучение приводит к выводам, которые
можно подытожить в следующих кратких положениях.
Ручной труд неизмеримо более -преобладает в земледелии над
машиной, но сравнению с промышленностью. Но машина неуклонно
идет вперед, поднимая технику хозяйства, делая его более крупным, более капиталистическим. Машины употребляются в современном земледелии капитатистически.
Главный признак и показатель капитализма в земледелии — наемный труд. Развитие 'наемного труда, как и рост употребления
машин, мы ішдим во всех районах ст, ,ны, во всех отраслях сельского хозяйства. Рост числа наемных рабочих обгоняет рост сельского и всего населения страны. Рост числа фермеров отстает от
роста сельского населения. Усиливаются и обостряются классовые

противоречия.

іідет вперед .вытеснение мелкого производства крупным в земледелии. Сравнение данных 1900 и 1910 гг. о всем имуществе ферм
вполне доказывает это.
ІІо это вытеснение преуменьшается. положение мелких земледельцев прикрашивается в силу тою, что исследователи ограничились в 1910 г. в Америке — как ограничиваются почти везде и
Европе—-классификацией хозяйств но количеству земли. Чем шире
небыстрее идет интенсификация земледелия, тем больше получается указанное преуменьшение и прикрашиваіше.
Капитализм растет не только путем ускорения развития крупных
по площади хозяйств в экстенсивных районах, но и путем создания
более крупных по размеру производства, более капиталистических
хозяйств на более мелких участках земли в интенсивных районах.
В итоге концентрация производства в крупных хозяйствах на
деле сильнее, вытеснение мелкого производства на дате идех
дальше и глубже, чем представляют обычные данные о фермах
различного размера но площади земли. Данные переписи 1900 г.,
разработанной тщательнее, детальнее, научнее, не оставляют на
этот счет ни тени сомнения.
ІІдет вперед экспроприация мелкого земледелия.
Неуклонно
уменьшается в течение последних десятилетий процент собственников среди общего числа фермеров, которое в свою очередь отстает в своем росте от роста населения. В самом главном районе,
дающем наибольшую массу земледельческих продуктов и не знающем ни остатков рабовладения ни громадной колонизации, на
севере абсолютно уменьшается число собственников всей фермы.
За последнее десятилетие уменьшился процент фермеров, владеющих скотом вообще; в противовес увеличению процента хозяев,
имеющих молочный скот, увеличится и гораздо сильнее процент
безлошадных, особенно среди мелких фермеров.
В общем и целом сравнение однородных данных за одно и тс
же время относительно промышленности я земледелия показывает
нам, при несравненно большей отсталости второго, замечательную
одинаковость законов эволюции, вытеснение мелкого производства
и тут и там. 1
( Л е в и н . Соч., т. XVII, «Новые данные о законах
стр. 014—045. 1914 Г.)

развития

капитализма»,

» Примечание
составителя. Ревизионисты (Герц, Давид, Фольмар и др.), по
буржуазному исказившие марксизм, отрицали заной концентрации в сельском
хозяйстве, выдвигали теорию укрепления мелкого производства в деревне в
условиях капитализма, зама-зываля классовые противоречия, порождаемые капитализмом в деревне. Так Давид писал:
«Мы прежде Есего должны констатировать глубокое различие
по
существу
между сельскохозяйственным и индустриальным производством. Такое различие
но существу мы признали в том, что основу сельскохозяйственного производства "составляет процесс
органический,
основу индустриального производства —
•процесс механический•».
Отсюда, но Давндѵ, «победное шествие сложных п крупных машин в индустрии, приводящее к гибели и разорепию мелких хозяйств, останавливается
на границе сельского хозяйства, ибо здесь орудия производства далеко не
имеют решающего значения в органических процессах, являющихся основою
и земледелия и скотоводства.
сЕояи мы в заключение окинем взглядом всю совокупность фактов, проблем и тенденций, связанных с вопросом об аграрной революции, то одно для

£38

. . . Технические и экономические преимущества крупного производства приводили к вытеснению и разрушению в ксіЕкурентноіІ
борьбе до-ка-ігиталпстических хоеяйственных форм и к вое возрастающей концентрации и централизации капитала. В области промышленности ©тот еакон концентрации и централизации проявлялся
прежде всего в прямой гибели мелкого производства, частью же в
низведении его до роли вспомогательных ячеек крупных предприятий. В о б л а е т сельского хозяйства, неизбежно отстававшего в силу
существования монополии па землю и абсолютной ренты от общего
темпа развития, он находил свое выражение не только в диференциации крестьянства и в пролетаризации пгироких его слоев, но
главным образом в явных и скрытых формах подчинения мелкого
крестьянского хозяйства господству крупного капитала, причем
мелкое хозяйство могло сохранить видимость своей независимости
лишь целою крайнего напряжения труда и систематического недопотребления.
(Программа Комігнтерна, раздел I, глава

I.)

Разложение крестьянства, развивая на счет среднего «крестьянства» его крайние группы, создаст два новые типа сельского населения. Общий признак обоих типов — товарный, денежный характер
хозяйства. Первый новый тип—сельская буржуазия или зажиточное крестьянство. Сюда относятся самостоятельные хозяева, ведущие торговое; земледелие во всех его разнообразных формах (мы
опишем главнейшие из этих форм в главе IV), затем владельцы
торгово-промышленных заведений, хозяева торговых предприятий
и т. п. Соединение торгового земледелия с торгово-промышленными
предприятиями есть специфически свойственный этому крестьянству
вид «соединения земледелия с промыслами». Из этого зажиточного
крестьянства вырабатывается класс фермеров, ибо аренда земли для
продажи хлеба играет (в земледельческой полосе) громадную рать
в их хозяйстве, нередко большую, чем надел. Размеры хозяйства
превышают здесь в большинстве случаев рабочие силы семьи, и
потому образование контингента- сельских батраков, а еще более
нее будет несомненно, что марксист кое учение о концентрации производства
не применимо к сельскому хозяйств)
( Д а в и д . «Социализм и сельское хоБЛЙСГВО»),

Социал-фашист Гнльфгрдипг заявляет:
с Kar. раз применение марксовл. метода покалывает, что закон концентрации не имеет для сельского хозяйства никакого значения.
Огго Бауэр, скрывал за -левыйа фразами буржуазное содержание своей
ПОЛИТИКИ, пнеал:
«Б сельском хозяйстве развитие идет но другому пути, ѵсм в промышленности. Мелкое предприятие в сельском хозяйстве отнюдь не представляет
іреляхца окончательной гибели, как в промышленности, — более того, иногда
здесь мелкое хозяйство может даже расшириться за счет крупного. Широкая
масса с ель : ко хозя й етневи ы х мелких предприятий избавлена, таким образом,
от ужасной участи, ::осгигшей бесчисленные массы метких промышленных
предприятий'. (О. Б а.у о р. «Борьба за землю», стр. 203).
Политический смысл этих буржуазных реакционных теоппй ваключается
в отрицании возможности пролетарской революции в современном капиталистическом общество. Беда (крестьянство не разоряется при капитализме, а
процветает, то пролетариат не может нметь в деревне союзников в своей
борьбе за диктатуру пролетариата, а после завоевания власти не может
стропть крупное социалистическое хозяйство в деревне

поденщиков, есть необходимое условие существования зажиточного
крестьянства. Свободные деньги, получаемые в виде чистого дохода этим крестьянством, обращаются или на торговые и ростовщические операции, так непомерно развитые в нашей деревне, либо —
при благоприятных условиях — вкладываются в покупку земли,
улучшения хозяйства и т. л. Одним словом, это — мелкие аграрии.
Численно крестьянская буржуазия составляет небольшое меньшинство всего крестьянства, — вероятно, но более одной пятой доли
дворов (что -соответствует приблизительно трем десятым населения),
причем это отношение, разумеется, сильно колеблется в разных
местностях. Но -по своему значению во всей совокупности крестьянского хозяйства, — в общей сумме принадлежащих крестьянству
средств производства, в общем количестве производимых крестьянством земледельческих -продуктов,—крестьянская буржуазия является
безусловно преобладающей. Она — господин современной деревтш.
. . . Другой новый тип — сельский пролетариат, класс
темных
рабочих с наделом, Сюда входит неимущее крестьянство, в том числе
и совершенно безземельное, но типичнейшим представителем русского
сельского пролетариата является батратс, поденщик, чернорабочий,
строительный или иной рабочий о наделом. Ннчтожпый размер хозяйства на клочке земли и притом хозяйства, находящегося в полном упадке (о чем особенно наглядно свидетельствует сдача земли),
невозможность существовать без продажи рабочей силы { = «промыслы» неимущего крестьянства), в высшей степени низкий жизненный уровень — даже уступающий, вероятно, жизненному уровню рабочего без надела,—вот отличительные черты этого типа. * К представителям сельского пролетариата должно отнести не менее половины (всего чи-сла крестьянских дво[юв (что соответствуст приблизительно 7,о населения), т. е. всех безлошадных и большую
часть однолошадных крестьян (разумеется, ѳго лишь массовый примерный расчет, подлежащий в различных -районах более или менее
значительным -видоизменениям, сообразно с местными условиями).
Основания, которые заставляют думать, что такая значительная
доля крестьянства -принадлежит уже теперь к сельскому пролетариату, были приведены выше. Следует добавить, что в нашей
литературе зачастую слишком шаблонно понимают то -положение
теории, что капитализм требует свободного безземельного рабочего. Это вполне верно, как основная тенденция, но в земледелие
капитализм: проникает особенно медленно и среди чрезвычайного
разнообразия форм. Наделение сельского рабочего землей делаете а
очень часто в интересах самих сельских хозяев, и потому тип сельского -рабочего с наделом свойственен всем капиталистическим стпанам...
. . . Промежуточным звеном между этими пореформенными типами
«крестьянства» является среднее крестьянство. Оно отличается наименьшим развитием товарного хозяйства. Самостоятельный земледельческий труд разве лишь в лучший год и при особо благоприятных условиях покрывает -содержание такого крестьянства, и потому
* Для того, чтобы доказать правильность отнесения неимущего крестьянства к м а с с у наемных рабочих <• наделом, надо показать не только, как и
какое крестьянство продает рабочую силу, по также и — как и какие пред*
тгрянимате.ти покупают рабочую с и.ад.
300

оно находится в крайне неустойчивом положении. В большинстве
случаев средний крестьянин не может свести концов с концами без
того, чтобы не (прибегать к займам под отработки и т. п., без того,
чгобы но иокать «подсобных» сторонних заработков, состоящих
тоже отчасти из продажи рабочей силы и т. д. Каждый неурожай
выбрасывает маосы среднего крестьянства в ряды пролетариата. По
своим общественным отношениям эта- группа колеблется между
высшей, к которой она. тяготеет и в которую удается попасть лишь
небольшому .меньшинству счастливцев, и между низшей, в которую
ее сталкивает весь ход общественной эволюции. Мы видели, что
крестьянская буржуазия оттесняет не только низшую, но и среднюю
I рушу крестьянства. Таким образом происходит специфически
свойственное капиталистическому хозяйству вымирание средних членов и усиление крайностей — «раскрестьянивание».
( Л е н и н . Соч., т.
131—132. 1S99 г.)

III,

«Развитие

капитализма

в

России»,

стр.

12S—129,

3. С У Д Ь Б Ы МЕЛКОГО КРЕСТЬЯНСКОГО Х О З Я Й С Т В А 8 ЭПОХУ
СОВРЕМЕННОГО КРИЗИСА КАПИТАЛИЗМА

1. В странах капитализма экономический кризис, переплетаясь
с сельскохозяйственным кризисом, в огромной степени ускоряет пауперизацию миллионов крестьян, разоряемых падением цен на сельскохозяйственные товары и задавленных высокими налогами, повинностями. арендными платежами и ростовщическими долгами.
Резко обозначается процесс деградации мелких и средних крестьянских хозяйств. Буржуазными правительствами в целях преодоления
аграрного кризиса принимаются меры к сокращению посевных площадей основных продуктов питания и сельскохозяйственного сырья.
Растущая механизация сельского хозяйства в ряде капиталистических стран, распространяясь главным образом на крупнокаииталистическио хозяйства, еще более способствует быстрому обнищанию широких трудящихся крестьянских масс.
(Резолюция XI пленума ИККІІ.)

. . . Ньгнсшнин кризис является первым после войны мировым экономическим кризисом. Он является мировым кризисом не только
R том смысле, что охватывает все или почти все промышленные страны мира, причем даже Франция, систематически впрыскивающая
в свой организм миллиарды марок репарационных платежей Германии. но смогла избегнуть известной депрессии, которая должна, по
всем данным, перейти в кризис. Он является мировым» кризисом еще
в том смысле, что •кризис промышленный, совпал по времени с кризисом сельскохозяйственным,
охватывающим производство всех видов
сырья и 'продовольствия в основных аграрных странах мира,
. . . Нынешний мировой кризис развертывается неравномерно, несмотря на его всеобщий характер, поражая те или иные страны в разное время и с различной силой. Промышленный кризис начался
раньше всего в Польше, Румынии, на Балканах. Он развертывался
там в продолжение всею прошлого года. Явные признаки начавшегося сельскохозяйственного кризиса имелись уже в конце 1928 г.
г. Канаде, в САСШ, в Аргентине, в Бразилии, в Австралии. За весь
301

этот период промышленность в САСШ идет в гору. К середине 1920 г.
•промышленное производство в САСШ достигает почти рекордной ві.
соты. Только со второй половины 1929 г. начинается перелом и потом
уже развертывается стремительный кризис промышленного производства, отбросивший САСШ к уровню 1927 г. Вслед за этим идет промышленный кризис в Канаде, в Японии. Затем идут банкротства и кризис
в Китае и колониальных странах, где кризис усугубляется падением
цеп на серебро и где кризис перепроизводства сочетается с разрушением крестьянского хозяйства, доведенного экоплоатацией феодалов
и непосильными налогами до полпого истощения. Что касается Западной Европы, то там кризис начинает входить в силу лишь в начале этого года, причем пе везде с одинаковой силой, а Франция даже в этот период все еще продолжает проявлять рост промышленного
производства...
. . . Мировой экономический кризис развертывает свое разрушительное действие, спуская ко дну целые слои средних и мелких капиталистов, разоряя целые группы рабочей аристократии и фермеров и обрекая па голод миллионные массы рабочих . . .
(С т а л іт Я. Вопросы; ленітппзма.
В К Щ б р , стр. 48g—489, 401. 1930 Г.)

- Политический

отпет

ЦК XVI

4. М А Р К С И З М - Л Е Н И Н И З М О ДВОЙСТВЕННОЙ ПРИРОДЕ
ТОВАРОПРОИЗВОДИТЕЛЯ И Х А Р А К Т Е Р Е ЕГО
РЕВОЛЮЦИОННОСТИ

съезду

МЕЛКОГО

'Из всех классов, противостоящих в настоящее время буржуазии,
один только пролетариат является действительно революционным
классом. Остальные классы приходят в упадок и гибнут с развитием
крупной промышленности, пролетариат же — ее собственный ПРОДУКТЕ.

Средние слои, — мелкий промышленник, мелкий торговец, ремесленник, крестьянин, — все опи борются против буржуазии для того,
чтобы спасти от гибели свое существование как среднего сословия.
Они, следовательно, не революционны, а консервативны. Даже бол е е — ОІПІ реакционны, они стремятся повернуть назад колесо истории. Если они и бывают революционны, то лишь постольку, поскольку
им предстоит переход в ряды пролетариата, поскольку они -защищают
не свои настоящие, а свои будущие интересы, поскольку они покидают свою собственную точку зрения, чтобы встать на точку зрения
пролетариата.
( М а р к с и Э н г е л ь с . «Манифест коммунистической партии».
Иабр. пропив., т. I, сгр. 161. 1847 г.)

К. М а р к о .

. . . «Растет недовольство трудящейся и экогтлоатируемой массы» —
это верно, по недовольство пролетариата и недовольство мелкого производителя совершенно неправильно отождествлять и сливать, как это
здесь сделано. Недовольство мелкого производителя очень часто порождает (и неизбежно должно в нем шли в значительной части его
порождать) стремление отстоять свое существование как мелкого собственника, т. е. отстоять основы современного порядка и даже повернуть его назад.
. . . «Обостряется ее борьба и прежде всего борьба ее передового
представителя — пролетариата»... Обострение борьбы, конечно,
302

•идет it у мелкого производителя. Но его «борьба» очень чисто направляется против пролетариата, ибо самое положение мелкого производителя очень во многом резко противополагает его интересы интересам пролетариата. «Передовым представителем» мелкой буржуазия
пролетариат вовсе не является, вообще говоря. Если это и бывает, то
лить тогда, когда мелкий производитель сознает неизбежность
своей гибели, когда он „ «п о к и дает
свою точку зрения и перт ходит на точку зрения пролетариата». Передовым же представителем современного
мелкого производителя, еще но покинувшего
«своей точки зрения», является очень часто антисемит и аграрий, националист и народник, социал-реформатор и «критик марксизма» . . .
Проект говорит в положительной форме о революционности мелкой буржуазии (если она «поддерживает» пролетариат, разве это но
значит, что она революционна?) и ни слова не говорит о ее консервативности (и даже реакционности). Это совершенно односторонне и
неправильно.
стр.

( Л е н пн.
78—79.

Ленинский

1902

г.)

сборник

II,

«Замечания

па

проект программы»,

Вся политическая экономия, если кто-либо чему-нибудь из нее
научился, вся история революции, вся история политического развития в течение всего X I X века учит нас, что крестьянин ндет либо
за рабочим, либо за буржуа. Он не может іггти иначе. Это, конечно,
иному демократу, пожалуй, покажется обидным, — иной подумает,
что я нз марксистского злопыхательства на крестьянина клевещу.
Крестьян большинство, они труженики — и не могут итти своим путем! Почему?
Если вы но знаете почему, сказал бы я таким гражданам, почитайте начатая политической экономил Маркса, его изложение у Каутского, подумайте над развитием любой из крупных революций XVIII
h X I X века, над политической историей любой страны X I X века. Она
вам ответит почему. Экономика капиталистического общества такова,
что господствующей силой Может быть только капитал или свергающий его пролетариат.
Иных сил нет в экономике этого общества.
Крестьянин является полугружетгком, полуснокул янтом. Крестьянин труженик, потому это потом п кровью добывает себе свой
хлеб, его эксплоатируют помещики, капиталисты, купцы. Крестьянин — спекулянт, потому что продает хлеб, предмет необходимости,
предмет, который, если его нет, стоит того, чтобы отдать за него все
имущество.
(Ленпп. Соч.. т. XXIV, «1 Всероссийский съезд по впешкольпоиу обра-

зованию», с т р . 3 0 0 — 3 0 1 . 1 9 1 9 Г.)
. . . «Крестьянина трудящегося веками угнетали помещики, капиталисты. торгаши, спекулянты и их государство, включая самые
демократические буржуазные
республики.
Крестьянин
трудящийся воспитал в себе ненависть и вражду к этим угнетателям и экодлоататорам в течение веков, а это «воспитание», данное жизнью, заставляет крестьянина искать союза с рабочим против капиталиста, против спекулянта, против торгаша. А в то же самое время экономическая обстановка, обстановка товарного хозяйства,
3ü3

неизбежно делает крестьянина (не всегда, но в громадном большинстве случаев) торгашом и спекулянтом.
( Л е н и н . Соч., т. X X I V , «Экономика н политика в эпоху диктатуры пролетариата», стр. 512. Ш 9 г.)

II. АГРАРНО-КРЕСТЬЯНСКИЙ ВОПРОС В БУРЖУАЗНОДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
1. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНСКОМ УЧЕНИИ О К Р Е С Т Ь Я Н С Т В Е ВО
В Р Е М Я БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

. . . Этот период охватывает промежуток времени от первой русской революции (1905 г.) до второй (февраль 1917 г.) включительно. Характерной чертой этого периода является высвобождение
крестьянства из-под влияния либеральной буржуазии, отход крестьянства от кадетов, поворот крестьянства в сторону пролетариата,
в сторону партии большевиков. История этого периода есть история
борьбы кадетов (либеральная буржуазия) и большевиков (пролетариат) за крестьянство. Судьбу этой борьбы решил думский период,
ибо период четырех Дум послужил предметным уроком для крестьян- ства, а этот урок воочию показал крестьянам, что им не получить
из рук кадетов ни земли, ни воли, что царь всецело за помещиков,
а -кадеты поддерживают царя, что единственная с-ила. іта помощь которой можно рассчитывать, — это городские рабочие, пролетариат.
Империалистская война .лишь подтвердила урок думского периода,
завершив отход крестьянства от буржуазии, завершив изоляцию либеральной буржуазии, ибо годы войны показали всю тщетность, всю
обманчивость надежд получить мир от царя и его буржуазных союзников. Без наглядных уроков думского периода гегемония пролетариата была бы невозможна.
Так сложился c o m рабочих- и крестьян в буржуазно-демократической революции. Так сложилась гегемония (руководство) пролетариата в общей борьбе за свержение царизма, гегемония, приведшая
к Февральской революции 1917 г.
Буржуазные революции Запада (Англия, Франция, Германия,
Австрия) пошли, как, известно, но другому пути. Там гегемония в революции принадлежала не пролетариату, который не представлял и
не мог представлять по своей слабости самостоятельную политическую
силу, а либеральной буржуазии. Там освобождение от крепостнических порядков получило крестьянство не из рук пролетариата, который был малочислен и неорганизован, а из рук буржуазии. Там крестьянство шло против старых порядков вместе с либеральной буржуазией. Там крестьянство представляло резерв буржуазии. Там революция привела, в виду этого, к громадному усилению политического
веса буржуазии.
В России, наоборот, буржуазная революция дала прямо противоположные результаты. Революция в России привела но к усилению,
а к ослаблению буржуазии, как политической силы, не к умножению
ее политических резервов, а к потере ею основного резерва, к потере
крестьянства. Буржуазная революция в России выдвинула на первый план не либеральную буржуазию, а революционный пролетариат,
сплотив вокруг него многомиллионное крестьянство.
894

Этам, между прочим, и объясняется тот факт, что буржуазная революция в России переросла в пролетарскую революцию в сравнительно короткий срок. Гегемония пролетариата была зародышем и переходной ступенью к диктатуре пролетариата.
Чем объяснить это своеобразное явление в русской революции, не
имеющее прецедентов в истории буржуазных революций на Западе?
Откуда взялось это своеобразие?
Объясняется оно тем, что буржуазная революция развернулась
в России при более развитых условиях классовой борьбы, чем на
Западе, чго русский пролетариат успел уже превратиться к этому
времени в самостоятельную политическую силу, между тем как либеральная буржуазия, напутанная революционностью пролетариата,
растеряла подобие всякой революционности (особенно после уроков 1905 г.) и вступила в союз с царем и помещиками против рево- '
люции, против работах и крестьян.
Следует обратить внимание на следующие обстоятельства, определившие своеобразие русской буржуазной революции:
а) Небывалая концентрация русской промышленности накануне
революции. Известно, например, что в предприятиях с количеством
рабочих свыше 500 человек работало в России 54% всех рабочих,
между тем как в такой развитой стране, как Северная Америка, в аналогичных предприятиях работало всего 33% всех работах. Едва
ли нужно доказывать, что уже одно это обстоятельство при наличии
такой революционной партии, как партия большевиков, превращало рабочий класс России в величайшую силу политической жизни
страны.
б) Безобразные формы эксяілоатащш на предприятиях плюс нестерпимый полицейский режим царских олричникф,— обстоятельство, превращавшее каждую серьезную стачку работах в громадный политический акт и закалявшее рабочий класс, как силу, до
конца -революционную.
в) Политическая дряблость русской буржуазии, превратившаяся
после революции 1905 г. в прислужничество к царизму и прямую
контрреволюционность, объясняемую не только революционностью '
русского пролетариата, отбросившего русскую буржуазию в объятия
царизма, по и прямой зависимостью этой буржуазии от казенных
заказов.
г) Наличие самых безобразных и самых нестерпимых пережитков
крепостнических порядков в деревне, дополняемых всевластием помещика, — обстоятельство, бросившее крестьянство в объятия революции.
д) Царизм, давивший вое живое и усугублявший своим -произволом гнет капиталиста и помещика, — обстоятельство, соединившее
борьбу рабочих и крестьян в единый революционный ноток.
е) ' Империалистская война, слившая все эти противоречия политической жизни России в глубокий революционный кризис и придавшая революции невероятную силу натиска.
Куда было ткнуться крестьянину при таких условиях? У кого
искать поддержки против всевластия помещика, против произвола
царя, против губительной войны, разорявшей его хозяйство? У .либеральной буржуазии? Но опа врат, — об этом говорил долголет- "
ний опыт всех четырех Дум. У, эсеров? Эсеры, конечно, .«лучше»
20 Леншгез*
203

кадетов, и 'программа у них «-подходящая», почти крестьянская, но
что могут дать эсеры, если оии думают опереться на одних крестьян
и если они слабы в городе, где прежде всего черпает свои силы противник? Где та новая сила, которая ни перед чем: не остановится
ни в деревне, ни в городе, которая пойдет смело в первые ряды на
борьбу с царем и помещиком1, которая поможет крестьянству вырваться из кабалы, из безземелья, из гнета, из войны? Была ли
вообще такая сила в России? Да, была. Это был русский пролетариат. показавший свою силу, свое уменье боротое я до конца, свою
смелость, свою революционность еще в 1005 г.
Во всяком случае, другой такой сплы не было и взять ее неоткуда
было.
Вот почему крестьянство, отчалив от кадетов и причалив к эсерам, пришло вместе с тем к необходимости подчиниться руководству
такого мужественного вождя революции, как русский пролетариат.
m
Таковы обстоятельства, определившие своеобразие русской буржуазной революции.
(Сталин.
1924 г.)

ВоттріУі.і
4

ленинизма.

ОЛ

гѵ-лопах

2. ДВА РОДА КЛАССОВЫХ ПРОТИВОРЕЧИЙ
НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ ІЯ05 1907 г г ,

ленинизма-,

г.тр.

дя—40.

В РУССКОЙ ДЕРЕВНЕ

«Освобожденный» от барщины крестьянин вышел из рук реформатора таким забитым, обобранным, приниженным, привязанным
к своему наделу, что ему ничего не оставалось, как «добровольно»
итти на' барпгиѵу. И мужик стал обрабатывать землю своего прежнего барина, «арендуя» у него свои же отрезные земли, подряжаясь
зимой — за ссуду хлеба голодающей семье — па летнюю работу. Отработки и кабала — вот чем оказался на деле тот «свободный труд»,
призвать на который «божие благословение» поиглашал крестьянина
манифест, составленный попом-иезуитом.
А к этому помещичьему гнету, сохраненному благодаря великодушию создававших и осуществлявших реформу чиновников, прибавился еще гнет капитала. Власть денег, придавившая даже, например,
Французского крестьянина, освобожденного от помещичьей власти
но жалкой, 'половинчатой реформой, а могучей народной революцией, — эта власть денег всей своей тяжестью обрушилась на, нашего
полу крепостного мужика. Доставать деньги нужно было во -что бы
то ни стато: и на уплату податей, увеличетлгых благодетельной реформой, и на наем земли, и на покупку тех нищенских продуктов
фабричной промышленности, которые стали вытеснять домашние
продукты крестьянина, и на покупку хлеба и тгроч. Власть денег не
только придавила, но и расколола крестьянство: громадная масса
неуклонно разорялась и превращалась в пролетариев, меньшинство
выделяло -кучки немногочисленных, но цепких кулаков и хозяйственных мужиков, прибиравших к рукам крестьянское хозяйство и крестьянские земли, составляющих кадры нарождающейся сельской
буржуазии. Все пореформенное сорокалетие есть один сплошной
процесс этого раскрестьянивания, процесс медленного, мучительного вымирания. Крестьянин был доведен до нищенского уровня
«06

жизни: oar помешался вместо со скотиной, одевался в рубище', кормился лебедой; крестьянин бежал от своего надела, когда только
было куда бежать, даже откупаясь от надела, платя тому, кто соглашался взять надел, платежи с которого 'превышали его доходность.
Крестьяне голодали хронически и десятками тысяч умирали от голода it эпидемии во время цеурожаев, которые возвращались все
чаще и 'чаще.
«
Так стоит дело в вашей деревне н сейчас. Опрашивается: в чем
искать выхода и какими средствами добиваться улучшения участи
крестьянина? От гнета капитала мелкое крестьянство может избавиться, только примыкая к рабочему движению, помогая ему в его
борьбе за социалистический строй, за превращение земли, как и
других средств производства (фабрик, заводов, машин и пр.), в общественную собственность. Пытаться спасти крестьянство защитой
мелкого хозяйства и мелкой собственности от натиска капитализма
значило бы бесполезно задерживать общественное развитие, обманывать крестьянина иллюзией возможного и при капитализме благосостояния, разъединять трудящиеся классы, создавая меньшинству
привилегированное положение на счет большинства. Вот почему
социал-демократы всегда будут бороться против «таких бессмысленных и вредных учреждений, как неотчуждаемость крестьянских наделов, круговая порука, запрещение свободного выхода из крестьянской общины и свободного приема в нее .лиц каких угодно сословий!
Но наш крестьянин страдает, как мы видели, не только и даже не
столько от гнета капитала, сколько от гнета помещиков и от остатков крепостничества. Беспощадная борьба против этих пут, неизмеримо ухудшающих положение крестьянства и связывающих его по
рукам'я ногам, не только возможна, но и необходима в интересах
всего общественного развития страны, ибо безысходная нищета, темнота. бесправие и приниженность мужика кладет на все порядки нашего отечества отпечаток азиатчины. II социал-демократия не исполнила бы своего долга, если бы не оказала всей и всяческой поддержки »
этой борьбе. Такая поддержка должна выразиться, коротко говоря, во
внесении классовой борьбы в деревню.
Мы видели, "что в современной русской деревне совмещаются двоякого рода классовые противоположности: во-первых, между сельскими рабочими и сельскими предпринимателями, во-вторых, между всем крестьянством и всем помещичьим классом. Первая противоположность развивается и растет, вторая — постепенно ослабевает. Первая — вся еще в будущем, вторая — в значительной степени
ужо в прошлом. И, несмотря на это, для современных русских социал-демократов именно вторая противоположность имеет наиболее '
существенное и наиболее практически важное значение. Что мы
должны пользоваться всеми представляющимися нам поводами для
развития классового самосознания в сельскохозяйственных наемных
рабочих, что мы должны обратить внимание поэтому на переселение
в деревню городских рабочих (например, механиков, занимаемых при
паровых молотилках, и т. п.), на рынки найма сельскохозяйственных
рабочих, — это понятно само собой, это — аксиома для всякого социал-демократа.
Но паши сельские рабочие еще слишком крепко связаиы с крестьянством, над ними слишком еще тяготеют. общекрестьянские

бедствия и поэтому общенационального значения движение сельских
рабочих никак не может получить ни теперь, ни в ближайшем будущем. Наоборот, вопрос о сметании остатков крепостничества, о вытравлении из всех (порядков русского государства духа сословной неравноправности и принижения десятков миллионов «простонародья», — этот вопрос уже сейчас имеет общенациональное значение,
и партия, претендующая па роль передового борца за свободу, не может отстраниться от этого вопроса..
(Леігпн.

1901 г.)

Соч.,

т.

ГУ,

«Рабочая

партия

п крестьянство»,

стр.

101—103.

«

3. Д В А ПУТИ УСТРАНЕНИЯ О С Т А Т К О В КРЕПОСТНИЧЕСТВА
В ЗЕМЛЕДЕЛИИ И БОРЬБА ПРОЛЕТАРИАТА В СОЮЗЕ
С К Р Е С Т Ь Я Н С Т В О М ЗА РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПУТЬ

Гвоздем борьбы являются крепостнические латифундии, как самое выдающееся воплощение и самая крепкая опора остатков
крепостничества в России. Развитие товарного хозяйства и капитализма с абсолютной неизбежностью кладет конец этим остаткам.
В этом отношении перед Россией только один путь буржуазного развития.
Но формы этого развития могут быть двояки. Остатки крепостничества могут отпадать и путем преобразования помещичьих хозяйств и путем уничтоженпя номещичьпх латифундий, т. е. путем
реформы и'путем революции. Буржуазное развитие может итти,
имея во главе крупные помещичьи хозяйства, постепенно становящиеся все более буржуазными, постепенно заменяющие крепостнические приемы эксплоатацпи буржуазными, — оно может итти также,
имея во главе мелкие крестьянские хозяйства, которые революционным путем удаляют из общественного организма «парост» крепостнических латифундий и свободно развиваются затем без них по пути
капиталистического фермерства.
Эти два пути объективно-возможного буржуазного развития мы
назвали бы путем прусского л путем американского типа. В первом
случае крепостническое помещичье хозяйство медленно перерастает
в буржуа-зное, юнкерское, осуждая крестьян на десятилетия самой
мучительной экспроприации и кабалы, при выделении небольшого
меньшинства «гроссбауэров» («крупных крестьян»). Во втором случае помещичьего хозяйства нет или оно разбивается революцией,
которая конфискует и раздробляет феодальные поместья. Крестьянин преобладает в таком случае, становясь исключительным агентом
земледелия и эволюционируя в капиталистического фермера, В первом слушав основным содержанием эволюции является перерастание
крепостничества в кабалу и в капиталистическую экоплоатацию ла
землях фебдалов — помещиков — юнкеров. Во втором случае основной фон—перерастание патриархального крестьянина в буржуазного
фермера.
В экономической истории России совершенно явственно обнаруживаются оба эти типа эволюции. Возьмите эпоху падения крепостного нрава. Шла борьба из-за способа проведения реформы между
помещиками и крестьянами. И те и другие отстаивали условия буржуазного экономического развития (не сознавая этого), но первые —
308

такого развития, которое обеспечивает максимальное сохранение
помещичьих хозяйств, помещичьих доходов, помещичьих (кабальных) приемов аксплоатащпт. Вторые — интересы такого развития,
которое обеспечивало бы в наибольших, возможных вообще при
данном уровне культуры, размерах благосостояние крестьянства,
уничтожение помещичьих латифундий, уничтожение всех крепостнических и кабальных приемов экоплоатации, расширение свободного
крестьянского землевладения. Само собою разумеется, что при втором исходе развитие капитализма и развитие производительных сил
было бы шире и быстрее, чем при помещичьем исходе крестьянской
реформы. Только карикатурные марксисты, как их старались размалевать борющиеся с марксизмом народники, могли бы считать
обезземеление крестьян в 1861 г. залогом капиталистического развития. Напротив, оно было бы залогом — и оно оказалось на деле
залогом кабальной, т. е. яолукрепостническоіг аренды и отработочного, т. е. барщинного, хозяйства, необыкновенно задержавшего развитие капитализма и рост производительных сил в русском земледелии. Борьба крестьянских и помещичьих интересов не была борьбой
«народного производства» и «трудового начала» против буржуазші
(как воображали и воображают наши народники), — она была борьбой за американский тин буржуазного развития против прусского
типа буржуазного же развития.
II в тех местностях России, где не было крепостного права, где
за земледелие брался всецело или главным образом свободный крестьянин (например, в заселявшихся после реформы степях Заволжья,
Новороесин, Северного Кавказа), развитие производительных сил и
развитие капитализма шло несравненно быстрее, чем в обсемененном
пережитками крепостничества центре.
( Л е н и н . Соч., т. XI, ' Аграрная Программа соцпал-демократаи
русской революции», стр. 348—350. 1007 г.)

с

первой

4. ПРОЛЕТАРИАТ И К Р Е С Т Ь Я Н С Т В О В БУ РЖУ АЗНО-ДЕМОКР АТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

От каких реальных общественных сил зависит «размах революции», подумали ли вы об этом, господа? Оставим в стороне силы
внешней политики, международных комбинаций, которые сложились очень выгодно для нас теперь, по которые мы все исключаем
из рассмотрения, и исключаем справедливо, поскольку вопрос идее
о внутренних силах России. Посмотрите на эти внутренние общественные силы. Против революции стоит самодержавие, двор, полиция, чиновничество, войско, горстка высокой знати. Чем глубже возмущение в народе, тем ненадежнее становится войско, тем больше
колебания в чиновничестве. Далее, буржуазия в общем и целом
стоит теперь за революцию, усердствуя с речами о свободе, все чаще
и чаще заговаривая от имени народа и даже от имени .революции. *
Но мы все, марксисты, знаем из теории и наблюдаем ежедневно
и ежечасно на примере наших либералов, земцев и освобождеицев, что буржуазия
стоит за революцию
непоследовательно,
* Интересно в этом отношении открытое письмо г. Струве к Жоресу, напечатанное. недавно этим последним в газете «L'Humanité» н г-ном Стрѵве и
Si 72 «Освобождения».

.у

своекорыстно, трусливо. Буржуазия неизбежно повернет, в своей
массе, на сторону контрреволюции, на сторону самодержавия против революции, против народа, как только удовлетворятся ее узкие,
корыстные интересы, как только «отшатнется» она от последовательного демократизма (а она уже теперь отшатывается от него!).
Остается «народ», то есть пролетариат и крестьянство: пролетариат
один опоообея итти надежно до конца, ибо он идет гораздо дальше
демократического переворога. Поэтому пролетариат и борется за
республику в первых рядах, с презрением отбрасывая глупые и недостойные его советы считаться с тем, не отшатнется ли буржуазия.
Крестьянство включает в себя массу полупролетарских элементов на
ряду с мелкобуржуазными. Это делает его тоже неустойчивым, заставляя пролетариат сплотиться в строго классовую партию. Но
неустойчивость крестьянства коренным образом отличается от неустойчивости буржуазии, ибо крестьянство в данный/ момент заинтересовано не столько в безусловной охране частной собственности,
сколько в отнятии помещичьей земли, одного из главных видов
этой собственности. Не становясь от этого социалистическим, не
переставая быть .мелкобуржуазным, крестьянство способно стать
полным и радикальнейшим сторонником демократической .революции. Крестьянство неизбежно станет таковым, если только лгросвещающий его ход революционных событий не оборвется слишком
рано предательством буржуазии и поражением пролетариата. Крестьянство неизбежно станет, при указанном условии, оплотом революции и республики, ибо только вполне победившая революция
сможет дать крестьянству все в области земельных реформ, все то,
чего рткръянство хочет, о чем оно мечтает, что действительно необхода мо ему (не для уничтожения капитализма, как воображают
' социалисты-революционеры», а) для того, чтобы подняться из тины
и о лук реп ост н и честв а, из мрака забитости и холопства, чтобы улучшить своиі условия жизни настолько, насколько это только допустимо
в пределах товарного хозяйства.
Мало того: не только радикальное аграрное преобразование привязывает крестьянство к революции, но и все общие и постоянны"
интересы крестьянства. Даже в борьбе с пролетариатом крестьянство
нуждается в демократии, ибо только демократический строй способен точно выразить его интересы и* дать преобладание ему как массе,
как большинству. Чем просвещеннее будет крестьянство (а со времени войны с Японией оно просвещается с такой быстротой, которой не подозревают многие, привыкшие измерять просвещение
только школьной меркой), темі последовательнее и решительнее оно
будет стоять за полный демократический переворот, ибо ему не
страшно, как буржуазии, а выгодно верховенство народа. Демократическая республика станет его идеалов, как только оно станет
избавляться от наивного монархизма, ибо сознательный монархизм
маклерствующей буржуазии (с верхней палатой и т. д.) означает для
крестьянства ту же бесправность, ту же забитость и темноту, чутьчуть только подкрашенную овронейски-консгятуциолным лаком.
Вот почему буржуазия, как класс, естественно и неизбежно стремится под крылышко либерально-монархической партии, а крестьянство, как масса, — под руководство революционной и республиканской партии. Вот почему буржуазия не способна довести

демократической революции до конца, а крестьянство способно довести революцию до конца, и мы должны всеми силами помочь ему
в этом.
^
Мне возрШят: это не к чему доказывать, это азбука, это все социал-демократы прекрасно понимают. Нет. этого не понимают те,
кто способен говорить об «ослаблении размаха» революции вследствие овладения от нее буржуазии. Такие люди повторяют заученные слова нашей аграрной программы, но не понимают их значения,
ибо иначе они не боялись бы неизбежно вытекающего из всего марксистского мировоззрения и из нашей программы понятия революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства,
иначе они не ограничивали бы размах великой русской революции
размахом буржуазии. Такие люди побиваю* свои абстрактные марксистские революционные фразы своими конкретными антимарксистскими и нити революционными резолюциями.
Кто действительно понимает роль крестьянства в победоносной
русской революции, тот неспособен был бы говорить, что размах ре- /
волюции ослабеет, когда буржуазия отшатнется. Ибо на самом деле
только тогда начнется настоящий размах русской революции,
только тогда это будет действительно наибольший революционный размах, возможный в эпоху буржуазно-демократического переворота,
когда буржуазия отшатнется и активным революционером выступит
масса крестьянства на ряду с пролетариатом. Для того чтобы "быть
последовательно доведенной до конца, наша демократическая революция должна опереться на такие силы, которые способны парализовать неизбежную непоследовательность буржуазии (т. е. способны именно «заставить се отшатнуться», чего боятся, по недомыслию,
кавказские сторонники «Искры»),
Пролетариат должен провести до конца демократический
переворот, присоединяя к себе массу крестьянства, чтобы раздавить силой сопротивление
самодержавия
и парализовать
неустойчивость
буржуазии.
Пролетариат должен совершить социалистический
переворот, присоединяя к себе массу полупролетарских элементов населения, чтобы сломить силой сопротивление буржуазии и парализовать неустойчивость крестьянства и мелкой буржуазии.
Таковы задачи пролетариата, которые так узко Представляют новоискровцы во
всех своих рассуждениях и 'резолюциях о размахе революции.
(J1 е н и н. Соч., т. ѴШ. «Две тактики
ской революции», стр. 63—96. 1905 г.)

социал-демократии

в

демократиче-

5. АГРАРНАЯ ПРОГРАММА БОЛЬШЕВИЗМА И РАЗОБЛАЧЕНИЕ
ЛИБЕРАЛЬНО-БУРЖУАЗНОЙ
СУЩНОСТИ
МЕНЬШЕВИСТСНОЙ
ПРОГРАММЫ МУНИЦИПАЛИЗАЦИИ

Вопрос об аграрной программе РС-ДР11 значительно выяснился
бы, если бы мы попробовали изложить эту программу в виде простых и ясных советов, которые должна дать социал-демократия пролетариату и крестьянству в эпоху демократической революции.
Первый совет неизбежно будет такой: направить все усилия к полной победе крестьянского восстания. Без такой победы ни об «отобрании земли» у помещиков, ни о создании действительно демократического государства нельзя даже и говорить серьезно. А лозунг,
зч

,

зовущий крестьян к восстанию, может быть лишь один: конфискация всех помещичьих земель (отнюдь не отчуждение вообще или экспроприация вообще, оставляющие в тени вопрос о выкупе) и непременно конфискация крестьянскими комитетами впредь до Учредительного собрания.
Всякий другой совет (в том числе и лозунг «отчуждения», выдвигаемый Мае левым, и вся его муниципализация) есть призыв к решению вопроса не восстанием, а сделкой с помещиками, сделкой
с реакционной центральной властью, есть призыв к решению вопроса не путем революционным, а путем бюрократическим, ибо самые демократические областные и земские организации не могут не
быть бюрократическими по сравнению с революционными крестьянскими комитетами, которые тут же, на месте, сейчас должны расправиться с помещиками и захватите праза, подлежащие санкции всенародного Учредительного собрания.
Второй совет неизбежно будет такой: без полностью проведеішоіі
демократизации политического строя, без республики и обеспечения на деле самодержавия народа нечего и думать ни об удержании завоеваний крестьянского восстания, ни о том. чтобы делать
хоть какой-нибудь шаг дальше. Этот наш совет рабочим и крестьянам мы должны особенно отчетливо и точно формулировать, чтобы
невозможны были никакие сомнения, никакие двусмысленности,
никакие кривотолкования, никакие молчаливые допущения такой
бессмыслицы, как возможность уничтожить помещичье землевладение при реакционной центральной власти. II потому, выдвигая усиленно вперед наши 'политические советы, мы должны сказать крестьянину: взявши землю, ты должен итги вперед, иначе ты неминуемо будешь разбит и отброшен назад помещиками и крупной
буржуазией. Нельзя взять землю и удержать ее за собой без новых
политических завоеваний, без нанесения нового и еще более решительного удара всей частной собственности на землю вообще. В политике, как и во всей общественной жизни, не итти вперед — значит быть отброшенным назад. Либо буржуазия, окрепнув после
демократического переворота (который естественно укрепляет буржуазию), отнимет все завоевания и рабочих и крестьянской массы.—
либо пролетариат и крестьянская масса пробьют себе путь вперед.
А это значит — республика и полное самодерягавие народа. Это значит: при условии завоевания республики национализация всей земли,
как возможный максимум буржуазно-демократического переворота,
как естественный н необходимый шаг вперед от победы буржуазного
демократизма к началу настоящей борьбы за социализм.
Третий и последний совет: организуйтесь особо, пролетарии и полупролетарии города и деревни. Не доверяйте никаким хозяйчикам,
хотя бы и мелким, хотя бы и «трудовым». Не обольщайтесь мелким хозяйством яри сохранении товарного производства. Чем
ближе подходит дело к победе крестьянского восстания, тем ближе
поворот крестьян-хозяев против пролетариата, тем нужнее самостоятельная пролетарская организация, те.м энергичнее, настойчивее,
решительнее и громче должны мы звать к полному социалистическому перевороту. Мы поддерживаем крестьянское движение до
конца, но мы должны помнить, что это движение другого класса,
не того, который может совершить и совершит социалистический
312

переворот. Поэтому мы оставляем в стороне вопрос, что делать с землей в смысле ее .распределения, как объекта хозяйства, — этот вопрос могут .решать в буржуазном обществе и будут решать только
хозяева и хозяйчики. Нас же интересует всецело (а после победы
крестьянского восстания почти исключительно) вопрос: что делать
сельскому пролетариату? Мы занимаемся и займемся, главным образом, этим вопросом, предоставив идеологам меткого буржуа сочинять уравнительность землепользования и все тому подобное. Мы
ответим на этот вопрос, коренной вопрос новой, буржуазно-демократической России: пролетариат сельский должен самостоятельно организоваться вместе с городским для борьбы за полный социалистический .переворот.
Следовательно, наша аграрная программа должна состоять из
трех основных частей: во-первых, из формулировки самого /решительного призыва к революционному крестьянскому натиску на помещичье землевладение; во-вторых, из точного указания дальнейшего шага, который может и должно сделать движение для закрепления крестьянских завоеваний и для перехода от победы демократии к пролетарской непосредственной борьбе за социализм;
в-третьих, из указания классовых пролетарских задач партии, которые тем настоятельнее надвигаются на нас и тем настойчивее требуют ясной постановки их, чем ближе победа крестьянского восстания.
Программа Маслова не решает ни одной из тех основных задач. которые должны быть разреінены теперь РС-ДР Партией: эта
программа не дает такого лозунга, который теперь же, немедленно, в эпоху самого антидемократического государства- направляет
крестьянское движение к победе, — эта программа не дает точного
определения политических преобразований, необходимых для завершения и закрепления преобразований аграрных, — она не дает
указания на меры, необходимые в области земельной .реформы при
условии самого полного и последовательного демократизма, — она
не дает характеристики пролетарской позиции нашей партии по
отношению ко воем буржуазно-демократическим преобразованиям.
Эта программа не определяет ни условий «первого шага», ни задач «второго шага», а смешивает все в одну кучу, начиная с иередачи удельных земель в /руки несуществующего «демократического
государства» и продолжая передачей помещичьих земель в рѵки
демократических муниципалитетов из опасения недемократического
характера центральной власти! Нереволюционная по своему практическому значению, в данный момент? .построенная на предположении совершенно искусственной и совершенно невероятной сделки
с полуреакционной центральной властью эта программа не можег
дать руководства рабочей партии ни при одном из возможных и
мыслимых путей развития демократического переворота в России.
Резюмируем: единственной правильной программой при условии демократического переворота будет такая: конфискации помещичьих земель и учреждения крестьянских комитетов мы должны
немедленно требовать и не обставлять этого требования никакими
ограничительными оговорками. Такое требование революционно и
выгодно с точки зрения и пролетариата ц крестьянства при всяких,
даже наихудших, условиях. Такое требование неизбежно влечет за
собой крах полицейского государства и усиление демократизма.

Но ограничиться конфискацией нельзя. В эпоху демократической
революции и крестьянского восстания мы ни в коем случае не можем
отвергать безусловно национализацию земли. Необходимо лишь это
требование обусловить впалые точным указанием на известные политические порядки, без которых национализация могла бы новредигь
пролетариату и крестьянству.
( Л е н пн. Соч., т.

стр. 71—74. 1906 r j

IX,

«Пересмотр аграрной

программы

рабочей

партии»,

6. РАЗОБЛАЧЕНИЕ ЛЕНИНЫМ МЕЛКОБУРЖУАЗНОЙ СУЩНОСТИ
ЭСЕРОВСКОЙ П Р О Г Р А М М Ы

Программа-минимум соц.-рев.. будучи основана на вышеразобранной теории, является настоящим курьезом. Два пункта в этой
«программе»: і) «социализация земли, т. е. переход ее в собственность всего общества и в пользование трудящихся»; 2) < развитие
в крестьянстве всевозможных видов общественных соединений и
экономических коопераций... (для «чисто» политической борьбы?). . . для постепенного высвобождения крестьянства из-под
власти денежного капитала... (под власть промышленного?)... и
для подготовления
грядущего
коллективного
земледельческого
производства». Как солнце в малой капле вод. отражается в этих
двух пунктах весь дух современного «социал-революциопаризма».
В теории — революционная фраза вместо продуманной и цельной системы воззрений, на практикебеспомощное подхватывание того
или иного модного сре,детища вместо участия в классовой борьбе —
вот все, что у них есть. Поставить рядом в программ а-минимум
социализацию земли и кооперации, для этого необходимо было,
признаемся, редкое гражданское мужество. Наша программа-минимум, с одной стороны — Бабеф, с другой — г. Левитский. Это неподражаемо.
Если бы можно было серьезно отнестись к этой программе, то
нам бы пришло«! сказать, что. обманывая себя звуком Слов, соц.рев. обманывают я крестьянина. Это — Обман, будто «всевозможные кооперации» играют революционную роль в современном обществе и подготовляют коллективизм, а не укрепление сельской
буржуазии. Это — обман, будто как «минимум», как нечто столь
же близкое, как кооперации, можно ставить в виду «крестьянства»— социализацию земли. Всякий социалист пояснил бы нашим
соц.-рев., что уничтожение частной собственности на землю может
Сыть теперь лишь непосредственным преддверием уничтожения ее
вообще, что одна передача земли в «пользование трудящихся» eure
не удовлетворила бы пролетариат, ибо миллионы и десятки миллионов разоренного крестьянства не в состоянии уже вести хозяйства на земле, даже если бы она у них была. А снабжение этих
разоренных миллионов орудиями, скотом и пр. было бы уже социализацией всех средств производства и требовало бы социалистической революции пролетариата, а не крестьянского движения против остатков крепостничества. Соц.-рев. смешивают социализацию
земли с ее буржуазной национализацией. Эта последняя мыслима,
говоря абстрактно, и на базисе капитализма, без уничтожения
наемного труда. Но именно пример тех же соц.-рев. наглядно
314

подтверждает ту истицу, что выдвигать требование национализации
земли в полицейском государстве значит затемнять единственно революционный принцип классовой борьбы и подливать воду на мельницу всякой казенщине.
Мало того; соц.-рев. спускаются и до прямой реакционности,
когда восстают против требования проекта .нашей программы: «отмена всех законов, стесняющих крестьянина в распоряжении его
землей». Во имя народнического предрассудка об «общинном начале» и «уравнительном принципе», они отказывают крестьянину
в таком «элементарнейшем гражданском праве», как право распоряжаться своей землей, они благодушно закрывают глаза на сословную замкнутость действительной общины, они становятся защитниками полицейских запрещений, установленных и поддерживаемых
«государством»... земских начальников! Мы думаем, что не только
г. Л скитаний, но и г. Победоносцев не очень испугаются требования
социализации земли для уравнительного пользования ею, раз это
требование выдвигается как минимум, на ряду с которым фигурируют
и кооперации и защита полицейского прикрепления мужика к обеспечивающему его казенному наделу.
Пусть послужит аграрная программа соц.-рев. уроком и предостережением для всех социалистов, наглядным ' примером того,
к чему приводит безыдейность и беонринципность, называемая некоторыми легкомысленными людьми свободой от догмы. Как только
дошло до дела, у соц.-рев. не оказалось налицо ни одного из трех
условий, необходимых для выставления последовательной, социалистической программы: ни ясной идеи о конечной цели, ни праь
пильного понимания того пути, который ведет к этой цели, ни
точного представления о действительном положении дел в данный
момент и о ближайших задачах этого момента, Конечную цель социализма они только затемнили, смешав социализацию земли с ее
буржуазной национализацией, спутав примитивную крестьянскую
идею о мелком уравнительном землепользовании с учением современного социализма о переходе всех средств производства в общественную собственность и об организации социалистического
производства. Их представление о пути, ведущем к социализму,
бесподобно характеризуется заменой классовой борьбы развитием
коопераций. В оценке данного момента аграрной эволюции России
офи-забыли мелочь: остатки крепостничества, давящие нашу деревню.
Знаменитая троица, выражавшая их теоретические взгляды: интеллигенция, и пролетариат, и крестьянство — дополнилась не менее
знаменитой «программной» троицей: 'социализация земли —- кооперации — прикрепление к наделу.
Сравните -г этим программ,? «Искры», которая указывает единую конечную цель всему борющемуся пролетариату, не сводя ее
до «минимума», ие принижая ее ради приспособления к идеям некоторых неразвитых слоев пролетариата или мелких производителей.
Путь для достижения этой цели один и в городе и в деревне —
классовая, борьба пролетариата против буржуазии. Но кроме этой
классовой борьбы продолжает еще вестись в нашей деревне и другая: борьба всего крестьянства против остатков крепостничества.
И в этой борьбе партия пролетариата обещает свою поддержку
всему крестьянству, отопаясь указать настоящую цель его револю-

ционному порыву, направить ого восстание против ого настоящего
врага, считая нечестным и недостойным относиться к, мужику, как
к подопечному, скрывать от него, что он может добиться в настоящее время и немедленно только полной отмены всех следов и
остатков крепостничества, только очищения пути для более широкой
и более трудной борьбы всего пролетариат против всего буржуазного
общества-.
(Ленин.

Соч., т. V, «Революционный авантюрном», стр. 153— ICI. 1902 т.)

iii. а г р а р н о - к р е с т ь я н с к и й в э п р о с
в пролетарской революции
I. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНСКОМ УЧЕНИИ О К Р Е С Т Ь Я Н С Т В Е
ВО ВРЕМЯ ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

. . . Этот период охватывает промежуток времени от Февральской
революции (1917 г.) до Октябрьской (1917 г.). Период этот сравнительно недолгий, всего восемь месяцев, — по эти восемь месяцев,
с точки зрения политического просвещения и революционного воспитания масс, смело могут быть поставлены на одну доску с целыми десятилетиями обычного конституционного развития, ибо они
означают восемь месяцев революции.
Характерной чертой этого периода. является дальнейшее революционизирование крестьянства, его
разочарование в эсерах, отход крестьянства от эсеров, новый поворот крестьянства в сторону прямого сплочения
вокруг пролетариата, как единственной до конца революционной силы, способной
•привести страну к миру. История этого .периода есть история борьбы эсеров (мелкобуржуазная демократия) и большевиков (пролетарская демократия) за крестьянство, за овладение большинством
крестьянства. Судьбу этой борьбы решите коалиционный период,
период керенщины, отказ эсеров и меньшевиков от конфискации
помещичьей земли, борьба эсеров и меньшевиков за продолжение
войны, июяьокое наступление на фронте, смертная казнь для солдат,
восстание Корнилова.
Если раньше, в предыдущий период, основным вопросом революция являлось свержение царя и помещичьей власти, то теперь,
в период после-февральской революции, когда царя уже не стало,
а нескончаемая война доконала хозяйство страны, разори в вконец
крестьянство, — основным вопросом революции стал вопрос о ликвидации 'войны. Центр тяжести явно переместился с вопросов тесто
внутреннего характера к основному вопросу — о войне. «Кончить
войну», «вырваться из войны» — это был общий крик истомившейся
страны и, прежде всего, крестьянства.
Но, чтобы вырваться из войны, необходимо было свергнуть
Временное правительство, необходимо было свергнуть власть буржуазии, необходимо было свергнуть власть эсеров и меньшевиков,
ибо они й только они затягивали войну до «победного конца». Иного
пути выхода из войны, как через свержение буржуазии, не оказалось
4
на практике.
Это была новая революция, революция пролетарская, ибо она
сбрасывала с власти последнюю, крайнюю левую фракцию империалистской буржуазии, партию эсеров и меньшевиков, для того
816

чтобы создать новую, пролетарскую власть, власть советов, для
того чтобы поставить у власти партию революционного пролетариата, партию большевиков, партию революционной борьбы против
империалистской войны за демократический мир. Большинство
крестьянства поддержало борьбу рабочих за мир, за власть советов.
Иного выхода для крестьянства не было. Иного выхода и не
могло быть.
Период кереншины был, таким образом, величайшим предметным уроком для трудовых масс крестьянства, ибо он наглядно показал, что при власти эсеров и меньшевиков не вырваться стране
из войны, не видать крестьянам ни земли, ли воли, что меньшевики
и эсеры отличаются от кадетов лишь сладкими речами и фальшивыми обещаниями, на деле же проводят ту же империалистскую,
кадетскую политику, что единственной властью, способной вывести
страну иа дорогу, может быть лишь власть советов. Дальнейшее
затягивание войны лишь подтверждало правильность этого урока,
подхлестывало революцию и подгоняло миллионные массы крестьян
и солдат на путь прямого сплочения вокруг пролетарской революции.
Изоляция эсеров и меньшевиков стала непреложным фактом. Без
наглядных уроков коалиционного периода диктатура пролетариата
была бы невозможна.
Таковы обстоятельства, облегчившие процесс перерастания буржуазной революции в революцию пролетарскую.
Так сложилась диктатура пролетариата в России.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

'40—42.

2. З А Д А Ч И ПРОЛЕТАРИАТА ПО ОТНОШЕНИЮ К РАЗЛИЧНЫМ
СЛОЯМ К Р Е С Т Ь Я Н С Т В А В ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

. . .Трудящиеся и эксплоатнруемые массы в деревне, которые должен повести на борьбу или во всякрм случае привлечь на свою
сторону городской пролетариат, представлены во всех капиталистических странах следующими классами:
Во-первых, сельскохозяйственным пролетариатом, наемными рабочими (годовыми, о роковыми, поденными), снискивающими себе
средства к жизни работой по найму в катгиталнетичеойих сельскохозяйственных предприятиях. Самостоятельная, отдельная от
других групп сельского населения организация этото класса (и
политическая, л военная, и профессиональная, и кооперативная,
и культурно-просветительная н т. д.), усиленная пропаганда и
агитация среди пего, привлечение его на сторону советской власти и
диктатуры пролетариата является основной задачей коммунистических партий во всех странах.
Во-вторых, полупролетариями или парцелльными крестьянами,
т. е. теми, кто снискивает себе средства к жизни частью наемной
работой в сельскохозяйственных и промышленных капиталистических предприятиях, частью — трудясь на собственном или арендуемом клочке земли, дающем лишь некоторую долю продуктов питания
для его семьи. Эта группа сельского трудящегося населения весьма
многочисленна во всех капиталистических странах, ее существование
317

н ее особое положение затушевывают представители буржуазии
и желтые, принадлежащие ко II Интернационалу, «социалисты»,
частью сознательно обманывая рабочих, частью поддаваясь слепо
рутине обывательских воззрений и смешивая ее с общей массой
«крестьянства» вообще. Такой прием буржуазного одурачивания
рабочих наиболее замечается в Германии и во Фракции, затем
в Америке и других странах. При правильной постановке работы
коммунистической партией, эта группа явится обеспеченной сторонницей ее, ибо положение таких полупролетариев очень тяжело и
выигрыш для них от советской власти и от диктатуры пролетариата
гигантский и немедленный.
В-третьих, мелкое крестьянство, т. е. мелкие земледельцы, владеющие на право собственности или аренды такими небольшими
участками земли, что, покрывая потребности своей семьи и своего
хозяйства, они но прибегают к найму чужой рабочей силы. Этот
слой, как слой, безусловно выигрывает от победы пролетариата,
которая дает ему сразу и полностью: а) избавление от платежа
арендной - платы или испольной доли урожая ( например métayers,
издольщики, во Франции, тоже в Италии и пр.) крупным землевладельцам; б) избавление от ипотечных долгов: в) избавление от
многообразных форм гнета и зависимости от крупных землевладельцев (лесные угодья и пользование ими и т. п.); г) немедленную
помощь в их хозяйстве со стороны пролетарской государственной
власти (доступность пользования сельскохозяйственными орудиях™
и частью постройками на экспроприируемых пролетариатом крупных
капиталистических хозяйствах, немедленное превращение государственной пролетарской властью сельских кооперативов и сельскохозяйственных товариществ из таких организаций, которые больше
всего служили при капитализме богатым и средним крестьянам,
в такие, которые будут оказывать помощь в первую голову бедноте,
т. е. пролетариям, полупролетариям гцмелким крестьянам и т. п.) и
многое другое.
. .
В то же время коммунистическая партия должна ясно сознать,
что в переходный период от капитализма к коммунизму, т. е. во
время диктатуры пролетариата-, среди этого слоя неизбежны, по
крайней мере отчасти, колебания в сторопу ничем не ограниченной
свободы торговли и свободы использования прав частной собственности, ибо этот слой, являясь уже (хотя и в небольшой мере) продавцом предметов потребления, развращен спекуляцией и собственническими привычками. Однако при твердой пролетарской политике, при вполне решительной расправе победившего пролетариата
с крупными землевладельцами и крупными крестьянами, колебания
данного слоя не могут быть значительны и не способны изменить
того факта, что в общем и целом он будет на стороне пролетарского
переворота.
Взятые вместе, три указанные выше группы деревенского населения составляют во всех капиталистических странах большинство
erb. Поэтому успех пролетарского переворота тіо только в городах,
но и в деревне обеспечен полностью. Обратное мнение является
широко распространенным, но держится лишь, во-первых, систематическим обманом буржуазной науки и статистики, всеми средствами затушевывающими глубокую пропасть между указанными
318

классами в деревне и эксн.тоататорами, помещиками и капиталистами, a раівно между пролетариями и мелкими крестьянами, с одной стороны, и крупными крестьянами, с другой; во-вторых, оно
держится в силу неумения и нежелания героев желтого Второго
Интернационала и развращенной империалистскими привилегиями
«рабочей аристократии» передовых стран вести действительно
пролетарски-революционную работу пропаганды, агитации, организации среди деревенской бедноты; все внимание оппортунистов обращалось и обращается на придумывание теоретического и практического соглашательства с буржуазией, в том числе с крупным и
средним крестьянством (о них смотри ниже), а не на революционное свержение пролетариатом буржуазного правительства и буржуазии; в-третьих, сно держится в силу упорного, обладающего
уже прочностью предрассудка (связанного со всеми буржуазнодемократическими и парламентскими предрассудками), непонимания той истины, которая вполне доказана теоретическим марксизмом
и вполне подтверждена опытом пролетарской революции в России,
именно: что неслыханно забитое, раздробленное, придавленное,
осужденное во всех, самых передовых, странах на полуварварокие
условия жизни сельское население всех трех указанных выше категорий, будучи экономически, социально, культурно заинтересовано
в победе социализма, способно решительно поддержать революционный пролетариат лишь после
завоевания им политической
власти, лишь после решительной расправы его о крупными землевладельцами и капиталистами,&шшь после того, как эти задавленные
люди увидят на практике, что у них есть организованный вождь и
защитит:, достаточно могучий и твердый для помощи и руководства,
для указания верпого пути.
Йод «средним крестьянством» я экономическом смысле следует
понимать мелких земледельцев, которые владеют, на право собственности или аренды, тоже небольшими участками земли, но все
же такими, которые, во-лерву/. дают при кашггалігзме, но общему
правилу, не только скудное содержание семьи, хозяйства, но и воз- можность получать известпый излишек, способный, ітц крайней
мере в лучшие годы, превращаться в капитал, и которые, во-вторых, прибегают довольно часто (например, в одном хозяйство из
двух или трех) к найму чужой рабочей силы. Конкретным примером среднего крестьянства в передовой капиталистической стране
может служить в Германии, по 'переписи 1907 г., группа с хозяйством
от 5 до 10 гектаров, в которой число нанятых сельскохозяйственных наемных рабочих составляет около трети всего числа хозяйств этой группы. Во Франции, " где более развиты специальные
культуры, например, виноградарство, требующие особенно большого
приложения труда к земле, соответствующая группа, вероятно, еще
несколько ч в более широких размерах пользуется чужой наемной
рабочей силой.
Революционный пролетариат не может ставить овоей задачей,—
по крайней мерс для ближайшего будущего и для начала периода
диктатуры пролетариата, — привлечь этот р о й на свою сторону, а
должен ограничиться задачей нейтрализовать его, т. е. сделать нейтральным в борьбе между пролетариатом и буржуазией. Колебания этого слоя .между той и другой силой неизбежны, и в начало
SI9

новой эпохи преобладающая его тенденция, в развитых капиталистических странах, будет за буржуазию. Ибо миросозерцание И
настроения собственников здесь преобладают; заинтересованность
в спекуляции, в «свободе» торговли и собственности непосредственная; антагонизм к наемным рабочим прямой. Победивший ігролетариат даст ему непосредственное улучшение его положения, уничтожая арендную плату и ипотеки. Немедленную полную отмену
частной собственности пролетарская власть в большинстве капиталистических государств отнюдь не должна .производить, и во всяком случае она тарантирует и мелкому и среднему крестьянству не
только сохранение за ними их земельных участков, но н увеличение
их до размеров всей обычно арендуемой ими площади (отмена арендной платы).
Соединение мер этого рода с беспощадной борьбой против буржуазии вполне гарантирует успех ПОЛИТИКИ нейтрализации. Переход к коллективному земледелию пролетарская государственная
власть должна осуществлять лишь с громадной осторожностью и
постепенностью, силой примера, без всякого насилия над средним
крестьянством.
Крупным крестьянством («Grossbauern») являются капиталистические предприниматели в земледелии, хозяйничающие по общему
правилу с несколькими наемными рабочими, связанные с «крестьянством» лишь невысоким культурным уровнем, обиходом жизни,
личной физической работой в своем хозяйстве. Это — самый многочисленный из буржуазных слоев, являющихся прямыми и решительнымй врагами революционного пролетариата. На борьбу с этим
слоем, на освобождение трудящегося и экоп лоа тируемо го большинства сельского населения из-под идейного и политического влияния
этих эксплоататоров и т. п. должно быть обращено главное внимание
во всей работе коммунистических партий в деревне.
После победы пролетариата в городах совершенно неизбежны
со стороны этого слоя всевозможные проявления сопротивления,
саботажа и прямые вооруженные выступления- контрреволюционного характера. Поэтому революционный пролетариат немедленно
должен начать идейную" и организационную подготовку необходимых сил для того, чтобы поголовно разоружить этот слой и, на
ряду со свержением капиталистов в промышленности, нанести ему
при первом же проявлении сопротивления самый решительный,
беспощадный, уничтожающий удар, вооружая для этого сельский
пролетариат и организуя ;в деревне советы, в коих экоп.тоататорам
Не может быть места, а преобладание должно быть обеспечено за
пролетариями и полупролетариями.
Однако экспроприация даже крупных крестьян никоим образом
не может быть непосредственной задачей победившего пролетариата, ибо для обобществления таковых хозяйств нет еще налицо
материальных, в частности технических, а затем и социальных
условий. В отдельных, вероятно исключительных, случаях будут
конфискованы те •части их земельных участков, которые сдаются
в мелкую аренду или являются особо необходимыми для окружающего мелкокрестьянского населения; этому последнему следует
также гарантировать бесплатное пользование, на известных условиях,
частью сельскохозяйственных машин крупного крестьянина и

320

(

т. п. По общему же правилу пролетарская государственная власть
должна сохранить за крупными крестьянами их земли, конфискуя
их лишь в случае сопротивления власти трудящихся и эксплоатируемых. Опыт российской пролетарской революции, в которой борьба
gipoTiiB крупного крестьянства усложнилась и затянулась в силу ряда
особых условий, доказал все же, что, получив хороший урок за
малейшие попытки сопротивления, этот слой способен лояльно выполнять задания пролетарского государства и начинает даже проникаться, хотя и с чрезвычайной медленностью, уважением к власти,
защищающей всякого труженика, и беспощадной к тунеядцам-богачам.
Особые условия, усложнившие и замедлившие борьбу победившего буржуазию пролетариата с крупным крестьянством в России,
сводятся главным образом к тому, что русская революция после переворота 25.Х (7.XI) 1917 г. проходила через стадию «общедемократической», т. е. в основе своей буржуазно-демократической,
борьбы всего крестьянства в целом против помещиков; затем — к
культурной и численной слабости городского пролетариата; наконец, к громадным расстояниям и крайне плохим путям сообщения.
Поскольку в передовых странах нет этих задерживающих условий,
постольку революционный пролетариат Европы и Америки должен
энергичнее подготовить и гораздо быстрее, гораздо решительнее,
гораздо успешнее завершить полную победу над сопротивлением
крупного крестьянства, полное отнятие у него малейшей возможности сопротиаляться. Это настоятельно необходимо, ибо до такой
полной и полнейшей победы массы деревенских пролетариев, полупролетариев и мелких крестьян не в состоянии признать вполне
устойчивою пролетарскую государственную власть.
(Л е и и п. Соч., т. X X V , «Первоначальный набросок тезисов по аграрному
вопросу», стр. 269—274. 1920 Г.)
3. ЛОЗУНГ ЛЕНИНИЗМА ПО КРЕСТЬЯНСКОМУ ВОПРОСУ В ПЕРИОД
ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ЕГО
В ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Как видите, Ленин неоднократно подчеркивал всю глубину разницы между первым стратегическим лозунгом в период "подготовки
буржуазно-демократической революции и между вторым стратегическим лозунгом в период подготовки Октября. Там — лозунг: со
всем крестьянством против самодержавия, здесь — лозунг: с беднейшим крестьянством против буржуазии.
Тот факт, что доведение буржуазной революции до конца растянулось на целый период после Октября, что, поскольку мы доводили до конца буржуазную революцию, нам не могло не сочувствовать «все» крестьянство, — этот факт, как я уже говорил выше, ни
на йоту не колеблет того основного положения, что к Октябрю мы
шли и победили в Октябре вместе с беднейшим крестьянством, что
свергли власть буржуазии и установили диктатуру пролетариата
(одну из задач которой составило доведение до коііца буржуазной
революции) вместе с беднейшим крестьянством при сопротивлении
кулачества (тоже крестьяне) и колебаниях .со стороны средисго
крестьянства.
21

Ленинизм

321

Кажется, ясно.
. . . Вы пишете далее в своем письме:
«Правильно лн утверждение, что «мы подошли
к Октябрю с лозунгом
союза
с деревенской
беднотой
при нейтрализации
середняка»?
Нет, неправильно. По указанным уже выше соображениям и приведенным выдержкам из
Леннна впдно, что этот лозунг мог возникнуть только тогда, когда «назрело
классовое деление внутри крестьянства» ( Л е н и н ) , т. е. «летом и осенью 1918 г.»».

Из этой цитаты выходит, что партия стала на путь нейтрализации середняка не в период подготовки и пе во время Октября, а
после Октября и особенно после 1918 г., после комбедов. Это совершенно неверно, т. Яп — ский. Наоборот, политика нейтрализации середняка не началась, а кончилась
после комбедов, после
1918 г. Политика нейтрализации середняка была отменена (а не
введена) в нашей практике именно после 1918 г. Именно после
1918 г., в марте 1919 г., Ленин, открывая VIII съезд нашей партии
сказал:
«Лучшие представители
социалпзма старого
времени, — когда они егае
верили в революцию и служили ей теоретически и идейно, — говорили о нейтрализации
крестьянства, т. е. о том, чтобы сделать из среднего крестьянства,
если не активно помогающий революции пролетариата, то но крайней мере не
мешающий ей, нейтральный, не становящийся на сторону наших врагов общественный слой. Эта отвлеченная, теоретическая постановка задачи для нас
вполне ясна. Но она недостаточна. * Мы вошли в такую стадию
социалистического строительства, * когда надо выработать конкретно, детально, проверенные на опыте работы в деревне, основные правила и указания, которыми мы
должны руководиться для того, чтобы по отношению к среднему крестьянину стать на почву прочного
союза» (см. т. X X I V , стр. 114).

Получается, как видите, нечто прямо противоположное тому, о
чем вы говорите в своем письме, причем вы переворачиваете здесь
нашу действительную партийную практику вверх ногами, смешивая
начало нейтрализации с ее концом,
Середняк хныкал и колебался между революцией и контрреволюцией, пока свергали буржуазию, пока власть советов не была
еще упрочена, в виду чего и приходилось его нейтрализовать. Середняк стал поворачивать к нам, когда он стал убеждаться, что
буржуазия свергнута «всерьез», что власть советов упрочивается,
кулака одолевают, Красная армия начинает побеждать на гражданских фронтах. Именно после такого перелома стал возможен третий стратегический лозунг партии, данный Лениным на VIII съезде
партии: опираясь на бедноту и устанавливая прочный союз с середняком— вперед за социалистическое строительство.
Как вы могли забыть этот общеизвестный факт?
Из вашего письма вытекает далее, что политика нейтрализацщг
середняка при переходе к пролетарской революции и в первые дтс
после победы этой революции — неправильна, непригодна и потому неприемлема. Это совершенно
неверно, т. Ян — ский. Дело
обстоит как раз наоборот. Именно при свержении власти буржуазии и до упрочения власти пролетариата более всего колеблется и
сопротивляется середняк. Именно в этот период и необходимы союз
с беднотой и нейтрализация середняка.
( С т а л и н . Вопросы
крестьянскому вопросу»,

* Курени мой. И. Ст.

ленинизма. «О трех основных
стр. 251—262* 1927 г.)

лозунгах

партии

по

4. АГРАРНАЯ ПРОГРАММА БОЛЬШЕВИЗМА В
РЕВОЛЮЦИИ

ПРОЛЕТАРСКОЙ

а) Конфискация и пролетарская национализация всей крупной
поземельной собственности в городе и в деревне (как частной, так
и церковной, монастырской и пр.), с переходом в руки советов государственной и муниципальной поземельной собственности, в
том числе лесного фонда, недр, вод и т. д., с последующей национализацией всей земли.
б) Конфискация всего производственного имущества крупных
поземельных владений, как то: строений, машинного оборудования и прочего инвентаря, скота, предприятий по обработке сель-:
скохозяйствсцпой продукции (крупных мельниц, сыроварен, молочных заведений, сушилок и т. д.).
в) Передача крупных имений, в особенности имеющих хозяйственно-показательное значение или крупный экономический удельный вес, в управление органов пролетарской диктатуры и организация советских хозяйств.
г) Передача части бывших помещичьих и других конфискованных земель, в особенности там, где эти земли обрабатывались крестьянами на арендных началах и служили средством экономического
закабаления крестьянства, в пользование крестьянства (его бедняцких и отчасти середняцких слоев). Доля передаваемых крестьянству земель определяется как хозяйственной целесообразностью,
так и необходимостью нейтрализации крестьянства и его завоевания на сторону пролетариата; она неизбежно должна быть различной в зависимости от разных условий.
д) Запрещение, в целях сохранения земли за крестьянством и в
целях борьбы с переходом этой земля в руки капиталистов, скупщиков и т. д., всякой купли-продажи земли. Решительная борьба
С нарушителями этого закона,
е) Борьба с ростовщичеством. Уничтожение кабальных сделок.
Сложение долгов с эксплоатируемых слоев крестьянства. Освобождение от налогов беднейших крестьян и т. д.
ж) Широкие государственные мероприятия для поднятия производительных сил сельского хозяйства: развитие сельской электрификации, тракторостроения, производства химических удобрений, производства чистосортных семян и племенного скота в' советских имениях, широкая постановка мелиоративного сельскохозяйственного кредита и т. д.
з) Поддержка и финансирование сельской кооперации и всех форм
коллективного производства в деревне (товариществ, коммун и т. д.).
Систематическая пропаганда кооперативного объединения крестьянства (кооперация в области организации сбыта, снабжения, кредита)
на основе массовой самодеятельности крестьянства и пропаганда перехода к крупным формам сельскохозяйственного производства, что
облегчает — благодаря неоспоримым техническим и экономическим
преимуществам крупного хозяйства — как наибольшую непосредственную экономическую выгоду, так и наиболее доступный широчайшим массам трудящихся крестьян способ перехода "к социализму. 1
(Программа Коминтерна, раздел IV, глава 3.)

Примечание составителя.
Аграрная программа Коминтерна опирается па
тезисы II конгресса Коминтерна но аграрному вопросу, написанные т. Лениным.
1

iv. к р е с т ь я н с т в о при д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а
и п у т и его с о ц и а л и с т и ч е с к о й переделки
I. ТОВ. СТАЛИН О ЛЕНИНСКОМ
СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

УЧЕНИИ

О

КРЕСТЬЯНСТВЕ

ПРИ

Если раньше, в первый период революции, дело шло, главным
образом, о свержении царизма, а потом, после Февральской революции, вопрос шел, прежде всего, о выходе из империалистской
/ войны через свержение буржуазии, то теперь, после ликвидации
гражданской войны н упрочения советской власти, — на первый план
выступили вопросы хозяйственного строительства. Усилить и развить национализированную индустрию; связать для этого индустрию
с крестьянским хозяйством через торговлю, регулируемую государством; заменить продразверстку продналогом с тем, чтобы потом,
постепенно уменьшая размеры продналога., свести дело к обмену
изделий индустрии на продукты крестьянского хозяйства; оживить
торговлю и развить кооперацию, вовлекая в эту последнюю миллионы крестьянства., — вот как рисовал Легши очередные задачи
хозяйственного строительства на пути к постройке фундамента социалистической экономики.
Говорят, что задача эта может оказаться непосильной для такой
крестьянской страны, как Россия. Некоторые скептики говорят даже
о том, что она просто утопична, невыполнима, ибо крестьянство
есть крестьянство, — оно состоит из мелких производителей, и оно
не может быть поэтому использовано для организации фундамента
социалистического производства.
Но скептики ошибаются, ибо они но учитывают некоторых обстоятельств, имеющих в данном случае решающее значение. Рассмотрим главные из них.
Во-первых.
Нельзя смешивать крестьянство Советского Союза с
крестьянством Запада. Крестьянство, прошедшее алголу трех революций, боровшееся против ца.ря и буржуазной власти вместе с
пролетариатом и во главе с пролетариатом, крестьянство, получившее землю и мир из рук лролетарокой революции и ставшее в виду
этого резервом пролетариата., — это крестьянство не может не отличаться от крестьянства, боровшегося во время буржуазной революции во главе с либеральной буржуазией, получившего землю из
рук этой буржуазии и ставшего в виду этого резервом бурягуазии.
Едва ли нужно доказывать, что советское крестьянство, привыкшее
ценить политическую дружбу и политическое сотрудничество с
пролетариатом и обязанное своей свободой этой дружбе и этому
сотрудничеству, — не может не составлять исключительно благоприятный материал для экономического сотрудничества с пролетариатом.
Энгельс говорил, что «завоевание политической власти социалистической партией стало делом близкого будущего», что «для того,
чтобы завоевать ее, партия должна сначала пойти из города в деревню и сделаться сильной в деревне» (ем. «Крестьянский вопрос»
Энгельса). Он писал об этом в 90-х годах прошлого столетия, имея
в виду западное крестьянство. Нуягно ли доказывать, что русские
коммунисты, проделавшие в этом отношении колоссальную работу
324

^

в течение трех революций, успели уже создать себе в деревне такое
влияние и такую опору, о которых не смеют даже мечтать напш
западные товарищи? Как можно отрицать, что это обстоятельство
не может не облегчить коренным образом дело налаживания экономического сотрудничества между рабочим классом и крестьянством
России?
Скептики твердят о мелких крестьянах, как о факторе, несовместимом с социалистическим строительством. Но слушайте, что говорит Энгельс о мелких крестьянах Запада:
«Мы решительно стоим на стороне мелкого крестьянина; мы будем делать нее возможное, чтобы ему было сноснее жить, чтобы облегчить ему nepèход к товариществу в случае, если он на ото решится; в том же случае, если
он еще не будет в состоянии принять это решение, мы постараемся предоставить ему возможно больше времени подумать об этом на своем клочке. Мы
будем поступать так не только потому, что считаем возможным переход на
нашу сторону самостоятельного работающего мелкого крестьянина, ко также
и из непосредственных партийных интересов. Чем больше будет число крестьян, которым мы не дадим спуститься до пролетариев и которых мы привлечем на свою сторону еще крестьянами, тем быстрее и легче свершится
общественное преобразование.
Нам было бы бесполезно ожидать о этим преобразованием того времени, когда капиталистическое производство повсюду
разовьется до своих крайних последствий, когда и последний мелкий ремесленник и последний мелкий крестьянин падут жертвами крупного капиталистического производства.
Материальные жертвы, которые придется принести
в этом смысле в интересах крестьян из общественных средств, с точки зрения капиталистической экономики могут показаться выброшенными деньгами,
а, между тем, это — прекрасное употребление капитала, потому что они сберегут, может быть, в десять раз большие суммы при расходах па общественное" преобразование в целом. В этом смысле мы можем, следовательно, быть
очень щедрыми но отношению к крестьянам (см. там же).

Так говорил Энгельс, имея в виду западное крестьянство. Но
разве не ясно, что сказанное Энгельсом нигде не может быть осуществлено с такой легкостью и полнотой, как в стране диктатуры
пролетариата? Разве не ясно, что только в Советской России могут
быгь проведены в жизнь теперь же и полностью и «переход на нашу
сторону самостоятельно работающего мелкого крестьянина», и необходимые для этого «материальные жертвы», и нужная для этого
«щедрость по отношению к крестьянам», что эти и подобные им
меры в пользу крестьян уже проводятся в'России? Как можно отрицать, что это обстоятельство, в свою очередь, должно облегчить
и двинуть вперед дело хозяйственного строительства Советской
страны?
Во-вторых. Нельзя смешивать сельское хозяйство России с сельским хозяйством Запада. Там развитие сельского хозяйства идет по
обычпой линии капитализма, в обстановке глубокой диференциации
крестьянства, с крупными имениями и частично-капиталистическими
латифундиями на одном полюсе, с пауперизмом, нищетой н наемным рабством — на другом. Там распад и разложение в виду этого
вполне естественны. Не то в России. У нас развитие сельского хозяйства пе может пойти по такому пути хотя бы потому, что наличие советской власти и национализация основных орудий и средств
производства не допускают такого развития. В России развитие
сельского хозяйства должно пойти по другому путл, по пути кооперирования миллионов мелкого и среднего крестьянства, по
пути развития в деревне массовой кооперации, поддерживаемой
325

государством в порядке льготного кредитования. Ленин правильно
указал в статьях о кооперации, что развитие сельского хозяйства
у нас должно пойти по новому пути, но пути вовлечения большинства крестьян в социалистическое строительство через кооперацию,
но пути постепенного внедрения в сельское хозяйство начал коллективизма сначала в области сбыта, а потом — в области производства продуктов сельского хозяйства.
Крайне интересны в этом отношении некоторые повые явления
в деревне в связи с работой сельскохозяйственной кооперации.
Известно, что внутри Сельскосоюза народились новые крупные
организации по отраслям сельского хозяйства, — по льну, картофелю, маслу и пр., имеющие большую будущность. Из них, например, Льноцеитр объединяет целую сеть производственных товариществ крестьян-льноводов. Ль'ноцептр занимается тем, что снабжает
крестьян семенами и орудиями производства, потом у тех же крестьян покупает всю продукцию льна, сбывает ее в массовом масштабе на рынок; обеспечивает крестьянам участие в прибылях и, таким образом, связывает крестьянское хозяйство через Сельскосоюз
с государственной промышленностью. Как назвать такую форму организации производства? Это есть, по-моему, домашняя система
крупного государственно-социалистического производства в области сельского хозяйства, Я говорю здесь о домашней системе
государственно-социалистического производства по аналогии с домашней системой капитализма в области, скажем, текстильного
производства, где кустари, получая от капиталиста сырье и орудия
и сдавая ему всю свою продукцию, фактически являлись полунаемными рабочими на дому. Это один из многих показателей того, по
какому пути должно пойти у нас развитие сельского хозяйства.
Я уже пе говорю здесь о других показателях такого же рода по
другим отраслям сельского хозяйства.
Едва ли надо доказывать, что громадное большинство крестьянства охотно станет на этот новый путь развития, отбросив прочь
путь частно-капиталистических латифундий и наемного рабства,
путь нищеты и разорения.
Вот что говорит Ленин о путях развития нашего сельского хозяйства:
«Власть государства на все крупные средства производства, власть государства в руках Пролетариата, союз этого пролетариата со многими миллионами мелких и мельчайших крестьян, обеспечение руководства за этим пролетариатом по отношению к крестьянству и т. д., — разве это не все, что нужно
для того, чтобы из кооперации, из одной только кооперации, которую мы
прежде третировали, как торгашескую, и которую с известной стороны имеем
право третировать теперь при нэпе так же, разве это ие все необходимое для
построения полного социалистического общества? Это еще ие построение социалистического общества, но это все необходимое и достаточное для этого
построения» (см. т. XXVII, стр. 392).

Говоря дальше о необходимости финансовой и иной поддержки
кооперации, как «нового принципа организации населения» и нового
«общественного строя» при диктатуре пролетариата, Ленин продолжает:

Каждый общественный строй возникает лишь при финансовой
поддержке
определенного класса. Нечего напоминать о тех сотнях и сотнях миллионов
рублей, которые стоило рождение «свободного» капитализма. Теперь мы должны сознать к претворить в дело, .что в настоящее время тот общественный
326

строй, который мы должны поддерживать сверх обычного, есть строй кооператива ый. Но поддерживать его надо в настоящем смысле этого слова, т. е.
под ѳтой поддержкой недостаточно понимать поддержку любого кооперативного оборота, — нод этой подержкой надо понимать поддержку такого кооперативного оборота, в котором действительно участвуют действительные
массы
населения» (см. там же, стр. 393).

О чем говорят все эти обстоятельства?
О том, что скептики неправы.
О том, что прав ленинизм, рассматривающий трудящиеся массы
крестьянства как резерв пролетариата.
О том, что стоящий у власти пролетариат может и -должен
использовать этот резерв для того, чтобы сомкнуть индустрию с
сельским хозяйством, поднять социалистическое строительство и
подвести под диктатуру пролетариата тот необходимый фундамент,
без которого невозможен переход к социалистаческой экономике. 1
( С т а л и н . Вопросы лошшнзма. «Об основал ленинизма», стр. 42—45. 1924 г.)
2. Т Р Е Т И Й ЛОЗУНГ ЛЕНИНИЗМА ПО КРЕСТЬЯНСКОМУ ВОПРОСУ
И ЕГО ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ В ИСТОРИИ ОКТЯБРЬСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ

Неверно, что лозунг Ленина: «уметь достигать соглашения с средним крестьянством, ни на минуту не отказываясь от борьбы с кулаком и прочно опираясь только па бедноту», данный в известной его
статье о Питириме Сорокине, — является будто бы лозунгом «периода комбедов», лозунгом «конца периода так называемой найтрализации среднего крестьянства». Это совершенно неверно. Комбеды
были основаны в июне 1918 г. К концу октября 1918 г. мы имели уже
перевес наших сил в деревне против кулачества и поворот середняка в сторону советской власти. На базе этого поворота и возникло
решение ЦК об уничтожении двоевластия между советами и комбедами, о перевыборах волостных и сельских советов, о растворении комбедов во вновь избранных советах п, следовательно, о ликвидации комбедов. Советское оформление этого решения было принято, как известно, 9 ноября 1918 г. на VI съезде советов. Я имею
в виду постановление %ѴІ съезда советов от 9 ноября 1918 г. о перевыборах сельских и волостных советов и растворении комбедов в
советах. А когда, появилась статья Ленина «Ценные признания Питирима Сорокина», где он вместо лозунга нейтрализации середняка
провозглашает лозунг соглашения с середняком? Она появилась
21 ноября 1918 г., т. е. почти через две недели после этого постановления VI съезда советов. В этой статье Ленин прямо говорит, что
политика соглашении с середняком диктуется поворотом середняка
в нашу сторону. Вот слова Ленина:
<В деревне наша задача— уничтожить помещика, сломить сопротивление
эксплоататора н спекулянта-кулака, опереться для этого мьг можем прочно
только на полупролетариев, на «бедноту». Но средний крестьянин нам не
враг. Он колебался, колеблется и будет колебаться: задача воздействия на
колеблющихся не одинакова
с задачей низвержения эксплоататора и победы
1 Примечание
составителя. Вопрос о путях развития крестьянства в эпоху
диктатуры пролетариата (кооперативный план Ленина) см. тему «Борьба за победу социалистического строительства» п в этой теме стр. 337—339.

*

над активным врагом. Уметь достигать соглашения в средним крестьянином.
Ни на минуту не отказываясь от борьбы с кулаком и прочно опираюсь только
на бедноту — это задача момента, ибо именно теперь поворот в среднем
крестьянстве в нашу
сторону неизбежен, * и силу вышеизложенных причин»
(см. T. X X I I I , стр. 294).

Что же из этого следует?
А из этого следует то, что лозунг Ленина относится не к старому
периоду, пе к периоду комбедов и нейтрализации середняка, а к
новому периоду, периоду соглашения с середняком. Он отражает,
таким образом, не конец старого периода, а начало нового периода.
Но ваше .утверждение о лозунге Ленина неверно по только формально, пе только, так сказать, в хронологическом отношении,—
опо неверно и по существу. Известно, что лозунг Ленина о соглашений с середняком, как новый лозунг, получил общепартийное провозглашение на VIII съезде нашей партии (март 1919 г.). Известно,
.что VIII съезд партии является тем самым съездом, который обосновал основы пашей политики прочного союза с середняком. Известно,
что наша программа, программа ВКП, принята также на VIII съезде
партии. Известно, что в этой программе имеются специальные
пункты об отношении парпіи к различным группировкам в деревне:
к бедноте, к середнякам, к кулачеству. Что сказало в этих пунктах
программы ВКГІ о социальных группировках в деревне и об отношении партии к ним? Слушайте.
«Во всей своей роботе в деревне РКП гтопрежнему, опирается на пролетарские и полупролетарские
силы ее, организует, прежде всего, их в самостоятельную силу, создавая партийные ячейки в деревне, организация бедноты,
особого типа профессиональные союзы
пролетариев и полупролетариев деревпи и т. д., сближая их всемерно с городским пролетариатом и вырывая их
из-под влияния деревенской буржуазии и мелкособственнических интересов.
По отношению к кулачеству, к деревенской буржуазии политика РКП состоит в решительной
борьбе против их жсплоататорских
поползновений,
в подавлении
их сопротивления
советской
политике.
По отношению к среднему крестьянству политика РКП состоит в постепенном и планомерном вовлечении его в работу социалистического строительства. Партия ставит своей задачей отделять его от кулаков, привлекать его
на сторону рабочего класса внимательным отношением к его нуждам, борясь
с его отсталостью мерами идейного воздействия, отнюдь не мерами подавления, стремясь во всех случаях, где затронуты его яшзненные интересы, к практическим соглашениям с ним, идя н а уступки ему в опртделении способов проведения социалистических преобразований» ** («VIII съезд РКП» Стенографический отчет, стр. 351).

ГІопробуйте-ка найти хотя бы малейшую, хотя бы словесную
разницу между этими пунктами программы и лозунгом Ленина! Вы
не найдете этой разницы, ибо ее не существует в природе. Более
того. Не может быть никакого сомнения, что лозунг Ленина не
только не противоречит решениям ѴІЙ съезда о середняке, а, паоборот,— является самой точной и самой удачной формулировкой
этих решений. А ведь этот факт, что программа ВКП принята в
марте 1919 г. на VIII съезде партии, специально обсуждавшем вопрос о середняке, а статья Ленина против Питирима Сорокина, провозгласившая лозунг о соглашении с середняком, появилась в печати в ноябре 1918 г., за четыре месяца до VIII съезда партии.
* Курсив мой. //. Ст.
* * Курсив везде мой. И. Ст.

328

/

Разве ne ясно, что VIII съезд партии целиком и полностью подтвердил лозунг Ленина, провозглашенный в его статье против Питирима Сорокина, как лозунг, которым обязана партия руководствоваться в своей работе в деревне за весь, нынешний период социалистического строительства?
Б чем состоит соль лозунга Ленина?
Соль лозунга Ленина состоит в том, что он замечательно метко
схватывает триединую задачу партийной работы в деревне, выраженную в одной сжатой формуле: а) обопрись на бедноту, б) устраивай соглашение с середняком, в) ни на минуту не прекращай борьбу
с кулаком. Попробуйте-ка взять из этой формулы одну из ее частей,
как базу для работы в деревне в данный момент, забыв об остальных ее частях, — и вы обязательно попадете в тупик. Можно ли в
условиях нынешней фазы социалистического строительства устраивать действительное и прочное соглашение с середняком, не опираясь на бедноту и не ведя борьбы с кулаком? Нельзя. Можно ли
в условиях нынешнего развития вести успешную борьбу с кулаком,
не опираясь на бедноту и не имея соглашения с середняком? Нельзя.
Как удачнее всего выразить? в одном обобщающем лозунге эту триединую задачу партийной работы в деревне? Я думаю, что лозунг Ленина
является наиболее удачным выражением этой задачи. Надо признать,
цто удачнее Ленина не с к а ж е ш ь . . .
(Сталин.

стр. 3 2 5 — 3 2 7 .

Вопросы ленинизма.

192S Г.)

«Ленин

и вопрос о союзе с

середняком»,

Следует только иметь в виду, что союз рабочих и крестьян в
условиях диктатуры пролетариата не есть простой союз. Это есть
особая форма классового союза рабочего класса и трудящихся масс
крестьянства, ставя и (а я своею целью: а) усиление позиций рабочего
класса, б) обеспечение руководящей роли рабочего класса внутри
этого союза, в) уничтожение классов и классового общества. Всякое иное понимание союза рабочих н крестьян есть оппортунизм,
меньшевизм, эсерство, — все что угодно, только не марксизм, только
не ленинизм.
Как совместить идею союза рабочих и крестьян с известным положением Ленина о том. что /крестьянство является «последним капиталистическим классом»? Нет ли тут противоречия? Противоречие
тут только видимое, кажущееся. На самом деле тут нет никакого противоречия. Б том же самом докладе на III конгрессе Коминтерна, где
Ленин характеризует крестьянство, как «последний капиталистический класс», в этом же самом докладе Ленин еще и еще раз обосновывает необходимость союза рабочих и крестьян, заявляя, что «высший
принцип диктатуры — это поддержание союза пролетариата с крестьянством, чтобы он мог удержать руководящую роль и государственную
власть». Ясно, что Ленин, во всяком случае, не усматривает здесь
никакого противоречия.
Как нужно понимать положение Ленина о том, что крестьянство
есть «последний капиталистический класс»? Не значит ли это, что
крестьянство состоит из капиталистов? Нет, не значит. Это значит,
во-первых, что крестьянство является особым классом, строящим хозяйство на основе частной собственности на орудия и средства производства и отличающимся, в виду этого, от класса пролетариев, сгроязгэ

щих хозяйство на основе коллективной собственности на орудия
и средства производства. Это значит, во-вторых, что крестьянство
является таким классом, который выделяет из своей среды, порождает
и питает капиталистов, кулаков и вообще разного рода эксплоататоров.
Не является ли это обстоятельство непреодолимым препятствием
для дела организации союза рабочих и крестьян? Нет, не является.
Союз пролетариата с крестьянством в условиях диктатуры пролетариата не есть союз со всем крестьянством. Союз пролетариата с
крестьянством является союзом рабочего м а с с а с трудящимися массами крестьянства. Такой союз не может быть осуществлен без
борьбы с капиталистическими элементами крестьянства, без борьбы
с кулачеством. Такой союз не может быть прочным без организации бедноты, как опоры рабочего класса в деревне. Поэтому союз
рабочих и крестьян в нынешних условиях диктатуры пролетариата
может быть осуществлен лишь иод известным лозунгом Ленина:
обопрись на бедноту, устраивай прочный союз с середняком, пи на
минуту пе прекращай борьбу с кулачеством. Ибо только при проведении этого лозунга может быть осуществлено дело вовлечения
основных масс крестьянства в русло социалистического строительства.
Вы видите, таким образом, что противоречие между двумя формулами Ленина является лишь мнимым, кажущимся противоречием. На
самом деле между ними нет никакого противоречия.
(Сталин.
192S г.)

Вопросы

ленинизма.

«На

хлебнРм

фронте»,

стр.

323—324.

3. БОРЬБА
ПАРТИИ
ПРОТИВ КОНТРРЕВОЛЮЦИОННОГО ТРОЦКИЗМА И ПРАВОГО ОППОРТУНИЗМА ПО ВОПРОСУ О ПУТЯХ
Р А З В И Т И Я К Р Е С Т Ь Я Н С Т В А ПРИ Д И К Т А Т У Р Е ПРОЛЕТАРИАТА
А. Борьба против т р о ц к и с т с к о й теории н е в о з м о ж н о с т и
вовлечения к р е с т ь я н с т в а в с т р о и т е л ь с т в о с о ц и а л и з м а

Грубейшая ошибка оппозиции состоит в том, что она механически переносит закономерность развития крестьянского хозяйства при
капитализме целиком и полностью на эпоху диктатуры пролетариата,
плетясь, таким образом, в хвосте буржуазных идеологов. Оппозиция
не видит того, что пути 'развития деревни определяются развитием
города и что капиталистическим элементам в деревне противостоят
в наших условиях не только батрак, бедняк и середняк, но и вся
система диктатуры пролетариата с ее мощными экономическими
командными высотами (в первую голову — социалистической индустрией), кооперацией и другими рычагами планового воздействия
на сельское хозяйство. Тем самым оппозиция ревизует важнейшие теоретические положения марксизма и ленинизма о соотношении крупного
и мелкого производства города н деревни, индустрии и сельского хозяйства и возвращается к буржуазно-ревизионистошм теориям
о «термидорианском» перерождении пролетарского государства и победе мелкого капиталиста-кулажа
и частного капитала
над
круішой и централизованной, как нигде, машинной индустрией со-

330

циалистического пролетариата, ведущей за собою все народное хозяйство . . .
. . . Следует отметите, что характерной чертой оппозиции является
ее неверие в возможность вовлечения основной массы крестьянства
в русло социалистического строительства через кооперацию. Это
есть отказ от ленинского кооперативного плана и, стало быть, прямой отход оппозиция от ленинизма. Отход этот является неизбежным результатом общей ликвидаторской установки оппозиции,
отрицающей возможность
строительства
социализма
в
нашей
стране.
(Резолюция X V съезда ВКП(б) о работе в деревне. 1927 г.)
G. Борьба против правооппортунистмческой

„самотена"

теории

Нет сомнения, что ведущая роль социалистического города в отношении мелкокрестьянской деревни велика и неоценима. На этом
именно и строится преобразующая роль индустрии в отношении сельского хозяйства. Но достаточно ли этого фактора для того, чтобы
мелкокрестьянская деревня сама пошла за городом в деле социалистического строительства? Нет, недостаточно.
При капитализме деревня шла стихийно за городом, потому что капиталистическое хозяйство города и мелкотоварное хозяйство крестьянина является в
своей основе однотипным хозяйством. Конечно, мелкокрестьянское
товарное хозяйство не есть еще капиталистическое хозяйство. Но оно
в своей основе однотипно с капиталистическим хозяйством, так как
опирается на частную собственность, на средства производства. Ленин тысячу раз прав, когда он говорит в своих заметках по поводу
книжки т. Бухарина об Экономике переходного периода» о «товарнокапиталистической тенденции крестьянства» в противоположность социалистической
тенденции пролетариата. * Этим именно и объясняется, что «мелкое производство рождает капитализм и буржуазию
постоянно, ежегодно, ежечасно, стихийно и в массовом масштабе»
(Л е н и н). Можно ли, следовательно, сказать, что мелкотоварное крестьянское хозяйство в своей основе однотипно с социалистическим
производством в городе? Очевидно, что нельзя этого сказать, не
разрывая с марксизмом. Иначе Ленин не говорил бы, что «пока мы
живем в мелкой крестьянской стране, для капитализма в России есть
более прочная экономическая база, чем для коммунизма». Стало
быть, теория самотека в деле социалистического строительства есть
теория гнилая, антиленинская. Стало быть, чтобы мелкокрестьянская
деревня пошла за социалистическим городом, необходимо еще кроме
всего прочего насаждать в деревне крупные социалистические хозяйства в виде совхозов п колхозов, как "базы социализма, могущие повести sa собой во главе с социалистическим городом основные массы
крестьянства.
Дело ясное. Теория «самотека» в социалистическом строительстве
есть торпя антимарксистская. Социалистический город должен вести
за собой мелкокрестьянскую деревню, насаждая
в деревне колхозы
и совхозы и преобразуя деревню иа новый, социалистический лад.
* Курсив Ленине. И. Ст.

Странно, что антимарксиеткая теория «самотека» в социалистическом строительстве не встречает до сих пор должного отпора со стороны наших теоретиков-аграрников.
стр.

(Сталин.
44G—447.

Вопросы ленинизма. «К вопросам аграрной политики в

1929

Г.)

СССР»,

В. Борьба против правооппортунистичесной теории врастания
кулака в социализм

Тов. Бухарин попытался в своей речп подкрепить теорию врастания
кулаков в социализм ссылкой на известную цитату из Ленина. При
этом он утверждает, что Ленин говорит то же самое, что и Бухарин.
Это неверно, товарищи. Это грубая и непозволительная клевета на Ленина. Вот текст этой цитаты из Ленина:
«Конечно, в нашей Советской республике социальный строй основан на сотрудничестве двух классов: рабочих и крестьян, к которому теперь допущены
на известных условиях и «нэпманы», т. е. буржуазия» (см. т. X X V I I , стр. 405).

Вы видите, что здесь нет нн одного слова насчет врастания капиталистов в социализм. Здесь говорится лишь о том, что мы «допустили» к сотрудничеству рабочих и крестьян «на известных условиях» и нэпманов, т. е. буржуазию. Что это значит? Значит ли это,
что мы тем самым допустили возможность врастания нэпманов в социализм? Конечно, не значит. Так могут толковать цитату из Ленина
лишь люди, потерявшие стыд. Это значит лишь то, что мы буржуазию сейчас не уничтожаем, что мы ее сейчас не конфискуем, а допускаем ее существование на известных условиях, т. е. при безусловном
подчинении законам диктатуры пролетариата, т. е. при возрастающем
ограничении капиталистов, имеющем своей целью постепенное вытеснение их из народнохозяйственной жизни. Можно ли провести
в жизнь вытеснение капиталистов и уничтожение корней капитализма
без ожесточенной классовой борьбы? Нет, нельзя. Можно ли уничтожить классы при теории и практике врастания каітталпстов в социализм? Нет, нельзя. Такая теория и практика могут лишь культивировать и увековечить классы, ибо она, эта теория, противоречит теории
классовой борьбы. Ну, а цитата из Ленина целиком и полностью
базируется на марксистской теории классовой борьбы в обстановке
диктатуры пролетариата. Что может быть общего между теорией
Бухарина о врастании кулака в социализм и между теорией Ленина
о диктатуре как об ожесточенной классовой борьбе? Ясно, что тут нет
и не может быть ничего общего. Тов Бухарин думает, что при
диктатуре пролетариата классовая борьба должна погаснуть и ликвидироваться для того, чтобы получилось уничтожение классов. Ленин
же, наоборот, учит, что классы могут быть уничтожены лишь путем упорной классовой борьбы, становящейся в условиях диктатуры
пролетариата еще более ожесточенной, чем до диктатуры пролетариата.
«Уничтожение классов, — говорит Легши, — дело долгой, трудной, упорной
классовой
борьбы, которая после свержения власти капитала, после разрушения буржуазного государства, после установления диктатуры пролетариата не
исчезает
(как воображают пошляки старого социализма и старой социал-демократии), а только меняет своп формы, становясь во многих отношениях еще
ожесточеннее» (см. т. X X I V , стр. 315).
332

Вот что говорит Ленин об уничтожении классов.
'Уничтожение классов путем ожесточенной классовой борьбы пролетариата— такова формула Ленина,
Уничтожение классов путем потухания классовой борьбы и врастания капиталистов в социализм — такова формула т. Бухарина.
Что может быть общего между этими двумя формулами? Ясно, что
между ними нет и не может быть ничего общего.
Бухаринская теория врастания кулаков в социализм представляет,
таким образом, отход от марксистско-ленинской теории классовой
борьбы. Она есть приближение к теории катедер-социализма.
В этом основа всех ошибок- т. Бухарина и его друзей.
Могут скатать, что не стоит долго распространяться о бухаринской теории врастания кулаков в социализм, так как она сама говорит—и не только говорит, а кричит — против т. Бухарина, Это
неверно, товарищи! Пока эта теория лежала под спудом, можно
было не обращать на нее внимания: мало ли какие глупости имеются
в писаниях различных товарищей! Мы так и поступали до последнего времени. Но в последнее время обстановка несколько изменилась. Мелкобуржуазная стихия, разыгравшаяся в последние годы,
стала одухотворять эту антимарксистскую теорию, придавал ей
актуальный характер. Теперь уже нельзя скатать, что она лежит под
спудом. Теперь она. эта странная теория т. Бухарина, имеет претензию стать знаменем правого уклона в нашей партии, знаменем оппортунизма. Поэтому мы не можем ужо пройти мимо этой теории.
Поэтому мы обязаны ее расколотить как теорию неправильную и вредную, для того, чтобы облегчить нашим партийным товарищам борьбу
с правым уклоном.
399.

(Сталин.
1929 Г.)

Вопросы ленинизма.

«О правом уклоне в ВКП(О)», стр. 397—

Г. Борьба против кулацкой теории п р а в ы х об „устойчивости"
мелкого с е л ь с н о г о х о з я й с т в а и его врастании
в социализм

Перейдем к третьему предрассудку в политической экономии,
к теории «устойчивости» мелкокрестьянского хозяйства.
Всем
известны возражения буржуазной политической экономии против
известного тезиса' марксизма о преимуществе крупного хозяйства
перед мелким, имеющего будто бы силу только в ' промышленности,
но по имеющего применения в сельском хозяйстве. Социал-демократические теоретики типа Давида и Герца, проповедующие эту
теорию, пытались при этом «опереться» на тот факт, что мелкий
крестьянин вынослив, терпелив, готов принять на себя любые лишения, лишь бы отстоять свой клочок земли, что, в виду этого,
в борьбе с крупным хозяйством в земледелии мелкокрестьянское
хозяйство проявляет устойчивость. Не трудно понять, что такая
«устойчивость» хуже всякой неустойчивости. Не трудно понять, что
эта антимарксистская теория имеет своей целью лишь одно: ' восхваление и упрочение капиталистических порядков. И именно потому, что она имеет такую цель, именно поэтому удалось марксистам так легко разбить эту теорию. Но дело теперь не в этом. Дело
в том, что наша практика, наша действительность дает новые
аргументы против этой теории, а наши теоретики странным образом
333

не хотят или не могут использовать это повое оружие протігв врагов рабочего класса. Я имею в виду практику уничтожения частной
собственности на землю, практику национализации земли у нас,
практику, освобождающую мелкого крестьянина от его рабской
приверженности к своему клочку земли и облегчающую тем самым
переход от мелкого крестьянского хозяйства к крупному, коллективному хозяйству.
В самом деле, что привязывало, привязывает и будет еще привязывать мелкого крестьянина в Западной Европе к его мелкому
товарпому хозяйству? Прежде всего и главным образом наличие
своего собственного клочка земли, наличие частной собственности
на землю. Он копил деньги годами для того, чтобы купить клочок
земли, он его купил, и понятно, он не хочет с ним расстаться, предпочитая переносить все и всякие лишения, предпочитая впасть в дикость, лишь
отстоять свой клочок земли — основу -его индивидуального хозяйства. Можно ли сказать, что этот фактор в таком
его виде продолжает действовать и у нас, в условиях советских
•порядков? Нет, нельзя сказать. Нельзя сказать, так как у нас нет
частной собственности на землю. II именно потому, что у нас нет
частной собственности на землю, у нас пет и той рабской приверженности крестьянина к земле, которая имеется на Западе. А это
обстоятельство не может не облегчать перехода мелкокрестьянского хозяйства на рельсы колхозов.
Вот тде одна из причин того, что крупным хозяйствам в деревне,
колхозом в деревне, удается так легко демонстрировать у нас,
в условиях национализации земли, свое превосходство перед мелким
крестьянским хозяйством.
Вот где великое революционное значение советских аграрных
законов, уничтоживших абсолютную ренту, отменивших частную
•собственность на землю и установивших национализацию земли.
Но из этого следует, что мы имеем в своем распоряжении новый
аргумент
против
буржуазных
экопомистов, провозглашающих
устойчивость мелкокрестьянского хозяйства в его борьбе с крупным хозяйством.
Почему же этот новый аргумент не используется в достаточной
мере нашими теоретиками-аграрниками в их борьбе против всех и
всяких буржуазных теорий.
Проводя национализацию земли, мы исходили, между прочим,
из теоретических предпосылок, данных в третьем томе «Капитала»,
в известной книге Маркса «Теория прибавочной ценности» и в
аграрных трудах Ленина, представляющих богатейшую сокровищ*
ницу теоретической мысли. Я имею в виду теорию земельной ренты
вообще, теорию абсолютной земельной ренты в особенности." Теперь ясно для всех, что теоретические положения этих трудов блестяще подтвердились практикой нашего социалистического строительства в городе и деревне.
Непонятно тотько, почему антинаучные теории «советских» экономистов типа Чаяновых должны иметь свободное хождение в нашей печати, а гениальные труды Маркса — Энгельса — Ленина
о теории земельной ренты и абсолютной земельной ренты нѳ
должны популяризироваться и выдвигаться на первый план, должны
лежать под спудом?,
334

Еы помните, должно быть, известную брошюру Энгельса о «Крестьянском вопросе». Вы помните, конечно, до чего осмотрительно
подходит Энгельс к вопросу о переводе мелких крестьян на путь
товарищеского хозяйства, на путь коллективного хозяйства. Позвольте
процитировать
соответствующее
место
из
брошюры
Энгельса.
«Мы решительно стоим па стороне меткого крестьянства. Мы будем: делить
все возможное, чтобы ему было сноснее жить, чтобы облегчить ему переход
к товариществу, в случае, если он иа это решится. В том же случае, если он
еще не будет в состоянии принять это решение, мы постараемся предоставить
ему возможно больше времени подумать об этом на своем клочке». *

Вы видите, до чего осмотрительно подходит Энгельс к вопросу
о переводе индивидуального крестьянского хозяйства на рельсы
коллективизма. Чем объяснить такую с первого взгляда преувеличенную осмотрительность Энгельса? Из чего исходил он при этом?
Очевидно, что он исходил из наличия частной собственности на
землю, из того факта, что у крестьянина имеется «свой клочок»
земли, с которым ему, крестьянину, трудно будет расстаться. Та.ково крестьянство на Западе. Таково крестьянство в капиталистических странах, где существует частная собственность на землю.
Понятно, что тут нужна большая осмотрительность. Можно ли сказать, что у нас в OOGP имеется такое же положение? Нет, нельзя
этого сказать. Нельзя, так как у нас нет частной собственности на
землю, приковывающей крестьянина к его индивидуальному хозяйству. Нельзя, так как у нас имеется национализация земли, облегчающая дело перехода индивидуального крестьянина на рельсы
коллективизма.
Вот, где одпа из причин той сравнительной легкости и быстроты,
с какой у нас развивается в последнее время колхозное движение.
стр.

(Сталин.
447—449.

Вопросы ленинизма.

1929 Г.)

«К вопросам аграрной политики в СССР»

4. Ф О Р М Ы СОЮЗА ПРОЛЕТАРИАТА И К Р Е С Т Ь Я Н С Т В А
В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО С Т Р О И Т Е Л Ь С Т В А

Что такое новые формы смычки, что это означает с точки зрения нашей хозяйственной политики?
Это означает прежде всего, что кроме старых форм смычки
между городом и деревней, когда промышленность удовлетворяла
главным образом личные потребности крестьянина (ситец, обувь,
вообще мануфактура и т. д ) , нам нужны еще новые формы смычки,
когда
промышленность
будет
удовлетворять
производственные
нужды крестьянского хозяйства
(сельскохозяйственные машины,
тракторы, улучшенные семена, удобрение и т. д.). Если мы раньше
удовлетворяли главным образом личные потребности крестьянина,
мало задевая производственные нужды его хозяйства, то теперь,
продолжая удовлетворять личные потребности крестьянина, нам
нужно налегать во-всю на снабжение сельскохозяйственными машинами, тракторами, удобрениями и т. д., имеющими прямое отношение к реконструкции сельскохозяйственного производства на новой технической базе. Пока дело шло о восстановлении
сельского
* Курсив мой. И. Ст,

хозяйства и освоении крестьянами бывших помещичьих и кулацких
земель, мы могли удовольствоваться старыми формами смычки.
Но теперь, когда дело идет о реконструкции сельского хозяйства,
этого утке недостаточно. Теперь надо итпг дальше, помогая крестьянству перестроить сельскохозяйственное производство на базе
новой техники и коллективного труда.
Это означает, во-вторых, что на ряду с перевооружением нашей
промышленности мы должны начать серьезно перевооружать и
сельское хозяйство. Мы перевооружаем и отчасти уже перевооружили нашу промышленность, подводя под нее новую техническую
базу, снабжая ее новыми улучшенными машинами, новыми улучшенными кадрами. Мы строим новые заводы и фабрики, мы реконструируем и расширяем старые, мы развиваем металлургию, химию,
машиностроение. На этой основе растут города, множатся новые
промышленные пункты, расширяются старые. На этой базе растет
спрос на продовольственные продукты, на сырье для промышленности. А сельское хозяйство остается при старых орудиях, при
старых, дедовских, методах, обработки земли, при старой, примитивной, теперь уже негодной или почти негодной технике, при старых мелкокрестьянских индивидуальных формах хозяйствования и
труда. Чего стоит, например, тот факт, что до революции было у
нас около 16 млн. дворов, а теперь их имеется не менее 25 млн.?
О чем говорит все это, как не о том, что сельское хозяйство принимает все более распыленный, раздробленный характер? А характерная черта распыленных мелких хозяйств состоит в том. что они нѳ
в силах в должной море использовать технику, машины, тракторы,
данные агрономической науки, что они являются хозяйствами малотоварными. Отсюда недостаток товарного выхода сельскохозяйственных продуктов. Отсюда опасность разрыва между городом и
деревней, между промышленностью и сельским хозяйством. Отсюда
необходимость подтянуть, подогнать сельское хозяйство к темпу
развития нашей индустрии. И вот, чтобы не было этой опасности
разрыва, надо начать по-серьезному перевооружать сельское хозяйство на базе новой техники. А чтобы его перевооружить, надо постепенно объединять раздробленные крестьянские хозяйства в
крупные хозяйства, в коллективы, надо строить сельское хозяйство
на базе коллективного труда, на'до укрупнять коллективы, надо
развивать старые и новые совхозы, надо систематически применять
массовые формы контрактации ко всем основным отраслям сельского хозяйства, надо развивать систему машинно-тракторных станций, помогающих крестьянству осваивать новую технику и коллективизировать труд, — словом, надо постепенно переводить мелкие
крестьянские хозяйства на базу крупного коллективного производства, ибо только крупное производство общественного типа способно использовать во-всю данные науки и новой техники и двинуть
вперед семимильными шагами развитие нашего сельского хозяйства.
Это не значит, конечно, что мьг должны забросите индивидуальное бедняцко-середняцкое крестьянское хозяйство. Нет, не значит.
Индивидуальное бедняцко-середняцкое хозяйство в деле снабжения
промышленности продовольствием и сырьем играет и будет еще играть в ближайшем будущем преобладающую роль. Именно поэтому
необходимо
поддерживать индивидуальное бедняцко-середняцкое
336

хозяйство.
Но это значит, что одного лишь индивидуального
s крестьянского хозяйства уже недостаточно. Об этом говорят наши
хлебозаготовительные затруднения. Поэтому развитие индивидуального бедняцко-оередняцкого хозяйства надо дополнить всемерным
развитием коллективных форм хозяйства и совхозов. Поэтому
нужно проложить мост между индивидуальным бедняцко-середняцким хозяйством и коллективными общественными формами хозяйства в виде массовой контрактации, в виде машинно-тракторных
станций, з виде всемерного развития кооперативной общественности, с тем, чтобы облегчить крестьянам перевести свое мелкое индивидуальное хозяйство на рельсы коллективного труда. Без этих
условий невозможно серьезное развитие сельского хозяйства. Без этих
условий невозможно разрешение зерновой проблемы. Без этих условий
невозможно избавление маломощных слоев крестьянства от бедности,
от нищеты.
,
Это означает, наконец, что надо всемерно развивать нашу индустрию, как основной источник питания сельскохозяйственного производства, по линии его реконструкции, надо развивать металлургию, химию, машиностроение, надо строить тракторные заводы, заводы сельскохозяйственных машин и т. д. Нет нужды доказывать,
что невозможно развивать колхозы, невозможно 'развивать машинно-тракторные станции, не подтягивая основные массы крестьянства к коллективным формам хозяйствования через массовую
контрактацию, не снабжая сельское хозяйство изрядным количеством
тракторов, сельскохозяйственных машин и т. д. Но снабжать деревню
машинами и тракторами невозможно, не развивая нашу индустрию
усиленным темпом. Отсюда — быстрый темп развития нашей индустрии как ключ к реконструкции сельского хозяйства на базе
коллективизма.
Таковы смысл и значение иовых форм смычки.
410.

(Сталин.
1928 г.)

Вопросы ленинизма.

«О правом уклоне в ВКП(б)», стр. 408 —

v. п р е в р а щ е н и е с с с р в с т р а н у с а м о г о
крупного в мире з е м л е д е л и я и з а д а ч и
социалистической переделки деревни
на с о в р е м е н н о м э т а п е
I. ТОВ. СТАЛИН О КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ HAK О В Ы С Ш Е Й
ЛЕНИНСКОГО КООПЕРАТИВНОГО ПЛАНА

СТУПЕНИ

1) Выход состоит, прежде всего, в том, чтобы перейти от мелких,
отсталых и распыленных крестьянских хозяйств к объединенным,
крупным общественным хозяйствам, снабженным машинами, вооруженным данными науки и способным произвести наибольшее количество товарного хлеба. Выход — в переходе от индивидуального
крестьянского хозяйства к коллективному, к общественному хозяйству в земледелие
К организации колхозов Ленин звал партию еще с первых дней
Октябрьской революции. С тех лор пропаганда идеи колхозов не
прекращалась у нас в партии. Однако, призыв к колхозам нашел
массовый отклик лишь в последнее время. Объясняется это, прежде
22

Ленинизм.

337

всего тем, что широкое развитие кооперативной общественности
в деревне подготовило перелом в настроении крестьянства в пользу
колхозов, а наличие ряда колхозов, дающих уже теперь 150 —
200 пудов урожая с десятины и представляющих 30 — 40% товарности. создало серьезную тягу бедноты и низших слоев середнячества
к колхозам. Не малое значение имеет здесь также то обстоятельство,
что только в последнее время получило государство возможность
серьезно финансировать колхозное движение. "Известно, что в этом
го,ту государство отпустило на помощь колхозам вдвое больше денег,
чем в прошлом году (ботее 60 млн. рублей). X V съезд партйи был
совершенно прав, признав, что условия для массового колхозного движения уже созрели, что усиление колхозного движения является
одним: из серьезнейших средств для поднятия товарности хлебного
производства в стране.
Валовая продукция хлеба в колхозах в 1927 г. составляла, по
данным ЦСУ, не менее 55 млн. пудов с общей средней товарностью
в 30%. Широкая волна образования новых колхозов и расширение
старых в начале этого года должны дать значительное увеличение
производства хлеба в колхозах к. концу года. Задача состоит в том,
чтобы сохранить нынешний темп развития колхозного движения,
укрупнить колхозы, откинуть дутые колхозы, заменив их действительными колхозами, и установить такой режим, чтобы колхозы сдавали
государственным и кооперативным организациям весь свой товарный
хлеб под угрозой лишения субсидий и кредитов со стороны государства. Я думаю, что при соблюдении этих условий мы могли бы добиться того, чтобы года через 3—4 иметь от колхозов миллионов 40—50 пудов товарного хлеба.
Иногда колхозное движение противопоставляют кооперативному
движению, полагая, очевидно, что колхозы — одно, а кооперация —
другое. Это, конечно, неправильно. Некоторые доходят даже до того,
что колхозы противопоставляют кооперативному плану Ленина. Нечего и говорить, что такое противопоставление не имеет ничего общего
с истиной. На самом деле колхозы есть вид кооперации, наиболее
яркий вид производственной кооперации. Есть кооперация сбытовая,
ость снабженческая, есть и производственная. Колхозы представляют
неразрывную составную часть кооперативного движения, вообще,
ленинского кооперативного плана, в частности. Проводить ленинский
кооперативный план — это значит подымать крестьянство от кооперации сбытовой и снабженческой к кооперации производственной,
к кооперации, так сказать, колхозной. Этим, между прочим, объясняется тот факт, что колхозы стали у нас возникать и развиваться лишь в результате развития и усиления сбытовой и снабженческой кооперации.
»
2) Выход состоит, во-вторых, в том. чтобы расширить и укрепить старые совхозы, организовать и развить новые крупные совхозы. Валовая продукция хлеба и нынешних совхозах составляла
в 1927 г., по данным ЦСУ, не менее 45 млн. пудов о товарностью
в 65%. Несомненно, что яри известной поддержке со стороны государства совхозы могли бы значительно поднять производство хлеба/
Но задача этим не ограничивается
Имеется решение советской
власти, в силу которого организуются в районах, свободных от
крестьянских наделов, новые крупные совхозы (от 10 тысяч до
338

30 тысяч десятин каждый)', которые должны дать лет через 5—Г,
миллионов 100 пудов товарного хлеба. К организации этих совхозов
уже приступлено. Задача состоит в том, чтобы провести в жизнь
это решение советской власти во что бы то ни стало. Я думаю, что
при условии выполнения этих задач мы могли бы добиться того, чтобы
иметь от старых и новых совхозов года через 3—4 миллионов 80—
100 пудов товарного хлеба.
(Сталин.
1928 г.)

Вопросы

ленинизма.

«На

хлебном

фронте»,

стр.

319 — 321,

2. ПОВОРОТ ОСНОВНЫХ МАСС К Р Е С Т Ь Я Н С Т В А НА Р Е Л Ь С Ы
КРУПНОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО Х О З Я Й С Т В А
И ПРЕВРАЩЕНИЕ С С С Р В СТРАНУ САМОГО КРУПНОГО В МИРЕ
ЗЕМЛЕДЕЛИЯ
А. Поворот основных м а с с к р е с т ь я н с т в а к коллективизации

Быстрый темп социалистической индустриализации страны, осуществлявшейся ЦК на основе директив X V съезда, вносит глубокие
пзменепия в соотношение классов внутри страны. Эти изменения
характеризуются прежде всего на ряду с быстрым ростом численности рабочего класса усилением его руководящей
роли но отношению к бедняцкому и середняцкому крестьянству.
Экономическая
смычка между рабочим классом и основными массами крестьянства
приобрела по преимуществу производственный
характер. Политика
партии и ее ЦК обеспечила успешный переход отсталых и распыленных мелких крестьянских хозяйств на рельсы крупного социалистического земледелия, развертывание сплошной коллективизации
и
переход к практическому осуществлению лозунга ликвидации
кулачества как класса. За отчетный период резко упала роль частного
капитала и происходит дальнейшее его вытеснение. Решительно усиливается планово-регулирующая роль Советского государства во всем
народном хозяйство страны, охватывая все более и более не только
промышленность, іго и сельское хозяйство. Осуществляется поставленная Лениным задача превращения «России нэповской» в «Россию
социалистическую».
Рост социалистического строительства, усиление наступления на
капиталистические элементы неизбежно вызывали обострение классовой борьбы в стране со стороны кулацко-калиталистических элементов и попытки отчаянного сопротивления с их стороны. Опираясь на растущую активность батрацко-бедняцких масс деревни,
укрепляя союз с середняком, партия сломила контрреволюционный
саботаж и сопротивление кулачества-, успешно провела хлебозаготовки и накопила значительный резервный хлебный фонд. Реши-,
тельный поворот середняцких масс к социализму в результате правильной политики партии нашел себе наиболее яркое выражение
в мощном колхозном движении, которое в конце 1929 г. охватило
миллионы крестьянских хозяйств, создавая повое соотношение классовых сил в стране, превращая середняка, вступающего в колхоз,
в опору советской власти, создавая условия для замены кулацкого производства хлеба производством совхозов и колхозов и
3S9

позволяя партии от лозунга ограничения
и вытеснения
кулачества
перейти к лозунгу ликвидации
кулачества как класса на основе
сплоіи ной коллектив изации.
Съезд подчеркивает величайшее историческое значение этого лозунга, означающего штурм рабочего класса на последний
оплот
капиталистической эксплаатации в стране.
(Резолюция XVI съезда В ГСП (б) по отчету ЦК. 1930 г.)
Б. Колхозное к р е с т ь я н с т в о — центральная фигура земледелия
и прочная опора с о в е т с к о й в л а с т и в деревне

1. Значительная часть середняцкой массы в важнейших зерновых
районах вслед за бедняками поняла преимущества крупного общественного хозяйства-, объединившись добровольно в колхозы и проведя сев на коллективных палях, и повернула на социалистический
путь. Тем самым не только теоретически доказана, но и проверена,
на опыте миллионов людей возможность при диктатуре пролетариата непосредственного
перехода
от отсталого, малопроизводительного мелкого и мельчайшего индивидуального крестьянского
хозяйства к крупному, коллективному, высокопроизводительному
хозяйству.
2. На основе развертывания сплошной коллективизации ряда районов OGOP партия перешла от прежней политики ограничения и вытеснения капиталистических элементов в деревне к новой политике —
политике ликвидации кулачества как к.іасса, осуществляя эту политику как неразрывную составную часть оплошной коллективизации,
проводимой самими бедняцкими и середняцкими массами.
3. В результате массового развития колхозов и совхозов и начавшейся ликвидации кулачества меняется самое отношение
различных
экономических укладов е хозяйстве СССР, поскольку вдобавок к социалистическому укладу, представленному промышленностью, вырастает социалистический в сельском хозяйстве OOGP, вытесняющий
капиталистический уклад.
4. Социалистические отношения в СССР, опиравшиеся до сих
пор почти исключительно на социалистическую промышленность,
отныне начинают опираться также и на быстро растущий социалистический сектор (крупное производство в виде колхозов и совхозов) в сельском хозяйстве. Тем самым открыта возможность преодоления величайшей трудности пролетарской революции, которая заключается в том, что пролетарская власть «готовых» социалистических
« . . . отношений по получает, если но брать самых развитых форм капитализма, которые в сущности охватили небольшие верхушки промышленности и
совсем мало еще затронули земледелие». ( Л е н н ц . Соч., т. XXII, VII съезд
партии. «Доклад о войне и мире», стр. зіо>.)

5. \В соответствии со всем этим по-новому ставится теперь вопрос
об опоре советской власти в деревне. Отныне в важнейших зерновых районах OOGP деревня делится на две основные части: па колхозников, являтцихся
действительной и прочной опорой советской
власти, и на не-колхозников из бедноты и середняков, пока еще не
желающих войти в колхозы, но которых массовый опыт колхозов

340

несомненно убедит в относительно кратчайшие сроки ® необходимости
вступить на путь коллективизации.
Съезд считает нужным отметить, что партии удалось достигнуть
этого перелома в развитии сельского хозяйства COOP лишь в результате:
а) быстрого темпа развитая индустрии, являющейся ключом реконструкции сельского хозяйства на коллективных началах;
б) массового развертывания кооперирования, организации машинно-тракторных станций и развитая совхозов;
в) наступления на капиталистические элементы деревни (кулачество) на базе союза с середняком, представляющего основу колхозного
строительства в данный момент;
г) развертывания работы по организации деревенской бедноты и
батрачества;
д) разгрома контрреволюционного троцкизма и правого уклона.
(Резолюция XVI съезда ВКП(б)
ского хозяйства, раздел I.)

о колхозном

движении

и

подъеме сель-

В. Социальная природа колхозного к р е с т ь я н с т в а
нак б а з а д л я его социалистической переделки

и колхозы

Было бы ошибочно думать, что ежели даны колхозы, то дано
все необходимое для построения социализма. Тем более ошибочно
было бы думать, что члены колхозов уже превратились в социалистов. Нет, придется еще много поработать над тем, чтобы переделать крестьянина колхозника, выправить его индивидуалистическую
психологию и сделать из него настоящего труженика социалистического общества. И это будет сделано тем скорее, чем скорее будет
колхозы машинизированы, чем скорее они будут тракторизлрованы.
Но это нисколько не умаляет величайшего значения колхозов как
рычага социалистического преобразования деревни. Великое значение
колхозов в том именно и состоит, что они представляют основную базу
для применения машин и тракторов в земледелии, что они составляют
основную базу для переделки крестьянина, для переработки его психологии в духе пролетарского социализма. Ленин был прав, когда
он говорил:
«Дело переработки мелкого земледельца, переработки всей его психологии
и навыков есть дело, требующее поколений. Решить этот вопрос по отношению к мелкому земледельцу, оздоровить, так сказать, всю его психологию
может только материальная база, техника, применение тракторов и машин
в земледелии в массовом масштабе, электрификации в массовом масштабе».
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
стр. 455—456. 1929 Г.)

«К вопросам аграрной политики в СССР»,

. . . Наши сельские и районные коммунисты слишком идеализируют
колхозы. Они думают нередко, что коль скоро колхоз является социалистической формой хозяйства, то этим все дано и в колхозах
не может быть ничего антисоветского или саботажнического, а если
имеются факты саботажа и антисоветских явленнй, то надо пройти
мимо этих фактов, ибо в отношении колхозов можно действовать лишь путем убеждения, а методы принуждения к отдельным
3«!

'

колхозам Ii колхозникам не применимы. Нечего и говорить, что такой
взгляд на колхозы не имеет ничего общего с ленинизмом. Ленинцы
никогда не должны идеализировать колхозы и колхозников. Они должны смотреть на вещи трезво и конкретно, без какого бы то ни было
фетишизма в отношении колхозов и колхозников.
. . . Что такое колхозное крестьянство? Колхозное крестьянство
есть союзник рабочего класса. Громадное большинство этого крестьянства является опорой советской власти в деревне. Но это еще не значит, что среди колхозников и колхозов не может быть отдельных отрядов, идущих против советской масти, поддерживающих вредителей,
поддерживающих саботаж хлебозаготовок. Было бы глупо, если бы
коммунисты, исходя из того, что колхозы являются социалистической
формой хозяйства, не ответили на удар этих отдельных колхозников
и колхозов сокрушительным ударом».
( С т а л и н . Речь на объединенном
ЦКК 27 ноября 1932 г. «Большевик»

заседании Политбюро и
1 — 2* игр. 19. Ï933 г.)

