/
Текст
Портъ-Артуръ
О СА ДЛ И КАПИТУЛЯЦІЯ
Соч. Э. Баріпелетта.
Переводъ съ англійскаго подъ редакціей Гене-
ральнаго Штаба подполковника ІО. Д. Романов-
скаго и военнаго Инженера подполковника А. В.
фонъ Шварца.
Глава I.
Причины войны.
17 апрѣля 1895 г. Ляодунскій полуостровъ перемѣнилъ вла-
дѣльца. До тѣхъ поръ онъ •составлялъ часть территоріи Китай-
ской Имперіи, но съ этого момента былъ уступленъ Японіи по
Симоносекскому трактату, заключенному послѣ китайско-япон-
ской войны между маркизомъ Ито и Ли-хун-чангомъ.
Изъ всѣхъ статей Симоносекскаго трактата эта статья была
самой важной для Японіи, такъ какъ, благодаря ей, Японія всту-
пала твердой ногой на материкъ Азіи, чего она давно добива-
лась. Вмѣстѣ съ тѣмъ передъ ней открывались широко ворота,
черезъ которыя ея громадное и все увеличивающееся населеніе
могло проникнуть на обширное поле торговаго соперничества въ
Китаѣ. Японская территорія очень ограничена и полагаютъ, что
только одна пятая часть ея пригодна для земледѣлія, вслѣдствіе
холмистаго характера страны. Поэтому, за нѣсколько лѣтъ до
вспыхнувшей войны съ Китаемъ, японское правительство, желая
занять подобающее мѣсто въ международныхъ отношеніяхъ на
правахъ великой державы, признало необходимымъ переселеніе
избытка своего народонаселенія на азіатскій континентъ. Легко
понять, какое значеніе Японія придавала той статьѣ, по которой
ей уступали Ляодунскій полуостровъ и предоставляли страстно
желанное мѣсто водворенія въ Азіи,
2
Ляодунскій полуостровъ замѣчателенъ во многихъ отноше-
ніяхъ: онъ имѣетъ многія торговыя и стратегическія преиму-
щества, значеніе которыхъ не можетъ быть достаточно оцѣнено;
онъ пользовался особыми привилегіями уже въ то время, когда
Китай клонился къ раздѣленію, а Европа жадно домогалась вла-
дѣній лежащихъ за ея предѣлами.
Отъ Иыочвангскаго перешейка до укрѣпленій вокругъ Артура
полуостровъ представляетъ естественную крѣпость, которую
молено бы было довести до совершенной неприступности искус-
ствомъ инженеровъ.
Страна очень гориста, но горы эти, кромѣ 1—2 извѣст-
ныхъ исключеній, не тянутся правильной цѣпью: природа какъ бы
разбросала ихъ-, куда вздумалось ея прихотливой, дикой фантазіи.
Почва ихъ мягкая и песчаная, перерѣзается многочисленными
потоками прѣсной воды съ горъ въ дождливое время года. Лѣ-
томъ, когда эти ручейки высыхаютъ, почва, сильно подогрѣ-
ваемая солнцемъ, затвердѣваетъ и, такимъ образомъ, равнина
среди холмовъ покрывается сѣтью бугровъ и неровностей чрезъ
которые путешественнику, случайно уклонившемуся отъ глав-
наго пути, невозможно переѣхать. Дороги отвратительны: въ
дождливое время—это потоки грязи, въ сухое же время высохшая
грязь принимаетъ формы безчисленныхъ слѣдовъ колей, отпеча-
тавшихся въ то время, когда почва еще была влажна. Вся страна
чрезвычайно плотно заселена китайцами и усѣяна селеніями и
деревнями. Каждый квадратный дюймъ земли у нихъ вспаханъ:
самое распространенное хлѣбное растеніе—маисъ. Земля вспахи-
валась безчисленными поколѣніями и давала столько послѣдо-
вательныхъ урожаевъ, что земля преждевременно истощена, бѣдна
и непроизводительна: ее можно бы сдѣлать вновь плодоносною,
только усиленнымъ трудомъ и обильнымъ удобреніемъ. Китаецъ
чрезвычайно искусенъ въ способахъ удобренія и только благо-
даря этому изъ года въ годъ продолжаетъ прокармливать гус-
стое населеніе мирныхъ работящихъ землепашцевъ. Богатство
3
полуострова тѣмъ не менѣе не можетъ быть - опредѣлено лишь
силою его . земледѣльческой производительности. Своимъ важнымъ
значеніемъ онъ главнымъ образомъ обязанъ географическому по-
ложенію вблизи столицы Китайской имперіи и своимъ превос-
ходнымъ естественнымъ гаванямъ и крѣпостямъ. Самый Нортъ-
Артуръ придаетъ много цѣны полуострову, но изъ за одного
Портъ-Артура, вѣроятно, не возникло бы такого сильнаго сорев-
нованія меледу сосѣдними государствами. Конечно великолѣпная
гавань его и крѣпость составляютъ предметъ зависти многихъ
народовъ, стремящихся обезпечить свое положеніе на азіатскомъ
материкѣ.
Положимъ, 10 лѣтъ тому назадъ онъ палъ въ одинъ день
подъ натискомъ маршала Ойямы и его войскъ, но битва этого
дня никакъ Не можетъ служить критеріемъ для оцѣнки обороно-
способности крѣпости, принадлежи она не китайцамъ а иному
могущественному государству. Гораздо ранѣе войны съ Китаемъ
японцы уяснили себѣ громадное значеніе Портъ-Артура и рѣ-
шили овладѣть имъ какою-бы то ни было цѣной. Симоносекскій
трактатъ далъ имъ въ руки эту большимъ трудомъ заслуженную
добычу, но на этотъ разъ имъ суждено было владѣть ею самое
короткое время.
Другое государство точно также поняло значеніе Ляодун-
скаго полуострова и рѣшило помѣшать занятію его японцами.
Уже съ 1901 года сибирскій желѣзно-дорожный путь тихими,
но вѣрными шагами подвигался черезъ Азію. Государственные
люди Россіи изучали подробно берега Тихаго океана, отыскивая
удобную гавань, для соединенія этого великаго пути съ заоке-
анскимъ міромъ. Сѣверная вѣтвь дороги кончалась во Влади-
востокѣ: но было рѣшено построить южную вѣтвь, идущую отъ
Харбина черезъ плодоносныя земли Манджуріи, съ конечнымъ
пунктомъ ея въ водахъ Печплійскаго залива.
Владивостокъ скованъ льдомъ большую часть зимы, что
значительно уменьшаетъ его значеніе, какъ гавани. Россія стре-
4
милась владѣть конечнымъ портомъ, открытымъ всю зиму для
торговли со всѣмъ міромъ, что было необходимо для того, чтобъ
вновь строющаяся линія стала доходнымъ предпріятіемъ. Въ дан-
номъ случаѣ было ясно, что Россія остановилась на Портъ-
Артурѣ, какъ на пунктѣ удобномъ для устройства приморской
базы для южной жел. дороги на берегахъ Тихаго океана. Нортъ-
Артуръ представлялъ всѣ вышеупомянутыя выгоды и болѣе под-
ходящаго мѣста нельзя было выбрать. Россія скрывала свои
планы. Во время вспыхнувшей войны между Китаемъ и Японіей
она не была еще въ состояніи открыть свои карты: жел. дорога
не была еще окончена и она не могла заявить своихъ требо-
ваній, опасаясь несочувствія китайцевъ и открытой враждебности
японцевъ.
Каковы могли быть чувства русскихъ государственныхъ
людей, когда пунктъ Симоносекскаго трактата, касающійся Ляо-
дунскаго полуострова сталъ извѣстнымъ. Надежды ихъ на близ-
кое осуществленіе мечты пріобрѣсть полуостровъ съ его крѣ-
постью и двумя прекрасными гаванями должны были бы исчез-
нуть на всегда въ случаѣ, если ничто не будетъ сдѣлано для
уничтоженія этого трактата. Прежде чѣмъ желѣзная дорога могла
бы быть закончена, Портъ-Артуръ перешелъ бы на многіе годы въ
руки народа, который во время войны съ Китаемъ показалъ всему
свѣту примѣръ такой военной и морской доблести, какую евро-
пейцы до тѣхъ поръ не разсчитывали встрѣтить у народовъ во-
стока. Россія находилась въ томъ же заблужденіи. Хотя она не
была въ состояніи одна принудить японцевъ очистить Ляодунскій
полуостровъ, но, безъ сомнѣнія, союзъ державъ могъ бы этого до-
стигнуть. Во всякомъ случаѣ стоило попытаться.
8 дней спустя послѣ трактата державами была отправлена
въ Японію дополнительная нота съ протестомъ противъ занятія
ею китайской территоріи. Японія тщетно искала помощи вокругъ
себя. Единственное государство, поддержка котораго могла бы
спасти Японію въ этомъ затрудненіи и вмѣшательство котораго
5
могло бы совершенно измѣнить исторію дальняго востока за де-
сять послѣдовательныхъ лѣтъ, въ то время само страдало при-
ступомъ страха при одной мысли о вмѣшательствѣ во всемірную
политику. Драгоцѣнная минута была упущена. Японія должна
была очистить Ляодунскій полуостровъ и на два года онъ снова
подпалъ подъ власть пекинскаго правительства.
Ко времени представленія дополнительной ноты правитель-
ствами Германіи, Франціи и Россіи можно отнести зарожденіе
послѣдней войны на Дальнемъ востокѣ. Выраженіе протеста дер-
жавами не могло имѣть иного толкованія и Японія правильно
поняла это. Россія домогалась для себя одной того, что Японія
пріобрѣла по праву завоеванія, но не будучи тогда въ состояніи
завладѣть добычей одна, она могла по крайней мѣрѣ съ помощью
союзниковъ, помѣшать Японіи овладѣть полуостровомъ. Союзныя
государства вынуждены были нѣсколько раньше времени открыть
свои карты и съ этого момента положеніе вещей стало яснымъ
по крайней мѣрѣ въ томъ, что касалось Японіи. Ихъ дѣйствія
ясно показывали, что они не признаютъ за Японіей права играть
какую-нибудь роль на материкѣ Азіи. Японцы вынуждены были
оставаться замкнутыми на своихъ безчисленныхъ островахъ.
Японія, конечно, могла служить предметомъ артистическаго на-
слажденія для путешественниковъ, и любителей изящнаго, но не
представляла собою серьозной величины для посягателей на Не-
бесную Имперію, которые, удаливъ ее отъ участія въ побѣдѣ,
ими ожидаемой, спокойно занялись дѣлежомъ добычи.
Будущее представлялось Японіи въ видѣ неяснаго, но зло-
вѣщаго призрака борьбы на жизнь и смерть, которая должна
была рѣшить разъ на всегда вопросъ о ея судьбѣ въ Азіи. Но
такъ какъ иного выхода изъ положенія не было, то она начала
дѣятельно приготовляться къ наступающей борьбѣ. Урокъ, пере-
несенный ею, былъ тяжелъ, но спасителенъ. Она поняла, что
не могла дерзать выступать впередъ, какъ великая держава до
тѣхъ поръ, пока заявленія ея государственныхъ людей не бу-
6
дутъ опираться на могущественный флота и еще. болѣе могуще-
ственную армію. Японцы уединились еще болѣе на своихъ остро-
вахъ, чтобъ приготовиться незамѣтно для всего свѣта къ неиз-
бѣжной борьбѣ. Въ теченіе 10-ти лѣтъ они неустанно и твердо
преслѣдовали свою задачу. Въ теченіе 10-ти лѣтъ они каждую
іену тратили на военныя приготовленія.
Результата этой 10-лѣтней подготовительной работы теперь
сталъ достояніемъ исторіи. До наступленія кризиса еще другія
большія испытанія способствовали тому, что закалили сердца
этихъ островитянъ для будущей войны. Японія очистила Ляо-
дунскій полуостровъ, уступая настоятельнымъ требованіямъ дер-
жавъ, яко бы имѣвшихъ въ виду сохраненіе цѣлостности Китая.
Два года позднѣе Россія сбросила маску и съ самымъ гру-
бымъ цинизмомъ, невиданномъ въ современной исторіи, высту-
пила впередъ и заняла ту самую территорію, которую она за
два года передъ тѣмъ вынудила Японію очистить.
Занятіе Германіей Кіачао дало Россіи желаемый къ тому
поводъ. 18-го декабря 1897 г. русскій флотъ съ ((Рюрикомъ»
во главѣ бросилъ якорь въ гавани Портъ-Артура и совершенно
овладѣлъ городомъ.
Японія въ то время не была въ силѣ протестовать. Она
могла только ускорить свои приготовленія и терпѣливо ждать
дня неизбѣжнаго возмездія. Англія должна была удовлетвориться
увѣреніемъ Россіи, что Портъ-Артуръ останется открытой гаванью,
но обѣщаніе это было нарушено почти тотчасъ-же, какъ было дано.
Россія воздвигла укрѣпленія па всѣхъ высотахъ, окружаю-
щихъ городъ и съ 18-го декабря 1897 г. по 1-ое января 1905 г.
оставалось полной хозяйкой крѣпости. «Рюрикъ», Во главѣ ко-
тораго русскій флота вошелъ въ гавань лежитъ теперь днѣ
океана, а Знамя Восходящаго Солнца развѣвается снова надъ раз-
рушенными укрѣпленіями Портъ-Артура. Моя задача—въ на-
стоящихъ страницахъ описать ту страшную борьбу, результа-
томъ которой явилась эта удивительная перемѣна.
Глава II.
Дальній.
Всякій наблюдатель поражается тѣмъ, что сдѣлала Россія
въ такой короткій промежутокъ времени.
Гдѣ 8 лѣтъ тому назадъ Россія застала только жалкія ки-
тайскія деревеньки и бѣдныя поселенія, тамъ она провела жел.
дорогу, создала сильную крѣпость съ прекрасными докамп, арсе-
налами и фортами, а на берегу океана устроила коммерческій
портъ Дальній.
Портъ-Артуръ никогда не могъ быть особенно привлекатель-
нымъ мѣстожительствомъ для русскихъ, вынужденныхъ въ силу
обстоятельствъ жить на Дальнемъ Востокѣ. Портъ-Артуръ мѣ-
стечко маленькое, грязное, лежитъ въ ложбинѣ окруженной го-
рами, но его красивая гавань можетъ вмѣстить суда всѣхъ раз-
мѣровъ, такъ какъ море глубоко у самыхъ береговъ.
Милліоны рублей были вложены въ Дальній русскимъ пра-
вительствомъ и спекуляторами, которые неудачно проводили его
политику. Эти милліоны можно теперь считать безповоротно по-
терянными. Прекрасно устроенные доки и брекватеры защи-
щаютъ гавань отъ внезапныхъ бурь, и представляютъ безопасную
якорную стоянку для самыхъ большихъ кораблей всего свѣта.
Огромныя пространства плотно сбитаго щебня и камня до
сихъ поръ указываютъ на намѣреніе русскихъ превратить эту
пустынную китайскую мѣстность въ удобную для культуры
землю. Прелестныя постройки, снабженныя всѣми принадлежно-
стями современнаго комфорта, созидались повсюду очень быстро,
дѣлая Дальній похожимъ на англійское приморское мѣстечко съ
его красивыми каменными домами и хорошо вымощенными до-
рогами. Многочисленные отели обслуживали путешественни-
ковъ, прибывавшихъ съ запада. Здѣсь они съ удовольствіемъ
встрѣчали впервые весь комфортъ, съ которымъ простились
— 8 ѵ-
въ Россіи. Большой театръ на берегу моря былъ уже на поло-
вину выстроенъ; возвышался соборъ, большая больница и зданія
присутственныхъ мѣстъ. Былъ расчищенъ паркъ съ тѳнисомъ,
мѣстомъ для игры въ мячъ, прудами для купанья и другими
увеселеніями. Тотчасъ за городомъ былъ устроенъ зоологическій
садъ, любимое мѣстопребываніе офицеровъ и пхъ женъ въ жаркіе
лѣтніе дни, когда тѣнь отъ листвы даетъ такое облегченіе лю-
дямъ, вынужденнымъ жить въ этой, выжженной зноемъ мѣст-
ности. Съ этпмъ быстрымъ приливомъ богатствъ появились ки-
тайцы, которые тысячами наполнили Дальній и, устроивъ здѣсь
лавочки, завели шумную торговлю съ русскими солдатами и
матросами, живущими въ городѣ.
Главная улица Дальняго тянется на двѣ мили, начиная съ
берега моря, и здѣсь послѣ полудня шла кипучая жизнь. Русскіе,
французы, англичане, американцы, китайцы, японцы и корейцы
толкались здѣсь, говоря каждый на своемъ нарѣчіи. Русскіе вели
въ Дальнемъ жизнь веселую. Самое названіе «Ваіпу» по-русски
значитъ «далекій». Но эта отдаленность отъ родной земли не
мѣшало руссиямъ помнить ихъ прежнюю жизнь въ Петербургѣ
и Москвѣ. Русскіе піонеры на время забыли всѣ свои заботы и
вели жизнь ускореннаго темпа, находясь въ томъ возбужденномъ
состояніи, которое часто служитъ предвѣстникомъ большого нес-
частія. Весьма вѣроятно, что нервы тамошнихъ жителей были
взвинчены быстрыми событіями, совершавшимися за послѣдніе
годы; вѣроятно также, что наиболѣе вдумчивые умы чувство-
вали неестественность такого перенесенія европейской жизни на
берега Тихаго океана; тѣмъ не менѣе они продолжали вести ве-
селую жизнь въ то время, какъ вблизи оттачивался мечъ для
борьбы противъ нихъ.
Внезапно все измѣнилось: дома сожжены или покинуты,
театры закрыты, парки запущены и тигры въ зоологическомъ
саду кормятся изъ другихъ рукъ. Дальній сдѣлался базисомъ
японской арміи въ Манджуріи. Публичныя зданія обращены въ
9
госпитали и квартиры для офицеровъ штаба арміи; всюду, взадъ
и впередъ, снуютъ ихъ ординарцы. На набережной въ грудахъ
лежитъ огромное количество всякихъ запасовъ, . достаточное для
продовольствія арміи въ теченіе многихъ мѣсяцевъ, на случай,
еслибъ сообщеніе моремъ было отрѣзано. Каждый день стали
приходить транспорты изъ Японіи, выгружая громадныя коли-
чества тоннъ всякаго провіанта и корма, а также живой грузъ—
тысячи улыбающихся веселыхъ маленькихъ солдатиковъ, которые
заполнили улицы и съ нетерпѣніемъ ждутъ минуты отправленія
въ дѣйствующую армію. Каждый день многочисленныя поѣзда
отходятъ отъ станціи, подвозя свѣжія войска и провіантъ для
Ойямы и его полумилліонной арміи. Поѣзда возвращаются на-
полненные больными и ранеными, которыхъ размѣщали въ устроен-
ныхъ въ Дальнемъ госпиталяхъ. Впрочемъ тутъ держали ихъ
недолго, ибо на пристани постоянно стояло на готовѣ окрашен-
ное краснымъ, синимъ и бѣлымъ судно съ краснымъ крестомъ
на флагѣ, готовое къ перевозкѣ больныхъ обратно въ Японію.
Тысячи крикливыхъ китайцевъ-кули блуждаютъ безцѣльно по
улицамъ, но въ сущности невидимая рука уже направляла все
къ одному исходу—окончанію войны.
26-го мая 1904 года въ восемь часовъ вечера Сахаровъ
комендантъ Дальняго, получилъ съ поля сраженія, происходившаго
въ 8-ми миляхъ отъ города,—вѣсть, которая навела панику какъ
на него, такъ и на жителей города, гдѣ онъ начальствовалъ.
Эта краткая вѣсть была сообщена ему посредствомъ телефона,
соединяющаго Наншань съ Дальнимъ. Вѣроятно это былъ пер-
вый въ исторіи случай, что поле битвъ сообщалось телефономъ
съ городомъ. Въ этотъ памятный день, 26-го мая, комендантъ
съ ранняго утра до вечера слышалъ громъ сотенъ пушекъ и
залпы многихъ тысячъ ружей. Онъ прислушивался къ этимъ
звукамъ безъ особенной тревоги: онъ осматривалъ мѣстность,
видѣлъ укрѣпленія, сооруженныя на всѣхъ возвышенностяхъ и
свидѣтельствовавшія о предупредительной заботливости и дол-
10
гомъ трудѣ и былъ увѣренъ, что русскіе сумѣютъ отстоять и
удержать за собою эту позицію. Но когда, къ концу дня, гро-
хотъ пушекъ все усиливался, онъ, и его окружающіе стали ощу-
щать смутную тревогу отъ неизвѣстности хода борьбы. Тѣмъ не
менѣе, когда въ 8 ч. вечера онъ подошелъ на звонъ телефона,
то конечно надѣялся услышать, что аттака по всѣмъ частямъ
отбита. Но къ ужасу своему, онъ услышалъ ужасныя слова:
Очистить Дальній въ полночь. Никакихъ указаній или разъяс-
неній того, что произошло: то былъ краткій приказъ главно-
командующаго, которому надлежало повиноваться: это порази-
тельное извѣстіе быстро распространилось по городу. Въ первую
минуту жители не повѣрили тому, что услышали и безпомощно
блуждали по улицамъ въ надеждѣ получить болѣе достовѣрныя
свѣдѣнія. Но ихъ худшія опасенія подтверждались приказомъ
Сахарова, требующаго, чтобы всѣ безъ исключенія жители Даль-
няго были къ четыремъ часа утра на дорогѣ въ Норта-Артуръ.
Приказъ главнокомандующаго гласилъ: очистить Дальній въ
полночь, но выполнить его въ точности не было возможности.
Никто не былъ подготовленъ къ такому событію, всѣ считали
позицію въ Наньшанѣ неприступной, а между тѣмъ уже послѣ
двѣнадцати часоваго боя, русскіе были выбиты изъ нея и должны
были спѣшно отступить. Жители собирали и нагружали лучшія
имущества на подводы и въ поѣзда, ходившіе еще къ Нортъ-
Артуру и, покинувъ остальное въ добычу непріятелю, искали
(•пасенія въ бѣгствѣ. Общая паника еще усилилась съ прибы-
тіемъ отсталыхъ и раненыхъ съ мѣста сраженія. Какъ всегда
бываетъ въ подобныхъ случаяхъ каждый раненый солдатъ еще
преувеличивалъ ужасъ происшедшаго: непріятель шелъ слѣдомъ,
армія уничтожена, каждую минуту могла настигнуть ихі> не-
пріятельская кавалерія... Раненымъ вообще всегда кажется, что
ихъ сторона побѣждена, но въ данномъ случаѣ» это такъ и было.
Вскорѣ показались толпы даже и не раненыхъ солдатъ, которые
проходя чрезъ городъ направлялись по горной дорогѣ къ югу—
11
это уже было несомнѣннымъ доказательствомъ ужаснаго пора-
женія. Эвакуируя Дальній, Сахаровъ не имѣлъ возможности раз-
рушить городъ, но онъ приказалъ поджечь лучшія зданія,—такъ
сгорѣло зданіе почты и много другихъ домовъ.
Что долженъ былъ испытывать комендантъ Дальняго при
взглядѣ на цвѣтущій городъ, которымъ онъ управлялъ четыре
года и который теперь покидалъ навсегда. Тогда лишь нѣсколько
китайскихъ фанзъ обозначали мѣсто, гдѣ впослѣдствіи возникъ
Дальній.
Красивыя зданія, на фронтонѣ коихъ виднѣлся 1900 г.,
предназначались для властей города на многіе грядущіе годы—
и вдругъ событія одного дня отдали все это въ руки презирае-
маго врага.
Послѣ эвакуаціи русскихъ и до вступленія въ него японцевъ
и занятія его японскими войсками, Дальній нѣсколько дней на-
ходился въ рукахъ китайскихъ разбойничьихъ шаекъ, которые
не замедлили воспользоваться добычей столь неожиданно имъ
доставшейся. Они разграбили лавки и частные дома, ночевали
въ отеляхъ и по неосторожности, а можетъ быть и умышленно,
подожгли многія зданія. Позднѣе, когда японцы заняли городъ,
эти хищники превратились въ миролюбивыхъ торговцевъ и спѣ-
шили продать награбленное добро побѣдителямъ. Долго еще спустя,
имущество русскихъ продавалось въ многочисленныхъ китайскихъ
лавкахъ и въ первое время занятія города японцами, китайцы
продавали лучшіе сорта шампанскаго по десяти центовъ за бу-
тылку, принимая его за содовую воду и лишь усиленное требо-
ваніе на этотъ напитокъ, возбудило подозрѣніе продавцовъ и
надоумило ихъ поднять на него цѣну.
12
Глава III.
Битва при Наньшанѣ. 1).
Наныпанское сраженіе, вынудившее русскихъ очистить Дальній
и отступить къ Портъ-Артуру произошло 26-го мая.
Японскія войска, одержавшія эту побѣду, стали послѣдова-
тельно направляться къ сѣверу и не участвовали въ осадѣ Портъ-
Артура, за исключеніемъ одной дивизіи—первой, Токійской. Эта
дивизія послѣ того, какъ армія двинулась на югъ,—заняла Дальній
и затѣмъ расположилась противъ русскихъ, удерживая эту по-
зицію, пока не получила подкрѣпленіе, одиннадцатой дивизіей,
прибывшей изъ Японіи и пока третья императорская японская
армія не сформировалась подъ начальствомъ генерала, барона
Ноги.
При Наньшанѣ въ дѣлѣ находилась вторая армія подъ на-
чальствомъ генерала Оку; но такъ какъ это сраженіе происхо-
дило на Ляодунскомъ полуостровѣ, и разбитыя русскія войска
отступили на защиту Портъ-Артура, то оно по необходимости
включено въ первую стадію кампаніи, которая привела къ уступ-
камъ крѣпости.
Генералъ Оку и его три дивизіи—1-я Токійская, 2-я Осак-
ская и 3-я Нагойская высадились въ Бидзево 6-го мая подъ
прикрытіемъ японскаго флота. Высадка цѣлой арміп въ раз-
стояніи сорока миль отъ стоянки русскаго флота въ Портъ-
Артурѣ можетъ показаться предпріятіемъ довольно рискован-
нымъ. Имѣя въ виду предосторожности, принятыя японцами,
апатію русскихъ и отсутствіе предпріимчивости въ дѣйствіяхъ ихъ
миноносцевъ, обнаруживаемое въ теченіе всей кампаніи—все это
уменьшало рискъ. Деревянное загражденіе было устроено между
9 Наныпань—Кпнчжоуская позиція, вблизи города Киньчжоу, защищаетъ про-
ходъ на Квантунскій полуостровъ съ сѣвера.
13
материкомъ и островами Элліота, гдѣ была стоянка япон-
скаго флота и подъ защитой этого загражденія и орудій всѣхъ
судовъ, операція высадки была выполнена вполнѣ удачно и съ
поразительной быстротой. Главная цѣль генерала Оку была за-
нять желѣзно-дорожный путь съ сѣвера и тѣмъ отрѣзать сооб-
щеніе Портъ-Артура съ Ньючвангомъ и Ляояномъ—это и было
достигнуто безъ всякаго затрудненія. Затѣмъ онъ двинулъ свою
армію южнѣе, къ обнесенному каменной стѣной китайскому го-
роду 9, съ намѣреніемъ выбить русскихъ изъ позиціи, занятой
ими въ Наньшанѣ, на узкомъ перешейкѣ полуострова. Пока рус-
скіе держались въ Наньшанѣ—они господствовали надъ всѣмъ
заливомъ и могли пользоваться Дальнимъ, какъ базисомъ для
операцій.
Вечеромъ, 25 —12 мая японцы заняли позицію къ сѣверу
отъ Кинчжоу, охраняемую незначительнымъ русскимъ передо-
вымъ отрядомъ. Въ тотъ же вечеръ было произведено ночное
нападеніе на городъ, но вслѣдствіе проливного дождя и сильной
грозы, дивизіи такъ перемѣшались въ темнотѣ, что аттака должна
была быть оставлена.
Рано утромъ 26-го мая русскіе ушли изъ Кинчжоу, куда
немедленно вступили японцы и въ 10 ч. утра заняли позицію
противъ русскихъ, имѣя направо дивизію Осака, дивизію То-
кіо—въ центрѣ и съ лѣвой стороны Нагойскую. Позиція рус-
скихъ была на холмахъ, которые тянутся узкою цѣпью между
заливомъ Кинчжоу на сѣверо-западѣ и заливомъ Таліенванскимъ
на югѣ. Этотъ заливъ раздѣляется здѣсь маленькимъ полуостро-
вомъ Таліенванскимъ на двѣ части, изъ коихъ сѣверная часть
извѣстна подъ именемъ Хандъ-бей, а южная—ІОнгь-бей.
Единственный путь отступленія, доступный русскимъ въ
случаѣ ихъ пораженія, лежалъ къ западу вдоль желѣзно-дорож-
наго пути къ Нанганлину и оттуда на Дальній и Портъ-Артуръ.
') Гор. Кинчжоу.
14
На востокѣ отъ русскихъ, позицій, къ 10-ти часамъ утра, 26—
1-3' мая, была стянута японская армія. ~
Между холмами, занятыми русскими и заливомъ Кинчжоу
на сѣверѣ находится узкая равнина, приблизительно въ ’/г мили
ширины въ низкой своей части,—она тянется до арріергарда
русскихъ позицій.
На югѣ между холмами и Хандъ-бэй лежитъ другая узкая'
открытая ровная полоса вдоль которой тянется дорога и желѣз-
ный путь изъ Таліенвана на Нангалинъ. Изъ этого ясно, что
главнѣйшая задача атаки состояла въ томъ, чтобы обойти рус-
скія позиціи съ сѣвера и занять мѣстность вблизи ихъ аррьер-
гарда., совершенно отрѣзывая такимъ образомъ единственный путь
отступленія, открытый атакуемымъ пли пройти узкой равниной
между холмами и Таліенванскимъ заливомъ съ. юга и,.слѣдуя
вдоль желѣзнодорожнаго пути, достигнуть этимъ движеніемъ аррь-
ергарда русскихъ позицій.
Оба эти боковыя движенія были испробованы: южное—не
удалось совершенно, сѣверное—было удачнѣе и настолько, что
неудача закончилась побѣдой, при чемъ атакуемые были выбиты
изъ позицій въ 11-мъ часу, 26—13 мая *)•
Замѣчательна роль, сыгранная въ Няныпанскомъ сраженіи
канонерскими лодками обѣихъ воюющихъ сторонъ: русская ка-
нонерка въ Хандъ-бей чуть не вызвала пораженія японцевъ, а
3 японскія—въ Кинчжоускомъ заливѣ—дѣйствительно завершили
пораженіе русскихъ, когда атака ихъ пѣхотныхъ войскъ не до-
стигла цѣли.
Въ дѣлѣ подъ Наныпаномъ японцы имѣли 3 дивизіи, слѣдо-
вательно численность ихъ войскъ была отъ 40 до 45 тысячъ
человѣкъ. Кромѣ полевой артиллеріи они имѣли достаточно круп-
ныхъ орудій и подкрѣпленіе изъ трехъ канонерскихъ лодокъ.
По показанію плѣннаго русскаго офицера 5-го Сибирскаго стрѣл-,
’) Не въ 11-мъ часу, а лишь въ 61/з ч. вечера.
15
новаго полка русскія силы подъ Наньшаномъ состояли изъ 5-го,
13-го, 14-го и 28-го резервныхъ полковъ и свыше 50-ти орудій,
изъ нихъ многія были большого калибра и нѣсколько 6-ти дюй-
мовыхъ крупповскихъ. Такъ какъ русскій полкъ состоитъ изъ
трехъ батальоновъ, то это выходитъ, что было по крайней мѣрѣ
11.000 человѣкъ подъ ружьемъ, исключая убитыхъ и раненыхъ
этихъ полковъ до послѣдней битвы х).
Общій планъ русскихъ укрѣпленій былъ таковъ: на плоской
равнинѣ у подножія холмовъ были выкопаны траншеи, какъ пе-
редовыя укрѣпленія—преимущественно съ восточной стороны.
Японцы должны были прежде всего взять эти передовые окопы,
чтобы имѣть точку опоры для атаки главныхъ позицій. Японцы
надѣялись подкрасться къ нимъ до разсвѣта и привести рус-
скихъ въ смятеніе неожиданностью натиска, но исполнить этотъ
планъ имъ не удалось. У самаго подножія холмовъ была выко-
пана вторая линія траншей въ 8 футовъ глубиною, стѣнки ко-
ихъ были подняты насыпкой, взятой изъ траншей земли и при-
крыты мѣшками съ пескомъ. На половинѣ склона холмовъ ока-
зался третій рядъ окоповъ не столь глубокихъ какъ передовые
но тѣмъ не менѣе представлявшихъ значительную преграду для
атакующихъ и послѣднюю линію защиты для осажденной пѣхоты.
Вершины холмовъ были выравнены, а изъ снятой земли
былъ сложенъ 8-ми футовой валъ, укрѣпленный крестообразными
перекладинами и мѣшками съ пескомъ,—позади вала, были по-
ставлены тяжелыя орудія. Траншеи сообщались между собою за-
крытыми проходами подъ непроницаемыми блиндажами, при
чемъ все, что современная инженерная техника изобрѣла для
подобныхъ случаевъ, было приспособлено для защиты этой пре-
красной природной крѣпости.
Тѣмъ не менѣе, уже послѣ 12-ти часовой отчаянной борьбы
9 Русскія силы состояли изъ одного 5-го Вост.-сиб. стр. полка, 2 охотничьихъ
командъ и 2-хъ ротъ 13-го полка, всего около 3.000 стрѣлковъ.
пот-лгт.
2
16
русскіе были изгнаны изъ этой, предусмотрительно выбранной и
тщательно въ теченіе долгихъ мѣсяцевъ приготовленной позиціи.
Укрѣпленія на всѣхъ высотахъ были возведены прочно,
такъ что могли выдержать продолжительную борьбу и ясно, что
русскіе считали ихъ способными выдержать всякую атаку, на
нихъ направленную. Что мнѣніе ихъ было таково, видно изъ
того, что только въ 8 часовъ вечера, въ день самой битвы ко-
мендантъ Дальняго получилъ приказъ объ эвакуаціи города.
Было рѣшено, что 3 канонерскихъ лодки, назначеніе кото-
рыхъ было поддержать армію во время атаки, должны были при-
быть въ заливъ Кинчжоу въ 4 часа по полудни 26-го, но по
неизвѣстной причинѣ, они оказались тамъ лишь послѣ 9-ти.
Это промедленіе, а также встрѣченныя препятствія въ передо-
выхъ траншеяхъ русскихъ, парализировали атаку японцевъ на
главныя позиціи до 10-ти часовъ вечера !).
Подъ прикрытіемъ сильнаго артиллерійскаго огня японскихъ
орудій, скрытыхъ по линіи, простирающейся на сѣверѣ отъ
Хандъ-бей почти до Кинчжоу на протяженіи отъ 4-хъ до 7-ми
тысячъ ярдовъ, первая дивизія бросилась въ атаку съ фронта
на русскія позиціи.
Они были встрѣчены такимъ сильнымъ артиллерійскимъ
огнемъ и залпами защитниковъ, что атака была отбита и ди-
визія отодвинулась на нѣкоторое разстояніе. Двѣ роты были цѣ-
ликомъ уничтожены, никто не остался въ живыхъ. Дивизія со-
хранила ту же позицію до конца дня у подножія холма на вос-
токъ отъ русскихъ позицій. Невозможно было двигаться изъ за
страшнаго огня траншей и орудій съ вершины холмовъ.
Частныя аттаки производились небольшими отрядами отваж-
ныхъ людей, но они недостигали цѣли и могли только служить
доказательствомъ фанатической храбрости японцевъ. Мѣткій огонь
9 Японскія канонерки прибыли еще 25—12, и приняли участіе въ бою съ 7 ч.
утра 26—13 мая.
17
японскихъ орудій и ихъ ружейные залпы заставили замолчать
артиллерію русскихъ, стоявшую на холмахъ противъ Хандъбэй.
и дѣйствовавшую противъ дивизіи Токіо. Теперь настала оче-
редь Нагои сдѣлать попытку фланговаго движенія на югъ. Еслибъ
только этой дивизіи удалось пройти черезъ перешеекъ Ляодун-
скаго полуострова и повернуть направо вдоль линіи ж. дороги,
она могла бы пробраться къ арьергарду линіи, занятой русскими
и гибель послѣднихъ была бы неминуема. Дивизія, хорошо пред-
водительствуемая, храбро подвигалась на сѣверъ отъ Хандъ-бэй,
но здѣсь она была встрѣчена сильной пальбой съ русской кано-
нерской лодки, стоявшей въ заливѣ. Это судно давало залпъ за
залпомъ изъ бывшихъ на немъ скорострѣльныхъ орудій по пере-
довой линіи непріятеля, разстраивая его ряды и препятствуя дви-
женію впередъ.
Часть дивизіи, отдѣлившаяся отъ остальныхъ, укрылась подъ
откосомъ горы, гдѣ и оставалась отрѣзанной. Тѣмъ временемъ
3 русскихъ транспорта съ войскомъ стояли въ Хандъ-бэй, ожи-
дая перваго удобнаго момента, чтобы высадить людей. Коман-
диръ транспортовъ, увидя, что часть японцевъ отрѣзана, рѣшился
высадить людей имъ въ тылъ и тѣмъ поставить непріятеля ме-
леду двухъ огней. Положеніе было критическое и, еслибы маневръ
этотъ удался, то отрѣзанные отъ арміи японцы неминуемо должны
были погибнуть, такъ какъ сильный огонь съ канонерокъ не
позволялъ придти къ нимъ на выручку. Но они все же были
спасены, благодаря отважности и предусмотрительности началь-
ника 1-ой дивизіи принца Фушима, отрядъ, котораго отошелъ
подъ надежнымъ прикрытіемъ послѣ неудачной аттаки. Пони-
мая, какъ необходимо предупредить высадку русскихъ войскъ
на берегъ, онъ двинулъ на нихъ часть своей дивизіи, которая
быстрымъ натискомъ вынудила русскихъ вернуться на суда, чѣмъ
и спасся разобщенный съ нимъ отрядъ 9- Вскорѣ затѣмъ япон-
9 Описанный фактъ высадки русскихъ совершенно не имѣлъ мѣста.
Ирим. перед.
2*
18
скія орудія, заставившія замолчать артиллерію на высотахъ, могли
быть двинуты далѣе въ южномъ направленіи и могли обстрѣли-
вать канонерку, которая будучи вынуждена встать на якорь у
другой стороны залива, не могла уже отвѣчать имъ тѣмъ же.
Тѣмъ не менѣе ни одна изъ сторонъ не могла въ этомъ дѣлѣ
похвалиться побѣдой и относительныя позиціи войскъ остава-
лись тѣ-же до конца дня.
Такъ какъ атака центра русской позиціи совершенно не уда-
лась, а фланговое движеніе на югъ едва не окончилось пораже-
ніемъ, то надежды японскаго главнокомандующаго обратились къ
къ дивизіи Осаки, которой съ ранняго утра того же дня былъ
данъ приказъ попытаться сдѣлать круговой обходъ къ сѣверу.
Здѣсь условія мѣстности были благопріятнѣе той. гдѣ пришлось
дѣйствовать дивизіи Нагойя, и японцы имѣли тутъ за собой огонь
своихъ канонерокъ, а не пальбу съ русскихъ судовъ противъ
себя. На этой сторонѣ лежалъ крутой холмъ, обращенный на
сѣверо-востокъ, и на немъ русскіе установили нѣсколько орудій,
которые вначалѣ затрудняли движеніе дивизіи, но орудія эти
скоро приведены были въ негодность соединеннымъ дѣйствіемъ
артиллеріи и канонерокъ.
Разстояніе между моремъ и высотами здѣсь гораздо шире,
чѣмъ къ югу и дивизія Осаки, пользуясь отливомъ, прошла вбродъ
и успѣла занять позицію съ фланга и съ тылу непріятеля и да-
же выдвинула на высоту нѣсколько небольшихъ орудій.
Добравшись до возвышенности, японцы уже не боялись
русской артиллеріи, но не могли двинуться далѣе, такъ какъ
нѣсколько скорострѣльныхъ орудій, выдвинутыхъ русскими въ
направленіи къ Нанганлину не допустили ихъ движенія впе-
редъ. Между тѣмъ 3 японскихъ канонерскихъ лодки вынуждены
были отойти далѣе вслѣдствіе отлива моря, а русская артилле-
рія сново возобновила свои дѣйствія съ холма, подъ прикрытіемъ
котораго стояла дивизія Осаки. Не будучи въ состояніи накло-
нить дуло орудій настолько, чтобы нанести чувствительный вредъ
19
арміи, находящейся внизу, они обратили все вниманіе на един-
ственную оставшуюся канонерскую лодку и, стараясь повредить
ее, убили ея командира.
Тогда японцы сосредоточили огонь всѣхъ дальнобойныхъ ору-
дій и снова заставили замолчать упорную русскую артиллерію.
Дивизія, Осаки еще разъ сдѣлала натискъ на холмъ и завладѣла
имъ окончательно. Было 6 часовъ; впродолженіи послѣдняго
получаса артиллерія осыпала градомъ гранатъ часть позиціи еще
занятую защитниками, а въ 7 ч. 30 мип. былъ данъ приказъ
общаго штурма со всѣхъ сторонъ. Послѣ этой послѣдней атаки
часть русской позиціи, именно сѣверной, перешла въ руки япон-
цевъ въ то время, какъ дивизія Осаки подвигалась на югъ, чтобъ
предупредить отступленіе врага къ Нанганлину. Храбрымъ за-
щитникамъ не представлялось другого исхода, кромѣ отступленія.
Въ 7 ч. 30 мин. японцы надвинулись со всѣхъ сторонъ;
первая дивизія оставила прикрытіе и ринулась впередъ, то-же
сдѣлала и дивизія Нагои. Русскіе не стали выжидать новой ата-
ки и отступили на югъ вдоль желѣзной дороги къ Нанганлину,
покинувъ всѣ орудія и много плѣнныхъ въ рукахъ японцевъ.
Они сдѣлали привалъ немноі'о южнѣе Нангалина и какъ
бы готовились къ сопротивленію. Первая японская дивизія пере-
шла поле битвы и погналась за непріятелемъ, съ которымъ не
разъ возобновлялись стычки въ авангардахъ1).
Послѣдовавшій затѣмъ осмотръ поля битвы выяснилъ страш-
ное дѣйствіе японскаго артиллерійскаго огня. Вся мѣстность имѣ-
ла видъ загона для кроликовъ: каждый квадратный аршинъ но-
силъ на себѣ слѣды разорвавшагося снаряда. Земляные укрѣпле-
нія всѣ разрушены, орудія повалены. Одинъ этотъ день битвы
стоилъ японцамъ 5000 человѣкъ, потери русскихъ трудно было
исчислить. Одинъ плѣнный русскій офицеръ разсказывалъ, что
его 8-ая рота 5-го Сибирскаго стрѣлковаго полка занимала пере-
г) Никакого преслѣдованія не было.
Прнім. перев.
20
довыя укрѣпленія съ восточной стороны противъ 1-ой японской
дивизіи. При началѣ дѣла въ ротѣ было 250 человѣкъ при пере-
кличкѣ въ концѣ битвы оказалось всего 26.
Тотъ же офицеръ говорилъ, что 5-ый русскій полкъ поте-
рялъ 700 чел. убитыми и 300 ранеными. Такая непропорціональ-
ность объясняется тѣмъ, что раненыхъ нельзя было относить къ
аррьергарду и несчастные добивались на смерть. Можно считать
потерю русскихъ значительно больше 3000 чел.1).
Такова была битва при Наньшанѣ, безъ сомнѣнія одна изъ
замѣчательнѣйшихъ при современномъ способѣ веденія войны.
Побѣда японцевъ доказала здѣсь то, что утверждается многими:
именно, что при хорошо веденной атакѣ и умно-выбранной пози-
ціи новѣйшія дальнобойныя орудія даютъ атакующимъ огромныя
преимущества передъ обороняющимся. Принимая во вниманіе, что
Наньшань былъ уже крѣпостью по своему положенію, трудно
объяснить пораженіе русскихъ. Они цѣлые мѣсяцы приготовля-
лись къ осадѣ и дѣйствительно укрѣпились солидно. Но они не
предусмотрѣли одного важнаго обстоятельства: японскіе солдаты,
привыкшіе таскать ружья и въ глубокой водѣ, не задумались
броситься въ море и, переправившись гдѣ вплавь, гдѣ бродомъ,
атаковали арріергардъ русской позиціи 2).
Глава IV
Наступленіе японцевъ.
Дальній былъ занятъ 1-ой дивизіей японской арміи 1-го іюня
(17 мая); немедленно введено военное положеніе; разбойничьи
шайки выгнаны или перебиты и съ этого времени Дальній сдѣ-
9 Наши потери въ этоыъ дѣлѣ: 450 убитыхъ и роыеныхъ во время боя и 650
при отступленіи. Прим. перво.
2) Наше пораженіе объясняется вовсе не умѣньемъ японцевъ плавать, а нера-
венствомъ силъ борющихся сторонъ. Съ русской стороны 1 неполный полкъ, а съ япон-
ский 3 дивизіи и 2 бригады, т. е. 1 противъ 23. Прим. перво.
21
лался базисомъ 3-ей арміи, во всѣхъ ея дѣйствіяхъ противъ Портъ-
Артура. Тѣмъ временемъ на театръ войны прибылъ генералъ
Ноги, сопутствуемый 11-ой дивизіей подъ начальствомъ генералъ-
лейтенанта Тсушія. Такимъ образомъ, армія его составилась изъ
двухъ дивизій.
Первою дивизіей командовалъ сначала принцъ Фушимо, за-
тѣмъ онъ былъ отозванъ и назначенъ посломъ въ Соединенные
Штаты, а командованіе перешло къ генералъ-лейтенанту Мацу-
мура. Въ составъ дивизіи входили 2 бригады, изъ нихъ первая
состояла изъ 1-го и 15-го полковъ подъ начальствомъ генералъ-
маіора Ямамото, а вторая изъ 2-го и 3-го полковъ подъ началь-
ствомъ генералъ маіора Накамуры. 11-ая дивизія подъ началь-
ствомъ генералъ-лейтенанта Тсушія состояла изъ 10-ой бригады
въ составѣ 12-го и 23-го полковъ, подъ начальствомъ генералъ-
маіора Камиво; и 22-ой бригады въ составѣ 22-го и 44-го пол-
ковъ подъ начальствомъ генералъ-маіора Яманаки. Если приба-
вить артиллерію, полевыя орудія и транспорты, то военную силу
генерала Ноги можно считать почти въ 30,000 человѣкъ.
Съ такой силой генералъ Ноги расположился по линіи, про-
тяженіемъ почти въ 20 километровъ, черезъ весь Ляодунскій полу-
островъ, съ одного берега моря до другого, начиная отъ Анцушана съ
сѣвера, и затѣмъ чрезъ Мотошоги на югъ до Тайтушана. Самъ гене-
ралъ Ноги занялъ съ своимъ главнымъ штабомъ деревню Пуло-
вей, около озера того-же имени. По всей линіи были сдѣланы
надежные окопы и укрѣпленія обращенные фронтомъ къ позиціямъ
русскихъ въ разстояніи отъ 3 до 5 километровъ между вражду-
ющими сторонами. Мы не можемъ съ точностью опредѣлить число
солдатъ въ арміи генерала Стесселя при началѣ военныхъ дѣй-
ствій. Но въ составъ ея входили 4-ая и 7-ая сибирскія стрѣл-
ковыя дивизіи, что съ артиллеріей и транспортомъ давало почти
40,000 людей подъ ружьемъ.
Достовѣрно вычислено, что въ Портъ-Артурѣ въ началѣ
осады было до 55 тысячъ жителей. Вычисленіе это основано на
22
слѣдующихъ данныхъ: капитулировали 24 тысячи сухопутнаго и
морскаго войска и 1,300 офицеровъ, около 10 тыс. было убито
или умерло отъ ранъ и болѣзней, до 10 тыс. больныхъ и ране-
ныхъ было взято въ плѣнъ японцами; остальные 3—4 тыс. со-
ставляли гражданскіе чиновники, разные служащіе, мастеровые,
рабочіе и земледѣльцы, которые остались въ городѣ или были
высланы въ Россію. Исключивъ изъ этого числа 10.000 матро-
совъ и морскихъ офицеровъ, получимъ 40.000 годныхъ къ войнѣ
людей у Стесселя въ началѣ кампаніи; изъ нихъ 3.000 прибы-
вшихъ послѣ сраженія при Наныпанѣ.
Изъ этого очевидно, что въ началѣ іюня русская армія пре-
восходила численностью армію генерала Ноги, а такъ какъ и та
и другая готовились къ наступленію, то обѣ тщательно укрѣп-
ляли свои позиціи. Ляодунскій полуостровъ, какъ выше было ска-
зано, покрытъ безчисленными холмами и горами, которые, хотя и
не имѣютъ правильныхъ формъ и очертаній, но знаніемъ и иску-
сствомъ офицеровъ легко могутъ быть обращены въ сильныя
укрѣпленія. Русская армія занимала рядъ такихъ холмовъ, тя-
нущихся съ сѣвера отъ Шантайао узкимъ проходомъ Анцу-
линъ, (черезъ который идетъ, извиваясь, центральная дорога изъ
Дальняго на Нортъ-Артуру) до Лаоцу-Шана на югѣ. Вдоль этого
пути холмы становятся правильнѣе, тянутся какъ бы непрерыв-
ною гозвышенною цѣпью съ сѣвера на югъ, образуя естествен-
ную защиту перешейка. На сѣверѣ горы не доходятъ до самаго
берега моря, оставляя сравнительно плоскую возвышенность, около
полумили шириною.
Такова была главная линія обороны русскихъ, кромѣ того
они занимали на фронтѣ ея двѣ важныя, сильныя позиціи, именно:
Кенсанскій холмъ въ 368 и Уитосанскій въ 372 метра высоты.
Стратегическое значеніе этихъ холмовъ нѣколько уменьшалось
тѣмъ, что они не входили въ главную цѣпь русскихъ укрѣ-
пленій, а стояли въ нѣкоторомъ разстояніи впереди ея. Тѣмъ не
менѣе они сами по себѣ имѣли большое значеніе, такъ какъ съ
23
вершинъ Кенсана можно было видѣть всю дорогу на Дальній и
наблюдать движенія войскъ около этого города. Съ другой сто-
роны, еслибы Кенсанъ былъ занятъ японцами, то послѣдніе могли
бы обозрѣвать оттуда всѣ окрестности Портъ-Артура.
Почти два мѣсяца обѣ арміи стояли лицомъ другъ къ
другу, не предпринимая никакого движенія, но почти ежедневно
происходили стычки между передовыми постами на холмахъ и
долинахъ въ разстояніи около 20 миль отъ фронта. Во второй
половинѣ іюня японцы очистили заливъ Таліѳнванъ отъ минъ,
заложенныхъ тамъ русскими. Для первыхъ было крайне важно
завладѣть холмами Кенсаномъ и Уитосаномъ *), какъ обсерва-
ціонными постами, ибо, коль скоро они очистили совершенно
заливъ — свѣжіе полки и запасы могли быть доставлены изъ
Японіи. Пока русскіе занимали эти важные холмы, они немед-
ленно увидали бы прибытіе новыхъ транспортовъ и о какомъ-
либо неожиданномъ нападеніи японцевъ съ этой стороны не
могло быть и рѣчи.
Имѣя лишь двѣ дивизіи въ своемъ распоряженіи, генералъ
Ноги не считалъ себя достаточно сильнымъ, чтобы пытаться вы-
бить русскихъ изъ главной линіи занимаемой ими позиціи, но
онъ рѣшился, — овладѣть этими холмами-буферами, лежащими
внѣ линіи. 26-го іюня былъ имъ отданъ приказъ атаковать Кен-
санъ и Уитосанъ. 11-я дивизія, подъ предводительствомъ ген. Цу-
шія, выступивъ до разсвѣта, опрокинула русскіе передовые посты
и въ 9 ч. утра заняла Уитосанъ, но Кенсанъ, который гораздо
круче и не имѣетъ даже тропинокъ для прохода—оставался въ
рукахъ русскихъ. Въ 12 ч. Тсушія приказалъ одному батальону
43-го полка подъ прикрытіемъ горныхъ орудій взять холмъ Кен-
санъ приступомъ. Едва начался штурмъ, какъ русскіе кано-
нерки вышли изъ Портъ-Артура и обстрѣляли лѣвый флангъ
11-й дивизіи, но скоро вынуждены были отойти, въ виду до-
г) Холмы Кенсанъ и У йтосанъ—горы Куинсанъ п Уайтцелдза.
24 —
явленія нѣсколькихъ японскихъ военныхъ судовъ. 43-й полкъ,
которому выпала трудная задача взять Кенсанъ, выполнилъ свое
дѣло съ величайшей отвагой. Хотя подъемъ на холмъ былъ
очень крутъ и неровенъ, но за то эти выступы и неровности
горы были спасеніемъ для атаковавшихъ, такъ какъ прикрывали
ихъ движеніе почти до самой вершины. Штабъ, наблюдавшій
атаку съ высоты занятаго уже японцами Уитосана, не могъ до-
статочно нахвалиться храбростью пѣхоты, особенно, когда двѣ
разорвавшіяся среди нихъ бомбы—не вызвали никакого коле-
банія или остановки ихъ движенія. Въ три часа по-полудни рус-
скіе пустили въ ходъ 3 горныхъ орудія, но отъ японской шрап-
нели они вынуждены были прекратить огонь послѣ 4-хъ выпу-
щенныхъ ими залповъ. Самая вершина холма представляетъ не-
большую узкую площадь; она защищалась двумя баталіонами
пѣхоты, но уже въ 5 часовъ японскіе флаги и крики «банзай»
возвѣстили, что холмъ Кенсанъ взятъ *)• Убыль понесенная 43
полкомъ была 150 убитыхъ и раненыхъ—цѣна не дорогая за
такое важное пріобрѣтеніе. Потери русскихъ—не опредѣлены.
Слѣдствіемъ взятія Кенсана явилась возможность выдвинуть впе-
редъ лѣвое крыло японской позиціи, при чемъ правое крыло
осталось на прежнихъ мѣстахъ; центръ занялъ Кенсанъ, а юж-
ные посты подошли къ подножію горы Секошана. Такимъ обра-
зомъ армія значительно приблизилась къ Портъ-Артуру—и если-бъ
лѣвому крылу японцевъ удалось прорвать правое крыло непрія-
теля, то сѣверной части арміи русскихъ угрожало быть отрѣ-
занной.
Повидимому русскіе придали особенно серьезное значеніе
потери Кенсана, и генералъ Стессель рѣшилъ во что бы то ни
стало вновь овладѣть имъ. Недѣлю спустя вся 7-я дивизія рус-
ской арміи атаковала лѣвое крыло японцевъ. Были приняты
всякія мѣры, чтобы поднять духъ солдатъ, пулеметы были вы-
Гарнизонъ Куинсана—1 рота. Прим. перев.
25
ставлены впереди линіи и стойкая русская пѣхота мужественно
двинулась, ободряемая пѣснями полковыхъ музыкантовъ. Эта
первая атака была отбита, когда враги приблизились на 800
метровъ другъ къ другу. Въ ту же ночь русскіе повторили
атаку по всей линіи; при этомъ они выполнили почти невѣроят-
ную вещь — вызвавшую удивленіе ихъ врага — подползли не-
замѣченными до самой вершины. Тутъ въ траншеяхъ завязался
отчаянный рукопашный бой: сабли, ружья, приклады, даже
камни пускались въ ходъ обѣими сторонами. Нѣкоторое время
исходъ этой кровавой схватки оставался сомнительнымъ. Но
японцы имѣли за собою преимущество—сражаться подъ защи-
тою прочныхъ укрѣпленій и въ концѣ концовъ одолѣли рус-
скихъ, отступившихъ въ полномъ разстройствѣ. 4-го іюня рус-
скіе снова атаковали Кенсанъ, но опять были отбиты. Тогда
генералъ Стессель, видя безуспѣшность этихъ попытокъ, стя-
нулъ войска на высоты напротивъ горы, гдѣ уже втеченіе
мѣсяца русскій инженеръ воздвигалъ сильнѣйшія укрѣпленія. По-
теря русскихъ при этихъ послѣдовательныхъ атакахъ исчисля-
лась въ 800 человѣкъ, а японцы, которымъ впервые пришлось
выдержать атаку, потеряли ЗОО. Позиціи, занятыя теперь рус-
скими, тянулись вдоль холмовъ и горъ, которые, какъ было выше
сказано, въ этомъ мѣстѣ полуострова представляли какъ бы
умышленно устроенную прекрасную защиту Портъ-Артура. Нѣ-
которые изъ нихъ достигаютъ 1300 футъ высоты и тянутся съ
сѣвера отъ Шантайо чрезъ Анцулинъ — гдѣ идетъ центральная
дорога къ Портъ-Артуру—на югъ до Лао-Цушана. Съ 5-го по
26-е оставались на этихъ позиціяхъ спокойно, если не считать
непрерывныхъ стычекъ между передовыми постами—и могли
использовать этотъ продолжительный промежутокъ покоя, чтобы
закончить укрѣпленія и сдѣлать окружающіе холмы настоящими
крѣпостями.
Генералъ Ноги не имѣлъ достаточно войскъ, чтобы предпри-^
нять съ ними атаку этой сильной позиціи и выжидалъ новыхъ
26
подкрѣпленій изъ Японіи. Поэтому онъ ограничился неусыпнымъ
наблюденіемъ за русскими съ высотъ Кенсана и Уитосана, а вой-
ска его утомляли непріятеля непрерывными стычками на аван-
постахъ. Все мѣсто расположенія войскъ, за это время покоя,
казалось скорѣе плацомъ для маневровъ, а не театромъ военныхъ
дѣйствій—такъ велико было пространство и такъ немногочис-
ленны покрывавшія его войска.
Работа по очищенію Таліенванскаго залива отъ заложенныхъ
въ немъ русскими минъ подвигалась медленно и не безъ урона
для японцевъ, но уже въ половинѣ іюля было совершенно очи-
щено пространство достаточное для прохода судовъ къ Дальнему,
Это очень облегчило задачу генерала Ноги, такъ какъ давалъ
возможность пользоваться Дальнимъ какъ базисомъ для военныхъ
дѣйствій.
Большія количества всякаго провіанта и запасовъ были те-
перь подвезены и многочисленныя подкрѣпленія прибыли изъ
Японіи уже въ половинѣ мѣсяца. Послѣднія заключали въ себѣ:
цѣлую 9-ую дивизію и 2 отдѣльныхъ пѣхотныхъ бригады, состо-
ящія изъ т. наз. коби или запасной пѣхоты.
9-ая дивизія, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта барона
Ошима, состояла изъ 6-ой бригады въ составѣ 7-го и 35-го пол-
ковъ подъ командой генералъ-маіора Ишинохэ, и 18-ой бригады
въ составѣ 19-го и 36-го полковъ подъ командой генералъ-маіора
Хи-ра-са. 1-ая бригада коби (резервная токійская) состояла изъ
1-го, 15-го и 16-го полковъ подъ командой генералъ-маіора Таки-
нуша. 4-ая бригада коби (резервная осакская) заключала въ себѣ
8-ой, 9-ой и 38-ой полки подъ командой генералъ-маіора Томо-
гау. Такимъ образомъ армія генерала Ноги имѣла 4 съ полови-
ною дивизіи или около 60.000 человѣкъ, готовыхъ къ бою. Во
второй половинѣ іюля онъ былъ уже въ состояніи вновь начать
нападеніе. Укрѣпленныя позиціи, противъ коихъ приходилось те-
перь идти войскамъ Микадо, были вѣроятно сильнѣйшія, кото-
рыя когда-либо атаковались пѣхотой, Овладѣть такой позиціей
27
послѣ двухдневнаго боя было конечно удивительной удачей, но
при всемъ уваженіи къ храбрости пѣхоты и не въ обиду ей
должно сказать, что побѣда того дня была результатомъ дѣйст-
вія артиллеріи. Безъ этой могущественной силы, русскихъ нельзя
было бы выбить изъ ихъ позиціи на высотахъ, хотя бы лежащія
ниже укрѣпленія на нѣкоторыхъ холмахъ и были взяты япон-
ской пѣхотой. Японская пѣхота двинулась по линіи всего фронта,
имѣя 1-ую дивизію справа, 9-ую въ центрѣ и 11-ую на лѣвомъ
флангѣ съ южной стороны полуострова.