президиума

Г. О линвмдацмк кулачества нак к л а с с а
Характерная черта нашей работы за4 последний год состоит в том,
что мы, как партия, как советская власть: а) развернули наступление
но всему фронту против капиталистических элементов деревни, б) это
наступление дало и продолжает давать, как известно, весьма ощутительные положительные результаты.
Чтортю значит? Это значит, что от политики ограничения
экенлоататорских тенденций кулачества мы перешли к политике ликвидации кулачества как класса. Это значит, что мы проделали и продолжаем проделывать один из решающих поворотов во всей нашей
политике.
До последнего времени партия стояла на позиции
ограничения
эксилоататорских тенденций кулачества. Известно, что эта политика
была провозглашена еще на VIII съезде. Она, эта самая политика,
была вновь возвещена при введении нэпа, и на X I съезде нашей партии. Всем памятно известное письмо Ленина на имя Преображенского (1922 г.), где он вновь возвращается к вопросу о необходимости
проведения такой именно политики. Она была, наконец, подтверждена
X V съездом нашей Партии. Ее и проводили мы до последнего
времени.
Правильна ли была эта политика? Да, она была безусловно правильна, Могли ли мы лет пять или года три назад предпринять такое наступление на кулачество? Могли ли мы тогда рассчитывать
на успех такого наступления? Нет, не могли. Это было бы опаснейшим авантюризмом. Это было бы опаснейшей игрой в наступление. Ибо мы наверняка сорвались бы на этом и, сорвавшись, укрепили бы позиции кулачества. Почему? Потому, что у нас не было
еще тех опорных пунктов в деревне в виде широкой сети совхозов
и колхозов, на которых можно было бы базироваться в решительном наступлении против кулачества. Потому, что мы не имели тогда
возможности заменить капиталистическое производство кулака социалистическим производством в виде колхозов и совхозов.
В
192G—1927 гг. зиновьевско-троцішбтская
оппозиция усиленно навязывала партии политику немедленного наступления на
кулачество. Партия ле пошла на эту опасную авантюру, ибо она
342

опала, что серьезные люда не могут позволить себе игру в наступление. Наступление на кулачество есть серьезное дело. Его нельзя смешивать с декламацией против кулачества. Его нельзя также смешивать с политикой царапанья с кулачеством, которую усиленно навязывала партии зиновьевско-троцкистская оппозиция. Наступать на
кулачество — это значит сломить кулачество и ликвидировать его
как класс. Bue этих целей наступление есть декламация, царапанье,
пустозвонство, все что угодно, только не настоящее большевистское
наступление. Наступать на кулачество — это значит подготовиться
к делу и ударить по кулачеству, но ударить по нему так, чтобы оно
не могло больше подняться на ноги. Это и называется у нас, у большевиков, настоящим наступлением. Могли ли мы предпринять лет
шить или года три назад такое наступление с расчетом на _усиех?.
Нет, не могли.
В самом деле, кулак производил в 1927 г. более 600 млн. яудов
хлеба, а вывозил из этой суммы в порядке внедеревенского обмена
около 130 млн. пудов. Это довольно серьезная сила, с которой
нельзя не считаться. А сколько производили тогда наши колхозы и
совхозы? Около 80 млн. пудов, из коих вывезли на рынок (товарный хлеб) около 35 млн. пудов. Судите сами, могли ли мы тогда
заменить кулацкое производство и кулацкий товарный хлеб производством и товарным хлебом наших колхозов и совхозов? Ясно, что
не могли. Что значит при таких условиях предпринять решительное
наступление на кулачество? Это значит наверняка сорваться, усилить позиции кулачества, и остаться без хлеба. Вот почему мы не
могли и не должны были предпринимать тогда наступление на кулачество вопреки авантюристским декламациям зиновьевско-троцкистской оппозиции.
Ну, а теперь? Как теперь обстоит дело? Теперь у нас имеется
достаточная материальная база для того, чтобы ударить по кулачеству, сломить его сопротивление, ликвидировать его как класс и
' заменить его производство производством колхозов и совхозов.
Известно, что в 1929 г. производство хлеба в колхозах и совхозах
составляло не менее 400 млн. пудов (на 200 млн. пудов меньше, чем
валовая продукция кулацкого Хозяйства в 1927 г.). Известно далее,
что в 1929 г. колхозы и совхозы дали товарного хлеба более
130 млн. пудов (т. е. больше, чем кулак в 1927 г.). Известно, наконец, что в 1930 г. валовая хлебная продукция колхозов « совхозов будет составлять не менее 900 млн. нудов (т. е. более, чем
валовая продукция кулака в 1927 г.), а товарного хлеба дадут
они не менее 400 млн. пудов (т. е. несравненно больше, чем кулак
в 1927 г.).
Вот как у нас обстоит теперь дело, товарищи.
Вот какая передвижка произошла у нас в экономике страны.
Вот какая передвижка классовых сил произошла у нас за последнее время.
Теперь у нас имеется, как видите, материальная 'база для того,
чтобы заменить кулацкое производство производством колхозов и совхозов. Вот почему наше наступление на кулачество имеет теперь несомненный успех. Вот как надо наступать на кулачество, если говорить о действительном наступлении, а не ограничиваться пустопорожней декламацией против кулачества.
"
,

ч

Вот почему мы перешли в последнее время от политики ограничения эксплоататорских тенденций кулачества к политике ликвидации
кулачества как класса.
Ну, а как быть с политикой раскулачивания, можно ли допустить
раскулачивание в районах сплошной коллективизации? — опрашивают
с равных сторон. Смешной вопрос! Раскулачивание нельзя было допускать, пока мы стояли на точке зрения ограничения эксплоататорских тенденций кулачества, пока мы не имели возможности перейти в решительное наступление против кулачества, пока у нас не.
было возможности заменить кулацкое производство производством
колхозов и совхозов. Тогда политика недопустимости раскулачивания
была необходима и правильна. А теперь? Теперь — другое дело. Теперь мы имеем возможность повести решительное наступление на кулачество, сломить его сопротивление, ликвидировать его как класс и
заменить его производство производством колхозов и совхозов. Теперь
раскулачивание производится самими бедняцко-еередняцкими массами, осуществляющими сплошную коллективизацию. Теперь раскулачивание в районах сплошной коллективизации не есть уже простая
административная мера. Теперь раскулачивание представляет там
составную часть образования и развития колхозов. Вот почему смешно
и несерьезно распространяться теперь о раскулачивании. Снявши
голову, по волосам не плачут.
Не менее смешным кажется другой вопрос: можно ли пустить кулака в колхоз? Конечно нельзя его пускать в колхоз. Нельзя, так как
он является заклятым врагом колхозного движения. Кажется, ясно.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма. «К вопросам аграрной политики в СССР»,
стр. 45G —459. 1929 Г.)
Д . С С С Р — с т р а н а крупнейшего в мире социалистического
земледелия

Быстрый рост индустрии, с одной стороны, и успешное проведение
политики ликвидации кулачества как класса, с другой, дали возможность снабдить сельское хозяйство тракторами и новейшими сельхозмашинами, объединить мелкие единоличные крестьянские хозяйства
в крупные коллективные хозяйства и организовать широкую сеть зерновых и животноводческих советских хозяйств.
За период пятилетки сдано сельскому хозяйству: а) более 120 тыс.
новых тракторов мощностью 1900 тыс. сил; б) на 1600 млн. руб. сельскохозяйственных машин, что более чем удвоило машинную вооруженность сельского хозяйства в сравнении с 1928 г., особенно имея
в виду резкое увеличение современных сложных машин тракторной тяги.
За последние четыре года, ортанизовано 2446 машинно-тракторных станций, снабженных современными орудиями труда, мастерскими для ремонта, автомобилями и т. д.
За последние 3 года организовано свыше 200 тыс. коллективных
хозяйств с охватом колхозами свыше 60 %| крестьянских хозяйств и
около 75% всех крестьянских посевных площадей.
За тот же период организовано 5000 советских хозяйств (зерновых,
животноводческих и технических культур), причем колхозы, вместе
с советскими хозяйствами, охватывают около 80% всех посевных площадей.
344

В результате всего этого:
а) разгромлено кулачество, подорваны корни капитализма в сельском хозяйстве и тем самым обеспечена победа социализма в деревне,
а колхозное хозяйство превратилось в прочную опору социалистического строительства;
б) решена, историческая задача перевода мелкого, индивидуального
раздробленного крестьянского хозяйства на рельсы социалистического
крупного земледелия, и ООСР из страны мелкокрестьянской превратился в страну самого крупного земледелия.
(Резолюция январского пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) по 'докладам
об итогах первой пятилетки. 1933 г.)
Е. О к о н ч а т е л ь н а я • б е с п о в о р о т н а я п о б е д а
строя в СССР

нолхозного

Несколько по-иному пошло развитие в области сельского хозяйства.
Во много раз медленнее, чем в промышленности, но все же быстрее,
чем в период преобладания единоличного хозяйства, нарастал за
отчетный период подъем основных отраслей сельского хозяйства. А по
животноводческой отрасли мы имели даже обратный процесс — падение поголовья скота, и только в 1933 г., и то в одной лишь свиноводческой отрасли, ламетились признаки подъема.
Очевидно, что громадные трудности объединения разрозненных
мелких крестьянских хозяйств в колхозы, трудное дело создания
почти на пустом месте большого количества крупных зерновых и
животноводческих хозяйств и, вообще, реорганизационный
период
перестройки и перевода единоличного сельского хозяйства на новые колхозные рельсы, требующий много времени и больших издержек, — все эти факторы неизбежно предрешили как медленные темпы
подъема сельского хозяйства, так и сравнительно долгий период упадка в развитии поголовья скота.
По сути дела отчетйый период был для сельского хозяйства ие
столько периодом быстрого подъема и мощного разбега, сколько периодом создания предпосылок для такого подъема и такого разбега
в ближайшем будущем.
Если взять данные о росте посевных площадей всех культур, а затем особо — технических культур, то развитие сельского хозяйства за
отчетный период рисуется в следующем виде.
П о с е в н ы е площади в с е х культур по С С С Р :

Вся посевная площадь . . .
В том числе:
а) Зерновые
б) Технические
в) Огородно-бахчевые . . .
г) Кормовые

I

1913 г.

В миллионах гектаров
1929 г.
1930 г. 1931 г.
1932 г.

105,0

118,0

127,2

136,3

134,4

129,7

94,4
4,5
3,8
2,1

96,0
8,8
7,6
5,0

101,8
10,5
8,0
6,5

104,4
14,0
9,1
8,8

99,7
14,9
9,2
10,6

101,5

1933 г.

12,0

П о с е в н ы е площади технических
тѳхничесі
культур по С С С Р :
1913 г.

Хлопок
Лен (долгунец) . . . .
Сахаоная свекла . . . .
Масличные . - . . • .

0,69
1,02
0,65
2,00

В миллионах гектаров
1929 г. 1930 г. 1931г. 1932 г.

1,06
1,63
0,77
5,20

1,58
1,75
1,04
5,22

2,14
2,39
1,39
7,55

2,17
2,51
1,54
7,98

1933 г.

2,05
2,40
1,21
5,79

8,6
7,3

Эти таблицы отражают две основные линии в сельском хозяйстве:
1) линию на всемерное расширение посевных площадей в период
раз tapa реорганизации сельского хозяйства, когда колхозы создавались десятками тысяч, когда они сгоняли кулаков с земли, захватывали освободившиеся земли и прибирали их к рукам;
2) линию на отказ от огульного расширения посевных площадей,
линию на переход от огульного расширения площадей к улучшению
обработки земли, к внедрению правильного севооборота и пара, к поднятию урожайности л, если этого потребует практика. — к временному
сокращению существующих посевных площадей.
Как известно, вторая линия, — единственно правильная линия
в сельском хозяйстве, — была провозглашена в 1932 г., когда реорга\ низационный период в сельском хозяйстве подходил к концу и вопрос
о поднятии урожайности стал одним из основных вопросов подъема
сельского хозяйства.
Но данные о росте посевных площадей нельзя считать вполне достаточными показателями развития сельского хозяйства. Бывает,
что площади растут, а продукция не растет или даже — падает, в виду
того, это обработка земли ухудшилась и урожайное/^ на единицу пло-*
іцади — пала. В видѵ этого данные о площадях необходимо дополнить
данными о валовой продукции.
Вот соответствующая таблица.
Валовая

продукция з е р н о в ы х и технических культур по С С С Р :
1913 г.

Хлопок (сырец)
Лен (волокно) .
Сахарная свекла
Масличные . .

.
.
.
.

.
. ,
. ,, .
. .. .

7,4
3,3
109,0
21,5

1929 г.

717,4
8,6
3,6
62,5
35,8

В миллионах центнеров
1930 г. 1931 г. 1932 г.

835,4
11,1
4,4
140,2
36,2

694,8
12,9
5,5
120,5
51,0

698,7
12,7
5,0
65,6
45,5

1933 г.

898,0
13,2
5,6
90,0
46,0

Из этой таблицы видно, что годы наибольшего разгара реорганизации сельского хозяйства — 1931 и 1932 годы — были годами наибольшего уменьшения продукции зерновых культур.
Из этой таблицы следует, далее, что лен и хлопок, в районах которых реорганизация сельского хозяйства шла менее быстрыми темпами, почти не пострадали вовсе и шли на подъем более или менее
ровно и неуклонно, сохраняя высокий уровень своего развития.
Из этой таблицы следует, в-третьих, что в то время как масличные
культуры испытали лишь некоторое колебание, сохраняя высокий
уровень своего развития в сравнении с довоенным уровнем, сахарная
свекла, в районах которой наблюдались наиболее высокие темпы реорганизации сельского хозяйства и которая последней вступила в реорганизационный период, — испытала наибольший упадок в последний
год реорганизации, в 1932 г., снизив продукцию ниже довоенного
уровня.
Из этой таблицы следует, наконец, что 1933 год — первый год
после окончания реорганизационного периода — является переломным годом в развитии зерновых и технических культур. Это значит,
что зерновые культуры, прежде всего, а за ними — технические
культуры отныне будут итти к мощному подъему твердо и уверенно.
346

•Наиболее болезненно перенесла реорганизационный период животноводческая отрасль сельского хозяйства.
Вот соответствующая таблица.
Поголовье с к о т а по С С С Р :
1916 г.

1929 г.

В миллионах голов
1930 г.

1931 г.

1932 г.

1933 г.

30,2
34,0
26,2
35,1
19,6
16,6
. .
58,9
47,9
68,1
52,5
40,7
38,6
115,2 147,2 108,8
77,7
62,1
50,6
20,3
20,9
13,6
14,4
12,2
11,6
Из этой таблицы видно, что по поголовью скота мы имеем за
отчетный период не подъем, а все еще продолжающийся упадок
в сравнении с довоенным уровнем. Очевидно, что наибольшая насыщенность животноводческих отраслей сельского хозяйства крупнокулацкими элементами, с одной стороны, и усиленная кулацкая агитация за убой скота, имевшая благоприятную почву в годы реорганизации, с другой стороны, — нашли свое отражение в этой таблице.
Из этой таблицы следует, далее, что упадок поголовья начался
с первого же года реорганизации (1930 г.) и продолжается вплоть до
1933 г., причем упадок достиг наибольших размеров в первые три
года, а в 1933 г., в первый год после окончания реорганизационного
периода, когда зерновые культуры пошли в подъем, размеры упадка
поголовья дошли до минимума.
Из этой таблицы следует, наконец, что по свиноводству уже начался обратный процесс и в 1933 г. уже наметились признаки прямого
подъема.
Это значит, что 1934 год должен и может стать годом перелома
к подъему во всем животноводческом хозяйстве.
Как развивалась у нас коллективизация крестьянских хозяйств за
отчетный период?
Вот соответствующая таблица.
а)
б)
в)
г)

Лошади
Крупный рогатый скот
Овцы и козы
Свиньи

Коллективизация:
1929 г.

Число колхозов (в тысячах) .
Число хозяйств в колхозах
(в миллионах)
% коллективизации крестьянских хозяйств

1930 г.

1931 г.

1932 г.

57,0

85,9

211,1

217,05

1,0

6,0

13,0

14,9

15,2

3,9

23,6

52,7

61,5

65,0

1933 г.

224,5

А как шло движение зерновых посевных площадей по секторам?
Вот соответствующая таблица.
П о с е в н ы е площади з е р н о в ы х по с е к т о р а м :
Секторы

1. Совхозы
2. Колхозы
3. Единоличники
В е с ь посев
по С С С Р

П о с е в ы з е р н о в ы х (в млн. га)
площади
1929 г.
1930 г.
1931 г. 1932 г. 1933 г.
1933 г.

. . .

зерновых

1,5
3,4
91,1

2,9
29,7
69,2

8,1
61.0
35,3

9,3
69,1
21,3

10,8
75,0
15,7

10,6
73,9
15,5

96,0

101,8

104,4

99,7

101,5

100,0

О чем говорят эти таблицы?
Они говорят о том, что реорганизационный

период сельского
ЗЛ7

хозяйства, когда количество колхозов и число их членов росли буривши темпами, уже закончен, закончен еще в 1932 г.
Следовательно, дальнейший процесс коллективизации представляет
процесс постепенного всасывания и перевоспитания остатков индивидуальных крестьянских хозяйств колхозами.
Это значит, что колхозы победили окончательно и бесповоротно.
(Бурные, продолжительные
аплодисменты.)
Они говорят, далее, о том, что совхозы и колхозы вместе владеют
84,5% всех зерновых площадей по СССР.
Это значит, что колхозы и совхозы вместе стали такой силой,
которая решает судьбу всего сельского хозяйства и всех его отраслей.
Они говорят, далее, о том, что 65% объединенных в колхозы крестьянских хозяйств владеют 73,9% всех зерновых посевных площадеіі,
тогда как вся масса остающихся индивидуальных крестьянских хозяйств, составляющих 35% всего крестьянского населения, владеют
всего лишь 15,5% всех зерновых посевных площадей.
Если добавить к этому тот факт, что колхозы сдали в 1933 г. государству по всем видам поступлений более миллиарда пудов зерна,
а единоличные крестьяне, выполнившие план на все 100%, сдали всего
около 130 миллионов пудов, тогда как в 1929/30 г. единоличные
крестьяне сдали государству около 780 миллионов пудов, а колхозы
не более 120 миллйонов пудов, — то станет яснее ясного, что колхбзы и единоличные крестьяне за отчетный период полностью поменялись ролями, причем колхозы стали за это время господствующей силой сельского хозяйства, а единоличные крестьяне — второстепенной силой, вынужденной подчиняться и приспосабливаться к колхозному старою.
Надо признать, что трудовое крестьянство, наше советское крестьянство окончательно и бесповоротно cta-ло под красное знамя социализма.
(Стадия.

Отчетный доклад XVII партеъееду о работе ЦК ВКП(б).

1934

г.)

3. З А Д А Ч И ПРОЛЕТАРСКОГО РУКОВОДСТВА ДЕРЕВНЕЙ
НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
А. Новая обстановка в деревне и з а д а ч и п р о л е т а р с к о г о
руководства

Товарищи! Я думаю, что ораторы правильно обрисовали состояние партийной работы в деревне, ее недостатки, ее достоинства, — особенно ее недостатки. И все же, мне кажется, что они не сказали самою Главного насчет недостатков нашей работы в деревне, не вскрыли
корней этих недостатков. А между тем эта. сторона представляет для
нас наибольший интерес. Позвольте поэтому высказать свое мнение
о недостатках нашей работы в деревне, высказать со всей той прямотой,
которая свойственна большевикам.
В чем состоит главный недостаток нашей работы в деревне за
последний год, за 1932 г.?
Главный недостаток состоит в том, что хлебозаготовки в этом году
прошли у нас ббльшими трудностями, чем в предыдущем году, чем
в 1931 г.
Объяснить это плохим состоянием урожая никак нельзя, потому
843

что урожай у нас был в этом году не хуже, а лучше, чем в предыдущем году. Никто не может отрицать, что валовой сбор хлебов в 1932 г.
был больше, чем в 1931 г., когда засуха в пяти основных районах
Северо-Востока COOP значительно сократила хлебный баланс страны.
Конечно, мы и в 1932 г. имели некоторые потери урожая вследствие
неблагоприятных климатических условий на Кубани и Тереке, а также в некоторых районах Украины. Но не может быть сомнения в том,
что эти потери не составляют я половинной доли тех потерь, которые имели место в 1931 г. в силу засухи в северо-восточных районах
COOP. Стало быть, в 1932 г. хлеба у нас было в стране больше, чем
в 1931 г. И все же, несмотря на это обстоятельство, хлебозаготовки
прошли у нас в 1932 т. с большими затруднениями, чем в предыдущем году.
В чем тут дело? Где причины этого недостатка нашей работы?
.Чем объяснить это несоответствие?
1) Объясняется это прежде всего тем, что наши товарищи на
местах, наши деревенские работники не сумели учесть новой обстановки в деревне, созданной объявлением колхозной торговли хлебом. II именно потому, что они не учли новой обстановки, именно
поэтому они не сумели перестроиться на новый лад применительно
к новой обстановке. Пока не было колхозной торговли хлебом, пота не было двух цен на хлеб, государственной и рыночной, — обстановка в деревне была одна. С объявлением колхозной торговли хлебом обстановка должна была измениться
круто, ибо объявление колхозной торговли означает легализацию
рыночной цены на хлеб, более высокой, чем установленная
государственная цена. Нечего и доказывать, что это обстоятельство
должно было создать у крестьян известную сдержанность в деле
.сдачи хлеба государству. Крестьянин прикидывал так: «объявлена
колхозная торговля хлебом, легализована рыночная цена, на
рынке я могу за то же количество хлеба получить больше., чем
при сдаче хлеба государству, — стало быть, ежели я ие дурак,
я должен хлеб попридержать, сдавать его государству меньше, оставить его для колхозной торговли больше и таким образом добиться
того, чтобы выручить больше за то же количество проданного
хлеба»'.
Самая простая и естественная логика;
Но беда тут состоит в том, что наши деревенские работники, во
всяком случае многие из них, ие поняли этой простой и естественной
вещи. Чтобы не сорвать заданий советской власти, коммунисты
должны быллі при этой новой обстановке с первых же дней уборки,
еще в июле месяце 1932 г., — они должны были всемерно усилить и
подгонять хлебозаготовки. Этого требовала обстановка. А так они поступили на доле? Вместо того, чтобы подгонять хлебозаготовки, они
стали подгонять образование всякого рода фондов, усиливая тем самым сдержанность сдатчиков хлеба, в деле выполнения их обязанностей перед государством. Не поняв новой обстановки, они стали
бояться не того, что сдержанность крестьян в деле хлебосдачи может
затормозить хлебозаготовки, но стали бояться того, что крестьяне
де догадаются попридержать хлеб для вывоза его потом на рынок по
линии колхозной торгов,™ и, чего доброго, возьмут да и сдадут весь
_ хлеб на элеваторы.

Иначе говоря, наши деревенские коммунисты, по крайней мере
большинство из них, раскусили колхозную торговлю лишь с ее положительной стороны, поняли и усвоили ее положительную сторону, но
совершенно не поняли и не усвоили отрицательных сторон колхозной
торговли, — не поняли того, что отрицательные стороны колхозной
торговли могут причинить большой вред государству, если они, т. е.
коммунисты, не начнут с первых же дней уборки хлеба подгонять вовсю хлебозаготовительную кампанию.
И эта ошибка была допущена не только работниками в колхозах.
Она была допущена также директорами совхозов, которые, преступно
придерживая хлеб, подлежащий сдаче государству, стали продавать
его на сторону по более высокой цене.
Учитывали ли Совнарком и. ЦК эту новую обстановку, сложившуюся в связи с колхозной торговлей хлебом, в известном своем
постановлении о развертывании колхозной торговли? Да, учитывали. В этом постановлении прямо говорится, что колхозную торговлю хлебом можно открыть лишь после того, как будет выполнен
целиком и полностью план хлебозаготовок и будут собраны семена,.
Там прямо сказано, что только после окончания хлебозаготовок и
эасыпки семян, примерно к 15 января 1933 г., — только после выполнения этих условий можно будет открыть колхозную торговлю
хлебом.
Этим своим постановлением Совнарком и ЦК как бы говорили
вашим деревенским работникам: не заслоняйте своего внимания
заботой о фондах и запасах всякого рода, не отвлекайтесь от главной задачи, разверните хлебозаготовки с первых же дней уборки
и форсируйте их/ибо первая заповедь — выполнение плана хлебозаготовок, вторая заповедь — засыпка, семян, и только после выполнения этих условий можете начать и развертывать колхозную торговлю хлебом.
Ошибка Политбюро ЦК и Совнаркома состояла, может быть, в
том, что они недостаточно настойчиво подчеркнули эту сторону
дела и недостаточно громко предупредили наших деревенских работников Ьб опасностях, таящихся в колхозной торговле. Но, что
они об этих опасностях предупредили, и (предупредили достаточно
ясно, — в этом не может быть никакого сомнения. Надо признать,
что ЦК и Совнарком несколько переоценили ленинскую закалку и
прозорливость наших ,работников на местах, ие только районных,
но и ряда областных.
Может быть не надо было объявлять колхозную торговлю хлебом?
Может быть это была ошибка, особенно, если иметь в виду то обстоятельство, что колхозной торговле присущи не только положительные,
но и некоторые отрицательные стороны?
Нет, это не было ошибкой. Ни одно революционное мероприятие
не гарантировано от некоторых отрицательных сторон, если оно проводится неправильно. То же самое надо сказать о колхозной торговле
хлебом. Колхозная торговля нужна и выгодна как деревне, так и городу, как рабочему классу, так и крестьянству. И именно потому, что
она выгодна, ее надо было ввести.
Чем руководствовались Совнарком и ЦК, вводя колхозную торговлю хлебом?
Прежде всего тем, чтобы расширите базу товарооборота между го-

родом к деревней и улучшить снабжение рабочих сельскохозяйственными продуктами, а крестьян — городскими изделиями. Не может
быть сомнений, что одной лишь государственной и кооперативной
торговли для этого недостаточно. Эти каналы товарооборота нужно
было дополнить новым канатом — колхозной торговлей. И мы их дополнили, введя колхозную торговлю.
Они руководствовались, далее, тем, чтобы при помощи колхозной
торговли хлебом дать колхознику добавочный источник дохода и укрепить его экономическое положение.
Они руководствовались, наконец, тем, чтобы введением колхозной
торговли дать крестьянину новый толчок для улучшения работы колхозов как по линии сева, так и по линии уборки.
Вы знаете, что все эти соображения Совнаркома и ЦК целиком и
полностью подтвердились фактом из жизни колхозов за последнее
время. Усиление процесса укрепления колхозов, прекращение выходов из колхозов, нарастающая тяш. единоличников в колхозы, стремление колхозников принимать новых членов с большим разбором, —•
все это и многое подобное с несомненностью говорят о том, что колхозная торговля не только не ослабила, а наоборот, усилила и упрочила
положение колхозов.
Стало быть, недочеты нашей работы в деревне объясняются не колхозной торговлей, а не всегда правильным ее проведением, неумением
учесть новую обстановку, неумением перестроить свои ряды применительно к новой обстановке, созданной объявлением колхозной торговли
хлебом.
2) Вторая причина недостатков нашей работы в деревне состоит
в том, что наши товарищи на местах, — и не только -эти товарищи, —1
не поняли изменения условий нашей работы в деревне, происшедшего
в связи с утверждением господствующего положения колхозов в основных хлебных районах. Мы все радуемся тому, что колхозная форма
хозяйства стала господствующей формой в наших хлебных районах.
Но не все понимают то, что это обстоятельство не уменьшает, а увеличивает наши заботы и нашу ответственность в деле развития сельского хозяйства. Многие думают, что коль скоро достигнуто, скажем,
70 или 80% коллективизации в том или ином районе, в той шли иной
области, то этим ужо все дано, и мы можем предоставить дело естественному ходу Фещей, предоставить дело самотеку, полагая, что коллективизация сама сделает свое дело, сама подымет сельское хозяйство. Но это глубокое заблуждение, товарищи. На самом деле, переход к коллективному хозяйству, как преобладающей форме хозяйства,
не уменьшает, а увеличивает наши заботы о сельском хозяйстве., не
уменьшает, а увеличивает руководящую роль коммунистов в деле
подъема сельского хозяйства.. Самотек теперь больше" чем когда-либо
опасен для дела развития сельского хозяйства. Самотек теперь может
погубить все дело.
Пока в деревне преобладал единоличный хозяин, партия могла
ограничить свое вмешательство в дело развития сельского хозяйства отдельными актами помощи,, совета или предупреждения.
Тогда единоличник сам должен бьгл заботиться о своем хозяйстве,
ибо ему не на кого было взваливать ответственность за это хозяйство, которое было лишь его личным хозяйством, и не на кого
было рассчитывать, кроме себя самого. Тогда единоличник должен

351

был сам заботиться о севе, об уборке и вообще обо всех процессах
сельскохозяйственного труда, если он не хотел остаться без хлеба
и стать жертвой голода. С переходом на коллективное хозяйство
дело существенно изменилось. Колхоз не есть единоличное хозяйство. Колхозники так и говорят теперь: «Колхоз мой и не мой, он
мой, но вместе с тем он принадлежит Ивану, Филиппу, Михаилу и
другим членам колхоза, колхрз общий». Теперь он, колхозник., вчерашний единоличник и сегодняшний коллективист, — теперь он может взвалить ответственность и может рассчитывать на других членов колхоза, зная, что колхоз не оставит его без хлеба. Поэтому забот
у него, у колхозника, стало меньше, чем при индивидуальном хозяйстве, ибо заботы и ответственность за хозяйство распределены ныне
между всеми колхозниками.
Что же из этого следует? А из этого следует то, что центр тяжести ответственности за ведение хозяйства переместился теперь
от отдельных крестьян на руководство колхоза, на руководящее
ядро колхоза. Теперь крестьяне требуют заботы о хозяйстве и
разумного ведения дела не от самих себя, а от руководства колхоза, или, вернее, не столько от самих себя, сколько от руководства
колхоза. А что это значит? Это значит, что партия уже не может
теперь ограничиться отдельными актами вмешательства в процесс
сельскохозяйственного развития.
Ока должна- теперь взять в свои руки руководство колхозами, принять на себя ответственность за работ}' и помочь колхозникам вести
свое хозяйство вперед на основе данных науки и техники.
Но это не все. Колхоз есть крупное хозяйство. Но крупное хозяйство нельзя вести без плана. Крупное хозяйство в земледелии, охватывающее сотни, а иногда и тысячи дворов, может вестись лишь в порядке планового руководства. Без этого оно должно погибнуть и раз»
валиться. Вот вам еще одно новое условие при колхозном строе,
в корне отличающееся от условий ведения единоличного мелкого хозяйства.. Можно ли предоставить ведение такого хозяйства, так называемому, естественному ходу вещей, самотеку? Ясно, что нельзя.
Чтобы вести такое хозяйство, надо обеспечить колхоз известным минимумом элементарно-грамотных людей, способных планировать хозяйство и вести его организованно. Понятно, что без систематического
вмешательства со стороны советской власти в дело колхозного строительства, без ее систематической помощи наладить такое хозяйство
невозможно.
А что из этого Следует? А из этого следует то, что колхозный
строй не уменьшает, а увеличивает заботы и ответствен!юоть партии
и правительства в отношении развития сельского хозяйства. Из этого
следует, что партия, если она хочет руководить колхозным движением,
должна входить во вое детали колхозной жизни и колхозного руководства. Из этого следует, что партия должна не уменьшать, а умножать
свои связи с колхозами, что она должна знать все происходящее
в колхозах, чтобы во-время нритти на помощь и предупредить грозящие колхозам опасности.
А что мы видим на деле? На деле мы видим оторванность целого
ряда районных и областных организаций от жизни колхозов, от их
запросов. Сидят люди в канцеляриях и самодовольно скрипят
перьями, не -замечая, что развитие колхозов идет мимо бюрократи852

ческих канцелярий. В отдельных случаях оторванность от колхозе^
доходила до того, что некоторые члены краевых организаций у знака ли о делах к колхозах у себя в крае не от соответствующих районных организаций, а от членов ЦК в Москве. Это печально, но это
факт, товарищи. Переход от индивидуального хозяйства, к колхозам
должен был привести к усилению руководства коммунистов в деревне. А на деле в ряде случаев этот переход привел к тому, что
коммунисты почили на лаврах, козыряя высоким процентом коллективизации, и предоставили дело самотеку, предоставили дело естественному ходу вещей. Проблема планового руководства колхозным
хозяйством должна была привести Ы усилению руководства коммунистов в колхозах- А на деле в ряде случаев получилось то, что
коммунисты оказались в нетях, а в колхозах заправляли бывшие
белые офицеры, бывшие петлюровцы и вообще враги рабочих и
крестьян.
,
Так обстоит дело со второй причиной недостатков нашей работы
в деревне.
3) Третья причина недостатков нашей работы в деревне состоит
в том, что многие наши товарищи переоценили колхозы, как новую
форму хозяйства, переоценили и превратили их в икону. Они решили, что коль скоро даны колхозы как. социалистическая форма
хозяйства, — то этим уже дано все, этим уже обеспечены правильное ведение дела колхозов, правильное планирование колхозного
хозяйства, превращение колхозов в образцовые социалистические
хозяйства. Они не понята, что колхозы в смысле своего организационного устройства все еще слабы и нуждаются в серьезной помощи со стороны партии как в смысле снабжения их проверенными
большевистскими кадрами, так и в смысле текущего руководства
колхозными делами.
Но это не все, и даже но главное. Главный недостаток состоит
тут в том. что многие наши товарищи переоценили силы и возможности самих колхозов, как новой формы организации сельского
Хозяйства. Сии не поняли того, что колхоз сам по себе, несмотря
на то. что он является социалистической формой хозяйства, — далеко еще не гарантирован от всякого рода опасностей и пронлкновегоія и руководство колхозом всякого рода контрреволюционных
элементов,'не гарантирован от того, что при известных условиях
колхозы могут быть использованы антисоветскими элементами в
своих целях.
Колхоз есть социалистическая форма хозяйстве тени организации
так же. как советы являются социалистической формой политической организации. Как колхозы, так л советы являются величайшим завоеванием нашей революции, величайшим завоеванием рабочего класса. Но колхозы и советы представляют лишь форму
организации, правда, социалистическую, но .все же форму организации. Все зависит от того, какое содержание
будет влйто в эту
форму. Мы знаем случаи, когда советы работах и солдатских депутатов поддержи вали иа известный период контрреволюцию против революции. Так было дело у нас, в СССР, например, в июле
1917 г., когда советами руководили меньшевики и эсеры и советы
прикрывали контрреволюцию Против революции. Так было дело в
Германии » конце 1918 г., когда советами руководили социал24

Д'нииичм

353

демократы и когда опи прикрывали контрреволюцию против революции. Стало быть, дело не только в советах, кал; в форме организации, хотя сама эта форма представляет величайшее революционное
завоевание. Дело, прежде всего, в содержании работы советов, дето
в характере работы советов, дело в том, кто именно руководит советами. — революционеры или контрреволюционеры. Этим, собственно, и объясняется тот факт, что контрреволюционеры не всегда
высказываются против советов. Известно, например, что глава русской контрреволюции Милюков во время Кронштадтского восстания высказывался за советы, но без коммунистов. «Советы бес
коммунистов»—вот каков был тогда лозунг главы русской контрреволюции Милюкова. Контрреволюционеры поняли, -что дело не
только в самих совета^:, но прежде всего в том, кто будет ими руководить.
То же самое надо сказать о колхозах. Колхозы как социалистическая форма организации хозяйства могут показать чудеса хозяйственного строительства, если во главе их стоят действительные,
революционеры, большевики, коммунисты. И наоборот — колхозы
могут превратиться на известный период в прикрытие всякого рода
контрреволюционных деяний, если в колхозах будут заправлять
эсеры и меньшевики, нетлгоровс-кие офицеры и прочие белогвардейцы. бывшие деникинцы и колчаковцы. При этом следует иметь
в виду, что колхозы, как форма организации, не только не гарантированы от проникновения антисоветских элементов, по представляют даже на первое время некоторые удобства для временного
использования их контрреволюционерами. Пока крестьяпо вели
индивидуальное хозяйство, — они были разровнены и отделены
друг от' друга, в виду чего контрреволюционные поползновения
антисоветских элементов в крестьянской среде ие могли дать большого эффекта. Совершенно другая картина получается при переходе крестьян к колхозному хозяйству. Здесь крестьяне имеют уже
в лице колхозов готовую форму массовой организации. В виду
этого проникновение антисоветских элементов в колхозы к их
антисоветская деятельность могут дать гораздо больший эффект.
Надо полагать, что все это учитывают антисоветские элементы.
Известно, что одна часть контрреволюционеров, например, на Северном Кавказе, сама старается создавать печто вроде колхозов,
используя их как легальное прикрытие для своих подпольных
организаций. Известно ташке, что антисоветские элементы в ряде
районов, где они еще не разоблачены и не разгромлены, — охотно
идут в колхозы, даже восхваляют колхозы для того, чтобы создать
внутри колхозов гнезда контрреволюционной работы. Известно
также, что одна часть антисоветских элементов сама высказывается
теперь за колхозы, но с тем, чтобы в колхозах не было коммунистов. «Колхозы без коммунистов» — вот какой лозунг вынашивается теперь в среде антисоветских элементов. Стало быть, дело не
только в самих колхозах, как. социалистической форме организации, но прежде всего в том, какое содержание вливается в згуформу,— дело прежде всего в том, кто стоит во главе колхозов и
кто руководит ими.
С точки зрения ленинизма котхозы, как и советы, взятью как
форма организации, есть оружие, и только оружие. "Лто оружие
354

можно при известных услозштх направить против резолюции. Его
можно направить против коптрреволющга. Оно может служить рабочему классу и крестьянству. Оно может служить при известных
условиях врагам рабочего класса и крестьянства. Все дело в том, в
чьих руках находится это оружие и против кого оно будет направлено.
Это начинают понимать врата рабочих и крестьян, руководимые
классовым инстинктом.
Этого еще но понимают, к сожалению, некоторые наши коммунисты.
И именно потому, что некоторые налги коммунисты не пеняли
этой простой вещи, — именно поэтому мы имеем теперь такую картину, что в ряде колхозов заправляют делами хорошо замаскированные антисоветские элементы, организуя там вредительство и
саботаж.
4) Четвертая причина недостатков нашей работы в деревне состоит в неумении целого ряда наших товарищей на местах перестроить фронт борьбы с кулачеством,-в непонимании того, что лицо
классового врага изменилось за последнее время, изменилась тактика классового врага в деревне и чго сообразно с этим надо измелить свою тактику, чтобы добиться успеха. Враг понял изменившуюся обстановку, понял силу и могущество нового строя в деревне
и, поняв это, перестроился, изменил свою тактику, — перешел от
прямой атаки -против колхозов к работе тихой сапой. А мы этого
не поняли, новой обстановки' не разглядели и продолжаем искать
классового врага там, где его нет уже, продолжаем вести старую
тактику упрощенной борьбы с кулачеством, тогда как она, эта самая тактика, давно уже устарела.
Ищут классового врага вне колхозов, ищут его в виде людей с
зверской физиономией, с громадными зубами, с толстой шеей, с
обрезом в руках. Ищут кулака, каким мы его знаем из плакатов.
Но таких кулаков давно уже нет на поверхности. Нынешние кулаки
и подкулачники, нынешние антисоветские элементы в деревне"—это
большей частью люди «тихие», «сладенькие», почти «святые». Их
не нужно искать далеко от колхоза, они сидят в оаімом колхозе и
занимают там должности кладовщиков, завхозов, счетоводов, секретарей и т. д. Они никогда не скажут—«долой колхозы». Они «за»
колхозы. Но они ведут в колхозах такую саботажническую и вредительскую работу, что колхозам от них не поздоровится" Они никогда не скажут — «долой хлебозаготовки ». Они «за» хлебозаготовки. Они «только» пускаются в демагогию и требуют, чтобы
колхоз образовал фонд для животноводства, втрое больший по размерам, чем это требуется для дела, чтобы колхоз образовал страховой фонд, втрое больший по размерам, чем это требуется для дела,
чтобы колхоз выдавая на общественное питание от 6 до 10 фунтов
хлеба в день на работника и т. д. Попятно, что после таких «фондов» и выдач на общественное питание, после такой жульнической
демагогии хозяйственная мощь колхоза должна быть подорвана, и
для хлебозаготовок не остается места.
Чтобы разглядеть такого ловкого врага и ne поддаться Демагогии, нужно обладать революционной бдительностью, нужно об,гадать способностью сорвать маску с врага и показать колхозникам
*

355

fro действительное кштрреволюционлое лицо. Но много ли имеется
у нас в деревне коммунистов, обладающих этими качествами? Коммунисты нередко не только не разоблачают таких классовых врагов,
а наоборот, сами поддаются их жульнической демагогии и плетутся
эа ними в хвосте.
Не замечая классового врага в его новой маске и не умея разоблачить его мошеннические махинации, некоторые наши товарищи
нередко успокаивают себя тем. что кулаков уже нет. якобы, на
свете, что антисоветские элементы в деревне уже уничтожены к
результате политики ликвидации кулачества как класса и что можпо
помириться в виду этого с существованием «нейтральных» колхозов, не являющихся ни большевистскими, ни антисоветскими, но
которые сами, так сказать стихийным порядком, должны будуг
перейти на сторону советской власти.
Но это глубокое заблуждение, товарищи. Кулаки разбиты, тю
они далеко еще не добиты. Более того,—они не скоро еще будут
добиты, если коммунисты будут зевать и благодушествовать, полагая, что кулаки сами сойдут в могилу в порядке, так сказать,
стихийного своего развития. Что касается «нейтральных» колхозов,
то их нет вообще и не может быть в природе. «Нейтральные» колх о з ы — это фантазия людей, которым даны глаза для того, чтобы
ничего :не видеть. При такой острой классовой борьбе, какая имеется у нас- теперь в Советской стране, для «нейтральных» колхозов
•не остается уже места, при такой обстановке колхозы могут бьггь
либо большевистскими, либо антисоветскими.
И если мы ие руководим в тех или иных колхозах, то это значит. что ими руководят антисоветские элементы. В этом не может
быть никакого сомнения.
'
5) Наконец, еще одна причина недостатков нашей работы в до»
ревне. Состоит она. эта причина, в недооценит роли и ответственности коммунистов в деле колхозного строительства, в недооценку
роли и ответственности коммунистов -в деле хлебозаготовок. Говоря
о трудностях хлебозаготовок. ' коммунисты обычно взваливают
ответственность на. крестьян, утверждая, это во всем виноваты крестьяне. Но это совершенно неверно и безусловно несправедливо.
Крестьяне тут не при чем. Если речь идет об ответственности и
виновности, то ответственность падает целиком и полностью на
коммунистов, а. виноваты здесь во всем—только мы. коммунисты.
В' мире кет и не бывало, такой могучей и аторитетной власти,
как наша, советская власть. В мире ист к ие бывало такой могучей
и авторитетной партии, как наша, коммунистическая .партия. Никто
не мешает и не может помешать нам вести дело,колхозов так, как
требуют этого интересы колхозов, интересы государства. И если
иам' не всегда удается вести дело колхозов так, как требует этого
ленинизм, если мы допускаем нередко ряд грубых, непростительных ошибок, скажем, но линии хлебозаготовок, то виноваты в этом
•мы, и только мы.
Мы виноваты в том, что не разглядели отрицательных сторон
колхозной торговли хлебам и допустили ряд грубейших ошибок.
Мы виноваты в том, что целый ряд наших организаций оторвался
от колхозов, почил на лаврах и отдался стихии самотека. Мы виноваты в том, что целый ряд наших товарищей все еще непеоиени35Б

паст колхозы, как форму массовой организации, по понимая, что
дело не (-только в самой форме, сколько в том, чтобы самым взять
на себя руководство колхозами и -вышибить из руководства колхозами антисоветские элементы. Мы виноваты в том, что не разглядели повой обстановки я не уяснили себе новую тактику классового врага, действующего тихой сапой.
Опрашивается, при чем тут крестьяне?
Я знаю целью группы.-колхозов, которые развиваются и процветают, аккуратно выполняют задания государства и крепнут в хозяйственном -отношении изо дня в день. С другой стороны, я знаю
н такие колхозы, расположенные aw соседству старедьгдуищмикатхотами. которые. несмотря на одинаковый с ними урожай и одинаковые <• ними объективные условия. — чахнут и разлагаются. В чем
причина? Причина в том. что цервой группой колхозов руководят
настоящие коммунисты, а второй группой руководят шляпы,
правда, с партийным билетом в кармане, -по все. же виля-пы.
Спрашивается, при чем тут крестьяне?
Результатом недооценки роли и ответственности коммунистов
является то. что нередко причину недостатков ладней работы в деревне ищут не там, где ее надлежит искать, я недостатки остаются
в виду этого неустрапюнныыи.
Не в (крестьянах надо искать причину затруднений в хлибоваготовках. а в нас самих, в наших собственных рядах, ибо мы стоим у
аіасти, мы располагаем с р е д с т в а м и государства, мы призваны руководить колхозами и мы должны нести всю полипу ответственности за работу в деревне.
Таковы главны-' причины, определившие недостатки нашей работы в деревне.
/Можно подумать, что я нарисовал слишком мрачную картину,
что у нас вся работа в деревне состоит из одних .лишь недостатков.
Но это, конечно, неверно. lia самом деле наша работа в деревне
имеет ira ряду с этими недостатками целый -|ѵяд серьезнейших и
решающих достижений. Но я уже сказал в начале своей речи, что в
моя задачи не входит характеристика ігаших достижений, что я
взялся говорил, только о недостатках нашей работы в деревне.
Можно ли исправить эти недостатки? Да. безусловно можно.
Направим ли мы их е. ближайшее время? Да. безусловно награним.
В этом не »может быть никакого сомнения.
Я думаю, что политотделы МТС и совхозов являются одним из
тех решающих средств, при помощи которых можно будет устранить эти недостатки в самый короткий срок.
( С т а з ни. Ргчь «О т-т'-'г-- -I- лгіѵі.яо
ВНР (С). 1933 г.)

на январском плен vue

ЦК а Ц-КК

Б. П о л и т о т д е л ы М Т С и совхозов — важнейший рычаг
в борьбе за б о л ь ш е в и с т с к и е к о л х о з ы

Политические отделы МТС и совхозов должны развертыванием
-масоово-шолити ческой работы в колхозах и совхозах, с одной стороны, и оргаішзациошю-хозяйствешшм укреплением колхозов и
совхозов, г другой, дополнять хозяйственно-техническую работу
МТС н совхозов но разрешению поставленных перед колхозами и

357

совхозами задач в области повышения урожайности полей, лучшего
ухода за скотом, своевременной организации осеннего и весеннего
сева, своевременной организации уборки и обмолота, своевременного и полного выполнения колхозниками и совхозами всех своих
обязательств перед государством.
Политические отделы МТС и совхозов должны обеспечить партийный глаз и контроль во всех областях работы и жизни как самих МТС и совхозов, так и обслуживаемых МТС колхозов. Обеспеченно качества семян в период сева, предотвращение хищения
семян, наблюдение за правильным выполнением обмолота, борьба
с хищениями обмолоченного зерна, борьба с невыходами на работу,
обеспечение внимательного ухода за живым и мертвым инвентарем
колхоза и совхоза, изгнание" из колхозов и совхозов всех вредительских лротіівосоветских и проіивоколхозных элементов, подбор
лучших проверенных кадров для колхозов и совхозов.—все эти
п подобные им вопросы должны стоять в центре внималгня политических отделов.
Политические отделы МТС и совхозов должны обеспечить политический контроль и наблюдение за расстановкой и использованием колхозников и работников совхозов, памятуя при этом, что от
того, кто работает на сеялке, на молотилке, в отделении животноводческого совхоза, па учете зерна и всего колхозного и совхозного имущества, — зависит сохранность общественной колхозной и
совхозной собственности, зависят успехи колхозов и совхозов.
Первоочередной задацой политических отделов МТС является
обеспечение безусловного и своевременного выполнения колхозами
и колхозниками своих обязательств перед государством и в особенности решительная борьба с расхищением колхозного добра, борьба с явлениями саботажа мероприятий партии и правительства в
области хлебозаготовок и мясозаготовок в колхозах.
Первоочередной (задачей политотделов совхозов
является обеспечение безусловного и своевременного выполнения совхозами сяюих
обязательств перед государством и, в особенности, решительная
борьба с попытками отдельных директоров и их заместителей про- .
тивопоставить свои узкие интересы совхоза общим интересам государства, с проявлением сокрытия излишков продукции вместо сдачи
ее государству.
ТІолитпчесігие отделы МТС и совхозов должны обеспечите настойчивое, правильное и своевременное применение законов советского правительства об административных и карательных мерах в
отношении организаторов расхищения общественной собственности
и саботажа мероприятий партии и правительства в области сельского хозяйства.
Обо всех этих карательных мерах, в том числе о судебных решениях по вышеузаканяьш преступлениям, политические отделы
должны доводить до широких колхозных масс и работников совхозов. развертывая вокруг и на основе подобных грантов широкую
массово-разъяснительную и 'воспитательную работу среди колхозников и рабочих совхозов.
Все эти задачи политотделы МФО и совхозов должны осуществлять путем развертывания оргащгзационяо-партийной и политически-воспитательной работы среди .членов партии и комсомола в
358

совхозах и МТС и обслуживаемых ею колхозах, путем постановки
массовой политической работы среди колхозников и рабочих совхозов, путем правильного подбора и расстановки партийных и комсомольских сил колхозов и совхозов и беспартийного, преданного
колхозному делу, актива, путем повседневного изучения колхозных
кадров и выдвижения на ответственные решающие участки производства наиболее передовых, безусловно' преданных активистов-колхозников.
f
Покрывая факты вредительской работы тех или иных счетоводов
и завхозов в колхозах, разоблачая буржуазные тенденции в совхозах, разоблачая подкулачников и организаторов хищений ь колхозах из рядов тех или иных членов правлений колхозов, ведя рфгатсльнѴю борьбу против расхитителей колхозной и совхозной собственности, рвачей, лодырей, против небрежного и недобросовестного отношения к живому и мертвому инвентарю колхоза и совхоза,— политические отделы МТС и совхозов должны на конкретных фактах повседневной работы и жизни колхозов и совхозов
организовывать широкие массы колхозников и работников совхозов
иа борьбу за ортанивациошю-хозяйственное укрепление колхозов и
совхозов, за сохранность и неприкосновенность общественной, колхозной и совхозной собственности, за рост доходов колхозов и колхозников, за Своевременное и полное выполнение колхозниками и
совхозами всех! своих обязательств перед государством.
Политические отделы МТС и совхозов должны предупреждать н
вести борьбу против нарушений и извращений решений партии и
правительства, против применения методов голого нажима и администрирования, памятуя, что разрешение вышеуказанных да дач
возможно лишь при условии всемерного улучшения и укрепления
организационно-хозяйственного руководства, применения" всех рычагов пролетарской диктатуры против кулака и его агентуры в
колхозах и совхозах, развертывания широкой политнко-вослштателькой работы среди колхозников.
Патетические отделы МТС іі совхозов ни в кое.м случае не
должны подменять в своей работе директора МТС и совхоза, памятуя, что хозяйственно руководство станцией ^ совхозом осуществляется директором МТС и совхоза на принципах единоначалия, памятуя. что политотделы должны своей массово-политической, организационно-партийной и воспитательной работой помогать разрешению стоящих перед директором совхоза и МТС задач.
Первая задача политотдела и его начальника в данный момент— сколотить партийный и комсомольский актив внутри МТС
и обслуживаемых МТС колхозов, равно как в совхозах іг их отделениях, не гоняясь за количеством членов, а. обращая главное внимание на их качество, на их преданность партии и умение вести
за собой колхозников и работников совхоза.
Вторая задача, которая должна разрешаться в неразрывной
связи с первой, — сколотить беспартийный актив вокруг партийнокомоомольоких ячеек, отнюдь не отгораживаясь от беспартийных
колхозников и рабочих совхозов, а наоборот, устанавливая с ними
связь и отношения сотрудничества, и добиться того, чтобы колхазы. все без исключения колхозы — стали по своему руководству
большевистски ми.

Политотдел и руководимые " им партийцы и комсомольцы на
оедѳ должны всячески привлекать лучших беспартийных колхозников и рабочих совхозов, допускать их на открытые собрания ячеек,
просвещать их политически на конкретных вопросах колхозного и
совхозного строительства и создать, таким образом, сплоченное
ядро партийцев, комсомольцев и беспартийных колхозников и рабочих внутри каждого колхоза и совхоза для борьбы с вредительскими, антиобщественными и антиколховными элементами колхозов
и совхозов.
Партийцы и комсомольцы не должны бояться борьбы внутри
колхоза и совхоза за Изоляцию и изгнание антиобщественных, иротивоколхозных элементов, ошибочно полагая, что такая борьба может нарушите единство колхоза ч или совхоза. Нам нужно не
всякое единство. Нам нужно такое единство в колхозе или
совхозе, которое обеспечивает руководство и главенство большевистского
ядра,
поддерживаемого
беспартийным
активом.
А такого единства невозможно добиться без серьезной борьбы за
изгнание антиобщественных и антиколхозных элементов из колхозов и совхозов. Поэтому борьба ітартийно-комсомо. гьгакого большевистского ядра за создание беспартийного актива в колхозах и изгнание антиобщественных элементов для завоевания большинства
внутри колхозов и совхозов является насущнейшей задачей и данный момент.
Районные и сельские коммунисты должны учесть, что наши колхозы и совхозы .являются молодыми, еще не окрепшими хозяйственными организмами, что они переживают у нас в своем организационном строительстве приблизительно такой же период, какой
переживали наши фабрики и заводы в 1920—1921 гг.. когда эти
последние были еще неокрепшими. В каких-нибудь три года сумели мы создать свыше 200 тыс. колхозов и 5 тыс. совхозов, т. е.
создали совершенно новые предприятия,, имеющие для сельского
хозяйства такое же значение, как заводы и фабрики для , громы шленности.
История не знает другой такой страны, которая сумела бы в
три года создать не только 200 тыс., но хотя бы 20 тыс. новых
крупных «предприятий, вооруженных новой техникой. Только СОСР,
только ггапга Советская страна сумела осуществить это чудо творческой работы. Было бы. в виду этого, смешно требовать, чтобы
все эти многочисленные новые крупные предприятия в области
сельского хозяйства, созданные в условиях культурной и технической отсталости деревни, стали сразу, в один год, образцовыми и
высокорентабельными. Необходимо, очевидно, время, необходима
неуСтанная. терпеливая, кропотливая работа по
организационному
укреплению колхозов и совхозов, по изгнанию оттуда вредительских элементов, но тщательному подбору и выращиванию новых
проверенных большевистских кадров, чтобы колхозы и совхозы
стали действительно образцовыми. И они безусловно станут образцовыми, так же как стали образцовыми многие иаіши фабрики и
заводы, являвшиеся в 1 9 2 0 — 1 9 2 1 гг. неустроенными и слабо организованными.
Что касается явлений вредительства и саботажа в колхозах
и совхозах, то дай должны сыграть в конце концов такую же
360

благодетельную роль в деле организации новых, большевистсішх
кадров для колхозов и совхозов,. какую сыграли вредительство и
«Шахтинский процесс» в области промышленности. «ІІІахтииский
процесс» послужил поворотным пунктом в деле усиления революционной бдительности коммунистов и организации красных специалистов в области промышленности. Нет основании сомневаться в том.
кто явления вредительства и саботажа в некоторых колхозах и совхозах, проявившиеся в нынешнем году, послужат таким же поворотным пунктом в деле .развертывания революционной: бдительности
наших сельских и районных коммунистов и подбора новых большевистских кадров для колхозов и совхозов.
И это произойдет тем скортю, чем скорее MTÖ и совхозы 'превратятся в центры широкой политической, и организационной
работы в деревне.
Политические отделы МТС и совхозов должны, таким образом,
обеспечить превращение машинно-тракторных станций и совхозов,
являющихся в настоящий момент преимущественно хозяйственпотехническими центрами на селе, в центры как хозяйственно-технического, так и политического и организационного
руководства и влиянии на широкие массы колхозников.
Вся маосовснполитичеокая, организационно-партийная и воспитательная работа политических отделов МТС и совхозов должна быть
направлена к тому, чтобы окончательно парализовать влияние классового врага1 в колхозе и совхозе и добиться преодоления мелкобуржуазных пережитков и собственнических тенденций вчерашнего
единоличника - собствен югка, сегодн яішіего колхозника,
Политические отделы совхозов и МТС должны увязать всю повседневную работу как самих станций, так,и обслуживаемых ими
колхозов с общими задачами ооциатастического строительства, пу^
тем развертывания оргапизационио-паркийиой работы и ленинского
воспитания членов партии и комсомола и постановки широкой массовой пропаганды среди беспартийных колхозников мероприятий
партии л правительства в области технического .перевооружения и
подъема сельского хозяйства, в области индустриализации страна
и повышения ее обороиоспособяости в области улучшения материал!,по-бытовых условий жизни ртбочих, Красной армии и колхозников.
Важнейшим стержнем всей политнш-раз ьясиительной работы
среди колхозников и рабочих совхозов должна быть широкая популяризация мероприятий партии, лравнте.тьсгва по борьбе за неприкосновенность обіцествепной колхозной и совхозной собственности.
Необходимо разъяснить членам партии. комсомола и широким массам колхозников и рабочим совхозов, что эти мероприятия направлены против лодырей, рвачей и воров, являющихся агентами" классового врата, являющихся врагами рабочих и колхозников.
Политические отделы должны иметь в виду, что обеспечить
крепкое политическое влияние па колхозников и противопоставить
это влияние проискам антисоветских элементов можно лишь при
том условии, если партийные и комсомольски* организации колхо-ѵ
зов идейно связаны, политически подкованы и авторитетны в широкой массе колхозников.
Политические отделы МТС и совхозов должны разоблачать и

зеі

изгонять из партийных и комсомольских организаций оппортунистические элементы и агентов классовых врагов, проникших в организацию и ведущих свою подрывную работу под .прикрытием партийного пли комсомольского билета.
Политические отделы должны развернуть марксистско-ленинское воспитание членов партии и комсомола на селе, систематически
очищать партийные н комсомольские организации колхозов и совхозов от неустойчивых, карьеристских, разложившихся и смыкающихся с классовым врагом элементов, вести решительную борьбу
против попыток самозамыкания партийных и комсомольских организаций, идейно спаять организацию на борьбе за политическое,
большевистское влияние и руководство широкой беспартийной массой колхозников и рабочих совхозов.
Ваяшейшей первоочередной задачей политических отделов MTB
и совхозов является сколачивание вокруг политотдела крепкого
ядра из подлинных активистов колхозных и совхозных ячеек и создание вокруг этих ячеек беспартийного актива из преданных, проверенных в борьбе за советскую власть колхозников и рабочих совхозов. ЦК еще раз подчеркивает, что в этой работе ire нужно
гнаться за количеством: небольшое, но политически подкованное и
крепко 'спаянное борьбой ядро всегда сумеет повести за собой всю
массу колхозников и рабочих совхозов. Развертывая воспитательную *и разъяснительную работу в колхозных ячейках и среди беспартийных колхозников, политотделы должны в первую очередь
обеспечить политический рост актива.
Политические отделы должны обеспечить здоровый рост партийных и комсомольских организаций за счет действительно передовых и активных колхозников, проверенных в борьбе с кулаком и
его атентѵрой в колхозах. Политические отделы должны при этом
исходить "из того, что выполнить свою роль большевистского ядра
на селе и вести за собой колхозные массы партийные и комсомольские организации могут лишь при том условии, если они состоят,
пусть из небольшого ' количества, но безусловно преданных делу
партии большевиков, идейно спаянных и закаленных в борьбе с
классовым врагом.
Выполняя эти задачи, политические отделы МТС и совхозов пе
должны подменять собой местные районные партийные комитеты,
ведя свою работу в полном контакте с ними. Вместе с тем районные партийные комитета должны усвоить, что созданием политических отделов МТС и совхозов сяги отнюдь не освобождаются от задач и ответственности, возложенных на них партией. •
(На резолюции
в и ч а . 1933 г.)

январского пленума

ЦК и ЦКК но докладу т.

Кагано-

В. Н а ш а б л и ж а й ш а я з а д а ч а — с д е л а т ь в с е х нолхознинов
зажиточными

Ооциалнзм — дело хорошее.
Счастливая
социалистическая
жизнь — дело бесспорно хорошее. Но все это — дело будущего.
Главный вопрос, теперь не в том, чего мы добьемся в будущем.
Главный вопрос в том, чего мы уже добились в настоящем. Крестьянство стало иа колхозный путь. Это очень хорошо. Но чего оно

362

добилось на этом пути? Чего мы добились осязательно, идя по колхозному пути?
Мы добились того, ото помогли миллионным массам бедняков
войти в -колхозы. Мы добились того, OTT), войдя в колхозы и пользуясь там лучшей землей и лучшими орудиями производства, миллионные массы бедняков поднялись до уровня середняков. Мы добились того, что миллионные массы бедняков, жившие раньше впроголодь, стали теперь в колхозах середняками, стали людьми обеспеченными. Мы добились того, что подорвали расслоение крестьян
на бедняков и кулаков, разбили кулаков и помогли беднякам стать
хозяевами своего труда внутри колхозов, стать середняками.
ІСак обстояло дело до развертывания колхозного строительства,
года 4 тому назад? Богатели и ш.ти в гору кулаки. Нищали и разорялись бедняки, попадая в кабалу к ікулат^ім. Карабкались вверх к
кулакам середняки и каждый раз срывались вниз, пополняя ряды
бедняков на потеху кулаков. Не трудно догадаться, что от всей этой
кутерьмы выигрывали лишь кулаки, да может быть кое-кто из зажиточных. На каждые 100 дворов в деревне можно было насчитать
4;—б кулацких дворов, 8 или 10 дворов зажиточных, дворов 4 5 —
50 середняцких, да дворов. 35 бедняцких. Стало быть, самое меньшее— 35% всех крестьянекігх дворов составляли бедняки, вынужденные нести ярмо кулацкой кабала. Я уже но говорю о маломощных слоях середняков, составлявших более половины середняцкого
крестьянства, которые мало чем отличались по своему положению
от бедняков л находились в прямой зависимости от кулаков.
Развернув -колхозное строительство, мы добились того, что уничтожили эту кутерьму и несправедливость, разбили кулацкую кабалу, всю эту массу бедня-ков вовлекли в колхозы, дали юг там обеспеченное существование и подняли их до уровня середняков, могущих пользоваться колхозной землей, льготами в пользу колхозов,
тракторами, сельскохозяйственными машинами.
А что это значит? Это значит, что не менее 20 млн. крестьянского населения, не менее 2 0 . м.тн. бедняков — спасли от нищеты и
разорения, спасли от кулацкой кабалы и превратили благодаря колхозам в обеспеченных людей.
Это большое достижение, товарищи. Это такое достижение, какого по знал еще мир и какого не достигало еще ни одно государство в мире.
Вот вам практические, осязательные результаты колхозного
строительства, результаты того, что крестьянство стало на путь колхозов.
Но это только первый ваш шаг, первое наше достижение па
пути колхозного строительства.
Было бы неправильно думать, что -мы должны остановиться на
этом первом шаге, на этом первом достижении. Нет. товарищи, мы
не можем остановиться на этом достижении. Чтобы двинуться дальше и окончательно укрепить колхозы, мы должны сделать второй
шаг, мы должны добиться нового достижения. В чем состоит этот
второй пи г? Он состоит в том, чтобы поднять колхозников, — и
бывших бедняков, и бывших середняков, — еще выше. Он состоит
в том, чтобы сделать всех колхозников зажиточными. Да, товарищи,
важиточнымн. (Продолжительные аплодисменты )

(Мы добились того, ,что подняли благодаря колхозам бедняков
до уровня середняков. Это очень хороню. Но этого мало. Мы должны теперь добиться того, чтобы сделать еще один шаг вперед и
помочь всем колхозникам, и бывшим беднякам, и бывшим середнякам,— подняться до уровня зажиточных. Этого можно добиться и
этого мы должны добиться во что бы то ни стало.
(Продолжительные аплодисменты.) У нас имеется теперь все для того, чтобы добиться этой нашей цели. Наши машины и тракторы используются
теперь плохо. Земля наша обрабатывается неважно. Стоит -только
улучшить использование машин и тракторов, стоит только улучшить обработку земли— и мы добьемся того, что увеличим количество наших продуктов вдвое, втрое. А этого вполне достаточно
для того, чтобы сделать всех колхозников зажиточными тружениками колхозных полей. »
Раньше как обстояло дело насчет зажиточных? Для того, чтобы
стать зажиточным, надо было обижать своих соседей, надо было
поэкюплоатировать их, продавать им дороже, покупать у гага дешевле, на нять кое-кого из батраков, яоэюсагаоптировать их порядочно, накопить капиталец и. укрепившись, — пролезть потом в кулаки.
Этим, собственно, и объясняется, что зажиточные вызывали раньше
при единоличном хозяйстве недоверие и ненависть бедняков и середннков. Теперь дело обстоит иначе. Теперь и условия другие.
Для того, 'чтобы стать колхозникам зажиточными, теперь новее пе
требуется обижать или эксгоюатировать своих соседей. Да и не
легко теперь «коплоатировать кого-либо, так как частной собственности иа зем.лю или аі>ѳнды нет у нас больше, машины и трак
торы принадлежат государству, а люди, владеющие капиталом,
не в моде теперь в колхозах. Была такая мода, да сплыла она навеки.
Чтобы стать колхозникам: зажиточными, для этого требуется
теперь
только
одно — работать
в колхозе честно, правильно
использовать тракторы и машины, правильно использовать рабочий окот, правильно обрабатывать землю, беречь колхозную собственность.
Иногда говорят: ежели социализм, — зачем еще трудиться? Трудились раньше, трудимся тенерь, — не лора ли перестать трудиться?
Такие речи в корне неправильны, товарищи. Это философия лодырей, а не честных тружеников. Социализм вовсе не отрицает труд.
Наоборот, социализм строится иа труде. Социализм и труд неотделимьт друг от друга. Ленин, наш великий учитель, говорил: «Кто
не трудится, тот не ест». Что это значит, против кого тгшггравлены
слова Ленина? Против эксилоататоров. против тех, которые сами не
трудятся, а заставляют трудиться других и обогащаются за счет
других. А еще против кого? Против тех, которые сами лодырничают и хотят за счет других поживиться. Социализм требует не лодырничанья, а того, чтобы все люди трудились честно, трудились
не на других, не на богатеев и экешюататоров, а на себя, на общество. И если мы будем трудиться честно, трудиться на- себя, на свои
колхозы, — то мы добьемся того, что в какие-нибудь 2—3 года поднимем всех колхозников, и бывших бедняков, и бывших середняков, до
уровня зажиточных, до уровня людей, пользующихся обилием цпрдуктов и ведущих вполне культурную жизнь.

364

В этом теперь наша ближайшая задача. Этого мы .можем добиться и этого мы должны добиться во что бы то ни стало.
(Продолжительные аплодисменты. )
(Сталин.

Ром ь

1933 г.)

на

первом

Всесоюзном

сьЛде

колхоштков-ударников.

. . . ЭТОТ лозунг касается не только колхозников. Он еще больше
касается рабочих, так как мьт хотим сделать всех рабочих зажиточными,— людьми, ведущими зажиточную и вполне культурную
жизпъ.
Казалось бы. дело ясное. Незачем было свергать капитализм в
Октябре 1917 г. и строцзъ социализм на протяжении ряда лет, если пе
добьемся того, чтобы люди жили у пас р. довольстве. Социализм означает не нищету и лишения, а уничтожение нищеты л лишений, организацию зажиточной и культурной жизни для всех членов общества.
A междѵ тем. этот ясный -и по сути дела элементарный лозунг
вызвал целый рад недоумений, путаницу и неразбериху среди одной
части членов партии. Не есть ли, говорят они, этот лозунг возвращение к старому, отвергнутому партией лозунгу: «обогащайтесь»?
Ежели все станут зажиточными, продолжают они, и беднота переста нет существовать, — на кого же нам. большевикам, опираться в своей
работе, как же мы будем работать без бедноты?
Можег быть это и смешно, но существование таких наивных и
антиленинских взглядов среди части членов партии является несомненным фактом, с которым нельзя не считаться.
Эти люди, очевидно, не понимают, что между лозунгом «обогащайтесь» и лозунгом «сделать всех колхозников зажиточными» лежит целая пропасть. Во-первых, обогащаться могут только отдельные лица или группы, тогда как лозунг о зажиточной жизни касается не отдельных лиц или групп, а всех колхозников. Во-вторых,
обогащаются отдельные лица или группы для того,' чтобы подчинить себе остальных людей и эксплоатировать их, тогда как лозунг
о зажиточной жизни всех колхозников при наличии обобществления средств .производства в колхозах исключает всякую возможность эксяілоатации одних другими. В-третьих, лозунг «обогащайтесь» был дай в период начальной стадіга нэпа, когда капитализм
частично восстанавливался, когда кулаки были в силе, в стране преобладало единоличное крестьянское хозяйство, а колхозное хозяйство находилось в зачаточном состоянии, тогда как лозунг «сделать
всех колхозников зажиточными» дан в последней стадии нэпа, когда. капиталистические элементы в промышленности уничтожены,
кулаки в деревне разгромлены, индивидуальное крестьянское хозяйство оттеснено на задний план, а колхозы превращены в господствующую форму сельского хозяйства. Я уже не говорю о том', что
лозунг «сделать всех колхозников зажиточными» дан не изолированно. а, в неразрывной связи с лозунгом «сделать колхозы большевистскими».

Не ясно ли. что лозунг обогащайтесь» означал по сути дела
призыв — восстановить капитализм, тогда как лозунг «сделать всех
колхозников зажиточными» означает призыв — добить последние
остатки капитализма путем усиления экономической мощи колхозов
и превращения всех колхозников в зажиточных тружеников? (Возгласы: «Правильно ! » )

/

Не ясно ли, что между этими лозунгами пет и ие может быть ничего общего? ( В о з г л а с ы : «Правильно!»)
Что касается того, что без существования бедноты немыслимы
будто бы ни большевистская работа., ни социализм, то это такая глупость, о которой неловко даже говорить. Ленинцы опираются на
бедноту, когда есть капиталистические элементы и есть беднота, которую "эксплоатируют капиталисты. Но когда капиталистические элементы разгромлены, а беднота освобождена от эксплоатации, задача ленинцев состоит не в тем, чтобы закрепить и сохранить бедность и бедноту, предпосылки существования которых уже уничтожены, а в тощ чтобы уничтожить бедность и поднять бедноту до
зажиточной жизни. Было бы глупо думать, что социализм может
быть построят на базе нищеты и лишений, на базе сокращения
.тачных потребностей и снижения уровня жизни людей до уровня
жизни бедноты, которая к тому же гама не хочет болыпе оставаться
беднотой н прет 'вверх к зажиточной жизни. Ко.\гу нужен такой, с
позволения сказать, социализм? Эго был бы не социализм, а карикатура на социализм. Социализм может быть построен лишь на базе
бурного роста чтроизводительных сил общества, на базе обилия продуктов я товаров, лга базе зажиточной жизни трудящихся, на базе
бурного роста культурности. Ибо социализм, марксистский социализм означает не •сокращение личных потребностей, а. всемерное их
расширение и расцвет, не ограничение или отказ от удовлетворения
этих потребностей, а всестороннее и полное удовлетворение всех
потребностей культурно-развитых трудящихся людей.
Не может быть сомнения, что эта путаница во взглядах у отдельных членов партии насчет бедноты и за яги точности есть отражение
взглядов наших левацких головотяпов, идеализирующих бедноту
как извечную опору большевизма при всех и всяких условиях и рассматривающих. колхозы как арену ожесточенной классовой борьбы.
( С т а л и н . Отчетный доклад X V I I партсъеоду а работе ЦК ШТГКб). 1934 г.)

Г. Сталин о з а д а ч е укрепления артели и условиях
ее превращения в ноімм.уну
Возьмем, далее, вопрос о сельскохозяйственной артели и сельскохозяйственной коммуне. Теперь все признают, что артель является при нынешних условиях единственно правильной формой
колхозного движения. И это вполне понятно: а) артель правильно
сочетает личные, бытовые, интересы колхозников с их общественными интересами, б) артель удачно приспособляет личные, бытовые
интересы — к общественным интересам, облегчая тем самым воспи
танке вчерашних единоличников в духе коллективизма.
В отличие от артели, где обобществлены только средства производства, в коммунах до последнего времени были обобществлены не
только средства производства, но и быт каждого члена коммуны,
т. е. члены коммуны в отличие от членов артели не имели в Личном
владении домашнюю птицу, мелкий скот, корову, зерно, приусадебную землю. Это значит, что в коммунах личные, бытовые, интересы
членов ие столько учитывались и сочетались с интересами общественными, сколько заглушались после., ними в интересах мелкобуржуазной уравниловки. Понятно, что это обстоятельство является самой,

ses

слабой стороной комму гг. Этом собственно и объясняется, что коммуны не имеют большого распространения н попадаются лишь единицами и десятками. По этой же причине коммуны, чтобы отстоять
свое существование и не развалиться, оказались вынужденными отказаться от обобществления быта, начинают работать но трудодням, стали выдавать зерно на дом. допускают .личное владение домашней птицей, мелким скотом, коровой и т. д. Но из этого следует,
что коммуны фактически перешли на положение артелей. И в этом
пег ничего плохого, ибо этого требуют интересы здорового развитая
массового колхозного движения.
Это не значит, конечно, что коммуна вообще не нужна* что она
по является больше высшей формой колхозного движения. Нет,
коммуна нужна, и она. конечно, является высшей формой колхозного движения, но ие нынешняя коммуна, которая возникла на базе
неразвито it техники и недостатка продуктов и которая сама переходит на положение артели, а — будущая коммуна, которая возникнет
на базе более развитой техники и обилия продуктов. Нынешняя
сельскохозяйственная коммуна возникла на основе малоразвитой
техники, и недостатка продуктов. Этим собственно и объясняется,
что она практиковала уравниловку и мало считалась с ,тачными, бытовыми интересами своих членов, в виду чего она. вынуждена теперь
перейти на положение артетн. где разумно сочетаются личные и общественные интересы колхозников. Будущая коммуна вырастет из
развитой и зажиточной артели. Будущая сельскохозяйственная
коммуна возникнет тогда, когда на полях и в фермах артели будет
обилие зерна, скота, итігцы, овощей и всяких других продуктов,
когда при артелях заведутся механизированные прачечные, современные кухпи-столовые, хлебозаводы и т. д., когда колхозник увидит. что ему выгоднее получать мясо и молоко с фермы, чем -заводить свою корову л мелкий скот, когда, колхозница увидит, что ей
выгоднее обедать в столовой, брать хлеб с хлебозавода и получать
стиранное белье из общественной прачечной, чем самой заниматься
этим делом. Будущая коммуна, возникнет на, базе более развитой
техники и более развитой артели, на базе обилия продуктов. Когда
это будет? Конечно, ис скоро. Но это будет. Было бы преступлением
искусственно ускорять процесс перерастания артели в будущую
коммуну. Это спутало бы все карты и облегчило бы дело" наших
врагов." Процесс перерастания артели в будущую коммуну должен
происходить постепенно, по мере того, как все колхозники будут
убеждаться в необходимости такого перерастания.
Так обстоит дело с вопросом об артели и коммуне.
Дело, казалось бы, ясное и почти что элементарное.
А между тем, среди одной части членов партии имеется изрядная путаница но этому вопросу. Считают, что, объявив артель основной формой колхозного движения, партия отдалилась от социализма, отступила назад от коммуны, от высшей формы колхозного
движения — к низшей. Почему, спрашивается? Потому, оказывается,
что в артели нет .равенства, так. как там сохраняется разница в потребностях и в личном быту членов артели, тогда как в коммуне
есть равенство, так. как там уравнены и потребности и личное бытовое положение ее членов. Но, во-первых, у нас нет больше таких
коммун, где бы существовали доравнепие, уравниловка в области
367

потребностей п личного быта. Практика показала, что коммуны наверняка погибли бы, если бы они ив отказались от уравниловки л ire
перешлй на деле на положение артели. Стало быть, нечего ссылаться на то, чего нет уже в природе. Во-вторых, всякому ленинцу известно, если он только настоящий ленинец, это уравниловка в области потребностей и личного быта, есть реакционная мелкобуржуазная нелепость, достойная какой-нибудь первобытной секты аскетов. но не социалистического общества, организованного ло-марксистоки, ибо нельзя требовать, чтобы у всех людей были одинаковые (потребности и вкусы, чтобы все люди в своем личном быту
Жили іго одному образцу. И наконец: разве среда рабочих не сохраняется разница, как в потребностях, так и в их -личном быту?
Значит .ли ото, что рабочие слоят дальше от социализма, чем члены
сельскохозяйственных коммун?
Эти люди очевидно думают, что социализм требует уравниловки,
уравнения, нивелировки потребностей и личного быта членов общества. Нечего и говорить, что такое предположение не имеет ничего
общего с марксизмом, ленинизмом. Иод равенством' марксизм понимает не ураішнловку в области личных потребностей я быта, а уничтожение классов, т. е. а) равное освобождение всех грудящихся от
«кедлоатацил поело того, как капиталисты свергнуты и экспроприированы, б) равную отмену для всех частной собственности на средства производства после того, как они переданы в собственность
всего общества, в) равную обязанность всех трудиться но овопм
способностям н равное право всех трудящихся получать за это по
их труду (социалистическое
общество), г) равную обязанность всех
трудиться по своим способностям и равное право всех трудящихся
получать за это по их потребностям (коммунистическое общество).
При этом марксизм исходит из того, что вкусы и потребности людей но бывают и не могут быть одинаковыми и равными но качеству или по количеству ни в период социализма, ни в период коммунизма.
Вот вам марксистское понимание равенства.
Никакого другого равенства марксизм не признана і и не признает.
Делать отсюда вывод, что социализм требует уравниловки, уравнивания, нивелировки потребностей членов общества, нивелировки
их вкусов п личного бьгга, что но марксизму все должны ходить в
одинаковых костюмах и есть одни и те же блюда, в одном и том
же количестве, — значит говорить пошлости и клеветать на марксизм.
Нора усвоить, что марксизм является врагом уравниловки. Еще
в «Манифесте коммунистической партии» бичевали Маркс и Энгельс
примитивный утопический социализм, называя его реакционным; за'
его проповедь «всеобщего аскетизма и грубой уравнительности »,
Энгельс в своем «Анти-Дюринге» посвятил целую главу бичующей
критике «радикального уравнительного социализма», выдвинутого
Дюрингом, как противовес против марксистского социализма.
«Реальное содержание пролетарского требования равенства, говорил Энгельс, сводится к троЛоваігию уничтожения классов. Всякое требование равенства, идущее дальше ѳтого, неизбежно приводит к нелепости»,

То яге самое говорит Ленин:

363

«Энгельс был тысячу раз нрав, когда писал: понятно равенства помимо
уничтожения классов есть глупейший и .вздорный предрассудок.
Буржуазные
профессора за понятие равенства* пытались пас изобличить в том, будто мы
хотим одного человека сделать равным другому. В этой бессмыслице," которую
они сами придумали, опи пытались обвинить социалистов. Но они не знали
но окоему невежеству, что социалисты — и именно основатели современного
научного социализма, Маркс и Энгельс — говорили: •равенство есть пустая
Фраза, если иод равенством пе понимать уничтожения массой. Классы мы
хотим уничтожить, в этом отношении мы стоим за равенство. Но претендовать
на то, что мы сделаем всех людей равными друг другу, это пустейшая фраза
п глупая выдумка интеллигента» (Речь Л с п п и а «Об обмане народа лозунгами свободы и равенства»).

Кажется, ясно.
Буржуазные писатели охотно изображают марксистский социализм! как старую царскую казарму, где все подчинено «принципу»,
уравниловки. Но марксисты пе могут быть ответственными за невежество и тупость буржуазных писателей.
Не может быть сомнения, что эта путаница во взглядах у отдельных членов партии насчет марксистского социализма и увлечение уравниловскими тенденциями сельскохозяйственных коммун
похожи, как две капли воды, на мелкобуржуазные взгляды наших
левацких головотяпов, у которых идеализация сельскохозяйственных коммун доходила одно время до того, что о і т пытались насадить коммуны даже на заводах и фабриках, где квалифицированные и неквалифицированные рабочие, работая каждый но своей
профессии, должны были отдавать зарплату в общий котел и делить ее потом поровну. Известно, какой вред причинили нашей
промышленности эти уравниловско-мальчишесше упражнения «левых» головотяпов.
Как видите, остатки идеологии разбитых антипартийных групп
имеют довольно большую живучесть.
Понятно, что, если бы эти левацкие взгляды восторжествовали
в партии, партия перестала бы быть марксистской, а колхозное движение было бы вконец дезорташгзовано.
( С т а л и н . Отчетный доклад XVII партсъезду о работе ЦК ВКП (б). 1034 г.)

• Лашщиан

НАЦИОНАЛЬНО-КОЛОНИАЛЬНЫЙ
ВОПРОС

I. ПОСТАНОВКА НАЦИОНАЛЬНО-КОЛОНИАЛЬНОГО
ВОПРОСА В Л Е Н И Н И З М Е

i. тов. сталин о постановке национально-колониального
вопроса в ленинизме
За последние два десятилетия национальны! воптрос претерпел
ряд серьезнейших изменений. Национальный вопрос в период J1 Интернационала и национальный вопрос в цериод ленинизма далеко
не одно и то же. Они глубоко друг от друга отличаются не только
по объему, но и по внутреннему своему характеру.
Раньше национальный вопрос замыкался обычно тесным кругом
вопросов, касающихся, главным образом, «культурных» национальностей. Ирландцы, венгры, поляки, финны, сербы и некоторые другие национальности Европы — таков тот круг неполноправных народов. судьбами которых интересовались тарой II Интернационала.
Десятки и сотян миллионов азиатских и африканских пародов, терпящих национальный гнет в самой грубой и жестокой форме,
обычно оставались вне поля зрения. Белых и черных, «культурных»
и «некультурных» не решались ставить на одну доску. Две-три
пустых и кислосладких резолюций, старательно обходящих вопрос
об освобождении колоний, — это все, чем могли похвастать деятели
II Интернационала. Теперь эту двойственность и половинчатость в
национальном вопросе нужно считать ликвидированной. Ленинизм
вскрыл это вопиющее несоответствие, разрушил степу между белыми и черными, между европейцами и азиатами, между «культурными» и «некультурными» рабами империализма и связал таким
образом национальный вопрос с вопросом о колониях. Тем самым
национальный вопрос был Превращен из вопроса частного и внутригосударственного в вопрос общий и международный, в мировой вопрос об освобождении угнетенных народов зависимых стран и колоний от ига империализма.
Раттыпа принцип самоопределения наций истолковывался обычно
неправильно," суживаясь нередко до права наций на автономию. Некоторые лидеры II Интернационала дошли даже до того, что право
373

на самоопределение превратили в право на культурную а в т о н о м и и ,
т. е. з право угнетенных наций иметь свои культурные учреждения,
оставляя всю политическую власть в руках господствующей нации.
Это обстоятельство вело к тому, что идеи самоопределения из орудия
борьбы с аннексиями рисковала превратиться в орудие оправдания аннексий. Теперь эту путаницу нужно считать преодоленной.
Ленинизм расширил попятив самоопределения, истолковав его как
право угнетенных народов зависимых стран и колоний на полное
отделение, как право наций на самостоятельное государственное
существование. Тем самым была исключена возможность оправдания
аннексий путем истолкования права на самоопределение как права
на автономию. Самый яге принцип самоопределения был превращен
таким образом из орудия обмана масс, каким он несомненно являлся
в руках социат-лговишістоп во время империалистской войны, в орудие разоблачения всех и всяких империалистических вожделений и
шовинистических махинаций, в орудие политического просвещения
масс в духе ігнтерпационалнзма.
Раныііе вопрос об угнетенных нациях рассматривался обычно
как вопрос тесто правовой. Торжественное провозглашение «национального равноправия», бесчисленные декларанте о «равенстве наций»— вот чем пробавлялись партии II Интернационала, замазывающие тот факт, что «равенство наций» при империализме, когда одна;
группа наций (меньшинство) живет за счет экоплоатации другой
группы наций, является издевкой над угнетенными народами.
'I спорь эту буржуазно-правовую точку зрения в национальном вопросе нужно считать разоблаченной. Ленинизм низвел национальный вопрос с высот широковещательных деклараций па землю, заявив, что декларации о «равенстве наций», не подкрепляемые со
стороны пролетарских партий прямой поддержкой освободительной борьбы утнетенлгых пародов, являются пустыми и фальшивыми
декларациями. Тем самым вопрос об угнетенных нациях стал вопросом о поддержке, о помощи, действительной и постоянной помощи
угнетенным нациям в их борьбе с империализмом за действительное
равенство наций, за их самостоятельное государственное существование.
Раньше национальный вопрос рассматривался реформистски, как
отдельный самостоятельный вопрос-, вне связи с общим вопросом о
власти капитала, о свержении империализма, о пролетарской революции. Молчаливо предполагалось, что победа пролетариата в Европе
возможна без прямого союза о освободительным движением в колониях, что разрешение национально-колониального вопроса может
быть проведено втихомолку, «самотеком», в стороне от большой
дорога ггролета ракой революции, без революционной борьбы о империализмом. Теперь эту антиреволюционную точку зрения нужно
считать разоблаченной. Ленинизм доказал, а имиериадистическая
война и революция в России подтвердили, что национальный вопрос
может быть разрешен лишь в связи и на почве пролетарской революции, что с у т ь победы революции на Западе проходит через революционный союз с освободительным движением колоний и зависимых стран против империализма. Национальный вопрос есть часть
общего вопроса о пролетарской революции,, часть вопроса о дюшде
туре пролетариата.

Вопрос стоит так: исчерпаны
ли уже революционные возможности, имеющиеся в недрах реводющіошю-освободителыіого движения угнетенных стран, или ист. и если не исчерпаны, — есть ли надежда, основание использовать эти возможности для пролетарской
революции, превратить зависимые и колониальные страны из резерва империалистической буржуазии в резерв революционного шюлетариата. в союзника последнего?
Ленинизм отвечает на этот (вопрос- положительно, т е. в духе
признания в недрах национально-освободительного движения угнетенных стран революционных способностей и в духе возможности
их использования в интересах свержения общето врага, в интересах
свержения империализма. Механика развития империализма, империалистическая война и революция в России целиком подтверждают
выводы ленинизма на этот счет.
Отсюда необходимость поддержки, решительной я активной поддержки со стороны пролетариата
национально-освободительного
движения угнетенных и зависимых народов.
Это не значит, конечно, что пролетариат должен поддерживать'
всякое национальное движение, везде и всегда, во всех отдельных
конкретных случаях. Речь идет о поддержке таких национальных
движений, которые направлены на ослабление, на свержение импе-j
риализма, а не на его укрепление и сохранение. Бывают случаи,
когда национальные движения отдельных угнетенных стран приходят в столкновение с интересами развития пролетарского движения. Само собою понятно, это в таких случаях не может быть и речи
о поддержке. Вопрос о правах наций ecjb не изолированный и самодовлеющий вопрос, а часть общего вопроса о пролетарской револю-'
ции, подчиненная целому и требующая своего рассмотрения иод
углом зрения целого. Маркс в 40-х годах прошлого века стоял за
национальное движение поляков и венгров против национального
движения чехов и южных славян. Почему? Потому, что чехи и южные славяне являлись тогда «реакционными народами», «русскими
форпостами» в Европе, форпостами абсолютизма, тогда как поляки и венгры являлись «революционными народами», боровшимися против абсолютизма. Потому, что поддержка национального
движения чехов и южных Славян означала тогда косвенную поддержку царизма, опаснейшего врага шволюцио иного движения в
Европе.
«Отдельные требошмшя демократии, — говорит Ленин, — и том числе r a w on ре деление, не абсолют, а частичка
общедемократического (ныне: общее* налнстического) мирового
движеппя. Воаможно, что в отдельных конкретных
Случаях частичка противоречит общему, тогда надо отвергнуть ее» (см. т. X I X ,
стр. 257 — 258).

. Так обстоит дело с вопросом об отдельных национальных движениях. о возможном реакционном характере этих движений, если,
конечно, расценивать их но с формальной точки зрения, не с точки
зрения абстрактных прав, а, конкретно, с точки зрения интересов
революционного движения.
То же самое нужно сказать о революционном характере национальных движений вообще. Несомненная революционность громадного . большинства национальных движений столь же отпоен372

тельна п своеобразна, сколь отпоеителыга іг своеобразна возможнап
реакционность некоторых отдельных национальных движений. Революционный характер национального движения .в обстановке империалистического гнета вовсе не предполагает обязательного налитая
пролетарских элементов в движении, налитая революционной или
республиканской программы движения, наличия демократической
основы движения. Борьба Афганского эмира за независимость Афганистана является объективно революционной
борьбой, несмотря' на
монархический образ взглядов эмира и его сподвижников, ибо она
ослабляет, разлагает, подтачивает империализм, между тем как
борьба таких «отчаянных» демократов и «социалистов», «революционеров» и республиканцев, как, скажем, Керенский и Церетели.
Ренодоль и Шейдеман, Чернов и Дан. Хендорсон и Клаігнс, во время
имнерналистической войны, была борьбой реакционной,
ибо она
имела своим результатом подкрашивание, укрепление, победу империализма. Борьба египетских купцов и буржуазных интеллигентов
за независимость Египта является, по тем же причинам, борьбой
объективно революционной.
несмотря на буржуазное происхождение и буржуазное звашю лидеров египетского национального движения, несмотря па то, что они против социализма, между тем как
борьба английского рабочего правительства за сохранение завися-,
мого положения Египта является, но тем же причинам, борьбой
реакционной, несмотря на щюлстарское происхождение и на пролетарское звание членов этого правительства, несмотря ira то. что
они «за» социализм. Я уже не говорю о национальном движении
других, более крупных, колониальных и зависимых стран, вроде
Индии и Китая, каждый шаг которых по пути к освобождению, если
он даже нарушает требования формальной демократии, является
ударом парового молота по империализме, т. е. шагом, несомненно,
революционным.
Ленин прав, говоря, что национальное движение угнетенных
стран нужно расценивать не с точки зрения формальной демократии,
а с точки зрения фактических результатов в общем балансе борьбы
против империализма, то есть «не изоліщованно, а в мировом масштабе» (см. т. ХІ/Х, стр. 257).
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

-Об

основах

аснинявма»,

стр.

49—49.

2. что такое нация и национальное движение?»
Нации — >тп исторически
сложившаяся
устойчивая
общность
языка, территории, экономической жизни, психического
склада, проявляющегося
в общности культуры.
При этом сайо собой попятно, что нация, как к всякое историческое явление, подлежит закону изменения, имеет свою историю,
начало и конец.
Необходимо подчеркнуть, что ни один нз указанных признаков,
взятый в отдельности, недостаточен для определения нация. Более
того: достаточно отсутствия хотя бы одного из этих признаков,
чтобы нация перестала быть нацией.
Можно представить людей с общим «национальным характером» я все-таки нельзя сказать, что они- составляют одну нацию.

373

соля они экономически разобщены, живут на разных территориях,
говорят на разных языках и т. д. Таковы, например, русские, галицийскне, американские, грузинские, горские евреи, не составляющие,
но нашему мнению, единой нации.
Можно представить людей с общностью территории и экономической жизни. % все-таки оии не составят одной нации без общности
языка и «национального характера». Таковы, например, немцы и
латыши в Прибалтийском крае.
Наконец норвежцы и датчане говорят на одном языке, но они не
составляют одной нации в силу отсутствия других признаков.
Только наличность всех признаков,
взятых вместе, дает нам
нацию...
. . . Нация является не просто исторической категорией, а исторической категорией определенной эпохи, эпохи подымающегося капитализма. Процесс ликвидации феодализма и развития капитализма
является в то же время процессом складывания людей в нации. Так
происходит дело, например, в Западной Европе. Англичане, французы, германцы, итальянцы и прочие СЛОЖИЛИСЬ В нации при победоносном шествии торжествующего над феодальной раздробленностью
капитализма.
Но образование наций означало там вместе с тем превращение
их в самостоятельные национальные государства. Английская, французская и прочие нации являются в то же время английским и прочими государствами. Ирландия, оставшаяся вне этого процесса, не
меняет общей картины.
Несколько иначе происходит дело в Посточной Европе. В то
время как на Западе начни развились в государства, на Востоке сложились междунационалъные государства, государства, состоящие из
нескольких национальностей. Таковы — Австро-Венгрия,
Россия.
В Австрии наиболее развитыми в политическом отношении оказались
немцы — они и взяли на себя дело объединения австрийских национальностей в государство. В Венгрии наиболее приспособленными
К государственной организованности оказались мадьяры — ядро венгерских национальностей, они же объедините,ти Венгрии. В России
роль объединителя национальностей взяли на себя великороссы, имевшие во главе исторически сложившуюся сильную п организованную
дворянскую военную бюрократию.
Так происходило дело на Востоке.
Этот своеобразный способ образования государств мог иметь
место лишь в условиях неликвидированного еще феодализма, в условиях слабо развитого капитализма, когда оттертые на задний план
национальности не успели еще консолидироваться экономически
г, целостные нации.
Но капитализм начинает развиваться и в восточных государствах.
Развиваются торговля и пути сообщения. Возникают крупные города. Нация экономически консолидируются. Ворвавшийся в спокойную жизнь оттесненных национальностей капитализм взбудораживает последние и приводит их в движение. Развитие прессы и
театра, деятельности рейхсрата (в Австрии) и думы (в России)
способствует усилению «национальных чувств».
Народившаяся
интеллигенция проникается «национальной' идеей» и действует
в этом же направлении...
374

Но проснувшиеся к самостоятельной жизни оттесненные нации
уже не складываются в независимые национальные государства: они
встречают па своем пути сильнейшее сопротивление со стороны
руководящих слоев командующих наций, давно уже ставших во главе
государства. Опоздали!..
Так складываются в нации чехи, поляки и т. д. в Австрии; хорваты и пр. в Венгрии; латыши, литовцы, украинцы, грузины, армяне
п пр. в России. То, что было исключением в Западной Европе (Ирландия), на Востоке стало правилом.
На Западе Ирландия ответила на исключительное положение национальным движением. На Востоке проснувшиеся нации должны
был и ответить тем же.
Так складывались обстоятельства, толкавшие молодые нации
востока Европы па борьбу.
Борьба началась и разгорелась собственно не между нациями
в целом, а между господствующими классами командующих и оттесненных наций. Борьбу ведут обыкновенно или городская мелкая
буржуазия угнетенной нации против крупной буржуазии командующей нации (чехи и цемцы), или сельская буржуазия угнетенной нации против (помещиков господствующей нации (украинцы в Польше),
или вся «национальная» буржуазия угнетенных наций против правящего дворянства командующей яаціш (Польша, Литва, Украина
в России).
Буржуазия — главное действующее лицо.
Основной вопрос для молодой буржуазия — рынок. Сбыть свои
товары и выйти победителем в конкуренции с буржуазией иной национальности— такова ее цель. Отсюда ее желание — обеспечить
себо «свой», «родной» рынок. Рывок — первая школа, где буржуазия
учится н ационализаіу.
Но дело обыкновенно не ограничивается рывком. В борьбу вмешивается ишуфеодадьная. полубуржуазная бюрократия господствующей нации со своими методами «тащить» и «не пущать». Буржуазия командующей нации — все равно, является ли она мелкой
или крупной — получает возможность «быстрее» и «решительнее»
расправиться оо своим конкурентом. «Силы» объединяются, и — начинается целый -ряд ограничительных мер против «инородческой»
буржуазии, переходящих в репрессии. Борьба из хозяйственной
сферы переносится в политическую. Ограничение свободы передвижения, стеснение языка, ограничение избирательных прав, сокращение школ, религиозные стеснения и т. п. так и сыплются на голову
«конкурента». Конечно, такие меры преследуют не только интересы
буржуазных
классов
командующей
нации,
но и
специфически, так сказать, кастовые цели правящей бюрократии. Но
с точки зрения результатов это совершенно безразлично: буржуазные классы и бюрократия идут в
данном случае рука об
руку — все
равно,
идет
ли
речь об Австро-Венгрші
или
о России.
Стесненная со всех сторон буржуазия угнетенной нации естественно приходит в движение. Она апеллирует к «родным низам» и
начинает кричать об «отечестве», выдавая свое собственное дело за
дело общенародное. Она вербует себе армию из «соотечественников» в интересах... «родины . И «тезы», не всегда остаются
375

безучастными к призывам, собираясь вокруг ее знамени: репрессии
евевту задевают и их, вызывая в них недовольство.
Так начинается нашюнальное движение.
Сила национального движения определяется степенью участия
в нем широких слоев нации, пролетариата и крестьянства.
Станет ли пролетариат исд знамя буржуазного национализма —
это зависит от степени развития классовых противоречий, от сознательности и организованности пролетариата. У сознательного пролетариата есть свое собственное испытанное знамя, и ему незачем становиться иод знамя буржуазии.
Что касается .крестьян, то их участие в национальном движении
зависит прежде всего от характера репрессий. Если репрессии затрагивают интересы «земли», как это имело место в Ирландии, то
широкие массы крестьян .немедленно становятся под знамя национального движения...
. . . Национальная борьба в условиях подымающегося
капитализма является борьбой буржуазных классов между собой. Иногда
буржуазии удается вовлечь в национальное движение пролетариат
и тогда Национальная борьба по внешности принимает «общенародный» характер, но это только по внешности. В существе своем она
всегда остается буржуазной, выгодной и угодной главным образом
буржуазии. 1
Но из этого вовсе ие следует, что пролетариат не должен бороться
против политики угнетения национальностей.
Ограничение свободного передвижения, лишение избирательных
прав, стеснение языка, сокращение школ и прочие репрессии задевают рабочих не в меньшей степени, ез.ти не в большей, чем буржуазию. Такое положение может лишь затормозить дело свободного
развития духовных сил пролетариата подчиненных наций. Нельзя
серьезно говорить о полном развитии духовных дарований татарского или еврейского рабочего, когда ему по дают пользоваться родным языком на собраниях и лекциях, когда им закрывают школы.
Но политика националистических репрессий опасна для дела пролетариата и с другой стороны. Она отвлекает внимание широких
слоев от вопросов социальных, вопросов классовой борьбы, в сторону вопросов национальных, вопросов «общих» для пролетариата и
буржуазии, а это создает благоприятную почву для лживой проповеди о «гармонии интересов», для затушевывания классовых интересов пролетариата, для духовного закабаления рабочих. Тем самым
ставится cepwзнал преграда делу объединения рабочих всех национальностей/ Если значительная часть польских рабочих до сих пор
остается в духовной кабале у буржуазных националистов, если она
до сих нор остается в стороне от интернационального рабочего движения. то это главным образом потому, что исконная антипольская
политика «власть имущих» дает почву для такой кабали, затрудняет освобождение рабочих от такой кабалы.
Но политика репрессий на этом но останавливается. От «системы» угнетения она нередко переходит к «системе» натравливания
наций, к «системе» резни и погромов. Конечно, последняя не везде
1 Примечание
составителя. В условиях загнивающего и умирающего капитализма—империализма т. Сталин характеризует национальный вопрос как
но сути дела вопрос крестьянский (с-м. 3-й раздел III отдела данной темы).

376

t

я не всегда возможна, но там, где она возможна, — в условиях
отсутствия элементарных свобод, — там она нередко принимает
ужасающие размеры, грозя потопить дело сплочения рабочих в крови
ri слезах. Кавказ и юг России дают не мало примеров. «Разделяй и
властвуй» — такова цель политики натравливания. И поскольку такая политика удается, она представляет величайшее зло для пролетариата. серьезнейшую преграду делу сплочения рабочих всех национальностей государства.
Но рабочие заинтересованы в полном слиянии всех своих товарищей в единую интернациональную армию, в скором и окончательном нх освобождении от духовной кабалы буржуазии, в полном и
свободном развитии духовных сил своих собратьев, к какой бы нации
сии ни принадлежали.
Поэтому рабочие борются и будут Пороться против политики
угнетения наций во всех ее видах, от самых тонких до самых грубых. как и против политики натравливания ІВО всех ее видах.
Поэтому социал-демократия всех сграп провозглашает право наций
на самоопределение.
(Сталин.

и яацноііальниіі

Сб. Марксизм
вопрос»,

стр.

и иаци-жатыго-колониальны il
0—7,

ю—12,

13—14,

1813

г.)

вопрос.

-Марксизм

3. три периода исторического развития в национальном
вопросе
. . . Необходимо установить некоторые предпосылки, без которых невозможно разрешение национального вопроса. Эти предпосылки катаются вопроса о появлении наций, о зарождении национального гнета, о формах национального гнета в ходе исторического
развития и затем о Формах разрешения национального вопроса в различные периоды развития.
Таких периодов три.
Первый период — это период ликвидации феодализма на Западе
п победы капитализма. Складывание людей в нации приурочивается
к этому периоду...
. . . Первый период характеризуется появлением национальностей
на заре капитализма, причем на западе Европы зарождаются чпетопациональные государства без национального гнета, а на Востоке
зарождаются многонациональные государства с одной, более развитой. нацией во главе и с остальными, менее развитыми, нациями,
находящимися в политическом, а потом и в экономическом подчинении нации господствующей. Эти многонациональные государства Востока послужили родиной того национального гнета, * который породи.! национальные конфликты, национальные движения, национальный вопрос и различные способы разрешешгя этого вопроса,
Второй период в развитии национального гнета и способов
борьбы с ним приурочивается к периоду появления империализма,
когда капитализм в поисках рынков сбыта, сырья, топлива и дешевой рабочей силы, когда он в борьбе за вывоз капитала п обеспечение великих железнодорожных и морских путей выскакивает из
рамок национального государства и расширяет свою территорию за
377

счет соседей, близких и дальних. В этот второй период старые национальные государства на Западе — Англия, Италия, Франция — перестают быть государствами национальными, т. е. они, в силу захвата
новых территорий, превращаются в государства многонациональные, колониальные, являя тем самым арену того самого национального и колониального гнета, какой существовал еще раньше на востоке Европы. На востоке Европе этот период характеризуется пробуждением it усилением подчиненных наций (чехи, поляки, украинцы), приведшим в результате империалистской войны к распадению старых буржуазных многонациональных государств и образованию новых национальных государств, находящихся в кабале у так
называемых великих держав.
Третий период — это период советский, период уничтожения капитализма и ликвидации национального гнета, когда вопрос о господствующих и подчиненных нациях, о колониях и метрополии отходит в исторический архив, когда перед нами на территории
РСФСР встают национальности, имеющие рапные права, равную возможность развиваться, но сохранившие некоторое исторически унаследованное неравенство в виду своей хозяйственной, политической
•и культурной отсталости. Суть этого неравенства национальностей
состоит в том. что мы, в силу исторического развития, получили
от прошлого наследство, по которому одна национальность, именно великоросская, оказалась более развитой в политическом и
промышленном отношения, чем другие национальности. Отсюда
фактическое неравенство, которое не может быть изжито в
один год. но которое должно быть изжито путем оказания хозяйственной, политической и культурной помощи отсталым 'национальностям.
Вот те три периода развития национального вопроса, который
исторически прошел перед нами.
Первые два периода имеют между собой одну общую черту.
Состоит она в том, что в оба периода национальности терпят
гнет и порабощение, в виду чего национальная борьба остается
в силе, а национальный вопрос — неразрешенным. Но есть между
ними и разтща. Состоит она в том, что в первый период национальный вопрос ие выходит нз рамок отдельных многонациональных государств и захватывает лишь немногие, главным обрезом,
европейские национальности, между тем как во второй период
национальный вопрос из вопроса внутригосударственного превращается в вопрос между государственный — в вопрос о войне
между империалистскими государствами за удержание в своем
подчинении неполноправных национальностей, за подчинение своему влиянию новых народностей и племен за пределами Европы.
Таким образом национальный вопрос, имевший раньше значение
только в культурных странах, в этот период теряет свой изолированный характер и сливается с общим вопросом о колониях.
Развитие национального вопроса в вопрос общеколоннальный не
является исторической случайностью. Это развитие объясняется, вопервых, тем, что во время империалистской войны сами империалистские группы воевавших держав вынуждены были апеллировать
г. колониям, откуда они черпали людской материал, из которого
создавались войска. Несомненно, что этот процесс, процесс неиз-

бежной апелляции империалистов к отсталым народностям колоний,
ио мог не разбудить эти племена и народности к освобождению,
к борьбе. Затем второй фактор, поведший к тому, что национальный
вопрос расширился, развился в общеколониальный, охвативший весь
земной шар сначала искорками, а затем и пламенем освободительного движения, это—попытка империалистских групп разделить
Турцию и прекратить ее государственное существование. Турция,
являющаяся наиболее развитой в государственном отношении среди
мусульманских шцюдов страной, эта Турция не могла примириться
с такой перспективой, она подняла знамя борьбы и сплотила вокруг
себя пароды Востока против империализма. Третий фактор — это
появление Советской России, борьб>а которой против мирового империализма имела ряд успехов и, естественно, вдохновила угнетенные народы Востока, разбудила их, подняла их к борьбе и тем самым дала возможность создать общий фронт угнетенных национальностей, от Ирландии до Индии.
Вот все те факторы, которые во второй стадии развития национального гнета привели к тому, что буржуазное общество не только
не разрешило национального вопроса, не только не привел^ к миру
между народами, а, наоборот, раздуло искру национальной борьбы
в пламя борьбы угнетенных народов, колоний и полуколоний против
мирового империализма.
Очевидно, единственным режимом, способным разрешить национальный вопрос, т. е. режимом, способным создать условия, обеспечивающие мирное строительство и братское сотрудничество различных
народностей и племен, является режим советской власти, режим диктатуры пролетариата.
Едва ли нужно доказывать, что при господстве каіштала, частной собственности на средства производства и существовании классов не может быть обеспечено равенство национальностей, что пока
существует власть капитала, иока идет борьба за обладание средствами производства, никакого равенства национальностей не может
быть, так же, как не может быть сотрудничества между трудовыми
массами наций. История говорит, что единственный способ уничтоження национального неравенства, единственный способ установления режима братского сотрудничества, трудящихся масс народов
угнетенных и но угнетенных — это ликвидация капитализма и установление советского строя.
Далее, история показала, что, поскольку отдельным народам удается освободите себя от своей национальной буржуазии, так же как
и от «чужой» буржуазии, т. е. .поскольку они установили у себя советский строй, существовать отдельно при наличии империализма й.
отстаивать с успехом свое существование они не в состояшш без
хозяйственной и военной поддержки со стороны соседних советских
республик. Пример Венгрии красноречиво показывает, что без foеударственпого Союза советских республик, без их сплочения в едппую военно-хозяйственную силу невозможно устоять против соединенных сил мирового империализма ни на военных, ни на хозяйетвеціиых фронтах,
( С т а л и н . СИ. Марксизм п нацпонааыго-кодолиалышіі вопрос. «Оче-редные
задачи партии в национальном вопросе*. Доклад на X партсъезде, стр. 73—7G.

11)21 г.)

4. поддержка пролетариатом

НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИ-

тельных движений—условие его собственного
освобождения

«.1/олетю с.чело предсказать,
что китайская
революция бросит искру в сильно заряженную
мину
современной
промышленной
системы
и вызовет
взрыв давно подготовлявшегося
всеобщего
кризиса, за которым, когда он распространится
за
границей,
непосредственно
последуют
Политические
революции
на континенте»
(Маркс
и
3 н г е л ь с. Соч., т. IX, стр. 3161.
«Пусть китайский
социализм
имеет
такое
же
отношение
к европейскому,
как китайская
философия к гегелевской.
Вес лее отрадно, что самая древняя
и самая прочная империя
в мире,
под воздействием
тюков ситца английских
буржуа, за восемь лет окуталась
накануне
общественного
перевороти,
который,
во всяком
случае. должен
иметь чрезвычайно
важные
результаты для цивилизации.
Когда наши
европейские
реакционеры
в предстоящем
им близком
будущем бегстве
в Азию доберутся,
наконец, до китайской
стены,
к
вратам,
которые
ведут
к архиконсервативной
твердыне,
то, как
знать,
не найдут ли они там надпись:
«Свобода,
равенство, братство».
(Маркс
и Энгельс.
Соч..
т. VIII, стр. £10).

Маркс имел обыкновение «щупать зуб», как, он выражался, своим
знакомым социалистам, проверяя их- сознательность и убежденность.
Познакомившись с Лопатиным, Маркс пишет Энгельсу 15 июля
1870 г. в высшей степени лестный отзыв о молодом русском социалисте. но добавляет при этом:
. . . «Слабый пункт: Польша. По этому пункту Лопатин говорит
совершенно так же, как англичанин, — скажем, английский чартист
старой школы — об Ирландии».
Социалиста, принадлежащего к угнетающей нации. Марже расспрашивает об его отношении к угнетенной нации и сразу вскрывает общий социалистам господствующих наций (английской и русской) недостаток: непонимание их социалистических обязанностей по
отношению к нациям подавленным, пережевывание предрассудков,
перенятых от «великодержавной» буржуазии.
Надо оговориться, прежде чем переходить к положительным заявлениям Маркса об Ирландии, что к национальному вопросу вообще Маркс и Энгельс относились строго критически, оценивая
условно-историческое значение е г о . . .
. . . По сравнению с «рабочим вопросом» подчиненное значение национального вопроса не подлежит сомнению для Маркса. Но от игнорирования национальных Движений его теория далека, как небо от земли.
Наступает 1866-ой год. Маркс пишет Энгельсу про «Прудоновскую клику» в Париже, которая «объявляет национальности бессмыслицей и нападает на Бисмарка и Гарибальди. Как полемика
с шовинизмом, эта тактика полезна и объяснима. Но когда верующие
в Прудона... думают, что вся Европа может и должна сидеть тихо
и емнрно на своей задней, пока господа во Франции отменят нищету и невежество... то они смешны» (письмо от 7 июня 1866 г.).
« В ч е р а — п и ш е т Марже 2 0 и ю н я
usee г. — б ы л и прошит в Совете
Интернационала о теперешней в о й н е . . .
Прения свелись, к а к и следовало ожидать,
к вопросу о «национальностях» н о нашем отношении к н е м у . . .
Представители « м о л о д о й Ф р а к ц и и » ( н е р а б о ч и е ) В ы д в и г а л и т у т о ч к у а р о н и я , ч т о в с я к а я
н а ц и о н а л ь н о с т ь п са'мая нации — у с т а р е л ы е п р е д р а с с у д к и . . .
В е с ь мир д о л ж е н
ждать,
пока
французы
созреют
для
совершения
социальной
революции...
А н г л и ч а н е о ч е н ь с м е я л и с ь , к о г д а я н а ч а л свою р е ч ь с того, что ниш д р у г Л я фарг H другие, отменившие национальности, обращаются к нам но-французсЮі,

3S О

т. е. па языке, непонятном для ®/іо ообранпя. Далее я намекнул, что Лафарг,
сам того не сознавая, под отрицанием национальностей понимает, кажется, ігт
поглощение образцовой французской нацией».

Вывод из всех этих критических замечаний Маркса ясен: рабочий класс меньше всего может создать себе фетиш из национального вопроса, ибо развитие капитализма необязательно пробуждает к самостоятельной жизни все нации. Но, раз возникли массовые национальные движения, отмахнуться от них, отказаться от
поддержки прогрессивного в них — значит на деле поддаться националистическим предрассудкам, именно: признать «свою» нацию
«образцовой нацией» (или, добавим от себя, нацией, обладающей
исключительной привилегией на государственное строительство). *
Но вернемся к вопросу об Ирландии.
Всего яснее позиция Маркса ло этому вопросу выражена в следующих отрывках из его писем:

« . . . Прежде я считал отделение Ирландии от Англии невозможным. Тетерь
я считаю сто Неизбежным, хотя бы после отделения дело и пришло к федерации». Так писал .Маркс в письме к Энгельсу от 2 ноября 186" г.

В письме от 30 ноября того же года он добавлял:

«Что мы должны советовать английским
рабочим? По моему мнению, они
должны сделать пунктом своей программы Repeal (разрыв) союз» (Ирландии
с Англией, т. о. отделение Ирландии от Англии) — «короче говоря, требойшпо
1783 г., только демократизированное и приноровленное к современным условиям.
Эхо — единственно
легальная
форма
ирландского
освобождения
и
потому единственно возможная дхя принятия в программу английской
партии.
Опыт ' впоследствии должен показать, сможет лн существовать длительно простая личная уния между обеими с т р а н а м и . . .
. . . Ирландцам необходимо следующее:
1. Самоуправление и независимость от Англии.
2. Аграрная революция»...

. . . Ю декабря 1 soft г. Маркс пишет, что ого доклад по ирландскому «опросу в Совете Интернационала будет построен следующим
образом:
«.„.Совершенно независимо от всякой «интернациональной» и «гуманитарной» фразы о «справедливости к Ирландии» — ибо это само собой разумеется в Совете Интернационала—прямой
абсолютный
интерес
английского
рабочего
класса требует разрыва
его теперешней
связи
с Ирландией.
Таково
самое глубокое убеждение, и основанное на причинах, которые я отчасти
не могу раскрыть самим английским рабочим. Я долго думал, что возможно
ниспровергнуть ирландский режим подъемом английского рабочего класса. Я
всегда защищал этот взгляд в «Нью-Йоркской трибуне» (американская газета,
в которой Маркс долго сотрудничал).
Более глубокое изучение вопроса убедило меня в обратном. Английский рабочий класс ничего не поделает, тюка он
не избавится от Ирландии... Английская реакция в Англии коренится в порабощении Ирландии» (курсив Маркса).

Теперь читателям должна быть вполне ясна политика Маркса
в ирландском вопросе.
«Утопист» Маркс так «непрактичен», что стоит за отделение Ирландии, оказавшееся и полвека спустя неосуществимым. Чем же вызвана эта политика Маркса и но была ли она ошибкой?
Сначала Маркс думал, что не национальное движение угпетен.ной нации, а рабочее движение среда угнетающей нации освободит
* Сравни еще письмо Маркса; к Энгельсу от 3 июня tsr.7 г
«С истинным
удовольствием узнал из парижской корреспонденции «Timee'a» о полонофиласкнх возгласах парижан против Р о с с и и . . .
Г. Прудок и его маленькая доктринерская клика — н о то, что французский народ».

Ирландию. Никакого абсолюта из национальных движений Маркс
не делает, зная, что полное освобождение всех национальностей
сможет дать только победа рабочего класса. Учесть наперед все
возможные соотношения между буржуазными освободительными
движениями угнетенных наций и пролетарским освободительным
движением среди угнетающей нации (как раз та проблема, которая
делает столь трудным национальный вопрос в современной России) —»
вепц. невозможная.
Но вот обстоятельства сложились так, что английский рабочий
класс попал довольно надолго иод влияние либералов, став их ХЕОстом, обезглавив себя либеральной рабочей политикой. Буржуазное
освободительное движение в Ирландии усилилось и приняло революционные формы. Маркс пересматривает свой взгляд и исправляет
его. «Несчастие для народа, если он поработил другой народ». Нѳ
освободиться рабочему классу в Англии, пока не освободится Ирландия от английского гнета. Реакцию в Англии укрепляет и питает
порабощение Ирландии (как питает реакцию в России порабощение
е.о ряда наций!).
И Маркс, проводя в Интернационале резолюцию симпатий «ирландской нации», «ирландскому народу»... проповедует отдемние
Ирландии от Англии, «хотя бы после отделения дело и пришло
к федерации »,
Каковы теоретические посылки этого вывода Маркса? В Англии
вообще давно закончена буржуазная революция. Но в Ирландии
она не закончена; ее заканчивают только теперь, полвека спустя,
реформы английских либералов. Если бы капитализм в Англии был
ниспровергнут так быстро, как ожидал Маркс сначала, то места для
буржуазно-демократического, общенационального, движения в Ирландии не было бы. Но раз оно возникло, Маркс советует английским
рабочим Поддержать его, дать ому революционный толчок, довести ого
до конца в интересах своей свободы.
Экономические связи Ирландии с Англией в 60-х годах прошлого века были, конечно, еще теснее, чем связи России с Польшей,
Украиной и т. я. «Непрактичность» и «неосуществимость» отделения Ирландки (хотя бы в силу географических услоілій я в силу
необъятного колониального могущества Англии) бросались в глаза.
Будучи принципиальным врагом федерализма, Маркс допускает
выданном случае и федерацию, лишь бы освобождение Ирландии произошло не реформистским, а революционным нутом, в силу движения масс парода в Ирландии, поддержанного рабочим классом Англии. Не может подлежать никакому сомнению, что только такое
решение исторической задачи наиболее благоприятствовало бы интересам пролетариата и быстроте общественного развития...
. . . Маркс и Энгельс и в ирландском вопросе вели последовательно-пролетарскую политику, действительно воспитывавшую массы
в духе демократизма и социализма. Только эта политика способна
была избавить и Ирландию, и Антлию от полувековой затяжки необходимых преобразований и от изуродовалгия их либералами
в угоду реакции.
Политика Маркса я Энгельса в ирландском вопрооо дала -величайший, доныне сохранивший громадное практическое значение,
образец того, как должен относиться пролетариат угнетающих

333

нЛций к национальным движениям; — дала предостережете© против
той «холопской торопливости», о которой мещане всех стран, цветов и языков спешат признать «утопичным» изменение границ государств, оозданных насилиями и привилегиями помещиков и буржуазии одной нации.
Если бы ирландский и английский пролетариат не приняли политики Маркса, не поставили своим лозунгом отделения Ирландии, это
было бы злейшим оппортунизмом с" их стороны, забвением задач
демократа и социалиста, уступкой английской реакции и буржуазии.
( Л е н ии. Соч., т. XVII, «О гграво наций ira самоопределение», стр. 459—464.
1914 г.)

. . . Железные дороги станут поэтому в Индии действительным1
предвестником современной индустрии. Это тем более верно, что
индусы, по признанию самих английских властей, обладают особой
способностью приспособляться к совершенно новым условиям труда
и усваивать знания, необходимые для пользования машиной. Убедительные подтверждения этого факта представляют способности
и знание дела, обнаруженные туземными инженерами, работающими
много лет при паровых машинах на Монетном дворе в Калькутте,
работа туземных инженеров, обслуживающих разные паровые машины в угольных районах Гардуора, и другие примеры. Сам
г-н Кеміпбеллъ, как он ни заражен предрассудками Ост-индской компании, вынужден признать, «что широкие массы индийского парода
обладают большой промышленной
энергией, весьма иристшфбдены
к накоплению капитала п обладают замечательными способностями
к математике и точному знанию». «Их интеллект, — говорит ои. — великолепен». Современная промышленность, которая пропинает в Индию
о проведением железных дорог, разложит унаследованную систему
разделения труда, на которой покоятся индийские касты, — это основное препятствие на пути индийского прогресса и роста моіцл Индии.
Нельзя заставить английскую буржуазию желать освобождения
или подлинного улучшения социального положения масс индийского
народа, улучшения, обусловливаемого не только развитием производительных тал, но и освоением народом. Но что она может сделать —
это создать материальные предпосылки для осуществления этих обеих
задач. Разве буржуазия когда-либо делала больше? Разве она когдалибо осуществляла прогресс, не толкая как отдельных людей, так и
целые народа на путь крови и грязи, бедствий и унижений?
Индусы но будут пожинать плодов новых элементов общества-,
рассеянных среди них британской буржуазией, пека'в самой Великобритании ныне правящие классы не будут вытеснены промышленным пролетариатом или пока сами индусы не станут достаточно
сильными, чтобы окончательно сбросить с себя английское ярма.
(Маркс

господства

л

Энгельс.

п Индпл»,

«тр.

Соч.,

365—366.

т.

IX,

I860

г.)

Будущие

результаты

бпитапского

5. исторически-конкретная постановка вопроса o s
отношении h национальным движениям в марксизмеленинизме

. . . С с ы л к и на позицию Маркса 184.8—1871 гг. но имеют, по и х 1
мнению, «ни малейшей ценности». Это нообьгаедовопяо сердитое и
1

тиі

Примечание
составителя.
Т. о. тіо
прано нации на самоопределения.

мнению

лтжсенОургнаіщев,

отрицал-

решительное заявление мотивируется тем, что Марко «одновременно» выступал против стремлений к независимости «чехов, южных
славян и т."п.».
Мотивировка именно потому особенно сердита, что она особенно
несостоятельна. У польских марксистов вышло, что Марко был просто путаником, который «одновременно» говорил иротивоположные
вещи Г Это совсем неверно и это совсем не марксизм. Как раз требование «конкретного» анализа, которое польские товарищи выдвигают, чтобы m применять его, обязывает нас рассмотреть, не вытекало ли различное отношение Маркса к различным конкретным
«национальным» движениям нз одного и того оке социалистического
мировоззрения.
Как известно, Маркс стоял за независимость Польши с точки зрез т я интересов европейской
демократии в ее борьбе против силы и
влияния — можно сказать: против всесилия и преобладающего реакционного влияния — царизма. Правильность этой точки зрения получила самое наглядное и фактическое подтверждение в 1S49 г.,
когда русское крепостное войско раздавило национально-освободительное'и революционно-демократическое восстание в Венгрии. И
с тех пор до смерти Маркса, даже позже, до 1890 г., когда грозила
реакционная война царизма в союзе с Францией ироти-в не империалистской, а. национально-независимой Германии, Энгельс стоял
прежде всего и больше всего за борьбу с царизмом. Поэтому н
только поэтому Маркс и Энгельс были против национального движения чехов и южных славян. Простая оправка с тем, что писали
Маркс и Энгельс в 1S4S — 9 гг., покажет всякому, кто интересуется марксизмом но для того, чтобы отмахиваться от марксизма,
это Маркс и Энгельс противополагали
тогда прямо и определенно
«целые реакционные народы», служащие «русскими форпостами»
в Европе, «революционным' народам»: немцам, полякам, мадьярам.
Это факт. И этот факт был тогда бесспорно верно указан: в 1848 г.
революционные народы бились за свободу, главным врагом которой
был царизм, а чехи и т. п. действительно были реакционными народами, форпостами царизма.
Что же говорит нам этот конкретный пример, который надо разобрать конкретно, если хотеть быть верным марксизму? Только то,
что 1) интересы освобождения нескольких крупных и крупнейших
народов Европы стоят выше интересов освободительного движения
мелких наций; 2) что требование демократии надо брать в общеевропейском— теперь следует сказать: мировом — масштабе, а не
Изолированно.
Ничего больше. Ни тени опровержения того элементарного социалистического принципа, который забывают поляки и которому
всегда был верен Маркс: не может быть свободен народ, /угнетающий другие народы. Если конкретная ситуация, перед которой стоял
Маркс в эпоху преобладающего влияния царизма в международной
политике, повторится, например, в такой форме, что несколько поводов начнут социалистическую революцию (как в 1848 г. в Европе
начали буржуазно-демократическую революцию), а другие народы
окажутся главными столпами буржуазной реакции, — мы тоже должны быть з а , революционную войну с ними, за то, чтобы «раздавить» их, за то, чтобы разрушить все их форпосты, какие бы мелко384

национальные движения здесь от выдвигались. Следовательно, вовсе
не отбрасывать должны мы примеры тактики Маркса, — это значило бы на словах исповедывать марксизм, на деле рвать с ним —
а из их конкретного анализа выводить неоцеітмые уроки для будущего. Отдельные требования демократии, в том числе самоопределение, не абсолют, а частичка общедемократического (ныне: общесоциалистического) мирового движения. Возможно, что в отдельных
конкретных случаях частичка противоречит общему, тогда надо отвергнуть е е . . .
. . . Как именно изменилась конкретная ситуация с 1 S 4 8 — 1871 по
1898—1910 гг. (беру крупнейшие вехи империализма, как периода:
от испано-американской империалистской войны до европейской империалистской войны)? Царизм заведомо и бесспорно перестал быть
главным оплотом реакции, во-первых, вследствие поддержки его
международным финансовым капиталом, особенно Франции, во-вторых, в силу 1905 т. Тогда система крупных национальных государств— демократий Европы — несла миру демократию и социализм
вопреки царизму. До империализма Маркс и Энгельс не дожили. Теперь сложилась система, горстки (5 — б числом) «великих»
империалистических держав, из коих каждая угнетает чужие нации,
причем это угнетение является одним из источников искусственной
задержки падения капитализма, искусственной поддержки оппортунизма я социал-шовинизма господствующих над миром империалистских наций. Тогда западно-европейская демократия, освобождающая крупнейшие пацші, была против царизма, использующего
в целях реакции отдельные маленькие национальные движения. Теперь союз царистского с передовым капиталистическим, европейским, империализмом, на базе всеобщего угнетения ими ряда наций,
стоит против социалистического пролетариата, расколотого на шовинистский, «социал-империалистский» и на революционный.
Вот в чем конкретное изменение ситуации, как раз игнорируемое
польскими социал-демократами, вопреки их обещанию быть " конкретными! Отсюда конкретное изменение в приложении тех же социалистических принципов: тогда в первую голову «против царизма» (и против используемых им в антидемократическом направлении некоторых мелконациональных движений) за круішшациональные, революционные, народы Запада. Теперь против единого,
вьтравнявшегося фронта империалистских держав, империалистской
буржуазии, социал-империалистов, за использование в целях социалистической революции всех национальных движений пролив нмперализма. Чем чище теперь борьба пролетариата против общеимпериалистского фронта, тем насущнее, очевидно, интернационалистский принцип: «Не может быть свободен народ, угнетающий чужие
народы».
(JI е и и п. Сол., т. X I X , «Итоги дискуссии о самоопределении», стр. 256 — 259.
1916 г.)

6. сближение пролетарских и трудящихся М А С С В С Е Х
наций для совместной Р Е В О Л Ю Ц И О Н Н О Й борьбы—
основной принцип пролетарской политики
в национальном вопросе

1. Буржуазной демократии, по самой природе ее, свойственна абстрактная или формальная постановка вопроса о равенстве вообще,
25

Ленинизм.

385

т. том числе о равенстве национальном. Под видом равенства человеческой личности вообще буржуазная демократия провозглашает
формальное или юридическое равенство собственника и пролетария,
эксплоататора и эксплоа,тируемого, вводя тем в величайший обман
угнетенные классы. Идея равенства, сама являющаяся отражением
отношений товарного производства, превращается буржуазией в
орудие борьбы против уничтожения классов, под предлогом будто
бы абсолютного равенства человеческих личностей. Действительный
смысл требоватія равенства состоит лишь в требовании уничтожения классов.
2. Сообразно основной своей задаче борьбы /против буржуазной
демократии и разоблачения лжи и лицемерия ее, коммунистическая
партия, как сознательная выразительница борьбы пролетариата за
свержение ига буржуазии, должна и в национальном вопросе во
главу угла ставить не абстрактные и не формальные принципы, а,
во-первых, точный учет исторически-конкретной и прежде всего
экономической обстановки; во-вторых, отчетливое выделение интересов угнетенных классов, трудящихся, эксплоатируемых, из общего понятия народных интертсов вообще, означающего интересы
господствующего класса; в-третьих, такое же отчетливое разделение наций угнетенных, зависимых, неравноправных от наций угнетающих, эксплоататорских, полноправных, в противовес буржуазно-демократической лжи, которая затушевывает свойственное эпохе
финансового капитала, и империализма колониальное и финансовое
порабощение .громадного большинства населения земли ничтожным
меньшинством богатейших передовых капиталистических стран.
3. Империалистская война 1914 — 1 9 1 8 гг. с особенной ясностью
вскрыла перед всеми нациями и перед угнетенными классами всего
мира лживость буржуазно-демократических фраз, показав на деле,
что версальский договор пресловутых «западных демократий» есть
еще более зверское и нодлое насилие над слабыми нациями, чем
Брест-литовский договор германских юнкеров и кайзера. Лига наций и вся послевоенная политика Антанты еще более ясно и резко
вскрывает эту правду, усиливая повсюду революционную борьбу,
как пролетариата передовых стран, так и всех трудящихся масс
колониальных и зависимых стран, ускоряя крох мещансаш-национальных иллюзий насчет возможности мирного сожительства и равенства
наций при капитализме.
4. Из вышеизложенных основных положений вытекает, что во
главу угла всей политики Коминтерна по национальному и колониальному вопросам должно быть положено сближение пролетариев
и трудящихся масс всех наций и стран для совместной •революционной борьбы за свержение помещиков и буржуазии. Ибо только такое сближение гарантирует победу над капитализмом, без которой
невозможно уничтожение национального гнета и неравноправия.
5. Мировая политическая обстановка поставила теперь на очередь дня диктатуру пролетариата, и все события мировой политики сосредоточиваются неизбежно вокруг одного центрального
пункта, именно: борьбы всемирной буржуазии против Советской
российской республики, которая группирует вокруг себя неминуемо, с одной стороны, советские движения передовых рабочих
всех стран, с другой стороны, все национально-освободительные

386

движения колоний и угнетенных пародностей, убеждающихся на
горьком опыте, что им нет опасения, кроме как в победе советской
власти над всемирным империализмом.
6. Следовательно, нельзя ограничиваться в настоящее время голым признанием или провозглашением сближения трудящихся разных наций, а необходимо вести политику осуществления самого
тесного союза всех национально- и колониально-освободительных
движений с Советской Россией, определяя формы этого союза сообразно степени развития коммунистического движения ореди пролетариата каждой страны или буржуазно-демократического освободительного движения работах и крестьян в отсталых странах или
среди отсталых национальностей...
. . . 10. Признание интернационализма на словах и подмена его на
деле, во всей пропаганде, агитации'и практической работе, мещанским национализмом и пацифизмом составляет самое обычное явление не только среди партий II Интернационала, но и тех, кои
вышли из этого Интернационала, и даже нередко среди тех, кои
называют себя теперь коммунистическими. Борьба с этим злом, о
наиболее закоренелыми мелкобуржуазными-национальными предрассудками, тем более выдвигается на первый план, чем злободневнее становится задача превращения диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одиой стране и неспособной
определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. диктатуру пролетариата по крайней мере нескольких передовых стран,
способную иметь решающее влияние иа всю мировую политику).
Мелкобуржуазный национализм объявляет
интернационализмом
признание равноправия наций и только, сохраняя (не говоря уже
о чисто словесном характере такого признания) неприкосновенным
национальный эгоизм, между тем как пролетарский интернационализм требует, во-первых, подчинения интересов пролетарской борьбы в одной стране интересам этой борьбы во всемирном масштабе;
во-вторых, требует способности и готовности со стороны нации,
осуществляющей победу над буржуазией, итти на величайшие национальные жертвы ради свержения международного капитала.
Таким образом, в государствах, уже вполне капиталистических,
имеющих рабочие партии, действительно являющиеся авангардом
пролетариата, борьба с оппортунистическими и мещански-лацифстскимл извращениями понятия и политики интернационализма является первой и важнейшей задачей.
(Л о н н и . Соч., т. X X V , «Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам», стр. 235—2S9. 1920 г.)

II. НАЦИОНАЛЬНО-КОЛОНИАЛЬНЫЙ ВОПРОС
И МИРОВАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
(Программа большевизма по национально-колониальному вопросу)

i. тов. сталин об освободительном движении
угнетенных народов И пролетарской революции

Ï . . При решении национального вопроса, ленинизм исходит из
следующих положений:
а) мир разделен на два лагеря: на лагерь горстки цивилизованных
»

387

наций, обладающих финансовым капиталом и эксплоатирующих
громадное большинство населения земного шар,, и лагерь угнетенных и эксплоатируемых народов колоний и зависимых стран,
составляющих это большинство;
б) колонии и зависимые страны, угнетаемые и эксплоатируемые
финансовым капиталом, составляют величайший резерв и серьезнейший источник сил империализма;
в) революционная борьба угнетенных народов зависимых и колониальных стран против империализма является единственным путем их освобождения от гнета и эколлоатащш;
г) важнейшие колониальные и зависимые страны уже вступили
на путь национально-освободительного движения, которое не может не привести к кризису всемирного капитализма;
д) интересы пролетарского. движения в развитых странах и национально-освободительного движения в колониях требуют соединения этих двух видов революционного движения в общий фронт
против общего врага, против империализма;
е) победа рабочего класса в развитых странах и освобождение
угнетенных народов от ига империализма невозможны без образования и укрепления общего революционного фронта.;
ж) образование общего революционного фронта невозможно без
прямой и решительной поддержки со стороны пролетариата угнетающих наций освободительного движения угнетенных народов против
«отечественного» империализма, ибо «не может быть свободен народ,
угнетающий другие народы» ( М а р к с ) ;
з) поддержка эта означает отстаивание, защиту, проведение в
жизнь лозунга — право наций на отделение, на самостоятельное государственное существование;
и) без проведения этого лозунга невозможно наладить объединение и сотрудничество наций в едином мировом хозяйстве, составляющем материальную базу победы социализма;
к) объединение это может быть лишь добровольным, возникшим
на основе взаимного доверия и братских взаимоотношений народов.
Отсюда две стороны, две тенденции в национальном вопросе:
тенденция к политическому освобождению от империалистических
уз и к образованию самостоятельного национального государства,
возникшая на основе империалистического гнета и колониальной
эюоплоатации, и тенденция к хозяйственному сближению наций, возникшая в связи с образованием мирового рынка и мирового хозяйства.
«Развивающийся капитализм, — говорит Ленин, — знает две
исторические
тенденции в национальном вопросе. Первая: пробуждение национальной жнзни
и национальных движений, борьба против всякого национального гнета, создание национальных государств. Вторая: развитие и учащенно всяческих сношений между нациями, ломка национальных перегородок, создание интернационального единства капитала, экономической жизни вообще, политики, науки и т. д. Обе тенденции суть мировой закол капитализма. Первая преобладает в начале его развития, вторая характеризует зрелый и идущий к своему
превращению в социалистическое общество
капитализм» (см. т. XVII, стр.
139 —140).

Для империализма эти две тенденции являются непримиримыми
противоречиями, ибо империализм не может жить без эксилоатации
и насильственного удержания колоний св рамках „«единого целого»,

383

•ибо империализм может сближать нации лишь путем аннексий и
колониальных захватов, без которых он, вообще говоря, немыслим.
Для коммунизма, наоборот, эти тенденции являются лишь двумя
сторонами одного дела, дета освобождения угнетенных народов от
ига империализма, ибо коммунизм знает, что объединение народов
в едином мировом хозяйстве возможно лишь на началах взаимного
доверия и добровольного соглашения, что путь образования добровольного объединения народов лежит через отделение колоний от
«единого» империалистического «целого», через превращение их в
самостоятельные государства.
Отсюда необходимость упорной, непрерывной, решительной борьбы
с великодержавным шовинизмом «социалистов» господствующих
наций (Англия, Франция, Америка, Италия, Япония и пр.), не желающих бороться со своими империалистическими правительствами,
не желающих поддержать борьбу уцененных народов «нх» колоний
за освобождение от гнета, за государственное отделение.
Без тиной борьбы немыслимо воспитание рабочего класса господствующих наций в духе действительного интернационализма, в
духе сближения с. трудящимися массами зависимых стран и колоний, в духе действительной подготовки пролетарской революции.
Революция в России не победила бы, и Колчак с Деникиным не
были бы разбиты, если бы русский пролетариат не имел сочувствия
и поддержки со стороны угнетенных народов бывшей Российской
империи. Но для того, чтобы завоевать сочувствие и поддержку
этих народов, он должен был прежде всего разбить цепи русского
империализма и освободить эти народы от национального" гнета.
Без этого невозможно было бы упрочить советскую власть, насадить действительный интернационализм и создать ту замечательную организацию сотрудничества народов, которая называется Союзом советских социалистических республик и которая является живым прообразом будущего объединения народов в едином мировом
хозяйстве.
Отсюда необходимость борьбы против национальной замкнутости,
узости, обособленности социалистов угнетенных стран, не желающих
подняться'выше своей национальной колокольни и не понимающих
связи освободительного движения всей страны с пролетарским движением господствующих стран.
Без такой борьбы немыслимо отстоять самостоятельную политику
пролетариата угнетенных наций и его классовую солидарность с про"летариатом господствующих стран в борьбе за свержение общего
врата, в борьбе за свержение империализма, без такой борьбы интернационализм был бы невозможен.
Таков путь воспитания трудовых масс господствующих и угнетен пых наций в духе революционного интернационализма.
Вот что говорит Ленин об этой двусторонней работе коммунизма
по воспитанию рабочих в духе интернационализма:
«Может ли это воспитание... быть конкретно
одинаково
в нациях больших и угнетающих и /в нациях маленьких, угнетаемых?
В нациях аннектнрующкх и в нациях аннектнруемых?
Очевидно, нет. Путь к одной целп: к полному равноправию, теснейшему
сближению H дальнейшему слиянию всех наций идет здесь, очевидно, различными конкретными дорогами, — все равно как путь, скажем, к точке, находящейся в оереднне данной страницы, идет налево от одного бокового края еѳ

389

и направо от противоположного края. Если социалист оолыпой. угнетающей,
антактирующей н а ц і т , исповедуя вообще слияние наций, забудет хоть на минуту о том, что «его» Николай II, «его» Вильгельм, Георг, Пуанкаре и пр.
тоже за слияние
с мелкими нациями (путем аннексий) — Николай II за «слияние» с Галицией, Вильгельм II — за «слияние» с Бельгией и пр., — то подобный социалист окажется смешным доктринерам в теории, пособником имиерализма ira практике.
Центр тяжести интернационалистского воспитания рабочих в угнетающих
странах не ми нуемо должен состоять в проповеди и отстаивании ими свободы
отделения угнетенных стран. Без этого нет интернационализма. Мы в праве п
обязаны третировать всякого социалиста угнетающей нации, который пе ведет
такой пропаганды, как империалиста и как негодяя. Это безусловное требование, хотя бы случай
отделения был возможен и «осуществим» до социализма всего в 1 из 1000 с л у ч а е в . . .
Наоборот. Социалист маленькой нации должен центр тяжести своей агитации класть на втором слове нашей общей формулы: «добровольное
соединение-» наций.
Оіг может, не нарушая своих обязанностей к а к интернационалиста, быть и за политическую независимость еврей л а ц т і и за ее включение в соседнее государство X , Y, Z и пр. Но во всех случаях он должен
бороться против мелконациональной узости, замкнутости, обособленности, за учет
целого и всеобщего, за подчинение интересов частного интересам общего.
Люди, не вдумавшиеся в вопрос, находят «противоречивым», чтобы социалисты угнетающих наций настаивали на «свободе отделения»,
а социалис т ы угнетенных наций — на «свободе соединения».
Но небольшое размышление показывает, что иного путл к интернационализму и слиянию наций, иного
пути к этой цели от данного
положения нет и быть ие может» (см. т. X I X ,
стр. 2.16 — 262).
( С т а л и н . Вопросы ленинизма, «Об основах ленинизма», стр. 49 — 52. 1924 г.)

2. право наций на самоопределение вплоть
до государственного отделения — основной лозунг
национальной программы большевизма
«...Партия революционного пролетариата России, партия. работающая на великорусском
нвыкг,
обязана
признать право на отделение.
Завоевав власть, мы
безусловно тотчас признали бы ото право и за Финляндией и за Украиной и за Арменией и за всякой
угнетавшейся
царизмом (и великорусской
буржуазией)
народностью. Но мы, с своей стороны, вовсе отделения не хотим.
Мы хотим как можно более
крупного
государства,
как можно более тесного
союза, как
можно большего числа наций, (живущих по
соседству
с
великорусса.чи.
Мы хотим зтого в интересах демократии и социализма. в интересах
привлечения
к борьбе
пролетариата
как можно большего числа трудящихся разных наций,
Мы хотим
революционно
-пролетарского
единства, соединения,
а не разделения. Мы хотим
революционного
соединения, позтому не ставим
лозунга объединения всех и всяких государств
вообіце,
ибо на очереди
дня социальная
революция
ставит
объединение только
государств перешедших и переходящих в социализм, освобождающихся колоний и т. д.
Мы хотим свободного
соединения,
и потому мы
обязаны признать
свободу
отделения
(без
свободы
отделения
соединение
не может быть названо свободным)...
Мы хотим, чтобы республика
русского...
народа пр ивлекала
к себе иные нации, но чем?
Не насилием, а исключительно добровольным
соглашением.
Иначе нарушается единство и братский союз
рабочих
всех стран.
I) отличие от
буржуазных
демократов, мы ставим лозунг не братство
народов,
а братство рабочих
всех народностей,
ибо буржуазии
всех
стран
мы не доверяем, считаем ее
врагом. (Л е и и н. Соч., т. XXI, стр. 31в — 317).

А. Ленинский

лозунг

права

до государственного

наций на самоопределение

вплоть

отделения

Право на самоопределение наций означает исключительно право
на независимость в политическом смысле, на свободное нолитиче-

390

ское отделение от угнетающей нации. Конкретно это требование
политической демократии означает полную свободу агитации за
отделение и решение вопроса об отделении референдумом отделяющейся нации. Таким образом это требование вовсе ис равносильно требованию отделения, дробления, образования мелких государств. Оно означает лишь последовательное выражение борьбы
против всякого национального гнета. Чем ближе демократический
строй государства к полной свободе отделения, тем реже и слабее
будут на практике стремления к отделению, ибо выгоды крупных
государств и с точки зрения экономического прогресса и с точки
зрения интересов массы несомненны, причем они все возрастают
с ростом капитализма. Признание самоопределения 1 не равносильно
призшишю федерации как принципа. Можно быть решительным
противником этого лриицшіа и сторонником демократического централизма, но предпочитать федерацию национальному неравноправию, как единственный путь к полному демократическому централизму. Именно с этой точки зрения Маркс, будучи централистом,
предпочитал даже федерацию Ирландии с Англией насильственному
подчинению Ирландии англичанам.
Целью социализма является не только уничтожение раздробленности человечества на мелкие государства и всякой обособленности
наций, не только сближение наций, но и слияние их. И именно для
того, чтобы достигнуть этой цели, мы должны, с одной стороны,
разъяснять массам реакционность идей Реннера и О. Бауэра о так
называемой «культурно-национальной .автономии», а, с другой стороны, требовать освобождения угнетенных наций не в общих расплывчатых фразах, не в бессодержательных декламациях, не в
форме «откладывания» вопроса до социализма, а в ясно и точно формулированной политической программе, специально учитывающей
' Примечание составителя. В ст. «Марксизм и национальный вопрос» т. Сталин так разъясняет большевистское понимание лозунга права наций на самоопределение.
«Право на самоопределение, т. е. только сама нация имеет пршзо определить свою судьбу, т. е. никто но имеет нрава насильственно
вмешиваться в
жизнь нации, разрушать ее школы н прочие учреждения, ломать ее нравы и
обычай, стеснять ее язык, урезывать ее права.
«Эго, конечно, ие значит, что социал-демократия будет поддерживать все
и всякие обычаи и учреждения нации. Борясь лротнв насилий над нацией, она
будет отстаивать лишь право иацііи самой определить свою судьбу, ведя в то
же время агитацию против вредных учреждений и обычаев этой нации с тем,
чтобы дать возможаюсть трудящимся данной нации освободиться от них.
«Право иа самоопределение — т. о. нация может устроиться по своему желанию, т. е. она имеет право устроить свою ясцзнь на началах автономии, она
имеет право вступить с другими нациями в федеративные отношения, она
имеет право совершенно отделиться. ІІацця суверениа, н вое нации равяоиравяы.
«Это, конечно, не значит, что социал-демократия будет отстаивать любое
требование нации. Нация имеет право вернуться даже к" старым порядкам, но
это еще не значит, что социал-демократия подпишется под таким постановлением нации. Обязанности социал-демократии, защищающей интересы пролетариата, и права нации, состоящей из различных классов, — две вещи разные.
«Борясь за право нации на самоопределение, социал-демократия ставит
себе целью положить конец политике угнетения нации, сделать ее невовможИОЙ H том подорвать борьбу наций, притупить ее, довести до минимума.
«Этим существенно отличается политика сознательного пролетариата от
политики буржуазии, старающейся углубить и раздуть национальную борьбу,
продолжить и обострить национальное движение».

лицемерие и трусость социалистов в угнетающих нациях. Подобно
тому, как человечество может лритги к уничтожению классов лишь
через переходный период диктатуры угнетенного класса, подобно
этому и к неизбежному слиянию наций человечество может притти
лишь через переходный период полного освобождения всех угнетенных наций, т. е. их свободы отделения..
. . . Социалистическая революция может начаться в самом близком
будущем. Перед пролетариатом в ѳтом случае встанет немедленная
задача завоевания власти, экспроприации банков и осуществления
других диктаторских мер. Буржуазия — и особенно интеллигенция
типа фабианцев и. каутскианцев — постарается в такой момент раздробить и затормозить революцию, навязывая ей ограниченные, демократические цели. Если все чисто демократические требования
способны, при условии уже начавшегося штурма пролетариев против основ власти буржуазии, сыграть в известном смысле роль помехи революции, то необходимость провозгласить и осуществить свободу всех угнетенных народов (т. е. их тгри,во на самоопределение)
будет так же насущна в социалистической революции, как насущна
она была для победы буржуазно-демократической революции, например, в Германии 184S г. или России 1905 г.
Возможно, однако, что до начала социалистической революции
пройдет 5, 10 и более лет. На очереди будет стоять революционное
воспитание масс в таком духе, чтобы сделать невозможной принадлежность к рабочей партии социалистических шовинистов и оппортунистов и их победу, подобпрю лебеде в 1914 — 16 гг. Социалисты
должны будут разъяснять массам, что английские социалисты, не
требующие свободы отделения колоний и Ирландии, — немецкие,
не требующие свободы отделения колоний, эльзасцев, датчан, поляков, не распространяющие непосредственно революционной пропаганды и революционного массового действия н на область борьбы против национального гнета, не использующие таких инцидентов, 'как цабернский, для самой широкой нелегальной пропаганды
среди пролетариата угнетающей нации, для уличных демонстраций
и революционных массовых выступлений, — русские, не требующие
свободы отделения Финляндии, Польши, Украины и пр. и т. д . , —
что такие социалисты поступают как, шовинисты, как лакеи покрывших себя кровыо и грязью империалистских монархий и империалистской буржуазии.
( Л е н и н . Соч., т. X I X , «Социалистическая революция
самоопределение», стр. 39 — 40, 45 — 46, 1916 г.)

и право наций

на

«Право иа самоопределение не означает только право на отделение. Оно означает также право на федеративную связь, право на
автономию» — пишете Вы. Абсолютно несогласен. Оно не означает
права на федерацию.
Федерация есть союз равных, союз, требующий общего согласия. Как же может быть право о д и о il стороны
на согласие
с пей другой стороны? Эхо абсурд. Мы в принципе
против федерации — она ослабляет экономическую связь, она негодный тип для одного государства. Хочешь отделиться? Проваливай к дьяволу, если ты можешь порвать экономическую связь или
вернее если (гнет и трения «сожительства» таковы, что они портят
и губят дело экономической связи. Не -хочешь отделяться? Тогда
извини, за меня не решай, не думай, что ты имеешь «право» на фе892

дерацию. «Право на автономию»?? Опять неверно. Мы за автономию д/я всех частей, мы за право
отделения (а ич за
отделение всех!). Автономия, есть наш план устройства демократического
государства. Отделение вовсе не наш план. Отделения мы вовсе
не проповедуем. В общем мы против отделения. Но мы стоим за
п р а в о на отделение в «иду черносотенного великорусского национализма, который так испоганил дело национального сожительства,
что иногда больше связи получится после свободного отделения!!
Право на самоопределение есть исключение из нашей общей посылки централизма. Исключение ѳто безусловно необходимо перед
лицом черносотенного великорусского национализма, и малейший
отказ от этого исключения есть оппортунизм (как у Розы Люксем-*
бург), есть глупенькая игра на руку великорусскому черносотенному национализму. Но исключение нельзя толковать расширительно. Ничего, абсолютно ничего, кроме права
на
отделение,
здесь нет и быть не должно.
( Л е н и н. Соч., т. ХѴП, «Письмо С. Г. Шаумяну», стр. 90. 1913 г.)
Б. О с н о в н ы е т р е б о в а н и я п р о г р а м м ы
в национальном вопросе1

большевизма

Нам остается наметить положительное решение национального
вопроса.
1
Мы исходим из того, что вопрос может быть решен лишь в нераврывной связи с переживаемым в России моментом.
Россия живет в переходное время, когда «нормальная», «конституционная» жизнь еще не установилась, когда политический
кризис еще не разрешен. Дші бурь и «осложнений» впереди. Отсюда движение, наличное и грядущее, движение, ставящее себе
целью полную демократизацию.
В связи с этим движением и должен быть рассмотрен национальный вопрос.
Итак, полная демократизация страны как основа и условие решения национального вопроса.
Следует учесть при решении вопроса не только внутреннее, но и
внешнее положение. Россия находится между Европой и Азией,
между Австрией и Китаем. Рост демократизма в Азии неизбежен.
Рост империализма в Европе — не случайность. В Европе капиталу становится тесно, и он рвется в чужие страны, ища новых
рынков, дешевых рабочих, новых точек приложения. Но это ведет
к внешним осложнениям и войне. Никто не может сказать, что
Балканская война является концом, а не началом осложнений.
Вполне возможно такое сочетание внутренних и внешних конъюнктур, при котором та или иная национальность в России найдет
нужным поставить и решить вопрос о своей независимости. И, конечно, не дело марксистов ставить в таких случаях преграду.
1 Примечание
составителя.
Настоящий отрывок представляет собою объясяоиие к программе большевиков в национальном вопросе в б.-д. революции
в России. Все требования этой программы т. Сталин отстаивал также на
апрельской конференции 1917 г., когда национальный вопросібыл 1 поставлен уже
к а к часть нашей борьбы за диктатуру пролетариата и беднейшего крестьянства. Октябрьская
революция
осуществила ѳту
национально-освободительную
программу, наполнив ее новым, социалистическим содержанием и сделав национальную политику важнейшим орудием социалистического строительства.

393

Но из этого следует, что русские марксисты пе обойдутся без
права наций на самоопределение.
Итак, право самоопределения
как необходимый пункт в решении национального вопроса.
Далее. Как быть с нациями, которые по тем или ийым причинам предпочтут остаться в рамках целого? в.
. . . Единственно верное решение — областная автономия, автономия таких определившихся единиц, как Польша, Литва, Украина,
Кавказ и т. п.
Преимущество областной автономии состоит, прежде всего, в
том, что при ней приходится иметь дело не с фикцией без территории, а с определенным населением, живущим на определенной
территории.
Затем, она не межует людей по нациям, она не укрепляет национальных перегородок, — наоборот, она только ломает эти перегородки и объединяет население для того, чтобы открыть дорогу
для межевания другого рода, межевания по классам.
Наконец, она дает возможность наилучшим образом использо'
вать природные богатства области и развить производительные
силы, не дожидаясь решений общего центра, — функции, не присущие культурно-национальной автономии.
Итак, областная автономия, как необходимый пункт в решении
национального вопроса.
Нет сомнения, что ни одна из областей ne представляет сплошного
национального единообразия, ибо в каждую из шіх вкраплены национальные меньшинства. Таковы евреи в Польше, латыши в Литве, русские на Кавказе, поляки на Украине и т. д. Можно опасаться поэтому,
что меньшинства будут угнетаемы национальными болышшетвами. Но
опасения имеют основания лишь в том случае, если, страна остается
при старых порядках. Дайте стране полный демократизм, — и опасения потеряют всякую иочву . . .
. . . Что особенно волнует национальное меньшинство?
Меньшинство недовольно не отсутствием национального союза,
а отсутствием права родного языка. Дайте ему пользоваться родным
языком, — и недовольство пройдет само собой.
Меньшинство недовольно не отсутствием искусственного союза,,
а отсутствием у него родной школы. Дайте ому такую школу, — и ые- '
довольство потеряет всякую почву.
Меньшинство недовольно не отсутствием национального союза,
а отсутствием свободы совести, передвижения и пр. Дайте ему эти свободы, — и оно перестанет быть недовольным.
Итак, национальное равноправие
во всех его видах (язык, школы
и пр.) как необходимый пункт в решении национального вопроса.
Общегосударственный закон, данный на основе полной демократизации страны и запрещающий все без исключения виды национальных
привилегий и какое бы то ни было стеснение или ограничение прав
национальных меньшинств.
В этом и только в этом может быть действительная, а не бумажная
гарантия прав меньшинства.
Можно оспаривать или не оспаривать существование логической
связи между организационным федерализмом и кул ьтурно-националь 391

ной автономией. Но нельзя оспаривать того, что последняя создает
благоприятную атмосферу для безбрежного федерализма, переходящего в полный разрыв, в сепаратизм. Если чехи в Австрии и бундовцы
в России, начав дело с автономии и перейдя потом к федерации, кончили сепаратизмом,—то в этом, несомненно, крупную роль сыграла
националистическая атмосфера, которую естественно распространяет
национальная автономия. Это не случайность, что национальная автономия и организационная федерация идут рука об руку. Оно и понятно. И та и другая требуют размежевания по национальностям.
И та и другая предполагают организацию но национальностям. Сходство несомненное. Разница лишь в том, что там межуют население
вообще, а здесь — с.-д. рабочих.
Мы знаем, к чему приводит межевание рабочих по национальностям. Распадение единой рабочей партии, разбивка союзов по национальностям, обострение национальных трений, национальное штрейкбрехерство, полная деморализация в рядах социал-демократам, — таковы результаты организационного федерализма. История социал-демократии в Австрии и деятельность Бунда в России красноречиво свидетельствуют об этом.
Единственное средство против этого — организация на началах интернациональное™.
Сплочение на местах рабочих всех национальностей России в единые и целостные коллективы, сплочение таких коллективов в единую
партию — такова, задача.
Само собой попятно, что такая постройка партии не исключает,
а предполагает широкую автономию областей внутри единого партийного целого...
. . .Тип организации влияет не только на практическую работу.
Он накладывает неизгладимую печать «а всю духовную' жизнь рабочего. Рабочий живет жизнью своей организации, он там растет
духовно и воспитывается. И вот, вращаясь в своей организации и
встречаясь там каждый раз со своими инонациональными товарищами, ведя вместе с ними общую борьбу иод руководством общего
коллектива, — он глубоко проникается мыслью о том, что рабочие
прежде всего — члены одной классовой семьи, члены единой армии
социализма.
А это ие может не иметь громадного воспитательного значения для
широких слоев рабочего класса.
Иоѳтому интернациональный тип организации является школой товарищеских чувств, величайшей агитацией в пользу интернационализма.
Не то с организацией ио национальностям. Организуясь на
основе национальности, рабочие замыкаются в национальные скорлупы, отгораживаясь друг от друга организационными перегородками. Подчеркивается не общее между рабочими, а то, чем они друг
от друга отличаются. Здесь рабочий прежде всего— член своей нации:
еврей, поляк и т. д. Не удивительно, что национальный федерализм
в организации воспитывает в рабочих дух национальной обособленности.
Поэтому национальный тип организации является школой национальной узости и завоснешія.
Таким образом, перед нами два принципиально различных типа
3S5

организации: тип интернациональной сплоченности и тип организационного «размежевания» рабочих по национальностям.
Попытки тгрігмирнть эти два типа до сих пор не имели у с п е х а . . .
. . . Среднего нет: принципы побеждают, а не «примиряются».
Итак — принцип интернационального
сплочения рабочих, как необходимый пункт в решении национального вопроса.
(Сталин.
Сб. Марксизм и пацпонально-колоішалыіыіі
н национальный вопрос», стр. 4 1 — 4 5 . 1913 г.)

вопрос.

«Марксизм,

3. Б О Р Ь Б А П А Р Т И И З А Л Е Н И Н С К У Ю П Р О Г Р А М М У
В НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ ПРОТИВ СОЦИАЛ-ШОВИНИЗМА
И ЦЕНТРИЗМА
А, Б о р ь б а п р о т к в о т р и ц а н и я с о ц и а л - ш о в и н и з м о м
самоопределения наций

лозунга

. . . Какова программа социал-шовинистов в национальном вопросе?
Либо они вовсе отрицают право на самоопределение, приводя
доводы' вроде парабеллумовских (Кунов, Парвус, русские оппортунисты: Семитский, Либман и др.). Либо они признают это право
явно лицемерным образом, именно не применяя его как раз к тем
нациям, которые угнетены их собственной нацией или военным
союзником собственной нации (Плеханов'. Гайндман, все франкофильские патриоты, затем Шейдеман и тгр. и пр.). Наиболее благовидную, и потому наиболее опасную для пролетариата, формулировку социал-шовинистской лжи дает Каутский. На словах он за
самоопределение наций, на словах он за то, чтобы с.-д. партия
«die Selbstständigkeit der Nationen allseitig (!!) und rückhaltlos (??)
achtet und fordert»). 1 (Neue Zeit, 33, II S. 241, 21 V 1915). А na деле
он приспособляет национальную протрушу к господствующему социал-шовинизму, искажает и урезывает ее, не определяет точно
обязанностей социалистов угнетающих наций и даже прямо фальсифицирует демократический принцип, говоря, что требовать «государственной самостоятельности» (staatliche Selbstständigkeit) для
каждой нации значило бы «требовать чрезмерного» («zu viel», Neue
Zeit, 33, II 77; 16 IV 1915). Довольно, изволите видеть, «национальной автономии»!! Как раз тот главный вопрос, которого не позволяет касаться империалистская буржуазия, — вопрос о границах
государства, строящегося ' на угнетении наций, Каутский и обходит,
выкидывая из программы самое существенное в угоду этой буржуазии.
Буржуазия готова обещать какое угодно «равноправие наций» и какую угодно «национальную автономию», лишь бы пролетариат остался
в рамках легальности и «мирно» подчинился ей в вопросе о границах
государства! Национальную программу с.-д-тии Каутский формулирует реформистски, а не революционно.
Национальную программу т. Парабеллума, вернее его уверения,
что «мы против аннексий», Parteivorstand, 2 Каутский, Плеханов и
К 0 , подписывают обеими руками, именно потому, что эта программа
не разоблачает господствующих социал-патриотов. Эту программу
1 —«самостоятельности
наций повсюду (!!) и прямо (??) требовала и добивалась». Ред.
* Центральный комитет германской социал-демократической партии. Ред.

396

подпишут и буржуа-пацифиста. Прекрасная общая программа Па•работ л ума («революционная массовая борьба против капитализма»)
служит ему, — как и прудонистам 60-х годов, — не для того, чтобы
в соответствии с ней, в духе ее выработать непримиримую, столь
же революционную программу в национальном вопросе, а для того,
чтобы очистить здесь поле перед социал-патриотами. Большинство
социалистов мира принадлежит в нашу империалистскую эпоху
к нациям, угнетающим другие нации и стремящимся расширить это
угнетение. Поэтому наша «борьба против аннексий» останется бессодержательной, нисколько не страшной для социал-патриотов борьбой, если мы не будем заявлять: тот социалист угнетающей нации,
который не ведет и во время мира и во время войны пропаганды свободы отделения угнетенных наций, не социалист и не интернационалист, а шовинист! Тот социалист угнетающей нации, который ие ведет
этой пропаганды вопреки запретам правительств, т. е. в свободной,
т. е. в нелегальной печати, остается лицемерным сторонником равноправия наций! 1
\
(JI е н и н. Соч.. т. X V I I I . «Революционный
самоопределение», стр. 326 — 327. і а і б г.)

пролетариат

и право

наций

па

Б. Р а з о б л а ч е н и е б у р ж у а з н о - н а ц и о н а л и с т и ч е с к о й с у щ н о с т и
л о з у н г а «культурна-национальная автономия»

Лозунг национальной культуры есть буржуазный (а часто и черпосотенно-клерикальный) обман. Наш лозунг есть интернациональная
культура демократизма и всемирного рабочего движения...
. . . Интернациональная культура не безнациональна, любезный
бунддст. Никто этого не говорил. Никто «чистой» культуры ни польской, ни еврейской, ни русской и т. д. не провозглашал, так что ваш
пустой набор слов есть лишь попытка отвлечь внимание читателя и
заслонить суть дела звоном слов.
В каждой национальной культуре есть, хотя бы неразвитые, элементы демократической и социалистической культуры, ибо в каждой
нации есть трудящаяся и эксплоатируемая масса, условия жизни
которой неизбежно порождают идеологию демократическую и социалистическую. Но в каждой нации есть также культура буржуазная
(а в большинстве еще черносотенная и клерикальная) — притом не
в виде только «элементов», а в виде господствующей культуры. Поэтому «национальная культура» вообще есть культура помещиков,
1 Примечание
составителя.
В «Итогах дискуссии о самоопределении» Лепил, развивая эти мысли, пишет:
«... каутскианцы лицемерно признают самоопределение — у нас в России
по этому пути идут Троцкий п Мартов.
На словах оба за самоопределение,
как и Каутский. А на деле? У Троцкого — возьмите его статьи «Нация и хозяйство» в «Нашем слове» — видим обычный его эклектицн-зм»: с одной стороны, хозяйство сливает Нации, с другой стороны, национальный гнет разъединяет. Вывод? Вывод тот, что царящее • лицемерно остается неразоблаченным, агитация
безжизленой, не
затрагивающей
главного,
коренного, существенного, близкого к практике: отношения К нации, угнетаемой «моей» нацией. . . Русский социал-демократ, который «признает» самоопределение наций. . . ие борясь за свобода отделения угнетенных царизмом наций, на
деле
есть империалист и лакей царизма.
«Каковы бы ни были субъективные «блатие» намерения Троцкого и Мартова, объективно они своей уклончивостью поддерживают русский социалимпериализм».

попов, буржуазии. Эту основную истину, азбучную для марксиста,
бундиег оставил в тени, «заговорил» своим набором слов, т. е. на делѳ
против вскрытия и разъяснения классовой пропасти дал читателю
затемнение ее. На деле бундист выступил как буржуа, весь интерес
которого требует распространения веры в внеклассовую национальную
культуру.
Отавя лозунг «интернациональной культуры демократизма и
всемирного рабочего движения» мы из каждой национальной культуры берем только ее демократические и ее социалистические элементы, берем их только и безусловно
в противовес буржуазной
культуре, буржуазному национализму каждой нации. Ни один демократ и тем более ни один марксист не отрицает равноправия
языков или необходимости на родном языке полемизировать с
:«родной» буржуазией, пропагандировать антиклерикальные или
антибуржуазные идеи «родному» крестьянству и мещанству — об
этом нечего говорить, этими бесспорными истинами бундист загораживает спорное, т. е. то, в чем действительно заключается вопрос.
Вопрос в том, допустимо ли для марксистов ставить, прямо ила
косвенно, лозунг национальной культуры, или обязательно против
него проповедьгвать на всех языках, «приноровляясь» ко всем местным
и национальным особенностям — лозунг интернационализма рабочих.
Значение лозунга «национальной культуры» определяется не обещанием или добрым намерением данного интеллигентика «толковать»
этот лозунг «в смысле проведения через него интернациональной культуры». Смотреть так было бы ребяческим субъективизмом. Значение
лозунга национальной культуры определяется объективным соотношением всех классов данной страны и всех стран мира. Национатьиая
культура, буржуазии есть факт (причем, повторяю, буржуазия везде
проводит сделки с помещиками и попами). Воинствующий буржѵаеный национализм, отупляющий, одурачивающий, разъединяющий рабочих, чтобы вести их на поводу буржуазии, — вот основной факт современности.
Кто хочет служить пролетариату, тот должен объединять рабочих всех наций, борясь неуклонно с буржуазным национализмом и
«своим» и чужим. Кто защищает лозунг национальной культуры,—
тому место среди националистических мещан, а не среди марксистов . . .
. . . Буржуазный национализм и пролетарский интернационализм— вот два 'непримиримо-враждебные лозунга, соответствующие двум великим классовым лагерям всего капиталистического
мира и выражающие две политики (более того: два миросозерцания) в национальном вопросе. Отстаивая лозунг национальной
культуры, строя на нем целый план и практическую программу гак
называемой «культурно-национальной автономии», бундовцы на деле
выступают проводниками буржуазного национализма в рабочую
среду...
. . . Основной, иритгциииа-льньтй грех этой программы — тот, что она
стремится воплотить в жизнь самый утонченный и самый абсолютный,
до конца доведенный национализм. Суть этой программы: каждый
гражданин записывается в ту или иную нацию, и каждая нация со3S8

етавляет юридическое целое о правом принудительного обложения
свох членов, с национальными парламентами (сеймами), с национальными «статс-секретарями» (министрами)...
(JI е н п и.

Соч., т. X V I I , «Критические заметки по национальному

стр. 136—13», 144 — 145. 1913 Г.)

вопросу»,

4. Б О Р Ь Б А П А Р Т И И З А Л Е Н И Н С К У Ю П Р О Г Р А М М У
В НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ ПРОТИВ Л Ю К С Е М Б У Р Г И А Н С Т В А
А. Н е в о з м о ж н о с т ь р е в о л ю ц и о н н о й б о р ь б ы з а с о ц и а л и з м
без революционной борьбы з а разрешение национального
вопроса

Циммервальдсклй манифест, как и большинство программ или тактических резолюций с.-д. партий, провозглашает «право наций на самоопределение». Тов. Парабеллум... объявляет «иллюзорной» «борьбу
за несуществующее право на самоопределение» и противопоставляет
ей «революционную массовую борьбу пролетариата против капитализма», уверяя при этом, что «мы против аннексий» (это уверение
пять раз повторено в статье т. Парабеллума) и против всяких насилий
над нациями.
Мотивировка, позиций т. Парабеллума сводится к тому, что теперь
все национальные вопросы, эльзас-лотарингский, армянский и др. суть
вопросы империализма, — что капитал перерос рамки национальных
государств, — что нельзя «повернуть колесо истории назад» к отжившему идеалу национальных государств и т. д.
Посмотрим, правильны ли рассуждения т. Парабеллума.
Во-первых, именно т. Парабеллум смотрит назад, а не вперед, когда,
идя в поход против лранялия рабочим классом «идеала национального государства», обращает свои взоры на Англию, Францию, Италию,
Германию, т. е. на страны, где национально-освободительное движение
лежит в прошлом, а не на Восток, Азию, Африку, колонии, где это
движение лежит в настоящем и будущем. Достаточно назвать Индию.
Китай, Персию, Египет.
Далее. Империализм означает перерастание капиталом рамок
национальных государств, он означает расширение и обострение национального гнета на новой исторической основе. Отсюда вытекает,
вопреки т. Парабеллуму, именно то, что мы должны связать революционную борьбу за социализм с революционной программой в национальном вопросе.
У т. Парабеллума выходит так, что во имя социалистической революции он с пренебрежением отбрасывает последовательно революционную программу в демократической области. Это неправильно. Пролетариат не может победить ипаче, как через демократию, т. е. осуществляя демократию полностью и связывая с .каждым
шагом своей борьбы демократические требования в самой решительной их формулировке. Нелепо противопоставлять социалистическую революцию и революционную борьбу против капитализма одному из вопросов демократии, в данном случае национальному. Мы
должны соединить революционную борьбу против капитализма о
революционной программой и тактикой по отношению ко всем демократическим требованиям: и республики, и милиции, и выбора
чиновников народом, и равноправия женщин, и самоопределения
наций и т. д. Пока существует капитализм, все эти требования
399

осуществимы лишь в виде исключения и притом в неполном, искаженном виде. Опираясь на осуществленный уже демократизм, разоблачая его неполноту при капитализме, мы требуем свержения капитализма, экспроприации буржуазии, как необходимой базы и для
уничтожения нищеты масс и для полного и всестороннего проведения всех демократических преобразований. Одни из этих преобразований будут начаты до свержения буржуазии, другие в ходе
этого свержения, третьи после него. Социальная революция не одна
битва, а эпоха целого ряда битв по .всем и всяческим вопросам
экономических и демократических преобразований, завершаемых
лишь экспроприацией буржуазии. Как раз во имя этой конечной
цели мы должны дать последовательно революционную формулировку каждого
из наших демократических требований.
Вполне
мыслимо, что рабочие какой-либо определенной 'Страны свергнут
буржуазию до осуществления хотя бы одного коренного демократического преобразования полностью. Но совершенно немыслимо,
чтобы пролетариат, как исторический класс, мог победить буржуазию, если он не будет подготовлен к этому воспитанием в духе самого последовательного и революционно-решительного
демократизма.
Империализм есть прогрессирующее угнетение наций мира горсткой великих держав, есть эпоха войн между ними за расширение
и упрочение гнета лад нациями, эпоха обмана народных масс лицемерными социал-патриотами, т. е. людьми, которые под предлогом «свободы наций», «нрава- наций на самоопределение» и «обороны отечества» оправдывают и защищают угнетение большинства наций мира
великими державами.
Поэтому в программе с.-д. центральным местом должно быть
именно то разделение наций на угнетающие и угнетенные, которое
составляет суть империализма и которое лживо обходят социал-шовинисты и Каутский.
( Л е н и н . Соч., т. X V I I I , «Революционный
самоопределение», стр. 323 — 324. Ш 5 г.)

пролетариат

и право

наций

на

Б. П р и з н а н и е п р а в а на с а м о о п р е д е л е н и е н а ц и й — е д и н с т в е н н ы й
путь н их интернациональному е д и н с т в у

Нам говорят: поддерживая право на отделение, вы поддерживаете
буржуазный национализм угнетенных наций. Так говорит Роза Люксембург, так повторяет за ней оппортунист Семковский — единственный, кстати сказать, представитель ликвидаторских идей но этому
вопросу в ликвидаторской газете!
Мы отвечаем: нет, именно буржуазии важно здесь «практичное»
решение, а рабочим важно принципиальное
выделение двух тенденций. Поскольку буржуазия нации упістенной борется с угнетающей,
постольку мы всегда и во всяком случае и решительнее всех га, ибо
мы самые сильные и последовательные враги угнетения. Поскольку
буржуазия угнетенной нации стоит за свой буржуазный национализм. мы против. Борьба с привилегиями и насилиями нации угнетающей и никакого попустительства стремлению к привилегиям со
стороны угнетенной нации.
Если мы не выставим и не проведем в агитации лозунга права на
отделение, мы сыграем на руку не только буржуазии, но и феодалам
4Э9

f

и абсолютизму угнетающей нации. Этот довод Каутский давно выдвинул против Розы Люксембург, и этот довод неоспорим. Боясь «помочь» националистической буржуазии Польши, Роза Люксембург
своим отрицанием права на отделение в программе российских марксистов помогает па деле черносотенцам великоруосам. Она помотает
на доле оппортунистическому примирению с привилегиями (и хуже,
.чем привилегиями) великоруосов.
Увлеченная борьбой с национализмом в Польше, Роза Люксембург
забыла о национализме великоруссов, хотя именно этот национализм
н страшнее всего сейчас, именно он менее буржуазен, но более феодален, именно он главный тормоз демократии и пролетарской борьбы.
В каждом буржуазном национализме угнетенной нации есть общедемократическое содержание против угнетения, и это-то содержание
мы безусловно поддерживаем, строго выделяя стремление к своей национальной исключительности, борясь со стремлением польского буржуа давить еврея и т. д. и т.' д.
Это— «непрактігчно» с точки зрения буржуа и мещанина. Это —
единственно практичная и принципиальная и действительно помогающая демократии, свободе, пролетарскому союзу политика в национальном вопросе.
»
Признание права ira отделение за всеми; оценка каждого конкретного вопроса об отделении с точки зрения, устраняющей всякое неравноправие, всякие привилегии, всякую исключительность.
Возьмем позицию угнетающей нации. Может ли быть свободен
народ, угнетающий другие народы? Нет. Интересы свободы великорусского населения * требуют борьбы с таким угнетением. Долгая
история, вековая история подавления движений угнетенных наций,
систематическая пропаганда такого подавления со стороны «высших»
классов создали громадные помехи делу свободы самого великорусского народа в его предрассудках и т. д.
Великорусские черносотенцы сознательно поддерживают эти предрассудки и разжигают их. Великорусская буржуазия мирится с ними
или подлаживается к ним. Великорусский пролетариат не может осуществить своих целей, не может расчистить себе пути к свободе, нѳ
борясь систематически с этими предрассудками.
Создание самостоятельного и независимого национального государства остается пока в России привилегией одной только великорусской нации. Мы, великорусские пролетарии, не защищаем никаких привилегий, не защищаем и этой привилегии. Мы боремся
на почве данного государства, объединяем рабочих всех наций
данного государства, мы не можем ручаться за тот или иной путь
национального развития, мы через все возможные пути идем к своей
классовой цели.
Но итги к этой цели нельзя, не борясь со всяким национализмом
и не отстаивая равенства рабочих всех наций. Суждено ли, например,
Украине составить самостоятельное государство, это зависит от 1000
факторов, неизвестных заранее. И, не пытаясь «гадать» попусту, мы
* Некоему Л. Вл. из ІІария;а ото слово кажется немарксистским. Этот
Л. Вл. забавно «superklug» (в ироничоежом переводе на русский: «вумный»).
«Вумный Л. Вл. собирается, видимо, .написать исследование об изгнании из нашей црограммы-мииимум (с точки зрения классовой борьбы!) слов: «население», «народ» и т. л.
26

Ленинизм,

6Ю I

твердо стоим иа том. что несомненно: право Украины на такое государство. Мы уважаем это право, мы но поддерживаем привилегий великоросса над украинцами, мы воспитываем массы в духе признания
этого права, в духе отрицания государственных привилегий какой бы
то ни было нации.
В скачках, которые переживали все страны в эпоху буржуазных
революций, столкновения и борьба из-за права па национальное государство возможны и вероятны. Мы, пролетарии, заранее объявляем
себя противниками великорусских привилегий и в этом направлении
ведем всю свою пропаганду и агитацию.
Гоняясь за «практицизмом», Роза Люксембург просмотрела главную практическую задачу и великорусского и инонационального про-/
летариата: задачу повседневной агитации и пропаганды против всяких государственно-национальных привилегий, за право, одинаковое
право всех наций на свое национальное государство; такая задача,
наша главная (сейчас) задача в национальном вопросе, ибо лишь таким путем мы отстаиваем интересы демократии и равноправного союза
всех пролетариев всяческих наций.
Пусть эта пропаганда, «непрактична» и с точки зрения велико«
руссов-утнетателей и с точки зрения буржуазии угнетенных наций
(іі те и другие требуют определенного да или нет, обвиняя с.-д. в
«неопределенности»). На деле именно эта пропаганда, н тать ко она,
обеспечивает действительно демократическое и действительно со«
цяалистическое воспитание масс. Только такая пропаганда га ран«
тирует и наибольшие шансы национального мира в России, если
она останется пестрым национальным государством, и наиболее мирное (и безвредное для пролетарской классовой борьбы) разделение
на разные национальные государства, если встанет вопрос о таком
разделении.
Для более конкретного пояснения этой, единственно пролетарской
политики в национальном вопросе мы рассмотрим отношение к «самоопределению наций» великорусского либерализма и пример отделения
Норвегии от Швеции.
(Ленин.
1914 г.)

Соч., т. ХѴТІ, «О нраве наций на гамоотіределеігис», стр. 4 4 0 — 4 4 3 ,

. . . Норвегия «осуществила» якобы неосуществимое право на са«
моопределение в 1905 г., в эру самого разнузданного империализма.
Толковать о «неосуществимости» поэтому не только теоретически
абсурдно, но и смешно..,
. . . П. Киевский приводит ряд выписок, чтобы доказать, что Нор«
вегия смотрела на запад, а Швеция на восток, что в одной «работал»:
преимущественно английский, в другой — немецкий финансовый ка«
питал и пр. Отсюда делается торжественный вывод: «этот пример»!
(Норвегия) «целиком укладывается в наши схемы» . . ,
. . . В наших тезисах значится, что финансовый капитал может гос«
подствовать в «любой» «хотя бы и независимой стране», и что поэтому
все рассуждения о «неосуществимости» самоопределения с точки зрения финансового капитала — сплошная путаница. Нам приводят данные, подтверждающие наше положение о роли чужого финансового
капитала в Норвегии и до отделения, и после отделения,—с таким
видом, будто это опровергает нас!!
. . . В "Норвегии «работал» английский финансовый капитал и до

и тгослѳ отделения. В Польше «работал» немецкий финансовый
капитал до ее отделения от России и будет «работать» при любом политическом положении Полыни. Это до такой степени азбучно, что неловко повторять это, но так же бить, когда забывают
азбуку?
Исчезает ли от этого политический вопрос о том или ином положении Норвегии? о ее принадлежности к Швеции? о поведении рабочих,
когда встал вопрос об отдалении?
П. Киевский уклонился от этих вопросов, ибо они больно бьют
«экономистов». Но в жизни эти вопросы стояли — и стоят. В жизни
стоял вопрос, может ли быть эсдеком шведский рабочий, не признающий права Норвегии на отделение? Не может.
Шведские аристократы были за войну против Норвегии, попы тож е . . . Тот шведский работай, который, подобно шведской аристократии и буржуазии, отрицал бы право норвежцев решить этот вопрос
самим, без шведов, независимо от их вали, был бы социал-шовинистом
и нетерпимым в социал-демократической
партии негодяем ...
. . . А норвежский рабочий? Обязан ли ои был, с точки зрения
интерпационализма, голосовать за отделение? Нисколько. Он мог,
оставаясь эсдеком, голосовать против. Он нарушил бы свой долг
члена социал-демократической партии лишь в том случае, ес.ли бы
протянул товарищескую руку такому черносотенному шведскому
рабочему, который бы высказался против свободы отделения Норвегии.
Этой элементарной разницы в положении норвежского и шведского рабочего не хотят видеть некоторые люди. Но они изобличают
сами себя, когда обходят этот конкретьейший из конкретнейптх
политических вопросов, который мы в уиор ставим им. Молчат,
увертываются, и этим сдают позицию.
(Ленин.
1916 г.).

Соч., т. X I X ,

«О карикатуре на маркснэм»,

стр. 311,

214—210.

В , Л ю к с е м б у р г и э н с т в о в национальном вопросе — с к а т
н п о з и ц и и «прямого, о т к р ы т о г о а н н е н с и о н и э м а »

Мы утверждали, что было бы изменой социализму отказаться от
осуществления самоопределения наций при социализме. Нам отвечают: «Право самоопределения неприменимо к социалистическому
обществу». Расхождение коренное. В чем же его источник?
«Мы зпаем, — возражают наши оппоненты — что социализм
уничтожит всякое национальное угнетение, так как он уничтожает
классовые интересы, которые ведут к н е м у » . . . Причем это рассуждение об экономических предпосылках уничтожения национального
гнета, которые давным-давно известны и бесспорны, когда спор
идет об одной из форм политического гнета, именно: о насильственном удержаний одной нации внутри границ государства другой нации? Ведь это просто попытка уклониться от политических вопросов! . .
. . . У нас сказано в первом же тезисе, что освобождение угнетенных наций предполагает, в области политической, двоякое преобразование: 1) полное равноправие наций. Об этом нет спора, и это относится только к происходящему внутри государства; 2) свободу
политического отделения. Это относится к определению гтайиц
»

403

государства. Только это спорно. И как раз об этом наппі отшонепты
молчат. Нл о границах государства-, ни даже вообще о государстве
они думать не желают . . .
. . . Маркс пиоал в критике Готской программы: «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Ему соответствует и политічвский переходный период, государствам которого не может быть
ничего иного, кроме как революционная диктатура пролетариата». До
сих пор эта истина была бесспорна для социалистов, а в ней заключается признание государства вплоть до перерастания победившего
социализма в полный коммунизм. Известно изречение Энгельса об
отмирании государства. Мы нарочно подчеркнули в первом же тезисе,
что демократия есть форма государства, которая тоже отомрет, когда
отомрет государство. И пока наши оппоненты не заменили марксизма
какой-то новой, «а-государственной», точкой зрения, их рассужден и я — сплошная ошибка.
Вместо того, чтобы говорить о государстве (и значит, об определении его границ!), они говорят о «социалистическом культурном
круге», т. е. нарочно выбирают неопределенное в том отношении выражение, что все государственные вопросы стираются!..
. . . Немецкий шовинист Ленч . . . привел одну интересную цитату
из сочинения Энгельса «По и Рейн». Энгельс говорит там, между
прочим, что границы «больших и жизнеспособных европейских наций» в ходе исторического развития, поглотившего ряд мелких и нежизнеспособных наций, определялись все более и более «языком и
симпатиями» населения. Эти границы Энгельс называет «естественными». Так было дело в эпоху прогрессивного капитализма, в Европе,
около 1848— 1871 гг. Теперь реакционный империалистский капитализм все чаще ломает эти, демократически определяемые, границы. Все
признаки говорят за то, что империализм оставит в наследство
идущему ему на смену социализму границы, менее демократические,
ряд аннексий в Европе и в других частях света. Что же? победивший социализм, воостановляя и проводя до конца полную демократию по всей линии, откажется от демократического определения границ государства? не пожелает считаться с «симпатиями» населения?
Достаточно поставить эти вопросы, чтобы наглядно видеть, как
польские наши коллеги катятся от марксизма к «империалистическому экономизму».
Старые «экономисты», превращая марксизм в карикатуру, учили
рабочих, что для марксистов важно «только» «экономическое». Новые «экономисты» думают то ли, что демократическое государство победившего социализма будет существовать без границ (вроде «комплекса ощущений» без материи), то ли, что границы будут определяться «только» по потребностям производства. На деле эти границы
будут определяться демократически, т. е. согласно воле и «симпатиям»
населения. Капитализм насилует эти симпатии и тем прибавляет новые трудности делу сближения наций. Социализм, организуя производство без классового гнета, обеспечивая благосостояние всем членам
(Государства, тем самым дает полный простор «симпатиям» населения
и именно в силу этого облегчает и гигантски ускоряет сближение и
слияние наций...
. . . При капитализме уничтожить национальный (и политический

вообще) гнет нельзя. Для этого необходимо уничтожить классы,
т. е. ввести социализм. Но, базируясь на экономике, социализм вовсе не сводится весь к ней. Для устранения национального гнета
необходим фундамент — социалистическое
производство, но на
этом фундаменте необходима еще демократическая организация
государства, демократическая армия и пр. Перестроив капитализм
в социализм пролетариат создает возможность полного устранения
национального гнета; эта возможность превратится в действительность «только» — «только»! — при полном проведении демократии
во всех областях, вплоть до определения границ государства сообразно «симпатиям» населения, вплоть до полной свободы отделения. На этой базе, в свою очередь, разовьется практически абсолютное устранение малейших национальных трений, малейшего
национального недоверия, создастся ускоренное сближение и слияние наций, которое завершится отмиранием государства.. Вот теория марксизма, от которой ошибочно отошли наши польские коллет ...
. . . Авторы тезисов 1 мотивируют... тем, что «в эру империализма» защита отечества есть защита прав сшей буржуазии на
угнетение чужих народов. Но это верно только по отношению к
империалистской войне, т. е. между империалистскими державами
или группами держав, когда обе воюющие стороны не только угнетают «чужие народы», но и ведут войну из-за того, кому больше
угнетать чужих народов!
ГІовидимому, авторы ставят вопрос о «защите отечества» совсем
ие так, как ставит его наша партия. Мы отвергаем «защиту отечества» в империалистской войне. Это яснее ясного сказано и в манифесте Ценгразьного комитета нашей партии и в бернских резолюциях, перепечатанных в брошюре «Социализм и война», которая
вышла и по-немецки и по-французски. Мы подчеркнули это дважды
и в наших тезисах (примечания к § 4 и к § 6). Повидимому, авторы
польских тезисов отвергают защиту отечества вообще, т. е. и для национальной войны, считая, может быть, национальные войны в «эру
империализма»
невозможными...
. . . Такой взгляд ясно выражен в тезисах немецкой группы
«Интернационал»... отрицать то, что аннексированная Бельгая,
Сербия, Галиция, Армения назовут свое «восстание» против аннектировавшего «защитой отечества» и назовут правильно,
едва ли
кто решится...
. . . Не изменяя социализму, мы должны поддерживать всякое восстание против нашего главного врага, буржуазии крупных государств,
если это не восстание реакционного класса. Отказываясь "от поддержки восстания аннексированных областей, мы — объективно —
становимся аннексионистами. Именно «в эру империализма», которая
есть эра начинающейся социальной революции, пролетариат поддержит с особой энергией сегодня восстание аннектированных областей,
чтобы завтра же или одновременно напасть на ослабляемую таким
восстанием буржуазию «великой» державы.
Однако польские товарищи идут еще дальше в своем аннексиоішзме. Они не только против восстания аннектированных областей,
1

— Польские социал-демократы.

Ред,

они против всякого восстановления их независимости, хотя бы тарного! Слушайте:
«Социал-демократия, отклоняя всякую ответственность за последствия угнетательской политики империализма, борясь с ними
самым резким образом, никоим, образом не выступает за установление новых пограничных столбов в Европе, за восстановление
снесенных империализмом» (курсив авторов).
Сейчас «империализмом снесены пограничные столбы» между Германией и Бельгией, между Россией и Галицией. Международная социал-демократия должна быть, видите ли, против их восстановления
вообще, каким бы то ни было образом. В 1915 г., «в эру империализма», когда автономный сейм Норвегии провозгласил отделение от
Швеции, а война Швеции против Норвегии, проповедовавшаяся реакционерами Швеции, не удалась как в силу сопротивления шведских
рабочих, так и в силу международной империалистской ситуации,—
социал-демократия должна была бы быть против отделения Норвегии,
ибо это означало, несомненно, «установление новых нограішчных
столбов в Европе»!!
Это уже прямой, открытый аннекешонизм. Опровергать его нет надобности, он сам себя опровергает. Ни одна социалистическая партия
не решится принять этой позиции: «мы против аннексий вообще, но
для Европы мы санкционируем аннексии или миримся с ними, раз
только они произведены» . . .
(Ленин.
Соч., т. X I X ,
2.12 — 245, 260 — 251. 1916 г.)

«Итоги

дискуссии

о

самоопределении»,

5. Л Е Н И Н С К А Я К Р И Т И К А Б У Х А Р И Н С Н О Г О Л О З У Н Г А ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТРУДЯЩИХСЯ»

стр.

«САМО-

. . . По отношению к национальному вопросу...
Бухарин принимает желаемое за действительность.
Он говорит, что признавать
право наций на самоопределение нельзя. Нация — значит: буржуазия вместе с пролетариатом. Мы, пролетарии, будем признавать
право на самоопределение какой-то презренной буржуазии! Это ни
с чем не сообразно! Нет, извините, это сообразно с тем, что есть.
Если вы это выкинете, у вас получится фантазия. Вы ссылаетесь
на процесс диференциации, происходящей в недрах нации, на процесс отделения пролетариата от буржуазии. Но посмотрим еще, как
пойдет эта диференцнация.
Возьмите, например, Германию, образец передовой капиталистической страны, которая в смысле организованности капитализма, ф и нансового капитализма, была выше Америки. Она была ниже во многих отношениях, в Отношении техники и производства, в политическом отношении, но в отношении организованности финансового капитализма, в отношении превращения монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм — Германия
была выше Америки. Казалось бы, это — образец. А что происходит
там? Диференцировался ли германский пролетариат от буржуазии?
Нет. Ведь только о нескольких крупных городах сообщалось, что большинство рабочих в них против шейдемаловцев. Но как это получилось? Путем союза спартаковцев с немецкими трижды промятыми
меньшевиками-независимцата, которые путают все и хотят поженить
406

систему Советов с учредилкой! Ведь вот что происходит в этой самой
Германии! А ведь это — передовая страна.
Тов. Бухарин говорит: «Зачем нам право наций на самоопределение?» Я должен повторить то, что возражал ему, когда он в
1917 г. летом предлагал откинуть программу-минимум и оставить
только программу-максимум. Я тогда ответил: «Не хвались, едучи
на рать, a хвались, едучи с рати». Когда мы завоюем власть, да немного подождем, тогда мы это сделаем. Мы власть завоевали, немножечко подождали, теперь я согласен это сделать. Мы вошли
целиком в социалистическое строительство, отбились от первого
натиска, который грозил «ам, — теперь это будет уместно. То же
самое относится и к праву наций на самоопределение. «Я хочу признавать только право трудящихся классов на самоопределение» —
говорит т. Бухарин. Вы, значит, хотите признать то, чего в действительности не достигли ни в одной стране, кроме России. Это
смешно.
Посмотрите на Финляндию: страна демократическая, более развитая, более культурная, чем мы. В ней идет процесс выделения, дифереяциацші пролетариата., идет своеобразно, гораздо более мучительно, чем у нас. Финны испытали диктатуру Германии, теперь
испытывают диктатуру Аитанты, и благодаря тому, что мы признали право наций на самоопределение, процесс диференциацип там
был облегчен. Я очень хорошо помню сцену, когда мне пришлось
в Смольном давать грамоту Овинхувуду... представителю финляндской буржуазии, который сыграл роль палача. Он мне любезно
жал руку, мы говорили комплименты. Как это было нехорошо! Но
это надо было сделать, потому что тогда эта буржуазия обманывала народ, обманывала грудящиеся массы тем, что москали, шовинисты, великороссы хотят задушить финнов. Надо было ото сделать.
А вчера разве не пришлось то же сделать по отношению к Башкирской республике? Когда т. Бухарин говорил: «Можно кой для
кого это право иризнать», так я даже записал, что у него в этот
список попали готтентоты, бушмены, индусы. Слушая это перечисление, я думал: каким образом т. Бухарин забыл одну маленькую
мелочь, забыл башкир? Бушменов в России не имеется, насчет готтентотов я тоже не слыхал, чтобы они претендовали на автономную республику, но ведь у нас есть башкиры, киргизы, целый ряд
других народов, и по отношению к ним мы не можем отказать в
признании. Мы не можем отказывать в этом ни одному из народов,
живущих в пределах бывшей Российской империи. Допустим даже,
что башкиры свергли бы эксплштаторов, и мы помогли бы им это
сделать. Но ведь, это возможно только там, где переворот вполне
назрел. И сделать это надо осторожно, чтобы своим вмешательством не задержать тот самый процесс дифереяциащш пролетариата, который мы должны ускорить. . Что же мы можем сделать по
отношению к таким народам, как шргишл, сарты, которые до сих
пор находятся иод влиянием своих мулл? У нас в России население
после долгого опыта с лапами, помогло нам их скинуть. Но вы
знаете, как плохо еще прошел в жизнь декрет о гражданском
браке. Моягем ли мы подойти к этим сартам и сказать: «Мы скинем
ваших экоіілоаліаторов»? Мы этого сделать не можем, нагому что
407

они всецело в подчинении у своих мулл. Тут надо дождаться развития данной нации, диференциации пролетариата от буржуазных
элементов, которое неизбежно.
Тов. Бухарин не хочет ждать. Им овладевает нетерпение: «О какой стати? Когда мы сами свергли буржуазию, провозгласили советскую власть и диктатуру пролетариата, с какой стати нам поступать так?» Это действует как бодрящий призыв, содержит указание
нашего пути, но если мы будем только это провозглашать в программе, то получится не программа, а прокламация. Мы можем
провозгласить советскую власть и диктатуру пролетариата и полное презрение к буржуазии, которого она стоит тысячу раз, но в
программе надо писать с абсолютной точностью то, что есть. Тогда
наша программа — непререкаема.
Мы стоим на строго классовой точке зрения. То, что мы пишем
в программе, есть признание того, что случилось на деле после
эпохи, когда мы писали о самоопределении наций вообще. Тогда
не было еще пролетарских республик. Когда они явились и только
в той мере, в какой о;ш явились, мы смогли написать то, что мы
тут написали: «Федеративное объединение государств, организованных по советскому типу». Советский тип еще не советы, как они
существуют в России, но советский тип становится международным.
Только это мы можем сказать. Итли дальше, на шаг дальше, на
ЕОЛОСОК
дальше — будет уже неверно, и поэтому для программы
не годится.
Мы говорим: надо считаться с тем, на какой ступени стоят
данная нация по пути от средневековья к буржуазной демократии
и от буржуазной демократии к демократии пролетарской. Это абсолютно правильно. Все нации имеют право на самоопределение...
Гигантское большинство, наверно девять десятых всего населения
земли, может быть 95%, подходит иод эту характеристику, ибо все
страны—на пути от средневековья к буржуазной демократии, или
от буржуазной к пролетарской демократии. Это — путь совершенно
неизбежный. Больше сказать нельзя, потому что это будет неправильно, потому что это не будет то, что есть. Откинуть самоопределение наций и поставить самоопределение трудящихся совершенно неправильно, потому что такая постановка не считается с тем,
с какими трудностями, каким извилистым путем идет диференциация внутри наций . . .
. . . Наша программа не должна говорить о самоопределении
трудящихся, потому что это неверно. Она должна говорить то, что
есть. Раз нации стоят на разных ступенях пути от средневековья к
буржуазной демократии и от буржуазной демократии к пролетарской, то это положение нашей программы абсолютно верно. На
этом пути у нас было весьма много зигзагов. Каждая нация должна
получить право на самоопределение, и это способствует самоопределению трудящихся . . . Это самоопределение идет очень сложным
и трудным путем. Его нет нигде, кроме России, и надо, предусматривая все стадии развитая в других странах, ничего не декретировать из Москвы. Вот почему это предложение принципиально ие
п
р
и
е
м
л
е
м
о
.
.
^
( Л е н и н , Соч., т. X X I V , «Доклад о партийной
РКЩб)», СТр, 135 — 130, 1019 г.)
408

программе на VIII

съезде

III. НАЦИОНАЛЬНО-КОЛЗНИАЛЫІЫЙ ВОПРОС
И МИРОВАЯ ПРОЛЕТАРСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
(Колониальные революции и национальные движения
в Европе в период всеобщего кризиса капитализма)

i.

К О Л О Н И А Л Ь Н Ы Е Р Е В О Л Ю Ц И И , их движущие силы,
перспективы Р А З В И Т И Я , С Т Р А Т Е Г И Я и Т А К Т И К А
КОМИНТЕРНА

А. С у щ н о с т ь м м п е р р а л я с т с к о й п о л и т и к и в к о л о н и я х
я х а р а к т е р н ы е ч е р т ы колониальной экономика

Вопреки гнусной лжи" империалистов и их реформистских лакеев (Макдональд, Отго Бауэр и К 0 ,), утверждающих, что империализм «воспитывает отсталые народы для благосостояния, прогресса
и культуры», переход к эпохе монополистического капитализма нисколько не облегчил гнета, тяготеющего над многомиллионными
массами человечества колониальных стран. Опустошительные последствия, к которым капиталистическое развитие везде ведет, в
особенности на первой стадии своего существования, воспроизводятся в колониях в чудовищной степени н ускоренном темпе, благодаря внедрению заграничного капитала; прогрессивные последствия капитализма, напротив, там большей частью совершенно нѳ
ощущаются. Там, где господствующий империализм нуждается в
колонии в социальной опоре, он прежде всего объединяется с господствующими слоями прежнего социального строя — феодалами п
торгово-роетошцической буржуазией против большинства народа.
Везде империализм старается сохранить и увековечить все те докшгитал и стичеткие формы эксплоатацші (в особенности в деревне),
которые являются основой существования его реакционных союзников. Народные массы этих стран вынуждены выплачивать огромные суммы для содержания военщины, жандармерии и административного аппарата колониального режима. Рост голодовок и эпидемий, в особенности среди пауперизованяого крестьянства; массовая экспроприация земель туземного населения; бесчеловечные
условия труда (на плантациях, рудниках белых капиталистов
и т. д.), которые порою хуже открытого рабства, — всюду оказывают свое опустошительное действие на население колоний и нередко ведут к вымиранию целых народностей. «Культурная воспитательная роль» империалистических государств "в колониях на
деле сводится к роли п а л а ч а . . .
. . . По существу империалистический колониальный режим представляет собою основанную не только на экономическом давлении,
но іг на внеэкономическом принуждении монополию буржуазии
империалистической страны в соответствующей зависимой стране,
и притом монополию, выражающуюся в двух основных функциях;
с одной стороны, она служит целям беспощадной эксплоатации
колоний (различные формы непосредственного и косвенного взимания дани, сверхприбыль в связи со сбытом собственных промтоваров, с доставкой дешевого сырья для собственной промышленности, с использованием весьма дешевой рабочей силы и т. д.);
с другой стороны, империалистическая монополия служит целям
439

сохранения и развития условий собственного существования: функция порабощения колониальной массы . . .
. . . Специфические колониальные формы капиталистической эксплоатации. осуществляемые... буржуазией, в конечном счете тормозят развитие производительных сил соответствующих колоний.
Проводится минимум строительной работы... необходимый как для
военного господства в стране и обеспечения бесперебойного действия
налогового пресса, так и для надобностей торговли империалистической страны. Сельское хозяйство колоний вынуждено в значительной
своей части работать для экспорта, но этим крестьянское хозяйство
отнюдь не освобождается от угнетающих его до-капиталистических
нут. Оно, как общее травило, превращается в «свободное» товарное хозяйство путем подчинения до-капиталистических форм
производства потребности финансового капитала, усугубления до-капиталистических методов эксплоатации путем закабаления крестьянского хозяйства иод иго бурно развивающегося торгового и ростовщического капитала, усиления налогового бремени и т. д. и т. д.
Эксплоатация крестьянства усиливается, но его производственные
методы- не обновляются. Как общее правило, промышленная обработка колониального сырья не происходит в самой колонии, а в капиталистических странах, и прежде всего в метрополии. Получаемые в колонии прибыли большей частью не расходуются продуктивно, а высасываются из страны, инвестируются либо в метрополии, либо в новых сферах экспансии соответствующего импера клизма. Таким образом, колониальная эксплоатация но своей
тендеь.ідн действует в направлении задержки развития производительных сил колонии, ограбления естественных богатств и, прежде
всего, истощения запаса человеческих производительных сил колониальной страны.
V
. . . Поскольку, однако, колониальная эксплоатация предполагает
некоторое поощрение развития производства в колонии, это развитие,
благодаря империалистической монополии, направляется по такому
руслу и поощряется лишь до такой степени, поскольку это соответствует интересам метрополии, и в частности, интересам сохранения ее
колониальной монополии . . . капиталистические предприятия, создаваемые в колониях империалистами (за исключением некоторых
предприятий, созданных на случай военных надобпостей), преимущественно или исключительно носят аграрно-каііиталистический характер и отличаются низким органическим составом капитала. Подлинная индустриализация колониальной страны, в особенности создание жизнеспособной машиностроительной промышленности, которая могла бы способствовать самостоятельному развитию производительных сил страны, не поощряется, а наоборот, задерживается
метрополией. В этом по существу заключается ее функция
колониального порабощения:
колониальная страна вьшуждается жертвовать интересами своего самостоятельного развития и играть роль
экономического (аграрно-сырьевого) придатка к иностранному капитализму, чтобы за счет трудящихся классов колониальной
страны укрепдять экономическую и политическую власть буржуазии
в империалистической стране, чтобы увековечить монополию последней в соответствующей колонии и усилить ее экспансию до отношению к остальному м и р у . . .
'

4ій

. . Поскольку подавляющая масса населения колоний связапа с
землей и живет в деревне, хищнические формы эксллоатации крестьянства, применяемые империализмом и его союзниками (классом
землевладельцев и торгово-ростовіцическим капиталом), приобретают
особо важное значение.
Благодаря вмешательству империализма
(налоговое обложение, ввоз промтоваров из метрополии и т. д.), вовлечение деревни в область денежного и товарного хозяйства сопровождается здесь процессом пауперизации крестьянского хозяйства,
уничтожением деревенской кустарной промышленности и т. д., и проходит гораздо более стремительным темпом, чем это было в сьое время
в передовых капиталисгических странах; наоборот, замедленное промышленное развитие поставило здесь тесные границы процессу
пролегаршшции. Эта огромная диспропорция между быстрым темпом разрушения старых форм хозяйства и медленным развитием
новых породила в Китае, Индии, Индонезии, Египте и т. д. необычайную «земельную тесноту» и аграрное перенаселение, взвинчиваниѳ земельной ренты и крайнюю раздробленность обрабатываемой
крестьянством земли. На ряду с этим, все бремя прежних феодальных или полуфеодальных условий эксплоатации и кабалы, в несколько «модернизированных», но отнюдь не в более легких формах,
иодрежнему ложится на плечи крестьянства. Капитализм, охвативший колониальную деревню своей налоговой системой и своим торговым аппаратом и произведший переворот в до-капиталистических
отношениях (например, уничтожение деревенской общины), при этом
отнюдь не свободна крестьян от ига до-капиталистических форм кабалы и эксллоатации, а лишь придал им денежное выражение (барщина и натуральная аренда отчасти заменены денежной арендой,
а натуральный налог — денежным налогом и т. д.), что еще более
усилило нужды крестьянства. «На помощь» крестьянам в их бедственном положении пришел ростовщик, который грабит их в известных условиях (например, в некоторых местностях Индии и Китая)
даже создает наследственное, основанное на задолженности, рабство . . .
. . . Это бедственное положение крестьянства означает в то же
время кризис внутреннего рынка для промышленности и, с своей стороны, представляет собой сильное препятствие на пути капиталистического развития страны. Как национальная буржуазия Индии, Китая, Египта, так и империализм ощущают эту крестьянскую нужду
как помеху на пути расширения их эксллоатации; но все они в силу
экономических и политических интересов так тесно связаны с крупным землевладением, а также о торговым и ростовщическим капиталом в деревне, что они не в состоянии провести аграрную реформу
сколько-нибудь широкою значения . . .
. . . Экспортированный капитал вливается здесь преимущественно
в сферу торговли, функционирует главным образом в качестве
ростовщического ссудного капитала и преследует задачу сохранения и усиления угнетательского аппарата империалистического государства в колониальной стране (при помощи государственных займов и т. д.) или завоевания полного контроля над якобы независимыми государственным к органами туземной буржуазии в пол уколол
ниапьыых странах.
Вывоз капитала в колонии ускоряет развитие в них капитали-'
4(1

стичееких отношений. Часть' вывозимого капитала, направляющегося в колонии для производственных целей, отчасти приводит к
ускорению промышленного развития, но отнюдь не в направлении
независимости, а в направлении усиления зависимости колониального хозяйства от финансового капитала
империалистических
стран. Вообще же импортируемые капиталы сосредоточиваются в колониях почти исключительно на захвате и добыче сырья или его первичной обработке...
. . . Вся экономическая политика империализма по отношению к
колониям направляется стремлением сохранить и усилить их зависимость, усугубить эксплоатацию и возможно больше задержать их
самостоятельное развитие. Только под давлением особых обстоятельств буржуазия империалистических государств может оказаться
вынужденной содействовать развитию крупной промышленности в
колониях. Например, потребности ведения или подготовки войны
могут в ограниченной мере приводить к созданию различных предприятий металлообрабатывающей и химической промышленности в
некоторых наиболее важных в стратегическом отношении колониях
(например, в И н д и и ) . . . В целях подкупа определенных слоев буржуазии колониальных и полуколониальных стран, особенно в периоды подъема революционного движения, они . могут в известной
мере ослабить свое экономическое давление. Но в меру того как
эти чрезвычайные и большей частью внеэкономические обстоятельства утрачивают свое влияние, экономическая политика империалистических держав тотчас же направляется в сторону подавления
и торможения экономического развития колоний. Поэтому развитие
национального хозяйства колоний и особенно их индустриализация, всестороннее самостоятельное развитие их промышленности
могут осуществляться только в сильнейшем противоречии с политикой империализма, Поэтому специфический характер развития
колониальных стран сказывается особенно в том. что рост производительных сил осуществляется с исключительными трудностями,
спазматически, искусственно, ограничиваясь отдельными "отраслями
промышленности.
Все это неминуемо ведет к тому, что давление империализма на
колониальные и полуколониальные страны воспроизводится каждый
раз на более высокой ступени и вызывает все более сильное противодействие со стороны социально-экономических факторов, порожденных самим империализмом.
Постоянное торможение самостоятельного развития все более усугубляет антагонизм колониальных народов по отношению к империализму и приводит к революционным
кризисам, движениям бойкота, национально-революционным восстаниям и т. д.
С одной стороны, объективные имманентные противоречия капиталистического развития в колониях усиливаются, и тем самым усугубляются противоречия между независимым развитием колоний и интересами буржуазии империалистических государств, а с другой стороны,
новая капиталистическая форма эксплоатации выводит на арену подлинно-революционную силу — пролетариат, вокруг которого многомиллионные массы крестьянства все более и более сплачиваются
для оказания организованного противодействия игу финансового
капитала
412

Вся болтовня империалистов и их лакеев о политике деколонизации, проводимой империалистическими державами, о содействии
«свободному развитию колоний» является не чем иным, как империалистической ложью. Чрезвычайно важно, чтобы коммунисты как
в империалистических, так и в колониальных странах полностью разоблачили эту ложь.
(Стенографический
отчет V I конгресса
Коминтерна. «О
революционном
движении в колониальных и полуколониальных странах», раздел П.)
Б. П р о г р а м м а К о м и н т е р н а о р е в о л ю ц и о н н ы х
р колониальных странах1

движениях

Особые условия революционной борьбы в важнейших колониальных и полуколониальных странах, неизбежность длительного периода
борьбы за демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства
и перерастания этой диктатуры в диктад-уру пролетариата, наконец,
решающее значение национальных моментов возлагают на коммунистические партии этих стран ряд особых задач, представляющих подготовительную ступень к общим задачам диктатуры пролетариата.
Главнейшими из этих особых задач Коммунистический Интернационал считает следующие задачи:
1. Свержение власти иностранного империализма, феодатов и помещичьей бюрократии.
2. Установление демократической диктатуры пролетариата и крестьянства на основе советов.
3. Полная национальная независимость п государственное объединение.
4. Аннулирование государственных долгов.
5. Национализация крупных предприятий (промышленных, транспортных, банковских и иных), принадлежащих империалистам.
6. Конфискация помещичьей, церковной п монастырской земли.
Национализация всей земли.
7. Введение 8-часового рабочего дня.
8. Организация революционной рабоче-крестьянской армии.
По мере развития и углубления дальнейшей борьбы (саботаж
буржуазии, конфискация предприятий, принадлежащих этим слоям
буржуазии, неизбежно перерастающая в национализацию крупной
промышленности) в тех колониях и полуколониях, где пролетариат
играет роль руководителя и гегемона, последовательная буржуазнодемократическая революция будет перерастать в революцию пролетариата. В колониях, где пролетариата нет, свержение власти империалистов должно означать организацию власти народных (крестьянских) советов, конфискацию иностранных предприятий и земель и передачу их в руки государства.
С точки зрения борьбы против империализма, с точки зрения
завоевания власти рабочим классом колониальные революции и
национальные освободительные движения играют огромную роль.
1 Примечание
составителя.
Тппы революции в колониальных и полуколониальных странах (Китай, Индия я т. д.) и странах зависимых (Аргентина,
Бразилия н яр.) д а н ы в теме «Теория пролетарской революции» (раздел III).

Колонии И полуколонии имеют значение в переходный период так-же потому, что" по отношению к индустриальным странам, играюшим роль мирового города, они играют роль мировой деревни, и
вопрос об организации социалистического мирового хозяйства, о
правильном сочетании индустрии с сельским хозяйством есть в значительной мере вопрос об отношении к бывшим колониям империализма. Братский боевой союз с колониальными
трудящимися массами есть поэтому одна из главнейших задач мирового
индустриального пролетариата как гегемона и руководителя борьбы против империализма.
Таким образом ход мировой революции, поднимая рабочих метрополий на борьбу за диктатуру пролетариата, поднимает также
сотни миллионов колониальных рабочих и крестьян на борьбу с
иностранным империализмом. При наличии центров социализма, в
лице советских республик и их возрастающей экономической мощи,
отпавшие от империализма колонии экономически сближаются и
постепенно объединяются с индустриальными очагами мирового социализма, втягиваются в русло социалистического строительства,
минуя фазу дальнейшего развития капитализма как господствующей системы, и получают возможность быстрого экономического
и культурного прогресса. Политически группируясь вокруг центров
пролетарской диктатуры, крестьянские советы отсталых бывших
колоний и советы рабочих и ' крестьян в бывших колониях более
развитого типа включаются в общую систему все растущей федерации советских республик и тем самым следовательно — в систему
мировой диктатуры пролетариата.
Развитие социализма как нового способа производства получает
свой мировой размах.
(Программа Коминтерна, раздел I V , глава 9.)

В. Д в и ж у щ и е с и п ы к о л о н и а л ь н о й р е в о л ю ц и и , с т р а т е г и я
и тактика компартий в революционных движениях
колониальных стран

. . , Буржуазно-демократическая революция в колонии отличается
от буржуазно-демократической революции в независимой стране
главным образом тем, что она органически связана с национальноосвободительной
борьбой против империалистического порабощения.
Национальный фактор оказывает значительное влияние на революционный процесс во всех колониях, а также в таких полуколониях, где империалистическое порабощение уже выступает в
своей голой, возмущающей народные маосы, форме. С одной стороны, национальный гнет ускоряет назревание революционного
кризиса, усиливает недовольство рабоче-крестьянских масс, облегчает их мобилизацию и придает революционным взрывам массовую
стихийную силу и характер подлинной народной революции. С другой стороны, национальный фактор может влиять не только па движение рабочего класса и крестьянства, но и на позицию всех
остальных классов, видоизменяя ее в процессе революции; прежде
всего, бедная городская мелкая буржуазия вместе с мелкобуржуазной интеллигенцией в первоо время в значительно большем объеме
414

подпадает отод воздействие активных революционных сил; во-вторых, позиция колониальной буржуазии у буржуазно-демократической революции большей частью еще двойственнее, и еѳ колебания
соответственно ходу революции еще сильнее, чем в буржуазии независимой страны (например у русской буржуазии в 1905 —
1917 гг.). Очень важно, в зависимости от конкретных обстоятельств,
тщательно исследовать особое влияние национального момента, в
значительной степени определяющего своеобразие
колониальной
революции, и учесть -его в тактике соответствующей коммунистической партии. 1
. . . Она пытается пустыми националистическими фразами и жестами удержать мелкобуржуазные массы под своим влиянием и вынудить империализм к некоторым уступкам. Но империалисты все
сильнее натягивают вожжи, ибо иационалънан буржуазия не в состоянии оказать сколько-нибудь серьезное сопротивление. Поэтому,
национальная буржуазия при каждом конфликте с империализмом,
с одной стороны, пытается стимулировать свою националистическую, принципиальную «твердость», а с другой стороны — сеять'
иллюзии о возможности мирного компромисса с империализмом.
И в том и другом массы неизбежно разочаровываются и таким образом постепенно изживают свои реформистские иллюзии.
При неправильной оценке основного национал-реформистского
направления национальной буржуазии в этігх колониальных странах возникает возможность тяжелых ошибок в стратегии и тактике соответствующих коммунистических партий. В частности, возможны ошибки двух родов:
а) Непонимание различия между национально-реформистским п
национально-революционным направлением может повести к хвостистской политике по отношению к буржуазии, к недостаточно четкому политическому и организационному отмежеванию пролетариата
от буржуазии, к затушевыванию важнейших революционных лозунгов
(В частности, лозунга аграрной революции) и т. д.
Это была основная ошибка, в которую впала китайская компартия в 1925 — 1927 гг.
б) Недооценка того специального значения, которое имеет буржуазный национал-реформизм в от.тпчие от феодально-империалистического лагеря, благодаря своему массовому влиянию в рядах
мелкой буржуазии, крестьянства и отчасти даже рабочего класса,
по крайней мере па первых этапах движения, может повести к сектантской политике, к изолированию коммунистов от трудящихся
масс и т. д.
I
В том и другом случае недостаточное внимание уделяется осу-1
ществлению тех именно задач, которые уже II конгрессом КИ были
охарактеризованы как особые задачи коммунистических партий
колониальных страи, т. ѳ. задачи борьбы против буржуазнодемократического
движения
внутри
собственной нации. ' Без
1 Примечание
составителя.
Отождествлял революцию в колониальных п зависимых странах с революцией в странах империалистических (например о революцией L905 г. в России) троцкистсжо-зшовьевская оппозиция пришла к отрицали*» временных блоков и соглашений пролетариата с национальной буржуазией на первом этапе китайской революции, когда национальная буржуазия еще поддерживала революционное движение против империализма.

этой борьбы, без высвобождения трудящихся масс из-под влияния
буржуазии, национал-реформизма основная стратегическая цель
коммунистического движения при буржуазно-демократической революции— гегемония
пролетариата — не может быть достигнута.
Б е з гегемонии же пролетариата, органической частью которой является руководящее
положение
коммунистической
партии, буржуазно-демократичеокая революция не может быть доведена до конца,
не грворя уже о социалистической революции...
. . . Надо отвергать какое бы то ни было блокирование 1 коммунистической партия с национал-реформистской оппозицией; это не
исключает временных соглашений и координирования отдельных
действий в связи с определенными выступлениями против империализма, если выступления буржуазной оппозиции могут быть использованы в целях развертывания массового движения и если такие
соглашения пи в какой мере не ограничивают свободу компартии
в деле агитации среди масс и их организации. Разумеется, что при
этом коммунисты должны уметь в то же время вести самую беспощадную идейную и политическую борьбу против буржуазного национализма и против малейших проявлений его влияния изнутри рабочего движения. В таких случаях коммунистическая партия особенно
должна следить за тем, чтобы не только целиком сохранять свою
политическую самостоятельность и выявлять свой собственный облик,
но вместе с тем на основе фактов открывать глаза находящимся под
влиянием буржуазной оппозиции трудящимся массам, дабы они увидели всю ненадежность этой оппозиции и опасность распространяемых
ею буржуазно-демократических иллюзий.
Если'неправильно оценить главное направление партий крупной
национальной буржуазии, то возникает опасность неправильной
оценки характера и роли мелкобуржуазных
партий. Развитие этих
партий, как общее правило, проходит путь от национально-революционной к наіщонал-реформистской позиции. Даже такие движения,
как сун-ят-сенизм в Китае, гандизм в Индии, 2 сарекат-ислам в Ин-

Примечание составителя. В Египте, Индии.
Сун-ят-сенизм
в Китае являлся идеологией
мелкобуржуазного, народ•нического «социализма». В учении о «трех принципах» (национализм, демократия, социализм) понятие народа покрываю и скрывало понягиё классов, социализм представлялся не специфическим и особым способом производства,
осуществляемым особым классовым носителем — пролетариатом, а неопределенным общественным благосостоянием; борьба с империализмом не была увязана с перспективами развития классовой борьбы внутри страны. Поэтому сунят-сенизм, сыграв на первой стадии китайской революции огромную положительную роль, в результате дальнейшей классовой диференциацни в .стране и
дальнейшего хода китайской революция из идеологической формы ее -развития
превратился в оковы этого развития. Эпигоны сун-ят-сепнзма, всемерно раздувая как раз те его идеологические черты, которые стали объективно-реакционлыми, превратили его тем самым в официальную идеологию Гоминдана,
ставшего открытой контрреволюционной силой. Идеологический рост масс китайского пролетариата и трудящегося крестьянства должен, следовательно, сопровождаться решительной борьбой против гоминдановского обмана и преодолением Остатков идеологии сун-ят-сенизма.
Такие течепия, как гандизм в Индии, насквозь проникнутые религиозными
представлениями, идеализирующие наиболее отсталые и экономические реакционные формы быта, видящие выход но в пролетарском социализме, а. в возврате к этим отсталым формам, проповедующие пассивность и отрицание клас1

;

416

донезии, были первоначально радикальными мелкобуржуазными
идейными течениями, которые однако впоследствии на службе у
крупной буржуазии превращались в национал-реформистские течения этой буржуазии. С тех пор в Индии, Египте, Индонезии снова
образовалось радикальное крыло из различных мелкобуржуазных
групп... которые 'стоят на более или менее последовательной национально-революционной точке зрения... Но не следует упускать
из виду, что и эти партии, по существу говоря, связаны с национальной буржуазией. Мелкобуржуазная интеллигенция, возглавляющая эти партии, выдвигает национально-революционные требования, но вместе с тем — более или менее сознательно — является
представительницей капиталистического
развития
своей страны.
Некоторые из этих элементов могут стать последователями разного
рода реакционных утопи it, но перед лицом феодализма и империализма они, в отличие от партий крупной национальной буржуазии,
на первых порах являются не реформистскими, а более или менее
революционными носителями антиимпериалистических
интересов
колониальной буржуазии, пока развитие революционного процесса
в стране не ставит в отчетливой и острой форме в порядок дня
внутренние основные вопросы буржуазно-демократической
революции, в частности, вопрос об осуществлении аграрной революции
и диктатуры пролетариата и крестьянства. Но тогда обычно приходит конец революционности мелкобуржуазных партий...
На ряду с национально-освободительной борьбой вопрос об
аграрной революции
составляет ось буржуазно-демократической
революции в передовых колониальных странах. 1 Поэтому коммунисты должны с величайшим вниманием следить за развитием
аграрного кризиса и заострением классовых противоречий в деревне. они должны с самого начала дать сознательно-революционное направление недовольству рабочих масс и начинающемуся
крестьянскому движению; направить его против империалистической экоплоатации if кабалы, как и против ига различных существующих до-калшталистичесшіх — феодальных
и полуфеодальн ы х — отношений, от которых страдают, разоряются и гибнут крестьянские хозяйства. .Невероятная отсталость земледелия, господство кабальных арендных отношений, гнет торгово-ростовщи чековой борьбы, превращаются в процессе ра-звитня революции в открыто реакционную сплу.
Гандизм все более становится идеологией, направленной против революции народных масс.
Он должен бытЬ предметом
решительной
борьбы
со стороны составителя.
коммунизма. Непонимание
(Из Программыэтих
Коминтерна.)
Ред. колоннатьной
1 Примечание
особенностей
революции привело Троцкого в конце концов к контрреволюционной
позиции
в вопросах китайской и индийской революции.
Тов. Сталин в 1927 г. указывал, что линяя Троцкого в вопросах китайской революции «прямо противоположна линии Коминтерна >. Тов. Троцкий либо вовсе не признает наличия
феодальных пережитков в Китае, либо не придает им решающего значения.
'Гон. Троцкий (а значит, и опчозпцня), недооценивая силу и значение феодально-бюрократического гнета в Китае, полагает, что основной причиной китайской лацнональпой революции я в л я л с я государственно-таможенная зависимость Китая от стран империализма...
Основная ошибка т. Троцкого (а значит, и оппозиции) состоит в недооценке
аграрной революции в Китае, в непонимании бу рек уаз но-дом о к рати ч еекого характера этой революции, в отрицании предпосылок мшшхжнлднонного аграрного движения в Китае, в недооценке роли крестьянства в китайской революціга.
27 Ленинизм

ского капитала являются величайшим тормозом на пути развитая
производительных сил в сельском хозяйстве колоний и стоят в чудовищном противоречии о теми высоко организованными формами
обмена между сельскохозяйственным производством колоний и мировым рынком, которые созданы и монополизированы империализмом.
Национальная буржуазия в этих колониальных странах ие занимает единой позиции по отношению к империализму. Часта этой
буржуазии, в первую очередь буржуазии торговой, непосредственно
служит интересам империалистического капитала (так называемая
компрадорская
буржуазия). Она в общем и целом более или менее
последовательно защищает антинациональную империалистическую
точку зрения, направленную против всего ішуіонагыгого движения,
подобно феодальным союзникам империализма и более высоко
оплачиваемым туземным чиновникам. Остальная же часть туземной
буржуазии, в особенности часть, отражающая интересы туземной
промышленности стоит на почве национального движения и представляет при это>і особое колеблющееся, склонное к компромиссам
течение, которое можно назвать
национал-реформизмом.
. . . Независимость страны по отношению к империализму, которая лежит в интересах всего колониального народа, соответствует
и интересам национальной буржуазии, по находится в непримиримом
противоречии со всей сущностью империалистической системы.. «
Независимое господство, будущность «свободного»
самостоятельного капиталистического развития, гегемония над «независимым
народом», — всего этого империализм
никогда добровольно не
уступит национальной буржуазии. В этом пункте противоречие
интересов между национальной буржуазией колониальной страны
и империализмом объективно йосит коренной характер. В этом
отношении империализм требует капитуляции со стороны национальной буржуазии.. »
. . .Невыносимая эксплоатация колониального крестьянства может
быть уничтожена только путем аграрной революции. Буржуазия же
Китая, Индии и Египта но своим гюпосредствеашым интересам так
тесно связана с землевладением, с ростовщическим капиталом,
с эксплоататщей крестьянских масс вообще, это она выступает пе
только против аграрной революции, но и иротав всякой решитсльной аграрной реформы. Она опасается, не без основания, что уже
одна открытая постановка аграрного вопроса даст толчок революционному процессу брожения в крестьянских массах и ускорит его
темп. Таким образом, реформистская буржуазия почти не может
(решиться подойти практически к этому основному больному вопросу. . .
...Абсолютно необходимо, чтобы коммунистические партии в
этих странах, г. самого начала как политически, так и организационно, самым отчетливым образом отмежевались от всех мелкобуржуазных партий и групп. Поскольку этого требует цедесобразность революционной борьбы, допустимо временное сотрудничество, а при известных обстоятельствах даже, временный союз между
компартией и национально-революционным движением, поскольку
это движение
действительно борется
против
господствующей
власти, поскольку оно является действительно революционным и
418

поскольку его представители пе препятствуют коммунистам воспитывать и организовывать в революционном духе крестьянство и широкие слои эксплоатируемых. Но при всяком сотрудничестве необходимо отчетливейшим образом осознать, что оно не должно вырождаться в слияние коммунистического движения с буржуазно-революционным движением. Коммунистическое движение при всех обстоятельствах
должно безусловно сохранять
самостоятельность
пролетарского движения, сохранять свою самостоятельность в агитации, организации и выступлениях. Критиковать половинчатость и
нерешительность мелкобуржуазных групп, предвидеть их колебания, готовиться іс ним и в то же время использовать все революционные возможности этих слоев, вести последовательную борьбу
против мелкобуржуазного влияния на пролетариат, стремиться
всеми средствами к высвобождению широких крестьянских масс
из-под влияния мелкобуржуазных партий, отвоевать у них гегемонию над крестьянством — вот задачи коммунистических партий...
. . . Ближайшие задачи компартий империалистических
стран
в колониальном вопросе носят троякий характер. Во-первых, установление активной связи между коммунистическими партиями и революционными профорганизациями метрополий, с одной стороны,
я соответствующими революционными организациями колоний —
о другой... Лишь постольку, поскольку коммунистические партии
империалистических стран оказывают на деле практическую помощь революционному движению в колониях, постольку их поддержка действительно облегчает борьбу соответствующих колониальных стран против империализма, их позиция в колониальном вопросе
может быть признана подлинно-большевистской. Здесь — критерий
их революционной деятельности вообще.
Вторая категория1 задач заключается в подлинной поддержке
борьбы колониальных народов против империализма путем организации массовых и других действенных выступлений пролетариата. . .
. . . Коммуниста должны мобилизовать широкие рабоче-крестьянские массы' капиталистических стран на основе безусловного и
безоговорочного требования полной государственной независимости и
суверенитета колониальных народов. Борьба о кровавым подавлением
колониальных восстаний, с вооруженной интервенций империалистов
против национальных революций, с ростом военной агрессивности
империализма, с новыми вооруженными захватами требует от международного пролетариата систематической, организованной самоотверженной .борьбы. Необходимо извлечь все уроки из того факта, что
ни одна секция Коминтерна в капиталистических странах не сумела
г. достаточной степени мобилизовать массы для действительной защиты китайской революции от непрекращающегося наступления
мирового империализма. Подготовка мировой войны, поход империалистов против народов «своих» колоний с целью их «усмирения» ставит задачу активной поддержки колониальных революция в центре, внимания и борьбы пролетариата капиталистических
стран.
Добиваясь немедленного отзыва вооруженных сил империализма
из угнетенных стран, компартии должны неустанно работать над организацией массовых действий для воспрепятствования переброске
«

419

войск и снаряжения в колонии. Систематическая агитационная н
организационная работа в войсках за братание с восставшими массами колоний должна подготовить переход оккупационных войск
на сторону рабоче-крестьянской революции и ее вооруженных
сил.
Борьба против колониальной политики социал-демократии должна
рассматриваться компартией как органическая составная часть ее
борьбы против империализма. II Интернационал своей позицией в
колониальном вопросе, на его последнем брюссельском конгрессе,
окончательно санкционировал то, что уж;е в полном свете выявила
практическая деятельность различных социалистических партий
империалистических стран в послевоенные годы. Колониальная
политика социал-демократии есть политика активной поддержки
империализма в деле эксплоатации и угнетения колониальных народов. Она официально приняла точку зрения, которая лежит в
основе организации «Лиги наций» и в силу которой господствующие классы различных капиталистических стран имеют «право»
властвовать над большинством народов земного шара и подчинять
эти народы жестокому режиму эксплоатации и порабощения. Чтобы
обмануть часть рабочего класса и сделать ее соучастницей в деле
• сохранения разбойничьего колониального режима, социал-демократия защищает позорнейшие и возмутительнейшие подвиги империализма в колониях. Она скрывает подлинное содержание капиталистической колониальной системы, она замалчивает связь между
колониальной политикой и опасностью новой империалистической
войны, угрожающей •пролетариату и трудящимся массам всего
мира. Там, где возмущение колониальных народов выливается
в освободительную борьбу против империализма, сошіал-демократия на практике, несмотря на свои лживые фразы, всегда становится на сторону империалистических палачей революции. В последние годы социалистические партии всех капиталистическич
стран голосуют за кредиты, которых требуют правительства их стран
для ведения войны против борющихся за свободу колониальных
народов (Марокко, Сирия, Индонезия), іг сами принимают прямое
участие в деле колониальной экс.плоатацин (французские социалисты служат губернаторами колоний но назначению империалистических правительств, социалистические кооперативы
Бельгии участвуют в колониальных предприятиях по эксплоатации негритянского населения области Конго), они одобряют самые жестокие
меры подавления колониальных восстаний (защита вождями английской рабочей партии интервенции в* Китае, выступление голландской социалистической партии в защиту подавления восстания
в Индонезии). Социал-демократическая
теория,
утверждающая,
будто бы капиталистический колониальный режим может быта реформирован и превращен в «хороший колониальный режим», есть
маска, под которой социал-демократы пытаются скрыть свое подлинное социал-империалистическое лицо. Коммунисты должны сорвать с них эту маску и показать... что они стали агентурой разбойничьего империализма в метрополиях и колониях.
Коммунисты должны с величайшим вниманием следить за всеми
попытками социал-демократии, которая с помощью капиталистических правительств пытается расширить свое влияние в колониях и
420

*

оснрвать там секции и организации. Эти попытки соответствуют политике той части империалистических колонизаторов, которая поставила себе целью укрепить свои позиции в колониях путем подкупа определенных туземных слоев. Специфические условия некоторых колоний могут содействовать некоторому успеху этой политики и привести к временному развитию реформистского движения
в этих странах под влиянием социал-демократии капиталистических
стран. Задача коммунистов — решительно бороться против подобных попыток, разоблачать колониальную политику социалистов неред массами туземцев и таким образом направлять против социалдемократических вождей — прислужников империализма — ту же
заслуженную ненависть, которую угнетенные колониальные народы
питают против империалистов.
(Стенографический отчет VI конгресса Коминтерна. «О революционном движении в колониальных и полуколониальны* странах . Ш 6 г.)
Г. К о л о н и а л ь н ы е р е в о л ю ц и и н а с о в р е м е н н о м

этапе

25. Победоносно развивающаяся советская революция в Китае,
ее вождь — коммунистическая партия Китая и ее детище — красная
армия — боевое знамя всех подымающихся
против
империализма
порабощенных народов Востока.
К моменту нападения Японки на Китай коммунистическая пар^тия Китая — уже грозная сила, возглавляющая мощное, непобедимое советское движение на обширной территории, единственный
вождь антиимпериалистической борьбы всего китайского парода.
На улицах Чаиея и Шанхая, на нолях Манчжурии, Жэхэ, Чахара
коммунисты боролись в первых рядах против лионского империализма.
Из антиимпериалистической и аграрной революции выросли советы, их рабоче-крестьянская красная армия. Разбивая иго империализма, осуществляя аграрную революцию, укрепляя советскую государственность. организуя профсоюзы, создавая группы бедноты,
сплачивая середняка вокруг советов и креня союз рабочих и крестьян, Китайская советская республика.
уже отразившая шесть
контрреволюционных походов Гоминдана и империалистов-интервентов, стала величайшим
фактором мировой пролетарской
революции.
Успехи советской революции в Китае доказали на опыте необъятной полуколониальной страны, что «советская власть — государственная форма революционно-демократической
диктатуры пролетариата и крестьянства, обеспечивающая
перерастание
буржуазнодемократической революции в
социалистическую».1
Во всех колониальных и полуколониальных
странах националреформизм. играет ту же роль главного тормоза революции, что
И Интернационал в странах империализма. Гоминдан расчистил
путь для раздела Китая между империалистами. По стопам Гоминдана идут Национальный конгресс в Индии. Вафт в Египте, Кут Эл
Ватани в Сирии, Арабский исполком в Палестине, Африканский национальный конгресс. Разоблачая их предательства, коммунисты наносят удары их массовому влиянию.
3

ХІТІ пленум ИККИ.

Тезисы и постановления.

Ред.

В Пндо-Китае и о Индии под руководством коммунистической
партии пролетариат уже вступил и борьбу за гегемонию в национально-освободительной борьбе. На Филиппинах, « Корее, в Египте,
в Сирии, в Палестине. « Алжире, в Индонезии уже сложились коммунистические партии. Навстречу второму туру революций и войн
колониальные и полуколониальные
страны идут с
закаляющимися
и растущими в боях коммунистическими партиями.
(Тезисы ІІМЭЛ

к пятнадцатилетию

ІСомшітерна.

п>34 т.)

2. Б О Р Ь Б А З А Л Е Н И Н С К У Ю С Т Р А Т Е Г И Ю И Т А К Т И К У
В КИТАЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
А. Б о р ь б а п р о т и в т р о ц к и з м а в в о п р о с а х к и т а й с к о й

революции

. . . О б этапах китайской революции. Оппозиция запуталась до
того, что она отрицает теперь наличие каких бы то ни было этапов
в развитии китайской революции. Но разве бывает революции без
известных этапов своего развитияV.. Каковы этапы китайской революции? Их должно быть, по-моему, три: первый этап — революция общенационального объединенного
фронта, период кантонский. когда революция направляла свой удар по преимуществу
против иностранного империализма, а национальная буржуазия
поддерживала революционное движение; второй этап — буржуазнодемократическая революция, после выхода национальных войск на
реку Янцзы, когда национальная буржуазия отошла от революции,
а аграрное движение разрослось в мощную революцию десятков миллион нов крестьянства (ныне китайская революция стоит на входом
этапе своего развития); третий этап—советская революция, которой
еще нет, но которая наступит. Кто не вонял того, что -революция ие
бывает без известных этапов своего развития, кто не понял того, что
китайская революция имеет три этана в своем развитии, тот ничего
но понял ни в марксизме, ни в китайском вопросе.
Что является характерной чертой первого этапа китайской рево
люди и?
Характерной чертой первого этапа китайской 'революции является то. что она была революцией общенационального объединенного фронта—во-первых, и что она была направлена, главным
образом, против внешнего империалистического гнета—во-вторых (гонконгская забастовка и пр.). Был ли тогда Кантон центром,
плацдармом революционного движения в Китае? Безусловно, был.
Это могут отрицать теперь разве только слепые.
Верно ли, что первый этап колониальной революции должен носить такой именно характер? Я думаю, что верно. В «Дополнительных тезисах» В конгресса Коминтерна, трактующих о революции в
Китае и Индии, прямо говорится, что в этих странах «иностранное
засилье все время тормозит развитие социальной жизни», что «поэтому первым шагом революции в колониях должно быть свержение иностранного капитализма» * (см. стеногр. отчет II конгресса
КИ, стр. 005).
* Курсив Atoll. 11. Ст.

Характерной чертой китайской революции является тот факт,
что она прошла этот «первый шаг», первый этан своего развития,
прошла период революция общенационального объединенного фронта
и вступила во второй этап своего развития, в период аграрной
революции.
Характерной чертой, например, турецкой революции (кемалисты), наоборот, является тот факт, что она застряла на «первом
шаге», на первом этапе своего развития, на этапе буржуазно-освободительного движения, не пытаясь даже перейти во второй этап
своего развития, этап аграрной революции.
Что представляли ш себя Гомішдан и его правительство на первом этапе революции, в период кантонский? Они представляли
тогда блок рабочих, крестьян, буржуазной интеллигенции и националыюй буржуазии. Ьыл ли тогда Кантон центром .революционного
движения, плацдармом революции? Была ли тогда правильна политика поддержки кантонского Гоминдана, как правительства освободительной борьбы с империализмом? Были ли мы правы, оказывая
помощь Кантону в Китае и, скажем, Ангоре в Турции, когда Кантон и Ангора вели борьбу против империализма? Да, мы были
ігравы. Мы были нравы, и мы шли тогда по стопам Ленина, ибо
борьба Кантона и Ангоры разбрасывала силы империализма,
ослабляла и развенчивала империализм и облегчала тем самым дело
развития очага мировой революции, дело развития ООСР. Верно ли,
что нынешние лидеры оппозиции поддерживал и тогда вместе с
нами и Кантон и Ангору, оказывая им известную помощь? Да.
.верно. Пусть попробует кто-либо усомниться в этом.
Но как понимать единый фронт с национальной буржуазией на
первом этапе колониальной зюволюцин? Значит, ли это, что коммунисты не должны заострять борьбу рабочих и крестьян против помещиков и пациональной буржуазии, что пролетариат должен пожертвовать, хотя бы в малейшей степени, хотя бы на одну минуту,
своей самостоятельностью? Нет. не значит. Единый фронт можег
иметь революционное значение лишь в том случае и лишь при ттог
условии, если он не препятствует компартии вести свою самостоятельную политическую и организационную работу, организовывать
пролетариат в самостоятельную н политическую силу, подымать
крестьянство против помещиков, организовывать открыто революцию рабочих и крестьян н подготавливать, таким образом, условия
для гегемонии пролетариата... Коминтерн внушал китайской компартии такое именно понимание единого фронта...
. . . Перейдем теперь ко второму этапу китайской революции.
Если первый этап отличался тем. что острие революции направлялось, главным образом, против иностранного империализма, то
характерной чертой второго этапа является тот факт, что революция направляет свое острие, главным образом, иротив внутренних
врагов и, прежде всего, против феодалов, против феодального режима. Разрешил ли первый этап свою задачу свержения иностранного империализма? Нет, не разрешил. Он передал проведение этой
задачи в наследство второму этапу китайской революции. Он только
дал первую раскачку революционным массам против империализма
для того', •чтобы окончить свой бег и передать это дело будущему. Надо полагать, что и второму этапу революции не удастся

423

полностью разрешить задачу изгнания империалистов. Он даст дальнейшую раскачку широким массам китайских рабочих и крестьян
против империализма, но он сделает это для того, чтобы передать
завершение, этого дела следующему этапу китайской революции,
этапу советскому. И в этом нет ничего удивительного. Разве не известно, что в истории нашей революции имели место аналогичные
факты, хотя и в другой обстановке и при других обстоятельствах?
Разве не известно, что первый этап нашей революции не разрешил
полностью своей задачи завершения аграрной революции, а передал эту задачу следующему этапу революции, Октябрьской революции. которая и разрешила целиком и полностью задачу искоренения феодальных пережитков? Поэтому не будет ничего удивительною, если на втором этапе китайской революции не удастся завершить полностью аграрную революцию и если второй этап революции, раскачав миллионные массы крестьянства и подняв их против
феодальных пережитков, передаст завершение этого дела следующему этапу революции, этапу. советскому. И это будет только плюсом для "будущей советской революции в Китае.
В чем состояла задача коммунистов на втором этапе революции
в Китае, когда центр революционного движения явным образом
переместился из Кантона в Ухая и когда, на ряду с революционным:
центром в Ухане, создался контрреволюционный центр в Нанкине?
В том. чтобы использовать во-вою возможность открытой организации партии, пролетариата (профсоюзы), крестьянства (крестсоюзы),
револ ціш вообще. В том, чтобы толкать уханских гоминдановцев
влево, в сторону аграрной революции. В том, чтобы превратить
уханекий Гоминдан в центр борьбы против контрреволюция н в
ядро будущей революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства.
Была ли правильна эта политика? Факты показали, что она была
единственно-правильной политикой, способной воспитать широкие
массы рабочих и крестьян в духе дальнейшего развития революции.
Оппозиция требовала тогда немедленного образования советов
рабочих и крестьянских депутатов. Но это было авантюризмом,
авантюристским заскоком вперед, ибо немедленное образование советов означало бы тогда перепрыгивание через лево-гоминдановскую фазу развития. Почему? Потому, что Гоминдан в Ухане, поддерживавший союз с коммунистами, не успел еще дискредитировать
и разоблачить себя в глазах широких масс рабочих и крестьян, не
успел еще исчерпать себя как бур ж у а злкьревол юци о і ш ая оргаігазация. Потому, что выставить лозунг советов и свержения уханского
правительства в момент, когда массы еще не убедились на своем
собственном опыте в негодности этого правительства, в необходимости его свержения, — значит, заскочить вперед, оторваться от
масс, лишить себя поддержки масс п провалить, таким образом, начатое дело.
Оппозиция думает, что если она поняла ненадежность, непрочность, недостаточную революционность Гоминдана в Ухане (а понять это не трудно всякому политически квалифицированному работнику), то этого вполне достаточно для того, чтобы поняли все
это и "массы, этого вполне достаточно, чтобы заменять Гоминдан
советами и повести за собой массы. Но это есть обычная ультра424

левая ошибка оппозиции, принимающей свое собственное сознание и понимание за сознание и понимание миллионных масс рабочих и крестьян. Оппозиция права, когда она говорит, что партия
должна итти вперед. Эго обычное марксистское положение, без соблюдения котодого нет и не может быть действительной компартии. Но это лишь часть истины. Вся истина состоит <в том, чтобы
партия не только шла вперед, но и вела за собой миллионные
массы. Итти вперед, не ведя за собой миллионных масс, это значит
на деле отставать от движения, остаться в хвосте движения. Итти
вперед, отрываясь от арьергарда, не умея вести за собой арьергард,
это значит совершить заскок, могущий провалить на известное
время движение масс вперед. Ленинское руководство в том. собственно, и состоит, чтобы авангард умел вести за собой арьергард,
чтобы авангард шел вперед, не отрываясь от масс. Но чтобы авангард не мог оторваться от маос, 'чтобы авангард действительно мог
вести за собой миллионные массы, для этого требуется одно решающее условие, а именно, чтобы сами массы убежда.шсъ на своем
собственном опыте в правильности указании,
директив,
лозунгов
авангарда.
Несчастье оппозиции в том именно и состоит, что она
не признает этого простого ленинского правила руководства миллионными массами, не понимая, что одна лишь партия, одна лишь
передовая группа, бес поддержки миллионных масс, не в состоянии
провести революцию, что революция «делается» в последнем счете
миллионными массами трудящихся.
(Сталин.
ОСі оппозиции. «Мождулсродное
стр. 647—650, 656—658. 1027 Г.)

положение

и оборопа

СССР»,

Б. Б о р ь б а п р о т и в п р а в о о п п о р т у н м с т и ч е с и и х о ш и б о к К и т а й с к о й
к о м п а р т и и в к и т а й с к о й р е в о л ю ц и и 1925 — (927 г г .

Китайская компартия потерпела ряд жесточайших поражений,
связанных в прошлом с рядом тяжелых оппортунистических ошибок: отсутствием самостоятельности и свободы критики по отношению к Гоминдану, непониманием перехода одного этана революции
в другой и необходимости своевременно готовиться к отпору, наконец. торможением аграрной революции. Под ударами поражений
эта героическая партия исправила свои ошибки, объявив беспощадную войну оппортунизму, но ее руководство впало в другую
ошибку, не давая достаточного отпора явно путчистским, авантюристским настроениям, что привело к неудачным восстаниям в Х у нани, Хубэе и т. д. С другой стороны, некоторые товарищи впали
в оппортунистическую ошибку: они стали выдвигать лозунг национального собрания. Конгресс считает совершенно неправильной попытку рассматривать кантонское восстание как путч. Кантонское
восстание, бывшее героическим арьергардным боем китайского
пролетариата в истекший период китайской революции, несмотря
на грубые ошибки руководства, останется знаменем новой, советской фазы революции. Плавной задачей партии является теперь,
в период между двумя волнами революционного подъема, борьба
за массы, т. е. "массовая работа среди рабочих и крестьян, восстановление их организаций, использование всякого недовольства против
помещиков, буржуа, генералов, иностранных империалистов
в
целях развития революционной
борьбы, для чего необходимо
425

всемерное укрепление самой партии. Лозунг массового восстания
превращается в пропагандистский лозунг и лишь в мере действительной массовой подготовки и назревания нового революционного
подъема он станет вновь лозунгом непосредственной практики на
высшей основе, под флагом диктатуры пролетариата и крестьянства,
на основе советов.
(Резолюция VI конгресса Коминтерна о международном положении.
3. Н А Ц И О Н А Л Ь Н Ы Й В О П Р О С В П О С Л Е В О Е Н Н О Й
А< О б о с т р е н и е н а ц и о н а л ь н ы х п р о т и в о р е ч и й
империалистической войны 1

192S г.)

ЕВРОПЕ
после

I . . Империалистическая война, вскрывшая до корней непримиримые национальные противоречия и внутреннюю несостоятельность
буржуазных многонациональных государств, привела к крайнему
обострению национальных конфликтов внутри победивших колониальных государств (Англия, Франция, Италия), к полному распаду побежденных многонациональных государств (Австрия, Венгрия. Россия 1917 г.) и, наконец, как наиболее «радикальное» решение национального вопроса буржуазией, — к образованию новых буржуазных национальных государств (Польша, Чехо-Словакия, Югославия, Финляндия, Грузия. Армения и др.). Но образование новых самостоятельных национальных государств не установило
и пе могло установить мирное сожительство национальностей, не
устранило и не могло устранить ни национального неравенства, ни
национального гнета, ибо новые национальные государства, покоящиеся на частной - собственности и на классовом неравенстве, не
могут существовать: а) без угнетения своих национальных меньшинств
(Польша.
угнетающая
белорус ссгв. евреев,
литовцев,
украинцев; Груздя, угнетающая осетин, абхазцев, армян; Югославия, угнетающая хорват, босняков и т. д.); б) без расширения своей
территории за счет соседей, что вызывает конфликты и войны
(Польша и (ютив Литвы, Украины, России; Югославия против Болгарии; Грузия против Армении, Турции и т. д.); в) без подчинения
«великим» империалистским державам в финансовом, экономическом,
военном отношении.
» . . Таким образом, послевоенный период открывает неутешительную картину национальной вражды, не равен ста, угнетения, конфликтов, войн, империалистских зверств со стороны наций цивилизованных стран как в отношении друг к другу, так и к неполноправным народам: с одной стороны, несколько «великих» держав,
угнетающих и ѳксплоатнрующих всю массу зависимых ц «независимых» (фактически совершенно зависимых) национальных государств, и борьба этих держав между собою за монополию па ѳксіплоатацию национальных государств; с другой стороны, борьба национальных государств, зависимых и независимых, против невыносимого гнета «великих» Держав; борьба национальных государств
между собою за расширение своей национальной территории:
борьба национальных государств, каждого в отдельности, против
* Примечание
составителя.
Настоящий материал необходимо доио.тннть
учением разд. 1 отчетного доклада т. Сталина на X V I I партсъезде.
426

из-

своих угнетенных национальных меньшинств; наконец, усиление
освободительного движения колоний против «великих» держав и
обострение национальных конфликтов как внутри этих держав, так
и внутри национальных государств, имеющих в своем составе, как
правило, ряд национальных меньшинств. Такова «картина мира»,
оставленная в наследство империалистической войной.
Буржуазное общество оказалось полным банкротом в деле решения национального вопроса.
(Резолюция X съезда ВКП(б)
ном вопросе». 1921 г.)

«Об -очередных

задачах

лартии в

националь-

Б. Б о р ь б а т о в . С т а л и н а з а л е н и н с н о е р а з р е ш е н и е
н а ц и о н а л ь н о г о в о п р о с а в послевоенной Европе

Товарищи! Я думаю, что т. Семич не вполне уяснил себе основную суть постановки национального вопроса у большевиков. ІЗольшевики никогда не отрывали национального вопроса от общего вопроса о революции, ни до Октября, ни после Октября. Основная
суть большевистского подхода к национальному вопросу cor той г
в том, что большевики всегда рассматривали национальный вопрос
в неразрывной связи с революционной перспективой.
Тов. Семич цитировал Ленина, говоря, что Ленин стоял за закрепление известного решешія национального вопроса в конституции. Этим он, т. Семич, очевидно, хотел сказать, что Ленин будто бы
' читал национальный вопрос воіі]юсом конституционным, т. е. не
вопросом революции, а вопросом реформы. Это совершенно неверно. Никогда Ленин не страдал я не мог страдать конституционными иллюзиями. Стоит просмотреть его сочинения, чтобы убедиться в этом. Если Ленин говорил о конституции, то ои имел
в виду чіе конституционный путь разрешения национального вопроса" а путь революционный, т. е. он рассматривал конституцию
как результат победы революции. У нас в СССР тоже имеется
конституция, и она отражает известное разрешение национального
вопроса. Однако эта конституция пришла в свет не в результате сделки с буржуазией, а в результате победоносной революции.
Тов. Семич ссылается на известную брошюру Сталина но национальному вопросу, писанную в 1912 г., стараясь найти там хотя бы
косвенное подтверждение своей правоты. Но ссылка эта оказалась
безрезультатной, ибо он не нашел и не может найти не только цитаты, но и отдаленного намека, сколько-нибудь оправдывающего его
«конституционный
подход к национальному вопросу. В подтверждение этого я мог бы напомнить т. Семи чу известное место из
брошюры Сталина, где австрийский метод разрешения национального вопроса (конституционный) противопоставляется методу русских марксистов (революционному).
Вот оно:
«Австрийцы думают осуществить «свободу' национальностей» путем мелких реформ, медленным шагом. Предлагал национальную автономию, "как практическую меру, они вовсе но рассчитывают ara коренпое изменение, на демократичоско-оевободнтелыюе движение, которого у них не имеется в перспективе.
Между тем, русские марксисты се языка ют вопрос о «свободе
национальаюетей» с вероятным коренным изменением, с демокрагнчеоко-освоСодитедьным

427

движением, ne имея ослоЬалпя рассчитывать на реформы:.
.меняет дело в смысле вероятной судьбы наций в России».

Л зто существенно

Кажется, ясно.
II это не личная точка зрения Сталина, а общая точка зрения
русских марксистов, рассматривающих и рассматривавших национальный вопрос в неразрывной связи с общим вопросом о революции.
.Можно без натяжки сказать, что постановка, национального вопроса в истории русского марксизма имела две стадии: первую, т. с.
дооктябрьскую, и вторую, т. е. октябрьскую. Б первой стадии национальный вопрос рассматривался как часть общего вопроса о буржуазно-демократической революции, т. е. как часть вопроса о диктатуре пролетариата и крестьянства. Во второй стадии, когда национальный вопрос расширился и превратился в вопрос о колониях,
когда национальный вопрос из вопроса внутригосударственного
превратился в вопрос мировой, — национальный вопрос рассматривался уже как •часть общего вопроса, о пролетарской революции,
как часть вопроса о диктатуре пролетариата. И там и здесь подход
был, как видите, строго революциоипый.
Я думаю, что всего этого т. Семич не вполне еще уяснил себе.
Отсюда его попытка низвести национальный вопрос на почву конституционную. т. е. рассматривать его как вопрос реформы.
Из этой ошибки вытекает другая ошибка, состоящая в том,
что он не хочет рассматривать национальный вопрос как вопрос по
сути дела крестьянский. Не аграрный, а крестьянский, ибо это две
вещи разные. Совершенно верно, что национальный вопрос нельзя
отождествлять с крестьянским, ибо. кроме вопросов крестьянских,
национальный вопрос включает в себя еще вопросы национальной
культуры, национальной государственности и пр. Но несомненно
также и то, что основу национального вопроса, его внутреннюю
суть все же составляет вопрос крестьянский. Этим именно л объясняется, что крестьянство представляет основную армию национального движения, что без крестьянской армии не бывает и не может
быть мощного национального движения. Это именно и имеют в
виду, когда говорят, 'что национальный вопрос еегь по сути Осла
вопрос крестьянский. Я думаю, что в нежелании т. Семича принять
эту формулу кроется недооценка внутренней мощи национального
движения н непонимания глубоко народного, глубоко революционного характера национального движения. Это непонимание и
эта недооценка представляют большую опасность, ибо они означают на практике недооценку внутренней потенциальной силы,
кроющейся в движении, скажем, хорватов за национальную свободу, недооценку, чреватую серьезными осложнениями для всей
югославской компартии.
В этом вторая ошибка т. Семича.
Несомненно ошибочной следует считать также тюпьггку т. Семича трактовать национальный воггаое в Югославии вне связи с
международной обстановкой и с вероятными перспективами в Европе." Тов. Семич, исходя из того, что в данный момент не имеется
серьезного народного движения за независимость среди хорватов
и словенцев, приходит к тому выводу, что вопрос о нраве наций на
отделение является академическим, во всяком случае не актуаль-

428

иым. Это. конечно, неверно. Если даже согласиться, что этот вопрос
является в данный момент не актуальным, то он может стать вполне актуальным, если начнется война, или когда начнется война,
если разыграется в Европе революция, или когда она разыграется.
А что война неизбежно начнется, и что они там обязательно передерутся. в этом не может быть сомнения, если иметь в виду природу и развитие империализма.
В 1912 г., когда мы, русские марксисты, набрасывали первый
проект национальной программы, мы не имели еще ни на одной
окраине Российской империи серьезного движения за независимость. Однако мы сочли необходимым включить в свою программу
пункт о праве наций на самоопределение, т. е. о праве каждой национальности на отделение и самостоятельное государственное существование. Почему? Потому, что мы исходили не только из того,
это имелось тогда налицо, но из того, что развивалось и надвигалось в общей системе международных отношений, т. е. мы считались тогда не только с настоящим, но и с будущим. II мы знали,
что если какая-нибудь национальность потребует отделения, то русские марксисты будут бороться за то, чтобы право на отделение
было обеспечено за каждой такой национальностью. Тов. Семич
неоднократно ссылался в бвоей речи на брошюру Сталина о национальном вопросе. Но вот что говорится в этой брошюре Сталина
насчет самоопределения и независимости:
«Рост империализма в Европе — не случайность.
В Европе капиталу становится тесно, и он рвется в чужие страны, ища новых рынков, дешевых рабочих, новых точек ігри.южения. Но это ведет к внешним осложнениям я
войне.
Вполне возможно такое сочетание внутренних и внешних конъюнктур,
при котором та или иная национальность в России найдет нужным поставить
и іюшить вопрос о своей независимости. 11, конечно, не дело марксистов славить в таких случаях преграды».

Это писалось еще в 1912 г. Вы знаете, что это положение фликом подтвердилось 'впоследствии, как во время войны, так и после
войны, особенно после победы диктатуры 'пролетариата в России.
Тем с большим основанием должны быть учтены такие возможности в Европе вообще и в Югославии в особенности, особенно теперь, после углубления национально-революционного движения в
угнетенных странах и после, победы революции в России. Следует
также принять во внимание то обстоятельство, это Югославия является страной не вполне независимой, что она связана с известными империалистскими группировками, и что, следовательно, она
не может уйти от той большой игры сил. которая ведется вне Югославии. II если вы строите национальную программу для югославской партии, — а речь идет в данном случае именно об этом, — то
следует вспомнить, это программа должна исходить не только из
того, что есть в данный момент, но и из того, что развивается и будет неизбежно иметь место в силу международных отношений. Вот
почему я думаю, что вопрос о праве наций на самоопределение нужно
считать вопросом актуальным, животрепещущим.
Теперь о национальной программе. Исходным пунктом национальной программы должно быть положение о советской революции
в Югославии," положение о том, что без свержения буржуазии
и победы революции национальный вопрос не может быть разрешен

429

сколько-нибудь удовлетворительно.
Конечно,
возможны
исключения. Было, например, такое псключенпе до войны при отделении Норвегии от Швеции, о чем подробно говорит в одной из
своих статей Ленин. Но это было до войны и при исключительном
стечении благоприятных обстоятельств.
Поело войны и особенно
поело победы советской раволкщии в России, едва ли такие случаи могут быть возможны. Во всяком случае шансов в пользу таких возможностей осталось теперь до того мало, что их можно
приравнять к нулю. Но если так, то ясно, что мы не можем строить
программу на величинах с нулевым значением. Вот почему положение о революции должно быть исходным пунктом национальной программы.
Дальше. Обязательно должен бьггь введен в национальную программу специальный пункт о праве наций на самоопределение
вплоть до государственного отделения. Я уже говорил выше, почему нельзя обойтись без такого пункта при нынешних внутренних
и международных условиях.
Наконец в программе должен быть такжо специальный пункт о
национально-территориальной
автономии для тех национальностей Югославии, которые не найдут нужным отделиться от Югославии. Неправы те, которые думают, что такая комбинация должна
быть исключена. Это неверно. При известных условиях, в результате победы советской революции в Югославии, вполне возможно,
что некоторые национальности не захотят выделиться аналогично
тому, как это имело место у нас в России. Понятно, что для такого
случая необходимо иметь в программе пункт об автономии, имея в
виду преобразование югославского государства в федерацию автономных национальных государств на основе советского строя.
Итак, право на отделение для тех национальностей, которые захотят отделиться, и право на автономию дтя тех национальностей,
которые предпочтут остаться в рамках югославского государства.
Во избежание недоразумений должен сказать, что право на отделение не следует понимать как обязанность, повинность отделиться. Национальность может использовать это право в смысле
отделения, но она может и не использовать его, и если она этого не
захочет, — это ее дело, и с этим нельзя не считаться. Некоторые
товарищи право на отделение превращают в обязанность, требуя
от хорватов отделения во что бы то ни стало. Эта позиция неверна,
и она. должна быть отброшена. Нельзя смешивать право с обязанностью.
(Сталин.
стр.

103—107.

Вопросы ленинизма.
1925

«К национальному

вопросу

в

Югославии»,

Г.)

В. К о м и н т е р н о н а ц и о н а л ь н о м вопросе в средней Европе
и на Б а л к а н а х

Империалистическая
война, в которую буржуазия пыталась
увлечь трудящихся обманчивыми лозунгами защиты малых народностей и нрава на самоопределение, в действительности привела,
в результате победы одной из групп капиталистических держав,
к усилению национальных противоречий и национального угнетения
в Средней Европе и на Балканах,

430

Продиктованные силой победившей Лнтанты Версальский, СенЖерменский и лоследовавише договоры создали, в целях борьбы
с пролетарской революцией, новые малые империалистические государства — Польшу, Чехо-Словакіпо, Югославию, Румынию, Грецию,
основанные на аннексии значительных территорий с инонациональным населением и являющиеся очагами национального угнетения и социальной реакции.
Вопрос о национальном угнетении ныне поставлен в порядок
дня тех великодержавных наций, которые до войны были но объектом, а субъектом угнетательской политики. Наглядным примером является Германия. По отношению к ней антантовский империализм не довольствовался прямыми аннексиями территорий, населенных немцами, совершенными на основании «мирных договоров:;-.
Оіг попытался расчленить Германию при помощи скрытых рафинированных форм аннексии иод видом комедии «национального самоопределения» (занятие рейнских городов), либо в форме ничем не
прикрытого, выходящего за рамки мирных договоров грабежа, примером чего может служить Рур.
Национальный вопрос, таким образом, после мировой войны
приобрел в Европе новое значение и стал в настоящее время одним
из существеннейших политических вопросов для Средней Европы
к Балкан. Борьба угнетенных народностей против национального
угнетения становится, вместе с тем, борьбой против власти победившей г. войне империалистической буржуазии, точно так же, как
укрепление вновь возникших империалистических держав означает
укрепление силы мирового империализма.
Значение этой борьбы против национального угнетения еще увеличивается тем, что угнетаемые Польшей, Чехо-Словакией, Югославией, Румынией и Грецией национальности по своему социальному составу являются преимущественно крестьянскими, и борьба
за их национальное освобождение является в то же время борьбой
крестьянских маос против инонациональных помещиков и капиталистов.
R виду этого перед коммунистическими партиями Средней Европы и Балкан встает задача всемирной поддержки национальнореволюционного движения угнетенных народностей.
Лозунг — «право каждого народа на самоопределение вплоть до
отделения» н настоящем предреволюционном1 периоде должен быть
во вновь возникших империалистических государствах выражен
в лозунге государственного выделения угнетенных народов ив состава
Польши, Румынии, Чехо-Словакш, Югославии, Греции.
Конгресс устанавливает, что в отдельных партиях имеется уклон,
выражающийся в том, что отдельные товарищи и группы своеотношение к национально-революционному движению в их странах
( троят на основе государственности, создавшейся в результате СеяЖермепского и пр. договоров.
Лозунги этих товарищей и групп в отношении национально-революционного движения направлены не против этих, основанных на
национальном угнетении и натравленных против пролетарской революции, государств, но к частичной реформе этих государств, выставляя лозунга автономии этих угнетенных народностей в государственных пределах этих империалистических государств.

Конгресс решительно осуждает этот великодержавный уклон в сторону социал-демократизма, ка к равно отвергает и уклон националбольшевизма, приводящего к тому, нто поддержка компартией
национально-революционного движения переходит в поддержку руководства этим движением со стороны имущих классов и их партий,
что на дело отдает трудящиеся массы под влияние и гегемонию шовинистической буржуазии.
Конгресс ставит перед всеми компартиями Средней Европы и
Балкан задачу, всемерно поддерживая национальпо-революционное движение угнетенных народностей против власти господствующей буржуазии, организовать в революционно-национальных организациях коммунистические ячейки, идя к тому, чтобы возглавить
национально-революционную борьбу угнетенных народностей и направить ее по ясному н определенному пути революционной борьбы
с властью буржуазии на основе тесной солидарности всех трудящихся я их совместной борьбы в каждом государстве за рабочекрестьянскую власть. Только такого рода объединение коммунистических элементов внутри национально-революционных организаций может обеспечить первенство за трудящимися массами в противовес буржуазно-помещичьим и авантюристическим элементам, зачастую использовавшим эти организации в своих классовых целях
или обращавшим их в орудие империалистических целей в различных капиталистических государствах.
Конгресс вменяет в обязанность всем компартиям вести энергичную борьбу против разжигания буржуазными и социал-предательскими партиями национальной ненависти н шовинизма,1 выясняя
1 Примечание
составителя. См. также ретелця ХІІГ пленума ИККИ гт отчетный доклад т. Сталина иа XVII съезде ВКП(б).
Взрыв националистического
неистовства в наши дни в капиталистических странах является выражением
кризисного состояния капитализма, в частности, «распада мирового капиталистического хозяйства на отдельные государственные куски» (М а н у и л ь с к и й
на XVII партсъезде).
Самым ярким выражением буржуазного национализма
сейчас является расовая теория фашизма. Эта теория утверждает, что существуют расы, как определенный тип людей, обладающих неизменнымн, от
природы данными, физическими и психическим и свойства« и. Одни расы —
«высшие», призваны оплодотворять ті властвовать наД «низшими». Ііо этой теории вся история есть история борьбы рас (а не классов).
ТГо этой теории
основой нации является кровная общность и сознание этой общности.
«Эта
странная теория далека от иауки, как небо от земли» ( С т а л и н ) . Классовый
смысл расовой теории заключается в мобилизации всех сил реакции против
растущей
пролетарской
революции,
в
стремлении
заменить
марксистсколенинскую идею непримиримости классовой борьбы идеей национальной общности, в необходимой обработке масс в целях подготовки войны и в первую
очередь против СССР. Расовая , теория — основа теории фашизма в Герман и и — в Японии.
Антисемитизм — одна из отвратительнейших форм буржуазного национализма— в иалли дни особенно резко обострился в Германии и Австрии.
Антисемитизм является одной из основ программы правящих партий — националсоциалистов (в Германии), христианских социалистов (в Австрии).
С точки
зрения националистов евреи—неполноценная нация.
Вместе с тем еврей —
представитель «паразитического» капитала (ссудного, банковского), который
угнетает всю немецкую нацию, и рабочих и предирияи'мателей, прсдсгавіггелей творческого капитала. Классовый смысл антисемитизма выболтал фашист
Эккехард. Он писал: «Для простого человека необходимы и желательны простые символы любви и ненависти». Пока он продолткает быть марксистом,
«буржуа» необходим ему, как символ ненависти, этого привычного в течение многих десятилетий символа нельзя было отнять просто, не заменив его
432

перед трудящимися массами, как угнетенных народностей, так и народов угнетающих, социальный характер национального угнетения
и национально-революционной борьбы и зависимость этой борьбы
от борьбы мирового пролетариата за полное социальное и национальное освобождение трудящихся.
Конгресс равным образом осуждает партикуляркстский уклон
в разрешении национального вопроса и считает, что осуществление
права наций на самоопределение вплоть до отделения ничего общего с партикуляризмом но имеет и не противоречит развитию производительных сил.
Конгресс отмечает контрреволюционное значение проводимого
господствующими классами малых империалистических государств
колонизаторства, ведущего к крайнему обострению национальных
противоречий. Конгресс вменяет компартиям Польши, Румынии,
Югославии, Чехо-Словакии и Греции в обязанность вести энергичную
борьбу против этого колонизаторства.
Конгреос одобряет выставленный компартиями балканских стран
лозунг балканской федерации равноправных и независимых рабочекрестьянских республик.
Констатируя крайний рост антисемитизма и во вновь возникших империалистических государствах, особенно в Польше, Румынии, Венгрии, и стремление господствующих классов путем антисемитизма отвлечь внимание трудящихся масс от действительных виновников их бедственного положения и от перехода к революционной борьбе, конгресс вменяет в обязанность всем коммунистическим партиям вести решительную энергичную борьбу с антисемитизмом, выставляя лозунги: безусловное устранение всех и всяческих ограничений, падающих на еврейское население, обеспечение
его свободного культурного развития.
(Резолюция V
Европы и Балкан.

конгресса Коминтерна
Вводная часть.)