Первая атака 26-го іюля была совершенно неудачна. Подъ
густымъ туманомъ начали наступать японцы, причемъ хлынувшій
дождь временами не давалъ дѣйствовать огню. Между 9-ю и 10-ю
часами утра артиллерія обѣихъ враждущихъ армій начала дѣй-
ствовать. Вмѣстѣ съ тѣмъ японская пѣхота хотя и медленно, но
неустанно подвигались, и къ вечеру 26/13-го они добрались до
подножія горы, гдѣ засѣли русскіе. Ночью нападеніе было произ-
ведено по всей линіи, но японцы ни на шагъ не подвинулись,
ибо атака была вездѣ отбита. Утро 27/14-го іюля было прево-
сходно. Артиллерія обѣихъ сторонъ, пользуясь яркимъ свѣтомъ,
открыла сильный огонь. Японцы направляли выстрѣлы на высо-
кую въ 1300 футовъ гору Ойкешанъ лежащую на сѣверѣ Анцу-
линскаго ущелья. Врядъ ли болѣе сильный артиллерійскій огонь
обстрѣливалъ когда либо иную гору. Легко понять какъ онъ гу-
билъ русскую пѣхоту, не смотря на искусныя укрѣпленія. На
вершинѣ горы по обѣ стороны ущелья японская шрапнель ле-
жала, какъ горохъ, толстымъ слоемъ. Ядра и обломки гранатъ
засыпали все пространство, не оставивъ почти фута свободнаго.
Падая на откосъ горы, ядра оставляли глубокіе слѣды, по кото-
рымъ можно было видѣть, какъ все уже и уже смыкали свои ряды
японскія орудія, пока, наконецъ, ужаснымъ залпомъ не разгромили
укрѣпленія и не смели съ горы послѣднихъ мѣткихъ стрѣлковъ.
9 Гора Ойкешанъ—Юпилаза.
28
Послѣ полудня японцы начали влѣзать на нижніе, крутые
и обнаженные откосы горы Ойкешана. Русскіе не могли даже
высунуться надъ брустверами, такъ какъ градъ шрапнелей не
переставалъ осыпать ихъ. Когда японцы подошли къ первымъ
траншеямъ, завязался рукопашный бой. Не смотря на храбрость
пѣхоты и геройство офицеровъ, русскіе были выбиты изъ тран-
шей и отступили къ укрѣпленіямъ на вершинѣ горы, откуда
огонь всѣхъ дѣйствовавшихъ тутъ орудій, немогъ ихъ выбить.
Въ 3 часа пополудни знамя Восходящаго Солнца развѣвалось на
передней линіи траншей нижнихъ отроговъ Ойкейшана. Были ми-
нуты, когда сражающіеся такъ перемѣшались между собою, что
нельзя было стрѣлять и пришлось пустить въ ходъ штыки и
приклады. Одинъ пѣхотный офицеръ прыгнулъ на траншею заня-
тую русскими и былъ убитъ, брошеннымъ въ него обломкомъ
скалы. Мѣстами склоны горъ образуютъ такіе уступы, что японцы
укрывались подъ ними и стрѣляли вверхъ черезъ головы. Рус-
скіе, видя что не могутъ тамъ попадать въ нихъ, придумали спу-
скать къ нимъ веревки и захватывая ихъ петлей, ухитрялись
поднимать ихъ на верхъ, гдѣ и расправлялись съ ними. Одинъ
русскій при этомъ упражненіи самъ зацѣпился за петлю и сва-
лившись съ вершины переломилъ обѣ ноги. Такіе и подобные
этимъ пріемы боя практиковались по всей линіи. х) Тысячи мел-
кихъ случаевъ и примѣровъ удивительной личной находчивости,
удали и неустрашимости, видные только участникамъ боя, увѣ-
ковѣчили этотъ день—одинъ изъ самыхъ ужасныхъ въ исторіи
современныхъ войнъ. Послѣ взятія нижнихъ уступовъ горы Ой-
кейшанъ японцы не могли двинуться далѣе въ этомъ направле-
ніи и, хотя огонь не прекращался до глубокой ночи, каждая изъ
сторонъ осталась на занятой позиціи.
Обращусь теперь къ 11-ой лѣвой дивизіи и опишу ея дѣй-
ствія въ этотъ, чреватый событіями, день.
*) Эти пріемы не имѣли мѣста.
ІІрия.*перев.
29
Дивизія сдѣлала двѣ атаки: одну послѣ полудня, другую къ
вечеру. Первая была неудачна, и хотя нѣсколько дивизія подви-
нулась впередъ, но серьезныхъ результатовъ достигнуто не было.
То-же можно сказать и про вечернюю атаку, но тутъ войска
удержали за собою занятую позицію на нижнихъ уступахъ горъ,
какъ сдѣлала то и правая дивизія.
Ночью одинъ батальонный командиръ съ двумя ротами пѣ-
хоты попытался прорваться чрезъ линію русскихъ и занялъ по-
зицію посреди ихъ. Этотъ успѣхъ привелъ къ побѣдѣ, ибо хотя
дальше эти храбрецы ничего не сдѣлали въ ту ночь, но русскіе,
увидавъ, что ихъ правый флангъ разорванъ, и опасаясь, что лѣ-
вый, можетъ быть совершенно отрѣзанъ дальнѣйшимъ наступле-
ніемъ японцевъ вдоль берега моря, рѣшились оставить всѣ пози-
ціи и отступить, пока еще не было поздно. Медленно и уныло,
унося съ собою убитыхъ и раненыхъ, безъ малѣйшаго замѣша-
тельства и безпорядка оставляли стойкіе пѣхотинцы укрѣпленія
на Ойкейшанѣ и Анцулинѣ, отступая къ Портъ-Артуру, гдѣ и
заняли болѣе замкнутую позицію, имѣя правый флангъ у Тайхо-
санъ, центръ на Гошанѣ и лѣвый флангъ у Нитонсу.
Эта новая линія расположенія войскъ находилась подъ пря-
мымъ угломъ, къ только что оставленной позиціи и тянулась съ
востока на западъ, тогда какъ предыдущая позиція русскихъ
направлялась съ сѣвера на югъ. Эта эвакуація была весьма
трудной задачей и еслибъ не была выполнена столь искусно,
могла бы кончиться пораженіемъ. Оказалось, что лѣвому крылу
и центру арміи предстояло пройти гораздо большее разстояніе,
чѣмъ правому крылу, расположенному у берега моря. Надлежало
поэтому правому крылу, сохранять свою позицію до тѣхъ поръ,
пока лѣвое и центръ успѣютъ отойти на новыя позиціи. Правое
крыло у Лао-цу піана, представляло какъ бы ось, вокругъ кото-
рой подвигалась армія. Къ несчастью именно правое крыло было
прорвано японцами въ ночь 2 7/14-го іюля и потому ему труднѣе
было удерживать долго позицію, безъ чего операція отступленія
30
подвергалась бы громадному риску. Командующій арміей весьма
искусно справился съ этимъ положеніемъ 1). Позади возвышен-
ности Ляо-цу-шана находится узкая равнина, орошаемая неболь-
шой рѣчкой Тай; эта равнина заканчивается новою цѣпью невы-
сокихъ горъ, называемыхъ Тай-хо. Командующій вывелъ пра-
вое крыло черезъ долину и размѣстилъ его на высотахъ Тай-хо.
Такимъ образомъ онъ могъ удержаться на позиціи и подготовилъ
отступленіе лѣвому крылу и центру, причемъ правое крыло слу-
жило какъ бы осью для своего движенія. Затѣмъ онъ отступилъ
къ Тай-хо-сану.
Вечеромъ 28/15-го іюля главная русская армія удобно раз-
мѣстилась на новыхъ позиціяхъ, именно на линіи отъ Питонсу
черезъ Гошанъ до Тай-хо-сана. По какимъ то причинамъ, кото-
рыя я до сихъ поръ не могъ себѣ уяснить, войско, занимавшее
Тай-хо, не отступило къ Тай-хо-сану, когда это ему было воз-
можно, но упорно удерживало эту мѣстность. Была-ли то ошибка
или преднамѣренный планъ, 2) чтобъ дать возможность всей
главной арміи занять новыя позиціи и самимъ не рисковать
преждевременнымъ отступленіемъ, но войска въ долинѣ Тай-хо,
такимъ образомъ, оказались отрѣзанными, и командиръ 11-ой
японской дивизіи, увидя такое критическое положеніе пустилъ
часть своихъ войскъ въ атаку, отдѣливъ другую часть, чтобъ
отрѣзать отступленіе русскимъ. Но хитрые россіяне не попались
въ эту ловушку; если сухопутное отступленіе было имъ отрѣзано,
то оставалось еще море, которое пока было свободнымъ: выслан-
ные изъ Портъ-Артура лодки благополучно перевезли моремъ
оставшихся и обманутые въ своихъ надеждахъ японцы могли
только съ высотъ слѣдить за уходившей добычей. 3) Въ цѣломъ
рядѣ стычекъ и сраженій, длившихся три дня, отъ 26/13-го до
9 Геи. Кондратенко.
3) Это былъ преднамѣренный планъ, но нашъ правый флангъ при этомъ вовсе
но былъ отрѣзанъ ІІрим. персв.
•) Этотъ фактъ совершенно не имѣлъ мѣста. Прим, перев.
31
18/15-го іюля, японцы потеряли свыше 4.000 пеловѣкъ ранен-
ными и убитыми; потери русскихъ нельзя было опредѣлить, такъ
какъ они убираютъ своихъ раненыхъ н большую пасть убитыхъ.
Глава V.
О П И С А Н 1 Е О I) О Р О Н Ы.
1. Восточная часть.
Обратимся теперь къ тому времени, когда русскіе стали от-
ходить на линіи своихъ постоянныхъ укрѣпленій. Прежде всего
желательно сдѣлать общее обозрѣніе арены военныхъ дѣйствій,
гдѣ обѣ арміи сражались втеченіе послѣдующихъ 5-ти мѣся-
цевъ и разсмотрѣть нѣсколько подробнѣе русскія оборонительныя
укрѣпленія.
Если будемъ смотрѣть на карту со стороны Нортъ-Артура,
то увидимъ, что линія его укрѣпленій образуетъ полукругъ, кото-
рый тянется съ востока на западъ на протяженіи 30 миль прибли-
зительно. Эта линія естественно раздѣляется на двѣ части—
восточную и западную, причемъ онѣ отдѣляются одна отъ дру-
гой долиной, чрезъ которую проходитъ въ городъ желѣзный
путь и горная дорога.
Наиболѣе продолжительный и серьезный бой во время осады
происходилъ вдоль восточной части линіи. Главные форты на
западѣ не были атакованы и остались почти невредимыми. Цѣпь
холмовъ, на которыхъ были воздвигнуты русскія укрѣпленія,
разнообразна по высотѣ, достигая мѣстами до 600 футовъ. Въ
передней своей части рядъ болѣе низкихъ холмовъ образуетъ
почти двойную цѣпь, причемъ какъ эта цѣпь, такъ и главный
хребетъ были хорошо укрѣплены.
Чтобъ дать подробное описаніе этихъ укрѣпленій, я начну
обзоръ ихъ съ востока на западъ. Не стоитъ останавливать внп-
ПОРТЪ-АРТ.
3
32
манія на тѣхъ, которыя не подвергались прямой атакѣ: излишнія
подробности внесли-бы только путаницу. Надо замѣтить, что рус-
скія укрѣпленія дѣлились на 4 различныя категоріи: 1) долго-
временные форты: 2) полудолговременные: 3) баттареи и 4) китай-
ская стѣна, соединяющая всѣ позиціи между собою. Изъ этихъ
четырехъ категорій долговременные форты, возведенные по послѣд-
нимъ требованіемъ техники, имѣли самое важное значеніе.
На восточной оконечности линіи, доходящей до берега моря,
находился фортъ Рорптсуши,1) иначе называемый Морской фортъ.
Эта позиція имѣла двойное значеніе при защитѣ, такъ какъ ору-
дія на ней обстрѣливали и море и городъ. Слѣдующія три укрѣ-
пленія, составляли группу извѣстную японцамъ подъ именемъ:
Хаклисанской группы2) они состояли изъ Старой батареи, Новой
батареи и Сѣверной батареи, всѣ временнаго типа. Поименован-
ныя четыре батареи были обращены на востокъ, и такъ какъ ни
одна изъ нихъ не была атакована то мы и обойдемъ ихъ молча-
ніемъ.
Слѣдующая группа, въ числѣ трехъ, называлась Кикваншан-
скій фортъ: первый ближайшій къ востоку Хигаши-Кикваншанъ-
Тонанъ3) не подвергся атакѣ послѣ перваго обстрѣла въ авгу-
стѣ. Въ центрѣ группы находился фортъ Хигаши-Кикваншанъ,4)
заслуживающій детальнаго описанія, ибо подвергался постояннымъ
штурмамъ въ теченіе всей осады.
Русскія укрѣпленія меледу этимъ фортомъ и Шотосаномъ,5)
самымъ послѣднимъ въ восточной части вынесли на себѣ всю
силу атаки въ теченіе осаднаго времени. Форты Хигаши-Кей-
кваншанъ и Шоюсанъ отстоятъ одинъ отъ другого на 3.900
ярдовъ но не въ прямомъ направленіи, а на внѣшней сторонѣ
’) Фортъ № 1.
2) Группа батарей на хребтѣ Дракона.
3) Укрѣпленіе № 2.
4) Батарея лпт. Б.
8) Курганная бат.
ІІрим. перев.
При.ул. перев.
Пргім. перев.
[Ірим. перев.
33
кривой, загибающейся къ Шуйшіинской долинѣ. Это пространство
между фортами и представляло возможность прорыва со стороны
осаждающей арміи.
Хагаши-Кикваншанъ принадлежитъ къ категоріи постоян-
ныхъ укрѣпленій: холмъ очень крутъ и достигаетъ свыше 400
футовъ надъ уровнемъ Шуйшіинской долины. У подошвы его
русскіе поставили обычныя у нихъ проволочныя загражденія на
столбахъ вышиною около 2-хъ футовъ отъ земли. Ни рвовъ, ни
передовыхъ преградъ сдѣлано не было русскими, въ томъ убѣжде-
ніи, вѣроятно, что холмъ достаточно защищенъ превосходнымъ
гласисомъ вдоль котораго имъ удобно было стрѣлять съ форта
на верхушкѣ горы. На половинѣ вышины гласиса были первыя
траншеи, составлявшія продолженіе старой китайской стѣны, съ
внѣшней стороны имѣвшія видъ невысокой насыпи. Но въ дѣй-
ствительности онѣ имѣли болѣе угрожающій характеръ, такъ какъ
русскіе окопались рвами, гкубиною въ 7—8 футовъ и насыпали
толстые бруствера, за которыми укрывались отъ пушечныхъ
ядеръ. Сверху были наложены и укрѣплены землей деревянныя
балки, а внутренность укрѣпленія была раздѣлена на части тра-
версами, чтобъ локализировать разрушительное дѣйствіе снаря-
довъ.
Если-бы эти передовые укрѣпленные пункты были атакованы,
осажденные не были бы отрѣзаны, ни вынуждены спасаться на
вершины горы, ибо у нихъ оставались выходы на востокъ и
западъ по защищеннымъ боковымъ ходамъ, устроеннымъ на этотъ
случай. Верхушка горы была начисто срѣзана, оставлено было
невысокое песчанное возвышеніе, огражденное непроницаемыми
щитами, за которыми въ потайныхъ углубленіяхъ были скрыты
два 5-ти дюймовыхъ орудія; ’) тутъ же были устроены под-
земные склады боевыхъ запасовъ. Этотъ сильный фортъ стоилъ
японцамъ многихъ жизней, болѣе даже, чѣмъ всякій другой въ
’) Вооруженіе бат, Лмт. Б—4 пушки 6 д. въ 120 пудовъ, Іірим. перса.
3*
34
теченіи осады. Холмъ, на которомъ стоялъ описываемый фортъ
Хигаши-Кикваншанъ переходитъ съ другой стороны въ плоскую
возвышенность въ 100 ярдовъ, на задней сторонѣ которой, было
устроено новое укрѣпленіе для защиты ниже лежащаго и снаб-
жено двумя 6-ти дюймовыми орудіями. Эта 2-ая позиція была
извѣстна подъ именемъ укрѣпленія К. ’ ) Задняя сторона Хигаши-
Кикваншана была преднамѣренно оставлено неприкрытой, въ
разсчетѣ что, если бы фортъ былъ занятъ, то взявшіе его под-
вергались бы обстрѣливанію изъ пункта К.
На низкомъ холмѣ къ западу отъ Хигаши-Кикваншана, на
разстояніи 125 ярдовъ находился пунктъ называвшійся Кобіяма 2)
на половину постоянное укрѣпленіе.
На 200 ярдовъ на западъ отъ Кобіямы находилось другое
постоянное укрѣпленіе называемое укрѣпленіе 0_3), построенное
для пѣхоты: глубокія траншеи его были выкопаны и прикрыты
брусьями, землей и мѣшками съ пескомъ, между которыми, на
близкомъ разстояніи другъ отъ друга были оставлены отверстія
для стрѣльбы. Пунктъ О., имѣющій 100 ярдовъ высоты, посте-
пенно понижается и затѣмъ снова повышается, сливаясь, съ
главнымъ хребтомъ, на которомъ находилась позиція, извѣстная
подъ именемъ пункта М *)• Задняя сторона пункта С1, подобно
Хигаши-Кикваншану, была оставлена неприкрытой, такъ что
японцамъ было бы невозможно удержать его за собой, не овла-
дѣвъ также пунктомъ X, лежащимъ позади него.
На востокъ отъ пункта О,, на разстояніи 400-тъ ярдовъ,
находился сѣверный фортъ Кикваншанъ й), также расположен-
ный у подошвы главнаго хребта.
’) Залнтсрная батарея. Прим. персв.
2) Батарея на 2 полсв. пушки между бат. Лит. Г» и Куропаткинскпмъ люнетомъ.
Прим. перев.
3) Куропаткинскій люнетъ. Прим. перев.
4) Малое Орлиное гнѣздо.
5) Большое Орлиное гнѣздо. Прим. перев.
35
Слѣдующее возвышеніе вдоль главнаго хребта составляетъ
гора Бодаи *), а пространство между этой послѣдней и пунктомъ
Ы переходитъ въ покатый перешеекъ. Сѣверный Кикваншанъ
расположенъ на одномъ изъ низкихъ холмовъ главнаго хребта,
прямо противъ перешейка въ цѣляхъ охраненія его, такъ какъ
перешекъ этотъ считался наиболѣе уязвимымъ мѣстомъ на всей
линіи, а Кикваншанъ былъ основательно укрѣпленъ. Оиъ былъ
настоящимъ пѣхотнымъ наблюдательнымъ пунктомъ, снабженнымъ
не тяжелыми артиллерійскими орудіями, но исключительно поле-
выми и скорострѣльными.
Къ нашему труду приложенъ планъ этого форта, но нѣко-
торыя объясненія относительно его конструкціи будутъ не без-
полезны читателю. Фортъ имѣлъ приблизительно трехугольную
форму, обращенную прямо на сѣверъ; сѣверная сторона его имѣла
30 метровъ, остальныя стораны каждая по 60 метровъ.
Дно рва превышалось гребнемъ бруствера на 50 футовъ.
Контрэскарпныя галлереи шли вдоль рва на сѣверной сторонѣ,
а также по всей длинѣ восточной стороны: на западной же сто-
ронѣ, онѣ тянулись только на короткомъ пространствѣ. Огонь
изъ контрэскарпныхъ галлерей могъ быть направленъ на ата-
кующихъ въ любомъ мѣстѣ.
Откосъ эскарпа былъ почти перпендикуляренъ, но верхняя
часть имѣла достаточный наклонъ для того, чтобъ позволять
японскимъ солдатамъ удержаться на немъ во время ихъ періо-
дическихъ приступовъ. Мѣшки съ пескомъ были наложены ря-
дами наверху бруствера; за ними были устроены небольшіе уступы,
съ которыхъ можно бы было стрѣлять изъ за мѣшковъ, а подъ
брустверомъ находились блиндажи. Внутри форта шла прово-
лочная сѣть, а за нею еще рядъ мѣшковъ съ пескомъ, такъ
что, въ случаѣ если бы брустверъ былъ взятъ, защитники могли
бы еще отступить къ этой 2-ой оборонительной линіи. За этой
9 Фортъ И 2.
36
второй линіей ступени вели къ крѣпкимъ, выложеннымъ бетономъ
двухэтажнымъ казармамъ, покрытымъ мѣшками съ пескомъ и не
плотной землею.
Въ этихъ казармахъ гарнизонъ могъ безопасно жить и
спать втеченіе долгаго времени, укрытый отъ разрушающаго
дѣйствія японскихъ гранатъ, которые въ дребезги разбивали вну-
треность укрѣпленій. Сводчатыя окна казармъ придавали имъ
сходство съ крыломъ кафедральнаго собора, и выходили на не-
глубокій ровъ на задней сторонѣ форта. Если бы осаждающіе
пробрались въ этотъ ровъ, то они были-бы смѣтены огнемъ
скорострѣльныхъ орудій. Около казармъ была кухня. Подъ
землей находился складъ боевыхъ припасовъ и амуниціи, кото-
рые подымались кверху помощью ручной подъемной машины.
Позади форта находился резервуаръ, выкопанный въ землѣ и
выложенный бетономъ. Резервуаръ этотъ снабжалъ -гарнизонъ
водой.
Сообщеніе между Сѣвернымъ Кикваншаномъ и холмами,
возвышающими за ними, было недостаточнымъ и, безъ сомнѣнія
русскіе разсчитывали построить подземныя укрытія. Гарнизонъ,
для того чтобъ войти въ фортъ или выйти изъ него, долженъ
былъ перебраться черезъ находящійся позади него окопъ съ по-
мощью подъемнаго мостика, который могъ быть обстрѣленъ осаж-
дающей артиллеріей, а потому подкрѣпленія и продовольствія
могли быть доставляемы только ночью. Когда фортъ былъ взятъ,
мостикъ былъ разрушенъ орудійнымъ огнемъ и только двадцати
человѣкъ изъ всего гарнизона удалось уйти.
Внизу, на описанномъ выше перешейкѣ между пунктомъ Ы
и Бодаи, которымъ Сѣверный Кикваншанъ служилъ защитою,
русскіе построили еще новый пунктъ извѣстный подъ именемъ
батарейнаго пункта М, на который были втащены два 12-ти
метровыхъ морскихъ орудія.
На слѣдующей возвышенности, у подошвы хребта въ 150
ярдахъ отъ Сѣвернаго Кикваншана, противъ Бодаи, находи-
37
лось другое временное укрѣпленіе пунктъ Р 9, впослѣдствіе
названный пунктомъ Ишиное, въ честь генерала этого имени.
Холмъ, на которомъ расположенъ былъ пунктъ Ишиное спускался
на 100 ярдовъ и затѣмъ снова поднимался къ вершинѣ Бодаи.
Въ началѣ подъема были тщательно вырыты ретраншаменты
образующіе продолженіе китайской стѣны. Какъ обыкновенно,
тылъ передового укрѣпленія былъ оставленъ открытымъ; здѣсь
какъ и прежде, въ случаѣ овладѣнія имъ осаждающими, опять
бы встрѣтилась трудность удержать его.
Слѣдующій за фортомъ Ишиное, отдѣленный отъ него только
маленькой долиной шириной въ 100 ярдовъ, былъ Восточный
Банрусанъ * 2)- Если бы русскіе обладали большей предусмотри-
тельностью, они построили бы постоянныя укрѣпленія подобныя
Сѣверно-Кикваншанскпмъ, на всѣхъ возвышеніяхъ и сдѣлали бы
ихъ неприступными. Но они еще не были подготовленными,
когда гроза разразилась и на вершинѣ Восточнаго Банрусана,
имѣющаго важное значеніе, оказались только временныя укрѣп-
ленія.
На западѣ отъ Восточнаго Банрусана на разстояніи 175
ярдовъ находился Западный Банрусанъ 3), построенный почтп
на одной и той же линіи и былъ, подобно первому, укрѣпле-
ніемъ временнаго характера.
Между Восточнымъ и Западнымъ Банрусанамъ пролегаете
долина, которая тянется вплоть до горы Бодая, возвышающаяся
тотчасъ за Восточнымъ Банрусаномъ и фортомъ Ишиное. Эта
гора, достигающая 635 футовъ высоты надъ уровнемъ моря, со-
ставляетъ самый возвышенный и видный пунктъ вдоль всей
восточной оборонительной линіи. Дѣйствія ея укрѣпленій нахо-
дятся въ связи съ дѣйствіями двухъ фортовъ, находящихся у ея
подошвы.
9 Открытый копонмръ № 2. Прил/. яерел
2) Ре дуть № 1. ІТргслг. перев.
3) Редуть № 2. Іірилс перев.
38
На скалистую вершину Бодая русскіе подняли два 6-ти
дюймовыхъ морскихъ орудія. Находясь на мѣстѣ вполнѣ откры-
томъ, они служили прекрасною цѣлью для японской артиллеріи,
которая въ самомъ началѣ осады обратила ихъ въ непригодныхъ
для дѣйствія. На западѣ Бодай имѣетъ скатъ къ перешейку и
затѣмъ снова образуетъ новое возвышеніе. На этомъ послѣднемъ
возвышеніи русскіе построили временное укрѣпленіе называемое
пунктъ Н 9, который дѣйствовалъ заодно съ Западнымъ Бан-
русаномъ. По-китайски слово Бодаи значитъ «сторожевая тер-
раса» (ХѴаІсЬег’з іеггасе), японцы же дали горѣ Бодаи названіе
«гора близнецовъ», такъ какъ Бодаи обрадуетъ двѣ вершины.
Перешеекъ между этими двумя вершинами былъ обнесенъ крѣп-
кими окопами и занятъ скорострѣльными орудіями обстрѣливав-
шими долину между Восточнымъ и Западнымъ Банрусаномъ.
Пересѣкая эту линію лежитъ, извиваясь, старая Китайская
стѣна, служащая форпостомъ для защиты Бодая, еслибъ Бан-
русанское укрѣпленіе было взято.
Бодай считался важнѣйшей позиціей на восточной части
линіи, ибо съ потерей его—русскимъ неминуемо пришлось бы
отдать городъ и гавань, такъ какъ доминирующее надъ всей
мѣстностью положеніе форта Бодая, сдѣлало бы совершенно не-
возможной посылку подкрѣпленій въ другіе форты, хотя бы они
и оставались еще въ рукахъ русскихъ.
Въ 125 ярдахъ на западъ отъ Банрусана находился вре-
менный фортъ построенный на второмъ рядѣ холмовъ и назван-
ный японцами Ха-ши-ма-ко-яма * 2) или «фортъ съ чалмой на
головѣ», такъ какъ верхушка его имѣла шарообразную форму;
онъ находился на полъ-пути къ большому форту Пиру санъ—са-
мому сильному изъ всѣхъ позицій вдоль восточной части линіи.
Па главной цѣпп холмовъ позади Ха-ши-ма-ко-ямы былъ вре-
х) Заредутная батарея.
2) Открытый капниръ № 3.
перев.
Црилс. перев.
39
менный фортъ, называемый Новый Ванрусанъ 9- У форта Ни-
русанъ 2) прерывался двойной рядъ укрѣпленій и онъ стоялъ
одиноко. Въ виду такого неудобства его естественнаго положе-
нія русскіе приложили особенное усиліе и все искусство тех-
ники, чтобъ сдѣлать его неприступнымъ.
По типу постройки Нирусанъ подходилъ къ Сѣверному
Кикваншану. Тутъ не было контрэскарпныхъ галлерей, но
только два небольшихъ капонира въ сѣверо-восточномъ и сѣ-
веро-западномъ углахъ рва. Эти капониры посредствомъ под-
земныхъ ходовъ сообщались съ фортомъ. Внутреннее устрой-
ство Нирусана существенно отличалось отъ Сѣвернаго Кикван-
шана тѣмъ, что въ первомъ былъ второй рядъ укрѣпленій, со-
оруженныхъ изъ земли и бута. На нихъ русскіе установили нѣ-
сколько тяжелыхъ орудій, весьма удачно дѣйствовавшихъ до са-
мого взятія форта японцами. Казармы Нирусана имѣли то пре-
имущество передъ Сѣвернымъ Кеикваншаномъ, что будучи вы-
строены очень глубоко подъ землею, они остались неповрежден-
ными, не смотря на тысячи ядеръ сыпавшихся на фортъ во
время осады. Высѣченныя въ камнѣ ступени, начинаясь въ
центрѣ форта за линіей орудій, вели внизъ въ казарму. Окна
казармы выходили на ровъ задней части форта—во рву была
поставлена стальная, доходящая до поверхности земли, лѣстница,
по которой доставлялись гарнизону запасы и подкрѣпленія.
Въ 400-хъ ярдахъ къ западу отъ Нирусана стоялъ Шою-
санъ 3), послѣдній фортъ въ восточной части русской линіи;
между этими фортами пролегала долина зачищенная колючей
проволокой и минами, на случай еслибъ таковая защита пона-
добилась; но оба форта были такъ сильно вооружены, что пока
они держались, осаждающимъ не было возможности проникнуть
9 Гора Скалистый Кряжъ, неимѣвшая никакихъ укрѣпленій, но служившая
для наблюденій. Прим. перев.
а) Фортъ № 3. Прим. перев.
’) Укрѣпленіе № 3. Прим. перев.
40
въ долину: Шоюсанъ былъ пѣхотный люнетъ выстроенный по
типу конструкціи Сѣвернаго Кикваншана. На холмѣ непосред-
ственно позади Шоюсана русскіе воздвигли временный фортъ,
называвшійся «Фортъ прикрытія Шоюсана ’)•
Громадныя трудности, которыя японцамъ предстояло пре-
одолѣть при осадѣ Портъ-Артура—очевидны при самомъ поверх-
ностномъ обзорѣ карты вышеназванныхъ укрѣпленій:
Было уже сказано, что если взять разстояніе по прямой
линіи, между Хигаши, Кикваншаномъ п Шоюсаномъ — край-
ними фортами восточной части линіи укрѣпленій — то оно бу-
детъ равно 2000-мъ ярдамъ; если же взять это разстояніе по
кривой японской паралели окружающей форты, то оно составитъ
3900 ярдовъ. Съ внутренней стороны этой кривой—были сосре-
доточены 4-е постоянныхъ форта, именно: Хигаши-Кикван-
шанъ, Сѣверный Кикваншанъ, Нирусанъ и Шоюсанъ; на пе-
реднихъ предгоріяхъ шесть полу-постоянныхъ фортовъ, именно:
Кобуяма, фортъ Ишиноше, Восточный Банрусанъ, Западный
Банрусанъ и Хашимашкояма 21); на заднихъ горахъ—добавочныя
батареи и форты временнаго типа, именно: Р—фортъ, Н—фортъ,
М—фортъ, гора Бодаи, Новый Банрусанъ и «Фортъ покрытія»
Шоюсана. Ни одна изъ этихъ позицій не была изолирована, всѣ
были связаны между собою Китайской стѣной, которая то образуя
возвышенныя насыпи, то углубляясь въ скаты горъ, представ-
ляла непрерывной, хорошо защищенный и закрытый путь, по ко-
торому осажденные могли переходить изъ одной позиціи въ
ДРУгую.
Восточная часть укрѣпленій отдѣляется отъ западной ихъ
части—низко лежащей равниной, по которой и горная дорога и
южно-китайскій желѣзно-дорожный путь входятъ въ городъ.
Эта равнпна, горизонтальная, какъ бильярдная доска—за-
щищена съ востока фортомъ Шоюсаномъ, а съ запада Шиюан-
*) Курганная батарея.
перев.
41
Шисаномъ22). Кромѣ этого ее перерѣзаютъ 3 ряда траншей и про-
волочныхъ загражденій. Наконецъ тутъ натыкались еще на одно
препятствіе, именно: удивительныя устарѣлыя рогатки, изъ
остро отточенныхъ деревянныхъ кольевъ были протянуты по-
перекъ равнины. Изъ этого ясно, что японцамъ этимъ путемъ
добраться до крѣпости было невозможно.
2. Западная часть.
Теперь перейдемъ къ краткому описанію ряда фортовъ, нахо-
дящихся къ западу отъ вышеназванной долины; нѣтъ надобности
описывать ихъ подробно, такъ какъ эта часть линіи почти со-
всѣмъ не подвергалась атакѣ японцевъ за все время осады.
Въ западной части было 4 главныхъ укрѣпленія: Шиоян-
кишанъ1) пли «гора маленькаго стола», Дайянкиншанъ 2) или
«гора большого стола», Итцушанъ3) «Холмъ стула» и Тайянкоу4 *)
или «Ровъ солнца».
Первая изъ этихъ позицій Шиоянкишанъ находится на горѣ
высотою въ 500 фут., причемъ откосъ постепенно срѣзается къ
вершинѣ.
На разные пункты вдоль болѣе низкихъ уступовъ русскіе
втащили свои батареи, состоявшіе большею частью изъ морскихъ
орудій, взятыхъ съ военныхъ судовъ, когда было рѣшено, что
они не выйдутъ больше въ море. Одна изъ этихъ батарей содер-
жала четыре морскихъ орудія (47-м.м.). Выше по откосу находился
старинный китайскій построенный изъ глины и соломы фортъ, б)
въ которомъ находились два 12-ти фунтовыхъ орудія русскаго
издѣлія 1879 года. Вершина горы, имѣющая форму буквы Ь,
не представляла собою современный фортъ. Это укрѣпленіе было
*) Зубчатая батарея.
а) Батарея лят. Д.
’) Фортъ № 4.
4) Фортъ № 5.
6) Пнпань.
При*. перев.
При*. перев.
При*, перев.
При*, перев.
При*, перев.
42
только наскоро вылѣплено изъ глины, заполнено бетономъ и
снабжено нѣсколькими Круппойскими пушками стараго образца,
которыя безъ сомнѣнія были отняты у китайцевъ въ 1895 г.;
на одной изъ извилинъ буквы Ь находились четыре 6-ти дюй-
мовыхъ крушювскихъ орудія, изъ нихъ два относились къ 1887 г.,
остальныя къ 1877 г. и были обращены въ поршневыя. На вто-
рой извилинѣ находились еще два 6-ти дюймовыхъ крупповскихъ
орудія, солидно укрытыхъ бетономъ, а возлѣ нихъ русскіе поста-
вили 6-ти дюймовое морское орудіе, сдѣланное въ Россіи въ
1889 г. и снятое съ одного изъ судовъ, стоящихъ въ гавани.
Далѣе на западъ и нѣсколько впереди отъ Шіонкисана нахо-
дился знаменитый фортъ Итцушанъ, или «Холмъ стула», самая
извѣстная изъ всѣхъ позицій, окружающихъ Портъ-Артуръ, какъ
по особенному своему, виду такъ и потому, что эта позиція была
взята бригадою ген. Ноги у китайцевъ въ 1895 г. Итцушанъ,
стоявшій на болѣе низкомъ холмѣ, чѣмъ Шіоанкисанъ, находился
подъ командой послѣдняго. Передняя часть форта имѣла настоящій
видъ кресла, обитаго грязно-желтымъ ситцемъ, иллюзію котораго
давалъ песокъ. Фортъ стоялъ такъ круто, что съ передней сто-
роны не было возможности вскорабкатся на него. Близъ гребня
холма былъ выкопанъ неглубокій ровъ. Итцушанъ былъ однимъ
изъ постоянныхъ укрѣпленій, въ немъ находился прочный ка-
зематъ для гарнизона и заключалъ обычные, лежащіе подъ бру-
стверами, казематы для амуниціи. Двѣ 12-ти фунт. и двѣнадцать
3-хъ фунтовыхъ морскихъ пушекъ были поставлены на форту.
Пушки были недостаточно прикрыты и потому во все время
осады онѣ часто разбивались въ дребезги японскими гранатами.
Но такъ какъ у рускихъ былъ огромный запасъ 3-хъ фунтовыхъ
орудій, то разбитыя орудія тотчасъ же замѣнялись другими. Итцу-
шанъ составляетъ сѣверо-западный уголъ укрѣпленій Портъ-Артура
и орудія его могутъ обстрѣливать какъ сѣверъ, такъ и западъ.
Онъ былъ снабженъ прожекторами сыгравшими важную роль во
время осады.
43
Тотчасъ же за Исусаномъ стоялъ фортъ Даянхишанъ, обра-
щенный фасадомъ прямо на западъ; онъ имѣлъ 8 помѣщеній для
орудій, но онѣ не всѣ были заняты. Здѣсь, какъ и вездѣ, рус-
скіе пополняли недостатокъ годныхъ орудій, орудіями съ непри-
годныхъ для плаванія морскихъ военныхъ судовъ.
Еще далѣе на западѣ на югъ отъ Даянхишана стоитъ силь-
ный фортъ Таянкоу, послѣдній пунктъ западной части линій укрѣ-
пленій. На югъ отъ Таянкоу тянулся рядъ укрѣпленныхъ транше-
ями позицій, продолжая русскую линію до подошвы Ляотешан-
скихъ горъ, но ни одна изъ этихъ позицій не была атакована
за все время осады.
Передовыя позиціи.
Описавъ цѣпь постоянныхъ укрѣпленій, восточной и запад-
ной части, занятыхъ русскими во время осады, мы должны раз-
смотрѣть мѣстность непосредственно передъ ними лежащую и
укрѣпленія сооруженныя русскими внѣ главной ихъ линіи.
У подножія цѣпи горъ покрытыхъ русскими фортификаціон-
ными сооруженіями отъ Шію-ан-ши-сана на востокъ и до Метръ-
Ранж'а на западѣ разстилается Шуй-шіинская долина, образуя
полукругъ отъ одной, до 2’/2-ою миль. Долина не представляетъ
безусловно ровной поверхности, а разбросанные по ней тамъ и сямъ
низкіе кряжи и холмы, пересѣкаютъ ее и даютъ прекрасную
защиту войскамъ, подступающимъ къ рускимъ аванпостамъ.
На сѣверъ отъ Шуй-шіинской долины тянется съ востока
на западъ другая цѣпь холмовъ, образуя полукругъ болѣе широ-
кій, чѣмъ тотъ, гдѣ находились русскія укрѣпленія. Вся эта
мѣстность, какъ бы умышленно создана природою для цѣлей
осады и снабжена всѣми естественными удобствами, какъ для
нападенія, такъ и для обороны.
Если бы русскіе укрѣпляли Портъ-Артуръ съ большею даль-
новидностью и предусмотрительностью, то они конечно выдвинули
44
бы свои укрѣпленія на эту внѣшнюю линію и такимъ образомъ
пріобрѣли бы двѣ цѣльныхъ линіи, которыя, окружая городъ
двумя рядами фортовъ, сдѣлали бы его неприступнымъ.
Но матеріальныя соображенія п недостатокъ времени помѣ-
шалъ выполнить такой планъ, а слѣдствіемъ было то, что рус-
скіе, едва успѣвъ расположить войска на внѣшнихъ позиціяхъ,
были выбиты изъ нихъ послѣ однодневнаго лишь боя. Оставлен-
ныя позиціи, занимающія всю линію отъ Хош-сана съ запада до
Тайхосана и Шіохо-сана на востокѣ, сдѣлались главнымъ базисомъ
японцевъ при всѣхъ осадныхъ дѣйствіяхъ. Подъ защитой этой
цѣпи холмовъ они устроили провіантскіе склады, помѣщенія для
лошадей и госпитали, въ полной безопасности отъ дѣйствія огня
изъ осажденнаго города.
Южно-Китайская дорога, направляясь съ сѣвера черезъ пло-
скую Хорашанскую возвышенность, выходитъ чрезъ узкій проходъ
въ горахъ на Шуйшіинскую долину, затѣмъ, пройдя нѣкоторое
разстояніе прямо на югъ. она круто поворачиваетъ на западъ и
идетъ вдоль восточной части линіи укрѣпленій у подошвы хол-
мовъ: тутъ она снова поворачиваетъ на югъ и входя въ долину,
раздѣляющую восточную и западную части укрѣпленій, дости-
гаетъ Нортъ-Артура.
Когда русскіе покинули внѣшнюю цѣпь холмовъ и заняли
31-го іюля свои укрѣпленія, они все еще удерживали за собой
обѣ возвышенности Тайкосана ’) и Шіосана 2), и эти два укрѣ-
пленія стали самыми крайними позиціями на востокѣ.
На западъ отъ Тайхосана вдоль восточной части укрѣпленій
тянется, почти до самаго селенія Шуйпгіинъ, низкая гряда хол-
мовъ высотою отъ 100 до 150-ти футовъ. Я назвалъ ее «Диви-
зіонной грядою» оп» того, что во время осады, подъ ея при-
крытіемъ—обѣ 9-я и 11-я дивизіи расположили свои главныя
’) Гора Даугушапь.
3) Гора Саогушань.
При.ѵ. перев.
Црк.ѵ. перев.
45 —
квартиры и постоянные лагери. Отсюда же японцы вели сапер-
ныя работы, направляя ихъ къ восточнымъ фортамъ.
У подножія Нирусана къ сѣверу, какъ показано па картѣ,
русская линія обороны упиралась въ Шуйшіинскую долину, за-
канчиваясь незначительнымъ укрѣпленіемъ — Ліу-генъ г) при
селеніи того же имени, а отсюда выдвигались еще далѣе на сѣ-
веръ къ форту Куропаткина 2). Въ 800-хъ ярдахъ на западъ
отъ форта Куропаткина—лежитъ селеніе Шуйшіинъ, которое въ
началѣ осады было въ рукахъ русскихъ: оно соединялось съ
фортомъ Куропаткина цѣлымъ рядомъ траншей. На небольшой
возвышенности, ярдовъ на двѣсти къ югу отъ Шуйшіина русскіе
поставили четыре пѣхотныхъ люнета, обозначаемыхъ буквами
А. В. С. Э. Они служили добавочной обороной для открытаго
пространства, раздѣляющаго западныя укрѣпленія отъ восточ-
ныхъ п вмѣстѣ съ тѣмъ защищали Ліугенъ съ запада.
Главнѣйшей задачей этихъ внѣшнихъ укрѣпленій—кромѣ
ихъ непосредственнаго значенія, какъ препятствія осаждающимъ
подойти къ подножію постоянной линіи укрѣпленій—было обез-
печеніе гарнизону способовъ снабженія его водой.
Источники для водоснабженія находились въ селеніи Ліу-
генъ, гдѣ русскими было устроено нѣсколько резервуаровъ, от-
куда вода была проведена въ крѣпость.
Понятно, что такая отдаленность главнаго источника водо-
снабженія и нахожденіе его внѣ линіи укрѣпленій, была весьма
слабой стороной при оборонѣ крѣпости, когда передовыя по-
зиціи были взяты японцами въ сентябрѣ и тѣмъ отрѣзано со-
общеніе съ водяными резервуарамп—то съ этого момента гарни-
зону приходилось довольствоваться китайскими колодцами или
дистилированной водой.
Кромѣ добавочныхъ внѣшнихъ постовъ въ Шуйшіинской до-
линѣ, русскіе занимали много укрѣпленныхъ позицій на грядѣ
♦) Скалистый редутъ.
а) Водопроводный редутъ.
Прмл: перев.
Лрим. перев.
46 -—
холмовъ, идущихъ съ сѣвера на югъ и лежащихъ на западъ отъ
западной части линіи укрѣпленій. Этотъ рядъ позицій обозна-
чался общимъ названіемъ—Меігс Кап§е—такъ какъ отдѣльные
холмы не имѣли названій и различались только по вышинѣ.
Въ началѣ осады русскіе занимали въ этомъ ряду нѣсколько
позицій, окруженныхъ рвами, наполненными водою вокругъ гла-
сиса ’), но они вынуждены были спѣшно очистить ихъ всѣ,
исключая двухъ самыхъ южныхъ позицій — Намакойямы 2) и
203-хъ метроваго холма 3)
Намакойяма и 203-хъ метровый холмъ въ сущности мало
содѣйствовали оборонѣ Портъ-Лртура, они скорѣе затрудняли ее,
но такъ какъ они господствовали надъ мѣстностью и съ нихъ от-
крывался видъ на внутреннюю часть укрѣпленій и на гавань,
гдѣ стоялъ на якорѣ русскій флотъ, то поэтому необходимо было
сохранить этотъ пунктъ.
Современныя дальнобойныя орудія и телефонъ совершенно
скрадывали пространство, поэтому этимъ двумъ крѣпостямъ
пришлось сыграть важную роль въ этой осадѣ. Намакойяма на-
столько высока, что съ ея вершины открывается видъ на всю
гавань за исключеніемъ берега Паюсана. Поэтому русскіе заняли
въ сентябрѣ эту позицію, что обезпечивала стоянку флота подъ
прикрытіемъ Паюсана *)• Иначе было на 203-хъ метровомъ холмѣ,
съ вершины котораго открывался широкій видъ на всю гавань:
такъ какъ этотъ холмъ былъ соединенъ телефономъ съ мѣстомъ, гдѣ
стояли орудія осаждавшихъ, то стрѣльба могла корректироваться
послѣ каждаго залпа. Русскіе вполнѣ сознавали важное значеніе
обладанія 203-хъ метровымъ холмомъ и потому въ продолженіе
всей осады отчаянно бились за него и были вытѣснены съ него
только въ началѣ декабря послѣ безпримѣрно упорнаго боя.
9 Такихъ вовсе но было.
а) Гора Длинная.
8) Гора Высокая.
4) Гора Перепелка.
Прим. перев.
і
4
БУХТА
К И Н Ч А О
МЫСЪ КЛИНА
НАНЬІ^АН
"русскіе
БУХТА ВИКТОРІЯ
Б УХТА
Луй-шуін
1
іо
КАРТА, ИЛЛЮСТРИРУЮЩАЯ РАЗЛИЧНЫЯ
ПОЗИЦІИ, ЗАНИМАЕМ. ЯПОНСКИМИ И РУССКИМИ
войсками съ 26 мая 1904 г. до 30 іюля 4904 г.
іжонки, лЕгЕМіивиі.
право» крыло рмсск.
яркій кълортѵартур*
КОГДА ОТСТОЯ. ВЫЛО ОТР*»*Н«
РУССКІЕ
ТРАНСПОРТА
^РУССКАЯ
КАНОНЕРКА
ЫСЪ БЕВАНЪ
ВРЕМЯ по новому стилю.
МАСШТАБЪ ВЪ МИЛЯХЪ
ЛЯОДУНСКІЙ ПОЛУОСТРОВЪ
кинчАо
ЯПОНСКІЯ
КАНОНЕРКИ^
ДИ0
ІЮНЯ
ТАЛІЕН8АНСКАЯ
БУХТА ВОСЬМИ
КОРАБЛЕЙ
0 БУХТА
ГОЛУБИНАЯ
БУХТА
с=3 ЯПОНЦЫ
» РУССКІЕ
Глава VI.
Взятіе Тайносана и Шионосана і).
Линіи земляныхъ укрѣпленій соединяли 203-хъ метровый
холмъ съ западною пастью оборонительныхъ укрѣпленій форта
Итцушана.
Русскія укрѣпленія были хорошо снабжены артиллерійскими
орудіями: 54 орудія большого калибра 28-ми, 15-ти и 12-ти
сантиметровыми; 149 средняго калибра и 343 полевыхъ и скоро-
стрѣльныхъ орудія попали въ плѣнъ японцамъ послѣ капиту-
ляціи. Орудія были образца Круппа или Канэ2), но большая часть
крѣпостныхъ орудій не годилась къ употребленію. Русскіе дѣ-
лали роковую ошибку,—помѣщая орудія слишкомъ высоко на хол-
махъ, откуда ихъ скоро выводили изъ строя.
Утромъ 30-го іюля русскіе еще занимали по всей цѣпи хол-
мовъ свои позиціи, описанныя въ предыдущей главѣ, именно: ня
западѣ отъ Ни-тон-су чрезъ Хошанъ и на, востокѣ до послѣд-
нихъ холмовъ Тайкосана , и Шиокосана. Около одной Мили къ во-
стоку отъ Хошана, цѣпь эта прерывается и образуетъ проходъ,
чрезъ который желѣзная дорога входитъ па Шуй-шіинскую долину
въ нижней ея части, направляясь затѣмъ къ югу. На востокъ
’) Передовыя позиціи на горахъ Дагушанѣ и Сяогуіпанѣ. См. планъ въ № 1.
Прим. пери.
•) Большая часть орудій были русскихъ заводовъ п устарѣвшихъ образцовъ.
,1Ірим. иерее.
нот-АРТ. 4* *
48
отъ желѣзно-дорожнаго пути цѣпь снопа смыкается и доходитъ
до небольшой рѣки, которая ее прорѣзываетъ. Поперекъ долины,
чрезъ которую протекаетъ указанная рѣчка, въ томъ мѣстѣ, гдѣ
цѣпь холмовъ, заворачивая на юго-востокъ,—обрывается, возвы-
шается гора Тайкосанъ, иначе «Круглая Сирота»—названіе ясно
опредѣляющее ея положеніе. Одиноко возвышаясь, она своей ого-
ленной вершиной, обращенной къ восточной части фортовъ Портъ-
Артура, господствуетъ надъ всей окружающей мѣстностью. Вся
разсмотрѣнная цѣпь холмовъ (будь опа занята артиллеріей, осаж-
дающей арміи) ясно видна съ высоты Тайкосана и положеніе его
относительно первой можно сравнить съ положеніемъ 3-хъ деч-
наго корабля стараго типа противъ маленькаго фрегата, причемъ
первый могъ бы пускать залпы на корму, послѣдняго, обстрѣ-
ливая въ то-же время и его переднюю часть. И если допу-
стить, что осаждающая армія займетъ линію укрѣпленій отъ
Ни-тон-су на Тайкосанъ, то всѣ орудія, поставленныя на фор-
тахъ Портъ-Артура окажутся подъ фланговымъ артиллерійскимъ
огнемъ съ Тайкосана.
Съ вершинъ «Круглой Сироты» открывается обширный видъ
на всю плоскую возвышенность къ сѣверу отъ позиціи осадной
арміи вплоть до залива Луизы и слѣдовательно, никакой тран-
спортъ, орудіе, или даже солдатъ не могутъ подойти незамѣчен-
ными, а такъ какъ и желѣзная дорога пролегаетъ по этой же
равнинѣ, то и поѣздъ, который бы захотѣлъ подвезти подкрѣп-
ленія неминуемо былъ бы уничтоженъ. Еслибы осаждающій врагъ
задумалъ двинуться земляными работами къ постояннымъ фор-
тамъ или передовымъ пунктамъ Портъ-Артура, то всѣ его работы
могли продольно обстрѣливаться орудіями Тайкосана. Поэтому
Тайкосанъ можно назвать ключемъ передовой цѣпи укрѣплен-
ныхъ холмовъ, защищающихъ линію постоянныхъ укрѣпленій.
Для осаждающей арміи онъ не имѣлъ особаго значенія и былъ
важенъ лишь какъ обсерваціонный пунктъ, но пока Тайкосанъ,
Я равно и лежащій отъ него къ югу, ближе къ берегу моря, Ши-
49
скосамъ оставались въ рукахъ осажденныхъ—никакая армія не
могла бы успѣшно атаковать восточную часть фортовъ !).
Тайкосанъ—весьма высокая гора, склоны ея почти совер-
шенно отвѣсны и съ сѣвера и востока, едва доступны даже и для
самыхъ привычныхъ и ловкихъ горныхъ жителей: на западномъ
ея склонѣ встрѣчаются выступы, представляющіе нѣкоторое при-
крытіе наступающему и лишь на южной сторонѣ, болѣе отлогой,
съ менѣе твердой и покрытой травой почвой, имѣется нѣко-
торое подобіе удобнаго подъема, но за то здѣсь характеръ почвы
не даетъ наступающему никакой защиты.
Тѣмъ не менѣе, несмотря на всю трудность подъема,—Тай-
косанъ не представляетъ собою удобо-защищаемый пунктъ—въ
силу того, что на остроконечной вершинѣ его нѣтъ мѣста для
сооруженія соотвѣтственнаго укрѣпленія. Его каменистый гре-
бень имѣетъ форму бритвы, раскрытой на подобіе буквы Ь, при-
чемъ онъ такъ узокъ, что не было возможности возвести на
немъ окопы,—повидимому, такъ думали русскіе—ибо надѣялись
единственно на природныя свойства горы—на ея каменныя глыбы
и недосягаемые отроги. Но, несмотря, на всѣ затрудненія, они все
же умудрились втащить 6 полевыхъ орудій па самый гребень
горы * 2).
На югъ отъ Тайкосана лежитъ Шиокосанъ; между ними
лежитъ долина въ Ч мили шириною, по которой проходитъ въ
ІПуй-шіинскую долину южная дорога изъ Дальняго. Гора Шиоко-
санъ не такъ высока, какъ Тайкосанъ и склоны ея болѣе от-
логи, но вершина представляетъ болѣе удобствъ для обороны—
во 1-хъ потому, что будучи болѣе широкою и плоскою, она до-
пускаетъ устройство траншей, и во 2-хъ, ея ровные, обнаженные
склоны не даютъ никакого естественнаго укрытія для атакующаго.
*) Вотъ именно въ этомъ и заключалась великое значеніе этого пункта дли
обороняющагося. Нрим. перев.
2) Къ укрѣпленію Тайкосана (Дагушаня) было прнстунлено лишь за нѣсколько
дней атаки. ІІрим. перев.
50
Послѣ однодневнаго отдыха генералъ Ноги, на разсвѣтѣ 30-го
числа, повелъ войска свои въ атаку чрезъ Анцулинскій про-
ходъ;—онъ рѣшилъ, что надежнѣе атаковать новыя русскія по-
зиціи прежде, чѣмъ русскіе превратятъ ихъ во временныя укрѣп-
ленія. Атака была направлена противъ всей линіи русской по-
зиціи отъ пункта близъ Ни-тон-су, куда наступалъ японскій правый
флангъ до самаго подножія горы Хошанъ. Оставляя въ сторонѣ
правый флангъ русскихъ позицій, генералъ Ноги предохранилъ
этимъ свою армію отъ разрушительнаго огня съ Тайкосана и
имѣлъ основаніе расчитывать, что, занявъ часть укрѣпленій
между Ни-тон-су и желѣзной дорогой, онъ тѣмъ самымъ вынудитъ
русскихъ очистить всю линію и отойти подъ защиту фортовъ.
Ожиданія его оправдались: русскіе аванпосты, застигнутые
врасплохъ до разсвѣта, смѣшались и отступили, бросая ружья,
ранцы и даже одежду... Эта внезапная паника охватила и войска,
занимавшія высоты, ибо они вдругъ, безъ всякаго сопротивленія,
отступили чрезъ Шуй-шіинскую долину на линію постоянныхъ
своихъ укрѣпленій.
Въ 12 часовъ дня 30-го іюля вся передовая линія укрѣп-
леній отъ Нп-тон-су до желѣзной дороги была уже въ рукахъ
японцевъ и они, занявъ позиціи, оставленныя русскими, почув-
ствовали себя—послѣ 3-хъ мѣсяцевъ войны—у цѣли своихъ
стремленій. Несмотря на такую быструю и рѣшительную удачу
арміи, позиція, ею занятая, безпокоила генерала Ноги, ибо поло-
женіе было именно таково, какъ я говорилъ выше: великанъ
Тайкосанъ на лѣвомъ флангѣ арміи неусыпно наблюдалъ за каж-
дымъ ея движеніемъ, обстрѣливая залпами своихъ орудій япон-
скія батареи, а равно и части, пытавшіяся проникнуть въ Шуй-
шиінскую долину.
Теперь русскіе занимали восточную, а японцы—западную
часть укрѣпленной цѣпи холмовъ, съ которой должна была на-
чаться атака крѣпости Портъ-Артура, и еслибы японцамъ не
удалось заставить русскихъ очистить Тайкосанъ и Шиокосанъ,
51
то положеніе осадной арміи стало бы весьма затруднитель-
нымъ.
Не подлежитъ сомнѣнію, что главнокомандующій японской
арміей полагалъ сначала, что русскіе очистятъ оба эти укрѣп-
ленія послѣ взятія японцами всей правой части горной линіи—
и потому онъ въ теченіе 8 дней не предпринималъ новой атаки.
Но въ послѣднемъ случаѣ онъ ошибся, и въ теченіе этихъ 8-мп
дней расположеніе обѣихъ армій не измѣнилось. Тѣмъ временемъ
генералъ Ноги принялъ всѣ мѣры къ усиленному подвозу про-
віанта, фуража и боевыхъ запасовъ, къ устройству госпиталей,
размѣщенныхъ по окрестнымъ селеніямъ, и во все время этихъ
работъ его тревожило присутствіе непріятеля на хорошо укрѣп-
ленной высокой горѣ на лѣвомъ флангѣ его арміи, и необходи-
мость прежде всего очистить ее становилась все болѣе и болѣе
очевидной. Наконецъ, онъ рѣшился выбить русскихъ штурмомъ
съ этихъ двухъ горныхъ позицій, а затѣмъ уже приступить къ
атакѣ крѣпости. 6-го августа изъ главнаго штаба арміи былъ
посланъ приказъ командующему 11-й дивизіей, генералу Цу-ши-
я: взять обѣ горы—Тайкосанъ и Шиокосанъ. 7-го августа гене-
ралъ Цу-ши-я приказалъ своей дивизіи готовиться къ атакѣ.
Правая бригада 11-й дивизіи должна была двинуться къ сѣвер-
ному склону Тайкосана, не теряя связи съ лѣвой бригадой 9-ой
дивизіи, занимавшей линію отъ Ни-тон-су чрезъ Хошанъ къ
желѣзнодорожному пути. Лѣвая бригада 11-ой дивизіи должна
была двинуться отъ берега моря съ юго-востока и занять от-
крытую мѣстность между Тайкосаномъ и Шиокосаномъ. Такимъ
образомъ обѣ бригады сомкнутой линіей должны были атаковать
гору съ сѣвера и юго-востока.
Командующій осадной артиллеріей отдалъ приказъ полков-
нику Такахуи доставить и держать на готовѣ въ распоряженіи
11-ой дивизіи три 4,7 дюймовыхъ орудія и четыре 31/г дюй-
мовыхъ гаубицы, во все время ея наступленія.
На предгоріяхъ, съ восточной стороны Тайкосана, японцы
52
поставили осадныя батареи, хотя здѣсь онѣ и были подвержены
сосредоточенному дѣйствію русскаго огня съ вершинъ Бодая1) я.
форта Хигаши-Кейквансапа2). Тѣмъ не менѣе эти тяжелыя орудія
были такъ умѣло укрыты, что не только не пострадали отъ рус-
скихъ непрерывныхъ залповъ, но сами заставили замолчать, рас-
положенныя на открытой вершинѣ Тайкосана, русскія орудія.
Осыпая страшнымъ градомъ шрапнели изъ 5-тп дюймовыхъ
орудій гребень Тайкосана, японцы заставили русскихъ покинуть
вершину горы. Въ 7 часовъ вечера Цу-ши-я началъ общую
атаку: командиръ правой бригады размѣстилъ 44-ый полкъ около
селенія Кику-катопъ, а отсюда—до сѣвернаго склона Тайкосана—
выстроился 22-ой полкъ. Третьему батальону 12-го полка лѣвой
бригады былъ данъ приказъ двинуться съ равнины между этихъ
двухъ горъ къ южному наиболѣе отлогому и доступному склону
Тайкосана. 43-ій полкъ долженъ былъ, не теряя связи съ 12-мъ
полкомъ, двинуться на восточную сторону Шиокосана. В'ь 8 ча-»
совъ вечера хлынулъ проливной дождь, сильно затрудняя наступ-
леніе пѣхоты, а въ 8*/г часовъ японцы изъ-за ливня и темноты
прекратили огонь. Русская пѣхота, отошедшая съ вершины Тай-
косана, снова заняла ее, едва смолкъ огонь японскихъ батарей,
и начала обстрѣливать наступающія войска. Въ 8’/2 часовъ
японцы остановились у подножія горы, и устроивъ окопы по
ломанной линіи съ сѣвера на востокъ—расположились въ нихъ
на ночь. Третьему батальону удалось занять выдающійся угломъ
уступъ съ восточной стороны горы и онъ подъ его защитой
окопался на ночь.
Расположеніе воюющихъ было довольно оригинально. Одинъ
батальонъ (3-ій) 12-го полка взобрался на гору и, остановив-
шись какъ разъ подъ гребнемъ Тайкосана, заставилъ русскихъ
очистить послѣдній и спуститься нѣсколько ниже по другую
его сторону, гдѣ они и укрѣпились. Такимъ образомъ, против-
Бодай—Большое Орлиное Гнѣздо.
Хигаши-Кейквансанъ—Батарся Литера Б.
53
ники, будучи отдѣлены другъ отъ друга высокимъ гребнемъ
горы, не могли въ такомъ положеніи дѣйствовать огнестрѣль-
нымъ оружіемъ п должны были изыскивать иное средство пора-
женія,—они собирали обломки и куски камней, покрывающихъ
поверхность Тайкосана и, подползая по возможности близко къ
вершинѣ, сбрасывали ихъ на противника. Одинъ баталіонъ 43-го
полка успѣлъ занять мѣстность на восточномъ склонѣ Шиоко-
сана и, окопавшись на ней, удержалъ эту позицію въ теченіе
всей ночи.