о

национальном

вопросе

Средней

iv. н а ц и о н а л ь н ы й вопрос IÏFH д и к т а т у р е
пролетариата
I. ОКТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС

. . . Непримиримое противоречие между процессом хозяйственного объединения народов и империалистическими способами этого
объединения определило неспособность, беспомощность, бессилие
буржуазии найти правильный подход к решению национального
вопроса
. . . Наша партия учитывала эти обстоятельства, положив в основу
своей политики по национальному вопросу право наций на самоопределение, право народов на самостоятельное государственное существование.. Еще в первые дни своего существования, на первом
своем съезде (в 1898 г.), когда противоречия капитализма по линии
национального вопроса но успели еще определиться с исчерпывающей
другим. Это и сделал национал-социализм, да® в качестве символа пенавпетп
«еврея». Антисемитизм — орудие коитрреватюции в руках буржуазии.
Это
орудие призвано примирить пролетариат со «своим» капиталистом, вытѳавив
пз сознав и я масс образ действительного классового врага образом еврея.
С8

Ленинизм

433

ясностью, партия признала за национальностями это неотъемлемое право. В дальнейшем она неизменно подтверждала СБОЮ национальную программу в специальных постановлениях и решениях
на своих съездах и конференциях вплоть до Октябрьского переворота. Империалистская война и связанное с ней мощное революционное движение в колониях давали .лишь новое подтверждение решениям партии но национальному вопросу. Смысл этих решета іі
•заключается: а) в решите льном отрицании всех и всяческих форм
принуждения в отношении национальностей; б) в признании равенства и суверенности народов в деле устроения своей судьбы; в) в признании того положения, что прочное объединение народов может быть проведено лишь на началах сотрудничества и добровольности; г) в провозглашении той истины, что осуществление такого
объединения возможно лить в результате свержения власти капитала.
Эту освободительную национальную программу не уставала паны
партия противопоставлять в своей работо как открьгго-у гнетательгкой .политике царизма, так и половинчатой, лолуимпериалиегокой политике меньшевиков и эсеров. Если русификаторская политика царизма создала пропасть между царизмом и национальностями старой России, а полуимпериалистская политика меньшевиков и эоероз привела к отходу .лучших элементов этих национальностей от керенщины, то освободительная политика нашей партии
завоевала ей сочувствие и поддержку широких масс этих национал ьпостей в пе борьбе против царизма и империалистской русской буржуазии. Едва ли можно сомневаться в том, что это сочувствие и эта
поддержка послужили одним из решающих моментов, определивших
победу нашей партии в Октябрьские дни.
. . . Октябрьская революция подвела практические итоги решениям нашей партии по национальному вопросу. Свергнув власть помещиков и капиталистов, основных носителей национального гнета,
и поставив у власти пролетариат, Октябрьская революция одним
ударом разорвала цепи национального угнетения, перевернула старые отношения между народами, подорвала старую национальную
вражду, расчистила почву для сотрудничества народов и завоевала
русскому пролетариату доверие его инонациональных братьев по
только в России, но и в Европе и Азии. Едва ли иучкло доказывать,
что без такого доверия русский пролетариат не смог бы победить
Колчака и Деникина, Юденича и Врангеля. С другой стороны, несомненно, что угнетенные национальности но смогли бы добиться
своего освобождения без установления в центре России диктатуры
пролетариата. Национальная вражда и национальные столкновения
неизбежны, неотвратимы, пока у власти стоит капитал, пока мелкая буржуазия и прежде всего крестьянство бывшей «державной»
нации, полпые националистических предрассудков, плут за капиталистами; и, наоборот, национальный мир и национальную свободу
можно считать обеспеченными, если крестьянство и про1 т е мелкобуржуазные слои идут за пролетариатом, т. с. если обеспечена диктатура пролетариата. Поэтому победа советов и утверждение диктатуры пролетариата являются той базой, тем фундаментом, на основе
которого может быть построено братское сотрудничество народов
в едином государственном союзе.
434

. . . Но результаты Октябрьской революции пе исчерпываются
уничтожением национального гнёта, созданием почвы для объединения народов. В ходе своего развития Октябрьская революция выработала еще формы этого объединения, наметила основные Л И Н И И ,
но которым должно строиться объединение народов в одно союзное
государство. В первый период революции, когда трудовые массы
национальностей впервые почувствовали себя самостоятельными национальными величинами, между тем как угроза иностранной интервенции не представляла еще реальной опасности, — сотрудничество ігародов не имело еще вполне определенной, строго "установившейся формы. В период гражданской войны и интервенции,
когда интересы военной самозащиты национальных республик выступили на первый план, между тем как вопросы хозяйственного
строительства не стояли еще на очереди, сотрудничество приняло
форму военного союза. Наконец в период послевоенный, когда
вопросы вое становления разрушенных войной производительных
сил стали на первую очередь, военный союз был дополнен союзом
хозяйственным. Объединение национальных республик в Союз советских республик является заключительным этапом ра-звнтия форм
сотрудничества, принявшим на этот раз характер военно-хозяйственного' h политического объединения народов в единое многонациональное Советское государство.
Таким образом, пролетариат пашел в советском строе ключ к правильному разрешению наци отвального вопроса, он открыл в нем путь
организации устойчивого мястонашюналъното государства на нача- '
лах национального равноправия и добровольности.
(РеэАТЮция
пл. 3—6.)

XII

съезда

РКІІ(<5)

по

паішопалыюму

вопросу,

раздет

I,

2. ОСНОВЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТННИ ПАРТИИ И СОВЕТСКОЙ
ВЛАСТИ
А. Программа ВКП(б) по н а ц и о н а л ь н о м у

вопросу

. . . В национальном вопросе. ВКП руководствуется следующими
положениями:
1) Во главу утла ставится политика сближения пролетариев и по•пуптюлетариев" разных национальностей для совместной революционной "борьбы за свержение помещиков и буржуазии.
2) В целях преодоления недоверия со стороны трудящихся масс
угнетенных стран к. пролетариату государств, угнетавших эти страны,
необходимо уничтожение всех н всяких привилегий какой бы то ни
было национальной группы, полное равноправие наций, признание» за
колониями и неравноправными нациям« нрава на государственное
отделение.
3) В тех же целях, как одну из переходных форм на пути к полному единству, партия выставляет федеративное объединение государств, организованных по советскому типу.
4) В вопросе о том, кто является носителем воли нации к отделению, ВКП стоит на исторически-классовой точке зрения, считаясь с тем, на какой ступени ее исторического развития стоит
даігиая нация: на пути от средневековья к буржуазной демократий
*

435

или от буржуазной демократии к советской или пролетарской демократии и т. л.
Во всяком случае, со стороны пролетариата тех наций, которые
являлись нациями угнетающими, необходима особая осторожность
и особое внимание к пережиткам национальных чувств у трудящихся масс нации угнетенных или неполноправных. Только при такой политике возможно создание условий ,для действительно прочного добровольного единства национально разнородных элементов
международного пролетариата, как то показал опыт объединения
ряда национальных советских республик вокруг Советской России.
(Программа и у с т а в В К Л ( б ) , раздел «В области национальных

отношений .)

Б. С о ю з С о в е т с к и х С о ц и а л и с т и ч е с к и х Р е с п у б л и к к а к
государственная форма сотрудничества наций
в условиях диктатуры пролетариата

Со времени образования советских республик государства мира
раскололись на два лагеря: лагерь капитализма и лагерь социализма.
Там, в лагере капитализма, — национальная вражда и неравенство, колониальное рабство и шовинизм, национальное угнетение
и погромы, империалистические зверства и войны.
Здесь, в лагере социализма. — взаимное доверие и мир, национальная свобода и равенство, мирное сожительство и братское сотрудничество народов.
Попытки капиталистического мира на протяжении десятков іет
разрешить вопрос о национальностях путем совмещения свободного развития народов с системой эксплоатации человека человеком
оказались бесплодными. Наоборот, клубок национальных противоречий все более запутывается, угрожая самому существованию
капитализма. Буржуазия оказалась бессильной наладить сотрудничество народов.
Только в лагере советов, только в условиях диктатуры пролетариата, сплотившей вокруг себя большинство населения, оказалось
возможным уничтожить в корне национальный гнет, создать обстановку взаимного доверия и заложить основы братского сотрудничества народов.
Только благодаря этим обстоятельствам удалось советским республикам отбить нападения империалистов всего мира, внутренних
и внешних; только благодаря этим обстоятельствам удалось им
успешно ликвидировать гражданскую войну, обеспечить "свое существование и приступить к мирному хозяйственному строительству.
Но годы войны не прошли бесследно. Разоренные поля, остановившиеся заводы, разрушенные производительные силы и истощенные хозяйственные ресурсы, оставшиеся в наследство от войны,
делают недостаточными отдельные усилия отдельных республик по
хозяйственному строительству. Восстановление народного хозяйства
оказалось невозможным при раздельном существовании республик.
С другой стороны, неустойчивость международного положения и
опасность новых нападений делают неизбежным создание единого
фронта советских республик перед лицом капиталистического окружения.
436

Наконец, само строение советской власти, шгеряацшнальной
•по своей классовой природе, толкает трудящиеся мэюсы советских республик на путь объединения в одну социалистическую
семью.
Все эти обстоятельства повелительно требуют объединения советских республик в одно союзное государство, способное обеспечить и
внешнюю безопасность и внутреннее хозяйственное преуспеяние, и
свободу национального развития народов.
Воля народов советских республик, собравшихся недавно на.
съезды своих советов и единодушно принявших решение об образовании «Союза Советских Социалистических Республик», служит надежной порукой в том, что Союз этот является добровольным
объединением равноправных народов, что за каждой республикой
обеспечено право свободного выхода из Союза, что доступ в Союз
открыт всем социалистическим советским республикам, как существующим, так и имеющим возникнуть в будущем, что новое союзное государство явится достойным увенчанием заложенных еще
в октябре 1917 г. основ мирного сожительства и братского сотрудничества народов, что оно послужит верным оплотом против мирового капитализма и новым решительным шагом но пути объединения трудящихся всех стран в Мировую Социалистическую Советскую
Республику.
Заявляя обо всем этом перед всем миром и торжественно провоз
глашая незыблемость основ советской власти, нашедших свое выражение в конституциях уполномочивших нас социалистических советских республик, мы, делегаты этих республик, на основании данных
нам полномочий, постановляем подписать договор об образовании
«Союза Советских Социалистических Республик».
98.

С т а л и а.
1922

Г.)

СО. < Марксизм и национально-колониальный

В. З а д а ч и н а ц и о н а л ь н о й п о л и т и н и
у власти

вопрос», ргр. 97—

пролетариата

„ . . Но найти ключ к правильному решению национального вопроса еще не« значит •решить его полностью и окончательно исчерпать
это решение в его конкретно-практическом осуществлении. Для правильного проведения в жизнь национальной программы, выдвинутой
Октябрьской революцией, необходимо еще преодолеть те препятствия,
которые .переданы нам в наследство пройденным периодом национального гнета и которые не могѵт быть преодолены в короткий срок
одним ударом.
Это наследство состоит, во-первых, в пережитках великодержавного шовинизма, являющегося отражением былого привилегированного положения великороссов. Эти пережитки живут еще в головах
наших советских работников, центральных и местных, они гнездятся в наших государственных учреждениях, в центральных и
местных, они получают подкрепление в виде «иовых» сменовеховских великорусско-шовиниетических веяний, все более усиливающихся в связи с нэпом. Практически онн выражаются в кичливопренебрежительном и бездушно-бюрократическом отношении русских советских чиновников к нуждам и потребностям национальных
437

республик, Многонациональное Советское государство может стать
действительно прочным, а сотрудничество народов в нем действительно братским лишь в том случае, если эти пережитки будут вытравлены в практике наших государственных учреждений решительно и бесповоротно. Положение в ряде национальных республик
(Украина, Белоруссия, Азербайджан. Туркестан) усложняется тем,
что значительная часть рабочего класса, являющегося основной
опорой советской власти, принадлежит к великорусской иаіцюнальзіости. В этих районах смычка между городом и деревней, рабочим
классом и крестьянством встречает сильнейшее препятствие в пережитках великорусского шовинизма как в партийных, так и в советских органах. 1І ѳтпх условиях разговоры о преимуществах русской
культуры и выдвигание положения о неизбежности победы более высокой русской культуры над культурами более отсталых
народов (украинской, азербейджазгской, узбекской, киргизской и пр.)
являются не чем иным, как попыткой закрепить господство великорусской национальности. Поэтому решительная борьба с ле].южиткамн великорусского шовинизма является первой очередной задачей нашей партии.
Это наследство состоит, ію-вторых. в фактическом, т. е. хозяйственном и культурном, неравенстве национальностей Союза республик. Правовое национальное равенство, добытое Октябрьской революцией, является великим завоеванием народов, но оно не вешает само по себе всего национального вопроса. Ряд республик" и
народов, не прошедших или почти не прошедших капитализма, не
имеющих или почти не имеющих своего пролетариата, отставших,
в виду этого, в хозяйств-ином и культурном отношениях, не в состоянии полностью использовать права и возможности, предоставляемые им национальным равноправием, не в состоянии подняться
на высшую ступень развития и догнать таким образом ушедшие
вперед нацпошгльности без действительной и длительной ' помощи
извне. Причины этого фактического неравенства кроются не только
в истории этих народов, но и в политике царизма и русской буржуазии, стремившихся превратить окраины в исключительно сырьевые районы, эксплоатируемые промышленно-развптымн центральными районами. Преодолеть это неравенство в короткий срок, ликвидировать это наследство в одшг-два года невозможно. Еще
X съезд нашей партии отметил, что «уничтожение фактического
национального неравенства есть длительный процесс, требующий
упорной и настойчивой борьбы со всеми пережитками национального гнета и колониального рабства». Но преодолеть его нужно
обязательно. И преодолеть его можно лишь путем действительной
и длительной помощи русского пролетариата отсталым народам
Союза в деле их хозяйственного п культурного преуспеяния. Помощь эта должна в первую очередь выразиться в принятии ряда
практических мер по образованию в республиках ранее угнетенных
национальностей промышленных очагов с максимальным привлечением местного населения. Наконец помощь эта должна иттп, согласно резолюции X съезда, параллельно с борьбой трудовых масс
претив усиливающихся в связи с нэпом местных и пришлых эксплоататорских верхов за укрепление своих социальных -ПОЗИЦИЙ.
Поскольку эти республики являются по преимуществу сельскохо438

зяйственными районами, внутренние социальные мероприятия должны прежде всего итти по пути наделения трудовых масс землею
за счет свободного государственного фонда. Без этого нет основания рассчитывать на нала ниш ие правильного и прочного сотрудничества пародов в рамках единого союзного государства. Поэтому
борьба за ликвидацию фактического перавнества национальностей,
борьба за поднятие культурного и хозяйственного уровня отсталых народов является второй очередной задачей нашей партии.
Это наследство состоит наконец в пережитках национализма
в среде целого ряда народов, прошедших тяжкое иго национального
гнета и не успевших еще освободиться от чувства старых национальных обид. Практическим выражением этих пережитков являются некоторая национальная отчужденность и отсутствие полного
доверия ранее угнетенных надодов к мероприятиям, идущим от
русских. Однако в некоторых республиках, имеющих в своем составе несколько национальностей, этот оборонительный национализм превращается нередко в национализм наступательный, в завзятый шовинизм более сильной национальности, направленный
против слабых национальностей этих республик. Шовинизм грузинский (в Грузии), направленный против армян, осетин, аджарцев и
абхазцев; шовинизм азербейджанский (в Азербейджане), направленный против армян; шовинизм узбекский (в Бухаре и Хорезме), направленный против туркмен и киргиз; шовинизм армянский и пр.,—
вое эти виды шовинизма, поощряемые к тому же условиями нэпа
и конкуренции, являются величайшим злом, грозящим превратить
некоторые национальные республики в арену грызни и склоки. Нечего и говорить, что все эти явления тормозят дело фактического
объединения народов в единый государственный союз. Поскольку
пережитки национализма являются своеобразной формой обороны
против великорусского шовинизма, решительная борьба с великорусским шовинизмом представляет вернейшее средство для преодоления националистических пережитков. Поскольку же эти пережитки превращаются в местный шовинизм, направленный против
слабых национальных групп в отдельных республиках, прямая
борьба с ними является обязанностью членов партии. Поэтому борьба с националистическими пережитками и прежде всего с шовинистическими формами этих пережитков является третьей очередной
задачей нашей партии.
. . . Одним из ярких выражений наследства старого следует считать тот факт, что Союз республик расценивается значительной
частью советских чиновников в центре и иа местах не как союз
равных государственных единиц, призванный обеспечить свободное
развитие национальных республик, а как шаг к ликвидации этих
республик, как начало образования так называемого «единого-неде
лимого»...
. . . Осуждая такое понимание как антипролетарское и реакционное и провозглашая абсолютную необходимость существования и
дальнейшего развития национальных республик, съезд призывает
членов партии зорко следить за тем. чтобы объединение республик
и слияние комиссариатов не были использованы шовлтнистически
настроенными советскими чиновниками как ншгкрытне их попыток
439

игнорировать
республик.1
(Резолюция
7, S. 1923 г.)

хозяйственные н культурные нужды национальных
XII

съезда

РКП (о)

по национальному

вопросу, раздел I, пгт.

Перехожу, товарищи, к разбору тех средств, тех путей, при помощи которых нам необходимо преодолеть эти три основных фактора, тормозящих объединение: великорусский шовинизм, фактическое неравенство и национализм местный, особенно в том случае,
когда он переходит в шовинизм. Из средств, могущих помочь нам:
безболезненно изжить все это наследие, старое наследие, тормозящее
сближение народов, я отмечу только три.
Первое средство: принять все меры к тому, чтобы советская
власть в республиках стала понятной и родной, чтобы советская
власть была у" нас не только русской, но и между национальной. Для
этого необходимо, чтобы не только школы, но и все учреждения,
все органы, как партийные, так и советские, шаг за шагом национализировалась, чтобы они действовали на языке, понятном для масс,
чтобы они функционировали в условиях, соответствующих быту
данного народа. Только при этом условии мы получим возможность
советскую власть из русской сделать между национальной, близкой,
понятной и родной для трудящихся масс всех республик, и особенно для тех, которые отстали в хозяйственном и культурном отношениях.
Второе средство, могущее облегчить нам дело безболезненного
изживания наследия, полученного от царизма и от буржуазии,—
это такая конструкция комиссариатов в Союзе республик, которая
бы дала возможность, по крайней мере основным национальностям,,
иметь своих людей в составе коллегий и которая создала бы такую
обстановку, когда нужды и потребности отдельных республик безусловно удовлетворялись бы.
Третье средство: необходимо, чтобы в составе наших высших
органов был такой орган, который служил бы отражением нужд и
потребностей всех без исключения республик и национальностей.
На это последнее я хочу специально обратите, ваше внимание.
Если бы мы могли в составе Союзного ЦИКа учредить две палаты, из которых первая выбиралась бы па Сшшдам съезде советов, независимо от национальностей, а вторая палата выбиралась
бы ресцуфликамц и областями (республики поровну и национальные
области тоже поровну) и утверждалась бы тем же съездом советов
Союза -республик, я думаю, что мы тогда имели бы в составе наших
верховных учреждений отражение не только классовых интересов
всех без исключения пролетарских групп, но и запросов чисто-национатьных. Мы имели бы орган, который отражал бы особые
интересы национальностей, народов и племен, обитающих на территории Союза республик. Нельзя, товарищи, при наших условиях,
1 Примечание
составителя. Далее в резолюции XII съезда РКП (б), как п в
резолюции X съезда по национальному вопросу, указывается, что, «осуждая
оба эти уклона, как вредные и опасные для дела коммунизма», съезд обращает внимание па особый вред л особую опасность уклона к великорусскому
шовинизму и призывает партию к скорейшей ликвидации этих лережитков старого в нашем партийном строительстве.
440

когда Союз объединяет в общем не менее 140 млн. людей, из которых миллионов 65 нерусских, — нельзя в этаком государстве управлять, не имея перед собой здесь, в Москве, в высшем органе, посланников этих национальностей, которые отражали бы не только
общие для всего пролетариата интересы, но и особые, специальные
специфические национальные интересы. Вез этого, товарищи, управлять нельзя. ІІѳ имея этого барометра в руках и людей, которые
способны формулировать эта специальные нуящы отдельных национальностей, управлять нельзя.
(Сталин.
1923 г.)

Доклад

по

национальному

вопросу

на

XII

съезде

РКЛ(б).

Г. Задачи социалистического с т р о и т е л ь с т в а и развития
к у л ь т у р ы н а ц и о н а л ь н о й по ф о р м е и п р о л е т а р с к о й по
содержанию в советских республиках Бостона

В чем состоят характерные особенности существования н разви
тня этих стран, этих республик в отличие от колониальных и зависимых стран?
Во-первых, в том, что республики эти свободны от империалистического гнета.
Во-вторых, в том, что они развиваются и консолидируются, как
нации, не под эгидой буржуазных порядков, а под эгидой советской власти. Это беспримерный факт в истории, но это все же факт.
В-третьих, в том, что поскольку они мало развиты в промышленном отношении, они могут опереться в своем развитии целиком
и полностью на поддержку промышленного пролетариата Советского Союза.
В-четвертых, в том. что, будучи свободными от колониального
гнета, находясь под защитой диктатуры пролетариата и состоя членами Советского Союза, республики эти могут и должны приобщаться
к социалистическому строительству нашей страны.
Основная задача состоит в том, чтобы облегчить дело приобщения рабочих и крестьян этих республик к строительству социализма в нашей стране, создать и развить предпосылки, применительно к особым условиям существования этих республик, могущие
двинуть вперед и ускорить это приобщение.
Отсюда вытекают очередные задачи, стоящие перед активными работниками советского Востока.
1) Создать промышленные очаги в советских республиках Востока. как базы для сплочения крестьян вокруг рабочего класса. Вы
знаете, что это дело уже начато и оно будет нттн вперед по мере хозяйственного роста Советского Союза. Наличие разного рода сырья,
имеющегося в этих республиках, является -порукой тому, что дело это
со временем будет доведено до копца.
2) Поднять сельское хозяйство и, прежде всего, орошепие. Вы
знаете, что это дело также двинуто вперед, по крайней мере в Закавказья и Туркестане.
8) Поднять и двинуть вперед дело кооперирования широких
масс крестьян и кустарей, как вернейший путь включения советских
республик Востока в общую систему советского хозяйственного строительства.

,4) Приблизить советы к массам, сделать их национальными по
составу и насадить, таким образом, национально-советскую государственность, близкую и понятную трудящимся массам.
б) Развить национальную культуру, насадить широкую сеть курсов и школ как общеобразовательного, так и профессиональнотехнического характера на родном языке для подготовки советскопартийных и профессионально-хозяйственных кадров ш местных
людей.
Выполнить эти задачи — это именно.и значит облегчить дело социалистического строительства в советских республиках.
Говорят об образцовых республиках советского Востока. По что
такое образцовая республика? Образцовая республика есть такая
республика, которая выполняет все эти задачи честно и добросовестно, создавая тем самым тягу рабочих и крестьян соседних колониальных к зависимых стран к освободительному движению.
Я говорил выше о приближении советов к трудящимся массам
национальностей, — о национализации советов. Но что это значит
и как оно проявляется на практике? Я думаю, что образцом такого
приближения к массам можно было бы считать законченное недавно
национальное размежевание в Туркестане, Буржуазная пресса усматривает в этом размежевании «большевистскую хитрость». Между
тем ясно, что тут проявилась не «хитрость», а глубочайшее стремление народных масс Туркменистана и Узбекистана иметь свои собственные органы масти, близкие и понятные им. В эпоху дореволюционную обе эти страны были разорваны на куски по различным
ханствам" и государствам, представляя удобное поло для эксплоататорских махинаций «власть имущих». Теперь настал момент, когда
появилась возможность воссоединить эти разорванные куски в независимые государства для того, чтобы сблизить и спаять трудящиеся массы Узбекистана и Туркменистана с органами власти. Размежевашіе Туркестана есть, прежде всего, eoccoeùuHeuue разорванных частей этих стран в независимые государства. Если эти государства пожелали (потом вступить в Советский Союз в качестве
равноправных его члеаов, то это говорит лишь о том. что большевики нашли ключ к глубочайшим стремлениям народных масс Востока, а Советский Союз является единственным в мире добровольным объединением трудящихся масс различных национальностей.
Для того, чтобы воссоединить Польшу, буржуазии потребовался
целый ряд войн. А для того, чтобы воссоединить Туркменистан и
Узбекистан, коммунистам потребовалось лишь несколько месяцев
разъяснительной пропаганды.
Вот как надо сближать органы управления, в данном случае советы, с широкими массами трудящихся различных национальностей.
Вот где доказательство того, что большевистская национальная
политика есть единственно верная политика.
Я говорил дальше о поднятии национальной культуры в советских республиках Востока. Но что такое национальная культура?
Как совместить ее с пролетарской культурой? Разве не говорил' Ленин еще до войны, что культур у нас две — буржуазная и социалистическая, что лозунг национальной культуры есть реакционный
лозунг буржуазии, старающейся отравить сознание трудящихся
ядом национализма? Как совместить строительство национальной
442

культуры, развитие школ и курсов на родном языке и выработку
кадров из местных людей со строительством социализма, строительством пролетарской культуры? Нет ли туг непроходимого противоречия? Конечно, нет! Мы строим пролетарскую культуру. Это
совершенно верно. Но верно также и то, что пролетарская культура, социалистическая но своему содержанию, принимает различные <)юрмы и способы выражения у различных народов, втянутых
в социалистическое строительство, в зависимости от различия языка, быта и т. д. Пролетарская по своему содержанию, национальная
по форме, — такова та общечеловеческая культура, к которой идет
социализм. Пролетарская культура ие отменяет национальной культуры, а дает ей содержание. И наоборот, национальная культура
не отменяет пролетарской культуры, а дает ей форму. Лозунг национальной культуры был лозунгом буржуазным, пока у власти
стояла буржуазия, а консолидация наций происходила иод эгидой
буржуазных порядков. Лозунг национальной культуры стал лозунгом пролетарским, когда у власти стал пролетариат, а консолидация наций стала протекать под эгидой советской власти. Кто не понял этого нрыщипнальпого различия двух различных обстановок,
тот никогда не поймет ни ленинизма, ни существа ігационального вопроса с точки зрения ленинизма.
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
<0
народов Востока», стр. 134—IS7. iftiS г.)

политических

задачах

Университета

3. БОРЬБА С УКЛОНАМИ В НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ
В УСЛОВИЯХ Д И К Т А Т У Р Ы ПРОЛЕТАРИАТА
А. Т о в . С т а л и н о борьбе с в е л и к о р у с с к и м
м местным национализмом

шовиниамсія

Картина борьбы с уклонами в партии будет неполной, если мы
но коснемся имеющихся в партии уклонов в области национального
вопроса. Я имею в виду, во-первых, уклон к великорусском}' шовинизму и, во-вторых, уклон к местному национализму. Эти "уклоны
не столь заметны и напористы, как «левый» или правый уклоны.
Их моя,но было бы назвать ползучими уклонами. Но это еще не
шіачит, что они не существуют. Нет. они существуют и, главное,—
растут. H этом не может быть никакого сомнения. Не может Сыть
сомнения, так как общая атмосфера обострения классовой борьбы
не может не вести к известному обострению национальных .трений,
имеющих свое отражение в партии. Поэтому следовало бы раскрыть и выставить на свет божий физиономию этих уклонов.
В чем состоит существо уклона к великорусскому шовинизму
в наших современных условиях?
Существо уклона к великорусскому шовинизму состоит в стремлении обойти национальные различия языка, культуры, быта;
г, стремлении подготовить ликвидацию национальных республик и
областей; в стремлении подорвать принцип национального равноправия и развенчать политику партии по национализации аппарата, национализации прессы, школы и других государственных и общественных организаций.
Уклонисты этого типа исходят при этом из того, что так как при
победе социализма нации должны слиться воедино, а их дацио443

пальные языки должны превратиться в единый общий язык, то пришла лора для того, чтобы ликвидировать национальные различия
и отказаться от политики поддержки развития национальной культуры ранее угнетенных народов. Они ссылаются при этом на .Целина, неправильно цитируя его, а иногда прямо искажая и клевеща
на Ленина. Ленин сказал, что в социализме сольются интересы национальностей в одно целое, — не следует ли из этого, что пора
покончить с национальными республиками и областями в интерес а х . . . интернационализма? Ленин сказал в 1913 г. в полемике
с бундовцами, что лозунг национальной культуры есть буржуазный
лозунг,—-не следует ли из этого, что лора покончить с национальной культурой народов СССР в интересах... интернационализма?
Ленин сказал, что национальный гнет и национальные перегородки
уничтожаются при социализме, — не следует ли из этого, что пора
покончить с политикой учета национальных особенностей народов
СССР и перейти на политику ассимиляции в интересах... интернационализма? II так далее и тому подобное.
ГІе может быть сомнения, что этот уклон в национальном вопросе, прикрываемый к тому же маской интернационализма и именем
Ленина, является самым утонченным и потому самым опасным видом великорусского национализма.
Во-первых, Ленин никогда не говорил, что национальные различия должны исчезнуть, а национальные языки должны слиться
в один общий язык в пределах одного государства, до победы, социализма во всемирном масштабе. Ленин, наоборот, говорил нечто
прямо противоположной, а именно, что «национальные и государственные различия между народами и странами... будут держаться
еще очень и очень долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе» (см. т. XXV, стр. 229). Как можно ссылаться на Ленина, забывая об этом основном его указании?
Правда, один из бывших марксистов, а ныне ренегат и реформист, г. Каутский утверждает нечто прямо противоположное тому,
чему учит нас Ленин. Он утверждает, вопреки Ленину, что победа
пролетарской революции в австро-германском объединенном государстве "в середине прошлого столетия привела бы к образованию
одного общего немецкого языка и к онемечению чехов, так как
«одна лини, сила освободившегося от пут обмена, одна лишь сила
современной культуры, которую несли с собой немцы, без всякой
насильственной германизации превратила бы в немцев отсталых
чешских мелких буржуа, крестьян и пролетариев, которым ничего
не могла дать их захудалая национальность» (см. предисловие к немецкому изданию «Революция и контрреволюция»). Понятно, что
такая «концепция» вполне гармонирует с социал-шовинизмом Каутского. С этими взглядами Каутского и боролся я в 1925 г. в своем
выступлении в Университете народов Востока. Но неужели для нас,
для марксистов, желающих остаться до конца интернационалистами,
может иметь какое-либо положительное значение эта антимарксистская болтовня зарвавшегося немецкого социал-шовиниста? Кто
прав — Каутский или Ленин? Если прав Каутский, чем объяснить
тогда тот факт, что такие сравнительно отсталые национальное™,
как белоруссы и украинцы, более близкие к великоруссам, чем чехи
к немцам, не обрусели в результате победы пролетарской револю444

ции в СССР, а, наоборот, возродились и развились как самостоятельные нации? Чем объяснить, что такие нации, как туркмены,
киргизы, узбеки, таджики (не говоря уже о грузинах, армянах,
азербайджанцах и т. д.), несмотря на свою отсталость, не только не
обрусели в связи с победой социализма в СОСР, а наоборот, возродились и развились в самостоятельные нации? Не ясно ли, что наши
уважаемые уклонисты, в погоне за показным интернационализмом,
попали в лапы каутскианского социал-шовинизма? Не ясно ли, что,
ратуя за один общий язык в пределах одного государства, в пределах СССР, они добиваются по сути дела восстановления привилегий
господствовавшего ранее языка, à именно — великорусского языка?
Где же тут интернационализм?
Во-вторых, Ленин никогда не говорил, что уничтожение национального гнета и слияние интересов национальностей в одно целое
равносильно уничтожению национальных различий. Мы уничтожили национальный гнет, мы уничтожили национальные привилегии
и установили национальное равноправие. Мы уничтожили государственные границы в старом смысле слова, пограничные столбы и таможенные преграды между национальностями СССР. Мы установили единство экономических и политических интересов народов
СССР. Но значит ли это, что мы уничтожили тем самым национальные различия: национальные языки, культуру, быт и т. д.? Ясно,
что не значит. Но если национальные различия, язык, культура, быт
и т. д. остаются, не ясно ли. что требование уничтожения национальных республик и областей в даігаый исторический период
является требованием реакционным, направленным против интересов диктатуры пролетариата? Понимают ли наши уклонисты, что
уничтожить теперь нацреепуб.тпки и области — это значит лишить
миллионные массы народов СССР возможности получить образование на родном языке, лишить их возможности иметь школу, суд,
администрацию, общественные и иные организации и учреждения
на родном языке, лишить их возможности приобщиться к социалистическому строительству? Не ясно ли, что в погоне за показным
интернационализмом наши уклонисты попали в лапы реакционных
великорусских шовинистов и забыли, совершенно забыли о лозунге
культурной революции в период диктатуры пролетариата, имеющем одинаковую силу для всех народов СССР, и для великоруссоп,
и для невеликюруосов?
В-третьих, Ленин никогда не говорил, что лозунг развития национальной культуры в ус.ѵюиях диктатуры пролетариата является
реакционным лозунгом. Наоборот, Ленин всегда стоял за. то, чтобы
помочь народам СССР развить свою национальную культуру. Под
руководством Ленина, a we кого-либо другого, была составлена и
•принята на X съезде партии резолюция по национальному вопросу,
где прямо говорится о том, что:
« . . . задача партии состоит в том, чтобы помочь трудовым массам неволи кору соки х народов догнать ушедшую вперед центральную Россию, помочь
ям:
а ) разнить и укрепить у себе советскую государствешость в формах, соответствующих националюо-бытовым условиям этих народов; б) развить и укротить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти, составленные из людей местных, знающих быт и психологию местного населения; в) развить у себя прѳосу, школу, театр, клубное
дело и вообще культурно-просветительные
учреждения на родном языке;

445

г) ПОСТАВИТЬ п рпзвнть широка-то сеть вурссв П школ как обтеобрааовательного, так и профессионально-технического характера на родном языке».

Не ясно ли, что Ленин стоял целиком и полностью за лозунг
развития национальной культуры в условиях диктатуры пролетариата?
Разве по ясно, что отрицание лозунга национальной культуры
г. условиях диктатуры пролетариата означает отрицание необходимости культурного подъема невеликорусских народов СССР, отрицание необходимости общеобязательного образования для этих народов, отдачу этих народов на духовную кабалу реакционным националистам?
Ленин действительно квалифицировал лозунг национальной
культуры при господстве буржуазии как лозунг реакционный. Но
разве могло быть иначе? Что такое национальная культура при господстве национальной буржуазии? Буржуазная но своему содержанию и национальная по своей форме культура, имеющая своей
далью отравить массы ядом национализма и укрепить господство
буржуазии. Что такое национальная культура при диктатуре пролетариата? Социалистическая по своему содержанию и национальная но форме культура, имеющая своей целью вооннтаті. массы
в духе интернационализма и укрепить диктатуру пролетариата. Как
можно смешивать эти два принципиально различных явления, не
разрывая с марксизмом? Разве не ясно, что, борясь с лозунгом национальной культуры при буржуазных порядках, Ленин ударял по
буржуазному содержанию национальной культуры, а не но ее национальной форме? Было бы глупо предположить, что Ленин
рассматривал социалистическую культуру как культуру безнациональную, не имеющую той или иной национальной формы. Бундовцы действительно приписывали Ленину одно 'время эту бессмыслицу.
ІІо из сочинений Ленина известно, что он резко протестовал против
такой клеветы, решительно отмежевываясь от такой бессмыслицы.
Неужели наши уважаемые уклонисты так-таки поплелись но стопам
бундовцев?
Что же осталось после всего сказанного от аргументов наших уклонистов?
Ничего, кроме жонглирования флагом интернационализма и кло
ветн на Ленина.
Уклоняющиеся в сторону великорусского шовинизма глубоко
ошибаются, нолатая, иго период строительств;! социализма в СССР
есть период развала и ликвидации национальных культур. Дело обстоит как раз наоборот. На самом деле период диктатуры пролетариата и строительства социализма в СССР есть период расцвета
национальных культур, социалистических но содержанию н национальных по форме. Они очевидно не понимают, ото развитие н а циональных культур должно развернуться с новой силон с введением
и укоренением общеобязательного первоначального образования на
родпом языке. Они не понимают, что только при условии развития
национальных культур можно будет приобщить по-настоящему отсталые национальности к делу социалистического строительства.
Они не понимают, что в этом именно и состоит основа ленинской политики помощи и поддержки развития национальных культур народов ССОР.
446

Может показаться странным, что мы. сторонники слияния в будущем национальных культур в одну общую (и по форме л по содержанию) культуру, с одним общим языком, являемся вместе с тем
сторонниками расцвета национальных культур в далгный момент, в период диктатуры пролетариата. Но в этом нет ничего странного.
Надо дать национальным культурам развиться и развернуться, выявив все свои потенции, чтобы создать условия для слияния их
в одну общую культуру с однпм общим языком. Расцвет национальных по форме и социалистических по содержанию культур в условиях диктатуры пролетариата в одной стране для слияния их в одну
общую социалистическую (и по форме и по содержанию) культуру, с одним общим языком, когда пролетариат победит во всем
миро и социализм войдет в быт, — в этом именно и состоит
.тиалектичпость ленинской постановки вопроса о национальной
культуре.
Могут сказать, что такая постановка вопроса «противоречива».
Но разве пе такая же «противоречивость » имеется у нас с вопросом о государстве? Мы за отмирание государства. И мы вместе
с тем стоим за усиление диктатуры пролетариата, представляющей
самую мощную и самую могучую власть из всех существующих до
сих пор государственных властей. Высшее развитие государственной власти в целях подготовки условий для отмирания" государственной власти. — вот марксистская формула. Это «противоречиво»? Да, «противоречиво». Но противоречие это жизненное, к оно
целиком отражает марксову диалектику.
Или, например, ленинская постановка вопроса о нраве паций на
самоопределение вплоть до отделения. Ленин иногда изображал
тезис о национальном самоопределении в видо простой формулы:
«разъединение для объединения». Вы только подумайте—разъединение для объединения. Это отдает даже парадоксом. А между тем
эта «противоречивая» формула отражает ту жизненную правду маркоовой диалектики, которая дает большевикам возможность брать
самью неприступные крепости в области национального вопроса.
То же, самое нужно скйзать о формуле насчет национальной
культуры: расцвет национальных культур (и языков) в период диктатуры пролетариата в одной стране в целях подготовки условий
для отмирания и слияния их в о,дну общую социалистическую культѵру (и в один общий язык) в период победы социализма" во все.іг
мире.
Кто не понял этого своеобразия и «противоречивости» нашего
переходного времени, кто не понял этой диалектики исторических
процессов, тот погиб для марксизма.
Беда наших уклонистов состоит в том, что они но понимают и
пе хотят понять марксовой диалектики.
Так обстоит дело с уклоном к, великорусскому шовинизму.
Не трудно понять, что этот уклон отражает стремление отживающих классов господствовавшей ранее великорусской нации вернуть себе утраченные привилегии.
Отсюда опасность великорусского шовинизма как главная опасность в партии в области национального вопроса.
В чем состоит существо уклона к местному национализму?
Существо уклона к местному национализму состоит в стремлении

447

обособиться и замкнуться в рамках своей национальной скорлупы, в стремлении затушевать классовые противоречия внутри
своей нации, в стремлении защищаться от великорусского шовинизма
путем отхода от общего потока социалистического строительства,
в стремлении не видеть того, что сближает и соединяет трудящиеся
массы национальностей СССР, и видеть лишь то, что может их отдалить друг от друга.
Уклон к местному национализму отражает недовольство отживающих классов ранее угнетенных наций режимом диктатуры пролетариата, их стремление обособиться в свое национальное государство и установить там свое классовое господство.
Опасность этого уклона состоит в том, что он культивирует буржуазный национализм, ослабляет единство т р у д я щ и х с я народов
СССР и играет на-руку интервенционистам.
Таково существо уклона к местному национализму.
Задача партии состоит в том, чтобы вести решительную борьбу
с этим уклоном п обеспечить условия, необходимые для интернационального воспитания трудящихся масс народов СССР.
(Сталин.

Вопросы

ленинизма.

Й Л Ц б К стр. 562—567. 1930 т.)

«Политический

отчет

ЦК

XVI

съезду,

Б. Тов. Сталин об опасности унрамнекого
национализма

В заявлениях т. Шуйского есть некоторые верные мысли. Верно, что широкое движение за украинскую культуру и украинскую
общественность началось и растет на Украине. Верно, что огдавать
это движение в руки чуждых нам элементов нельзя іш в коем случае. Верно, что целый ряд коммунистов на Украине не понимает
смысла и значения этого движения и потому не принимает мер для
овладения им. Верно, что нужно произвести перелом в кадрах наших партийных и советских работников, все еще проникнутых ДУХОМ иронии и скептицизма в вопросе об украинской культуре и
украинской общественности. Верно, что надо тщательно подбирать
и создавать кадры людей, способных овладеть новым движением на
Украине. Все это верно. Но т. Шуйский допускает при этом по
крайней мере две серьезных ошибки.
Во-первых, он смешивает украинизацию нашего партийного и советского аппаратов с украинизацией пролетариата. Можно и нужно
украинизировать, соблюдая при этом известный темп, наши партийный, государственный и иные аппараты, обслуживающие население.
Но нельзя украинизировать сверху пролетариат. Нельзя заставить
русские рабочие массы отказаться от русского языка и русской культуры и признать своей культурой и своим языком украинский. Это
•противоречит 'принципу свободного развития национальностей. Это
была бы не 'национальная свобода, а своеобразная форма национального гнета. Несомненно, что состав украинского пролетариата будет
меняться по мере промышленного развития Украины, но мере притока в промышленность из окрестных деревень украинских рабочих
Несомненно, что состав украинского пролетариата будет украинизироваться, так же как состав пролетариата, скажем, в Латвии и
Вентрии, имевший одно время немецкий характер, стал потом
448

латышизироваться и мадьяризироваться. Но это процесс длительный,
стихийный, естественный. Пытаться заменить этот стихийный процесс насильственной украинизацией пролетариата сверху — значит
проводить утопическую и вредную политику, способную вызвать в
неукраинских слоях пролетариата на Украине антиукраинский шовинизм. Мне кажется, что т. Шумский неправильно понимает
украинизацию и не считается с этой последней опасностью.
Во-вторых, совершенно правильно подчеркивая положительный
характер нового движения на Украине за украинскую культуру и
общественность, т. Шумский не видит, однако, теневых сторон
этого движения. Тов. Шумский не видит, что при слабости коренных комунистических кадров на Украине этд движение, возглавляемое. О І І Л О Ш Ь и рядом некоммунистической интеллигенцией, может принять местами характер борьбы за отчужденность украинской культуры н украинской общественности от культуры н общественности общесоветской, характер борьбы против «Москвы» вообще, против русских вообще, против русской культуры и ее высшего достижения — против ленинизма, Я не буду доказывать, что
такая опасность становится все более и более реальной на Украине.
Я хотел бы только сказать, что от таких дефектов не свободны
даже некоторые украинские коммунисты. Я имею в виду такой,
всем известный факт, как статью тгзвостпого коммуниста Хвылевого
в украинской печати. Требования Хвылевого о «немедленной деруссификацші пролетариата» на Украине, его мнение о том, что «от
русской литературы, от ее стнля украинская поэзия должна убегать
цак можно скорое», его заявление о том. что «идеи пролетариата
нам известны л без московского искусства», его увлечение какой-то
мессианской ролью украинской «молодой» интеллигенции, его смешная и немарксистская попытка оторвать культуру от политики,—
все это и многое подобное в устах украинского коммуниста, звучит
теперь (не может не звучать) более чем странно. В то время," как
западно-европейские пролетарии и их коммунистические партии
полны симпатий к «Москве», к этой цитадели международного революционного движения н ленинизма, в то время, как западно-европейские пролетарии с восхищением смотрят на знамя, развевающееся в Москве, украинский коммунист X вцлевой не имеет сказать
г. пользу «Москвы» ничего другого, кроме как призвать украинских
деятелей бежать от «Москвы» «как можно скорее». ІІ это называется интернационализмом! Что сказать о других украинских интеллигентах некоммунистического лагеря, если коммунисты начинают говорить, л не только говорить, но и писать в нашей советской
печати языком т. Хвылевого? Тов. Шумский не понимает, что овла' деть новым движением на Украине за украинскую культуру возможно лишь борясь с крайностями т. Хвылевого в рядах коммунистов. Тов. Шумский не понимает, что только в борьбе с такими
крайностями можно превратить подымающуюся украинскую культуру
и украинскую общественность в культуру и общественность советскую.
20

апреля'

(С т я л п и.

1920- г.

Сб.

«Марксизм

и

иацпональшжолониальпьпі

1 7 2 — 173.)
29 Ленинизм.

вопрос»,

стр.
449

\

л

В. Тов. С т а л и н о борьбе о у к л о н а м и н национализму
на с о в р е м е н н о м э т а п е

Или взять, например, национальный вопрос. II здесь также, в
области национального вопроса, как и в области других вопросов,
у одной части партии имеется путаница во взглядах, создающая
известную опасность. Я говорил о живучести пережитков капитализма. Следует заметить, что пережитки капитализма в сознании
людей гораздо более живучи в области национального вопроса,,
чем в любой другой области. Они более живучи, так как имеют
возможность хорошо маскироваться в национальном костюме.
Многие думают, что грехопадение Скрыпника есть единичный
случай, исключение m правила. Это неверно. Грехопадение Скрыпника и его группы на Украине не есть исключение. Такие же вывихи наблюдаются у отдельных товарищей и в других национальных республиках.
Что значит уклон к национализму, — все равно, идет ли речь
об уклоне к великорусскому национализму или об уклоне к местному национализму? Уклон к национализму есть приспособление
интернационалистской политики рабочего класса к националистской
политике буржуазии. Уклон к национализму отражает попытки
«своей», «национальной» буржуазии подорвать советский строй и
восстановить капитализм. Источник у обоих уклонов, как видите, —
обишй. Это — отход от ленинского интернационализма. Если хотите держать под оптем оба уклона, надо бить, прежде всего, по
этому источнику, по тем, которые отходят от интернационализма —
все равно — идет ли речь об уклоне к местному национализму или
об уклоне к великорусскому национализму. (Бурные аплодисменты.)
Спорят о том, какой уклон представляет главную опасность —
уклон к великорусскому национализму или уклон к местному
национализму? При современных условиях это — формальный и
поэтому пустой снбр. Глупо было бы давать пригодный для всех
времен и условий готовый рецепт о главной и ие главной опасности. Таких рецептов нет вообще в природе. Главную опасность представляет тот уклон, против которого перестали бороться и которому дали таким образом разрастись до государственной опасности.
(Продолжителън ыс аплодисменты. )

На Украине1 еще совсем недавно уклон к украинскому нацио-

1 Примечание
составителя.
Нацатдналлстический ѵклоті Оперт,ттпгка ворог; л
может быть охарактеризован следующими словами т. Постьмпева на XVII партзъезде: «а) толкование национального вопроса не как части общего вопроса
о классовой борьбе и диктатур« пролетариата, a апис самостоятельного, самодовлеющего вопроса; б) выступление против различных мероприятий, направленных к укреплению братского союза трудящихся пародов, входящих в состав СССР, в частности против создания союзного Наркомчзема, Всесоюзной
сельскохозяйственной академии; в) подмена задачи борьбы за воспитание классового пролетарского самосознания задачей развития национального сознания; г) подмена задачи борьбам в национальном вопросе на два фронта борьбой только лишь против великорусского шовинизма; д) нрикраптивапие контрреволюционной
роли Центральной Рады и украинских
националистических
партий; е) клевета на партию, которая якобы воя в целом недооценивала
украинского вопроса в Октябре; ж) насаждение принудительной украинизации
(в школах); з) прикрывание деятельности националистических элементов, проникших на различные участки, теоретического фронта и строительства советской украинской культуры».

450

/
папизму не представлял главной опасности, но когда перестали с
шгм бороться и дали ему разрастись до того, что он сомкнулся с
интервенционистами, этот уклон стал главной опасностью. Вопрос
о главной опасности в области национального вопроса решается не
пустопорожними формальными спорами, а марксистским анализом
положения дел в данный момент и изучением тех ошибок, которые
допущены в этой области.
19S4

(Сталин.

Г.).

Отчетный

доклад

XVII

партсъезду

о

работе

ЦК

ВКП (б),

4. В Т О Р А Я ПЯТИЛЕТНА И И З Ж И В А Н И Е ХОЗЯЙСТВЕННОГО
И КУЛЬТУРНОГО Н Е Р А В Е Н С Т В А НАРОДОВ С С С Р

16. Намеченная
программа широкого
развертывания нового
строительства обусловливает решительные сдвиги в _ размещении
производительных
сил:
основе, развития старых промышленных центров создаются новые опорные базы индустриализации в восточных районах
Союза (Урал, Западная и Восточная Сибирь, Башкирия, ДВК, Казакстан и Средняя Азия), интенсивно развиваются машиностроение, металлургия, уголь, нефть, электроэнергия и другие отрасли
промышленности. На восточные районы затрачивается около половины всех капиталовложений, направляемых на новое строительство тяжелой промышленности. В 1937 году восточные районы дадут треть производства чугуна против четверти в 1932 г., более чем
треть добычи каменного угля против четверти в 1932 г., около одной пятой электроэнергии (но районным станциям) против 6,5% в
1932 г., десятую часть продукции машиностроения против 5%
в 1932 т.
б) Завершение строительства второго
угольно-металлургической
базы Союза —• Урало-Кузнецкого комбината, на строительство которого направляется во втором пятилетии около четверти капиталовложений в народное хозяйство СССР и более одной трети всех
капиталовложений в тяжелую промышленность. Урало-Кузнецкий
комбината должен дать в 1937 г. треть продукции черной металлургии, больше четверти общей угледобычи страны, одну шестую производства электроэнергии районными электростанциями и около
10% продукции машиностроения.
в) ІІриближент
промышленности к источникам сырья на основе развития новых районов. Осуществление крупнейших сдвигов
в размещении легкой и пищевой промышленности: из 15 строящихся во втором пятилетии хлопчато-бумажных 'комбинатов десять намечены строительством в Средней Азии, Оибири и Закавказье, что обусловливает рост производства хлопчато-бумажных
тканей по Средней Азии почти в 16 раз при среднем росте по
СССР в два раза и создает прочную базу текстильного производства в этих районах. По льняной промышленности создаются мощные базы переработки в Западной области, в Горьковском крае и
FyCCP. Создаются новые сырьевые базы и осуществляется на их основе строительство новых сахарных заводов (Западная Сибирь.
Киргизия, ДВК, Закавказье и т. д.)., В основных центрах производства сельскохозяйственного сырья развертывается строительство

*

451

кожевенных, шерстяных, маслобойных н др. предприятий легкой
и пищевой промышленности. В широких размерах растет добыча
местных видов топлива, ослабляющая зависимость ряда районов
от дальнепривозного топлива.
г) В области сельского хозяйства — значительный рост зернового производства в основных зерновых районах, приступ к работам по широкой ирригации Заволжья и создание устойчивой пшеничной базы в центральных и северных районах, огромное, увеличение продукции технических культур в основных районах их
производства на ряду с созданием новой свекловичной базы на Востоке, широкое развитие новых высокоценных культур, в особенности в субтропических районах, — обеспечивают разрешение задачи правильного размещения основных отраслей сельского хозяйства и специализацию районов по культурам и отраслям.
д) В области транспорта — вместе с реконструкцией и усилением основных транспортных магистралей восточного и южного направлений — строительство большой группы новых железнодорожных и водных путей, связывающих новые индустриальные центры
с общей транспортной сетью Союза и являющихся основой хозяйственного развития новых райЛгов (Караганда—Балхаш, Уфа —
Стерлитамак, Рубцовка — Риддер, Томск — Чулым, Боломорско-Балтийский канал и др.).
е) Широкое промышленное, строительство в таких, прежде в
промышленном отношении отсталых районах, как Средняя Волга,
Татария, Северный Кавказ, ЦЧО, Закавказье, Карелия, Мурманский
край, Дальний Восток, Восточная Сибирь и др., на основе развития
в них крупной промышленности.
ж) Интенсивное развитие строительства в области просвещения,
здравоохранения, искусства, печати в национальных республиках и
областях.

з) Дальнейший рост старых промышленных районов СССР на
основе углубления начатой в первой пятилетке специализации и
более равномерного внутрирайонного размещения промышленности.
Съезд отмечает, что устанавливаемая программа размещения
производительных сил во втором пятилетии обеспечивает изживание хозяйственной и культурной отсталости национальных республик и областей, более равномерное размещение производительных
сил и приближение промышленности к источникам сырья, специализацию основных райопов по сельскохозяйственным культурам и
отраслям, завершение экономического районирования страны в
целом.
(Резолюция XVII пярт-ьезда «О втором пятилетием
родногр хозяйства ООСР» (1933 — 1937 гг.). 1934 г.)

плане

развитир

на-

5. МЕЖДУНАРОДНОЕ ЗНАЧЕНИЕ РАЗРЕШЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОГО
ВОПРОСА В СССР

Октябрьская революция расшатала империализм не. только в
центрах его господства, не только в «метрополиях». Она ударила
еще по тылам империализма, по его периферии, подорвав господство империализма в колониальных и зависимых странах.
Свергнув помещиков и капиталистов, Октябрьская революция

разбила цепи национально-колониального гпета и освободила от
него все без исключения угнетенные народы обширного государства. Пролетариат не может освободить себя, не освобождая угнетенные народы. Характерной чертой Октябрьской революция является тот факт, что она провела в СССР эти национально-колониальные революции не под флагом национальпой вражды и междунациональных столкновения, а под флагом взаимного доверия и братского сближения рабочих и крестьян национальностей СССР, не во
имя национализма,

а во имя

интернационализма.

Именно потому, что национально-колониальные революции произошли у нас под руководством пролетариата и под знаменем интернационализма, именно поэтому народы-парии, народы-рабы
впервые в истории человечества поднялись до положения народов,
действительно свободных и действительно равных, заражая своим
примером угнетенные народы всего мира.
,
Это значит, что Октябрьская революция открыла новую - эпоху,
эпоху колониальных революций, проводимых в угнетенных странах
мира в союзе с пролетариатом, под руководством пролетариата.
Раньше «принято было» думать, что мир разделен искони на
низшие и высшие расы, на черных и белых, из конх первые неспособны к цивилизации и обречены быть объектом эксплоатации, а
вторыо являются единственными носителями цивилизации, призванными эколлоатировать первых. Теперь эту легенду нужно считать
разбитой и отброшенной. Одним из важнейших результатов Октябрьской революции является тот факт, что она нанесла этой легенде смертельный удар, показав на деле, что Освобожденные неевропейские народы, втянутые в русло советского развития, способны двинуть вперед действительно передовую культуру и действительно передовую цивилизацию ничуть не меньше, чем народы
европейские.
Раньше ' «принято было» думать, что единственным методом
освобождения угнетенных народов является метод буржуазного национализма, метод отпадения нации друг от друга, метод нх разъединения, метод усиления национальной вражды между трудящимися массами различных наций. Теперь эту легенду нужно считать
опровергнутой. Одним из важнейших результатов Октябрьской революции является тот факт, что она нанесла этой легенде смертельный удар, показав на деле возможность и целесообразность пролетарского интернационального метода освобождения угнетенных
народов, как единственно правильного метода, показав на деле
возможность H целесообразность братского союза рабочих и крестьян самых различных народов на началах добровольности и интернационализма. Существование Союза Советских Социалистических Республик, являющегося прообразом будущего объединения
трудящихся всех стран в едином мировом хозяйстве, не может не
служить прямым тому доказательством.
Нечего и говорить, что эти н подобные им результаты Октябрьской революции не могли л не могут остаться без серьезного влияния на революционное движение в колониальных и зависимых странах. Такие факты, как рост революционного движения угнетенных
народов в Китае, в Индонезии, в Индии и т. д. и нарастание симпатий этих народов к СССР, — с несомненностью говорят об этом.
453

Эра безмятежной эксплоатации и угнетения колоний и зависимых стран прошла.
Наступила эра освободительных революций в колониях и зависимых странах, эра пробуждения пролетариата этих стран, эра его
гегемонии в революции.
(Сталин.
1 8 9 — 190. 1927

Сб.

Г.)

«Марксизм

п

национально-колониальный

вопрос»,

стр.

. . . Вам известно, товарищи, что мы представляем, мы, как советская федерация, ныне волею исторических судеб представляем
передовой отряд мировой революции. Вам известно, что. мы впервые прорвали общекапиталистическлй фронт, оказавшись волею судеб впереди всех. Вам известно, что в своем движении вперед мы
дошли до Варшавы, а потом отступили, укрепившись на тех позициях, которые мы считали наиболее прочными... Уйти вперед после
того, как мы под Варшавой потерпели неудачу (не будем скрывать
правду), уйти вперед мы не могли, ибо мы рисковали оторваться от
тыла, а он у нас крестьянский, и, наконец, мы рисковали забежать
слишком далеко от тех резервов революции, которые даны волею
судеб, резервов западных и восточных. Вот почему мы предприняли
поворот внутри в сторону нэпа и вне в сторону замедления движения вперед, решив, что надо передохнуть, залечить свои раны,—
раны передового отряда пролетариата, учинить контакт с крестьянским тылом, повести дальнейшую работ}' среди резервов, которые
отстали от нас, — резервов западных и резервов восточных, тяжелых, составляющих основной тыл мирового капитализма. Вот об
этих резервах, — резервах тяжелых, восточных, составляющих,
вместе с тем, тыл мирового империализма,.—идет речь лри обсуждении национального вопроса.
Одно из двух: либо мы глубокий тыл империализма — восточные колониальные и полуколониальные страны—расшевелим, революционизируем и тем ускорим падение империализма, либо мы
промажем здесь и тем укрепим империализм, и тем ослабим силу
нашего движения. Так стоит вопрос..
Дело в том. что нц наш Союз республик весь Восток смотрит
как на опытное поле. Либо мы в рамках этого Союза правильно
разрешим национальный вопрос в его практическом применении,
либо мы здесь, в рамках этого Союза, установим действительно
братские отношения между народами, действительное сотрудничество— и тогда весь Восток увидит, что в лице нашей федерации он
имеет знамя освобождения, имеет передовой отряд, по стопам которого он должен итти, и это будет началом краха мирового империализма. Либо мы здесь, в составе всей федерации, допустим
ошибку, подорвем доверие ранее угнетенных народов к пролетариату России, отнимем у Союза республик ту притягательную силу
в глазах Востока, которую он имеет, — и тогда выиграег империализм, проиграем мы.
В этом международное значение национального вопроса.
(Сталин.
1923 г.)

Декад

по национальному

вопросу

на

XII

съооде

РІШ(б).

СТРАТЕГИЯ

И

ТАКТИКА

i. п о с т а н о в к а в о п р о с а о с т р а т е г и и и т а к т и к е
в ленинизме
І. ТОВ. СТАЛИН О СТРАТЕГИИ И ТАКТИКЕ БОЛЬШЕВИЗМА HAH
НАУКЕ О РУКОВОДСТВЕ НЛАССОВОЙ БОРЬБОЙ ПРОЛЕТАРИАТА

Период господства II Интернационала был периодом но преимуществу формирования и обучения пролетарских армий в обстановке
более или менее мирного развития. Это был период парламентаризма, как преимущественной формы классовой борьбы. Вопросы
о великих столкновениях классов, о подготовке пролетариата к революционным схваткам, о путях завоевания диктатуры пролетариата не стояли тогда, как казалось, на очереди. Задача сводилась
к тому, чтобы использовать все пути легального развития для формирования и обучения пролетарских армий, использовать парламентаризм применительно к условиям, при которых пролетариат останется и должен был, как казалось, остаться в положении оппозиции.
Едва ли нужно доказывать, что в такой период и при таком понимании задач пролетариата не могло быть ни цельной стратегии, ни
разработанной тактики. Были обрывки, отдельные мысли о тактике
и стратегии, но тактики и стратегии ие было.
Смертный грех И Интернационала состоит не в том, что он про- водил в свое время тактику использования парламентских форм
борьбы, а в том, что он недооценивал значение этих форм, считая
их чуть ли не единственными, а когда настал период открытых революционных схваток и вопрос о внепарламентских формах борьбы
стал на первую очередь, партии II Интернационала отвернулись от
новых задач, Нѳ приняли их.
Только в следующий период, период открытых выступлений
пролетариата, в период пролетарской -революции, когда вопрос о
свержении буржуазии стал вопросом прямой практики, когда вопрос
о резервах пролетариата (стратегия) сделался одним из самых животрепещущих вопросов, когда все формы борьбы и организации —
и парламентские, и внепарламентские (тактика) — выявили себя с
полной определенностью, — только в этот период могли быть выработаны цельная стратегия и разработанная тактика борьбы пролетариата. Гениальные мысли Маркса и Энгельса о тактике и стратегия, замуравленные оппортунистами II Интернационала, были вытащены Лениным на свет божий в этот именно период. Но .Ленин не
ограничился восстановлением отдельных тактических положений
.

455

Маркса: и Энгельса. Он их развил дальше и дополнил новыми
мыслями и положениями, объединив все это воспетому правил и руководящих начал по руководству классовой борьбы пролетариата.
Такие брошюры Ленина, как «Что делать?», «Две тактики», «Империализм», «Государство и революция», «Пролетарская революция и
ренегат Каутский». «Детская болезнь», несомненно войдут как ценнейший вклад в общую сокровищницу марксизма, в его революционный арсенал. Стратегия н тактика ленинизма есть наука о руководстве революционной борьбой пролетариата.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

53 — 54.

2. И С Х О Д Н Ы Е П Р И Н Ц И П Ы С Т Р А Т Е Г И И И Т А К Т И К И
ПРОЛЕТАРИАТА

И О Б Р А З Ц Ы ЕЕ У МАРКСА И

ЭНГЕЛЬСА

Выяснив еще в 1844 — б гг. одип из основных недостатков старого1 материализма, состоящий в том, что он не умел понять условий и оценить значения революционной практической деятельности,
Маркс в течение всей своей жизни, на ряду с теоретическими работами. уделял неослабное внимание вопросам тактики классовой
борьбы пролетариата. .Громадный материал дают в этом отношении
все сочинения Маркса и изданная в 1913 г. четырехтомная переписка
(
его с Энгельсом в особенности. Материал этот далеко еще не со4 бран, не сведен вместе, не изучен и не разработан.
Поэтому мы
должны ограничиться здесь лишь самыми общими и краткими замечаниями, подчеркивая, что без этой
стороны материализма
Маркс справедливо считал его половинчатым, односторонним, мертвенным. Основную задачу тактики пролетариата Маркс определял
в строгом соответствии со всеми посылками своего материалистически-диалектического миросозерцания.
Лишь объективный учет
всей совокупности взаимоотношений всех без исключения Классов
данного общестыі. а, следовательно, и учет объективной ступени
развития этого общества, и учет взаимоотношений между ним и другими обществами может служить опорой правильной тактики передового класса. При этом все классы и все страны рассматриваются
не в статическом, а в динамическом виде, т. е. не в неподвижном состоянии, а в движении (законы которого вытекают из экономических условий существования каждого класса). Движение в свою очередь рассматривается не только с точки зрений прошлого, но н с
точки зрения будущего и притом не в пошлом понимании «эволюционистов», видящих лишь4медленные изменения, а диалектически:
«20 лет равняются одному дню' в великих исторических развнтиях,—писал Маркс Энгельсу, — хотя впоследствии могут наступить такие дпи, в которых сосредоточивается но 20 лет» . . . IIa каждой ступени развития, в каждый момент тактика пролетариата
должна учитывать эту объективно неизбежную Диалектику чѳлове. /ческой истории, с одной стороны используя для развития сознания,
силы н боевой способности передового класса эпохи политического
застоя или черепашьего, так называемого «мирного» развития, а с
другой стороны ведя всю работу этого использования в направлении «конечной цели» движения данного класса и создания в нем
способности к практическому решению великих задач в великие
456

дня, «концентрирующие в себе по 20 лет». Два раееуждепия Маркса
особенно важны в данном вопросе: одно из «Нищеты философии»
по поводу экономической борьбы и экономических организаций
пролетариата, другое из «Коммунистического манифеста» по поводу
политических задач его. Первое гласит: «Крупная промышленность
скопляет в одном месте массу неизвестных друг другу людей. Конкуренция раскалывает их интересы. Но охрана заработной, ллаты,
этот общий интерес но отношению к их хозяину, объединяет их
одной общей идеей сопротивления, коалиции . . . Коалиции, в начале
изолированные, формируются в труппы, и охрана рабочими их союзов против постоянного объединенного капитала становится для
них более необходимой, чем охрана заработной платы... В этой
борьбе — настоящей гражданской войне — объединяются и развиваются все элементы для грядущей битвы. Достигши этого пункта,
коалиция принимает политический характер». Здесь перед нами программа и тактика экономической борьбы и профессионального движения на несколько десятилетий, для всей долгой эиохи подготовки
сил пролетариата «для грядущей битвы». С этим надо сопоставить
многочисленные указания Маркса и Энгельса на примере английского рабочего движения, как промышленное «процветание» вызывает попытки «купить рабочих»,... отвлечь их от борьбы, как это
процветание вообще «деморализует работах»,... как «обуржуазивается» английский пролетариат—«самая буржуазная из всех наций» (английская) «хочет, видимо, привести дело в конце концов
к тому, чтобы рядом с буржуазией иметь буржуазную аристократию и буржуазный пролетариат»;... как исчезает у него «революционная энергия»;... как придется ждать более или менее долгое
время «избавления английских рабочих от их кажущегося буржуазного развращения»;... как недостает английскому рабочему движению «пыла чартистов»;... как английские вожди рабочих создаются но типу серединки «между радикальным буржуа и рабочим»;...
как. в силу монополии Англии и пока эта монополия не лопнет,
«ничего не поделаешь с британскими рабочими» . . . Тактика экономической борьбы в связи с общим ходом (и исходом) рабочего движения рассматривается здесь с замечательно широкой, всесторонней, диалектической, истинно революционной точки зрения.
«Коммунистический манифест» о тактике политической борьбы
выдвинул основное положенно марксизма: «коммунисты борются
во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же
время они отстаивают и будущность движения». Во имя этого
Маркс в 184S г. поддерживал в Польше партию «аграрной революции», «ту самую партию, которая вызвала краковское восстание
1846 г.». В Германии 1S4S—49 гг. Маркс поддерживал крайнюю
революционную демократию и никогда впоследствии не брал назад
сказанного им тогда о тактике. Немецкую буржуазию он рассматривал как элемент, который «с самого начала был склонен к измене
народу» (только союз с крестьянством мог бы дать буржуазии цельное осуществление ее задач) «и к компромиссу с коронованными
представителями старого общества». Вот данный Марксом итоговый анализ классового положения немецкой буржуазии в эпоху
буржуазно-демократа ческой революции, анализ, являющийся между
прочим образчиком материализма, рассматривающего общество в
457

движении и притом не только с той стороны движения, которая
обращена назад...
«без веры в себя, без веры в народ; ворча перед
верхами, дрожа перед низами;... напуганная мировой бурей ; нигде
с энергией, везде с. плагиатом;... без инициативы;... окаянный старта, осужденный на то, чтобы в своих старческих интересах руководить первыми порывами молодости молодого и здорового народа» . . . Около 20 лет спустя в письме к Энгельсу... Маркс объявлял причиной неуспеха революции 1848 г. то, что буржуазия предпочла мир с рабством одной уже перспективе борьбы -за свободу.
Когда кончилась эпоха революций 1848 — 49 гг., Маркс восстал против всякой игры в революцию (Шашіер— Виллих и борьба о ними),
требуя уменья работать в эпоху новой полосы, готовящей якобы«мирно» новые революции. В каком духе требовал Маркс ведения
этой работы,, видно из следующей его оценки положения в Германии в наиболее глухое реакционное время в 1856 г.: «Все дело в
Германии будет зависеть от возможности поддержать пролетарскую
революцию каким-либо вторым изданием крестьянской войны»...
Пока демократическая (буржуазная) революция в Германии была
не закончена, все внимание в тактике социалистического пролетариата Маркс устремлял на развитие демократической энергии крестьянства. Лассаля он считал совершающим «объективно измену
рабочему движению на пользу Пруссии»... между прочим именно
потому, что Лассаль мирволил помещикам и прусскому национализму. «Подло», — писал Энгельс в 1865 г., обмениваясь мыслями с
Марксом по поводу предстоящего общего выступления их в печати,— «в земледельческой стране нападать от имени промышленных рабочих только на буржуа, забывая о патриархальной «палочной ѳксплоатации» сельских рабочих феодальным дворянством»...
В период 1864 —1870 ;гг., когда подходила к концу эпоха завершения буржуазно-демократической революции в Германии, эпоха
борьбы эксплоататорских классов Пруссии и Австрии за тот или
иной способ завершения этой революции сверху, Маркс не только
осуждал Лассаля, заигрывавшего с Бисмарком, но и поправлял Либкнехта, впадавшего в «австрофильство» и в защиту партикуляризма;
Маркс треібовал революционной тактики, одинаково беспощадно
борющейся и с Бисмарком и с австрофилами, тактики, которая не
подлаживалась бы к «победителю»—прусскому юнкеру, а немедленно возобновляла революционную борьбу с ним и на пбчве, созданной прусскими военными победами . . . В знаменитом обращении
Интернационала от 9 сентября 1870 г. Маркс предупреждал французский пролетариат против несвоевременного восстания, но, когда
оно все же наступило (1871 г.), Маркс ч восторгом приветствовал
революционную инициативу масс, «штурмовавших небо» (письмо
Маркса к Кугельману). Поражение революционного выступления в
этой ситуации, как и во многих других, было с точки зрения диалектического материализма Маркса меньшим злом в общем ходе
и исходе пролетарской борьбы, чем отказ от занятой позиции, сдала
без боя: такая сдача деморализовала бы пролетариат, подрезала бы
его способность к борьбе. Вполне оценивая использование легальных средств борьбы в эпохи политического застоя и господства
буржуазной легальности, Маркс в 1877 — 8 г. после того как издан
был исключительный закон против социалистов, резко осуждал «ре458

волюциогшую фразу» Моста, по но менее, если не более резко обрушивался на оппортунизм, овладевший тогда на время официальной социал-демократической партией, не проявившей сразу стойкости, твердости, революционности, готовности перейти к нелегальной
борьбе в ответ на. исключительный закон . . .
( Л е н и н . Соч., т. XVIII, «Карл Марко», стр. 27 — 31. 1914 г.)
3. КОНКРЕТНОСТЬ РУКОВОДСТВА, УЧЕТ СВОЕОБРАЗИЯ
ОБСТАНОВКИ — В А Ж Н Е Й Ш А Я ОСОБЕННОСТЬ ЛЕНИНСКОЙ
С Т Р А Т Е Г И И И ТАНТИНИ

. . . Проделывая везде однородную, но сути дела, подготовительную школу к победе над буржуазией, рабочее движение каждой
страны совершает это развитие по-своему. Притом крупные, передовые капиталистические страны идут по этой дороге гораздо более быстро, чем большевизм, получивший от истории пятнадцатилетний срок на подготовку его, как, организованного политического
течения, к победе, III Интернационал за такой короткий срок, как
один год, уже одержал решительную победу, разбил второй, желтый,
социал-шовинистский Интернационал, который всего несколько месяцев тому назад был несравненно сильнее ІІІ-го, казался прочным
и могучим, пользовался всесторонней — прямой и косвенной, материальной (министерские местечки, паспорта, пресса) и идейной помощью всемирной буржуазии.
Все дело теперь в том, чтобы коммунисты каждой страны
вполне сознательно учли как основные принципиальные задачи
борьбы с оппортунизмом и «левым» доктринерством, так и конкретные особенности, которые эта борьба принимает и неизбежно должна принимать в каждой отдельной стране, сообразно оригинальным чертам ее экономики, политики, культуры, ее национального
состава (Ирландия и т. п.), ее колоний, ее" религиозных делений
и т. д. и т. п. Повсеместно чувствуется/ширится и растет недовольство II Интернационалом и за его оппортунизм и за его неуменье
или неспособность создать действительно централизованный, действительно руководящий центр, способный направлять международ• ную тактику революционного пролетариата, в его борьбе за всемирную Советскую республику. Необходимо даль себе ясный отчет в
том, что такой руководящий центр ни в коем случае нельзя построить на шаблонизировании, на механическом' выравнивании,
отождествлении тактических правил борьбы. Пока существуют
национальные и государственные различия между народами и
странами, — а эти различия будут держаться еще очень и очень
долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во все<
мирном масштабе — единство интернациональной тактики комму,
ннстического рабочего движения всех стран требует не устранения
разнообразия, не уничтожения национальных различий (это — вздорная мечта для настоящего момента), а такого применения- основных
принципов коммунизма (советская власть и диктатура пролетариата), которое бы правильно видоизменяло эти принципы в частностях, правильно приспособляло, применяло их к национальным ц
национально-государственным различиям.
Исследовать, изучить,
отыскать, угадать, схватить национально-особенное, национально459

специфическое в конкретных подходах каждой страны к разрешению единой интернациональной задачи, к победе над оппортунизмом и левым доктринерством внутри рабочего движения, к свержению буржуазии, к учреждению Советской республики и пролетарской диктатуры — вот в чем главная задача переживаемого всеми
передовыми (и не только передовыми) странами исторического момента. Главное — конечно, еще далеко, далеко не все, но главное —
уже сделано в привлечении авангарда рабочего класса, в переходе
его на сторону советской власти против парламентаризма, на сторону диктатуры пролетариата против буржуазной демократии. Теперь надо все силы, все внимание сосредоточить на следующем
шаге, который кажется — и, с известной точки зрения, действительно является — менее основным, но который зато более практически близок к практическому решению задачи, именно: на отыскании формы перехода или подхода к пролетарской революции...
. . . История вообще, история революций в частности, всегда богаче содержанием, разнообразнее, разностороннее, живее, «хитрее»,
чем воображают самые лучшие партии, самые сознательные авангарды наиболее передовых классов. Это и понятно, ибо самые лучшие авангарды выражают сознание, волю, страсть, фантазию десятков тысяч, а революцию осуществляют, в моменты особого
подъема и напряжения вСех человеческих способностей, сознание,
воля, страсть, фантазия десятков миллионов, подхлестываемых самой острой борьбой классов. Отсюда вытекают два очень важных
практических вывода: первый, что революционный класс, для осуществления своей задачи, должен уметь овладеть всеми, без малейшего изъятия, формами или сторонами общественной деятельности
(доделывая после завоевания политической власти, иногда с большим риском и огромной опасностью, то, что он не доделал до этого
завоевания); второй, что революционный класс должен быть готов
к самой быстрой и неожиданной смене одной формы другою.
( Л е н и н . Соч., т. X X V , «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», стр.
227 — 223, 230. 1920 г.)
4. МЕЖДУНАРОДНОЕ ЗНАЧЕНИЕ С Т Р А Т Е Г И И И ТАКТИКИ
БОЛЬШЕВИЗМА

Тактика большевиков была правильной, была единственно интернационалистической тактикой, ибо она базировалась не на трусливой боязни, мировой» революции, не на мещанском «неверии» в нее,
не на у зконаяи он а л и отді ч еско м желании отстоять «свое» отечество
(отечество своей буржуазии), а на все остальное «наплевать» —
она была основана на правильном (до войны, до ренегатства социалшовинистов и социал-пацифистов общепризнанном) учете европейской революционной ситуации. Эта тактика- была единственно интернационалистской, ибо проводила максимум осуществимого1 в
одной стране д л я развития, поддержки, пробуждения революции во
всех странах. Эта тактика оправдалась громадным успехом, ибо
большевизм (вовсе не в силу заслуг русских большевиков, а в силу
глубочайшего сочувствия масс повсюду тактике революционной на
деле) стал мировым большевизмом, дал идею, теорию, программу,
тактику, отличающуюся конкретно, практически от социал-шови-

460

пизма it социал-пацифизма. Большевизм добил старый, гнилой интернационал Шейдеманов и Каутских, Реноделей и Лонгэ, Хендерсонов и Макдональдов, которые будут теперь путаться в ногах друг
у друга, мечтая о «единстве» и воскрешая труп. Большевизм создал
идейные и тактические основы III Интернационала, действительно
пролетарского и коммунистического, учитывающего и завоевания
мирной эпохи и опыт начавшейся эпохи революций.
Большевизм Популяризовал' на весь мир идею «диктатуры пролетариата», перевел эти слова с латинского сначала на русский, а
потом на все языки мира, показав на примере советской власти, что
рабочие и беднейшие крестьяне даже отсталой страны, даже наименее опытные, образованные, привычные к организации, в состоянии
были целый год, среди гигантских трудностей, в борьбе с эксплоататорами (коих поддерживала буржуазия всего мира) сохранить
власть трудящихся, создать демократию, неизмеримо более высокую и широкую, чем все лрежние демократии мира, начать творчество десятков миллионов рабочих и крестьян по практическому
осуществлению социализма.
Большевизм помог на деле развитию пролетарской революции
в Европе и в Америке так сильно, как ни одной партии ни в одной
<*гранѳ не удавалось до сих пор помогать. В то время как рабочим
всего мира с каждым дном становится яснее, что тактика Шейдеманов и Каутских не избавляла от империалистской войны и от наемного рабства у империалистской буржуазии, это эта тактика не годится в образец для всех стран, — в это время массам пролетариев
всех стран с каждым днем становится яснее, что большевизм указал
верный путь к. спасению от ужасов войны и империализма, что
большевизм годится как образец

тактики для

всех.

Не только общеевропейская, но мировая пролетарская революция зреет у всех на глазах, и ей помогла, ее ускорила, ее поддержала победа пролетариата в России. Этото всего мало для полной
победы социализма? Конечно мало. Одной стране большего сделать
нельзя. Но эта одна страна благодаря советской власти сделала все
же столько, что даже если бы русскую советскую власть завтра
раздавил мировой империализм, допустим, путем соглашения германского империализма с англо-французским, даже в этом худшем
из худых случаев большевистская тактика оказалась бы принесшей громадную пользу социализму и поддержавшей рост непобедимой мировой революции.
(Л е л пн.
Соч., т. XXIII,
стр. 385 — 386. 1918 Г.)

«Пролетарская революция л ренегат Каутский»,

5. ЗАВИСИМОСТЬ С Т Р А Т Е Г И И ОТ П Р О Г Р А М М Ы ПАРТИИ
1. Д В Е С Т О Р О Н Ы Р А Б О Ч Е Г О

ДВИЖЕНИЯ

Политическая стратегия так же, как ж тактика, имеет дело с рабочим движением. Но самое рабочее движение состоит из двух
элементов: элемента объективного или стихийного и элемента субъективного или сознательного. Элемент объективный, стихийный —
это та группа процессов, которые происходят независимо от сознательной и регулирующей воли пролетариата. Экономическое развитие страны, развитие капитализма, развал старой власти, стихийные
461

движения пролетариата и окружающих его классов, столкновения
классов п пр.—все это такие явления, развитие которых от воли
пролетариата не зависит, это — объективная сторона движения.
Стратегии нечего делать с этими процессами, ибо она 'не может ни
остановить их ни изменить, она, может лишь считаться с ними и исходить из них. Это область, подлежащая изучению теории марксизма и программы марксизма.
Но движение имеет еще субъективную, сознательную сторону.
Субъективная сторона движения — это отражение в головах рабочих стихийных процессов движения, это сознательное и планомерное движение пролетариата к определенной цели. Эта сторона движения тем, собственно, и интересна для нас, что она, в отличие от
объективной стороны движения, подлежит целиком направляющему воздействию стратегии и тактики. Если стратеги не в силах
изменить что-либо в ходе объективных процессов движения, то
здесь, в области субъективной, сознательной стороны движения,
наоборот, поле применения стратегии широко и разнообразно, ибо
она, стратегия, может ускорить или замедлить движение, направить по кратчайшему пути или совлечь его на путь более тяжелый
и болезненный, в зависимости от совершенств или недостатков самой стратегий.
Ускорить или замедлить движение, облегчить или затормозить
его, таковы область и пределы применения политической стратегии
и тактики.
II. Т Е О Р И Я И П Р О Г Р А М М А

МАРКСИЗМА

Стратегия не занимается сама изучением объективных процессов движения. Тем не менее она обязана их знать и правильно их
учитывать, если не хочет допустить грубейших и пагубных ошибок
в деле руководства движением. Изучением объективных процессов
движения занимается, прежде всего, теория марксизма, а потом и
программа марксизма. Поэтому стратегия должна целиком опираться на данные теории и программы марксизма.
Теория марксизма, изучая объективные процессы капитализма в
их развитии и отмирании, приходит к выводу о 'неизбежности падения буржуазии и захвата власти пролетариатом, о неизбежности
замены капитализма социализмом. Пролетарская стратегия может
быть названа действительно марксистской лишь в том случае, если
в основу ее работы будет наложен этот основной вывод теории
марксизма.
Программа марксизма, исходя из данных теории, определяет
цели пролетарского движения, научно-формулированные в пунктах
программы. Программа может быть рассчитана .либо на весь период
капиталистического развития, имея в виду низвержение капитализма и организацию социалистического производства, либо на
одну определенную фазу в развитии капитализма, например, на низвержение остатков феодально-абсолютистского строя и создание
условий свободного развития капитализма. В зависимости от этого
программа может состоять из двух частей; максимальной и минимальной. Само собою понятно, что стратегия, рассчитанная на минимальную часть программы, не может не отличаться от стратегии,
462

рассчитанной тга максимальную ее часть, причем стратегия может
быть названа действительно марксистской лишь в том случае, если
она руководствуется в своей работе целями движения, формулированными в программе марксизма.1
(С т а л и н. «К вопросу о стратегии и тактике русских коммунистов». ЦО
«Правда» оа 1923 г., J4 56.)

ii. с т р а т е г и я и т а к т и к а
I. С Т Р А Т Е Г И Я

большевизма

БОЛЬШЕВИЗМА

А. Тов. С т а л и н о с т р а т е г и и на р а з н ы х э т а п а х

революции

Стратегия есть определение направления главного удара пролетариата на основе данного этапа революции, выработка соответствующего плана расположения революционных сил (главных и
второстепенных резервов), борьба за проведение этого плана на
всем протяжепии д° .лого этапа революции.
Наша революция пережила уже два этана и вступила после
Октябрьского переворота в третий этап. Сообразно с этим менялась
стратегия.
Первый этап. 1903 г. — февраль 1917 г. Цель — свалить царизм,
ликвидирован) полностью пережитки средневековья. Основная сила
революции — пролетариат. Ближайший резерв—'Крестьянство. Направление основного удара: изоляция либерально-монархической
буржуазии, старающейся овладеть крестьянством и ликвидировать
революцию путем соглашения с царизмом. План расположения сил:
союз рабочего класса с крестьянством. «Пролетариат должен провести до конца демократический переворот, присоединяя к себе
массу крестьянства, чтобы раздавить силой сопротивление самодержавия и парализовать неустойчивость буржуазии» (см. т. VIII,
стр. 96).
Второй этап. Март 1917 г.—октябрь 1917 г. Цель — свалить империализм в России и выйти из империалистической войны. Основная сила революции — пролетариат. Ближайший резерв —- беднейшее крестьянство. Пролетариат соседних стран, как вероятный резерв Затянувшаяся война и кризис империализма, как благоприятный момент. Направление основного удара: изоляция мелкобуржуазной демократии (меньшевики, эсеры), старающейся овладеть
трудовыми массами крестьянства и кончить революцию путем соглашения с империализмом. План расположения сил: союз пролетариата с беднейшим крестьянством. «Пролетариат должен совершить
социалистический переворот, присоединяя к себе массу полупролетарских элементов населения, чтобы сломить силой сопротивление
буржуазии и парализовать неустойчивость крестьянства и мелкой
буржуазии» (см. там же).
Третий этап. Начался оп после Октябрьского перевороха. Цель —
упрочить диктатуру пролетариата в одной стране, используя ее как
1 Примечание
составителя.
Большевики в борьбе на дна фронта
-тюциоші очіролетарокую стратегию и тактику см. тему «Учение о
раздел «Борьба партии на дат фронта».

за реноларгни»,

опорный пункт для свержения империализма во всех странах. Революция выходит за. рамки одной страны, началась эпоха млровой
революции. Основные силы революции: диктатура пролетариата в
одной стране, революционное движение пролетариата во всех странах. Главные резервы: полупролетарские и мелкокрестьянские массы
в развитых странах, освободительное движение в колониях и зависимых странах. Направление основного удара: изоляция мелкобуржуазной демократии, изоляция партий II Интернационала, представляющих основную опору политики соглашения
с империализмом.
План расположения сил: союз пролетарской революции с освободительным движением колоний и зависимых стран.
Стратегия имеет дело с основными силами революции и их резервами. Она меняется в связи с переходом революции от одного
этапа к другому, оставаясь в основном без изменений за весь период данного этапа
{ С т а л н з.

1924 г.).

Вопросы

леппи и-зма.

«Об

основал

лешшизма»,

стр.

54 — 55.

Б. Основные черты политическом с т р а т е г и и

Важнейшей задачей стратегии является определение того основного направления, по которому должно пойти движепие рабочего
класса и на котором выгоднее всего для пролетариата нанести противнику основной удар для достижения целей, поставленных программой. План стратегии — это план организаций решающею удара
в том направлении, в котором удар скорее всего может дать максимум результатов.
Основные черты политической стратегии можно было бы обрисовать без особого труда, прибегнув к аналогии с военной стратегией, например в период гражданской войны, во время борьбы с
Деникиным. Все помнят конец 1919 г., когда Деникин стоял под
Тулой. В это время разыгрались интересные споры среди военных
по вопросам о том, откуда следовало бы нанести решающий удар
армиям Деникина, Одни военные предлагали избрать основным направлетТйем удара линию Царицын — Новороссийск. Другие, наоборот, предлагали повести решающий удар по линия Воронеж —Ростов с тем, чтобы, пройдя эту линию и разбив таким образом на
две части армии Деникина, потом расколотить их поодиночке. Первый план имел, несомненно, свою положительную сторону в том
смысле, что он, рассчитывая на взятие Новороссийска, тем самым
отрезал армиям Деникина путь к отступлению. Но он был, с одной
стороны, невыгоден, ибо предполагал наше продвижение по районам (Допекая область), враждебным советской власти, и требовал
таким образом, крупных жертв; с другой стороны, он был опасен,
ибо открывал армиям Деникина дорогу на Москву через Тулу, Серпухов. Второй план основного удара был единственно правилен,
ибо он, с одной стороны, предполагал продвижение нашей основной группы по районам (Воронежская губ. — Донбасс), сочувствующим советской власти, и в виду этого не требовал особых жертв,
с другой стороны, он расстраивал действия основной группы войск
Деникина, шедших на Москву. Большинство военных высказалось
464

sa »второй план, и этпм была определена судьба всей войны с Деникиным.
Иначе говоря: определить направление основного удара — это
значит предрешить характер операции на весь период войны, предрешить стало быть на 9/10 судьбу всей войны. В отом задача стратегии.
То же самое нужно сказать о стратегии политической. Первое
серьезное столкновение между политическими руководителями российского пролетариата по вопросу об основном направлении пролетарского движения имело место в начале девяностых годов, во
время русско-японской войны. Как известно, одна часть нашей партии (меньшевики) держалась тогда того взгляда, что основное направление движения пролетариата в его борьбе с царизмом должно
пойти по линии блока между пролетариатом и либеральной буржуазией, причем крестьянство, как важнейший революционный фактор,
исключалось или почти исключалось из плана, а либеральной буржуазии предоставлялась руководящая роль в общереволюционном
движении. Другая часть партии '(большевики), наоборот, утверждала, что основной удар должен пойти по .линии блока пролетариата
и крестьянства, причем роль руководителя общереволюционного
движения должна быть предоставлена пролетариату, а либеральная
буржуазия должна быть нейтрализована.
Если по аналогии с войной с Деникиным изобразить все наше
революционное движение о девяностых годов до февральской революции 1917 г. как войну рабочих и крестьян против царизма и
помещиков, то ясно, что от принятия того или иного стратегического плана (меньшевистского или большевистского), от принятия
того или иного основного направления революционного движения
зависела во многом судьба царизма и помещиков.
Как но время войны с Деникиным военная стратегия, наменяв
основное направление удара, тем самым на 9/10 определила характер всех дальнейших операций, вплоть до ликвидации Деникина,
так и здесь, в области революционной борьбы с царизмом, наша
политическая стратегия, наметав основное направление революционного движения в духе большевистского плана, тем самым определила характер работы нашей партии за весь период открытой
борьбы с царизмом со времен русско-японской войны до февральской революции 1917 г.
Задача политической стратегии состоит прежде всего в том,
чтобы, исходя из данных теории и программы марксизма л учитывая опыт революционной борьбы рабочих всех стран, правильно
определить основное направление пролетарского движения данной
страны для данного исторического периода.
( С т а л и н , «К вопросу о стратегии
«Правда» за 1023 г., X» 56.)

(,

и тактике

русских коммунистов». ЦО

2. Т А К Т И К А КАК УЧЕНИЕ О Ф О Р М А Х Б О Р Ь Б Ы
КЛАССА

РАБОЧЕГО

А. Тов. С т а л и н о т а к т и к е в связи с приливами и о т л и з а в и
революции

Тактика есть определение линии поведения пролетариата за
сравнительно короткий период прилива или отлива движения, подъ30

Ленинизм,

4 6 5

ема или уШдка революции, борьба за проведение этой лиіптп путей
смены старых форм борьбы и организации новыми, старых лозунгов новыми, путем сочетания этих форм и т. д. Если стратегия имеет
целью выиграть войну, скажем, с царизмом или с буржуазией, довести до конца борьбу с царизмом или буржуазией, то тактика
ставит себе менее существенные дели, ибо она старается выиграть
не войну в целом, а те или иные сражения, те или иные бои,
успешно провести те или иные кампании, те или иные выступления,
соответствующие конкретной обстановке в период данного подъема
или упадка революций. Тактика есть часть стратегии, ей подчиненная, ее обслуживающая.
Тактика меняется в зависимости от приливов и отливов. В то
время, как в период первого этана революции (1903—1917, февраль)
стратегический план оставался без изменения, тактика менялась за
\ это время несколько раз. В период 1903—1905 *гг. тактика партии
была наступательна я, ибо бьтл прилив революции, движение поднималось в гору, и тактика должна была исходить из этого факта.
Соответственно с ѳтим и формы борьбы были революционные, отвечающие требованиям прилива революции. Местные политические
забастовки, политические демонстрации, общая политическая забастовка, бойкот Думы, восстание, революционно-боевые лозунги —
таковы сменяющие друг друга формы борьбы за этот период.
В связи с формами борьбы изменились тогда и <{юрмы организации.
Фабрично-заводские комитеты, крестьянские революционные комитеты, забастовочные комитеты, советы рабочих депутатов, более
или менее открытая рабочая партия
таковы формы организации
за этот период.
В период 1907—1912 гг. партия вынуждена была перейти на таіы
тику отступления, ибо мы имели тогда упадок революционного движения, отлив революции, и тактика не могла не считаться с этим
фактом. Соответственно с этим изменились и формы борьбы, так
же как и формы организации. Вместо бойкота Думы — участие в
Думе, вместо открытых внедумских революционных выступлений —
думские выступления и думская работа, вместо общих политических
забастовок—частичные экономические забастовки или просто затишье. Понятно, что партия должна была $йти в этот период в
подполье, массовые же революционные организации были заменены
культурно-просветительными, кооперативными, страховыми и прочими подзаконными организациями.
То же самое нужно сказать о втором и третьем этапе революции,
на протяжении которых тактика, менялась десятки раз, тогда как
стратегические планы оставались без изменения.
Тактика имеет дело с формами борьбы и формами организации
пролетариата, с их сменой, их сочетанием. На основе данного этана
революции тактика может меняться несколько раз, в зависимости
от приливов или отливов, от подъема или упадка революции,.
1924

(Сталин.
Г.)

Вопросы

ленинизма.

«05

основах

ленинизма»,

стр.

55 — 58«

Б. Тантика нан подчиненная часть стратегии

Тактика есть часть стратегии, ей подчиненная, ее обслуживающая. Тактика имеет дело не с войной в целом, а с ее отдельными

4Б6

эпизодами, с боями, о сражениями. Если стратегия старается выиграть войну или довести до конца, скажем, борьбу с царизмом, то
тактика, наоборот, стремится выиграть те или иные сражения, те
или иные бои, успешно провести те или иные кампании, те или
иные выступления, более или менее соответствующие конкретной
обстановке борьбы в каждый данный момент.
Важнейшей задачей тактики является определение тех путей и
средств, тех форм и способов борьбы, которые более всего соответствуют конкретной обстановке в данный момент и вернее всего
подготовляют стратегический успех. Поэтому действия тактики, их
результаты должны бьггь расцениваемы не сами по себе, не с точки
зрения непосредственного эффекта, а с точки зрения задач и возможностей стратегии.
Бывают момента, когда тактические успехи облегчают проведение стратегических задач. Так обстояло дело, например, на Деникииском фронте в конце 1919 г. при освобождении нашими войсками Орла и Воронежа, когда успехи пашей кавалерии под Воронежем и пехоты под Орлом создали обстановку, благоприятную для
удара на Ростов. Так обстояло дело в августе 1917 г. в I'осени,
когда переход Петроградского и Московского советов на сторону
большевиков создал новую политическую обстановку, облегчившую"
впоследствии октябрьский удар нашей партии.
Бывают и такие моменты, когда тактическое успехи, блестящие
по своему непосредственному эффекту, но не соответствующие
стратегическим возможностям, создают «неожиданную» обстановку,
гибельную для всей кампании. Так обстояло дело с Деникиным в
конце І919 г., когда он, увлеченный легким успехом быстрого и
эффектного продвижения на Москву, растянул свой фронт от Волги
до Днепра и подготовил тем самым гибель своих армий. Так обстояло дело в 1920 г. во время войны с поляками, когда мы, недооценив силу национального момента в Польше и увлекшйсь легким успехом эффектного продвижения вперед, взяли на себя непосильную задачу прорыва в Европу через Варшаву, сплотили против советских войск громадное большинство польского населения и
создали, таким образом, обстановку, аннулировавшую успехи советских войск под Минском и Житомиром и подорвавшую престиж
советской власти на Западе.
Наконец, бывают еще моменты, когда приходится пренебречь
тактическим успехом, сознательно пойти на тактические минусы и
проигршпы для того, чтобы обеспечить за собою в будущем стратегические плюсы. Так бывает нередко на войне, когда одна сторона, желая снасти кадры своих войск и вывести их из-под удара
превосходных сил противника, начинает планомерное отступление
и сдает без боя целые города и области для того, чтобы выиграть
время и собраться с силами для новых решительных боев в будущем. Так обстояло дело в Роосии в 1918 г. во время германского " наступления, когда наша партия вынуждена была пойти на Брестский
мир, представляющий громадный минус с точки зрения непосредственного политического эффекта в тот момент, для того, чтобы
сохранить союз с крестьянством, жаждавшим мира, заполучить передышку, создать новую армию и обеспечить, таким образом, в будущем плюсы стратегические.

Иначе говоря: тактика ие может подчинить себя преходящим
интересам минуты, она не должна руководствоваться соображениями непосредственного политического эффекта, она тем более не
должна отрываться от земли и строить воздушные замки,—тактика должна строиться применительно к задачам и возможностям
стратегии.
Задача тактики состоит прежде всего в том. чтобы, руководствуясь указаниями стратегии, учитывая опыт революционной
борьбы рабочих всех стран, определить формы и способы борьбы,
более всего соответствующие конкретной обстановке борьбы в каждый данный момент.
• ( С т а л и н . «К вопросу о стратегии и тактике русских
«Правда» за 1923 г., № 56.)

коммунистов». ЦО

В. Т а н т и н а а. выбор ф о р м б о р ь б ы

. . . Какие основные требования должен предъявить всякий марксист к рассмотрению вопроса о формах борьбы? Во-первых, марксизм отличается от всех примитивных форм социализма тем, что
он не связывает движения с какой-либо одной определенною формою борьбы. Он признает самые различные формы борьбы, причем
не «выдумывает» их, а лишь обобщает, организует, придает сознательность тем формам борьбы революционных классов, которые возникают сами собой в ходе движения. Безусловно враждебный всяким
отвлеченным формулам, всяким доктринерским рецептам, марксизм
требует внимательного отношения к идущей массовой борьбе, которая с развитием движения, с ростом сознательности масс, с обострением экономических и политических кризисов порождает все
новые и все более разнообразные способы обороны и нападения.
Поэтому марксизм безусловно не зарекается ни от каких форм
борьбы. Марксизм ни в каком случае не ограничивается возможными и существующими только в данный момент формами борьбы,
признавая неизбежность
новых, неведомых для деятелей данного
периода форм борьбы с изменением данной социальной конъюнктуры. Марксизм в этом отношении учится, если можно так выразиться, у массовой практики, далекий от претензий учить массы выдумываемым кабинетными «систематиками» формам борьбы. Мы
знаем, — говорил, например, Каутский, рассматривая формы социальной революции, — что грядущий кризис принесет нам новые
формы борьбы, которых мы не можем предвидеть теперь.
Во-вторых, марксизм требует безусловно исторического
рассмотрения вопроса о формах борьбы. Ставить этот вопрос вне исторически-конкретной обстановки значит не ноннмать азбуки диалектического материализма. В различные моменты экономической эволюции, в зависимости от различных условий политических, национально-культурных, бытовых и т. д., различные формы борьбы
выдвигаются па первый план, становятся главными формами
борьбы, а в связи с этим, в свою очередь видоизменяются н второстепенные, побочные формы борьбы. Пытаться ответить да или нет
на вопрос об определенном средстве борьбы, не рассматривая детально конкретной обстановки данного движения на данной ступени его развития — значит покидать совершенно почву марксизма.

463

Таковы два основные теоретические положения, которыми мы
должны руководиться. История марксизма в Западной Европе дает
нам бездну примеров, подтверждающих сказанное. Европейская
социал-демократия считает в данное время парламентаризм и профессиональное движение главными формами борьбы, она признавала восстание в прошлом и вполне готова признать его, с изменением конъюнктуры, в будущем, — вопреки мнению либеральных
буржуа, вроде русских кадетов и беззаглавцев. Социал-демократия
отрицала всеобщую стачку в 70-х годах, как социальную панацею,
как средство сразу свергнуть буржуазию неполитическим путам,—
но социал-демократия вполне признает массовую политическую
стачку (особенно после олыта России в 1905 г.), как одно из средств
борьбы, необходимое при известных
условиях. Социал-демократия
признавала уличную баррикадную борьбу в 40-х годах X I X века,—
отвергала ее на основании определенных данных в конце
X I X века, — выражала полную готовность пересмотреть этот последний взгляд и признать целесообразность баррикадной борьбы после
опыта Москвы, выдвинувшей, по словам К. Каутского, новую баррикадную тактику.
( Л е я п н . Соч., т. X. «Партизанская война», стр. SO — s i .
ФОРМЫ

1906 г.)

БОРЬБЫ

Способы ведения войны, формы войны не всегда одинаковы.
Они меняются в зависимости от условий развития, прежде всего,
в зависимости от развития производства. При Чингис-Хане война
велась иначе, чем при Наполеоне III, в X X веке ведется иначе, чем
в X I X веке.
Искусство ведения войны в современных условиях состоит в том,
дтоби, овладев всеми формами войны и всеми достижениями науки
в этой области, разумно их использовать, умело сочетать их или
своевременно применять ту или иную из этих форм в зависимости
от обстановки.
То же самое нужно сказать о формах борьбы в политической
области. Формы борьбы в политической области еще более разнообразны, чем формы ведения войны. Они меняются в зависимости
от развития хозяйства, общественности, культуры, в зависимости
от состояния классов, соотношения борющихся сил, характера власти, наконец, в зависимости от международных отношений и пр. Нелегальная форма борьбы при абсолютизме, связанная с частичными
забастовками и демонстрациями рабочих, открытая форма борьбы
при «легальных возможностях» и массовые политические забастовки
рабочих; парламентская форма борьбы, скажем, при думе и внепарламентское выступление масс, доходящее иногда до вооруженных
восстаний; наконец, государственные формы борьбы, по взятии власти пролетариатом, когда последний получает возможность обеспечить за собой все государственные средства и силы, вплоть до армии— таковы в общем формы борьбы, выдвинутые практикой революционной борьбы пролетариата. Задача партии состоит в том,
чтобы овладеть всеми формами борьбы, разумно их сочетать на
поле битвы и умело заострить борьбу на тех ее формах, которые
особенно целесообразны при данпой обстановке.,

ШОРМЫ ОРГАНИЗАЦИИ

Формы организации армии, роды и виды войск приспособляются
обычно к формам и способам ведения войны. С изменением последних меняются первые. При маневренной войне дело решает часто
массовая кавалерия. При позиционной войне, наоборот, кавалерия
либо не играет никакой роли, либо — второстепенную роль: тяжелая артиллерия и авиация, газы и танки — решают все.
Задача военного искусства состоит в том, чтобы обеспечить за
собой все роды войск, довести их до совершенства и умело сочетать
их действие.
То же самое можно сказать о формах организации в политической области. Здесь так же, как и в военной области, формы организации приспособляются к формам борьбы. Конспиративные организации профессиональных революционеров в эпоху абсолютизма;
просветительные, профессиональные, кооперативные и парламентские организации (думская фракция и пр.) в эпоху думы; фабричнозаводские комитеты, крестьянские комитеты, забастовочные Комитеты, советы рабочих и солдатских депутатов, воешга-революциоіь
ные комитеты и широкая пролетарская партия, связывающая все
эти формы организаций в период массовых выступлений и восстаний; наконец, государственная форма организации пролетариата в
период сосредоточения власти в руках рабочего класса, — таковы
вообще те формы организации, на которые при известных условиях может и должен опереться пролетариат в своей борьбе с буржуазией.
Задача партии состоит в том, чтобы овладеть всеми этими формами организаций, довести их до совершенства и умело сочетать
их работу в каждый данный момент.
( С т а д и и . К вопросу о стратегии
«Правда» за 1923 г., Лі 50.)

и тактике

русских

коммунистов.

ЦО

iii. с т р а т е г и ч е с к о е и т а к т и ч е с к о е
руководство большевизма
I. СТРАТЕГИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО И ЕГО ОСНОВНЫЕ
ПРИНЦИПЫ
А. Тов. Сталин о стратегическом руководстве
. . . Резервы революции бывают:
прямые:
а) крестьянство и вообще переходные слои своей
страны, б) пролетариат соседних стран, в) революционное движение
в колониях и зависимых странах, г) завоевания и приобретения
диктатуры пролетариата, — от части которых пролетариат может
временно отказаться, оставив за собой перевес сил, с тем, чтобы
подкупить сильного противника и получить передышку, и
косвенные:
а) противоречия и конфликты между непролетарскими классами своей страны, могущие быть использованными пролетариатом для ослабления противника, для усиления своих резервов, б) противоречия, конфликты и войны (например, империалистическая война) между враждебными пролетарскому государству буржуазными государствами, могущие быть использованными ироле-

470

тариатом при своем наступлении или при маневрировании в случае
вынужденного отступления.
О резервах первого рода не стоит распространяться, так как их
значение понятно всем и каждому. Что касается резервов второго
рода, значение которых ire всегда ясно, то нужно сказать, что они
имеют иногда первостепенное значение для хода революции. Едва
ли можно отрицать громадное значение, например, того конфликта
между мелкобуржуазной демократией (эсеры) и либерально-монархической буржуазией (кадеты) во время первой революции и после
нее, который, несомненно, сыграл свою роль в деде высвобождения
крестьянства из-под влияния буржуазии. Еще меньше оснований отрицать колоссальное значение факта смертельной войны между
основными группами империалистов в период Октябрьского переворота, когда империалисты, занятые войной между собою, не имели
возможности сосредоточить силы против молодой "советской масти,
а пролетариат именно поэтому получил возможность взяться вплотную за организацию своих сил, за укрепление своей власти и подготовить разгром Колчака и Деникина. Надо полагать, что теперь,
когда противоречия между империалистическими группами все более углубляются и когда новая война между ними становится неизбежной, резервы такого рода будут иметь для пролетариата- все
более серьезное значение.
Задача стратегического руководства состоит в том, чтобы правильно использовать все эти резервы для достижения основной
цели революции на данном этапе ее развития.
H чем состоит правильное использование резервов?
В выполйении некоторых необходимых условий, из которых
главными условиями нужно считать следующие:
Во-первых.
Сосредоточение главных сил революции в решающий
момент на наиболее уязвимом для противника пункте, когда революция уже назрела, когда наступление идет на всех парах, когда
восстание стучится в дверь, и когда подтягивание резервов к авангарду является решающим условием успеха. Примером, демонстрирующим такого [юда использование резервов, можно считать стратегию партии за период апрель — октябрь 1917 г. Несомненно, что
наиболее уязвимым пунктом противника, в этот период была- война.
Несомненно, что именно на этом вопросе, как основном, собрала
партия вокруг пролетарского авангарда широчайшие массы населения. Стратегия партии в этот период сводилась к тому, чтобы, обучай авангард уличным выступлениям путем манифестаций и демонстраций, подтягивать вместе с тем к авангарду резервы чюрез советы в тылу и солдатские комитеты на фронте. Исход революции
показал, что использование резервов было правильное.
Вот что говорит Ленин об этом условии стратегического использования сил революции, перефразируя известные положения Маркса
и Энгельса о восстании:
«Никогда пе играть с восстанием, а, пачтгая его, штать твердо, что надо
итти да конца. Необходимо собрать большой перевес
сил в решающем месте,
в решающий момент, ибо иначе неприятель, обладающий лучшей подготовкой
н организацией, уничтожит повстанцев. Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью
и непременно, безусловно переходить
в наступление.
«Оборона есть сморть вооруженного восстания». Надо стараться
вахватить врасплох неприятеля, уловить момент, пока его войска разбросаны.
471

Надо добиваться ежедневно
хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно, если дело идет об одном городе), поддерживая, во что бы то ни стада,
«моральный перевес»» (см. т. X X I , стр. 319 — 320).

Во-вторых. Выбор момента решающего удара, момента открытая
восстания, рассчитанный на то, что кризис дошел до высшей точки,
что готовность авангарда биться до конца, готовность резерва поддержать авангард и максимальная растерянность в рядах противника— имеются уже налицо.
«Решительное сражение, — говорит Ленин, — можно считать вполне назревшим», если «все враждебные нам классовые силы достаточно запутались, достаточно
передрались
друг
с
другом,
достаточно
обессилили
себя
борьбой, которая им не по силам», если «все колеблющиеся, шаткие, неустойчивые, промежуточные элементы, т. е. мелкая буржуазия, мелкобуржуазная
демократия, в отличие от буржуазии, достаточно разоблачили себя перед народом,
достаточно
опозорились свопм
практическим
банкротством»;
если
«в пролетариате началось и стало могуче подниматься массовое настроение
в пользу поддержки самых решительных, беззаветно-смелых революционных
действий против буржуазии. Вот тогда революция назрела, вот тогда наша
победа, если мы верно учли все намеченные выше... условия и верно выбрали момент, наша победа обеспечена» см. т. X X V , стр. 229),

Образцом такой стратегии можно считать проведение Октябрьского восстания.
Нарушение этого условия ведет к опасной ошибке, называемой
(«потерей темпа», когда партия отстает от хода движения или забегает далеко вперед, создавая опасность провала. Примером такой
«потери темпа», примером того, как не следует выбирать момент
восстания, нужно считать попытку одной касти товарищей начать
восстание с ареста Демократического совещания в августе 1917 г.,
когда в советах чувствовалось еще колебание, фронт находился
еще на перепутьи, резервы не были еще подтянуты к авангарду.
В-третъих. Неуклонное проведение уже принятого курса через
все и всякие затруднения и осложнения на пути к цели, необходимое для того, чтобы авангард не терял из виду основной цели
борьбы, а массы не сбивались с пути, идя к этой цели и стараясь
сплачиваться вокруг авангарда. Нарушение этого условия ведет
к громадной ошибке, хорошо известной морякам под именем
«потери курса». Примером такой «потери курса» нужно считать
ошибочное поведение нашей партии непосредственно после Демократического совещания, принявшей решение об участии в Предпарламенте. Партия как бы забыла в этот момент, что Предпарламент есть попытка буржуазии перевести страну с пути советов на
путь буржуазного парламентаризма, что участие партии в таком
учреждении может спутать все карты и сбить с пути рабочих и крестьян, ведущих революционную борьбу иод лозунгом «Вся власть
советам». Эта ошибка была исправлена уходом большевиков из
Предпарламента.
В-четвертых. Маневрирование резервами, рассчитанное на правильное отступление, когда враг силен, когда отступление неизбежно, когда принять бой, навязываемый противником, заведомо
невыгодно, когда отступление становится при данном соотноше«
нии сил единственным средством вывести авангард из-под удара и
сохранить за ним резервы.

472

«Революционные
партия, — говорят
Ленн.я, — долгжпы доучиваться. " Ояи
учились наступать. Теперь приходится понять, что эту науку необходимо дополнить наукой, как правильнее отступать. Приходится понять, — и революционный класс на собственном горьком опыте учится понимать, — что нельзя
победить, не научившись правильному наступлению н правильному отступлению» (см. т. X X V , стр. 177).

Цель такой стратегии — выиграть время, разложить противника
•и накопить силы для перехода потом в наступление.
Образцом такой стратегии можно считать заключение Брестского мира, давшего партии возможность выиграть время, использовать столкновения в лагере империализма, разложить силы противника, сохранить за собой крестьянство и накопить силы для
того, чтобы подготовить наступление на Колчака и Деникина.
«Заключая сепаратный мир, — говорил тогда Ленин,— мы в наибольшей,
возможной для данного момента, степени освобождаемся от обеих враждующих империалистских групп, используя их вражду и войну, — затрудняющую им сделку против нас, — используем, получая известный период развязанных рук для продолжения и закрепления социалистической революции»
(см. т. Х Х і І , стр. 198).
«Теперь далее последний дурак» видит, — говорит Ленин спустя три года
после Брестского мира, — что «Брестский мир» был уступкой, усилившей нас
и раздробившей силы международного империализма» (см. т. XXVII, стр. 7).

Таковы главные условия, обеспечивающие правильность стратегического руководства.
(Сталин.
19Û4

Вопросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

56 — 59.

Г.)

Б. Маневрирование резервами, о т с т у п л е н и е • наступление
в классовой борьбе п р о л е т а р и а т а

Если бы армия, убедившись, что она неспособна взять крепость
штурмом, сказала бы, что она не согласна сняться со старых позиций, не займет новых, не перейдет к новым приемам решения задачи,— про такую армию сказа.™ бы: тот, кто научился наступать
и не научился при известных тяжелых условиях, применяясь к ним,
отступать, тот войны не окончит победоносно. Таких войн, которые
бы начинались и оканчивались сплошным победоносным наступлением, не бывало во всемирной истории, или они бывали, как исключения. И это — если говорить об обыкновенных войнах. А при такой войне, когда решается судьба целого класса, решается вопроссоциализм или капитализм, — есть ли разумные основания предполагать, что народ, в первый раз решающий эту задачу, может найти
сразу единственный правильный безошибочный прием. Какие основания предполагать это? Никаких! Опыт говорит обратное. Не
было ни одной задачи из тех, какие мы решали, которая не потребовала бы от нас повторного решения взяться за нее опять. Потерпевши поражение, взяться второй раз, все переделать, убедиться,
каким образом можно подойти к решению задачи, не то, чтобы к
окончательно правильному решепию, но к решению, по крайней
мере, удовлетворительному, — так мы работали, так надо работать
и дальше. Если бы при той перспективе, которая открывается перед нами, в иаших рядах не оказалось бы единодушия, это было
бы самым печальным признаком того, что чрезвычайно опасный
дух уныния посети лея в партии. И наоборот, если мы пѳ будем
473

бояться говорить даже горькую и тяжелую правду напрямик, мы
научимся, непременно и безусловно научимся побеждать все и всякие трудности.
Нам иужно встать на почву наличных капиталистических отношений. Испугаемся ли мы этой задачи? Или скажем, что это задача
не коммунистическая? Это значило бы не понимать революционной
борьбы, не понимать характера этой борьбы, самой напряженной и
связанной с самыми крутыми переменами, от которых мы отмахнуться ни в коем случае не можем.
( Л е н и н . Соч., т. ХХѴП,
цни», стр. G9 — 70. 1921 г.)

«Доклад

на

VII

Московской

гуСшартконфѳрсл-

. . . Когда надо было — по всему объективному положению вещей
и в России и во всем мире —• итти вперед, наступать па врага с беззаветной смелостью, быстротой, решительностью, мы так и наступали. Когда понадобится, сумеем, это сделать и еще раз и еще не
раз.
Мы подняли этим нашу революцию на невиданную еще в мире
высоту. Никакая сила в мире, сколько бы зла, бедствий и мучений
она ни могла принести еще миллионам и сотням миллионов людей,
основных завоеваний нашей революции не возьмет назад, ибо это
уже теперь не «наши», а всемирно-исторические завоевания.
А когда оказалось к весне 1921 г., что нашему передовому отряду революции грозит опасность оторваться от массы народа, от
массы крестьянства, которую он должен умело вести вперед, тогда
мы единодушно и твердо решили отступить. И за истекший год
мы отступали, в общем и целом, в революционном порядке.
Революциям пролетариата, которые зреют во всех передовых
странах мира, не удастся решить своей задачи без того, чтобы соединить уменье беззаветно бороться и наступать с уменьем отступать в революционном порядке. Оігыт второй полосы нашей борьбы,
т. е. опыт отступления, тоже пригодится, вероятно, в будущем рабочим по крайней мере некоторых стран, как несомненно пригодится рабочим всех стран наш опыт первой полосы революции,
опыт беззаветно смелого наступления.
Теперь мы постановили признать отступление законченным.
Это значит, что ио-новому ставится вся задача нашей политики.
Весь гвоздь теперь в том, чтобы авангард не побоялся задачи
поработать над самим собой, переделать самого себя, признать открыто свою недостаточную подготовленность, недостаточное умение. Весь гвоздь в том, чтобы двигаться теперь вперед несравненно
более широкой и мощной массой, не иначе как вместе с крестьянством, доказывая ему делом, практикой, опытом, что мы учимся и
научимся ему помогать, его вести вперед.
1922

( Л е н и н . Соч., т. XXVII, «Речь при закрытии X I съезда партии», стр. 271.

Г.)

. . . Наступление без закрепления
завоеванных позиций есть наступление, обреченное на провал. Когда может быть наступление
успешным, скажем, в области военного дела? Когда люди не ограничиваются огульным продвижением вперед, а стираются вместе с
тем закрепить ' захваченные позиции, перегруппировать
свои силы
сообразно с изменившейся обстановкой, подтянуть тылы, подвести
474

резервы. Для чего все это нужно? Для того, чтобы гарантировать

себя от неожиданностей, ликвидировать отдельные прорывы, от
которых не гарантировано ни одно наступление и подготовить, таким образом, полную ликвидацию врага. Ошибка иольских войск
в 192» г.. если взять только военную сторону дела, состоит в том,
что они пренебрегли этим правилом. Этим, между прочим, и объясняется, что, докатившись огулом до Киева, они вынуждены были
потом так же огулом откатиться до Варшавы. Ошибка советских
войск в 1920 г., если взять опять-таки только военную сторону дела,
состоит в том, что они повторит! ошибку поляков при своем наступлении на Варшаву.
То же самое надо сказать о законах наступления на фронте классовой борьбы. Нельзя вести успешное наступление на предмет ликвидации классовых врагов, не закрепляя завоеванных позиций, не
перегруппировывая
свои силы, не обеспечивая фронт резервами, не
подтягивал тылы и т. д.
Все дело в том, что головотяпы не понимают законов наступления. Все дело в том, что партия их понимает и проводит в жизнь.
. . . Они не понимают классовой природа наступления. Кричат о
наступлении. Но наступление на какой класс, в союзе с каким классом? Мы ведем наступление на капиталистические элементы деревни
в союзе ц середняком, ибо только такое наступление может дать
нам иобеду. Но как быть, если в пылу увлечения отдельных отрядов
партии наступление начинает соскальзывать с правильного пути и
поворачивается своим острием против нашего союзника, против середняка? Разве нам нужно всякое наступление, а не наступление на
определенный класс в союзе с определенным классом? Дон-Кихот
тоже ведь воображал, что он наступает на врагов, идя в атаку на
мельницу. Однаісо, известно, что он расшиб себе лоб на этом, с позволения сказать, наступлении.
. (С I а л и а.
1930 г.)

Вопросы

ленинизма.

Ответ товарищам

колхозникам,

стр.

479.

. . . Некоторые товарищи думают, что главное в наступлении социализма составляют репрессии, а если репрессии не нарастают, то
нет и наступления.
Верно ли это? Это, конечно, неверно.
Репрессии являются необходимым элементом наступления, но
элементом вспомогательным, а не главным. Главное в наступлении
социализма, при наших современных условиях, состоит в усилении
темпа развития нашей промышленности, в усилении темпа развития совхозов и колхозов, в усилении темпа экономического вытеснения капиталистических элементов города и деревни, в мобилизации масс вокруг социалистического строительства, в мобилизации
масс против капитализма. Вы можете арестовать и выслать десятки
и сотни тысяч кулаков, но если вы одновременно с этим не сделаете
всего необходимого для того, чтобы ускорить строительство новых
форм хозяйства, заменить новыми формами хозяйства старые, капиталистические формы, подорвать и ликвидировать производственные источники экономического существования и развития капиталистических элементов деревни, — кулачество все равно возродится
И будет расти.

Другие думают, что наступление социализма является огульным:
продвижением вперед, без соответствующей подготовки, без перегруппировки сил в ходе наступления, без закрепления завоеванных
позиций, без использования резервов для развития успехов, а если
появились признаки, скажем, отлива одной части крестьян из колхозов, то это значит, что мы имеем уже «отлив революции», упадок движения, приостановку наступления.
Верно ли это? Это, конечно, неверно
Во-первых, ни одно наступление, будь оно самое успешное, не
обходится без некоторых прорывов и заскоков на отдельных участках фронта. Говорить на этом основании о приостановке или провале наступления — значит не понимать существа наступления.
Во-вторых, не бывало и не может быть успешного
наступления
без перегруппировки сил в ходе самого наступления, без закрепления захваченных позиций, без использования резервов для развития успеха и доведения до конца, наступления. При огульном продвижении, т. е. без соблюдения этих условий, наступление должно
неминуемо выдохнуться и провалиться. Огульное продвижение вперед есть смерть для наступления. Об этом говорит богатый опыт
нашей гражданской войны.
( С т а л и н . Вопросы ленинизма.
ВКП (О), стр. 531. 1930 г.)

«Политический

отчет

ЦК

XVI

съезда*

2. ТАКТИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО
А. Тов. Сталин о тактическом руководстнѳ
Тактическое руководство есть часть стратегического руководства, подчиненная задачам и требованиям последнего. Задача тактического руководства состоит в том, чтобы овладеть всеми формами борьбы и организации пролетариата и обеспечить правильное
их использование для того, чтобы добиться максимума результатов
при данном соотношении сил, необходимого для подготовки стратегического успеха
В чем состоит правильное использование форм борьбы и организации пролетариата?
В выполнении некоторых необходимых условий, из которых главными условиями нужно считать следующие:
Во-первых.
Выдвижение на первый план тех именно форм
борьбы и организации, которые, более всего соответствуя условиям
данного прилива или отлива движения, способны облегчить и обеспечить подвод масс к революционным позициям, подвод миллионных масс к фронту революции, их размещение на фронте революции.
Дело идет не о том, чтобьг авангард сознал невозможность сохранения старых порядков и неизбежность их ниспровержения.
Дело идет о том, чтобы массы, миллионные массы поняли эту неизбежность и проявили готовность поддержать авангард. Но понять это могут массы лишь путем собственного опыта. Дать миллионным массам возможность распознать на своем собственном
опыте неизбежность свержения старой власти, выдвинуть такие
способы борьбы и такие формы организации, которые бы облег-.
476

чили массам на опыте распознавать правильность революционных лозунгов,— в атом задача.
Авангард оторвался бы от рабочего класса., а рабочий класс утерял бы связи с массами, если бы партия не решила в свое время
принять участие в Думе, если бы она не решила сосредоточить силы
на думской работе и развернуть борьбу на основе этой работы с тем,
.чтобы облегчить массам на собственном опыте распознать никчемность Думы, лживость кадетских обещаний, невозможность соглашения с царизмом, неизбежность союза крестьянства с рабочим классом.
Без опыта масс в период Думы разоблачение кадетов и гегемония пролетариата были бы невозможны.
Опасность тактики отзовизма состояла в том, что она трозила отрывом авангарда от его миллионных резервов.
Партия оторвалась бы от рабочего класса, а рабочий класс лишился бы влияния в широких массах крестьян и солдат, если бы
пролетариат пошел по стопам левых коммунистов, ЗЕавших к восстанию в апреле 1917 г., когда меньшевики и эсеры не успели еще
разоблачить себя, как сторонников войны и империализма, когда
массы еще не успели распознать на своем собственном опыте лживость мепыпевистско-эсеровских речей о мире, о земле, о воле. Без
опыта масс в период керенщины меньшевики и эсеры не были бы
изолированы, и диктатура пролетариата была бы невозможна. Поэтому тактика «терпеливого разъяснения» ошибок мелкобуржуазных
партий и открытой борьбы внутри советов была единственно правильной тактикой.
Опасность тактики левых коммунистов состояла в том, что она
грозила превратить партию из вождя пролетарской революции в
кучку пустых беспочвенных заговорщиков.
«С одним авангардом, — говорит Ленин. — победить нельзя. Бросить один
только авангард к решительный бой, пока весь класс, пока широкие массы не
валя.ти позиции либо прямой поддержки авангарда., либо, по крайней мере,
благожелательного нейтралитета ло отношению к нему... было бы не только
глупостью, но и преступлением. А для того, чтобы действительно весь класс,
чтобы действительно широкие массы трудящихся и угнетенных капиталом дошли до такой позиции, для этого одаой пропаганды, одной агитации мало.
Для этого нужен ообсп юіый политический опыт этих масс. Таков основной
закол всех великих революций, подтвержденный теперь с поразительной силой
и рельефностью ле только Россией, но и Германией. Не только некультурным,
часто безграмотным массам России, но и высококультурным, поголовно грамотным массам Германии ттотребовалюсь испытать па собственной шкуре все
бессилие, вою бесхарактерность, всю беспомощность, все лакейство перед
буржуазией, шею подлость правительства рыцарей II Интерпационала, всю неизбежность диктатуры крайних реакционеров (Корнилов в России, Каягп и
К° в Германии) как единственный альтернатив по отношению к диктатуре
пролетариата, чтобы решительно повернуть к коммунизму» (см. т. XXV, стр.
228).

Во-вторых. Нахождение в каждый данный момент того особого
звена в цепи процессов, ухватившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить условия для достижения стратегического
успеха.
Дело идет о том, чтобы выделить из ряда задач, стоящих перед партией, ту именно очередную задачу, разрешение которой
является центральным пунктом и проведение которой обеспечивает
успешное разрешение остальных очередных задач.

Значение этого положения можно было бы демонстрировать на1
двух примерах, из которых один можно было бы взять из далекого
прошлого (период образования партии), а другой — из наиболее близкого нам настоящего (период нэпа).
В период образования партии, когда бесчисленное множество
кружков и организаций не было еще связано между собой, когда
кустарничество и кружковщина разъедали партию сверху донизу,
когда идейный разброд составлял характерную черту внутренней
жизни партии, — в этот период основным звеном и основной задачей
в цепи звеньев и в цепи задач, стоивших тогда перед партией, оказалось создание общерусской нелегальной газеты. Почему? Потому, что
только через общерусскую нелегальную газету можно было при
тогдашних условиях создать спевшееся ядро партии, способное связать воедино бесчисленные кружки и организации, подготовить условия идейного и тактического единства, и заложить, таким образом,
фундамент для образования действительной партии.
В период перехода от войны к хозяйственному строительству,
когда промышленность прозябала в когтях разрухи, а сельское хозяйство страдало от недостатка городских изделий, когда смычка
государственной индустрии с крестьянским хозяйством превратилась в основное условие успешного социалистического строительства,— в этот период основным звеном в цени процессов, основной
задачей в ряду других задач оказалось развитие торговли. Почему?
Пртому, что в условиях нэпа смычка индустрии с крестьянским
хозяйством невозможна иначе, как через торговлю, потому, что производство без сбыта в условиях нэпа является смертью для индустрии, потому, что индустрию можно расширить лишь через расширение сбыта путем развития торговли, потому, что только укре-<
лившись в области торговли, только овладев торговлей, только
овладев этим звеном, можно будет надеяться сомкнуть индустрию с
крестьянским рынком и успешно разрешить другие очередные задачи для того, чтобы создать условия для постройки фундамента
социалистической экономики.
«Недостаточно быть революционером к сторонником социализма или коммунизма вообще».. — говорит Ленин. — «Надо уметь найти в каждый момент
то особое звено цепи, за которое надо всеми силами ухватиться, чтобы удержать всю цепь и подготовить прочно переход к следующему
зввпу»..,
«В даашгьгй момент... таким звеном является оживление внутренней торговли
при ее правильном государственном регулировании (направлении). Торговля —
вот то «звено» в исторической цени событий, в переходных формах Нашего
социалистического строительства 1921—1922 гг., «за которое надо всеми силами ухватиться»»... (см. т. XXVII, стр. 62). .

Таковы главные условия,
ческого руководства.
(Сталин.
1924

Вопросы

обеспечивающие правильность такти-

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

59 — 61«

Г.)

t

Б. С о ч е т а н и е л е г а л ь н ы х и н е л е г а л ь н ы х фораі б о р ь б ы
в тактино пролетариата

Всякий согласится, ото неразумно или даже преступно поведение той армии, которая не готовится овладеть всеми видами
оружия, всеми средствами и приемами борьбы, которые есть или

478

могут быть у неприятеля. Но к политике это еще более относится,
чем к военному делу. В политике еще меньше можно знать' наперед, какое средство борьбы окажется при тех или иных будущих
условиях применимым и выгодным для нас. Не владея всеми средствами борьбы, мы можем потерпеть громадное — иногда даже решающее— поражение, если независящие от нашей воли перемены
в положении других классов выдвинут на очередь дня такую форму
деятельности, в которой мы особенно слабы. Владея всеми средствами борьбы, мы побеждаем наверняка, раз мы представляем интересы действительно передового, действительно
революционного
класса, даже если обстоятельства не позволят нам пустить в ход
оружие наиболее для неприятеля опасное, оружие, всего быстрее
наносящее смертельные удары. Неопытные революционеры часто
думают, что легальные средства борьбы оппортунистичны, ибо буржуазия- на этом поприще особенно часто (наипаче в «мирные», не
революционные времена) обманывала и дурачила рабочих; — нелегальные же средства борьбы революционны. Но это неверно. Верно
то, что оппортунистами и предателями рабочего класса являются
партии и вожди, не умеющие или не желающие (не говори: не моту,
говори: не хочу) применять нелегальные средства борьбы в таких,
например, условиях, как во время империалистской войны 1914—•
1918 гг., когда буржуазия самых свободных демократических стран
с неслыханной наглостью и свирепостью обманывала рабочих, запрещая говорить правду про грабительский характер войны. Но
революционеры, не умеющие соединять нелегальные формы борьбы
со всеми легальными, являются весьма плохими революционерами.
Не трудно быть революционером тогда, когда революция уже
вспыхнула и разгорелась, когда примыкают к революции все и всякие, из простого увлечения, из моды, даже иногда и-з интересов личной карьеры. «Освобождение» от таких горе-революционеров стоит
пролетариату потом, после его победа, трудов самых тяжких, муки,
можно сказать, мученской. Гораздо труднее — и гораздо ценнее —
уметй быть революционером, когда еще нет условий для прямой, открытой, действительно массовой, действительно революционной
борьбы, уметь отстаивать интересы революции (пропагандистски,
агитационно, организационно) в нереволюцнонных учреждениях, а
зачастую и прямо реакционных в нереволюционной обстановке,
среди массы, неспособной немедленно понять необходимость революционного метода действий. Уметь найти, нащупать, верно определить конкретный путь или особый поворот событий,
подводящий
массы к настоящей, решительной, последней, великой революционной борьбе, — в этом главная задача современного коммунизма в
Зап. Европе и Америке.
( Л е н и п.

230—231.

1920

Соч., т. XXV, «Датская болезнь «левизны» в коммунизме», етр,

Г.)

В. Подведение масс к революционным позициям на их
собственном политическом опыте — важнейший
тантичесний принцип ленинизма

Этот тактический принцип касается вопроса о смепе лозунгов,
о порядке и способах этой смены. Он касается вопроса о том,
479

каким образом лозунги для партии превращать в лозунги для масс,
вопроса о том, как п каким образом подводить массы к революционным позициям, чтобы сами массы убедились на своем собственном политическом опыте в правильности партийных лозунгов. А
убеждать массы нельзя одной лишь пропагандой и агитацией. Для
этого необходим собственный политический опыт самих масс. Для
этого необходимо, чтобы широкие массы сами испытали, на своей
собственной спине, неизбежность, скажем, свержения данного строя,
неизбежность установления новых политических и социальных порядков. Хорошо, если передовая группа, партия уже убедилась в
неизбежности свержения, скажем, Временного правительства Милюкова— Керенского в апреле 1917 г. Но этого еще недостаточно для
того, чтобы выступить за свержение этого правительства, для того,
чтобы выставить лозунг свержения Временного правительства и
установления советской власти, как лозунг дня. Для того, чтобы
превратить формулу «вся власть советам» из перспективы для ближайшего периода в лозунг дня, в лозунг непосредственного действия, для этого необходимо было еще одно решающее обстоятельство, а именно то, чтобы сами массы убедились в правильности
этого лозунга и оказали партии ту или иную поддержку в проведении его в жизнь. Надо строго различать между формулой, как
перспективой для ближайшего будущего, и между формулой, как
лозунгом дня. На этом именно и срезалась группа большевиков в
Питере во главе с т. Богдатьевым в апреле 1917 г., когда она выставила раньше времени лозунг «долой Временное правительство,
вся власть советам». Ленин квалифицировал тогда эту попытку
группы т. Богдатьева как опасный авантюризм, ошельмовав его
публично. Почему? Потому, что широкие массы трудящихся в тылу
и на- фронте не были еще готовы да я восприятия этого лозунга. Потому, что эта группа спутала формулу «вся власть советам», как
перспективу, с лозунгом «вся власть советам», как лозунгом дня.
Потому, что она забежала вперед, поставив партию перед угрозой
полной ее изоляции от широких масс, от советов, которые еще верили тогда в революционность Временного правительства.
Должны ли были китайские коммунисты, скажем, полгода пазад
выставить лозунг «долой гоминдановское руководство в Ухане»?
Нет, не должны были. Не должны были, так как это было бы опасным забеганием вперед, это затруднило бы коммунистам доступ к
широким массам трудящихся, верившим еще в гоминдановское руководство, это изолировало бы компартию от широких крестьянских масс. Не должны были, так как уханское гоминдановское руководство, уханский ЦК Гоминдана не успел еще исчерпать себя.'как
буржуазно-революционное правительство, не успел еще оскандалиться и дискредитировать себя в глазах широких масс трудящихся
своей борьбой против аграрной революции, своей борьбой против
рабочего класса, своим поворотом в сторону контрреволюции. Мы
всегда говорили, что нельзя брать курс на дискредитацию и замену
уханского гоминдановского руководства, пока оно не успело еще
исчерпать себя, как буржуазно-революционное правительство, что
надо дать ему сначала исчерпать себя, для того, чтобы потом поставить практически вопрос об его замене. Должны ли теперь китайские коммуниста выставить лозунг «долой гоминдановское

480

руководство в Ухане»? Да, должны, обязательно должны. Теперь,
когда гоминдановское руководство уже оскандалилось своей борьбой с революцией, поставив себя во враждебные отношения с широкими работе - крестьянскими массами, этот лозунг найдет могучий отклик народных маос. Теперь каждый рабочий и каждый крестьянин поймет, что коммунисты поступили правильно, выйдя из
уханского правительства и уханского ЦК Гоминдана и выставив лозунг «долой гоминдановское руководство в Ухане». Ибо вопрос
стоит теперь перед крестьянскими и рабочими массами на выбор:
либо нынешнее руководство Гоминдана, и тогда — отказ от удовлетворения насущных потребностей этих масс, отказ от аграрной революции; либо аграрная революция и коренное улучшение положения рабочего класса, и тогда — смена гоминдановского руководства в Ухане
становится лозунгом дня для масс.
Таковы требования третьего тактического принципа ленинизма по
вопросу о смене лозунгов, по вопросу о способах и путях подвода
широких масс .к новым революционным позициям, по вопросу о
том, чтобы своей политикой, своими действиями, своевременной заменой одних лозунгов другими лозунгами помочь широким массам
трудящихся распознать на своем собственном опыте правильность
линии партии.
( С т а л и н.

1927 г.)

Об оппозиции. «Заметки на современные темы», стр. 627—629.

Г. Выделение основного звена в цепи — принцип
тантического руководства

Политические события всегда очень запутаны и сложны. Их
можно сравнить с цепью. Чтобы уцепиться за всю цепь, нельзя зацепиться за одно только звено. Нельзя искусственно выбрать себе
то звено, за которое хочешь зацепиться. В 1917 г. в чем был весь
гвоздь? В выходе из войны, чего требовал весь народ, и это покрывало все. Выхода из войны революционная Россия достигла.
Были большие усилия, но зато основная потребность народа была
учтена, и это дало нам победу на много лет... И народ почувствовал, крестьянин видел, всякий возвращающийся с фронта солдат
превосходно понимал, что в лице советской власти он получает более демократическую, более близкую к трудящимся власть. Сколько
бы мы глуиостей и безобразий ни делали в других областях, раз
мы эту главную задачу учли, — значит, все было правильно.
В 1919 и 1920 гг. в чем был гвоздь? — Отпор военный. Тут па
пас шла, нас душила всемирно могущественная Антанта, и не нужно
было пропаганды — любой беспартийный крестьянин понимал, что
делается. Идет помещик. Коммунисты умеют с. ним бороться. Вот
почему крестьянин в массе своей был за коммунистов, вот почему
мы пободали.
В 1921 г. гвоздем было отступление в порядке. Вот почему нужна была сугубая дисциплина. «Рабочая оппозиция» говорила: «Вы
недооцениваете рабочих, рабочие должны проявлять больше инициативы». Инициатива должна состоять в том, чтобы в порядке отступать и сугубо держать дисциплину. Тот, кто сколько-нибудь вносит
ноты паники или нарушение дисциплины, погубил бы революцию,
31

Ленинизм

4SI

потому что пет ничего труднее, тсак отступление с людьми, которые
привыкли завоевывать, которые пропитаны революционными воззрениями и идеалами и в душе всякое отступление считают вроде
того, что гнусностью. Самая большая опасность состоит в том,
чтобы не нарушить порядка, и самая большая задача — в том, чтобы
сохранить порядок.
А теперь в чем гвоздь? Этот гвоздь представляет собой — к
чему бы я и хотел подвести и подытожить свой доклад — гвоздь не
в политике, в смысле перемены направления; об этом говорят неимоверно много в сйязи с нэпом. Все это говорят впустую. Это—1
вреднейшая болтовня. В связи с нэпом у нас принимаются возиться,
переделывать учреждения, основывать новые учреждения. Это вреднейшая болтовня. Мы пришли к тому, что гвоздь положения — R
людях, в подборе людей. Это трудно усвоить революционеру, который привык бороться против мелких дел, против культурна чания,
который вместо пересоздания учреждения выдвинул "роль личности.
Но мы пришли к положению, которое в смысле политическом падо
оценить трезво. — мы подвинулись так далеко, что не можем всех
позиций удержать и не должны удерживать.
стр.

(Левин.

254—255.

Сов., т. XXVII,

1922

Г.)

«Политический

отчет ЦК

XI

съезду

партии»,

3. ЛОЗУНГИ И ИХ ЗНАЧЕНИЕ В СТРАТЕГИИ И ТАНТИНЕ

Удачно формулированные решения, отражающие цели войны или
отдельного сражения, популярные в войсках, имеют иногда решающее
значение на фронте, как средство вдохновить армию к действию,
поддержать дух и пр. Соответствующие приказы, лозунги или воззвания к войскам имеют для всего хода, войны столь же важное значение, как первоклассная тяжелая артиллеотгя или первоклассные
быстроходные танки.
Еще большее значение имеют лозунги в политической области,
где приходится иметь дело с десятками и сотнями миллионов населения, с их разнообразными требованиями и потребностями.
Лозунг есть сжатая и ясная формулировка целей борьбы, ближайших или отдаленных, данная руководящей группой, скажем:
пролетариата, его партии. Лозунги бывают различные, в зависимости от разнообразия целей борьбы, охватывающих либо целый исторический период, либо отдельные стадии и эпизоды данного исторического периода. Лозунг «Долой самодержавие», выдвинутый
впервые «Группой освобождения труда» в 80-х годах прошлого' столетия, был лозунгом пропаганды, ибо он имел в виду привлечь на
сторону партии единицы и группы наиболее выдержанных и стойких борцов. В период русско-японской войны, когда неустойчивость
самодержавия стала для широких слоев рабочего класса более или
менее очевидной, лозунг этот стал лозунгом агитации, ибо он рассчитывал уже тта привлечение миллионов трудящихся масс. В период перед Февральской революцией 1917 г., когда царизм успел
окончательно обанкротиться в глазах маге, лозунг «долой самодержавие» превратился уже из лозунга агитации в лозунг действия,
ибо ои был рассчитан на то, чтобы .двинуть миллионные массы па
штурм царизма, В дни февральской 'революции лозунг этот пре482

вратился ужо, в директиву партии, т. е. прямой призыв к захвату
таких-то учреждений и таких-то пунктов в системе царизма, ибо
речь шла уже о том, чтобы свалить царизм, уничтожить его.
Директива есть прямой призыв партии к действию, тогда-то и
там-то, обязательный для всех членов партии и подхватываемый
обычно широких™ массами трудящихся, если призыв правильно
и метко формулирует требования масс, если он действительно наорал.
Смешивать лозунги с директивами или лозунг агитации с лозунгом действия, столь же опасно, сколь опасны, a иногда и гибельны прежде временные или запоздалые выступления. В апреле
1917 г. лозунг «Вся власть советам» был лозунгом агитации. Известная демонстрация в ІІитерѳ в апреле 1917 г. иод лозунгом «вся
власть советам», окружавшая тогда Зимний дворец, была попыткой,
попыткой преждевременной и потому гибельной, превратить этот
лозунг в лозунг действия. Это бьтл опаснейший образец смешения
лозунга агитации с лозунгом действия. Партия была права, осудив
инициаторов этой* демонстрации, ибо она знала, что условия, необходимые для превращения этого лозунга в лозунг действия, еще
не наступили, что преждевременное выступление пролетариата может привести к разгрому его сил.
С другой стороны, бывают случаи, когда партия становится перед необходимостью в 24 часа «отменить» или изменить уже принятый и назревший лозунг (или директиву) для того, чтобы оградить свои ряды от ловушки, поставленной противником, или временно отложить проведение директивы до более благоприятного
момента. Такой случай имел место в Петрограде в июне 1917 г.,
когда демонстрация рабочих и солдат, тщательно подготовленная
и назначенная ни 9-е июня, была «внезапно» отменена ЦК нашей
партии в виду .изменившейся обстановки. Задача партии состоит в
том, чтобы умело и своевременно 'перевести лозунги агитации в лозунги действия, или лозунга действия — в определенные конкретные директивы, либо, если этого потребует обстановка, проявить
необходимую гибкость и решительность для того, чтобы своевременно отменить проведение тех или иных лозунгов, хотя бы и популярных, хотя бы и назревших.
( С т а л пн. К вопросу о стратегии
«Правда- эа 1923 г.,
56.)

п

тактике

русских

коммунистов.

ЦО

iv. р е в о л ю ц и о н н о е и р е ф о р м и с т с к о е
руководство
t. ТОВ. СТАЛИН О РЕВОЛЮЦИОННОМ И Р Е Ф О Р М И С Т С К О М
РУКОВОДСТВЕ

Чем отличается революционная тактика от тактики реформистской?
Иные думают, что ленинизм: против реформ, против компромиссов и соглашений- вообще. Это совершенно неверно. Большевики
знают не меньше, чем всякий другой, что в известном смысле «всякое даяние благо», что при известных условиях реформы вообще,
компромиссы и соглашения в частности—"необходимы и полезны.
*

483

«Вести войну, — говорит Леппп, — за свержение международной буржуазии,
войну во сто раз более трудную, длительную, сложную, чем самая упорная иэ
обыкновенных войн между государствами, и наперед отказываться при этом от
лавирования, от использования противоречия интересов (хотя бы временного)
между врагами, от соглашательства, и компромиссов е возможными (хотя бы
временными, непрочными, шаткими, условными) союзниками, разве это но безгранично смешная вещь? Разве это не похоже на то, как если бы при трудном
восхождении на неисследованную еще и неприступную доныне гору мы заранее
отказались от того, чтобы итти иногда зигзагом, возвращаться иногда назад,
отказываться от выбранного раз направления и пробовать различные направления?» (см. т. X X V , стр. 210).

Дело, очевидно, не в реформах или компромиссах и соглашениях, а, в том употреблении, которое делают люди из реформ и
соглашений.
Для реформиста реформа — все, революционная же работа —
так себе, для разговора, для отвода, глаз. Поэтому реформа при
реформистской тактике в условиях существования буржуазной власти неизбежно превращается в орудие укрепления этой власти, в
орудие разложения революция.
Для революционера же, наоборот, главное — революционная работа, а не реформа, — для него реформа есть побочный продует
революция. Поэтому реформа при революционной тактике в условиях существования буржуазной власти, естественно, превращается
в орудие разложения этой власти, в орудие укрепления революции,
в опорный пункт для дальнейшего развития революционного движения.
Революционер приемлет реформу для того, чтобы использовать
ее как зацепку для сочетания легальной работы с работой нелегальной, для того, чтобы использовать ее как прикрытие для усиления нелегальной работа на предмет революционной подготовки
масс к свержению буржуазии.
В этом суть революционного использования реформ и соглашений в условиях империализма.
Реформист же, наоборот, приемлет реформы для того, чтобы отказаться от всякой нелегальной работы, подорвать дето подготовки
масс к революции и почить под сенью «дарованной» реформы.
В этом суть реформистской тактики.
Так обстоит дело с реформами и соглашениями в условиях
империализма.
Дело, однако, меняется несколько после свержения империализма, при диктатуре пролетариата. При известных условиях, при
известной обстановке пролетарская власть может оказаться вынужденной сойти временно с пути революционной перестройки существующих порядков на путь постепенного их преобразования,
«на путь реформистский», как говорит Ленин в известной статье
«О значении золота», на путь обходных движений, на путь реформ
и уступок непролетарским классам для того, чтобы разложить эти
классы, дать революции передышку, собраться с силами и подготовить условия для нового наступления. Нельзя отрицать, что этот
путь является в известном смысле реформистским путем. Следует
только помнить, что мы имеем здесь одну коренную особенность,
состоящую в том, что реформа исходит в данном случае от пролетарской власти, что она укрепляет пролетарскую власть, что она

484

дает ей необходимую передышку, что она призвана разложіггь но
революцию, а непролетарские классы.
Реформа при таких условиях превращается, таким образом, в
свою противоположность.
Проведение такой политики со стороны пролетарской власти
становится возможным потому, и только пегому, что размах революции в предыдущий период был достаточно велик, я дал он, таким образом, достаточно широкий простор для того, чтобы можно
было куда отступить, заменив тактику наступления тактикой временного отступления, тактикой обходных движений.
Таким образом, если раньше, при буржуазной власти, реформы
являлись побочным продуктом революции, то теперь, при диктатуре пролетариата, источником реформ являются революционные
завоевания пролетариата, накопившийся резерв в руках пролетариата, состоящий из этих завоеваний.
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

«ОС

основах

ленинизма»,

стр.

62—G3.

2. ЛЕНИН О КОМПРОМИССАХ

В связи с этим стоит часто всплывавший в литературе и постоянно выплывающий при обсуждении разбираемой темы вопрос о
простоте, ясности' и «прямолинейности» лозунга бойкота, а также
вопрос о прямом и зигзагообразном пути развития. Непосредственное свержение или, на худой конец, расслабление и обеосиление старой власти, непосредственное создание народом новых органов власти, — все это, несомненно, самый прямой путь, самый
выгодный для народа, но зато требующий и наибольшей силы.
При подавляющем перевесе силы можно победить и прямой фронтальной атакой. При недостатке сил могут потребоваться и обходные пути, выжидания, зигзаги, отступления и т. д. и т. п. Путь монархической конституции нисколько не исключает еще, конечно,
революции, элементы каковой этот путь тоже подготовляет и развивает косвенным образом, но это путь более длинный, зигзагообразный.
Через всю меньшевистскую литературу, особенно 1905-го года
(до октября), красной нитью проходит обвинение большевиков в
«прямолинейности», назидания но их адресу насчет того, что надо
считаться с зигзагообразным путем, которым идет история. Эта
черта меньшевистской литературы есть тоже образчик рассуждения о том, что лошади кушают овес и что Ватта течет в Каспийское море, — рассуждения, засоряющего разжевыванием бесспорного суть того, что спорно. Что история обыкновенно идет зигзагообразным путем, п что марксист дол ясен уметь считаться с самыми запутанными и причудливыми зигзагами истории, — это бесспорно. Но эта бесспорная жвачка нисколько не относится к вопросу о том, как быть марксисту, когда та же самая история ставит
на решение борющихся сил вопрос о выборе прямого или зигзагообразного пути. В такие моменты или в такие периоды, когда это
бывает, отделываться рассуждениями об обычной зигзагообразности истории значит именно превращаться в человека в футляре
и углубляться в созерцание той истины, что лошади кушают овес.
А "революционные периоды являются до преимуществу как раз
485

такими периодами истории, когда в сравнительно короткие промежутки времени столкновение борющихся общественных сил решает вопрос о выборе страной прямого или зигзагообразного пути
{развития па сравнительно очень продолжительное время. Необходимость считаться с зигзагообразным путем нисколько не устраняет того, что марксисты должны уметь разъяснять массам в решающие моменты их истории предпочтительность прямого пути,
должны уметь помогать массам в борьбе за выбор прямого пути,
давать лозунги такой борьбы и так далее. II только безнадежные
филистеры и совсем тупые педанты могли бы после окончания решительных исторических
битв, определивших
зигзагообразный
путь, вместо прямого, хихикать над тем, кто до конца боролся
за прямой путь. Это было бы похоже на хихиканье немецких казенно-полицейских
историков вроде Трейчке над революционными лозунгами и
революционной прямолинейностью Маркса
Б 1S48 г.
Отношение марксизма к зигзагообразному пути истории сходно,
но существу дела, с отношением их к компромиссам. Всякий зигзагообразный поворот истории есть компромисс, компромисс между
старым, уже недостаточно сильным для полного отрицания нового,
и между новым, еще недостаточно сильным для полного свержения
старого. Марксизм не зарекается от компромиссов, марксизм считает необходимым использование их, но это нисколько пе исключает того, что марксизм в качестве живой и действующей исторической силы со всей энергией борется против компромиссов. Кто
не умеет усвоить себе этого, якобы, противоречия, тот не знает
азбуки марксизма.
Энгельс однажды "выразил чрезвычайно наглядно, ясно и кратко
отношение марксизма к компромиссам, именно в статье о манифесте бланкистов — беглецов Коммуны (1S74 г.). Бланкисты, беглецы Коммуны, писали в своем манифесте, что они не допускают
никаких компромиссов, Энгельс посмеялся над этим манифестом.
Не в том дело, — сказал он, — чтобы зарекаться от использования
компромиссов, на которые осуждают пас обстоятельства (или к которым принуждают нас обстоятельства: я должен извиниться перед читателем, что должен цитировать на память, не имея возможности справиться с текстом). Дело в том, чтобы ясно сознавать
истинные революционные цели пролетариата и уметь преследовать их
.через все и всякие обстоятельства, зигзаги и компромиссы.
Только с этой точки зрения можно оценивать простоту, прямоту и ясность бойкота, как апеллирующего к массам лозунга.
Все указанные качества этого лозунга хороши не сами но себе, а
лишь постольку, поскольку в объективной ситуации, к которой
этот лозунг применяется, есть налицо условия борьбы за выбор
прямого или зигзагообразного пути развития. В эпоху Булыгинской думы этот лозунг был верным и единственно-революционным
лозунгом рабочей партии пе потому, что он был самый простой,
прямой л ясный, а потому, что исторические условия поставили
тогда перед рабочей партией задачу участия в борьбе за простой
и прямой революционный путь против зигзагообразного пути монархической конституции.
(Л ей п л .

Соч., т. XII, «Против бойкота», сгр. 20—22.

1007 г.)

3. Р Е Ф О Р М Ы ДО И ПОСЛЕ УСТАНОВЛЕНИЯ Д И К Т А Т У Р Ы
ПРОЛЕТАРИАТА

Отношение реформ к революции определено точно и правильно только марксизмом, причем Маркс мог видеть это отношение
только с одной стороны, именно: в обстановке предшествующей
первой, сколько-нибудь прочной, сколько-нибудь длительной победе пролетариата хотя бы в одной стране. В такой обстановке осно-і
вой правильного отношения было: реформы есть побочный про-І
дукт революционной классовой борьбы пролетариата. Для всего \
капиталистического мира это отношение является фундаментом
революционной тактики пролетариата, — азбукой, которую извращают и затемняют продажные вожди II Интернационала и лолупедантские, полу жеманничающие рыцари 11% Интернационала. После
победы пролетариата хотя бы в одной стране является нечто новое в отношении реформ к революции. Принципиально дело остается тем же, но по форме является изменение, -которого Маркс
лично предвидеть не мог, но которое осознать можно только на
почве философии и политики марксизма. Почему мы смогли применить правильно брестское отступление? Потому, что мы так далеко зашли вперед, что нам было где отступать. Мы с такой головокружительной быстротой, в несколько недель, с 25 октября 1917 г.
до Брестского мира, построили Советское государство, вышли революционным путем из империалистической войны, доделали буржуазно-демократическую революцию, что даже громадное попятное движение (Брестский мир) оставило все же за нами вполне достаточно позиций, чтобы воспользоваться «передышкой» и двинуться победоносно вперед, против Колчака, Деникина, Юденича,
Пилсудского, Врангеля.
До победы пролетариата реформы — побочный продукт революционной и классовой борьбы. После победы они (будучи в международном масштабе тем же самым «побочным продуктом») являются для страны, в которой победа одержана, кроме того, необходимой и законной передышкой в тех случаях, когда с-ил заведомо, после маю имальнейшего их напряжения, нехватает для революционного выполнения такого-то п.ш такого-то перехода. Победа дает такой «отпас сил», что есть чем продержаться даже при
вынужденном отступлении, — продержаться и в материальном, и
моральном смысле. Продержаться в материальном смысле — это
значит сохранить достаточный перевес сил, чтобы неприятель не
мог разбить нас до конца. Продержаться в моральном смысле —
это значит не дать себя деморализовать, дезорганизовать, сохранить трезвую оценку положения, сохранить бодрость и твердость
духа, отступить хотя бы и далеко назад, но в меру, отступить так,
чтобы, во-время приостановить отступление и перейти опять в наступление.
' Мы отступили к государственному капитализму. Но мы отступили в меру. Мы отступаем теперь к государственному регулированию торговли. Но мы отступим в меру. Есть уже признаки, что
виднеется конец этого отступления, виднеется не в слишком отдаленном будущем возможность приостановить это отступление. Чем
сознательнее, чем дружнее, чем с меньшими предрассудками
487

произведем мы это необходимое отступление, тем скорее можно
будет его приостановить, тем прочнее, быстрее и шире будет затем наше победоносное движение вперед.
( Л е н и н . Соч., т. X X V I I , «О значении золота теперь и после полной победы социализма», стр. 84—S5. 1921 г.)

v. о с н о в н ы е з а д а ч и с т р а т е г и и и т а к т и к и
кэмаектЕРНА
I. БОРЬБА ЗА БОЛЬШИНСТВО РАБОЧЕГО КЛАССА И ЕГО
ГЕГЕМОНИЮ НАД Т Р У Д Я Щ И М И С Я М А С С А М И — ОСНОВНАЯ
З А Д А Ч А С Т Р А Т Е Г И И КОМИНТЕРНА

Успешная борьба Коммунистического Интернационала за диктатуру пролетариата предполагает наличие сплоченной, закаленной
в боях, дисциплинированной, централизованной, тесно связанной с
массами коммунистической партии в каждой стране.
Партия является авангардам рабочего класса, состоящим из
лучших, наиболее сознательных, активных и мужественных членов
класса.
Она воплощает совокупный опыт всей пролетарской
борьбы. Опираясь на революционную теорию марксизма, представляя обтцие и длительные интересы класса в его целом, партия олицетворяет единство пролетарских принципов, пролетарской вали,
пролетарского революционного действия. Она представляет собою
революционную организацию, связанную железной дисциплиной и
строжайшим революционным порядком демократического централизма, что достигается сознательностью пролетарского авангарда
и его преданностью революции, его умением быть в неразрывной связи с пролетарскими массами, правильностью политического руководства, проверяемого и разъясняемого на опыте самих
масс.
Чтобы разрешить историческую задачу завоевания диктатуры
пролетариата, коммунистическая партия должна предварительно
поста,вить и выполнить следующие основные стратегические цели.
Завоевание под свое влияние большинства
членов
собственного
класса,
в том числе женщин-работниц и рабочей молодежи. Для достижения этого необходимо обеспечить решающее влияние компартии на широкие массовые организации пролетариата (советы, профсоюзы, фабзавкомы, кооперативы, спортивные, культурные организации и т. д.). В особенности важное значение с точки зрения завоевания большинства пролетариата имеет овладение профсоюзами,
этими
действительно массовыми организациями рабочего класса, связанными
с повседневной его борьбой. Работа в реакционных профсоюзах и
умелое овладение ими, завоевание доверия широких ирофессиоиальноорганияованных масс, смещение и «снятие с постов» реформистских
руководителей есть одна из важнейших задач подготовительного
периода.
Завоевание диктатуры пролетариата предполагает также осуществление гегемонии пролетариата над широкими
кругами
трудящихся масс. Для осуществления этого компартия должна завоевать
иод свое влияние массы городской и деревенской бедноты, низших
слоев интеллигенции, так называемого «мелкого люда», т. е. мелко488

буржуазных слоев вообще.
Особенно большое значение имеет
работа по обеспечению влияния партии среда крестьянства. Компартия должна заручиться полной поддержкой наиболее близких
пролетариату слоев деревни, а именно — сельскохозяйственных рабочих и деревенской бедноты. Для этого необходима особая организация батрачества, всемерная поддержка его в борьбе о деревенской буржуазией и энергичная работа среди парцелльного и мелкого крестьянсгва. По отношению к средним слоям крестьянства
компартия должна (поскольку речь идет о странах развитого капитализма) проводить политику их нейтрализации. Решение всех
этих задач пролетариатом, становящимся носителем интеросов всего
народа, и руководителем широчайших народных масс в их борьбе
против гнета финансового капитала, являются обязательной предпосылкой победоносной коммунистической революции.
С точки зрения мировой борьбы пролетариата важнейшими
стратегическими задачами Коммунистического Интернационала являются задачи революционной борьбы в колониях, полуколониях
и
зависимых странах. Эта борьба предполагает завоевание под знамена революции широких маос 'Колониального рабочего класса и
крестьянства, что невозможно без самого тесного содружества между
пролетариатом угнетающих наций и трудящимися массами наций
угнетенных:
Организуя революцию против империализма под знаменем пролетарской диктатуры в так называемых «цивилизованных державах»,
Коммунистический Интернационал поддерживает всякое движение
против империалистического насилия в колониях, полуколониях и
зависимых странах (например в Латинской Америке); ведет пропаганду против всех видов шовинизма и империалистического третирования великих и малых порабощенных народов и рас (отношение к неграм, «желтому труду», антисемитизм и т. д.) и поддерживает борьбу этих последних против буржуазии угнетающей нации.
В особенности энергично Коммунистический Интернационал ведет
борьбу с шовинизмом среди великодержавных наций, шовинизмом,
проповедуемым как империалистической буржуазией, так и ее социал-демократической аіюитурой — Вторым Интернационалом, постоянно противопоставляя практике империалистической буржуазии практику Советского Союза, осуществившего братские отношения равноправных народов.
В странах империализма коммунистические партии должны оказывать систематическую помощь колониальным освободительно-революционным движениям и движениям угнетенных национальностей вообще. Эта обязанность оказывать им самую активную
помощь ложится в первую голову на рабочих той страны, от которой угнетенная нация зависит в фннансоіво-экономичеоком или политическом отношениях. Со стороны компартий необходимо открытое признание нрава колоний на отделение и пропаганда этого
отделения, т. с. пропаганда независимости колоний от империалистического государства, признание их права на вооруженную защиту от империализма (т. е. на восстание и революционную войну),
.проповедь и активная поддержка этой защиты всеми возможными
средствами. Такая же линия обязательна для коммунистических
партий и но отношению ко всем угнетенным нациям,

В самых колониальных
и полуколониальных
странах коммунистические партии обязаны вести наиболее смелую и последовательную борьбу с иностранным империализмом, при непременной пропаганде идеи сближения и союза с пролетариатом империалистических стран: открыто выставить, пропагандировать и проводить в
жизнь лозунг аграрной
революции, поднимая
широкие массы
крестьянства на свержение гнета помещиков и ведя борьбу с реакционным и средневековым влиянием духовенства, миссий и т. и.
элементов.
Основной задачей является здесь задача самостоятельной организации рабочих и крестьян (классовая коммунистическая партия
пролетариата, профсоюзы, крестьянские союзы и комитеты, в условиях революционной ситуации — советы и т. д.) и освобождение
их из-под влияния национальной буржуазии, временные соглашения с которой допустимы лишь постольку, поскольку она не препятствует революционной организации рабочих и крестьян и ведет действительную 'борьбу против империализма.
(Программа Коминтерна, раздел VI, глава 2»)

2. ОСНОВНЫЕ ЗАДАЧИ ТАКТИНИ КОМИНТЕРНА
При определении своей тактической линии каждая коммунистическая партия должна учитывать конкретную внутреннюю и внешнюю обстановку/ соотношение классовых дал, степень устойчивости
и силы буржуазии, степень подготовленности пролетариата, позицию промежуточных слоев и т. д. В зависимости от всех этих
условий партия определяет свои лозунги и методы своей борьбы,
исходя из необходимости мобилизации и организации возможно
более широких масс па возможно более высоком уровне этой
борьбы. Выставляя ряд переходных лозунгов при складывающейся
революционной ситуации и предъявляя ряд частичных требований,
определяемых конкретной обстановкой, парта я должна соподчинять эти требования и эти лозунги своей революционной цели захвата власти и ниспровержения буржуазно-капиталистического общества. Недопустимы как отрыв от повседневных нужд и повседневной борьбы рабочего класса, так и ограничение деятельности партии этими повседневными нуждами и повседневной борьбой. Задачей партии является, находя из этих повседневных мелких нужд,
вести рабочий класс к революционной
борьбе за власть.
При наличии
іуеволюииопного
подъема,
когда
господствующие
классы дезорганизованы, " когда массы находятся в состоянии революционного брожения, когда промежуточные слои колеблются в
сторону пролетариата, когда массы готовы на выступления н жертв ы , — перед партией пролетариата возникает задача вести их в
прямую атаку на буржуазное государство. Это достигается путем
пропаганды все обостряющихся переходных лозунгов (лозунг советов, рабочего контроля над производством, лозунг крестьянских
комитетов для захвата помещичьей земли, лозунг разоружения
буржуазии и [вооружения пролетариата и т. д.) и организации массовых выступлений,
которым должны быть соподчинены rice отрАсли партийной агитации и пропаганды, в том числе и парламентской. К этим массовым выступлениям относятся: стачки, сочетание
490

стачек и демонстраций, сочетание стачек и вооруженных демонстраций, наконец генеральная стачка совместно с вооруженным восстанием против государственной власти буржуазии. 'Последняя наивысшая форма борьбы опирается на правила военного искусства,
предполагает военный план, ігастуоіательный характер боевых операций, беззаветную преданность и героизм пролетариата. Подобные выступления должны иметь своей обязательной предпосылкой
организацию широких масс в боевые объединения, самая форма
которых охватывает и приводит в движение наибольшее число трудящихся (советы рабочих и крестьянских депутатов, солдатские
советы и пр.), усиленную революционную работу среди армии и
флота.
При переходе к новым, более острым лозунгам необходимо руководствоваться основным правилом политической тактики .ленинизма, требующим умения подводить массы к революционным позициям так, чтобы эти массы сами, иа собственном опыте, убеждалась в правильности партийной линии. Несоблюдение этого правила неизбежно приводит к отрыву от масс, к путчизму и идеологическому вырождению коммунизма в «левое» доктринерство, в
мелкобуржуазный «революционный» авантюризм, Не менее опасным
является также неиспользование кульминационного пункта в развитии революционной ситуации, тогда от партии пролетариата
•іребуется смелая и решительная атака на врала. Пропустить такую
обстановку и не начать восстания — значит передать" инициативу
противнику п обречь революцию на поражение.
При отсутствии революционного
подъема
коммунистические
партии должны, исходя пз повседневных нужд трудящихся, выставлять частичные лозунги и требования, увязывая их с коренными задачами Коммунистического Интернационала. При этом, однако, компартии не должны выставлять таких переходных лозунгов, Которые рассчитаны специально на наличие революционной
ситуации H впе ее превращаются в лозунги врастания в систему капиталистических организаций (например, лозунг рабочего ' конроля: и т. д.). Частичные требования и лозунги являются непременным условием правильной тактики вообще, тогда как ряд переходных лозунгов неразрывно связан с наличием революционной
ситуации. С другой стороны, «принципиальный» отказ от частичных требований и переходных лозунгов несовместим с тактическими принципами коммунизма, ибо он па деле обрекает партию
на пассивность и отрывает ее от xia.ee. При этом тактика единого
фронта как средство наиболее успешной борьбы против капитала,
классовой мобилизации масс, разоблачения и изоляции реформистских верхов — входит важнейшей составной частью в тактику компартий па весь предреволюционный
период.
Правильное применение тактики единого фронта и решение задачи завоевания масс вообще предполагают, в свою очередь, систематическую и упорную работу в профсоюзах
и других массовых
организациях пролетариата. Принадлежность к профсоюзу, даже к
самому реакционному, являющемуся массовой
организацией,—
прямая обязанность каждого коммуниста. Только путем постоянной в последовательной работы в профсоюзах и на предприятиях в
целях наиболее стойкой и энергичной защиты интересов рабочих,
491

при беспощадной борьбе с реформистской бюрократией, можно завоевать руководство борьбой рабочих и привлечь па сторону партии
организованные в профсоюзах рабочие массы.
В противовес раскольнической политике реформистов коммунисты отстаивают единство профсоюзов в каждой стране и в международном масштабе на основе классовой борьбы, всемерно поддерживая и укрепляя работу Красного
Интернационала
профсоюзов.
Выступая повсюду с защитой текущих и злободневных лужд рабочей массы трудящихся вообще, используя в целях революционной
агитации и пропаганды трибуну буржуазного парламента, соподчиняя
вес частичные задачи целям борьбы за диктатуру пролетариата, партии Коммунистического Интернационала выставляют частичные требования и лозунги в следующих основных областях:
В области рабочего
вопроса в узком смысле слова — вопросы
экономической
борьбы (борьба против наступления трестифицированного капитала, вопросы заработной платы, рабочего дня, принудительных третейских судов, безработицы), переходящие
в вопросы общеполитической борьбы (крупные промышленные конфликты, право союзов и стачек и т. д.); вопросы, имеющие непосредственно политический характер (налоги, дороговизна, фашизм,
преследования революционных партий, белый террор, текущая политика правительства вообще); наконец, вопросы мировой политики: отношение к ООСР и колониальным революциям, борьба за
единство международного и профессионального движения, борьба
с империализмом и военной опасностью, систематическая подготовка- к борьбе с империалистической войной.
В области крестьянского вопроса такими частичными требованиями являются требования, касающиеся налоговой политики, ипотечной задолженности крестьянства, борьбы с ростовщическим капиталом, земельной нужды малоземельных крестьян, арендной
платы и испольщины и т. д. Исходя из этих частичных нужд, компартия должна заострять соответствующие им лозунги, обобщая
их в лозунге конфискации земель крупных собственников, лозунге
рабоче-крестьянского .правительства (синоним пролетарской диктатуры в развитых капиталистических странах, синоним демократической диктатуры пролетариата и крестьянства в странах отсталых и в ряде колоний).
Равным образом необходимо вести систематическую работу
среди пролетарской и крестьянской молодежи
(главным образом,
через КИМ и его секции) и среди женщин, работниц и крестьянок,
исходя из особых условий их жизни и борьбы и связывая их требования с общими требованиями и боевыми лозунгами пролетариата.
В области борьбы с угнетением колониальных
народов
коммунистические партии должны в самих колониях выставлять частичные требования, определяемые специфической обстановкой в них,
как. то: полное равноправие всех наций и -рас; отмена всяких привилегий для иностранцев; свобода рабочих и крестьянских организаций; укорочение рабочего дня; запрещение детского труда; уничтожение кабально-ростовщических сделок; понижение и уничтожение арендной платы; уменьшение налогов; бойкот налогов и т. д.

432

Все эти частичные лозунга должны быть соподчинены основным
требованиям компартий, а именно: полная политическая независимость страны и изгнание империалистов, правительство рабочих и
крестьян, земля всему народу, восьмичасовой рабочий день и т. д.
В странах империализма компартии обязаны, поддерживая эту
борьбу в самих колониях, проводить кампанию за отзыв империалистических войск, вести пропаганду среди армий и флота в защиту
борющихся за свое освобождение угнетенных стран, мобилизовать
массы для бойкота перевозки войск и оружия, организовать в связи
с этим стачки и другие формы массового протеста и т. д.
(Программа Коминтерна, раздел VI, глава 2.)

3.

БОРЬБА
НА

ПРОТИВ

СОВРЕМЕННОМ

Ф А Ш И З М А

И

С О Ц И А Л - Ф А Ш И З М А

ЭТАПЕ

В условиях созревания мирового революционного кризиса, когда
буржуазия пытается переключить брожение, недовольство, возмущение масс на путь фашизации и войны в интересах укрепления своей
диктатуры, главная задача коммунистов заключается в том, чтобы направить массовое движение на борьбу за свержение диктатуры
эксплоататорских классов.
Б О Р Ь Б А ПРОТИВ ФАШИСТСКОЙ

ИДЕОЛОГИИ

Коммунисты должны:
\
вести в каждой стране повседневное конкретное разоблачение перед массами шовинизма, противопоставляя ему пролетарский интернационализм ;
выступать со всей решительностью в империалистических метрополиях за независимость колоний, за освобождение зависимых народов от всякого национального угнетения. В узловых центрах национальных противоречий коммунисты должны бороться против империалистической оккупации и насилия за право на самоопределение
(Верхняя Силезня, Саар, Северная Богемия и др.), выступая во всех
этих областях, а также в Австрии и Данциге против шовинизма своей
национальной буржуазии и против присоединения к палаческой
«третьей империи» германского фашизма;
вести широкую популяризацию разрешения национального вопроса. в ССОР и грандиозных экономических, социальных и культурных успехов, достигнутых освобожденными Октябрьской революцией народами.
Б О Р Ь Б А П Р О Т И В Ф А Ш И З А Ц И И ВЛАСТИ Б У Р Ж У А З И И И П Р О Т И В
ВОЙНЫ

В борьбе против фашизации так называемых «демократических »
стран коммунистические нартші должны прежде всего отметать фаталистическую пораженческую установку на неизбежность фашистской диктатуры и империалистических войн, как и оппортунистическую недооценку темпов фашизации л угрозы им периадистическнх
войн, обрекающие коммунистические партии на пассивность.
Тщательно разъясняя, какое экономическое и политическое порабощение несет трудящимся фашистская диктатура, вскрывая
493

перед массами, что фашисты не социалисты или носители нового
строя, а лакеи, прислужники капитала, коммунисты должны поднимать своевременно массы на защиту профсоюзов, рабочей печати, рабочих домов, свободы забастовок, рабочих собраний, организуя протесты, демонстрации, стачки и создавая для отпору террористическим
бандам дружины боевой самообороны.
В борьбе против фашистской диктатуры коммунисты должны:
а) Поднимать массы против обманувшей рабочих, крестьян,
трудящихся города фашистской диктатуры, исходя из защиты повседневных экономических и политических интересов трудящихся,
разоблачая демагогию и все провокации фашизма (поджог рейхстага, фальсификация выборов в рейхстаг- и т. д.), разворачивая
забастовки и подводя пролетариат к массовым политическим
стачкам.
б) Проникать во все массовые фашистские организации, а также
вести революционную работу в лагерях трудовой повинности, борясь
против индивидуального ухода революционных рабочих из фашистских профсоюзов, не призывая, однако, рабочих входить в фашистские профсоюзы. Коммунисты должны использовать все массовое движение, а также массовое проявление недовольства в фашистских
профсоюзах для создания и укрепления независимых Классовых союзов, продолжая одновременно революционную работу внутри фашистских организаций.
в) Разоблачая перед крестьянами на конкретных примерах их собственного хозяйства политику фашизма в интересах помещиков и кулаков, входя в массовые деревенские фашистские организации для
отрыва- трудящихся крестьян, организовать
сельскохозяйственный
пролетариат в независимые пвофсоюзы, как. славный рычаг всей деревенской работы.
Борясь против войны, коммунисты должны, подготовляя уже теперь превращение империалистической войны в войну гражданскую,
сосредоточить свои силы в каждой стране « а узловых объектах военной машины империализма.
Коммунистические партии должны во что бы то ни стало добиться,
Помимо усиления агитации, практической организации массовых действий (задержка отправки вооружений и войск, препятствование выполнению заказов для воюющих стран, демонстрации против военных
маневров и т. д.), усиления политически просветительной работы
в войсках и во флоте.
XIII пленум ИККИ призывает все секции Коммунистического интернационала, всех рабочих и трудящихся мира к самоотверженной
защите OOGP против контрреволюционного заговора империалистов,
в .защиту китайской революции и ее советской власти от империалистической интервенции.
ПРОТИВ С О Ц И А Л - Д Е М О К Р А Т И И - З А
СНИЗУІ

Е Д И Н Ы Й ШРОНТ

В борьбе с социал-демократией
коммунисты должны показать
рабочим всю историческую неизбежность происшедшего нового
банкротства, социал-демократии и II Интернационала.' Тщательно
вскрывая и разбивая перед массами все лицемерно предательские
494

софизмы социал-демократии, коммунисты должны привлекать сопиате
демократических рабочих па сторону активной революционной борьбы
под руководством коммунистической партии.
XIII пленум ИККИ целиком одобряет обращение президиума
ИККИ об едином фронте и позицию политсекретарната ИККИ в переписке с английской Независимой рабочей партией. Социал-демократия, расколовшая рабочий класс своей изменой в период империалистической войны и Октябрьской революции, отклонила во
всех странах, по директиве II Интернационала, предложения компартии о единых классовых действиях, срывала единое антифашистское, антивоенное движение, созданное в Амстердаме и Париже,
стремясь углубить раскол пролетариата перед лицом фашизма к
войны.
XIII пленум ИККИ призывает все секции Коммунистического интернационала бороться со всей настойчивостью, вопреки и против
предательских вождей социал-демократии, за осуществление единого
боевого фронта с социал-демократическими рабочими.
Пленум полностью одобряет резолюцию президиума ИККИ от
1 апреля 1933 г. о положении в Германии и политическую линию,
которую проводил ЦК КП Германии во главе с т. Тельманом до и
в момент фашистского переворота.
Пленум отмечает большевистскую героическую борьбу Германской
компартии против фашистской диктатуры,
(Резолюция XIII пленума ИККИ. 1933 г.)
4. Г Л А В Н Ы Й

ЛОЗУНГ

НОМИНТЕРНА

ЭТАПЕ — С О В Е Т С К А Я

НА

СОВРЕМЕННОМ

ВЛАСТЬ

ЗА РЕВОЛЮЦИОННЫЙ В Ы Х О Д ИЗ К Р И З И С А — З А
ВЛАСТЬ!

СОВЕТСКУЮ

1. Коммунистические партии должны со всей решительностью поставить перед массами задачу революционного выхода из кризиса
капитализма.
В противовес шарлатанским рецептам фашистов и социал-фашистов для спасения заживо загнивающего капитализма — коммунисты
должны показать массам, что болезни капитализма неизлечимы. Поэтому коммунисты, всемерно защищая повседневные требования
трудящихся, неустанно должны раскрывать перед массами, стра-:
дающими от голода и жсплоатацпи, всю .правду, что их катастрофическое положение под ударами дальнейшего наступления калитала будет и дальше ухудшаться, пока трудящимся не удастся сплотить силы для встречного удара; и сцкрушения буржуазного господства.
Нет другого выхода из всеобщего кризиса капитализма, чем тот,"
Который доказала Октябрьская революция: низвержение, эксплоататорских классов пролетариатом, конфискация банков, фабрик, заводов и шахт, транспорта, домов, товарных да пасов капиталистов и земель помещиков, церкви, династии.
2. Живой пример великой Страны советов необходимо усиленно
популяризировать и разъяснять трудящимся и эксплоатируемым во '
всех капиталистических странах; показать, как советское хозяйство,
495

свободное от анархии и кризисов капитализма, в состоянии беспрепятственно развивать производственные си,ты на началах социалистической плановости;. как советские рабочие и все трудящиеся
жизненно заинтересованы в этом развитии и его быстром темпе;
как советское, пролетарское государство, являясь одновременно и
организацией власти пролетариата и господствующей производительной организацией общества, постоянно повышает общественное богатство и тем самым благосостояние всех трудящихся, в то время
как каждое буржуазное государство, становясь все более и более общественно-экономлчес ким паразитом, пожирает и истощает экономические силы народа.
На основе опыта великих побед советских рабочих и колхозников на всех фронтах классовой борьбы и социалистического строительства, учитывая своеобразие условий разных стран, необходимо
перед трудящимися каждой страны развернуть программу, показывающую, что даст им советский строй в собственной стране. При
этом следует особенно подчеркнуть .ликвидацию безработицы и неуверенности в завтрашнем дне при советском строе, постоянное
улучшение условий труда и социального страхования, при сокращении рабочего дня; освобождение трудящихся деревни от всех
остатков феодализма, от всякой кабалы, обеспечение землей безземельных и малоземельных крестьян, поддержку бедняков и помощь крестьянским кооперациям и колхозам, открытие всех путей
для культурного развития рабочей молодежи и всех трудящихся
и т. д."
Советская власть, основой которой является массовая организация рабочих и полупролетариев, предоставляет возможность широкого
действительного использования демократизма угнетенным раньше капитализмом трудящимся массам.
Советская власть — государственная форма диктатуры пролетариата.
Советская власть — государственная форма революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, обеспечивающая
перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую (Китай и др.).
Это — демократия для трудящихся, но суровая диктатура против
эксплоататоров.
3. В массовой работе коммунистических партий необходимо со всей
настойчивостью ставить вопрос о власти. Главный лозунг Коммунистического интернационала — советская власть.
Пример ООСР — это пример большевизма.
Только этот пример
, указывает выход и спасение аксплоатирусмым и угнетенным всех
империалистических и колониальных стран.
Пример большевизма — это пример пролетарского интернационализма. Победа социалистической революции возможна только путем укрепления международных связей революционного пролетариата. Путь большевизма — эго путь соединения пролетарских енл
всех национальностей и рас, путь их совместной борьбы рука об
руку с советским пролетариатом против угнетателей и эксплоататоров.
Пленум ИККИ обязывает все секция Коммунистического интернационала быть на-чеку при каждом повороте событий и напрягать,
496

пе теряя ни минуты, все силы для революционной подготовки пролетариата к предстоящим решительным боям за власть.
(Резолюция XIII пленума ИККИ. 1933 г.)
5. Т А К Т И К А

КОМИНТЕРНА

ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ
ПРОТИВ

В

БОРЬБЕ

В О Й Н Ы

И

ПРОТИВ
ВОЕННОЙ

ИНТЕРВЕНЦИИ

СССР

Общие задачи всех коммунистических партий в борьбе против
империалистической войны и военной интервенции, в борьбе против фашизма, социал-демократии и буржуазного пацифизма, облегчающих различными методами подготовку и проведение империалистских стран, напоминать массам все бедствия первой империалистической войны и военной интервенции в ССОР, заключаются
в следующем.
а) Развивать систематическую идеологическую борьбу против
шовинизма и национализма, пропагандировать действительный пролетарский интернационализм, разоблачать перед массами все махинации внешней политики собственной буржуазии, разоблачать все
мероприятия внутренней политики буржуазии для подготовки войны,
разоблачать производство и транспорт боеприпасов для империалистических стран, напоминать массам все бедствия первой империалистической войны, неустанно бороться против милитаризации
школ.
б) Активно реагировать на все проявления антисоветских кампаний, усилить пропаганду успехов социалистического строительства
в COUP в самых широких массах, мобилизовать трудящихся против
белогвардейцев, популяризировать мирную политику ООСР, мобилизовать массы на активную защиту ООСР, Китая и китайской советской революции.
в) Разоблачать на живых и всем известных фактах все софизмы
и маневры буржуазных пацифистов и в особенности социал-демократических партий.
г) Широко раскрывать перед массами все своеобразие секрета рождения и проведения новой империалистической войны (мобилизация
по частям — создание армии прикрытия — подготовка к чистке тыла
от революционных элементов), учитывая при выработке антивоенной
тактики компартии разнообразие применяемых буржуазией новых методов подготовки и проведения войны.
д) Применяя тактику единого фронта, создавать легальные, полулегальные н нелегальные контрольные комитеты, комитеты действия
на предприятиях военного производства, в портах, на заводах, железных дорогах, на судах с целью развертывания массовых выступлений и тщательно подготовленных стачек протеста и экономических
забастовок, чтобы воспрепятствовать перевозке военных материалов и войск, поднимать в этом деле инициативу широких рабочих
масс.
е) Развертывать широкую массовую работу среди безработных,
среди молодежи, среди трудящихся женщин, среди рабочих-эмигрантов против империалистической войны и военной интервенции. Вовлекать крестьянские массы в борьбу против империалистической
войны. Поддерживать нациоиалыго-освободительные движения колониальных и угнетенных народов.
32

Лѳшишэн

497

ж) Вести широкую антиимперташістичеекуго работу среди солдат и матросов, среди иовобраицев, резервистов, в особых военных организациях буржуазии, укреплять партийные и все революционные
организации молодежи, памятуя, что в этой работе должны участвовать вся партия, весь комсомол; организовать борьбу солдат за пов седневные требования и поддерживать эту борьбу солидарностью рабочих и трудящихся крестьян; популяризировать революционные традиции и примеры борьбы против войны.
Компартии должны вести непримиримую большевистскую борьбу
в своих рядах против оппортунистической недооценки военной опасности, против оппортунистической паооивности в деле борьбы, против империалистической войны и военной интервенции и против
мнимо-левого фаталистического отношения к войне.
XII пленум ИККИ вменяет в обязан ноете ИККИМ и ЦК компартий тщательно проверять антивоенную работу комсомола и принять
все меры к ее решительному улучшению.
Вся международная обстановка возлагает на ВКП(б) важнейшую
историческую задачу: неуклонно продолжать политику мира, твердо
проводимую советской властью, несмотря на усиливающуюся провокацию империалистов, и в то же время крепить обороноспособность
СССР и осуществлением великого плана социалистического строительства, сплочением всех трудящихся вокруг советской власти укреплять СССР как базу и крепость социализма.
Компартии должны иметь в виду, что голая и пустая пропаганда
мира, не сопровождающаяся, призывом и организацией революционных действий масс, способна лишь сеять иллюзии, развращать пролетариат внушением доверия к политике буржуазии и ее агентов
внутри рабочего класса и делать рабочий класс- игрушкой в руках
буржуазных 'правительств.
Компартии, ведя действительную борьбу против подготовки империалистической. войны и военной интервенции против СССР, должны
итти к рабочим с ленинским учением о том, что империалистическую
войну рождает капитализм, что превращение империалистической
войны в войну гражданскую и свержение капитализма являются
единственной надежной гарантией против новых империалистических
во$я и интервенций.
(Резолюция XII пленума ИККИ.)

УЧЕНИЕ

О

ПАРТИИ

I. Б О Л Ь Ш Е В И З М — М И Р О В А Я ПАРТИЯ НОВОГО ТИПА
ЭПОХИ ИМПЕРИАЛИЗМА И ПРОЛЕТАРСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ
I. Н Е В О З М О Ж Н О С Т Ь
ДВИЖЕНИЯ

БЕЗ

САМОСТОЯТЕЛЬНОГО

РАБОЧЕГО

ПАРТИИ

Пролетариат проходит различные ступени развития. Его борьба
против буржуазии начинается вместе с его существованием.
Сначала борьба ведется отдельными рабочими, потом рабочими
одной фабрики, затем рабочими одной отрасли труда в одной местности против отдельного буржуа, который непосредственно эксплоатирует их. Они ведут борьбу не только против буржуазных
производственных отношений, но и против самих орудий производства; они уничтожают конкурирующие иностранные товары, онп
разбивают машины, они поджигают фабрики, они силой пытаются
снова восстановить исчезнувшее положение средневекового рабочего.
На этой ступени рабочие образуют рассеянную но всей стране и
раздробленную конкуренцией массу. Сплочение рабочих в более
крупные массы пока еще не является следствием их собственного
объединения, а лишь следствием объединения буржуазии, которая
для достижения своих политических целей должна, и пока еще может, приводить в движение весь пролетариат. На этой ступени пролетарии борются, следовательно, не со своими врагами, а с врагами
своих врагов — остатками абсолютной монархии, землевладельцами,
непромышленными буржуа, мелкими буржуа. Таким образом, все
историческое движение сосредоточивается в руках буржуазии, и
каждая одержанная в таких условиях победа является победой буржуазии.
Но с развитием промышленности пролетариат не только числен- \
но возрастает, он скопляется в большие массы, сила его растет, и
он все более ее ощущает. Интересы, жизненное положение пролетариата все более и более выравниваются по мере того, как машины все более стирают различия в условиях труда к почти всюду
низводят заработную плату до одинакового низкого уровня. Возрастающая конкуренция буржуа между собою и происходящие отсюда
торговые кризисы обусловливают все более, сильные колебания заработной платы рабочих; все быстрее развивающееся непрерывное усовершенствование
машин делает жизненное положение
*
499

пролетариев все более необеспеченным; столкновения между отдельным рабочим и отдельным буржуа все более принимают характер столкновений между двумя классами. Рабочие начинают
с того, что образуют объединения (коалиции) для совместной борьбы
против буржуа; они объединяются для защиты своей заработной
платы. Они основывают даже союзы на продолжительное время
для того, чтобы обеспечить себя средствами на случай возможных возмущений. Местами борьба переходит в открытые восстания.
Рабочие время от времени побеждают, по эта победа лишь преходяща. Действительным результатом их борьбы является не непосредственный успех, а все шире распространяющееся объединение
рабочих. Ему способствуют все растущие средства сообщения, создаваемые крупной промышленностью и соединяющие рабочих
различных местностей. Только эта связь и нужна для того, чтобы
всю эту местную, по характеру своему повсюду однородную
борьбу централизовать в национальную, в классовую борьбу.
А всякая классовая борьба есть борьба политическая. И объединение, для которого средневековым горожанам с их проселочными дорогами нужны были столетия, достигается современными
пролетариями благодаря
железным
дорогам в
течение немногих лет.
Эта организация пролетариев в класс и тем самым в политическую
партию ежеминутно опять разрушается конкуренцией между самими
рабочими. Но она постоянно снова возникает сильнее, крепче, могущественнее . . .
. . . Коммунисты отличаются от остальных пролетарских партий
лишь тем. что, с одной стороны, в борьбе пролетариев различных
наций они выделяют и отстаивают общие, не зависящие ог национальности интересы всего пролетариата; с другой стороны, тем, что
на различных ступенях развития, через которые проходит борьба
пролетариата с буржуазией, они всегда являются представителями
интересов движения в целом.
Коммунисты, следовательно, на деле являются самой решительной,
всегда побуждающей к движению вперед частью рабочих партий всех
стран, a ів теоретическом отношении у них перед остальной массой
пролетариата преимущество в понимании условий, хода и общих результатов пролетарского движения.
Ближайшая цель коммунистов та же, что и всех остальных пролетарских партий: превращение пролетариата в класс, низвержение
господства буржуазии, завоевание пролетариатом
политической
власти.
Теоретические положения коммунистов ни в какой мерс не основываются на идеях, на принципах, выдуманных или открытых тем
или другим обновителем мира,
Они являются лишь общим выражением действительных отношений существующей ныне классовой борьбы, совершающегося на
наших глазах исторического движения.
( М а р к с и Э н г е л ь с . «Манифест коммунистической партии». К. М а р к с .
Изб р. произв., т. I, стр. 169—160, 163. 184)7 г.)

2. Т О В .

СТАЛИН

НОВОГО

ТИПА

О ПАРТИИ

ЛЕНИНИЗМА

КАК

О

ПАРТИИ

«...
Преобразование
старого
типа
европейской
парламентской,
на деле реформистской
и лишь
слегка подкрашенной
в революционный
цвет
партии в новый тип партии,
в действительно
революционную,
действительно
коммунистическую
партию,
вто — вещь чрезвычайно
трудная.
Пример Франции показывает
эту трудность,
пожалуй. всего
нагляднее.
В повседневной
жизни
переделать
тип
партийной
работы,
преобразовать обыденщину,
добиться
того, чтобы
партия
стала авангардом
революционного
пролетариата,
не отходя
от масс, а все более
и более
сближаясь
с ними, поднимая
их к
революционному
сознанию
и революционной
борьбе,
ото — самое
трудное
nt. и самое
важное
дело»
(Ленин,
Соч., т. XXVII,
стр. S03).

В период предреволюционный, в период более или менее мирного развития, когда партии 'И Интернационала представляли в рабочем движении господствующую силу, а парламентские формы
борьбы считались основными формами, — в этих условиях партия
не имела и не могла иметь того серьезного и решающего значения,
которое она приобрела потом в условиях открытых революционных
схваток. Защищая II Интернационал от нападок, Каутский говорит,
что партии II Интернационала являются инструментом мира, а не
войны, что именно поэтому они оказались не в силах предпринять
что-либо серьезное во время войны, в период революционных выступлений пролетариата. Это совершенно верно. Но что это значит?
Это значит, что партии II Интернационала непригодны для революционной борьбы пролетариата, что они я шлются не боевыми лартями пролетариата, ведущими рабочих к власти, а избирательным
аппаратом, приспособленным к парламентским выборам и парламентской борібе. Этим собственно и объясняется тот факт, что
в период господства оппортунистов II Интернационала основной политической организацией пролетариата являлась не партия, а парламентская фракция. Известно, что на деле партия в этот период
была придатком и обслуживающим элементом парламентской фракции. Едва ли нужно доказывать, что в таких условиях и с такой
партией во главе'не могло быть и речи о подготовке пролетариата к революции.
Дело, однако, изменилось в корне с наступлением нового периода.
Новый период есть период открытых столкновений классов, период
революционных выступлений пролетариата, период пролетарской революции, период прямой подготовки сил к свержению империализма,
к захвату власти пролетариатом. Этот период ставит перед пролетариатом новые задачи о перестройке всей партийной работы на новый,
революционный лад, о воспитании рабочих в духе революционной
борьбы за власть, о подготовке и подтягивании резервов, о союзе
с пролетариями соседних стран, об установлении щючных связей
с освободительным движением колоний и зависимых стран и т. д.
и т. п. Думать, что эти новые задачи могут быть разрешены силами
старых социал-демократических партий, воспитанных в мирных условиях парламентаризма, — значит обречь себя на безнадежное отчаяние, на неминуемое поражение. Оставаться с такими задачами на
плечах при старых партиях во главе — значит оказаться в состоянии
полного разоружения. Едва ли нужно доказывать, что пролетариат
ые мог примириться с таким положением.

Отсюда, необходимость новой партии, партии боевой, партии
революционной, достаточно смелой для того, чтобы повести пролетариев на борьбу за власть, достаточно опытной для того, чтобы разобраться в сложных условиях революционной обстановки, и достаточно
гибкой для того, чтобы обойти все и всякие подводные камни на пути
к цели.
Без такой партии нечего и думать о (Свержении империализма,
о завоевании диктатуры пролетариата.
Эта новая партия есть партия ленинизма.
В чем состоят особенности этой новой партии?
1) Партия как передовой отряд рабочего класса. Партия должна
быть, прежде всего, передовым отрядом рабочего класса. Партия
должна вобрать в себя все лучшие элементы рабочего класса, их опыт,
их революционность, их беззаветную преданность делу пролетариата.
Но, чтобы быть действительно передовым отрядом, партия должна
быть вооружена революциолнШі теорией, знанием законов движения,
знанием законов революции. Без этого она не в силах руководить
борьбой пролетариата, вести за собой пролетариат. Партия не может
быть действительной партией, если она ограничивается регистрированием того, что переживает и думает масса рабочего класса, если
она тащится в хвосте за стихийным движением, если она не умеет
преодолеть косность и полита чес кое безразличие стихийного движения, если она не умеет подняться выше минутных интересов пролетариата, если она не умеет поднимать массы до уровня классовых интересов пролетариата. Партия должна стоять впереди рабочего класса, она должна видеть дальше рабочего юта,оса. она должна
вести за собой пролетариат, а не тащиться в хвосте да стихийностью.
Партии II Интернационала, проповедующие «хвостизм», являются
проводниками буржуазной политики, обрекающей пролетариат на
роль орудия в руках буржуазии. Только партия, ставшая на точку
зрения передового отряда пролетариата и способная поднимать массы
до уровня классовых интересов пролетариата, — только такая партия
способна совлечь рабочий класс с пути тред-юнионизма и превратить
его в самостоятельную политическую силу. Партия есть политический вождь рабочего класса.
Я говорил выше о трудностях борьбы рабочего класса, о сложности обстановки борьбы, о стратегии и тактике, о резервах и маневрировании, о наступлении и отступлении. Эти условия не менее
сложны, если не более, чем условия войны. Кто может разобраться
в этих условиях, кто может дать правильную ориентировку миллионным массам пролетариев? Ни одна армия на войне не" может
обойтись без опытного штаба, если она не хочет обречь себя на поражение. Разве не ясно, что пролетариат тем более не может обойтись
без такого штаба, если он не хочет отдать себя на съедение своим заклятым врагам? Но где этот штаб? Этим штабом может быть только
революционная партия пролетариата. Рабочий класс без революционной партии — это армия без штаба. Партия есть боевой штаб пролетариата.
Но партия не может быть только передовым отрядом. Она должна быть вместе с тем отрядом класса, частью класса, тесно связанной с ним всеми корнями своего существования. Различие между
передовым отрядом и остальной массой рабочего класса, меж,та
502

партийными и беспартийными, не может исчезнуть, пока не исчезнут классы, пока пролетариат будет пополняться выходцами из других
классов, пока рабочий класс в целом будет лишен возможности подняться до уровня передового отряда. Но партия перестала бы быть
партией, если бы ото различие превратилось в разрыв, если бы она
замкнулась в себе и оторвалась от беспартийных масс. Партия не может руководить классом, если она не связана с беспартийными массами, если нет смычки между партией и беспартийными массами, если
эти массы не приемлют ее руководства, если партия не пользуется
в массах моральным и политическим кредитом. Недавно были приняты в нашу партию двести тысяч новых членов из рабочих. Замечательно тут то обстоятельство, что эти люди не столько сами пришли
в партию, сколько были посланы туда всей остальной беспартийной
массой, которая принимала активное участие в приеме новых -членов
и без одобрения которой не принимались вообще новые члены. Этот
факт говорит о том, что широкие маосы беспартийных рабочих считают нашу партию своей партией, партией близкой и родной, в расширении и укреплении которой они кровно заинтересованы и руководству которой они добровольно вверяют свою судьбу. Едва" ли
нужно доказывать, чтсб без этих неуловимых моральных нитей, связывающих партию с беспартийными массами, партия не могла бы
стать решающей силой своего класса. Партия есть неразрывная часть
рабочего класса.
«Мы, — говорит Ленин, — партия, класса, и потому почти весь класс (а в военные времена, в впоху гражданской войны, и совершенно весь класс) должен действовать под руководством нашей партии, должен примыкать к нашей
партии как можно плотнее, но было бы маниловщиной и «хвостизмом» думать,
что когда-либо почти весь класс или весь класс в состоянии, при капитализме,
подняться до сознательности и активности своего передового отряда, своей социалистической партии. Ни один еще разумный социалист іге сомневался в том,
что при капитализме даже профессиональная организация (более примитивная,
более доступная сознательности неразвитых слоев) не в состоянии охватить
почти весь или весь -рабочий класс.
Только обманывать себя, закрывать
глаза на громадность наших задаіч, суживать эти задачи, — значило бы забывать о разлитии между передовыми отрядами и всеми массами, тяготеющими к нему, («бывать о постоянной обязанности передового отряда поднимать übe более и более обширные слои до этого передового уровня» (ом. т. VI,
СТ[).

205—206).

2) Партия как организованный отряд рабочего класса. Партия не
есть только передовой отряд рабочего класса. Если она хочет действительно руководить борьбой класса, она должна быть вместе
с тем организованным отрядом своего класса. Задачи партии в условиях капитализма чрезвычайно велики и разнообразны. Партия
должна руководить борьбой пролетариата при чрезвычайно трудных условиях внутреннего и внешнего развития, она должна вести
пролетариат в наступление, когда обстановка требует наступления,
она должна вывести пролетариат из-под удара сильного противника, когда обстановка требует отступления, она должна вносить
в -миллионные массы неорганизованных беспартийных рабочих дух
дисциплины и планомерности в борьбе, дух организованности и
выдержки. Но партия может выполнить эти задачи лишь -в том:
случае, если она сама является олицетворением дисциплины и организованности, если она сама является организованном отрядам пролетариата. Без этих условий не может быть и речи о действительном
503

руководстве со стороны партии миллионными массами пролетариата.. Партия есть организованный отряд рабочего класса.
Мысль о партии, как об организованном целом, закреплена в известной формулиронке Ленина первого пункта устава нашей партии,
где партия рассматривается как сумма организаций, а члены парт и и — как члены одной из организаций партии. Меньшевики, возражавшие против этой формулировки еще в 1903 г., предлагали взамен
ее «систему» самозачисления в партию, «систему» 'распространения
«звания» члена партии на каждого «профессора» и «гимназиста»,
каждого «сочувствующего» и «стачечника», поддерживающего партию
так или иначе, но не входящего и не желающего входить ни в одну
из партийных организаций. Едва ли нужно доказывать, что эта оригинальная «система», если бы она укрепилась в нашей партии, неминуемо привела бы к переполнению партии профессорами и гимназистами и к вырождению ее в /расплывчатое, неоформленное, дезорганизованное «образование», теряющееся в море «сочувствующих», стирающее грань между партией и классом и опрокидывающее задачу
партии о поднятии неорганизованных маос до уровня пѳредоюго
отряда. Нечего и говорить, что при такой оппортунистической «системе» наша партия не смогла бы выполнись роли организующего
ядра рабочего класса в ходе нашей революции.
«С точки зреганя Мартова, — говорит Ленин, — граница партии остается совершенно неопределеогаой, ибо «каждый стачечник» может «объявлять себя членом партии». Какая польза от этой расплывчатости? Широкое распространение
«названия». Вред ее — внесение дезорганизующей идеи о смешении класса и партии» (см. т. VI, стр. 211).

Но партия не есть только сумма партийных организаций. Партия
есть, вместе с тем, единая система этих организаций, их формальное
объединение в единое целое, с высшими и низшими органами руководства, с подчинением меньшинства большинству, с практическими
решениями, обязательными для всех членов партии. Без этих условий партия не в состоянии быть единым организованным целым, способным осуществить планомерное и организованное руководство борьбой рабочего класса.
«Прежде,— говорил Ленин, — наша партия не была оргшизовашіым формально целым, а лишь суммой частных групп, и /потому иных отношений между
этими группами, кроме идейного воздействия, и быть не могло. Теперь мы стали
организованной партией, /а это и означает создание власти, превращение авторитета идей в авторитет власти, подчинение партийным высшим инстанциям со
сторопы низших» (см. там же, стр. 291).

Принцип подчинения меньшинства большинству, принцип руководства партийной работой из центра нередко вызывает нападки со
стороны неустойчивых элементов, обвинения в «бюрократизме», «формализме» и т. д. Едва ли нужно доказывать, что планомерная работа
партии, как целого, и руководство борьбой рабочего класса былѣ бы
невозмоікны без проведения этих принципов. Ленинизм в организационном вопросе есть неуклонное 'проведение этих принципов. Борьбу
с этими принципами Ленин называет «русским нигилизмом» и «барским анархизмом», заслуживающим того, чтобы быть высмеянным и
отброшенным прочь.
Вот что говорит Ленин об этих неустойчивых элементах в своей
книге «Шаг вперед»:
504

«Русскому нпгилпсту этот барский анархизм, особенно свойственен. Партийная организация кажется ему чудовищной «фабрикой», подчинение части целому
и меньшинства большинству представляется ему «закрепощением»... разделение труда под руководствам центра вызывает с его стороны трагикомические
вопли против превращения людей в «колесики и в и н т и к и » . . . упоминание об
организационном уставе партии вызывает презрительную гримасу и пренебрежительное . . . замечание, что можно бы и вовсе без у с т а в а . . . »
«Кажется ясно, что крики о пресловутом бюрократизме есть простое прикрытие недовольства личным составом центра, есть фиговый л и с т о к . . .
Ты
бюрократ, потому что ты назначай съездом не согласно моей воли, а вопреки ей;
ты формалист, потому что ты опираешься на формальные решения съезда, а не
на мое согласие; ты действуешь грубо-механически, ибо ссылаешься на «механическое» большинство партийного съезда и ие считаешься с моим желанием
быть кооптированным; ты — самодержец, потому что не хочешь отдать власть
в руки старой теплой компании»* (см. т. VI, стр. 310 и 287).

3) Партия как высшая форма классовой
организации
пролетариата. Партия есть организованный отряд рабочего класса. Но партия не есть единственная организация рабочего класса. У пролетариата имеется еще целый ряд других организаций, без которых он не
может вести правильную борьбу с капиталом: профессиональные
союзы, кооперативы, фабрично-заводские организации, парламентские
фракции, беспартийные объединения женщин, печать, культурнопросветительные организации, союзы молодежи, революционно-боевые
организации (во время открытых революционных выступлений), советы депутатов, как государственная форма организации (если пролетариат находится у власти) и т. д. Громадное большинство этих
организаций являются беспартийными и только некоторая часть из
них примыкает прямо к партии и составляет ее разветвление. Все
эти организации при известных условиях абсолютно необходимы рабочему классу, ибо без них невозможно укрепить класс овце позиции пролетариата в разнообразных сферах борьбы, ибо без них
невозможно закалить пролетариат, как силу, призванную заменить
буржуазные порядки порядками социалистическими. Но как осуществить единое руководство при таком обилии организаций? Где
гарантия, что наличие множества организаций не поведет к разнобою
в руководстве? Могут сказать, что каждая из этих организаций ведет
работу в своей обособленной сфере и что они не могут поэтому
мешать друг другу. Это, конечно, верно. Но верно "и то, что
все эти организации должны вести работу в одном направлении,
ибо они обслуживают один класс, класс пролетариев. Опрашивается: кто определяет ту линию, то общее направление, по которому должны вести свою работу все эти организации? Где та центральная организация, которая не только способна, в виду наличия
необходимого опыта, выработать эту общую линию, но имеет еще возможность, в виду .наличия достаточного для этого авторитета, побудить ©се эти организации провести в жизнь эту линию для того,
чтобы добиться единства в руководстве и исключить возможность
перебоев?
Такой организацией является партия пролетариата.
Партия имеет для этого все данные, потому, во-первых, ^то партия есть сборный пункт лучших элементов класса, имеющих прямые
связи с беспартийными организациями пролетариата и очень часто
* Речь идет о компании Аксельрода, Мартова, Потресова и др., не подчинявшихся решениям II съезда и обвинявших Ленина в «бюрократизме». П. Ст.

руководящих ими; потому, во-вторых, что партия, как іобориый пункт
лучших людей рабочего класса, является лучшей школой вы,работки
лидеров рабочего класса, способных руководить всеми формами организации своего класса; потому, в-третьих, что партия, как лучшая
школа лидеров рабочего класса, является но своему опыту и авторитету единственной организацией, способной централизовать руководство борьбой пролетариата и превратить, таким образом, все и
всякие беспартийные организация рабочего класса в обслуживающие органы и приводные ремни, соединяющие ее с классам. Партия
есть высшая форма классовой организации пролетариата.
Это не влачит, конечно, что беспартийные организации, профсоюзы, кооперативы и т. д., должны быть формально подчинены партийному руководству. Дело идет лишь о том, чтобы члены партии,
входящие в состав этих организаций, как люди, несомненно, влиятельные, принимали все меры убеждения к тому, чтобы беспартийные
организации сближались в своей работе с партией пролетариата и
добровольно принимали ее политическое руководство.
Вот почему говорит Ленин, что «партия есть высшая форма классового объединения пролетариев», политическое руководство которой
должно быть распространено на все другие формы организации пролетариата (см. т. X X V , стр. 195).
Вот почему ошіортунистичеокая теорий «независимости» и «нейтральности» беспартийных оргаітзаций, плодящая независимых парламентариев и оторванных от партии деятелей печати, узколобых
профессионалистов и омещанившихся
кооператоров, — является совершенно несовместимой с теорией и практикой ленинизма.
4) Партия как орудие диктатуры пролетариата. Партия есть высшая форма организации пролетариата. Партия является основным
руководящим началом внутри класса пролетариев и среди организаций этого класса. Но из этого вовсе не следует, что партию можно
рассматривать как самоцель, как самодовлеющую силу. ІІартия есть
не только высшая форма классового объединения пролетариев,—
она есть вместе с тем орудие в руках пролетариата для завоевания
диктатуры, когда она еще пе завоевана, для укрепления и расширения диктатуры, (когда она- уже завоевана. Партия не могла бы подняться так высоко в своем значении, и она не могла бы покрыть
собой все остальные формы организации пролетариата, если бы пролетариат йе стоял перед вопросом о власти, если бы условия империализма, неизбежность войн, наличие кризиса не требовали концентрация всех сил пролетариата в одном пункте, сосредоточения
всех нитей революционного движения в одном месте для того, чтобы
свергнуть буржуазию и завоевать диктатуру пролетариата. Партия
нужна пролетариату прежде всего как свой боевой штаб, необходимый для успешного захвата власти. Едва ли нужно доказывать, что
без партии, способной собрать вокруг себя массовые организации
пролетариата и централизовать в ходе борьбы руководство всем движеииам, пролетариат в России не смог бы осуществить свою революционную диктатуру.
Но партия нужна пролетариату не только для завоевания диктатуры, она еще больше нужна ему для того, чтобы удержать диктатуру, укрепить и расширить ее в интересах полной победы социализма.

506

«Наверное, теперь уже почти всякий видит, — говорит Ленин, — что большевики . не продержались бы у пласта но то что два с половиной года, но и
два с половиной месяца без строжайшей, поистине железной дисциплины в нашей партии, без самой полной и беззаветной поддержки ее всей массой рабочего класса, т. е. всем, чтб есть в нем мыслящего, честного, самоотверженного,
влиятельного, способного веста за собой или увлекать отсталые слои» (см. т. X X V ,
стр. 173).

Но что значит '«удержать» и «расширить» диктатуру? Это знач и т — внести в миллионные массы пролетариев дух дисциплины и
организованности ; это значит — создать в пролетарских массах
скрепу и оплот против разъедающих влияний мелкобуржуазной
стихии п мелкобуржуазных привычек; это значит—подкрепить
организаторскую работу пролетариев по перевоспитанию и переделке
мелкобуржуазных слоев; это значит — помочь -пролетарским массам
воспитать себя, как силу, способную уничтожить классы и подготовить условия "для организации социалистического производства. Но
проделать все это невозможно без партии, сильной своей сплоченностью и дисциплиной.
«Диктатура пролетариата, — говорит Ленин, — ость упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества. Сила
привычки миллисотов я десятков миллионов — самая страшная сила. Без партии, железной и закаленной в борьбе, бее партия, пользующейся доверием
всего честного в данном клаосо, без партии, умеющей следить за настроением
массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно» (см. т. X X V ,
стр. 190).

Партия нужна пролетариату для того, чтобы завоевать и удержать
диктатуру. Партия есть орудие диктатуры пролетариата.
Но из этого следует, что с исчезновением классов, с отмиранием
диктатуры пролетариата должна отмереть п партия.
5) Партия как единство воли, несовместимое с
существованием
фракций. Завоевание и удержание диктатуры пролетариата невозможно без партии, сильной своей сплоченностью и железной дисциплиной. Но железная дисциплина в партии немыслима без единства воли, без полного п безусловного единства действия всех членов партии. Это не значит, конечно, что тем самым исключается
возможность борьбы мнений внутри партии. Наоборот, железная
дисциплина по исключает, а предполагает критику и борьбу мнений внутри партии. Это. тем более, не значит, что дисциплина
должна быть «слепой». Наоборот, железная дисциплина не исключ а е т . а предполагает сознательность и добровольность подчинения,
"ибо только сознательная дисциплина может быть действительно железной дисциплиной. Но после того, как борьба мнений кончена,
критика исчерпана и решение принято, единство воли и единство
действия всех членов партии является тем необходимым условием,
без которого немыслима ни единая партия, ни железная дисциплина
в партии.
«В нынотиіюю эпоху обостренной гражданской войны, — говорит Ленин,—
коммунистическая партия сможет выполнить ивой долг лишь в том случае,
если она будет организована наиболее централистическим образом, если в ней
будет господствовать железная дисциплина, граничащая с дисциплиной военной, и если ее партийный центр будет являться властным авторитетным органом с широкими полномочиями, пользующимся
всеобщим доверием членов
партии (см. «Условия приема в Коминтерн»),

Так обстоит дело с дисциплиной в партии в условиях борьбы перед завоеванием диктатуры.,
Тоже самое надо сказать о дисциплине в партии но еще в большей
степени после завоевания диктатуры.
«Кто хоть сколько-нибудь ослабляет,— іхшорпт Лелна, — железную дисциплину партии пролетариата (особенно во время его диктатуры), тот фактически помогает буржуазии против пролетариата» (см. т. X X V , стр. 190).

Но из этого следует, что существование фракций несовместимо
пи с единством партии, ни с ее железной дисциплиной. Едва ли
нужно доказывать, что наличие фракций ведет к существованию
нескольких центров, существование же нескольких центров означает отсутствие общего центра в партии, разбивку единой воли,
ослабление и разложение дисциплины, ослабление и разложение диктатуры. Конечно, партии II Интернационала, борющиеся против
диктатуры пролетариата и не желающие
вести пролетариев
к власти, «могут позволить себе такой либерализм, как свободу фракций, ибо они вовсе не нуждаются в железной дисциплине. Но партии Коммунистического Интернационала, строящие свою работу на
основе задач завоевания и укрепления диктатуры пролетариата, пѳ
могут пойти ни на «.либерализм», ни на свободу фракций. Партия
есть единство воли, исключающее всякую фракционность и разбивку
власти в партии.
Отсюда разъяснение Ленина об «опасности фракционности с точки
зрения единства партии и осуществления единства воли авангарда
пролетариата, как основного условия успеха диктатуры пролетариата», закрепленное в специальной резолюции X съезда нашей партии «О единстве партии».
Отсюда требование Ленина о «полном уничтожении всякой фракционности» и «немедленном распущении всех без изъятия образовавшихся на той или иной платформе групп» под страхом «безусловного и немедленного исключения из партии» (см. .резолюцию «О единстве партия»),
6) Партия укрепляется тем, что очищает себя от оппортунистических элементов. Источником фракционности в партии являются ее
оппортунистические элементы. Пролетариат ие есть замкнутый «класс.
К нему непрерывно притекают выходцы из крестьян, мещан, интеллигенции, ігролетаризаванные развитием капитализма. Одновременно
происходит процесс разложения верхушек пролетариата, главным
образом из профессионалистов и парламентариев, подкармливаемых
буржуазией за счет колониальной сверхприбыли. «Этот слой обуржуазившихся рабочих, — говорил Ленин,—или «рабочей аристократии», вполне мещанских но образу жизни, по размерам заработков, по
всему своему миросозерцанию, — есть главная опора II Интернационала, а в наши дни главная социальная (не военная) опора буржуазии. Ибо это настоящие агенты буржуазии в рабочем движении, рабочие приказчики класса капиталистов..., настоящие проводники
реформизма и шовинизма» (см. т. X I X , стр. 77).
Все эти мелкобуржуазные группы проникают так или иначе в партию, внося туда дух колебания и оппортунизма, дух разложения и неуверенности.
Они, главным обратом, и являются источником
фракционности и распада, источником дезорганизации и взрыва

508

партии-изнутри. Воевать с имттериалттзом, имея в талу таких '«союзников», — это значит попасть в положение людей, обстреливаемых
с двух сторон — и с фронта, и с тыла. Поэтому беспощадная борьба
с такими элементами, изгнание их из партии является предварительным условием успешной борьбы с империализмом.
Теория «преодоления» оппортунистических элементов путем идейной борьбы внутри партии, теория «изживания» этих элементов в рамках одной партии есть гнилая и опасная теория, грозящая обречь
партию на паралич и хроническое недомогание, грозящая отдать
партию на съедение оппортунизму, грозящая оставить пролетариат
без революционной партии, грозящая лишить пролетариат главного
оружия в борьбе с империализмом. Наша партия не смогла бы выйти
на дорогу, она не смогла бы взять власть и организовать диктатуру
пролетариата, она не смогла бы выйти из гражданской войны победителем, если бы она имела в своих рядах Мартовых и Данов, ГІотресовых и Аксельіродов. Если нашей партии удалось создать в себе
внутреннее единство и небывалую сплоченность своих рядов, то это,
прежде всего, потому, что она сумела во-время очиститься от скверны
оппортунизма, она сумела изгнать вон из партии ликвидаторов и
меньшевиков. Путь развития и укрепления пролетарских партий
проходит через их очищение от оппортунистов и реформистов, социалимпериалистов и социал-шовинистов, социал-патриотов и социал-пацифистов. Партия укрепляется тем, что очищает себя от оппортунистических элементов.
«Имея в своих
рядах реформистов,
меньшевиков, — говорит
Ленин,—
нельзя победить в пролетаркой революции, нельзя отстоять ее. Это очевидно
принципиально. Это подтверждено наглядно опытом п России и В е н г р и и . . .
В России много раз бывали трудные положения, когда наверняка был бы
свергнут советский режшм, если бы меньшевики, реформисты, мелкобуржуазные демократы оставались внутри нашей партии... В Италии, где, по общему
признанию, дело идет к решающим битвам пролетариата с буржуазией из-за
овладения государственной властью. В такой момент не только является безусловно необходимым удаление меньшевиков, реформистов, гурапганцев из
партии, но можетj оказаться даже полезным удаление превоокодных коммунистов, способных колебаться и проявляющих
колебания в сторону «единства» с реформистами, удаление со всяких ответственных п о с т о в . . . Накануне
революции и в моменты самой ожесточенной борьбы за ее победу малейшие
колебания внутри партии способны погубить все, сорвать революцию, вырвать
власть из рук пролетариата, ибо эта власть еще не прочна, ибо натиск на нее
слишком еіцс силен. Если колеблющиеся вожди отходят прочь в такое время,
это не ослабляет, а усиливает и партию, и рабочее движение, н революцию»
(см. т. X X V , стр. 4G2—464).
(Сталин.
1924 г.)

Вопросы

ленинизма.

3. К О М И Н Т Е Р Н - Е Д И Н С Т В Е Н Н А Я

«Об

основах

ленинизма», стр. 64—74.

МЕЖДУНАРОДНАЯ

ПАРТИЯ

ПРОЛЕТАРИАТА

В 1919 г. был основан Коммунистический Интернационал, впервые
в мировой истории объединивший на деле, на практике революционной борьбы, передовые слоя европейского и американского пролетариата с пролетариями Китая и Индии, с чернокожими: тружениками
Африки и Америки.
Будучи единой и централизованной между народной партией
пролетариата, Коммунистический Интернационал является един-

ственным продолжателем принципов 7 Интернационала, проводимых
на новой, массовой основе революционного пролетарского движения. Опыт первой империалистической войны, последующей полосы
революционного кризиса капитализма, ряда революций в Европе и колониальных странах; опыт диктатуры пролетариата и строительства
социализма в COOP; опыт работы всех секций Коммунистического
Интернационала, закрепленный в решениях его конгрессов; наконец
все большая и большая интернационализация борьбы между империалистической буржуазией и пролетариатом, — все это вызывает
необходимость единой и общей для всех секций программы Коммунистического Интернационала. Таким образом программа КИ, будучи
высшим критическим обобщением всего исторического опыта международного революционного движения пролетариата, является программой борьбы за мировую пролетарскую диктатуру, программой борьбы
за мировой коммунизм.
Коммунистический Интернационал, объединяя революционных
рабочих, ведущих за собой миллионные массы угнетенных и
эксплоатируемых против буржуазии и ее «социалистических» агентов, 'рассматривает себя как исторического преемника «Союза
коммунистов» и Первого Интернационала, находившихся под непосредственным руководством Маркса, и как наследника лучших из
довоенных традиций II Интернационала.. Первый Интернационал
заложил идейные основы /международной пролетарской борьбы за
социализм. Второй Интернационал в свою лучшую прру готовил
почву для широкого и массового распространения рабочего движения. Третий, Коммунистический Интернационал, продолжая дело
Первого Интернационала н восприняв плоды работ Второго Интернационала, решительно отсек оппортунизм последнего, его социалшовинизм, его буржуазное извращение социализма и начал осуществлять диктатуру пролетариата.
Тем самым Коммунистический
Интернационал продолжает славные героические традиции международного рабочего движения: английских чартистов и французских
повстанце® №31 г.; французских и немецких рабочих-революционеров 1848 г.; бессмертных бойцов и мучеников Парижской Коммуны;
храбрых солдат немецкой, венгерской и финской революции; рабочих бывшей царской деспотии, победоносных носителей пролетарской диктатуры, китайских пролетариев — героев Кантона и Шанхая.
Опираясь на исторический опыт революционного рабочего движения всех континентов и всех народов, Коммунистический Интернационал в своей теоретической и практической работе целиком и
безоговорочно стоит на точке зрения революционного
марксизма,
получившего свое дальнейшее развитие в ленинизме, который есть
не что иное, как марксизм эпохи империализма и пролетарских революций.
Защищая и 'пропагандируя диалектический материализм Маркса—
Энгельс», применяя его как революционный метод познавания действительности в целях революционного преобразования этой действительности, Коммунистический Интернационал ведет активную борьбу
со всеми видами буржуазного мировоззрения и со всеми видами
теоретического и практического оппортунизма. Стоя ira почве
последовательной классовой борьбы пролетариата,
соподчиняя
510

временные, частичные, групповые, национальные интересы пролета ртата его длительным, общим, интернациональным интересам, Коммунистический Интернационал боспощадно разоблачает перенятое реформистами у буржуазии учение о «классовом мире» во всех его
формах., Выражая историческую потребность в международной организации революционных пролетариев, могильщиков капиталистической системы, Коммунистический Интернационал является единственной международной силой, имеющей своей программой диктатуру
пролетариата« и коммунизм и открыто выступающей организатором
международной революции пролетариата.
(Программа Коминтерна.

Введение.)

4. У С Л О В И Я П Р И Н А Д Л Е Ж Н О С Т И H К О М И Н Т Е Р Н У _ М И Р О В О Й
П А Р Т И И НОВОГО ТИПА

В Коммунистический Интернационал все чаще и чаще обращаются
теперь партии и группы, недавно еще принадлежавшие ко II Интернационалу, желающие теперь войти в III Интернационал, но не
ставшие на деле коммунистическими. II Интернационал окончательно
равбит. Промежуточные партии и группы «центра», видя полную
безнадежность И Интернационала, пытаются прислониться ко все
более крепнущему Коммунистическому Интернационалу, надеясь при
этом, однако, сохранить такую «автономию», которая давала бы им
возможность проводить прежнюю оппортунистическую или «центристскую» политику. Коммунистический Интернационал становится
до известной степени модой.
Желание некоторых руководящих групп «центра» войти в III Интернационал является косвенным подтверждением того, что Коммунистический Интернационал завоевал симпатии громадного большинства сознательных рабочих (всего мира и с каждым днем становится
все большей силой.
Коммунистическому Интернационалу угрожает опасность разжижения его шаткими и половинчатыми группами, не разделавшимися
еще с идеологией II Интернационала.
Кроме того, в некоторых крупных партиях (Италия, Швеция, Норвегия, Югославия и др.), большинство которых стоит на почве коммунизма, до сих пор остается значительное реформистское и социалпацифистское крыло, которое только ожидает момента, чтобы вновь
поднять голову, начать активный саботаж пролетарской революции
и тем помочь буржуазии и II Интернационалу.
Ни один коммунист ле должен забывать уроков венгерской советской республики. Объединение венгерских коммунистов с так называемыми «левыми» социал-демократами дорого стоило венгерскому
пролетариату.
В виду этого II всемирный конгресс Коммунистического Интернационала считает нужным установить совершенно точные условия
приема новых партий, а также, указать тем партиям, которые уже
приняты в Коммунистический Интернационал, те обязательства,"которые лежат на них.
II конгресс Коммуігастичеекого Интернационала постановляет
условия принадлежности к Коммунистическому Интернационалу
следующие;

1. Повседневная пропаганда и агитация должны носить действительно коммунистический характер и соответствовать программе и
всем постановлениям III Интернационала. Bçe органы печати, находящиеся в руках партии, должны редактироваться надежными коммунистами, доказавшими свою преданность делу пролетариата. О диктатуре пролетариата следует говорить не просто как о ходячей заученной формуле, ее нужно пропагандировать так, чтобы необходимость
ее для каждого рядового рабочего, работницы, солдата, крестьянина
вытекала из жизненных фактов, систематически отмечаемых нашей
печатью изо дня в день.
Периодическая и непериодическая печать и все партийные издательства должны быть всецело подчинены Центральному комитету
партии, независимо от того, является ли • в данный момент партия
в целом легальной или нелегальной. Недопустимо, чтобы издательства. злоупотребляли своей автономией п вели политику, не вполне
соответствующую политике партии.
На страницах газет, в народных собраниях, в (Профессиональном
союзе, в кооперативе — всюду, куда получают доступ сторонники
III Интернационала, необходимо систематически и беспощадно
клеймить -не только буржуазию, но и ее помощников — реформистов
всех оттенков.
2. Каждая организация, желающая принадлежать к Коммунистическому Интернационалу, обязана планомерно и систематически удалять со сколько-нибудь ответственных постов в рабочем движении
(партийная организация, редакция, профессиональный союз, парламентская фракция, кооператив, муниципалитет и т. л.) реформистов
и сторонников «центра» и ставить вместо них надежных коммунистов,
не смущаясь тем, что иногда придется вначале заменять «опытных»
деятелей рядовыми рабочими.
3. Классовая борьба почти во всех странах Европы и Америки
вступает в фазу гражданской войны. При таких условиях коммунисты не могут питать доверия к буржуазной законности. Они обязаігаі
повсюду создавать параллельный нелегальный аппарат, который в решающую ми-нуту мог бы помочь партии исполнить свой долг перед
революцией. Во всех тех странах, где коммунисты, вследствие осадного положения или исключительных законов, не имеют возможности
вести івсю свою работу легально, безусловно необходимо сочетание летальной и нелегальной работы.
4. Долг распространения коммунистических идей включает в себя
особеиную необходимость настойчивой систематической пропаганды
в войсках. Там, где эта агитация запрещается исключительными законами, она должна производиться нелегально. Отказ от такой работы
был бы равносилен измене революционному долгу и несовместим
с принадлежностью к III Интернационалу.
5. Необходима систематическая и планомерная агитация в деревне.
Рабочий класс не может закрепить свою победу, не имея за собой
хотя бы части сельских батраков и беднейших крестьян и не
нейтрализовавши своей политикой часть остальной деревни. Коммунистическая работа, в деревне приобретает в настоящую эпоху первостепенное значение. Вести ее необходимо, главным образом, через
революционных
городских
и
оельокохозяйствегашіх
рабочихкоммупистов, имеющих связи с деревней. Отказ от этой работы или
512

передача ее в ненадежные полуреформистские руки равносильны отказу от пролетарской революции.
6. Каждая партия, желающая принадлежать к III Интернационалу, обязана разоблачать не только откровенный социал-патриотизм, но и фальшь и лицемерие социал-пацифизма: систематически
доказывать рабочим, что без революционного низвержения капитализма никакие международные третейские суды, никакие договоры
об уменьшении вооружений, никакая «демократическая» реорганизация Лиги народов ие спасут человечество от новых империалистских войн.
7. Партии, желающие принадлежать к Коммунистическому Интернационалу, обязапы признать необходимость полного и абсолютного разрыва с реформизмом и с политикой «центра» и пропагандировать этот разрыв в самых широких кругах членов партии.
Без этого невозможна последовательная коммунистическая политика.
Коммунистический Интернационал безусловно и ультимативно
требует осуществления этого разрыва в кратчайший срок. Коммунистический Интернационал но может мириться с тем, чтобы заведомые оппортунисты, как, например. Турати, Каутский, Гильфердинг,
•Хилк-вит, Лонгэ, Макдональд, Модильяни и другие, имели право
считаться членами III Интернационала. Это привело бы к тому, что
III Интернационал в сильной степени уподобился бы погибшему
II Интернационалу.
8. В вопросе о колониях и об угнетенных национальностях необходима особо четкая и ясная линия партий тех стран, где буржуазия
такими колониями владеет и другие нации угнетает. Каждая партия,
желающая принадлежать к III Интернациопалу, обязана беспощадно
разоблачать проделки «своих» империалистов в колониях, поддерживать не на словах, а на деле всякое освободительное движение в
колониях, требовать изгнания своих отечественных империалистов
из этих колоний, воспитывать в сердцах рабочих своей страны
истинно братское отношение к трудящемуся населению колоний и
угнетенных национальностей и вести систематическую агитацию в
своих войсках против всякого угнетения колониальных народов.
9. Каждая партия, желающая принадлежать к Коммунистическому Интернационалу, обязана, вести систематически и настойчиво коммунистическую работу внутри /профессиональных союзов, в
советах рабочих депутатов, в фабрично-заводских комитетах, кооперативах и других массовых рабочих организациях. Внутри этих
организаций необходимо образовывать коммунистические ячейки,
которые длительной и упорной работой должны завоевывать профессиональные союзы и т. д. для дела коммунизма. Эти ячейки обязаны на каждом шагу повседневной работы разоблачать предательства социал-патриотов и колебания «центра». Эти коммунистические
ячейки должны быть целиком подчинены партии в целом.
10. Каждая партия, принадлежащая к Коммунистическому Интернационалу, обязана вести упорную борьбу против Амстердамского
«Интернационала» желтых профессиональных союзов. Она должна
настойчиво пропагандировать среди профессионально организованных рабочих необходимость разрыва с желтым Амстердамским
Интернационалом. Она должна всеми средствами поддерживать
88

Ленинизм.

513

зарождающееся международное объединение красных профессиональных союзов, примыкающих к Коммунистическому Интернационалу.
11. Партии, желающие принадлежать к III Интернационалу,
обязаны пересмотреть личный состав своих парламентских фракций,
удалить из них ненадежные элементы, подчинить эти фракции не на
словах, а на. деле Центральным комитетам партий, требовать от
каждого парламентария-коммуниста, чтобы он подчинял всю свою
деятельность интересам действительно революционной пропаганды
и агитации.
12. Партии, принадлежащие к Коммунистическому Интернационалу, должны быть построены по принципу демократического централизма. В нынешнюю эпоху обостренной гражданской войны коммунистическая партия сможет выполнить свой долг лишь в том случае, если она будет организована наиболее централистическим образом, если в ней будет господствовать железная дисциплина, граничащая с дисциплиной военной, и если ее партийный центр будет
являться властным авторитетным органом с широкими полномочиями, пользующимися всеобщим доверием членов партии.
13. Коммунистические партии тех стран, где. коммунисты ведут
свою работу легально, должны производить периодические чистки
(перерегистрации) личного состава партийных организаций, дабы
систематически очищать партию от неизбежно примазывающихся к
ней мелкобуржуазных элементов.
14. Каждая партия, желающая принадлежать к Коммунистическому Интернационалу, обязана оказывать беззаветную поддержку
каждой советской республике в ее борьбе против контрреволюционных сил. Коммунистические партии должны вести неуклонную пропаганду за отказ рабочих перевозить предметы военного снаряжения, адресуемые врагам советских республик, вести всеми средствами легально или нелегально пропаганду среди войск, посылаемых для удушения рабочих республик и т. д.
15. Партии, которые еще до сих пор остаются при старых
социал-демократических программах, обязаны в возможно кратчайший срок пересмотреть эти программы и выработать применительно
к особым условиям свосй страны новую коммунистическую программу в духе постановлений Коммунистического Интернационала.
Но правилу, программа каждой партии, принадлежащей к Коммунистическому Интернационалу, должна утверждаться очередным
конгрессом Коммунистического Интернационала или его Исполнительным комитетом. В случае неутверждения Исполнительным комитетом Коммунистического Интернационала программы той или другой партии, данная партия имеет право апеллировать к конгрессу
Ком м у н и стичес кого Интернационала.
іб! Все постановления съездов Коммунистического Интернационала, как и постановления его Исполнительного комитета, обязательны для всех партий, входящих в Коммунистический Интернационал. Коммунистический Интернационал, действующий в обстановке
обостреннсйшей гражданской войны, должен быть построен гораздо
более централизованно, чем это было во II Интернационале. При
этом Коммунистический Интернационал и его Исполнительный комитет во всей своей работе, разумеется, обязаны: считаться со всем;

514

многообразием условий, при которых приходится бороться и
действовать различным партиям, и выносить общеобязательные решения лишь по таким вопросам, по которым такие решения возможны.
17. В си язи со всем этим все партии, желающие входить в Коммунистический Интернационал, должны изменить свое название.
Каждая партия, желающая входить в Коммунистический Интернационал, должна носить название: Коммунистическая партия такой-то
страны (секция III Коммунистического Интернационала). Вопрос о
названии является не только формальным, но и большой важности
политическим вопросом. Коммунистический Интернационал объявил
решительную борьбу всему буржуазному миру и всем желтым
социал-демократическим партиям. Необходимо, чтобы каждому рядовому труженику была совершенно ясна разница между коммунистическими партиями и старыми официальными «социал-демократическими» или «социалистическими» партиями, которые предали
знамя рабочего класса.
18. Все руководящие печатные органы партий всех стран обязаны перепечатывать все важные официальные документы Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала.
И). Все партии, принадлежащие к Коммунистическому Интернационалу или подавшие заявление о желании вступить в него, обязаны в кратчайший срок, но не позже чем через 4 месяца пос.л-3
II конгресса Коммунистического Интернационала, созвать экстренный
съезд своей партии, чтобы обсудить все эти условия. При этом
Центральные комитеты должпы позаботиться, чтобы все мбстные
организации ознакомились с постановлениями II конгресса Коммунистического Интернационала.
20. Партии, которые теперь хотели бы вступить в III Интернационал, но до сих пор радикально не изменили "своей прежней тактики,
должны до вступления в него позаботиться о том, чтобы в их Центральный комитет и во все важнейшие центральные учреждения
•партии входило ие менее V« таких товарищей, которые еще до II
конгресса Коммунистического Интернационала публично недвусмысленно высказывались за вступление в III Интернационал. Исключения могут допускаться с утверждения Исполнительного комитета.
1Г1 Интернационала. Исполнительный комитет Коммунистического
Интернационала имеет право делать исключения также и для названных в § 7 представителей «центра».
21. Чмпы партии, принципиально отвергающие условия и тезисы, выставленные Коммунистическим Интернационалом, должны
исключаться из партии.
Это относится также и к делегатам экстренных партийных съездов.
(Резолюция
1920 г.)

II

конгресса

Коминтерна
.

об

5. О С Н О В Н Ы Е У С Л О В И Я П Р Е В Р А Щ Е Н И Я
В ПОДЛИННЫЕ ПАРТИИ ЛЕНИНИЗМА

условиях

приема

в

Коминтерн.

КОМПАРТИЙ

Чтобы провести большевизацию, необходимо добиться по крайней мере некоторых основных условий, без которых невозможна
вообще большевизация компартии.
1) Необходимо, чтобы партия рассматривала себя не как придаток парламентского избирательного механизма, как но еѵрт
*

515

дела себя рассматривает социал-демократия, и не как бесплатное
приложение профессиональных союзов, как об этом твердят иногда
некоторые анархо-синдігкалистскне элементы, — а как высшую форму классового объединения пролетариата, призванную руководить
всеми остальными формами пролетарских организаций, от профсоюзов до парламентской фракции.
2) Необходимо, чтобы партия, особенно ее руководящие элементы полностью овладели революционной теорией марксизма, неразрывно связанной с революционной практикой.
3) Необходимо, чтобы партия вырабатывала лозунги и директивы не па основе заученных формул и исторических параллелей, а
в результате тщательного анализа конкретных условий революционного движения, внутренних и международных, при обязательном
учете опыта революций всех стран.
4) Необходимо, чтобы партия проверяла правильность этих
лозунгов и директив в огне революционной борьбы массы.
5) Необходимо, чтобы вся работа партии, особенно если социалдемократические традиции еще не изжиты в ней, была перестроена
на новый революционный лад, рассчитанный на то, чтобы каждый
шаг партии и каждое ее выступление естествепно вели к революционизированию масс, к подготовке воспитания широких масс рабочего класса в духе революции.
6) Необходимо, чтобы партия в своей работе умела сочетать
высшую принципиальность (не смешивать с сектанством!) с максимум связей и контакта с массами (не смешивать с хвостизмом!), без
.чего невозможно для партии не только учить массы, но и учиться
у них, не только вести массы и поднимать их до уровня партии, но
и прислушиваться к голосу маос и угадывать их наболевшие нужды.
7) Необходимо, чтобы партия умела сочетать в своей работе
непримиримую революционность (не смешивать с революционным
авантюризмом!) с максимум гибкости и маневроспособности (не
смешивать с приспособленчеством!), без чего невозможно для партии овладеть всеми формами борьбы и организации, связать повседневно интересы пролетариата с коренными интересами пролетарской революции и сочетать в своей работе легальную борьбу с
борьбой нелегальной.
8) Необходимо, чтобы партия но скрывала своих ошибок, чтобы
она не боялась критики, чтобы оиа умела улучшать и воспитывать
свои кадры на своих собственных ошибках.
9) Необходимо, чтобы партия умела отбирать в основную руководящую группу лучшие элементы передовых бойцов, достаточно
преданные для того, чтобы быть подлинными выразителями в стремлении революционного пролетариата, и достаточно опытные для
того, чтобы стать действительными вождями пролетарской революции, способными применять тактгГку и стратегию ленинизма.
10) Необходимо, чтобы партия систематически улучшала социальный состав своих организаций и очищала себя от разлагающих
оппортунистических элементов, имея в виду, как цель, достижение
максимальной монолитности.
11) Необходимо, чтобы партия выработала железную пролетарскую дисциплину, выросшую на основе идейной спаянности, ясности
целей и движения, единства; практических действий и сознательного
516

отношения к задачам партии со стороны широких партийных
масс.
12) Необходимо, чтобы партия систематически проверяла исполнение своих собственных решений и директив, без чѳто эти последние рискуют превратиться в пустые посулы, способные лишь
подорвать к ней доверие широких пролетарских масс.
Без этих и подобных им условий большевизация есть звук пустой.
( С т а л и н . Перспективы РКП и большевизация. Беседа члена ГКП т. Герцога с т. Сталиным. «Правда»: от 3 февраля 1925 г. К> 27.)

II. ПАРТИЯ НОВОГО ТИПА И Е Е ОСОБЕННОСТИ
I. П А Р Т И Я - П Е Р Е Д О В О Й О Т Р Я Д П Р О Л Е Т А Р И А Т А И ЗНАЧЕНИЕ?

программы партии

А. П а р т и я — п е р е д о в а я ч а с т ь р а б о ч е г о к л а с с а ,
эа собой рабочий к л а с с

ведущая

Товарищи, я хотел бы сделать несколько замечаний, имеющих
отношение к речам тт. Теннера и Мак-Лейна. Теннер говорит, что
он стоит за диктатуру пролетариата, но диктатура пролетариата
представляется не совсем такою, какою ее представляем себе мы. Он
говорит, что мы понимаем под диктатурой пролетариата в сущности
диктатуру его организованного и сознательного меньшинства.
И действительно, в эпоху капитализма, когда рабочие массы
подвергаются беспрерывной эксплоатации и не могут развивать
своих человеческих способностей, наиболее характерным для рабочих политических партий является именно то, что они могут охватывать лишь меньшинство своего класса. Политическая партия может
объединить лишь меньшинство класса, так же, как действительно
сознательные рабочие во всяком капиталистическом обществе составляют* лишь меньшинство всех рабочих. Поэтому мы вынуждены признать, что лишь это сознательное меньшинство может руководить
широкими рабочими массами и вести их за собою. И если т. Теннер
говорит, что он враг партии, но в то же. время за то, чтобы меньшинство лучше всего организованных и наиболее революционных
рабочих указывало путь всему пролетариату, то я говорю, что разницы между нами в действительности нет. Что представляет собой
организованное меньшинство? Если это меньшинство действительно сознательно, если оно умеет вести за собой массы,
если оно способно ответить на каждый вопрос, становящийся
в порядок дня, — тогда оно, в сущности, является партией. И ѳсли
такие товарищи, как Теннер, с которыми мы особенно считаемся,
как с представителями массового движения, — чего нельзя без натяжки сказать о представителях Британской социалистической
партии, — если эти товарищи стоят за то, чтобы существовало меньшинство, которое организовіінно боролось бы за диктатуру и которое воспитало бы в этом направлении рабочие массы, то, в сущности,
такое меньшинство есть не что иное, как партия. Тов. Теннер говорит, «что это меньшинство должно организовать и вести за собой
всю рабочую массу. Если т. Теннер и другие товарищи из группы
шоп-етюарт и союза Индустриальных работах мира (I. W. W.) ото
признают, — а каждый день мы в беседах с ними видим, что они действительно это признают, — если они одобряют такое положение,
517

когда сознательное коммунистическое меньшинство рабочего класса
ведет за собой пролетариат, то они должны согласиться и с
тем, что смысл всех наших резолюций именно таков. Единственное
различие, которое существует между нами, заключается в своего
рода недоверии, которое английские товарищи питают к политической партии. Они представляют себе политические партии не иначе,
как наподобие Гомиерса и Гендерсона, или партию парламентских
дельцов, изменников делу рабочего класса, И если они представляют
себе парламентаризм именно таким, каким в настоящее время является парламентаризм английский и американский, то мы также
являемся врагами подобного парламентаризма и подобных политических партий. Нам нужны новые партии, партии иные. Нам нужны
такие партии, которые находились бы постоянно в действительной '
связи с массами и которые умели бы этими массами руководить.
( Л е н и н . Соч., т. X X V , «Речь на 11 конгрессе Коминтерна
нистической вартилі», СТ.р. 347—348. 1920 Г.)

о роли комму-

Б. В о ж д и — п а р т и я , к л а с с — м а с с ы

Одна уже постановка вопроса: «диктатура партии и л и диктатура
класса? диктатура (партии) вождей или диктатура (партия) масс?»
свидетельствует о самой невероятной и безысходной путанице
мысли. ,'Іюди тщатся придумать нечто совсем особенное и в своем
усердии мудрствования становятся смешными. Всем известно, что
массы делятся на классы; — что противополагать массы и классы
можно, лишь противополагая громадное большинство вообще, не
расчлененное по положению в общественном строе производства,
категориям, занимающим особое положение в общественном строе
производства; — что классами руководят обычно и в большинстве
случаев, по крайней мере в современных цивилизованных странах,
политические партии;—что политические партии в виде общего
правила управляются более или менее устойчивыми группами наиболее авторитетных, влиятельных, опытных, выбираемых на самые
ответственные должности лиц, называемых вождями. Все это азбука.
Все это просто и ясно. К чему понадобилась вместо этого какая-то
тарабарщина? какой-то новый волапюк? С одной стороны, невидимому, люди запутались, попав в тяжелое положение, когда быстрая
смена легального и нелегального положения партии нарушает обычное, нормальное, простое отношение между вождями, партиями и
классами. В Германии, как и в других европейских странах, чересчур
привыкли к легальности, к свободному и правильному выбору «вождей» регулярными съездами партий, к удобной проверке классового состава, партий выборами в парламент, митингами, прессой,
настроениями профсоюзов и других союзов и т. и. Когда от этого
обычного пришлось, в силу бурного хода революции и развития
гражданской войны, переходить быстро к смене летальности и нелегальности. к соединению их, к «неудобным», «недемократичным»
приемам выделения или образования или сохранения «групп вожаков»— люди растерялись и начали выдумывать сверхъестественный
вздор. Вероятно голландские «трибушісты», которые имели несчастье родиться в маленькой стране, с традицией и условиями особенно привилегированного и особенно устойчивого легального
положения, люди, совсем не видавшие смены легального и неле618

гальпого положения, запутались и растерялись сами, помогли нелепым выдумкам.
С другой стороны, заметно просто непродуманное, бессвязное
употребление «модных», по нашему времени, словечек о «массе» и о
«вождях». Люди много слыхали и твердо заучили нападки на «вождей», противопоставление их «массе», но подумать, что к чему, выяснить себе дело не сумели.
Расхождение «вождей» и «масс» особенно ясно и резко сказалось
в конце империалистской войны и после нее, во всех странах. Основную причину этого явления разъясняли много раз Маркс и Энгельс в 1852—1892 гг. на примере Англии. Монопольное положение Англии выделяло «рабочую аристократию», полумещанокую,
оппортунистическую, из «массы». Вожди этой рабочей аристократии
переходили постоянно па сторону буржуазии, были — прямо или
косвенно — на содержании у нее. Маркс завоевал себе почетную ненависть этой сволочи за то, что открыто клеймил их предателями.
Новейший ( X X века) империализм создал монопольно-привилегированное положение для нескольких передовых стран, и на этой почве
везде во 11 Интернационале обрисовался тип вождей-предателей, оппортунистов, социал-шовинистов, отстаивающих интересы' своего цеха, своей прослойки рабочей аристократии. Создалась оторванность
оппортунистических партий от «масс», т. е. от наиболее широких
слоев трудящихся, от большинства их, от 'наихудше оплачиваемых
рабочих. Победа революционного пролетариата невозможна без
борьбы с этим злом, без разоблачения, опозорения и изгнания оппортунистических, социал-предательских вождей; такую политику
и повел 111 Интернационал.
Договориться но этому поводу до противоположения вообще
диктатуры масс диктатуре вождей есть смехотворная нелепость и
глупость. Особенно забавно, что на деле-то вместо старых вождей,
которые держатся общечеловеческих взглядов на простые вещи, на
деле выдвигают (под прикрытием лозунга: «долой вождей») новых
вождей, которые говорят сверхъестественную чепуху и путаницу.
Таковы в Германии Лауфенберг, Вольфгейм, Хорнер, Карл Шредер,
Фридрих Венд ель, Карл Эрлер. Попытки этого последнего «углубить» вопрос и объявить вообще ненадобность и «буржуазность»
политических партий есть уже такие геркулесовы столпы нелепости,
что остается только руками развести. Вот уже поистине: из маленькой ошибки всегда можно сделать чудовищно-большую, если на
ошибке настаивать, если ее углубленно обосновывать, если ее «доводить до конца».
Отрицание партийности и партийной дисциплины — вот что получилось у оппозиции. А это равносильно полному разоружению
пролетариата в пользу буржуазии. Это равносильно именно той мелкобуржуазной распыленности, неустойчивости, неспособности к выдержке/ к объединению, к стройному действию, которая неминуемо
всякое ' пролетарское революционное движение погубит, если дать
ей потачку. Отрицать партийность с точки зрения коммунизма значит делать прыжок от кануна краха капитализма (в Германии) не к
низшей и не к средней, а к высшей фазе коммунизма.
( Л ' е и и н . Соч., т.
стр. 1ST—ISO. 1920 г.)

XXV,

«Детская

болезнь

«левизны»

в

коммунизме»,

В. Марке м Ленин о значении т е о р е т и ч е с к и выдержанной
программы для развития рабочего движения

Дорогой Бракке!

о If и обязаны
исходить
из того
марксистского
положения,
которое
всеми признается,
что
программа должна быть построена
на научном
фундаменте.
Она должна
объяснить
массам,
как
коммунистическая
революция
возникла,
почему
она неизбежна,
в чем ее значение,
ее
сущность,
ее сила, что она должна
решить.
Наша
программа должна быть сводкой для агитации,
такой же сводкой,
какой были все программы,
какой
была,
например,
Эрфуртская
программа.
Каждый
параграф
лтой
программы
содержал
в себе сотни тысяч речей и статей
агитаторов. В нашей программе
каждый параграф
есть
то, что должен
знать,
усвоить
и
понимать
всякий трудящийся»
(Ленин.
Соч., т.
XXIV,
стр. 131).
«Наша программа
дает
точную
формулировку
наших
социалистических
задач,
конечной
цели
социализма,
и притом такую формулировку.
которая заострена
в особенности
против
оппортунизма « реформизма»
(Л е ним. Соч., т. XV,
стр. 219),

Будьте добры по прочтении передать нижеследующие критические заметки на полях объединительной программы Гейбу и Ауэру, 1
Бебелю и Либкнсхту для ознакомления. Я завален работой и уже вынужден заниматься гораздо больше, чем мне позволили врачи. Поэтому мне отнюдь не доставляло особого «наслаждения» измарать
так много бумага. Но это было необходимо для того, чтобы партийные друзья, для которых предназначается это сообщение, не истолковали впоследствии ложно те шаги, которые я, со своей стороны,
должен буду предпринять.
Я ігмею в виду краткое заявление, которое Энгельс и я опубликуем после объединительного съезда, 3 мы заявим, что мы совершенно не иричастны к указанной принципиальной программе и не имеем
с ней ничего общего.
Это необходимо, так как за границей распространен заботливо
поддерживаемый вратами партии взгляд, — взгляд совершенно ложный,— будто мы тайно руководим отсюда движением так называемой эйзенахской партии. В своей только недавно вышедшей по-русски брошюре3 Бакунин возлагает, например, на меня ответственность не только за все программы и т. д. упомянутой .партии, но и
за каждый шаг, сделанігый Либкпехтом со дня его сотрудничества
с народной партией.
Помимо того, мой долг не позволяет мне, хотя бы лишь путем дипломатического молчания, признать программу, которая, но
моему убеждению, решительно никуда не годится и деморализует
партию."
Каждый шаг действительного движения важнее дюжины тгрограмм. Значит, если нельзя было, — а обстоятельства этого не допускали,— выйти за пределы эйзенахской программы, то следовало
1 Август
Гейб ( 1 8 4 2 — 1 8 7 9 ) — к а з н а ч е й э й з е н а х с к о й партии, с 1S74 г. ч л е н
рейхстага. Игнатий А у э р ( 1 8 4 6 — 1 9 0 7 ) — секретарь э й з е н а х с к о й партии, впоследс т в и и один н з гланарей реформистского к р ы л а германской социал-демократии.
Ред.
2 Объединительный
с ъ е з д в Готе с о с т о я л с я 22—27 мая 1875 г. Съезд л а с с а л ь я н ц е в перед этим — в мае, а с ъ е з д э й з е н а х о в ц е в — в Гамбурге 8 июня.
Ред.
3 Маркс
имеет в в и д у брошюру Б а к у н и н а « Г о с у д а р с т в е н н о с т ь и а н а р х и я » .
Ред.

МО

просто заключить соглашение о действиях против общего врага.
Составляя же принципиальные
программы (вместо того, чтобы
отложить это дело до того момента, когда оно будет подготовлено
более длительной совместной работой), воздвигают тем самым перед лицом всего мира вехи, по которым люди судят об уровне партийного движения. Вожди лассальянцев приходят к нам потому, что
их вынудили к этому обстоятельства. Если бы им заявили с самого
начала, что пи па какую сделку в принципиальных вопросах им рассчитывать нечего, то они должны были бы удовлетвориться программой действия или организационным планом в целях совместного действия. Вместо этого им разрешают являться во всеоружии
мандатов и признают эти мандаты обязательными для себя, т. е.
сдаются на милость или немилость тех, кто сам нуждается в помощи.
11 дело увенчивается тем, это они созывают съезд еще до согласительного съезда, между тем как собственная партия созывает свой
съезд уже post festum. Здесь явпо стремились сорвать всякую критику и не дать опомниться собственной партии. Известно, что рабочих удовлетворяет уже самый факт объединения; но ошибаются те,
кто думает, что этот минутный успех куплен не слишком дорогой
ценой.
Впрочем, программа никуда не годится и независимо от того, что
признает непогрешимым лассалевский символ в е р ы . . .
Ваш Карл Маркс.1
(М а р к е .
1S75 Г.)

Избр. ітроизи., т. II, «Критика Готской программы», стр. 431—432.

. . . Движение пролетариата, в силу самых основных особенностей в положении этого класса при капитализме, имеет непреклонную
тенденцию стать отчаянной борьбой за все, за полную победу над
всем темным, эксплоа татарским, порабощающим. Движение либеральной буржуазии, напротив, но тем же причинам (т. е. в силу основных особенностей положения буржуазии) имеет тенденцию к
сделкам вместо борьбы, к оппортунизму вместо радикализма, к
скромному учету наиболее вероятпых и возможных ближайших приобретений вместо «нетактичной», смелой и решительной претензии;
на полную победу. Кто борется настоящим образом, тот естественно
борется за все; кто предпочитает сделки борьбе, тот, естественно,
наперед указывает те «кусочки», которыми он склонен в самом лучшем случае удовлетвориться (в худшем случае он удовлетворяется
1 Примечание
составителя. Письмо Маркса к В. Бракке от 5 мая 1S75 г.,
являющееся сопроводительны м письмом к «Критике», вскрывает грубейшие
тактические
ошибки,
сделанные
вождями
эйзенахской
партии — особенно
Либкнехтом — при переговорах об объединении. Обращает на себя внимание
угроза, что если программа будет принята, то Маркс и Энгельс публично выступят с заявлением, что они с лей не имеют ничего общего. Письмо это содержит знаменитые слова о том, что «каждый шаг действительного движения
важнее дюжины программ». Оппортунисты всех толков — -как в России, так
и на З а п а д е — пытались использовать это изречение Маркса в своей борьбе против непримиримости в 'теоретических, принципиальных, программных вопросах,
т. е. против революционного
марксизма,
ища в нем
оправдание любой
пошлости, любой эклектичности в теории, любому оппортунизму и голому эмпиризму в практике.
В 1902 г., когда рабочедельцы-«экономисты» пытались попользовать это

521

даже отсутствием борьбы, т. е. мирится надолго с владыками старого мира).
Вот почему вполне естественно, что социал-демократия, как партия революционного пролетариата, так заботливо относится к своей
программе, так тщательно определяет задолго вперед свою конечную цель, —• цель полного освобождения трудящихся, — так ревниво
относится ко всяким поползновениям урезать эту конечную цель;
по тем же причинам социал-демократия так догматически строго
и доктринерски непреклонно отделяет мелкие, ближайшие экономические и политические цели от конечной цели. Кто борется за все,
за полную победу, тому нельзя не остерегаться, как бы меткие приобретения не связали рук, не сбили с пути, не заставили забыть о
том, что еще сравнительно далеко и без чего все мелкие завоеван и я — одна суета сует. Наоборот, для партии буржуазии, хотя бы
самой свободолюбивой и самой народолюбивой, непонятна и чужда
эта заботливость о программах, вечно критическое отношение к небольшим постепенным улучшениям.
(Ленин.

Соч., т. VII, «Политические софизмы», стр. 241—242. 1905 г.)

. . . Четыре основных недостатка проникают собою весь проект
и делают его, на мой взгляд, совершенно неприемлемым:
1) ІІо способу формулировки важнейшего отдела, относящегооі
к характеристике капитализма, этот проект дает не программу пролетариата, борющегося против весьма реальных проявлений весьма
определенного капитализма, а программу экономического учебника,
посвященного капитализму вообще.
2) В особенности непригодна программа для партии
русского
пролетариата, потому что эволюция русского капитализма, порождаемые русским капитализмом противоречия и общественные бедствия почти совершенно обойдены и затемнены благодаря той же
системе характеризовать капитализм вообще. Партия русского пролетариата должна в своей программе самым недвусмысленным образом изложить обвинение ею русского капитализма, объявление ею
войны русскому капитализму. Необходимо это тем более, что русская программа не может быть в этом отношении одинакова с европейскими: эти последние говорят о капитализме и буржуазном обществе, не указывая, что эти понятия приложи мы и к Австрии, и к
Германии и т. п., ибо это подразумевается само собою. ІІо отношению к России этого подразумевать нельзя.
Отделаться же тем, что капитализм «в развитом своем виде» отличается вообще такими-то свойствами, — а в России капитализм
«становится преобладающим», значит уклониться от того конкретположение Маркса для оправдания своей оппортунистической политики, Ленин
разоблачил эту попытку, разъяснив подлинный смысл слов Маркса в связи
с конкретной ситуацией, к которой они относ игл п.. В следующих словах Ленин
разъясняет мысль Маркса: «Если уже надо было соединяться, — писал Маркс
вожакам партии, — то заключайте договоры ради удовлетворения практических целей движения, но не допускайте торгашества принципами, не делайте
теоретических «уступок». Вот какова была мысль М а р к с а . . . » («Что делать?»,
Соч., т. IV, стр. 3S0).

522

кого обвинения и объявления войны, которое для практически борющейся партии всего важнее.
Проект не достигает поэтому одной из главных целей программы: дать партии директиву для ее повседневной пропаганды и агитации по поводу всех разнообразных проявлений русского капитализма.
3) Некоторым важнейшим пунктам придана в проекте такая неточная формулировка, которая неизбежно породит ряд самых опасных недоразумений и затруднит нам нашу теоретическую борьбу и
пропаганду. Так, например, рост крупного производства ограничен
одними «промышленными» предприятиями. Эволюция сельскохозяйственного капитализма не то затенена, не то вовсе обойдена. Затем,
место «диктатуры пролетариата» заняла «революция, которую предстоит совершить пролетариату, поддержанному другими слоями населения, страдающего от капиталистической эксплоатащга», и даже
вместо классовой борьбы пролетариата поставлена «борьба трудящейся и эксплоатирусмой массы». Такая формулировка противоречит основному принципу «Интернационала»: «освобождение рабочего класса может быть делом только самого рабочего класса». Помимо пролетариата, другая часть «трудящейся и эксплоатируемой
массы» (т- е. главным образом мелкие производители) лишь отчасти
революционна в своей борьбе с буржуазией. Именно, она революционна лишь тогда, когда она, «имея в виду переход в пролетариат», «становится па точку зрения пролетариата» (Коммунистический манифест). Реакционность же мелких производителей совершенно не оттенена в проекте, так что в общем
и целом
отношение пролетариата к «трудящейся и эксплоатируемой массе»
изображено неправильно.
Например, проект гласит: «обостряется ее (трудящейся и эксплоатируемой массы) борьба и прежде
всего борьба ее передового представителя: пролетариата». «Обострение борьбы» мелких производителей выражается и в антисемитизме, и в цезаризме, и в крестьянских союзах против батраков,
и даже в борьбе социальной Жиронды с Горой. Представительство
пролетариатом всей трудящийся и эксплоатируемой массы должно выразиться в программе тем. что мы обвиняем капитализм в
нищете м а с с (а не только нищете рабочего класса), в безработице «все более широких слоев трудящегося населения» (а не рабочего класса).
4) Проект постоянно сбивается с программы в собственном смысле
на комментарии. Программа должна давать краткие, ни одного лишнего слова не содержащие, положения, предоставляя объяснение комментариям, брошюрам, агитации и пр. Поэтому Энгельс совершенно
справедливо и обвинял Эрфуртскую программу в том, что она своей
длиной, обстоятельностью и повторениями сбивается на комментарий.
В проекте же этот недостаток еще сильнее, повторений страшно
много, попытки внести в программу объяснение процесса (вместо
одной характеристики процесса) цели все равно не достигают, а
растягивают программу до невозможности.
.
1902

( Л е н и н.
г.)

Соч.,

т.

V,

«Отзыв

о втором проекте

Плеханова»,

стр.

35—3G.

2. П А Р Т И Я - О Р Г А Н И З О В А Н Н Ы Й О Т Р Я Д Р А Б О Ч Е Г О
И ЗНАЧЕНИЕ УСТАВА ПАРТИИ

КЛАССА

«У пролетариата
нет иного оружия о борьбе
за
власть,
кроме организации.
Разъединяемый
господством
анархической
конкуренции
о
буржуазном мире, придавленный
подневольной
работой
на капитал, отб расываемый
постоянно
-на дно»
полной нищеты, одичания
и вырождения,
пролетариат может стать « неизбежно
станет
непобедимой
силой
лишь
благодаря
тому,
что
идейное
объединение
его принципами
марксизма
закрепляется
материальным
единством
организации,
сплачивающей
миллионы
трудящихся
в армию рабочего
класса.
Перед
этой
армией
не устоит ни одряхлевшая
власть русского
самодержавия,
ни дряхлеющая
власть
международного капитала.
Эта армия все теснее и
теснее
будет смыкать свои ряды, несмотря
ни на какие зигзаги
« шаги назад, несмотря на
оппортунистические
фразы
жирондистов
современной
социал-демократии,
несмотря
на
самодовольное
восхвиление
отсталой
кружковщины,
несмотря
на блестку
и шумиху интеллигентского
анархизма»
(Ленин.
Соч., т. VI, стр.
зав).
А. Ж е л е з н а я д и с ц и п л и н а
успеха большевиков

партии — одно из основных

условий

Наверное, теперь уже почти всякий видит, что большевики не
продержались бы у власти це то что 2г/г года, но и 2 % месяца без
строжайшей, поистине железной дисциплины в нашей партии, без
самой полной и беззаветной поддержки ее всей массой рабочего
класса, т. е. всем, чтб есть в нем мыслящего, честного, самоотверженного, влиятельного, способного вести за собой или увлекать отсталые слои.
Диктатура пролетариата ость самая беззаветная и самая беспощадная война нового класса против более могущественного врага,
против буржуазии, сопротивление которой удесятерено ее свержением (хотя бы в одной стране) и могущество которой состоит не
только в силе международного капитала, в силе и прочности международных связей буржуазии, но и в силе привычки, в силе мелкого
производства. Ибо мелкого производства осталось еще на свете, к
сожалению, очень и очень много, а мелкое производство рождает
капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно, ежечасно, стихийно
и в массовом масштабе. По всем этим причинам диктатура пролетариата необходима, и победа над буржуазией невозможна без долгой,
упорной, отчаянной войны не на живот, а на смерть, — войны, требующей выдержки, дисциплины, твердости, непреклонности и единства волн.
Повторяю, опыт победоносной диктатуры пролетариата в России
показал наглядно тем, кто не умеет думать или кому не приходилось размышлять о данном вопросе, что безусловная централизация
и строжайшая дисциплина пролетариата является одним из основных условий для победы над буржуазией. 4
На этом часто останавливаются. Но далеко недостаточно размышляют о том, что это значит? при каких условиях это возможно?
Не следует ли возгласы -приветствия по адресу советской власти и
большевиков. почаще сопровождать серьезнейшим анализом причин
того, почему большевики могли выработать необходимую для революционного пролетариата дисциплину?
Большевизм существует, как течение политической мысли и как
политическая партия, с 1903 г. Только история большевизма за
524

весь период его существования может удовлетворительно объяснить, почему он мог выработать и удержать при самых трудных
условиях железную дисциплину, необходимую для победы пролетариата.
И, прежде всего, является вопрос: чем держится дисциплина революционной партии пролетариата? чем она проверяется? чем подкрепляется? Во-первых, сознательностью пролетарского авангарда и
его преданностью революции, его выдержкой, самопожертвованием,
героизмом. Во-вторых, его уменьем связаться, сблизиться, до известной степени, если хотите, слиться с самой широкой массой трудящихся, в первую голову пролетарской, но также и с непролетарской трудящейся массой. В-третьих, правильностью политического
руководства, осуществляемого этим авангардом, правильностью его
политической стратегии и тактики, при условии, чтобы самые широкие массы собственным опытом убедились в этой правильности.
Без этих условий дисциплина в революционной партии, действительно способной быть партией передового класса, имеющего свергнуть буржуазию, и преобразовать все общество, неосуществима.
Без этих условий попытки создать дисциплину неминуемо превращаются в пустышку, в фразу, в кривлянье. А эти условия, с другой
стороны, не могут возникнуть сразу. Они вырабатываются лишь
долгим трудом, тяжелым опытом; их выработка облегчается правильной революционной теорией, которая, в свою очередь, не является догмой, а окончательно складывается лишь в тесной связи с
практикой действительно массового и действительно революционного движения.
(Ленин.
стр.

Б.

173—174.

Ленин

о

Соч.,
1920

т.

XXV,

«Детская

болезнь

«левизны»

в

коммунизме»,

Г.)

значении

параграфа

первого у с т а в а

партии

Я прежде всего хотел бы сделать два замечания частного свойства. Во-первых, по поводу любезного (говорю это без иронии)
предложения Аксельрода «сторговаться». Я охотно последовал бы
этому призыву, ибо вовсе не считаю наше разногласие таким существенным. чтобы от него зависела жизнь или смерть партии/ От
плохого пункта устава мы еще далеко ие погибнем! Но раз уже дошло дело до выбора из двух формулировок, то я никак не могу отказаться от своего твердого убеждения, что формулировка Мартова
есть ухудшение первоначального проекта, ухудшение, которой может принести партии, при ігзвестных условиях, не мало вреда. Второе замечание относится к т. Брукѳр. Совершенно естественно, что,
желая провести повсюду выборный принцип, т. Брукэр принял мою
формулировку, которая одна только определяет сколько-нибудь
точно понятие члена партии. Мне непонятно поэтому удовольствие
т. Мартова по поводу согласия со мной т. Брукэра. Неужели т. Мартов в самом деле за руководство для себя признает обратное тому,
что говорит Брукэр. без разбора его мотивов и аргументов? Переходя к существу дела, я скажу, что т. Троцкий совершенно не понял основной мысли т. Плеханова и поэтому обошел в своих рассуждениях всю суть вопроса. Он говорил об интеллигентах и рабочих, о классовой точке зрения и о массовом движении, но не заметил одного основного вопроса: суживает или расширяет моя
525

формулировка /понятие члена партии? Если бы он задал себе этот
вопрос, он легко видал бы, что моя формулировка суживает это понятие, а Мартовская расширяет, отличаясь (по верному выражению
самого Мартова) «эластичностью». Именно «эластичность» в такой
период партийной жизни, как. переживаемый нами, несомненно раскрывает двери для всех элементов разброда, шатания и оппортунизма. Чтобы опровергнуть этот простой и очевидный вывод, надо
доказать, что таких элементов нот, а т. Троцкий и не подумал сделать это. Да и нельзя доказать этого, ибо все знают, что таких элементов не мало, что есть они и в рабочем классе. Охрана твердости
линии и чистоты принципов партии становится именно теперь делом
тем более настоятельным, нто восстановленная в егюем единстве партия примет в свои ряды очень много неустойчивых элементов, число
которых будет расти по мере роста партии. Тов. Троцкий очень неправильно понял основную мысль моей книги «Что делать?», когда
говорил, что партия не есть заговорщическая организация (это возражение делали мне и многие другие). Он забыл, что я предлагаю в
своей книге целый ряд различных типов организаций, начиная от самых конспиративных и самых узких и кончая сравнительно широкими* и «свободными» (lose). Он забыл, что партия должна быть лишь
передовым отрядом, руководителем громадной массы рабочего класса, который весь (или почти весь) работает «под контролем и руководством» партийных организаций, но который на входит весь и не
должен входить весь в «партию». Посмотрите, в самом деле, какие
выводы получает т. Троцкий в силу основной своей ошибки. Он говорил нам здесь, что если бы ряды и ряды рабочих арестовывались
и все. рабочие заявляли о своей непринадлежности к партии, то
странной была бы наша партия! Не наоборот ли? Не странно ли
рассуждение т. Троцкого? Он считает печальным то, что всякого
сколько-либо опытного революционера могло бы лишь радовать.
Если бы сотни и тысячи арестуемых за стачки и демонстрации рабочих оказались не членами партийных организаций, это доказало
бы только, что наши организации хороши, что мы выполняем свою
задачу — законспирировать более или менее узкий круг руководителей и привлечь к движению возможно более широкую массу.
Корень ошибки тех, кто стоит за формулировку Мартова,, состоит в том, что они но только игнорируют одно из основных ЗОЛ
нашей партийной жизни, но даже освящают это зло. Состоит это
зло в том, что в атмосфере почти всеобщего политического недовольства, при условиях полной скрытности работы, при условиях
сосредоточения большей части деятельности в тесных тайных кружках и даже частных свиданиях, нам до последней степени трудно,
почти невозможно, отграничить болтающих от работающих. M
едва ли найдется другая страна, в которой бы смешение этих двух
категорий бьио так обычно, вносило такую тьму путаницы и вреда,
как в России. Не только в интеллигенции, но рт в среде рабочего
класса, мы страдаем от этого зла жестоко, и формулировка т. Мартова узаконяет это зло. Формулировка эта неизбежно стремится
всех и каждого сделать членами партии; т. Мартов сам должен был
признать это с оговоркой — «если хотите, да», сказал он. Именно
этого-то и не хотим мы! Именно поэтому мы и восстаем так решительно против формулировки Мартова. Лучше, чтобы десять
52В

работающих не называли себя членашт партии (действительные работники за чинами не гонятся!), чем чтобы один болтающий имел
право и возможность быть членом партии. Вот принцип, который
мне кажется неопровержимым и который заставляет меня бороться
против Мартова. Мне возражали, что прав-то членам партии мы никаких иѳ даем, и поэтому и злоупотреблений быть не может. Такое
возражение совершенно неоостоятельно: если у нас не указано, какио именно особые права получает член партии, то заметьте, что
у нас не приведено и никаких указаний об ограничении прав членов партии. Это, во-первых. А во-вторых, и это главное, независимо даже от прав, нельзя -забывать, что всякий член партии ответственен за партию и партия ответственна за всякого члена. При
наших же условиях политической деятельности, при зачаточном состоянии
настоящей политической сорганизованности, было бы
прямо опасно и вредно давать не членам организации право членства и возлагать ответственность на партию за таких людей, которые в организацию не входят (и не входят, может быть, умышленно). Тов. Мартов приходил в ужас по поводу того, что на суде
не член партийной организации не в праве будет, несмотря на свою
энергичную работу, назвать себя членом партии. Меня это не пугает. Серьезным вредом было бы, наоборот, если бы на суде заявил
себя с нежелательной стороны человек, который называет себя членом партии, не принадлежа ни к одной из партийных организаций.
Невозможно опровергнуть, что такое лицо работало под контролем
и руководством организации, невозможно именно в силу расплывчатости термина. Фактически — в этом не может быть сомнения —•
слова «под контролем и руководством» приведут к тому, что не
будет ни контроля, ни руководства.
Никогда Ц1х не в силах будет
распространить настоящий контроль на всех работающих, но не
входящих в организаций Наша задача — дать фактический контроль в руки ЦК. Наша задача — оберегать твердость, выдержанность, чистоту нашей партии. Мы должны стараться поднять звание
и значение члена партии выше, выше и выше, — и поэтому я против формулировки Мартова.
( Л е н и н . Соч., т. VI, «Речь на II съезде
партии», стр. 31—33. 1903 г.)

РС-ДРП

при обсуждении

устава

В . Ленин об у с л о в и я х приема н о в ы х членов в л а р т в ю

Тов. Молотову,
Прошу внести в пленум ЦК следующее мое предложение:
Я считаю крайне важным удлинить стаж для приема новых членов в партию. У Зиновьева стаж определен в % года для рабочих и
год для остальных. Предлагаю оставить полгода только для тех рабочих, которые не меньше 10 лет иробыли фактически рабочими в
крупных промышленных предприятиях. Для остальных рабочих назначить 1 % ; 2 года назначить для крестьян и красноармейцев и
з года дня всех остальных. Особое изъятие допускается с совместного разрешения ЦК и ЦКК.
Я считаю крайне опасным оставите без изменения предлагаемые
{Зиновьевым краткие сроки. Несомненно, что у нас постоянно считаются за рабочих такие лица, которые ни малейшей серьезной
527

школы, в смысле крупной промышленности, не прошли. Сплошь и
рядом в категорию рабочих попадают самые настоящие мелкие буржуа, которые случайно и на самый короткий срок превратились в
рабочих. Все умные белогвардейцы вполне определенно учитывают
то обстоятельство, что якобы пролетарский характер нашей партии
на самом деле нисколько не гарантирует ее от возможного перевеса,
и притом в самый короткий срок, элементов мелкохозяйских. При
господствующей у нас неаккуратности, иесистематичиости работы
короткие сроки стажа будут означать на деле полнейшее отсутствие
всякой серьезной проверки того, являются ли кандидаты действительно сколько-нибудь испытанными коммунистами. Если у нас
имеется в партті 300—400 тысяч членов, то и это количество чрезмерно. ибо решительно все данные указывают на недостаточно подготовленный уровень теперешних членов партии. Поэтому я усиленно настаиваю па необходимости удлинить сроки стажа и затем
дать поручение Оргбюро выработать и строго применять правила,
которые бы действительно делали стаж серьезнейшим испытанием,
а не пустой формальностью.
Я думаю, вопрос этот надо особо тщательно обсудить на съезде.
Ленин.
Тов.