Утро 8-го августа было пасмурное и дождливое. Японская
артиллерія молчала, а русская обстрѣливала японскія линіи, на-
нося непріятелю не мало вреда. Командующій 11-ой дивизіей
генералъ-лейтенантъ Цу-ши-я выѣхалъ, сопровождаемый своимъ
штабомъ, къ лѣвому крылу арміи, выжидая благопріятной ми-
нуты для начала рѣшительнаго штурма. Въ этой стадіи боя не-
ожиданная диверсія пріостановила неизбѣжный результатъ и от-
далила окончательный исходъ сраженія до наступленія ночи. Въ
111/2 часовъ утра нѣсколько крейсеровъ вышли изъ гавани Портъ-
Артура и, занявъ удобную позицію, началп обстрѣливать 43-ій
полкъ, занимавшій восточный склонъ ІПиокосана, а равно и
12-ый полкъ, занявшій южн>тй уголъ Тайкосана. Эта бомбарди-
ровка произвела ужасное опустошеніе среди пѣхоты, располо-
женной по склонамъ горъ безъ всякаго прикрытія. Вся мѣст-
ность послѣ этого боя являлась краснорѣчивымъ доказатель-
ствомъ силы артиллерійскаго огня: она была такъ изрыта и из-
борождена разрывными снарядами, летавшими съ крейсеровъ,
что, казалось, трудно было уцѣлѣть въ такомъ аду. 12-ый полкъ,
особенно подверженный дѣйствію огня, вынужденъ былъ очи-
стить позицію и отступить нѣсколько ниже по южному склону
Тайкосана. Другой полкъ выдержалъ огонь, не покидая своей
позиціи. Въ 12 часовъ дня 5-ти дюймовымъ гаубицамъ было
‘) Вышли канонерскія лодки п крейсеръ «Новикъ». Лрим. пере.
54
приказано сосредоточить всю силу своего огня на русскихъ крей-
серахъ и, дѣйствительно, мѣткіе ихъ залпы вынудили послѣд-
нихъ уйти и укрыться за Золотой горой.
Въ 1 часъ дня генералъ Ноги выѣхалъ къ штабу 11-ой ди-
визіи, чтобы лично убѣдиться въ общемъ положеніи дѣлъ и,
послѣ краткаго совѣщанія, отдалъ приказъ: съ 4!/г часовъ дня
снова открыть артиллерійскій огонь.
Вмѣстѣ съ тѣмъ командирамъ обѣихъ бригадъ было при-
казано слѣдить за дѣйствіемъ бомбардировки, не предпринимая
пока наступленія. Надо думать, что генералъ Ноги нѣсколько
оттягивалъ время, чтобы не пускать войска въ атаку во время
самой сильной дневной жары и надѣялся, что 2-хъ часовой ору-
дійный огонь достаточно обезсилитъ непріятеля,—вслѣдствіе чего
позиція можетъ быть взята къ ночи.
Когда въ 4*/2 часа вновь загремѣли японскія орудія,—рус-
скія орудія на Тайкосанѣ имъ не отвѣчали; очевидно, они уже
не были годны къ дѣйствію послѣ стрѣльбы, бывшей наканунѣ;
орудія же изъ Портъ-Артура работали не смолкая.
Въ 7 часовъ вечера пѣхотѣ былъ отданъ, давно ожидаемый,
приказъ начать наступленіе. 12-ый полкъ снова атаковалъ Тай-
косанъ съ юго-востока, въ то время какъ часть 22-го полка
пыталась одолѣть суровые склоны и каменные изломы горы съ
сѣвера и сѣверо-запада. Этотъ подъемъ, не только трудный, но
почти непреодолимый и при обыкновенныхъ условіяхъ, теперь—
при ружейныхъ залпахъ неутомимой пѣхоты и непрерывномъ
дѣйствіи пулеметовъ,—поистинѣ долженъ назваться геройскимъ
подвигомъ.
Почти 3/4 часа русскіе держались и не подпускали не-
пріятеля; но обстрѣливаемые губительнымъ огнемъ шрапнелей
безъ возможности хоть какъ-нибудь укрыться на зубчатой вер-
шинѣ, атакованные съ двухъ сторонъ, сознавая, что каждую ми-
нуту отступленіе имъ можетъ быть окончательно отрѣзано, они
заколебались и въ безпорядкѣ стали очищать гору по юго-вос-
55
точному ея склону и. отступивъ по долинѣ, раздѣляющей обѣ
горы, укрылись въ постоянныхъ фортахъ.—Тайкосанъ остался
въ рукахъ японцевъ, причемъ имъ досталось нѣсколько плѣн-
ныхъ н 6-ти дюймовыхъ орудій 1), а также много снарядовъ.
Въ то-же время внезапная атака съ востока и сѣверо-во-
стока была сдѣлана 43-мъ полкомъ и частью 12-го полка на
Шиокосанъ. Какъ было уже сказано, гора эта, хотя и менѣе
высокая (400 футовъ высоты), можетъ долѣе выдержать атаку,
имѣя болѣе плоскую и широкую вершину, на которой были
сооружены отличныя земляныя укрѣпленія. Дѣйствительно, не-
смотря на отчаянныя усилія, японцы не могли сбить отсюда рус-
скихъ въ теченіе всей ночи; лишь на разсвѣтѣ 9-го августа
новый штурмъ увѣнчался успѣхомъ и вся гора съ своими укрѣп-
леніями была взята японцами, за исключеніемъ небольшой ея
части съ южной стороны.
Едва стало извѣстнымъ въ Портъ-Артурѣ, что обѣ эти по-
зиціи пали,—русскіе съ крѣпостныхъ батарей открыли безпо-
щадный огонь по уступленнымъ холмамъ; былъ ли то послѣдній
взрывъ отчаянія, или прощальный салютъ погибшимъ-1-но все-
же японцамъ былъ нанесенъ порядочный ущербъ.
Глава VII.
Стратегическое положеніе на морѣ и на сушѣ.
Чтобы понять причину нерѣшительности первыхъ штур-
мовъ Порта-Артура, послѣдовавшихъ за сдачей Тайкосана и
Шиокасана въ теченіе августа мѣсяца, и не имѣвшихъ иного
результата кромѣ безусловнаго обезсиленія осадной арміи,—не-
х) Па Дагушанѣ 6-ти дюймовыхъ орудій вовсе не было, а лишь 4 старыхъ
3-хъ дюйм. пушки, Прим. перев.
56
обходимо уяснить себѣ картину общаго положенія въ то время
на театрѣ военныхъ дѣйствій, какъ на. Ляодунѣ и въ Маньчжу-
ріи, такъ и на морѣ.
На сѣверѣ большое Ляоянское сраженіе еще не имѣло мѣста.
Хотя до сихъ поръ японцы постоянно оставались побѣдителями въ
стычкахъ и сраженіяхъ съ отдѣльными корпусами русскихъ
войскъ, правда всегда превосходя ихъ численностью, но страте-
гическія способности генерала Куропаткина, а равно качества и
общее количество русской арміи были для японцевъ факторомъ
неизвѣстнымъ.
Если судить по донесеніямъ самихъ русскихъ, въ то время
еще полныхъ высокомѣрнаго самомнѣнія, то несомнѣннымъ исхо-
домъ ожидавшихся сраженій могла быть только рѣшительная
побѣда Куропаткина. Сомнительно, чтобы японскій генеральный
штабъ раздѣлялъ такое мнѣніе о Куропаткинѣ: гораздо вѣроят-
нѣе, что японцы считали себя въ силахъ одолѣть его, еслибы
рѣшились дать на сѣверѣ генеральное сраженіе; но прежде чѣмъ
рѣшиться на такой рискованный шагъ, они, конечно, должны
были имѣть въ своемъ распоряженіи всѣ необходимыя для этого
силы. Съ этой цѣлью они прежде всего хотѣли покончить
Портъ-Артуромъ, дабы дать возможность генералу Ноги дви-
нуться къ сѣверу съ его 4-мя дивизіями.
Такимъ образомъ, если судить на основаніи послѣдующихъ
событій, надо признать, что полная побѣда была бы одержана
уже подъ Ляояномъ, и Куропаткинъ со всей арміей долженъ
былъ бы сдаться, или послѣдняя была бы такъ жестоко разбита,
что остатокъ ея уже не могъ бы служить ядромъ для составле-
нія новой арміи по ту сторону Байкала. И если предположить,
что армія генерала Ноги, состоявшая изъ 60—70 тысячъ год-
ныхъ къ бою солдатъ, была бы двинута на сѣверъ еще въ сен-
тябрѣ, то на сторонѣ японцевъ былъ бы значительно большій
численный перевѣсъ, чѣмъ въ послѣдующемъ сраженіи подъ
Мукденомъ и въ то же время въ обѣихъ воюющихъ арміяхъ не было
57
бы того переполненія людьми, которое, дѣлая ихъ громоздкими,
затрудняло имъ дѣйствія въ полѣ.
Едва-ли подлежитъ сомнѣнію и то, что въ іюнѣ и даже въ
іюлѣ мѣсяцахъ японскій генеральный штабъ считалъ возможнымъ
покончить войну такимъ внезапнымъ и рѣшительнымъ ударомъ,
разгромивъ русскую армію такъ, что она не была-бы въ силахъ
далѣе сопротивляться и принуждена или согласиться на всякій
миръ, или собирать новыя силы, но такъ далеко на западѣ, что
Владивостокъ былъ бы неминуемо отрѣзанъ, а Харбинъ взятъ.
Никогда за все время войны положеніе русскихъ не было столь
критическимъ, какъ въ августѣ 1904 года: вопросъ заключался
въ томъ, сможетъ ли Куропаткинъ спасти хоть часть своей арміи
или она вся будетъ уничтожена.
Исходъ зависѣлъ не отъ Куропаткина, но отъ генерала Стес-
селя и гарнизона Портъ-Артура, который уже показалъ свою
превосходную боевую годность въ дѣлѣ противъ генерала Ноги,
когда послѣдній вступилъ на Ляодунскій полуостровъ.
Если японцы считали главнѣйшимъ условіемъ необходимость
сосредоточить всѣ возможныя силы для того, чтобы сломить Ку-
ропаткина, то невольно напрашивается вопросъ, зачѣмъ же они
выставили столь значительныя силы для осады Портъ-Артура,
вмѣсто того, чтобы одной дивизіей занять удобный пунктъ на
узкомъ мѣстѣ полуострова и тѣмъ предотвратить возможность
для генерала Стесселя предпринять какое-либо движеніе на по-
мощь Куропаткину? При этомъ мы должны принять во вниманіе
еще одну особенность этого стратегическаго положенія, ибо въ
данномъ случаѣ генеральному штабу предстояло разрѣшить двой-
ную задачу, и въ томъ или другомъ ея рѣшеніи лежитъ оцѣнка
его сообразительности... При рѣшеніи этой задачи приходилось
считаться съ положеніемъ русскаго флота.
Когда въ началѣ августа армія генерала Ноги подошла къ
Портъ-Артуру, русская эскадра, въ составѣ 6-ти броненосцевъ и
нѣсколькихъ крейсеровъ, бездѣятельно стояла на якорѣ въ гавани,
58
гдѣ она находилась все время со дня безцѣльной своей диверсіи
23 іюня. Хотя нѣкоторыя суда и были нѣсколько повреждены,
тѣмъ не менѣе эскадра была въ такомъ состояніи, что каждую минуту
могла выйти изъ гавани въ открытое, море. Въ дѣйствительности
эскадра окончательно покинула гавань Нортъ-Артура 10-го ав-
густа, съ намѣреніемъ туда болѣе не возвращаться, но уже на
слѣдующее утро она появилась вновь, пострѣляла нѣкоторое
время и заняла прежнее мѣсто стоянки.
Еслибы эскадра не вернулась, вѣроятно генералъ Ноги отло-
жилъ бы осаду крѣпости, сознавая всѣ трудности, которыя приш-
лось бы преодолѣвать его артиллеріи, но возможно и то, что
генеральный штабъ призналъ бы ходъ осады настолько подвинув-
шимся впередъ, что рѣшилъ бы все таки продолжать выполненіе
предначертаннаго плана.
Пока русскій флотъ стоялъ въ гавани Портъ-Артура, японцы
не могли не считать крѣпость важнымъ факторомъ въ об-
щемъ ходѣ войны;—притомъ тогда они уже были освѣдомлены,
что Балтійская эскадра вышла на Дальній востокъ и ясно созна-
вали, какъ существенно необходимо помѣшать соединенію рус-
скаго флота уничтоженіемъ Портъ-Артурской эскадры прежде,
чѣмъ Рожественскій появится на театрѣ военныхъ дѣйствій.
Такимъ образомъ, уже съ самаго начала описываемыхъ со--
бытій было видно, что правильныя отношенія и полная солидар-
ность въ цѣляхъ и дѣйствіяхъ между сухопутными и морскими
военными силами японцевъ, побудили ' ихъ отказаться отъ плана
кампаніи, хотя и обѣщавшаго рѣшающій успѣхъ на сушѣ, на
томъ основаніи, что эта побѣда могла впослѣдствіи тяжело отра-
зиться на морскихъ силахъ, подвергая ихъ чрезмѣрной отвѣт-
ственности.
Итакъ, признавая, съ одной стороны, взятіе Портъ-Артура
важнѣйшимъ факторомъ при данномъ положеніи дѣлъ, и опасаясь,
съ другой стороны, изъ за долгой правильной осады крѣпости,
оттягивать выполненіе предначертаннаго плана кампаніи на сѣ-
59
верѣ,—японскій генеральный штабъ рѣшилъ достигнуть своихъ
цѣлей попыткой овладѣть крѣпостью штурмомъ.
Такое положеніе вещей можетъ служить единственнымъ
оправданіемъ рѣшенія, противорѣчущаго всѣмъ признаннымъ пра-
виламъ стратегіи и стоившаго такого громаднаго количества че-
ловѣческихъ жертвъ, но выполненнаго съ такою неустрашимою
храбростью, что будущіе критики войны будутъ недоумѣвать, что
имъ дѣлать?—осуждать, или восхищаться?
Есть все же обстоятельства, если не оправдывающія, то до
нѣкоторой степени объясняющія эту попытку. Во 1-хъ, не надо
забывать, что 10 лѣтъ тому назадъ именно генералъ Ноги взялъ
Портъ-Артуръ у китайцевъ съ одной лишь бригадой, послѣ одно-
дневнаго боя, а во 2-хъ, японцы шли на Портъ-Артуръ въ совер-
шенномъ невѣдѣніи, какъ численности его гарнизона, такъ и ха-
рактера его укрѣпленій. Принимая во вниманіе прекрасную репу-
тацію японскаго военнаго справочнаго бюро (ІпГеІІі-
^спсе ВерагіЕпепі) и тотъ фактъ, что японцы уже владѣли ра-
нѣе Портъ-Артуромъ,—становится прямо непонятнымъ ихъ не-
знакомство съ топографическими условіями мѣстности во время
осады. Въ 3-хъ, съ тѣхъ поръ, какъ, въ 1894 г., японцы были
вынуждены державами очистить Портъ - Артуръ, надежда вер-
нуть эту потерю стала дѣломъ общенароднаго чувства. Оче-
видно, приказъ штурмовать крѣпость вызвалъ горячій энту-
зіазмъ въ арміи и главнокомандующій могъ ожидать отъ войскъ
того подвига, который былъ-бы невозможенъ во всякомъ дру-
гомъ случаѣ. Въ 4-хъ, японцы, имѣвшіе за спиной славную лѣ-
топись удачныхъ сраженій за все время войны и ни одного
пораженія, могли, конечно, смѣло итти въ бой съ надеждой на
блестящій успѣхъ.
Вслѣдствіе этого, рѣшено было начать атаку съ центра пра-
вой части фортовъ. Это было выполнено съ величайшей храб-
ростью и энергіей съ утра 18 до 24 августа. Затѣмъ, потерявъ
всякую надежду на немедленный успѣхъ, генералъ Ноги отозвалъ
60
войска за линіи ихъ укрѣпленій и далъ мѣсяцъ отдыха, пока
свѣжія войска и боевыя подкрѣпленія не подошли къ осадной
арміи.
Какъ только результатъ первыхъ атакъ Портъ-Артура былъ
сообщенъ маршалу Ойямѣ и генеральному штабу маньчжурской
арміи, тамъ немедленно рѣшили не откладывать долѣе атаку
русскихъ позицій у Ляояна.
Главнокомандующій японской арміей видѣлъ, что ему при-
дется обойтись безъ помощи 4-хъ дивизій генерала Ноги; но
дальнѣйшая проволочка атаки Куропаткина могла лишь серьезно
повредить шансамъ на успѣхъ. Весь планъ военныхъ дѣйствій
до сихъ поръ выполнялся осторожно, мастерски, но не было на
лицо важнаго фактора для хорошаго его выполненія, именно: на
нолѣ сраженія отсутствовали 70000—уже опытныхъ въ бою—
войскъ. Генеральный штабъ расчитывалъ на это подкрѣпленіе,
но судьба и генералъ Стессель распорядились иначе. Занимая
своими войсками прекрасныя естественныя позиціи и имѣя въ
своемъ распоряженіи самыхъ способныхъ и храбрыхъ русскихъ
генераловъ, генералъ Стессель былъ въ состояніи пополнить свои
собственные пробѣлы, знаніями и преданностью дѣлу своихъ под-
чиненныхъ. Особенно выдавался храбрый и неутомимый генералъ
Кондратенко, который съ момента ночной атаки въ февралѣ весь
отдался неусыпной заботѣ о должномъ укрѣпленіи всей линіи
холмовъ, которые должны были быть сдѣланы за послѣдніе годы
неприступными, а между тѣмъ на дѣлѣ остались почти не укрѣп-
ленными.
Нога сдѣлалъ смѣлую попытку прорваться въ крѣпость, но
на этотъ разъ, несмотря на'выдающуюся отвагу войскъ, потер-
пѣлъ неудачу—первую за все время войны.
Послѣ неудачной атаки генералу Ноги было предписано
ждать прибытія осадныхъ орудій и свѣжихъ подкрѣпленій.
Для маршала Ойямы и маньчжурскаго генеральнаго штаба
было тяжелымъ ударомъ узнать, что всѣ ихъ замыслы п расчеты
61
- ' . ' ) •
разомъ одолѣть Куропаткина, столь тщательно разработанные за
6 мѣсяцевъ впередъ, не удались; исчезла надежда однимъ уда-
ромъ окончить войну и тѣмъ купить себѣ славу. Наибольшее на
что можно было расчитывать — это выбить русскихъ изъ ихъ
укрѣпленныхъ позицій и оттѣснить на сѣверъ.
Былъ отданъ приказъ итти на Ляоянъ, но большое Ляоян-
ское сраженіе не дало рѣшающихъ результатовъ. Русская армія
очистила Ляоянъ въ часъ ночи 23 августа 1904 г., именно въ
готъ моментъ, когда японцы страшными залпами орудій съ форта
на горѣ Бодай были отбиты отъ Портъ-Артура.
Теперь перейдемъ къ описанію этой неудачи японцевъ.
Глава ѴШ.
Взятіе форта Банрусанъ.
Послѣ удачнаго занятія Тайкосана и Шпокосана, 9 августа,
наступилъ короткій перерывъ въ военныхъ дѣйствіяхъ, но уже
съ 13-го числа стычки возобновились.
На крайнемъ западѣ 1-ая японская дивизія старалась оттѣс-
нить русскихъ съ цѣпи холмовъ, лежащихъ внѣ главной линіи
укрѣпленій, образующихъ сѣверную линію и не имѣющихъ,—какъ
выше упомянуто,—спеціальныхъ названій, а отличаемыхъ другъ
отъ друга лишь по ихъ относительной высотѣ и извѣстныхъ
подъ общимъ названіемъ «горной цѣпи въ метрахъ (Меіге Кап§е)».
Произошло нѣсколько жаркихъ стычекъ между 13 и 15 августа
и, наконецъ, вечеромъ 15 числа, японцы одолѣли и, вытѣснивъ
русскихъ, заняли хорошую позицію на сѣверной части вышеназ-
ванной горной цѣпи. Русскіе отошли на югъ, гдѣ заняли хорошо
укрѣпленныя позиціи на Намакоямѣ и на горахъ: въ 203 метра
и въ 174 метра высоты, которыя и стали теперь ихъ передо-
ПОРГ.-АРТ.
5
62
выми пунктами на западѣ. Тѣмъ временемъ были подвезены и
установлены осадныя орудія для открытой бомбардировки; съ тѣхъ
поръ по всей линіи отчаянный бой не прекращался въ теченіе
5 мѣсяцевъ.
До этого времени у японцевъ не было орудій достаточно
большого калибра, чтобы нанести серьезный вредъ постояннымъ
фортамъ. Не знаю насколько это справедливо, но говорили, что
крупныя орудія, предназначенныя для осады Портъ-Артура,
погибли на Хиташи-Мару, когда, въ іюнѣ, это судно было потоп-
лено Владивостокской эскадрой.
Эта важная потеря затянула всю осаду, ибо лишь въ сен-
тябрѣ прибыли 11-ти дюймовыя гаубицы, присланныя вмѣсто
затонувшихъ.
Въ началѣ осады въ распоряженіи генерала Ноги состояли:
полевыя орудія и полевыя гаубицы, нѣсколько 5-ти дюймовыхъ
осадныхъ орудій, отбитыхъ у русскихъ въ битвѣ при Наньшанѣ,
и нѣсколько морскихъ 6—7 дюймовыхъ орудій. Ихъ было не
мало числомъ, но всѣ они были недостаточной силы, чтобы
нанести серьезный вредъ укрѣпленіямъ новѣйшаго типа, противъ
которыхъ они должны были дѣйствовать.
Первая атака русскихъ укрѣпленій началась утромъ 19-го
августа 11-ой и 9-ой дивизіями, вступившими въ Шуйшіинскую
долину изъ за скрывавшей ихъ горы.
Наблюдать за этими предварительными дѣйствіями японцевъ
было трудно, главнымъ образомъ, потому, что сражались они
преимущественно ночью, и, затѣмъ, если наступленія кончались
неудачей, то японцы ихъ замалчивали.
19-го, послѣ полудня, 1-ая дивизія произвела, демонстратив-
ное наступленіе, въ направленіи горы 174-хъ метровъ г) и къ На-
*) 19 и 20 японцы производи рядъ упорныхъ атакъ на высоту въ 174 метра
(Уловая) и 20-го послѣдняя была нами очищена.
Прим. перев.
63
макоямѣ, съ цѣлью отвлечь вниманіе русскихъ отъ 9-ой и
Ц-ой дивизій, которыя должны были начать главную атаку.
Не надо забывать, что въ то время не было еще вдоль Шуй-
шіинской долины траншей, подъ прикрытіемъ которыхъ пѣ-
хота могла бы подойти къ фортамъ. Наступленіе должно было
быть произведено по совершенно открытой мѣстности, при-
чемъ пѣхота двигалась съ величайшей осторожностью, пользуясь
всякимъ углубленіемъ и каждымъ бугоркомъ, чтобы укрыться
отъ артиллерійскаго и ружейнаго огня. Подобно потоку шли
войска черезъ Шуйшіинскую долину, въ теченіе всего 19-го іюля,
размѣщаясь всюду, гдѣ была хоть какая-нибудь защита и гдѣ
можно было держаться возможно ближе къ той части русскихъ
укрѣпленій, которыя были избраны пунктомъ атаки.
Весь день сильный огонь японскихъ батарей сосредоточи-
вался на русскихъ позиціяхъ, въ особенности на обоихъ фортахъ
Банрусанъ, которые, очевидно, и были намѣчены первымъ пунк-
томъ атаки.
Утромъ 19-го русскія орудія едва отвѣчали японскимъ, но
съ полудня они стали дѣйствовать не умолкая. Думаю, что вредъ
былъ не великъ для обѣихъ сторонъ, но нѣкоторое преимущество
было на сторонѣ русскихъ, такъ какъ ихъ орудія были большаго
калибра и дѣйствовали съ высотъ.
Не разъ разсказывали мнѣ потомъ японскіе офицеры и сол-
даты про весь ужасъ этого наступленія по открытой Шуйшііш-
ской долинѣ, среди адскаго непріятельскаго огня. Ужасныхъ
случаевъ, конечно, было не мало.
Это наступленіе было произведено совершенно неожиданно
и безъ всякихъ особенныхъ указаній. Каждый солдатъ имѣлъ
передъ собой одну задачу: доползти какъ можно ближе къ рус-
скимъ укрѣпленіямъ и по первому сигналу атаковать ихъ. Мно-
гіе пожертвовали жизнью, но многіе добились своей цѣли.
Съ наступленіемъ темноты 9-ая дивизія спустилась ниже,
къ 11 дивизіи, подъ прикрытіемъ невысокаго кряжа холмовъ,
<>4
идущаго параллельно русскимъ позиціямъ, (это укрытое мѣсто,
впослѣдствіи было ихъ лагеремъ въ все время осады), тогда какъ
въ теченіе всего 19-го числа войска, спустившіяся въ Шуйшіип-
скую долину, укрывались лишь въ ея многочисленныхъ балкахъ
и рытвинахъ.
Мы узнали изъ вѣрнаго источника, что когда генералъ
Ошима, командующій 9-ой дивизіей, получилъ приказъ штурмо-
вать Банрусанскіе форты, онъ отправился лично къ генералу
Ноги и просилъ отмѣнить этотъ штурмъ, равносильный уничто-
женію дивизіи. Но генералъ Ноги остался непреклоненъ, и Ошима
ушелъ, сказавъ, что обязанъ повиноваться, хотя заранѣе знаетъ,
что погубитъ свою дивизію. Кромѣ нѣсколькихъ жаркихъ сты-
чекъ изъ за 174 метровой горы, въ день 19-го августа серьез-
наго боя не было.
20-го августа японцы съ новой силой возобновили бомбар-
дировку русскихъ позицій, концентрируя дѣйствіе огня на обоихъ
Бапрусанскпхъ фортахъ. Русскіе отвѣчали тѣмъ же и, удачно
направляя выстрѣлы, перебили и ранили много японцевъ: пос-
лѣднихъ тотчасъ же убирали въ полевые госпитали.
Въ 3 часа пополудни ужасный огонь былъ направленъ на,
фортъ Куропаткина ’)• снаряды падали на него, цѣлыми дюжи-
нами, настолько часты были японскіе залпы. Нѣсколько позднѣе
близь форта стали появляться фигурки, облеченныя въ хаки,
выскакивавшія изъ прилегающихъ къ нему складокъ мѣстности и
осторожно подвигавшіяся къ объекту атаки—то японская пѣхота,
шла въ атаку—картина эта повторялась нѣсколько разъ.
Русскіе съ форта замѣтили приближеніе пѣхоты и залпами
принуждали японцевъ скрываться такъ же быстро, какъ они
появлялись. Наконецъ японцы добрались до такого мѣста, гдѣ
укрываться было абсолютно невозможно; тогда они по два,
по три живо перебѣгали открытое пространство и укрывались
*) Водопроводпыіі редутъ. Нрим. переи.
— 65
на противоположной его сторонѣ. Когда такимъ путемъ ихъ ско-
пилось достаточное количество, артиллерія участила свои залпы,
а пѣхота бросплась на штурмъ форта.
Когда японцы достигли бруствера, одѣтаго мѣшками съ пес-
комъ, русскіе опѣшили и отступили во внутрь. Но японцы оста-
вались тутъ не долго. Къ русскимъ подошло подкрѣпленіе, и они,
произведя контръ-атаку, снова овладѣли позиціей. Нѣсколько
русскихъ солдатъ, не удовлетворясь тѣмъ, что отбили позицію,
пытались преслѣдовать японцевъ. Въ пылу отваги, четверо изъ
нихъ долго бѣжали за японцами, ежеминутно припадая на ко-
лѣно, чтобы стрѣлять по отступавшимъ; но опомнившись въ
своемъ бѣгствѣ, японцы вскорѣ пристрѣлили трехъ изъ 4-хъ не-
устрашимыхъ своихъ преслѣдователей.
Въ теченіе дня японская осадная артиллерія значительно
повредила Банрусанскіе форты, но, наконецъ, за недостат-
комъ снарядовъ, должна была прекратить огонь. Ночью 20-го
августа произошла жаркая стычка въ 3-хъ пунктахъ. Первая
дивизія атаковала и, послѣ рукопашнаго боя, около 5-ти часовъ
утра, заняла селеніе Шуйшіпнъ, бывшее до сего времени въ ру-
кахъ русскихъ, — теперь наполовину спаленное и разрушенное
разрывными снарядами. Эта неудача заставила русскихъ отсту-
пить къ лежащимъ къ югу отъ селенія четыремъ редутамъ,
ставшимъ ихъ передовой позиціей съ этой стороны.
Въ ту же ночь, незадолго до разсвѣта, 9-я дивизія пыталась
взять Банрусанскіе форты, но потерпѣла неудачу. Тѣмъ време-
немъ, въ третьемъ пунктѣ, 11-ая дивизія въ теченіе ночи нѣс-
колько разъ атаковала Кейкваншанъ, но всякій разъ была от-
бита, что вполнѣ попятно при прекрасномъ расположеніи и силѣ
обороны этого форта. Въ 8 часовъ утра 21-го, небольшой отрядъ
11-ой дивизіи овладѣлъ однимъ изъ Кейкваншанскпхъ укрѣпле-
ній 9, но въ 9!/2 ч. утра снова былъ оттуда выбитъ.
’) Куропаткинскимъ люнетомъ.
Прим. перев.
66
Весь день 21-го августа прошелъ въ приготовленіяхъ. Всѣ
японскія батареи одновременно открыли огонь, направляя его на
Банрусанскіе форты, причемъ онѣ дѣйствовали столь разруши-
тельно, что становилось очевиднымъ, что форты эти долго не
выдержатъ. Между обоими Банрусанскими фортами 9, въ 200-хъ
ярдахъ разстоянія отъ нихъ, лежитъ узкая долина, или, вѣрнѣе,
балка, въ которой могло укрыться порядочное количество людей,
невдалекѣ отъ укрѣпленій. Въ теченіе дня японцы непрерывно
заполняли эту балку и, хотя сильно страдали отъ крѣпостного
огня, но зато были въ безопасности отъ залповъ съ Банрусановъ.
Наоборотъ, въ послѣднихъ, русскіе почти ни на минуту не могли
высунуться изъ за бруствера, ввиду града японскихъ шрапнелей
и ядеръ, которыми они буквально засыпались.
21-го числа 4-ая бригада Кобп (Осака) соединилась съ 9-ой
дивизіей, что надо имѣть въ виду, ибо эти части играли глав-
ную роль въ послѣдующихъ событіяхъ.
Залпы большихъ орудій, хотя и съ перерывами, раздавались
въ теченіе ночи съ обѣихъ сторонъ. Въ эту же ночь и утромъ
22-го, японцы пять разъ пытались штурмовать Банрусанъ, но не
имѣли успѣха, и имъ удалось лишь перервать проволочныя за-
гражденія, окружавшія подножіе этихъ двухъ горъ. Подъ утро
измученныя войска перестали тревожить другъ друга, солдатамъ
дали нѣсколько часовъ сна передъ большимъ штурмомъ, который
долженъ былъ рѣшить судьбу Банрусанскихъ фортовъ.
Утромъ 22-го генералъ Ноги, убѣдившись въ малоуспѣшности
предыдущихъ дѣйствій и предчувствуя возможность неудачи но-
вой атаки, послалъ за офицерами штабовъ 9-ой и 11-ой дивизій
для совѣщанія о дальнѣйшемъ образѣ дѣйствій. Неизвѣстно, чѣмъ
кончился-бы этотъ совѣтъ, но рѣшеніе его было отложено ввиду
извѣстія, полученнаго во время хода совѣщанія, а именно:
9 Авторъ все время называетъ редуты № 1 и № 2 — фортами, между тѣмъ
это были временныя укрѣпленія и даже безъ наружныхъ рвовъ. Прим. переѵ.
67
восточный Банрусанскій фортъ былъ атакованъ и частью взятъ
7-мъ и 35-мъ полками, причемъ японцы заняли двѣ трети укрѣп-
леній, а русскіе еще держались на небольшомъ пространствѣ на
задней его сторонѣ, отбиваясь и осыпая японцевъ черезъ земля-
ной брустверъ камнями и ручными гранатами.
Успѣшная атака восточнаго Банрусана была дѣломъ серьез-
нымъ и свидѣтельствовала о несомнѣнной храбрости 6-ой бригады
и ея доблестнаго командира генералъ-маіора Иши-ное.
Несмотря на то, что японцы 5 разъ въ теченіе ночи 21-го
и утра 22-го августа атаковали форты и были отбиты, 7-ой и
35-ый полки, въ 10 часовъ 22-го, снова покинули укрытіе и по-
шли въ атаку.
Говорили, что распространился слухъ, будто бы русскіе очи-
стили фортъ и это подвинуло японцевъ на новую попытку. Но
что это была за атака! Ни одинъ народъ, кромѣ японцевъ, не
пошелъ бы на штурмъ укрѣпленія, построеннаго на вершинѣ
горы съ крутыми склонами и окруженнаго со всѣхъ сторонъ дру-
гими горами, увѣнчанными укрѣпленіями. Съ того момента, какъ
японцы вышли изъ укрывающей ихъ балки, на пути у нихъ уже
не было ни фута прикрытія, а передъ ними лежалъ ровный гла-
сисъ горы, продольно обстрѣливаемый обороняющимися. Толпа
дервишей, или другихъ религіозныхъ фанатиковъ, волной могла-бы
устремиться на такую опасность, хотя и безъ надежды добраться
до ея вершины, но, конечно, ни одно дисциплинированное войско,
«если только оно не въ припадкѣ безумія», не могло бы отва-
житься на такой приступъ, противный всѣмъ пріемамъ современ-
наго военнаго искусства и граничащій съ самоубійствомъ.
Банрусанскіе форты, какъ временныя сооруженія, сильно
пострадали отъ предварительной бомбардировки, хотя у осаждаю-
щихъ и не было орудій крупнѣе 6-ти дюймовыхъ морскихъ; боль-
шія гаубицы въ то время еще не были подвезены. На обѣихъ
горахъ не было постоянныхъ укрѣпленій, въ томъ смыслѣ, какъ
это понимается въ наше время; но ихъ вершины были окопаны
68
траншеями съ безопасными прикрытіями, съ наложенными сверху,
въ нѣсколько рядовъ, мѣшками съ пескомъ.
Утро 22-го августа было ясное; прозрачный воздухъ позво-
лялъ видѣть непріятеля издали и хорошо направлять залпы ба-
тарей. Наступило затишье передъ бурей. Съ разсвѣта до 10 ча-
совъ утра лишь изрѣдка раздавались выстрѣлы съ той или дру-
гой стороны, и, казалось, что день пройдетъ спокойно, какъ вдругъ
японцы снова начали осыпать шрапнелью Банрусанъ, и пальба
такъ участилась, что редуты исчезли въ облакахъ бѣлаго дыма
и столбовъ земли и песка, поднимавшихся отъ разрыва гранатъ.
Въ ІО1/! часовъ бомбардировка прекратилась, и пѣхота начала
атаку. Вся гора снизу была окружена въ нѣсколько рядовъ
проволочнымъ загражденіемъ, укрѣпленнымъ на столбахъ; раньше,
чѣмъ двинуться въ атаку, нужно было уничтожить это препят-
ствіе. Было выслано нѣсколько солдатъ съ ножницами, чтобы
перерѣзать проволоку, многіе изъ нихъ были убиты, но
остальнымъ удалось перерѣзать ее въ нѣсколькихъ мѣстахъ
и сдѣлать проходъ по скату горы. Приступъ пѣхоты былъ за-
держиваемъ стрѣлками, закрытыми въ ходахъ сообщенія, кото-
рыми русскія позиціи связывались одна съ другою. Японцы, та-
кимъ образомъ, очутились подъ 'тройнымъ огнемъ: съ восточнаго
Банрусана — объекта атаки, съ западнаго Ванрусана — въ непо-
средственной близости къ тылу и подъ фланговымъ огнемъ съ
внутренняго прохода. Сквозь эту огненную зону прошли 7-ой и
35-ый полки, какъ бы не чувствуя всего ужаса своей судьбы.
Полковникъ Оу-ти былъ убитъ въ этомъ дѣлѣ, получивъ 20
пулевыхъ ранъ, и найденная на его груди карта и диспозиція,
вся обагренная кровью, была послана императору, какъ свидѣ-
тельство его храбрости.
Лишь послѣ многихъ отбитыхъ атакъ, одному' офицеру съ не-
большимъ отрядомъ удалось наконецъ, занять часть укрѣпленій
Банрусана и тѣмъ указать идущимъ къ нимъ подкрѣпленіямъ
слабое мѣсто позиціи. Сюда постепенно стали стекаться ряды ата-
69
кующихъ, пока, наконецъ, ихъ набралось достаточное количество,
чтобы снова атаковать русскихъ, все еще удерживавшихъ ретран-
шементы въ тыловой части горы. Обѣ стороны пустили въ ходъ
штыки и камни и въ 2 часа пополудни русскіе были оконча-
тельно отсюда выбиты и вся гора осталась въ рукахъ японцевъ.
Пока шла атака па восточный Банрусанъ, японская пѣхота, на-
ступавшая со стороны упомянутой выше балки (донга) сильно
страдала отъ русскаго огня съ западнаго Банрусана. Въ 3 часа
дня два батальона 7-го полка, доведенные этимъ огнемъ до остерве-
нѣнія, повернули фронтъ и бросились въ атаку на западный
Банрусанъ; русскіе, обезкураженные потерей восточнаго Банру-
сана, оказали лишь слабое сопротивленіе и скоро отошли на
позади лежащую гору.
Лейтенантъ Гори, состоявшій адъютантомъ при генералѣ
Ошпма, командиръ 9-ой дивизіи, далъ мнѣ подробное описаніе
полнаго замѣшательства и неизвѣстности, царившихъ въ теченіе
этого памятнаго дня.
Съ позиціи, занятой штабомъ 9-ой дивизіи, было ясно видно,
какъ жестоко пострадала 6-ая бригада, атакуя Банрусанскій
фортъ, но въ штабѣ ничего не знали о судьбѣ храбраго коман-
дира 6-ой бригады, генерала Иши-ное, который лично повелъ
свою бригаду на штурмъ.
Генералъ Ошима командировалъ Гори чрезъ Шуйшіинскую
долину къ подножію Банрусанскаго форта, чтобъ узнать и до-
ставить ему свѣдѣнія о ходѣ дѣйствій атаки и о судьбѣ генерала
Иши-ное. Пробираясь подъ выстрѣлами крѣпостныхъ орудій, и
укрываясь отъ ружей многочисленныхъ постовъ, Гори добрался
до самаго мѣста сраженія, гдѣ, казалось, не оставалось ничего
кромѣ убитыхъ и раненыхъ. Изъ послѣднихъ никто не могъ ска-
зать чего либо опредѣленнаго объ Иши-ное, а нѣкоторые утвер-
ждали, что онъ убитъ. Гори уже собирался вернуться къ Ошп-
мѣ и сообщить ему эти свѣдѣнія, какъ вдругъ набрелъ на не-
счастнаго, всѣми покинутаго Иши-ное, сидящаго въ расщелинѣ,
70
прикрывавшей его отъ пуль и ядеръ. Оба его адъютанта были
незадолго передъ этимъ убиты гранатой, которая разорвалась на
крышѣ китайской фанзы, гдѣ они укрывались втроемъ. Люди
бывшіе у него подъ командой почти всѣ были перебиты во время
этой отчаянной атаки.
Въ 7-мъ полку оставалось живыхъ лишь 208, а въ 35-мъ
полку 240 человѣкъ; шестая бригада потеряла въ этомъ дѣлѣ
2100 человѣкъ. Оба полка потеряли уже много солдатъ еще во
время предшествующихъ боевъ 26—28 іюня, а послѣ взятія Бан-
русана были почти совсѣмъ уничтожены, до тѣхъ поръ, пока къ
нимъ не прибыли изъ Японіи свѣжія силы, пополнившія ихъ ряды.
Извѣстіе о томъ, что Иши-ное живъ, вызвало большую ра-
дость въ штабѣ 9-й дивизіи; его безусловно считали погибшимъ,
ибо не допускали возможности, что можно уцѣлѣть въ такой
бойнѣ. Храбрый Иши-ное отказался вернуться въ штабъ послѣ
своего подвига и настоялъ на томъ, чтобъ остать въ отбитомъ ре-
дутѣ, опасаясь, что русскіе попытаются овладѣть имъ снова.
Его препредположеніе оказалось вѣрнымъ, такъ какъ гене-
рала. Стессель непремѣнно хотѣлъ отбить потерянную позицію и
съ ночи 22-го августа по 27-е августа произвелъ рядъ отчаян-
ныхъ атакъ, чтобы отбить оба Банрусана. Обѣ стороны дрались
съ рѣдкой отвагой; нѣсколько разъ русскіе почти одолѣвали и
лишь присутствіе Иши-ное, ободрявшаго измученныхъ, обезсилен-
ныхъ японцевъ, дало послѣднимъ окончательный перевѣсъ.
Съ момента взятія укрѣпленія и до утра 28-го августа
Иши-ное оставался наБанрусанѣ. Единственную пищу солдатъ и
самого генерала въ эти дни составляло небольшое количество су-
харей и воды, приносимыхъ ночью чрезъ Шуйшіинскую долину.
Лишь когда саперы успѣли сдѣлать окопы и траншеи вдоль до-
лины и до самыхъ фортовъ, несчастному гарнизону могли быть
доставлены припасы въ большомъ количествѣ и только тогда
покинулъ его Иши-ное, чтобы хоть немного отдохнуть и освѣ-
житься.
71
Это чуть-ли не единственный случай въ исторіи войны,
чтобы столь сильное укрѣпленіе, защищенное земляными соору-
женіями, обстрѣливаемое и поддерживаемое со всѣхъ сосѣднихъ
фортовъ, могло быть взято въ нѣсколько часовъ—не правильной
осадой, а лишь отчаяннымъ приступомъ людей, шедшихъ на смерть
по призыву своего неустрашимаго командира 9-
Глава IX.
Большой ночной штурмъ.
Вечеромъ 22 августа въ лагерѣ подъ Портъ-Артуромъ ца-
рило большое оживленіе: раздавались національныя пѣсни и крикн
«Банзай» оглашали воздухъ. Праздновали побѣду, одержанную
бригадой, и обѣщавшую успѣхъ всей японскій арміи. Уже на-
чали обсуждать планъ новаго движенія, на сѣверъ въ помощь
войскамъ стараго ветерана Ойямы, который окружилъ Ляоянъ,
а въ немъ главный призъ войны—Куропаткина и его армію...
Постороннему зрителю могло показаться, что дѣло близится къ
концу: взятіе обоихъ Банрусановъ — этихъ сильныхъ фор-
товъ * 2), защищавшихъ то, что считалось наиболѣе уязвимымъ
мѣстомъ на линіи русскихъ укрѣпленій и открывало путь общей
атакѣ на гору Бодай, лежащую непосредственно за ними.
Большой штурмъ Бодая (сторожевой террасы), который пред-
рѣшалъ судьбу Портъ-Артура, отдавая японцамъ всю восточ-
!) Укрѣпленіе это не можетъ быть названо сильнымъ. Сосѣдними фортами не
поддерживалось во время штурма и поэтому было взято. Такихъ примѣровъ въ Исторіи
Осадъ много. Нрим. переѳ.
2) Банрусаны были не форты, а редуты, передѣланные изъ старыхъ китайскихъ
укрѣпленій. Редуты эти были не только не сильны, но, наоборотъ, весьма слабы: они
не имѣли наружныхъ рвовъ и отчасти именно поэтому были взяты.
Лрилі. псрев.
72
ную часть укрѣпленій, почти не поддается точному описанію:
прежде всего онъ произошелъ ночью, затѣмъ, онъ нанесъ страш-
ный уронъ японцамъ и потому они о немъ замалчиваютъ; нако-
нецъ общая сумятица была такъ велика, и въ темнотѣ войска такъ
между собою перемѣшались, что оставшіеся въ живыхъ описы-
вали дѣло каждый по своему. Планъ атаки генерала Ноги былъ
весьма простъ и предоставлялъ все личной храбрости войскъ п
счастью—которое всегда можетъ привести къ успѣху.
Диспозиція была такова: 6-я бригада подъ начальствомъ
генералъ-маіора Иши-ное, усиленная 4-й бригадой Коби въ со-
ставѣ 8, 9 и 38 полковъ, должна была пройти узкой долиной,
отдѣляющей западный Банрусанъ отъ восточнаго, овладѣть
китайской стѣной, представляющей первое препятствіе по пути
и атаковать Бодай съ фронта, направивъ атаку на ту часть горы,
гдѣ находится фортъ II. Одновременно 1О-я бригада 11-й диви-
зіи подъ командой генералъ-маіора Ка-ми-во должна была пройти
той же долиной и атаковать сѣверо-восточную вершину Бодая.
(Бодай имѣетъ двѣ отдѣльныя вершины и потому часто назы-
вался японцами: гора Близнецы). Другими словами, если китай-
ская стѣна, еще занятая русскими, будетъ взята японцами, то
6-я бригада должна тотчасъ направиться въ проходъ, отдѣляю-
щій Бодай отъ форта Н, а 10-я бригада, уклонясь влѣво, ата-
ковать Бодай съ сѣверо-востока. Планъ прекрасный по своей
простотѣ и вполнѣ понятный. Иначе говоря: 8000—10000 чело-
вѣкъ среди ночи должны были идти прямо въ пасть смерти, на-
дѣясь, что храброму море по колѣно, ибо разъ начался бы
штурмъ уже нѣтъ возможности управлять боемъ, не видя въ тем-
нотѣ движенія войскъ.
Здѣсь необходимо дать себѣ отчетъ въ рельефѣ мѣстности
и положеніи тѣхъ фортовъ и батарей, которые были намѣчены
для атаки. Четыре главныхъ позиціи, которыя необходимо имѣть
въ виду при этой атакѣ, были два форта Банрусанъ, Бодай и
фортъ И. Разстояніе между обоими Банрусанамп = 175 ярдамъ.
73
Отъ Бодая до форта II приблизительно 250 ярдовъ. Разстояніе
0'14» восточнаго Банрусана до сѣверо-западной вершины Бодая
около 450 ярдовъ, по воздуху, но, очевидно, всѣ неровности и
уклоны почвы дѣлаютъ его гораздо большимъ. Разстояніе между
западнымъ Банрусаномъ и фортомъ Н. около 400 ярдовъ. Эти
четыре пункта составляютъ углы четырехугольника, причемъ онъ
имѣетъ 250 ярдовъ въ южной, 175 въ сѣверной, 450 въ восточ-
ной и 400 ярдовъ въ западной сторонѣ. На этой площади должны
были въ ночь 23-го августа сражаться двѣ бригады японцевъ,
не считая русскихъ, число которыхъ мнѣ неизвѣстно. Саперныя
работы въ Шуйшіинской долинѣ были въ это время едва начаты.
Войска шедшія въ атаку могли пройти по этой долинѣ
лишь подъ покровомъ ночи, чтобы сгрупироваться затѣмъ частые
въ отбитыхъ у русскихъ обоихъ Банрусанахъ, частью—непосред-
ственно позади ихъ. Въ этой атакѣ учавствовали: 12-й и 22-й полки,
составлявшіе 10-ю бригаду 11-й дивизіи; оставшіеся въ живыхъ
солдаты 7-го и 25-го полковъ 6-й бригады 9-й дивизіи; и 8-й
9-й и 38-й полки, составлявшіе 4-ю бригаду Коби. Изъ нихъ
8-й полкъ составилъ гарнизонъ западнаго Банрусана.
8-му полку приказано было овладѣть укрѣпленіями новаго
Банрусана въ то время какъ другіе полки будутъ атаковать Бо-
дай и фортъ Н., въ томъ расчетѣ, что если 6-я бригада возь-
метъ фортъ Н, то ей не будетъ уже опасенъ русскій огонь съ
Банрусана на западѣ. Принимая во вниманіе общее расположеніе
всѣхъ укрѣпленій на этомъ мѣстѣ, трудно, какъ намъ кажется,,
оправдать столь мало обдуманную атаку, и еще труднѣе понять,
какъ могла она кончиться сравнительно такъ удачно. Неприступ-
ность упомянутыхъ фортовъ заставила бы всякаго зауряднаго
генерала очень и очень подумать, прежде чѣмъ рѣшиться атако-
вать ихъ.
Правда, въ то время японцы не знали, не имѣя еще горь -
каго опыта, ни силы обороны этихъ укрѣпленій, ни того, что всѣ
сосѣднія батареи могли во время атаки направлять свои вы-
74
стрѣлы на наступающаго. Кромѣ того, войска, атакующія Бодай
съ сѣверо-востока, оставляли нетронутымъ лежащій непосред-
ственно сзади фортъ Р и сѣверный Кейквансанскій фортъ, такъ
что при атакѣ они обстрѣливались въ тылъ съ дистанціи 400 яр-
довъ гарнизономъ этихъ фортовъ. Допустивъ даже, что японцамъ
удастся ночью овладѣть Бодаемъ и фортомъ Н., имъ очень трудно
было бы удержать ихъ днемъ. На ихъ вершинахъ не было по-
стоянныхъ укрѣпленій для защиты гарнизона отъ выстрѣловъ съ
близъ лежащихъ укрѣпленій отъ артиллерійскаго огня, сосредото-
ченныхъ на нихъ въ теченіе дня. Что же думалъ командующій,
приказывая предпринять эту атаку и какого результата могъ онъ
отъ нея ожидать?
Очевидно, генералъ Ноги полагалъ, что если русскіе не смо-
гутъ отстоять Бодай, то они будутъ вынуждены очистить всю
восточную часть линіи укрѣпленій. Еслибы японцы, напротивъ
могли удержать за собой гору Бодай, находящуюся въ са-
момъ центрѣ восточной части линіи и господствующую надъ
всѣми подходами къ фортамъ: Шо-ю-санъ, Нирусанъ и группы
Кейквансанъ, то русскіе не были бы въ состояніи снабжать эти
форты ни провіантомъ, ни подкрѣпленіями. Гарнизоны ихъ безъ
подвоза пищи и воды вынуждены были-бы сдаться уже черезъ
нѣсколько дней. Допуская, что генералъ Ноги имѣлъ надежду
именно на такой результатъ атаки, все же онъ долженъ былъ
предвидѣть, что эти самые форты, которые онъ расчитывалъ ра-
зобщить п голодомъ принудить къ сдачѣ, могли силой своихъ
орудій отбить и разгромить атакующія войска. Бъ сущности вся
атака была построена на недоразумѣніи или, вѣрнѣе, невѣдѣніи,
какъ силы обороны и количества гарнизона фортовъ, такъ и духа,
господствовавшаго въ русской арміи, которая не только въ то
время, но еще и нѣсколько мѣсяцевъ спустя, не обнаруживала
и признака деморализаціи.
Торопливость и разстройство, почти паника, съ которыми
русскіе оставили свои позиціи утромъ 30 іюля и отошли къ ли-
75
ніи фортовъ, поддерживали въ японскомъ генеральномъ штабѣ
увѣренность, что быстрая и рѣшительная атака любого пункта
этой линіи закончится успѣхомъ; съ другой стороны, стойкое со-
противленіе русскихъ при осадѣ Тайкосана и Шиокосана дока-
зало и бодрый духъ ихъ и безусловную храбрость ихъ войскъ;
послѣднее обстоятельство должно было служить предупрежденіемъ
для японцевъ и напомнить имъ, чего они могли ждать отъ та-
кого врага въ случаѣ, еслибы онъ очутился припертымъ къ от-
вѣсамъ стѣны форта съ одной стороны, и имѣя единственный вы-
ходъ въ море, съ другой стороны. Энтузіазмъ японцевъ въ то
время достигъ кульминаціонной точки;—они выиграли въ тече-
ніе 3-хъ предыдущихъ недѣль цѣлый рядъ сраженій и теперь
нетерпѣливо медали и желали добиться своей главной цѣли овла-
дѣть крѣпостью. И, несмотря на это, я не могу не сказать, что
неосторожно предпринятая атака Бодая и форта И. оправдана
быть не можетъ.
Трудно было составить себѣ отчетливое представленіе о сра-
женіи въ ночь 23 августа: я просто опишу то, что видѣлъ и что
выяснилось позднѣе.
Въ этотъ періодъ намъ, корреспондентамъ, бывшимъ при
Нортъ-Артурѣ, не было еще предоставлено той свободы дѣйствій,
которая впослѣдствіи сдѣлала столь пріятнымъ наше пребываніе
при арміи генерала Ноги.
Намъ назначено было мѣсто на высокой горѣ подъ назва-
ніемъ Хаш-санъ, почти въ 2!/з миляхъ отъ центра русскихъ
укрѣпленій. Изъ этого удобнаго пункта мы могли слѣдить за
дѣйствіями обѣихъ враждующихъ армій, причемъ неточность и
недостаточность, вслѣдствіе отдаленности, нашихъ наблюденій
могли корректироваться лекціями, читаемыми однимъ изъ офице-
ровъ генеральнаго штаба. Мы никогда не знали впередъ, когда
предполагалась атака и должны были быть всегда па сторожѣ,
чтобы не пропустить чего-нибудь. Такъ случилось и въ день
атаки Бодая; ни одна душа въ нашемъ лагерѣ не знала о рѣ-
— 76
шейномъ уже нападеніи и всѣ спали, когда японскіе войска уже
начали наступленіе.
Въ эту памятную ночь Мг. Джемсъ, корреспондентъ «Ваііу-
Теіе^гаріі», и я пришли къ убѣжденію, что совершенно безцѣльно
продолжать долѣе такого рода образъ жизни, находясь на голой
вершинѣ отдаленной горы безъ права быть тамъ, гдѣ мы хотѣли
бы. Мы рѣшили подъ покровомъ ночи пройти черезъ японскую
линію и пробраться ближе къ фронту русской арміи. Около ІСР/з и.
вечера мы покинули наше жилище и прошли холмами въ Шуй-
шіинскую долину, откуда уже начали раздаваться выстрѣлы. Къ
несчастью мы тутъ же встрѣтили японскаго офицера верхомъ на
лошади, опросившаго насъ, кто мы и куда направляемся. Хорошо,
что офицеръ этотъ видимо куда-то спѣшившій, удовольствовался
отвѣтомъ моего товарища, прекрасно говорившаго по японски,
что мы возвращаемся въ свое жилище. Наша же цѣль была
пройти чрезъ японскій пикетъ, взобраться на одну изъ горъ
ближе къ фронту, откуда должно было быть видно все поле сра-
женія, именно гора Бодай и оба Банрусанскихъ форта.
Мы очень боялись набрести въ темнотѣ на японскіе передо-
вые посты, которые могли принять насъ за русскихъ, ибо въ то
время присутствіе при арміи европейцевъ корреспондентовъ ещо
не было извѣстно солдатамъ. Тѣмъ временемъ мы уже вышли
изъ за холмовъ и выступили въ Шуйшіинскую долину, гдѣ намъ
стало ясно, что идетъ горячее сраженіе, слышенъ былъ грохотъ
орудій, прерываемый трескомъ пулеметовъ.
Замѣтивъ впереди небольшую гору, которая, казалось, пред-
ставляла удобный для нашихъ наблюденій пунктъ, мы двинулись
туда и поднялись уже до половины горы, какъ вдругъ вынуждены
были остановиться, ибо на вершинѣ горы оказалось нѣчто въ
родѣ траншеи. Товарищъ мой увѣрялъ, что различаетъ даже си-
луэты людей, обращенныхъ къ намъ спиной, мнѣ же казалось,
что тамъ были лишь груды камней; но такъ какъ онъ увѣрялъ,
что не ошибается, то мы остановились, обдумывая, какъ намъ
поступить дальше. Намъ предстояло вернуться и потеряхъ случай
видѣть сраженіе или искать другой пунктъ, или-же, наконецъ,
рѣшиться подойти къ пикету, который могъ быть только япон-
скимъ, и объяснить кто мы и какъ сюда, попали. Понимая опас-
ность очутиться среди дремлющаго пикета, ночью, и во время
самаго сраженія, мы все же рѣшили подойти, посвистывая са-
мымъ невиннымъ образомъ, чтобъ привлечь ихъ вниманіе. До этой
минуты мы не были замѣчены благодаря тому, что подходили съ
задней нашей горы, въ то время какъ караулъ былъ на передней.
Тутъ нашей затѣѣ чуть было не пришелъ конецъ, ибо
прежде чѣмъ мы прошли половину раздѣлявшаго насъ простран-
ства, весь пикетъ уже былъ на ногахъ. Не опомнившись отъ
сна, солдаты вдругъ услышали шумъ и выстрѣлы сраженія и,
увидѣвъ въ то же время идущихъ къ нимъ незнакомцевъ, не
стали выжидать:—старшій первый схватилъ винтовку и съ кри-
комъ «русскіе» прицѣлился въ насъ. Я увидѣлъ его движеніе и
бросился впередъ въ надеждѣ успѣть подойти къ нему до вы-
стрѣла съ крикомъ «Банзай», единственнымъ извѣстнымъ мнѣ
японскимъ словомъ.
Подбѣжавъ къ солдату, я схватилъ его за руку, но увы, не
очнувшись отъ сна, онъ, очевидно, не понялъ моего движенія и
принявъ его за нападеніе, размахнулся, но потерявъ затѣмъ равно-
вѣсіе свалился за траншею: не удержавшись, упалъ на него и я,
и мы оба сцѣпившись и барахтаясь, очутились посреди пикета.
Это было счастьемъ для насъ, ибо люди, увидѣвъ, что одинъ
изъ нихъ внезапно исчезъ, перестали стрѣлять. Мой товарищъ,
положеніе котораго внѣ траншеи было еще лучше, бросился на
землю съ крикомъ: «мы друзья-англичане». Тутъ только японцы,
замѣтивъ свою ошибку, успокоились и стали передъ нами изви-
няться, но этимъ еще не все кончилось: одинъ, только что сей-
часъ проснувшійся, солдатъ, испугавшись, что проспалъ непрія-
теля, вдругъ бросился на насъ со штыкомъ, и плохо бы намъ
пришлось, еслибы его не удержали товарищи.
ПОГТЪ-АРТ.
6
78
То, что мы увидѣли вдали передъ собой, представляло по-
истинѣ величественную картину, быть можетъ, единственную
въ исторіяхъ войнъ, которая никогда не забудется тѣми, кто
былъ тамъ въ эту памятную ночь.
Не могу и пытаться описать все движеніе войскъ и подвиги
отдѣльныхъ лицъ въ этомъ замѣчательномъ сраженіи; даже самъ
генеральный штабъ не могъ впослѣдствіи дать яснаго отчета, какъ
все произошло. Въ теченіе всего боя, длившагося съ 10 часовъ
вечера до 6-ти утра, я не видѣлъ ни одного солдата, кромѣ
японскихъ стрѣлковъ; мы не могли видѣть войскъ, но слѣдя за
движеніемъ, мы судили объ ихъ приливѣ или отливѣ, о побѣдѣ
или пораженіи, то по сверкающимъ лучамъ прожекторовъ, или
по яркому пути гранатъ, то по непрерывной дроби ружейныхъ
выстрѣловъ, или по взрывамъ артиллерійскихъ снарядовъ.
Угрюмыя очертанія фортовъ были видны намъ, когда по-
лосы свѣта прожекторовъ, переходя съ одной стороны на другую,
минутами освѣщали вершины горъ. Русскіе залегли прожекторы:
па фортѣ Золотой горы, при входѣ въ гавань, на Хигаши-Кей-
квансанѣ, на Нирусанѣ, Шою-санѣ, Шийойан-шисанѣ и Итцушанѣ.
На всѣ эти пункты не было нападенія въ ночь 23-го августа
и потому полосы свѣта прожекторовъ колебались и мерцали
кругомъ форта Бодай.
Русскіе не только освѣщали такимъ способомъ Шуйшіинскую
долину, но и направляли свой артиллерійскій огонь на всякій
пунктъ, гдѣ предполагали возможнымъ наступленіе японцевъ.
Вспыхивающій свѣтъ промсекторовъ, блескъ рвущихся гра-
натъ, трескъ шрапнелей и руясейныхъ выстрѣловъ и рѣзкій гро-
хотъ русскихъ пулеметовъ, сгруппированныхъ на Бодаѣ—все это
превращало ночь 23-го августа въ настоящій адъ, изъ котораго,
казалось, никому не можетъ быть спасенія.