Молотову

с просьбой передать на прочтение всем членам ЦК до постановки на съезде вопроса об условиях
приема новых
членов
в партию.
Прочитав решение пленума от 25/ІН по вопросу о сроках кандидатского стажа для вступления в .партию повых членов, я бы хотел
оспорить это решение на съезде. Но. опасаясь, что выступить на
съезде не смогу, прошу прочесть следующие мои соображения.
Нет сомнения, что наша партия теперь по большинству овоего
состава недостаточно пролетарская. Я думаю, никто не может оспорить этого, и простая оправка со статистикой подтвердит это положение. Со времени войны фабрично-заводские рабочие в России
стали гораздо менее пролетарскими по составу, чем прежде, ибо
во время войны поступали на заводы те, кто хотел уклониться от
военной службы. Это — факт общеизвестный. С другой стороны,
так же несомненно, что партия наша теперь является менее политически воспитанной в общем и среднем (ее,та взять уровень громадного большинства ее членов), чем необходимо для действительно
пролетарского руководства в такой трудный момент, особенно при
громадном преобладании крестьянства, которое быстро просыпается
к самостоятельной классовой политике. Далее, надо принять во внимание, что соблазн вступления в правительственную партию в настоящее время гигантский. Достаточно вспомнить все литературные
произведения сменовеховцев, чтобы убедиться, какая далекая от
всего пролетарского публика увлечена теперь политическими успехами большевиков. Если Генуэзская конференция даст нам новый
политический успех, то напор в партию элементов мелкобуржуазных и прямо враждебных всему пролетарскому возрастет в гигантских размерах. Полугодовой стаж для рабочих ни в каком случае
не в состоянии остановить этот напор, ибо нет ничего легче, как
подстроить такой короткий стаж искусственно, тем более, что ^ля
525

весьма многих интеллигентских и лолуинтелдигентс-ких элементов
поступление в рабочие при наших условиях ровно никаких трудностей не представит. Из йсего этого я делаю вывод, подкрепленный
в моих глазах еще тем, что белогвардейцы вполне сознательно учитывают непролетарский состав нашей партии, — вывод, что мы должны значительно увеличить сроки кандидатского стажа, и если
оставлять 6 месяцев для рабочих, то безусловно необходимо, чтобы
ие обманывать себя и других, определить понятие «рабочий» таким
образом, чтобы под это понятие подходили только те, кто на самом
деле по своему жизненному положению должен был усвоить пролетарскую психологию. А это невозможно без многих лет пребывания
на фабрике без всяких посторонних целей, а по общим условиям
экономического и социального быта.
,
•
Если не закрывать себе глаза на действительность, то надо признать, что в настоящее время пролетарская политика партии определяется не ее составом, а громадным, безраздельным авторитетом
того тончайшего слоя, который можно назвать старой партийной
гвардией. Достаточно небольшой внутренней борьбы в этом слое,
и авторитет его будет если не подорван, то во всяком случае ослаблен настолько, что решение будет уже зависеть не от него.
Поэтому необходимо: 1) увеличить все кандидатские стажи;
2) определить с особо детальными подробностями, в чем должно
состоять действительное прохождение кандидатского стажа, каковы должны быть конкретные и практические условия проверки
того, что кандидатский стаж действительно проходится, а не остается пустой формальностью; з) необходимо создать квалифицированное большинство в тех учреждениях, которые решают вопрос о
приеме новых членов в партию; 4) необходимо обусловливать этот
прием решениями не только гѵбкомов, но и контрольных комиссий;
5) надо выработать еще какие-либо меры для того, чтобы облегчить освобождение партии от тех ее членов, которые совсем не являются коммунистами, проводящими вполне сознательно пролетарскую политику. Я не предлагаю новой генеральной чистки партии,
ибо думаю, что это сейчас практически неосуществимо, но найти
какие-либо средства фактической чистки партии, т. е. к уменьшению ее состава, необходимо, и если над этим подумать, то я уверен,
что ряд подходящих мер может быть изыскан.
Если возможно,- я бы просил читающих это обращение членов
ЦК ответить мне хотя бы короткой телефонограммой на имя одной
из секретарш СНК.
Ленин.
(Ленин.
1922 г.)

Соч., т. X X V I I ,

«Две записки В.

М. Молотову», стр.

\

3. П А Р Т И Я - В Ы С Ш А Я
ПРОЛЕТАРИАТА

209—212,
*

Ф О Р М А

НЛАССОВОЙ

ОРГАНИЗАЦИИ

Капитализм неизбежно оставляет в наследство социализму, с
одной стороны, старые, деками сложившиеся, профессиональные и
ремесленные различия между рабочими, с другой стороны, профсоюзы, которые лишь очень медленно, годами и годами, могут развиваться и будут развиваться в более широкие, менее цеховые,
34

Ленинизм.

529

лтойзводственныс союзы (охватывающие целые производства, а не
только цехи, ремесла и профессии) и затем, через эти производственные союзы, переходить к уничтожению разделения труда
между людьми, к чвоспитанию, обучению и подготовке всесторонне
развитых и всесторонне
подготовленных людей, которые умеют
все делать. К этому коммунизм идет, должен итги и придет, но
только через долгий ряд лет. Пытаться сегодня практически предвосхитить этот грядущий результат вполне развитого, вполне упрочившегося и сложившегося, вполне развернутого и созревшего
коммунизма, это все равно что четырехлетнего ребенка учить высшей математике.
Мы можем (и должны) начать строить социализм не из фантастического и не из опециально нате созданного человеческого материала, а из того, который оставлен пам в наследство капитализмом. Это очень «трудно», слов нет, но всякий иной подход к задаче
так не серьезен, что о нем не стоит и говорить.
Профсоюзы были гигантским прогрессом рабочего класса в начале развития капитализма, как переход от распыленности и беспомощности рабочих к начаткам классового объединения. Когда стала
вырастать высшая форма классового обединення пролетариев, революционная партия пролетариата (которая не будет заслуживать
своего названия, пока не научится связывать вождей с классом и
с массами в одно целое,- в нечто неразрывное), тогда профсоюзы
стали неминуемо обнаруживать некоторые реакционные черты, некоторую цеховую узость, некоторую склонность к аподитицизму,
некоторую косность и т. д. Но иначе как через профсоюзы, через
взаимодействие их с партией рабочего класса нигде в мире развитие пролетариата не шло и итти не могло. -Завоевание политической
власти пролетариатом есть гигантский шаг вперед пролетариата,
как класса, и партии приходится еще более и по-новому, а не
только по-старому, воспитывать профсоюзы, руководить ими, вместе с тем однако не забывая, что они остаются и долго останутся
необходимой «школой коммунизма» и подготовительной школой
для осуществления пролетариями их диктатуры, необходимым объединением рабочих для постепенного перехода в руки рабочего
класса
(а но отдельных профессий), и затем всех трудящихся,
управления всем хозяйством страны.
Некоторая «реакционность» профсоюзов, в указанном смысле,
неизбежна
при диктатуре пролетариата,. Непонимание этого есть
полное непонимание основных условий перехода- от капитализма к
социализму. Бояться этой «реакционности», пытаться обойтись без
нее, перепрыгнуть через нее есть, величайшая глупость, ' ибо это
значит бояться той роли пролетарского авангарда, которая состоит
в обучении, просвещении, воспитании, вовлечении в новую жизнь
наиболее отсталых слоев и масс рабочего класса и крестьянства,
С другой стороны, откладывать осуществление диктатуры пролетариата до тех пор, когда не останется ни одного профессионалистскИ
узкого рабочего, ни одного рабочего, в котором не было бы цеховых и трэд-юнионистских предрассудков, было бы ошибкой еще
более глубокой. Искусство политика (и правильное понимание ком-.
муииотом своих задач) в том и состоит, чтобы верно учесть условия
и момент, когда авангард пролетариата можрт успешно взять
530

власть, когда, он сумеет ітрл этом к после этого получить достаточную поддержку достаточно широких слоев рабочего' класса и непролетарских трудящихся масс, когда он сумеет после этого поддерживать, укреплять, расширять свое господство, воспитывая, обучая, привлекая все более и более широкие массы трудящихся.
Далее. В более передовых странах, чем Россия, некоторая реакционность профсоюзов сказалась и должна была сказаться, несомненно, гораздо сильнее., чем у нас. У нас меньшевики имели
(частью в очень немногих профсоюзах и сейчас имеют) опору
в профсоюзах
именно
благодаря
цеховой
узости,
профессиональному эгоизму и оппортунизму. На Западе тамошние меньшевики гораздо прочнее «засели» в профсоюзах,
там выделился гораздо более сильный слой профеесионалистской,
узкой, себялюбивой,
черствой, корыстной, мещанской, империалистски настроенной и империализмом подкупленной, империализмом
развращенной «рабочей аристократии», чем у нас. Это бесспорно. Борьба
о Гомперсами, господами Жуо, Хендерсонамн, Мерргеймамя, Легинамн и К° в Западной Европе гораздо труднее, чем борьба е нашими меньшевиками, которые представляют совершенно
однородный, социальный и политический* тип. Эту борьбу надо вести беспощадно и обязательно до веста ее, как довели ее мы, до полного
опозорения h изгнания из профсоюзов всех неисправимых вождей
оппортунизма и социал-шовинизма. Нельзя завоевать политическую
власть (и не следует пробовать брать политическую власть), пока/
эта борьба не доведена до известной степени, причем в разных
странах и при различных условиях эта «известная степень» не одинакова, и правильно учесть ее могут лишь вдумчивые, опытные и
сведущие политические руководители пролетариата в каждой отдельной стране. (У нас мерилом успеха в этой борьбе явились,
между прочим, выборы в Учредительное собрание в ноябре 1917 г.,
несколько дней спустя после пролетарского переворота 25. X. 1917,
причем на этих выборах меньшевики были разбиты ла-голову, получив 0,7 мл п. голосов—1,4 млн. с добавлением Закавказья — против 9 млн. голосов, собранных большевиками: см. мою статью «Выборы в Учредительное собрание и диктатура пролетариата», в Л) 7 —
S «Коммун. Интернационала»).
Но борьбу с «рабочей аристократией» мы ведем от имени рабочей массы и для привлечения ее на свою сторону; борьбу с оппортунистическими и социал-шовинистскими вождями мы ведем для
привлечения рабочего класса на свою сторону. Забывать эту элементарнейшую и самоочевиднейшую истину было бы глупо. И
именно такую глупость делают «левые» немецкие коммунисты, которые от реажпйшгаости и контрреволюционности верхушки профсоюзов умозаключают к . . . выходу из профсоюзов!! к отказу от
работы в них!! к созданию новых, выдуманных, форм рабочей организации!! Это — такая непростительная глупость, которая равносильна наибольшей услуге, оказываемой коммунистами буржуазии.
Ибо наши меньшевики, как и все оппортунистические, социал-шовинистские, каутскианские вожди профсоюзов, суть не что иное как
«атенты буржуазии в рабочем движении» (как говорили мы всегда
против меньшевиков) или «рабочие приказчики класса капиталистов» (labor lieutenants of the capitalist-class, по прекрасному и
*

531

глубоко верному выражению последователей Даииеля де-Леона к
Америке). Не работать внутри реакционных профсоюзов, это значит
оставить недостаточно развитые или отсталые рабочие массы под
влиянием реакционных вождей, агентов буржуазии, рабочих аристократов или «обуржуазившихся рабочих» (ср. Энгельс в 1852 г.
в письме к Марксу об английских рабочих).
Как раз нелепая «теория» неучастия коммунистов в реакционных профсоюзах показывает наиболее наглядно, как легкомысленно эти «левые» коммунисты относятся к вопросу о влиянии на
«массы»,
как злоупотребляют они
своими выкриками насчет
«массы». Чтобы уметь помочь «массе» и -завоевать симпатии, сочувствие, подержку «массы», надо не бояться трудностей, не бояться
придирдк, подножек,
оскорблений,
преследований
со стороны
«вождей» (которые, будучи оппортунистами и социал-шовинистами,
в большинстве Случаев прямо или косвенно связаны с буржуазией
и с полицией) и обязательно работать тал, где есть массы. Надо
уметь приносить всякие жертвы, преодолевать величайшие препятствия, чтобы систематически, упорно, настойчиво, терпеливо пропагандировать и агитировать как раз в тех учреждениях, обществах, союзах, хотя бы самых что ни на есть реакционных, где
только есть пролетарская или полупролетарская масса. А профсоюзы и рабочие кооперативы (эти последние иногда, по крайней
мере), это именно такие организации, где есть масса. В Англии, по
данным шведской газеты «Folkets Dagblad Politiken» (от 10. III.
1920), число членов трэд-юнионов с конца 1917 г. до конца 1918
поднялось с 5,5 млн. до 6,6 млн., т. е. увеличилось на 19%. К концу
1919 г. считают до
млн. У меня нет под рукой соответствующих
данных о Франции и Германии, но совершенно бесспорны и общеизвестны факты, свидетельствующие о большом росте числа членов
профсоюзов и в этих странах.
(Л е л л л.
стр. 194—197.

Соч., т.
1920 Г.)

XXV,

«Детская

С Л Е Д У Е Т ЛИ Р Е В О Л Ю Ц И О Н Е Р А М

болезнь

«левизны»

РАБОТАТЬ В

в

коммунизме»,

РЕАКЦИОННЫХ

ПРОФСОЮЗАХ?

0

Немецкие «левые» считают для себя решенным безусловно отрицательный ответ на этот вопрос. ГІо их мнению, декламаций и
гневных восклицаний против «реакционных» и «контрреволюционных» профсоюзов достаточно (особенно «солидно» и особенно
глупо выходит это у К. Хорнера), чтобы «доказать» ненадобность
и даже непозволительность работы революционеров, коммунистов
в желтых, социал-шовинистских, соглашательских, Легиновских,
контрреволюционных профсоюзах.
Но, как ни уверены немецкие «левые» в революционности такой
тактики, на самом деле она в корне ошибочна и ничего кроме
пустых фраз в себе не содержит.
Чтобы пояснить это, я начну с нашего опыта — сообразно общему плану настоящей статьи, имеющей целью применить к Западной Европе то, что есть общеирименимого, общезначимого, общеобязательного в истории и современной тактике большевизма.
Соотношение вождей — партии — класса — масс, а вместо с тем
отношение диктатуры пролетариата и его партии к профсоюзам

532

представляется у нас теперь конкретно в следующем виде. Диктатуру осуществляет организованный в советы пролетариат, которым
руководит коммунистическая партия большевиков, имеющая по
данным последнего партийного съезда (IV, 1920) Gil тыс. членов.
Число членов колебалось и до Октябрьской революции и после нее
очень сильно и прежде было значительно меньше, даже в 1918 и
1919 гг. Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы
и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать. Последний раз мы широко открыли двери партии —
только для рабочих и крестьян — в те дни (зима 1919 г.), когда
Юденич был в нескольких верстах от Питера, а Деникин в Орле
(ок. 350 верст от Москвы), т. е. когда Советской республике угрожала отчаянная, смертельная опасность и когда авантюристы, карьеристы, проходимцы и вообще не- стойкие люди никоим образом не
могли рассчитывать на выгодную карьеру (а скорее могли ожидать
виселицы и пыток) от присоединения к коммунистам. Партией, собирающей ежегодные съезды (последний: 1 делегат от 1000 членов).- руководит выбранный на съезде Центральный комитет из
19 человек, причем текущую работу в Москве приходится вести еще
более узким коллегиям, именно так называемым «Оргбюро» (Организационному бюро) и «Политбюро» (Политическому бюро), которые избираются на пленарных заседаниях Цека в составе пяти членов Цека в каждое бюро. Выходит, следовательно, самая настоящая
«олигархия». Ни один важный политический или организационный
вопрос не решается ни одним государственным учреждением в нашей республике без руководящих указаний Цека партии.
Партия непосредственно опирается в своей ^работе на профессиональные
союзы, которые насчитывают теперь, по данным последнего (IV, 1920) съезда, свыше 4 миллионов членов, будучи формально беспартийными. Фактически все руководящие учреждения
громадного большинства союзов и в первую голову, конечно, общепрофессионального всероссийского центра или бюро (ВЦСПС —
Всероссийский центральный совет профессиональных союзов) состоят из коммунистов и проводят все директивы партии. Получается, в общем и целом, формально не коммунистический, гибкий и
сравнительно широкий, весьма могучий, пролетарский, аппарат, посредством которого партия связана тесно с классом и с массой и
посредством которого, при руководстве партии, осуществляется диктатура класса. Управлять страной и осуществлять диктатуру без
теснейшей связи с профсоюзами, без горячей поддержки их, без
самоотверженней шей работы их не только в хозяйственном, по и
в военном строительстве мы, разумеется, не смогли бы не только
в течение 2 лет, но и 2 месяцев. Понятно, что эта теснейшая связь на
практике означает очень сложную и разнообразную работу пропаганды, агитации, своевременных и частых совещаний не только
с руководящими, но и вообще влиятельными деятелями профсоюзов решительной борьбы с меньшевиками, которые до сих пор
имеют известное, хотя и совсем небольшое, число приверженцев,
которых и учат всевозможным контрреволюционным проделкам,
начиная от идейной защиты (буржуазной)
демократии, от проповеди «независимости» профсоюзов (независимость — от пролетарской
533

государственной власти!) до саботажа пролетарской дисциплины
и т. д. и т. п.
Связь с «массами» через профсоюзы мы признаем недостаточной.
Практика создала у нас, в ходе революции, и мы стараемся всецело
поддержать, развить, .расширить такое учреждение, как беспартийные рабочие и крестьянские конференции,
чтобы следить за настроением масс, сближаться с ними, отвечать на их запросы, выдвигать из них лучших работников на государственные должности
и т. д. Б одном из последних декретов о преобразовании Народного комиссариата государственного контроля в «Рабоче-кростьяискую инспекцию» беспартийным конференциям этого рода предоставлено выбирать членов Государственного контроля для разного
рода ревизий и т. д.
Затем разумеется, вся работа партии идет через советы, которые
объединяют трудящиеся массы без различия профессий. Уездные
съезды советов являются таким демократическим учреждением, которого еще не видывали самые лучшие из демократических республик буржуазного мира, и через эти съезды (за -которыми партия
старается следить как можно внимательнее), а равно и через постоянные командировки сознательных рабочих на всякие должности
в деревне, осуществляется руководящая роль пролетариата но отношению к крестьянству, осуществляется диктатура городского
пролетариата, систематическая борьба с богатым, буржуазным, эксплоататорским и спекулирующим крестьянством и т. д.
Таков общий механизм пролетарской государственной власти,
рассмотренный «сверху», с точки зрения практики осуществления
диктатуры. Читатель поймет, можно надеяться, почему русскому
большевику, знаковому с этим механизмом и наблюдавшему, как
вырастал этот механизм из маленьких, нелегальных, подпольных
кружков в течение 25 лет, все разговоры о том, «сверху» и л и
«снизу», диктатура вождей и л и диктатура массы и т. п., не могут
не казаться смешным ребяческим вздором, чем-то вроде спора
о том, полезнее ли человеку левая нога или правая рука.
( Л е н и л.
стр. 191—193.

Соч.. т.
1920 г.)

4. П А Р Т И Я - О Р У Д И Е

XXV,

«Детская

Д И К Т А Т У Р Ы

болсень

.^левизны»

в

коммунизме»,

ПРОЛЕТАРИАТА

А. Р у к о в о д я щ а я р о л ь п а р т и и при д и н т а т у р е

пролетариата

Нельзя противопоставлять диктатуру пролетариата руководству
.(«диктатуре») паргии. Нельзя, так как руководство партии есть
главное в диктатуре пролетариата, если иметь в виду сколько-нибудь прочную и полную диктатуру, а не такую, какой была, например, Парижская Коммупа, представлявшая диктатуру не полную и
не прочную. Нельзя, так как диктатура пролетариата и руководство
партии лежат, так сказать, на одной линии работы, действуют в
одном направлении.
«Одна уже постановка вопроса, — говорит Ленин, — «диктатура партии
ила
диктатура класса? диктатура (партия) вождей или
диктатура (партия) масс?»
свидетельствует о самой невероятной и безысходной путанице м ы с л и . . .
Всем
известно, что массы делятся на к л а с с ы . . . что классами руководят обычно п
в большинстве случаев, по крайней мере в соврем спи их цивилизованных стран а х , политические партии; что политические партии в виде общего правила
£34

управляются более или менее устойчивыми группами наиболее авторитетных,
влиятельных, опытных, выбираемых на самые ответственные должности лиц,
называемых
вождями...
Договориться...
до
противоположения
вообще
диктатуры масс диктатуре вождей есть смехотворная нелепость и глупость»
(см. т. X X V , стр. 187 и IBS).

Это совершенно правильно. Но это правильное положение исходит из той предпосылки, что имеются налицо правильные взаимоотношения между авангардом и рабочими массами, между партией
и классом. Оно исходит из того предположения, что взаимоотношения между авангардом и классом остаются, так сказать, нормальными, остаются в пределах «взаимодоверия».
Ну, а как быть, если правильные взаимоотношения между авангардом и классом, если отношения «взаимодоверия» между партией и классом нарушены? Как быть, если партия сама начинает
аак или иначе противопоставлять себя классу, нарушая основы
правильных взаимоотношений с классом, нарушая основы «взаимодоверия»? Возможны ли вообще такие случаи? Да. возможны. Они
возможны:
1) если партия начинает строить свой авторитет в массах не на
своей работе и доверии масс, а на своих «неограниченных» правах;
2) если политика партии явно неправильна, а опа не хочет пересмотреть и исправить свою ошибку;
3) если политика правильна, в общем, но массы еще не готовы
к ее усвоению, а партия не хочет или не умеет выждать, для того
чтобы дать массам возможность убедиться па своем собственном
опыте в правильности политики.партии.
История нашей партии дает целый ряд таких случаев. Различные
группировки и фракции в нашей партии падали и рассеивались по»
тому, что они нарушали одно из этих трёх условий, а иногда и все
эти условия, взятые вместе.
ІІо из этого следует, что противопоставление .диктатуры пролетариата «диктатуре» (руководству) партии не может быть при-внано правильным лишь в том случае:
1) если под диктатурой партии в отношении рабочего класса
понимать не диктатуру в собственном смысле этого слова («власть,
опирающаяся на насилие»), а руководство партии, исключающее насилие над классом в целом, над его большинством, как это именно
И понимает Ленин;
"
2) если партия имеет данные быть действительным руководителем класса, т. е. если политика партии правильна, если эта политика
соответствует интересам класса ;
3) если класс, если большинство класса, принимает эту политику,
усваивает ее, .убеждается, благодаря работе партии, в правильности этой политики, доверяет партии и поддерживает ее.
Нарушение этих условий неминуемо вызывает конфликт между
партией и классом, раскол между ними, их противопоставление друг
другу.
Можно ли навязать классу силой руководство партии? Нет.
нельзя. Но всяком случае, такое руководство не может быть
сколько-нибудь длительным. Партия, если она хочет остаться партией пролетариата, дол ясна знать, что она является, прежде всего
ц главным образом, руководителем,
вождем, учителем
рабочего
535

класса1. Мы но можем забыть слов Ленина, сказанных им па этот
счет в брошюре «Государство и революция»:
«Воспитывая рабочую партию, марксизм воспитывает авангард пролетариата, способный взять власть и вести весь парод к социализму, направлять и
организовывать новый строй, быть учителем,
руководителем,
вождем * всех
трудящихся и аксплоат.ируемых в деле устройства своей общественной жизни
без буржуазии и против буржуазии» (см. т. X X I , стр. 3S6).

Можно ли считать, что партия является действительным руководителем класса, если ее политика неправильна, если ее политика
\ приходит в столкновение с интересами класса? Конечно, нельзя.
В таких случаях партия, если она хочет остаться руководителем,
должна пересмотреть свою политику, должна исправить свокГполитику, должна 'признать свою ошибку и исправить ее. Можно
было бы сослаться для подтверждения этого положения, хотя бы
на такой факт из истории нашей партии, как период отмены продразверстки, когда рабочие и крестьянские массы оказались явно
недовольными нашей политикой и когда партия пошла, открыто и
честно пошла на пересмотр этой политики. Вот что говорил тогда
Ленин на X съезде по вопросу об отмене продразверстки и введения
новой экономической политики:
«Мы не должны стараться прятать что-либо, а должны говорить прямиком;, что крестьянство формой отношений, которая у нас с ним установилась,
недовольно, что оно этой формы отношений не хочет и дальше таік существовать не будет. Это "ссслорно. Эта воля его выразилась определенно. Это —
воля тромадных маое трудящегося населения. Мы с этим должны считаться,
и мы достаточно трезвые политики, чтобы говорить прямо: давайте пашу политику по отношению к крестьянству пересматривать» * (см. т. X X V I , стр. 238).

Можно ,ли считать, что ліартия должна взять па себя инициативу
и руководство в организации решающих выступлений масс на том
лишь основании, что политика ее в общем правильна, если эта политика не встречает еще доверия и поддержки со стороны класса,
в виду, скажем, его политической отсталости, если партии да удалось еще убедить класс в правильности своей политики, в виду того,
скажем, что события еще не назрели? Нет, нельзя. В таких случаях
партия, если она хочет быть действительным руководителем,
должна уметь выждать, должна убеждать массы в правильности
своей политики, должна помочь массам убедиться на своем собственном опыте в правильности этой политики.
«Если нет у революционной партии, — говорит Ленгпг, — большинству в
передовых отрядах революционных классов и в стране, то не может быть речи
о восстании» (см. т. X X I , стр. 282).
«Без перемены взглядов большинства рабочего класса революция невозможна, а эта перемена создастся политическим опытом масс» (ем. т. X X V ,
стр. 222).
«Пролетарский авангард идейно завоеван. Это главное. Без этого нельзя
сделать и первого Шага к победе. Но"*от этого еще довольно далеко до победы.
С одним авангардом победить нельзя. Бросить один только авангард в решительный бой, пока весь класс, пока широкие массы не запялп позиции либо
прямой поддержки авангарда, либо, по крайней мере, благожелательного нейтралитета по отношению к нему и полной неспособности поддерживать его
противника, было бы пе только глупостью, но п преступлением. А для того,
чтобы действительно весь класс, чтобы действительно широкие массы трудя* Курсив мой. И. СТі

щттхся if утаегедаьтх капиталом доний до такой позиции, для этого одной пропаганды, одной агитации мало. Для этого лужен собственный политический
опыт этих масс» (см. там же, стр. 227).

• Известно, что ваша партия' так именно и поступала за 4 период
от апрельских тезисов Ленива до октябрьского восстания 1917 г.
И именно потому, что оиа действовала по этим указаниям Ленина,
ч она выиграла восстание.
Таковы в основном условия правильных взаимоотношений между
авангардом и классом.
Что значит руководить, если политика партии правильна, а правильные) отношения между авангардом и классом не нарушаются?
Руководить при таких условиях — значит уметь убеждать массы
(в правильности политики партии, выдвигать и проводите такие
лозунги, которые подводят массы к позициям партии и облегчают
им распознать на своем собственном опыте правильность политики
партии, подымать массы-до уровня сознания партии и обеспечивать,
таким образом, поддержку масс, их готовность к решительной
борьбе.
Поэтому метод убеждения является основным методом руководства партии классом.
«Если бы мы, — говорит Ленин, — сейчас е Росспіт, после двух с половиной лет, невиданных побед над буржуазией России п Антанты' поставили
для профсоюзов условием вступления «признание диктатуры», мы бы сделали
глупость, испортили бы свое влияние на массы, помогли меньшевикам. Ибо
вся задача коммунистов — уметь убедить отсталых, уметь работать среди иих,
а не отгораживаться
от них выдуманными ребячосжи-«левыми» лоз ужами»
(см. г. X X V , стр. 197).

Это не значит, конечно, что партия должна убедите всех рабочих,
до последнего человека, что только после этого можно приступить
к действиям, что только после этого можно открыть действия. Нисколько. Это означает лишь то, что раньше, чем пойти на решающие политические действия, партия должна обеспечить себе, путем
длительной революционной работы, поддержку большинства рабочих масс, по крайней мере благоприятный нейтралитет большинства
класса. В противном случае ленинское положение о том. что завоевание большинства рабочего класса на сторону партии является необходимым условием победоносной революции, — было бы лишено
всякого смысла.
Ну, а как быть с меньшинством, если оно не хочет, если оно не
согласно добровольно • подчиниться воле большинства? Может ля
партия, должна ли партия, имея за собой доверие большинства, принудите меньшинство к подчинению воле большинства? Да, может и
должна. Руководство обеспечивается методом убеждения масс, как
основным методом воздействия партии на массы. Но это не исключает, а предполагает принуждение, если это принуждение имеет
своей базой доверие и .поддержку партии со стороны большинства
рабочего класса, если оно применяется к меньшинству после того,
как сумели убедить большинство. Следовало бы вспомнить споры
ö нашей партии на этот счет, имевшие место в период профсоюзной
дискуссии. В чем состояла тогда ошибка оппозиции, ошибка Цектраиа? Не в том ли, что оппозиция считала тогда возможным принуждение? Нет, ие в этом. Сшибка оппозиции состояла тогда в том,

537

что она. не будучи в состоянии убедить большинство в правильности своей позиции, потеряв доверие большинства, стала тем нё
менее применять принуждение, стала настаивать на «перетряхивании» людей, облеченных доверием большинства.
Вот что говорил тогда Ленин на X съезде партии в своей речи о
профессиональных союзах.
«Для
того,
чтобы
установить
взаимоотношение,
взаимодоверие
между
авангардом рабочего класса и рабочей массой, надо было, если Цектран сделал о т н есу. л надо было ее ш-геравлять. Но когда эту ошибку начинают защищать, то это делается источником политической опасности. Если бы максимально возможного в смысле демократии не сделали из тех настроений, которые здесь выражает Кутузов, мы бы тгришди к политическому краху. Прежде
всего мы должны убедить, а потом принудить. Мы должны во что бы то па
стало сначала убедить, а потом принудить. * Мы не сумели убедить широкие
массы и нарушили правильное соотношение авангарда с массами» (см. т. X X V I ,
стр. 235).

То же самое говорил Ленин в своей брошюре «О профсоюзах»:
«Мы тотда правильно и успейпко применяли принуждение,
сначала подвести иод него базу убеждения» (см. там же, стр. 74).

когда

умели

И это совершенно правильно. Ибо без этих условий невозможно
никакое руководство. Ибо только таким образом можно обеспечить
единство действий в партии, если речь идет о партии, единство действий класса, если речь идет о классе в целом? Без этого—раскол,
разброд, разложение в рядах рабочего класса.
Таковы к общем основы правильного руководства партии.
Всякое иное понимание руководства есть синдикализм, анархизм,
бюрократизм, все, что угодно, — только не большевизм, только не
ленинизм.
Нельзя 'противопоставлять диктатуру пролетариата руководству
(«диктатуре») партии, если имеются налицо правильные взаимоотношения между, партией и рабочим классом, между авангардом и
рабочими массами. Но из этого следует, что тем более нельзя
отождествлять партию с рабочим классом, руководство («диктатуру») партии с диктатурой рабочего класса. На том основании, что
«диктатуру» партии нельзя противопоставлять диктатуре пролетариата, т. Сорин пришел к тому неправильному выводу, что «диктатура пролетариата есть диктатура пашей партии». Но Ленин говорит не только о недопустимости такого противопоставления. Он говорит вместе с тем о недопустимости противопоставления «диктатуры масс диктатуре вождей». Не угодно ли на этом основании
отождествить диктатуру вождей с диктатурой пролетариата? Идя
по этому пути, мы должны были бы сказать, что «диктатура пролетариата есть диктатура наших вождей». А ведь к этой именно глупости и ведет, собственно говоря, политика отождествления «диктатуры» партии с диктатурой пролетариата...
Как обстоит дело на этот счет у т. Зиновьева?
Тов. Зиновьев стоит, в сущности, на той же точке зрения отождествления «диктатуры» партии с диктатурой пролетариата, что и
т. Сорин, с той, однако, разницей, что т. Сорин выражается прямее
и яснее, а т. Зиновьев «вертится». Достаточно взять, хотя бы,
* Курсин мой, 11. Ст,

следующее место из книги т. Зиновьева «Ленинизм»,
диться в этом:

чтобы убе-

«Что такое, — говорит т. Зиновьев,— существующий в Союзе ССР строй
<• точки зрения его классового содержания?
Это — диктатура лролетариата.
Іѵакова иоиосредего• иная пружина власти в СССР? Кто осуществляет власть
іяібочето класса? Коммуиистпчесвая партия! В этом смысле у пас*
диктатура
najiruu. Какова юрпдич тая форма власти в СССР? Какой новый тип государстве иного
строя,
созданный
Октябрьской
революцией?
Это — советская
гнетема. Одно нисколько не противоречит другому» (см. «Ленинизм»,, стр. 370—
371).

Что одно другому не, противоречит, это. конечно, правильно,
если иод диктатурой партии в отношении рабочего класса в целом
понимать руководство партии. Но как можно ставить на этом основании знак равенства между диктатурой пролетариата и «диктатурой» партии, между советской системой и «диктатурой» партии?
Ленин отождествлял систему советов с диктатурой пролетариата, и
ои был нрав, ибо советы,' наши советы, являются организацией
сплочения трудящихся масс вокруг пролетариата при руководстве
партии. Но когда, где, в каком своем труде ставил знак равенства
Ленин между «диктатурой» партии и диктатурой пролетариата,
между «диктатурой» партии и системой советов, как это делает
теперь т. Зшювьев? Диктатуре пролетариата не противоречит не
только руководство («диктатура») партии, но и руководство («диктатура») вождей. Не угодно ли. на этом основании, провозгласить,
что наша страна является (страной диктатуры пролетариата, то есть
страной диктатуры партии, то есть страной диктатуры вождей?
А ведь к этой именно глупости и ведет «принцип» отождествления
«диктатуры» партии с диктатурой пролетариата, вкрадчиво и несмело проводимый т. Зиновьевым.
В многочисленных трудах Ленина мне удалось отметить лишь
пять случаев, где Ленин затрагивает мельком вопрос о диктат}'ре
партии.
Первый случай — это полемика с эсерами и меньшевиками, где
он говорит:
«Когда нас упрекают в диктатуре одной партпи н предлагают, как вы
слышали, единый социалистический фронт, мы говорим: «Да, диктатура одной
партии! Мы на ней стоим к с этой почвы сойти не можем, потому что это та
партия, которая в течение десятилетий завоевала положение авангарда всего
фабрично-заводского и промышленного пролетариата»» (см. т. X X I V , стр. 423).

Второй случай — это «Письмо к рабочим и крестьянам по поводу
•победы над Колчаком», где оя говорит:
«Кресті>ян пугают (осрбеішо меньшевики н эсеры, все, даже «левые» из
них) пугалом «диктатуры одной партии», партии большевиков-коммунистов.
ІІа примере Колчака крестьяне научились не бояться пугала. Либо диктатура
(т. е. железная власть) помещиков и капиталистов, либо диктатура рабочего
класса» (см. т. X X I V , стр. 436).

Третий случай — это речь Ленина на 11 конгрессе Коминтерна
в полемике с Теннером. Эту речь я процитировал выше.
Четвертый случай — это несколько строчек в брошюре «Детская
болезнь». Соответствующие цитаты уже приведены выше.
* Курсив мой.

U. Ст,

IÏ пятый случай — это набросок схемы о диктатуре пролетариата,
опубликованный в III «Ленинском сборнике», где имеется подзаголовок под названием «Диктатура одной партии» (см. «Ленинский
сборник» III, стр. 497).
Следует отметить, что в двух случаях из пяти, в последнем и во
втором случае, слова «диктатура одной партии» Ленин берет в кавычки, явно подчеркивая неточный, переносный смысл этой формулы.
Следует также отмстить, что во всех этих случаях под «диктатурой партии» в отношении рабочего класса Ленин понимает пе
диктатуру в собственном смысле этого слова («власть, опирающаяся
на насилие»), а руководство партии.
Характерно, что пи в одном из своих трудов, основных и второстепенных, где Ленин трактует нлй просто упоминает о диктатуре"
пролетариата и о роли партии в системе диктатуры пролетариата,
нет и намека на. то, что «диктатура пролетариата есть диктатура нашей партии». Наоборот, каждая страница, каждая строчка этих
трудов вопиет против такой формулы (см. «Государство и революция», «Пролетарская революция и ренегат Каутский», «Детская болезнь» и т. д.).
Еще более характерно, что в тезисах II конгресса Коминтерна
о роли политической партии, выработанных под непосредственным
руководством Ленина, на которые Ленин неоднократно ссылался в
своих речах, как на образец правильной формулировки доли и задач партии, — мы не находим ни одного, буквально ни одного слова
о диктатуре партии.
. 0 чем все это говорит?
.0 том, что:
а) Ленин не считал формулу «диктатура партии» безупречной,
точной, в виду чего она употребляется в трудах Ленина крайне редко
и берется иногда в кавычки;
б) в тех немногих случаях, когда Ленин был. вынужден, в полемике с противниками, говорить о диктатуре партии, он говорил
обычно о «диктатуре одной партии», т. е. о том, что партия наша
стоит у власти одна, что она не делит власть с другими партиями,
причем он всегда разъяснял, что под диктатурой партии в отношении рабочего класса нужно понимать руководство партии, ее руководящую роль;
в) во всех тех случаях, когда Ленин находил нужным определить
научно роль партии в системе диктатуры пролетариата, он говорил
исключительно о руководящей доли партии (а таких случаев — тысячи) в отношении рабочего класса;
г) именно поэтому Ленин «не догадался» включить в основную
резолюцию о роли партии — я имею в виду резолюцию II конгресса
Коминтерна — формулу «диктатура партии»;
д) неправы с точки зрения ленинизма и политически близоруки
те ^товарищи, которые отождествляют или пытаются отождествить
«диктатуру» партии, а, значит, и «диктатуру вождей», с диктатурой
•пролетариата, ибо они нарушают этим условия правильного взаимоотношения между авангардом и классом.
Я уже не говорю о том, что формула «диктатура партии»,
взятая без указанных выше оговорок, может создать целый ряд
540

опасностей и политических минусов в пашей практической работе.
Этой формулой, взятой без оговорок, как бы подсказывают:
а) беспартийным массам: не смейте противоречить, не смейте
рассуждать, ибо партия все может, ибо у нас диктатура партии;
б) партийным кадрам: действуйте посмелее, нажимайте покрепче,
можно и не прислушиваться к голосу беспартийных масс, — у нас
диктатура партии;
в) партийным верхам: можно позволить себе роскошь некоторого самодовольства, пожалуй, можно даже немножечко зазнаться,
ибо у "frac диктатура партии, а, «значит», и диктатура вождей.
Об этих опасностях уместно напомнить именно теперь, в период
подъема политической активности масс, когда готовность партии
внимательно прислушаться к голосу масс представляет для нас особую ценность, когда чуткость к запросам масс является основной
заповедью нашей партии, когда от партии требуется особая осмотрительно :ть и особая гибкость в политике, когда опасность зазнаться является одной из самых серьезных опасностей, стоящих
перед партией в деле правильного руководства массами.
Нельзя но вспомнить золотых слов Ленина, сказанных им на
X I съезде нашей партии:
«В народной массе мы (коммунисты. И. Ст.) все же капля в море, н мы
можем управлять только тогда, когда правильно выражаем то, что народ сознает. Без этого коммуннспгческая партия не будет вести пролетариат, я пролетариат не будет вести за собою масс, н вся машина развалится» (см. т. X X V I I ,
стр. 256).

«Правильно
выражать то, что народ сознает» — это именно и
есть то необходимое условие, которое обеспечивает за партией почетную роль основной руководящей силы в системе диктатуры пролетариата.
(Сталин.
1926 т.)

Вопросы

ленинизма.

«К

Б. П а р т и я в с и с т е м е д и к т а т у р ы

вопросам

ленинизма»,

стр.

211—219.

пролетариата

. . . Мы в России переживаем (третий год после "свержения буржуазии) первые шаги перехода от капитализма к социализму или
к низшей стадии коммунизма. Классы остались и останутся годами
повсюду после завоевания власти пролетариатом. Разве, может
быть, в Англии, где нет крестьян (но все же есть мелкие хозяйчики!),
срок этот будет меньше. Уничтожить классы значит не только прогнать помещиков и капиталистов — это мы сравнительно легко
сделали, — это значит также уничтожить мелких
товаропроизводителей, а их нельзя прогнать, их нельзя подавить, с ними надо
ужиться, их можно (и должно) переделать, перевоспитать только
очень длительной, медленной, осторожной организаторской работой. Онц окружают пролетариат со всех сторон мелкобуржуазной
стихией.' пропитывают "его ею, развращают его ею, вызывают постоянно внутри пролетариата рецидивы мелкобуржуазной бесхарактерности, раздробленности, индивидуализма, переходов от увлечения
к унынию. Нужна строжайшая централизация и дисциплина внутри
политической партии пролетариата, чтобы этому противостоять,
.чтобы организаторскую роль пролетариата (а это его главная роль)'

541

проводить правильно, успешно, победоносно. Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная
и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества. Сила привычки
миллионов и десятков миллионов — самая страшная сила. Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся
доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей
следить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно. Победить крупную централизованную буржуазию в тысячу раз легче, чем «победить» миллионы и миллионы
мелких хозяйчиков, а они своей повседневной, будничной, невидной. неуловимой, разлагающей деятельностью осуществляют те самые результаты, которые нужны буржуазии, которые реставрируют
буржуазию. Кто хоть сколько-нибудь ослабляет железную дисциплину партии пролетариата (особенно во время его диктатуры), тот
фактически помогает буржуазии против пролетариата.
(Ленин.
стр. 169—190.

Соч., т.
1920 Г.)

XXV,

«Детская

болезнь

«левизны»

в

коммунизме»,

5. П А Р Т И Я - Е Д И Н С Т В О В О Л И , Н Е С О В М Е С Т И М О Е
С С У Щ Е С Т В О В А Н И Е М ФРАКЦИЙ.
А. Тов. Сталин о вреде и опасности
в компартиях

фракционности

В истории революционного движения рабочего класса нам, большевикам, нередко приходилось вести фракционную борьбу против
оппортунизма. Это было в то время, когда большевики и меньшевики находились в одной общей партии, когда большевики были
обязаны организоваться во фракции, для того, чтобы подорвать
авторитет социал-демократов, организовать раскол против социалдемократии и создать свою собственную коммунистическую партию.
Тогда фракционность была полезна и необходима. А теперь? Теперь—другое дело. Теперь обстановка изменилась в корне. Теперь
мы имеем свои собственные монолитные коммунистические партии,
секции Коммунистического Интернационала, Теперь фракционность
опасна и вредна, ибо она ослабляет коммунизм, ослабляет силу натиска коммунизма против реформизма, подрывает борьбу коммун
низма против социал-демократизма в рабочем движении. Этой ко-,
репной разницы между прошлым и настоящим не понимают, очен
видно, наши американские товарищи.
Б чем состоит вред фракционности в рядах компартий?
к
Прежде всего в том, что фракционность ослабляет чувство партийности, притупляет революционное чутье и ослепляет деятелей
партии до того! что они вынуждены в своем фракционном увлечен
пни ставить интересы фракции выше интересов партии, выше интен
ресов Коминтерна, выше интересов рабочего класса. Она, фракционность, нередко доводит дело до того, что деятели партии, ослепленные фракционной борьбой, склонны расценивать все факты, все
события в жизни партии не с точки зрения интересов партии и рабочего класса, а с точки зрения интересов своей фракционной колокольни. с точки зрения интересов фракционной кухни.
Разве т. Ловстон и его друзья не знали, что надо держаться в
512

сторотте от Пеппера', что надо отмежеваться от нето для того, чтобы
не компрометировать себя, как революционеров? Почему же они от
него не отмежевались в свое время, несмотря на ряд предупреждений со стороны Коминтерна? Потому, что они действовали, прежде
всего, как фракционеры. Потому, что для фракционной борьбы дорога каждая щепка, каждая веревка, каждый, даже плохой, солдат,
каждый, даже плохой офицер. Потому, что для фракционной борьбы могут пригодиться даже такие люди, как Пеппер. Потому, что
Фракционное ослепление заставляло их ставить интересы своей
фракции выше интересов партии.
Разве т. Фостер не знал, что надо держаться в стороне от скрытых троцкистов, имевшихся у него в группе? Почему же он ие
отмежевался от них своевременно, несмотря на ряд предупреждений? Потому, что он вел себя, прежде всего, как фракционер. Потому, что для фракционной борьбы против группы ЛоБстона ему
могли пригодиться и скрытые троцкисты. Потому, что фракционное
ослепление притупляет у людей чувство партийности н делает их
неразборчивыми в средствах. Правда, такая политика вредна и несовместима с интересами партии. Но фракционеры склонны обычно
забывать об интересах партии, — они видят лишь свою собственную
фракционную колокольню.
Во-вторых, в том, что фракционность мешает воспитывать партию в духе принципиальной политики, она мешает воспитывать
кадры в духе честной, пролетарской, неподкупной революционности,;
свободной от гнилой дипломатии и беспринципного комбинаторства.
Ленинизм говорит, что принципиальная политика есть единственно
правильная политика. Фракционность, наоборот, думает, что фракционная дипломатия и беспринципное фракционное комбинаторство
есть единственно правильная политика. Этим, собственно, и объясняется, что атмосфера фракционной борьбы культивирует не Принципиальных политиков, а ловких фракционных гешефтмахеров,
опытных жуликов и меньшевиков, умеющих обжулить «противника»
и прятать концы в воду. Правда, подобная «воспитательная» работа
фракционеров противоречит коренным интересам партии и рабочего
класса. Но фракционерам нет дела до этого, — онп признают лишь
свою фракционную дипломатическую кухню и ее кухонные интересы. Не удивительно поэтому, что принципиальные политики и
честные пролетарские революционеры не встречают сочувствия у
фракционеров. Зато у них в большом почете фракционные ловкачи
и гешефтмахеры, беспринципные комбинаторы и закулисных дет
мастера но организации беспринципных блоков.
В-третьих, в, том, что фракционность, ослабляя волю партии к:
единству и подрывая железную дисциплину партии, создает в партии такой специфический фракционный режим, при котором вся
внутренняя жизнь в партии оказывается деконспирировашюй перед лицом классовых врагов, а сама партия становится перед оиасч
костью быть превращенной в игрушку в руках агентов буржуазии.
Происходит это. обычно, таким образом. Скажем, решается какойлибо вопрос в Политбюро ЦК. В Политбюро имеются меньшинство
и большинство, рассматривающие каждое решение со своей, фракционной. точки зрения. Если в партии царит фракционный режим,
то гешефтмахеры , обеих фракций моментально оповещают свою

периферию о таком-то решении Политбюро, пытаясь ее подготовить
в свою пользу и накачать ее соответственным образом. Такой порядок оповещения повторяется обычно систематически. А повторяется
он систематически потому, что каждая фракция считает своим долгом по-своему оповещать свою периферию и держать ее в мобилизационной готовности для драчки с фракционным противником. В
результате важные секретные решения партии становятся достоянием улицы. А так как улица сливается с окружающей средой, то
агенты буржуазии получают доступ к секретным решениям партии
и облегчают себе возможность использовать данные о внутренней
жизни партии против интересов партии. Правда, такой режим угрожает партии полной деморализацией ее рядов. Но фракционерам нет
дела до этого, ибо они ставят превыше всего интересы своей
группы.
Наконец, вред фракционности состоит в том. что она, фракционность, подрывает в корне всякую положительную работу в" партии,
отбивает у партийных работников охоту заниматься вопросами повседневных нужд рабочего класса (заработная плата, рабочий день,
улучшение материального положения рабочего класса к т. д.), ослабляет работу партии по подготовке рабочего классаГ к классовым
битвам с буржуазией и создает, таким образом, такую обстановку,
при которой авторитет партии должен неминуемо падать в глазах
рабочих, а рабочие, вместо того чтобы вливаться в партию целыми
отрядами, — вынуждены покидать ряды партии. Это именно и наблюдается теперь в Американской компартии. Чем, главным образом,
занимались последнее время фракционные руководители большинства и меньшинства? Фракционной склокой, всякими фракционными
мелочами, составлением никчемных платформ и платформишек, составлением десятков и сотен поправок и поправочек к этим платформам. Недели и месяцы тратятся на то, чтобы поймать фракционного противника, изловить его, выкопать что-нибудь из личной
жизни своего фракционного противника, а если нет возможное™
выкопать,— то сочинять какую-либо небылицу. Ясно, что в такой
атмосфере положительная работа должна страдать, жизнь партии
должна измельчать, авторитет партии должен падать, а рабочие,
лучшие и революционно-настроенные рабочие, требующие дела, а не
склоки, — должны уходить от партии.
Вот в чем выражается, в основном, вред фракционности в рядах
коммунистических партий.
(Сталин.
«О правых фракционерах в
шевнк» >â 1 от 1930 г., стр. 16—20. 1929 г.)

Американской

компартии»,

Б. Ф р а к ц и о н н о с т ь — п у т ь к г и б е л и п р о п е т а р с н о й

«Боль-,

диктатуры

1. Съезд обращает внимание всех членов партии на то, что единство и сплоченность ее рядов, обеспечение полного доверия между
членами партии и работы действительно дружной, действительно воплощающей единство воли авангарда пролетариата, является особенно необходимым в настоящий момент, когда ряд обстоятельств
усиливает колебание в среде мелкобуржуазного населения страны.
2. Между тем еще до общепартийной дискуссии о профсоюзах
в партии обнаружились лекотооые признаки фракционности, т. е.
544

возникновения групп с особыми платформами и со стремлением
до известной степени замкнуться и создать свою групповую дисциплину.
Необходимо, чтобы все сознательные рабочие ясно сознали вред
и недопустимость какой бы то ни было фракционности, которая неминуемо ведет па дезе к ослаблению дружной работы и к усиленным повторным попыткам примазывающихся к правительственной
партии врагов ее углублять разделение и использовать его в целях
контрреволюции.
Использование врагами пролетариата всяких уклонений от
строго выдержанной коммунистической линии с наибольшей наглядностью показало себя на примере кронштадтского мятежа,
когда буржуазная контрреволюция и белогвардейцы во всех странах мира сразу .выявили свою готовность принять лозунги даже
советского строя, лишь бы свергнуть диктатуру- пролетариата
в России, когда эсеры и вообще буржуазная контрреволюция использовала в Кронштадте лозунги восстания якобы во имя советской власти против советского правительства в России. Такие
факты доказывают вполне, что белогвардейцы стремятся и умеют
перекраситься в коммунистов и даже «левее» их, лишь бы
ослабить и свергнуть оплот пролетарской революции в России.
Меньшевистские листки в Петрограде накануне кронштадтского мятежа показывают равным образом, как меньшевики использовали разногласия внутри РКП: чтобы фактически подталкивать и
поддерживать кронштадтских мятежников, эсеров н белогвардейцев, выставляя себя на словах противниками мятежей и сторонниками советской власти .лишь с небольшими будто бы .поправками.
3. Пропаганда по данному вопросу должна состоять, с одной
стороны, в обстоятельном объяснении вреда и опасности фракционности с точки зрения единства партии и осуществления единства воли авангарда пролетариата как основного условия успеха
диктатуры пролетариата, с другой стороны, в объяснении своеобразия новейших тактических приемов врагов советской власти.
Эли враги, убедившись в безнадежности контрреволюции под открыто белогвардейским флагом, напрягают теперь все усилия,
чтобы, используя разногласия внутри РКП, двинуть контрреволюцию так или иначе путем передачи власти политическим группировкам, наиболее близким по внешности к признанию советской
власти.
Пропаганда должна выяснить также опыт предшествующих революций, \когда контрреволюция поддерживала наиболее близкие
к крайней революционной партии мелкобуржуазные группировки,
чтобы поколебать и свергнуть революционную диктатуру, открывая тем дорогу для дальнейшей победы контрреволюции, капиталистов и помещиков.
4. Необходимо, чтобы каждая организация партии строжайше
следила за тем, чтобы безусловно необходимая критика недостатков партии, всякий анализ общей линии партии или учет ее практического опыта, проверка исполнения ее решений и способ исправления ошибок и т. п. были бы направляемы не на обсуждение
групп, складывающихся на какой-либо «платформе» и т. п., а на
35

Ленинизм

545

обсуждение всех членов партии. Для этого съезд предписывает издавать регулярнее «Дискуссионный листок» и особые сборники. Всякий выступающий с критикой должен учитывать положение партии
среди окружающих ее врагов, а также должен своим непосредственным участием в советской и партийной работе стремиться к исправлению на деде ошибок партии.
Г). Поручая ЦК провести полное уничтожение всякой фракционности, съезд заявляет в то же время, что по вопросим, привлекающим особое внимание членов партии, — об очистке партии от непролетарских и ненадежных элементов, о борьбе с бюрократизмом,
о развитии демократизма и самодеятельности рабочих и т. п., — какие бы то ни было деловые предложения должны быть рассматриваемы с величайшим вниманием и испытываемы на практической
работе. Все члены партии должны знать, что по этим вопросам партия' не осуществляет всех необходимых мер, встречая целый ряд
разнообразных препятствий, и что, отвергая решительно неделовую
и фракционную критику, партия неустанно будет продолжите,
испытывая новые приемы, бороться всякими средствами против
бюрократизма, за расширение демократизма, самодеятельное, л,
за раскрытие, разоблачение и изгнание примазавшихся к партии
и т. д.
G. Съезд предписывает немедленно распустить все без изъятия
образовавшиеся на той или иной платформе группы и поручает всем
организациям строжайше следить за недопущением каких-либо
фракционных выступлений. Неисполнение этого постановления
съезда должно вести за собой безусловное и немедленное исключение из партии.
7. Чтобы осуществить строгую дисциплину внутри партии и во
всей советской работе и добиться наибольшего единства при устранении всякой фракционности, съезд дает ЦК полномочия' применять в случае нарушения дисциплины или возрождения или
допущеітия фракционности все меры партийных взысканий, вплоть
до исключения из партии, а по отношению к членам ЦК —
перевод их в кандидаты и даже, как крайнюю меру, исключение
из партии. Условием применения (к членам ЦК, кандидатам ЦК
и членам Контрольной комиссии) такой крайней меры должен
быть созыв пленума ЦК с приглашением всех кандидатов ЦК
и всех членов Контрольной комиссии. Вели такое общее собрание наиболее ответственных руководителей партии двумя третями
голосов признает необходимым перевод члена ЦК в кандидаты
или исключение из партии, то такая мера должна быте осуществлена
немедленно.
(Резолюция

X

съезда РКП(6)

об единстве

партии.)

е. О Ч И Щ Е Н И Е П А Р Т И И О Т Н Л А С С О В О - В Р А Ж Д Е Б Н Ы Х
К А К У С Л О В И Е ЕЕ У К Р Е П Л Е Н И Я
А. Марне и Э н г е л ь с об очищении партии о т
ческих элементов

ЭЛЕМЕНТОВ

оппортунисти-

Ее,пи к пролетарскому движению примыкают представители других классов, то прежде всего от них требуется, чтобы они не приносили с собой остатков буржуазных, мелкобуржуазных и т. п.
»46

предрассудков, а безоговорочно усвоили пролетарское мировоззрение. Но тѳ господа, о которых идет речь, как раз полны буржуазными
и мелкобуржуазными идеями. В такой мелкобуржуазной стране, как
Германия, эти идеи, несомненно, имеют свое оправдание. Но
только вне рядов социал-демократической рабочей партии. Если
эти господа образуют социал-демократическую мелкобуржуазную
партию, то это их полное право. Тогда мы могли бы вступать
с ними в переговоры, при известных условиях блокироваться
и т. д. Но в рабочей партии они — чуждый элемент. Если есть
основание пока что терпеть их, то мы обязаны только терпеть их,
но давать им влиять на руководство партией и отдавать себе
отчет в том. что разрыв с ними лишь вопрос времени. Это
время к тому лее, повидимому, уже наступило. Каким образом
партия может далее терпеть в своих рядах авторов этой статьи,
нам совершенно непонятно. Если же в руки таких людей в той
или иной мере попадает даже партийное руководство — значит
партия попросту кастрировала и в пей нет больше пролетарской
энергии.
Что касается нас, то в соответствии со всем нашим прошлым,
перед нами только один путь. В течение почти 40 лет мьг выдвигали на первый план классовую борьбу как непосредственную движущую силу истории и особенно классовую борьбу между буржуазией и .пролетариатом как могучий рычаг современного социального переворота; поэтому мы никак не можем- итти вместе с
людьми, которые эту классовую борьбу стремятся вычеркнуть из
движения. Учреждая Интернационал, мы отчетливо сформулировали
боевой клич: освобождение рабочего класса должно быть делом самого рабочего класса. Мы не можем, следовательно, итти с людьми,
которые открыто заявляют, что рабочие слишком необразованны
для того, чтобы освободить самих себя, и должны быть освобождены сверху, руками филантропических крупных и мелких буржуа. Если новый партийный орган примет направление, отвечающее воззрениям этих господ, если он будет буржуазным, а но
пролетарским, то нам, к сожалению, не останется ничего другого,
как выступить против этого публично и положить конец той солидарности'с вами, которую мы проявляли до сих пор, представляя
германскую партию за границей. Но до этого, падо надеяться, дело
не дойдет.
(Архив
Маркса
"
Энгельса
Бряккс», стр. 154—155. 1670 Г.)

I

(VI),

Б. Ч и о т н а п а р т и и к а н м е т о д у н р е п л е н и я
и связи с м а с с а м и

«Письмо

Бебелю,

ое рядов,

Лнбкяехту,

авторитета

Чистка партии развилась, видимо, в работу серьезную и гигантски важную.
Есть места, где чистят партию, опираясь, главным образом, на
опыт, на указания беспартийных рабочих, руководясь их указаниями, считаясь с представителями беспартийной пролетарской
массы. Вот это;—самое ценное, самое важное. Если бы нам действительно удалось таким образом очистить партию сверху донизу,

*

547

«не взирая на лица», завоевание революции оыло оы в самом деле
крупное.
Ибо завоевания революции теперь но могут быть такими же, как
прежде. Они неизбежно меняют свой характер в зависимости от перехода с .военного фроита на хозяйственный, об перехода к новой
экономической политике, от условий, требующих в первую голову
повышения про извод ител ь ігости труда, повышения трудовой дисциплины. В такое время главным завоеванием революции становится
улучшение внутреннее, но яркое, не бросающееся в глаза, не
видное сразу, улучшение труда, его постановки, его результатов;
улучшение в смысле борьбы против разлагающих и пролетариат
и партию влияний мелкобуржуазной и мелкобуржуазно-анархической стихии. Чтобы осуществить такое улучшение, надо чистить
партию от элементов, отрывающихся от массы (пе говоря уже,
разумеется, об элементах, позорящих партию в глазах массы). Конечно, не всем указаниям массы мы подчиняемся, ибо масса тоже
поддается иногда—• особенно в годы исключительной усталости,
переутомления чрезмерными тяготами и мучениями — поедается
настроениям нисколько не передовым. Но в оценке людей, в
отрицательном отношении к, «примазавшимся», к «закомиссаривпшмея», к «обюрократившимся» указания беспартийной пролетарской массы, а во многих случаях и указания беспартийной
крестьянской массы, в высшей степени
ценны. Трудящаяся
масса с величайшей чуткостью улавливает различие между честными и преданными коммунистами и такими, которые внушают отвращение человеку, в поте лица снискивающему себе хлеб, человеку, не имеющему никаких привилегий, никаких «путей к начальству».
Чистить партию, считаясь с указаниями беспартийных трудящихся,— дело великое. Оно даст нам серьезные результаты. Оно
сделает партию гораздо более сильным авангардом класса, чем прежде, сделает ее авангардом, более крепко связанным с классом, более способным вести его к победе среди массы трудностей и опасностей.
Как частную задачу чистки партии, я бы указал еще на чистку
ее от бывших меньшевиков. ІІо-моому, из меньшевиков, вступивших
в партию позже начала 1918 г., надо бы оставить в партии, примерно, не более одной сотой доли, да и то проверив каждого
оставляемого трижды и четырежды. Почему? Потому что меньшевики, как течение, доказали за период 1918—1921 гг. два своих
свойства: первоо — искусно приспособляться, «примазываться» к
господствующему среди рабочих течению; второе — еще искуснее
служить верой и правдой белогвардейщинс. служить ей на деле,
отрекаясь от нее на словах. Оба эти свойства вытекают из всей
истории меньшевизма: стоит припомнить аксельродовский «рабочий съезд», отношение меньшевиков к кадетам (и к монархии) на словах и на деле и т. д. и т. п. Меньшевики «примазываются» к РКП не только и даже не столько из макиавеллизма (хотя
но части приемов буржуазной дипломатии меньшевики с 1903
еще года доказали, что они первоклассные мастера в этой
области), сколько из-за их «приспособляемости». Всякий оппортунист отличается приспособляемостью (но не всякая огриспо548

собляемость есть оппортунизм), и меньшевики, как оппортунисты,
приспособляются, так сказать, «из принципа» к господствующему
среди рабочих течению, перекрашиваются в защитный цвет, как
заяц становится белым зимой. Эту особенность меньшевиков
надо знать и надо ее учесть. А учесть ее — это значит очистить
партию примерно до девяноста девяти сотых всего числа меньшевиков, примкнувших к РКП после 1918 г., т. е. тогда, когда победа
большевиков стала становиться сначала вероятной, потом несомненной.
Очистить партию надо от мазуриков, от обюрократившихся, от
нечестных, ог нетвердых коммунистов и от меньшевиков, перекрасивших «фасад», но оставшихся в душе меньшевиками.
(Ленин.

Соч. т. X X V I I ,

«О чистке партии»,

стр. 12—13.

1921

г.)

В . З а д а ч и , п у т и и м е т о д ы ч м е т н и 1933 г .
I. Н Е О Б Х О Д И М О С Т Ь

ЧИСТКИ

Выполнение пятилетки в четыре года, победа индустриализации
СССР, успехи колхозного движения и огромный численный рост рабочего класса вызвали новый подъем политической активности пролетариата и крестьянства.
На основе этого подъема партия увеличила свои ряды за последние 2Vu года на 1400 тыс. чел., доведя их до 3200 тыс. »(членов
партии — 2 млн. чел. и кандидатов—1200 тыс. чел.).
Однако при массовом приеме в партию, проводившемся на
местах зачастую огульно и без тщательной проверки, в ряды
партии проникли чуждые элементы, использующие свое пребывание в партии в карьеристских и шкурнических интересах, проникли двурушнические элементы, на словах клянущиеся в верности партии, а на деле пытающиеся сорвать проведение ее политики.
С другой стороны, из-за неудовлетворительного состояния дела
марксистско-ленинского воспитания членов партии в составе партии
оказалось немалое число хотя и честных, готовых защищать советскую власть товарищей, но либо недостаточно устойчивых, не понимающих духа н требований партийной дисциплины, либо политически малограмотных, не знающих программы, устава, основных
решений партии и не могущих в виду этого активно проводить политику партии.
Январский объединенный пленум ЦК и ЦКК ВК'П(б), учитывая
эти обстоятельства, постановил провести чистку в 1933 г. и «организовать дело чистки партии таким образом, чтобы обеспечить в
партии железную пролетарскую дисциплину и очищение партийных
рядов от всех ненадежных, неустойчивых и примазавшихся
элементов».
Партия руководствовалась при этом постановлением II конЬресса
Коминтерна от 30 июля 1920 г.. в силу которого «коммунистические
партии всех стран, где коммунисты ведут свою работу
легально,
должны, производить периодические
чистки (перерегистрация)
личного состава партийных организаций, дабы систематически очищать
548

партию от неизбежно примазывающихся к пей
мелкобуржуазных
элементов».
Исходя из этой директивы Коминтерна, наша партия провела
партийную перерегистрацию в 1920 г., чистку партии в 1921 г., чистку
непроизводственных ячеек в 1924 г., проверку деревенских ячеек в
1925 г., чистку в 1929—1930 гг. Эти чистки и перерегистрации, как
известно, укрепляли ряды нашей партии, поднимали ее боеспособность, усиливали чувство ответственности каждого члена партии за
работу партии.
II. ЗАДАЧА И Н А П Р А В Л Е Н И Е

ЧИСТКИ

Задача чистки партии состоит в повышении идеологического
уровня членов партии, в политическом и организационном укреплении партии, дальнейшем усилении доверия к партии миллионов
беспартийных маос.
Эта задача осуществляется при чистке путем: а) проведения
открытой и честной самокритики членов партии и партийных
организаций, б) проверки работы каждой партийной ячейки с
точки зрения исполнения решений и указаний партии, в) привлечения к делу чистки трудящихся беспартийных масс и г) вычищения ив партии людей, не оправдывающих высокого звания члена
партии.
Из партии вычищаются:
]) Классово-чуждые и враждебные элементы, обманным путем
пробравшиеся в партию и остающиеся там для разложения партийных рядов.
2) Двурушники, живущие обманом партии, скрывающие от нее
свои действительные стремления и под прикрытием лживой клятвы
в «верности» партии пытающиеся сорвать на деле политику партии.
3) Открытые и скрытые нарушители железной дисциплины партии и государства, не выполняющие решений партии и правительства, подвергающие сомнению и дискредитирующие решения и установленные партией планы болтовней об их «нереальности» и «неосуществимости».
4) Перерожденцы, сросшиеся с буржуазными элементами, не желающие бороться на деле с классовыми вратами, не борющиеся на
дело с кулацкими элементами, рвачами, лодырями, ворами и расхитителями общественной собственности.
5) Карьеристы,
шкурники
и
обюрократившиеся
элементы,
использующие пребывание в партии и службу у Советского
государства для своих личных шкурнических целей, оторвавшиеся
от маос и пренебрегающие нуждами и запросами рабочих и
крестьян.
6) Морально разложившиеся, роняющие своим неблаговидным
поведением достоинство партии, пачкающие знамя партии.
В виду того, что среди членов партии, вотуливших за последнее время' в ряды ВКП(б), имеется часть товарищей, преданных делу
рабочего класса и показавших на деле — на производстве, в колхоз а х — свою преданность, но не усвоивших самых элементарных
политических знаний, необходимых для члена коммунистической
550

партии — программы, устава, важнейших /решений партии — Центральный комитет и Центральная контрольная комиссия партии рекомендуют при чистке переводить таких коммунистов в кандидаты
партии не в виде партвзысканий, а в целях их политического воспитания и лучшей подготовки с тем, чтобы через год поставить вопрос
об их обратном переводе в члены партии, если они сумеют за этот
год повысить свою политическую грамотность, необходимую для члена
партии.
В виду того, что, вследствие тех же обстоятельств, в состава
кандидатов партии оказалось немалое количество товарищей, которые не только не имеют элементарных политических знаний, необходимых для кандидата, но страдают еще неустойчивостью и отсутствием достаточной выдержанности с точки зрения партийной
дисциплины, Центральный комитет и Центральная контрольная комиссия партии рекомендуют при чистке переводить таких товарищей из разряда кандидатов в разряд сочувствующих с тем, чтобы
через год поставить вопрос об их обратном переводе в кандидаты
или о приеме их в члены партии, если проверка покажет, что они
вполне созрели для этого.
III. ПУТИ И С П О С О Б Ы

чистки

. Чистка есть выражение большевистской самокритики нашей партии. Она должна проводиться «не взирая на лица», под углом зрения проверки выполнения членами и кандидатами партии важнейших решений партии, участия их в соцсоревновании и ударничестве,
активной борьбы за промфинплан, за выполнение важнейших хозяйственных заданий, борьбы с прогулами, борьбы с расхищением
социалистической собственности.
Ко всем членам партии комиссия по чистке должна предъявлять требования знания программы партии, ее устава, важнейших ,
решений партии. Не может быть коммуниста, пе знающего программы, устава своей партии и ее важнейших политических и организационных решений. Однако комиссии по чистке не должны
при индивидуальной
проверке
политической грамотности задавать проверяемому запутанные,
«придирчивые»,
«каверзные»
вопросы. Они должны считаться с общим уровнем развития
проверяемого с тем, чтобы не оставить за пределами партии безусловно доказавших преданность делу партии п строительству
социализма товарищей, не имевших возможности в достаточной
степени поднять уровень пюлитзнаний, особенно рабочих и колхозников.
Чистка отнюдь не должна рассматриваться пи проверяющими, ни
проверяемыми как огульное недоверие партии к коммунистам данной ячейки. Комиссии по чистке должны принять все меры к тому,
чтобы создать при чистке товарищескую обстановку, в которой
каждый член партии чувствовал бы, что дело идет не о расправе,
а о том, чтобы помочь партии выявить и искоренить все недочеты,
партийной организации
(Постановление ЦК и ЦКК

ВКП(б)

о чистке партии. 1933 г.)

EU. ПАРТИЙНОЕ С Т Р О И Т Е Л Ь С Т В О В ЭПОХУ
Д И К Т А Т У Р Ы ПРОЛЕТАРИАТА
«Всесоюзная
коммунистическая
партия
(большевиков),
являющаяся
секцией
Коммунистического
Интернационала,
есть передовой
организованный
отряд
пролетариата
Союза ССР, высшая
форма
его классовой
организации.
Партия осуществляет
руководство
пролетариатом, трудящимся
крестьянством
и всеми
трудящимися
массами в борьбе
за диктатуру
пролетариата,
за победу
социализма.
Партия руководит
всеми органами
пролетарской
диктатуры
и обеспечивает
успешное
построение социалистического
общества.
Партия
является
единой
боевой
организацией,
связанной
сознательной
железной
пролетарской
дисциплиной.
Партия
сильна своей сплоченностью,
единством
воли
и единством
действий,
несовместимых
с отступлением
от программы.
нарушением
партийной
дисциплины
и с фракционными
группировками
внутри
партии.
Партия
требует
от своих
членов
активной
и
самоотверженной
работы
по
осуществлению
программы
и устава
партии,
выполнению
всех
решений
партии и ее органов,
обеспечению
единства рядов партии и укреплению
братских,
интернациональных
отношений
как между
трудящимися
национальностей
СССР, так и с пролетариями
всех
стран
мира»
(Устав
ВКП(б),
принятый
XVII
партеяездом).
I. Ф О Р М Ы
ЭТАПАХ

И МЕТОДЫ

ПАРТИЙНОГО

Д И К Т А Т У Р Ы

РУКОВОДСТВА

НА

Р А З Н Ы Х

ПРОЛЕТАРИАТА

I. О Б Щ И Е П Р Е Д П О С Ы Л К И

1. Партия революционного марксизма в корне отрицает поиски
абсолютно правильной, годной для всех ступеней революционного
процесса формы партийной организации, а равно и методов ее работы. Наобо{ют, формы организации и методы работы всецело определяются особенностями данной конкретной исторической обстановки
и теми задачами, которые из этой обстановки непосредственно
вытекают.
2. С этой точки зрения понятно, что всякая организационная
форма и соответствуюніие ей методы работы могут с изменением
объективных условий развитая революции превратиться из форм
развитии партийной организации в оковы этого развития ; и обратно,
сделавшаяся негодной организационная форма может снова стать
необходимой и единственно целесообразной при возрождении соответствующих объективных условий.
3. Противоречие между потребностями нового складывающегося
положения, с одной стороны, и установившиеся (|юрмы организации
и методы ее работы — с другой, намечаются в общем раньше, чем
окончательно скажется необхдимость и-зменення курса. Этот последний должен меняться лишь тогда, когда в общем, в главном и
основном выполнена задача, выдвинувшая предыдущий тип организации и соответствующий ему метод работы.
4. Нельзя механически перепосить практикуемые в тот или иной
исторический момент формы и методы работы партийной организации на другие организации, например, советы, или органы административного, экономического характера. Такое перенесение покоилось бы па. полном забвении разницы между организацией авангарда
рабочего класса (партии) и другими организациями, разницы между
552

классами, между различными группами внутри трудящихся, между
различными задачами, которые ставят перед собой эти организации, и т. д.
II. В О Е Н Н Ы Й П Е Р И О Д И НАША ПАРТИЯ

5. Предыдущий период развития революции характеризовался
вооруженным нападением мирового империализма на Советскую
республику, ожесточенной борьбой на фронтах, прежде всего на
внешних, когда под угрозой стояло самое существование республики, и когда последняя должна была, отбивая нападение врагов,
обеспечить за собой основные жизненные источники хозяйственного
характера —• уголь, нефть, хлебородные территории и пр.
6. Поэтому непосредственной, основной, ударной -задачей была
задача военно-бытового действия. Перед этой задачей должны были
отступить все остальные, и в том числе воспитательная задача партии. Вся республика превратилась в вооруженный лагерь, и партия
пролетариата должна была приспособиться к этой основной задаче,
чтобы быть и состоянии ее решить.
7. Организационной формой партии поэтому неизбежно должна
была быть в этот период милитаризация партийной организации. Подобно тому как форма пролетарской диктатуры приобрела характер военно-пролетарской диктатуры, так и форма партийной организации приняла — и должна была, с точки зрения революционной
целесообразности, принять при таких условиях — соответствующий
характер. Это выразилось, в общем и целом, « крайнем организационном централизме и в свертывании коллективных органов партийной организации.
у. Методы партийной работы точно так же вытекали из необходимости боевых действий н соответствовали организационным формам. Они, в общем и целом, тяготели к системе боевых
приказов,
которые давались руководящими партийными учреждениями и ко.торы'е беспрекословно выполнялись без обсуждения рядовыми членами партии. Типичной работой были беспрерывные мобилизации,
прежде всего на военный фронт, и перераспределение партийных сил'
•под этим основным углом зрения.
Я. Только благодаря такой структуре партии удалось преодолеть
сопротивление противника, выйти победоносно из борьбы. Эта структура для военного периода была наиболее целесообразной.
III. П Р О Т И В О Р Е Ч И Я В О Е Н Н О Г О П Е Р И О Д А И ПАРТИЯ

10. Основным противоречием этого периода было то обстоятельство, что при быстром количественном росте партии характер работ мешал коммунистическому воспитанию всей массы партийных
членов, в особенности же вновь поступивших. В то же время втягивание путем мобилизации в активную работу почти всех членов
партии быстро создало даже среди самых отсталых слоев их потребность в самодеятельности и активном решении вопросов партийной жизни, что встало в противоречие с крайним централизмом
н системой боевых приказов, вошедших в практику партийных организаций.

11. Громадные материальные затраты на войілу, и, как их следствие, обеднение страны шли параллельно развитию необходимости
поддержания особенно ударных ведомств и групп работников, р
том числе и партийных. Неизбежным следствием — в значительной
степени общественно-необходимым — был, таким образом, рост материального неравенства членов партии при росте общей нищеты.
12. Разложение старых классовых группировок (в особенности
разложение интеллигенции), а также разложение оппозиционных
социалистических .партий (меньшевики, эсеры) дало приток этих
элементов в ряды нашей партии, причем они, обладая уже опытом
своей прежней работы, — при относительном сокращении воспитательной работы среди общей массы членов партии и крайней потребности в активных и опытных работниках, — могли быстро подвигаться по иерархической советской, военной, профессиональной
и партийной лестнице.
13. При той же нищете потребности крайне централизованного
аппарата, формировавшегося на базисе очень отсталого культурного уровня масс, привели к разбуханию бюрократического аппарата н создали тенденцию к его обособлению.
14. Таким образом военный период создал, с одной стороны, целесообразную, в общем и целом, организацию, с другой — породил
сам ряд противоречий. А так как все эти противоречия вырастали
на основе разрухи и недостатка организаторских сил, то централизация развивала тенденцию к превращению ее в бюрократизацию и отрыву от масс; система боевых приказов принимала часто извращенные формы ненужного нажима, необходимые привилегии становились
почвой для злоупотреблений разного рода; необходимое свертывание партийных органов — к ослаблению духовной жизни партии
и т. д., что в целом привело к внутреннему партийному кризису.
IV. НОВЫЙ ПЕРИОД, ЕГО ЗАДАЧИ И ПАРТИЙНОЕ
СТРОИТЕЛЬСТВО

' 15. Текущий момент характеризуется, с одной стороны, почти
полной ликвидацией внешних военных фронтов, с другой, — край-'
ним обострением противоречий внутри страны. Новая форма иностранного вмешательства, проявляющаяся в организации заговоров
и восстаний; тяжелый экономический кризис и связанный с ним кризис продовольственный; резкое обострение отношений между рабочим классом и крестьянством, усиленное неурожаем последнего года;
усталость широких пролетарских масс, истощенных невиданной
борьбой против бесчисленных врагов, — все эти явления получили
• в период демобилизации свое наиболее яркое выражение и сделали
вновь чрезвычайно трудным положение Советской республики. На
пролетариате они отравились, кроме, того, и таким образом, что
ослабела связь между пролетарским авангардом (партией) и беспартийной массой рабочих, частью подпавших — на почве кризиса — под влияние мелкой буржуазии, и что внутри самой партии
ослабела внутренняя спайка и понизилась партийная сплоченность.
Таким образом текущая эпоха сама носит противоречивый характер, поскольку переход на мирное положение в то же время, при
Данных исторических условиях, приводит к новым формам борьбы
на внутреннем фронте.
554

1С. Если в прошлый период партия должна была ориентироваться на непосредственно боевые задачи за счет воспитательных,
то теперь поднятие уровня членов партии с одновременным
привлечением их к активному участию в общественной жизни становится
центральной задачей дня, на ряду с усилением влияния партии на
беспартийные массы, сближением с ними и приведением партии в
боевую готовность для борьбы с силами
контрреволюции.
Необходимы более, чем когда бы то ни было, абсолютная сплоченность и абсолютное единство партии, не только формальное и
механическое, но и идейно-боевое. Оно должно быть достигнуто па
новой основе, на основе повысившегося, несмотря ни на что, уровня
членов партии, на основе приобщения всех членов партии к активной ее жизни, на основе суммирования богатейшего опыта ее членов, работавших в разных областях во время военного периода.
Нужно вновь собрать партию, которая за период войны была разбита на отдельные отряды. Нужно сблизить «верхи» и «низы», военных работников и гражданских, профессионалистов и советских,
старых и новых членов партии, «молодых» и «стариков». Без решения этой основной задачи не может быть выполнена гигантская
строительно-хозяйственная роль пролетарского авангарда.
17. Эта задача не может быть решена при сохранении старой
организационной формы. Очередные потребности момента требуют
повой организационной оболочки. Такой формой является форма
рабочей демократии. Курс на рабочую демократию должен быть
взят с такой же решительностью и так же энергично проводиться
в жизнь, как в прошлый период проводился курс на милитаризацию партии, поскольку это не встречает препятствия в потребностях
непосредственной борьбы с силами контрреволюции.
18. Под рабочей внутрипартийной демократией разумеется такая
организационная форма при проведении партийной коммунистической политики, которая обеспечивает всем членам партии, вплоть
до наиболее отсталых, активное участие в жизни партии, в обсуждении всех вопросов, выдвигаемых перед ней, в решении этих'вопросов, а равно и активное участие в партийном строительстве. Форма
рабочей демократии исключает всякое назначенство как систему,
а находит свое выражение в широкой выборности всех учреждений
снизу доверху, в их подотчетности, подконтрольности и т. д.
19. Методами работы являются прежде всего методы широких
обсуждений всех важнейших вопросов, дискуссии по ним, с полной
свободой внутрипартийной критики, методы коллективной выработки общепартийных решений, пока по этим вопросам не принято
общеобязательных партийных решений. Эти методы приобретают в
настоящее время такой же необходимый характер и такую же важность, как и методы боевых приказов и беспрекословного их выполнения в период обострения гражданской войны. Само собой разумеется, что, после принятия решения, эти решения обязательны и
должны быть выполняемы максимально быстро и точно. Само собой разумеется, что партия должна обладать достаточной эластичностью, чтобы в случае необходимости быстро перейти к системе
боевых приказов.
20. Таким образом наиболее общей внутрипартийной задачей
является пе количественное расширение партийных рядов, а их

качественное улучшение, повышенно сознательности коммунистического воспитания, активности, самодеятельности и инициативности
всех членов партии, а также абсолютное единство на этой основе
всех партийных рядов.
(Резолюция X съезда РКП(б) о партстроительстве.)

2 . ПАРТИЙНОЕ С Т Р О И Т Е Л Ь С Т В О И ВОПРОСЫ ОРГАНИЗАЦИОННОГО
Р У К О В О Д С Т В А НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Я говорил о наших успехах. Говорил о победе линии партия, как
в области народного хозяйства и культуры, так. и в области преодоления антиленинских группировок в партии. Я говорил о всемирно-историческом значении нашей победы. Это не значит, однако,
что победа, одержана везде и во всем и уже разрешены все вопросы,
Таких успехов и побед вообще не бывает в природе. Неразрешенных вопросов и прорех всякого рола остается у на% еще не мало.
Впереди у нас — куча задач, требующих разрешения. Но это несомненно означает, что большая часть неотложных очередных задач уже разрешена с успехом и в этом смысле величайшая победа
нашей аіартии не подлежит сомнению.
Но вот вопрос: как создавалась эта победа, как она добывалась на
деле, какой борьбой, какими усилиями?
Некоторые думают, что достаточно выработать правильную линию партии, провозгласить ее во всеуслышание, изложить ее в виде
общих тезисов и резолюций и проголосовать ее единогласно, чтобы
победа пришла сама собой, так сказать, самотеком. Это. конечно,
неверно.. Это большое заблуждение. Так могут думать только неисправимые бюрократы и канцеляристы. На самом деле, эти успехи
и победы были получены не в порядке самотека, а в порядке ожесточенной борьбы за проведение линии партии. Победа никогда не
приходит сама, — ее обычно притаскивают. Хорошие резолюции и
декларации за генеральную линию партии — это только начало дела,
ибо они означают лишь желание победить, но не самую победу.
После того, как дана правильная линия, после того, как дано правильное решение вопроса, успех дела зависит от организационной
работы, от организации борьбы за проведение в жизнь линии партии, от правильного подбора людей, от проверки исполнения решений руководящих органов. Без этого правильная линия Партии и
правильные решения рискуют потерпеть серьезный ущерб. Более
того: после того, как дана правильная политическая линия, организационная работа решает все, в том числе и судьбу самой политической линии, — ее выполнение, или ее провал.
На самом деле победа была добыта и завоевана путем систематической и жестокой борьбы со всякого рода трудностями на пути
к проведению линии партии, путем преодоления этих трудностей,
путем мобилизации партии и рабочего класса на дело преодоления
трудностей, путем организации борьбы за преодоление трудностей,
путем смещения негодных работников и подбора лучших, способных
повести борьбу с трудностями.
Что это за трудности и где они гнездятся?
Эти трудности являются трудностями нашей организационной
работы, трудностями нашего организационного руководства. Они
556

гнездятся б пас самих, в наших руководящих работниках, в наших
организациях, в аппаратах наших партийных, советских, хозяйственных, профсоюзных, комсомольских и всяких иных организаций.
Нужно понять, что сила и авторитет наших партийно-советских,
хозяйственных и всяких иных организаций и их руководителей выросли до небывалой степени. И именно потому, что и сила и авторитет выросли до небывалой степени, — от их работы зависит
теперь все или почти все. Ссылка на так называемые объективные
условия не имеет оправдания. После того как правильность политической линии партии подтверждена опытом ряда лет, а готовность рабочих и крестьян поддержать эту линию не вызывает
больше сомнений, — роль так называемых объективных условий свелась к минимуму, тогда как роль наших организаций и их руководителей стала решающей, исключительной. А что это значит? Это
значит, что ответственность за наши прорывы и недостатки в работе ложится отныне на девять десятых не на «объективные» условия, а на нас самих, и только на нас.
Мы имеем в партии более 2 миллионов членов и кандидатов. Мы
имеем в комсомоле более 4 миллионов членов и кандидатов. Мы
имеем свыше 3 миллионов рабочих и крестьянских корреспондентов.
В Оеоавиахимо имеется у нас больше 12 миллионов членов. В профсоюзах— свыше 17 миллионов членов. Этим организациям обязаны
мы нашими успехами. II если, несмотря на наличие таких организаций и таких возможностей, облегчающих достижение, успехов, мы
имеем не маю недостатков в работе и не малое количество прорывов, то виноваты в этом только мы. наша организационная работа,
наше плохое организационное руководство.
Бюрократизм и канцелярщина аппаратов управления; болтовня о
«руководстве вообще», вместо живого и конкретного руководства;
функциональное постдюение организаций и отсутствие личной ответственности: обезличка в работе и уравниловка в системе зарплаты: отсутствие систематической проверки исполнения, боязнь самокритики.— вот где источники наших трудностей, вот где гнездятся теперь наши трудности.
Было бы наивно думать, что моя;но побороть эти трудности при
помощи резолюций и постановлений. Бюрократы и канцеляристы
давно уже набили руку на том, чтобы на словах продемонстрировать верность решениям партии и правительства, а на деле — положить их под сукно. Чтобы побороть эти трудности, надо было ликвидировать отставание нашей организационной работы от требований политической линии партии, надо было поднять уровень организационного руководства во всех сферах народного хозяйства до
уровня политического руководства, надо было добиться того, чтобы
наша организационная работа обеспечивала практическое проведение в жизнь политических лозунгов и решений лартші.
Чтобы побороть эти трудности и добиться успехов, надо было
организовать
борьбу за преодоление этих трудностей, надо было
•вовлечь массы рабочих и крестьян в эту борьбу, надо было мобилизовать самоё партию, надо было очистить партию и хозяйственные организации от ненадежных, неустойчивых, переродившихся
элементов.
Что требовалось для этого?

Нам нужно было организовать:
1) развертывание самокритики и вскрытие недостатков в нашей
работе;
2) мобилизацию партийных, советских, хозяйственных, профсоюзных и комсомольских организаций на борьбу с трудностями;
3) мобилизацию рабоче-крестьянских масс на борьбу за провед е т е в жизнь лозунгов и решений партии и правительства;
4) развертывание соревнования и ударничества среди трудящихся;
5) широкую сеть политотделов МТС и совхозов и приближение
партийно-советского руководства к селу;
6) разукрупнение наркоматов, главных управлений и трестов и
приближете хозяйственного руководства к предприятию;
7) уничтожение обезлички в работе и ликвидацию уравниловки
в системе зарплаты;
8) уничтожение «функцноналки», усиление личной ответственности и установку на ликвидацию коллегий;
9) усиление проверки исполнения и установку на реорганизацию
ЦКК и РКИ в духе дальнейшего усиления проверки исполнения;
10) передвижку квалифицированных работников из канцелярии
поближе к производству;
11) разоблачение и изгнание из аппаратов управления неисправимых бюрократов и канцеляристов;
12) снятие с постов нарушителей решений партии и правительства, очковтирателей и болтунов и выдвижете на их место новых
людей, — людей дела, способных обеспечить конкретное руководство
порученной работой и укрепление партийно-советской дисциплины;
13) т е т к у советско-хозяйственных организаций и сокращение их
штатов;
14) наконец, чистку партии от ненадежных и переродившихся людей.
Вот в основном те сродства, которые должна была выдвинуть
партия для того, чтобы побороть трудности, поднять уровень нашей организационной работы до уробня политического руководства
и обеспечить, таким образом, проведение в жизнь линии партии.
Вы знаете, что ЦК нашей партии так именно и вел свою организационную работу за отчетный период.
ЦК руководствовался при этом гениальной .мыслью Ленина о
том, что главное в организационной работе — по<)бор людей и проверка
исполнения.
По части подбора людей и смещения тех, которые не оправдали
себя, я хотел бы сказать несколько слов.
Помимо непоправимых бюрократов и канцеляристов, насчет
устранения которых у нас нет никаких разногласий, — есть у нас
сіцѳ два типа работников, которые тормозят нашу работу, мешают
нашей работе и не дают нам двигаться вперед.
Одші тип работников это люди о известными заслугами в прошлом, люди, ставшие вельможами, люди, которые считают, что партийные и советские законы писаны не Для них, а для дураков. Это
те самые люди, которые не считают своей обязанностью исполнять
решения партии и правительства и которые разрушают, таким
образом, основы партийной и государственной дисциплины. На что
558

/

оіпг рассчитывают, нарушая партийные и советские законы? Они надеются на то, что советская власть не решится тронуть их из-за их
старых заслуг. Эти зазнавшиеся вельможи думают, что они незаменимы и что они могут безнаказанно нарушать решения руководящих органов. Как быть с такими работниками? Их надо без колебаний снимать с руководящих постов, не взирая на их заслуги в
прошлом. (Возгласы:
«Правильно!») Их надо смещать с понижением по должности и опубликовывать об этом в печати. (Возгласы:
«Правильно!») Это необходимо для того, чтобы сбить опесь с этих
зазнавшихся вельмож-бюрократов и поставить их на место. Это необходимо для тою, чтобы укрепить партийную и советскую дисциплину во всей нашей работе. (Возгласы:
«Правильно!» Аплодисменты.)
А теперь о втором типе работников. Я имею в виду тип болтунов, я бы сказал, честных болтунов (смех), людей честных, преданных советской власти, но не способных руководить, но способных
что-либо организовать. У меня в прошлом году быта беседа с одним
таким товарищем, очень уважаемым товарищем, но неисправимым
болтуном, способным потопить в болтовне любое живое дело. Вот
она. эта беседа:
Я. Как у вас обстоит дело с севом?
Он. С севом, т. Сталин? Мы мобилизовались. (Смех.)
Я. Ну, и что же?
Он. Мы поставили вопрос ребром. (Смех.)
Я. Ну, а дальше как?
Он. У нас есть перелом, т. Сталин, скоро будет перелом. (Смех.)
Я. А все-таки?
Он. У нас намечаются сдвига. (Смех.)
Я. Ну, а все-таки, как у вас с севом?
Он. С севом у нас пока ничего не выходит, товарищ Сталин.
(Общий хохот.)
Вот вам физиономия болтуна. Они мобилизовались, поставили
вопрос ребром, у них и перелом, и сдвиги, а дело не двигается с
места.
Точь в течь так. как охарактеризовал недавно один украинский
рабочий состояние одной организации, когда его спросили о наличии линии в этой организации: «Что же, линия... линия, конечно,
есть, только работы не видно». (Общий смех.) Очевидно, что эта организация тоже имеет своих честных болтунов.
II когда снимаешь с постов таких болтунов, отсылая их подальше от оперативной работы, они разводят руками и недоумевают: «За что же нас снимают. Разве мы пе сделали всего того,
что необходимо для дела, разве мы не собрали слет ударников,
разве мы и^ провозгласили на конференции ударников лозунги
партии и правительства, разве мы не избрали Бесь состав Политбюро ЦК в почетный президиум (общий смех), разве не послали приветствие т. Сталину, — чего же еще хотите от пас?» (Общий хохот.)
Как быть с этими неисправимыми болтунами? Ведь если их
оставить на оперативной работе, они способны потопить любое
живое дело в иотоко водянистых и нескончаемых речей. Очевидно,
что их надо снимать с руководящих постов и ставить на другую,
но оперативную работу. Болтунам не место на оперативной работе.
(Возгласы:
«Правильно!» Аплодисменты.)

Как направлял ЦК дело подбора людей в советских и хозяйственных организациях и как он вел дело укрепления проверки исполнения,— я уже доложил коротко. Более подробно доложит вам
т. Каганович по третьему пункту порядка дня съезда.
Что касается дальнейшей работы по усилению проверки пополнения, то об этом я хотел бы сказать несколько слов.
Правильная организация проверки исполнения имеет решающее значение в деле борьбы с бюрократизмом и канцелярщиной.
Проводятся ли решения руководящих организаций или кладутся
под сукно бюрократами и канцеляристами? Проводятся ли они
правильно или извращаются? Работает ли аппарат честно и побольшевистски, или вертится на холостом ходу, — обо всем этом
можно узнать во-время лишь в результате хорошо поставленной
проверки исполнения. Хорошо поставленная проверка иополнеч ния — это тот
прожектор, который помогает освещать состояние
работы аппарата в любое время и выводить на свет божігй бюрократов и канцеляристов. Можно с уверенностью сказать, что девять
десятых наших ігрорех и прорывов объясняется отсутствием правильно поставленной проверки исполнения. Не может бьггь сомнения, что при наличии такой проверки исполнения прорехи и прорывы были бы наверняка предупреждены.
Но, чтобы проверка исполнения достигла цели, необходимы
по крайней мере два условия: во-первых, — чтобы проверка исполнения была систематическая, а не эпизодическая; во-вторых,—
чтобы во главе дела проверки исполнения во всех звеньях партийно-советских и хозяйственных организаций сгоя.ти не второстепенные лица, а достаточно авторитетные люди, — сами руководители
организации.
Наибольшее значение имеет правильная организация проверки
исполнения для центральных руководящих учреждений. РКП по
своей организации не может удовлетворять требованиям хорошо
поставленной проверки исполнения. Несколько лет тому назад,
когда наша хозяйственная работа была более проста и менее удовлетворительна и когда можно было рассчитывать на возможность
инспектирования
работы всех наркоматов и всех хозоргаігизаций,
РКП была на месте. Но теперь, когда наша хозяйственная работа
разрослась и стала сложнее, и когда нет уже ни необходимости,
ни возможности инспектировать ее из одного • центра, РКП должна перестроиться. Нам нужна теперь не инспекция, а проверка исполнения решений центра, — нам нужен теперь контроль над исполнением решений центра. Нам нужна теперь такая организация,
которая, не задаваясь универсальной целью инспектирования всех
и вся, могла бы сосредоточить все свое внимание на работе по
контролю, на работе но проверке исполнения решений центральных учреждений советской власти.
Такой организацией может
быть только Комиссия советского контроля при СНК Союза ССР,
работающая по заданиям СНК и имеющая на местах независимых
от местных органов представителей. Л чтобы у нее был достаточный авторитет и чтобы она могла в случае необходимости привлечь к ответственности любого ответственного работника, — необходимо, чтобы кандидаты в члены Комиссии советского контроля
намечались съездом партии и утверждались СНК и ЦП Ком Союза
560

ССР. Я думаю, что только такая организация могла бы укрепить советский контроль и советскую дисциплину.
Что касается ЦКК, то, как известно, она была создана прежде
всего и главным образом для предупреждения раскола в партии.
Вы знаете, что опасность раскола действительно существовала у нас
одно время. Вы знаете, что ЦКК и ее организациям удалось
предотвратить опасность раскола. Но теперь у нас нет больше
опасности раскола. Но зато у нас имеется теперь настоятельная необходимость такой организации, которая могла бы сосредоточить
главное свое внимание на работе ио проверке исполнения решений партии и ее Центрального комитета. Такой организацией может быть только Комиссия партийного контроля при ЦК ВКП (б).,
работающая по заданиям партии и ее ЦК и имеющая на местах
независимых от местных организаций представителей. Понятно,
что такая ответственная организация должна иметь большой авторитет. А чтобы она имела достаточный авторитет и чтобы она могла
привлекать к ответственности любого провинившегося ответственного работника, в том числе и членов ЦК, — необходимо, чтобы
членив этой К О М И С С И И мог выбирать и смещать лишь высший
орган партии — съезд партии. Не может быть сомнения, что такая организация будет вполне способна обеспечить контроль над
исполнением решений центральных органов партии и укрепить пат>тийную дисцшктнну.
Так обстоит дело с вопросами организационного руководства.
Наши задачи в области организационной работы:
1) подгонять и впредь нашу организационную работу к требованиям политической линии партии;
2) поднять организационное руководство до уровня политического
руководства;
3) добиться тою, чтобы организационное руководство полностью
обеспечивало проведение в жизнь политических лозунгов и решений
партии.
(Сталин.

Отчетный доклад X V I I партсъезДу о работе ЦК ВКП(б). 1934 г.)

Несмотря на ожесточенное сопротивление классовых врагов и
атаки
на партию агентуры классовых врагов — оппортунистов
всех мастей, политика партии, политика ее ЦК победила. Победила,
во-первых, потому, что эта политика соответствует классовым
интересам миллионов рабочих и крестьян, и, во-вторых, потому,
что большевистская партия, ее ЦК не только провозгласили политические лозунги, но сумели по-большевистски, практически
организовать массы для проведения в жизнь этих лозунгов, организовать и перестроить все органы и аппараты пролетарской диктатуры применительно к новым задачам
реконструктивного
периода.
На X V I съезде партии, характеризуя существо большевистского
наступления в период реконструкции, т. Сталин указывал на необходимость:
« . . . организовать перестройку всей практической работы профсоюзных, кооперативных, советских и всяких иных массовых оргаЗв

Лспппнзм

561

шгзаций применительно к потребностям реконструктивного периода; создать в них ядро из наиболее активных и революционных
работников,
оттеснив и изолировав
оппортунистические,
тред-юнионистские, бюрократические элементы; изгнать вон из них
чуждые и переродившиеся элементы и выдвинуть новых работников снизу . . . мобилизовать самую партию для организации
всего дела наступления, укрепить и отточить партийные организации».
Руководствуясь этими указаниями, партия за отчетный период
провела серьезные меры но улучшению работы советских, хозяйственных и партийных организаций, по перестройке их работы применительно к требованиям успешного выполнения решений и лозунгов
партии и правительства.
Наиболее крупными из этих мероприятий были:
1) дальнейший разворот районирования — ликвидация округов,
создание новых районов и организация политических отделов МТС
и совхозов, приблизивших руководство к селу, к колхозу и исправивших крупнейшие недостатки работы в деревне, организация
областей на Украине, разукрупнение некоторых областей и краев
и т. п.;
2) разукрупнение наркоматов, главных управлений и трестов,
приблизившее руководство к низовым производственным звенрям,
к предприятиям: разбивка ВСНХ на три наркомата — Наркомтяжпром, Наркомлегпром, Наркомлес; Наркомзема на 2 наркомата — Наркомзем, ІІаркомсовхозов; Наркомторга на 2 наркомата — Наркомснаб,
Наркомвнешторг; НКПС на 2 наркомата и 1 управление — НКПС,
Наркомвсд и Цудортранс и т. д.;
3) проведение чистки советских, хозяйственных органов и сокращение их штатов; ликвидация, в целях борьбы с канцелярско-бюрократическим методом руководства и обезличкой, функционалки
в угольной промышленности и железнодорожном транспорте, передвижка лучших инженерно-технических работников из аппаратов и
канцелярий непосредственно на производство;
4) разукрупнение профсоюзов, приведшее к усилению роли ЦК
производственных союзов; перестройка системы снабжения — организация отделов рабочего снабжения при заводоуправлениях с расширением их прав н организация ЗРК;
5) организация политических отделов на железнодорожном и воздушном транспорте, организация системы парторгов в угольной и других отраслях промышленности, в том числе н Наркомводе;
6) развертывание чистки партии, как высшей формы партийной
самокритики, и укрепление партии, как организованного авангарда
социалистического строительства.
Успех этой работы был обеспечен развертыванием самокритики,
мобилизацией активности масс на творческую строительную работу,
социалистическим соревнованием и ударничеством.
Своевременная постановка партией всех этих организационных вопросов, проведение их в жизнь гарантировали партию н социалистическое строительство от разрыва между правильной линией партии
и организаторской работой но ее осуществлению.
X V I I съезд ВКП(б) считает, что, несмотря на достигнутые успехи
в проведении перестройки рычагов пролетарской диктатуры, органи662

зационно-практическая работа вое еще отстает от требований политических директив и не удовлетворяет гигантски выросшим запросам
нынешнего периода — периода -второй пятилетки.
Настоящий период социалиста четкого строительства характеризуется еще большим усложнением задач, еще большим повышением
требований, предъявляемых к руководству. Основные задачи второй
пятилетки — окончательная ликвидация капиталистических элементов, преодоление пережитков капитализма в экономике и сознании
людей, завершение реконструкции всего народного хозяйства на новейшей технической базе, освоение новой техники и новых предприятий, машинизация сельского хозяйства и поднятие его продуктивнос т и — ставят со всей остротой вопрос о повышении качества работы
во всех отраслях, в первую очередь качества
организационно-практического
руководства.
Теперь, когда генеральная линия партии победила, когда политика партии проверена жизнью, на опыте не только членов партии,
но и миллионов рабочих и трудящихся крестьян, — во весь рост
встает задача поднятия организационной работы до уровня политического руководства. Организационный вопрос, оставаясь подчиненным вопросам политики, приобретает все же в виду этого для дальнейших успехов социалистического строительства
исключительное
значение.
«Едва ли кто-либо будет утверждать, что достаточно дать хорошую политическую линию, и дело кончено. Нет, это только полдела.
После того, как дана правильная политическая линия, необходимо
недобрать работников так, чтобы на постах стояли люди, умеющие
осуществлять директивы, могущие понять директивы, могущие принять эти директивы как свои родные и умеющие проводить их
в жизнь. В противном случае политика теряет смысл, превращается
в махание руками» ( С т а л и и).
Между тем, даже многие из лучших руководящих работников до
сих пор еще считают, что достаточно произнести речь или написать
резолюцию о верности генеральной линии партии, чтобы задачу руководства считать выполненной, в то время как на деле распоряжения тех же руководящих работников, направленные к проведению
директив партии, срываются плохо подобранными работниками л отсутствием проверки исполнения.
Отставание организационно-практической работы от требований
политической линии партии в данный момент с особой яркостью и
остротой вскрыто Центральным комитетом партии на примере угольной промышленности, железнодорожного транспорта и всей системы
Наркомзема.
Съезд устанавливает, что эти недостатки относятся и к другим
областям советской, хозяйственной и партийной работы.
Главнейшими из этих недостатков являются:
канцелярско-бюрократические методы руководства и невнимание
к низовым советско-хозяйственным и партийным органам (завод, цех,
село, колхоз, отделение совхоза);
дача «общих», отвлеченных директив и многочисленных приказов
вместо конкретного руководства и изучения деталей работы:
перекладывание обязанности проверки исполнения и подбора кадров на малоквалифицированных работников;

разбухание штатов центральных и средних звеньев советского и
хозяйственного аппарата, отвлекающее с производства в канцелярию
значительное количество инженерно-технических работников;
функциональное построение, аппарата, рассредоточение дела управления в десятках отделов и секторов и, как следствие этого, отсутствие оперативного руководства;
крайняя слабость единоначалия, отсутствие личной ответственности и обезличка управления под прикрытием «коллегиальности»
руководства;
открытые и скрытые нарушения железной дисциплины партии и
государства.
Для устранения всех этих недостатков и улучшения работы всех
органов пролетарской диктатуры необходимо руководствоваться следующими положениями:
первое — перейти от «общего» и отвлеченного руководства к конкретному руководству, от «общих» резолюций к оперативным решениям, основанным на изучении и знании деталей и техники дела,
к тесной, живой связи с низовыми звеньями производства и управления (цех, участок, предприятие, колхоз, село, МТС, совхоз
и т. п.);
второе — усилить личную ответственность руководителей за порученное им дело как по партийной, так и но советской линии, ликвидировать функционалку и обезличку в работе, установив строгое
единоначалие;
третье — установить систематическую, тщательную проверку исполнения директив партии и правительства, с тем. чтобы проверкой
исполнения занимался лично руководитель.организации, учреждения,
предприятия и чтобы проверка исполнения обеспечивала; укрепление
партийной и советской дисциплины;
четвертое — обеспечить передвижку квалифицированных работников из аппарата и канцелярии непосредственно на производство, сократив аппараты управления, и улучшить постановку распределения
работников, обязав руководителя учреждения и предприятия лично
руководить этим делом.
Непременным условием успешного осуществления этих задач съезд
считает дальнейшее развертывание самокритики, соцсоревнования,
активности и самодеятельности партийных, рабочих и колхозных масс
и их массовых организаций.
XVII съезд партии предлагает провести в жизнь следующие, организационные мероприятия.
1. ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ В ОБЛАСТИ
ПАРТИЙНОГО С Т Р О И Т Е Л Ь С Т В А
О Ч Л Е Н С Т В Е В ПАРТИИ И П Е Р В И Ч Н Ы Х
ОРГАНИЗАЦИЯХ

ПАРТИЙНЫХ

1. В целях устранения имевшегося в ряде мест механического,
огульного приема в партию, установить при приеме в кандидаты и
члены партии увеличенное число рекомендаций и повышение партийного стажа рекомендателей, принимать в партию только активистов, проявивших себя на работе в той или иной общественной

564

организации, обеспечить тщательную проверку принимаемых, запрашивай при этом отзывы той организации, где вступающий работал.
2. Возобновить прием в партию и перевод кандидатов в члены
но окончании чистки всей партии, т. е. со второй половины 1934
года.
3. Для сплочения вокруг ВКП (б) наиболее близких к партии
беспартийных активистов, показавших на деле — на производстве,
в колхозе — свою активную помощь партии, но еще не подготовленных к вступлению в партию, создать при низовых партийных организациях группы сочувствующих ВКП (б), безусловно подчиняющихся всем решениям партийных органов.
4. Считая, что партийные ячейки в настоящий момент как по
составу, так и по своим задачам и фактической работе переросли рамки ячеек ргарого типа, съезд постановляет преобразовать существующие партийные ячейки в заводские, транспортлыс, красноармейские, колхозные, вузовские, учрежденские и прочно партийные
организации
с партийным комитетом во главе
(в красноармейских партийных организациях — партбюро), а в цехах, сменах, отделениях — цеховые организации с партийным
организатором во главе, выбираемым на общем собрании данной
парторганизации и утверждаемым заводским партийным комитетом.
В партийных организациях, насчитывающих менее 15 членов и
кандидатов партии, парткомов не создавать, а выделять партийных
организаторов.
В колхозах, имеющих менее 3-х членов партии, создавать кандидатские или партийно-комсомольские группы во главе с парторгами,
выделяемыми политотделами МТС, а в колхозах, не обслуживаемых
МТС, — райкомами.'
ОБ ОРГАНИЗАЦИОННОМ ПОСТРОЕНИИ Р У К О В О Д Я Щ И Х ПАРТОРГАНОВ
Ц Е Н Т Р А , О Б Л А С Т И , РАЙОНА

' 5. Перестроить отделы обкомов, крайкомов и ЦК ВК'П(б), уничтожив нынешние функциональные
отделы и создав вместо них целостные производственно-отраслевые отделы. В каждом производственно-отраслевом отделе сосредоточить, по примеру Сельхозотдела
ЦК, всю работу в целом по данной отрасли: оргпартработу, распределение и подготовку кадров, агитмассработу, производственную пропаганду, наблюдение за выполнением партийных решений соответствующими советско-хозяйственными органами и партийными организациями.
Установить следующее построение отделов:
В ЦК ВКП (б) — 1) Сельскохозяйственный отдел, 2) Промышленный отдел. 3) Транспортный отдел, 4) Планово-финансово-торговый
отдел, 5) Политико-административный отдел, 6) Отдел руководящих
парторгаиов, 7) Отдел культуры и пропаганды ленинизма, 8) И Н С Т И ТУТ Маркса — Энгельса — Ленина и 2 сектора: сектор Управления делами и Особый сектор.
В обкомах — крайкомах—1) Сельскохозяйственный, 2) Промышленно-транонортный, 3) Советско-торговый, 4) Культуры и пропаганды
565

ленинизма, 5) Руководящих ларторганов (городских и районных)
и Особый сектор.
Упразднить в обкомах — крайкомах и ЦК нацкомпартий секретариаты, оставив не более 2-х секретарей—•первого и второго (за
исключением ЦК КП(б)У, Московского и Ленинградского обкомов,
где сохраняются секретариаты). Вопросы, требующие обсуждения, вносить прямо на бюро, а. разработку ряда практических вопросов возлагать не иа специальные комиссии, а на заведующих отделами комитетов и руководящих работников советских, профсоюзных, кооперативных, комсомольских и прочих организаций.
С. Перестроить работу райкомов с приближением к производственным задачам, усилить конкретное руководство райкома территориальными партийными организациями и сельсоветами и совместно с политотделами— колхозными организациями района в целом, укрепляя
их работниками. Ликвидировать в райкомах р горкомах (за исключением горкомов и райкомов крупнейших городов, определяемых особыми постановлениями ЦК) все отделы, а взамен их иметь разъездных ответственных инструкторов — членов райкомов и горкомов
с прикреплением каждого из них к определенной группе первичных
организаций, в которых они обязаны организовывать все отрасли
партийной работы — культурно-полит-пропагандистскую, агитационно-массовую, организационную и пр. Руководство работой инструкторов. распределение кадров и проверку исполнения возложить на секретаря и его заместителя.
7. Одобрить решения ЦК ВКП(б) об организации политических
отделов в МТС. совхозах и на железнодорожном транспорте, полностью оправдавших себя. Поручить Центральному комитету и в дальнейшем создавать политические отделы на отстающих участках социалистического строительства, превращая их, по мере выполнения
ими своих ударных задач, в обычные партийные органы, построенные по производственно-территориальному признаку.
Поручить ЦК, в связи с образованием новых экономических
центров" вокруг МТС, создавать новые самостоятельные районы
или в менее мощных центрах МТС подрайоны, а политотделы
МТС по мере необходимости преобразовывать в райкомы или иодрайкомы.
(Резолюция

3. О С Н О В Н Ы Е

XVII

партсъезда по докладу

М О М Е Н Т Ы

О ЧЛЕНАХ ПАРТИИ И ИХ

УСТАВА

т.

Кагановича.)

ПАРТИИ

ОБЯЗАННОСТЯХ

1. Членам партии считается всякий, признающий программу партии, работающий в одной из ее организаций, подчиняющийся постановлениям партии и уплачивающий членские взносы.
2. Член партии обязан:
а) соблюдать строжайшую партийную дисциилину, активно участвовать в /политической жизни партии и страны, проводить на практике политику партии и решения партийных органов;
б) неустанно работать над повышением своей идейной вооруженности, над усвоением основ марксизма-ленинизма, важнейших поли566

тических и организационных решений партии и разъяснять их беспартийным массам;
в) как член правящей партии в Советском государстве, — быть
образцом соблюдения трудовой и государственной дисциплины, овладевать техникой своего дела, непрерывно повышая свою производственную, деловую квалификацию.
ОБ ОРГАНИЗАЦИОННОМ СТРОЕНИИ

ПАРТИИ

18. Руководящим принципом организационного строения партии
является демократический централизм, означающий:
а) выборность всех руководящих органов партии сверху донизу,
б) периодическую отчетность партийных органов перед своими
партийными организациями,
в ) строгую партийную дисциплину и подчинение меньшинства
большнству,
г) безусловную обязательность решений высших органов для низя
ших и для всех членов партии.
19. Партия строится на основах демократического централизма
но территориальжмгрои ;водствонному признаку: организация, обслуживающая какой-либо райн, считается высшей по отношению ко
всем организациям, обслуживающим часть данного района, или организация. обслуживающая целую отрасль производства или управления, считается высшей по отношению ко всем организациям, обслуживающим части данной отрасли.
20. Все партийные организации автономны в решении местных вопросов, поскольку эти решения не противоречат решениям партии.
21. Высшим руководящим органом каждой организации является
общее собрание, конференция или съезд.
22. Общее собрание, конференция или съезд избирают комитет,
который является их исполнительным органом и руководит всей текущей работой организации.
О ПЕРВИЧНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ

ПАРТИИ

48. Основой партии являются первичные партийные организация.
Первичные партийные организации создаются на фабриках, заводах,
совхозах и прочих хозяйственных предприятиях, в колхозах, МТС,
красноармейских частях, в селах, в учреждениях и т. п. при наличии не менее 3 членов партии. На предприятиях, в колхозах, в учреждениях и т. п., где имеется менее 3 членов партии, создаются кандидатские или партийно-комсомольские группы во главе с парторгом,
выделяемым райкомами, горкомами или политотделами. Первичные
партийные организации утверждаются районными или городскими комитетами или соответствующими иолитотделами.
49. Б крупных предприятиях, учреждениях, колхозах и т. п.
с большим количеством коммунистов (от 100 членов до 3000 и выше)
внутри общей первичной партийной организации, охватывающей все
предприятие, учреждение и т. п., могут быть организованы в каждом
отдельном случае с утверждения райкома — горкома ИЛИ соответ-

567

сггвующего политотдела партийные организации по цехам, участкам,
отделам и т. п. В свою очередь внутри цеховых, участковых и т. и.
организаций могут создаваться партийные группы по бригадам, агрегатам предприятия и т. п.
50. Первичная партийная организация связывает рабочие и крестьянские массы с руководящими органами партии. Ее задачей
является:
1) агитационная и организационная работа в массах за партийные лозунги H (решения;
2) .привлечение сочувствующих и новых членов н их политическое
воспитание;
3) содействие райкому — горкому или политотделу в его повседневной организационной и агитационной работе;
4) мобилизация масс на предприятиях, в совхозах, колхозах и т. п.
на выполнение производственного плана, укрепление трудовой дисциплины и развитие ударничества;
5) борьба с расхлябанностью и бесхозяйственным ведением деля
на предприятиях, в совхозах, колхозах н повседневная забота об улучшении бытовых условий рабочих и колхозников;
6) активное участие, как партийного органа, в экономической и
политической жизни страны.
О ПАРТИЙНЫХ Г Р У П П А Х В О
ОРГАНИЗАЦИЯХ

ВНЕПАРТИЙНЫХ

о5. На всех съездах, совещаниях и в выборных органах внепартийных советских, профессиональных, кооперативных и т. и. массовых организаций, где имеется не менее 3 членов партии, организуются партийные группы, задачей которых является всестороннее
усиление влияния партии и проведение ее политики во внепартийной
Щ)сде, укрепление железной партийной и советской дисциплины, борьба с бюрократизмом, лровеока ясно..нения партийных и советских
директив.
Для текущей работы группа избирает секретаря.
56. Группы, независимо от их значения, целиком подчинены соответствующим парторганизациям (ЦК ВКП(б), крайком, обком, ЦК
нацкомпартии, горком, райком). По всем вопросам группы обязаны
строго н неуклонно держаться решений руководящих партийных организаций.
О В Н У Т Р И П А Р Т И Й Н О Й Д Е М О К Р А Т И И И ПАРТИЙНОЙ
ДИСЦИПЛИНЕ

57. Свободное и деловое обсуждение вопросов партийной политики в отдельных организациях или в партии в целом является неотъемлемым правом каждого члена партии, вытекающим из внутрипартийной демократии. Только на основе внутрипартийной демократии может быть развернута большевистская самокритика и
укреплена партийная дисциплина, которая должна быть сознательной, а не механической. Но широкая дискуссия, особенно дискуссия
всесоюзного масштаба по вопросам партийной политики, должна
быть организована так, чтобы она не могла привести к попыткам
незначительного меньшинства навязать свою волю громадному
М&

большинству партии, и,то попыткам образования фракционных группировок, ломающих единство партии, к попыткам раскола, могущим
поколебать силу и стойкость диктатуры пролетариата на радость
врагам рабочего класса. Поѳтому широкая дискуссия всесоюзного
масштаба может быть признана необходимой лишь в том случае,
если: а) эта необходимость признается по крайней мере несколькими
местными парторганизациями областного или республиканского масштаба; б) если внутри ЦК нет налицо достаточно твердого большинства в важнейших вопросах партийной политики; в) если, несмотря па наличие твердого большинства в ЦК, стоящего на
определенной точке зрения, ЦК все же считает необходимым проверить правильность своей политики путем дискуссионного обсуждения в партии. Только при исполнении этих условий можно гарантировать партию от злоупотреблений внутрипартийной демократией
со стороны антипартийных элементов, только при этих условиях
можно рассчитывать на то, что внутрипартийная демократия пойдет на пользу делу и не будет использована во вред партии и рабочему классу.
58. Сохранение единства партии, беспощадная борьба с малейшими попытками фракционной борьбы и раскола, строжайшая партийная и советская дисциплина являются первейшей обязанностью
всех членов партии и всех партийных организаций. Чтобы осуществить строгую дисциплину внутри партии и во всей советской работе и добиться наибольшего единства при устранении всякой
фракционности, ЦК ВКП (б) имеет право применять в случаях
нарушения дисциплины или возрождения или. допущения фракционности все меры партийных взысканий вплоть до исключения из партии, а по отношению к членам ЦК — перевод в кандидаты и. как крайнюю меру, исключение из партии. Условием
применения к членам ЦК, кандидатам в члены ЦК и членам Комиссии партийного контроля такой крайней меры должен быть созыв
пленума ЦК с приглашением всех кандидатов в члены ЦК
и всех членов Комиссии партийного контроля. Если такое общее собрание наиболее ответственных руководителей партии двумя третями голосов признает необходимым перевод членов ЦК
или Комиссии партийного контроля в кандидаты или исключение из партии, то такая мера должна быть осуществлена немедленно.
59. Постановления партийных и советских центров должны исполняться быстро и точно. Неисполнение постановлений высших организаций и другие проступки, призпаваемые преступными общественным мнением партии, влекут за собой: для организации — порицание и общую перерегистрацию (роспуск организации); для отдельных членов партии — тот или другой вид порицания (постановка
на вид. выговор и т. п.), публичное порицание, временное отстранение от ответственной партийной и советской работы, исключение
нз партии, исключение из партии с сообщением о проступке административным и судебным властям.
СО. Члены партии, отказывающиеся правдиво отвечать на вопросы
Комиссии партийного контроля, подлежат немедленному исключению
из партии.
(Устав ВКГІ(С), принятый X V I I партсъездом.)

iv. п р е о д о л е н и е в н у т р и п а р т и й н ы х
разногласий путем б о р ь б ы - з а к о н
развития коммунистической партии
д о и после завоевания власти
<Каждый своеобразный
поворот истории
вызывает некоторые
изменения
в форме
мелкобуржуазных шатаний, всегда имеющих место рядом
с пролетариатом,
всегда
проникающих
в той
или иной мере в среду
пролетариата.
Мелкобуржуазный
реформизм,
т. е.
прикрытое
добренькими
демократическими
и
гсоциа.і»-демократическими
фразами и бессильными
пожеланиями, лакейство
перед
буржуазией,
и мелкобуржуазный
революционаризм,
грозный,
надутый, чванный на словах, пустышка
раздробленности, распыленности,
безголовности
на деле —
таковы два «потока» отих шатаний.
Они неизбежны,
пока не устранены
самые
глубокие
корни капитализма».
(Ленин.
Соч., т.
XVII,
стр. В).

I . Т О В . СТАЛИН О ПРЕОДОЛЕНИИ ПРОТИВОРЕЧИЙ ВНУТРИПАРТИЙНОГО Р А З В И Т И Я КАК О ЗАНОНЕ Р А З В И Т И Я КОМПАРТИЙ

Товарищи, раньше чем перейти к существу вопроса, позвольте
сделать несколько предварительных замечаний.
ПРОТИВОРЕЧИЯ ВНУТРИПАРТИЙНОГО

РАЗВИТИЯ

.Первый вопрос, это —вопрос о борьбе внутри нашей партии,
о борьбе, которая не вчера началась и которая не прекращается.
Если взять историю нашей партии с момента ее зарождения в виде
группы большевиков в 1903 г. н проследить ее последующие этапы
вплоть до нашего времени, то можно сказать без преувеличения, что
история нашей партии есть история борьбы противоречий внутри этой партии, история преодоления этих противоречий и постеленного укрепления нашей партии на основе преодоления этих противоречий. Можно подумать, что русские .люди слишком драчливы, любят дискуссировать, плодят разногласия, и .потому развитие партии идет у них через преодоление внутрипартийных противоречий. Это неверно, товарищи. Дело тут не в драчливости. Дело
тут в наличии принципиальных разногласий, возникающих в ходе
развития партии, в ходе борьбы пролетариата. Дело тут в том, что
противоречия можно преодолеть лишь путем борьбы за те или
иные принципы, за те или иные цели борьбы, за те или иные методы борьбы, "ведущей к цели. Можно и нужно нгги на всякие соглашения с инакомыслящими внутри партии но вопросам текущей
политики, по вопросам чисто практического характера. Но если вопросы эти связаны с принципиальными разногласиями, то никакое
соглашение, никакая «средняя» линия не может спасти дело. Нет и
не может быть «средней» линии в вопросах принципиального характера. Либо одни, либо другие принципы должны быть положены
в основу работы партии. «Средняя» линия по вопросам принципиальным есть «линия» засорения голов, «линия» затушевывания
разногласий, «линия» идейного перерождения партии, «линия» идейной смерти партии.
Как живут и развиваются нынче социал-демократические партии
на Западе? Есть "ли у них противоречия внутри партии, нринцп670

пиальные разногласия? Конечно, есть. Вскрывают ли они эти противоречия и стараются ли их преодолеть честно и открыто на глазах у партийных масс? Нет. Конечно, пет. Практика социал-демократии состоит в том, чтобы скрывать, прятать эти противоречия и разногласия. Практика социал-демократии состоит в том, чтобы превращать свои конференции л съезды в пустой маскарад парадного благополучия, старательно скрывая и замазывая внутренние разногласия. Но из этого ничего, кроме засорения голов и идейного обнищания партии, не может получиться. В этом одна из причин падения
западно-европейской социал-демократии, когда-то революционной,
а ныне реформистской.
Но мы так не можем жить и развиваться, товарищи. Политика
«средней» принципиальной линии не есть наша политика. Политика
«средней» принципиальной линии есть политика увядающих и перерождающихся партий. Такая политика не может не вести к превращению партии в пустой бюрократический аппарат, вращающийся на
холостом ходу и оторванный от рабочих масс. Этот путь не есть наш
путь.
Все прошлое нашей партии я атлете я подтверждением того положения, что история нашей партии есть история преодоления внутрипартийных противоречий и неуклонного укрепления рядов нашей партии на основе этого преодоления.
Возьмем первый период, период «Искры», или период II съезда,
нашей партии, когда впервые появились разногласия внутри нашей
партии между большевиками и меньшевиками и когда верхушка
нашей партии распалась, в конце концов, на две часта: на часть
большевистскую (Ленин) и часть меньшевистскую (Плеханов, Аксельрод, Мартов, Засулич, Потресов). Ленин был тогда в единственном
числе. Если бы вы знали, сколько было тогда криков и воплей о «незаменимых», отошедших от Ленина! Однако практика, борьбы и история партии показали, что это расхождение имело под собой принципиальную базу, что это расхождение являлось необходимым этапом
для зарождения и развития действительно революционной и действительно большевистской партии. Практика борьбы показала, тогда, что,
во-первых, дело пе в количестве, а в качестве, и, во-вторых, дело не
в формальном единстве, а в том, чтобы единство имело принципиальную основу. История показала, что Ленин был прав, а «незаменимые» были неправы. История показала, что без преодоления этих
противоречий между Лениным и «незаменимыми» мы ие имели бы -настоящей революционной партии.
Возьмем следующий период, период кануна революции 1905 г.,
когда большевики и меньшевики стояли друг против друга, все еще
Енутри одцой партии, как два лагеря с двумя совершенно различными платформами, когда большевики стояли на пороге формального
раскола нашей партии и когда они для отстаивания линии нашей
революции были вынуждены созвать свой особый съезд (III съезд).
Чем взяза тогда верх большевистская часть партии, чем она завоевала симпатии большинства партии? Тем, что она не замазывала
принципиальных разногласий и боролась за преодоление этих разно- ^
гласий путем изоляции меньшевиков.
Я мог бы сослаться, далее, на третью стадию развития нашей партии, на период после поражения революции 1905 г., на период 1907 г.,

когда одна часть большевиков, так называемые «отзовисты», во главе
с Богдановым, отошла от большевизма. Это был критический период
з жизни нашей партии. Это был тот период, когда целый ряд большевиков из старой гвардии покинул Ленина и ого партию. Меньшевики кричали тогда о гибели большевиков. Однако большевизм не
погиб, и практика борьбы за какие-нибудь полтора года показала, что
Ленин и его партия были правы, ведя борьбу за преодоление противоречий внутри рядов большевизма. Эти противоречия были преодолены не путем их замазывания, а путем их вскрытия и путем борьбы
ко благу и выгоде нашей партии.
Я мог бы сослаться, дальше, на четвертый период в истории нашей партии, на период 1911—1912 гг., когда большевики восстановили разбитую было царской реакцией партию и изгнали вон
ликвидаторов. И тут, как и в предыдущие периоды, большевики шли
к восстановлению и укреплению партии не через замазывание принципиальных разногласий с ликвидаторами, а через их вскрытие и
•преодоление.
Я мог бы указать затем на пятую стадию в развитии нашей партии, на период перед Октябрьской революцией 1917 г., когда одна
часть большевиков во главе с известными лидерами большевистской
партии колебнулась и не захотела итти на восстание, считая его авантюрой. Известно, что и это противоречие было преодолено большевиками не путем замазывания разногласий, а путем открытой борьбы
за Октябрьскую революцию. Практика борьбы показала, что без преодоления этих разногласий мы могли бы поставить Октябрьскую революцию в критическое положение.
Я мог бы указать, наконец, на дальнейшие периоды развития нашей внутрипартийной борьбы, на период Брестского мира, период
1921 г. (профсоюзная дискуссия) и остальные периоды, которые вам
известны и о которых я не буду здесь распространяться. Известно,
что во все эти периоды, как и в прошлом, наша партия росла и крепла
через преодоление внутренних противоречий.
Что же из этого получается?
Выходит, что ВКГІ росла и крепла через преодоление внутрипартийных противоречий.
Выходит, что преодоление внутрипартийных разногласий путем
борьбы является законом развития нашей партии.
Могут сказать, что это — закон для ВКГІ, а но для других пролетарских партий. Это неверно. Этот закон является законом развития
для всех сколько-нибудь больших партий, все равно, идет ли речь
о пролетарской партии ССОР или о партиях на Западе. Если можно
в маленькой партии маленькой страны так или иначе замазать разногласия, покрыв их авторитетом одного или нескольких лиц, то в большой партии с ее разнообразными районами развитие через преодоление противоречий является неминуемым элементом роста и
укрепления партии. Так шло дело в прошлом. Так идет дело в настоящем. Я хотел бы тут сослаться на авторитет Энгельса, который
руководил вместе с Марксом пролетарскими партиями на Западе не
один десяток лет. Дело идет о восьмидесятых годах прошлого столетия, когда в Германии царил исключительный закон против социалистов, Маркс и Энгельс сидели в Лондоне в эмиграции, а заграничный нелегальный орган германской социал-демократии «Соцыал572

Демократ» направлял на деле работу германской социал-демократии.
Бернштейн был тогда революционным марксистом (он не успел еще
перекочевать к реформистам), Энгельс находился с ним в оживленной переписке по самым злободневным вопросам политики герман( кой социал-демократии. Вот что он писал тогда Бернштейну
(1882 г.):
«Как видно, всякая
рабочая партия большой страны может развиваться
только во внутренней борьбе, в полном соответствии с законами диалектического развития. Германская партия стала тем, что она есть, в борьбе эйзенахцев и лассальянцев, где самое трение играло главную роль.
Единство стало
возможно лишь тогда, когда намеренно вскормленный Лассалем в качестве
орудия сброд износился, и здесь это произошло с нашей стороны со слишком
большой поспешностью. Во Франции люди, которые хотя и пожертвовали баку нис.тск ими теориями, но продолжают действовать бакуиистскими методами
борьбы и вместе с тем хотят нрішестп в жертву своим социальным целям классовый характер движения, также должны сперва износиться, прежде чем опять
станет возможно единство. Желать проповедывать единство прп таких условиях было бы чистейшей глупостью. Моральными проповедями нсльоя предупредить -детских болезней, которыми при современных условиях надо переболеть» (см. «Архив Маркса и Энгельса», кн. I, стр. 324—325). *

Ибо. говорит Энгельс в другом месте (1885 г.):
«Противоречия никогда не могут быть затушеваны
борьбой» (ом. там же, стр. 371).

надолго,

они

решаются

Вот чем, прежде всего, нужно объяснить наличие противоречий
внутри нашей парши и развитие нашей партии через преодоление
этих противоречий путем борьбы.
ИСТОЧНИКИ П Р О Т И В О Р Е Ч И Й В Н У Т Р И

ПАРТИИ

Но откуда берутся эти противоречия и разногласия, где их источник?
Я думаю, что источники противоречий внутри пролетарских партий кроются в двух обстоятельствах.
Что это за обстоятельства?
Это, во-первых, давление буржуазии и буржуазной идеологии
на пролетариат и его партию в обстановке борьбы классов, — давление, которому нередко поддаются наименее устойчивые слои пролетариата, а значит — и наименее устойчивые слои пролетарской партии. Нельзя считать, что пролетариат является совершенно изолированным от общества, стоящим вне общества. Пролетариат является
частью общества, связанной е его разнообразными слоями многочисленными нитями. По партия есть часть пролетариата. Поэтому и партия не. может быть свободной от связей и влияния разнообразных
слоев буржуазного общества. Давление буржуазии и ее идеологии
на пролетариат и его партию выражается в том, что буржуазные идеи,
нравы, обычаи, настроения нередко проникают в пролетариат и его
партию через известные слои пролетариата, так или иначе связанные
с буржуазным обществом.
Это, во-вторых, разнородность рабочего класса, наличие разных
слоев внутри рабочего класса. Я думаю, что пролетариат, как класс,
можно было бы разделить на три слоя.
* Ііо оплошности, и тексте,
приведена не вся. И. Ст.

опубликованном

в

газетах,

эта

цитата

была

Один слой, — это основная масса пролетариата, его ядро, его
постоянна^ часть, это — та масса «чистокровных» пролетариев, которая давно уже порвала связи с классом капиталистов. Этот слой
пролетариата является наиболее надежной опорой марксизма.
Второй слой, это — недавние выходцы из непролетарских классов,
из крестьянства, из мещанских рядов, из интеллигенции, thro — выходцы из других классов, недавно только влившиеся в состав пролетариата и внесшие в рабочий класс свои навыки, свои привычки,
свои колебания, свои шатания. Этот слой представляет наиболее благоприятную почву для всяких анархистских, полуанархистских и
«ультра-левых» группировок.
Наконец, третий слой — это рабочая аристократия, верхушка рабочего класса, наиболее обеспеченная часть пролетариата с ее стремлением к компромиссам с буржуазией, с ее преобладающим настроением приспособления к сильным мира, с ее настроением «выйти
в люди». Этот слой представляет наиболее благоприятную почву для
откровенных реформистов и оппортунистов.
Несмотря на внешнюю разницу, эти последние два слоя рабочего
класса представляют более или менее общую среду, питающую
оппортунизм вообще, оппортунизм открытый, поскольку берут верх
настроенпя рабочей аристократии, и оппортунизм, прикрытый «левой» фразой, поскольку берут верх настроения не вполне порвавших еще с мелкобуржуазной средой тюлумещанских слоев рабочего
класса. Тот факт, что «ультра-левые» настроения сплошь и рядом
совпадают с настроением открытого оппортунизма — этот факт не
представляет ничего удивительного. Ленин говорил не раз, что
«ультра-левая» оппозиция ость изнанка правой, меньшевистской, откровенной оппортунистической оппозиции. И это совершенно правильно. Если «ультра-левый» стоит за революцию только потому,
что он ждет завтра же победы революции, то ясно, что он должен
впасть в отчаяние и разочароваться в революции, если произойдет
заминка революции, если революция не победит завтра же.
Естественно, что при каждом повороте в развитии классовой
борьбы, при каждом обострении борьбы и усилении трудностей
разница во взглядах, в навыках и в настроениях различных слоев
пролетариата должна неминуемо сказаться в виде известных разногласий в партии, а давление буржуазии и ее идеологии неминуемо
должно обострить эти разногласия, дав им выход в виде борьбы внутри пролетарской партии.
Таковы источники внутрипартийных противоречий и разногласий.
Можно ли уйти от этих противоречий и разногласий? Нет, нельзя.
Думать, что можно уйти от этих противоречий, это значит обманывать себя. Энгельс был прав, когда он говорил, что замазывать противоречия внутри партии надолго невозможно, что эти противоречия
решаются борьбой.
Это не значит, что партия должна быть превращена в дискуссионный клуб. Наоборот, пролетарская партия есть ft должна остаться
боевой организацией пролетариата. Я хочу лишь сказать, что нельзя
отмахиваться и закрывать глаза на разногласия внутри партии, если
эти разногласия имеют принципиальный характер. Я хочу лишь
сказать, что только путем борьбы за принципиальную линию можно

будет уберечь пролетарскую партию от давления и влияния буржуазии. Я хочу лишь сказать, что только путем преодоления внутрипартийных противоречий можно будет добиться оздоровления и укрепления партии.
стр.