Легко молено было различить, что самый сильный бой шелъ
на склонѣ Бодая — это значило, что японцы начали атаку со
стороны Банрусанскихъ фортовъ и бой продоллсался на одномъ
79
и томъ-же мѣстѣ съ полчаса, ибо звуки битвы не приближались
и не удалялись. На этомъ мѣстѣ гора, образуя уголъ, закрывала,
атакующихъ форты, японцевъ отъ свѣта прожекторовъ; не имѣя
возможности освѣтить движенія непріятельской пѣхоты, русскіе
направили свѣтъ па японскую артиллерію и по командѣ стар-
шаго офицера всѣ люди послѣдней бросались на землю и лежали
неподвижно, пока свѣтъ не переходилъ на другой пунктъ. Слу-
чалось, что лучъ свѣта болѣе получаса останавливался на нашей
засадѣ и тогда приходилось все это время лежать на острыхъ
камняхъ, чтобы не обнаружить своего присутствія непріятель-
скимъ стрѣлкамъ.
Пикетъ, на который мы такъ удачно набрели, принадле-
жалъ къ 1-му полку, штабъ котораго находился на самомъ за-
падномъ пунктѣ линіп; въ виду большой потери людьми, поне-
сенной 9 дивизіей, полкъ этотъ былъ посланъ въ подкрѣпленіе
генералу Ошимѣ и въ эту ночь занималъ передовые посты.
Интересно было наблюдать за поведеніемъ японскихъ сол-
датъ во время этого сраженія. Они забыли о снѣ и, собравшись
вокругъ своего командира, возбужденно обсуждали положеніе.
Ихъ волновала неизвѣстность исхода битвы, но болѣе всего вол-
новало желаніе итти впередъ на помощь товарищамъ. Въ нѣ-
сколькихъ стахъ ярдовъ отъ нашей горы была другая, хотя
и ниже этой, но съ широкимъ открытымъ видомъ на окрест-
ность. Я хотѣлъ было направиться туда, но начальникъ поста
рѣшительно запретилъ намъ трогаться. Тогда мы стали совѣты-
вать ему перевести туда пикетъ; совѣтъ этотъ показался ему
интереснымъ, но, несмотря на наше желаніе и усиленныя просьбы
солдатъ разрѣшить продвинуться близь? къ мѣсту битвы — онъ
остался непреклоненъ. Я никогда не испыталъ болѣе подавляю-
щаго зрѣлища, какъ дѣйствіе русскихъ прожекторовъ въ ночь
23-го августа. Снопы свѣта этихъ чудовищъ ползали по всей
Шуйшіинской долинѣ, сосредоточиваясь на всѣхъ пунктахъ, гдѣ
укрывались японцы. Несчастные солдаты, ослѣпленные этимъ
6*
80
свѣтомъ, не могли брать вѣрнаго прицѣла, а сами, освѣщенные
имъ, становились мишенью для непріятеля. То былъ первый
случай, когда прожекторы были примѣнены на войнѣ, какъ
орудіе обороны въ сухопутномъ сраженіи, и результата ихъ дѣй-
ствія превзошелъ самыя смѣлыя ожиданія. Мнѣ говорили, остав-
шіеся въ живыхъ, очевидцы, что этотъ свѣтъ такъ обрисовы-
ваетъ всякій предметъ, что люди теряютъ голову и безпомощно
разсыпаются, чтобъ укрыться отъ него, но тщетно, ибо снопъ
лучей обнаруживаетъ каждое ихъ движеніе и дѣлаетъ ихъ цѣ-
лью для пулеметовъ.
Во время 4-ой ночной битвы, которой рѣшалась судьба
Портъ-Артура, а можетъ быть и Куропаткина со всей сѣверной
арміей, незначительный самъ но себѣ инцидентъ доказалъ мнѣ
удивительную, даже въ самыхъ мелочахъ, организацію японской
арміи, причемъ въ самый страшный моментъ борьбы они не те-
ряются п не выбиваются изъ колеи. Мы сидѣли всѣ въ тран-
шеяхъ и глядѣли впередъ, наблюдая игру свѣтовыхъ лучей, —
какъ вдругъ караульные доложили, что кто-то подходитъ съ во-
стока. Окликнули и, получивъ успокоительный отвѣтъ, дали
разрѣшеніе приблизиться. Оказалось, то были два солдата, нес-
шіе большой мѣшокъ, который тутъ же вручили старшему и тотъ
открылъ его. Въ мѣшкѣ было множество небольшихъ шариковъ
изъ варенаго рису. Каждый солдатъ получилъ по шарику и два
досталось мнѣ и моему товарищу. Затѣмъ, завязавъ мѣшокъ,
старшій отдалъ его принесшимъ, которые и понесли его на слѣ-
дующій пунктъ на западъ. Ничто не могло бытъ пріятнѣе въ эту
минуту, какъ этотъ скромный ужинъ. Внутри каждаго шарика
находилась соленая слива, какъ приправа къ рису — большое
лакомство для японцевъ. Выло около часу ночи. Мы съѣли свой
рисъ и, казалось, выстрѣлы какъ-бы пріутихли...
Вдругъ пальба возобновилась съ такою ужасающей силой,
что японцы сбились въ кучу и, держа ружья на готовѣ, стояли
въ оцѣпенѣніи. Думаю, что никто изъ нихъ никогда не слыхалъ
81
на полѣ битвы такого огня. Казалось гремѣло одно чудовищное
орудіе, все слилось въ одинъ несмолкаемый гулъ, среди котораго
не слышенъ былъ даже и трескъ пулеметовъ. Наконецъ, обѣ
стороны открыли артиллерійскій огонь, и, хотя за темнотой не
могли направлять выстрѣлы, но все же увеличивали общій ужасъ
ночи. Очевидцамъ было ясно, что если не произойдетъ что
либо новое, то при такой пальбѣ обѣ арміи уничтожатъ одна
другую, или выпустивъ всѣ заряды, вынуждены будутъ докан-
чивать бой штыками. Солдаты нашего пикета понимали это,
ихъ лица омрачились и снова стали они молить старшаго офи-
цера разрѣшить имъ итти на лежащую впереди гору, откуда
виденъ бой—лучше, но офицеръ и на этотъ разъ не исполнилъ
ихъ просьбы.
Трудно сказать сколько времени длилась эта пальба: 10—
15 минутъ, а можетъ быть и меньше. Прожекторы не освѣщали
болѣе, прилегающую къ фронту, мѣстность, а направили свои
лучи на поле битвы, освѣщая сражающихся.
Внезапно, какъ и началась, прекратилась пальба и вдругъ
замѣнилась другимъ, болѣе ободряющимъ, звукомъ. Изъ мрака,
окутывающаго темнымъ саваномъ вершины Бодая, изрѣдка
прерываемаго блескомъ выстрѣловъ, раздался вдругъ оглуши-
тельный крикъ «Банзай» изъ тысячи японскихъ устъ; этотъ
крикъ пронесся по всей линіи, по всѣмъ фортамъ и пикетамъ
и всюду, какъ эхо вторили ему «Банзай». Это былъ моментъ
полный трагизма для свидѣтелей. Три часа видѣли мы передъ
собой лишь дымъ и огонь битвы; три часа слышали лишь гро-
хотъ пальбы; три часа въ тревогѣ ожидали побѣды или пораже-
нія—отвѣта намъ не давали ни свѣтъ прожекторовъ, ни трескъ
орудій, и вдругъ, какъ завершеніе этой ночи, полной ужаса и
величія—не могу сказать какое впечатлѣніе преобладало—про-
несся побѣдный кличъ «Банзай!».
Клики радости и торжества не бываютъ слышны во время
нашихъ современныхъ битвъ,—это скорѣе пережитокъ исчезнув-
82
піаго порядка вещей. Въ первый разъ пришлось мнѣ почувство-
вать, какой подъемъ духа вызывается побѣднымъ крикомъ. Не-
вольно вспомнились мнѣ славныя битвы прежнихъ лѣтъ: я въ
первый разъ понялъ, что значитъ для британца этотъ кличъ,
которымъ кончались ихъ сраженія во время войны на мате-
рикѣ, и какъ магически дѣйствовалъ на старую гвардію крикъ
«Ѵіѵс ГЕтрегеиг» во время послѣдняго сраженія при Ватерлоо,
и какъ звучалъ онъ для «Союзныхъ арміи)) на горѣ Святого
Жана.
Въ пикетѣ нашемъ уже не стало болѣе возможности сдер-
живать солдатъ, да офицеръ и не пытался болѣе удерживать
ихъ. Они живо разобрали ружья и чрезъ камни и кручи броси-
лись съ горы, крича, какъ безумные, «Банзай». Они были такъ
увѣрены, что этотъ общій крикъ означалъ полную побѣду, что не
предполагали возможности какой либо неудачи. Когда мы добра-
лись до новой позиціи на ближней горѣ—снова стали раздаваться
выстрѣлы съ Бодая, но, казалось, что они спустились съ вершины
на скатъ горы. Это наводило на мысль, что японцы не удержали
за собой позицію и какъ бы отступали по направленію къ за-
падному и восточному Банрусанамъ.
Другимъ зловѣщимъ признакомъ было то, что японцы от-
крыли артиллерійскій огонь по Бодаю, это значило, что ихъ пѣ-
хота оттуда отступила. Слѣдовательно радостные клики «Банзай))
были вызваны лишь увѣренностью въ побѣдѣ, за которой по-
слѣдовалъ поворота къ худшему и хотя наша ошибка была про-
стительна,—тѣмъ не менѣе крикъ «Банзай» прозвучалъ, какъ
надгробный плачъ надъ преждевременной попыткой сломить
Портъ-Артуръ.
Битва длилась почти всю ночь съ неуменьшающейся силой.
Выстрѣлы съ Бодая слышались все ниже, а вершина его была
погружена въ полную темноту. Враги бились теперь, то подви-
гаясь, то отступая, за обладаніе Банрусанскими высотами и Шуй-
шіинской долиной и дошли уже почти до насыпи желѣзной до-
83
роги 9- Передъ самымъ разсвѣтомъ снова усилились и участились
выстрѣлы и тутъ произошелъ поворотъ въ пользу японцевъ.
Русскіе преслѣдовали отступавшихъ съ Бодая японцевъ до Шуй-
шіинской долины. Здѣсь японцы получили сильное подкрѣпленіе-т-
подошла 18-я бригада; занявъ позиціи вдоль желѣзнодорожной
насыпи, она остановила движеніе русскихъ. Русскіе, угнетенные
и ослабленные большими потерями, вынуждены были отступить
и были довольны уже тѣмъ, что отбили непріятеля отъ Бодая
съ громаднымъ для него урономъ. Оба форта Банрусана все же
остались за японцами.
Атака Бодая была не единственнымъ мѣстомъ сраженія въ
эту памятную ночь. Въ двухъ другихъ пунктахъ японцы атако-
вали русскихъ, въ то время какъ послѣдніе, съ своей стороны,
сдѣлали вылазку изъ редутовъ на фронтѣ селенія Шуйшіинъ, за-
нятаго 3-мъ полкомъ ночью 21 августа. Около двухъ часовъ
ночи сильные залпы слышались со стороны Итцушана па
западѣ.
11-я дивизія атаковала фортъ на востокѣ, но послѣ не-
удавшейся атаки Бодая и нѣсколькихъ послѣдовательныхъ и рѣ-
шительныхъ контръ-атакъ русскихъ—было очевидно, что эти
попытки японцевъ имѣли цѣлью лишь разобщить силы русскихъ
п еще болѣе отвлечь свѣтъ прожекторовъ отъ полуослѣплен-
ныхъ имъ солдатъ, бившихся у подножія Банрусана, на другіе
пункты. Упавшіе духомъ, японцы нѣсколько пріободрились, когда
раздались съ востока крики «Банзай»—они надѣялись, что тамъ
дѣло кончится успѣхомъ, но скоро крики смолкли и въ эту ночь
болѣе не возобновлялись.
Около пяти часовъ утра пѣхота съ обѣихъ сторонъ начала
нерестрѣлку, но, какъ я узналъ позднѣе, у японцевъ не хватало
зарядовъ и стрѣльба прекратилась. Сражаться въ Шуйшіинской
’) Этотъ фактъ переданъ неправильно. Русскіе не преслѣдовали японцевъ до
линіи жел. дор. Лрим. перев.
84
долинѣ днемъ было прямо невозможно, ибо обѣ арміи оказались бы
подъ огнемъ сотенъ орудій крѣпостныхъ батарей, окружающихъ
долину, въ виду чего, какъ будто бы по обоюдному согласію, съ
разсвѣтомъ бой прекратился.
Измученные русскіе рады были отдохнуть въ своихъ по-
стоянныхъ укрѣпленіяхъ. Японцы, не менѣе изнуренные, отошли
подъ защиту холмовъ на сѣверной части Шуйшіинской долины.
Всѣ скаты горы Бодай и мѣстность около Банрусанскихъ фор-
товъ были покрыты, оставленными тамъ, тысячами убитыхъ и
раненыхъ—единственный трофей этой кровавой битвы.
Я старался описать ночной штурмъ Бодая 23-го августа
по моимъ личнымъ впечатлѣніямъ, но, понятно, это описаніе
должно быть дополнено какъ свѣдѣніями, собранными въ Глав-
номъ штабѣ, такъ и разсказами, уцѣлѣвшихъ участниковъ боя. Я
постараюсь въ нѣсколькихъ словахъ сгруппировать эти свѣдѣнія
и дать ясную картину происшедшаго. Вскорѣ, послѣ 10-ти ча-
совъ вечера, 6-я бригада, вмѣстѣ съ оставшимися въ живыхъ отъ
7-го полка, прошла вверхъ по долинѣ между западнымъ и во-
сточнымъ Банрусанами и начала приступъ Бодая, въ нижней
части его, между двумя вершинами: собственно Бодаемъ и фор-
томъ Н. Русскіе не оказали серьезнаго сопротивленія на линіи
китайской стѣны и пропустили японцевъ по другую ея сторону,
гдѣ они чуть не всѣ легли подъ выстрѣлами стрѣлковъ и пулеме-
товъ, стоящихъ въ тылу. Одинъ солдатъ говорилъ мнѣ позднѣе,
что имъ казалось, что каждый русскій вооруженъ былъ пулеметомъ.
Въ то-же время 10-я бригада 11-й дивизіи наступала съ
лѣвой стороны и атаковала Бодай съ сѣверо-востока. Она тоже
была встрѣчена страшнымъ огнемъ не только съ вершинъ Бодая,
но и гарнизона сѣвернаго Кейквансанскаго форта, бывшаго у
нея въ тылу справа. Несмотря на массу убитыхъ, имъ удалось
занять вершину горы между часомъ и двумя ночи, когда и раз-
дались радостные крики «Банзай». Но 6-й бригадѣ не удалось за-
нять фортъ Н.
85
Къ несчастью японцы не могли удержаться на Бодаѣ, такъ
какъ русскіе открыли сильный огонь съ сѣвернаго Кѳйкван-
еанскаго форта и съ батарей на Новомъ Банрусанѣ. Именно по-
слѣдняя и причинила найбольшій уронъ японцамъ и вынудила 6-ю
бригаду отступить.
8-й и 9-й полки Осака стояли гарнизономъ на западномъ
Банрусанѣ и имъ отданъ былъ приказъ итти, въ случаѣ надоб-
ности, на помощь 6-й бригадѣ, а также атаковать Новый
Банрусанъ, орудія котораго такъ сильно поражали войска на
Бодаѣ. Полки Осака пользовались во всей японской арміи плохой
репутаціей со времени послѣдней китайской войны, и даже теперь
имъ не совсѣмъ довѣряли и опасались, что эти резервисты не
исполнятъ того, чего отъ нихъ медали при такихъ важныхъ обстоя-
тельствахъ. Часть храбрыхъ ветерановъ 7-го и 35-го полковъ
была послана къ 8-му полку, чтобъ указать имъ путь и вести
ихъ въ атаку. Но въ самую критическую минуту, когда 6-я
бригада отступала и 8-й полкъ долженъ былъ атаковать фортъ
Новый Банрусанъ и тѣмъ оказать ей помощь—полкъ отказался
выступить и оставить укрытыя траншеи Западнаго Банрусана и
пустынное мѣсто за фортомъ. Напрасно ветераны 7-го и 35-го
полковъ жертвовали своею жизнью, чтобы собственнымъ примѣ-
ромъ вызвать ихъ энергію; напрасно прибывшіе штабные офи-
церы старались ободрить колеблющихся солдатъ и побудить ихъ
итти въ атаку—все было напрасно; ничто не могло заставить
полкъ выйти изъ безопасныхъ траншей и итти на встрѣчу врагу,
чтобы раздѣлить участь товарищей. Тогда выведенные изъ себя
нѣкоторые офицеры, видя, что никакое понужденіе не помогаетъ,
обнажили шашки и зарубили многихъ солдатъ. Но гдѣ не дѣй-
ствовали увѣщанія,—тѣмъ болѣе не могло помочь насиліе.
Послѣдствія этой трусости полка Осака и неоказаніе имъ
своевременной помощи 6-й и 10-й бригадѣ—были весьма пла-
чевны; японцы, одолѣваемые огнемъ русскихъ, опрокинутые
контръ-атакой генерала Стесселя, не могли долѣе держаться на
86
Бодаѣ. Сначала 6-я, а вскорѣ и 10-я бригада отступили, но
дойдя до китайской стѣны, они увидѣли, что русскіе уже успѣли
обойти ее и тѣмъ отрѣзали имъ путь отступленія. Тогда имъ
оставалось только пробиться сквозь русскихъ п укрыться въ
Восточномъ Банрусанѣ.
Между тѣмъ русскіе, ободренные успѣхомъ, не хотѣли удо-
вольствоваться тѣмъ, что прогнали японцевъ отъ Бодая, но пре-
слѣдовали ихъ далѣе и атаковали западный и восточный Бак-
ру санъ. Что происходило тутъ — трудно сказать. Оставшіеся въ
живыхъ солдаты 6-й и 10-й бригады разсказывали, что отсту-
пали подъ натискомъ русскихъ черезъ горы Банрусанъ и Шуй-
шіпнскую долину до желѣзно-дорожной насыпи, гдѣ 18-я бригада
остановила движеніе русскихъ. Отступая они захватили съ собою
и полки Осака. Русскіе продолжали преслѣдованіе, пока не до-
шли до желѣзной дороги, гдѣ встрѣтили дружный отпоръ не
только со стороны тѣхъ войскъ, которыя были ими отбиты отъ
Бодая, но и со стороны свѣжихъ силъ 18-й бригады 9-й дивизіи,
которая въ эту ночь не была въ дѣлѣ. Русскіе спѣшно отсту-
пили въ Банрусанскіе форты. Неизвѣстно, былп-лп оба форта
совершенно очищены японцами, или тамъ оставались нѣкоторыя
ихъ части, запрятавшіяся въ развалинахъ.
Генералъ Иши-ное самъ говорилъ мнѣ, что онъ не остав-
лялъ Банрусана. Надо, слѣдовательно, полагать, что русскіе, пре-
слѣдуя японцевъ въ Шуйшіинскую долину, прошли не черезъ Бан-
русанскіе форты, а между ними. Хотя русскимъ и не удалось
вновь занять отнятыя у нихъ позиціи, тѣмъ не менѣе надо со-
знаться, что перевѣсъ въ эту ужасную ночь, былъ всецѣло на
ихъ сторонѣ. Оип успѣшно отбили атаку, въ успѣхѣ которой
японцы были почти увѣрены, нанесли японцамъ страшный уронъ
въ людяхъ—послѣдніе насчитывали до 15000 ранеными и уби-
тыми; и на столько обезсилили японцевъ, что въ теченіе цѣлаго
мѣсяца послѣ этого боя они не сдѣлали ни одного нападенія на
русскіе форты, не говоря уже о томъ, что, въ силу происшед-
87
шаго, генералъ Ойяма вынужденъ былъ вступить въ битву съ
генераломъ Куропаткинымъ, окопавшимся въ Ляоянѣ, безъ помощи
третьяго армейскаго корпуса генерала Ноги 1).
Глава X.
Лагерная жизнь японской арміи.
Первая стадія осады закончилась неудачнымъ и отбитымъ
штурмомъ Бодая. Окончилась атака, какъ и слѣдовало ожидать,
почти полнымъ пораженіемъ осаждающихъ, которые пренебрегли
всѣми основными правилами современной военной тактики. Японцы,
не имѣвшіе для своего руководства пи указаній, ни опыта ино-
странныхъ армій при штурмахъ крѣпостей, ни прецендептовъ въ
прошломъ своей страны, на которыхъ могли бы основываться,
какъ безумные бросались на штурмъ такихъ укрѣпленій, одинъ
внѣшній видъ которыхъ, конечно, устрашилъ бы всякое другое
войско. Они расчитывали, что, не разъ уже доказанная, храб-
рость и самоотверженность ихъ пѣхоты замѣнитъ при атакахъ
и техническія приспособленія и осадныя орудія. Обѣ арміи были
такъ измучены непрерывнымъ боемъ послѣднихъ 5-ти дней, что
утромъ 24-го августа чувствовалось словно затишье по всей
линіи. Время отъ времени прогремитъ орудіе, но у японцевъ
былъ такой недостатокъ въ снарядахъ, что о правильной бом-
бардировкѣ не могло быть и рѣчи. Въ битвѣ послѣдней ночи
9-я дивизія разстрѣляла всѣ свои заряды и могла кое-какъ
отстрѣливаться, лишь обирая патроны у своихъ убитыхъ това-
рищей. Эта дивизія, заслужившая названіе «десятаго легіона»
арміи генерала Ноги, почти не существовала, какъ военная еди-
’) Удачное отбитіе этого штурма тѣмъ болѣе знаменательно, что въ штурмѣ
какъ мы видѣли сейчасъ, со стороны японцевъ участвовало 7 полковъ, а со стороны
русскихъ лишь гарнизонъ Китайской стѣны — 2 батальона и 2 роты изъ общаго
резерва. Лрим. перев.
88
ница послѣ ряда, выдержанныхъ ею, битвъ и до укомплектованія
ея, прибывшими изъ Японіи, свѣжими силами, не могла быть
употреблена въ дѣло. Въ слѣдующіе за этими избіеніями дни,
главный вопросъ, мучившій каждаго, былъ вопросъ о раненыхъ,
которые тысячами валялись вокругъ китайской стѣны и грудами
лежали на склонѣ Бодая. Невозможно было даже собрать ихъ:
чувство непримиримой ненависти въ обѣихъ арміяхъ, близость
непріятельскихъ позицій и, болѣе всего, необходимость скрывать
какъ можно тщательнѣе, какъ расположеніе сторонъ, такъ и
средства обороны, дѣлали невозможною мысль о перемиріи для
уборки раненыхъ и погребенія умершихъ.
И такъ 7000 убитыхъ и раненыхъ японцевъ, не считая рус-
скихъ, лежали подъ открытымъ небомъ на небольшомъ простран-
ствѣ земли между враждебными линіями, тогда какъ почти ря-
домъ тысячи ихъ друзей и товарищей готовы были всѣмъ по-
жертвовать, лишь бы оказать имъ помощь. Такова война; но то,
что разсказывали о страданіяхъ раненыхъ, слишкомъ ужасно,
чтобъ описать ихъ.
Нѣкоторые изъ раненыхъ, которые были еще въ состояніи
двигаться, лежали днемъ неподвижно, а съ наступленіемъ ночи
переползали на линію къ своимъ, гдѣ дружескія руки товарищей
перетаскивали ихъ черезъ траншеи, а затѣмъ переправляли въ
госпитали. Многіе раненые но нѣсколько дней безпомощно ле-
жали на глазахъ у товарищей, пока смерть не прекращала ихъ
страданій. Японскіе солдаты часто перебрасывали изъ-за траншеи
неподвижно лежащимъ раненымъ сухари и маленькіе пакетики
рису въ надеждѣ, что тѣ смогутъ подобрать ихъ и утолить го-
лодъ. Многихъ спасала эта помощь, а еще болѣе вода, которую
въ бутылкахъ, лишая тѣмъ себя, перебрасывали имъ товарищи.
Въ темнотѣ ночи небольшіе отряды рѣшались дѣлать вылазки
для спасенія раненыхъ, лежащихъ ближе къ подошвѣ горъ; мно-
гихъ удавалось спасти, но гораздо большее число, лежащихъ выше,
ближе къ русской линіи, погибли мученическою смертью. Офи-
89
церы, даже штабные, часто сопровождали отряды въ ихъ ноч-
ныхъ экспедиціяхъ. Часто во время этихъ вылазокъ, японскіе
отряды сталкивались съ русскими, причемъ тотчасъ же происхо-
дили схватки между врагами: каждая сторона шла на дѣло ми-
лосердія, но не желала признать этого же права за противникомъ.
Большія жары, стоявшія въ августѣ и сентябрѣ на всемъ
Ляодунскомъ полуостровѣ, повліяли на быстрое разложеніе тру-
повъ убитыхъ, и люди, занимавшіе передовыя траншеи, должны
были, помимо прочихъ ужасовъ, страдать отъ трупнаго запаха,
непогребенныхъ товарищей; это было такъ невыносимо, что пол-
ковые врачи стали выдавать часовымъ на передовыхъ постахъ
мѣшки, пропитанные амміакомъ, что давало имъ возможность
нести караулъ, и все таки на нѣкоторыхъ пунктахъ невозможно
было выдерживать болѣе получаса. Такія вредныя, въ санитар-
номъ отношеніи, условія къ счастью не повлекли за собой эпи-
деміи кишечныхъ болѣзней. — Вообще, все время осады случаи
такихъ заболѣваній у японцевъ были весьма рѣдки—думаю, что
всякое иное европейское войско поплатилось бы сильнѣе. Но таин-
ственная болѣзнь, извѣстная подъ названіемъ «бери-бери» унесла
въ теченіе войны тысячи японскихъ солдатъ.
Въ арміи генерала Ноги за іюль, августъ и сентябрь было
около 15 т. случаевъ этой болѣзни, но до сихъ поръ не выяснены
причины, ее вызывающія. Въ мирное время въ Японіи были
произведены опыты въ полкахъ для выясненія свойствъ этой бо-
лѣзни, причемъ оказалось, что ей чаще подвергаются солдаты,
питающіеся преимущественно рисомъ. Врядъ-ли это объясненіе
справедливо, такъ какъ китайцы, живущіе на Ляодунскомъ полу-
островѣ также часто заболѣвали болѣзнью бери-бери, а между
тѣмъ они не ѣдятъ рису, а питаются, главнымъ образомъ, ячме-
немъ и пшеницей^
Главный врачъ военныхъ госпиталей говорилъ мнѣ, что за-
болѣваніе можно предупредить, давая въ пищу солдатамъ кромѣ
рису—пшеницу и свѣжую зелень. Это было извѣстно еще до
90
войны п медицинскій департаментъ, въ предупрежденіе развитія
этой болѣзни въ дѣйствующей арміи, сносился съ коммиссаріат-
скимъ вѣдомствомъ, прося заготовить для продовольствія солдатъ
рису и пшеницы въ равномъ количествѣ. Но коммиссаріатскій де-
партаментъ не согласился съ этимъ предложеніемъ въ виду того,
что доставка рису на поля битвы гораздо удобнѣе доставки пше-
ницы, что и было принято за основаніе при заготовленіи тран-
спортовъ, и только въ іюлѣ, когда уже тысячи японскихъ сол-
датъ, страдая бери-берп, выбыли изъ строя, коммиссаріатскій де-
партаментъ внялъ убѣжденіямъ или, вѣрнѣе, требованіямъ—и
замѣнилъ рисъ пшеницею, послѣ чего число заболѣваній значи-
тельно сократилось. Замѣчено также, что «бери-бери» свирѣп-
ствуетъ особенно во время жаркаго времени года, а ранѣе на-
ступленія холодовъ, уже съ конца сентября, эпидемія прекрати-
лась. Рисъ безусловно представляетъ наиболѣе удобную пищу для
солдатъ въ военное время: во 1-хъ, онъ чрезвычайно портати-
венъ и, во 2-хъ, процентное содержаніе питательныхъ веществъ
въ рисѣ весьма значительно.
Такъ, во время послѣдней войны, не разъ въ теченіе нѣ-
сколькихъ дней солдаты питались исключительно горстью риса,
который они носили въ собственныхъ карманахъ. Отъ риса легко
полнѣютъ, а главное, онъ гораздо менѣе возбуждаетъ жажду,
чѣмъ иная пища, какъ мясо, или сухари, а это весьма цѣнное
свойство въ военное время, да еще въ жаркой странѣ. Кромѣ
того рисъ легко варится и хотя онъ не особенно нравится евро-
пейцамъ самъ по себѣ, но съ приправой масла, ветчины, пику-
лей или соленыхъ сливъ—любимое лакомство японцевъ—стано-
вится довольно вкуснымъ. Если есть возможность снабдить войска
хотя небольшимъ количествомъ мяса, то, сваренное съ рисомъ,
оно гораздо сытнѣе; онъ особенно цѣнится, какъ приправа, когда
ого парятъ съ сухарями, возбуждающими жажду и ломающими
зубы. Странно будетъ, если послѣ опыта послѣдней войны на
Дальнемъ Востокѣ, другія націи не введутъ рисъ, какъ главную
91
пищу въ войскахъ — и, если-бы озаботились еще въ мирное
время, особенно во время маневровъ, пріучать солдатъ ѣсть рисъ,
то это очень пригодилось бы въ случаѣ войны. Достойно вни-
манія и то, что питаніе рисомъ въ войскахъ причиняетъ гораздо
менѣе кишечныхъ заболѣваній, чѣмъ при мясной пищѣ — даже
при самыхъ анти-санитарныхъ условіяхъ, какъ это наблюдалось
при осадѣ Портъ-Артура, гдѣ въ теченіе 6-ти мѣсяцевъ около
100.000 человѣкъ жило въ постоянномъ лагерѣ, гдѣ нечистота
была прямо-таки ужасная.
25-го августа русскіе, очевидно, увѣренные, что пока японцы
ни днемъ, ни ночью, не будутъ атаковать ихъ позиціи, вдругъ
начали, какъ бы вызывающую, бомбардировку.
Они, очевидно, направляли выстрѣлы туда, гдѣ предпола-
гали мѣсто непріятельскихъ батарей, но часто снаряды попадали
и разрывались тамъ, гдѣ ихъ не ожидали, какъ будто ощупью,
отыскивая свою жертву.
Нѣкоторые изъ европейцевъ, прикомандированныхъ къ арміи,
жили въ лагерѣ, раскинутомъ у подошвы горы Хоши-санъ, около
прелестной небольшой долины, орошаемой небольшой рѣчкой. По-
слѣдняя снабжала лагерь водою и представляла на пространствѣ,
многихъ миль единственное мѣсто, гдѣ молено было довольно
удобно выкупаться.
Одналсды солдатъ погналъ двухъ лошадей по долинѣ къ рѣчкѣ
на водопой—вдругъ граната, брошенная наугадъ, ибо видѣть эту
долину съ русской позиціи было невозможно,—разорвалась среди
этой группы и убила одну изъ лошадей, трупъ которой, свалив-
шись въ рѣчку, началъ разлагаться и лишилъ насъ источника
воды для питья; другая лошадь, раненая той же гранатой, пала
на берегу, лишь одинъ солдатъ остался невредимъ.
Подъ вечеръ 25-го августа началось морское сралсеніе за
Портъ-Артуромъ, и пронесся слухъ, что «Новикъ» потопленъ. Ве-
черомъ 26-го саперныя работы, производимыя поперекъ Шуйшіин-
ской долины къ отбитымъ фортамъ западнаго и восточнаго Бар-
92
кусана—были закончены. Съ этого момента не представлялось
уже затрудненія сохранить эти позиціи, хотя русскіе ночыо 27-го
августа все-таки сдѣлали послѣднюю отчаянную и неудавшуюся
попытку снова отбить ихъ.
Вечеромъ 28-го августа мы были свидѣтелями новаго зрѣ-
лища, грознаго -въ своемъ величіи: ужасная гроза разразилась
надъ всею мѣстностью, и въ самый разгаръ грезы, около 4-хъ
часовъ утра, вдругъ вся японская артиллерія стала пускать залпы
въ городъ и по фортамъ, тогда какъ пѣхота въ нѣсколькихъ
пунктахъ начала какъ-бы наступленіе. Непонятно, сь какою
цѣлью была произведена эта демонстрація, развѣ только гене-
ралъ Ноги надѣялся подъ покровомъ грозы — дождь лилъ такъ,
что въ нѣсколькихъ шагахъ ничего не было видно—овладѣть
нѣкоторыми передовыми пунктами. Съ вершины Хоши-сана зрѣ-
лище было величественное: небо озарялось яркимъ блескомъ молніи,
8 сильныхъ прожекторовъ освѣщали мѣстность у подножія фор-
товъ, а безчисленныя гранаты, мгновенными вспышками, еще уси-
ливали своеобразную красоту всей картины. Въ 6 часовъ утра,
не достигнувъ ровно никакихъ результатовъ, и истративъ напрасно
не мало, дорого стоющихъ, зарядовъ, бомбардировка прекратилась,
и обѣ стороны успокоились.
По окончаніи сраженія 24-го августа п до 19-го сентября
въ японской арміи, стоящей передъ Портъ-Артуромъ, было полное
затишье и никакихъ вылазокъ и атакъ не предпринималось, но
зато въ этотъ періодъ времени, японцы съ велпкпмъ усердіемі»
и осторожностью по ночамъ вели тѣ осадныя работы, недоста-
токъ которыхъ такъ сказался при осадѣ Портъ-Артура.
Инженеры спѣшили провести и закончить осадныя траншеи,
доводя ихъ до тѣхъ фортовъ, которые предполагалось атаковать
въ ближайшемъ будущемъ. Съ каждымъ днемъ видъ Шуйшіинской
долины все болѣе измѣнялся—и всякій, кто видѣлъ долину до
начала этихъ колоссальныхъ сооруженій, не узналъ бы теперь
эту мѣстность.
93
Безконечными рядами, то прямо, то зигзагами, тянулись
земляныя траншеи отъ укрѣпленій, занятыхъ японскими диви-
зіями на окружающихъ высотахъ чрезъ Шуйшіинскую долину до
подножія русскихъ фортовъ. Земляныя работы исполнялись, подъ
наблюденіемъ инженеровъ, саперами и солдатами линейныхъ ба-
тальоновъ, которые ретиво старались какъ можно скорѣе закон-
чить проведеніе траншей. По мѣрѣ того, какъ работы приближа-
лись къ русскимъ позиціямъ, работать днемъ становилось все
опаснѣе изъ-за гранатъ и мѣткихъ выстрѣловъ русскихъ часо-
выхъ, которые убивали каждаго, кто только на нѣсколько вер-
шковъ показывался изъ-за мѣшковъ съ пескомъ, покрывавшихъ
траншеи .
Русскія орудія за этотъ періодъ дѣятельно обстрѣливали
японскія батареи и напрактиковались въ мѣткости. Не мало до-
сталось гранатъ и на долю морской японской батареи; японцы
потеряли много людей убитыми и ранеными, причемъ командиру
батареи снесло голову осколкомъ гранаты. 28 августа японское
орудіе было взорвано русской гранатой, при этомъ 20 человѣкъ
разомъ было убито или изувѣчено. Всѣ японскіе госпитали за
это сравнительно спокойное время были переполнены солдатами
и ранеными матросами, доставляемыми съ аванпостныхъ тран-
шей; мнѣ не разъ приходилось наблюдать за ранеными въ
госпиталяхъ и при операціяхъ и долженъ сказать, что видъ ихъ
еще болѣе усилилъ мое удивленіе и преклоненіе передъ этой не-
обыкновенной расой, соединяющей въ себѣ отвагу’ дикаря съ
сообразительностью и разумомъ передовыхъ народовъ. Японцы
переносятъ страданія съ большимъ стоицизмомъ, чѣмъ даже турки.
Медицинскія правила разрѣшали употребленіе хлороформа лишь
при ампутаціяхъ, но за все время войны, мнѣ ни разу не слу-
чилось видѣть, чтобы японскаго солдата хлороформировали. Ни-
когда также не слышалъ я стоновъ раненыхъ при осмотрѣ и
изслѣдованіи ихъ докторомъ за исключеніемъ одного случая,
когда въ восточномъ Банрусанѣ солдатъ, страшно обожженный
ПОРГЬ-АІТУГ'Ь. 7
94
гранатой, громко стоналъ, но онъ былъ въ безсознательномъ со-
стояніи.
Мой пріятель капитанъ Фортескью, аташе Соединенныхъ
Штатовъ при японской арміи, тоже наблюдалъ за японцами въ
сраженіяхъ и ему всегда казалось, что въ первый день японцы
какъ бы не чувствуютъ сильной боли, но потомъ страдаютъ ужасно.
Разъ въ моемъ присутствіи принесли въ одинъ изъ походныхъ
госпиталей двухъ матросовъ съ корабля «Хатцузе», оставшихся
въ живыхъ послѣ того, какъ въ маѣ корабль затонулъ у Портъ-
Артура. Оба были опасно ранены русской гранатой, лопнувшей
на ихъ батареѣ. Одинъ изъ нихъ былъ раненъ въ голову, лѣвую
ногу и голень, но самая страшная рана была въ правомъ бедрѣ,
гдѣ осколокъ гранаты почти въ 27а дюйма засѣлъ между костью
и мясомъ. Когда его положили на операціонный столъ, я пред-
ложилъ ему сигару, онъ съ живостью взялъ ее, но докторъ ска-
залъ, чтобъ онъ ее пока не закуривалъ. Осмотрѣвъ его менѣе
серьезныя пораненія, докторъ приступилъ къ изслѣдованію опас-
ной раны въ бедрѣ. Чтобы извлечь осколокъ, который все еще
оставался въ мышцахъ, докторъ вложилъ руку въ рану, настолько
глубокую, что въ нее вошла вся кисть руки. Во время этой
мучительной операціи матросъ не проронилъ ни слова, но все дѣ-
лалъ какія то движенія рукой, какъ бы ища боковой карманъ
своего платья; докторъ, раздраженный мѣшавшими ему движе-
женіями, спросилъ матроса, что онъ ищетъ и отчего не лежитъ
спокойно. Японецъ отвѣтилъ, и мнѣ перевели его отвѣтъ: «что
онъ хотѣлъ дать вамъ папироску взамѣнъ сигары, которую вы
ему такъ любезно предложили». Пришлось пріостановить опера-
цію и дать раненому исполнить его желаніе.
Вѣжливость японскихъ солдатъ поистинѣ изумительна. При
моемъ посѣщеніи 1-ой дивизіи, расположенной миляхъ въ 15-ти
014, главнаго штаба генерала Ноги, я встрѣтилъ партію япон-
скихъ солдатъ, съ которыми прошелъ нѣкоторое пространство и
угостилъ ихъ папиросами. Они знаками поблагодарили меня и я
95
скоро позабылъ объ этомъ ничтожномъ обстоятельствѣ, какъ
вдругъ нѣсколько дней спустя пришелъ штабной ординарецъ съ
письмомъ отъ одного изъ встрѣченныхъ мною солдатъ, который
воспользовался первой возможностью и выпросилъ позволеніе
пойти въ штабъ, чтобъ поблагодарить меня за себя и товарищей.
До конца августа главный штабъ генерала Ноги занималъ
селеніе Содтайконе въ 7-ми почти миляхъ отъ осадной линіи;
но въ концѣ мѣсяца его выдвинули впередъ въ деревню Шан-
тайку, почти у самой цѣпи холмовъ, занятыхъ японской пѣхотой
и удобно лежащей вблизи желѣзной дороги. Хотя селеніе Шан-
тайка и находилось въ сферѣ непріятельскихъ выстрѣловъ, но
холмы закрывали его со всѣхъ сторонъ. Тѣмъ не менѣе русскіе
неоднократно старались попасть туда изъ орудій, зная отъ ки-
тайскихъ шпіоновъ, что тутъ помѣщается главный штабъ, но
бомбардировка была настолько слабая и рѣдкая, что я удивлялся
почему русскіе не пробуютъ болѣе основательно разрушить кровъ
генерала Ноги х).
Послѣ капитуляціи причина эта была выяснена самимъ ге-
нераломъ Стесселемъ—онъ сознался, что ему дѣйствительно со-
общали китайцы (и, какъ оказалось, справедливо) о мѣстѣ на-
хожденіи главнаго штаба генерала Ноги, но онъ не повѣрилъ
этому сообщенію.
Русскимъ, съ ихъ привычками къ роскоши и комфорту, ка-
залось невозможнымъ, чтобы командующій осадной арміей могъ
жить въ такой близости отъ непріятельской позиціи и почти
подъ самыми крѣпостными орудіями. Стессель думалъ, что гене-
ралъ Ноги съ своимъ главнымъ штабомъ расположился или въ
Дальнемъ или въ другомъ удобномъ селеніи вдоль линіи сооб-
щенія и что онъ оттуда дѣлаетъ распоряженія по телефону, из-
рѣдка посѣщая мѣста расположенія войскъ.
Помѣщеніе, занимаемое генераломъ Ноги и его штабомъ
9 Штабъ геп. Ноги русскимъ былъ не извѣстенъ. Прмлг. п&рев.
7*
96
было болѣе чѣмъ скромно: образъ жизни весьма простъ и могъ
служить примѣромъ достойнымъ подражанія для людей всѣхъ
званій и положеній. Все помѣщеніе генерала Ноги состояло изъ
маленькаго китайскаго домика, съ чисто выбѣленными стѣнами,
раздѣленнаго на двѣ комнаты:—въ одной онъ спалъ, въ другой
работалъ. Позади домика былъ узенькій садикъ и въ немъ одно
единственное большое дерево—большая рѣдкость на Ляодунскомъ
полуоствовѣ, гдѣ деревьевъ почти совсѣмъ нѣтъ. Подъ этимъ
деревомъ въ жаркіе дни генералъ Ноги всегда работалъ: тутъ же
собирались вокругъ него для совѣщаній офицеры штаба. Началь-
никъ его штаба генералъ Идичи жилъ въ одномъ изъ такихъ
же небольшихъ домиковъ, хозяева которыхъ вынуждены были
уйти и уступить свои дома, безъ сомнѣнія не безъ вознаграж-
денія. Другіе штабные офицеры жили по нѣскольку человѣкъ
вмѣстѣ. Владѣльцы домовъ хотя должны были уступить свои
помѣщенія, но имъ не возбранялось жить гдѣ-либо по близости,
занимая сараи, гумна или иныя старыя заброшенныя постройки,
составлявшія эту небольшую деревню или ферму, какъ здѣсь
принято называть ихъ. Поэтому европейцамъ, привыкшимъ къ
совершенно иной обстановкѣ и устройству главныхъ квартиръ при
своихъ арміяхъ, помѣщеніе и образъ жизни генерала Ноги пока-
зался бы черезъ-чуръ скромнымъ. У воротъ фермы ходилъ обо-
дранный, измученный единственный часовой и тучъ же подъ на-
вѣсомъ изъ соломы и кустарника стоялъ цѣлый рядъ лошадей,
всегда готовыхъ для надобностей офицеровъ н ординарцевъ.
Вблизи помѣщался провіантскій отдѣлъ главнаго штаба. Здѣсь
стояли большіе котлы съ варенымъ рисомъ, лежала, битая птица,
иногда коза, или свинья для продовольствія генерала и его штаба.
Войдя въ ворота фермы, передъ вами сразу появлялся домикъ
генерала Ноги, и часто можно было видѣть и его самого, разго
варивающимъ съ кѣмъ-либо изъ офицеровъ.
Въ другомъ углу фермы находилось помѣщеніе для теле-
фона, соединяющаго главный штабъ со всѣми главными пунктами
97
позицій осадной арміи: тутъ же китайскія женщины и дѣти по-
гоняли ослика съ завязанными глазами, приводящаго въ круговое
движеніе жерновъ, размалывающій зерно на обѣдъ. Такимъ обра-
зомъ на небольшомъ пространствѣ были скучены безъ разбора
куры, поросята, козы, деньщики, генералы, женщины и дѣти.
Чрезвычайная простота во всемъ, до сихъ поръ была ос-
новной чертой японскаго характера; это объясняется многими при-
чинами, но прежде всего бѣдностью, съ европейской точки зрѣнія,
высшихъ классовъ населенія Японіи вообще. Гдѣ выше стоящіе
почти всѣ бѣдны, тамъ не можетъ быть и борьбы изъ-за богат-
ства. и внѣшности. Быть бѣднымъ и жить на скромныя сред-
ства не ('.читалось предосудительнымъ и результатомъ такого
взгляда явилась простота, воздержаніе и безпритязательность.
При перевозкѣ войскъ на транспортныхъ судахъ, крейсирую-
щихъ между Японіей и Дальнимъ, и принадлежащихъ Ииппонъ-
Юзенъ-Кейшской компаніи, правительство платило за обѣдъ офи-
церовъ по 5 центовъ золотомъ. Можно-ли себѣ представить по-
сылку англійской арміи въ Южную Африку съ платой капи-
тану судна по 212 пенса за офицерскій обѣдъ.
Въ селеніи Шантайка, каждому предоставлялась полная сво-
бода ходить вездѣ и сообщаться съ штабными офицерами. Первый
разъ встрѣтился я съ генераломъ Ноги въ началѣ августа вскорѣ
послѣ прибытія моего къ арміи. Онъ вошелъ на дворикъ своего
дома, гдѣ ему представились всѣ пріѣхавшіе корреспонденты и
но нѣкоторымъ его замѣчаніямъ сразу было видно, что это не-
заурядная личность.
Вспоминая, какъ часто приходилось испытывать грубые
пріемы обращенія при сношеніяхъ съ разными мелкими оффи-
ціальными лицами и военными чинами на Дальнемъ Востокѣ, по-
ложеніе которыхъ было значительно лишь въ ихъ собственномъ
воображеніи, еще болѣе цѣнишь разницу этого пріема Ноги. Въ
первомъ случаѣ мы встрѣчали людей, которые съ непонятнымъ
злорадствомъ старались оттолкнуть всякаго иностранца, совер-
98
іпенно не скрывая неумѣстнаго чувства недоброжелательности,
роняя тѣмъ уваженіе къ націи, представителями которой они
себя воображали. Въ послѣднемъ же случаѣ можно только съ удо-
вольствіемъ и благодарностью вспоминать мѣсяцы, проведенные
съ человѣкомъ, который, казалось, находилъ особое удовольствіе,
чтобы было хорошо всѣмъ, кто, въ силу обстоятельствъ, былъ
поставленъ въ зависимость отъ него.
По своей внѣшности генералъ Моги—выше обычнаго для япон-
цевъ роста, сложенія не крѣпкаго; его маленькая голова покрыта
щетиной коротко обстриженныхъ волосъ желѣзно-сѣраго цвѣта:
борода сѣрая же, короткая. По формѣ головы, проницательному
взгляду и четырехъ-угольной бородѣ онъ очень напоминаетъ ге-
нерала Улисса Гранта, если же судить по дѣйствіямъ его у
Портъ-Артура, то и понятія его о томъ, какъ должно вести
войну сходны со взглядами знаменитаго сѣвернаго вождя. Хотя
мнѣ не случалось слышать отъ Ноги словъ, приписываемыхъ
Гранту: «Я рѣшилъ покончить войну здѣсь въ теченіе лѣта»,
но онъ именно такъ дѣйствовалъ, и не только въ теченіе лѣта,
но и въ большей части зимы. Мнѣнія относительно цѣлесообраз-
ности продолжительной фронтальной атаки могутъ быть различны,
но, конечно, всѣ сойдутся на томъ, что непреклонная настойчи-
вость, выказанная главнокомандующимъ осадной арміи по истинѣ
изумительна.
Ноги носилъ всегда черный короткій военный мундиръ рас-
шитый спереди, бѣлые кожаные брюки, высокіе французскіе
сапоги и высокую фуражку, присвоенную всѣмъ чинамъ япон-
ской арміи. Одна лишь звѣзда украшала всегда его грудь. Ге-
нералъ Ноги совсѣмъ не обладалъ невозмутимостью, свойствен-
ной вообще японцамъ; напротивъ—онъ часто воодушевлялся, при-
чемъ его жесты и манера говорить выказывали его живую и
полную энергіи натуру.
Память его на числа была изумительна—подобной я не
встрѣчалъ—и всегда, былъ ли то день рожденія его императора,
99
или короля Эдуарда, или годовщина какой нибудь славной битвы,
онъ напоминалъ намъ объ этомъ посылкой изъ главнаго штаба
письма и бутылки шампанскаго, чтобы, по выраженію японцевъ,
«согрѣть намъ руки».
Начальникъ штаба третьей арміи генералъ Идичи былъ чело-
вѣкъ совсѣмъ иного склада: насколько Ноги производилъ прежде
всего впечатлѣніе воина, настолько Идичи, съ очками на носу,
казался ученымъ, профессоромъ, наряженнымъ противъ воли въ
военную форму. Идичи понималъ и говорилъ по англійски, но
не охотно употреблялъ этотъ языкъ.
Въ этотъ періодъ осады я часто посѣщалъ командующихъ
дивизіями и встрѣчался съ большинствомъ бригадныхъ генера-
ловъ японской арміи. Я всегда съ благодарностью буду вспоми-
нать неизмѣнную доброту, вниманіе и заботливость о нашемъ
благосостояніи, выказываемыхъ этими лицами, не смотря на слож-
ныя служебныя обязанности. Они всегда находили время и пого- 4
ворить съ нами и лично показать, что могло быть намъ инте-
ресно въ районѣ ихъ вѣдѣнія. Эта привычка—никогда не дать
замѣтить собесѣднику, что занятъ, или отвлеченъ чѣмъ либо
инымъ, или что торопится и не можетъ удѣлить ему много
времени—свойственна народамъ востока вообще, но особенно раз-
вита у японцевъ. Все равно по какому бы дѣлу и въ какое бы
время—среди ли ночи, или во время сраженія—японскій гене-
ралъ и частный японецъ всегда сядетъ съ вами и выслушаетъ
васъ такъ внимательно, какъ будто ничто иное не занимаетъ
его въ данную минуту и бесѣда съ вами для него самого весьма
интересна. Въ этомъ отношеніи, т. е. въ смыслѣ вниманія и
вѣжливости къ гостю, у нихъ нѣтъ соперниковъ въ цѣломъ
свѣтѣ.
Первое время послѣ неудачной атаки Портъ-Артура власти
недоумѣвали, какъ имъ поступить со всѣми иностранцами, нахо-
дящимися въ качествѣ аташе при арміи. Ихъ первоначальное
намѣреніе было дозволить аташе находиться при фронтѣ арміи,
— 100 —
чтобы быть свидѣтелями послѣдней атаки Портъ-Артура, но разъ,
вопреки ихъ ожиданіямъ, атака не удалась, то и дальнѣйшій
планъ дѣйствій былъ измѣненъ. Если бы отъ насъ теперь потре-
бовали немедленнаго выѣзда въ Японію, то ихъ бѣдственное
отраженіе и тяжелыя при этомъ потери стали бы извѣстны всему
свѣту, а этому то они болѣе всего хотѣли помѣшать. Они не
рѣшались предложить намъ остаться въ Дальнемъ или въ иномъ
пунктѣ на линіи сообщеній, ибо такое предложеніе вызвало бы
среди насъ ропотъ и неудовольствіе, при чемъ большинство
настояло бы на возвращеніи домой, не желая вдали отъ театра
войны попусту терять время. Чтобы выйти изъ этой дилеммы
они остановились на рѣшеніи—можетъ быть и не удовлетвори-
тельномъ съ точки зрѣнія узкой журналистики,—но для насъ,
интересующихся военнымъ дѣломъ и желающихъ изучить его при
наиболѣе благопріятныхъ условіяхъ, наиболѣе пріятномъ.
Они рѣшили позволить, пли вѣрнѣе потребовать, чтобы мы
остались прп арміи съ правомъ все видѣть и вездѣ ходить; намъ
не возбранялось даже принимать участіе въ боѣ, еслибъ мы того
пожелали, но отъ насъ потребовали обѣщаніе, чтобъ мы никуда,
никому и ничего не сообщили о томъ, что происходило. Еслибъ
намъ захотѣлось посѣтить какой либо пунктъ на линіи, мы обя-
зывались явиться въ главный штабъ, къ офицеру, на обязанности
коего были всякаго рода сношенія съ иностранными агентами.
Каждый пунктъ на этомъ обширномъ театрѣ военныхъ дѣйствій,
имѣлъ телефонное сообщеніе съ главнымъ штабомъ генерала Ноги.
Вышеупомянутый офицеръ сообщалъ по телефону въ извѣстный
пунктъ о нашемъ желаніи посѣтить его, а тамъ дежурный офи-
церъ ожидалъ нашего прибытія. Чтобы добраться до дивизіонныхъ
линій, скрытыхъ за кряжами холмовъ, параллельныхъ восточной
части фортовъ, на разстояніи около 1000 ярдовъ, надо было про-
ходить по дорогѣ, идущей чрезъ совершенно открытую мѣстность
Шуйшіинской долины. Тутъ не было рѣшительно никакого при-
крытія отъ русскихъ выстрѣловъ, ибо саперныя работы едва
— 101 —
только были начаты. Особенно дорога, ведущая въ главный штабъ
9-ой дивизіи, носила слѣды дѣйствія русскихъ орудій, направляе-
мыхъ на солдатъ и транспорты; она была буквально изрыта и
изборождена гранатами и походила на кладбище съ вырытыми
и не закрытыми могилами и даже была извѣстна всей арміи
подъ именемъ «дороги усыпанной гранатами».
По окончаніи осады могла бы образоваться компанія съ
хорошимъ дивидентомъ отъ продажи обломковъ желѣза и стали,
покрывающихъ эту опасную дорогу къ 9-ой дивизіи. Всѣ тран-
спорты съ провіантомъ, снарядами и аммуниціей, отправляемые
къ этой дивизіи, должны были слѣдовать черезъ «гранатами
усыпанную дорогу» только подъ прикрытіемъ ночи, чтобъ не
служить удобной мишенью для русскихъ орудій.
Иной разъ можно было пройти этотъ путь, не услыхавъ
не одного выстрѣла, а въ другое время каждыя двѣ—три минуты
слышался грохотъ, словно воздушный автомобиль проносился надъ
головою. Шумъ, производимый громадными снарядами, лета-
ющими надъ головой, до того страшенъ, что его никогда не забу-
детъ тотъ, кто, какъ мы, слышалъ его въ теченіе шести слиш-
комъ мѣсяцевъ и, хотя постепенно привыкаешь къ нему, все
таки чувство ужаса всякій разъ—не менѣе сильно. Участвуя
въ сраженіи, можно въ пылу боя совершенно забыть объ опа-
сности, но когда все кругомъ сравнительно спокойно и вдругъ
но ясному небу надъ головой пронесется такой смертоносный
снарядъ, полетъ котораго никакими силами нельзя ни отклонить,
ни задержать—тогда всякая мысль притупляется, остается лишь
безумное чувство самосохраненія. Никогда человѣкъ не чувствуетъ
себя столь ничтожнымъ, столь безпомощнымъ и безконечно сла-
бымъ, какъ въ моментъ, когда 800-фунтовая масса стали, начи-
ненная взрывчатымъ составомъ, летитъ надъ вами. Когда разры-
ваются эти чудовищныя гранаты новѣйшихъ орудій, то происхо-
дитъ нѣчто неописуемое и на землѣ и кругомъ въ атмосферѣ.
Когда снарядъ падаетъ на нѣкоторомъ разстояніи, то видишь
— 102 —
сначала передъ собою облако дыма и песку, а затѣмъ слышишь
выстрѣлъ. На болѣе близкомъ разстояніи, то и другое ощущаешь
одновременно. Среди клубовъ дыма, смѣшаннаго съ комками
земли и обломками камня, осколки гранатъ разлетаются во всѣ
стороны, какъ бы въ силу собственнаго произвола, а не физи-
ческаго закона, производя при этомъ какой то жужащій звукъ,
за что японскіе солдаты и называютъ ихъ «колибри». Напрасно
пытаются ускользнуть отъ осколковъ при взрывѣ гранаты—
лучше уже спокойно ждать, авось минуетъ бѣда. Осколки попа-
даютъ и за уголъ траншеи плотно пригнанной, отскакивая попа-
даютъ рикошетомъ за уступъ горы, гдѣ человѣкъ считалъ себя
въ безопасности; порою они отлетаютъ въ противоположную сто-
рону, а не туда, куда былъ направленъ выстрѣлъ, или проне-
сутся, какъ ласточки, низко надъ землей. Крупные стальные
осколки производятъ ужасныя пораненія. Они убиваютъ чаще,
конечно, сразу, но нерѣдко отрываютъ руку, ногу, словомъ увѣ-
чатъ человѣка. Л такъ какъ новѣйшая медицина ставитъ глав-
ною своею задачею сохранить человѣку жизнь, то сколько несча-
стныхъ калѣкъ годами влачатъ свое существованіе на горе себѣ
и въ тягость другимъ. При осадѣ Портъ-Артура примѣнялись
всѣ извѣстные роды и калибры орудій: 12-ти, 10-ти, 9-ти и
6-ти дюймовыя орудія; 12-ти и 3-хъ фунтовыя пушки; гаубицы
и шрапнели, не говоря уже о минахъ и ручныхъ гранатахъ.
Въ первую стадію войны, когда у русскихъ были еще большіе
запасы снарядовъ, едва лишь появлялся на этомъ пути фургонъ,
повозка или человѣкъ—немедленно раздавался трескъ русскихъ
орудій. Каждый вершокъ этого несчастнаго пути былъ изученъ
тѣми, кому приходилось часто проходить черезъ него: каждый
низкій холмикъ, небольшая траншея, обломки какого нибудь
домишка, даже просто углубленія и неровности почвы, а лѣтомъ
высокая японская пшеница—все это служило убѣжищемъ, гдѣ
укрывались проходившіе, перебѣгая среди выстрѣловъ отъ одного
пункта защиты до другого. Европейцы и даже японцы часто
— 103 —
спускались по этой «гранатами усѣянной дорогѣ» ползкомъ. Одни
китайцы казались вполнѣ равнодушными къ опасности; мужнины,
женщины и дѣти ихъ всегда проходили прямо среди дороги, не
отступая ни на шагъ въ сторону, чтобъ уберечься отъ шальной
гранаты.
Первый разъ посѣтилъ я передовыя траншеи осаждающей
арміи въ сопровожденіи друга моего г-на Джеральда Моргана въ
сентябрѣ, на пути къ 9-ой дивизіи. Мы прошли мимо 15-го полка
Коби, расположеннаго у желѣзно дорожнаго моста. До насъ ни-
кому изъ европейцевъ не было разрѣшено находиться при самомъ
фронтѣ дѣйствующей арміи и потому наше появленіе произвело
тревогу между собравшимися солдатами, которые насъ приняли
было за русскихъ и успокоились только, когда мы назвали себя.
Старшій офицеръ вышелъ къ намъ и, пригласивъ въ свою па-
латку, угостилъ насъ по японскому обычаю чаемъ, кэками, сла-
стями и папиросами. Поговоривъ съ ними на ломанномъ англій-
скомъ и еще болѣе исковерканномъ французскомъ нарѣчіи, вста-
вляя нѣкоторыя извѣстныя намъ японскія слова, мы разстались
п, пройдя подъ желѣзнодорожнымъ мостомъ, подошли къ мѣсту
стоянки 3-го батальона 12-го полка. Я хотѣлъ было добраться
до вершины невысокаго холма, гдѣ былъ ихъ лагерь, но часо-
вой остановилъ меня и проводилъ къ начальнику батальона,
Шики, одному изъ пріятнѣйшихъ японцевъ, съ которымъ мнѣ
пришлось познакомиться и съ которымъ впослѣдствіи я очень
сблизился. Я думаю, что онъ вынужденъ былъ послать по всѣмъ
окрестностямъ доставать провизію, чтобъ угостить меня прево-
сходнымъ обѣдомъ изъ разнообразныхъ блюдъ. Послѣ обѣда онъ
созвалъ офицеровъ своего батальона, которые занимали насъ раз-
сказами о разныхъ приключеніяхъ и эпизодахъ, которые имъ
пришлось испытать во время разныхъ стычекъ и сраженій, гдѣ
участвовалъ ихъ батальонъ. Японцы охотно разсказываютъ вся-
кія мелочи изъ военной жизни, свои поступки, и иногда и под-
виги на полѣ сраженія, но разсказываютъ просто, откровенно, безъ
— 104 —
тѣни хвастовства. Присутствующіе офицеры товарищи подтверж-
даютъ, подчасъ хвалятъ, и такимъ образомъ я часто проводилъ
вечера, слушая интересные разсказы этихъ удальцовъ.
Маіоръ Шики показывалъ мнѣ свою трѳхсотлѣтнюю саблю
Самурая, которая была исковеркана ядромъ при осадѣ Тайкосана,
а также бинокль, прострѣленный въ тотъ самый моментъ, когда,
держа его въ рукахъ, онъ руководилъ атакой. До поздняго часа
сидѣли мы. бесѣдуя о войнѣ, пока слуга Шики не разложилъ
намъ одѣяла подъ навѣсомъ и мы улеглись.
На слѣдующее утро я просилъ маіора Шики разрѣшить мнѣ
осмотрѣть его траншеи. Онъ сказалъ, что самъ пойдетъ со мною;
мы собрались идти, когда подошла партія рекрутъ, составляю-
щая часть 7-ми тысячнаго корпуса, пришедшаго наканунѣ въ
подкрѣпленіе генералу Ноги. Ихъ оставили на ночь внутри оку-
паціонной линіи, а теперь разсылали по разнымъ батальонамъ.
Шики долженъ былъ остаться, чтобъ принять, осмотрѣть при-
шельцевъ и объяснить имъ ихъ обязанности; поэтому онъ далъ
мнѣ въ провожатые бойкаго солдатика.
Въ то время линія обложенія осаждающей арміи не под-
ходила еше такъ близко къ русскимъ позиціямъ, исключая пунк-
товъ, подходящихъ къ фортамъ восточнаго и западнаго Банруса-
новъ, но военные инженеры съ помощью рабочихъ командъ подъ
покровомъ ночи, усиленно подвигали траншеи впередъ.
Почва Ляодунскаго полуострова мягкая и песчаная, изрѣ-
зана канавами и выбоинами, удобными для стока воды и вообще
хорошо приспособлена для осадныхъ работъ, что, конечно, было
вполнѣ использовано искусствомъ инженеровъ.
На пути моемъ теперь я могъ наблюдать послѣдствія ужас-
ныхъ битвъ, происходившихъ здѣсь въ теченіе нѣсколькихъ не-
дѣль: повсюду были разбросаны разрывавшіеся снаряды, обломки
гранатъ, солдатскіе шинели, ранцы и массы патроновъ, а кое-гдѣ
свѣже вырытыя могилы показывали мѣсто упокоенія русскихъ и
японскихъ воиновъ.
— 105 —
Группы вялыхъ и усталыхъ солдата были разсѣяны по тран-
шеямъ. отдыхая послѣ ночныхъ работъ. Чѣмъ дальше подвигался
я къ фронту, тѣмъ траншеи становились менѣе глубокими и бо-
лѣе замѣтными — результатъ спѣшности и незаконченности ра-
боты. Позднѣе ихъ стали дѣлать гораздо лучше и искуснѣе: глу-
бина ихъ потомъ доходила до 7—8 футовъ, причемъ окопы были
такъ умѣло защищены отъ русскаго огня, что можно было пройти
съ одного конца осадной линіи до другого, на разстояніи отъ
30 до 100 ярдовъ отъ непріятеля, сравнительно безопасно.
Въ тотъ ранній періодъ, о которомъ я говорю глубина тран-
шей была не болѣе 2—3 футовъ и приходилось ползать на чет-
веренькахъ, чтобъ избѣжать пуль русскихъ стрѣлковъ, неусыпно
слѣдившихъ за движеніями японцевъ и не пропускавшихъ случая
подстрѣлить врага. Мѣстами траншеи не сообщались еще между
собою и, чтобы перейти отъ одной къ другой, приходилось или
бѣжать бѣгомъ по открытому мѣсту, пли ползти подъ высокой
пшеницей, которая еще стояла на корню въ долинѣ.
Тутъ я имѣлъ случай наблюдать насколько японцы равно-
душны къ опасности и какъ безпечно они рискуютъ своею жизнью.
Когда я и сопровождавшій меня солдатъ подходили къ незащи-
щенному мѣсту, гдѣ приходилось или перебѣжать стремглавъ, или
обойти, или проползти чрезъ пшеничное поле, онъ непремѣнно
выбиралъ первый, самый рискованный способъ въ надеждѣ, что
быстрота бѣга спасетъ его отъ вражьей пули. Достигнувъ бли-
жайшей траншеи, онъ перепрыгивалъ черезъ нее, попадалъ на
товарищей, которые здѣсь случались и, живо сообщивъ имъ о
своей удачѣ, вмѣстѣ съ ними манилъ меня къ себѣ, или зна-
ками указывалъ мнѣ обходный путь, причемъ всѣ смѣялись, кака»
дѣти. Наконецъ, мы подошли къ самой передней траншеѣ, какъ
разъ напротивъ форта сѣвернаго Кейкваншана, тутъ я встрѣтила»
многихъ солдатъ и одного офицера, которыхъ видѣлъ наканунѣ
поздно вечеромъ. Эта траншея была едва двухъ футовъ съ по-
ловиной глубины, такъ что солдаты принуждены были лежать,
— 106 —
чтобъ укрыться отъ пуль. Такъ какъ въ сущности подобныя
траншеи не предохраняли отъ шрапнелей, то солдаты сдѣлали на
небольшомъ пространствѣ родъ навѣса, чтобъ имѣть хоть какую
нибудь защиту, когда непріятель открывалъ огонь. Наше появле-
ніе вызвало нѣкоторый переполохъ въ траншеѣ, что привлекло
вниманіе русскихъ, которые и пустили въ насъ шрапнелью. Вся-
кій старался забраться подъ навѣсъ, куда и втолкались въ груду
всѣ, кто только успѣлъ протиснуться туда, остальные, менѣе
счастливые, остались на открытомъ мѣстѣ среди смѣха и шутокъ
товарищей. Японцы настояли, чтобъ я раздѣлилъ съ ними ихъ
скудную порцію сухарей и мяса, а главное предложили мнѣ воды,
что было самой большой жертвой съ пхъ стороны, такъ какъ
весь запасъ ея ограничивался бутылками, которыя солдаты несли
съ собою. Великодушіе японцевъ по истинѣ изумительно: они
всегда готовы подѣлиться послѣднимъ съ товарищемъ.
Едва русскіе прекращали залпы мы всѣ спѣшили выбраться
изъ подъ навѣса и я могъ осмотрѣться кругомъ.
Впереди приблизительно въ 400-хъ ярдахъ разстоянія воз-
вышался песчанаго цвѣта сѣверный Кейкванпіанскій фортъ, съ
рядами мѣшковъ (съ пескомъ) на верхушкѣ и отверстіями для
стрѣлковъ; еслибы только кто-нибудь изъ насъ выглянулъ изъ
за траншеи, то въ него немедленно была бы пущена пуля. Японцы
также упражнялись въ обстрѣливаніи русскихъ, такъ что пули
летали постоянно меледу враждующими сторонами. Русскіе, знав-
шіе лучше разстояніе выстрѣла, стрѣляли мѣтко, попадая всегда
на бортъ траншей, осыпая людей пескомъ и пылью. Иногда япо-
нецъ клалъ фуралску на бортъ траншеи, поверхъ мѣшковъ съ
пескомъ, чтобы привлечь на нее выстрѣлъ русскихъ, а товарищи
его въ то же время черезъ отверстія для прицѣла стрѣляли въ
форты. Громадное количество холщевыхъ мѣшковъ присылалось
изъ Японіи на передовые окопы, здѣсь они наполнялись землей,
взятой изъ траншей, и укладывались рядами по передней ея
сторонѣ такъ, чтобы оставались отверстія для стрѣльбы. Чѣмъ
— 107 —
болѣе выбиралось земли—тѣмъ болѣе набивалось ею мѣшковъ,
ряды которыхъ возвышались одинъ надъ другимъ, пока глубина
траншеи не достигала до 7—8 футовъ, а ширина 4—5 футовъ.
Въ этотъ періодъ 9-я дивизія, занимавшая эту позицію, теряла
въ среднемъ 30 человѣкъ убитыми и ранеными отъ огня бли-
жайшихъ позицій. Каждый полкъ дежурилъ на линіи въ теченіе
24 часовъ и затѣмъ смѣнялся другимъ, причемъ смѣны проис-
ходили всегда съ наступленіемъ ночи.
Для меня интересъ Портъ-Артура заключался главнымъ
образомъ въ большомъ разнообразіи его окрестностей и одна изъ
болѣе занимательныхъ моихъ экскурсій была въ Шуйшіинскую
долину, отбитую у русскихъ въ ночь на 20 августа. Отправился
я туда съ г. Джеральдомъ Морганомъ, но попасть туда было не
легко, такъ какъ у русскихъ было 4 люнета съ южной стороны,
а слѣва фортъ Куропаткина, который обстрѣливалъ дорогу, ве-
дущую въ селеніе Шуйшіинъ. Чтобы добраться до него надо
было избѣгать большой дороги и прокрадываться стороною, укры-
ваясь въ каждой ямѣ, канавѣ и между колосьями высокой пше-
ницы; дойдя такимъ образомъ до первыхъ построекъ можно было
улицей достигнуть траншей, которыя японцы устроили вдоль
южной стороны противъ русскихъ люнетовъ, къ которымъ они
постепенно придвигали свои окопы, приготовляясь къ скорой
атакѣ.
Намъ удалось добраться до селенія, не обративъ на себя
вниманія русскихъ стрѣлковъ. Тута мы встрѣтили нѣсколькихъ
солдата 3 полка, которые разрушали сохранившіеся еще дома и
уносили деревянный матеріалъ на отопленіе и на покрытіе тран-
шей. Они указали намъ самый безопасный проходъ черезъ де-
ревню; проходъ этотъ шелъ черезъ рядъ полуразрушенныхъ до-
мовъ и садиковъ, открытыя мѣста которыхъ были защищены
камнемъ и досками. Всюду видны были слѣды ужаснаго разру-
шенія и это прелестное селеніе, служившее до войны какъ бы
лѣтней резиденціей для Порта-Артурскаго гарнизона теперь пред-
— 108 —
ставляло нашимъ взорамъ развалины построекъ частью сожже-
ныхъ, частью насквозь пробитыхъ ядрами, съ сорванными кры-
шами или обгорѣлыми отъ дѣйствія перекрестнаго огня, кото-
рому подвергались во время неоднократныхъ атакъ и контръ-
атакъ. Сады были взрыты или вытоптаны сражающимися и
убитые зарывались тутъ же. Повсюду валялись предметы до-
машняго обихода: разбитые горшки, сломанная мебель и кухон-
ная посуда. Не смотря на это, селеніе Шуйшіинъ все же пред-
ставляло не дурной пунктъ для стоянки полковъ, здѣсь они
могли и размѣститься и укрыться въ развалинахъ и, конечно,
гораздо удобнѣе и безопаснѣе, чѣмъ въ траншеяхъ, гдѣ они кое-
какъ жались, не защищенныя ни отъ пуль, ни о'гъ жгучаго
солнца. Въ концѣ деревни было устроено плотно сложенное, за-
щищенное непроницаемыми стѣнами и крѣпкой крышей помѣ-
щеніе для полкового командира и его штаба.
Во время кампаніи полковникъ обыкновенно живетъ въ
одномъ помѣщеніи со своимъ адъютантомъ и полковымъ фельд-
фебелемъ, который и исполняетъ при немъ обязанности ординарца
когда не обязанъ состоять при знамени. Обыкновенно тутъ же
находятся нѣсколько запасныхъ нестроевыхъ офицеровъ, которые
исполняютъ порученія штаба и ведутъ всю канцелярскую пере-
писку. Прочіе офицеры живутъ отдѣльно съ своими частями.
Дежурный офицеръ сначала довольно сдержанно принялъ меня
и моего друга, такъ какъ не зналъ совершенно кто мы и заподоз-
рилъ въ насъ русскихъ шпіоновъ.
Тѣмъ не менѣе съ присущими японцамъ гостепріимствомъ
и вѣжливостью онъ пригласилъ насъ войти и предложилъ чаю
и папиросъ. Къ сожалѣнію ни онъ, ни бывшіе при немъ не
знали ни французскаго, ни англійскаго языка и разговоръ со-
всѣмъ не клеился. Незамѣтнымъ для насъ образомъ полковникъ
телефонировалъ въ главный штабъ, спрашивая кто мы и, полу-
чивъ удовлетворительный отвѣть, успокоился. Вскорѣ явился
какой-то поручикъ, старый не по чину, прекрасно говорившій
— 109 —
по-англійски, хотя съ американскимъ акцентомъ, и сдѣлался на-
шимъ переводчикомъ. Онъ объяснилъ намъ, что ранѣе служилъ
въ арміи и до объявленія войны ушелъ въ запасъ и велъ дѣла
съ какой-то американской фирмой въ Іокогамѣ, теперь же снова
былъ призванъ подъ знамена.
Полковникъ предложилъ намъ позавтракать съ нимъ, изви-
няясь, что не можетъ предложить ничего, кромѣ сухарей и са-
хару; «мой полкъ», — прибавилъ онъ,—«уже цѣлый мѣсяцъ пи-
тается лишь сухарями и изрѣдка мясными консервами, такъ
какъ непріятельскій огонь не пропускаетъ ни одного транспорта
черезъ долину и я каждый день посылаю небольшой отрядъ сол-
датъ, которые на себѣ приносятъ необходимую пищу для осталь-
ныхъ. Завтракаемъ сухарями съ сахаромъ, а ужинаемъ консер-
вами и сухарями. Но ради гостей сдѣлаемъ исключеніе и уго-
стимъ васъ мясными консервами за завтракомъ». Чай, конечно,
дополнялъ завтракъ, и гостепріимный полковникъ вытащилъ
откуда-то одну коробку японскихъ конфектъ, а другую — съ кэ-
ками, присланными ему заботливой семьей изъ Японіи. Я въ
свою очередь угостилъ его хорошей сигарой и мы пріятно про-
вели время. Пока мы завтракали, русскіе открыли огонь по на-
правленію къ деревнѣ и одна граната угодила какъ разъ на
крышу помѣщенія, гдѣ мы находились, къ счастью не причи-
нивъ вреда.
Послѣ завтрака мы попросили и получили разрѣшеніе осмо-
трѣть передовыя траншеи къ югу отъ деревни, и полковникъ
послалъ съ нами упомянутаго уже поручика, говорящаго по-
англійски. Мы прошли мимо многочисленныхъ домовъ, которые
всѣ оказались прострѣленными русскими и во весь этотъ день
русскіе не переставали выпускать свои снаряды. Немного не
доходя до сторожевыхъ постовъ мы очутились на открытомъ
мѣстѣ, гдѣ почти на протяженіи 40 ярдовъ шли подъ навѣсомъ
изъ тонкихъ досокъ, который легко могъ быть пробитъ ядромъ.
Проводникъ нашъ разсказалъ намъ, что этотъ деревянный на-
пот-лртт. 8
— по —
вѣсъ былъ устроенъ во избѣжаніе труда копать еще траншею
а русскіе принимая его издали за прочно выстроенную стѣну около
8-ми футовъ вышины никогда и не мѣтили свои выстрѣлы въ нее.
Передовая траншея на южной сторонѣ деревни была устроена
весьма прочно, со множествомъ отверстій для стрѣльбы; въ ней
помѣщалась пѣхота. Русскіе часто обстрѣливали японскія рабочія
команды, особенно во время ихъ ночныхъ работъ. Еще немного
далѣе японскіе саперы спѣшно производили новые окопы не смотря
на близость русскихъ, которые донимали ихъ не только ружей-
ными выстрѣлами, но даже направили на этотъ пунктъ большое
орудіе. Но инженеры и саперы продолжали хладнокровно дѣлать
свое дѣло, словно они находились не подъ пулями врага, а на
маневрахъ въ Японіи. Время отъ времени русскіе снова прини-
мались обстрѣливагь деревню и отъ ихъ выстрѣловъ часто, то
тутъ, то тамъ рушилась крыша дома и прикрывала спящихъ
японцевъ, а они, если между ними не оказывалось убитыхъ,
мѣняли мѣсто и снова засыпали, такъ сильна была привычка
къ непрерывной стрѣльбѣ.
Ничто не можетъ быть такъ интересно, какъ видъ селенія,
бывшаго сценой продолжительной битвы. На возвратномъ пути
изъ Шуйшіина мы привлекли было на себя вниманіе русскихъ
стрѣлковъ, которые, проснувшись, вздумали было попрактико-
ваться на насъ, пользуясь вечерней прохладой. Когда мы благо-
получно миновали линію ихъ прицѣла и дошли почти уже до
морской батареи, русскіе принялись бомбардировать ее, но вы-
бѣжавшій къ намъ на встрѣчу матросикъ съ Хатцузэ, затащилъ
насъ за батарею, гдѣ мы и укрылись.
Генералъ Цушія, начальникъ 11-й и генералъ Ошима, на-
чальникъ 9-й дивизіи,—оба были особенно внимательны къ ино-
странцамъ, что доставляло намъ большое удовольствіе при посѣ-
щеніи ихъ дивизій.
Чтобы добраться до главной квартиры 9-й дивизіи необхо-
димо было спуститься по дорогѣ, «усѣянной гранатами», пройти
— 111 —
подъ желѣзнодорожнымъ мостомъ и съ подвѣтренной стороны,
мимо ряда низкихъ холмовъ, прикрывающихъ лагерь пѣхоты, по-
дойти къ помѣщенію генерала и его штаба.
Японскій лагерь можетъ служить нагляднымъ образцомъ
того, какъ на самомъ ограниченномъ пространствѣ размѣстить
съ наибольшимъ удобствомъ большое число людей. Понятно, что
въ виду русскаго огня приходилось всѣмъ держаться какъ можно
ближе къ предгоріямъ, иначе гранаты орудій по горизонтальной
проэкціи могли пролетать черезъ низкія горы и разрываться какъ
разъ близь подошвы ихъ среди пѣхоты, тутъ расположенной. По-
этому на скатахъ горъ были сдѣланы террасы въ нѣсколько ярусовъ
а на нихъ для защиты отъ солнца и дождя низкія палатки изъ
вѣтвей, такія же, какъ дѣлались въ Южной Африкѣ. Ближе къ
вершинѣ горы была высѣчена болѣе просторная терраса и тутъ
помѣщались палатки батальонныхъ командировъ и ихъ штам-
бовъ. Эти палатки были сдѣланы изъ досокъ, сучьевъ и цыно^-
вокъ, покрыты брезентами и были до 4-хъ футовъ вышины.
У японца, гдѣ бы онъ ни былъ, всегда оказывается ци-
новка. Какъ это они устраиваютъ прямо непонятно, запасъ ихъ,
повидимому, неистощимъ и при всякихъ условіяхъ времени и
мѣста вамъ предложатъ лечь отдохнуть на эту неизбѣжную при-
надлежность японской культуры. Ихъ палатки во время стоянки
передъ Портъ-Артуромъ были покрыты циновками, стѣны сна-
ружи и внутри были обтянуты ими же, что придавало палаткѣ
свѣжій и чистый видъ; на полу въ красивомъ безпорядкѣ были
постланы всевозможныхъ цвѣтовъ коврики и, иногда, разложены
подушки. Вдоль стѣнъ стояли небольшіе сундучки съ вензелями
владѣльцевъ ихъ, обитателей палатки, въ которыхъ хранилось
все ихъ добро; сундучки были такъ малы, что 4 такихъ могли
помѣститься на хребтѣ осла пли пони. Никому не дозволялось
войти въ эту священную обитель убогой чистоты иначе, какъ
снявши обувь, взамѣнъ которой вошедшему предлагали туфлы
или предоставлялось оставаться съ носками на ногахъ.
8’
— 112 —
Когда вы спокойно сидите въ такой палаткѣ, обмахиваясь
вѣеромъ, предложеннымъ вамъ любезнымъ хозяиномъ, въ то
время, какъ одинъ деньщикъ подноситъ вамъ конфеты и кэки,
другой — папиросы и чай въ миніатюрныхъ чашечкахъ, трудно
представить себѣ, что находишься въ какой нибудь тысячѣ ярдовъ
отъ пушекъ сильной непріятельской крѣпости. — можно скорѣе
подумать, что внезапно очутился на какомъ-то школьномъ пик-
никѣ. Но вдругъ пронесется надъ головой граната и нарушитъ
эту пріятную иллюзію, или ядро сорветъ легкую крышу, подъ
которой вы благодушествовали, или тамъ внизу свиснетъ пуля
и кучка солдатъ не досчитаетъ товарища.
Генералы, офицеры и солдаты всѣ живутъ въ одинаковыхъ
условіяхъ, хотя, конечно, нижніе чины не всегда могутъ имѣть
циновки, чашки и другія маленькія прихоти. Помѣщеніе диви-
зіоннаго генерала нѣсколько больше помѣщенія полковаго офи-
цера, и у этого оно немногимъ больше, чѣмъ у нижняго чина
и такъ все въ Японіи: чинъ и мѣсто занимаемое японцемъ всегда
могутъ быть опредѣлены,—напримѣръ, размѣромъ его визитныхъ
карточекъ. Всѣ вышеописанныя палатки имѣли еще одну общую
черту — ни въ одной изъ нихъ нельзя было встать, — если кто
желалъ выпрямить свои члены долженъ былъ выйти наружу.
Нѣсколько походныхъ палатокъ были распредѣлены по всѣмъ
дивизіямъ, онѣ служили для храненія запасовъ, для нуждъ штаб-
ныхъ офицеровъ, для офицерскихъ собраній и разныхъ иныхъ
общихъ цѣлей. Походныя палатки, употребляемыя въ японской
арміи сдѣланы изъ мягкой парусины: въ срединѣ ея укрѣплялся
стальной шестъ, состоящій изъ двухъ частей, входящихъ одна
въ другую. Палатки эти значительно больше тѣхъ, что употреб-
ляются въ британской арміи, но не смотря на большій размѣръ,
онѣ гораздо легче англійскихъ; но этимъ и ограничиваются ихъ
преимущества, ибо раскинутыя — онѣ недостаточно устойчивы, а
ихъ слишкомъ тонкая парусина не достаточно защищаетъ отъ
солнца; вѣтеръ и пыль легко проникаютъ внутрь черезъ сво-
— 118 —
бодио развѣвающіеся края покрышки, а тонкій стальной шестъ
гнется даже при небольшомъ вѣтрѣ и чаще всего замѣняется
евѣже-вырубленпымъ деревяннымъ коломъ. При каждой дивизіи
имѣлась небольшая лавочка, гдѣ можно было покупать мыло,
папиросы, конфеты, разнаго рода бисквиты, саки и пиво, а
также разныя принадлежности одежды включая бараньи шкуры.
Для холодной погоды, перчатки, наколенники, носки, рубашки,
сапоги, туфли, циновки, фуражки и платки. Болѣе предпріимчи-
вые заводили иногда- торговлю около дивизій и отвлекали часть
барышей въ свою пользу. Китайцы торговали преимущественно
папиросами, пивомъ, спичками, китайскимъ виномъ (страшно
сладкимъ, но очень цѣнимымъ японскими солдатами); кромѣ
того, у нихъ раскупали громадное количество маленькихъ корич-
невыхъ пирожныхъ изъ муки и сахара, очень пахучихъ, напоми-
нающія воздушное пирожное. Соль, перецъ, маргаринъ и разные
консервы можно было получать по умѣреннымъ цѣнамъ изъ
Дальняго.
Японцы весьма чистоплотны; у какой другой націи встрѣ-
тите вы солдата, носящаго съ собою въ походѣ зубную щетку?
Но, повидимому, ихъ личная чистоплотность не распространяется
на другія стороны ихъ жизни и я былъ просто пораженъ, видя
въ какой грязи содержалась вся мѣстность подъ ихъ лагеремъ:
они, напримѣръ, не обращали вниманія на загрязненіе питьевой
воды и я очень часто видалъ, какъ японцы мылись сами и мыли
посуду тамъ же, гдѣ брали воду для питья. Когда я во время
сильной жары жилъ въ лагерѣ подъ Хошсаномъ, японскія вой-
ска расположились по другую сторону небольшой рѣчки, кото-
рая, доставляла намъ питьевую воду, и ими загрязнялась без-
разсудно. Тогда найденъ былъ на днѣ этой рѣчки небольшой,
бьющій клюнемъ, родникъ, — его отвели отъ русла, чтобъ онъ
служилъ исключительно для питья, но японцы, къ нашей до-
садѣ все-таки приходили къ роднику и мыли въ немъ свои
чарки, загрязняя его такъ, что мы вынуждены были поставить
— 114 —
часового, чтобы оберегать его. Я упоминаю объ этомъ фактѣ,
но было много другого въ томъ же родѣ, что всегда поражало
меня.
Остатки пищи и рису валялись повсюду—не было никакого
приспособленія, чтобы вымыться. Мнѣ никогда не случалось ви-
дѣть такую нечистоту вблизи жилья. Во всякой арміи отсутствіе
чистоты вызвало бы, конечно, эпидемію желудочныхъ заболѣва-
ній, но между японцами такіе случаи бывали рѣдки, хотя несо-
мнѣнно, что столь антигигіеничныя условія были причиной из-
вѣстнаго распространенія дизентеріи и бэри-бэри въ лагерѣ.
Когда я въ первый разъ посѣтилъ главную квартиру 11 -й ди-
визіи я былъ представленъ генералу Цупіія, котораго засталъ
сидящимъ въ шалашѣ изъ циновокъ въ бесѣдѣ со своимъ на-
чальникомъ штаба. Цушія былъ высокало роста, плотнаго сложе-
нія, съ большой головой—онъ пригласилъ меня позавтракать съ
йимъ и штабными офицерами; эти послѣдніе на дѣйствительной
службѣ живутъ весьма просто, питаясь почти тѣмъ же, что и
нижніе чины съ небольшимъ лишь добавленіемъ. При главной
квартирѣ каждой дивизіи имѣлся поваръ, взятый у одного изъ
полковъ, а потому въ случаѣ надобности молено было всегда
имѣть хорошій обѣдъ.
Генералъ Ошима, начальникъ 9-й дивизіи, былъ особенно
привѣтливъ съ иностранцами и любилъ похвастаться передъ ними
всѣмъ, что было взято японцами у русскихъ, показывая гостю:
орудія, пулеметы, мины, разныя гранаты, прожекторы, ружья и
даже музыкальныя инструменты, которые изрѣдка находили въ
отбитыхъ у русскихъ позиціяхъ.
Генералъ Ошима имѣетъ внѣшность нѣсколько суровую; онъ
не высокаго роста, съ черными, какъ уголь волосами и съ за-
крученными кверху—какъ у Вильгельма ІІ-го усами; у него по-
разительно острый проницательный взглядъ, но въ общемъ на-
ружность его аристократична. Безъ сомнѣнія онъ одинъ изъ са-
мыхъ выдающихся генераловъ японской арміи и его дивизія въ
— 115 —
теченіе всей войны не знала неудачи. Ошима командовалъ 9-й
дивизіей 7 лѣтъ до начала войны: за все это время онъ довелъ
свои войска до возможно высокой степени совершенства и теперь
оплакивалъ гибель своихъ старыхъ солдатъ, убитыхъ, или выбыв-
шихъ изъ строя во время августовскихъ атакъ.
Въ эти нѣсколько дней онъ увидѣлъ гибель результатовъ
семилѣтнихъ усиленныхъ трудовъ, причемъ его хорошо обучен-
ныхъ солдатъ пришлось замѣнить неопытными новобранцами или
резервистами, которые могли храбро сражаться, но сравниться съ
его славными ветеранами не могли. Говоря о 9-й дивизіи не
могу обойти молчаніемъ поручика Гори, адъютанта Ошимы; въ
мирное время онъ служилъ повѣреннымъ въ компаніи образцо-
выхъ маслъ въ Японіи. Онъ прекрасно говорилъ по-англійски;
когда началась война, онъ поступилъ волонтеромъ, былъ прико-
мандированъ къ 7-му полку и скоро попалъ въ штабъ генерала
Ошимы. Мы съ товарищемъ провели много пріятныхъ часовъ въ
его обществѣ и всегда онъ былъ готовъ сдѣлать все, отъ него
зависящее, чтобъ помочь пли угодить намъ.
Пораженіе японцевъ въ ночь 23 августа несомнѣнно было
слѣдствіемъ отказа 8-го, Осака-Коби, полка (входящаго въ со-
ставъ 9-й дивизіи) двинуться въ атаку; штабъ этой дивизіи въ
донесеніи своемъ объ этомъ, высказался съ величайшей горечью
о такомъ поступкѣ. Генералъ Ноги отозвалъ полкъ за линіи дѣй-
ствій и размѣстилъ его у подошвы Хошеина, гдѣ онъ оставался
нѣсколько недѣль, въ продолженіе которыхъ люди должны былп
каждый день, отъ 6 до 8 часовъ, подъ палящимъ солнцемъ быть
на ученьи и упражняться въ атакѣ. Послѣ чего полкъ былъ
раскассированъ на небольшіе отряды и посланъ вдоль линіи сооб-
щеній для охраны желѣзной дороги.
Нѣкоторая часть была отослана въ Дальній для разгрузки
транспортовъ. Въ Японіи весьма строго относятся къ проступ-
камъ противъ военной дисциплины и положеніе этихъ несчаст-
ныхъ было очень тяжело, особенно въ первое время; но когда
— 116 —
мѣсяцы проходили, и, по охраняемой ими линіи, войска не воз-
вращались, а провозили лишь изувѣченныя тѣла ихъ товарищей,
они могли утѣшиться тѣмъ, что сами живы и могутъ еще на-
дѣяться вернуться на родину.
Глава XI.
Возобновленіе наступленія.
Въ половинѣ сентября генералъ Ноги былъ готовъ начать
наступательныя дѣйствія на Портъ-Артуръ, такъ какъ осадныя
работы были почти закончены.
Новыя атаки предполагалось повести не на постоянную цѣпь
фортовъ на горахъ, составляющую главную линію обороны, а на
передовыя укрѣпленія, которыя отбили предыдущія атаки и пре-
граждали путь, по которому осадныя параллели могли быть про-
должены до постоянныхъ фортовъ. Новый планъ военныхъ дѣй-
ствій Ноги дѣлился на три самостоятельныхъ атаки противъ от-
дѣльно лежащихъ пунктовъ на растянутой непріятельской линіи.
1) 1-я дивизія, наступая съ востока, должна была выбить
русскихъ изъ позицій на 2-хъ послѣднихъ высокихъ вершинахъ
горъ: Метръ-Ранжъ, Намакояма и 203-хъ метровой горы. На-
сколько было извѣстно японцамъ укрѣпленія эти состояли изъ
обычныхъ земляныхъ блиндированныхъ сооруженій, брустверовъ
съ бойницами, а у подошвы—проволочныхъ загражденій.
Съ вершины Намакояма поверхъ ретраншаментовъ грозно
смотрѣли жерла двухъ большихъ орудій, какъ бы напоминая,
что русскіе особенно оберегаютъ это укрѣпленіе. Что касается
горы 203-хъ метровъ, то объ ея силахъ и укрѣпленіи ничего не
]) Намокояма—гора Длинная.
— 117 —
было извѣстно. Цѣлью дѣйствій 1-й дивизіи было выбить рус-
скихъ изъ этихъ двухъ позицій и заставить ихъ отойти за линію
восточныхъ укрѣпленій подъ прикрытіе Таянкоу и Ицусана.
2) Третій полкъ 1-й дивизіи былъ расположенъ въ Шуй-
шіинской деревнѣ съ момента занятія ея японцами въ ночь
20 августа. Я уже упомянулъ ранѣе, что тутъ люди были
спѣшно заняты проведеніемъ траншей къ 4-мъ редутамъ или
люнетами на южной части селенія, занятымъ русской пѣхотой.
3) Третье наступленіе должно было быть выполнено 18-й
бригадой 9-й дивизіи на фортъ Куропаткина 2), а въ случаѣ
успѣха и далѣе на укрѣпленіе Ліученъ.
Главная трудность въ исполненіи начертаннаго плана напа-
денія на четыре Шуйшинскихъ редута, фортъ Куропаткина и
Ліученъ а) заключалась въ томъ, что всѣ этп укрѣпленія ле-
жали на ровной низменности какъ разъ подъ, жерлами пушекъ,
стоящихъ на стѣнахъ постоянныхъ фортовъ, а, слѣдовательно,
подъ самымъ сильнымъ дѣйствіемъ ихъ губительнаго огня. Еслибы
японцамъ удалось овладѣть означенными укрѣпленіями; то распо-
ложенный въ Шуйшіинѣ квадратъ редутовъ разсыпался бы не-
сомнѣнно, какъ колода картъ, а русскіе остались бы безъ воды,
такъ какъ японцамъ ничего не стоило бы отрѣзать путь къ
пунктамъ водоснабженія.
Всѣ три атаки назначены были на 19-е сентября, причемъ
11-я дивизія, въ помощь 1-й и 9-й дивизіямъ, должна была
сдѣлать демонстративное движеніе къ востоку, чтобы отвлечь
туда вниманіе осажденныхъ. Такъ какъ атаки на Намакояму и
203-хъ метровую гору было важнѣйшими изъ трехъ или, вѣр-
нѣе, болѣе трудно выполнимыми въ смыслѣ удачи предпріятія,
то мы и рѣшили слѣдовать туда за японцами, а затѣмъ вер-
нуться къ редутамъ.
-’) Фортъ Куропаткина—Водопроводный редутъ. Приы. перевод.
3) Ліученъ—Скалистый редутъ.
Прим. перев.
— 118 —
До сего времени японцы не придавали должнаго значенія
горѣ 203-хъ метровъ въ смыслѣ важнаго пункта обороны Портъ-
Артура. Я думаю они не знали, какой обширный горизонтъ от-
крывался на гавань съ этой горы, и что въ сущности, это былъ
единственный пунктъ, откуда виденъ былъ весь флотъ, а по-
тому и не задавались цѣлью овладѣть такимъ необходимымъ и
важнѣйшимъ укрѣпленіемъ цѣною всякихъ жертвъ. Если въ
сентябрѣ они рѣшились начать атаку съ этой горы, то глав-
нымъ образомъ потому, что съ вершинъ ея можно было наблю-
дать за желѣзной дорогой, проведенной русскими изъ Портъ-
Артура въ Лаотешанѣ, по которой, какъ слышно было, русскіе
не переставали подвозить провіантъ и снаряды. Генералъ Стес-
сель, будто бы не разъ говорилъ, что умретъ въ послѣдней тран-
шеѣ. Зная это, японцы полагали, что эта послѣдняя траншея
будетъ выкопана гдѣ-либо на склонахъ грознаго Ляотешана; от-
того они, желая помѣшать такому намѣренію, рѣшились одолѣть
2ОЗ-хъ-метровую гору, чтобъ дѣйствіемъ орудій съ ея высотъ,
предотвратить концентрацію русскихъ силъ въ Ляотешанѣ. Подъемы
на Иамакояму и 2ОЗ-хъ-метровую гору весьма круты; у первой—
скользкіе травянистые откосы прерываются съ половины горы
на сѣверномъ ея склонѣ каменистымъ грунтомъ, причемъ круп-
ные обломки камня могли бы служить нѣкоторымъ прикрытіемъ
для нападающихъ. На западъ отъ Намакоямы, отдѣленная отъ
него длиною въ 100 метровъ, находится другая гора, взятая
японцами въ августѣ, называемая 174-хъ-метровой горой. Послѣ
занятія ея, японцы укрѣпили вершину, окопали траншеями и
размѣстили батальонъ па западной ея сторонѣ.
На сѣверъ отъ Намакоямы есть еще не высокая гора, за-
нятая также японцами, но открытая огню съ восточныхъ фор-
товъ и съ Намакоямы. Глубокая траншея была выкопана на ея
верхушкѣ, а за нею на невѣроятно узкомъ пространствѣ распо-
ложенъ былъ и держался въ теченіе 3-хъ недѣль одинъ баталь-
онъ 1-го полка. Полковникъ Теруда, старый ветеранъ, участво-
— 119 —
вавшій на своемъ вѣку въ 57 сраженіяхъ, вызвался занять со
своимъ батальономъ этотъ опасный постъ. Онъ говорилъ, что
умретъ около знамени своего полка и цѣлыя три недѣли жилъ
въ траншеѣ па верхушкѣ горы, гдѣ нельзя было отойти на два
фута безъ вѣроятности не быть застрѣленнымъ, довольствовался
солдатскимъ пайкомъ и не позволялъ себѣ ничего болѣе того,
что имѣли солдаты. Легко повѣрить, что съ такимъ команди-
ромъ 1-й полкъ былъ на высотѣ своего призванія.
Японцамъ, какъ это видно изъ расположенія войскъ, не
пришлось дѣлать большихъ переходовъ, чтобъ приблизиться къ
непріятелю—имъ стоило только выйти изъ своей позиціи и че
резъ нѣсколько сотъ ярдовъ очутиться передъ русскими.
Генералъ Матсумура, командиръ 1-ой дивизіи, руководилъ
наступленіемъ съ хорошо защищеннаго редута на вершинѣ горы
въ тысячѣ ярдахъ разстоянія отъ Намакояма. Подъ руками
него были въ дѣлѣ два полка: 1-ый и 15-ый, въ составѣ трехъ
баталіоновъ каждый—образующіе первую бригаду подъ началь-
ствомъ генералъ-майора Ямамото; затѣмъ резервная бригада Коби,
состоящая изъ 1-го, 15-го и 16-го полковъ подъ начальствомъ
генералъ майора Такануши и, вошедшая въ составъ 1-ой дивизіи
съ самаго начала осады, слѣдовательно въ общемъ—15 пѣхот-
ныхъ батальоновъ. Вторая регулярная бригада его дивизіи, со-
стоящая изъ 2-го и 3-го полковъ была направлена противъ Шуй-
шіинскихъ редутовъ.
19-ое сентября былъ очень холодный день: сѣверный вѣтеръ
дулъ съ такой силой, что несмотря на теплую одежду, пронизы-
валъ насквозь. Это было какъ бы первое предостереженіе, что
благопріятное для военныхъ дѣйствій время близится къ концу.
Въ 2 ХІ2 часа дня раздался первый залпъ японской артиллеріи,
а за нимъ одно за другимъ загрохотали 60 орудій, сосредоточи-
вая выстрѣлы на Намакоямѣ и 203-хъ метровой горѣ. Японцы
размѣстили свои орудія такъ, что они не находились подъ вы-
стрѣлами русскихъ пушекъ, часто приводившихъ ихъ въ непри-
— 120 —
годное для дѣйствія состояніе. На правой сторонѣ горы, съ ко-
торой генералъ Матсумура руководилъ атакой находились три
батареи полевой артиллеріи, причемъ всѣ орудія были установ-
лены на невысокомъ склонѣ внѣ непріятельскихъ выстрѣловъ.
За нцми находились нѣсколько морскихъ орудій--длинныя 12 фунт.—
также укрытыя выступомъ горы—а еще далѣе нѣсколько болѣе круп.
ныхъ орудій кажется морскія 4,7 дюйм. Налѣво стояли полевыя гау-
бицы, стрѣлявшія 45 ф. снарядомъ и тоже нѣсколько батарей полевой
артиллеріи. Сначала японцы направили свои силы на нижнія траншеи
Намакоямы и 203-хъ метровой горы, разрушая ихъ простыми сна-
рядами и стараясь выбить оттуда шрапнелью русскую пѣхоту:
когда же русскіе отвѣтили огнемъ, то японцы направили орудія
на вершину горы и скоро заставили смолкнуть русскія орудія.
Одно большое орудіе на Намакоямѣ держалось долго, неутомимо
отстрѣливаясь; оно стояло на виду и не переставало выпускать
клубы бѣлаго дыма долго послѣ то го, какъ прочія орудія смолкли.
На японскій огонь русскіе главнымъ образомъ отвѣчали съ фор-
товъ Портъ-Артура.
Форта Тайюсанъ поддерживалъ особенно ожесточенную паль-
бу и обстрѣливалъ японскія батареи орудіемъ очень большого калиб-
ра, вѣроятно 10-ти дюймовымъ. Скрытыя до сихъ поръ на разныхъ
позиціяхъ орудія меньшаго калибра также начали пальбу такъ,
что самый воздухъ кругомъ дышалъ, казалось, ядрами и огнемъ.
Гора, на которой стоялъ Матсумура, имѣла своеобразное положеніе:
съ обѣихъ сторонъ ея и съ тылу возвышались японскія батареи, а
съ фронта—непріятельскія орудія, такъ что японскія ядра пере-
летали черезъ нее, а русскіе разрывались вокругъ. Большія орудія
на Хакуджи-йокусанѣ стрѣляли снарядами, начиненными обыкно-
веннымъ чернымъ порохомъ и вслѣдствіе этого весь фронтъ скры-
вался изъ глазъ за застилающимъ все вокругъ дымомъ. Что ка-
сается Намакоямы, то онъ отъ дыма рвущихся снарядовъ, подни-
мающихся на воздухъ столбовъ пыли и земли при каждомъ взрывѣ
казался прямо дѣйствующимъ вулканомъ, пары котораго обвола-
— 121 —
кивали гору и совершенно скрывали траншеи на ней; между тѣмъ
гора казалась покинутой, ибо ни одного человѣка не видно было
на ней и даже грозное орудіе наконецъ умолкло.
Русскіе канониры практиковались порядкомъ въ обстрѣливаніи
батареи морскихъ 15-ти фунтов. орудій и въ короткое время 10
выпущенныхъ снарядовъ упали какъ разъ передъ лѣвымъ орудіемъ
батареи. Выдержка японцевъ при стрѣльбѣ прямо изумительна.
Несмотря на сильный огонь, которому они подвергались, эти синія
куртки заряжали и палили съ величайшимъ хладнокровіемъ, вы-
скакивая, въ промежуткахъ между каждымъ непріятельскимъ вы-
стрѣломъ, изъ-за непроницаемыхъ щитовъ, установленныхъ около
орудій и снова прячась за нихъ, когда слышалось приближеніе
новаго ядра. Не всегда удавалось имъ вовремя укрыться и одинъ
снарядъ разорвавшійся надъ самымъ орудіемъ сразу уложилъ трехъ
человѣкъ. Уцѣлѣвшіе солдаты оттащили своихъ товарищей въ зад-
ніе ряды и вернулись къ своему орудію, продолжая стрѣльбу, пока
не велѣно было прекратить временно кононаду, чѣмъ дали время
русскимъ избралъ цѣлью новый пунктъ. Они дѣйствительно стали
обстрѣливать полевую артиллерійскую батарею напротивъ морскихъ
орудій, установленную въ очень удобномъ мѣстѣ на заднемъ склонѣ
пе высокой горы. Сюда, казалось, никакъ не могли попадать сна-
ряды, они разрывались или недолетая, или перелетая позицію—
такъ удачно была она выбрана. Старшій офицеръ ходилъ взадъ и
впередъ около своего орудія, не обращая никакого вниманія на раз-
рывающіяся вокругъ него снаряды, онъ давалъ указанія людямъ
при каждомъ выстрѣлѣ, то поправляя прицѣлъ, то измѣняя напра-
вленіе. Но въ концѣ концовъ, удачно направленный русскими,
залпъ попалъ прямо въ одно изъ орудій и, сбивъ его съ подставки,
сдѣлалъ его негоднымъ къ дальнѣйшему дѣйствію,
До сихъ поръ одна артиллерія принимала участіе въ борьбѣ.
Русскія орудія на Намакоямѣ упорно молчали п никакого признака
движенія и жизни не было замѣтно ни въ траншеяхъ, ни въ реду-
тахъ на вершинѣ его. Въ 6*/2 часовъ послѣ того, какъ бомбарди-
— 122 —
ровна длилась около 4-хъ часовъ безъ перерыва, нѣсколько япон-
скихъ солдатъ, оставивъ небольшую сопку къ сѣверу' отъ Нама-
коямы, гдѣ они скрывались, бросились бѣгомъ чрезъ открытое
пространство по направленію къ каменистому мѣсту, неподалеку
отъ русской позиціи—это 1-й полкъ началъ наступленіе. Пере-
довой отрядъ прошелъ благополучно, ибо японская шрапнель не
позволяла русскимъ выйти изъ траншей,, гдѣ они засѣли, но едва
послѣдніе замѣтили приближеніе 1-го полка, они открыли ру-
жейный огонь по наступающимъ. Но тутъ наступили уже су-
мерки большая часть людей успѣла обогнуть гору и, добѣжавъ
до усѣяннаго камнями пространства, совершенно укрылась за
ними. Между 7-ю и 8-ю часами, когда уже стало темно, боль-
шое количество пѣхоты собралось въ пустомъ пространствѣ за
первой траншеей и люди ждали только сигнала къ наступленію,
Артиллерія, не смотря на темноту, продолжала осыпать гору шрап-
нелью, а огонь взрывающихся снарядовъ поминутно освѣщалъ
ея вершину. На Намакоямѣ не было прожектора, но сильный
свѣтъ съ Ицусана. на милю отдаленнаго, достигалъ туда и какъ
бы помогая товарищу въ бѣдѣ—старался обнаружить дальнѣйшее
движеніе японцевъ; по позиція ихъ, за выступомъ горы, была
такъ удачно избрана, что они остались скрытыми отъ непріятеля.
Болѣе дѣйствителенъ былъ свѣтъ отъ ракетъ, пускаемыхъ
съ 203-хъ-метровой горы: онѣ разсыпались тысячами голубыхъ
звѣздъ надъ прижавшейся къ самымъ скаламъ и камнямъ, пѣ-
хотой, ожидающей съ нетерпѣніемъ сигнала къ нападенію.
Эти скучные часы ожиданія были тяжелымъ испытаніемъ
для солдатъ 1-го полка. Сильный сѣверный вѣтеръ дулъ съ моря,
ни теплая одежда, ни одѣяла не спасали отъ его леденящихъ
порывовъ. Что же должны были претерпѣвать выше, на горѣ,
легко одѣтыя войска, которыя ушли впередъ безъ теплой одежды
и одѣялъ, запасшись только ружьями, да зарядами. Мало-по-малу
кононада затихла и тишина лишь изрѣдка нарушалась отдѣль-
ными выстрѣлами; но въ 1Г часовъ вечера она возобновилась
— 123 —
съ новой силой. Несмотря на прожекторы нельзя было видѣть
то, что происходило. Лишь гулъ выстрѣловъ давалъ знать, что
на горѣ идетъ битва. Дѣйствительно въ И1/2 часовъ адъютантъ
Матсумуры доложилъ ему, что первая траншея взята. Съ раз-
свѣтомъ можно было опредѣлить, что произошло ночью. Поло-
женіе было таково: первый полкъ отбилъ передовую траншею и
занялъ позицію на задней ея сторонѣ, причемъ ночью же люди
успѣли выкопать 3 крытыя траншеи нѣсколько ниже отбитой
ими траншеи. Роты должны были прямо столпиться въ безпо-
рядкѣ, занимая каждый клочекъ пустой земли и все-таки мѣста
было такъ мало, что невозможно было помѣститься на этомъ
пространствѣ почти 2000 человѣкъ, хотя бы и тѣснясь, и по-
тому нѣкоторымъ ротамъ пришлось спуститься книзу на то, по-
крытое камнями пространство, откуда началось наступленіе. Рус-
скіе все еще держались на вершинѣ Намакоямы, подстрѣливая
оттуда каждаго, кто пытался перемѣнить мѣсто, или выйдя изъ
засады, хотя немного расправить свои усталые члены.
Только 80 ярдовъ разстоянія раздѣляли враговъ. Еще не
разсвѣло совсѣмъ, а японскія полевыя орудія уже снова стали
осыпать шрапнелью вышку горы. Эта пальба, повидимому, при-
чиняла вредъ ниже расположеннымъ японскимъ частямъ, такъ
какъ снаряды долетали именно до ихъ позицій. Оно такъ и ока-
залось: ибо вскорѣ одинъ изъ офицеровъ — съ страшной опас-
ностью жизни — бросился на ближайшій холмъ и, развернувъ
большой бѣлый флагъ съ вышитымъ на немъ краснымъ восхо-
дящимъ солнцемъ, сталъ отчаянно махать имъ. Но нѣкоторое
время эти знаки не приводили ни къ чему—вѣроятно стрѣляю-
щимъ трудно было разглядѣть, что происходило внизу и только
когда подняли нѣсколько флаговъ — они были замѣчены и вы-
стрѣлы направлены въ другую сторону.
Все утро положеніе на Намакоямѣ оставалось то-же. Даль-
нѣйшее движеніе японцевъ въ этой части было пріостановлено
съ цѣлью выждать ходъ атаки на 203-хъ-метровую сопку,; 15-й
— 124 —
полкъ занималъ вершины нижнихъ холмовъ на западѣ отъ этой
сопки въ ночь 19-го, но въ 10 ч. утра 20-го сдѣлана была по-
пытка выслать ’/а батальона, чтобъ продвинуться впередъ и за-
катъ пустое мѣсто у подошвъ русской позиціи. Этотъ храбрый
отрядъ съ нѣсколькими офицерами бѣгомъ спустился съ откоса
горы, но такъ какъ они бѣжали тѣсно сомкнутой толпой, то были
почти всѣ какъ бы сметены шрапнелью. Слѣдующіе за ними това-
рищи въ числѣ 50-ти, хотя и бѣжали въ разсыпную, не избѣгли
той же участи, — а кто и уцѣлѣлъ, того прикончили русскіе
стрѣлки. Едва2—3 изъ этихъ храбрецовъ добѣжали до цѣли,
тѣла убитыхъ остались тутъ же на скатѣ горы—грустный па-
мятникъ безполезно потраченной удали.
Неустрашенные гибелью товарищей, два офицера вызвались
выполнить этотъ опасный, и повидимому невозможный переходъ—
изъ обѣихъ армій напряженно слѣдили за ними, громко восхва-
ляя ихъ неустрашимость. Они бѣжали словно кролики. Ядра и
пули падали кругомъ, вздымая столбы пыли вокругъ нихъ, по
они невредимо прошли опасное мѣсто и достигли защищенной
загородки у подножія горы.
Въ 21/2 часа пополудни бомбардировка началась съ разныхъ
сторонъ и прошелъ слухъ, что 1-й полкъ уже вызванъ въ атаку
на вершину Намакоямы и ждетъ только сигнала къ наступленію.
Русская артиллерія тоже начала гремѣть. Незадолго до 5 час.
стало замѣтно движеніе между солдатами 1-го полка—люди стали
выходить изъ своей засады, расправлять усталые члены и
строиться по ротамъ на всякомъ, хотя нѣсколько укрытомъ
клочкѣ земли. Фельдфебеля перекликали и равняли солдатъ,
какъ на парадѣ, офицеры, разбитые на кучки, горячо обсуждали
предстоящую атаку, пожимая другъ другу руки на прощанье.
Полковой командиръ стоялъ въ сторонѣ и его видная фигура
въ черномъ плащѣ — единственномъ въ цѣломъ полку — замѣтно
отличалась отъ прочихъ. Скрестивъ руки за спиной, онъ при-
стально наблюдалъ за вершиной горы.
— 125 —
Нѣсколько офицеровъ, — вѣроятно ротные командиры — по-
дошли къ нему, отдали честь и, поговоривъ не долго, отошли
къ своимъ ротамъ, которыя теперь разстроились и стояли вольно.
Полковой штандартъ, вышитое краснымъ шелкомъ восходя-
щее солнце на бѣломъ полѣ — высоко былъ поднятъ, а вслѣдъ
за нимъ развернули въ каждой ротѣ бѣлые флаги меньшихъ
размѣровъ, но того же рисунка. Все это имѣло внушительный
видъ: солнце освѣщало цѣлый лѣсъ штыковъ и войска, построен-
ныя въ шеренги, съ ружьями на готовѣ, съ напряженно вытя-
нутыми головами, въ ожиданіи приказа заряжать. Многочислен-
ные флаги развѣвались прп крѣпкомъ сѣверномъ вѣтрѣ, а пол-
ковое знамя высоко подымалось передъ полкомъ, словно негодуя
на древко, удерживающее его на мѣстѣ. Въ послѣдній разъ
японцы осыпали шрапнелью вершину Намакоямы — сила огня
была ужасна—это должно было предупредить русскихъ, что свер-
шается нѣчто особенное.
Почти цѣлые полчаса — ужасные для тѣхъ, кто наблюдалъ
за этой сценой и еще болѣе ужасные для тѣхъ, кто въ ней
участвовалъ—солдаты стояли неподвижно, устремивъ все внима-
ніе на крутые склоны, куда имъ предстояло взбираться.
Вдругъ артиллерія смолкла и безъ дальнѣйшаго предупреж-
денія офицеръ, несшій значокъ передовой роты, перескочилъ
черезъ траншею и повелъ роту на гору. За ними двинулись
остальныя, не разсѣянными безпорядочными толпами, но въ
стройномъ порядкѣ, рядами, съ ружьями на прицѣлѣ: офицеры
шли впереди съ саблями на-голо.
Построеніе пѣхоты было таково, какъ оно практиковалось
па войнѣ сто лѣтъ назадъ и что считалось совершенно исчез-
нувшимъ при современномъ способѣ веденія войны.
Двѣ тысячи человѣкъ шли стройными, сомкнутыми карэ,
съ ружьями-штыками впередъ, доказывая теоретикамъ, что ихъ
предположенія на практикѣ часто непримѣнимы. Атакуя горы,
полкъ шелъ двумя ротами по фронту, причемъ рота на правомъ
ПОРТЪ-АРТУРЪ.
9
— 126 —
флангѣ стала, подвигаться къ крупнымъ орудіямъ, а лѣвая стала
огибать гору съ другой стороны. Остальныя роты слѣдовали за
первыми на небольшомъ разстояніи. Каждую минуту можно было
ожидать, что грянутъ орудія сверху и сметутъ передовыя ко-
лонны осаждающихъ, но... такъ, или иначе,—русскіе не видѣли
ихъ приближенія и замѣтили врага, лишь когда онъ подступилъ
къ самымъ окопамъ. Передъ самымъ появленіемъ японцевъ нѣ-
сколько артиллеристовъ выскочили изъ-за траншей и дали вы-
стрѣлъ изъ большого орудія старой системы, но въ ту же минуту
японцы появились уже на вершинѣ и перебили стрѣлявшихъ на
ихъ посту.
Пѣхота, шедшая въ атаку строемъ прошлаго вѣка, должна
была и сражаться оружіемъ, которое употреблялось въ XVIII сто-
лѣтіи на поляхъ Детингена и Фонтенуа.
Когда полкъ добрался до вершины, солдаты перебросили свои
ружья съ правой руки на лѣвую и начали мѣтать нѣчто, похожее
на камни, въ головы изумленныхъ враговъ.
Но изъ этихъ якобы камней поднимался желтый, удушли-
вый, зловѣщій дымокъ, что и открыло хорошо скрытый секретъ:
оказалось, что японцы, кромѣ ружей, были вооружены ручными
гранатами, начиненными динамитомъ.
До сего времени это первобытное орудіе употреблялось только
русскими. У каждаго японскаго солдата было по три такихъ
бомбы, ибо прежній опытъ показалъ, что русскіе остаются въ
траншеяхъ до самой послѣдней минуты, когда люди съ обѣихъ
сторонъ такъ перемѣшаются, что невозможно уже дѣйствовать
ни пулей, ни штыкомъ. Въ виду этого рѣшено было испробовать
устарѣлыя ручныя гранаты.
Русскіе на Намакоямѣ были такъ ошеломлены этимъ не-
ожиданнымъ пріемомъ атаки, что они отступили безъ большого
сопротивленія, но японцы сильно пострадали отъ перекрестнаго
огня съ 2ОЗ-хъ-метровой сопки. Когда это метаніе ручныхъ гра-
натъ достигло наибольшей силы оно производило на зрителя
— 127
впечатлѣніе ада, какимъ онъ изображается на лубочныхъ карти-
нахъ. Намакояма казался огромнымъ котломъ, изъ котораго жел-
тыми клубами поднимался желтый дымъ отъ безчисленныхъ, рву-
щихся бомбъ. Среди этого дыма падали и разрывались снаряды рус-
скихъ и японскихъ орудій; по краямъ дымящагося котла вырисовы-
вались, среди огня и дыма, темныя фигуры японцевъ, то стрѣлявшихъ,
то со штыками нападающихъ на русскихъ, то прицѣливающихся въ
тѣхъ, которые сбѣгали съ горы, причемъ японцы, истощивъ бое-
вые заряды, пускали вслѣдъ русскимъ камни, осколки гранатъ п
обломки утесистыхъ горъ. Вся эта страшная и оригинальная
сцена длилась не болѣе 10—15 минутъ, въ теченіе которыхъ
русскіе были перебиты, или взяты въ плѣнъ, за исключеніемъ
тѣхъ, коимъ удалось достигнуть благополучно горной дороги въ
Портъ-Артуръ.
Заднія роты 1-го полка повернули на право и, обогнувъ
гору, прошли почти вдоль всей Намокаямы, пока вдругъ не по-
пали подъ сильный огонь съ 203-хъ-метровой сопки, остановив-
шій ихъ дальнѣйшее движеніе и вынудившій ихъ спѣшно око-
паться траншеями.
Съ 9-ти до 11-ти часовъ вечера того же 20-го сентября
15-й и 16-й полки атаковали 203-хъ-метровую сопку, но вслѣд-
ствіе наступившей темноты и промежуточныхъ холмовъ нельзя
было видѣть, что тамъ происходило. Незадолго до полночи гене-
ралъ Матсумура получилъ донесеніе, что обѣ вершины этой сопки
заняты японцами, это извѣстіе было подтверждено въ 6 час. утра
21-го сентября, но черезъ часъ уже пронесся слухъ, что перво-
начальное донесеніе ошибочно и только одна изъ нихъ занята
японцами въ предыдущую ночь. Въ дѣйствительности дѣло об-
стояло такъ: японская пѣхота атаковала 203-хъ-метровую гору
тѣмъ же способомъ, какъ Намакояму, но когда японцы подошли
уже къ вершинѣ ея, русскіе, скрытые за окопами и блиндирован-
ными прикрытіями, отбивались упорно; тѣмъ не менѣе они были
выбиты изъ юго-западнаго укрѣпленія въ полночь, что и было до-
9*
— 128 —
ложено генералу Матсумурѣ, но отбить сѣверо-восточное укрѣпле-
ніе японцамъ не удалось, такимъ образомъ, японцы заняли одну
сопку, а русскіе остались на другой. Въ теченіе дня 21-го сен-
тября русскіе пускали въ дѣло всякое мало мальски годное ору-
діе, разрушая взятую японцами позицію и производя сильное
опустошеніе между ними. Сила этого огня такова, что 5О°/о тяж-
кихъ пораненій и смертей надо отнести къ дѣйствію разрывныхъ
снарядовъ, а общая потеря убитыми и ранеными доходила до 3000
человѣкъ. 22-го числа генералъ Матсумура рѣшилъ, что не мо-
жетъ долѣе держаться на взятой позиціи, вслѣдствіе чего вся
203-хъ метровая гора была оставлена японцами и они удержали
только Намакояму. Это былъ обидный ударъ для генерала Ноги,
такъ какъ онъ разсчитывалъ, занявъ 203 метров. сопку, бом-
бардировать съ нея Итусанъ, а также обстрѣливать дорогу на
Лаотешанъ. Эта неудача повела къ существенному измѣненію его
плана и рѣшенію оставить пока атаку на 203 метров. холмъ и
сосредоточить атаку на другой пунктъ. Атаку на крайнемъ за-
падѣ надо считать вполнѣ неудавшейся, и хотя была взята Намако-
яма, но позиція эта не имѣла значенія пока 20.3-хъ метровая гора
оставалась въ рукахъ непріятеля.
Пора обратиться теперь и прослѣдить ходъ атаки форта
Куропаткина и Шуйшіинскихъ редутовъ, произведенной почти
одновременно съ наступленіемъ на Намакояму и на 203-хъ мет-
ровую высоту. Въ 7 часовъ утра, 19-го, японцы начали обстрѣ-
ливать фортъ Куропаткина; стрѣляли сначала рѣдко изъ 6 и 5
дюймовыхъ морскихъ орудій съ главной батареи, находившейся
въ тылу на разстояніи 1-ой мили и расположенной на одномъ
изъ болѣе низкихъ откосовъ горы Хошсанъ; въ дѣйствіи нахо-
дилась еще одна полевая гаубица и часть дивизіонной артилле-
ріи. Въ 12^8 часовъ бомбардировка замѣтно усилилась и къ 4
часамъ перешла въ непрерывную пальбу изъ осадныхъ орудій.
Со времени послѣдней атаки форта Куропаткина 8-я бригада
дѣятельно и спѣшно строила осадныя параллели, доводя ихъ сколь
— 129 —
возможно близко къ укрѣпленіямъ, имѣя въ виду тѣмъ предот-
вратить повтореніе прежней пагубной атаки, когда имъ пришлось
наступать на разстояніи полумили по совершенно открытой мѣст-
ности подъ сильнымъ русскимъ огнемъ.
На небольшой возвышенности въ 500 ярдахъ отъ форта
Куропаткина японскіе инженеры воздвигли небольшой редутъ,
отъ котораго и начали вести паралели, доводя ихъ до пункта
въ 100 ярдахъ отъ непріятеля. Проволочныя сѣтки были пере-
рѣзаны охотниками ночью. Нѣсколько ночей до штурма солдаты
выходили въ поиски за минами, присутствіе которыхъ они по-
дозрѣвали, съ цѣлью перервать провода. Однажды ночью солдатъ,
вышедшій на поиски съ киркой, наткнулся на такое мѣсто, гдѣ
кирка при ударѣ о землю издавала особеніГый пустой звукъ.