( С т а л и и.
439—445.

Об оппозиции.

1926

Г.)

«Еще

раз

о социал-демократическом

уклоне»-

2 . Б О Л Ь Ш Е В И З М В Б О Р Ь Б Е НА Д В А Ф Р О Н Т А
А. Л е н и н п р о т и в б е с п р и н ц и п н о г о п р и м и р е н ч е с т в а
троцкизма —за преодоление внутрипартийных
путем борьбы на д в а фронта

разногласий

Ничто ле возбуждало на пленуме такого ярого — зачастую комического— негодования, как мьгсль о «борьбе на два фронта». Одно
упоминание об этом выводило из себя и влередовцев н меньшевиков.
Это негодование исторически вполне объяснимо, ибо большевики провели на деле, с августа 1908 г. до января 1910 г., борьбу на два* фронта, т. е. борьбу с ликвидаторами н отзовистами. Комично же было это
негодование потому, что сердившиеся на большевиков только доказывали этим свою виновность, доказывали, что их продолжает задевать всякое осуждение ликвидаторства и отзовизма. На воро шапка
горит.
Предложение Троцкого поставить вместо борьбы на два фронта —
«преодоление путем расширения и углубления» встретило горячую
поддержку меньшевиков и впередовцев.
И теперь ликуют по поводу этой «победы» и Ионов, и «Правда»,
и венская резолюция, и «Голос Соииал-Домократа». Но, спрашивается, нзпіав из этого пункта слова о борьбе на два фронта,
изгнали ли признание необходимости этой борьбы из резолюции?
Нисколько, ибо раз признаны «уклонения», признана их «опасность»,
признано необходимым «разъяснять» эту опасность, признано, что
уклонения суп» «проявление буржуазного влияния на пролетариат»,
то этим, по сути дела, как раз борьба на два фронта признана'
Изменили в одном месте «неприятный» (для того или иного кума)
термин, но оставили основную мысль! Получилось только запутывание, разжижение водицей, ' ухудшение фразой одной части одного
пункта.
В самом деле, это — именно фраза п беспомощная увертка, если
в данном параграфе говорится о преодолении путем расширения
и углубления работы. Никакой ясной мысли тут нот. Работу расширять и углублять необходимо всегда и безусловно; об этом весь
третий параграф резолюции говорит подробно, говорит раньше перехода к специфическим, — лѳ всегда и не безусловно обязательным,
а условиями-особого периода порожденным, — «идейно политическим
задачам». Только этим особым задачам посвящен § 4-ый, и в введении ко всем его трем пунктам прямо говорится, что эти идейно политические задачи «выдвинулись в свою очередь».
Что же получилось? Получилась бессмыслица, будто задача расширения и углубления работы тоже выдвинулась в свою очередь! Как
будто может быть такая историческая «очередь», когда эта задача
не стоит, как и всегда!

.

И каким образом можно преодолевать уклонения путем расширения и углубления социал-демократической работы? При всяком
расширении и при всяком углублении неизбежно встанет вопрос,
как расширять и как углублять; если ликвидаторство и отзовизм
не случайность, а порожденные социальными условиями течения,
то они могут пробиться во всякое расширение и во всякое углубление работы. Можно расширять и углублять работу в духе ликвидаторства—это делают, например, «Наша Заря» и «Возрождение»; можно делать это и в духе отзовизма. С другой стороны, преодоление
уклонений, в настоящем значении слова «преодоление», неизбежно
отвлекает известные силы, время, энергию от непосредственного расширения и углубления правильной социал-демократической работы.
Например, тот же Ионов на той же странице своей статьи пишет:
«Пленум кончился. Участники его разъехались. Центральному
комитету приходится при налаживании работы преодолевать неимоверные трудности, среди которых не последнее место занимает поведение так называемых» (только так называемых, т. Ионов, а не
настоящих, не допод,тинных?), «ликвидаторов, существование которых т. Мартов так настойчиво отрицал».
Вот вам материал — маленький, но характерный материал — для
пояснения того, насколько пусты фразы Троцкого и Попова. Преодоление ликвидаторских шагов Михаила, Юрия и К° отнимало силы
и время ЦК от непосредственного расширения и углубления действительно социал-демократической работы. Если бы не было поступков Михаила, Юрия и К", если бы не было ликвидаторства среди
тех. кого мы ошибочно продолжаем считать своими товарищами,
тогда расширение и углубление социал-демократической работы
шли бы успешнее, ибо внутренняя борьба не отвлекала бы силы
партии. Значит, если понимать под расширением и углублением
социал-демократической работы непосредственное развитие агитации, пропаганды, экономической борьбы и т. д. в действительно социал-демократическом духе, то для этой работы преодоление уклонений социал-демократов от социал-демократизма есть минус, вычет, так сказать, из «положительной деятельности», а, следовательно, фраза о преодолении уклонений путем расширения и т. д.
но имеет смысла.
Эта фраза на самом деле выражает смутное пожелание, доброе,
невинное пожелание, чтобы внутренней борьбы среди социал-демократов было поменьше! Ничего кроме этого невинного пожелания не
отразилось в этой фразе; это — вздох, так называемых, примиренцев;
о, если бы поменьше борьбы с ликвидаторством и отзовизмом!
Политическое значение подобного «воздыхания» — нуль, хуже
нуля. Если есть люди в партии, которым выгодно «настойчиво отрицать» существование ликвидаторов (и отзовистов), то они испотьзуют «вздох» «примиренцев» для прикрытия зла. Так «Голос Социал-Демократа» и поступает. И поэтому, защитники подобных благонамеренно-пустых ф{>аз в резолюциях — лишь, так называемые,
«примиренцы». На деле они пособники ликвидаторов и отзовистов,
на деле они углубляют не социал-демократическую работу, а укрепляют именно уклонения от нее, укрепляют именно зло, временно
пряча его, затрудняя исцеление от него.
(Ленин.

Соч., т. X I V . «Заметки публициста», стр. 305—307. 19Ю г.)

Б. В б о р ь б е с н е к и м и в р а г а м и в ы р о с , о н р ѳ п и з а к а л и л с я
большевизм1

j
Во-первых и главным образом в борьбе против оппортунизма,
который в 1914 г. окончательно перерос в социал-шовинизм, окончательно перешел на сторону буржуазии против пролетариата. Это
был, естественно, главный враг большевизма внутри рабочего движении. Этот враг и остается главным в международном масштабе.
Этому врагу большевизм уделял и уделяет больше всего внимания.
Эта 'сторона деятельности большевиков теперь уже довольно хорошо
известна и за границей.
Иное приходится сказать о другом враге большевизма внутри
рабочего движения. За границей еще слишком недостаточно знают,
что большевизм вырос, сложился и закалился в долголетней борьбе
против мелкобуржуазной
революционности,
которая смахивает на
анархизм или кое-что от него заимствует, которая отступает в чем
бы то ни было существенном от условий и потребностей выдержанной пролетарской классовой борьбы. Теоретически для марксистов
вполне установлено,—и опытом всех европейских революций и революционных движений вполне подтверждено, — что мелкий собственник, мелкий хозяйчик (социальный тип, во многих европейских странах имеющий очень широкое, .массовое представительство),
испытывая при капитализме постоянно угнетение и очень часто невероятно резкое и быстрое ухудшение жизни и разорение, легко
переходит к крайней революционности, но пе способен проявить
выдержки, организованности, дисциплины, стойкости. «Взбесившийся» от ужасов капитализма мелкий буржуа, это — социальное
явление, свойственное, как л анархизм, всем капиталистическим
странам. Неустойчивость такой революционности, бесплодность ее.
свойство быстро превращаться в покорность, апатию, фантастику,
даже в «бешеное» увлечение тем или иным буржуазным «модным»
течением, — все это общеизвестно. Но теоретическое, абстрактное,
признание этих истин нисколько еще не избавляет революционных
партий от старых ошибок, которые выступают всегда по неожиданному поводу, в немножко повой форме, в невиданном раньше
облачении или'окружении, в оригинальной — более или менее оригинальной — обстановке.
Анархизм нередко являлся своего рода наказанием за оппортунистические грехи рабочего движения. Обе уродливости взаимно
пополняли друг друга. И если в России, несмотря на более мелкобуржуазный состав ее населения по сравнению с европейскими странами, анархизм пользовался в период обеих революции (1905 и
1917) и во время подготовки к ним сравнительно ничтожным влиянием. то это, несомненно, следует поставить отчасти в заслугу большевизму, который вел всегда самую беспощадную и непримиримую
борьбу против оппортунизма. Говорю: «отчасти», ибо еще более
важную рать в деле ослабления анархизма в России сыграло то.
что он имел возможность в прошлом (70-е годы X I X века) развиться
необыкновенно пышно и обнаружить до конца свою неверность,
1 Примечание
составителя.
Рас меры Хрестоматии» не позволяют дать всю
историю борьбы иа два фронта. Приводимые
ниже материалы
служат
лишь
примерами, образцами этоіі борьбы.

37 Лвппнпзм

377

свою непригодность, как- руководящей теории для революционного
класса.
Большевизм воспринял при своем возникновении в 1903 г. традицию беспощадной борьбы с мелкобуржуазной, полуанархической
(или способной заигрывать с анархизмом) революционностью, каковая традиция имелась всегда у революционной социал-демократии
и особенно упрочилась у нас в 1900—1903 гг., когда закладывались
основы массовой партии революционного пролетариата в России.
Большевизм воспринял н продолжал борьбу с партией, всего более
выражавшей тенденции мелкобуржуазной революционности, именно
с партией «социалистов-революционеров», шо трем главным пунктам. Во-первых, эта партия, отрицавшая марксизм, упорно не хотела (вернее, пожалуй, будет сказать: цс могла) понять необходимость строго объективного учета классовых сил н их взаимоотношения перед всяким политическим действием. Во-вторых, эта партия 'видела свою особую «революционность» или «левизну» в признании ею индивидуального террора, покушений, чтб мы, марксисты,
решительно отвергали. Разумеется, мы отвергали индивидуальный
террор только по причинам целесообразности, а людей, которые
способны были бы «принципиально» осуждать террор Великой
французской революции или вообще террор со стороны победившей
революционной партии, осаждаемой буржуазией) всего мира, таких людей еще Плеханов в i960—1903 гг., когда Плеханов был
марксистом и революционером, подвергал осмеянию и оплеванню.
В-третьих, «социалисты-революционеры» видели «левизну» в том,
чтобы хихикать над небольшими сравнительно оппортунистическими
грехами немецкой социал-демократии на ряду с подражанием крайним оппортунистам этой же партии в вопрете, например, аграрном
или в вопросе о диктатуре пролетариата.
История, мимоходом сказать, дала теперь в крупном всемирноисторическом масштабе подтверждение того мнения, которое мы
всегда отстаивали, именно, что революционная
немецкая социалдемократия (заметьте, что еще Плеханов в 1900—1903 гг. требовал
исключения Бернштейна из партии, а большевики, продолжая всегда
эту традицию, в 1913 г. разоблачали всю низость, подлость и предательство Легина), — что революционная немецкая социал-демокрарія ближе всего была к такой партии, которая нужна революционному пролетариату, чтобы он мог победить. Теперь, в 1920 г.,
после всех позорных крахов п кризисов эпохи войны и первых лет
после войны, видно ясно, что нз всех западных партий именно немецкая революционная социал-демократия дала лучших вождей,
а также оправилась, вылечилась, окрепла вновь раньше других. Это
видно и на партии спартаковцев и на левом, пролетарском -крыле
«независимой с.-д. пяртіш Германии», которое ведет неуклонную
борьбу с оппортунизмом н бесхарактерностью Каутских, Гильфордингов, Ледебуров, Криапішов. Если бросить теперь общий взгляд
па вполне законченный исторический период, именно: от Парижской Коммуны до первой социалистической Советской республики,
то совершенно определенный и бесспорный абрис принимает вообще отношение марксизма к. анархизму.
Марксизм' оказался
правым в конце концов, и если анархисты справедливо указывали на оппортунистампость господствующих среди большинства
573

социалистических партий взглядов на государство, то, во-первых,
эта ошортунистичноеть была связана с искажением и даже прямым
сокрытием взглядов Маркса на государство (в своей книге «Государство h революция» я отметил, что Ьебель 36 лет, с 1375 до 1911,
держал под спудом письмо Энгельса, особенно .рельефно, резко,
прямо, ясно разоблачившее оппортунизм ходячих социал-демократ
л и чески X воззрений на государство); во-вторых, исправление этих
оппортунистических взглядов, признание советской власти и ее
превосходства над буржуазной парламентарной демократией, все
это шло наиболее быстро и широко именно из недр наиболее марксистских течений в среде европейских и американских социалистических партий.
В двух случаях борьба большевизма с уклонениями «влево» его
еобственаой партии приняла особенно большие размеры: в 1908 г.
из-за вопроса об участии в реакционнейшем «парламенте» и в обставленных реакционнейшими законами легальных рабочих обществах и в 1918 г. (Брестский мир) из-за вопроса о допустимости того
или иного «компромисса».
( J l r u ітн. Соч., т.
стр. 179—182. 1920 Г.)

XXV,

« Л е г кая

болезнь

«левизны»

в

коммунизме»

В. Борьба б о л ь ш е в и з м а против в с е х в и д о в оппортунизма.
примиренчества к нему и гнилого либерализма
t

Уважаемые товарищи!
Решительно протестую против помещения в журнале «Пролетарская Революция» (jNe 6, 1930 г.) антипартийной и полутроцкиетской статьи Слуцкого «Большевики о германской социал-демократии в период ее предвоенного кризиса» как статьи дискуссионной.
Слуцкий утверждает, что Ленин (большевики) недооценивал
опасности центризма в германской и вообще, предвоенной социалдемократии, то есть недооценивал опасности прикрытого оппортунизма, опасности примиренчества с оппортунизмом. Иначе говоря,
по Слуцкому выходит, что Ленин (большевики) не вел непримиримой' борьбы с оппортунизмом, ибо недооценка центризма есть
но сути дела отказ от развернутой борьбы с оппортунизмом. Выходит, таким образом, что Ленин в перпод перед войной не был
еще настоящим большевиком, что лишь в лериод империалистической войны, или даже в исходе стон войны, Ленин стал настоящим
большевиком. Так повествует в своей статье Слуцкий. А вы, вместо
того, чтобы заклеймить этого новоявленного «историка», как клеветника и фальсификатора, ввязываетесь с ним в дискуссию, даете
ему трибуну. Не могу ие протестовать против помещения в вашем
журнале статьи Слуцкого как Статьи дискуссионной, так как нельзя
превращать в предмет дискуссии вопрос о большевизме
Ленина,
вопрос о том, вел Ленин принципиальную непримиримую борьбу
о центризмом, как известным видом оппортунизма, или не вел се,
был Ленин настоящим большевиком или не был таковым.
В своем заявлении «От редакции», присланном в ЦК 20 октября,
вы признаете, что редакция допустила ошибку, поместив статью
Слуцкого в качестве дискуссионной статьи. Это, конечно, хорошо,
несмотря на то, что заявление редакции появляется с большим запозданием. Но вы допускаете в своем заявлении новую ошибку.
*

579

декларируя, что «редакция считает политически крайне актуальным и необходимым дальнейшую разработку на страницах «Пролетарской Революции» всего круга проблем, связанных с взаимоотношением большевиков с довоенным II Интернационалом». Это
значит, что вы намерены вновь втянуть людей в дискуссию но вопросам, являющимся аксиомами большевизма. Это значит, что вопрос о большевизме Ленина вы вновь думаете превратить из
аксиомы в проблему, нуждающуюся в «дальнейшей разработке».
Почему, на каком основании? Всем известно, ото ленинизм! родился,
вырос и окреп в беспощадной борьбе с оппортунизмом всех мастей,
в том числе с центризмом па Западе (Каутский), с центризмом у нас
(Троцкий и др.). Этого не могут отрицать даже прямые краги большевизма. Это аксиома. А вы тянете нас назад, пытаясь превратить
аксиому в проблему, подлежащую «дальнейшей разработке». Почему? На каком основании? Может быть по незнакомству с историей большевизма? Может быть рада гнилого либерализма, чтобы
Слуцкие и прочие ученптси Троцкого не могли сказать, что им зажимают рот? Довольно странный либерализм, проводимый за счет
кровных интересов большевизма...
Что собственно считает редакция достойным дискуссионного
рассмотрения в статье Слуцкого?
1) Слуцкий утверждает, что Ленин (большевики) не вел линию
на разрыв, на раскол с оппортунистами германской социал-демократии, с оппортунистами II Интернационала довоенного периода.
Вы хотите дискуссировать іцютив этого троцкистского тезиса Слуцкого. Но что трт дискуссионного? Разве не ясно, что Слуцкий
просто клевещет на Ленина, на большевиков? Клевету нужно заклеймить, а не превращать в предмет дискуссии.
Всякий большевик знает, если он действительно большевик, что
Ленин еще задолго до войны, примерно с 1903—1904 гг., когда
оформилась в России группа большевиков и когда впервые дали
о себе знать левые в германской социал-демократии,—вел линию
на разрыв, на раскол с оппортунистами и у нас, в іюссийской социал-демократической партии, и там, во II И п тер национале, в частности в германской социал-демократии. Всякий большевик знает,
что именно поэтому большевики уже тогда (1903—1905) снискали
себе в рядах оппортунистов II Интернационала почетную славу
«раскольников» и «дезорганизаторов». Но что мог сделать Ленин,
что могли сделать большевики, если левые с.-д. во II Интернационале и, прежде всего, в германской социал-демократии представляли слабую и немощную группу, организационно но оформленную. идеологически не подкованную, группу, боящуюся даже выговорить слово «разрыв», «раскол»? Нельзя же требовать, чтобы
Ленин, чтобы большевики устроили из России за левых раскол
, г. западных партиях. Я уже не говорю о том, что организационная
и идеологическая слабость была характерной чертой левых с.-д.
не только в период довоенный. Она, эта отрицательная черта, как
известно, сохранилась за левыми и в период после войны. Всем известна оценка германских левых с.-д. в известной статье Ленина «О
брошюре Юниуса» *. писанной в октябре і я і б г., то есть спустя более
* Кжиус — Роза Люксембург, лидер
кратии.
580

левых

с.-д.

с

германской

соцііал-демо-

двух лет после пачала войны, где Ленин, критикуя целый ряд
серьезнейших политических ошибок левых с.-д. в Германии, говорит о «слабости всех немецких левых, опутанных со всех сторон
гнусной сетью каутскианского
лицемерия, педантства,
«дружелюбия» к оппортунистам», где он говорит о том, что «Юниус не освободился вполне от «среды» немецких, даже левых
социал-демократов,
боящихся раскола, боящихся договаривать до конца
революционные
лозунги».
Из всех группировок II Интернационала русские большевики
были тогда единственной группировкой, снособной но своему организационному опыту и идеологической подкованности предпринять
что-либо серьезное в смысле прямого разрыва, раскола со своими
оппортунистами в своей российской социал-демократии. Вот если
бы Слуцкие попытались даже ire доказать, а просто предположить,
что Ленин и русские большевики не попользовали всей своей мощи
для того, чтобы организовать раскол с оппортунистами (Плеханов,
Мартов, Дан) и изгнать центристов (Троцкий и прочие сторонники
Августовского блока), — то тогда можно было бы спорить о большевизме Ленина, о большевизме большевиков. Но в том-то и дело,
что Слуцкие не смеют даже заикнуться в пользу такого литого
предположения. Не смеют, так пак знают, что всем известные факты
решительной политики разрыва с оппортунистами всех мастей, проводившейся русскими большевиками (і»04—1»12 гг.), вопиют против такого предположения. Не смеют, так как знают, что на другой
же день будут они пригвождены к позорному столбу.
Но вот вопрос: могли ли русские большевики осуществить раскол со своими оппортунистами и цеіггристами-ііримирелцами задолго до империалистической войны (1904—1912 гг.), не ведя
вместо с тем линию на разрыв, линию на раскол с оппортунистами
и центристами II Интернационала? Кто может сомневаться в том,
что русские большевики считали свою политику в отношении
оппортунистов и центристов образцом политики для левых на Западе? Кто может сомневаттоя в том, что русские большевики всячески толкали левых с.-д. на Западе, в частности левых в германской социал-демократии, на разрыв, на раскол со своими оппортунистами и центристами? Не вина Ленина и русских большевиков,
если левые с.-д на Западе оказались не созревшими к тому, чтобы
итти но стонам русских большевиков.
2) Слуцкий упрекает Ленина и большевиков, что они не поддерживали левых в германской с.-д. решительно и бесповоротно,
что они поддерживали их лишь с серьезными оговорками, что
фракционные соображения мешали им поддерживать левых до
конца. Вы хотите дискуссировать против этого шарлатанского и
насквозь фальшивого упрека. Но что тут собственно дискуссионного? Газ во не ясно, что Слуцкий здесь маневрирует и старается
прикрыть фальшивым упреком щютив Лешша и большевиков действительные прорехи позиции левых в Германии? Разве не яспо.
что большевики не могли поддерживать левых в Германии, то и
дело колебавшихся между большевизмом н меньшевизмом, без
серьезных оговорок, без серьезной критики их ошибок, не изменяя
рабочему классу и его ртволюции? Мошеннические маневры нужно
заклеймить, а не превращать в. предмет дискуссии.

Да, большевики поддерживали левых с.-д. в Германии лишь
с известными серьезными оговорками, критикуя нх пол у меньшевистские ошибки. Но за это надо их приветствовать, а не упрекать.
Есть люди, которые сомневаются в этом?
Обратимся к наиболее известным фактам из истерии.
а) В 1903 г. выявились серьезные разногласия между большевиками и меньшевиками в России по вопросу о членстве в партии.
Овоей формулировкой о членстве в партии большевики хотели
создать организационную узду против наплыва непролетарских
элементов в партию. Опасность такого наплыва была тогда более,
чем реальная, в впду буржуазно-демократического характера русской революции. Русские, .меньшевики отстаивали противоположную позицию, открывающую широко двери партии непролетарским
элементам, В виду важности вопросов русской революции для
мирового революционного движения западно-европейские социалдемократы решили вмешаться в дело. Вмешались и левые с.-д.
в Германии, Парвус и Роза Люксембург, тогдашние лидеры левых.
И что же? Оба они высказались против большевиков. При этом
было брошено обвинение тю адресу большевиков в ультрацентрализмѳ и бланкистских тенденциях. Впоследствии эти дошлые и мещанские эпитеты были подхвачены меньшевиками и разнесены по
всему миру.
б) В 1905 г. развернулись разногласпя между большевиками
н меньшевиками в России о характере русской революции. Большевики отстаивали идею союза рабочего класса с крестьянством при
гегемонии пролетариата. Большевики утверждали, что дето надо
вести к революционно-демократической диктатуре пролетариата и
крестьянства с тем, чтобы от революции буржуазно-демократической перейти немедленно к революции социалистической при обеспечении поддержки со стороны деревенской бедноты. Меньшевики
в России отвергали идею гегемонии пролетариата в буржуазнодемократической революции, политике союза рабочего класса
с крестьянством они предпочли политику соглашения с либеральной
буржуазией, а революционно-демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства объявили реакционной бланкистской схемой,
противоречащей развитию буржуазной революции. Как отнеслись
в этим опорам левые в германской социал-демократии. Парвус и
Роза Люксембург? Они сочинили утопическую и иолуменыпевистскую схему перманентной революции (уродливое изображение
Марксовой схемы революции), проникнутую насквозь меньшевистским отрицанием политики союза рабочего класса и крестьянства,
и противопоставили ее большевистской схеме революционно-демократической диктатуры пролетариата н крестьянства. В дальнейшем
эта полуменьшевистская схема перманентной революции была подхвачена Троцким (отчасти Мартовым) и превращена в орудие борьбы
против ленинизма.
в) В период перед войной в партиях II Интернационала выступил
на сцену, как однп из актуальнейших вопросов, вопрос национально-колониальный, вопрос об угнетенных нациях и колониях, вопрос
об освобождении угнетенных нацпй и колоний, вопрос о путях
борьбы с империализмом, вопрос о путях свержения империализма.
В интересах развертывания пролетарской революции и окружения
582

империализма большевики предложили политику поддержки освободительного движения угнетенных наций и колоний на базе самоопределения наций и развили схему единого фронта между пролетарской революцией передовых стран и революцнонно-оовободительным движением народов колоний л угнетенных стран. Оппортунисты всех стран, соцнал-шовияисты и социал-империалисты всех
строи не замедлили ополчиться в связи с этим против большевиков. Большевиков травили, как бешеных собак. Какую позицию
заняли тогда левые с.-д. на Западе? Они .развили долуменыневистскую теорию империализма, отвергли принцип самоопределения
наций в его марксистском понимании (вплоть до отделения и образования самостоятельных государств), отвели тезис о серьезном
революционном значении освободительного движения колоний и
угнетенных стран, отвели тезис о возможности единого фронта
между пролетарской революцией и национально-освободительным,
движением и противопоставили всю эту лолумеиыиевистскую кашу,
являющуюся оплошной недооценкой
национально-колониального
вопроса, марксистской схеме большевиков. Известно, что эту иолуменьшевистскую кашѵ подхватил потом Троцкий и использовал ее
как орудие борьбы против ленинизма.
Таковы всем известные ошибки левых с.-д. в Германии.
Я уже не говорю о других сшибках германских левых, раскритикованных в соответствующих статьях Ленина.
Не говорю также об ошибках, донущеиных ими при оценке политики большевиков в период Октябрьского переворота.
О чем говорят эти ошибки германских левых, взятые из истории
довоенного периода, как не о том, что левые с.-д., несмотря на свою
левизну, не освободились еще от меньшевистского багажа?
Конечно, у левых в Германии были не только серьезные ошибки.
Они имеют за собой также большие и серьезные революционные
дела. Я имею в виду целый ряд их заслуг и революционных выступлений по вопросам внутренней политики, и, в частности, избирательной борьбы, по вопросам парламентской и внепарламентской
борьбы, об общей забастовке, о войне, о революции 1905 г. в России и т. д. Именно поэтому и считались с ними большевики, как
с левыми, и поддерживали их. толкали их вперед. Но это не уничтожает и не может уничтожить того факта, что левые с.-д. в Германии
вместе с тем имели за собой целый ряд серьезнейших политических
и теоретических ошибок, что они не освободились еще от меньшевистского груза и нуждались в виду этого в серьезнейшей критике
со стороны большевиков.
Судите теперь сами, могли ли Ленин и большевики поддерживать
левых с.-д. па Западе без серьезных оговорок, без серьезной критики
их ошибок, не измоняя интересам рабочего класса, не изменяя интересам революции, не изменяя коммунизму?
Не ясно ли, что Слуцкий, упрекая Ленина и большевиков в том.
по поводу чего он должен был бы нх приветствовать, если бы он был
большевиком. — разоблачает себя до конца как полуменьшевика, как
замаскированного троцкиста?
Слуцкий делает предположение, что Ленин и большевики в
своей оценке левых на Западе исходили из своих фракционных
соображений, что, стало быть, русские большевики приносили в

жертву интересам своей фракции великое дело международной
революции. Едва ли нужно доказывать, что не может быть пжчего
пошлее и гнуснее такого предположения. Не может быть ничего
пошлее, так как даже оголтелые пошляки из меньшевиков начинают
понимать, что русская революция не есть частное дело русских, что
она, наоборот, является делом рабочего класса всего мира, делом
мировой пролетарской революции. Не может быть ничего гнуснее,
так как даже 'профессиональные клеветники из II Интернационала
начинают понимать, что .последовательный и до конца революционный иптернационализм большевиков является образцом пролетарского интернационализма для рабочих всех стран.
Да, русские большевики выдвигали на первый план коренные
вопросы русской революции, вроде вопросов о партии, об отношении марксистов к буржуазно-демократической революции, о союзе
рабочего класса и крестьянства, о гегемонии пролетариата, о парламентской и внепарламентской борьбе, об общей забастовке, о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую, о диктатуре пролетариата, об империализме, о самоонреде.юшн наций, об освободительном движении угнетенных наций и
колоний, о политике поддержки этого двлжепия и т. и. Они выдвигали эти вопросы как пробный камень, на котором они проверяли
эволюционную выдержанность левых с.-д. на. Западе. Имели ли они
на это право? Да, имели. Не только имели, но обязаны были поступать таким образом. Они обязаны были поступать таким образом, так как все эти вопросы б а ш вместе с тем коренными вопросами мировой революции, задачам которой подчиняли большевики
свою .политику, свою тактику. Они обязаны были поступать таким
образом, так как только на таких вопросах можно было проверять по-настоящаму революционность' тех или иных грушіщювок
II Интернационала. Спрашивается, в чем же тут «фракционность»
русских большевиков и при чем здесь «фракционные» соображения?
Ленин еще в 1902 г. писал в своей брошюре «Что делать?», что
«история поставила перед нами ближайшую задачу, которая является наиболее
революционной
из всех
ближайших
задач пролета]уиата какой бы то ни бы.го страны», что «осуществление этой задачи,
разрушение
самого могучего
пилота не только
европейской,
но также и азиатской реакции сделало бы русский
пролетариат авангардом
международного
пролетариата». Со времени выхода в свет брошюры «Что делать?» прошло 30 лет. Никто
не смеет отрицать, что события за этот период блестяще 'подтвердили слова Ленина. Но <не следует ли из этого, что русская революция была (и остается) узловым пунктом мировой революции, что
коренные вопросы русской революции являлись вместе с тем (и
являются теперь) коренными вопросами мировой революции?
Не ясио ли, что только на таких коренных вопросах можно было
проверить по-настоящему революционность левых с.-д. па Западе?
Не ясно ли, что люда, рассматривающие эти вопросы как вопросы «фракционные», — разоблачают себя до конца как пошляков
и перерожденцев?
( С т а л и н. Вопросы ленинизма.
виз.ма», стр. 604—610. 14)31 т.)

684

«О некоторых

вопросах

истории

больше-

Г. Б о р ь б а на д в а ф р а н т а мак преодопеные б у р ж у а з н ы х
влияний на партию п р о л е т а р и а т а и центризм к а к
«идеология подчинения пролетарских интересов
и н т е р е с а м мелной буржуазии в с о с т а в е одной общей
партии»

По если троцкистская тенденция представляет «левый» уклон,
пе значит ли ото, что «левые» стоят левее ленинизма? Нет, не значит. Ленинизм есть самое левое (без кавычек) течение в мировом
рабочем движении. Мы, ленинцы, входили во II Интернационал до
периода начала империалистской войны как крайняя левая фракция социал-демократов. Мы не остались во II Интернационале и мы
проповедовали раскол во II Интернационале потому, что мы нменпо
как крайняя левая фракция пе хотели жить в одной партии с мелкобуржуазными изменниками марксизма, социал-пацифистами и социал-шовинистами. Эта тактика и эта идеология легли впоследствии
в основу большевистских партий всего мира. В своей партии мы,
ленинцы, — единственные левые без кавычек. Поэтому мы, ленинцы,
не «левые» и не правые в своей собственной партии. Мы—партия
марксистов-ленинцев. И мы боремся в своей партии не только
с теми, кого мы называем открыто оппоргунисгическими ' уклонистами. по и с теми, которые хотят быть «левее» марксизма, «левее»
ленинизма, прикрывая левыми, трескучими фразами свою правую,
оппортунистическую природу. Всякий поймет, что когда людей, ке
освободившихся еще от троцкистских тенденций, называют «левыми», то это надо понимать иронически. Ленин называл «левых
коммунистов» левыми, иногда в кавычках, иногда без кавычек. Но
всякий поймет, что левыми называл их Ленин иронически, подчеркивая этим, что левые они только на словах, по видимости, а на
деле представляют мелкобуржуазные правые тенденции. О какой
левизне (без кавычек) троцкистских элементов может быть речь,
если оіпі вчера еще объединялись в едином аіггиленинском блоке
с открыто оппортунистическими элементами, смыкаясь прямо и
непосредственно с антисоветскими слоями страны? Разве это не
факт, что мы вчера еще имели открытый блок «левых» и правых
против ленинской партии при несомненной поддержке этого блока
со стороны буржуазных элементов? И разве это не говорит о том,
что они, «левые» и вдовые, не могли бы объединиться в едипом
блоке, если бы у них ire было общих социальных корней, если бы
они не имели общую оппортунистическую природу"? Блок троцкистов доспался год назад. Часть правых, вроде т. ИІатуновского,
отошла от блока. Стало быть, правые блокноты будут выступать
отныне именно как правые, а «левые» будут прикрывать свою пдоЕнзиу «левыми» фразами. Но какая есть гарантия, что «левые» п
правые не найдут вновь друг друга? (Смех.) Ясно, что тут нет и по
может быть никакой гарантии.
Но если мы стоим за лозунг борьбы на два фронта, пе значит ли
это, что мы тем самым провозглашаем необходимость центризма
и нашей партии? Что значит борьба на два фронта? Не есть ли это
центризм? Вы знаете, что троцкисты так именно и изображают дело:
есть «левые», это, дескать, «мы»—троцкисты, «настоящие ленинцы»; есть «правые», это — все остальные; есть, наконец, «центристы» которые колеблются между «левыми» и правыми. Можно ли
589

считать правильным такой взгляд на нашу партию? Ясно, что
нельзя. Так могут говорить .тишь люди, у которых смешались все
понятия и которые давно уже порвали с марксизмом. Так могут
говорить лишь люди, которые ие видят и не понимают принципиальной разницы между партией социал-демократической довоенного периода, которая была партией блока пролетарских и мелкобуржуазных интересов, и между партией коммунистической, которая есть монолитная партия революционного пролетариата. Центризм не есть пространственное понятие: на одном месте сидят, скажем, правые, на другом — «левые», а посередке — центристы? Цептризм есть понятие политическое. Его идеолога я есть идеология
приспособления, идеология подчинения пролетарских, интересов
интересам мелкой буржуазии в составе одной общей партии, Эта
идеология чужда и противна ленинизму. Центризм есть явление
естественное для II Интернационала периода довоенного времени.
Там были правые (большинство), были левые (без кавычек) и были
центристы, вся политика которых состояла в том, чтобы подкрасить
левыми фразами оппортунизм правых и подчинить левых правым.
В чем состояла тогда политика левых, ядро которых составляли
большевики? В решительной борьбе с центристами, в борьбе за
раскол с правыми (особенно после начала империалистской войны)
и в организации нового революционного Интернационала из действительно левых, действительно пролетарских элементов...
. . . Ленин всегда вел борьбу на два фронта в нашей партии как
против «левых», так и против явно меньшевистских уклонов. Просмотрите брошюру Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», просмотрите историю нашей партии, и вы поймете, что
наша партия росла и крепла в борьбе с обоими уклонами — и с правым и с «левым». Борьба с отзовистами и с «левыми» коммунистами, с одной стороны, борьба с открыто оппортунистическим
уклоном до Октябрьской революции, во время Октябрьской революции л после нее. с другой стороны, — вот какие фазы прошла
наша партия в своем развитии. Всем известны слова. Ленина о тбм,
что нам надлежит вести борьбу как с оппортунизмом, так и с «левыми» доктринерами.
Значит ли это, что Ленин был цент [»истом, что он вел политику
центризма? Ясно, что не значит.
Что же собою представляют в таком случае наши правые л «левые» уклонисты? Что касается правого уклона, то это, конечно, не
то, что оппортунизм социал-демократов довоенного периода. Уклон
к оппортунизму не есть еще оппортунизм. Мы знаем, как Ленин
разъяснял в свое время понятие уклон. Уклон вправо — это нечто
такое, что еще не вылилось в оппортунизм и что можно исправить.
ІІоѳтому нельзя отождествлять уклон вправо с законченным оппортунизмом. Что касается «левого» уклона, то он представляет нечто
прямо противоположное тому, что представляли собою крайние
левые во II Интернационале довоенного периода, т. е. большевики.
Они не только не левые без кавычек, они по суга дела то же правые
уклонисты, с той однако разницей, что бессознательно прикрывают
свою действительную нрщюду «левыми» фразами. Было бы преступлением против партии не видеть всей глубины разницы между
«левыми» уклонистами и подлинными ленинцами, единственными
686

левыми (бег кавычек) ь нашей партии. (Голос: «А легализация
уклонов?») Если открытая борьба с уклонами есть легализация, то
надо признать, что Ленин давно нх «легализовал».
Они, эти уклонисты и правые и «левые», рекрутируются кз самых разнообразных элементов непролетарских слоев, элементов,
отражающих давление мелкобуржуазной стихии на партию и разложение отдельных звеньев партии. Часть выходцев из других паргий; люди с троцкистскими тенденциями в партии; осколки былых
фракций в партии; бюрократизирующиеся (и обюрократившиеся)
члены партии в государственном, хозяйственном, кооперативном,
профсоюзном аппарате; смыкающиеся с явно буржуазными элементами этих аппаратов; зажиточные члены партии в наших деревеяеких организациях, срастающиеся с кулачеством, и т. д. и т. п . , —
такова питательная среда уклонов от ленинской линии. Ясно, что
ничего подлинно левого и ленинского не могут воспринять эти
элементы. Они могут вскормить лишь открыто оппортунистический
у м о й или так называемый «левый» уклон, маскирующий свой оппортунизм левыми фразами.
Бот почему борьба на два фронта является единственно правильной политикой партии.
( О т а л и т і . Вопросы лсштптгма. «Об ішдустрналвзацип страны
уклоне в ВКП(б)», стр. 377 — 381. 1928 Г.)

и о Прагой

3. Б О Р Ь Б А Н А Д В А Ф Р О Н Т А В ЭПОХУ Д И К Т А Т У Р Ы
ПРОЛЕТАРИАТА

А. TOD. С т а л и н о б о р ь б е о т р о ц н и з к о з и и п р а в ы м о п п о р т у н и з м о м
в условиях диктатуры пролетариата

Можно подумать, что работа но руководству социалистическим
строительством, работа по проведению в жизнь' генеральной линии
партии проходила у нас в партии спокойно и плавно без борьбы и
напряжении воли. ІІо это неверно, товарищи. На самом деле эта
работа шла в борьбе с внутрипартийными трудностями, в борьбе
со всякого рода уклонами от ленинизма как в области общей политики. так и в области национального вопроса. Наша партия живет
и подвизается не в безвоздушном пространстве. Она живет и подвизается в самой гуще жизни, подвергаясь влиянию окружающей
среды. Л среда у нас состоит, как известно, из различных классов
и социальных групп. Мы предприняли развернутое наступление на
капиталистические элементы, мы продвинули далеко вперед нашу
социалистическую промышленность, мы развернули строительство
совхозов и колхозов. Но такие явления не могут пройти даром для
экеллоата горек их классов. Эти явления обычно сопровождаются
разорением отживающих классов, разорением кулачества в деревне,
сужением поля деятельности мелкобуржуазных слоев города. Понятно, что все это не может не обострить борьбу классов, сопротивление отживающих классов политике советской власти. Было бы
смешно думать, что сопротивление этих классов не найдет того
или иного отражения в рядах нашей партии. II оно, действительно,
находит в партии свое отражение. Отражением сопротивления отживающих классов и является все и всякие уклоны от ленинской
линии, имеющиеся в рядах пашей дартии.

Можно ли вести успешную борьбу с классовыми врагами, не
борясь одновременно с уклонами в палией партии, не преодолевая
этих уклонов.? Нет, нельзя. Нельзя, так как невозможно развернуть
настоящую борьбу с классовыми врагами, имея в тылу их отраженно в партии, оставляя в тылу людей, кѳ верящих в наше дело и
всячески старающихся затормозить наше движение вперед.
Отсюда непримиримая борьба с уклонами от ленинской линия,
как очередная задача партии.
Почему правый уклон является теперь главной опасностью в партии? Потому, что он отражает кулацкую опасность, а кулацкая
опасность в данный момент, в момент развернутого наступления и
корчевки корней капитализма, является основной опасностью в
стране.
Что нужно было сделать ЦК для того, чтобы преодолеть правый
уклон, докапать «левый» уклон и расчистить дорогу для максимального сплочения партии вокруг ленинской лилии?
а) Нужно было, прежде всего, покончить с остатками троцкизма
в партии, с пережитками троцкистской теория. Троцкистскую
группу как оппозицию мы давно уже разгромили и выкинули вой.
Теперь троцкистская группа представляет антштролетарокую и антисоветскую контрреволюционную группу, старательно осведомляющую буржуазию о делах нашей партии. По остатки троцкистской
теории, пережитки троцкизма не вполне еще выветрены из партии.
Так вот, надо было прежде всего покончить с этими пережитками.
В чем состоит существо троцкизма?
Существо троцкизма состоит, прежде всего, в отрицании возможности построения социализма в ООО? силами рабочего класса и
крестьянства нашей страпы. Что это значит? Это значит, иго если
в ближайшее время не подоспеет помощь победоносной мігровой
революция, мы должны будем капитулировать перед буржуазией и
расчистить дорогу для буржуазно-демократической республики.
Стадо быть, мы имеем здесь буржуазное отрицание возможности
построения социализма в нашей стране, прикрываемое «революционной» фразой о победе мировой революции. Можно ли при таких
взглядах поднять миллионные массы рабочего класса на трудовой
энтузиазм, па социалистическое соревнование, на массовое ударничество, на развернутое наступление против капиталистических элементов? Ясно, что нельзя. Было бы глуио думать, что наш рабочий
класс, проделавший три революции, пойдет на трудовой энтузиазм
и массовое ударничество ради того, чтобы унавозить почву для
капитализма. Наш рабочий класс идет на трудовой подъем не ради
капитализма, а ради того, чтобы окончательно похоронить капитализм и построить в СССР социализм. Отнимите у пего уверенность
в возможности построения социализма, и вы уничтожите всякую
почву для соревнования, для трудового подъема, для ударничества.
Отсюда вывод: чтобы поднять рабочий класс на трудовой подъем
и соревнование и организовать развернутое наступление, надо было
прежде всего похоронить буржуазную теорию троцкизма о невозможности построения социализма в нашей стране.
Существо троцкизма состоит, во-вторых, в отрицании возможности вовлечения -основных масс крестьянства в дело социалистического строительства в деревне. Что это значит? Это значит, что

»88

рабочий класс но в силах повести за. собой крестьянство в деле
перевода индивидуальных крестьянских хозяйств на коллективные
рельсы, что если в ближайшее время не подоспеет на помощь рабочему классу победа мировой революции, крестьянство восстановит
старые буржуазные порядки. Стало быть, мы имеем здесь буржуазное отрицание сил и возможностей пролетарской диктатуры повести
крестьянство к социализму, прикрываемое маской «революционных» фраз о победе мировой революции. Можно ли при таких
взглядах поднять крестьянские массы на колхозное движение, организовать массовое колхозное движение, организовать ликвидацию
кулачества как класса? Ясно, что нельзя.
Отсюда вывод: чтобы организовать массовое колхозное движение крестьянства и ликвидировать кулачество, надо было прежде
всего похоронить буржуазную теорию троцкизма о невозможности
приобщения трудящихся масс крестьянства к социализму.
Существо троцкизма состоит, наконец, в отрицании необходимости железной дисциплины в партии, в признании свободы фракционных группировок в партии, в признании необходимости образования троцкистской партии. Для троцкизма ВКП (б) должна быть
не единой и сплоченной боевой партией, а собранием групп и фракций со своими центрами, со своей печатью и т. д. А что это значит?
Это значит провозглашение свободы политических фракций в партии. Это значит, что вслед за свободой политических группировок в
партии должна притпі свобода политических партий в стране, т. е.
буржуазная демократия. Стало быть, мы имеем здесь признание
свободы фракционных группировок в партии вплоть до допущения
политических партий в стране диктатуры пролетариата, прикрываемое фразой о «внутрипартийной демократии», об «улучшении
режима» в партии. То, что свобода фракционной склоки интеллигентских групп не есть еще внутрипартийная демократия, что проводимая партией развернутая самокритика и колоссальная активность партийных масс является проявлением действительной и подлинной внутрипартийной демократии, — этого троцкизму не дано
поняті». Можно ли при таких взглядах па партию обеспечить железную дисциплину в партии, обеспечить железное единство партии,
необходимое для успешной борьбы с классовыми врагами? Ясно,
что нельзя.
Отсюда вывод: чтобы обеспечить железное единство партии и
пролетарскую дисциплину в ней, надо было прежде всего похоронил. организационную теорию троцкизма.
Капитулянтство на деле, как содержание,
«левые» фразы и «револ к>циошіо»-авантюріктские замашки, как форма, прикрывающая
и рекламирующая капитулянтское содержание, — таково существо
троцкизма.
Эта двойственность троцкизма отражает двойственное положение
разоряющейся городской мелкой буржуазии, не терпящей «режима»
диктатуры пролетариата и старающейся либо перескочить «сразу»
в социализм, чтобы избавиться от разорения (отсюда авантюризм
и истерика в политике), либо, если это невозможно, пойти на любые
уступки капитализму (отсюда капитулянтство в политике).
Этой двойственностью троцкизма объясняется тот факт, что
свои
«бешеные»
будто бы атаки против правых
уклонистов
589

троцкизм обычно увенчивает блоком с ними, как с капитулянтам я
без маски.
А что из себя представляют «левые» загибы, имевшие место в
партии в области колхозного движения? Они представляют некоторую, правда бессознательную, попытку воз додать у пас традиции
троцкизма на практике, возродить троцкистское отношение к среднему крестьянству. Они являются результатом той ошибки в политике, которую Ленин называет «переадминистридованнем». Это значит, что некоторые наши товарищи, увлеченные успехами колхозного движения, стали подходить к проблеме колхозного строительства не как строители, а как администраторы но преимуществу,
допустив в виду этого ряд грубейших ошпбок.
У нас существуют в партии люди, которые думают, что не надо
было одергивать «левых» загибщиков. Оки считают, что не надо
было обижать наших работников и противодействовать их увлечению, если даже это увлечение привело к ошибкам. Это чепуха, товарищи. Так могут говорить лишь такие люди, которые хотят обязательно плыть по течению. Это те самые люди, которые никогда
не смогут усвоить ленинской линии — итти прогни течения, когда
этого требует обстановка, когда этого требуют интересы партии.
Это хвостисты, а не ленинцы. Партии потому и удалось повернуть
целые отряды наших товарищей на правильную дорогу, партии потому и удалось выправить ошибки п добиться успехов, это она
решите,тьно пошла против течения во имя проведения в жизнь генеральной линии. Это и есть ленинизм на практике, ленинизм в руководстве.
Вот (почему я думаю, что, не преодолев «левых» загибов, мы не
смогли бы добиться тех успехов в колхозном движении, которые
имеем теперь.
Так обстоит дело с борьбой с остатками троцкизма и тгх отрыжками на практике.
Несколько иначе обстоит дало о вопросом о правом оппортунизме, во главе которого стояли или стоят тт. Бухарин, Рыков и
Томский.
О правых уклонистах нельзя сказать, что опп не признают возможности построения социализма в СССР. Нет, они ее признают, п
в этом пх отличие от троцкистов. Но беда правых уклонистов состоит в том, что, признавая формально возможность построения
социализма в одной стране, они не, хотят признавать тех путей и
средств борьбы, без которых невозможно построить социализм. Они
ие хотят признавать, что всемерное развитие индустрии является
ключом преобразования всего народного хозяйства на началах социализма. Они пе хотят признавать непримиримой классовой борьбы
с капиталистическими элементами и развернутого наступления
социализма на капитализм. Они не понимают, что все эти пути и
средства являются той системой мероприятий, без которых невозможно удержание диктатуры пролетариата и построение социализма в нашей стране. Они ,(умают, что социализм можно построить
втихомолку, самотеком, без классовой борьбы, без наступления на
капиталистические элементы. Они думают, что капиталистические
элементы либо сами отомрут незаметно, либо будут врастать в социализм. А так как таких чудес в истории не бывает, то выходит,

590

что правые уклонисты скатываются va деле на точку зрения отрицания возможности построения социализма в нашей стране.
О правых уклонистах нельзя также говорить, что они отрипают
возможность вовлечения основных масс крестьянства в дело построения социализма в деревне. Нет, они ее признают, и в этом их
отличие от троцкистов. Но, признавая ее формально, оии вместе с
том отрицают те пути и средства, без которых невозможно вовлечение крестьянства в дело построения социализма. Они не хотят
признавать, что совхозы и колхозы являются основным средством
и «столбовой дорогой» вовлечения основных масс крестьянства в
дело построения социализма. Они не хотят признавать, что без проведения в жизнь политики ликвидации кулачества как класса невозможно добиться преобразования деревни на началах социализма. Они думают, что деревню можно перевести на рельсы социализма втихомолку, самотеком, без классовой борьбы, путем одной лишь снабжеігческо-сбытовой кооперации, ибо они уверены, что
кулак сам врастет в социализм. Они думают, что главное теперь не
в высоких темпах развития индустрии и не в колхозах и совхозах,
а в том, чтобы «развязать» рыночную стихию, «раскрепостить» рынок и «снять путы» с индивидуальных хозяйств вплоть до капиталистических элементов деревни. Но так как кулак не может врасти
в социализм, а «раскрепощение» рынка означает вооружение кулачества и разоружение рабочего класса, то выходит, что правые
уклонисты на дем скатываются на точку зрения отрицания возможности вовлечения основных масс крестьянства в дело построения социализма.
Этим, собственно, и объясняется тот факт, что свои петушиные
бои с троцкистами правые уклонисты обычно увенчивают закулисными переговорами с троцкистами насчет б.юка с ними.
Основное зло правого оппортунизма, состоит в том, что он разрывает с ленинским пониманием классовой борьбы и окатывается
на точку зрения мелкобуржуазного либерализма.
Не может быть сомнения, что победа правого уклона в нашей
партии означала бы полное разоружение рабочего класса, вооружение капиталистических элементов в деревне и нарастание шансов
на реставрацию капитализма в ООСР.
Правые уклонисты не стоят на точке зрения образования другой
партии, и в этом их еще одно отличие от троцкистов. Лидеры правых уклоігистов открыто признали свои ошибки и капитулировали
перед партией. Но было бы глупо думать на этом основании, что
правый уклонизм уже похоронен. Сила правого оппортунизма измеряется не этим обстоятельством.
Сил?, правого оппортунизма
состоит в силе мелкобуржуазной гтихнл, в силе напора на партию
со стороны капиталистических элементов вообще, со стороны кулачества— в особенности. И именно потому, что правый уклон отражает сопротивление основных элементов отживающих" классов,
именно поэтому правый уклон ость основная опасность нашего времени в партии.
Вот почему партия сочла/ необходимым повести решительную и
непримиримую борьбу с правым уклоном.
Не может быть сомнения, что' без решительной борьбы с правым
уклоном, без изоляции его .руководящих элементов мы не могли
591

бы добиться мобилизации сил партии и рабочего класса, мобилизации сил бедиоты и середняцких масс крестьянства на. дело развернутого наступления социализма, на дело организации совхозов и
колхозов, на дело восстановления нашей тяжелой индустрии, на
дело ликвидации кулачества как класса.
Так обстоит дело с «левым» и правым уклонами в партии.
Задача состоит в том, чтобы продолжать и впредь непримиримую борьбу на два фронта как с «левыми», представляющими
мелкобуржуазный радикализм, так и с правыми, представляющими
мелкобуржуазный
либерализм.
Задача состоит в том, чтобы продолжать и впредь непримиримую борьбу с тете примиренческими элементами в партии, которые
не понимают или делают вид, что не понимают необходимости решительной борьбы на два фронта.
(Сталин.
Вопросы ленинизма..
ВКП(<5)», стр. 556—563. 1930 г.)

«Политический

отчет

ЦК

XVI

съезду

. . . Некоторые большевики думают, что троцкизм есть фракция
коммунизма, правда, ошибающаяся, делающая немало глупостей,
иногда даже антисоветская, но все же фракция коммунизма. Отсюда некоторый либерализм в отношении троцкистов и троцкистски-мыслящих людей. Едва ли нужно доказывать, что такой взгляд
па троцкизм является глубоко оішгбочным и вредным. На самом
деле троцкизм давно уже перестал быть фракцией коммунизма. На
самом деле троцкизм есть передовой отряд контрреволюционной
буржуазии, ведущей борьбу против коммунизма, против советской
масти, против строительства социализма в СЮСР.
Кто дал контрреволюционной буржуазіш духовное оружие против большевизма в виде тезиса о невозможности построения социализма в нашей стране, в виде тезиса, о неизбежности перерождения большевиков и т. д.? Это оружие дал ой троцкизм. Нельзя
считать случайностью тот факт, что все антисоветские группировки в СССР в своих попытках обосновать неизбежность борьбы
с советской властью ссылались па известный тезис троцкизма о невозможности построения социализма в нашей стране, о неизбежности перерождения советской власти, о вероятности возврата к
капитализму.
Кто дал контрреволюционной буржуазии в С-ССР тактическое
оружие в виде попыток открытых выступлений против советской
власти? Это оружие дали ей троцкисты, пытавшиеся устроить антисоветские демонстрации в Москве и Ленинграде 7 ноября 1927 г.
Это факт, что антисоветские выступления троцкистов подняли дух
у буржуазии и развязали вредительскую работу буржуазных специалистов.
Кто дал контрреволюционной буржуазии организацпотшое оружие в виде попыток устройства подпольных антисоветских организаций? Это оружие дали ей троцкисты, организовавшие свою собственную антибольшевистскую нелегальную группу. Это факт, что
подпольная антисоветская работа троцкистов облегчила организационное оформление антисоветских группировок в СССР.
Троцкизм есть передовой отряд контрреволюционной буржуазии.
Вот почему либерализм в отношении троцкизма, хотя бы и раз-

битого и замаскированного, есть головотяпетво, граничащее с преступленном, изменой рабочему классу.
Вот почему попытки некоторых «литераторов» и «историков»
протащить контрабандой в нашу литературу замаскированный
троцкистский хлам должны встречать со стороны большевиков решительный отпор.
(Сталин.
Вопросы ленинизма.
визма», стр. 612—613. 1931 г.)

<0 некоторых вопросах

истории

больше-

Товарищу ОЛЕХНОВИЧУ
Ваше письмо получил. Отвечаю с запозданием в виду перегруженности работой.
Никак не могу согласиться с Вами, товарищ Олехнович. И вот
почему.
1. Не верно, что «троцкизм никогда фракцией коммунизма не
был». Поскольку троцкисты порвали организационно — хотя бы л
временно — с меньшевизмом, свернули — хотя бы и временно —
своп антибольшевистские взгляды, были приняты в ВКП(б) и Коминтерн и подчинялись решениям этих последних. — троцкизм несомненно был частью, фракцией коммунизма. Троцкизм был фракцией
коммунизма и в широком смысле слова, т. е. как часть мирового
коммунистического движения, сохраняющая свою групповую особенность. и в узком смысле слова, т. е. как более и .та менее организованная фракция внутри ВКП(б), боровшаяся за влияние в партии.
Смешно было бы отрицать всем известные факты о троцкистах, как
о фракции в ВКП (б), зафиксированные в резолюциях съездов и конференций ВКП(б). ВК1І(б) не терпит фракций и не может пойти на
их легализацию? Да. не терпит и не может пойти на пх легализацию.
Но это еще по значит, что троцкисты пе составляли па деле фракцию.
Именно потому, что троцкисты и-мели па деле свою фракцию, за
легализацию которой боролись спи. — именно поэтому — между
прочим поэтому—оказались они потом выброшенными из партии.
Вы пытаетесь отыграться па том, что стараетесь отделить троцкизм от троцкистов, полагая, что то. чтб относится к троцкизму, не
может относиться к троцкистам. Иначе говоря. Вы хотите сказать,
что троцкизм ие был никогда фракцией коммунизма, а Троцкий и
троцкисты были фракцией коммунизма. Это схоластика и самообман, товарищ Олехнович! Ile может существовать троцкизм без носителей троцкизма, — т. е. без троцкистов, так же как не могут
существовать троцкисты без троцкизма, — пусть завуалированного
и свернутого, но все же троцкизма, — в противном случае опи перестали бы быть троцкистами.
В чем состояла характерная черта троцкистов, когда они составляли фракцию коммунизма? Она состояла в том, что троцкисты
«перманентно» колебались между большевизмом и меньшевизмом,
причем колебания эти доходили до высшей точки при каждом повороте партии ri Коминтерна, разражаясь во фракционную борьбу
против партии. Что это значит? Это значит, что троцкисты не были
действительными большевиками, хотя и состояли в партии п подчинялись ее решениям, что их нельзя было также назвать настоящими меньшевиками, хотя они п колебались часто в сторону
38 Леанвввм
®93

меньшевизма. Эти колебания и легли в основу внутрипартийной
борьбы между лениниашг и троцкистами за период пребывания
троцкистов в нашей партии (1917 — 1927 гг.). Основу жо самых колебаний троцкистов составлял тот факт, что, свернув свои антибольшевистские взгляды и дойдя таким образом в партию, троцкисты не отказались все же от этих взглядов, в виду чего они, эти
самые взгляды, давали о себе знать с особенной силой при каждом
повороте партии и Коминтерна.
Вы, очевидно, не согласны с таким толкованием вопроса о троцкизме? Но тогда Вы должны притти к одному из двух неправильных
выводов. Либо Вы должны притти к тому, что, войдя в партию.
Троцкий и троцкисты начисто отказались от своих взглядов и превратились в действительных
большевиков, что неправильно, ибо
при таком предположении становится непонятной и необъяснимой
та непрерывная внутрипартийная борьба троцкистов против партии, которая наполняет весь период пребывания троцкистов в нашей партии. Либо Вы должны притти к тому, что троцкизм (троцкисты) «все время являлся фракцией меньшевизма», что опять-таки
неправильно, так как Ленин и ленинская партия допустили бы
принципиальную
ошибку, приняв меньшевиков
в состав коммунистической партии хотя бы на одну минуту.
2. Не верно, что троцкизм «все время являлся фракцией меньшевизма. одной из разновидностей буржуазной агентуры в рабочем
движении», так же как неправильна Ваша попытка отделить «отношение партии к троцкизму, как к теории и практике буржуазной
агентуры в рабочем движении», от «отношения партии на определенном историческом отрезке времени к Троцкому и троцкистам».
Во-первых, как я уже говорил выше. Вы допускаете ошибку,
ошибку схоластическую, искусственно отрывая троцкизм от троцкистов и наоборот, — троцкистов от троцкизма. История нашей
партии говорит, что такой отрыв, поскольку он допускался той или
иной частью нашей партии, шел всегда и целиком на пользу троцкизму, облегчая последнему прятать концы в воду при вылазках
против партии. Могу сказать Вам на ухо, что Вы окажете Троцкому
и троцкистским контрабандистам величайшую услугу, вводя в
обиход нашей политической практики метод искусственного отрыва
вопроса о троцкизме от вопроса о троцкистах.
Во-вторых, допустив эту ошибку, Вы вынуждены допустить и
другую, вытекающую из нее ошибку, предположив, что «на определеішом историческом отрезке времени» партия рассматривала.
Троцкого и троцкистов как действительных большевиков. Но такое предположение совершений неправильно и в корне несовместимо с фактами из истории внутрипартийной борьбы между троцкистами и ленинцами. Чем объяснить, в таком случае, непрерывную
борьбу между партией и троцкистами за весь период пребывания
троцкистов в партии? Не думаете ли Вы. что это была склока, а не
принципиальная борьба?
Вы видите, что Ваша «поправка» к моему «письму» в редакцию
«Пролетарской Революции» приводит к абсурду.
На самом деле троцкизм был фракцией меньшевизма до вступления троцкистов в нашу партию, он стал временно фракцией
коммунизма после вступления троцкистов в нашу партию, он ста?
594

вновь фракцией меньшевизма после іпгнаттия троцкистов из нашей
партии. «Собака верпулась к своей блевотине».
Огало быть:
а) нельзя утверждать, что «ка определенном историческом отрезке времени» партия считала Троцкого и троцкистов действительными большевиками, ибо такое предположение коренным образом противоречит фактам из истории нашей партии за период
1917—1927 гг.;
б) нельзя считать, что троцкизм (троцкисты) «все время являлся фракцией меньшевизма», ибо такое предположение привело
бы к тому, что в период 1917—1927 гг. партия наша оказалась бы
партией блока между большевиками и меньшевиками, а ие партией
бодьшѳвисгско-монолитной,
что совершенно неправильно и несовместимо с основами большевизма;
в) нельзя искусственно отрывать вопрос о троцкизме от вопроса
о троцкистах, не рискуя превратиться в невольное орудие троцкистских махинаций.
Какой же. выход остается? Остается одпо: согласиться с тем, что
«па определенном историческом отрезке времени» троцкизм представлял фрак даю коммунизма, — фракцию, колебавшуюся между большевизмом и меньшевизмом.
// Сталин.
( С т а . т и п . Ответ т. Отеюговппу. «Большевик» № lfi от 1932 г.)

Б. Особенности б о р ь б ы о оппортунизмом на с о в р е м е н н о м
этапе

Перехожу к вопросу о партии.
Настоящий съезд проходит под флагом полной победы ленинизма,
иод флагом ликвидации остатков аптллепинских группировок.
Разбита и рассеяна анталенипская группа троцкистов. Ее организаторы околачиваются теперь за границей на задворках буржуазных партий.
Разбита и рассеяна антиленинская группа правых уклонистов.
Ее организаторы давно уже отреклись от своих взглядов и теперь всячески стараются загладить свои грехи перед партией.
Разбиты и рассеяны национал-уклонистские группировки. Илорганизаторы либо окончательно спаялись с интервенционистской
эмиграцией, либо принесли лавинную.
Большинство сторонников этих aнтиреволюционных групп вынуждено было признать правильность линии партии и капитулировало
перед партией.
Если на XV* съезде, приходилось еще доказывать правильность
линии партии и вести борьбу с известными антиленинскими группировками. а, па ХѴ*1 съезде — добивать последних приверженцев
этих группировок, то на этом съезде — и доказывать нечего, да, пожалуй,— и бить некого. Все видят, что .линия партии победила.
(Гром аплодисментов. )
Победила политика индустриализации страны. Ее результаты для
всех теперь очевидны. Что можно возразить против этого факта?
Победила политика ликвидации кулачества и оплошной коллективизации. Ее результаты также очевидны для всех. Что можно возразить против этого факта?
Доказано на опыте нашей страны, что победа социализма, в
*

S95

одной, отдельно взятой стране — вполне возможна. Что можно возразить против этого факта?
Очевидно, что все эти успехи и. прежде всего, победа пятилетки
окончательно деморализовали и разбили вирах всо и всякие антиленинские группировки.
Надо признать, что партия сплочена теперь воедино, как никогда
раньше. (Бурные, долго не смолкающие аплодисменты.)
I. В О П Р О С Ы И Д Е Й Н О - П О Л И Т И Ч Е С К О Г О

РУКОВОДСТВА

Значит ли это, однако, что борьба кончена и дальнейшее наступление социализма отпадает, как излишняя вещь?
Нет, не значит.
Значит ли это, что у нас все обстоит в партии благополучно, никаких уклонов не будет в ней больше и — стало быть — можно теперь почить на лаврах?
Нет, не значит.
Врагов партии, оппортунистов всех мастей, национал-уклонистов
всякого рода — разбили.
Но остатки их идеологии живут еще в головах отдельных
членов партии и нередко дают о себе знать. Партию нельзя рассматривать, как нечто оторванное от окружающих людей. Она живет
и подвизается внутри окружающей ее среды. Не удивительно, что
в партию проникают нередко извне нездоровые настроения. А почва
для таких настроений несомненно имеется в нашей стране, хотя бы
потому, что у нас все еще существуют некоторые промежуточные
слои населения как в городе, так и в деревне, представляющие питательную среду для таких настроений.
XVII конференция нашей партии сказала, что одна из осповных
политических задач при осуществлении второй пятилетки состоит
в преодолении пережитков капитализма в экономике и сознании
людей». Это совершенно правильная мысль. Но можно ли сказать,
что мы уже преодолели все пережитки капитализма в экономике?
Нет. нельзя этого сказать. Тем более нельзя сказать, что мы гіреодолсли пережитки капитализма в сознании людей. Нельзя этого сказать не только потому, что сознание людей в его развитии отстает
от их экономического положения, но и потому, что все еще существует капиталистическое окружение, которое старается оживлять
и поддерживать пережитки капитализма в экономике и сознании людей в СССР и против которого мы, большевики — должны все время
держать порох сухим.
Понятно, что эти пережитки не могуч не являться благоприятной
почвой для оживления идеологии разбитых антиленинских групп
в головах отдельных членов нашей партии. Добавьте к этому не очень
высокий теоретический уровень большинства членов нашей иартии,
слабую идеологическую работу партийных органов, загруженность
наших партийных работников чисто практической работой, отнимающую у них возможность пополнить свой теоретический багаж, — п
вы поймете, откуда берется та путаница по ряду вопросов ленинизма
в головах отдельных членов партии, которая нередко проникает в нашу печать и которая облегчает дело оживления остатков идеологии
разбитых анти ленинских групп . . .
596

. . . Взять, например, национальный вопрос.
II здесь также, в области национального вопроса, как и в области
других вопросов, у одной части партии имеется путаница во взглядах, создающая известную опасность. Я говорил о живучести пережитков капитализма. Следует заметить, что пережитки капитализма
в сознании людей гораздо более живучи в области национального
вопроса, чем в 'любой другой области. Оіш более живучи, так как
имеют возможность хорошо маскироваться в национальном костюме. Многие думают, что грехопадение Скрышгика есть единичный
случай, исключение из правила. Это неверно. Грехопадение Скрыпнпка и его группы на Украине пе есть исключение. Такие же вывихи
наблюдаются у отдельных товарищей и в других национальных республиках.
Что значит уклон к национализму, — все равно, идет ли речь об
уклоне к великорусскому национализму или об уклоне к местному
национализму? Уклон к национализму есть приспособление интернационалистской политики рабочего класса к националистской политике буржуазии. Уклон к национализму отражает попытки «своей»
«национальной» буржуазии подорвать советский строй и восстановить капитализм. Источник у обоих уклонов, как видите, — общий.
Это — отход от ленинского интернационализма. Если хотите держать
под огнем оба уклона, надо бить, прение всего! по этому источнику,
по тем, которые отходят от интернационализма — все равно — идет
ли речь об уклоне к местному национализму или об. уклоне к великорусскому национализму. (Бурные аплодисменты.)'
•
Спорят о том, (какой уклон представляет главную опасность, уклон
к великорусскому национализму или уклон к местному национализму? При современных условиях это — формальный'и поэтому
пустой спор. Глупо было бы давать пригодный для всех времен и
условии готовый рецепт о главной и неглавной опасности. Таких
до центов нет вообще в природе. Главную опасность представляет гот
уклон, против которого перестали бороться и которому дали таким
образом разрастись до государственной опасности. (Продолжительные
аплодисменты.)
IIa Украине еще совсем недавпо уклон к украинскому национализму не представлял главной опасности, но когда перестали с ним
бороться п дали ему разрастись до того, что оп сомкнулся с интервенционистами, этот уклон стал главной опасностью. Вопрос о глав-'
ной опасности в области национального вопроса решается не пустопорожними формальными спорами, а марксистским анализом положения дел в данный момент и изучением тех ошибок, которые допущены в этой области.
То же самое надо сказать о правом и «левом» уклоне в области
общей политики. II здесь, как и в других областях, имеется немалая
путаница во взглядах у отдельных членов нашей нартіш. Иногда,
ведя борьбу против правого уклона, отводят руку от «левого» уклона
и ослабляют борьбу с ним, полагая, что он не опасен, или мало опасен. Это серьезная и опасная ошибка. Это уступка «левому» уклону,
недопустимая для члена партии. Это тем более недопустимо, что
в последнее время «левые» окончательно скатились на позицию правых и но сути дела ничем от них уже не отличаются.
Мы всегда заявляли, что «левые» -это те же правые, маскнрую597

я т е свою правизну левыми фразами. Теперь «левые» сами подтверждают это наше заявлеігие. Возьмите прошлогодние номера троцкистского «Бюллетеня». Чего требуют и о чем пишут там господа
троцкисты, в чем выражается их «левая» программа? Они требуют:
роспуска
совхозов, как нерентабельных, роспуска
болыиеѵ
части
колхозов, как дутых, отказа от политики ликвидации
кулачества,
возврата к коицессиопной
политике и сдачи в концессию
целого
ряда наших промышленных предприятий, как нерентабельных.
Вот вам программа презренных трусов и капитулянтов, контрреволюционная программа восстановления капитализма в СССР!
Чем она отличается от программы крайних правых? Ясно, что
ничем. Выходит, что «левые» открыто присоединились к контрреволюционной программе правых для того, чтобы составить с ними блок
и повести совместную борьбу против партии.
Как можно после этого говорить, что «левые» не опасны или мало
опасны?! Не ясно ли, что люди, говорящие такую несуразицу, льют
иоду на мельницу заклятых врагов ленинизма?
Как видите, и здесь, в области уклонов от линии партии, — все
равно, идет ли речь об уклонах по общей политике, или об уклонах
в национальном вопросе, — пережитки капитализма в сознании людей, в том числе в сознании отдельных членов нашей партии — имеют
достаточную живучесть.
Вот вам несколько серьезных и актуальных вопросов нашей идейно-политической работы, по которым имеются в отдельных прослойках партии неясность взглядов, путаница, а то и прямое отклонение
от ленинизма. А ведь это ие единственные вопросы, на которых мож-*
но было бы демонстрировать путаницу во взглядах среди отдельных
членов партии.
Можно ли после этого говорить, что у нас все обстоит в партии
благополучно?
Ясно, что нельзя.
Наши задачи в области идейно-политической работы:
1) Поднять теоретический уровень партии jia должную высоту;
2) Усилить идеологическую работу во всех звеньях партии;
3) Вести неустанную пропаганду ленинизма в рядах партии;
4) Воспитывать парторганизации и окружающий их беспартийный актив в духе ленинского интернационализма;
5) Не замазывать, а критиковать смело отклонения некоторых товарищей от марксизма-ленинизма;
С) Систематически разоблачать идеологию и остатки идеологии
враждебных ленинизму течений.
(С т а л и п.
1934 г.)

«Отчетный

Доклад

XVII

ларгсъезду

о

работе

ЦК

ВКП(б).

4 . Б О Р Ь Б А НА Д В А Ф Р О Н Т А В КОМИНТЕРНЕ
А. Б о л ь ш е в и з а ц и я п а р т и й К о м и н т е р н а и б о р ь б а н а д в а
фронта
I. Р Е З О Л Ю Ц И Я II В С Е М И Р Н О Г О К О Н Г Р Е С С А К О М И Н Т Е Р Н А О РОЛИ
ПАРТИИ В П Р О Л Е Т А Р С К О Й Р Е В О Л Ю Ц И И

Резолюция II всемирного конгресса Коминтерна о роли партии
в пролетарской революции, составленная при ближайшем участии
т. Ленина, является одним из важнейших документов Коммуниоти598

веского Интернационала, сохранившим все свое значение и до сих
пор. Эта резолюция была написана в такой момент, когда Коммунистический Интернационал еще только складывался, когда в него входили еще полусиндикалистские и полуанархистские группы, когда,
с другой стороны, Коминтерн еще только намечал 21 условие и вел
переговоры о вступлении в Коммунистический Интернационал с германскими независимыми и другими полусоциал-демократическими
организациями. Эта резолюция обрисовывала характер и роль партии в пролетарской революции вообще. В настоящее время, когда
Коммунистический Интернационал сложился, когда он провел серьезную работу и против правых и против ультра-левых уклонов, когда
в ряде стран сложились и окрепли массовые коммунистические партии, возникает необходимость формулировать мнение Коммунистического Интернационала не только по вопросу о роли компартии в пролетарской революции вообще, но и о том, как добиться того, чтобы
наши партии в возможно кратчайший срок стали максимально большевистскими партиями.
Не следует забывать, что в 1919—1920 гг. мы имели в Германии
и в Италии партии, примыкающие к Коминтерну. Но эти партии не
смогли справиться с задачами, которые предъявляла к ним история, —
несмотря на громадный стихийный подъем массового движения, —
именно потому, что они не были вполне большевистскими партиями.
II. З А М Е Д Л Е Н Н Ы Й ТЕМП М И Р О В О М Р Е В О Л Ю Ц И И И Л О З У Н Г
БОЛЬШЕВИЗАЦИИ

Уже ко времени III всемирного конгресса Коминтерна начало выясняться, что мы стоим перед полосой более или менее затяжного
развития мировой революции. К V всемирному конгрессу это выяснилось еще с большей ясностью.
При медленном и затяжном темпе развития революции лозунг
большевизации получает не меньшее, а еще большее значение.
Большевик не тот. кто примыкает к партии в момент наибольшего подъема революционной волны. Большевик тот, кто умеет годами. а если нужно, и десятилетиями строить большевистскую партию, также и в годы упадка революционной волны, в годы медленного развития революции. Это не значит, что товарищи, вступившие
» партию в момент подъема революционного вала, не должны уравниваться с остальными, вступившими в партию раньше.
Большевистская партия возникает сама собой в момент достижения революционным валом кульминационнного пункта. Большевистская партия участвует во всей борьбе рабочего класса и складывается в ходе этой борьбы. Правые и колеблющиеся элементы в Коминтерне h около Коминтерна считают, что раз нет быстрого развития революционных событий, то, стало быть, неуместен лозунг
большевизации партий. Они не понимают того, что если темп революционного развития замедляется, если в связи с этим колебания
в известных слоях пролетариата увеличиваются и настроения в пользу контрреволюционной социал-демократии растут, то отсюда с еще
большей необходимостью вытекает лозунг большевизации партий.
Ибо именно при таком положении вещей коммунисты должны с еще
большей настойчивостью работать над тем, чтобы создать оплот
599

против колебаний, удержать в наших рядах лучшие элементы пролетарского авангарда и увеличить их число, удержать самое знамя пролетарской революции и тем самым суметь в самой трудной обстановке
сплотить такое пролетарское ядро, которое будет подготовлять и организовывать пролетарскую революцию при всех и всяких
условиях.
Коммунистическая партия должна быть достаточно гибкой, чтобы,
когда это необходимо, уметь переходить без паники, в порядке к нелегальному положению, не сдавать легко свою легальность, уметь
сочетать легальную работу с нелегальной, уметь пользоваться всякой, самой незначительной «легальной» зацепкой, чтобы прорывать
рамки подполья, становясь во главе открытых массовых движений,
подготовляющих революцию, все время оставаясь при этом верной
своим основным революционным задачам.
В данной обстановке коммунистическим партиям приходится считаться с двумя основными опасностями: с одной стороны, угроза
превратиться в небольшие секты «чистых» коммунистов, обладающих «хорошими» принципами, но не умеющих притти в соприкосновение с массовым рабочим движением данного периода; с другой
стороны, опасность превратиться в бесформенную полусоциал-демократическую партию в тех случаях, когда партия не умеет сочетать борьбу за завоевание широких рабочих масс с верностью принципам коммунизма. Суметь миновать Сциллу сектантства и узости' и
Харибду бесформенности и расплывчатости — это и означает помочь большевизации партии.
III. П Р А В Ы Е О П А С Н О С Т И И У Л Ь Т Р А - Л Е В Ы Е

УКЛОНЫ

Лозунг большевизации партии возник в борьбе с правой
опасностью.
Если бы V конгресс Коминтерна не выступил с такой решительностью против оппортунистических извращений тактики единого
фронта и рабочего правительства, мы стояли бы перед прямой опасностью оппортунистического перерождения некоторых партий Коминтерна, Правильный лозунг 111 конгресса «к массам!» применялся
в течение двух лет в ряде стран настолько неверно, что создалась
реальная опасность подмены самостоятельной тактики коммунизма
политикой «коалиции» коммунисте® с контрреволюционной социалдемократией.
Большевизация партии прежде всего и больше всего должна быті.
и впредь направлена против этих правых извращений, могущих прямо
загубить историческую миссию Коминтерна.
Но большевизация невозможна без борьбы и против ультра-левых уклонов, которые зачастую являются только оппортунизмом паизнанку. Именно в той обстановке, когда все усилия буржуазии и
социал-демократии направлены на то. чтобы ликвидировать «коммунистическую опасность» в массах, ультра-левые уклоны объективно
помогают этому натиску буржуазно-социал-демократической реакции.
Ошибка ультра-левых, например, в вощюсе об участии коммунистов
в реформистских или реакционных профсоюзах могла бы на ряд лет
прямо погубить коммунистические партии. Русский большевизм тоже складывался в борьбе и против оппортунизма., и против мелкобуржуазного «левого» революционизма.
600

(Тезисы V расширенного пленума ИККИ о большевизации.
,

1925 г.)

Б, Т о в . Сталин о б о р ь б е К о м и н т е р н а на д в а ф р о н т а
и нонкретно-истормчесном решении вопроса
о главной опасности

Я думаю, что т. Гансен и Рут Фишер стоят на неправильной
точке зрения. Они требуют, чтобы борьба пропгв правых и ультралевых шла всегда и везде, при всяких условиях, с одинаковой ударной силой, так сказать, по справедливости. Эта точка зрения справедливости и равномерностей удара против правых и ультра-левых
при всяких условиях и при всякой обстановке является ребяческой
точкой зрения. Так не может ставить вопрос политик. Вопрос
о борьбе с правыми и ультра-левыми надо рассматривать не под углом
зрения справедливости, а под углом зрения требований политического
момента, под углом зрения политических потребностей партии в каждый данный момент. Почему во Французской партии борьба с правыми является очередной ударной задачей в данный момент, а в Германской компартии очередной задачей является борьба с ультра-левыми? Потому, что во Французской и Германской компартиях положение неодинаковое. Потому, что политические потребности этих
двух партий в данный момент различны.
Германия недавно только вышла из глубокого революционного
кризиса, когда партия вела борьбу методом прямого натиска. Ншіе
Германская компартия переживает период собирания сил и подготовки масс к будущим решающим боям. Для достижения старых
целей в новой обстановке метод прямого натиска сейчас уже не подходит. Сейчас от Германской компартии требуется переход к методу
обходных движений, имеющих своей целью овладение большинством
рабочего класса в Германии. Естественно, что при таких условиях
в Германии нашлась группа ультра-левых, которая, школьнически
повторяя старый лозунг, не сумела или не хочет приспособиться к новым условиям борьбы, требующим новых приемов работ. Отсюда —
ультра-левые, мешающие партии своей политикой приспособиться
к новым условиям борьбы н открыть себе дорогу к широким массам
германского пролетариата. Либо Германская компартия сломит сопротивление ультра-левых, и тогда она выйдет на широкую дорогу
завоевания большинства рабочего класса, либо она этого не сделает — и тогда она превратят нынешний кризис в хронический и пагубный для партии. Отсюда борьба с ультра-левыми в Германской
компартии как ее очередная задача.
Во Франции мы имеем другое положение. Там глубокого революционного кризиса еще не было. Там шла борьба в рамках легальности, с ее исключительно, или почти исключительно легальными
методами борьбы. Но теперь во Франции наметился кризис. Я имею
в виду марокканскую и сирийскую войну и финансовые затруднения
Франции. Насколько глубок этот кризис, трудно еще сказать. Но
это все-таки кризис, требующий от партии сочетания легальных и
нелегальных условий борьбы, требующий от партии максимума
большевизации. Естественно, что при таких условиях во Французской партии нашлась группа, — я имею в виду группу правых.—
которая не сумела или не хочет приспособиться к новым условиям
борьбы и которая продолжает настаивать по инерции на старых
методах борьбы, как единственно правильных. Это обстоятельство,
конечно, не может не тормозить большевизации Французской
601

компартии. Отсюда правая опасность во Французской компартии,
как очередная опасность. Отсюда задана борьбы с правой опасностью, как ударная задача Французской компартии.
Несколько примеров из истории ВКП. После революции 1905 г.
у нас в партии тоже образовалась ультра-левая группа под пазванием отзовистов, которая не сумела или не хотела приспособиться
к новым условиям борьбы и не признавала метода использования легальных возможностей (Дума, рабочие клубы, страховые кассы и пр.).
Известно, что Ленин вел решительную борьбу с этой группой, и партии удалось выйти на правильную дорогу после того, как она успела
преодолеть эту группу. То же самое, было у нас после революции
1917 г., когда ультра-левая группа выступала против Брестского мира. Известно, что эта группа была разбита нашей партией во главе
с Лениным.
О чем говорят все эти факты? О том, что вопрос о борьбе с правыми и ультра-левыми надо ставить не абстрактно, а конкретно, в зависимости от политической обстановки.
Случайно ли, что французы входят в президиум ИККИ с резолюцией против правых элементов своей партии, а немцы с резолюцией
против ультра-левых? Конечно, не случайно. У кого что болит, тот
о том и говорит.
Поэтому точка зрения справедливости и одинаковости удара на
правых и ультра-левых несостоятельна. Именно поэтому я предложил бы в проекте резолюции об ультра-левых в Германии вычеркнуть фразу, говорящую о том, что в Германской компартии борьба
должна быть заострена в одинаковой степени как против правых,
так и против ультра-левых. Я предлагаю вычеркнуть эту фразу по
той же причине, по которой была вычеркнута из резол ющш о правых во Французской компартии фраза о заострении борьбы против
ультра-левых. Что с правыми и ультра-левыми надо бороться всегда
и везде — это абсолютно правильно.
(Сталин.
О борьбе с правыми и ультра-левыми уклонами.
18 февраля 192С г.)

«Правда» от

В . Б о р ь б а К о м и н т е р н а на д в а ф р о н т а , с п р а в ы м оппортунизмом
нан г л а в н о й о п а с н о с т ь ю в третий период о б щ е г о
кризиса капитализма

. . . Смешно было бы думать, что стабилизация капитализма осталась без изменений. Тем более смешно было бы утверждать, что
стабилизация укрепляется, становится прочной. На самом деле стабилизация капитализма подтачивается и расшатывается с каждым
месяцем, с каждым днем. Обострение борьбы за рынки и сырье, рост
вооружений, рост антагонизма между Америкой и Англией, рост социализма в СССР, полевение рабочего класса капиталистических
стран, полоса забастовок и классовых битв в странах Европы, рост
революционного движения в колониях, в том числе в Индии, росткоммунизма во всех странах мира—все это такие факты, которые
с несомненностью говорят о том, что в странах капитализма нарастают элементы нового революционного подъема.
Отсюда — задача заострения борьбы против социал-демократии,
и прежде всего против ее «левого» крыла как социальной опоры
капитализма. Отсюда — задача заострения борьбы против правых
602

элементов в компартиях как агентуры социал-демократического
влияния. Отсюда — задача заострения борьбы против примиренчества с правым уклоном как убежища оппортунизма в компартиях.
Отсюда — лозунг очищения компартий от социал-демократических
традиций. Отсюда — так называемая новая тактика коммунизма в
профсоюзах. Некоторые товарищи ие понимают смысла и значения
этих лозунгов. Но марксист всегда поймет, что без проведения в
жизнь этих лозунгов немыслима подготовка пролетарских масс к
новым классовым боям, немыслима победа над социал-демократией,
невозможно провести отбор действительных лидеров коммунистического движения, способных повести рабочий класс па борьбу за
свержение капитализма...
. . . Мы говорим, что в Европе назревают условия нового революционного подъема, что это обстоятельство диктует нам новые задачи но усилению борьбы с правым уклоном в компартиях и изгнанию правых уклонистов из партии, по усилению борьбы с примиренчеством, прикрывающим правый уклон, по усилению борьбы с социал-демократическими традициями в компартиях и т. д. и т. п.
Л т. Бухарин нам отвечает, что все это — пустяки, что никаких
таких новых задач нет у нас, что на самом деле дело идет о том,
что большинство ЦК желает «прорабатывать* его, т. е. т. Бухарина. . .
. . . >1 уже говорил, что т. Бухарин не видит и не понимает тех
новых задач Коминтерна но изгнанию правых из компартий, обуздания! примиренчества и очищению компартий от социал-демократических традиций, которые диктуются нарастающими условиями нот
вого революционного подъема. Это положение целиком подтвердилось
нашими разногласиями по вопросам Коминтерна.
С чего начались разногласия в этой области? . .
. . . Я хотел бы отметить четыре основные поправки, внесенные
и тезисы т. Бухарина делегацией ВКП. Я хотел бы отметить эти
основные поправки для того, чтобы яснее демонстрировать характер
разногласий по вопросам Коминтерна.
Первый вопрос — это вопрос о характере стабилизации капитализма. У т. Бухарина выходило в его тезисах так, что ничего нового. расшатывающего капиталистическую стабилизацию, не происходит в данный момент, что, наоборот, капитализм реконструируется и держится в основном более или менее прочно. Ясно, что с
такой характеристикой так называемого третьего периода, т. е.
того периода, который мы теперь переживаем, делегация ВКП не
могла согласиться. Она ле могла согласиться с этим, так как сохранение такой характеристики третьего периода могло бы дать пищѵ
нашим критикам говорить о том. что мы становимся на точку зрения так называемого «оздоровления» капитализма, т. е. на точку
зрения Гильфердинга, па точку зрения, на которой мы, коммунисты,
не можем стоять. В виду этого делегация ВКП внесла поправку, из
которой видно, что капиталистическая стабилизация не прочна и
ие может быль прочной, что она расшатывается и будет расшатываться ходом событий, в виду обострения кризиса мирового капитализма. Этот вопрос имеет, товарищи, решающее значение для секций Коминтерна. Расшатывается или упрочивается капиталистическая стабилизация,— от этого зависит вся установка компартий в
.

ч

603

их повседневной политической работе. Пережидаем ли мы период
упадка революционного движения, период простого собирания сил, или
переживаем период нарастания условий нового революционного подъема, период подготовки рабочего класса к грядущим классовым боям,—
от зтого зависит тактическая установка компартий. Поправка делегации ВКП, принята» потом конгрессом, тем собственно н хороша,
что она дает ясную установку на вторую перспективу, ни перспективу
нарастания условий нового революционного подъема.
Второй ^вопрос — это вопрос о борьбе с социал-демократией.
В тезисах т. Бухарина говорилось о том. что борьба с социал-демократией является одной из основных задач секций Коминтерна.
Это, конечно, верно. Но этого недостаточно. Для того чтобы борьба
с социал-демократией шла с успехом, необходимо заострите вопрос на борьбе с так. называемым «левым» крылом социал-демократии, с тем самым «левым» крылом, которое, играя «левыми» фразами и ловко обманывая таким образом рабочих, тормозит даю
отхода от социал-демократии. Ясно, что без разгрома «левых» социал-демократов невозможно преодоление социал-демократии вообще. А между тем в тезисах т. Бухарина вопрос о «левой» социалдемократии оказался совершенно обойденным. Это. конечно, большой недостаток. Поэтому делегации ВКГІ пришлось внести соответствующую поправку в тезисы т. Бухарина, принятую потом конгрессом.'
Третий вопрос — это вопрос о примиренчестве в секциях Коминтерна. Б тезисах т. Бухарина говорилось о необходимости борьбы с правым: уклоном, но там не оказалось ни единого слова
о борьбе против примиренчества с правым уклоном. Это, конечно, большой недостаток. Дело в том, что, когда объявляется
война правому уклону, правые уклонисты обычно перекрашиваются в примиренцев и ставят партию в затруднительное положение. Чтобы предупредить этот маневр правых уклонистов, необходимо поставить вопрос о решительной борьбе с примиренчеством. Поэтому делегация ВКП сочла необходимым внести соответствующую поправку в тезисы т. Бухарина, принятую потом конгрессом.
Четвертый вопрос — это вопрос о дисциплине. В тезисах т. Бухарина не оказалось упоминания о необходимости сохранения железной дисциплины в компартиях. Это тоже не маловажный недостаток. Почему? Потому, что в период усиления борьбы с правым
уклоном, в период проведения лозунга очищения компартий от
оппортунистических элементов, правые уклонисты обычно организуются во фракцию, создают свою собственную фракционную дисциплину, а дисциплину партии ломают и разрушают. Чтобы огргідить партию от фракционных вылазок правых уклонистов, необходимо поставить вопрос о железной дисциплине партии и о безусловном подчинении членов партии этой дисциплине. Без этого нечего
и думать о серьезной борьбе с правым уклоном. Поэтому делегация
ВКП внесла в тезисы т. Бухарина соответствующую поправку, принятую потом VI конгрессом.
(Сталин.
1929 X.)

604

Вопросы ленинизма. «0 нравом уклоне в ВКП(б)», стр. 38в—393.

/

Успешная борьба против фашизма требует от компартий мобилизации масс иа основе единого фронта снизу против всех форм буржуазной диктатуры, против всех ее реакционных мероприятий, расчищающих путь к открытой фашистской диктатуре. Ола требует быстрого и решительного исправления ошибок, в основном сводящихся
к либеральному противопоставлению фашизма буржуазной демократии и парламентских форм диктатуры буржуазии ее открыто фапгистским формам, что являлось отражением социал-демократических
влияний в коммунистических рядах.
(XI пленум ИККИ.
отчет, т. I, стр. 626.)

«Компартии

и кризис капитализма».

Стенографический

X I пленум ИККИ с удовлетворением отмечает ряд серьезных
политических и организационных достижеиий секций Коммунистического интернационала. Со времени X пленума ИККИ полностью
разгромлены правые в ВКП(б), отражавшие сопротивление капиталистически-реставраторских элементов в СССР социалистическому
наступлению, разбиты правые и примиренческие группировки в компартиях капиталистических стран, отражавшие внутри коммунистического движения давление наступающего капитала и социал-демократии. Все это, способствуя большевистской консолидации секций
КИ на основе успешной борьбы как против остающегося главной
опасностью правого оппортунизма, так и против питающего его «левого» оппортунизма, создало условия для решения важнейшей задачи
компартий — завоевания большинства рабочего класса путем самостоятельного руководства классовыми боями и ликвидации массовой
базы социаі-демократии в целях низвержения капитализма и установления пролетарской диктатуры...
. . . На ряду с этими успехами XI пленум ИККИ должен констатировать ряд крупных слабостей и недочетов в работе большинства
секций Коминтерна, которые в основном находят свое выражение
в отставании от радикализации масс, в недостаточном разоблачении
социал-демократии и сигнализируют особую опасность в условиях
нынешнего более высокого этапа классовой борьбы. Эти недочеты
нашли свое выражение: а) в хвостизме в отношении ряда крупных
революционных движений: выступлений безработных, забастовок л
крестьянских движений; в слабости работы компартий в деревне,
особенно среди сельскохозяйственных рабочих; б) в отставании в
деле мобилизации масс на основе защиты, повседневных
нужд рабочих и недостаточном увязывании борьбы за- эти требования с
борьбой за пролетарскую диктатуру (слабая активность большинства секций КИ в деле проведения международного дня борьбы с
безработицей 25 феврачя); в) в недопустимой пассивности в деле
отпора наступающему фашизму, как это имело место в Финляндии
во время лапуаоского переворота, что было признано и подвергнуто
критике со стороны ЦК и конференции КП Финляндии; г) в оппортунистической пассивности в отношении работы в армии, в борьбе
против опасности империалистической войны и военной интервенции в COOP (в особенности, недостаточное использование большинством компартий процессов «ІІромпартіш» и меньшевиков для усиления этой борьбы); д) в абсолютно недостаточной поддержке со
стороны
компартий
империалистических
стран
революционноосвободительного движения колоний и полуколоний и в слабом
605

участии компартий господствующих наций, в революционно-освободительном движении угнетенных народов европейских стран; е) в
оппортунистической или сектантской недооценке и пренебрежении
исключительно важной работой внутри реформистских профсоюзов;
в недостаточной работе на предприятиях, особенно на крупных заводах решающих отраслей производства, в слабости политической
жизни заводских ячеек; ж) в общей слабости организационной работы, в продолжающемся слабом организационном закреплении политического влияния компартии, в недопустимой пассивности в
дезе преодоления текучести партийных организаций; з) в механическом применении общих директив, без их конкретизации для данной страны и данного конкретного случая классовой борьбы.
Повсюду, где коммунисты проявляют недостаточную активность
в борьбе с правой опасностью внутри партий, шаблонизируя правильную тактику «класс против класса», независимо от уровня коммунистического движения, не конкретизируя ее применения к особым условиям своей страны, отождествляя целиком социал-фашизм
и фашизм, социал-фашистские верхи с рядовой социал-демократической рабочей массой, они ослабляли свое самостоятельное руководство классовыми боями и наступательный характер своей борьбы
против социал-демократии, позволяя ей этим самым делать маневры мнимой борьбы с фашизмом и обманывать идущие за ней
массы.
( X I ішягум ИККИ. «КУгмтгартйи гг кризис капитализма».
отчет, т. I, стр. 631—632.)

Стетографически ft

Необходимо в практике наших партий устранить ряд повторяющихся слабостей и ошибок, тормозящих развертывание их массовой
работы. Главными из этих недостатков и ошибок являются следующие: оторванность большинства; наших партработников от реформистских и других некоммунистических рабочих, фактическое сопротивление работе в реформистских профсоюзах, абстрактность и
шаблонность агитации, печати и особенно лозунгов; неумение практически защищать злободневные интересы рабочих и использовать
актуальные поводы, особенно возбуждающие рабочих, для организации выступлений действительно широких масс, применяя различные
формы борьбы, в зависимости от обстановки; отсутствие смелого применения форм и методов пролетарской демократии для создания единого фронта снизу, с одной стороны, а, с другой — оппортунистическое затушевывание принципиальных разногласий при применении
тактики единого фронта; неумение правильно сочетать борьбу против предпринимателей, против власти и фашистов с борьбой за отвоевание рабочих из-под влияния социал-фашистских агентов буржуазии; недостатки и ошибки в стачечной тактике и стратегии; неумение развивать движение широких масс, из сравнительно элементарных выступлений к все более высоким формам борьбы, крупнейшим экономическим и политическим стачкам и другим революционным действиям.
X I I пленум подчеркивает важность и: неотложную необходимость преодоления недостатков и ошибок в практике компартии.
Необходимо решительное отмежевание, с одной стороны, от правооппортунистического «хвостизма», который нередко обнаруживается;
60S

в капитулянтских настроениях, неверии R возможность революционизирования реформистских работах масс, а, с другой стороны, от
« ле во »-о тюрту н и стач ее к о го субъекта вн.зма, который хочет заменить
необходимую трудную работу большевистского воспитания и мобилизации масс пустыми фразами о развертывании революционных
боев вместо действительного развертывания этих боев путем организации и завоевания руководства повседневной борьбой рабочих и крестьян. Правильная большевистская массовая политика
осуществляется в непримиримой борьбе с правым оппортунизмом
как главной опасностью и с левацкими отклонениями от линии Коминтерна.
Нынешняя обстановка чревата внезаппыми взрывами и крутыми
поворотами событий. Это обязывает каждую компартию быть готовой к тому, чтобы при быстром наступлении революционных событий
быстро менять формы и методы борьбы и в случае недостаточной
связи с массами добиться в ходе самой борьбы создания и укрепления связи с большинством рабочих.
(XII пленум ИК.КП. «Телнсы тто докладу т. Куусннена».
отпет, т. III, стр. 166—167.)

Стенографический

Развертывание экономической борьбы пролетариата в условиях
конца капиталистической стабилизации сугубо требует от коммунистического авангарда ясной и четкой борьбы с оппортунизмом, который становится тем опаснее, чем выше подъем революционной
борьбы пролетариата. Приспособление к идеологии и политике социалдемократии, капитулянтство перед реформистской нрофбюрократаей
в деле самостоятельного руководства экономической борьбой пролетариата. доверчиво^ отношение к «левым» маневрам реформистской
иро(|)бюрократии (в частности к лозунгу «демонстративной всеобщей
•забастовки»), отказ от увязки частичных экономических требований
с обще классовыми лозунгами, тактика «блока» с реформистской
нрофбюрократаей вместо политики единого фронта снизу, отказ от
создания РГЮ под флагом защиты единства профдвижения, наконец
отказ от руководящей роли компартий в революционных профорганизациях и замазывание .лица компартии в экономических боях составляют главную опасность на данном этапе развития революционной борьбы пролетариата..
Необходимым условием успешной борьбы с этой главной опасностью правого оппортунизма является решительпая борьба с «лев о » — оппортунистическими уклонами, находящими свое выражение
в левацкой «теории» о «сплошной реакционной массе» оргаішзованшых в реформистских союзах рабочих, в сектантоко-левацкой недооценке тактики единого фронта, в утверждении о том, что реформистские профсоюзы являются «школой капитализма», в сектантском отношении к работе внутри реформистских профсоюзов, сводящем всю работу в реформистских союзах к разрушению аппарата, в бюрократическом, игнорировании методов пролетарской демократии.
(Резшітцігя XII плшума ИККИ.)

»

СТИЛЬ

В

РАБОТЕ

-а) Русский
революционный
размах (против
рутины к рабского
отношения
к
традициям).
б) Американская
деловитость
и четкость
в работе
(против
расхлябанного
-авось-неб ось» ).
в) Первое
без второго
растекается
в
революционную
фразеологию
и маниловщину,
второе
без первого — в узкий практицизм
и
беспринципное
делячество.
г) Синтез первого
и второго
дает стиль
ленинизма в партийной
и государственной
работе,
тип работника-ленинца»
(Сталин.
План
семинара
в Коммунистическом
университете
им.
Свердлова).

i. т о в . с т а л и н о б о л ь ш е в и с т с к о м с т и л е
партийной и государственной работы
Речь идет не о литературном стиле. Я имею в виду стиль в работе-, то особенное и своеобразное в практике ленинизма, которое создает особый тип ленинца-работника. Ленинизм есть теоретическая
и .практическая школа, вырабатывающая особый тип партийного и государственного работника, создающая особый, ленинский стиль в работе. В чем состоят характерные черты этого стиля? Каковы его
особенности?
Этих особенностей две: а) русский революционный размах и б) американская деловитость. Огиль ленинизма состоит в соединении этих
двух особенностей в партийной и государственной работе.
Русский революционный размах является противоядием против
косности, рутины, консерватизма, застоя мысли, рабского отношения к дедовским традициям. Русский революционный размах —
это та живительная сила, которая будит мысль, двигает вперед, ломает прошлое, дает перспективу. Без него невозможно никакое
движение вперед. Но он имеет все шансы выродиться на практике
в пустую «революционную» маниловщину, если не соединить его
с американской деловитостью в работе. Примеров такого вырождения— хоть отбавляй. Кому не известна болезнь «революционного»
сочинительства и «революционного» плалотворчества, имеющая
своим источником веру в силу декрета, могущего все устроите и всо
переделать? Один из русских писателей, И. Эренбург, изобразил
в рассказе «Ускомчел» (усовершенствованный коммунистический человек) тин одержимого этой болезнью «большевика», который задался целью набросать схему идеально-усовершенствованного человека и . . . «утоп» в этой «работе». В-рассказе имеется большое
преувеличение, но что он верно схватывает болезнь — это несомненно. Но никто, кажется, не издевался над такими больными так зло
и беспощадно, как Ленин. «Коммунистическое чванство» — так тротировал он эту болезненную веру в сочинительство и декретотворчесгво.
60S

Коммунистическое чванство — -значит т о , — говорит Ленин, — ч т о человек,
состоя в коммунистической партии и не будучи еще оттуда вычищен, воображает, что вое задачи свои он может решить коммунистическим декретированием» (см. т. X X V I I , стр. 50—51).

«Революционному» пустозвонству Ленин обычно противопоставлял простые и будничные дела, подчеркивая этим, что «революционное» сочинительство противно и духу, и букве подлинного ленинизма.
«Поменьше пышных фраз, — говорит Ленин, — побольше простого, будничного д о т а . . .
Поменьше политической трескотни, побольше внимания самым
простым, но ж и в ы м . . .
фактам коммунистического
строительства...»
(см.
т. X X I V , стр. 343 и 335).

Американская деловитость является, наоборот, противоядием
против «революционной» маниловщины и фантастического сочинительства. Американская деловитость — это та неукротимая сила,
которая не знает и не признает преград, которая размывает своей
деловитой настойчивостью все и всякие препятствия, которая не
может не довести до конца раз начатое дело, если это даже небольшое дело, без которой немыслима серьезная строительная работа.
Но американская деловитость имеет все шансы выродиться в узкое
и беспринципное делячество, если ее не соединить с русским револ юционным размахом. Кому не известна болезнь узкого практицизма и беспринципного делячества, приводящего нередко некоторых «большевиков» к перерождению и к отходу их от дела революции? Эта своеобразная болезнь получила свое отражение в рассказе Б. Пильняка «Голый год», где изображены типы русских
«большевиков», полных воли и практической решимости, «фундирующих» весьма «энегрично», но лишенных перспективы, не знающих «что к чему» и сбивающихся, в виду этого, с пути революционной работы. Никто так едко не издевался над этой деляческой болезнью, как Ленин. «Узколобый практицизм», «безголовое делячество»— так третировал згу болезнь Ленин. Он противопоставлял
ей обычно живое революционное дело и необходимость революционных перспектив во всех делах нашей повседневной работы, подчеркивая тем самым, что беспринципное делячество столь же противно подлинному ленинизму, сколь противно «революционное» сочинительство.
Соединение русского революционного размаха с американскою
деловитостью — в этом суть ленинизма в партийной и государственной работе.
Только такое соединение дает нам законченный тип работникаленинца, стиль ленинизма в работе
1924

(Сталин.
Г.)

Воігросы

ленинизма.

«Об

основах

ленинизма»,

стр.

74—75.

ii. т и п р а б о т н и к а - л е н и н ц а к а к о б р а з е ц
синтеза русского революционного
размаха и американской деловитости
I. С Т А Л И Н

О

ЛЕНИНЕ

Товарищи! Мне сказали, что у вас тут устроен вечер воспоминаний о .Ленине, а я приглашен на вечер в качестве одного из
3D

Лонгснипм

609

докладчиков. Я полагаю, что нет необходимости представить свло-'
кн.ft доклад о деятельности Л е н т а . Я думаю, что было бы лучше
ограничиться сообщением ряда фактов, отмечающих некоторые особенности Ленина как человека и как деятеля. Между этими фактами, может быть, и не будет внутренней связи, по это не может
иметь решающего значения для того, чтобы получить общее представление о Ленине. Во всяком случае, я не имею возможности
в данном случае дать вам больше того, что обещал вышо.
ГОРНЫЙ

ОРЕЛ

Впервые я позпакомился с. Лениным в Ю'Об г. Правда, это знакомство было не .личное, а заочное, в порядке переписки. Но оно
оставило во мне неизгладимое впечатление, которое не покидало
меня за все время моей работы в партии. Я находился тогда в Сибири
в ссылке. Знакомство с революционной деятельностью Ленина с
конца 90-х годов и особенно после 1901 г. после издания «Искры»,
привело меня к убеждению, что мы имеем в лицо Ленина человека
необыкновенного. Он по был тогда в моих глазах простым руководителем партии, он был ее фактическим создателем, ибо он один
понимал внутреннюю сущность п неотложные нужды нашей партии. Когда я сравнивал его с остальными руководителями нашей
партии, мне вое время казалось, что соратники Ленина — Плеханов,
Мартов, Аксельрод и др. — стоят іпгже Ленина целой головой, что
Ленин в сравнении с ними не просто один из руководителей, а руководитель высшего типа, горный орел, но знающий страха в
борьбе и смело ведущий вперед партию по неизведанным путям
русского революционного движения. Это впечатление так глубоко
запало мне в душу, что я почувствовал необходимость написать о
нем одному своему бливкому другу, находившемуся тогда в эмиграции, требуя от него отзыва- Через несколько времени, будучи уже
в ссылке в Сибири, — это было в конце 1903 г., — я получил восторженный ответ от моего друга и простое, но глубоко содержательное письмо Ленина, которого, как оказалось, познакомил мой
друг с моим письмом. Письмецо Лепила было сравнительно небольшое, но оно давало смелую, бесстрашную критику практике нашей
партии и замечательно ясное, и сжатое изложение всего плана работы партии па ближайший период. Только Ленин умел писать о
самых запутанных вещах так просто и ясно, сжато и смело, когда,
каждая фраза не говорит, а стреляет. Это простое и смелое письмецо
еще больше укрепило меня в том. что мы имеем в лице Ленина
горного орла нашей партии. Не могу себе простить, что это письмо
Ленина, как и многие другие письма, но привычке старого подпольщика, я предал сожжению. С этого времени началось мое знакомство с Лениным.
СКРОМНОСТЬ

Впервые я встретился с Лениным в декабре ИЮГ> г. на конференции большевиков в Таммерфорсе (в Финляндии). Я надеялся увидеть горного орла нашей партии, великого человека, великого не
только политически, но, если угодно, и физически, ибо Ленин
рисовался в моем воображении в виде великана, статного и
610

представительного. Каково же било мое. разочарование, когда я увидел самого обыкновенного человека, ниже среднего роста, ничем,
буквально ничем не отличающегося от обыкновенных смертных...
Принято, что «великий человек» обычно должен запаздывать на
собрания, с тем. чтобы члены собрания с вамиранием сердца ждали
его появления, причем перед появлением великого человека члены
собрания предупреждают: « т с с . . . тише... он идет». Эта обрядность
казалась мне не лишней, ибо она импонирует, внушает уважение.
Каково иге было мое ра;ючаровашіе, когда я узнал, что Ленин
явился на собрание раньше делегатов, и, забившись где-то в углу,
по-простецки ведет беседу, самую обыкновенную беседу с самыми
обыкновенными делегатами конференции. Не скрою, что это показалось мне тогда некоторым нарушением некоторых необходимых
правил.
Только впоследствии я понял, что эта простота н скромность
Ленина, это стремление остаться незаметным или, во всяком случае,
но бросаться в глаза и не подчеркивать свое высокое положение,— эта черта представляет одну из самых сильных сторон Ленина, как нового вождя новых масс, ішостых и обыкновенных масс
глубочайших «низов» человечества.
СИЛА ЛОГИКИ

Замечательны были две речи Ленина, произнесенные на этой
конференции: о текущем моменте и об аграрном вопросе. Они, к сожалению, не. сохранились. Это были вдохновенные речи, приведшие в бурный восторг всю конференцию. Необычайная сила убеждения, простота и ясность аргументации, короткие и всем понятные фразы, отсутствие рисовки, отсутствие головокружительных жестов и эффектных фраз, бьющих на впечатление, — всА это выгодно
отличало речи Ленина от речей обычных «парламентских» ораторов.
По меня пленила тогда не. эта сторона речей Ленина. Меня пленила та непреодолимая сила логики в речах Ленина, которая несколько сухо, но зато основательно овладевает аудиторией, постепенно электризует ее и йотом берет ее в плен, как говорят, без
остатка. Я помню, как говорили тогда многие из делегатов: «Логика в речах Ленина — это какие-то всесильные щупальца, которые
охватывают тебя со всех сторон клещами и из объятий которых
нет мочи вырваться: либо сдавайся, іігоо решайся на полный
провал».
Я думаю, что эта особенность в речах Ленина является самой
сильной стороной его ораторского искусства.
БЕЗ

ХНЫКАНИЯ

Второй раз встретил я Ленина в 1906 г. на Стокгольмском съезде
нашей партии. Известно, что на этом съезде большевики остались
в меньшинстве, потерпели поражение. Я впервые видел тогда Ленина в |юли побежденного. Он ни на поту не походил на тех
вождей, которые хныкают и унывают после поражения. Наоборот,
поражение превратило Ленина в сгусток энергии, вдохновляющий
своих сторонников к. новым боям, к будущей победе. Я говорю о
поражении Ленина. По какое это бы ло поражение? Надо было поглядеть па противников Ленина, победителей на Стокгольмском
611

съездб—Плеханова. Аксельродя, Мартова и других: они очень
мало походили на действительных победителей, ибо Ленин в своей
беспощадной критике меньшевизма не оставил на них, как говорится, живого места. Я помню, как мы, делегаты-боЛьшевики, сбившись в кучу, глядели на Ленина, спрашивая у него совета. В речах некоторых делегатов сквозили усталость, уныние. Помнится,
как Ленин в ответ на такие речи едко процедил сквозь зубы: «не
хныкайте, товарищи, мы наверняка победим, ибо мы правы». Ненависть к хныкающим интеллигентам, вера, в свои силы, вера в победу, — вот о чем говорил тогда с нами Ленин. Чувсгвовалооь, что
поражение большевиков является временным, что большевики должны
победить в ближайшем будущем.
«Не хныкать по случаю поражения» — это та самая особенность
в деятельности Ленина, которая помогала ему сплачивать вокруг себя
преданную до конца и веряшую в свои силы армию.
Б Е З КИЧЛИВОСТИ

На следующем съезде, в 1907 г., в Лондоне большевики оказались победителями. Я впервые видел тогда Ленина в роли победителя. Обычно победа кружит голову иным вождям, делает их заносчивыми и кичливыми. Чаще всего в таких случаях начинают
торжествовать победу, почивать на лаврах. ІІо Ленин ни на. йоту
не походил на. таких вождей. Наоборот, именно после победы становился он особенно бдительным и настороженным. Помнится, как
Ленин настойчиво внушал тогда делегатам: «Первое дело—пе
увлекаться победой и не кичиться; второе дело — закрепить за собой победу; третье — добить противника, ибо он только побит, но
далеко еще не добит». Он едко высмеивал тех делегатов, которые
легкомысленно уверяли, что «отныне с меньшевиками покончено».
Ему не трудно' было доказать, что меньшевики все еще имеют
корни в рабочем движении, что с ними надо бороться умеючи, всячески избегая переоценки своих сил и особенно недооценки сил противника.
«Не кичиться победой» — это та самая особенность в характере
Ленина, которая помогала ему трезво взвешивать силы противника
и страховать партию от возможных неожиданностей.
ПРИНЦИПИАЛЬНОСТЬ

Вожди партии не могут не дорожить мнением большинства
своей партии. Большинство—-ото сила, с которой не может не считаться вождь. Ленин это понимал не хуже, чем всякий другой руководитель партии. Но Ленин никогда не становился пленником большинства, особенно, когда это большинство ие имело под собой
принципиальной основы. Бывали моменты в истории нашей партии,
когда мнение большинства или минутные интересы партия приходили в конфликт с коренными интересами пролетариата. В таких
случаях Ленин, не задумываясь, решительно становился на сторону
припципиалыюсти против большинства партии. Более того, — он побоялся выступать в таких случаях буквально один против всех, рассчитывая на то, — как он часто говорил об этом, — что «принципиальная политика есть единственно правильная политика».
еі2

О.обеппо характерны в этом отношении два следующих факта:
Первый факт. Период 1909—1911 гг., когда партия, разбитая .
контрреволюцией, переживала полное разложение. Это был период
безверия в партию, период повального бегства из партии ие только
интеллигентов, но отчасти и рабочих, период отрицания подполья,
период ликвидаторства и развала. Не только меньшевики, но и
большевики представляли тогда целый ряд фракций и течений,
большей частью оторванных от рабочего движения. Известно, что и
/лот именно период возникла идея полной ликвидации подполья и
организации рабочих в легальную, либеральную столыпинскую /партию. Ленин был тогда единственным, который не поддался общему
поветрию и высоко держал знамя партийности, собирая разрозненные и разбитые силы партии с удивительным терпением и с небывалым упорством, воюя против всех и всяких антипартийных течений внутри рабочего движения, отстаивая партийность с небывалым мужеством и с невиданной настойчивостью.
Известно, что в этом спорт за партийность Ленин оказался потом победителем.
Второй факт. Период 1914—1917 гг., период разгара империалистской войны, когда все, или почти все, социал-демократичеокие
и социалистические партии, поддавшись общему патриотическому
угару, отдали себя на услужение отечественному империализму.
Это был период, когда II Интернационал склонил свои знамена перед капиталом, когда перед шовинистической волной не устояли
даже такие люди, как Плеханов, Каутский. Гэд и другие. Ленин был
тогда единственным или почти единственным, который поднял решительную борьбу против социал-шовинизма и социал-пацифизма,
разоблачал измену Гэдов и Каутских и клеймил половинчатость
межеумочных «революционеров». Ленин понимал, что он имеет за
собой незначительное меньшинство, но это не имело для него решающего значения, ибо он знал, что единственно верной политикой, имеющей за собой будущность, является политика последовательного интернационализма, ибо он знал, что принципиальная политика есть единственно правильная политика.
Известно, что и в этом спорт за новый Интернационал Ленин оказался победителем.
ѵ
«Принципиальная политика есть единственно правильная политика» — это та самая формула, при помощи которой Ленин брал приступом новые «неприступные» позиции, завоевывая на сторону революционного марксизма лучшие элементы пролетариата.
ВЕРА В МАССЫ

Теоретики и вожди партии, знающие историю народа, проштудировавшие историю революций от начала до конца, бывают иногда
одержимы одной неприличной болезнью. Болезнь эта называется
боязнью масс, неверием в творческие способности масс. IIa этой
почве возникает иногда некий аристократизм вождей в отношении
к массам, неискушенным в истории революций, но призванным ломать старое и строить новое. Боязнь, что стихия может разбушеваться, что массы могут «поломать много лишнего», желание разыграть роль мамки, старающейся учить массы по книжкам, но пе
613

желающей учиться у масс, — такова основа этого рода аристокра, хпзма.
Ленин представлял полную противоположность таким воясдям.
Я не знаю другого революционера, который так глубоко верил бы
в творческие силы пролетариата и в революционную целесообразность его классового инстинкта, как Ленин. Я не знаю другого революционера. который умел бы так беспощадно бичевать самодовольных критиков «хаоса революции» и «вакханалии самочинных
действий масс», как Ленин. Помнится, как во время одной беседы,
в ответ на замечание одного из товарищей, что «после революции
должен установиться нормальный порядок». Ленин саркастически
заметил: «Беда, если люди, желающие быть революционерами, забывают, что наиболее нормальным порядком в истории является порядок революции».
Отсюда пренебрежительное отношение Ленина ко всем тем. которые старались свысока смотреть на массы и учить их по книжкам. Отсюда неустанная проповедь Ленина: учиться у м а е ,
осмыслить их действия, тщательно изучать практический опыт борьбы масс.
Вера в творческие силы масс — это та самая особенность деятельности Ленина, которая давала ему возможность осмыслить стихию и
направлять ее движение в русло пролетарской революции.'
ГЕНИЙ

РЕВОЛЮЦИИ

Ленин был рожден для революции. Он был поистине гением революционных взрывов и величайшим мастером революционного
руководства. Никогда он не чувствовал себя так свободно и радостно, как в эпоху революционных Потрясений. Этим я вовсе не
хочу сказать, что Ленин одинаково одобрял всякое революционное
потрясение или что он всегда и при всяких условиях стоял за. революционные взрывы. Нисколько. Этим я хочу лишь сказать, что никогда гениальная прозорливость Левина не проявлялась так полно
и отчетливо, как во время революционных взрывов. H дня революционных поворотов он буквально расцветал, становился ясновидцем,
предугадывал движение классов и вероятные зигзаги революции,
видя их, как на ладони. Недаром говорится в наших партийных кругах, что «Ильич умеет плавать в волнах революции, как рыба в
воде».
Отсюда «поразительная» ясность тактических лозунгов и «головокружительная» смелость революционных замыслов Ленина.
Вспоминаются дра особенно характерных факта, отмечающих эту
особенность Ленина.
Первый факт. Период перед Октябрьским переворотом, когда миллионы рабочих, крестьян и солдат, подгоняемые кризисом в тылу
и на фронте, требовали мира и свободы; когда генералитет и буржуазия подготовляли военную диктатуру в интересах «войны до
конца»; когда все так называемое «общественное мнение», все так
называемые «социалистические партии» стояли против большевиков,
іретируя их «немецкими шпионами»; когда Керенский пытался
загнать в подполье — и отчасти уже успел загнать — партию большевиков; когда все еще .могучие дисциплинированные армии австрогерманской коалиции стояли против наших усталых и разлагавшихся
SI4

армий, a саладно-евроцейскиѳ «социалисты» благополучно пребывали в блоке со своими правительствами в интересах «войны до
латной победы»...
Что значило поднять восстание в такой момент?
Поднять восстание в такой обстановке — это значит поставить все
на карту. Но Ленин не боялся рискнуть, ибо ои знал, видел своим
ясновидящим взором, что восстание неизбежно, что восстание победит, что восстание в России подготовит конец империалистской
войны, что восстание в России всколыхнет измученные массы Запада, что восстание в России превратит войну империалистскую
і; войну гражданскую, что восстание даст республику советов, что
республика советов дослужит оплотом революционного движения во
воем мире.
Известно, что это революционное предвидение Ленина сбылось впоследствии с невиданной точностью.
Второй факт. Первые дни после Октябрьскбй революции, когда
Совет народных комиссаров пытался заставить мятежного генерала, главнокомандующего Духонина, прекратить военные действия
и открыть переговоры с немцами о перемирии. Помнится, как
Ленин, Крыленко (будущий главнокомандующий) и я отправились
и Главный штаб в Питере к проводу для переговоров с Духониным. Минута была жуткая. Духонин и Ставка категорически отказались выполнить приказ Совнаркома. Командный состав армии
находился целиком в руках Ставки. Что касается солдат, то неизвестно было, что скажет 12-миллионная армия, подчиненная так называемым армейским организациям, настроенным против советской
зласти. В самом Питере, как известно, назревало тогда восстание
юнкеров. Кроме того. Керенский шел на Питер войной. Помнится,
как. после некоторой паузы у провода лицо Ленина озарилось каким-то необычайным светом. Видно было, что он уже принял решение. «Пойдем на радио-станцию, — сказал Ленин, — она нам сослужит пользу: мы сместим в специальном приказе генерала. Духонина,
назначим на его место главнокомандующим товарища Крыленко и
обратимся к солдатам через голову командного состава с призывом — окружить генералов, прекратить военные действия,' связаться с австро-германскими солдатами и взять дело мира в свои
собственные руки».
Это был «скачок в неизвестность». Но Ленин не боялся «скачка»,
наоборот, он шел ему навстречу, ибо он знал, что армия хочет мира, и она завоюет мир, сметая ио пути к миру все и всякие препятствия, ибо он знал, что такой способ утверждения мира не пройдет
даром для австро-германских солдат, что он развяжет тягу к миру
па всех без исключения фронтах.
Известно, что это революционное предвидеппе Ленина также сбылось впоследствии со всей точностью.
Гениальная прозорливость, способность быстро схватывать и
разгадывать внутренний смысл надвигающихся событий — это то
самое свойство Ленина, которое помогало ему намечать правильную
стратегию и ясную линию поведения па поворотах революционного
движения.
'
- "
( С т а л и н . О Лещине. Гель, произнесенная
„1934 т., стр. 20—30.),

января 1924 г, ИМЭЛ, изд.

2 . ЛЕНИН О СВЕРДЛОВЕ

Товарищи! В день, когда рабочие всего мира чествуют героический подъем Парижской Коммуны и ее трагический конец, нам
приходится хоронить Якова Михайловича Свердлова. Тов. Свердлову
довелось в ходе нашей революции, в ее победах, •выразить полнее
и цельнее, чем кому бы то ни было другому, самые главные и самые
существенные черты пролетарской революции, и именно* в этом
в еще гораздо большей степени, чем в его беззаветной преданности
революционному делу, заключается значение этого вождя пролетарской революции.
Товарищи! На взгляд людей, поверхностно судящих, на взгляд
многочисленных врагов нашей 'революция', или "тех, кто и доныне
колеблется между революцией и ее противниками, — на взгляд этих
людей более всего бросается в глаза та черта революции, которая
выразилась в решительной, беспощадно-твердой расправе с экоплоататорами я врагами трудового народа. Нет сомнения, что без этой
черты, — без революционного насилия, — пролетариат не смог бы
победить, но также не может быть сомнения и в том, что революционное насилие представляло из себя необходимый и законный
прием революции лишь в определенные моменты ее развития, лишь
при налитая определенных и особых условий, тогда как гораздо
более глубоким, постоянным свойством этой революции и условием
ее побед являлась и остается организация пролетарских масс, организация трудящихся. Вот в этой организации миллионов трудящихся п заключаются наилучшие условия революции, самый глубокий источник ее побед. Эта. черта пролетарской революции и выдвинула в ходе борьбы таких вождей, которые всего больше воплотили эту невиданную раньше в революции особенность—'Организацию масс. Эта черта пролетарской революции выдвинута и такого
человека, как Я. М. Свердлов, который прежде всего и больше всего
был организатором.
Товарищи! Нам, русским особенно в тяжелые для революции
времена продолжительной, иногда, мучительной и непомерно долгой
подготовки революции, нам приходилось больше всего страдать от
* расхождения между теорией, принципами, программой л делом,
нам приходилось чаще всего страдать от чрезмерного погружения
в теорию, оторванную от непосредственного действия.
История русского революционного движения в течение многих
десятилетий знает мартиролог людей, преданных революционному
делу, но не имевших возможности найти практического применения своим революционным идеалам. И в этом отношении пролетарская революция впервые дала прежним одиночкам, героям революционной борьбы настоящую почву, настоящую базу, настоящую
обстановку, настоящую аудиторию и настоящую пролетарскую армию, где эти вожди могли проявить себя. В этом отношении всего
больше выделяются именно те вожди, которые сумели, как практически действующие организаторы, завоевать себе такое исключительно выдающееся место, какое завоевал и каким пользовался по
праву Я. М. Свердлов.
Если мы бросим взгляд на жизненный путь этого вождя пролетарской. революции, то увидим сразу, что его замечательный
организаторский тадант выработался в ходе долгой борьбы, что
616

этот вождь пролетарской революции каждое из своих замечательных свойств крупного революционера выковывал сам, переживши и
испытавши различные эпохи в наиболее тяжелых условиях деятельности революционера. В (первый период своей деятельности, еще
совсем юношей, он, едва проникнувшись политическим сознанием,
сразу и целиком отдался революции. В эту эпоху, в самом начале
X X века, перед нами был т. Свердлов, как наиболее отчеканенный
тин профессионального революционера, — человека, целиком порвавшего с семьей, со всеми удобствами и привычками старого
буржуазного общества, человека, который целиком и беззаветно
отдался революции и в долгие годы, даже десятилетия, переходя
из тюрьмы в ссылку и из ссылки в тюрьму, выковавшего в себе те
свойства, которые закаляли революционеров на долгие и долгие
годы.
Но этот профессиональный революционер никогда, ни на минуту не отрывался от масс. Если условия царизма и обрекали его,
как и всех тогдашних революционеров, на деятельность и преимущественно подпольную, нелегальную, то и в этой подпольной и нелегальной деятельности т. Свердлов шел всегда плечо к плечу и рука
об руку с передовыми рабочими, которые как раз с начала X X века
стали заменять собой прежнее поколение революционеров из среды
интеллигенции.
Именно в это время передовые 'рабочие выступили на работу
десятками и сотнями и воспитали в себе ту закаленность в революционной борьбе, без которой, вместе с крепчайшей связанностью
с массами, не могло бы быть успешной революции пролетариата
в России. Именно этот долгий путь нелегальной работы больше всего
характерен для человека, который, постоянно участвуя в борьбе,
никогда не отрывался от масс, никогда не покидал России, действовал всегда с лучшими из рабочих и умел, несмотря на ту оторванность от жизни, на которую осуждали революционера преследования,— умел выработать в себе не только любимого рабочими вождя, который шире всего и больше всего знал практику, но и организатора передовых пролетариев. II если некоторые думали —
чаще всего так думали наши -противники, или колеблющиеся люди. — что эта полная поглощенность нелегальной работой, что эта
черта профессионального революционера отрывает его от масс, то
именно образец революционной деятельности Я. М. Свердлова и
показывает нам, насколько глубоко ошибочным является этот
взгляд, насколько, наоборот именно та беззаветная преданность
революционному делу, которую знаменовала жизнь обошедших
многие тюрьмы и самые отдаленные сибирские ссылки людей,
именно она создавала таких вождей, цвет нашего пролетариата.
А если она сочеталась со свойством, с уменьем разбираться в людях, налаживать организационную работу, то только она и выковывала крупных организаторов. Через нелегальные кружки, через революционную подпольную работу, через нелегальную партию, которую никто не воплощал и не выражал так цельно, как Я. М.
Свердлов. — только через эту практическую школу, только таким
путем мог он притти к посту первого человека в первой социалистической Советской республике, к посту первого из организаторов
широких пролетарских масс.

Товарищи! Всем, кому приходилось, как приходилось мне, работать изб дня в день с т. Свердловым, тем особенно ясно было,
что только исключительно организаторский талант этого человека
обеспечивал нам то, чем мы до сих пор гордились и гордились
и полным правом. Он обеспечивал нам полностью возможность дружной, целесообразной, действительно организованной работы, такой
работы, которая бы была достойна организованных пролетарских
масс и отвечала потребностям пролетарской революции, — той сплоченной организованной работы, без которой у нас не могло бы быть
ни одного успеха, без которой мы не преодолели бы пи одной из тех
неисчислимых трудностей, ни. одного из тех тяжелых испытаний, через которые мы проходили до сих нор и через которые мы вынуждены
проходить теперь.
В той кипучей борьбе, какой является революция, на том особом
посту, на котором стоит всякий революционер, если работа даже
небольшой коллегии превращается в рассуждение, громадное значение имеет крупный, завоеванный в ходе борьбы, бесспорно непререкаемый моральный авторитет, авторитет, почерпающий свою силу,
конечно, не в отвлеченной морали, а в морали революционного борца,
в морали рядов и шеренг революционных масс.
Если нам удалось в течение более чем года вынести непомерные
тяжести, которые падали на узкий круг беззаветных революционеров, если руководящие группы могли так твердо, так быстро, так
единодушно решать труднейшие вопросы, то это только потому,
что выдающееся место среди них занимал такой исключительный,
талантливый организатор, как Яков Михайлович. Только ему удалось соединить в себе удивительное знание личного состава руководящих деятелей пролетарского движения, только ему удалось за
долгие годы борьбы, — о которой я могу сказать здесь лишь слишком кратко, — выработать в себе замечательное чутье практика, замечательный талант организатора, тот безусловно непререкаемый
авторитет, благодаря которому крупнейшими отраслями работы Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета, которые под
силу были лишь группе людей, — целиком н исключительно единолично ведал Яков Михайлович. Только ему удалось завоевать такое
положение, что достаточно было в громадном числе крупнейших
и важнейших организационных практических вопросов, достаточно
было одного его слова, чтобы непререкаемым образом, без всяких
совещаний, без всяких формальных голосований, вопрос был решен
раз навсегда, и у всех была полная уверенность в том, что вопрос
решен на основании такого практического знания и такого организаторского чутья, что не только сотни и тысячи передовых рабочих,
по и массы сочтут это решение за окончательное.
История давно уже показывала, что великие революции в ходе
своей борьбы выдвигают великих людей и развертывают такие таланты, которые раньше казались невозможными. Никто не поверил бы, что из школы нелегального кружка и подпольной работы,
из школы маленькой гонимой парши и Туру ханской тюрьмы мог
выйти такой организатор, который завоевал себо абсолютно непререкаемый авторитет, организатор всей советской власти в России
и единственный, но своим знаниям, организатор работы партии, которая создавала эти советы и практически осуществляла советскую
С!8

власть, совершающую теперь свое тяжелое, мучительное, кровью залитое, ію победоносное шествие ко всем народам, по странам всего
мира,
Такого человека, который выработал в себе этот исключительный организаторский талант, нам не заменить никогда, если под
заменой понимать возможность найти одно лицо, одного товарища,
совмещающего в себе такие способности. Никто из близко знавших,
наблюдавших постоянную работу Якова Михайловича, не может
« омневатьея в том, что в этом смысле Яков Михайлович незаменим.
Та работа, которую он делал одни в области, организации, выбора
людей, назначения их на ответственные посты по всем разнообразным специальностям. — эта работа будет теперь под силу нам лишь
в том случае, если на каждую из крупных отраслей, которыми единолично ведал г. Свердлов, вы выдвинете целые группы людей, которые, идя по его стопам, сумели бы приблизиться к тому, что делал
один человек.
По пролетарская революция сильна именно глубиной своих
источников. Мы знаем, что на место людей, беззаветно отдавших
свою жизнь, положивших ее в этой борьбе, она выдвигает шеренги
других людей, может быть, менее опытных, менее знающих и менее подготовленных .в начале их пути, но людей, которые широко
связаны с массами и которые способны на место ушедших крупнейших талантов выдвигать группы людей, продолжающих их дело,
идущих но их пути, довершающих то. что они начали. И в этом
смысле мы глубоко уверены, что пролетарская революция в России
и во всем -мире выдвинет группы и группы людей, выдвинет многочисленные слои из пролетариев, из трудящихся крестьян, которые дадут то практическое знание жизни, тот, если не единоличный,
то коллективный организаторский талант, без которого миллионные
нпмии пролетариев не могут нритти к своей победе.
Память о т. Я. М. Свердлове будет служить не только вечным
символом преданности '[ѵеволюциоиера своему делу, будет служить
не только образцом сочетания практической трезвости и практической умелости, полной связи с массами и с уменьем их направлять, — но будет служить и залогом того, что все более и более
широкие массы пролетариев, руководясь этими примерами, пойдут
вперед и вперед к полной лобедо всемирной коммунистической революции.
(Л е л и гг. Соч., т. X X I V .
Речь ля.мятп Я. М. Скерддоьл на экстренном заседании ВЦІІК 18 м а р т іуій г.», стр. 79—83.)
3. СТАЛИН

О

СВЕРДЛОВЕ

Есть люди, пожди пролетариата, о которых не шумят в прессе,
может быть, потому, что сами они не любят шуметь о себе, но которые являются, тем не менее, жизненными соками и подлинными
руководителями революционного движения. К числу таких вождей
принадлежит Я. М. Свердлов.
Организатор до мозга костей, организатор по натуре, по навыкам,
но революционному воспитанию, но чутью, организатор всей своей
кипучей деятельностью, — такова фигура Я. М. Свердлова.
Что значит быть вождем-оргапизатооом в наших условиях,
61»

когда у власти стоит пролетариат? Это не значит подобрать помощников, составить канцелярию и давать через нее распоряжения.
Быть вождем-организатором в наших условиях это значив, вопервых, знать работников, уметь схватывать их достоинства и недостатки. уметь подойти к работникам, во-вторых, уметь расставить
работников так:
1) чтобы каждый работник чувствовал своя на месте;
2) чтобы каждый работник мог дать революции максимум того, что
вообще способен он дать по своим личным качествам;
3) чтобы такого рода расстановка работников дала в своем результате не перебои, а согласованность, единство, общий подъем работы
в целом;
4) чтобы общее направление организованной таким образом работы служило выражением и осуществлением той политической
идеи, во имя которой производится расстановка работников по
постам.
Я. М. Свердлов был именно такого рода вождем-организатором
нашей партии и нашего государства.
Период 1917—1918 гг. был периодом переломным для партий
и государства. Партия в этот период впервые стала правящей силой. Впервые в истории человечества возникла новая власть,
власть советов, власть рабочих и крестьян. Перевести партию, дотоле
нелегальную, на новые рельсы, создать организационные основы
нового пролетарского государства, найти организационные формы
взаимоотношений между партией и советами, обеспечив партии руководство, а советам их нормальное развитие, — такова сложнейшая организационная задача, стоявшая тогда перед партией. В партия не найдется людей, которые решились бы отрицать, что Я. М.
Свердлов был одним из первых, если не первым, который умело и
безболезненно разрешил эту организационную задачу по строительству новой России.
Идеологи и агенты буржуазии любят повторять истасканные
фразы о том, что большевики не умеют строить, что они способны
будто бы лишь разрушать. Я. М. Свердлов, вся его работа является живым опровержением этих россказней. Я. М. Свердлов и его
работа в нашей партии не есть случайность. Партия, породившая
такого великого строителя, как Я. М. Свердлов, может смело сказать. что она умеет так же хорошо строить новое, как и разрушать
старое.
Я далек от того, чтобы претендовать на полное знакомство со
всеми организаторами и строителями нашей партии, но должен
сказать, что из всех знакомых мне незаурядных организаторов
я знаю — после Ленина — лишь двух, которыми наша партия может
и должна гордиться: И. Ф. Дубровилского, который погиб в туруханской ссылке, и Я. М. Свердлова, который сгорел на работе по строительству партии и государства.
И. Сталин.
(Сталин.
4. ЛЕНИН

О

< 0 Свердлове».