Онъ позвалъ старшаго и вмѣстѣ принялись разрывать землю
руками причемъ обнаружили снарядъ, въ которомъ соединялись
провода нѣсколькихъ минъ. Съ большою осторожностью они
разъединили его съ проводами и унесли съ собою предварительно
заровнявъ мѣсто такъ, что русскіе и не замѣтили, что тутъ кто-то
хозяйничалъ.
Три батальона 36-го полка и 1-й батальонъ 19-го были
скучены въ этихъ передовыхъ паралеляхъ около трехъ часовъ
пополудни 19-го причемъ эти войска не мало пострадали отъ
русской шрапнели въ часы ожиданія. Время отъ времени выхо-
дили впередъ, чтобы наблюсти и опредѣлить дѣйствіе артилле-
рійскаго огня па русскую пѣхоту, занимающую форты Куро-
паткина, но хотя эти люди и прикрывались стальными щитами,
они почти всѣ были убиты.
Около 4 часовъ непрекращающійся огонь японцевъ выну-
дилъ русскихъ очистить фортъ и искать защиты во рвахъ и
канавахъ вблизи его. Японцы въ числѣ полуроты солдатъ на-
пали на одинъ изъ такихъ отрядовъ и послѣ жаркой стычки,
гдѣ обѣ стороны пускали въ ходъ ручныя гранаты, они одолѣли
русскихъ, заняли ихъ ложементы, куда подошло къ нимъ под-
130 —
Крѣпленіе, увеличивъ ихъ число до 500 человѣкъ. Тѣмъ не ме-
нѣе они продержались на этой позиціи не болѣе получаса, такъ
какъ контръ-атакой русской пѣхоты они были изъ пея выбиты
съ большимъ урономъ, оставивъ на полѣ полковые значки и
много людей. Положеніе воюющихъ оставалось почти безъ измѣ-
ненія, пока наступившая ночь не прекратила окончательно
борьбу.
Въ 4 часа утра 20-го января японцы возобновили атаку и
послѣ небольшого сопротивленія успѣли выбить русскихъ изъ
позицій. Повидимому, у нихъ истощился запасъ ручныхъ гранатъ
и это настолько обезкуражило ихъ, что они не были въ состояніи
продолжить борьбу съ прежней энергіей и стойкостью. Едва русскіе
очистили фортъ Куропаткина, японцы немедленно заняли его. Едва
разсвѣло и русскіе увидѣли, что фортъ занятъ японцами, они откры-
ли сильнѣйшую бомбардировку, уничтожая брустверы и разбрасы-
вая мѣшки съ пескомъ, словомъ, превращая въ муссоръ все, что
оставалось въ укрѣпленіи.
Японская пѣхота пыталась удержать позицію, но, видя, какъ
падали люди, рѣшила оставить фортъ и занять всѣ канавы и
рвы вокругъ него, чтобъ помѣшать русскимъ вернуться. Въ то
же утро нѣсколько позднѣе 19-й полкъ, успѣшно дѣйствуя про-
тивъ русскихъ, занялъ редутъ, называемый Ліугенъ и находя-
щійся какъ разъ около водоема.
Обнаруживъ послѣдній, японцы немедленно разъединили во-
допроводныя трубы, вслѣдствіе чего уже съ 20-го сентября у рус-
кихъ не стало хорошей воды *) и они должны были довольст-
воваться дистиллированной водой, пли рыть колодцы. Японцы
не оставили гарнизона на фортѣ Куропаткина во первыхъ потому,
что онъ находился подъ выстрѣлами другихъ фортовъ, а во вто-
рыхъ потому, что онъ былъ приведенъ въ такое состояніе разрушенія,
*) Недостатка въ водѣ въ крѣпости не ощущалось, т. к. колодцы были открыты
заранѣе. Прны. перев.
— 131 —
что йе мотъ служить надежной защитой и требовалось нѣсколько
недѣль тяжелаго труда, чтобы привести его въ должный видъ.
Пока происходили вышеупомянутыя военныя операціи, 3-ій
полкъ подъ начальствомъ полковника Усишимы пытался атако-
вать четыре Шуйшіинскихъ редута на южной сторонѣ селенія
того же имени. Въ теченіе всего 19 числа длилась бомбардировка,
но лишь утромъ 20-го японская пѣхота стала одолѣвать и послѣ
жаркой схватки заняла восточный редутъ Д, но подобно ихъ то-
варищамъ 9-го дивизіона, они были выбиты оттуда черезъ 20
минутъ. Однако эта неудача, продолжалась не долго, такъ какъ
въ 10 часовъ утра они снова атаковали редутъ и окончательно
укрѣпились въ немъ. Часть полка, подкрѣпленная аррьергардомъ
подвинулась къ западу и заняла редутъ В. Когда эти оба редута
были взяты, русскіе были такъ обезкуражены, что отступили на
большую дорогу къ Портъ Артуру, оставивъ два остальные ре-
дута А и В непріятелю, который хотя и занялъ ихъ, но немед-
ленно подвергся сильной бомбардировкѣ съ фортовъ, находившихся
въ тылу.
Всѣ эти редуты имѣли одинаковое устройство: земляныя на-
сыпи, поддерживаемыя деревянымп столбами и покрытыя мѣш-
ками съ пескомъ, представляли внѣшнюю ихъ сторону. Насыпи
были широкія, очень плотныя и крѣпкія, а такъ какъ онѣ лишь
немного возвышались надъ землей, то и не слишкомъ страдали
отъ артиллерійскаго огня. Внутренность ихъ была раздѣлена на
многочисленныя блиндированныя загородки, выкопанныя въ землѣ
и укрѣпленныя толстыми балками: на нихъ положены были доски,
а поверхъ досокъ насыпана земля слоемъ въ 2—3 фуга толщины;
все это покрывалось еще цѣлымъ рядомъ мѣшковъ съ пескомъ.
Иногда въ землѣ выкапывались двухъэтажныя помѣщенія и ниж-
нее употреблялось для склада снарядовъ и амуниціи вообще. Въ
этихъ подземныхъ жилищахъ русскіе жили болѣе 2-хъ мѣсяцевъ.
Внутренность жилищъ была загрязнена и засорена до нельзя:
шинели, брюки, драные сапоги, фуражки, инструменты для про-
— 132 —
чистки стволовъ, битыя бутылки, сломаиыя ружья, колоды картъ
и большіе караваи чернаго хлѣба—все было разбросано и валя-
лось брошенное, когда люди были вызваны въ помощь пѣхотѣ
утромъ 20-го, числа. Во время бомбардировки русскіе сидятъ подъ
своими блиндированными прикрытіями и оставляютъ лишь нѣ-
сколькихъ солдатъ, чтобъ чрезъ амбразуры въ окопахъ наблюдать
за японцами и тотчасъ дать знать въ случаѣ ихъ приближенія.
Случалось часто, что снаряды, въ особенности изъ павѣсііо-быощпхъ
гаубицъ, пробивали блиндированную покрышку, а однажды 30
русскихъ были сразу убиты однимъ снарядомъ, осыпавшимъ ихъ
грудою осколковъ. Русскіе сражались конечно храбро, но разру-
шающее дѣйствіе артиллерійскаго огня было черезъ чуръ сильно,
оно-то и обусловило сдачу позиціи. Внутри Шуйшіинскихъ реду-
товъ, а также на фортѣ Куропаткина было найдено нѣсколько
оригинальныхъ средствъ для отраженія атаки. Тамъ находилось
много обыкновенныхъ минъ въ видѣ рыбъ, взятыхъ съ флота и
доставленныхъ сюда въ помощь солдатамъ, разъ онѣ не были
болѣе нужны разбитой эскадрѣ. Остается непонятнымъ, какъ пред-
полагалось ихъ использовать, такъ какъ онѣ не были употреб-
лены ни въ одной схваткѣ и достались въ руки японцевъ нет-
ронутыми. Теперь они отправлены въ Японію и распредѣлены по
дивизіоннымъ музеямъ вмѣстѣ съ нѣкоторыми другими военными
предметами, предназначенными для воодушевленія и возбужденія
духа въ молодыхъ рекрутахъ. Тамъ же находили другія, мины,
а въ Шуйшіинѣ на открытомъ мѣстѣ нашли громадную мину,
подобную той, которой былъ потопленъ Хатсузе. Японцы пора-
зительно небрежно обращаются съ невзорвавщимися еще снаря-
дами и минами и эту, найденную, оставили лежать на мѣстѣ,
гдѣ ее нашли, не заботясь о томъ, что какая либо случайность
могла вызвать взрывъ ея меледу ними.
Взятіе форта Куропаткина стоило сильно пострадавшей 9-й
дивизіи—1000 людей. Въ теченіе всей кампаніи потери этой ди-
визіи были весьма значительны, а къ этому времени достигли числа
— 133 —
въ 10,000 убитыхъ и раненыхъ и это лишь за два мѣсяца, такъ
какъ 9-я дивизія высадилась въ Дальнемъ только въ концѣ іюля.
Взятый въ цѣломъ—планъ военныхъ дѣйствій, принятый гене-
раломъ Ноги для атаки крѣпости былъ удаченъ. Хотя атака
203-хъ метров. холма не удалась и была оставлена въ виду рѣшенія
концентрировать силы для атаки фортовъ па восточномъ фронтѣ
линіи укрѣпленій; за то, съ другой стороны, русскіе были окон-
чательно выбиты изъ Шуйшіинской долины, всѣ ихъ редуты взяты
и доступъ къ водѣ былъ имъ совершенно отрѣзанъ. Всего же
важнѣе было то, что теперь инженеры и саперы могли безпре-
пятственно продвинуть окопы и траншеи до самой линіи обороны
русскихъ и тѣмъ приготовить пѣхотѣ удобный путь для атаки
самыхъ фортовъ.
Глава XII.
Артиллерія и телефоны.
Въ первый періодъ осады высказывалось много замѣчаній
по поводу отсутствія тяжелой осадной артиллеріи. Совершенно
естественно было ожидать отъ японцевъ, зная обычную ихъ осно-
вательность въ военномъ дѣлѣ, что у нихъ будетъ па готовѣ тя-
желая артиллерія ко дню, когда бы она потребовалась для бом-
бардировки фортовъ Портъ-Артура, тѣмъ болѣе, что генеральный
штабъ имѣлъ намѣреніе сдѣлать таковое нападеніе на крѣпость.
Въ цѣломъ рядѣ штурмовъ въ теченіе августа японская пѣ-
хота подкрѣплялась орудіями и гаубицами недостаточнаго калибра:
самыми тяжелыми орудіями являлись 6-ти-дюймовыя гаубицы
и 4, 7, дюймовыя морскія орудія. Значительный вредъ былъ
нанесенъ ими внѣшней линіи русскихъ укрѣпленій и времен-
нымъ позиціямъ, каковы восточный и западный Ванрусаны. Эти
два послѣднія укрѣпленія были даже настолько ослаблены огнемъ
этихъ орудій, что японской пѣхотѣ удалось взять штурмомъ
— ш —
эти форты. Другое дѣло, еслибы пришлось бомбардировать долго-
временныя укрѣпленія, какъ, напримѣръ. Сѣверный Кейкван-
санъ, Нирусанъ и Шоюсанъ. Въ этомъ случаѣ полевыя п крѣ-
постныя орудія, стрѣляющія по вертикальной цѣли не могли на-
нести вреда внутреннимъ мастямъ позиціи; единственно, что могло
нанести чувствительный вредъ и уничтожить ихъ, это—гаубицы.
Разсказывали, что гаубицы предназначавшіяся для осады Портъ-
Артура погибли на «Хиташи-Мару», когда это судно было пото-
плено Владивостокской эскадрой. Въ этомъ сообщеніи, казалось,
была доля правды, такъ какъ другого объясненія отсутствію
гаубицъ у Портъ-Артура до конца сентября, не находилось.
Въ началѣ сентября стали ходить слухи о скоромъ возоб-
новленіи военныхъ операцій, говорили, что генералъ Ноги ожи-
даетъ только прибытія тяжелой артиллеріи, чтобъ предпринять
новую атаку.
Первыя гаубицы прибыли на линіи осаждающихъ 9-го сен-
тября. Онѣ доставлены были изъ Дальняго поѣздомъ до началь-
наго пункта желѣзнодорожнаго пути, находившагося какъ разъ
за главной квартирой Ноги и здѣсь при помощи подъемныхъ
крановъ каждое орудіе ставилось на 4 небольшихъ телѣжки. Ка-
ждая телѣжка была о 4-хъ колесахъ, имѣвшихъ въ діаметрѣ
18 дюймовъ съ ободьями (шинами) въ 6 дюймовъ, что устраняло
углубленіе колесъ въ рыхлую землю подъ тяжестью въ 15 тоннъ,
которую они должны были выдержать. Замки гаубицъ были сняты
и тщательно уложены въ деревянные футляры, чтобъ предохра-
нить ихъ отъ порчи во время перевозки: телѣжки съ замковою
частью орудій перевозились отдѣльно. Тѣмъ временемъ, неза-
долго до прибытія гаубицъ, были выбраны подходящія для нихъ
позиціи. Цѣлая команда встрѣчала каждое орудіе у начальнаго
пункта желѣзнаго пути и при помощи подъемныхъ крановъ спу-
скала гаубицы на временные лафеты. Затѣмъ предстояла тяже-
лая задача перетащить гаубицу на протяженіи 2—3 миль до избран-
ной позиціи. Требовалось 500 солдатъ, чтобъ протащить гаубицу на
135 —
50 ярд. въ часъ. Тащили ее такимъ образомъ: къ каждой гаубицѣ
прикрѣплялись длинные канаты, на концахъ которыхъ завязывали
ручныя петли, накидываемыя японцами себѣ на плечи, затѣмъ они
по командѣ одновременно начинали тащить орудіе; мѣстами, гдѣ
почва рыхлѣе, случалось, что гаубица завязала и тогда требова-
лась свѣжая команда солдатъ, чтобъ сдвинуть ее съ мѣста. Япон-
скіе солдаты съ величайшей охотой исполняли этотъ тяжелый
трудъ, сознавая, что прибытіе на позиціи такихъ чудовищъ на-
много облегчитъ ихъ дѣло и ускоритъ паденіе крѣпости. Лафеты
28-ми-сантиметровыхъ гаубицъ ставились па крѣпкое ложе изъ
бетона, для чего сотни боченковъ портландскаго цемента были
доставлены къ фронту укрѣпленій. Требовалось около двухъ не-
дѣль для того, чтобы цементъ отвердѣлъ и орудіе могло быть
пущено въ ходъ. Легко себѣ представить, какія силы японцы
должны были употребить, задавъ себѣ задачу перетащить 18 та-
кихъ орудій на позиціи вокругъ Портъ-Артура.
Для четырехъ гаубицъ позиція была назначена на западѣ,
куда пришлось тащить ихъ людьми отъ желѣзнодорожнаго пути
на всемъ пространствѣ болѣе 10-ти миль тѣмъ способомъ, кото-
рый выше описанъ мною подробно. Эти гаубицы могли стрѣлять
подъ угломъ въ 40 градусовъ при дальности въ 10.000 ярдовъ.
Казенная часть орудія имѣла 28 дюймовъ въ діаметрѣ, а дуло-
вая часть его—14 дюймовъ; всѣ онѣ были работы японцевъ въ
Осакѣ. Каждая бомба этихъ 11-ти-дюймовыхъ гаубицъ вѣсила
550 фунтовъ и стоила 100 фунтовъ стерлинговъ. Въ теченіе
осады было выпущено 36.000 подобныхъ бомбъ, и кромѣ
того, I1/» милліона другихъ снарядовъ!
Позиціи, выбранныя для 28 см. гаубицъ находились за крупными
холмами, вблизи русскихъ фортовъ. Благодаря тому, что гаубицы
могли стрѣлять подъ угломъ въ 40 градусовъ, ихъ можно было
помѣстить у самой подошвы холмовъ и такимъ образомъ онѣ были
укрыты холмами отъ артиллерійскаго огня, направляемаго на
нихъ съ непріятельскихъ фортовъ.
130 —
Способъ корректированія стрѣльбы былъ таковъ:'близъ ба-
тареи гаубицъ, на вершинѣ» какого-нибудь холма, строилось блин-
дированное прикрытіе и тамъ одинъ изъ офицеровъ дежурилъ
день и ночь, наблюдая за полетомъ каждаго ядра черезъ подзор-
ную трубу съ отмѣченными линейными дѣленіямп. Результатъ
каждаго выстрѣла заносился на бумагу младшимъ офицеромъ, а
лицо стоящее у телефона на вершинѣ холма давало точное укло-
неніе того, что было необходимо исправить въ прицѣлѣ слѣдую-
щаго орудія. Такимъ образомъ во все время бомбардировки рус-
скихъ укрѣпленій прицѣлъ большею частью былъ вѣренъ, такъ
какъ было достаточно времени, чтобы прослѣдить за полетомъ
каждой гранаты и сообщить до слѣдующаго залпа о неточно-
стяхъ прицѣла. Но во время продолжительнаго штурма приходи-
лось замѣчать не разъ случаи ошибочнаго прицѣла. Безъ сомнѣ-
нія это происходило частью вслѣдствіе дыма, растилавшагося надъ
русскими позиціями, частью отъ волненія, которымъ сопровож-
дается всякая атака и, наконецъ, вслѣдствіе порчи нарѣзокъ
орудія, стирающихся отъ непрерывной стрѣльбы. Нерѣдко случа-
лось, что бомбы гаубицъ и другихъ орудій попадали въ свои-же
траншеи вслѣдствіе слишкомъ большой близости другъ къ другу
непріятельскихъ позицій, такимъ путемъ японцы въ теченіе осады
потеряли не одну сотню людей. Непріятельскія позиціи находи-
лись настолько близко другъ къ другу, что трудно было приду-
мать способъ избѣжать подобныхъ ошибокъ, тѣмъ не менѣе, разъ
японцы рѣшали идти па атаку позиціи, они уже не берегли чело-
вѣческую жизнь и легко рисковали ею. Тяжело было видѣть, какъ
большая 11-ти дюймовая граната падала иной разъ въ середину
полка японской пѣхоты на взятыхъ ими позиціяхъ или непосред-
ственно возлѣ нихъ пли, какъ во время штурма 30 октября сотни
раненыхъ, лежавшихъ вокругъ русскихъ крѣпостей подвергались
огню не только съ русскихъ фортовъ, но и своей артиллеріи.
Позиція, выбранныя для 28-ми сантиметровыхъ гаубицъ, отмѣ-
чены на картѣ, приложенной къ этой книгѣ; глядя на нее, видно,
137 —
зтигзи точч четырехъ гаубицъ были помѣщены совершенно
рядомъ, позади возвышенія дивизіоннаго гласиса и главной квар-
тиры 9-ой дивизіи. Батарея находилась на разстояніи около
1000 ярдовъ отъ ближайшаго пункта русской линіи. Двѣ другія
батареи (это надо запомнить) были помѣщены подъ прикрытіемъ
оры Данянши, направо отъ дороги «усѣянной снарядами». Бата-
рея у главной квартиры 9-ой дивизіи и батареи, прикрываемыя
Данянши находились на одной и той же линіи. Это было очень
важно для японцевъ, такъ какъ благодаря этому имъ удалось
скрыть положеніе 4-хъ орудій у 9-ой дивизіи, помѣщенныхъ такъ
близко къ фронту, что русскіе могли бы сосредоточить на нихъ
дѣйствіе орудійнаго огня. Эти 4 орудія стрѣляли бездымнымъ
порохомъ во время осады, что очень скоро дѣлало ихъ негодными
къ употребленію, другія два орудія укрытыя за Данянши и сто-
явшія вплоть за батареей 9-ой дивизіи, стрѣляли обыкновеннымъ
чернымъ порохомъ, и каждый залпъ ихъ сопровождался густымъ
облакомъ бѣлаго дыма, поднимавшимся надъ холмами, указывая
тѣмъ мѣсто нахожденія батареи. Эта хитрость довольно долго уда-
валось и русскіе думали, что пальба все время шла изъ ору-
дій изъ за Данянши, тогда какъ въ дѣйствительности стрѣляли
ближайшія орудія 9-ой дивизіи. Еще батарея изъ двухъ 28-мп
сентиметровыхъ орудій, находилась у главной квартиры 11-ой
дивизіи. Четыре батареи помѣщались за холмомъ, у котораго
желѣзная дорога вступала въ Шуйшіинскую долину и двѣ бата-
реи изъ двухъ орудій находились у той же позиціи. Такимъ обра-
зомъ мы насчитали 14 гаубицъ; остальныя 4 были перетащены
на западъ и помѣщены близъ главной квартиры 1-ой дивизіи.
Послѣ паденія Портъ Артура былъ замѣченъ тотъ фактъ, что
вокругъ русскихъ фортовъ встрѣчалось много бомбъ лежащихъ
не взорванными. Казалось бы что употребленіе бомбъ съ удар-
ной трубкой на переднемъ концѣ цѣлесообразнѣе, между тѣмъ
большая часть бомбъ лежавшихъ не взорванными имѣла удар-
ный снарядъ на задней части, чѣмъ и объясняется что онѣ
138 —
не взорвались. Дистанціонныя трубки не были совсѣмъ въ упо-
требленіи.
Перечисленіе всѣхъ орудій, гаубицъ и мортиръ бывшихъ въ
дѣлѣ у японцевъ противъ Портъ-Артура даетъ ясное представленіе
о колоссальности операціи ихъ осады. Въ серединѣ октября болѣе
400 орудій находилось на позиціяхъ противъ Портъ-Артура. Ко-
личество ихъ опредѣлялось слѣдующимъ образомъ: четыре 6-и дюйм.
морскихъ орудія, оборудованныхъ моряками, уцѣлѣвшими послѣ
гибели несчастнаго линейнаго корабля «Хатсузе»; позиція этихъ
4-хъ орудій показана на картѣ у того пункта, откуда магистраль
идетъ въ Шуйпііннскую долину. Десять морскихъ 4.7 сантимет-
ровыхъ орудій размѣщены были вдоль фронта, среди холмовъ,
составляющихъ японскую артиллерійскую линію; пнѣ тоже пока-
заны на картѣ. Четыре 10,5-ти сантиметр. орудія Круппа нахо-
дились среди холмовъ на сѣверѣ Шуйшіинской долины. Къ нимъ
надо прибавить 30 мѣдныхъ орудій и шесть 8,7 сантиметро-
выхъ крупповскихъ пушекъ, взятыхъ у русскихъ при Няншанѣ,
но бывшихъ въ маломъ употребленіи и 108 орудій полевой артил-
леріи, разсѣянныхъ по разнымъ пунктамъ Шуйшіинской долины,
хоропіо защищенныхъ отъ огня ея фортовъ. Японцы пустили въ
ходъ тоже 72 горныхъ орудія, скрытыхъ въ такихъ мѣстахъ,
гдѣ менѣе всего можно было ожидать ихъ—почти рядомъ съ
русскими фортами. Орудія эти хотя укрывались въ траншеяхъ и
въ отбитыхъ у русскихъ люнетахъ, но по временамъ много тер-
пѣли отъ артиллерійскаго огня съ ближайшихъ къ нимъ рус-
скихъ фортовъ. И такъ, обшее количество, дѣйствовавшихъ про-
тивъ Портъ-Артура пушекъ, доходило до 254.
Всѣхъ гаубицъ, бывшихъ въ дѣйствіи у осаждающихъ, было 62,
а. именно: восемнадцать 28-ми сантиметровыхъ, позиціи кото-
рыхъ я только что описалъ; шестнадцать 15-ти сантиметро-
выхъ, и двадцать восемь 12-ти сантиметровыхъ. Всѣ онѣ помѣ-
щались на позиціяхъ, умѣло выбранныхъ, за холмами, по воз-
можности ближе къ фортамъ. Вдоль фронта, близъ дивизіон-
139 —
наго гласиса было распредѣлено еще сто шестьдесятъ мортиръ,
что вмѣстѣ съ вышеперечисленными составитъ итогъ въ 474-
пушекъ. гаубицъ и мортиръ, бывшихъ въ дѣйствіи противъ Портъ-
Артура въ октябрѣ. Къ этому числу надо прибавить еще по-
левую артиллерію 7-й дивизіи, прибывшую къ фронту только
въ ноябрѣ; итого—болѣе 500 орудій.
Величайшій въ мірѣ организаторъ—есть телефонъ и, въ
рукахъ японцевъ, онъ произвелъ полнѣйшій переворотъ въ
военномъ искусствѣ. Всѣ 500 орудій, дѣйствованія противъ
Портъ-Артура находились въ прямомъ сообщеніи съ главною
квартирою начальника артиллеріи. Получить доступъ въ свя-
тилище обсерваціонной станціи начальника артиллеріи было
дѣломъ очень труднымъ, такъ какъ иностранцевъ тамъ при-
нимали не особенно радушно.
Чтобы подойти къ мѣсту нахожденія его приходилось
преодолѣть подъемъ на крутую гору, у‘ самаго гребня коей
войти въ выбѣленный проходъ, слѣдуя имъ, дѣлаешь поворотъ
и вступешь въ просторное помѣщеніе, въ 18 квадр. футовъ.
Помѣщеніе это высѣчено въ склонѣ горы, имѣетъ стѣны изъ
бетона и содержится въ замѣчательной чистотѣ; посрединѣ
стоитъ столъ изъ синяго графита, выкрашенный въ бѣлую
краску и отполированный; надъ столомъ устроенъ какъ бы
узкій туннель, который ведетъ черезъ крышу въ камеръ-об-
скуру, находящуюся снаружи. На столѣ этомъ отражалась
часть укрѣпленій и на полѣ зрѣнія появлялись все новыя и
новыя изображенія, такъ какъ камеръ-обскура охватывала весь
горизонтъ. Нѣчто подобное внутренней обстановкѣ этой стан-
ціи можно видѣть въ пьесѣ «Шерлокъ Холмсъ», въ игрѣ
г-на Джилетта, когда онъ представляетъ профессора Маріани
сидящимъ въ подземномъ подвалѣ, окруженнаго агентами при
телефонахъ и руководящимъ убійствами и грабежами по всему
Лондону, не вставая съ мѣста. Передъ Портъ - Артуромъ на
мѣстѣ профессора Маріани сидѣлъ начальникъ артилеріи осаж-
140
дающей арміи и власть его, на добро или гибель, была го-
раздо шире той, какою пользовался безсмертный профессоръ
названной пьесы. Вдоль одного изъ помѣщеній находились
телефонные аппараты и противъ каждаго изъ нихъ сидѣлъ
дежурный офицеръ, передавая или принимая сообщенія со всѣхъ
концовъ театра осадныхъ дѣйствій.
Всѣ орудія передъ Портъ - Артуромъ распредѣлялись по
различнымъ дивизіямъ, причемъ орудія, распредѣленныя на
участкѣ занятомъ отдѣльной дивизіей — находились въ непо-
средственномъ распоряженіи начальника артиллеріи этой дивизіи.
Когда въ ноябрѣ па полѣ сраженія вступила только что при-
бывшая 7-я дивизія, то всѣ орудія были раздѣлены на четыре
части, сообразно четыремъ дивизіямъ: 1-й, 7-й, 9-й и 11-й
п отъ начальника каждой отдѣльной части былъ командиро-
ванъ на обсерваціонную станцію начальника артиллеріи де-
журный офицеръ, обязанный находиться постоянно при одномъ
изъ телефонныхъ аппаратовъ.
Такимъ образомъ Начальникъ Артиллеріи давалъ по теле-
фону приказъ непосредственно командирамъ бригадъ, на обязан-
ности которыхъ было передать въ свою очередь этотъ приказъ
командирамъ батарей, находящимся подъ ихъ командой. Коман-
дирамъ батарей предоставлена была большая свобода дѣйствій,
такъ что когда представлялся благопріятный случай, они, не теряя
времени па испрашиваніе разрѣшенія, открывали огонь, а за-
тѣмъ уже давали должное объясненіе. Только во время главнаго
штурма, когда норой являлась необходимость сосредоточить огонь
многихъ орудій на опредѣленныхъ пунктахъ, сказалась вся цѣ-
лесообразность этой разумно выработанной системы сношеній ме-
жду начальникомъ артиллеріи и командирами батарей.
Обсерваціонная станція начальника артиллеріи соединялась
съ различными пунктами линіи фронта, такъ что онъ немедленно
узнавалъ все происходившее п соотвѣтственно тому направлялъ
огонь орудій всѣхъ батарей, а это было особенно важно во время
— 141
штурма какой-нибудь позиціи, когда, начальнику артиллеріи необ-
ходимо было непрерывно слѣдить за ходомъ атаки и правильностью
прицѣла артиллерійскихъ орудій. Чтобы поддержать непрерыв-
ность сношеній со Штурмующими орудіями, японцы выработали
особые пріемы. При каждомъ полку состояло нѣсколько чело-
вѣкъ, обученныхъ телефонному дѣлу, — у японцевъ каждый пѣ-
хотинецъ есть въ то-же время инженеръ и знакомъ со многими
другими отраслями военнаго искусства, — эти толковые телефо-
нисты всегда слѣдовали въ аррьергардѣ на линіяхъ, гдѣ проис-
ходилъ бой и тамъ тотчасъ же прокладывали телефонные про-
вода по мѣстамъ болѣе защищеннымъ и наиболѣе удобнымъ.
Когда доводили ихъ до извѣстнаго пункта, откуда главный про-
водъ нельзя было далѣе вести, въ землю вбивался столбъ, къ
которому прикрѣплялся главный проводъ. Каждый изъ 10-ти
или 20-ти человѣкъ, протягивавшихъ проволоку, имѣлъ постоянно
при себѣ телефонный аппаратъ и двѣ-три сотни ярдовъ сверну-
той проволоки, соединенной съ главнымъ проводомъ у столба,
затѣмъ они шли впередъ до самой линіи огня, разматывая за
собой проволоку и здѣсь они должны были, по возможности обе-
регая свою жизнь, слѣдить за всѣмъ происходившемъ кругомъ.
По линіи, на которой происходилъ бой всѣ телефонисты были
с оединены другъ съ другомъ однимъ круговымъ проводомъ и та-
кимъ образомъ каждый слышалъ рѣчь другого и вдоль всей ли-
ніи фронта они могли сообщаться другъ съ другомъ; главною-
же ихъ обязанностью было, непрерывно въ теченіе боя до-
ставлять свѣдѣнія Начальнику Артиллеріи о дѣйствіи орудій-
наго огня и о положеніи дѣлъ на передовой линіи. Такимъ об-
разомъ, какъ бы это не казалось страннымъ, но Начальникъ
Артиллеріи, находясь въ аррьергардѣ и сидя на холмѣ въ нѣ-
сколькихъ миляхъ позади линіи огня, переговаривался съ людьми,
которые иногда въ моментъ разговора падали, сраженные снаря-
домъ; какъ только одинъ изъ телефонистовъ замѣчалъ, что то-
варищъ его внезапно смолкалъ во время передачи сообщенія, онъ
ПОРТЪ-АРТ.
10
142 —
уже зналъ, что тотъ убитъ и сколь возможно лучше продолжалъ
докладъ убитаго. За все время этакъ большинство ординарцевъ—
телефонистовъ было убито, но немногіе все-таки уцѣлѣли и про-
должали разносить по телефону печальную вѣсть о гибели това-
рищей.
Такъ, подобно осмино у растянулась телефонная сѣсть по
полю сраженія, а солдаты телефонисты, какъ его щупальцы, со-
бирали со всѣхъ пунктовъ» отрывочныя вѣсти, то радостныя, то
печальныя и передавали ихъ Начальнику Артиллеріи на обсер-
ваціонную станцію, находящуюся въ нѣсколькихъ миляхъ въ
тылу арміи.
Во время главной бомбардировки Портъ-Артура генералъ
Ноги обыкновенно занималъ одну позицію съ Начальникомъ
Артиллеріи, но если Ноги избиралъ и отдѣльную позицію, то
непосредственное сношеніе между ними не прерывалось, такъ
какъ каждый изъ нихъ носилъ на шеѣ телефонный аппаратъ съ
трубкой, подобной тѣмъ, что употреблялось военными телефони-
стами. Одинъ проводъ былъ соединенъ также съ воздушнымъ
шаромъ, каждый полетъ котораго обходился въ 1ОО фунтовъ
стерлинговъ, но пользы отъ него было мало: руководившій поле-
томъ офицеръ прошелъ курсъ воздухоплаванія въ Альдершотѣ.
Кромѣ того, начальникъ артиллеріи имѣлъ прямое телефонное
сообщеніе съ главною квартирою маршала Оямы въ Ляоянѣ, и
во всякомъ иномъ пунктѣ его нахожденія, такъ что, когда мар-
шалу надо было узнать о результатѣ орудійнаго выстрѣла онъ
получалъ отвѣтъ спустя 2—3 минуты.
Понятно какое возбуждающее впечатлѣніе должно было про-
извести на отдаленный генеральный штабъ извѣстіе объ одномъ
изъ сильныхъ штурмовъ Поръ-Артура, сообщенное но телефону
почти въ тотъ самый моментъ, когда японскіе солдаты, приставивъ
штурмовыя лѣстницы къ откосамъ крѣпостного вала, брали при-
ступомъ фортъ.
Одно изъ самыхъ большихъ затрудненій, съ которымъ япоіь
— 143 —
дамъ пришлось считаться во время осады было снабженіе боевыми
снарядами всѣхъ 500-тъ пушекъ гаубицъ и мортиръ. Боевыя при-
пасы доставлялись изъ Дальняго по желѣзной дорогѣ до начальной
станціи пути при главной квартирѣ генерала Ноги: весь провіантъ
выгружался па станціи Хораши, но позднѣе японцы протянули
желѣзнодорожную линію еще на милю впередъ и устроили- началь-
ную станцію еще ближе къ фортамъ. Вдоль станціи была сдѣлана
деревянная платформа, а близъ нея построенъ складъ для воен-
ныхъ припасовъ: здѣсь выгружали и хранили подъ навѣсомъ сна-
ряды до распредѣленія ихъ по разнымъ батареямъ и чтобы облег-
чить доставку ихъ къ мѣстамъ назначенія японцы проложили
переносные рельсы вокругъ всей линіи окоповъ. Путь этотъ шелъ
отъ начальной станціи за окопами прямо на западъ, отъ него шли
вѣтви ко всѣмъ батареямъ 28-мп сантиметровыхъ гаубицъ и тяже-
лыхъ морскихъ орудій, которыя такимъ образомъ безостановочно
снабжались снарядами. .
Главная желѣзнодорожная станція и склады военныхъ При-
пасовъ находились въ 2-хъ миляхъ отъ русскихъ фортовъ, въ пре-
дѣлѣ ихъ выстрѣловъ и хотя холмы скрывали ихъ отъ русскихъ,
но русскія гранаты не рѣдко падали близъ нихъ; направлялись
выстрѣлы не на склады и станцію, о существованіи коихъ рус-
скіе—какъ выяснилось впослѣдствіи—не знали, но на главную
квартиру генерала Ноги, такъ какъ о мѣстонахожденіи ея тутъ
они слышали отъ китайскихъ шпіоновъ. Задача снабженія боевыми
запасами гаубицъ крупнаго калибра 9-ой и 11-ой дивизій была
менѣе трудна, такъ какъ разстояніе отъ станціи до ихъ позицій
не превышало 21[* или 3-хъ миль. Совсѣмъ другое дѣло было съ
подвозомъ снарядовъ къ 28-ми сантиметровымъ гаубицамъ, нахо-
дящимся у 1-ой дивизіи, ибо ихъ приходилось тащить по перено-
снымъ рельсамъ на разстояніи около 15-ти миль. Человѣкъ 6
солдатъ тащили небольшія вагонетки, куда помѣщалось только
3 снаряда, что составляло вѣсъ въ 1500 фунтовъ кромѣ вѣса
вагонетокъ; тащить такую тяжесть по ровному мѣсту было
10*
144 —
еще терпимо, но перетаскивать вагонетки черезъ холмы было
страшно тяжело. Тѣмъ не менѣе, не унывающіе японскіе солдаты
находили поводъ къ шуткамъ даже и при такой прозаической
работѣ, какъ перевозка по рельсамъ 500 фунтовыхъ гранатъ.
Достигая уклона, они садились поверхъ гранатъ и пускали ваго-
нетку катиться п подняться полнымъ ходомъ на противуположный
холмъ. Иной разъ грузъ былъ слишкомъ великъ, вагонетка не
преодолѣвала подъемъ,—ее тащило назадъ по склону; тогда сол-
даты соскакивали и на канатѣ снова тащили ее въ гору. Они про-
являли свою обычную беззаботность въ обращеніи съ этими боль-
шими гранатами во время ихъ перевозки и надо удивляться, что
не было трагическихъ случаевъ при такихъ шуткахъ на пути къ
орудіямъ. Помню одинъ примѣръ, когда солдаты, усѣвшись на
вагонетку, спустили ее по откосу, чтобъ подняться на противупо-
ложный холмъ, но вѣроятно сила скорости была недостаточна
и вагонетка при подъемѣ стала спускаться назадъ; между тѣмъ
вслѣдъ за первой была пущена вторая вагонетка, съ вершины
холма; не было возможности предотвратить несчастія—обѣ ваго-
нетки столкнулись внизу съ страшнымъ трескомъ—гранаты ска-
тились, одна изъ вагонетокъ опрокинулась: солдаты, гранаты—все
смѣшалось въ одну безформенную массу, но къ счастію взрыва
не произошло. Солдаты, поднявшись, быстро поставили вагонетку
опять на рельсы, подобрали снаряды и продолжали путь, смѣясь,
какъ дѣти, словно то была забава, а не случай, грозившій ужа-
сными послѣдствіями.
Не смотря на прекрасную организаціи въ распредѣленія бое-
выхъ запасовъ, японскіе батареи послѣ сильныхъ бомбардировокъ
терпѣли недостатокъ въ снарядахъ. Это особенно замѣчалось во
время штурма 30-го октября.
145 —
ГЛАВА XIII.
Люди и нравы.
Послѣ успѣшнаго занятія Намакоямы, форта Куропаткина
и 4-хъ редутовъ на югѣ Шуйшіинской деревни опять насту-
пилъ почти мѣсячный перерывъ въ серьезныхъ военныхъ дѣй-
ствіяхъ. Было нѣсколько причинъ такой пріостановки: прежде
всего необходимо было выждать прибытіе гаубицъ, которыя къ
этому времени не были еще доставлены къ фронту арміи. Ноги
предполагалъ—если всѣ предварительныя работы и приготовленія
были бы во время исполнены, назначить на 30 октября общую
атаку восточной части линіи фортовъ отъ Шою-сана до
Кика или Кейквансана. Ему хотѣлось, чтобы армія отличи-
лась и взяла форты ко дню рожденія императора—3-го ноября.
Не надо забывать, что для атаки Нирусана и Шоюсана необхо-
димо было провести траншеи къ этимъ позиціямъ и эта работа
требовала продолжительнаго напряженнаго труда. Пока русскіе
занимали фортъ Куропаткинъ, укрѣпленіе Ліюченъ и 4 редута
на югѣ Шуйшіинской деревни не было никакой возможности при-
двинуться къ подошвѣ горъ, на которыхъ были воздвигнуты
означенные два форта. Требовалось слѣдовательно не мало вре-
мени, чтобъ дать возможность инженернымъ войскамъ довести
окопы отъ взятыхъ въ Шуйшіинской долинѣ позицій до подножія
самыхъ фортовъ, и вслѣдствіе этого конецъ сентября и начало
октября прошли въ такихъ же работахъ и приготовленіяхъ, какъ
конецъ августа и начало сентября.
Первый выстрѣлъ изъ 11-ти дюймов. гаубицы былъ сдѣ-
ланъ 28-го сентября—это было, такъ сказать, пробный зарядъ,
ибо объектомъ прицѣла былъ выбранъ фортъ Роритуши *) на край-
немъ востокѣ, который потомъ во все время осады не подвер-
*) Роратушы—форгь № 1.
Прим. перев.
146 —
гался атакѣ. Капитанъ Саксъ, начальникъ подводныхъ минеровъ
въ Портъ - Артурѣ, разсказывалъ мнѣ послѣ его капитуляціи,
какое ошеломляющее дѣйствіе произвелъ тамъ на гарнизонъ
крѣпости первый высоко летѣвшій снарядъ изъ этого чудовища.
Сначала полагали, что залпъ былъ пущенъ съ одного изъ воен-
ныхъ крейсеровъ или канонерокъ, стоявшихъ въ Голубиномъ за-
ливѣ, но по быстромъ осмотрѣ осколковъ снаряда, оказалось, что
онъ былъ выпущенъ изъ бьющаго подъ высокимъ угломъ орудія,
какихъ не бываетъ на военныхъ судахъ. Тогда впервые догада-
лись въ Портъ-Артурѣ, что японцамъ удалось притащить орудіе
особенно крупнаго калибра къ самому фронту и что отнынѣ
осажденнымъ придется считаться съ этимъ новымъ факторомъ.
Это былъ тяжелый ударъ для русскихъ, ибо до того времени
они пребывали въ совершенной беззаботности, полагая, что японцы
нпкоіпіъ образомъ не смогутъ подвезти орудіе болѣе 6-ти дюй-
моваго калибра. Всѣ укрѣпленія Портъ-Артура были устроены
въ такомъ расчетѣ, что имъ никогда не придется подвергаться
дѣйствію орудій или гаубицъ большого калибра. Шести-дюй-
мовоё орудіе пускаетъ снарядъ въ 10О кл. вѣсомъ, а появленіе
снаряда въ 500 ф. вызвало большую тревогу и тяжелое опа-
сеніе за ненадежность укрѣпленій противъ огня такой силы.
28-го сентября мнѣ представился случай видѣть въ первый разъ
редуты на югѣ Шуйшіинской деревни, отбитые у русскихъ 20-го’
и 21-го того1 же мѣсяца. Это дѣло стоило 3-му полку 500 чело-
вѣкъ убитыхъ, а русскихъ найдено не менѣе 100 труповъ въ
разныхъ проходахъ и окопахъ. Японцы уже успѣли устроить
траншеи, идущія до самыхъ укрѣпленій и потому добраться туда
было теперь почти безопасно, нй оставаться тамъ долгое время
было во всякомъ случаѣ непріятно, ибо редуты находились на
разстояніи выстрѣла съ фортовъ ІТирусапа, Шоюсана, ТПио-ан-
шгісана и Ицусана, которые не переставали выпускать бомбы и
гранаты въ полуразрушенные проходы и окопы этихъ реду-
товъ. .......... ‘
— 147
Послѣ того, какъ атаки на 203-хъ метровую сопку 21-го
и 22-го сентября были отбиты, генералъ Йоги рѣшилъ прекра-
тить временно дальнѣйшія попытки противъ нея и устремилъ
все свое вниманіе на восточную часть линіи укрѣпленій, оставляя
1-ую бригаду 1-ой же дивизіи на западѣ, а 2-ую бригаду той
же дивизіи двинулъ къ Шоюсану съ приказаніемъ окопаться
вокругъ него. Каждую ночь начиналась пальба съ разныхъ пунк-
товъ линіи укрѣпленій по мѣрѣ того, какъ японскіе саперы под-
капывались ближе къ подножію намѣченнаго форта.
Имъ приходилось преодолѣть серьезное препятствіе, а именно:—
въ насыпи желѣзнодорожнаго пути, проходящаго у самой но*
дошвы склоновъ Нирусана и Шоюсана, и сильно охраняемаго
русскими. 9-го октября послѣ полудня японцамъ удалось отбро-
сить русскихъ съ пути п съ того дня онъ сталъ ихъ авангардной
линіей, а высокая насыпь представляла прекрасное прикрытіе,
давшее имъ возможность взобраться по скатамъ горы. Я не
былъ свидѣтелемъ самой атаки, такъ какъ именно въ эти часы,
вмѣстѣ съ другими корреспондентами, находящимися при арміи,
былъ приглашенъ на завтракъ въ главную квартиру генерала
Ноги. Завтракъ былъ весьма интересенъ, а самъ Ноги—милъ и
привѣтливъ. Вообще трудно встрѣтить болѣе симпатичную лич-
ность, а въ этотъ день Ноги превзошелъ самого себя. Всѣ офи-
церы его штаба присутствовали па завтракѣ: ‘ играла полковая
музыка, показывали разные фокусы, а послѣ завтрака даже тан-
цевали. Въ это время артиллерія начала уже бомбардировать
фортъ, чтобъ ослабить противника п дать время пѣхотѣ атако-
вать позиціи у желѣзно-дорожной насыпи. Скоро послѣ того
стали слышны сильные ружейные залпы и всякому, не бывшему
на театрѣ войны во все время осады, могло казаться, что идетъ
жаркій бой. Признаюсь, я самъ началъ думать, что. происходитъ
нѣчто весьма серьезное, но генералъ Ноги былъ совершенно спо-
коенъ, угощалъ присутствующихъ конфектами, которыя наканунѣ
прислала ему жена,-, и на мои вопросы о пальбѣ, все усиливай-
148 —
Шейся, неизмѣнно отвѣчалъ: «пустяки, маленькая схватка, не
стоитъ смотрѣть».
Теперь, когда вспоминаю то время, вся эта сцена кажется
мнѣ безсмысленною, противоестественною. За полъ мили отъ насъ
шла бѣшеная бомбардировка изъ всѣхъ орудій: можно было слы-
шать свистъ русскихъ гранатъ въ отвѣтъ па непрерывную пальбу
японцевъ; отъ времени до времени гранаты лопались почти у
самой главной квартиры. Огонь ружей и пулеметовъ все уча-
щался, по мѣрѣ того, какъ 18-я бригада надвигалась на рус-
скихъ, выбивая ихъ изъ позицій на желѣзно-дорожной насыпи...
А въ маленькомъ садикѣ китайской фанзы накрыты столы,
уставленные бутылками частью полными, частью уже выпитыми.
Вокругъ стола пировали офицеры, составляющіе генеральный
штабъ—призванные руководить «величайшей въ исторіи
народовъ осадой», какъ не разъ, не совсѣмъ точно, о ней
выражались: здѣсь же присутствовали и корреспонденты, со-
стоящіе при арміи. Тутъ же въ углу лежали подобранные въ
полѣ и принесенные сюда для осмотра генерала Ноги русскіе
снаряды; тутъ же валялась русская мотыга, почти совсѣмъ
стертая и неточеная вслѣдствіе непрерывнаго рытья окоповъ и ка-
навъ. Въ другомъ углу фанзы полковая музыка играла отрывки
изъ «Гейши», «Карменъ» и другихъ излюбленныхъ музыкаль-
ныхъ произведеній. Въ креслѣ сидѣлъ самъ Ноги и съ выра-
женіемъ удивленія глядѣлъ на фокусы, которые показывалъ
г. Реджинальдъ Глоссонъ изъ Іоркшира. Онъ проглатывалъ часы
и цѣпочку Ноги, вытаскивалъ монеты изъ самыхъ неожидан-
ныхъ частей его одежды, даже изъ бороды и намѣревался уже
проглотить саблю Самурая—генерала, но этого не могъ потер-
пѣть одинъ изъ адъютантовъ генерала и вытащилъ саблю въ
моментъ, когда эфесъ ея ужъ исчезалъ въ горлѣ неподражае-
маго Глоссона. Послѣдній, обиженный, что ему не дали прогло-
тить эту саблю—собралъ ихъ нѣсколько у офицеровъ и испол-
нилъ съ ними какой-то необычайный танецъ, при громкихъ
140 —
аплодисментахъ присутствующихъ. А въ то же время непода-
леку ревѣли орудія, билась пѣхота, разрывались снаряды, и люди
убивали другъ друга п умирали.
Даже историческій балъ при Ватерло блѣднѣетъ при срав-
неніи съ этой картиной: хотя тамъ многіе офицеры и отправи-
лись на поле сраженія въ бальныхъ башмакахъ, но герцогиня
Ричмондъ не забавляла своихъ гостей вытаскиваніемъ монетъ
изъ мундира Веллингтона и, конечно ея свѣтлость не глотала
его часовъ, цѣпочки и сабли. И все таки до Ватерло было
около 20-тп миль разстоянія,—а здѣсь мы были почти на са-
момъ полѣ сраженія, гдѣ лилась кровь и гибли люди. Генералъ
Ноги поднялъ русскую уже негодную мотыгу, лежавшую въ углу
и сказалъ, что высоко цѣнитъ ее, ибо она послужитъ примѣ-
ромъ для его саперовъ, чтобъ научить ихъ, какъ надо копать.
«Думаю», продолжалъ онъ, «что наши люди не такъ искусно
дѣлаютъ траншеи, какъ русскіе: они склонны къ праздности п
лѣнятся окапываться. Каждое утро, просыпаясь, я думаю о ге-
нералѣ Стесселѣ, какъ тяжело его положеніе въ крѣпости. Я
глубоко сочувствую ему и его солдатамъ». Это было сказано
такъ сердечно, что нельзя было усумниться въ искренности гово-
рившаго. Лишь подъ вечеръ разошлась наша оригинальная ком-
панія: многіе отправились къ мѣсту сраженія.
Въ теченіе сравнительно спокойнаго періода я неоднократно
посѣщалъ отбитыя у русскихъ, позиціи, исключая и восточный
Банрусанъ. За послѣднее время русскіе какъ бы оставили его
въ покоѣ, но временами артиллерія бомбардировала его, причемъ
не мало страдалъ довольно многочисленный гарнизонъ форта.
Внутренность форта представляла страшный видъ: она была такъ
разрушена, исковеркана бомбардировкой, атаками и контръ-атаками,
что невозможно было возстановить первоначальныя фортифика-
ціонныя линіи и японцамъ пришлось прокапывать новыя тран-
150 —
шеи среди развалинъ и прикрывать ихъ досками, чтобы хоть
нѣсколько укрыться отъ шрапнелей.
Это была по истинѣ собачья жизнь, и неудивительно, что
солдаты въ Банрусанѣ имѣли жалкій, изнуренный видъ. Всюду
виднѣлись слѣды ужаснаго боя, происходившаго въ немъ, а
вокругъ него: взорванные снаряды, обломанные русскіе штыки,
часто согнутые, проходя сквозь тѣло японскихъ солдатъ.
Русскіе употребляютъ трехгранные штыки, подобные тѣмъ,
что вызвали столько жалобъ въ британской арміи послѣ Абу-
кли. У японцевъ же, какъ почти и во всѣхъ прочихъ войскахъ,
штыки новаго образца ножевидной формы—негнущіеся.
Пробираясь осторожно по траншеямъ до верха форта, дохо-
дишь до самой передовой траншеи напротивъ Бодая. Здѣсь не-
обходима была еще большая осторожность. Оглядывая мѣстность
черезъ бойницы, можно было видѣть трупы убитыхъ во время
августовскаго штурма; отъ нихъ оставались лишь кости, да мун-
диры, такъ быстро шла разрушительння работа въ этомъ жар-
комъ климатѣ. Два или три японскихъ часовыхъ пристально
наблюдали за небольшимъ пространствомъ земли отдѣляющимъ
ихъ отъ китайской стѣны, гдѣ русскіе выжидали новую атаку.
Я не могъ долго оставаться па этой позиціи, ибо трупный за-
пахъ былъ прямо невыносимъ: полусгнившіе трупы лежали не
только вездѣ вокругъ Банрусана, но много ихъ было оставлено
и внутри подъ грудами развалинъ. Каждое русское ядро уносило
жертву, ибо имъ было очень удобно цѣлиться сверху внизъ. Воз-
вращаясь съ форта, я наткнулся на ужасную сцену: разорвав-
шійся снарядъ спалилъ всю одяжду несчастнаго солдата—ожоги
были такъ ужасны, что почти на всемъ тѣлѣ не осталось кожи
и оно имѣло видъ живого мяса. Три фельдшера возились около
него, дѣлая перевязки, причемъ крики и стоны его нельзя было
слушать. На спасеніе его надежды почти не было, ибо необхо-
димая въ такихъ случаяхъ масляная ванна не могла быть тутъ
примѣнена; его приходилось везти пять миль до желѣзной дороги,
151
а . затѣмъ поѣздомъ отправить въ Дальній. Каждый часъ прино-
силъ съ собою новыя сцены страданій и смерти. Нѣсколько дней
спустя былъ раненъ посѣтившій Банрусанъ военный агентъ Ис-
паніи: камнемъ, отскочившимъ отъ взрыва снаряда, ему пере-
шибло кость на ногѣ. И въ такой атмосферѣ, смрадной отъ раз-
лагающихся тѣлъ и страшной всѣми ужасами, которые я пы-
тался описать, приходилось .жить гарнизону Банрусана въ тече-
ніе долгихъ дней и ночей.
Въ началѣ октября всѣ окопы, ведущіе къ подошвамъ Ни-
русана и Шоюсана были настолько заполнены, что можно было
обходить кругомъ восточной части линіи укрѣпленій идущей отъ
Хпгаши Кейкваисана до Шоюсана, намѣченной для предстоящей
атаки. Многія мили траншей, пересѣкающихъ въ разныхъ на-
правленіяхъ Шуйшіинскую долину были окончены и соединены
между собою, представляя сплоченную сѣть проходовъ въ 7—8 фу-
товъ вышины и отъ 2-хъ до 4-хъ футовъ ширины.
Въ этихъ полуподземныхъ ходахъ ютились тысячи и тысячи
солдата совершенно невидимыхъ для посторонняго глаза, и только
имѣвшій къ нимъ доступъ могъ составить себѣ понятіе объ ис-
полинской работѣ, исполненной японцами и объ оригинальной
жизни этихъ тысячъ людей, тѣснившихся въ подземномъ лаби-
ринтѣ. Обѣ враждебныя арміи, расположенье вдоль всей восточ-
ной части укрѣпленій, находились одна отъ другой па разстояніи
сотни, а мѣстами даже, тридцати только ярдовіэ и странно было
сознавать—ходя взадъ и впередъ по передовымъ траншеямъ, что
вашъ врагъ въ какихъ нибудь ЗО-ти шагахъ дѣлаетъ то-же
самое.
Въ передовыхъ траншеяхъ время, проходило незамѣтно:, дни
были полны жизни, оживленія и всякихъ случайныхъ инциден-
товъ. Ночь часто обращалась въ день, а день въ ночь, ибо по-
пытка атаки, или вылазки одной изъ враждующихъ армій въ
дневное время казалась столь невозможной, что обѣ стороны не-,
вольно склонны были ослабить свою бдительность, а измученные
152 -
солдаты рады были случаю отдохнуть. Не то ночью: часто дѣла-
лись вылазки, съ одной стороны чтобы разрушить недокончен-
ный близкій непріятельскій окопъ, съ другой—чтобы продвинуть
впередъ ближе къ непріятелю новую траншею. Такіе инцинденты,
или вѣрнѣе, ожиданіе ихъ, вынуждали обѣ стороны быть на чеку
по ночамъ по всей линіи фронта, хотя послѣ неудачнаго опыта
ночной атаки 23 августа трудно было полагать, что подобная по-
пытка повторится: отбивать вражескую позицію въ темнотѣ было
безумно рискованно и даже побѣдителю стоитъ слишкомъ боль-
шихъ жертвъ. Поэтому при первомъ выстрѣлѣ ночью люди вска-
кивали и, хватаясь за оружіе, были готовы отразить нападеніе.
Такое тревожное состояніе и постоянное напряженіе нервъ до-
вели войска до такой степени раздражительности, что часто при
отдѣльномъ случайномъ выстрѣлѣ, нарушившемъ ночную темноту,
солдаты изо всѣхъ траншей принимались стрѣлять безъ разбора
въ невидимаго врага: такая перестрѣлка, длившаяся иногда нѣ-
сколько минутъ, поднимала тревогу на нѣсколько миль кругомъ,
заставляя думать, что начался серьезный штурмъ крѣпости. За-
тѣмъ все стихало, наступалъ періодъ относительнаго покоя, ко-
торый опять такъ-же безсмысленно нарушался и иногда еще
болѣе жестокой пальбой. Подчасъ ночью ружейные выстрѣлы
такъ раздражали орудійную прислугу, что она давала залпъ по
тому пункту боевой линіи, откуда слышались выстрѣлы, какъ бы
съ цѣлью пристращать стрѣлявшихъ. Одинъ, другой залпъ дѣй-
ствовалъ успокоительно на русскихъ стрѣлковъ, которымъ не осо-
бенно нравилось пускать въ ходъ оружіе ночью.
Страшное впечатлѣніе производили въ ночной темнотѣ раз-
рывающіеся снаряды: кикъ ни напрягать зрѣніе, невозможно
было различить съ какой батареи былъ произведенъ выстрѣлъ...
сначала блеснетъ красное пламя, взовьется бѣлый дымокъ и
только черезъ нѣсколько секундъ прогремитъ выстрѣлъ. Въ те-
ченіе 5—7 мѣсяцевъ не проходило болѣе 2—3 минутъ безъ какого
либо выстрѣла. Не помню, чтобъ я за это время хоть разъ, про-
153 —
гнувшись ночью, не услыхалъ выстрѣла ружья изъ траншей, или
грохота пушки со стороны осаждающихъ. Когда осада кончилась
и настала полная тишина, она была такъ непривычна для на-
шего уха, что намъ какъ бы недоставало шума выстрѣловъ. Это
особенно испытывали солдаты передовыхъ позицій: они увѣряли,
что эта тишина для нихъ просто невыносима. Адъютантъ гене-
рала Ошима, поручикъ Гори, говорилъ мнѣ, что такое-же стран-
ное впечатлѣніе было и у всѣхъ въ Штабѣ: казалось утрачено
вдругъ нѣчто всѣмъ нужное, привычное...
Днемъ жизнь въ передовыхъ траншеяхъ имѣла иной харак-
теръ: всѣ были веселы, возбуждены, воодушевлены. Вліяніе сол-
нечнаго свѣта чудесно дѣйствуетъ на людей, поставленныхъ въ
тяжелыя условія. Въ октябрѣ ночные холода уже указывали на
близость зимы. Прогулка вокругъ траншей съ хорошо знающимъ
дорогу офицеромъ штаба представляла всегда пріятное, никогда
не наскучившее развлеченіе. Безусловно необходимо было ходить
съ проводникомъ, иначе легко можно было потерять дорогу и
попасть изъ траншей прямо на Шуйшінскую долину, гдѣ васъ не
замедлилъ бы подстрѣлить зоркій часовой.
Траншеи углублялись въ землѣ до 4-хъ футовъ при ши-
ринѣ въ 2 — 3 фута. Вся выкопанная земля насыпалась въ хол-
щевые мѣшки, которые складывались рядами вдоль стѣнъ тран-
шей, увеличивая такимъ образомъ ихъ высоту еще на 4 фута.
Мѣшки съ пескомъ не укладывались вплоть къ самымъ краямъ
стѣны рвовъ, но на футъ отступя отъ нихъ, образуя какъ бы
выступъ, на которомъ могли сидѣть, прислонившись для отдыха,
да и для того, чтобъ быть нѣсколько въ сторонѣ отъ офицеровъ
и людей безпристанно снующихъ по траншеямъ.
Солдаты могли, усѣвшись на этихъ выступахъ, стрѣлять
черезъ отверстія, въ 3-4 дюйма въ діаметрѣ, оставляемыя для
этой цѣли между мѣшками съ пескомъ при ихъ укладкѣ. Этн
отверстія дѣлались въ предпослѣднемъ рядѣ мѣшковъ отъ верх-
няго края ихъ; различить ихъ даже и на близкомъ разстояніи
— 154
было очень трудно и только вглядываясь долго въ непріятель-
скую траншею можно было отличить на извѣстныхъ разстоя-
ніяхъ свѣтлыя точки. Продолжая фиксировать эти точки слѣдо-
вало навести ружье прямо иа одну изъ нихъ, а какъ только это
свѣтящаяся точка потемнѣетъ—это значило, что кто-либо засло-
нилъ ее, наблюдая съ своей стороны за противоположной тран-
шеей. Тогда не медля спускайте курокъ п, если прицѣлъ былъ
вѣренъ—па траншеѣ появится вновь свѣтлая точка, а за нею
почти всегда раненый, а часто и убитый врагъ. Становиться про-
тивъ этихъ отверстій при близости разстоянія между траншеями
враждующихъ армій было такъ опасно, что лишь часовые или
постовые стрѣлки по необходимости отваживались заглядывалъ
въ нихъ. Японцы догадались закладывать эти отверстія неболь-
шими камнями и когда надо было вынуть камень и подставить
голову, дѣлали это такъ быстро, что свѣтъ мелькалъ лишь нѣ-
сколько секундъ—поэтому русскіе нр могли по свѣту цѣлить
навѣрняка и стрѣляли на угадъ. При всякомъ обходѣ много тран-
шей, я всегда натыкался иа нѣсколько труповъ солдатъ, прострѣ-
лянныхъ въ голову, что доказывало, какъ опасно была малѣй-
шая неосторожность при наблюденіяхъ сквозь эти маленькія
отверстія.
Передовыя траншеи, переполненныя людьми, конечно, не
представляли собою пріятнаго и удобнаго жилища: проходя изъ
одного пункта въ другой, приходилось то и дѣло перепрыгивать
черезъ сидящія, лежащія и спящія по краямъ и на полу тран-
шей, фигуры. Часто неловкій шагъ заставлялъ поскользнуться
и задѣть спящаго, который въ полуснѣ издавалъ стонъ или про-
клятіе, недоумѣвая, что нарушило его сонъ—ядро, или штыкъ
непріятеля. Часто люди сидѣли группами и обсуждали повседнев-
ныя событія съ невозможно серьезнымъ выраженіемъ лица., свой-
ственнымъ японскимъ солдатамъ; порою они издавали какой то
странный горловой звукъ, высоко поднимали плечи, опускали
голову, принимая насмѣшливое выраженіе всякій разъ, какъ въ
155 —
разговорахъ встрѣчалось что либо имъ непонятное, или прохо-
дилъ кто нибудь имъ неизвѣстный.
Каждый солдатъ непремѣнно имѣлъ при себѣ кожаный портъ-
сигаръ, изъ котораго вынималъ и закуривалъ одну за другой папи-
росу. Японскія папиросы изготовляются изъ спеціальнаго табаку съ
примѣсью какого то химическаго состава, оставляющаго особен-
ный привкусъ во рту и придающаго имъ свойство очень быстраго
зараженія. Онѣ довольно толстыя съ бумажными мундштуками,
какъ въ русскихъ папиросахъ; зажигаются они легко и выку-
ривается такая папироса въ теченіи минуты. Продаются онѣ въ
пакетахъ разнаго цвѣта и разной цѣны, сообразно качеству табака,
причемъ въ продажѣ они бываютъ обыкновенно трехъ сортовъ.
Самая дешевая цѣна пакета папиросъ въ 25 штукъ—была 6 Сенъ
или 3 цента золотомъ, лучшіе сорта стоили отъ 7 до 8 центовъ
за 25 штукъ.—Въ другихъ группахъ солдаты болтали, угощая
другъ друга сластями и кэкамп и смѣялись, какъ дѣти. Въ
какой другой арміи цѣлаго свѣта, сталъ бы рядовой солдатъ
сидѣть и сосать леденцы въ 30-тн ярдахъ отъ непріятеля?
Японскія сласти бываютъ разныхъ сортовъ и вкусовъ, но
лишь было бы сладко, остальныя примѣси не существенны.
Японцы также очень любятъ шоколадъ, но такъ какъ это про-
дуктъ заграничный, то его и не было въ продажѣ въ поход-
ныхъ лавочкахъ. Въ общемъ японскія сласти были не по вкусу
европейцамъ: напримѣръ, ихъ любимое лакомство, нѣчто-вкусомъ
напоминающее опилки съ примѣсью клея и сахара, а на видъ—
напоминаетъ тѣ новаго изобрѣтенія растопки, которыми наша
прислуга подтапливаетъ камины въ холодные зимніе дни. Длин-
ныя твердыя палочки этой странной смѣси продаются по 10-ти
сенъ и пожираются японскими солдатами съ наслажденіемъ.
Случается, что гдѣ-нибудь въ сторонѣ пріютился солдатикъ
за письмомъ къ родителямъ, женѣ, или любимой гейшѣ, но та-
кихъ немного: уходя на войну, японецъ прощается съ близкими,
какъ-бы навсегда. Въ одномъ только отношеніи японскіе офи-
156 —
церы и солдаты совершенно похожи на своихъ европейскихъ со-
братьевъ: у каждаго изъ нихъ всегда есть нѣсколько фотогра-
фій возлюбленныхъ, которыя онп съ гордостью показываютъ же-
лающимъ. Одинъ полковникъ показалъ мнѣ 32 фотографіи раз-
ныхъ гейшъ съ подписями, прося сказать, которая, по моему,
самая красивая, а когда я исполнилъ его желаніе—онъ тотчасъ
же предложилъ мнѣ эту фотографію, на память. Постъ-карты
также въ большомъ ходу у японцевъ: мѣстныя красавицы на-
клеиваютъ на нихъ свои фотографіи и чрезъ посредство род-
ныхъ и знакомыхъ пересылаютъ ихъ въ дѣйствующую армію,
чтобъ услаждать сердца далекихъ воиновъ.
Въ извѣстныхъ промежуткахъ вдоль линіи траншей были
поставлены пулеметы изъ предосторожности продвинутые въ тѣ
пункты, гдѣ молено было предполагать вылазку русскихъ. Еще
одно оригинальное орудіе — продуктъ изобрѣтательности нѣкоего
военнаго инженера—находилось въ траншеяхъ, орудіе уже сотни
лѣтъ не употребляемое на войнѣ. То было—деревянная мортира
6—7-дюймоваго калибра, скрѣпленная обручами и заряжающаяся
съ казенной части: она двухъ футовъ длины, устанавливалась
на деревянную телѣжку и употреблялась для метанія ручныхъ
гранатъ въ непріятельскія траншеи.
Во время сентябрскихъ атакъ былъ сдѣланъ опытъ снабже-
нія солдатъ ручными гранатами для метанія ихъ въ непріятеля
на близкомъ разстояніи, такъ какъ русскіе не покидали своихъ
траншей до послѣдней минуты; выгнать ихъ изъ окоповъ, по-
крытыхъ мѣшками — помощью ружей и штыковъ, было невоз-
можно, тѣмъ болѣе, что русскіе сами употребляли ручныя гра-
наты. Я уже описалъ выше, какъ японцы дѣйствовали ручными
гранатами при взятіи Памакоямы и Шуйшіинскихъ редутовъ, но
при этомъ выяснилась ихъ малая пригодность, такъ какъ напа-
дающіе никогда не могутъ ‘заранѣе опредѣлить момента, когда
именно они подойдутъ на нужное для цѣли разстояніе и гранаты
зажигаемыя трубкой или разрывались преждевременно у нихъ въ
157
рукахъ или отбрасывались не бывши въ употребленіи, вслѣд-
ствіе упущеннаго момента. Въ силу этихъ условій японцы рѣ-
шили отмѣнить ношеніе солдатами ручныхъ гранатъ, а одинъ
инженеръ предложилъ взамѣнъ этого деревянную мортиру, кото-
рую должны были везти на телѣжкѣ два человѣка и метать ею
гранаты на нужномъ для цѣли разстояніи. Зарядъ пороха всы-
пался въ мортиру, затѣмъ послѣдовательно вкладывалось нѣ-
сколько гранатъ, фитиль подносился къ трубкѣ и граната ле-
тѣла въ непріятеля. Прицѣлъ, понятно, рѣдко былъ вѣренъ и
много вреда непріятелю такимъ способомъ не наносилось, но
зрѣлище было очень по вкусу японцамъ, такъ какъ разлетаю-
щіяся и разрывающіяся съ трескомъ и блескомъ гранаты напо-
минали фейерверкъ съ бенгальскимъ огнемъ. Такихъ деревян-
ныхъ мортиръ было заготовлено порядочное количество, но упот-
реблялись они весьма рѣдко.
Въ теченіе осады Портъ-Артура грозящая смерть представ-
лялась въ такихъ разныхъ видахъ и формахъ, что каждый, можно
сказать, имѣлъ возможность избрать ее по своему вкусу. Не
говоримъ уже о простыхъ пуляхъ, на нихъ едва обращалось
вниманіе; но тутъ обыкновенно были ядра, шрапнель, бумъ-
бумъ; кромѣ того, мины, ручныя гранаты, фугасы, ямы,
наполненныя разрывнымъ веществомъ (?) со вставленными въ нихъ
заостренными кольями, груды каменныхъ обломковъ, смертонос-
ные газы, словомъ все, что уничтожало жпзпь. Но кромѣ всѣхъ
этихъ извѣстныхъ родовъ истребленія, была еще смерть, наво-
дившая ужасъ на войска и заставлявшая трепетать самыхъ храб-
рыхъ:—то была необъяснимая смерть; она вызвала такой суе-
вѣрный ужасъ въ войскахъ, который въ теченіе весьма долгаго
времени не могъ быть уничтоженъ. Началось съ того, что про-
шелъ слухъ, будто во время первыхъ атакъ въ августѣ, солдаты-
пѣхотинцы вдругъ цѣлыми рядами валились мертвыми, причемъ
па нихъ не было найдено никакихъ ранъ, пли поврежденій, мо-
гущихъ причинить смерть. По объясненію штаба причиною тому
ПОГТЪ-АІ'Т.
II
158 —
была электрическая проволока, которою русскіе окружили свою
линію и прикосновеніе къ коей, могло вызвать мгновенную смерть.
Но многіе долго отрицали существованіе такой проволоки и при-
писывали всѣ эти росказни возбужденному воображенію солдата.
Долго спустя, возвращаясь въ Англію, я ѣхалъ на кораблѣ съ
однимъ русскимъ морскимъ офицеромъ, Начальникомъ ПГтаба
князя Ухтомскаго, командира «Пересвѣта».
Мы познакомились и часто бесѣдовали о войнѣ, причемъ
онъ однажды спросилъ меня, не приходилось ли мнѣ когда-ни-
будь слышать о смерти японцевъ отъ электрической проволоки?
Я повторилъ ему все слышанное мною по этому поводу. Тута
онъ разсказалъ мнѣ, что именно подъ его руководствомъ находи-
лась электрическая станція въ крѣпости, онъ испросилъ разрѣше-
ніе произвести означенный опытъ и теперь могъ сообщить мнѣ по-
дробности всего дѣла. Электрическая проволока была дѣйстви-
тельно включена въ обыкновенную проволочную сѣть такъ что
отличить ее было нельзя. Токъ былъ настолько силенъ, что обу-
словливалъ смерть отъ слабѣйшаго прикосновенія. Самъ онъ не
имѣлъ случая лично видѣть дѣйствіе тока на непріятеля—по оче-
видцы передавали ему, что во время первыхъ атакъ дѣйствительно
были случаи, что цѣлый рядъ солдатъ падалъ внезапно, поражен-
ный на смерть отъ прикосновенія къ такой проволокѣ. Очевидно
такіе случаи не могли повторяться часто, ибо при атакѣ проволоч-
ная сѣть уничтожилась и разрывными снарядами и перерѣзалась
солдатами, а съ нею уничтожалось и дѣйствіе вплетенной въ нее
электрической проволоки.
Другая трудная задача, съ которой японцамъ приходилось
считаться еще въ началѣ осады, была — уничтоженіе проволоч-
ныхъ сѣтей, устанавливаемыхъ русскими у подошвы ихъ позицій.
Сѣти и рѣшетки были сдѣланы изъ стальной проволоки въ 1/з
дюйма въ діаметрѣ безъ зубцовъ; они прочно укрѣплялись на
кольяхъ, вертикально вбитыхъ въ землю.
Необходимость уничтоженія этихъ загражденій до начала
159 —
атаки такихъ укрѣпленій, какія были въ Поргъ-Артурѣ—очевидна.
Успѣхъ зависѣлъ отъ быстроты и силы натиска пѣхоты, и если бы
на пути ея по склонамъ укрѣпленій и горъ она задерживалась та-
кимъ проволочнымъ загражденіемъ, — то успѣхъ атаки былъ бы
невозможенъ. Обыкновенные ручныя клещи, подобные тѣмъ, какія
употреблялись во время южно-африканской войны оказались и
тутъ недостаточными; хотя ими п молено было иногда перерѣ-
зать проволоки, но это дѣлалось съ трудомъ, а подъ такимъ ог-
немъ, какъ приходилось наступать японцамъ, необходимо было
сразу, однимъ нажимомъ обрывать сѣтку. Для этой цѣли, въ армію
были доставлены длинные рѣзцы, установляемыя на надежную
точку опоры. Такое приспособленіе дало прекрасные результаты: —
очень скоро всѣ проволочныя загражденія были перерѣзаны охот-
никами во время ночныхъ вылазокъ. Второй не менѣе удачный
пріемъ для уничтоженія сѣтей состоялъ въ томъ, что японцы
сжигали деревянные колья, на которыхъ держалась сѣть и тогда
она валилась сама собою. Иногда японскіе саперы рѣшались на
такой отчаянный опытъ: они ложились по сю сторону у самой
сѣти и притворялись мертвыми, когда же русскіе часовые отхо-
дили, то они принимались перерѣзать проволоку. Какъ ни опа-
сенъ былъ этотъ опытъ — все же всегда находились охотники
рискнуть. Но продѣлка эта скоро была подмѣчена русскими и
съ того времени они безразлично подстрѣливали всякое тѣло,
лежащее вблизи сѣти.
Я самъ видѣлъ, какъ русскіе, высовываясь изъ за траншей
стрѣляли въ раненыхъ, едва тѣ пробовали пошевелиться. Это
было конечно жестоко, но оправдывалось тѣмъ, что они не могли
оставлять въ такой близости людей, прикидывающихся мертвыми
съ пагубными для русскихъ цѣлями. Понятно, что много несча-
стныхъ раненыхъ поплатилось неповинно.
Въ авангардныхъ траншеяхъ солдаты несли сторожевую
службу по 24 часа безсмѣнно, затѣмъ они отсылались къ лаге-
рямъ за линію обложенія, а новый полкъ занималъ ихъ мѣсто.
11*
160 —
Такимъ путемъ людямъ предоставлялась возможность отдохнуть,
приготовить себѣ горячую пищу, помыться и привести въ поря-
докъ одежду и амуницію. 14 октября поручикъ Гори провелъ
г-на Геральда Моргана и меня кругомъ всей линіи траншей, за-
нятыхъ солдатами 9-го полка и сообщилъ намъ, что иа утро
готовится атака форта Хашимакаямы, а равно и русскихъ тран-
шей идущихъ вокругъ подошвы Нирусана. Необходимо было на-
чать съ перваго, такъ какъ пока онъ оставался въ рукахъ вра-
говъ, нельзя было бы штурмовать и Нирусанъ, ибо атакующіе
обстрѣливались бы все время съ Хашимакаяма *). Въ виду
этого я съ особеннымъ интересомъ слѣдилъ за поведеніемъ
японцевъ, скученныхъ въ траншеяхъ передъ самымъ фор-
томъ Хашимакаяма л Нирусаномъ, которые имъ предстояло одо-
лѣть на другой день. Атака одного изъ такихъ сильныхъ фор-
товъ Портъ-Артура — равносильна была уничтоженію полка —
слѣдовательно всѣ эти сотни солдатъ могли чувствовать себя
приговоренными къ смерти. Наблюдать людей, полагающихъ, что
онп переживаютъ послѣдніе часы своей жизни — весьма поучи-
тельно—а случаевъ къ такимъ наблюденіямъ было не мало, осо-
бенно въ періодъ длиннаго ряда атакъ въ первыхъ числахъ ок-
тября, окончившихся такъ печально для японской арміи.
Какъ ведетъ себя японецъ4 въ такихъ обстоятельствахъ?
Груститъ онъ, боится или нервничаетъ? Насколько могу судить,
я никогда не замѣчалъ ни малѣйшаго унынія и вообще никакой
перемѣны въ обычныхъ привычкахъ не смотря на то, что каж-
дый изъ нихъ могъ ожидать, что конецъ близокъ, и что не при-
дется ему вернуться на любимую родину’. Люди, какъ всегда,
.собирались въ кружки, разговаривали, смѣялись и конечно обсу-
ждали всѣ шансы на успѣхъ въ предстоящей на утро битвѣ.
Нѣкоторые чистили оружіе, оттачивали штыки, немногіе писали
прощальныя письма, но большинство просто дремали, пли курили
9 Хашимакаяма—Капониръ № 3 вправо отъ форта №3 (Нирусана). Іірим. псрев.
161
неизмѣнныя папиросы, ѣли сласти, какъ будто ничто необычное
и не ожидалось на слѣдующій день. Накурившись и налакоми-
вшись до-сыта они отправились спать, пока не прозвучитъ те-
лефонный звонокъ — сигналъ готовиться къ атакѣ, а для боль-
шинства и къ смерти. Прозвучалъ звонокъ и солдаты перепры-
гивали черезъ траншеи, пролѣзали между мѣшками съ пескомъ
и ринулись въ атаку.—Черезъ нѣсколько шаговъ—залпъ непрія-
теля ошеломилъ ихъ и миогіе полегли тутъ же, но новые люди
такими же густыми рядами замѣнили павпіихъ и съ большей
еще отвагой двинулись впередъ! Можно ли удивляться, что такія
войска были непобѣдимы въ послѣдней войнѣ.
Вечеромъ наканунѣ предстоящей атаки всегда выходилъ при-
казъ о томъ отъ начальника дивизіи съ указаніемъ точнаго часа,
когда должно начать наступленіе; приказъ тотчасъ же сообщался
всѣмъ полкамъ, предназначеннымъ въ бой. Такимъ образомъ пол-
ковые командиры имѣли довольно времени сдѣлать нужныя при-
готовленія, а солдаты не томились напрасно долгимъ ожиданіемъ
битвы.
Атака Хашимакаямы была назначена на полдень 15-го ок-
тября. 18-ая бригада 9-ой дивизіи должна была начать наступленіе
при содѣйствіи большинства орудій, расположенныхъ вокругъ
крѣпости. Эта была первая проба новой тактики, такъ какъ до
сихъ поръ въ атакахъ участвовала одна пѣхота. Снова и снова
бросались войска на траншеи, кручи и форты, съ той же несо-
крушимой отвагой, подвигаясь впередъ и выше, подкрѣпляемыя
недостаточно сильнымъ огнемъ. Японскіе солдаты видѣли тѣла
товарищей, разбросанныя на сопкахъ, хотя и отбитыхъ у врага,
но поневолѣ опять оставленныхъ, они видѣли своихъ, раненыхъ
брошенныхъ на полѣ сраженія безъ помощи и призора подъ па-
лящими лучами солнца. Каждый солдатъ, идя въ атаку, зналъ,
что если онъ упадетъ, хотя бы и легко раненый передъ непрія-
тельской линіей, то такъ и останется тамъ умирать медленной
смертью отъ голода и жажды или отъ непромытыхъ, не перевя-
162 —
занныхъ ранъ. На красный крестъ не обращали вниманія, а о
перемиріи хотя бы только для подбиранія раненыхъ и погребенія
убитыхъ нечего было и думать — такъ велико было озлобленіе
между осажденными и осаждающими. Причиною этого была дол-
гая и безпощадная борьба, неизбѣжныя недоразумѣнія, а также
боязнь, что всякое снисхожденіе или состраданіе къ несчастнымъ
могута повлечь за собою потерю, или захватъ какой-либо важной
позиціи на линіи обороны. Осуждать невозможно, да и некого:
виноваты не солдаты, а война, которая неминуемо заглушаетъ
въ людяхъ состраданіе, но и вызываетъ тѣ геройскія чувства, ко-
торыя создали нѣкогда героевъ Трои. Такъ было и съ японцами.
Цѣлыхъ три мѣсяца осаждали они и атаковали постоянныя ук-
рѣпленія безъ помощи артиллерійскаго огня, опираясь лишь на
свою храбрость и самоотверженіе *). Тысячи ихъ полегли во
кругъ русскихъ укрѣпленій и тысячами отправлены ранеными
въ Дальній и Японію. И всѣ эти потери дали пока лишь не-
большой результатъ. Форты все таки не были взяты, а въ раз-
стояніи 50—100 ярдовъ отъ траншей наполненныхъ японцами—
держались еще упорные непобѣжденные враги—отправившіе ихъ
соратниковъ въ преждевременную могилу. Въ такихъ долгихъ
тяжелыхъ войнахъ, какъ осада Портъ-Артура — наступаетъ мо-
ментъ, когда забываются и нарушаются всѣ Женевскія конвенціи,
а кровавые бои вызываютъ въ лучшихъ, храбрѣйшихъ людяхъ
тѣ звѣрскія чувства, на которыя съ ужасомъ и отвращеніемъ
взираетъ устрашенное человѣчество.
♦) Японская артиллерія все время оказывала поддержку своен пѣхотѣ, начиная
съ перваго дня осады. Ирим. перев.
163
Г л а в а XIV.
Взятіе Хашиманаямы *)•
15-го октября, послѣ полудня, пѣхотныя войска, вызванныя
для штурма Хашпмакаямы, не имѣли повода жаловаться на не-
достатокъ артиллерійской поддержки, ибо здѣсь мы впервые
увидѣли дѣйствіе гаубицъ крупнаго калибра противъ укрѣпленій,
состоящихъ изъ земляныхъ насыпей, мѣшковъ съ пескомъ и блин-
дированныхъ прикрытій. Бомбардировка началась въ 2 часа дня
и непрерывно продолжалась до 4 ч. 30 м. пополудни. Не только
гаубицы были пущены тутъ въ ходъ, но и морскія орудія, а
также дѣйствовала полевая артиллерія, осыпавшая позиціи шрап-
нелью въ теченіе послѣдняго часа бомбардировки. Это былъ еще
первый случай, что въ сухопутномъ сраженіи дѣйствовала такая
сильная артиллерія и дѣйствіе ея на траншеи было разруши-
тельное. Послѣ каждаго взрыва одного изъ этихъ большихъ сна-
рядовъ поднимался высокій столбъ чернаго дыма, изъ котораго
во всѣ стороны разлетались осколки и куски гранатъ, большіе
камни, деревянныя обломки, мѣшки съ пескомъ, разнаго рода
отбросы; когда же дымъ разсѣивался, то только груды мусора
указывали мѣсто прежней траншеи. Казалось, что никакая пѣ-
хота не устоитъ на своихъ позиціяхъ подъ такой канонадой.
Послѣ двухчасовой бомбардировки полковникъ Номизо далъ
приказъ одному изъ батальоновъ (изъ вновь набраннаго 7-го
полка, который къ 23-му августа, послѣ одномѣсячнаго боя, изъ
2700 уменьшился до 208 человѣкъ) поднятся тихимъ ходомъ на
гору и ударить въ штыки. Японцы взобрались на гору почти не
потерявъ ни одного солдата, потому что русскіе, не будучи въ
состояніи выдержать новаго дождя гранатъ, покинули свои по-
*) Укрѣпленіе Хашимакаяма состояло изъ батареи, на двѣ легкія пушки, поста-
вленной на обратномъ скатѣ горкп в прикрытой спереди стрѣлковымъ окопомъ, соеди-
неннымъ съ Китайской стѣной ходами сообщенія. Лрим. перев.
164
зиціи. Только что японцы добрались до земляного вала, какъ
одна изъ 28-ми метровыхъ гаубицъ дала послѣдній залпъ по
фронту, причемъ выбила изъ строя нѣсколько человѣкъ. Такимъ
образомъ была одержана блестящая побѣда безъ потери японцами
даже десятка солдатъ. Еще до начала атаки рѣшено было не
оставаться въ отбитыхъ у русскихъ на вершинахъ холмовъ укрѣ-
пленіяхъ. ибо они находились подъ дѣйствіемъ орудійнаго огня
съ расположенныхъ въ тылу и господствующихъ надъ ними фор-
товъ. Поэтому задачей осаждающихъ было разрушить по возмож-
ности до основанія внутренность укрѣпленій, чтобы, очистивъ
ихъ, укрыться за гребнемъ горы до тѣхъ поръ, пока подъ по-
кровомъ ночи инженеры не возведутъ прикрытій.
Все дѣло было прекрасно организовано и имѣло полный ус-
пѣхъ. Втащили на. гору горючее масло, облили имъ деревянныя
части построекъ, затѣмъ подожгли пхъ, а частью разрушили.
Какъ только въ параллеляхъ у подошвы Нпрусана японскіе
солдаты увидѣли, что удалось занять фортъ Хашимакаяма, они
перескочили черезъ мѣшки съ пескомъ и оттѣснили русскую линію
на 40 метровъ. Человѣкъ 6—7 изъ нихъ были тотчасъ же убиты,
но у цѣлѣйшіе достигли траншей и, не давъ опомниться русскимъ,
заняли пхъ.
Оправившись отъ неожиданности, русскіе пробовали оказать
сопротивленіе: удирили въ штыки, стрѣляли въ передовыхъ япон-
цевъ, бросаясь съ винтовками прямо па нихъ; но прежде чѣмъ
русскіе успѣли понять все случившееся, японцы уже заняли ихъ
траншеи, и русскіе отступили и бѣжали, ища гдѣ укрыться... Но
кругомъ негдѣ было искать спасенія.
Передъ ними возвышалась высокая отвѣсная гора съ фортомъ
ІІпрусанъ, который японцы теперь осыпали гранатами; направо
отъ нихъ находилось только что отнятое укрѣпленіе Хашимакаяма;
за нимъ стояли японцы. Единственный, остававшійся имъ путь
отступленія лежалъ къ западу, гдѣ, пробѣжавъ около 400 ярдовъ,
они могли кое-какъ укрыться въ углубленіяхъ и расщелинахъ почвы.
165
Когда японцы вскарабкались на мѣшки съ пескомъ поверхі,
траншеи, оставшіеся еще тамъ 40 или 50 человѣкъ, въ количествѣ
совершенно недостаточномъ, чтобы удержать траншею, пустились
бѣжать, отступая назадъ. Можно себѣ представить то душевное
состояніе, которое должны были пережить эти несчастные люди за
послѣдніе часы.
Въ теченіе двухъ часовъ они подвергались неописуемой страш-
ной бомбардировкѣ гаубицъ крупнаго колибра и многихъ другихъ
орудій и хотя онп имѣли гдѣ укрыться отъ этого желѣзнаго
ливня, все же потери пхъ отъ артиллерійскаго огня были очень
велики. Они хорошо сознавали, что такая бомбардировка была
предвѣстникомъ атаки съ непріятельскихъ траншей, находив-
шихся на разстояніи 40 ярдовъ, а число русскихъ было слиш-
комъ недостаточно, чтобъ противостоять рѣшительной аттакѣ 19-го
полка, даже еслибъ они и знали заблаговременно о наступленіи
японской пѣхоты. Онп сознавали также, что имъ оставался един-
ственный открытый путь къ отступленію, это отвѣсный скатъ,
горы, гдѣ нельзя было встрѣтить пи одного мѣстечка, на кото-
ромъ они могли бы укрыться отъ выстрѣловъ. Такимъ образомъ
эти бѣдняки въ теченіе двухъ часовъ находились въ постоян-
номъ ожиданіи неминуемой смерти.
Для нихъ было бы лучше оставаться на своихъ укрѣпленіяхъ
и, сражаясь до послѣдней капли крови, быть сразу застрѣленными
или приколотыми штыками... но чувство самосохраненія слишкомъ
сильно п безъ сомнѣнія, эти бѣдные простые сибирскіе мужички,
одѣтые только въ боевую одежду, стремились лишь избѣжать
ужаса ожиданія смерти, забывая о томъ, что въ бѣгствѣ по от-
крытому полю не было отъ нея спасенія *).
9 Освѣщеніе, приданное авторомъ книги, картинѣ атаки открытаго канонира
<№ 3 совершенно но отвѣчаетъ дѣйствительности, какъ въ этомъ убѣждаютъ насъ и
оффиціальныя донесенія и описаніе этой-зке атаки, сдѣланное другимъ англійскимъ
свидѣтелемъ ея—Давидомъ Джемсомъ.
Такъ, по оффиціальнымъ свѣдѣніямъ, во время ужасной бомбардировки кано-
нира японцамъ удалось обрушить блиндажъ, при чемъ гарнизонъ (охотничья команда(
166
Послѣдовавшая за тѣмъ сцена представляла просто бойню—
трудно себѣ представить болѣе омерзительное зрѣлище. Кроликъ
можетъ пробѣжать вдоль цѣлой линіи стрѣлковъ и избѣгнуть вы-
стрѣла: въ своемъ паническомъ страхѣ и стремленіи укрыться,
онъ бѣгаетъ, прячется, ища спасенія, прыгаетъ, кружится изъ
стороны въ сторону и... все напрасно, ибо все таки попадаетъ въ
ягдташъ.
Это-то именно и происходило у подножья Нирусана, съ той
только разницей, что здѣсь были люди-кролики, бѣгавшіе вдоль
цѣлаго ряда всякаго рода, сооруженій бросавшіеся изъ стороны въ
сторону, описывая необычайные круги и углы и странные прыжки
въ своей безумной надеждѣ избѣжать какъ можно далѣе мѣткой
пули стрѣлковъ, быстро выстроившихся вдоль траншеи, только
что покинутой русскими.
Когда русскіе покинули свои траншеи, то большинство изъ
нихъ бросилось прямо на отвѣсный откосъ Нирусана, но вскараб-
кавшись на недалекое пространство увидѣли полную невозмож-
ность взобраться на Нирусанъ и тогда нѣкоторые изъ нихъ измѣ-
нили направленіе и бросились на западъ. Другіе охваченные па-
ническимъ страхомъ, не сознавая что дѣлаютъ, начали бѣгать
кругомъ подъ облавой и выстрѣлами окружающихъ ихъ стрѣлковъ,
надѣясь избѣжать рокового ядра. Удивительно, право, сколько вы-
пускается пуль, чтобъ убить одного человѣка и хотя каждый изъ
нихъ, видя неизбѣжность смерти желалъ для нихъ скорѣйшаго
понесъ большія потери, а при послѣдовавшемъ затѣмъ штурмѣ японцамъ удалось овла-
дѣть только половиной окопа.
Никакого бѣгства не было. Гарнизонъ удержался въ остальной части окопа,,
отгородившись ночью отъ японцевъ ретраншаме нтомъ.
Давидъ Джемсъ, описывая это дѣло, говорить такъ: «Тотъ, кто писалъ, что
«миръ знаетъ высшіе образцы мужества, чѣмъ бой», не имѣлъ понятія о томъ образцѣ
мужества, который показала горсть русскихъ воиновъ подъ этимъ всесокрушающимъ
огнемъ снарядовъ въ этотъ полдень октября»!
Поэтому, къ описанію этого боя, сдѣланному здѣсь, авторомъ книги, слѣдуетъ
отнестись съ большой коррективой.
Лрим. иерев.
167
конца этой муки, тѣмъ не менѣе эти минуты ожиданія казались
безконечными.
Одинъ русскій солдатъ, бросившійся было сначала на отвѣс-
ный скатъ горы, скатился затѣмъ оттуда внизъ и, кинувшись въ
сторону японцевъ, хотѣлъ было бѣжать назадъ... вокругъ него ле-
тали ядра, поднимая легкіе столбы пыли, но онъ все продолжалъ
бѣжать. Внезапно онъ упалъ, или, скорѣе въ изнеможеніи сва-
лился на каку го то кучу и, еслибъ онъ только пошевельнулся, но-
вое ядро не замѣдлило бы прикончить его, ибо тѣло его чернымъ
пятномъ выдѣлялось на скатѣ горы.
Другой солдатъ бѣгалъ все крутомъ, пока совсѣмъ не изнѣ-
могъ, тутъ онъ очевидно сообразилъ, что игра не стоитъ свѣчъ и
все равно бѣжать ли отъ смерти или встрѣтить ее спокойно... онъ
остановился и сѣлъ... въ ожиданіи конца... ждать пришлось не
долго!
Устремившимся тотчасъ же на западъ удалось ускользнуть
отъ вѣрной смерти; но не многіе послѣдовали ихъ примѣру. От-
дѣльное ядро могло бы и пролетѣть мимо, но здѣсь артиллерія
выставила всѣ свои орудія и благодаря шрапнели собрала какъ
ловкій охотникъ въ свой ягдашъ почти всѣхъ. Русскіе вообще
умѣютъ быстро бѣгать, но солдаты были связаны, какъ испоконъ
вѣковъ, высокими сапогами и длинными шинелями. Какое уди-
вительное самопожертвованіе приносили они желѣзной дисци-
плинѣ, всосавшейся въ плоть и кровь многихъ поколѣній, если въ
такую критическую минуту, они не рѣшались сбросить ненуле-
вую тяжесть во время бѣгства. Они казались весьма слабыми вѣ-
роятно вслѣдствіе недостатка надлежащей пищи и принимая во
вниманіе необычныя условія, дѣлающія возможнымъ спасеніе —
бѣгъ ихъ казался медленнымъ. Какъ только небольшое облако
бѣлаго дыма поднималось надъ головой бѣглеца—земля кругомъ
взрывалась сотнями брызгъ; жертву въ силу инерціи влекло еще
впередъ нѣсколько секундъ, затѣмъ ноги ея какъ бы отказыва-
лись служить, бѣглецъ падалъ лицомъ внизъ, руки вытягивались,
— 168
винтовка отлетала прочь и предъ нами лежалъ уже не солдатъ
русскаго царя... Ему не было болѣе дѣла до царскаго указа, по-
велѣвавшаго, по странной ироніи, считать мѣсяцъ службы при
Портъ-Артурѣ за цѣлый годъ—несчастный запоздалъ на цѣлыхъ
два часа окончить свое земное поприще.
Послѣднимъ покинулъ траншею одинъ офицеръ, который
хотя и былъ раненъ въ правую ногу и могъ бѣжать только при-
храмывая, съумѣлъ однако ускользнуть отъ пули. Я предполагаю,
что японская пѣхота, относящаяся съ большимъ уваженіемъ къ
отвагѣ противника, щадила его.
Все это русскіе должны были видѣть со своихъ фортовъ и
легко можно представить себѣ тѣ безумныя мученія, которыя
они должны были переживать при видѣ того, какъ ихъ товари-
щей пристрѣливали, какъ кроликовъ: понятно и то горькое чув-
ство, которое поднималось у нпхъ противъ виновниковъ этой, за-
конами признаваемой, бойни.
Несмотря на то, что у русскихъ въ это время чувствовался
большой недостатокъ въ шрапнели они отвѣчали возмущенные
японскими канонирами, открывшими артиллерійскій огонь про-
тивъ ихъ отступающихъ товарищей. Кто не разъ побывалъ сви-
дѣтелемъ подобныхъ картинъ, пойметъ отвращеніе, вызываемое
такимъ жестокимъ и упорнымъ боемъ. Мы были непосредсвен-
ными очевидцами войны, лишенной всѣхъ прикрасъ, которыми
оправдываетъ ее цивилизація, отбросивъ же эту мишуру, что мы
найдемъ подъ? ней Ничего, кромѣ одного чисто практическаго вывода,
безстыдно провозглашаемаго вопреки всякой гуманности, а именно:
чья сторона убиваетъ быстрѣе, затрачиваетъ на это меньше?
Согласно своему обыкновенію, русскіе въ эту же ночь сдѣ-
лали рѣшительную вылазку противъ Хашпмакаямы, которая бы-
ла, по обыкновенію же, успѣшно отбита. Во время атаки японскія
потери были ничтожны, но вылазка стоила русскимъ 200 че-
ловѣкъ.
На обратномъ пути къ лагерю послѣ наблюденія изъ пере-
1(59
довыхъ траншей за взятіемъ Хашішакаямы, мы съ господиномъ
Морганомъ имѣли интересную встрѣчу. Одну изъ траншей про-
тивъ крѣпости занялъ генералъ Ошима. Намъ приходилось по до-
рогѣ домой пройти мимо него. Существуетъ золотое правило, не
подходить къ командующему во время сраженія: на такомъ не-
прошенномъ гостѣ, конечно, сорвется его гнѣвъ, если сраженіе
идетъ неудачно. Намъ и въ голову не приходило, что генералъ
Ошима выбралъ для своего наблюдательнаго поста столь близкую
къ авангарду позицію и потому мы подходили къ этому мѣсту
съ опаской. Къ счастью день выдался особенно удачный: взяты
были двѣ позиціи почти безъ потерь. Въ то время, какъ мы
подходили къ траншеѣ, полковникъ Нампзо, командиръ 7-го
полка докладывалъ о томъ, какъ ботальонъ его занялъ сопку и
кончилъ свой докладъ въ ту минуту, какъ мы проходили мимо
Мы думали проскользнуть незамѣченными, но генералъ самъ пер-
вый замѣтилъ насъ, попросилъ присѣсть возлѣ него; подозвавъ
поручика Гори, своего адъютанта, прекрасно говорящаго по ан-
глійски. онъ заставилъ насъ подробно разсказывать ему все, чему
мы были свидѣтелями. Генералъ Ошима былъ особенно доволенъ
разсказомъ о томъ, какъ русскіе были вытѣснены изъ своихъ
траншей у подошвы Нпрусана. Самъ Номпзо человѣкъ весьма
пріятный въ обращеніи, приступилъ затѣмъ къ изложенію того,
какъ его полкъ овладѣлъ Хашимакаямой. Когда онъ кончилъ свой
разсказъ мы встали, чтобъ уйти; но Ошима удержалъ насъ—мы
не понимали для чего—но скоро дѣло объяснилось: перебѣгая
черезъ траншеи со стороны главной квартиры Ошимы появился
его ординарецъ съ бутылкой виски и печеньями. Генералъ на-
полнилъ стаканы и пригласилъ насъ, Номизо и присутствующихъ
офицеровъ, провозгласилъ тостъ за процвѣтаніе японской арміи и
скорѣйшее паденіе крѣпости. Еслибъ въ этотъ моментъ кто ни-
будь обратился съ вопросомъ къ одному изъ офицеровъ, то каж-
дый изъ нихъ не задумываясь отвѣтилъ бы, что паденіе Ниру-
сана и Шоюсана—дѣло нѣсколькихъ дней, такъ увѣрены были
170
онп всѣ въ полномъ успѣхѣ. Мало і-сто изъ нихъ предвидѣлъ то
страшное кровопролитіе и тѣ мѣсяцы тяжкихъ трудовъ, черезъ ко-
торые имъ пришлось пройти прежде, чѣмъ имъ удалось запять
пядь земли одного изъ постоянныхъ русскихъ укрѣпленій.
Занятіе Хашймакаямы и нижней линіи русскихъ траншей у
подошвы Нирусана давало японцамъ возможность направить сап-
ныя работы на холмъ, на которомъ былъ возведенъ Нирусанъ, и •
направленію къ верхней линіи русскихъ траншей. Если взгля-
нуть на планъ, то сразу дѣлается яснымъ, какимъ образомъ этотъ
фортъ былъ построенъ. Чтобы предотвратить доступъ ко рву и
капонирнымъ галлереямъ, русскіе устроили траншеи по откосами»
рва и такимъ образомъ японцамъ приходилось сначала выбить
ихъ изъ траншей п затѣмъ уже стараться занять капонпрныя
галлереи и взобраться на крѣпостной валъ. Японцы совершенію
не знали устройства русскихъ укрѣпленій. Объявивъ о своемъ
намѣреніи произвести общій штурмъ 30-го октября, японцы не
знали о существованіи капоипрныхъ галлерей, преграждавшихъ
путь ко рву вокругъ форта Нирусана. Они рѣшили завалить
ровъ мусоромъ и соломой, какъ только завладѣютъ линіей тран-
шей, защищающихъ его, и, не разсчитавъ ни размѣровъ рва, ни
могущихъ встрѣтиться при работѣ препятствій, думали, какъ ока-
залось ошибочно, покончить съ этимъ дѣломъ въ промежутокъ
времени отъ 26-го октября до 30-го—дня назначеннаго для об-
щей атаки. Съ той же непослѣдовательностью и неумѣстными,
оптимизмомъ думали они штурмовать Шоюсанъ г) 30-го же ок-
тября. Съ 21-го сентября, т.-е. со времени занятія НІоюсанскихъ
люнетовъ на югъ отъ деревни того же имени, третій полкъ были,
усердно занятъ проведеніемъ траншей къ Шоюсану и къ 25-му
работа была доведена до половины нижняго откоса этой горы.
Здѣсь опять японцы не приняли въ соображеніе возможности су-
ществованія калонирныхъ. галлерей и надѣялись, что получать
*) Шоюсанъ.—Временное Укрѣпленіе № 3. Прим. перев.
— 171
свободный доступъ ко рву тотчасъ же по занятіи верхней линіи
русскихъ траншей, идущихъ по краямъ рвовъ. Какимъ образомъ
рушились ихъ надежды я разскажу далѣе.
25-го октября изъ главной квартиры вышелъ приказъ от-
крыть общую бомбардировку на слѣдущій день. Бомбардировка
должна была начаться въ 9 часовъ утра вдоль всей линіи и про-
должаться вплоть до утра 30-го, когда рѣшено было штурмовать
всѣ тѣ укрѣпленія, подъ которыя въ теченіе двухъ предъидущихъ
мѣсяцевъ велись окопы. Чтобъ облегчить себѣ возможность штурма
крѣпостного вала фортовъ Нирусана и Шоюсана было рѣшено
произвести предварительно, именно 26 октября.—атаку на верх-
нюю линію русскихъ траншей, защищающую рвы этихъ двухъ
фортовъ.
Утромъ 26 октября началась бомбардировка сначала съ пе-
рерывами. продолжавшаяся до полудня, затѣмъ сильный огонъ
тяжелыхъ орудій былъ сосредоточенъ па верхнія линіи траншей
у Нирусана и Шоюсана, чтобъ проложить путь для атаки пѣ-
хоты. Выступленіе пѣхоты по обыкновенію было назначено въ
5 часовъ по полудни за часъ до солнечнаго заката, такимъ обра-
зомъ японцы могли успѣть еще при дневномъ свѣтѣ занять по-
зицію, а русскіе же съ наступленіемъ темноты, лишались воз-
можности вновь отбить ее.
Штурмъ Нирусана былъ точнымъ повтореніемъ приступа на
Хашимакаяму, происходившаго 10 дней назадъ. Русскіе опять
были вынуждены покинуть свои позиціи подъ сосредоточеннымъ
огнемъ японской артиллеріи. Пѣхота стройно и дружно двинулась
впередъ; ея потери были незначительны, тѣ же случайныя по-
тери, которыя ей пришлось понести, произошли отъ артиллерій-
скаго огня, направляемаго съ западныхъ фортовъ на откосы
горъ.
Штурмъ Шоюсана былъ произведенъ также очень успѣшно,
но потери убитыми и ранеными были больше, такъ какъ движе-
ніе японской пѣхоты было подвержено сильному огню съ запад-
172
ныхъ фортовъ, со стороны которыхъ не было никакого прикрытія.
Когда русскіе были вытѣснены изъ верхней линіи траншей,
японцы тотчасъ жъ соединили свои окопы съ только что заня-
тыми траншеями. Эта работа выполнялась рабочими отрядами,
выказавшими большую храбрость: сильный батарейный огонь
былъ направленъ на работавшихъ, причемъ многіе были убиты п
ранены.
Видимо генералу Стесселю была очень чувствительна по-
теря, ибо въ ту же ночь на 26-ое русскими была сдѣлана рѣши-
тельная вылазка изъ крѣпости съ цѣлью отнять обратно пози-
ціи. Отчаянный бой продолжался нѣсколько часовъ па откосахъ рва,
кончившійся тѣмъ, что русскіе вынуждены были вернуться въ
свои капониръ-галлереи, потерявъ 80 человѣкъ убитыми; японцы
же потеряли убитыми и ранеными болѣе 300 человѣкъ.
Во время приступа на Нирусанъ г-нъ Морганъ и я приняли
участіе въ интересномъ и новомъ для насъ опытѣ: намъ хотѣ-
лось снять нѣсколько фотографій японской пѣхоты во время на-
ступленія ихъ на склоны Нирусана. При главной квартирѣ былъ
прикомандированъ цѣлый корпусъ фотографовъ подъ начальствомъ
капитана пѣхоты; въ помощь имъ былъ назначенъ одинъ изъ
линейныхъ батальоновъ, спеціально обученыхъ этому дѣлу. Капи-
танъ обязательно разрѣшилъ намъ сопровождать его па линію
траншей у подошвы Нирусана, гдѣ онъ намѣревался установить
свой аппаратъ. Фотографическій аппаратъ, употребляемый въ арміи
былъ очень большихъ размѣровъ, онъ имѣлъ 16X12 дюймовъ,
устанавливался на станкѣ; употреблялись исключительно пла-
стинки. Капитана сопровождалъ фотографъ, имѣвшій свою мас-
терскую въ Іокагамѣ и нѣсколько помощниковъ, которые носили
за ними всѣ принадлежности фотографіи.
Мы прошли па передовыя траншеи еще за нѣсколько вре-
мени до начала сраженія и напослѣдокъ зашли передохнуть въ
незанятый окопъ у форта Нирусана, въ 200 ярдахъ отъ непріятель-
ской позиціи.
173 —
Когда началась бомбардировка и облака порохового дыма
скрыли все изъ вида, помощники приступили къ приготовле-
ніямъ; они вытащили изъ верхняго ряда окопа одинъ изъ
мѣшковъ еъ пескомъ и на его мѣсто вставили аппаратъ, выкра-
шенный подъ цвѣтъ этихъ мѣшковъ: среди дыма и общаго замѣ-
шательства нечего было опасаться, что постановка аппарата бу-
детъ замѣчена непріятелемъ. Единственная опасность, грозившая
намъ, это шальная пуля, которая могла разбить стекло аппарата.
Я попробовалъ было устроить и мой фотографическій аппаратъ
такимъ же образомъ, но капитанъ тотчасъ же остановилъ меня,
такъ какъ мой аппарата былъ черный и выдѣлился бы среди
мѣшковъ съ пескомъ. Когда пѣхота начала взбираться на гору,
было сдѣлано нѣсколько очень удачныхъ снимковъ. Мы опаса-
лись, что частая перемѣна мѣста аппарата обратитъ на себя вни-
маніе русскихъ стрѣлковъ и привлечетъ ихъ огонь въ пашу сто-
рону, чѣмъ вынудитъ насъ поспѣшно уйти въ другое мѣсто. Такъ
и случилось и капитанъ приписалъ бѣду моему и мистера Мор-
гана присутствію. Поэтому мы разстались съ нимъ и пошли
искать другую позицію, откуда молено было бы дѣлать нужные
намъ снимки.
Самое лучшее условіе для фотографированія сраженія, это—
разстояніе въ 500 или 600 ярдовъ, подъ хорошимъ прикрытіемъ,
конечно; при сильныхъ стеклахъ на этомъ разстояніи получается
изображеніе во весь ростъ. Мнѣ случалось наблюдать за атакой
и на ближайшемъ разстояніи, но результаты всегда были плачевны,
ибо невозможно такъ близко отъ непріятеля выставлять голову
изъ прикрытія, даже если туловище ваше хорошо защищено. Поки-
нувъ корпусъ фотографовъ, мы съ другомъ моимъ иашли именно
то, чего такъ долго домогались—идеальное мѣсто для устройства
пункта фотографированія, въ 200 ярдахъ разстоянія отъ русскихъ
линій.
Въ верхней части траншеи находились небольшія отверстія,
откуда открывался обширный видъ: это была удобная позиція, пока
ПОГТЪ-АРТ. 12
— 174 —
продолжалась бомбардировка, но какъ только пѣхота выступила
впередъ, то оставаться тутъ стало невозможно, такъ какъ русскіе
стрѣлки, ие будучи въ состояніи видѣть съ сосѣднихъ холмовъ
движеніе пѣхоты на склонахъ Нпрусана, принялись обстрѣливать
траншеи. Съ нами находилось человѣкъ шесть японскихъ военныхъ
ординарцевъ, отпущенныхъ на полдня въ отпускъ и выбравшихъ
этотъ удобный пунктъ для наблюденія за происходившимъ. Въ
самомъ разгарѣ огня мы не могли выставлять свои головы изъ
за траншей, а вынуждены были лежать внизу, ничего не видя. Пока
мы лежали, прижавшись лицомъ къ землѣ, намъ не грозила опас-
ность отъ ядеръ; не то стало, когда русскіе открыли огонь шрапнелью,
цѣлясь въ горную батарею, укрытую за деревьями позади нашей
траншеи. Бывшіе съ нами ординарцы не ожидали такой помѣхи
своему отдыху. Одинъ изъ нихъ вызвался быть вожакомъ, кивнувъ
своимъ товарищамъ и дернувъ насъ за рукавъ, чтобы и мы за нимъ
слѣдовали, онъ согнулся, побѣжалъ вдоль траншеи сотню ярдовъ и
исчезъ въ отверстіи за откосомъ траншеи. Мы всѣ бѣжали за
нимъ въ паническомъ страхѣ, ибо ядра такъ и летали надъ нашими
головами. Проскользнувъ въ отверстіе, мы очутились въ закрытомъ
подземельи, стѣны котораго были покрыты циновками и одѣялами.
Тутъ мы оставались по крайней мѣрѣ часъ, вдали отъ мѣста
сраженія, ничего не видя и не желая видѣть. Какъ только на ми-
нуту прекращалась стрѣльба, кто-нибудь изъ нашей кампаніи отва-
живался вылѣзть на верхъ; двое, трое пробовали слѣдовать за
нимъ, но неизмѣнно возвращались назадъ въ свою нору, споты-
каясь и толкая другъ друга и въ ужасѣ пща защиты отъ шрап-
нели.
Большая граната упала прямо на одинъ изъ угловъ нашего
помѣщенія и отбила его прочь, продѣлавъ отверстіе, чрезъ кото-
рое проникъ къ намъ дневной свѣтъ.
Любопытно было видѣть, какъ эти люди въ страхѣ толкали
другъ друга, чтобъ попасть первому подъ прикрытіе, тѣмъ не ме-
нѣе, еслибъ они находились на своемъ посту на полѣ битвы, они
175 —
шли бы не дрогнувъ подъ огнемъ въ десять разъ сильнѣйшимъ
на встрѣчу пулямъ. Такова сила дисциплины.
Послѣ полудня японцы стали пить чай, мы же, когда все
утихло кругомъ, рискнули выйти и вернулись чрезъ параллели къ
главной квартирѣ 9-ой дивизіи.
Дорогой съ нами произошло любопытное приключеніе, пока-
зывающее, что даже у японскаго солдата могутъ разстраиваться
нервы отъ черезъ чуръ сильнаго напряженія. Выйдя изъ подзе-
мелья, гдѣ оставили своихъ пріятелей и огибая уголъ одного изъ
окоповъ, мы вдругъ наткнулись лицомъ къ лицу на летучій отрядъ
направлявшійся къ подножію Пирусана подбирать раненыхъ. Шед-
шій впереди отряда офицеръ, увидавъ насъ, вдругъ повернулъ
назадъ и пустился бѣжать; паника сообщилась всему отряду и
люди, бросивъ носилки, побѣжали вслѣдъ за нимъ. Наконецъ
одинъ молодой солдатъ остановился, всмотрѣлся и увидѣлъ, что
насъ только двое и безъ оружія онъ крикнулъ унтеръ-офицеру
который, опомнившись, вернулся съ остальными, нѣсколько сму-
щенными, солдатами. Эди несчастные воины такъ долго находи-
лись въ постоянномъ напряженномъ ожиданіи всякихъ ужасовъ,
что пугались всего. Наткнувшись неожиданно па иностранцевъ,
съ виду походившихъ па ихъ враговъ—русскихъ, они вообразили,
что за нами цѣлый отрядъ и побѣжали.
Подобное приключеніе было со мною позднѣе, въ ноябрѣ,
послѣ прихода 9-ой дивизіи. Я ѣхалъ къ главной квартирѣ 11-ой ди-
визіи, и на одномъ изъ поворотовъ пути я примѣтилъ барабан-
щиковъ 7-ой дивизіи, сидящихъ па дорогѣ. Эти люди не знали
еще тогда, что при дѣйствующей арміи находятся европейцы, п уви-
дѣвъ меня, смѣло приближающагося къ нимъ въ необычной для
нихъ одеждѣ—мѣховомъ плащѣ, такой же шапкѣ и съ палкой въ
рукахъ—вообразили, что я командиръ сотни страшныхъ каза-
ковъ; а такъ какъ все ихъ вооруженіе заключалось въ короткой саблѣ,
то они, недожидаясь моего приближенія, побросали барабаны и ки-
нулись отъ меня за выступъ горы. Больше я ихъ не видѣлъ.
12*
176 —
Изъ всѣхъ опасностей, которыя мнѣ случалось встрѣчать въ
періодъ осады самая непріятная и самая частая—была возмож-
ность быть случайно застрѣленнымъ японскимъ солдатомъ, осо-
бенно когда случалось проходить близъ карауловъ, которые часто
принимали меня за русскаго, такъ какъ я ни слова не говорилъ
по японски. Начальство сознавало это и потому всегда старалось
противодѣйствовать допущенію иностранныхъ корресподентовъ па
линію боя. Послѣ нѣсколькохъ мѣсяцевъ нашего пребыванія при
арміи—большинство солдатъ знало пасъ въ лицо, по когда прибы-
вали новыя части войскъ, то требовалось не мало времени, чтобъ
пхъ пріучить спокойно относиться къ нашему присутствію среди
нихъ. Насколько я могъ замѣтить, японцы чрезвычайно осто-
рожны—они никогда не выстрѣлятъ, пока не убѣдятся, что пе-
редъ ними врагъ. Во время частыхъ моихъ разъѣздовъ случалось
мнѣ и ночью натыкаться на караулы—онп окликали меня, я
отвѣчалъ, какъ умѣлъ п они всегда безъ всякаго недовѣрія про-
пускали меня. Я считаю японскую расу одной изъ наиболѣе гу-
манныхъ въ свѣтѣ и думаю, что описанная мною сдержанность
караульныхъ была слѣдствіемъ не столько распоряженій началь-
ства, какъ собственнаго, присущаго имъ, добродушія и боязни, въ
огражденіе самихъ себя, убить человѣка напрасно.
Утромъ 27-го октября всѣ передовыя позиціи были уже за-
няты японцами и вся армія нетерпѣливо ждала назначеннаго для
атаки дня, 30-го октября. Съ тѣхъ поръ, какъ осаждающимъ
были доставлены двѣ гаубицы крупнаго калибра—у русскихъ
были взяты двѣ сильныя позиціи съ малыми потерями и японцы
начинали надѣяться, что форты будутъ взяты, если за сильной
бомбардировкой послѣдуетъ быстрая и рѣшительная атака. Въ
числѣ добычи изъ Нирусана оказались два пулемета и очень
сильный прожекторъ, отъ котораго сильно страдали японцы въ
первоначальныхъ военныхъ операціяхъ на Шуйшіинской долинѣ.
За послѣднее время, впрочемъ, прожекторы перестали казаться
(*толь страшными, ибо лучи ихъ не могли достигать передовыхъ
177 —
параллелей *), гдѣ находились рабочіе отряды и обнаруживать
ходъ ихъ работъ. Остальнымъ же онп скорѣе помогали, чѣмъ
мѣшали своимъ свѣтомъ.
Глава XV.
Штурмъ 30-го октября.
Вся японская армія нетерпѣливо ожидала наступленія дня
штурма, ибо всѣ были утомлены однообразіемъ долгихъ дней и
ночей, проводимыхъ въ траншеяхъ и нарушаемыхъ лишь частыми
схватками и артиллерійскимъ огнемъ. Солдаты жаждали доказать,
что они могутъ свершить, разъ крупныя орудія уже очистили
имъ путь. Успѣшное запятіе Хатпмакаямы, а также русской
линіи окоповъ на Нирусанѣ и Шоюсанѣ съ сравнительно незна-
чительными потерями предвѣщало, казалось, успѣхъ и въ пред-
стоящей атакѣ главной линіи укрѣпленій. Послѣднія позиціи ле-
жащія внѣ ея были уже въ рукахъ японцевъ, которые теперь
подошли къ самымъ постояннымъ фортамъ и имѣя за собото силу
крупныхъ орудій считали побѣду не сомнѣнной: объявленная за-
благовременно программа предстоящихъ военныхъ дѣйствій вполнѣ
подтверждала такую увѣренность. Артиллерія должна была бом-
бардировать форты въ теченіе 3-хъ дней, послѣ чего 30 октября
полагали приступить къ ихъ общей атакѣ. Три дня послѣ взятія
окоповъ вокругъ Нирусана до назначенной на 30 октября
атаки должны были быть употреблены на засыпку глубокихъ
рвовъ у подошвы вала, идущаго вокругъ Нирусана и Шоюсана.
Полагали такимъ способомъ устроить къ 30-му октября времен-
ный переходъ чрезъ эти рвы для пѣхоты; но такое предположеніе
основанное на показаніяхъ шпіона, оказалось не исполненнымъ,
9 Такъ какъ передовыя траншеи находились ужо въ мертвомъ пространствѣ
Црим» переві
178 —
ибо, когда инженеры точнѣе измѣрили ихъ, они оказались гораздо
больше того, что предполагали.
На Нирусанѣ—обнаруженіе этой ошибки не вызвало сначала
измѣненія въ предначертанномъ планѣ дѣйствій: работы по засы-
панію рва продолжались, но не замѣчалось уменьшенія глубины
его соразмѣрно съ всыпаемомъ въ ровъ количествомъ земли и со-
ломы; фактъ этотъ привелъ было въ недоумѣніе японскихъ ин-
женеровъ, по внимательное изслѣдованіе обнаружило, что по мѣрѣ
того какъ попадали въ ровъ вязки соломы, ихъ утаскивали внутрь
форта черезъ тонели, о существованіи коихъ японцы и не подо-
зрѣвали. (?) Тутъ виервыс они увидали, что рвы обстрѣливались
изъ капоппрпыхъ галлерей, соединенныхъ съ внутренностью Ни-
русана посредствомъ, описанныхъ выше, тонелей. Въ виду этого
японцы отказались отъ попытки заполнить ровъ и рѣшили под-
вести подъ галлереи мины и взорвать ихъ, въ расчетѣ, что обра-
зующіяся при взрывѣ груды щебня и камня осыпятся въ ровъ и
тѣмъ сдѣлаютъ возможнымъ проходъ черезъ него для пѣхоты. По-
добныя же препятствія затрудняли возможность атаки и Шою-
сана, а такъ какъ оба форта одинъ другого обороняли, то и рѣ-
шено было отказаться отъ атаки ихъ 30 октября. Непонятно, по-
чему планъ общей атаки не былъ совсѣмъ оставленъ или отсро-
ченъ, разъ пришли къ убѣжденію, что Нирусанъ и ПІоюсанъ пока
еще неприступны.
Эти два форта были наиболѣе надежно укрѣпленные на
всемъ восточномъ фронтѣ. Если бы одинъ пли нѣсколько фортовъ
изъ группы Кейквансана были взяты, они не удержались бы
японцами вслѣдствіе сильнаго обстрѣливанія ихъ съ тылу, вмѣстѣ
съ тѣмъ было несомнѣнно и то, что взятіе этихъ фортовъ отнюдь
не повлекло бы за собою паденіе Нирусана и Шоюсаиа.
Молено было предполагать, что еслибъ удалось занять и
укрѣпиться въ одномъ изъ фортовъ Кейквансанской группы—то
русскимъ было бы отрѣзана возможность провозить подкрѣпленія
и провіантъ къ фортамъ Нирусану и Шоюсану, а при такихъ
— 179 —
условіяхъ оба форта вынуждены бы были капитулировать. Атака
Кейквансанскихъ фортовъ была бы, какъ говорится, игрой въ
темную, или, въ лучшемъ случаѣ, простымъ экспериментомъ для
наблюденія за дѣйствіемъ орудій крупнаго калибра на фортифи-
каціонныя укрѣпленія. Иного и болѣе серьезнаго результата до-
биться врядъ ли было возможно. Но разъ такого рода планъ
былъ утвержденъ—штабъ обязанъ былъ его исполнить, хотя бы
и сознавалъ, что первоначальный проэктъ не могъ быть выпол-
ненъ даже и на половину.
Когда было объявлено, что ожидаемая атака назначена на
25-ое октября — всѣмъ стало понятно, почему именно это число
было избрано для возобновленія военныхъ дѣйствій.
Втайнѣ надѣялись, что пятидневная бомбардировка русскихъ
позицій нанесетъ имъ достаточный вредъ и тѣмъ какъ бы при-
готовитъ путь для атаки ихъ пѣхотой ЗО-го октября. Надѣялись,
что 30-го удастся занять всю внѣшнюю линію укрѣпленій и
останется еще 4 свободныхъ дня до 4-го ноября—дня рожденія
Императора — чтобъ атаковать позиціи находящіяся, какъ было
извѣстно, за главной линіей обороны. Немного было извѣстно
японцамъ объ укрѣпленіяхъ Портъ-Артура и это отсутствіе точ-
ныхъ свѣдѣній о силѣ и крѣпости обороны было отличительной
и поразительной чертой всей осады. Я не могу утверждать, что
главный штабъ надѣялся овладѣть и второй линіей обороны къ
3-му ноября, но не подлежитъ сомнѣнію, что японцы рѣшились
отбить всѣ внѣшнія укрѣпленія къ 3-му ноября, что было бы
подаркомъ арміи Императору въ день его рожденія, хотя самый
желанный даръ еще не давался имъ и это подношеніе приходи-
лось отсрочить еще на нѣкоторое время.