«Пролетарская революция» N« ц

(ЯІ) от 1924 г.)

БАБУШКИНЕ

.•Мы живем в проклятых условиях, когда возможна такая вещь:
крупный партийный работник, гордость партии, товарищ, всю свою
620

жизнь беззаветно отдавший рабочему делу, пропадает без вести.
И самые близкие люди, как жена и мать, самые близкие товарищи
годами не знают, что сталось с ним: мается ли он где на каторге,
погиб ли в какой тюрьме или умер геройской смертью в схватке
с врагом. Так было с Иваном Васильевичем, расстрелянным Ренненкампфом. Узнали мы об его смерти лишь совсем недавно.
Имя Ивана Васильевича близко и дорого не одному социал-демократу. Все, знавшие его, любили и уважали его за его энергию,
отсутствие фразы, глубокую выдержанную революционность и горячую преданность делу. Петербугский рабочий, он в 1895 г., с группой
других сознательных товарищей, энергично ведет работу за Невской
Заставой среди рабочих Семянниковского, Александровского, Стеклянного заводов, образовывает кружки, устраивает библиотеки и сам все
время страстно учится.
Все мысли его направлены на то. как бы расширить работу. Он
принимает деятельное участие в составлении первого
агитационного листка, выпущенного в С.-Петербурге осенью 1894 г., листка
к Омянниковским рабочим, и самолично распространяет его. Когда в С.-Петербурге образовывается «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», Иван Васильевич становится одним из активнейших его членов и работает в нем вплоть до своего ареста. Идея
создания за границей политической газеты, которая послужила бы
делу объединения и укрепления с.-д. партии, обсуждалась вместе
с ним его старыми товарищами по петербургской работе — основателями «Искры», и встретила с его стороны самую горячую поддержку. Пока Иван Васильевич остается на воле, «Искра»" не терши- недостатка в чисто-рабочих коррсспонденциях. Просмотрите
первые 20 номеров «Искры», все эти корреспонденции из Шуи,
Иваново-Вознесепска, Орехово-Зуева и др. мест центра России: почти все онп проходили .через руки Ивана Васильевича, старавшегося
установить самую тесную связь между «Искрой» и рабочими. Иван
Васильевич был самым усердным корреспондентом «Искры» и горячим ее сторонником. Из центрального района Бабушкин перебирается на юг, в Екатеринослав, где его арестуют и сажают в тюрьме
в Александровске. Из Александровска он бежит вместе с другим товарищем, перепилив решетку окна. Не зная ни одного иностранного
я-зыка, он пробирается в Лондон, где тогда была редакция «Искры».
Много переговорено было там, много вопросов обсуждено совместно. Но Ивану Васильевичу не привелось быть иа втором съезде
партии... тюрьма и ссылка выбили его надолго из строя. Поднимавшаяся революционная волна выдвигала новых работников, новых партийных деятелей, а Бабушкин жил в это время на далеком
севере, в Верхоленске, оторванный от партийной жизни. Времени
он даром не терял, учился, готовился к борьбе, занимался с рабочими, товарищами «о ссылке, старался сделать их сознательными
социал-демократами и большевиками. В 1905 г. подоспела амнистия. и Бабушкин двинулся в Россию. По и в Сибири в это время
•кипела борьба, и там нужны были такие люди, как Бабушкин. Он
вступил в Иркутский комитет и с головой ринулся в работу. Приходилось выступать на собраниях, вести социал-демократическую
агитацию и организовывать восстание. В то время, как Бабушкин
с пятыо другими товарищами-—имена их не дошли до нас
вез
621

S Читу большой транспорт оружия в отдельном вагоне, поезд бьтл
пасти гнут карательной экспедицией Реннонкаштфа, и все шестеро,
безо всякого суда, были немедленно же расстреляны на краю вырытой на скорую руку общей могилы. Умерли оіш, как герои. Об
их смерти рассказали солдаты-очевидцы и железнодорожники,
бывшие на этом же поезде. Бабушкин пат жертвой зверской рас*
правы царского опричника, но, умирая, оп знал, что дело, которому
он отдал всю свою жизнь, не умрет, что его будут делать десятки,
сотни тысяч, миллионы других рук, что за это дело будут умирать
другие товарищи-рабочие, что они будуг бороться до тех пор, пока
ие победят...
*

*

*

-Есть люди, которые сочинили к распространяют басню о том,
*что Российская Социал-Демократическая Рабочая Партия есть партия «интеллигентская», что рабочие от нее оторваны, что рабочие
в России — социал-демократы без социал-демократии, что так было
в особенности до революции и. в значительной мере, во время революции. Либералы распространяют эту ложь из ненависти к той
революционной борьбе масс, которой руководила в
1905 г,
РС-ДРІІ, а из социалистов перенимает эту лживую теорию коекто но неразумию или легкомыслию. Биография Ивана Васильевича Бабушкина, десятилетняя социал-демократическая работа,
этого рабочего-искровца
служит наглядным опровержением либеральной лжи. И. В. Бабушкин — один из тех рабочих-передовиков,
которые за. 10 лет до революции начали создавать рабочую социалдемократическую партию. Без неустанной, геройски упорной работы
таких передовиков в пролетарских массах РС-ДРГТ не просуществовала бы не только десяти лет. но и десяти месяцев. То.лъко благодаря
деятельности таких передовиков, только благодаря их поддержке,
РС-ДРП выросла к 1905 г. в партию, которая неразрывно
слилась
с пролетариатом в великие октябрьские -и декабрьские дни, которая
сохранила эту связь в лице рабочих депутатов ие только II, но и III,
черносотенной, Думы.
Либералы (кадеты) хотят превратить в народного героя недавно умершего председателя I Думы, С. Л. Муромцева. Мы, социал-демократы, не должны пропускать случая, чтобы выразить
презрение и ненависть царскому правительству, которое преследовало даже таких умеренных и безобидных чиновников, как Муромцев. Муромцев был только .либеральным чиновником. Он не был
даже демократом. Он боялся революционной борьбы масс. Он ждал
свободы для России не от такой борьбы, а от доброй воли царского
самодержавия, от соглашения с этим злейшим и беспощадным врагом
русского народа. В таких людях смешно видеть народных героев
русской революции.
Л такио народные герои есть. Это — люди, подобные Бабушкину. Это — люди, которые не год и не два, а целые ю лет перед
революцией посвятили себя целиком борьбе за освобождение рабочего класса. Это — люди, которые не растратили себя на бесполезные террористические предприятия одиночек, а действовали
упорно, неуклонно среди пролетарских масс, помогая развитию их
сознания, их организации, их революционной самодеятельности.
622

Это — ,тюдп, которые -всталп во главе вооруженной массовой борьбы против царского самодержавия, когда кризис наступил, когда
революция разразилась, когда миллионы и миллионы пришли в движение. Все, что отвоевано было у царского самодержавия, отвоевано исключительно борьбой масс, руководимых такими людьми,
как Бабушкин.
Без таких людей русский народ остался бы навсегда народом
рабов, народом холопов. С такими людьми русский народ завоюет
себе, полное освобождение от всякой эксилоатацип.
Прошла ужо пятая годовщина декабрьского восстания 1905 г.
Будем чествовать эту годовщину, вспоминая рабочих-передовиков,
которьго пали в борьбе с врагом. Мы обращаемся с просьбой
к товарищам-рабочим собирать и пересылать нам воспоминания
о тогдашней борьбе и дополнительные сведения о Бабушкине, а также о других социал-демократических рабочих, павших в восстании
1905 г. Мы намерены издать брошюру с жизнеописанием: таких рабочих. Такая брошюра будет лучшим ответом всяким маловерам и умалиге ля м Российской Социал-Демократической Рабочей Партии. Такая
брошюра будет лучшим чтением для молодых рабочих, которые будут
учиться по ней, как надо жить и действовать всякому сознательному,
рабочему,(Л ев и п. Соч., т. XIV, «ІІвпи Васильевич Бабупгкин*, стр. 096—399. іоіо г.)
5.

СТАЛИН

О ДЗЕРЖИНСКОМ
t

После Фрунзе — Дзержинский.
Старая ленинская гвардия потеряла еще одного из лучших руководителей и бойцов. Партия понесла еще одну незаменимую потерю.
Когда теперь, у раскрытого гроба, вспоминаешь весь пройденный путь Дзержинского — тюрьмы, каторгу, ссылку, Чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией, восстановление разрушенного транспорта, строительство молодой социалнстической
промышленности,— хочется одним словом охарактеризовать эту
кипучую жизнь: гоѵение. Гонение и гевойская отвага в борьбе
с трудностями.
) Октябрьская революция поставила его па тяжелый пост. — па
пост руководителя Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией. Буржуазия тіе знала более ненавистною имени, чем
имя Дзержинского, отражавшего стальной рукой удары врагов
пролетарской революции. Глоза буржуазии — вот чем был Феликс
Дзержинский.
«Мирная эпоха» — Дзержинский горит, налаживая расстроенный
транспорт, а затем в качестве председателя Высшего совета народного
хозяйства горит на работе строительства нашей промышленности.
Ие зная отдыха, пе чураясь никакой черной работа, отдавая все своп
силы, всю свою энергию делу, которое ему доверила партия, — он
сгорел на бурной работе в пользу пролетариата.
Прощай, герой Октября! Прощай, верный сьпі партии Г
Прощай, строитель единства и мощи нашей партии!
(Сталин.

«Дзержинский», «Правда» от 22 июля 1926 г. >5 160.)"'

iii. б о р ь б а з а в о с п и т а н и е л е н и н с к о г о с т и л я
в работе—против революционной фразеологии, м а н и л о в щ и н ы , у з к о г о п р а к т и ц и з м а и
беспринципного д е л я ч е с т в а
I. Б О Р Ь Б А ПРОТИВ З А Т Х Л О Г О Р У Т И Н Е Р С Т В А КАК НАСЛЕДИЯ
СТАРОГО

. . . Вообще говоря, мы успели заразиться от западно-европейской
государственности, при всем революционном к ней отношении, целым рядом вреднейших и смешнейших предрассудков, а отчасти нас
умышленно заразили этим наши милые бюрократы, не без умысла
спекулируя на то, что в мутной воде подобных предрассудков им
неоднократно удастся ловить рыбу; и лавливали они рыбу в этой
мутной воде до такой степени, что только совсем слепые из нас не
видели, как широко эта ловля практиковалась.
Во всей области общественных, экономических и политических
отношений мы «ужасно» революционны. Но в области чинопочитания, соблюдения форм и обрядов делопроизводства наша «революционность» сменяется сплошь да рядом самым затхлым рутинерством.
Тут не раз можно наблюдать интереснейшее явление, как в общественной жизни величайший прыжок -вперед соединяется с чудовищной
робостью перед самыми маленькими изменениями.
Это и понятно, потому что самые смелые шаги вперед лежали в
области, которая составляла издавна удел теории, лежали в области,
которая культивировалась главным образом и даже почти исключительно теоретически. Русский человек отводил душу от постылой
чиновничьей действительности дома за необычайно смелыми теоретическими построениями, и поэтому эти необычайно смелые теоретические построения приобретали у нас необыкновенно односто, ронний характер. У нас уживались рядом теоретическая смелость
в общих построениях и поразительная робость по отношению к какой-нибудь самой незначительной канцелярской реформе. Какая-нибудь величайшая всемирная земельная революция разрабатывалась
с неслыханной в шіых государствах смелостью, а радом нехватало
фантазии на какую-нибудь десятистепенную канцелярскую реформу;
нехватало фантазии или нехватало терпения применить к этой реформе тѳ же общие положения, которые давали такие «блестящие»
результаты, будучи применяемы к вопросам общим.
И поэтому наш теперешний быт соединяет в себе в поразительной
степени черты отчаянно смелого с робостью мысли перед, самыми
мельчайшими изменениями.
Я думаю, что иначе и не бывало ни при одной действительно
великой революции, потому что действительно великие революции
рождаются из противоречий между старым, между направленным на
разработку старого и абстрактнейшим стремленш м к новому, которое должно уже быть так ново, чтобы пи одного грана старины
в нем не было.
И чем круче эта -революция, тем дольше будет длиться то время,
когда целый ряд таких противоречий будет держаться.
( Л е и пи.

Соч., т. X X V I I , «Лучше меныи». да лучше», стр. 413- -4 14. 1923 г.)

2 . РУССКИЙ РЕВОЛЮЦИОННЫЙ РАЗМАХ - ВНЕ УЧЕТА 0 5 Ъ Е К ТИВНОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ-РЕВОЛЮЦИОННАЯ Ф Р А З А ,
ПУСТАЯ ДЕКЛАРАТИВНОСТЬ

Когда я на одном партийном собрании оказал, что революционная фраза о революционной войне может погубить нашу революцию, меня упрекали за резкость полемики. Йо бывают моменты,
обязывающие поставить вопрос в упор и-назвать вещи их настоящим именем, под угрозой причинения непоправимого зла и партии
и революции.
Революционная фраза чаще всего бывает болезнью революционных партий при таких обстоятельствах, когда эти партии прямо
или косвенно осуществляют связь, соединения, сплетения пролетарских и мелкобуржуазных элементов и когда ход революционных
событий показывает крупные и быстрые изломы. Революционная
фраза есть повторение революционных лозунгов без учета объективных обстоятельств, при данном изломе событий, при данном положении вещей, имеющих место. Лозунги превосходные, увлекательные, опьяняющие, — почвы иод ними нет, — вот суть революционной фразы.
( Л е н ни.

Соч., т. X X I I , «О революционной фразе», стр. 261. 1918 г.)

Но, может быть, фразы «левых» о войне просто ребяческий задор,
обращенный притом к прошлому п потому ни тени политического
значения не имеющий? Так защищают некоторые наших «левых».
Но это неверно. Если претендовать па политическое руководство,
надо уметь продумать политические задачи, а отсутствие этого
превращает «левых» в беехарактерпсйших проповедников шагания,
имеющего объективно только одно значение: своими шатаниями «левые» помогают империалистам провоцировать Российскую Советскую
Республику на заведомо невыгодный для нее бой, помогают империалистам затаппгть нас в западню. Слушайте:
: . . «Российская рабочая революция не может «оберечь себя»,
сойдя с международного революционного пути, непрерывно избегая
боя и отступая перед натиоком международного капитала, делая
«уступки» «отечественному капиталу».
«С этой точки зрения пеобходимы: решительная классовая международная политика, соединяющая международную революционную пропаганду словом и делом и укрепление органической связи
с международным социализмом (а не с международной буржуазией). . . »
Об имоюшцхся здесь выпадах в область внутренней политики
будет речь особо. Но посмотрите на этот разгул фразы — вместе
с'робостью на деле — в области политики внешней. Какая тактика
обязательна для всякого, кто не хочет быть орудием империалистской провокации и лезть в западню в данный момент? На этот
вопрос всякий политик должен дать ясный, прямой ответ. Ответ
нашей партии известен: в данный момент отступать, избегать боя.
Наши «левые» не решаются сказать обратного и стреляют в воздух:
«решительная классовая международная политика»!!
Это —• обман масс. Хотите воевать сейчас, так говорите это
прямо. Не хотите отступать сейчас, так говорите пеямо, Иначе вы —

40 Лонппизм

S25

орудие ішпсриаіли стекой провокации по вашей объективной ро.ти.
А субъективная ваша «психология» ость психология взбесившегося
мелкого буржуа, который хорохорится и хвастает, но прекрасно
чувствует, что пролетарий прав, отступая и стараясь отступить
организованно; — пролетарий прав, рассчитывая, что пока сил еще
нет, надо отступать (перед западным и восточным империализмом),
хотя бы до Урала, ибо это единственный тпанс выигрыша для периода
назревания революции на "западе, революции, которая не «должна»
(вопреки болтовне «левых») начаться «весной или летом», но которая
с каждым месяцем становится все ближе и вероятнее.
«Своей» политики у «левых» нет; объявить отступление сейчас
ненужным они не смеют. Они вертятся и виляют, играя словами, подсовывают вопрос о «непрерывном» избегании боя, на место вопроса
об избегании боя в данный момент. Они пускают мыльные пузыри:
«международная революционная пропаганда делом»!!! Что это значит?
Это может значить только одно из двух: либо это ноздревщина,
либо это наступательная война в целях свержения международного
империализма. Сказать открыто такого вздора нельзя, а потому
и приходится «левым» коммунистам спасаться от осмеяния их всяким сознательным пролетарием под сень громкозвучащих и пустейших фраз: авбсь, дескать, невнимательный читатель не заметит, что
это собственно такое значит: «международная революционная пропаганда делом».
Швыряться звонкими фразами — свойство деклассированной мелкобуржуазной интеллигенции. Организованные пролетарии К О М М У Н И С Т Ы за эту «манеру» будут карать, наверно, не меньше, как насмешками и изгнавшем со всякого ответственного поста. Надо говорить массам горькую правду просто, ясно, прямо: возможно и даже
вероятно, что военная партия возьмет еще раз верх в Германии
(в смысле перехода тотчас в наступление на нас) и что Германия
вместе с Японией, но формальному или молчаливому соглашению,
будут делить я душить нас. Наша тактика, если мы не хотим слушать крикунов: выжидать, оттягивать, избегать боя, отступать.
Если мы отбросим прочь крикунов и «подтянемся», создав действительно железную, действительно пролетарскую, действительно коммунистическую дисциплину, то мы имеем серьезные шансы выиграть
много месяцев. И тогда, отступая даже (на худой из худых концов)
до Урала, мы облегчаем нашему союзнику (международному пролетариату) возможность притти к нам на помощь, возможность «покрыть»
(выражаясь спортивным языком), расстояние, отделяющее начало
революционных взрывов от революции.
Такая и только такая тактика на деле укрепляет связь одного,
оказавшегося на время изолированным, отряда международного социализма с прочими отрядами, а у вас, любезные «левые коммунисты», получается, по правде сказать, только «укрепление органической связи» одной звонкой фразы с другой звонкой фразой.
Плохая это «органическая связь»!
стр.

(Ленин.

608—510.

Соч., т. X X I I , «О «левом ребячество»

1918

г.)

'

я о

мелкобуржуазности»,

. . . Третий недостаток. Состоит он, этот недостаток, в желания
ряда наших товарищей плыть по течению, плавно и спокойно, без

626

перспектив, без заглядывання в будущее, так, чтобы крутом чувствовалось праздничное и торжественное настроение, чтобы каждый
день были у нас торжественные заседания, да чтобы везде были
аплодисменты, и чтобы каждый из нас попадал по очереди в почетные члены всяких президиумов. (Смех, аплодисменты.) Вот это безудержное желание видеть везде праздничное настроение, эта тяга
г; декорациям, ко всяким юбилеям, нужным и ненужным, это желание плыть, покуда плывется, не оглядываясь, пуда же это нас песет
(смех, аплодисменты) — вое это и составляет существо третьего недостатка нашей партийной практики, основу наших недочетов в нашем партийном быту! Йидали ли вы гребцов, гребущих честно,
л поте лица, но не видящих того, куда их несет течение? Я видал
таких гребцов на Енисее. Это — честные и неутомимые гребцы. Но
беда их состоит в том, что они не видят и не хотят видеть того,
что их может прибить волной к скале, где им грозит гибель. То же
самое бывает с некоторыми нашими товарищами. Гребут честно, не
покладая рук, плывут плавно, отдаваясь течению, а куда их несет,
не только не знают, но даже не хотят знать. Работа без перспектив,
работа без руля и без ветрил, — вот к чему приводит желапие плыть
обязательно по течению? А результаты? Результаты ясные: сначала
они обкладываются плесенью, потом они становятся серенькими,
потом их засасывает тина обывательщины, а потом они превращаются в заурядных обывателей. Это и есть путь действительного
перерождения.
( С т а л и н . Политический
отчет, стр. 72. 1927 т.)

отчет ЦК X V

гьелду ЕКП(б).

Стенографический

3 . ПРОТИВ КОМ ЧВАНСТВА И КИЧЛИВОСТИ - ЗА Б О Л Ь Ш Е В И С Т СКУЮ СКРОМНОСТЬ В Р А Б О Т Е

IIa мой взгляд, есть три главных врага, которые стоят сейчас
перед человеком, независимо от его ведомственной роли, задачи,
которые стоят перед политпросветчиком, если этот человек коммунист, а таких большинство. Три главных врага, которые стоят перед ним, следующие: первый враг — коммунистическое чванство,
второй — безграмотность и третий — взятка.
ПЕРВЫЙ ВРАГ-КОММУНИСТИЧЕСКОЕ

ЧВАНСТВО

Коммунистическое чванство—значит то. что человек, состоя в
коммунистической партии и не будучи еще оттуда вычищен, воображает, что все задачи свои он может решить коммунистическим декретированием. Пока ои состоит членом правящей партии и таких-то
государственных учреждений, па этом основании он воображает,
•что это дает возможность ему говорить об итогах политического
просвещения. Ничего подобного! Это только коммунистическое
чванство. Научиться политически просвещать — вот в чем дело, а мы
этому не научились, и у нас к этому правильного подхода еще нет.
(Л о и п п. Соч.. т. X X V I I . «Доклад на Ü съезде политпросветов», стр. 50—
51. 1921 Г.)

. . Прежде всего о наших партийцах е, деревне. Среди вас имеются партийные, ио еще больше беспартийных. Это очень хорошо,
что беспартийных собралось на съезде больше, чем партийных.

*

627

потому что именно беспартийных нужно прежде всего привлекать
к нашему делу. Есть коммунисты, которые подходят к беспартийным колхозникам по-большевпстскп. Но есть и такие, которые кичатся своей партийностью и не подпускают близко беспартийных.
Это нехорошо и вредно. Сила большевиков, сила коммунистов состоит в том, что оші умеют окружать налгу партию миллионами беспартийного актива. Мы, большевики, не имели бы тех успехов, которые имеем теперь, если бы не умели завоевать на сторону партии
доверие миллионов беспартийных работах и крестьян. А что для
этого требуется? Для этого требуется, чтобы партийные не отгораживались от беспартийных, чтобы партийные не замыкались в свою
партийную скорлупу, чтобы они пе кичились своей партийностью,
а прислушивались к голосу беспартийных, чтобы они не только
учили беспартийных, но и учились у них.
Не следует забывать, что партийные .не падают с неба, Следует
помнить, что все партийные сами были когда-то беспартийными.
Сегодня он беспартийный, а завтра станет партийным. Чем же, собственно, тут кичиться? Среди нас, старых большевиков, найдется
немало людей, которые работают в партии лет 20—30. А ведь мы
сами были когда-то тоже беспартийными. Что было бы с нами, ее,и
бы лет 20—30 тому назад стали помыкать нами тогдашние партийцы и не стали бы подпускать к партии? Возможно, что мы были
бы тогда отдалены от партші на ряд лет. А ведь мы, старые большев и к и , — не последние люди, товарищи. (Веселое
оживление,
продолжительные
аплодисменты.)
(Сталин.
1933 г.)

Речь

на

первом

Всесоюзном

съезде

колхоешгков-ударааиов.

4 . АМЕРИКАНСКАЯ Д Е Л О В И Т О С Т Ь — ДОБРОСОВЕСТНОЕ,
ТЕРПЕЛИВОЕ, НАСТОЙЧИВОЕ ИЗУЧЕНИЕ ДЕЛА

В-третьих. Усложнилась и диферепцировалась сама работа. Я говорю о нынешней строительной работе. Сложились и развились целые отрасли и подотрасли работы как в деревне, так и в городе.
Сообразно с этим п руководство стало более конкретным. Раньше
принято было говорить о руководстве «вообще». Теперь руководство
«вообще» есть пустая болтовня, ибо она не содержит никакого руководства. Теперь руководство требуется конкретное, предметное.
Предыдущий период выработал тип работника-всезнайки, готового
держать ответ по всем вопросам теории и практики. Теперь этот
старый тип работника-всезнайки должен уступить место новому
типу работника, старающемуся быть хозяином дела в одной какойнибудь отрасли работы. Чтобы руководить по-настоящему, надо
знать дето, надо изучать дело добросовестно, терпеливо, настойчиво. Нельзя руководить в деревне, не зная сельского хозяйства, не
зная кооперации, не будучи знакомым с политикой цен, не изучив
законов, имеющих прямое отношение к деревне. Нельзя руководить
в городе, не зная промышленности, не изучая быта рабочих, не прислушиваясь к запросам и нуждам рабочих, не зная кооперации,
профсоюзов, клубного дела. Но можно ли добиться всего этого одним ударом? К сожалению, нельзя. Чтобы поднять партийное руководство на должную высоту, нужно поднять прежде всего квалификацию партийных работников. Теперь качество работника должно
628

стоять на первом месте. Но поднять качество партийного работника одним взмахом не так-то легко. Старые навыки торопливого
администрирования, заменявшие, к сожалению, знание дела, все еще
живы в партийных организациях. Этим, собственно, и объясняется,
что так называемое, партийное руководство вырождается иногда в
смешное нагромождение никому не нужных распоряжений, в пустое и словесное «руководство», никогда и ничего не задевающее.
Б этом одна из серьезнейших опасностей ослабления и падения партийного руководства.
Таковы в общем основания, в силу которых опасность потери
партийного руководства ведет к разложению, и перерождению партин.
Вот почему решительная борьба с этой опасностью является очередной задачей нашей партии. 1
(Сталин.

Вопросы ленинизма.

«Вопросы п ответы», стр. 155. 1925 г.)

5 . НЕ П Ы Ш Н Ы Е ДЕКЛАРАЦИИ, А П Р О С Т Ы Е , СКРОМНЫЕ,
БУДНИЧНЫЕ ДЕЛА В Б О Р Ь Б Е ЗА ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
РЕВОЛЮЦИОННОЙ ЦЕЛИ

Карл Маркс в «Капитале» издевается над пышностью и велеречивостью буржуазно-демократической великой хартии вольностей и
нрав человека, над всем этим фразерством о свободе, равенстве,
братстве вообще, которое ослепляет мещан и филистеров всех стран
вплоть до нынешних подлых героев подлого Бернского Интернационала. Маркс противопоставляет этим пышным декларациям прав
простую, скромную, деловую, будничную постановку вопроса пролетариатом: государственное сокращение рабочего дня, вот один из
типичных образчиков такой постановки. Вся меткость и вся глубина
замечания Маркса обнаруживается перед нами тем яснее, тем очевиднее. чем больше развертывается содержание пролетарской революции. «Формулы» настоящего коммунизма отличаются от пышного,
ухищренного, торжественного фразерства Каутских, меньшевиков и
эсеров с их милыми «братцами» из Берна именно тем', что они сводят все к условиям, труда. Поменьше болтовни о «трудовой демократии». о «свободе, равенстве, братстве», о «народовластии» и тому
подобном: сознательный рабочий и крестьянин наших дней в этих
надутых фразах так нее легко отличает жульничество буржуазного
интеллигента, как иной житейски опытный человек, глядя на безукоризненно «гладкую» физиономию и внешность
«блаароднато
чеаека», сразу и безошибочно определяет: «По всей вероятности,
мошенник».
Поменьше пышных фраз, побольше простого, будничного, дела,
заботы о пуде хлеба и пуде угля! Побольше заботы о том, чтобы
эти необходимые голодному рабочему и оборванному, раздетому
крестьянину нуд хлеба и пуд угля доставались не торгашескими
сделками, не капиталистически, а сознательной, добровольной, беззаветно-героической работой простых тружеников, вот таких, как
1 Примечание
составителя. Характеристику т.
партии отрицательных типов работников см. стр.

Сталиным
559.

да

XVII

съезде

чернорабочие н железнодорожники Московско-Казанской железной
дороги.
Мы должны все признать, что следы буржуазно-интеллигентского, фразистого подхода к вопросам революции обнаруживаются
па каждом шагу повсюду, в том числе и в наших рядах. Наша .печать, например, мало ведет войны с этими гнилыми остатками гнилого, буржуазно-демократическою, прошлого, мало поддерживает
простые, скромные, будничные, но живые ростки подлинною коммунизма.
Возьмите положение женщины. Ни одна демократическая партия
в мире ни в одной пз наиболее передовых буржуазных республик
за десятки лет пе сделала, в этом отношении, и сотой доли тою, что
мы сделали за первый же год нашей власти. Мы не оставили в подлинном смысле слова камня на камне из тех подлых законов о неравноправии женщины, о стеснениях развода, о гнусных формальностях, ею обставляющих, о непризнании внебрачных детей, о розыске их отцов и т. п., — законов, остатки которых многочисленны
во всех цивилизованных странах, к позору буржуазіпі и капитализма. Мы имеем тысячу раз право гордиться тем, что мы сделали
в этой облаете. Но чем чище очистили мы почву от хлама старых,
буржуазных, законов и учреждений, тем яспее стало для нас, что
это только очистка земли для постройки, но еще но самая постройка.
Женщина продолжает оставаться домашней рабыней, несмотря
на все освободительные законы, ибо ее давит, душит, отупляет, принижает мелкое домашнее хозяйство, приковывая ее к кухне и к детской, расхищая ее труд работою до дикости непроизводительною,
мелочною, изнервлнвающею, отупляющею, забивающею. Настоящее
освобождение женщины, настоящий коммунизм начнется только там
и тогда, где и когда начнется массовая борьба (руководимая владеющим государственной властью пролетариатом) против этого мелкого домашнего хозяйства, или, вернее, массовая перестройка его в
крупное социалистическое хозяйство.
Достаточно ли внимания уделяем мы на практике этому вопросу,
который теоретически бесспорен для каждого коммуниста? Конечно,
нет. Достаточно ли заботливо относимся мы к росткам коммунизма,
уже теперь имеющимся в этой области? Еще раз, нет и нет. Общественные столовые, ясли, детские сады — вот образчики этих ростков,
вот те простые, будничные, ничего пышного, велеречивого, торжественного не предполагающие средства, которые на деле способны
освободить женщину, на деле способны уменьшить и уничтожить ее
неравенство с мужчиной, по ее роли в общественном производстве н
в общественной жизни. Эти средства не новы, они созданы (как и
все вообще материальные предпосылки социализма) крупным капитализмом, но они оставались при нем. во-первых, редкостью, во-втор ы х , — что особенно важно — либо торгашескими предприятиями,
со всеми худшими сторонами спекуляции, лаживы, обмана, подделки, либо «акробатством буржуазной благотворительности», которую лучшие рабочие по справедливости ненавидели и презирали.
Нет сомнения, что у нас стало гораздо больше этих учреждений
« что они начинают менять свой характер. Нет сомнения, что среди
работниц п крестьянок имеется во много раз больше, чем нам
630

известно, организаторских
талантов, людей, обладающих уменьем
наладить практическое дело, с участием большего числа работников и еще большего числа потребителей, без того обилия фраз,
суетни, свары, болтовни о планах, системах и т. п., чем «болеет» постоянно мнящая о себе непомерно много «интеллигенция» или скороспелые «коммунисты». Но мы пе ухаживаем, как следует, за этими
ростками нового.
Посмотрите на буржуазию. Как великолепно она умеет рекламировать то, что ей нужно! Как «образцовые», в глазах капиталистов,
предприятия расхваливаются в миллионах экземпляров их газет,
как из «образцовых» буржуазных учреждений создается предмет
национальной гордости! Наша пресса не заботится, или почти совсем ие заботится о том, чтобы описывать наилучшие столовые или
ясли, чтобы ежедневными настояниями добиваться превращения некоторых из них в образцовые, чтобы рекламировать их, описывать
подробно, какая экономия человеческого труда, какие удобства для
потребителей, какое сбережение продукта, какое освобождение женщины из-под домашнего рабства, какое улучшение санитарных условий достигается при образцовой коммунистической работе, может
быть достигнуто, может быть распространено на все общество, на
всех трудящихся.
Образцовое производство, образцовые коммунистические субботники, образцовая заботливость и добросовестность при добыче и
распределении каждого «иуда хлеба, образцовые столовые, образцовая чистота такого-то рабочего дома, такого-то квартала, — все это
должно составить вдесятеро больше, чем теперь, предмет внимания
и заботы как нашей прессы, так и каждой рабочей и крестьянской
организации. Все это — ростки коммунизма, и уход за этими ростками наша общин и первейшая обязанность. Как ни трудно наше
продовольственное и производственное положение, все же за полтора года большевистской власти движение вперед по всему
фронту несомненно; заготовки хлеба поднялись с 30 миллионов пудов (с 1. VIII. 1917 ПО 1. ѴШ. 1918) до 100 миллионов пудов
(с 1. VIII. 191S по 1. V. 1919); огородное хозяйство увеличено, недосев хлебов уменьшен, железнодорожный транспорт начал улучшаться, несмотря на гигантские трудности с топливом, и так далее.
На этом общем фоне, и при поддержке пролетарской государственной власти, ростки коммунизма не зачахнут, а разрастутся и разовьются в полный коммунизм.
(Лешян.

Соч., т. X X I V , «Великий иочіш», стр. 342—345. 1919 г.)

е. П Р О Т И В Т О Р О П Л И В О С Т И И Р А З М А Ш И С Т О С Т И

U вопросе об улучшении нашего госаппарата Рабкрину следует,
по моему мнению, ие гнаться за количеством и не торониться. Мы
так мало успели до сих нор подумать и позаботиться о качестве
нашего госаппарата, что будет законной забота об особешю серьезной подготовке его, о сосредоточении в Рабкрине человеческого
материала действительно современного качества, т. е. не отстающего
от лучших западно-европейских образцов. Конечно, для социалистической республики это условие слишком скромно. Но нам первое пятилетие нор яд чіго-шш набило голову недоверием и скептицизмом.

Мы невольно склонны проникаться этим качеством по отношению к тем, кто с,тишком много и слишком легко разглагольствует,
например, о «пролетарской» культуре: нам бы для пачала достаточно
настоящей буржуазной культуры, нам бы для начала обойтись без
особенно махровых типов культур до-буржуазного порядка, т. е.
культур чиновничьей, или крепостнической и т. и. В вопросах культуры торопливость и размашистость вреднее всего. Это многим из
наших юных литераторов и коммунистов следовало бы намотать
себе хорошенечко на ус.
И вот, в вопросе о госаппарате мы теперь из предыдущего опыта
должны сделать тот вывод, что лучше бы помедленнее.
Дела с госаппаратом у нас до такой степени печальны, чтобы не
сказать отвратительны, что мы должны сначала подумать вплотную,
каким образом бороться с недостатками его, памятуя, что эти недостатки коренятся в прошлом, которое хотя перевернуто, но не изжито, не отошло в стадию ушедшей уже в далекое прошлое культуры. Именно о культуре ставлю я здесь вопрос, потому что в этих
делах достигнутым надо считать только то, что вошло в культуру, в
быт, в привычки. А у нас, можно сказать, хорошее в социальном
устройстве до последней степени не продумано, не понято, не прочувствовано, схвачено наспех, но проверено, не испытано, не подтверждено опытом, не закреплено и т. д. Иначе и не. могло быть,
конечно, в революционную эпоху и при такой головокружительной
быстроте развития, которая привела нас в пять лет от царизма к
советскому строю.
Надо во-время взяться за ум. Надо проникнуться спасительным
недоверием к скоропалительно быстрому движению вперед, ко всякому хвастовству и т. д., надо задуматься над проверкой тех шагов
вперед, которые мы ежечасно провозглашаем, ежеминутно делаем
и потом ежесекундно доказываем их непрочность, несолидность и
непонятность. Вреднее всего здесь было бы спешить. Вреднее всего
было бы полагаться на то, что мы хоть что-нибудь знаем, или на то,
что у нас есть сколько-нибудь значительное количество элементов
для построения действительно нового аппарата, действительно заслуживающего названия социалистического, советского и т. п.
Нет, такого аппарата и даже элементов его у нас до смешного
мало, и мы должны помнить, что для создания его не надо жалеть
времени и надо затратить много, много, много лет.
Какие элементы имеются у нас для создания этого аппарата?
Только два. Во-первых, рабочие, увлеченные борьбой за социализм.
Эти элементы недостаточно просвещены. Они хотели бы дать нам
лучший аппарат. Но они не знают, как это сделать. Они не могут
этого сделать. Они не выработали в себе до сих пор такого развития
той культуры, которая необходима для этого. ' А для этого необходима именно культура. Тут ничего нельзя поделать нахрапом или
натиском, бойкостью или энергией, или каким бы то ни было лучшим
человеческим качеством вообще. Во-вторых, элементы знания, просвещения, обучения, которых у нас до смешного мало но сравнению
со всеми другими государствами.
И тут нельзя забывать, что эти знания мы слишком еще склонны
возмещать (или мнить, что их можцо возместить) усердием, скоропалительностью и т. д.
CSfl

Нам надо во что бы то ни стало поставить себе задачей для обновления нашего госаппарата: во-первых — учиться, во-вторых —
учиться и в-третьих — учиться и затем проверять то, чтобы паука у
нас не оставалась мертвой буквой или модной фразой (а это, нечего
греха таить, у нас особенно часто бывает), чтобы наука действительно входила в плоть и кровь, превращалась в составной элемент
быта вполне и настоящим образом. Одним словом, нам надо предъявлять не те требования, что предъявляет буржуазия Западной
Европы, а те, которые достойно и прилично предъявлять стране,
ставящей своей задачей развиться в социалистическую страну.
Выводы из сказанного: мы должны сделать Рабкрин, как орудие
улучшения нашего аппарата', действительно образцовым учреждением.
Для того, чтобы он мог достигнуть необходимой высоты, нужно
держаться правила: семь раз примерь, один раз отрежь.
Для этого нужно, чтобы действительно .лучшее, что есть в нашем
социальном строе, с наибольшей осторожностью, обдуманностью,
осведомленностью біііло прилагаемо к созданию нового наркомага.
Для этого нужно, чтобы лучшие элементы, которые есть в нашем
социальном строе, а именно: передовые рабочие, во-первых, и, вовторых. элементы действительно просвещенные, за которых можно
ручаться, что они ни слова не возьмут на веру, ни слова не скажут
против совести, — не побоялись признаться ни в какой трудности и
не побоялись никакой борьбы для достижения серьезно поставленной себе цели.
.Мы уже пять лет суетимся над улучшением пашего госаппарата,
но это именно только суетня, которая за пять лет доказала лишь
свою непригодность, пли даже свою бесполезность, или даже свою
вредность. Iva к суетня, она давала нам видимость работы, на самом
деле засоряя наши учреждения и наши мозги.
Надо, наконец, чтобы это стало иначе.
Надо взять за правило: лучше числом поменьше, да. качеством
повыше. Надо взять за правило: лучше через два года или даже
через три года, чем второпях, без всякой надежды получить солидный человеческий материал.
Я знак», что это правило трудно будет выдержать и применить к
нашей действительности. Я знаю, что тысячами лазеек обратное правило будет пробивать у нас себе дорогу. Я знаю, что сопротивление
нужно будет оказать гигантское, что настойчивость нужно будет
проявить дьявольскую, что работа, здесь первые годы, по крайней
мере, будет чертовски неблагодарной; тем не менее я убежден, что
только такой работой мы сможем добиться своей цели и, только добившись этой цели, мы создадим республику, действительно достойную названия советской, социалистической и пр.. и пр. и т. и.
(Ленин.

Соч., т. X X V I I , «Лучше меньше, да лучше», стр. 406—408. 1923 г.)

7 . ПРОТИВ СУМАТОХИ, СУТОЛОКИ, ОБЛОМОВЩИНЫ — З А
ЖИВУЮ ЧЕТКУЮ РАБОТУ, ПРОВЕРКУ ИСПОЛНЕНИЯ

Тов. Цюрупа!
В связи с нашим вчерашним разговором по телефону и Вашим
обещанием строго соблюдать режим, необходимо нам обстоятельно
поговорить о всей системе работы н хорошенечко ее обдумать.

Самый коренной недостаток. СНКома и СТО — отсутствие проверки исполнения. Нас затягивает поганое бюрократическое болото
в писание бумажек, говорение о декретах, писание декретов, и в
этом бумажном море тонет живая работа.
Умные саботажники умышленно нас затягивают в это бумажное
болото. Большинство наркомов н прочих сановников «лезет в нетлю»
бессознательно.
>
Строгий, лечебный режим для Вас должен быть попользован,
чтобы во что бы то ни стало оторваться от сутолоки и суматохи,
комиссий, говорения и писания бумажек, оторваться, обдумать систему работы и п е рсделат
ь ее ради к а л ъно.
Центром тяжести Вашей работы должна быть именно эта переделка нашей отвратительно-бюрократической работы, борьба с бюрократизмом и волокитой, проверка
исполнения.
Проверка исполнения, проверка того, что выходит'на деле—вот
основная и главная Ваша задача; создать для этого маленький ( 4 —
t» человек) аппарат из архииспытанных и проверенных помощников
(управдел, его помощники, секретарь и т. п.).
Для сего, по-моему, надобно:
,1) Разгружать СНК и СТО, относя все мелкие вопросы в Малый
СНК и распорядительное заседание СТО.
Это начало. Но это «расхлябляется» при наших проклятых, обломовских, нравах в две недели, если не следить, -не подгонять, не
проверять, не бить в три кнута.
Управдел должен быть приучен (как и секретариат СНКома и
СТО) строжайше следить, чтобы мелкие воирос.ы не входили в СНК
и СТО и чтобы все вообще вопросы процеживались сначала трижды
(запрос соответствующих наркоматов; их срочный ответ; тоже —
кодификационного отдела и т. д. и т. п.).
Надо вместе с Горбуновым * выработать письменное
положение
о внесении и прохождении дел и проверять пе менее раза в месяц,
Вам лично, соблюдается ли оно, достигает .ли цели, т. е. уменьшения бумажности, волокиты, большего обдумывания, большей ответственности наркомов, замены наскоро намеченных декретов осторожной,
длительной, деловой
проверкой
исполнения и
проверкой
опыта, установлением личной ответственности (у нас полная фактическая безответственность на верхах, в наркоматах, в их отделах,
и саботажники великолепно этим пользуются; в итоге — обломовщина, которая губит дело).
Я энаю, что это чрезвычайно
трудно. Но именпо потому, что
трудно, Вам надо целиком
отдать себя этому.
' Посему
2) Минимум заседаний. Норма і раз в неделю СНК - f 1 раз СТО
по два часа.
3) Высшая Экономическая Комиссия. Закрыть поскорее все ее
подкомиссии, заменить их требованием от наркомов, чтобы у них
(у каждого) ответственные лица писали проекты, их утверждал нарком, проводил с а м и кратчайший
срок через согласование го
всеми «заинтересованными» наркомами и затем в СТО или СНК.
Высшая Экономическая Комиссия т о л ь к о для согласования
* 4- кодификатор + 1 от Малого СНК.

(кодификации) и кратчайшей проверки (штемпеля). Вашего плюс
Каменева,
Только для этого.
Не для говорения.
Не для обсуждения.
«
4) Пи в одну комиссию, решительно ни в одну, кроме Высшей
Экономической Комиссии, Вы пе должны входить.
5) Бороться с безобразным обилием комиссий, заменяя их формальным требованием письменного отзыва в кратчайшие сроки.
о) Вы должны таким образом освободить себя от суматохи и
сутолоки, кои всех пас губят, обеспечить себе возможность спокойно подумать лад работой в целом —
и, главное, сосредоточить себя иа проверке исполнения,
на борьбе с бюрократизмом и волокитой.
Прошу Вас обдумать весь этот вопрос и написать мне.
С коммунистическим приветом Ленин.
(Л о н п н .
1 5 8 — 1 СО.

3.

1822

ПРОТИВ
МНЕНИЯ

(Зон., т. X X V I I , < О новой постановке работы О ПК и СТО», стр.
Г.)

ИНТЕЛЛИГЕНТСКОГО,

БЮРОКРАТИЧЕСКОГО

И П Р О Ж Е К Т Е Р С Т В А - З А

ПРАКТИЧЕСКОГО

ДЕЛОВОЙ

САМО-

УЧЕТ

ОПЫТА

Резолюция VIII съезда Советов т в о р и т : . . . « С ъ е з д . . . одобряет
•работу ВСНХ и т. д. и в особенности «ГОЭЛРО» по разработке плана электрификации России...
оценивает этот план как первый шаг
великого хоз я Ист венного начинания, поручает ВЦИК и т. д. завершить
разработку этого плана и утвердить его. притом обязательно в кратчайший срок... Поручает принять все меры к самой широкой пропаганде этого плана... Изучение этого плана должно быть введено
оо всех без изъятия учебных заведениях республики»1 и т. д.
Ничто не характеризует столь наглядно наличность болячек в
нашем аппарате, особенно верхушечном, и бюрократических, и интеллигентских болячек, как наблюдаемое в Москве отношение к
этой резолюции, попытки «истолковать» ее вкривь и вкось вплоть
до того, чтобы отговориться от нее. Литераторы не пропагандируют выработанного плана, а пишут тезисы и пустые рассуждения о
том. как подойти к выработке плана! Сановники ставят ударение
чисто-бюрократически па необходимости «утвердить» план, донимая'
иод етим не вынесение конкретных заданий (построить то-то и
тогда-то. купить то-то за границей и т. п.). а нечто совершенно путанное, вроде разработки нового плана! Непонимание дета получается чудовищное, слышатся речи: сначала восстановим хоть
частью старое, прежде чем строить новое; электрификация похожа
иа электрофнкцшо: почему не газофикация; в «ГОЭЛРО» буржуазные спецы, мало коммунистов; «ГОЭЛРО» должен дать кадры экснертов, а не общеплановой комиссии и т. п.
Вот этот-то разброд мнений и опасен, ибо показывает неумение
работать, господство интеллигентского и бюрократического самомнения над настоящим делом. Насмешечки над фантастичностью
1 В тешете цитируемой резолюции курсив отсутствует.

Ред,

плана, вопросы насчет газофикации н пр. обнаруживают самом кепи в
невежества. Поправлять скондачка работу сотен лучших специалистов, отделываться пошло звучащими шуточками, чваниться своим
правом «не утвердить», — разве это не позорно?
Надо же научиться ценить науку, отвергать «коммунистическое»
чванство дилетантов и бюрократов, надо же научиться работать систематично, используя свой же опыт, свою же практику!
Конечно, «планы» вещь такая по самой се сути, что говорить и
спорить можно бесконечно. Но неумно допускать общие разглагольствования и споры о «принципах» (построения плана), когда надо
взяться за изучение данного, единственно научного, плана и за исправление его на основании указаний практического опыта и на основании более детального изучения. Конечно, право «утвердить» и
«не утвердить» всегда остается за сановником и сановниками. Если
понимать разумно это право и толковать разумно решения VIII
съезда насчет утверждения одобренного им и преподанного к самой
широкой пропаганде плана, то под утверждением надо нанимать ряд
заказов и приказов: то-то. тогда-то и там-то купить, то-то начать
строить, такие-то материалы собрате и подвезти и т. гі. Если же толковать по-бюрократически, тогда «утверждение» означает самодурство сановников, бумажную волокиту, игру в проверяющие комиссии, одним еловом, чисто чиновничье убийство живого дела.
Взглянем на дело еще с одной стороны. Необходимо особо связать
научный план электрификации с текущими практическими планами
и их действительным осуществлением. Это. разумеется, совершенно
бесспорно. Как же именно связать? Чтобы знать это, надо, чтобы
экономисты, литераторы, статистики не болтали о плане вообще, а
детально изучали выполнение наших планов, даши ошибки в этом
практическом деле, способы исправления этих ошибок. Бег такого
изучения мы слепые. При таком изучении, на ряду с ним, при условии изучения практического опыта, — остается совсем маленький
вопрос административной техники. Плановых комиссий у нас хоть
пруд пруди. Взять для объединения двоих от ведомства, вверенного
Ивану Иванычу, одного — от ведомства, вверенного ІІал Ііалычу,
или наоборот. Соединить их с подкомиссией общеллановой комиссии. Ясно, что это именно административная техника и ничего больше. Испытать и так и эдак, выбрать лучшее — об этом смешно и
разговаривать.
Суть дела в том, что у нас не умеют ставите вопроса и живую
работу заменяют интеллигентским и бюрократическим прожектерством. У нас были и есть текущие продовольственные и тошпшшло
планы. Мы сделали явную ошибку и в тех и в других. Насчет этого
не может быть двух мнений. Дельпый экономист, вместо пустяковых
тезисов, засядет за изучение отчетов, цифр, данных, проанализирует
наш собственный практический опыт и скажет: ошибка там-то, исправлять ее. надо так-то. Дельный администратор, на основании подобного изучения, предложит или сам проведет перемещение лиц.
изменение отчетности, перестройку аппарата и т. п. Ни того, ни другого делового н дельного подхода к. единому хозяйственному плану
у нао не видишь.
В том-то и болячка, что неверно ставят вопрос об отношении
коммуниста к едецам, администратора к ученым и литераторам. В
636

вопросе о едином хозяйственном плане, как и во всяком другом вопросе, есть такие стороны — и всегда могут возникнуть такие новые
стороны, — которые требуют решения только коммунистами или
требуют подхода только администраторского. Это бесспорно. Но это
голая абстракция. А сейчас у нас к данному вопросу подходят ошибочно как раз коммунистические .литераторы и коммунистические
администраторы, не сумевшие понять, что здесь надо побольше поучиться у буржуазных спецов и ученых, поменьше играть в администрирование.
Никакого другого единого хозяйственного плана,
кроме выработанного уже «ГОЭЛРО», пет и быть не может. Его
надо дополнить, развивать дальше, исправлять и применять к жизни
на основании указаний практического опыта, внимательно изучаемого. Обратное мнение есть только «мнимо-радикальное, на самом
же деле невежественное самомнение», говоря словами лартпрограммы. Не менее невежественным самомлением является мысль, будто
возможна иная общеплановая комиссия в РСФСР, кроме «ГОЭЛРО»,
чем, конечно, не .отвергается возможная польза частичных, деловых
исправлений ее состава. Отроить что-либо серьезное, в смысле улучшения общего плана нашего народного хозяйства, можно только на
этой основе, только продолжай начатое, иначе это будет игра в администрирование или, проще, самодурство.
Задача коммунистов
внутри «ГОЭЛРО» — поменьше командовать, вернее, вовсе не командовать, а подходить к специалистам науки л техники («они в большинстве случаев неизбежно пропитаны буржуазными миросозерцанием и навыками», как говорит программа РКП) чрезвычайно осторожно и умело, учась у них и помогая им расширять свой кругозор,
исходя из завоеваний и данных соответственной науки, памятуя,
что инженер придет к признанию коммунизма не так, как пришел
подполыцик-пропатандист, литератор, а через данные своей науки,
что по-своему придет к признанию коммунизма агроном, по-своему
л совод и т. д. Коммунист, не доказавший своего умения объединять
I. скромно направлять работу специалистов, входя в суть дела, изучая его детально, такой коммунист часто вреден. - Таких коммунистов
у нас много, и я бы их отдал дюжинами за одного добросовестно
изучающего свое дело и знающего буржуазного спеца.
Коммунисты, стоящие вне «ГОЭЛРО», помочь делу создания и
проведения единого хозяйственного плана могут двояко. Если они
экономисты, статистики, литераторы, надо сначала изучить наш собственный практический опыт и только на основании детального изучения собственных фактов рекомендовать исправление ошибок, улучшение работы. Изучение — дело ученого, и тут, поскольку дело
идет у нас уже давно не об общих принципах, а именно о практичоском опыте, нам опять в десять раз ценнее хотя бы буржуазный,
но знающий дело «специалист науки и техники», чем чванный коммунист, готовый в любую минуту дня и ночи написать «тезисы», выдвинуть «лозунги», преподнести голые абстракции. Побольше знания
фактов, поменьше претендующих на коммунистическую принципиальность словопрений.
С другой стороны, если коммунист — администратор, его первый
долг — остерегаться увлечения командованием, уметь сначала посчитаться с тем, что наука ужо выработала, сначала спросить, проверены ли факты, сначала добиться изучения (в докладах, в печати,
637

на собраниях и проч.)—изучения того, где именно мы сделали
ошибку, н лишь на этой оепове исправлять делаемое. Поменьше
приемов Тит Титыча («я могу утвердить, могу не утвердить»), побольше изучения наших практических ошибок.
Давно уже замечено, что недостатки людей большей частью связаны с их достоинствами. Таковы недостатки многих из руководящих
коммунистов. Десятки лет делали мы великое дело, проповедывали
свержение буржуазии, учили недоверию к буржуазным спецам, разоблачали их, отнимали у них власть, подавляли их сопротивления.
Великое, всемирно-историческое дело. Но стоит чуточку преувеличить и получается подтверждение истины, что от великого до "смешного один только шаг. Мы Россию убедили, мы Россию отвоевали
от эксплоататоров для трудящихся, мы эксплоататоров подавили —
мы должны научиться Россией управлять. Для этого надо паучиться
скромности и уважению к деловой работе «специалистов науки и
техники», для этого надо научиться деловому п внимательному апалнзу наших многочисленных практических ошибок и поправлению
их постепенному, но неуклонному. Поменьше интеллигентского и
бюрократического самомнения, побольше изучения того, что наш
практический опыт в центре и на местах дает, и того, что паука нам
уже дала. 1
(Ленин.
1921 t . )

Соч., т. X X V I , «Ort едином хозяйственном плане», стр.

іті—іті,

9 . РАСПУЩЕННОСТЬ, Р А З Г И Л Ь Д Я Й С Т В О ПРОТИВНЫ ДУХУ
БОЛЬШЕВИЗМА

Товаріпцп, сейчас, несмотря па те успехи, которые мы одерживаем па польском фронте, положение все же такое, что мы должны
напрячь все силы. Самое опасное в войне, которая начинается при
таких условиях, как теперь война с Польшей, самое опасное, это —
недооценить противники и успокоиться на том, что мы сильнее. Это
самое опасное, это может вызвать поражение на войне, и это самая
худшая черта, российского характера, которая сказывается в хрупкости и дряблости. Важно но только начать, по нужно выдержать и
устоять, а этого наш брат россиянин не умеет. II только длительной
выучкой, пролетарской дисциплинированной борьбой против всякого шатания и колебания, только посредством такой выдержки
можно довести российские трудовые массы, чтобы они от этой
скверной привычки могли отделаться.
Мы били Колчака, Деникина, Юденича, по добить мы не сумели:
остался Врангель в Крыму. Мы говорили себе: пу, теперь уже мы
сильнее! — и поэтому целый ряд проявления расхлябанности, неряшливости, а Врангель в это время получает помощь от Англии. Это
делается через купцов, и доказать этого нельзя. Он на-днях высаживает десант и берет Мелитополь. Правда, мы его, по последним
сведениям, отобрати назад, но мы и тут упустили его самым позорным образом именно потому, это мы были сильны. Потому, что
1 Примечание
составителя. Конкретные образцы ленинского стиля партийной, государственной работы можно проследить на любом решения ЦК ВКІІ(б)
и СНК СССР но важнейшим вопросам социалистического строительства (ом.,
например, решения ЦК ВКІІ(б) в правительства об угольной промышленности,
железнодорожном транспорте и др.).

638

Юденич, Колчак и Деникин были разбиты, российский человек начинает проявлять свою природу и идет отдыхать, и дело распускается; он губит потом десятки тысяч своих товарищей из-за этой
своей неряшливости. Вот основные черты русского характера: когда
тш одно дело до конца не доведено, он все же, не будучи подтягиваем. из всех сил сейчас же распускается. Надо бороться беспощаднейшим образом с этой чертой, ибо она несет гибель десятков тысяч
лучших красноармейцев и крестьян и продолжение всех мучений голода. Поэтому по отношению к войне, которая завязалась там, несмотря на то, что мы сильнее поляков, нашим лозунгом должно
быть — подтягивание всякой распущенности. Раз война оказалась
неизбежной —• вое для войны, и малейшая распущенность и недостаток энергии должны быть караемы но закону военного времени.
Война есть война, и никто в тылу или иа каких угодно мирпых занятиях не смеет уклониться от этой обязанности.
( Л е н и н. Соч., т. X X V ,
298—299. 1920 г.)

«Речь на

совещании по работе в

деревне», стр.

. . . Нам необходимо, в-третьих, повести решительную борьбу со
всякого рода излишествами в наших управляющих органах и в нашем быту, с тем преступным обращением с народным добром и о
государственными резервами, которое наблюдается у нас- за погродное время. У нас царит теперь разгул, вакханалия всякого рода
празднеств, торжественных собраний, юбилеев, открытий памятников и т. д. Десятки и сотни тысяч ухлопываются на эта «дела»* Юбиляров всякого рода и охотников до торжеств у нас такая уйма,
готовность праздновать 6-месячный, годовой, двухлетний и т. д.
юбилей такая сногсшибательная, что нужны поистине десятки миллионов денег, чтобы удовлетворить спрос. Товарищи, надо положить конец этой недостойной коммунистов распущенности.
. . . Знаменательнее всего то, что у беспартийных замечается
иногда более бережное отношение к средствам нашего государства,
чем у партийных. Коммунист действует в таких случаях смелее и
решительнее. Ему ничего не стоит раздать ряду служащих пособие,
назвав ого тантьемой, хотя тут тантьемой п не пахнет. Ему ничего
не стоит перешагнуть через закон, обойти его, нарушить его. Беспартийный тут осторожнее и сдержаннее. Объясняется это, пожалуй,
тем, что коммунист, иногда считает законы, государство и т. и. веіци
делом семейным. (Смех.) Именно поэтому иному коммунисту не стоит
иногда большого труда перешагнуть, наподобие свиньи (извиняюсь,
товарищи, за выражение), в огород государства и хапануть там или
показать свою щедрость за счет государства. (Смех.) Надо положить
конец, товарищи, этому безобразию. Надо открыть решительную
борьбу против разгула и расточительности наших управляющих органов и в нашем быту, если мы хотим действительно приберечь наше
накопление для нужд нашей промышленности.
/Сталин.
Доклад активу Ленинградской
пленума ЦК ВКП(б) 13 апреля 192« г.)

организации

ВКП (в)

о

работе

указатель
Ленинизм—марксизм эпохи
империализма и пролетарсной
революции
К разделу I
М а р к с я Э н г е л ь с . Манифест коммунистической партии, гл. I и II.
К. М а р к с . Иэбр. пронз., т. I.
Э н г е л ь с . Развитие социализма от утопии к науке, гл. I—III. Там же, т. I.
— Речь на могиле Маркса. Там же.
Л е н и н . Фридрих Энгельс. Ооч., т. I.
— Речь при открытии памятника Марксу
и Энгельсу. Соч., т. X X I I I .
— Переписка Маркса с Энгельсом. Соч.,
т. X V I I .
— Из прошлого рабочей печати в России. Соч., т. X V I I .
— Государство и революция, гл. II, § 3,
гл. VI. Соч., т. X X I .
— Пролетарская революция и ренегат
Каутский, гл. «Что такое интернационализм». Соч., т. X X I I I .
— Три источника и три составных части
марксизма. Соч., т. X V I .
— Кард Маркс. Соч., т. XVIII.
— Исторические судьбы учения Карла
Маркса. Соч., т. XVI.
— Марксизм и ревизионизм. Соч., т. X I I .
— Детская болезнь «левнзиы» в коммунизме, гл. I. Соч., т. X X V .
— Оценка Маркса международным либерализмом. Соч., т. X I I .
С т а л и н . К вопросам ленинизма, гл. I
и II. Вопросы ленинизма.
К р а з д е л у II
Л е н и н . Империализм как высшая стадия капитализма, гл. X . Соч., т. X I X .

1

41

В указатель литературы не вошли те
работы клаооиков марксизма, которые
даны в соответствующих разделах темы
«Хрестоматии».
Лешшпзм

литературы1
Л е н и н . Социализм и война, гл. И, III,
IV. Соч., т. X V I I I .
— Детская болезнь «левизны» в коммунизме, гл. II, III, IV. Соч., т. XXV.•
— Август Бебель. Соч., т. X V I .
— Что делать? Соч., т. IV.
— Горючий материал в мировой политике. Соч., т. X I I .
К р а з д е л у 111
Ленин.
О некоторых
особенностях
исторического развития марксизма.
Соч., т. X V .
— Политический кризис и провал оппортунистической тактики. Соч., т. X .
— Детская болезнь «левизны» в коммунизме. Соч., т. X X V .
С т а л и н . Сб. «О Ленине». Партиздат,
193-2 г.
Б у б н о в . О ленинизме. Доклад на траурном заседании, посвященном восьмой годовщине смерти Ленина. Партиздат, 1932 г.
А д о р а т с к и й . «Гегель, Маркс и Ленин». «Под знаменем марксизма».
X» 11—12. 1931 г.
— О теоретических основах марксизмаленинизма. «Большевик» XS 17, 13,
19, 20. 1931 г.
Сборник «Сталин». К бо-летию со дня
рождения т. Сталина. Гиз, 1930 г.
Институт Маркса-Энгельса-Ленина. «Карл
Маркс». Тезисы к бо-летию со дня
смерти. 1933 г.
Институт Марюса-Энгелъса-Ленияа. Тезисы к 10-летию с» дня смерти Ленина.
М а и у и л ь с к п й . Доклад к 50-летню
оо дня смерти Маркса. «Правда» от
1Ѳ/Ш XS 99.
К а г а н о в и ч . Речь на торжественном
заседании, посвященном 50-летию со
дня смерти Маркса. «Правда» от
D6/III 1933 г.
у>
С т е ц к и й . Доклад к іо-летию со дня
смерти Ленищі. «Правда» от 24 января 1934 г.

М е т о д и теория
К разделу I
М а р к с. К критике -политической экономии. Предисловие. Изб р. произ., т. I.
— Предисловие ко 2-му изд. I тома
«Капитала».
— Тезисы о Фейербахе. Избр. пропз., т. I.
— Письма к Кутельману. Гиз, 1928 г.
Л е н и н . Задачи союзов молодежи.Соч.,
т. X X X .
— Марксизм и реформизм. Соч., т. X V I .
— Задачи пролетариата в нашей революции. Соч., т. X X .
— Чему не следует подражать в немецком рабочем движении. Соч., т. X V I I .
— О бойкоте. Сочц т. X .
— Крах
ТІ
Интернационала.
Соч.,
т. X V I I I .
— Письмо к американским
рабочим.
Соч., т. X X I I I .
— Заметки публициста. Соч., т. X X V .
— О задачах 111 Интернационала. Соч.,
т. X X I V .
С т а л и н . О некоторых вопросах истории большевизма. Вопросы ленинизма.
К а т а н о в и ч. За большевистское изучение истории партии. Партиздат,
1 9 3 2

Г.

К р а з д е л у II
Э н г е л ь с . Предисловие к -< Крестьянсісой войне в Германии». К. М а р к с .
Избр. произв., т. II.
— Развитие социализма от утопии к
науке. Там же, т. I.
Л е н и н . Наша программа. Соч., т. II.
— Еще раз о профсоюзах, текущем моменте и об ошибках тт. Троцкого и
Бухарина. Гл. «Диалектика и эклектизм». Соч., т. X X V I .
— Что делать? Соч., т. IV.
— Материализм и эмпириокритицизм.
Соч., т. X I I I .
— Наши угераздиители. Соч.. т. X V .
— К вопросу о диалектике. Соч., т. XIII.
— .Марксизм и ревизионизм. Соч., т. X I I .
— О значении воинствующего материализма. Соч., т. X X V I I .
С т а л и н . Об основах ленинизма, гл. 3.
Теория. Вопросы ленинизма.
— К вопросам аграрной политики в
СССР. Там же.
— О правом уклоне в ВКП(б), гл. III,
§ е. «Бухарин как теоретик». Там же.

Теория

пролетарской
ции

револю-

К р а з д е л а м I и II
М а р к с и Э н г е л ь с . Манифест коммунистической партии. К. М а р к с .
Избр. произ., т. I.

Маркс
и Э h г е л ь с . Письма под ред.
Адоратского, изд. 1932 г.
20, 44,
203, 205, 206.
М а р к с . К критике политической экономии. Предисловие. Избр. • произ.,

т. 1.

— Капитал, т. I, гл. 24, § 7.
— Классовая война во Франции, гл. III.
/Избр. произ., т. II.
— 18 Брюмера Луи Бонапарта, Там же.
— Гражданская война во
Франции,
гл. III. Там же.
Критика Готской программы, гл. IV.
Там же.
— Письмо В. Засулич. Архив, т. I.
Энгельс.
Анти-Дюринг,
отд.
III,
гл. II.
— Принципы коммунизма. Соч., т. V, от
9—19 во пр.
— Предисловие к «Крестьянской войне
в Германия». К. М а р к с .
Избр.
произв., т. II.
— Введение к «Классовой борьбе во
Франции». Там же.
— Революция и контрреволюция в Германии. Там же.
— Развитие социаіизма от утопии к
науке. Там же, т. I.
Л е н и н. III Интернационал и его место
в истории. Соч., т. X X I V .
— Империализм как высшая стадия капитализма. Соч., т. X I X .
— О лозунге Соединенных штатов Евіюпы. Соч., т. X V I I I .
— О карикатуре на марксизм и об
«империалистическом
экономизме»,
т. X I X .
— О нашей революции. Соч., т. X X V I I .
— Империализм и раскол социализма.
Соч.. т. X I X .
— Предисловие к книге Бухарина «Мировое хозяйство и
империализм».
Соч., т. XVIII.
— Военная программа пролетарской революции. Соч., т. X I X .
— Итоги дискуссии о самоопределении.
Соч., т. X I X .
— О двух линиях в революции. Соч.,
т. X V I I I .
•— Письма из далека. Соч., т. X X .
— Грозящая катастрофа и как с ней
бороться. Соч., т. X X I .
— Уроки коммуны. Соч., т. X I I .
С т а л и н . Об основах ленинизма, разд.
III. Теория. Вопросы ленинизма.
— Октябрьская революция и тактика
русских коммунистов. Там же.
— К вопросам леинниама. Гл. III и IV.
Там же.
— Троцкизм или ленинизм. Сб. «об оппозиции».
—- 0 социал-демократическом уклоне в
нашей партии. Там же.
—• Еще раз о социал-демократическом
уклоне в нашей партии. Там же.

С 1 а л и я. Вопросы и ответы. Вопросы
ленинизма.
— Доклад на VI съезде ігартпп. Стенографический отчет.
Программа Коминтерна, разд. П.
M а и у п л ь с к и й. Доклады ' н а X I и
•XII пленумах ИККИ.
К ѵ ѵ с и н е н . Доклад на XIII пленуме
ИККИ.
M а н у и л ь с к и й. Доклад на
XVII
съезде ВІШ(б).
К р а з д е л у III
М а р к с и Э н г е л ь с . Обращение ЦК
к Союзу коммунистов. К. М а р к о .
Иэбр. произв., т. II.
Л е я и и. Этапы, направления и перспективы революции. Соч., т. VIII.
— U двух линиях революции. Соч.,
т. XVIII.
— О карикатуре на марксизм и об «империалистическом экономизме». Соч.,
nr. X I X .
— Письма о тактике. Соч., т. X X .
— О задачах пролетариата в данной революции. Соч., т. X X .
— Задачи пролетариата в нашей революции. Соч., т. X X .
— К четырехлетней годовщипѳ Октябрьской революции. Соч., т. X X V I I .
— Доклад я заключительное слово о текущем моменте на Все росс, аярельск.
конференции. Соч., т. X X .
— Пролетарская революция и реігегат
Каутский, гл. «Прислужничество буржуазии под видом экономического
анализа». Соч., т. X X I I I .
— Две тактики. Соч., т. VIII.
— Пролетариат и крестьянство. Соч.,
т. VIII.
— Отношение социал-демократии к крестьянскому движению. Соч., т. VIII.
С т а л и н . О трех основных лозунгах
партии по крестьянскому вопросу.
Вопросы ленинизме.
— О лозунге диктатуры пролетариата и
беднейшего крестьянства в период
подготовки Октября. Там же..
— Октябрьская революция и тактика
русских коммунистов. Там же.
— О некоторых вопросах истории большевизма. Там же.
— Письмо с Кавказа. «Большевик» Xà 4.
1932 г.
— Октябрьская революция и вопрос о
средних слоях. Сб. «Марксизм л национально-колониальный вопрос»,
п
Протоколы VI съезда РСДРП (б). Стенографический отчет.
Программа Коминтерна.
K a r a я о в и ч. «За большевистское изучение истории партии». Доклад в
ИКП в 1932 г.
Сборник «За партийность в исторической иауке».

К р а з д е л у IV
Л е п и л . Маевка революционного пролетариата. Соч., т. XVI.
Поражение России и революционный
кризис. Соч., т. X X X .
*
— Письмо к товарищам. Соч., т. X X I .
— Выборы в Учредительное собрание и
диктатура пролетариата. Соч., т. X X I V .
— Крах II Интернационала. Соч., т. XVII.
— Грозящая .катастрофа ц как с ней
бороться. Соч., т. X X I .
— Кризис назрел. Соч., т. X X I .
— Письмо
в
Центральный
комитет
РСДРП,(б). Соч., т. X X I .
— Письмо членам ЦК. Соч., т. X X I .
— Большевики должны взять власть.
Соч., т. X X I .
— Марксизм и восстание. Соч., т. X X I .
— Тезисы ответа германским «,независимым» на предложение переговоров.
Соч., т. X X V .
— Истинные интернационалисты. Соч.,
т. XVIII.
С т а л и н . Политический отчет ЦК X V I
съезду ВКП(б). Вопросы ленинизма.
— Отчетный доклад XVII ыартсъезду;
о работе ЦК ВКЩб).
Г е к к е р т . О борьбе коммунистической
партии в Германии.
Сборник «Послевоенный капитализм в
освещении Коминтерна».
XI, XII и XIII пленумы ИККИ. Стенографические отчеты.
Варга.
Новые явления в мировом
,
экономическом кризисе.

Диктатура

пролетариата

К разделу I
М а р к с в Э н г е л ь с . Манифест коммунистической партии. К. М а р к с .
Избр. произв., т. I.
М а р к с. Критика Готской программы,
гл. IV. Там же, т. II.
— Ншцета философии, глЛІІ. Соч., т. V.
Э н г е л ь с . Происхождение семьи, частной собственности и государства.
Л е н и н . О государстве. Соч., т. X X I V .
— Государство и революция. Соч., т. X X I .
— Марксизм о государстве. Ііаргиздат,
1932 г.
— Предисловие к изданию речи «Об
обмане народа лозунгами свободы н
равенства». Соч., т. X X I V .
— О «демократии» л диктатуре. Соч..
т. XX11I.
— Удержат ли большевики государственную власть? Соч., т. X X I .
С т а л и н . О правом уклоне в ВКП(б),
раздел III, § е, «Бухарин как теоретик». Вопросы ленинизма.
К у у с и н е н . Коммунистический манифест. Документ диктатуры пролетариата. «Большевик» M 6. 1934 г. \

К разделам II и III
М а р к с . Письма к Кугельмапу. Изд.
192S г.
— Письмо к Вейдемейеру. Там же, т. I.
Э н г е л ь с . Предисловие к «Гражданской войне во Фракции». Там же,
т. II.
— Письма к Бебелю 1891 г. и 1S84 г.
(Письма под ред. Адоратского).
Л е н и н . Две тактики социал-демократии в демократической революции,
гл. X . Ооч., т. VIII.
— Цель борьбы пролетариата в нашей
революции. Соч., т. XIV.
— О задачах пролетариата в данной революции. Ооч., т. X X .
— Задачи пролетариата в пашей революции. Соч., т. X X
— Тезисы и доклад о буржуазной демократии л диктатуре пролетариата.
Ооч., т. X X I V .
— Выборы в Учредительное собрание и
диктатура пролетариата. Соч., т. X X I V .
— Успехи и трудности советской власти. Соч., т. X X I V .
— О диктатуре
пролетариата.
Соч.,
т. X X V .
•— К истории вопроса о диктатуре. Соч.,
т. X X V .
— Пролетарская революция и ренегат
Каутский. Соч., т. X X I I I .
— Тезисы об основных задачах второго
конгресса Коминтерна. Соч., т. X X V .
— Речь на II конгрессе Коминтерна об
условиях приема в Коминтерн. Соч.,
т. X X V .
— Тезисы ответа германским «независимым» на предложение переговоров.
Соч., т. X X V .
— О профессиональных союзах, о текущем
моменте
и
об
ошибках
'.т. Троцкого, Соч., т. X X V I .
— Письмо к американским рабочим.
Соч., т. X X I I I .
— Пять лет российской революции и
перспективы мировой революции. Доклад на IV конгрессе Коминтерна.
Соч., т. X X V I I .
— Великий почин. Соч., т. X X I V .
— Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата. Соч., т. X X I V .
— Привет венгерским рабочим. Соч., т.
XXIV.
С т а л и н . Политический отчет ЦК XVI
съезду ВКП(б). Вопросы ленинизма.
— Беседа с первой американской рабочей делегацией. Там же.
— Вопросы н ответы. (I, IV, VIII, X )
Там же.
Программа Коминтерна, ра-зд. IV и V.
К разделу IV
Л е н и н . Очепсдные задачи
власти. Соч., X X I I . -

советской

Л е й пи. Письмо к рабочим и крестьянам. Соч., т. X X I V .
— О «двойном» подчинении и законности. Соч., т. X X V I .
— Речь об экономических органах на
местах. Соч., т. X X V I .
— Лучше меньше, да лучше.
Соч.,
т. X X V I I .
— Как нам реорганизовать Рабкрпя.
Соч., т. X X V I I .
С т а л и н . Политический отчет ЦК X V I
съезду ВКП(б). Вопросы ленинизма.
— Доклад на январском пленуме ЦК н
ЦКК ВКЩб).
К а г а н о в и ч . Партия я Советы.
— Советы на современном этапе.

Борьба з а победу социалиста»
ческого строительства
К разделу I
М а р к с и Э н г е л ь с . Письма под редакцией Адоратского, JnêJsS і, 169, 172,
175, 176.
Маркс.
Конспект книги
Бакунина
«Государственность и анархия». Соч.,
т. XV.
— Критика Готской программы. Иэбр.
произв., т. II.
Энгельс.
Политическое
завещание.
«Красная Новь». 1923 г.
Л е н и н . О лозунге Соединенных штатов Европы. Соч., т. XVIII.
— Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата. Соч., т. X X I V .
— Очередные задачи советской власти.
Соч., т. X X I I .
— Замечания на книгу Бухарина «Экономика переходного периода». Ленлне.кшй сборник XI.
— Привет венгерским рабочим
Соч.,
т. X X I V .
— О продналоге. Соч., т. X X V I .
О диктатуре пролетариата. Соч., т. X X V .
— Великий почин. Соч., т. X X I V .
— Еще раз о профсоюзах, текущем моменте и об ошибках тт. Троцкого и
Бухарина Соч., т. X X V I .
С т а л и н . К итогам работ XIV конференции РКП(б). Вопросы лепиппзма.
— К вопросам ленинизма, гл. G и 7,
Там же.
— О социал-демократическом уклоне в
нашей партии. Сб. «Об оппозиции».
— Еще раз о социал-демократическом
уклоне в нашей партии. Там же.
— Об оппозиционном блоке ВКЩб).
Там же.
К р а з д е л у II
Ленинский сборник X X I I I .
Л е н и н . Тезисы доклада о тактике РКП
на III конгрессе Коминтерна. Соч.,
т. X X V I .
— Главная задача наших дней. Соч.,
т. X X I I .

Л е п п н. Доклад я заключительное слово на ѴПІ Всероссийском съезде
советов. Соч., т. X X V I .
— Экономика и политика и эпоху диктатуры пролетариата. Соч.. т. X X I V .
— О продналоге. Соч., т. X X V I .
— Речь на Всероссийском съезде транспортных рабочих. Соч., т. X X V I .
— Доклад и заключительное слово о
продналоге на Всероссийской конференции РКП(б). Соч., т. X X V I .
— Речь о продналоге на собрании секретарей РКП(б). Соч., т. X X V I .
— Доклад и заключительное слово на
XI съезде РКП(б). Соч.. т. X X V I I .
— Пять лет Российской революции и
перспективы
мировой
революции.
Соч., т. X X V I I .
— О кооперации. Соч., т. X X V I I .
— О нэпе. Доклад па VII Московок,
губпаркконференции. Соч., т. X X V I I .
С т а л и п. К итогам работ XIV конференции ВКП (б). Вопросы ленинизма.
— Вопросы я ответы. Там же. К р а з д е л у III
М а р к с. Критика Готской программы.
Избр. произв., т. II.
Э н г е л ь с . Анти-Дюринг, отд. III, гл. II,
III. IV.
— Принципы коммунизма. Соч., т. V.
Л е н и н . Великий почин. Соч., т. X X I V .
— Доклад о субботниках на Моск. общегородск. конференции РКП(б). Соч.,
т. X X I V .
— Государство п революция, гл. V. Соч.,
т. X X I .
С т а л и н . Год великого перелома. Вопросы ленинизма.
— К вопросу аграрной политики в
СССР. Там же.
— К вопросу о политике ликвидации
кулачества как класса. Там же.
— Политический отчет ЦК XVI съезду
ВКЩб). Там же.
— О задачах хозяйственников. Там же.
— Новая обстановка — новые задачи хозяйственного строительства. Там же.
— Итоги первой пятилетки. Доклад на
январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б).
— О работе в деревне. Речь на январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б).
— Речь на первом Всесоюзном съезде
колхоз« иков-ударни ко в.
— Отчетный доклад X V I I партсъезду о
работе ЦК ВКП(б).
Каганович.
Доклад ira январском
пленуме ЦК и ЦКК ВКІІ(б).
— Доклад на XVII съезде ВКП(б).
— Речь на II пленуме Комиссии партийного контроля.
Орджоникидзе.
Кап итаи Страны
советов ведет нас от победы к победе. Парт из дат, 1933 г.

К и р о в . Одержана великая историческая победа. Партпздат, 1933 г.
М о л о т о в . Задачи второй пятилетки.
Доклад на XVII съезде ВКП(б).
К у й б ы ш е в . Второй пятилетний план.
Доклад на XVII съезде ВКП(б).
Резолюция XVII съезда по докладу тт.
Молотова и Куйбышева.
Стенографический отчет XVII партконференции. Доклады Молотова, Куйбышева и др.
Стенографический отчет X V I I съезда
ВКП(б).

Аграрно-крестьянский

вопрос

К разделу I
М а р к с и Э п г е л ь с . Манифест коммунистической партии, гл. I л И. К.
М а р к с. Иэбр. произв., т. I.
— Обращение ЦК к Союзу коммунистов.
Там же, т. IL
М а р к с . Капитал, т. ГО, ч. II, § 5.
— Критика Готской программы, "гл. I.
Избр. произв., т. И.
— Классовая борьба во Франции, гл. III.
Там же.
— 18 Брюмера Луи Бонапарта, гл. VII.
Там же.
— Конспект книги Бакунина «Государственность и анархия». Соч., т. XV.
Э н г е л ь с . Предисловие к «Крестьянской войне в Германии». К. М а р к с .
Избр. произв., т. II.
— Крестьянский вопрос во Франции п
Германии. Гиз, 1922 г.
— Политическое завещание.
Л е н и н . Развитие капитализма в России. Соч., т. III.
— Аграрный вопрос и «критики Маркса». Соч., т. XI.
— Новые данные о законах развития
земледелия в САСШ. Соч.. т. ХѴП.
Ленинский сборник X I X .
К р а з д е л а м II и II!
Л е н и н . Рабочая партия и крестьянство. Соч., т. IV.
— Аграрная программа русской социалдемократии. Соч., т. V.
— Социал-демократия л Временное революционное
правительство.
Соч.,
т. VII.
— Две тактики социал-демократии в
демократической
революции.
Соч.,
т. VIII.
— Отношение социал-демократии к крестьянскому движению. Соч., т. VIII.
•— Социализм и крестьянство. Соч., т. VIII.
— Мелкобуржуазный и пролетарский
социализм. Соч., т. VIII.
— Этапы, направления и перспективы
революции. Соч., т. ѴШ.

Л е н и н. Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции.
Соч., т. X I .
— Пересмотр аграрной программы рабочей партии. Соч., т. IX.
— Заключительное слово по аграрному
вопросу яа IV съезде. Соч., т. IX.
— Доклад не, объединительном съезде.
Соч., т. IX.
— Доклад по аграрному вопросу и резолюция на Всеросс. апрельской конференции 1917 г. Соч., т. X X .
— Речь по аграрному вопросу п проект
резолюции на I Всеросс. съезде крестьянских депутатов. Соч., т. X X .
— О необходимости основать союз сельских рабочих России. Соч., т. X X .
— Крестьяне и рабочие. Соч., т. X X I .
— Союз рабочих с трудящимися и эксплоатируемыми крестьянами.
Соч.,
т. X X I I .
Пролетарская революция и ренегат
Каутский, гл. «Прислужничество буржуазии под видом экономического
анализа». Соч., т. X X I I I .
С т а л и н . О трех основных лозунгах по
крестьянскому вопросу. Вопросы ленинизма.
— Ленин и вопрос о союзе с середняком. Там же.
— К вопросам аграрной политики в
СССР. Там же.
К р а з д е л а м IV и V
Л е н и н . Цепные признания Питирима
Сорокина. Соч., т. X X I I I .
— Речь к делегатам комитетов бедноты
Московской области. Соч., т. X X I I .
Речь на I Всеросс. съезде земельных
обществ, комитетов бедноты и коммун. Соч., т. X X I I I .
— Ответ на запрос крестьянина. Соч.,
т. X X I I I .
— ѴШ съезд РКПСб). Речь при откры. тпи съезда. Доклад о работе в деревне. Резолюция об отношении к среднему крестьянству. Соч., т. X X I V .
— Предисловие в изданию речи «Об обмане народа лозунгами свободы и
равенства». Соч., т. X X I V .
Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата. Соч., т. X X I V .
— О продналоге. Соч., т. X X V I .
— Речь на Всероссийском съезде транспортных рабочих. Соч.. т. X X V I .
— Доклад о продналоге на Всероссийской
конференции РКП(б). Соч., т. X X V I .
— Доклад и заключительное слово на
X I съезде РКП(б). Соч., т. XVII.
— Речь на II съезде политпросветов.
Соч., т. X X V I I .
— Речь о продналоге на собр. секрет, п
ответегв. представ, ячеек РКП(б) Москвы и Московск. губ. Соч.. т. X X V I .

Л е п п п. Тезисы и доклад о тактике
РКП(б) на. III конгрессе Коминтерна.
Соч., т. X X V I .
— Новая экономическая политика и задачи политпросветов. Соч., т. X X V I I .
— О кооперации. Соч., т. X X V I I .
С т а л и н . На хлебном фронте. Вопросы
ленинизма.
— К вопросам аграрной политики. Тамже.
— Головокружение от успехов. Там же.
— Ответ товарищам колхозникам.Там же.
— Политический отчет и заключительное слово на XIV партсъезде.
— О работах апрельск. объедин. пленума
ЦК и Ц Щ . 1928 г.
— Об итогах июльокого пленума Ц К
192® г.
— Об индустриализации страны п о
правом уклоне. Вопросы ленинизма.
— О правом уклоне в ВКЩб). Там же.
— Ответ свердловцам. Там же.
— Политический отчет ЦК X V съезду,
гл. II и III.
— Политический отчет ЦК X V I съезду,
гл. III.
Отчетный доклад XVII партсъезду о работе ЦК ВКЩб).
К а г а н о в и ч . Цели и задачи политических отделов МТС и совхозов.
— Укрепление колхозов и задачи весеннего сева. Дснпартиздат, 1933 г.
— Организационные вопросы. Доклад на
XVII съезде ВКП (б).
Я к о в л е в . Доклад на XVI съезде ВКП(б).
Программа Коминтерна, разд. III.
Резолюции XVII партконференции, X V I
съезда партии о колхозном движении п январского пленума ЦК и ЦКК
ВКЩб) о политотделах МТС н совхозов.
Резолюции
июньского
пленума
ЦК
1 9 3 4 Г.

Национально-колониальный
вопрос
К р а з д е л а м I и II
М а р к с и Э н г е л ь с . Письма. Сборн.
под ред. Адоратского. С-м. по нредм.
указателю.
М а р к с и Э н г е л ь с . Соч., т. XI, ч. I.
Э н г е л ь с . Сила и экономика в образовании Германской империи. Гиз, 1932 г.
— Польская прокламация.
Л е н и к. Критические заметки по ігациональному вопросу. Соч., т. XVI.
— Тезисы по национальному вопросу.
Соч.. т. XVII.
— О национальной гордости великороссов. Соч.. т. XVIII.
— Итоги дискуссии о самоопределении,
Соч., т. X I X .
— Первоначальный набросок тезисов •
национал!,ному и колониальному во
просам. Соч., т. X X V .
Л е н и и. О брошюре Юииуса. Соч., т. X I X .

Ленинский сборник ХѴІТТ.
— О программе мира. Соч., т. X I X .
— О карикатуре на марксизм и об «империалистическом экономизме». Соч.,
т. X I X .
— Международный
социалистический
конгресс в Штутгарте. Соч., т. XII.
— О нраве наций на самоопределение.
Соч., т. XVII.
— Письма С. Г. Шаумяну. Соч., т. XVII.
— О культурно-национальной автономии.
Соч., т. XVII.
— Революционный пролетариат и право
наций на самоопределение.
Соч.,
т. XVIII.
— Социалистичесжая революция и гграво
наций на самоопределение.
Соч.,
т. X I X .
С т а л и н . К постановке национального
вопроса. Сб. «Марксизм и национально-колониальный вопрос».
— Марксизм и национальный вопрос.
Там же.
— /К национальному вопросу в Югославии. Там же.
— Еще раз к национальному вопросу.
Там же.
— Сб. «Об оппозиции», стр. 551—578,
685—605, 615—636, 644—664 (также и
для гл. IV), стр. «О Китае» (см. в брошюре «За м еткіша сов ремецныетемы»).
— Доклад и заключительное слово на
апрельской конференции 1917 г. Сб.
«Марксизм и национально-колониальный вопрос».
— Октябрьский переворот и национальный вопрос. Там же.
К р а з д е л у III
Л е н и н . Речь по колониальному вопросу
на II .конгрессе Коминтерна. Соч., т.
XXV.
— Финляндия и Россия. Соч., т. X X .
— Недемократично, господин Керенский!
Соч., т. X X .
— Украина. Соч., т. X X .
— Украина и поражение правящих партий в России. Соч., т. X X .
— Пробуждение Азии. Соч., т. XVI.
— Отсталая Европа и передовая Азия.
Соч., т. XVI.
Стенографический отчет V конгресса
Коминтерна. Доклад и заключительное слово Маиуильского. Резолюция
о национальном вопросе в Средней
Ерропе и на Балканах.
Стенографический отчет VI конгресса
Коминтерна «0 революционном движении в колониальных и полуколониальных странах».
С т а л и н . О политических задачах Университета народов Востока. Вопросы
ленинизма.
— Сб. «Об оппозиции», стр. 551—578,
SS5—605, 615—636, 644, 604.

С т а л и н . Заметки на современные темы.
Об. «Об оппозиции».
Сталин п национальная политика. Сб.
«Сталин», изд. 1931 г.
M а н у и л ь с к и й. Доклад на
XVII
съезде ВКП(б).
К р а з д е л у IV
Л е п и н. Письмо к рабочим и крестьянам Украины по поводу побед над
Деникиным. Соч., т. X X I V .
— Доклад на II Всероссийском съезде
коммунистических организаций народов Востока. Соч., т. X X I V .
— Доклад о партийной программе на
ѴШ съезде РКП(б).
С т а л и н . Очередные задачи партии в
национальном вопросе. Сб. «Марксизм
и национально-колониальный вопрос».
— Национальные моменты в партийном
и государственном строительстве. Там
же.
— Октябрьский переворот и национальный вопрос. Сб. «Об Октябрьской революции».
— О политических задачах Университета народов Востока. Сб. «Марксизм п
национально-колониальный вопрос».
— Политика советской власти по национальному вопросу в России. Там же.
— Октябрьская революция и национальная политика русских коммунистов.
Там же. — Об объединении Советских республик.
Там же.
— Речи на IV совещании ЦК РКП(6) с
ответственными работниками национальных республик и областей. Там же.
К у й б ы ш е в . Содоклад на ХѴП партконференции, в части, касающейся
отдельных районов.
Ѵ Ш съезд РКП(б). Вопрос о программе
партия.
Резолюции X и XII съездов по национальному вопросу. Сб. «Марксизм и
национально-колониальный вопрос».

Стратегия и тактика
К разделу I
Маркс
и Энгельс.
Письма под
ред. Адоратского.
— Архив т. I (VI), Партиздат, 1932 г.
Л е н и н . Что такое «друзья народа» и
как они воюют против соцнал-демо« кратов? Соч., т. I.
— Что делать? Соч., т. IV.
— О бойкоте. Соч., т. X.
— Крах II Интернационала. Соч., т. XVIII.
— Государство и революция. Соч.. т. X X I .
— Пролетарская революция и ренегат
Каутский. Соч., т. X X I I I .
— Товарищам коммунистам Азербайджана, Грузии, Армении. Дагестана, Го<>
ской республики. Соч., т. X X V I .

Л е н и н . Доклад о тактике на III конгрессе Коминтерна. Соч., т. X X V I .
— Пять лет российской революции и
перспективы мировой революции. Соч.,
т. X X V I I .
С т а л и н . Вопросы ленинизма (об итогах июльского пленума, о правом
уклоне в ВКП(б) п др. работы).
К р а з д е л у (1
Л е н и н . Детская болезнь «левизны» в
коммунизме. Соч., т. X X V .
— Две тактики социал-демократии в
демократической революции. Соч., т.

,vm.

— Письмо к немецким коммунистам.
Соч., т. X X V I .
— Новые времена, старые ошибки в новом виде. Соч., т. XXVII.
— Письма о тактике. Соч., т. X X .
— О двух линиях в революции. Соч.,
т. XVIII.
— Задачи пролетариата в нашей революции. Соч., т. X X .
— Задачи русских социал-демократов.
Соч., т. II.
— Протест русских социал-демократов.
Соч., т. П.
— Бойкот Булыгинской думы и восстание. Соч., т. VIII.
— Против бойкота. Соч., т. XII,
— Р а дорогу. Соч., т. XIV.
— Большевики должны взять власть.
Соч.. т. X X I .
С т а л и и. Октябрьская революция и
тактика русских коммунистов. Вопросы ленинизма.
К р а з д е л у III
Л е н и н . Советы постороннего. Соч, т.
XXI.
— Письмо к товарищам большевикам,
участвующих иа Областном съезде советов Северной области. Соч., т. X X I .
— Письмо к товарищам. Соч., т. X X I .
— Письмо членам ЦК. Соч., т. X X I .
— Доклад о войне и мире на VII съезде
РКП(б). Соч., т. X X I I .
—\ Главная задача наших дней. Соч., т.
XXII.
— Доклад на Московской губпартконференцни. Соч., т. XXVII.
С т а л и н . Вопросы ленинизма, стр. 94—
97, 160—161. 239—239, 245—254, 325—
333 (0 лозунгах).
— Там же, стр. 20—28, 60—61, 387, 443.
467—468, 590 («О звене» и «цепи»).
— К вопросу о стратегии и тактике
русских коммунистов. ДО «Правда
от 1923 г.,
56.
— Политические отчеты ЦК XIV, XV и
X V I съездам ВКП(б).

К р а з д е л у IV
Л е н и н. Шаг вперед, два шага назад,
Соч.. т. VI.
— О фракции сторонников отзовизма и
богостроительства. Соч., т. XIV.
— О задачах III Интернационала. Соч.,
т. X X I V .
— Фальшивые речи о свободе. Соч., т.
XXV.
— Речь в защиту тактики Коминтерна.
Соч., т. X X V I .
— Письмо к немецким коммунистам.
Соч., т. X X V I .
— По поводу «Profession de T O I » . С О Ч . ,
т. X X X .
— Разногласия в европейском рабочем
движении. Соч., т. XV.
К разделу V
Программа Коминтерна.
Резолюции и доклады на XI, XII и
XIII пленумах ИККИ.
Д м и т р о в . «Письмо к австрийским рабочим». «Коминтерн» X» и от 1934 г.
Письмо Секретариата ИККИ Националы
ному административному сектору НРИ.
«Коминтерн» X» 19—20 от 1933 г.
Письмо Секретариата ИККИ к НРП.
«Коминтерн» № 29—30 от 1933 г.
Постановление Президиума ИККП по
делу Дорио. 1934 г.

Учение о партии

К разделу I

М а р к с и Э н г е л ь с . Maннфест комму нистической партии. К. М а р к с .
ІІзбр. произв., т. I.
— Первое обращение ЦК к Союзу коммунистов. Там же, т. И.
— Второе обращение ЦК к Союзу коммунистов. Соч., т. VIII.
М а р к с и Э н г е л ь с . Процесс коммунистов в Кельне. Соч., т. VIII.
— Письма. Сборник под ред. Адоратского. См. письма № 4, 12, 71, S3,
135, 143, 144, 145, 164, 169, 470, 181,
1S9, 190, 193, 194.
— Учредительный манифест I Интернационала. Партяздат, 1933 г.
Э н г ѳ л ь с. К истории Союза коммунистов. К. M а р к е . Избр. произв., т. И.
М а р к с . Критика Готской программы.
Там же, т. И.
Л е н и н. Что делать? Соч., т. IV.
— Детская болезнь «левизны» в коммунизме. Соч.. т. X X V .
С т а л и н. Вопросы ленинизма.
— Об. «Об оппозиции».
Программа и уста® ВКП (б).
Программа и устав Коминтерна.
К р а з д е л у II
Программа и устав ВКП (б).
Программа л устав Коминтерна.

Маркс
it Э н г е л ь с . Устав Союза
коммунистов. Соч., т. V.
М а р к с . Критика Готской программы.
Избр. произв., т. П.
М а р к с и Э н г е л ь с . Из писем о борьбе за пролетарскую партию. Там же.
М а р к с и Э н г ѳ л ь с. Письмо Бебелю,
Лнбкнехту, Браккс и др. Там же.
Л е и и н. С чего начать? Соч., т. IV.
— Письмо к товарищу о лаших оргаиизацноншых задачах. Соч., т. V.
— Шаг вперед, д в а шага назад. Соч., т.
VI.
— Предисловие к брошюре «Рабочие о
партийном расколе». Соч., т. VIII.
— • О реорганизации партии. Соч., т. VIII.
— Как Вера Засулич убивает ликвидаторство. Соч., т. X V I .
— К итогам съезда. Соч.. т. I X .
— К единству. Соч., т. I X .
— Об организации масс и выборе момента борьбы. Соч.. т. I X .
— На прямую дорогу. Соч.. т. X I .
— Резолюция совещания ЦК с партработниками. Соч., т. XVII.
С т а л и н . Письмо из Сольвычегодской
ссылки. «Большевик»
1—2. 1932 г.
К а г а н о в и ч . О чистке партии. Леипартпздат, 1933 г.
О чистке партии. Материалы для докладчиков и пропагандистов. Ленпартиздат, 1933 г.
К р а з д е л у III
Л е н и н . Как нам реорганизовать Рабкрчи. Соч., т. X X V I I .
— О «двойном» подчинении и законности. Соч., т. X X V U .
С т а л и н . Отчетный доклад X V I I партсъездѵ о работе ЦК ВКП(б).
К а г а н о в и ч . Цели и задачи политических отделов МТС и оовхозов.
— Организационные вопросы. Доклад на
X V I I съезде ВКП (б).
— Речь на II пленуме Комиссии партийного контроля.
К р а з д е л у IV
М а р к с . Критика Готской программы.
Иэбр. произв., т. II.
Маркс п Энгельс.
«Циркулярное»
письмо. Там же.
— Архив т. I (VI). Партиздат, 1932 г.
— Письмо к Зорге (см. отд. изд. Спб.,
1907 г., или см. сборник под ред. Адоратского, но именному указателю).
Э н г е л ь с . Письмо к Бебелю от 20 июня
1S73 г. Архив I (VI).
— Письмо к Б і о с у от 21 февраля 1S74 г.
Там жо.
Л е п и и. О разногласиях в европейском
рабочем дай ясени и. Соч., т. X V .

Л е н и н . Марксизм и ревизионизм. Соч., :
т. XII.
— Социализм п война, гл. IV. Соч.,
т. ХѴІІГ.
— Крах 11 Интернационала. Соч., т. X V I I I .
— Государство и революция. Соч., т. X X I .
— О «левом» ребячестве и о мелкобуржуазности. Соч., т. X X I I .
—• Кризис партии. Соч., т. X X V I .
— Еще ]жз о роли и задачах профсоюзов. Соч., т. X X V I I .
— Письмо к Мяснгікову. Соч., т. X X V I I .
— Детская болезнь «левизны» в коммунизме. Соч., т. X X V .
— Письмо к немецким и французским
рабочим. Соч., т. X X V .
С т а л и н . Вопросы ленинизма.
— Об. «Об оппозиции». Изд. 1927 г.
— О правых фракционерах в Американской компартии. «Большевик» Аіц і.
1930 г.
— О некоторых вопросах истории большевизма. Вопросы ленинизма.
— Отчетный доклад Х Ѵ И партсъезду
о работе ЦК ВКЩб).
Резолюции XIII партконференции о мелкобуржуазном уклоне. «ВКП в резолюциях», часть I.
Резолюции X V партконференции и X V
партсъезда о социал-демократическом
уклоне.
Резолюции X V I I партконференции.
Резолюции
январского
объединенного
пленума ЦК п ЦКК ВКП(б).
Стиль в

работе

К р а з д е л у I и II
Л е н н н. О революционной фразе. Соч.,
т. X X I I .
— О чесотке. Соч., т. X X I I .
— Мир или война. Соч., т. Х Х Н .
— Тяжелый, но необходимый урок. Соч.,
т. X X I I .
— Лучше меньше, да лучше. Соч., т.
XXVII.
С т а л и н . О некоторых вопросах истории большевизма. Вопросы ленинизма.
— Сб. «О Ленине». Партнздат, 1932 г.
К а г а н о в и ч . За большевистское изучение истории партии.
Партнздат,
1932 г.
С т е ц к и й. Об упрощенстве и упрощенцах. Партиздат, 1932 г.
«Я. М. Свердлов».
Сборник воспоминаний и статей. Л . Гнз, 1920 г.
«Ф. Дзержинский».
Сборник
статей.
Соцэкгнз, 1931 г.
Сборник «Сталин». К 50-летию со дня
рождения. 1930 г.
3 е л и к с о н-Б о б р о в с к а я.
Товарищ
Иннокентий (Дубровинский). Л. 1925 г.
«Клара Цеткин».
Сборник статей и
, материалов. М. Партиздат, 1933 г.

К ïi р о в. Революционная самоотверженная работа — вот что требуется от
каждого большевика. Леннартиздат,
1933 г.
К р у п с к а я . К вопросу о методе научной работы Ленина. См. «Воспоминания о Ленине». Гиз, 1932 г.
— Как Ленин работал над Марксом.
Партиздат, 1933 г.
К р а з д е л у III
Л е н и н . Великий почин. Соч., т. X X I V .
— О работе Наркомнроса. Соч., т. X X V I .
— Об едином хозяйственном плане.Соч.,
т. X X V I .

!

г

Л е н и н . Письмо Г. М. Кржижановскому.
Соч., т. X X V I .
— Заключительное слово по докладу о
продовольственном налоге. Соч., т.
XXVI.
— Письмо А. А. Коростелеву по поводу
комиссии содействия хозяйственным
органам. Соч., т. X X V I .
— Письма А. Д. Цюрупе. Соч., т. XXVII.
— О тезисах т. Преображенского. Соч.,
т. X X V I I .
— Предисловие к брошюре «Старые
статья н а близкие к новым темы». Соч.,
т. X X V I I .
— Задачи союзов молодежи. Соч., т. X X X .

содержание
СТР.

От и з д а т е л ь с т в а

S

Л Е Н И Н И З М — М А Р К С И З М ЭПОХИ ИМПЕРИАЛИЗМА
И ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
I. О п р е д е л е н и е

ленинизма и главное

в ленинизме . . . .

1. Тов. Сталин о ленинизме
2. Единство марксизма-ленинизма
3. Борьба партии против оппортунистических извращений определения ленинизма
4. Главное в марксизме-ленинизме
II. И с т о р и ч е с н и е н о р и и л е н и н и з м а
1. Тов. Сталин об исторических корпях ленинизма
2. Возникновение большевизма на базе марксизма и международное
„значение политического опыта большевизма •
III. Л е н и н и з м — н о в а я с т у п е н ь в р а з в и т и и
марксизма и
д а л ь н е й ш е е р а з в и т и е л е н и н и з м а т о в . С т а л и н ы м . ..
1. Тов. Сталин о попом, внесенном Лениным в марксизм . . .
2. Тов. Сталин — великий соратник Ленина н продолжатель его учения
. . • • . . « .і •• *
. . . . . . . . .

5—11
5
G
7
У
11—16
11
то

16—23
16
20

М Е Т О Д И ТЕОРИИ
I. О с н о в ы и с у щ н о с т ь м е т о д а л е н и н и з м а
1. Метод ленинизма ііепримирлмо враждебен теории н методу
II Интернационала
.
2. Основные требования метода ленинизма и разоблачение догм
11 Интернационала
3. Единство теории и практика как решающая черта революционного
метода ленинизма
4. Проверка партий и лидеров но их делам, а не по « х декларациям.
б. Перестройка всей партийной работы для подготовки маос к пролетарской революции
!
G. Самокритика пролетарской партии, ее воспитание н обучение на
собственных ошибках
:

24—47
24
25
28
31
35
39—47

651

A. Самокритика — большевистский метод воспитания кадров партип и рабочего класса
Б . Маркс и Энгельс о значении самокритики
B. Ленин о самокритике . . . . н
•Г. Своевременное вскрытие ошибок — важнейший принцип большевистского руководства
. . .і
Д. Разоблачение лравооппортунистического извращения самокритики
. •
II. Т е о р и я
1.
2.
3.
4.

44
46
47-59

Роль теории в классовой борьбе пролетариата
Марксизм не догма, а руководство к действию
Критика теории стихийности
Тов. Сталин о значении марксистско-ленинской теории в борьбе
за победу социалистического строительства А .
.. . . • •

ТЕОРИЯ ПРОЛЕТАРСКОЙ

п Энгельс

о неизбежности

и исторической роли пролетариата

47
51
53
58

РЕВОЛЮЦИИ

I. П р о т и в о р е ч и я и м п е р и а л и з м а , п р е д п о с ы л к и
щие с и л ы пролетарсной революции
1. Маркс

39
42
43

социалистической

и движу-

60—92

революция
.

.і

••

2. Ленинская теория империализма как последней стадии капитализма
и кануна пролетарской революции
A. Тов. Сталин о ленинской теории империализма
Б. Империализм, как умирающий капитализм и канун пролетарской революции
B. Зрелость материальных предпосылок для перехода к социализму в эпоху империализма
Г. Империализм — порывистая, скачкообразная, катастрофичная,
конфликтная эпоха
.
Д. Общий кризис капитализма п три периода его развития . .
3. Движущие силы и резервы мировой социалистической революции
и роль партии
A. Социалистическая революция — эпоха, соединяющая гражданскую войну пролетариата в передовых странах и целый ряд демократических п революционных движений в отсталых странах
Б. Пролетариат — единственный до конца революционный класс.
B. Трудящееся крестьянство — резерв пролетариата в социалистической революции
Г. Роль национально-освободительных движений в пролетарской
революции. (Национально-освободительное движение как резерв
и составная часть мировой социалистической революции.) . .
Д. Руководство коммунистической партии и беспощадная борьба
с оппортунизмом — решающее условие победы пролетарской
революции
Е. Высвобождение пролетариата из-под влиянии социал-фашизма —
главной социальной оноры буржуазии — необходимое условие
его победы

60
65—73
65
66
68
69
72
73—87

73
74
75

78

80

85

1. Разоблачение социал-демократической фразеологии о предпосылках
социализма и «мирном врастании» капитализма в социализм . .
А. Борьба против меньшевистской теории предпосылок пролетарской революции и оценки Октябрьской революции . . . .
Б. Борьба против социал-фашистскоіі теории «мирного врастания»
капитализма в социализм
. «

II. Н е р а в н о м е р н о с т ь э к о н о м и ч е с к о г о и п о л и т и ч е с к о г о
р а з в и т и я к а п и т а л и з м а , п р о р ы в цепи и м п е р и а л и з м а
в слабом звене и возможность победы социализма
в одной стране

а. Тов. Сталип о ленинском учении неравномерности развития в период империализма, слабом »вене и возможности победы социализма в одной стране
2. Закон неравномерного развития капитализма и борьба с троцкистским отрицанием этого закона
3. Мировая система империализма и прорыв цепи империализма в
слабом звене
4. Ленинское учение о слабом звене и борьба против бухарннского
извращения его
б. Вопрос о победе социализма в одной стране в эпоху империализма
и в эпоху промышленного капитализма
6. Победа революции в одной стране как подспорье и средство для
ускорения победы пролетариата всех стран . . . . . . .

III. О с н о в н ы е т и п ы р е в о л ю ц и й в э п о х у и м п е р и а л и з м а
и перерастание буржуазно-демонратичесной революции в пролетарскую

.

•

87—92
87
89

93—107

93
94
99
101
102
104

107—130

1. Борьба за диктатуру пролетариата и основные типы революций .-,
107
3. Перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую
109—123
A. Тов. Сталин о перерастании буржуазно-демократической революции в пролетарскую и антимарксистоком характере троцкистской «теории перманентной революции»
Б. Маркс п Энгельс о перерастании буржуазно-демократической
революции в пролетарскую
B. Борьба пролетариата за революционно-демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства — борьба за перерастание
буржуазно-демократической революции в социалистическую .
Г. Движущие силы буржуазно-демократической и движущие силы
пролетарской революции
Д. Ленин о перерастании в mos г

109
113

119
121
122

3. Борьба партии против извращений ленинской теории л тактики
перерастания буржуазно-демократической

революции в пролетар-

скую
А. Борьба против троцкистской теории перманентной революции .
Б. Борьба Ленина против отрицания правыми стратегической:
плана перерастания в 1ві7 г

123-130
123
125
653

В. Борьба партии против троцкистской клеветы о перевооружении
большевиков в 1917 г
Г. Сталинская критика оппортунистической позиции Преображенского р 19117 г
Д. Разоблачение троцкистской контрабанды в вопросах перерастания
. . . . . .
., .
.. . . .
. ..

IV. Р е в о л ю ц и о н н ы й
менном этапе

кризис и е г о н а р а с т а н и е на совре-

127
128
129

130—155

V

1. Ленин о революционной ситуации
Ленин о вооруженном восстании как о высшей ступени революционного кризиса
3. Непосредственные условия победы пролетариата на опыте Октябрьской революции в России
4. Развитие пролетарской революции на современном этапе . . .

130
133
137
144

Д И К Т А Т У Р А ПРОЛЕТАРИАТА
I. М а р к с и с т с к о - л е н и н с к о е

учение о государстве

156—1G9

1. Сущность государства как диктатуры одного класса над другим .
A. Государство—продукт непримиримости классовых противоречий
Б. Военно-бюрократический аппарат буржуазного государства . .
B. Государство — орудие эксплоатаціш угнетенного класса . . .
2. Слом буржуазной государственной машины — необходимое условие пролетарской революции
3. Борьба против анархизма и лолуанархических ошибок Бухарина
о государстве
.
4. Буржуазное государство н его формы
А. Буржуазная демократия как замаскированная форма диктатуры
буржуазии
Б. Фашизм — оголенная террористическая диктатура буржуазии .

П. Д и к т а т у р а
роны

пролетариата

м е е три о с н о в н ы х

1 Историческая необходимость диктатуры

пролетариата

.

сто.

.

.

А. Тов. Сталин о марксистско-ленинском учении о диктатуре про
летариата как орудии пролетарской революции . . . . . .
Б. Маркс и Ленин о диктатуре пролетариата к а к об исторически
необходимой переходной

ступени от капитализма к коммунизму.

2. Три основных стороны диктатуры пролетариата . . . . . .
A. Тов. Сталин об основных задачах пролетарской революции н
трех сторонах диктатуры пролетариата
Б. Диктатура пролетариата не окончание, а продолжение классовой борьбы пролетариата в новых формах
B. Ленин о диктатуре пролетариата как о подавлении сопротивления буржуазии, руководстве мелкобуржуазными трудящимися
массами и орудии построения социализма

156—162
156
158
160
162
164
165—169
165
168

169—185
169—173
169
171
173—183
173
178

180

3. Революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства кок этап к диктатуре пролетариата . . . . . . .
ж . ... ж

183

III. Д и к т а т у р а
п р о л е т а р и а т а — н о в ы й тип г о с у д а р с т в а .
С о в е т ы — г о с у д а р с т в е н н а я ф о р м а д и к т а т у р ы пролетариата

185—211

1. Основные черты диктатуры пролетариата к а к государства нового
іипа, как пролетарской или советской демократии

185—197

A. Тов. Огалин о диктатуре пролетариата как государстве нового
типа и советах к а к государственной форме диктатуры пролетариата
Б. Диктатура пролетариата к а к государство нового тина . . .
B. Парижская коммуна как первый исторический опыт государства нового типа
Г. Диктатура пролетариата как пролетарская или советская демократия
Д. Основные черты советов как государственной формы диктатуры
пролетариата
2. Пролетарская природа Советского государства и содержание
лозунга рабоче-крестьянского правительства
3. Бюрократическое извращение пролетарского государства, корни
бюрократизма и борьба с ним
.
4. Система диктатуры пролетариата и руководящая роль партии
в ней
A. Тов. Сталин о «механизме» диктатуры пролетариата . . . .
Б. Роль коммунистической партии при диктатуре пролетариата .
B. Борьба п[ютив троцкистского отожествления диктатуры пролетариата с диктатурой партии
IV. В ы с ш е е у к р е п л е н и е г о с у д а р с т в е н н о й в л а с т и п р о л е тариата в целях подготовки условий для отмирания
государства
1. Исторические предпосылки отмирания государства . . .
.
2. Высшее .укрепление государственной власти пролетариата в целях
подготовки условий для отмирания государства
3. Борьба за укрепление Советского государства и усиление социалистической дисциплины в первый период социалистического строительства
4. Борьба за укрепление пролетарской диктатуры на современном этапе
Б О Р Ь Б А ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО
I. Л е н и н с к о е у ч е н и е о в о з м о ж н о с т и
лизма в одной стране

185
190
191
193
195
197
202
203—211
203
205
203

211—220
211
214

215
217

СТРОИТЕЛЬСТВА

построения

социа-

1. Тов. Сталин о ленинской теории возможности построения социализма в одной стране
2. Построение социализма в одной стране кал; преодоление внутренних противоречий собственными силами

221—232
221
223

658

3. Преимущества советской системы, обеспечивающие возможность
построения социализма
4. Руководство партии — важнейшее условие превращения возможности построения социализма в действительность ,, . . . .
.. .

II. Б о р ь б а з а п о б е д у с о ц и а л и с т и ч е с к о г о с т р о и т е л ь с т в а ;
нэп к а н е д и н с т в е н н о п р а в и л ь н а я п о л и т и н а п р о л е т а риата, строящего социализм

1. Тов. Опитая о борьбе за победу социалистического строительства .
2. Основы экономической политики пролетариата, строящего социализм, и борьба с оппортунистическими ревизиями ленинского учения о нэпе
A. Нэп как интернациональная политика пролетариата, строящего
социализм
Б. Ленинская постановка вопроса «кто кого?»
B. Двойственная природа нэпа и борьба партнп против оппортунистических искажений нэпа
•
3. Борьба за социалистический план как важнейшее орудие экономической политики господствующего пролетариата
A. Социалистические планы—не планы-прогнозы, а планы-директивы,
Б. Ленинская оценка плана ГОЭЛРО как «второй программы партии».
B. Сталинская оценка плана ГОЭЛРО как первого действительного
плана технико-экономической реконструкции . . . . . .
Г. Совершенствование социалистического плана в ходе его проверки
и осуществления . . . . . .
Д. Новый подход к осуществлению плана в условиях нэпа . . .
4. Важнейшая задача нэпа—индустриализация, создание технической базы социализма
5. Ленинский кооперативный план социалистической
переделки
деревни
с. Борьба с капиталистическими элементами н ее формы на разных
этапах года . • • • ся •••• •
7. Строительство социализма—уничтожение классов не путем потухания, а путем обострения классовой борьбы

III. Б о р ь б а з а п о б е д у с о ц и а л и с т и ч е с к о г о с т р о и т е л ь с т в а
в п е р и о д р а з в е р н у т о г о н а с т у п л е н и я с о ц и а л и з м а по
всему фронту

1. «Мы вступили в период социализма»
2. Тов. Стадии о развернутом наступлении социа лизма по всему фронту на последнем этане нала
«
3. «Догнать и перегнать» и задачи овладения техникой . . . .
4. По-новому работать — по-новому руководить
5. Ленин и Сталин о воспитании социалистической дисциплины и о
соцсоревновании к а к его важнейшем рьгчаге
С. Особенности классовой борьбы на современном этапе и борьба за
укрепление общественной собственности . . . . . . . . .
7. Итоги первой пятилетки . .
8. Построение бесклассового социалистического
общества—основная задача второй пятилетни

229
231

233—263
233

241—248
24J
243
244
249—253
249
—
251
252
253
254
256
2о9
262

264—295
264
265
267
269
271
274
277
285—292

А. XVII съезд об основных задачах второй пятилетки
. .
Б. Социализм — первая фаза коммунистического
общества
и
основные черты этой фазы
;
9. Коммунизм—высшая фаза коммунистического общества — конечная цель борьбы пролетариата
... л .
«

285
289
292

АГРАРНО-КРЕСТЬЯНСКИЙ ВОПРОС
I. П о с т а н о в к а

аграрно-нрестьянсного

ксизме-ленинизме

вопроса в мар-

1. Тов. Сталин о постановке аграрно-крестьянского вопроса в ленинизме
2. Законы развития капитализма в земледелии
3. Судьбы ме.ткого крестьянского хозяйства в эпоху современного
кризиса капитализма
4. Марксизм-ленинизм о двойственной природе мелкого товаропроизводителя и характере его революционности . . . . . .
... .

II. А г р а р н о - н р е с т ь я н с н и й в о п р о с в б у р ж у а з н о - д е м о к р а тической

революции

1. Тов. Сталин о ленинском учении о крестьянстве во время буржуазно-демократической революции
2. Два рода классовых противоречий в русской деревне накануне
революции 1905 — 1907 гг
3. Два пути устранения остатков крепостничества в земледелии и
борьба пролетариата в союзе с крестьянством за революционный
путь
4. Пролетариат и крестьянство в буржуазно-демократической революции
5. Аграрная программа большевизма и разоблачение либерально-буржуазной сущности меньшевистской программы муниципализации
6. Разоблачение Лениным мелкобуржуазной сущности эсеровской
программы

ill. Аграрно-нрестьямоннй вопрос в пролетарской революции

1. Тов. Оталин о ленинском учении о крестьянстве во время пролетарской революции
2. Задачи пролетариата по отношеиню к различным слоям крестьянства в пролетарской революции
3. Лозунг ленинизма по крестьянскому вопросу в период пролетарской революции и осуществление его в Октябрьской революции
4. Аграрная программа большевизма в пролетарской революции
.

IV. К р е с т ь я н с т в о

при д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а и п у т и

его социалистической
«

переделки

' 1. Тов. Сталин о ленинском учении о крестьянстве при советской
власти
2. Третий лозунг ленинизма по крестьянскому вопросу и его осуществление в истории Октябрьской революции
>/Д2

Ленинизм

296—304
296
297
301
302

304—316
304
305

30S
309
311
314

316—323
316
317
321
3.3

324—337
324
327
657

•

\

3. Борьба против контрреволюционного троцкизма и правого оппортунизма по вопросу о путях развитая крестьянства при диктатуре пролетариата

330-335

A. Борьба против троцкистской теории невозможности вовлечения
крестьянства, в строительство социализма
Б. Борьба против правооппортунистической теорпп «самотека»
B. Борьба против правооппортунистической
теорпп
врастания
кулака в социализм
Г. Борьба против кулацкой теории правых об «устойчігвоети»
мелкого сельского хозяйства и его врастании

в социализм

і. Формы союза пролетариата и крестьянства в условиях

330
331
332

.

333

социали-

стического строительства

335
I

V. П р е в р а щ е н и е

земледелия

ЬССР в с т р а н у с а м о г о

и задачи

к р у п н о г о в мире

социалистической

деревни на современном

этапе

переделен

1. Тов. Сталин о коллективизации к а к о высшей ступени ленинского
кооперативного плава
2. Поворот основных масс крестьянства на рельсы крупного социалистического хозяйства и превращение ССОР в страну самого
крупного в мире земледелия
A. Поворот основных масс крестьянства к коллективизации . .
Б . Колхозное крестьянство — центральная фигура земледелия и
прочная опора советской власти в деревне
B. Социальная природа колхозного крестьянства и колхозы как
база для его социалистической переделки
Г. О ликвидации кулачества как класса
Д. ССОР — страна крупнейшего в мире социалистического земледелия
Е . Окончательная
и бесповоротная
победа колхозного
строя
в СССР
3. Задачи пролетарского руководства деревней
на современном
этапе
A. Новая обстановка в деревне н задачи пролетарского руководства
Б. Политотделы МТС и совхозов — важнейший рычаг в борьбе
за большевистские колхозы
B. Наша
ближайшая
задача — сделать
всех
колхозников
зажиточными
Г. Сталин о задаче укрепления артели и условиях ее превращения в коммуну

НАЦИОНАЛЬНО-КОЛОНИАЛЬНЫЙ
I. П о с т а н о в к а
ленинизме

337

339—348
339
340
341
342
344
345
348—369
34S
357
362
366

ВОПРОС

национально-колониального

вопроса в

1. Тов. Сталин о постановке нащгоналыно-колонпального
в ленинизме
2. Что такое нация и национальное движение?

658

337—359

370—387

вопроса
370
373

3. Трп периода исторического развития в национальном вопросе
.
4. Поддержка пролетариатом
национально-освободительных
движений — условие его собственного освобождения
5. Исторически-конкретная постановка вопроса об отношении к национальным движениям в марксизме-ленинизме
6. Сближение пролетарских и трудящихся масс всех наций для
совместной революционной борьбы — основной принцип пролетарской политики в национальном вопросе

377
380
383

385

II. Н а ц и о н а л ь н о - к о л о н и а л ь н ы й в о п р о с н м и р о в а я с о ц и а
п и с т и ч е с н а я р е в о л ю ц и я (Программа
ционально-колониальному в о п р о с у )

б о л ь ш е в и з м а по на-

1. Тов. Сталин об освободительном движении- угнетенных народов
и пролетарской революции
2. Право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения — осаювной лозунг национальной программы большевизма
А. Ленинский лозунг права наций иа самоопределение вплоть до
государственного отделения
Б. Основные
требования
программы
большевизма
в
национальном вопросе
Борьба партии за ленинскую программу в национальном вопросе против социал-шовинизма и центризма
А. Борьба против отрицания социал-шовинизмом лозунга самоопределения нацнй
Б. Разоблачение
буржуазно-националистической
сущности
лозунга «культурно-национальная автономия»
4. Борьба партии за ленинскую программ}' в национальном вопросе
против люксембургианства
A. Невозможность революционной борьбы за социализм без революционной борьбы за разрешение национального вопроса .
Б. Признание права на самоопределение наций — единственный
путь к их интернациональному единству
B. Люксембургианетво в национальном вопросе — скат к позиции «прямого, открытого аннсксиошізма»
. . . . . .
5. Ленинская критика бухаринского лозунга —
«самоопределение трудящихся»
. .

III. Н а ц и о н а л ь н о - и о л о н и а п ь м ы й

вопрос и мировая

387—403
387
390—396
390
393
396—399
396
397
399—406
399
400
403
406

про-

л е т а р с к а я р е в о л ю ц и я (Колониальные революции и национальные движения в Е в р о п е в период в с е о б щ е г о
кризиса
капитализма)
•
1. Колониальные революции, их движущие силы, перспективы развития, стратегия и тактика Комягнтеряа
A. Сущность империалистской политики в колониях и характерные черты колониальной экономики
Б. Программа Коминтерна о революционных движениях в колониальных странах
B. Движущие силы колониальной революции, стратегия и тактика
компартий в революционных движениях колониальных стран.
Г. Колониальные революции на современном этапе
2. Борьба за ленинскую стратегию и тактику в кптайской революции
А. Борьба против троцкизма в вопросах китайской революции .)

409 - 433
409—422
409
413
414
421
4.22—426
422

659

\

Б. Борьба против правооппортунистических ошибок
компартии в китайской революции 1 9 2 5 — 1927 гт
3. Национальный вопрос в послевоенной Европе
A. Обострение национальных

противоречий после

Китайской
425
426—433

империалисти-

ческой войны
Б. Борьба тов. Огалина за ленинское разрешение национального
вопроса в послевоенной Европе
B. Коминтерн
о национальном вопросе в
Средней
Европе
и н а Балканах
. А .•
,. . . .

IV. Н а ц и о н а л ь н ы й в о п р о с при д и к т а т у р е п р о л е т а р и а т а .

^2®
42»
430

433—454

1. Октябрьская революция и национальный вопрос • . . . .
-«•
433
2. Основы национальной политики партии и советской власти . - 435—443
A. Программа ВКЩб) по национальному вопросу
435
Б. Союз Советских Социалистических Республик как государственная форма сотрудничества наций в условиях
диктатуры пролетариата
436
B. Задачи национальной политики пролетариата у власти . . 437
Г. Задачи социалистического строительства и развития культуры
национальной по форме и пролетарской по содержанию в советских республиках Востока
441
3. Борьба с уклонами в национальном вопросе в условиях диктатуры пролетариата
443—451
A. Тов. Сталин о борьбе с великорусским
шовинизмом и
местным национализмом
443
Б. Тов. Сталин об опасности украинского национализма . . .
448
B. Тов. Сталин о борьбе
с
уклонами
к
национализму
на современном этапе
450
4. Вторая пятилетка и изживание хозяйственного и культурного неравенства народов ССОР
451
5. Международное
значение
разрешения
национального
вопроса в СССР
452

С Т Р А Т Е Г И Я И ТАКТИКА
I, П о с т а н о в к а
низме

вопроса о стратегии
'.

и тактике в лени-

1. Тов. Сталин о стратегии и тактике большевизма как науке
о руководстве классовой борьбой пролетариата
2. Исходные принципы стратегии и тактики пролетариата и образцы ее у Маркса п Энгельса
3. Конкретность руководства, учет своеобразия обстановки — важнейшая особенность ленинской стратегии и тактики . . . .
4. Международное значение стратегии и тактики большевизма . .
5. Зависимость стратегии от программы партии . . . . . . .
II. С т р а т е г и я

и тактина большевизма

1. Стратегия большевизма
А. Тов. Сталин о стратегпи на разных этапах революции .
Б. Основные черты политической стратегии

455—463
455
456
459
460
461
463—470

•

.

463—465
463
464

2. Тактика как учение о формах борьбы рабочего класса . .
A. Тов. Сталин о тактике в связи с приливами и
вами
революции
Б. Тактика как подчиненная часть стратегии
B. Тактика и выбор форм борьбы ^

. .
отли-

465
466
468

III. С т р а т е г и ч е с к о е и т а к т и ч е с к о е р у к о в о д с т в о б о л ь ш е визма

X. Стратегическое руководство и его основные принципы . . . ~ .
А. Тов. Сталин о стратегическом руководстве
Б. Маневрирование
резервами,
отступление
и
наступление
в классовой борьбе пролетариата
2. Тактическое руководство
A. Тов. Сталин о тактическом руководстве
Б. Сочетание
легальных
и
нелегальных
форм
борьбы
в
тактике
пролетариата
B. Подведение
масс к
революционным
позициям
на
их
собственном
политическом
опыте — важнейший t тактический
принцип ленинизма
Г. Выделение
основного
звона в
ценн —
принцип
тактического
руководства
3. Лозунги и и і значение в стратегии и тактике

IV. Р е в о л ю ц и о н н о е и р е ф о р м и с т с к о е р у к о в о д с т в о

465—470

. . .

X. Тов. Сталин о революционном и реформистском руководстве .
2. Ленин о компромиссах
\
3. Реформы до и после установления диктатуры пролетариата .

.

V. О с н о в н ы е з а д а ч и с т р а т е г и и и т а н т и н и К о м и н т е р н а .
1. Борьба ва большинство рабочего класса и его гегемонию над
трудящимися массами — основная задача стратегии Коминтерна.
2. Основные задачи тактики Коминтерна
3. Борьба против фашизма и социал-фашизма на современном этапе.
4. Главный лозунг Коминтерпа на современном этапе — советская
власть
5. Тактика Коминтерна в борьбе против империалистической войны
и военной интервенции против ООСР

470-483
470—476
470
473
476—482
476
478

479
481
482

483—488
48о
485
487

483—498
4S8
490
493
495
497

УЧЕНИЕ О ПАРТИИ
I. Б о л ь ш е в и з м — м и р о в а я п а р т и я н о в о г о т и п а
империализма и пролетарсной революции
I.
1.
3.
4.

эпохи

Невозможность самостоятельного рабочего движения без партии .
Тов. Сталин о партии ленинизма как о партии нового типа . .
Коминтерн — единственная между на родная партия пролетариата.
Условия
принадлежности
к
Коминтерну — мировой партии
•нового
типа
Б. Основные
условия
превращения
компартий
в
подлинные
партии ленинизма
•

499 — 517
499
501
509
511
515

661

II. П а р т и я н о в о г о т и п а и е е о с о б е н н о с т и

517—551

1. Партия — передовой отряд пролетариата и з н а ч и т е программы
партии
A. Партия — передовая часть рабочего класса, ведущая за собой
рабочий класс
Б. Вожди — партия, класс — массы
B. Маркс и Ленин о значении теоретически выдержанной программы для развития рабочего движения
2. Партия — организованный
устава партии

отряд

рабочего

класса

и

517—523
517
518
520

значите
524—529

A. Железная дисциплина партии — одпо из основных условий успеха большевиков
Б. Ленин о значении параграфа первого устава партии
. . .
B. Ленин об условиях приема новых членов в партию . . . .

624
525
527

3. Партия — высшая форма классовой организации пролетариата .
4. Партия — орудие диктатуры пролетариата

529
534—542

А. Руководящая роль партии при диктатуре пролетариата .
Б. Партия в системе диктатуры пролетариата

534
541

.

5. Партия—единство воли, несовместимое с существованием фракций
А. Тов. Сталин о вреде п опасности фракционности в компартии.
• Б. Фракционность — путь к гибели пролетарской диктатуры . .
6. Очищение
партии
от
классово-враждебных
элементов
как
условие ее укреплепия
A. Маркс и Энгельс об очищении
партии от оппортунистических элементов
Б. Чистка партии как метод укрепления ее рядов, авторитета
и связи с массами
B. Задачи, пути и методы чясткн 1933 г

III. П а р т и й н о е с т р о и т е л ь с т в о в э п о х у д и к т а т у р ы п р о л е тариата

• . . . .

1. Формы и методы партийного руководства на разных этапах диктатуры пролетариата
2. Партийное строительство и вопросы организационного* руководства на современном этапе
3. Основные -моменты устава партии

IV. П р е о д о л е н и е в н у т р и п а р т и й н ы х р а з н о г л а с и й п у т е м
б о р ь б ы — з а н о н развития к о м м у н и с т и ч е с к о й партии
до и после завоевания власти

1. Тов. Оталнн о преодолении противоречий внутрипартийного развития как о законе развития компартий
2. Большевизм в борьбе на два фронта
А. Ленин протиЕ беспринципного примиренчества троцкизма —
за преодоление внутрипартийных разногласий путем борьбы
на два фронта

542—546
542
544
546—551
546
547
549

552—5С9
552
556
566

570—607
570
575—587

575

Б. В борьбе с какими врагами вырос, окреп и закалился большевизм
В. Борьба большевизма против всех видов оппортунизма, примиренчества к нему и гнилой» либерализма
Г. Борьба на два фронта как преодоление буржуазных влияний
па партию пролетариата и центризм как идеология подчинения пролетарских интересов интересам мелкой буржуазии в* составе одной общей партии
3. Борьба на два фронта в> эпоху диктатуры пролетариата .

.

577
579

585

.

587—598

А. Тов. Сталин о борьбе с троцкизмом и правым оппортунизмом
в условиях диктатуры пролетариата
Б. Особенности борьбы с оппортунизмом на современном этапе .

587
595

4. Борьба на два фронта в Коминтерне

698—607

A. Большевизация партий Коминтерна л борьба на два фронта .
Б. Тов. Сталин о борьбе Коминтерна на два фронта и конкретнолсторическом решении вопроса о главной опасности
. . . .

С01

B. Борьба Коминтерна
на два фронта, с правым
тунизмом как главной опасностью в третий период
кризиса капитализма

602

СТИЛЬ В

стиле

партийной

II. Т и п р а б о т н и к а - л е н и н ц а и а к о б р а з е ц с и н т е з а
революционного
размаха
и америиансной
тости
Сталин
Ленин
Сталин
Лснліг
Сталин

о
о
о
о
о

оппоробщего

РАБОТЕ

I. Т о в . С т а л и н о б о л ь ш е в и с т с к о м
государственном работы

1.
2.
3.
,4.
5.

598

и

руссного
делови-

Ленине
Свердлове
Свердлове
Бабушкине
Дзержинском

III. Б о р ь б а з а в о с п и т а н и е л е н и н с к о г о с т и л я в р а б о т е —
против революционной фяазеологии, маниловщины,
узкого практицизма и беспринципного д е л я ч е с т в а .
1. Борьба против затхлого рутинерства как наследия старого . . .
2. Русский революционный размах — вне учета объективной действительности — революционная фраза, пустая декларативность .
3. Против комчванства
н кичливости —
за
большевистскую
скромность в работе
4. Американская деловитость — добросовестное, терпеливое, настойчивое изучение дела
5. Не пышные декларации, а простые, скромные, будничные дела
в борьбе за осуществление революционной цели
6. Против торопливости и размашистости

603

6 0 9 - 623

'

609
616.
619
620
623

624—639
624
625
627
628
629
631
663

7. Против суматохи, сутолоки, обломовщины — за живую четкую
работу, проверку наполнения
6. Против интеллигентского, бюрократического самомнения п прожектерства — ва деловой учет практического опыта . . . .
9. Распущенность, разгильдяйство противны духу большевизма
.

633
635
638

Указатель литературь

641

m

(426 — 525 тыс.)

Наблюдала за изданием А. Рубинштейн

Технический редактор Е.

Женин.

Сдано в производство 15/1 1935 г.
Подписано к печати 20/1 1935 г.
Партиздат Л6 5о7.
Ленгорлит № 222.
Тираж 100.000 экз.
Заказ № 64.
Формат бумаги 62X94 см.
41'/, печ. л., 31,7 авт. л.
(106.848 тип. знак, в 1 бум. л.).
Бум. л. 2(
Бумага Окуловской фабрики.
Вышла в свег — март 1935 г.
2-я тип. ОНТИ

им. Евгении

Соколовой.

Ленинград,

проспект

т
-Я

А

0
\

Красных

Командиров,

29.

*

Ц£.;а 4 p. 50 к.
Переплет 60 к.

2011147446

л