Цѣлыми недѣлями армія напряженно ожидала приказа объ
общемъ штурмѣ: слухи о томъ передавались всѣми и даже наз-
началось время, именно послѣдніе дни октября. Приближеніе дня
рожденія Императора дѣйствовало возбуждающимъ образомъ на
войска: они хотѣли показать всему свѣту, что могутъ совершить
— 180 —
отвага и рѣшительность въ нужный моментъ, не смотря па тя-
желыя неудачи, испытанныя ими до сего времени. Что же могло
бы сильнѣе возбудить и воодушевить ихъ — а воодушевленіе въ
дѣлѣ есть главный залогъ успѣха—какъ не желаніе порадовать
въ такой день Императора, который съ такимъ интересомъ слѣ-
дилъ за дѣйствіями армій и такъ напряженно ждалъ вѣстей объ
ея успѣхахъ! Все это было сильнымъ доводомъ для рѣшенія глав-
нокомандующаго—и если допустить, что крѣпости могли быть
взяты штурмомъ,—то лучшаго момента для такой попытки нельзя
было и выбрать.
Канунъ назначеннаго для штурма дня войска провели въ
дѣятельныхъ къ нему приготовленіяхъ. Оші воздвигли алтарь
подъ шатромъ, устроеннымъ изъ красныхъ одѣялъ, укрѣпленныхъ
па вбитомъ въ землю столбѣ и разукрашенномъ многочисленными
флагами; ихъ духовенство служило въ пышномъ облаченіи, а сол-
даты горячо молились о дарованіи побѣды, о своихъ погибшихъ
товарищахъ и о душахъ тѣхъ, кому предстояло еще проститься
съ міромъ. На алтарѣ лежала всякая снѣдь, все лучшее, что
можно было найти въ походныхъ лавочкахъ и запасахъ. Вече-
ромъ, когда я снова проходилъ тутъ, я видѣлъ, какъ иные сол-
даты снимали красныя одѣяла — для болѣе трагическаго ихъ
употребленія, другіе лакомились приношеніями съ алтаря, третьи
угощались сакки, которое щедро было роздано войскамъ въ этотъ
день. Всѣ были въ возбужденномъ настроеніи, шумѣли и пѣли
радостно привѣтствуя рѣшительный бой.
До самаго вечера 26-го октября все, казалось, благопріят-
ствовало атакѣ. Взятіе Хашимакаямы и нижнихъ укрѣпленій
Пирусана предвѣщало дальнѣйшій успѣхъ, свидѣтельствуя какое
разрушительное дѣйствіе на траншеи произвелъ огонь 28-ми сан-
тиметровыхъ орудій.—Но когда пришлось убѣдиться въ томъ, что
засыпка рвовъ у подножій Нпрусана и Шоюсана не можетъ быть
окончена къ 30-му числу и что придется неизбѣжно прибѣгать
къ подведенію минъ и взрыву, то предстоящее дѣло приняло
— 181 —
иной, менѣе обнадеживающій видъ. Большая часть намѣчен-
наго плана военныхъ дѣйствій рушилась сама собою и возникалъ
сложный вопросъ: слѣдуетъ ли вообще предпринимать атаку Кейк-
ваисанскихъ фортовъ? Этотъ вопросъ долго волновалъ умы лицъ
начальствующихъ, но по тѣмъ или инымъ соображеніямъ былъ
все таки рѣшенъ утвердительно. На долю 11-ой дивизіи, коман-
дуемой генераломъ Цушія, выпало произвести атаку означенныхъ
фортовъ и послѣдній, повидимому, обнадежилъ генерала Йоги
обѣщаніемъ успѣшнаго исполненія предпріятія. Онъ, конечно, об-
ратилъ его вниманіе на то, что войска давно и напряженно,
ожидаютъ штурма, что состояніе духа въ нихъ возбуждено до
крайности и они горятъ нетерпѣніемъ затмить неудачи послѣд-
няго времени блестящимъ п рѣшительнымъ успѣхомъ въ честь
дня рожденія Императора, что новое промедленіе могло бы имѣть
пагубныя послѣдствія, воодушевленіе уступило бы мѣсто унынію
отъ несбывшихся ожиданій, а скучная праздная жизнь въ тран-
шеяхъ въ виду грозныхъ фортовъ, привела бы къ сознанію, что
они могутъ быть неодолимы.
Дѣйствительно видъ этихъ фортовъ могъ внушать такого
рода опасенія — природа и искусство вмѣстѣ содѣйствовали ихъ
крѣпости и неприступности. Только громадное количественное
превосходство нападающихъ сравнительно съ боевыми силами обо-
роны могло подавать надежду на успѣхъ. Остальное было дѣломъ
случая, который могь повести и къ удачѣ и къ пораженію, да
отчасти и расчета на сильное дѣйствіе новыхъ осадныхъ орудій
на постоянные форты.
Прежде чѣмъ описывать атаку, произведенную на восточную
часть укрѣпленій я считаю нужнымъ пояснить до какого пункта
относительно атакуемыхъ позицій были доведены инженерныя
работы японцевъ. Японцы подступили къ самому почти основанію
форта Хпгаши Кейквансана, !) гдѣ и были устроены ихъ пере-
*) Хигаши—Койквансанъ—батарея лит. Б. Прим. перса.
— 182 —
довыя параллели; но они не озаботились провести окопы въ гору
до русскихъ траншей, идущихъ поперекъ горы почти на половинѣ
ея высоты. Параллели 11 -ой дивизіи были продвинуты также до
подошвы форта О_. ’) Въ теченіе всего сентября и начала ок-
тября саперы были заняты проведеніемъ окоповъ по направленію
къ Сѣверному Кейквансану; * 2) когда они довели поверхностныя
траншеи насколько можно было ближе къ форту, они вынуждены
были углубиться внутрь и докопаться до канонира охраняющаго
крѣпостные рвы. Русскіе съ своей стороны немедленно начали
подкапываться имъ навстрѣчу и 23 октября подложили и взо-
рвали подъ ихъ галлереей обыкновенную мину взятую съ одного
изъ броненосцевъ; галлерея была въ 12-ти футахъ отъ капонира
въ сѣверо-западномъ углу рва.
Около ЗО-ти японцевъ было при этомъ убито и ранено, а
работа ихъ разрушена; но съ другой стороны взрывъ значительно
облегчилъ задачу инженеровъ, такъ какъ онъ образовалъ отверстіе
въ сводѣ капонира 3).
У русскихъ были два большихъ капонира: на сѣверо-восточ-
номъ и сѣверо-западномъ углахъ рва—сообщающихся меледу собою
посредствомъ галлереи или прохода, раздѣленнаго на небольшія
отдѣленія для того, чтобъ каждое могло защищаться самостоя-
тельно.
Вдоль восточной стороны рва была также устроена широкая
галлерея съ окнами, выходящими въ ровъ. Всѣ три стороны рва
могли быть такимъ образомъ обстрѣливаемы перекрестнымъ ог-
немъ изъ капонировъ. Преясде всего японцы рѣшили добраться
до отверстія, образовавшагося отъ взрыва въ камерѣ, а затѣмъ
выгнать оттуда русскихъ. Это было не трудно сдѣлать при по-
мощи пулемета и бросанія ручныхъ гранатъ во внутрь камеры.
*) Фортъ (^.—Куропаткинскій люнетъ.
2) Сѣверный Кейквансанъ—фортъ № И.
3) По нашимъ свѣдѣніямъ взрывъ нашего камуфлета не повредилъ стѣну капо-
нира, а лишь обнажилъ ее. Прим. перев.
— 183 —
Но пробраться въ камеру было не легко, ибо русскіе хотя и уда-
лились въ проходъ, но оттуда могли подстрѣлить всякаго, кто
отважился бы проникнуть въ камеру чрезъ отверстіе въ ея сводѣ.
Японцы умудрились бросать черезъ отверстіе мѣшки съ пескомъ,
пока не заградили ими выходъ въ галлерею и тогда уже спу-
стились черезъ сводъ въ казематъ и овладѣли имъ. Таково было
положеніе сторонъ 30-го октября—день, назначенный для общаго
штурма. Надо замѣтить, что пока русскіе занимали еще капо-
ниръ—въ сѣверо-восточномъ углу рва и галлерею, соединяющую
ее съ капониромъ, отбитымъ японцами, то шансы па удачу
штурма укрѣпленной горы были еще сомнительны.
Въ теченіе 27-го 28-го п 29-го бомбардировка, хотя и не
сильная, производилась почти безостановочно: опасались, что ис-
тощится запасъ снарядовъ для крупныхъ гаубицъ до 30-го ок-
тября, потому п поддерживали непрерывный, но не сильный огонь.
Хотя многія тысячи снарядовъ были доставлены изъ Дальняго,
но все же японцы приберегали пхъ (въ особенности для 11-тн
дюймовыхъ орудій), имѣя въ виду предстоящую 3-хъ часовую
сильнѣйшую бомбардировку, которая должна была непосредственно
предшествовать штурму. Въ теченіе 3-хъ указанныхъ выше дней
русскіе отвѣчали неизмѣнно на каждый, японскій выстрѣлъ, не
причиняя имъ, впрочемъ, большого вреда; а такъ какъ и япон-
скія орудія не заставили умолкнуть русскихъ, то надо, думать,
что и послѣдніе не особенно страдали отъ японскаго огня. Трудно
было опредѣлить дѣйствіе крупныхъ снарядовъ на самый фортъ,
хотя траншеи былп уже во многихъ пунктахъ разрушены, а китай-
ская стѣна обнаружила много пробоинъ и начала утрачивать
симметричность своихъ очертаній. Всѣ такъ привыкли видѣть,
какъ отъ выстрѣловъ взрывалась земля, разбрасывались камни
и разрушались деревяныя подпорки, огражденія и т. под. безъ
значительнаго вреда для осаждаемыхъ, что всякія притязанія
стрѣлковъ на успѣшность ихъ выстрѣловъ принимались съ из-
вѣстной долей ироніи. Если вы хотите точно опредѣлить дѣй-
— 184 —
ствіе артиллерійскаго огня на какую либо позицію въ то время,
когда ее атакуютъ, никогда не обращайтесь за разъясненіемъ къ
канонирамъ: отъ нихъ всегда услышите ходячую исторію, что
атакуемый фортъ ихъ огнемъ разрушенъ, а люди или перебиты
или обращены въ бѣгство. Нѣтъ, спросите бѣднаго пѣхотинца изъ
передовыхъ траншей; онъ одинъ горькимъ опытомъ знаетъ, какъ
ошибоченъ оптимизмъ людей, пускающихъ орудійные залпы, онъ
одинъ, оставивъ траншеи и очутившись лицомъ къ лицу съ вра-
гомъ, почувствуетъ, какъ мало помощи можетъ онъ ожидать отъ
орудій, громящихъ съ высотъ въ тылу его.
Было ясно, что огонь крупныхъ гаубицъ, установленныхъ
позади высокихъ выступовъ горъ и вполнѣ защищенныхъ отъ го-
ризонтальныхъ выстрѣловъ русскихъ, весьма ихъ безпокоилъ;
послѣдніе, убѣдившись, что ихъ орудія не вредятъ японскимъ,
выдумали иной способъ: онп принялись осыпать ихъ шрапнелью.
Но и этотъ пріемъ не достигалъ цѣли и былъ бы болѣе цѣле-
сообразенъ во время атаки; тутъ же онъ не заставилъ умолкнуть
японскія орудія и даже не потревожилъ прислугу.
Я не могъ узнать съ вечера 29 октября, какое именно время
назначено для атаки и когда въ ночь иа 30-ое началась убій-
ственная канонада, то я подумалъ, что атака начнется съ раз-
свѣтомъ—какъ это часто случалось и прежде. Но выступать въ
бой съ зарей не въ характерѣ японцевъ. Они предпочитаютъ
дневной свѣтъ и вообще любятъ все дѣлать хорошо, но съ удоб-
ствомъ; несмотря на удивительную ихъ выносливость японцы, по
моему мнѣнію, на войнѣ заботятся о себѣ и думаютъ о своемъ
удобствѣ больше всякаго другого солдата. Ночная бомбардировка
29 октября не изгладится изъ памяти: большія гаубицы по 4 въ
одной батареѣ дѣлали залпы всѣ сразу и взрывъ снарядовъ былъ
такъ силенъ, что потрясалъ дома и выбивалъ стекла въ китай-
скихъ селеніяхъ. Забрезжило утро 30-го, но атака не начиналась.
Вскорѣ разнесся слухъ, что рѣшительная послѣдняя бомбарди-
ровка начнется въ 9 часовъ и продолжится до часу и тогда, если
185 —
все будетъ идти благопріятно, начнется штурмъ пѣхоты. Ночная же
канонада была лишь предвѣстникомъ еще сильнѣйшей—утренней.
Бомбардировка начавшаяся въ 9 ч. утра 30-го была вѣ-
роятно ужаснѣе всякой другой, когда-либо слышанной въ сухо-
путномъ сраженіи, но не въ силу количества пущенныхъ въ дѣло
орудій, (ихъ бывало конечно гораздо больше во время большихъ
сраженій на сѣверѣ) а по калибру ихъ. Конечно главную роль
съиграли тутъ 11-ти дюймовыя гаубицы, но и другія орудія—
морскія и осадныя сдѣлали свое дѣло, причемъ за послѣдніе пол-
часа трещали и полевыя орудія, засыпая шрапнелью русскія
траншеи. Всякій кому довелось слышать грохотъ орудій и трескъ
гранатъ, отъ которыхъ дрожалъ самый воздухъ въ тотъ памят-
ный день,—конечно, никогда этого но забудетъ. Передъ Ниру-
саиомъ п Шоюсииомъ тоже грохотали орудія, но за исключе-
ніемъ этихъ — почти всѣ остальныя были сосредоточены
вокругъ группы Кейквансапскихъ фортовъ. Особый интересъ для
наблюдающаго это рѣдкое зрѣлище заключался въ томъ, что
молено было прослѣдить полетъ каждаго 11-ти дюймоваго сна-
ряда съ момента, когда опъ выбрасывался орудіемъ до того,
когда онъ падалъ у цѣли. Вылетая изъ жерла онъ казался огром-
нымъ мячемъ, затѣмъ, исчезая въ пространствѣ, онъ являлся
едва замѣтнымъ пятномъ; самое пятно—въ моментъ соприкосно-
венія съ объектомъ выстрѣла пропадало, а вмѣсто него вдругъ
вздымался огромный клубъ чернаго дыма, выбрасывая изъ себя
во всѣ стороны желѣзные осколки снаряда, куски камня, обломки
дерева и всевозможный мусоръ. Когда разсѣевался дымъ, и очи-
щался воздухъ, глазъ наблюдателя, вмѣсто ровной траншеи, ви-
дѣлъ лишь груду земли и щебня.
Въ половинѣ перваго бомбардировка достигла наибольшей
напряженности и силы и такою оставалась до начала атаки. Кей-
квансанскіе форты были совершенно окутаны дымомъ отъ рву-
щихся снарядовъ и шрапнели, а сквозь дымъ виднѣлся огонь,
словно всѣ холмы были охвачены громаднымъ пожаромъ.
— 186 —
Вскорѣ послѣ 12-ти стало замѣтно движеніе во всѣхъ япон-
скихъ параллеляхъ у подножія русскихъ позицій. Эти параллели
казались почти безлюдными утромъ, теперь-же людской потокъ, из-
виваясь по извилинамъ окоповъ, ведущихъ отъ 2-ой, 3-ьей и 4-й ли-
ній далеко вглубь Шуйшіинской долины тянулся къ передовымъ
траншеямъ, откуда должна была начаться атака. Передовыя
траншеи все наполнялись людьми и казались прямо набитыми ка-
кою то шевелящеюся темной массой: этою массою были люди,
съ ружьями въ рукахъ, не спускавшіе глазъ съ дымящихся вер-
шинъ горъ, которыя даже имъ едва были видны изъ за дыма и
пыли, нависшихъ какъ покровъ поверхъ траншей и земляныхъ
укрѣпленій. Офицеры держа въ рукахъ полуразвернутые полко-
вые флаги, напряженно ждали сигнала къ наступленію, готовые
моментально, высоко поднявъ ихъ, нести передъ своимъ полкомъ.
Когда объявляется точное время начала штурма—общее ожи-
даніе этого момента становится страшно напряженнымъ: все ду-
мается, не привзойдетъ ли какая помѣха, пли не понадобится ли
оттянуть атаку на 15—20 минутъ, чтобъ дать артиллеріи лиш-
ніе ’/< часа для ея задачи разрушенія укрѣпленій. Но японцы
весьма точны въ подобныхъ дѣлахъ, никакія промедленія не до-
пускаются. Дежурный офицеръ не отнимаетъ отъ уха трубки
телефона, ожидая съ минуты на минуту приказа отъ началь-
ника дивизіи, который слѣдитъ за дѣйствіемъ артиллеріи изъ
особенно тщательно выбранной позиціи нѣсколько позади отъ пе-
редовыхъ траншей. Тутъ все дѣлается по телефону. Полковые
адъютанты для устной передачи распоряженій и гонцы всякаго
рода отошли въ область преданій. Дальнобойныя ружья мѣтятъ
слишкомъ далеко, а приказанія и распоряженія слишкомъ важны,
чтобъ довѣрить ихъ гонцамъ, скачущимъ вдоль фронта подъ при-
цѣломъ ряда стрѣлковъ. Командующій войсками заранѣе изби-
раетъ мѣсто откуда онъ будете слѣдить и направлять дѣйствія
осаждающихъ—и туте немедленно устраивается блиндированная
камера, телефоннымъ аппаратомъ соединяющимся съ телефонами
— 187 —
во всѣхъ траншеяхъ и батареяхъ. Онъ по телефону даетъ артил-
леріи приказъ усилить огонь или пріостановить его на время, п
двигаетъ впередъ пѣхоту тѣмъ же простымъ и быстрымъ сно-
бомъ. Точно также находящійся въ тылу главнокомандующій мо-
жетъ направлять общее движеніе всѣхъ частей, ибо въ каждую
данную минуту знаетъ гдѣ и какъ все дѣлается и что проис-
ходитъ.
Камера съ телефоннымъ аппаратомъ, это та центральная
пружина, безъ которой немыслимо было бы направленіе осаднаго
боя при новѣйшихъ усовершенствованіяхъ всего военнаго дѣла.
Не легкая задача для цѣлаго батальона солдатъ выйти быстро
и сразу изъ закрытыхъ траншей, ибо обыкновенно при ихъ
устройствѣ дѣлается лишь по одному выходу съ каждаго съ каж-
даго конца, изъ которыхъ солдаты могутъ выходить лишь одинъ
за другимъ. Японцы же непремѣнно стремятся всѣ разомъ оста-
вить параллели и они такъ умѣютъ это сдѣлать, что если вы
услѣдите, какъ изъ выхода покажутся первые 3—4 человѣка,
то увидите и всѣхъ остальныхъ поверхъ траншей. Часто они
раздвигаютъ заблаговременно мѣшки съ пескомъ, чтобъ облег-
чить себѣ быстрый выходъ, и вообще, какъ только, идущій впе-
реди офицеръ подниметъ флагъ, т. е. сигналъ къ штурму,
японцы мигомъ перепрыгиваютъ черезъ траншеи и стремительно
бросаются на приступъ другъ передъ другомъ, словно боясь опоз-
дать и, всегда желая отличиться въ натискѣ на врага, помѣ-
риться съ нимъ въ бою.
Ровно въ часъ дня я увидѣлъ; какъ войска, занимавшія
прикрытія у подошвы форта Р. 9 на невысокомъ холмѣ между
восточнымъ Банрусаномъ и сѣвернымъ Кейквансаномъ, оставили
свою позицію и медленно двинулись впередъ. Я сталъ огляды-
вать мѣстность кругомъ и увидѣлъ массу людей за траншеями
у подошвы Хигаши-Кейквансана, и новыя толпы солдатъ иду-
щихъ къ форту О. Солдаты подвигались впередъ повидимому не
встрѣчая нигдѣ сопротивленія. На откосѣ форта Р. одинъ япон-
— 188 —
скій солдатъ, отошедшій шаговъ на двадцать впередъ товарищей,
раньше пхъ подошелъ къ непріятельской траншеѣ и перепрыгнувъ
черезъ нее исчезъ изъ виду. За нимъ послѣдовали другіе, еще
и еще... и не прошло пяти минутъ съ начала атаки, какъ
форта Р.былъ уже въ рукахъ японцевъ.
Что же происходило въ это время на Хигаши-Кейквансанѣ?
Оглядывая эту гору, я замѣтилъ, что японскія колонны уже ра-
зорвали проволочную сѣть и, пройдя чрезъ нее, подходили къ
траншеямъ на половинѣ высоты горы, покинутыхъ уже русскими
изъ за нестерпимаго артиллерійскаго огня японцевъ.
Много жертвъ оставляли по своимъ слѣдамъ подвигающіеся
отряды, много ихъ лежало на скатѣ горы и въ разорванной
сѣти, по гораздо большее число полегло у самыхъ траншей, гдѣ
видны были ряды упавшихъ. Видно было, что наступающіе
сильно страдали отъ перекрестнаго и анфиладнаго огня съ хол-
мовъ, а также и отъ выстрѣловъ стрѣлковъ, стоявшихъ вдоль
крытыхъ проходовъ. Но наступающіе не останавливались: пере-
довые отряды, слѣдуя за тремя офицерами съ бѣлыми фла-
гами, на которыхъ красовалось вышитое краснымъ восходящее
солнце—все выше поднимались но отвѣсу горы, несмотря на
убійственный огонь, отъ котораго все болѣе рѣдѣли пхъ ряды.
Внизу подъ горою войска казались густой темной угрожающей
массой, теперь это были разсѣянныя кучки людей безъ строя и
и порядка... и онп шли вверхъ и впредъ, повинуясь не командѣ,
а собственному геройскому духу и тому знамени, которое все
еще мелькало впереди и манило за собою.
Вся гора была изрыта ядрами п шрапнелью... На брустверѣ
форта столпилось 30—40 японцевъ уцѣлѣвшихъ еще изъ всей
пхъ массы—вдругъ сильный залпъ уложилъ почти всѣхъ и три
флага свернувшись упали разомъ, образуя треугольникъ па скатѣ
горы! И тутъ живые еще не дрогнули, но начали взбираться на
Фортъ К—открытый канониръ № 2.
Прим. перев.
189 —
крутые и недоступные бруствера; лишь нѣсколькимъ удалось пе-
релѣзть черезъ нихъ и они скрылись изъ виду какъ, разъ у
самыхъ жерлъ двухъ большихъ орудій, стоящихъ на верху.
Черезъ минуту тѣла были переброшены назадъ на крѣпо-
стной валъ, гдѣ онп и остались распростертыми, какъ мухи на
стѣнѣ, послѣ перваго мороза. Такъ кончился штурмъ Хигаши-
Кейквансана.
Подкрѣпленія были спѣшно посланы къ вершинѣ горы, но
они дошли только до нижнихъ траншей и не смогли въ нихъ
удержаться, такъ какъ были отбиты съ горы съ большой поте-
рей людей. Оказалось, что всѣ, кто съумѣлъ пробиться въ крѣ-
пость, были прямо какъ бы скошены оттуда орудіемъ, скрытымъ
въ задней ея части.
Послѣ этой битвы вся поверхность горы представляла ужас-
ный видъ: люди всюду валялись грудами. У самаго крѣпостного
вала, гдѣ огонь дѣйствовалъ всего сильнѣе, лежала цѣлая куча
убитыхъ, а можетъ быть и раненыхъ, а на нихъ 3 бѣлыхъ съ
краснымъ флага рѣзко выдѣлялись на сѣро-зеленомъ фонѣ
почвы; .
Мы прослѣдимъ теперь атаку форта (). Войска оставили ра-
зомъ свои позиціи въ траншеяхъ у подножія сопки—какъ это
сдѣлали ихъ товарищи въ вышеописанномъ дѣлѣ,—но такъ какъ
здѣсь скатъ горы имѣетъ сильно вогнутую форму, то они и но
такъ подвергались крѣпостному и ружейному огню* какъ пхъ
товарищи при атакѣ Хпгашн-Кейкваисана. Я наблюдалъ, какъ
они медленно обходили гору, поднимаясь на нее и дойдя уже до
до половины ея высоты, бросились въ атаку широкимъ фрон-
томъ. Этимъ онп подставили свои правый и лѣвый фланги подъ
сильный огонь орудій съ китайской стѣны, такъ какъ очутились
какъ разъ на линіи ихъ прицѣла. Цѣлый рядъ человѣкъ въ 30
былъ разомъ уложенъ на лѣвомъ флангѣ; такъ какъ это ни-
сколько не нарушило строя остальныхъ, то мы, наблюдавшіе,
полагали, что то была не грозная смерть, а просто какая то воен-
ІІОРТЪ-АРТ.
13
190 —
ная уловка. Мы поняли свою ошибку, когда увидѣли рядъ тѣлъ,
лежавшихъ на землѣ втеченіе всего дня неподвижно. На пра-
вомъ флангѣ тоже было перебито много людей, несмотря на
ихъ нечеловѣческія усилія взобраться выше и избѣгнуть линіи
прицѣла съ пагубной для этой атаки китайской стѣны. Но глав-
ныя силы японцевъ все же добрались, съ сравнительно малыми
потерями, до верхнихъ траншей, какъ разъ въ то время, когда
японская артиллерія, дѣйствовавшая въ теченіе всего наступле-
нія, выпускала свои послѣдніе снаряды.
Шедшіе впереди офицеры и солдаты немедленно перескочили
черезъ траншею и скрылись изъ виду. Остальные солдаты остались
внѣ траншеи, куда вошли ихъ товарищи, и ждали пока тѣ обли-
вали горячимъ масломъ деревянныя части укрѣпленій и поджи-
гали ихъ. Повидимому этотъ фортъ долженъ былъ остаться въ
рукахъ японцевъ—на дѣлѣ вышло не такъ: у русскихъ было въ
запасѣ еще одно средство, которое они пока еще не пускали въ
ходъ противъ массъ пѣхоты, скучившейся на открытомъ простран-
ствѣ подъ самой вершиной горы. Мы говоримъ о шрапнели: вдругъ
изъ за гребня горы потянулись вверхъ бѣлыя облачка дыма, все
больше и чаще взвивались они и наконецъ посыпалась шрапнель
съ такой силой и въ такомъ количествѣ, что большая часть япон-
цевъ была прямо сметена ею. Ошеломленные солдаты бросались въ
непріятельскую траншею, думая въ ней укрыться, иные бросились
съ горы, надѣясь добраться до своихъ окоповъ: нѣкоторые спаслись,
но большая часть была убита. Тѣмъ не менѣе за этой первой не-
удачной—послѣдовала немедленно же снова атака: второй корпусъ
японцевъ выступилъ изъ параллелей и пошелъ въ атаку горы по
слѣдамъ товарищей. Но русская шрапнель не была и къ нимъ ми-
лостивѣе: кто не успѣлъ вернуться и укрыться оставался лежать
на склонахъ среди массы труповъ. Хотя вторая атака имѣла ре-
зультатомъ лишь увеличеніе массы убитыхъ—тѣмъ не менѣе
третій отрядъ двинулся па фортъ, не боясь новаго пораженія
пока оставался хоть малѣйшій шансъ успѣха. Японская артил-
— 191 —
лерія вновь открыла огонь по всѣмъ позиціямъ и защищеннымъ
проходамъ, силясь заставить умолкнуть русскія орудія, нанесшія
столь тяжкій уронъ ихъ пѣхотѣ. Къ сожалѣнію и третій отрядъ
нападающихъ постигла та-же участь и они лишь увеличили
число убитыхъ и раненыхъ, лежащихъ по этой горѣ. Поневолѣ
пришли къ убѣжденію, что фортъ О- не могъ бы быть удержанъ
и потому оставили дальнѣйшія попытки атаковать его. Гору
предоставили убитымъ и раненымъ. Только орудія еще долго и
неистово грохотали...
Неудача ли бомбардировки повліяла такъ на канонировъ или
самыя гаубицы нѣсколько попортились отъ нескончаемыхъ зал-
повъ... только такъ пли иначе, но выстрѣлы стали совсѣмъ
плохи. Нѣсколько разъ подъ рядъ снаряды попадали ниже тран-
шеи, какъ разъ среди убитыхъ и раненыхъ японцевъ, прикан-
чивая тѣхъ, которые еще жиЛи. Это было поистинѣ ужасно, ока-
залось, что между ними было много здоровыхъ, но рѣшившихся,
не видя другого исхода, лежать неподвижно до наступленія тем-
ноты, чтобъ вернуться къ своимъ, пли, еслибы дѣло приняло бо-
лѣе благопріятный оборотъ, вновь присоединиться къ атаку-
ющимъ. Когда же японская артиллерія стала выпускать свои
неудачные выстрѣлы, то эти злосчастные люди, вскочивъ съ
земли, бросились бѣжать сквозь строй русскихъ стрѣлковъ, что
было все таки менѣе ужасно, чѣмъ лежать подъ выстрѣлами
своихъ же орудій. Многіе бросились подъ гору: по двое и по трое
бѣжали они, сломя голову, иные пріостанавливались, стараясь
укрыться въ ямахъ, образовавшихся отъ взрыва снарядовъ, ко-
торыми была усѣяна вся поверхность горы. Много было перебито,
нѣкоторые, добѣжавъ почти до цѣли, падали отъ нагнавшей ихъ
пули; немногіе все же успѣли укрыться. И это бѣгство длилось
почти полъ дня.
Позднѣе когда артиллерія смолкла, русскіе стрѣлки верну-
лись въ свои траншеи и принялись изъ-за нихъ пристрѣливать
раненыхъ пли вообще еще шевелящихся. Это еще болѣе застав-
13*
— 192 —
ляло японцевъ пробовать убѣжать—еслибъ не такъ, то дождав-
шись наступающей уже ночи, они могли бы спастись, добрав-
шись къ своимъ.
Никто не предполагалъ, что японцы рѣшатся атаковать
укрѣпленія форта Сѣверный Кейквансана 30-го октября, пока у
нихъ въ рукахъ была лишь капониръ въ сѣверозападномъ углу
крѣпостнаго рва. Въ теченіе предыдущей ночи саперы пробили
стѣну каземата и образовали выходъ изъ нея въ ровъ. Японцы
продѣлали двѣ линіи окоповъ къ этой позиціи: одну къ сѣверо-
западному, а другую къ сѣверовосточному углу ея.
Сѣверо-восточный окопъ заканчивался тонелемъ, который
велъ внизъ въ капониръ, бывшій еще въ рукахъ русскихъ, хотя
японцы и сдѣлали отверстіе въ его сводѣ. Оба окопа соединя-
лись параллелями; 30 октября эти послѣднія были наполнены
японскими стрѣлками, обязанными обстрѣливать русскихъ, распо-
ложенныхъ на верхнихъ укрѣпленіяхъ.
Разстояніе между сторонами было такъ мало, что солдатамъ
приходилось, дабы не подставлять себя подъ выстрѣлы, держать
ружья надъ головой, а слѣдовательно не цѣлить, а стрѣлять на-
угадъ въ разсчетѣ, что близость цѣли замѣнитъ возможность пра-
вильнаго прицѣла.
На Сѣверномъ Кейквансанѣ все оставалось спокойно, пока
не кончилась атака другихъ укрѣпленій. Затѣмъ отрядъ япон-
скихъ солдатъ появился и началъ подниматься по гладкимъ ска-
тамъ горы съ сѣверной стороны. Это было по истинѣ отчаянное
предпріятіе: откосъ вала имѣлъ 50 футовъ вышины и, допуская,
что пѣхота могла бы взобраться до края его, она все-же попала бы
подъ выстрѣлы, засѣвшихъ тамъ русскихъ, которымъ стоило только
вставить ружья въ амбразуры укрѣпленія и стрѣлять, не минуя
цѣли.
Отчаянная толпа солдатъ, которые рѣшились на такой не-
возможный шагъ, понятно погибла вся: русскіе, занимавшіе сѣ-
веро-восточную капониръ и галлереи перестрѣляли всѣхъ одного
— 193 —
за другимъ. Поверхность вала была такъ изрыта снарядами, что
тѣла ихъ не скатывались въ ровъ, но оставались въ углубле-
ніяхъ на виду всей арміи и лежали въ такихъ натуральныхъ
позахъ, что издали казались живыми. Эта кучка людей, взоб-
равшихся на валъ, какъ будто нарочно, чтобъ убитыми свалиться
оттуда—были въ этотъ день единственной жертвой атаки. Кей-
квансана; остальные, умудренные опытомъ товарищей, поняли
что пробовать то-же напрасно. Какъ бы то ни было атака не
повторялась, русскіе остались обладателями форта и только одна
артиллерія не унималась, продолжая метать внутрь его свои
снаряды.
Тѣмъ временемъ около 3-хъ часовъ пополудни произошелъ
интересный инциндентъ на фортѣ Р., который былъ такъ успѣшно
взятъ, однимъ изъ первыхъ. Безъ всякой видимой причины сол-
даты, оставленные для охраны форта на горѣ, вдругъ всѣ ра-
зомъ ринулись оттуда внизъ... Выраженіе «всѣ разомъ» впрочемъ
не точно, ибо нѣкоторые остались на своемъ посту и русскіе
вновь его не заняли. Большинство же бѣжало съ горы, охвачен-
ное какой-то внезапной паникой. Увидѣвъ происходящее, офи-
церы съ свѣжей партіей солдатъ оставили траншеи, къ которымъ
стремились бѣгущіе и пошли въ обходъ имъ на помощь. Бѣглецы
въ своемъ бѣгѣ наткнулись на проволочную сѣть, которая мѣ-
стами уцѣлѣла, не будучи перерѣзана, и это заставило ихъ оста-
новиться... Нѣкоторые полѣзли черезъ дыры въ сѣти, другіе—не
дожидаясь своей очереди хотѣли пролѣзть подъ ея краями. Мно-
гіе совершенно запутались въ проволокѣ; счастье, что тутъ почва
своею неровностью представляла нѣкоторую защиту отъ выстрѣ-
ловъ съ Бодая 9 и китайской стѣны, откуда стрѣлки безъ со-
мнѣнія пристрѣлили бы ихъ, пока они выпутывались изъ про-
волоки. Главный отрядъ, пройдя черезъ препятствія, встрѣтился
съ отрядами посланнымъ въ гору ему въ помощь. Кто не на-
*) Бодай—Орлиноо Гнѣздо.
Ирин, перев.
— 194 —
блюдалъ за происходившимъ съ самаго начала подумалъ бы, что
тутъ произойдетъ неминуемое и ужасное столкновеніе, такъ какъ
тѣ и другіе бѣжали, держа штыки на перевѣсъ. Произошло иное:
одни разомкнулись, другіе, сомкнувшись, проскользнули черезъ
ихъ ряды—бѣжавшіе укрылись наконецъ въ траншеяхъ, только
что покинутыхъ отрядомъ, который вмѣсто нихъ полѣзъ на редутъ.
Какъ только бѣглецы передохнули, опомнились и оглядѣ-
лись—они пристыженные своимъ бѣгствомъ, рѣшились загладить
свой поступокъ и немедленно вернуться на валъ. Почти всѣ вы-
шли снова изъ траншеи и направились въ розсыпную къ мѣсту,
гдѣ держался посланный имъ на помощь отрядъ.
Русскіе убили многихъ, по большая часть проскользнула не-
вредимо. Оказалось, что за фортомъ Р. былъ еще фортъ, съ ко-
тораго русскіе и сдѣлали совершенно неожиданную вылазку на
японскую пѣхоту. Послѣдняя, ошеломленная неожиданностью и
страшной силой шрапнели, притомъ помня объ ужасной участи
войскъ въ атакахъ другихъ фортовъ, оставила позицію п по-
бѣжала...
Этотъ инцидентъ могъ бы имѣть весьма плачевныя послѣд-
ствія, еслибъ не отважное поведеніе посланныхъ имъ подкрѣп-
леній, которые своимъ примѣромъ вернули имъ бодрость и энер-
гію въ этотъ критическій моментъ.
Послѣ удовлетворительнаго окончанія этого непріятнаго ин-
цидента, пѣхота могла нѣсколько успокоиться. Крупныя гаубицы
замолчали и только болѣе мелкія орудія продолжали выпускать
снаряды почти до наступленія темноты. Въ этотъ вечеръ наблю-
дался какой то совсѣмъ необычный закатъ солнца надъ Портъ-
Артуромъ. Всѣ форты отливали краснымъ свѣтомъ, происходив-
шимъ вѣроятно отъ большого количества порохового дыма, нося-
щагося* въ воздухѣ и еще не развѣяннаго вѣтромъ; сквозь мглу
свѣтили слабымъ свѣтомъ прожекторы; ихъ дрожащіе лучи при-
давали всей атмосферѣ таинственный видъ: японцы еще утромъ
думали, что прожекторы перейдутъ въ ихъ руки, еслибъ атака
— 195 —
была удачна;—этого не случилось, а русскіе въ ознаменованіе
своей относительной побѣды—зажгли бенгальскіе огни, ко-
торыхъ давно уже не было видно. Въ бивуакахъ чрезъ которые
я проходилъ, возвращаясь съ передовыхъ позицій, я не замѣчалъ
того благодушно-веселаго настроенія, которое характеризовало
японскія войска въ дни до начала атакъ. Офицеры и солдаты
были видимо подавлены испытанными неудачами и духъ уны-
нія замѣтенъ былъ въ арміи. Результатъ атакъ былъ дѣйстви-
тельно обезкураживающій: изъ шести фортовъ, которые были
предназначены къ атакѣ—два, именно: Нирусанъ и Шоюсанъ
устояли и пришлось прекратить атаку не по винѣ войскъ, но по
ошибкѣ въ расчетахъ взаимныхъ силъ осаждающихъ и осажден-
ныхъ. Изъ четырехъ остальныхъ фортовъ настойчиво атакован-
ныхъ, сдался лишь одинъ наименѣе важный; атака послѣд-
нихъ трехъ была отбита цѣною тысячей японскихъ сол-
датъ. Такой жалкій результатъ былъ достигнутъ послѣ четырех-
диевной непрерывной бомбардировки изъ самыхъ крупныхъ, когда
либо употреблявшихся на войнѣ, орудій и при расходѣ около мил-
ліона долларовъ на боевые снаряды. Бомбардировка фортовъ и
укрѣпленій была доведена до высшей степени силы и напряже-
нія, а все таки русскихъ не могли выбить изъ ихъ блиндиро-
ванныхъ прикрытій, а японская пѣхота была разстрѣлѳна, когда
пробовала отнять ихъ полуразрушенныя укрѣпленія. И каждый
невольно, задавалъ себѣ вопросъ: какой будетъ слѣдующій ходъ
въ этой игрѣ? Велятъ ли снова начать бомбардировку и атаку,
или стоящіе во главѣ арміи примирятся съ фактомъ, что япон-
ская пѣхота, несмотря на свои превосходныя качества не выше
войскъ всякой иной націи, и что нельзя требовать отъ нея не-
возможныхъ подвиговъ?
Я замѣтилъ, что громадныя груды снарядовъ, которыя до
атаки лежали около орудій, почти исчезли и на землѣ остава-
лись лишь тамъ и сямъ разбросанныя ядра и гранаты — это не
предвѣщало возможности атаки на слѣдующій день.
— 196 —
Рано утромъ 31-го октября всѣ были еще въ неизвѣстно-
сти. Всѣ скаты сопокъ представляли ужасное зрѣлище: трупы
лежали не убранные па тѣхъ самыхъ мѣстахъ, гдѣ люди пали,
видны были и раненые, которымъ не хватило силы ночью до-
ползти до своихъ траншей. О пріостановкѣ военныхъ дѣйствій
нечего было и думать, такъ озлоблены были обѣ воюющія стороны
и красный крестъ не могъ безнаказанно дѣлать свое дѣло. На-
ходились охотники, попробовавшіе ночью добраться до раненыхъ,
чтобъ оказать имъ какую-нибудь помощь, но огонь не прекра-
щался и ночью, такъ что рисковать было опасно и почти безпо-
лезно. Русскіе, безъ сомнѣнія, были-бы не прочь овладѣть тѣми
тремя флагами, что остались въ рукахъ убитыхъ офицеровъ
среди грудъ мертвыхъ тѣлъ иа откосѣ крѣпостного вала Хигашп
Кейквансана, но они не рѣшились на такую попытку, ибо японцы
снизу обстрѣливали гору, не давая никому выйти изъ форта.
Въ 9 часовъ утра орудія начали свою шумную работу, по
изъ крупныхъ гаубицъ стрѣляли очень рѣдко, изъ-за недостатка
снарядовъ. Они обстрѣливали Сѣверо-Кейкванскій фортъ. Пере-
довыя траншеи были совершенно пусты. Казалось, что пока и не
предполагаютъ снова начинать бой, но позднѣе, къ полудню, цѣ-
лая масса пѣхоты была двппута впередъ чрезъ проходы, ведущіе
къ сѣверному Кейквапсану п оставалась тамъ, выжидая, тогда
какъ артиллерія не прекращала пальбу.
Вдругъ яркая полоса пламени блеснула въ восточномъ углу
рва, тотчасъ за нею взвился бѣлый клубъ дыма и послышался
глухой выстрѣлъ. Я не могъ понять откуда и почему произошелъ
взрывъ, ибо, когда разсѣялся дымъ, можно было видѣть, что на
форту ничего не измѣнились. Позднѣе я понялъ, что случилось:
японскіе саперы, бывшіе въ капонирѣ—въ сѣверо-западномъ углу
рва, вышли изъ нея, проползли вдоль рва съ цѣлью пробить от-
верстіе въ капонирѣ сѣверо-восточнаго угла рва, занятомъ еще
русскими, чтобъ выбить ихъ оттуда. Это удалось имъ лишь от-
части, но имѣло неожиданный результатъ: дюжій русскій сол-
— 197
датъ показался на верху вала и ходилъ тамъ, словно не понимая,
что происходитъ вокругъ и что самъ онъ дѣлаетъ. Онгь напра-
вился прямо къ краю форта, затѣмъ, словно понявъ свою ошибку,
онъ повернулъ и пошелъ вдоль крѣпостного вала, ища гдѣ бы
укрыться... но было уже поздно: японцы примѣтили несчастнаго
и тотчасъ же уложили его. Я думаю, что онъ былъ или оглу-
шенъ взрывомъ, или ушибленъ проломившимся блиндированнымъ
сводомъ и не сознавалъ, что дѣлаетъ; иначе нельзя объяснить,
для чего онъ оставилъ прикрытіе и вышелъ на валъ прямо подъ
выстрѣлы. Прежде чѣмъ разошелся дымъ — нѣсколько японцевъ
появились какъ разъ на томъ мѣстѣ крѣпостного вала, куда ста-
рались влѣзть наканунѣ ихъ товарищи. Тотъ же пріемъ былъ
пущенъ въ ходъ русскими; они вложили ружья въ амбразуры,
спустили курки—и смѣльчаки японцы остались въ компаніи сво-
ихъ товарищей — мертвые съ мертвыми. Нельзя не подивиться
мужеству людей идущихъ такъ спокойно на вѣрную смерть, но
тяжело видѣть все тотъ же печальный исходъ подвига. Сотни
людей были двинуты впередъ къ парралелямъ у подошвы
форта О, пока происходила вторая атака на Сѣверный Кейкван-
санъ, — но и тамъ удачи не было. Этими попытками и закон-
чилась общая атака фортовъ.
Глава XVI.
Сапы и мины.
Время между печальными событіями 30-го октября и еще
болѣе тяжелой трагедіей 26-го ноября молено по справедливости
назвать эпохой тяжелой работы. Въ теченіе всего этого почти
мѣсячнаго періода японскіе саперы дѣятельно приготовляли путь
для слѣдующихъ атакъ пѣхоты. Они прокапывали галлерею къ рус-
скимъ контръ-эскарпамъ и взрывали ихъ, когда не удавалось
выбить русскихъ послѣ рукопашныхъ схватокъ. Эти инженерныя
— 198 —
п саперныя работы, самыя тяжелыя за время осады, были про-
изведены подъ сѣвернымъ Кейквансаномъ, Нирусаномъ и Шою-
саномъ.
Устройство контръ-эскарпныхъ загражденій у Сѣверо-Кейк-
вансанскаго форта было таково. Тутъ имѣлись три капонира въ
юго-восточномъ и сѣверо-западномъ углахъ рва; эти два послѣд-
ніе капонира имѣли амбразуры, выходящія въ ровъ и такимъ
образомъ онъ могъ быть обстрѣливаемъ во всѣхъ направленіяхъ.
Они были сложены изъ крѣпкаго бетона въ шесть футовъ тол-
щиною съ амбразурами для стрѣлковъ и для пулеметовъ 1). Оба
капонира сообщались между собою бетонной галлерей въ 9 фут.
шириною. Галлерея была раздѣлена на казематы перегородками,
установленными подъ прямымъ угломъ къ контръ-эскарпной
стѣнѣ. Между казематами были оставлены промежутки или сѣни
въ три фута шириною, много способствовавшіе ихъ оборонѣ, ибо
если бы японцы заняли первый казематъ, то гарнизонъ, задѣлавъ
наскоро узкій промежуточный входъ, могъ бы долго обороняться въ
каждомъ казематѣ послѣдовательно; каждый казематъ имѣлъ также
амбразуру въ сторону рва. Длинная галлерея, пдущая вдоль вос-
точнаго контръ-эскарпа п соединяющая между собою юго и сѣ-
веро-восточный капониры была нѣсколько пной конструкціи; она
не имѣла раздѣленій и потому не могла быть такъ удобно за-
щищаема.
Описаніе подземныхъ битвъ, имѣвшихъ мѣсто въ капони-
рахъ Сѣверо-Кейквансанскаго форта, превосходитъ всякое вѣ-
роятіе и обрисовываетъ разумную храбрость и находчивость
Японскаго солдата еще ярче, чѣмъ всѣ иные эпизоды осады.
Вообще, во время атаки люди идутъ на приступъ разомъ
массой и всѣ военныя дѣйствія происходятъ на виду всей
арміи—что, конечно, возбуждаетъ и одушевляетъ войско. Не то
въ подземныхъ—какъ бы тайныхъ схваткахъ. Тутъ люди бьются
’) Толщина сводовъ и стѣнъ но шесть футъ, а три.
ІІрим. перев.
199 —
въ одиночку, нѣтъ зрителей, а слѣдовательно нѣтъ одобренія отъ
своихъ, что такъ сильно дѣйствуетъ на массы. Въ теченіе цѣ-
лаго мѣсяца въ сырой атмосферѣ узкихъ бетонныхъ подземелій,
средй взрывовъ ручныхъ динамитныхъ гранатъ,—подъ страхомъ
постоянной опасности—работали и боролись невидимые никѣмъ
японскіе саперы силясь одолѣть и прогнать столь же упорныхъ
противниковъ изъ подземныхъ укрѣпленій. Много незримыхъ ге-
ройскихъ подвиговъ было совершено въ нѣдрахъ земли; всякій
разсказъ о нихъ показался бы невѣроятнымъ, хотя онъ не пере-
далъ бы и половины того, что тамъ происходило.
Я уже описалъ вкратцѣ положеніе воюющихъ сторонъ въ контръ-
эскарпахъ укрѣпленіяхъ Сѣвернаго Кейквансана во время атаки
30 октября. Весь мѣсяцъ японцы рыли подступы къ намѣченному
форту, а когда нельзя было идти дальше по поверхности земли, то
они начали ко рву минную галлерею. Русскіе старались прегра-
дить имъ путь контръ-минами, но за однимъ исключеніемъ отъ
нихъ пользы имъ было мало, такъ какъ чаще всего онѣ еще до
взрыва уничтожались японцами, а иногда вслѣдствіе порчи элек-
трическаго провода—взрыва не происходило. 23-го октября рус-
скіе взорвали подлоясенную ими подъ японскую галлерею про-
стую морскую мину, при этомъ обрушилась галлерея и погибло
38 японцевъ. Этотъ же взрывъ имѣлъ неожиданный для рус-
скихъ результатъ: отъ него образовалось отверстіе въ сводѣ сѣ-
веро-восточнаго капонира *)• Японцы увеличили его и успѣли вы-
гнать русскихъ изъ каземата, направивъ въ отверстіе пулеметъ
и бросая чрезъ него ручныя гранаты.. Слѣдующей ихъ задачей
было занять средній каземата, который обстрѣливался русскими
укрѣпившимися въ казематѣ подъ № 6. Японцы бросали мѣшки съ
пескомъ чрезъ отверстіе въ сводѣ, пока не заградили проходъ
отъ русскихъ выстрѣловъ и тогда саперы спустились въ камеру.
Нѣсколько человѣкъ были при этомъ убиты, другимъ удалось
1) Поврежденіе свода капонира въ этотъ день не имѣло мѣста. Црим. перев.
— 200 —
вдвинуть мѣшки съ пескомъ въ узкій проходъ между капониромъ
и казематомъ № 6, чѣмъ п разобщили ихъ между собою. Бли-
жайшей задачей японцевъ было теперь получить доступъ въ
ровъ, такъ какъ изъ сѣверо-западнаго капонира выхода туда не
было. Октября 26-го они подвели и взорвали мину подъ лицевой
стѣной этого капонира и въ образовавшееся отверстіе могли
выйти въ ровъ.
30-го октября японцы умудрились пробить дыру въ
сводѣ сѣверо-восточнаго капонира и, дѣйствуя чрезъ нее пуле-
метомъ, выбили оттуда русскихъ. Онп не могли сами занять
этотъ казематъ, ибо его обстрѣливали русскіе изъ сѣверной и
восточной галлерей, въ которыхъ онп еще держались. Поэтому
этотъ казематъ оставался пока нейтральнымъ. Теперь японцы
рѣшились двинуться изъ взятаго сѣверо-восточнаго каземата и
выбить русскихъ изъ всѣхъ шести казематовъ, лежащихъ между
этимъ послѣднимъ казематомъ и нейтральнымъ. Но это оказалось
невозможнымъ, такъ какъ русскіе употребляли ручныя гранаты, дѣй-
ствіе которыхъ въ этомъ тѣсномъ пространствѣ было ужасно: кто
не быть убитъ—задыхался отъ ѣдкаго дыма. Испытавъ убій-
ственное дѣйствіе этихъ гранатъ, японцы пришли къ заключенію,
что продолжать эти пріемы было безразсудно, такъ какъ дѣло
могло тянуться недѣли, да и потеря людьми была бы слишкомъ
велика. Онп выдумали болѣе дѣйствительный и практическій
способъ достигнуть своей цѣли: рѣшили прервать сообщеніе между
сѣверной и восточной галлереями рва, которыя обѣ сходились
въ нейтральномъ казематѣ капонира въ сѣверо-восточномъ углу
его. Еслп-бъ имъ это удалось, то русскіе занимающіе сѣверную
галлерею были бы совершенно отрѣзаны оть всего и должны
бы или сдаться или умереть съ голоду.
Я ранѣе уже разсказалъ, какъ 30 октября небольшой отрядъ
пѣхоты сдѣлалъ отчаянную попытку взобраться на открытый
валъ и взять штурмомъ фортъ. Когда же они убѣдились, что
нельзя взять фортъ, не заставивъ русскихъ очистить занимаемыя
— 201 —
ими контръ-эскарпныя позиціи, то тогда они и повели сапныя
работы по соотвѣтствующему плану. Въ ночь 31 октября онп
снова проникли въ ровъ чрезъ отверстіе изъ каземата сѣверо-за-
паднаго капонира и осторожно продвинулись вдоль сѣверной сто-
роны контръ-эскарпа, держась все время ниже уровня амбразуръ.
Молено спросить, какъ могли русскіе допустить ото движеніе,
когда они имѣли полную возмолсность цѣлить въ нихъ изъ восточ-
ной галлереи, которую они занимали? Объясняется это тѣмъ, что
находящійся въ сѣверо-восточномъ углу нейтральный казематъ
(т. е. оставленный русскими и не занятый японцами) выдавался
много впередъ внутри рва и прикрывалъ работавшихъ японцевъ,
защищая ихъ отъ русскаго огня. Они неслышно продѣлали неболь-
шую дыру въ бетонной стѣнѣ № 1 и выстрѣлами заставили рус-
скихъ отойти въ казематъ № 2, гдѣ они и укрылись за стѣной изъ
мѣшковъ съ пескомъ. Затѣмъ японцы увеличили сдѣланное въ
стѣнѣ отверстіе настолько, чтобъ чрезъ него могъ пролѣзть чело-
вѣкъ; все таки имъ предстояла еще задача: какъ пролѣзть въ казе-
томъ № 1 и занять его, разъ онъ находился подъ огнемъ русскихъ
стрѣлковъ, скрытыхъ за стѣной изъ мѣшковъ въ казематѣ № 2.
Всѣ наблюденія мон надъ японскимъ солдатомъ въ разныхъ
положеніяхъ на боевой линіи убѣдили меня въ томъ, что тамъ гдѣ
требуется исключительная смѣлость пли предстоитъ особенно ри-
скованное дѣло—японецъ неизмѣримо выше и оставитъ далеко
солдата всякой другой націи. Японца вообще нельзя назйать
удальцемъ, безшабашнымъ, эти качества, кажется, свойственны
болѣе всего Ирландцамъ, по осмысленной храбрости у японца
больше. Ему, повидимому доставляетъ наслажденіе придумать и
выполнить какое нибудь отчаянное предпріятіе, хотя бы оно и
грозило ему неминуемой гибелью. Однажды японскій капитанъ
видя, что русскіе одолѣваютъ, рѣшился пожертвовать жизнью, но
добыть побѣду своимъ. Онъ навязалъ на себя столько ручныхъ
гранатъ, сколько могъ снести и приказалъ зажечь разомъ ударныя
трубки. Тогда онъ стремительно бросился на русскую траншею,
202 —
гдѣ одновременно разорвавшіяся гранаты причинили сильное
опустошеніе. Позиція была взята, отъ капитана, понятно, ничего
не осталось. Нельзя не сказать, что такой незаурядный подвигъ
возможенъ лишь герою.
Японскіе саперы не разъ выказывали подобное геройство во
время подземной борьбы изъ за капонирныхъ галлерей сѣвернаго
Кѳйквансана. Чтобъ попасть въ казематъ № 1 и оттуда заблокиро-
вать выходъ въ № 2, занятый русскими, японцы выдумали та-
кой способъ: они протиснули въ дыру, пробитую въ стѣнѣ, одного
изъ своихъ солдатъ, толкая его за ноги головою впередъ. Онъ дер-
жалъ передъ собою мѣшокъ съ пескомъ, который мало по малу
продвигалъ къ стѣнѣ изъ такихъ же мѣшковъ за которыми
скрывались русскіе; когда двигать его дальше было нельзя —
японцы проталкивали въ дыру такимъ же способомъ, но ногами
впередъ, другого солдата такъ что этотъ послѣдній, упираясь
ногами въ ноги перваго,—могъ быть проталкиваемъ самъ и толкать
собой того до самой почти стѣны въ казематъ № 2. Много лю-
дей и много мѣшковъ были втиснуты такимъ способомъ и
стѣна изъ мѣшковъ была готова, но русскіе замѣтили хитрость
и пустили въ ходъ ручныя гранаты. Много жизней погибло, по
цѣль было достигнута -русскіе должны были изъ каземата, № 2
перебраться въ казематъ № 3. Представьте себѣ, что долженъ былъ
чувствовать тотъ первый саперъ, котораго товарищи за ноги про-
тискивали сквозь дыру: только несчастный мѣшокъ съ пескомъ
былъ его защитой отъ пули, но не противъ гранатъ, которыми осы-
пали его русскіе. И все это происходило въ подземельномъ мракѣ
сырыхъ подземныхъ пространствъ, вдали отъ поддержки и одоб-
ренія товарищей.
Какъ только удалось прервать сообщеніе меледу сѣверной
галлереей и сѣверо-восточнымъ капониромъ, японцамъ было уже
легко увеличить отверстіе въ сводѣ, побросать чрезъ него мѣшки съ
пескомъ и, занявъ казематъ, выгнать русскихъ внизъ по восточной
галлереѣ, гдѣ тѣ снова забаррикадировались мѣшками съ пескомъ.
203 —
Несчастные, запертые въ казематахъ меледу двумя капонирами
на сѣверной сторонѣ рва, были обречены на голодную смерть...
ибо выхода не было; они не сдались... а можетъ быть и хотѣли
бы, да японцы не обратили на это вниманія...
Послѣ занятія всей сѣверной галлереи японскіе саперы рѣ-
шились прекратить подземныя операціи, хотя на нѣкоторое время.
Оніь не тревожили русскихъ, занимавшихъ еще восточную
галлерею и только задались цѣлью прекратить сообщенія меледу
сѣвернымъ и восточнымъ рвами посредствомъ высокой стѣны изъ
мѣшковъ съ пескомъ, идущей отъ сѣверо-восточнаго капонира—
черезъ ровъ до самаго вала. Желѣзная дверь открывала выходъ въ
ровъ изъ этого каземата. Русскіе поняли замыслы враговъ и,
чтобы разстроить ихъ, принялись спѣшно воздвигать также стѣну
изъ мѣшковъ отъ юго-восточнаго капонира до крѣпостного вала.
Обѣ стороны имѣли цѣлью окончить первой стѣну, втащить иа
нее орудіе и разрушить стѣну противника.
То была бѣшенная гонка — но японцы пришли первыми и
добились своего. Оин по частямъ втащили орудіе на стѣну, живо
собрали его и прежде чѣмъ русскіе успѣли сдѣлать то-же ихъ
стѣна была уже разрушена мѣткими выстрѣлами японцевъ.
Этимъ закончилась борьба за владѣніе контръ-эскарпными
укрѣпленіями Сѣвернаго Кейквансана. За русскими осталась только
юго-восточный капониръ — откуда они не могли препятствовать
японцамъ въ предпринятыхъ ими дальнѣйшихъ работахъ противъ
самаго форта. Японцы сдѣлали переходъ чрезъ сѣверный ровъ и
саперы принялись подкапываться подъ крѣпостной валъ и про-
кладывать миннную галлерею.
Сѣверный Кейквансанъ считался во многихъ отношеніяхъ
самой сильною изъ всѣхъ позицій, противъ которыхъ велась атака
за время осады, уже потому, что всѣ его укрѣпленія были почти
закончены, когда японцы появились передъ крѣпостью. Нирусанъ
и Шоюсанъ сами по себѣ обширнѣе, но ихъ контръ-эскарпы и
прочія оборонительныя укрѣпленія гораздо менѣе значительны.
— 204 —
Когда японцы взяли 26-го октября верхнія русскія траншеи,
обороняющія рвы названныхъ двухъ фортовъ, они не подозрѣвали
существованія капонировъ въ стѣнахъ контръ-эскарповъ. Они
хотѣли наполнить ровъ мусоромъ, землей, соломой и мѣшками
съ пескомъ въ четыре дня и воспользоваться этимъ временнымъ
путемъ для атаки форта. Но по мѣрѣ того, какъ они заполняли
ровъ, русскіе выбирали изъ него землю и прочее й вывозили
чрезъ подземные тунели во внутрь крѣпости. Но не будь этого,
японцы все таки не могли бы въ столь короткое время запол-
нить ровъ, который имѣлъ 30 фут. ширины и болѣе 40 глубины. ])
Ровъ у Шоюсана былъ гораздо меньше, имѣя около 20 фут.
глубины.
Когда японцы узнали, что въ Шоюсанѣ и Нирусанѣ имѣ-
ются контръ-эскарпныя загражденія, то пхъ инженеры убѣдились,
что фортъ нельзя будетъ взять безъ помощи минъ. Атака Сѣ-
вернаго Кейквансана была для нихъ полезнымъ урокомъ и по-
тому теперь они сумѣли избѣжать многихъ ошибокъ, допущен-
ныхъ тогда. Они не хотѣли болѣе подвергать саперные батальоны,—
численность коихъ очень уменьшилась—той губительной подзем-
ной борьбѣ, какая велась въ капонирныхъ галлереяхъ Кейквансана
и стоила столькихъ жертвъ, но рѣшились прокопать колодцы въ
нѣсколькихъ пунктахъ вдоль контръ-эскарпа и затѣмъ, заложивъ
мины, взорвать капониры и стѣны, и такимъ образомъ засы-
пать ровъ, вслѣдствіе чего получался переходъ для пѣхоты.
18-ая бригада, стоявшая подъ Нирусаиомъ, лишь съ боль-
шимъ трудомъ могла удержаться па своихъ позиціяхъ по скатамъ
горы—такъ какъ сильно страдала отъ огня батарей съ западной
группы фортовъ. Самая сопка, на которой стоитъ Иирусанъ имѣете
весьма твердую каменистую почву съ небольшой толщей (около
2—3 футовъ) земли. По этому окопы пришлось дѣлать не подъ,
а надъ поверхностью. Русскимъ это было выгодно и они всячески
9 Глубинна 18э а ширина 21 футъ.
Дрнл. перво.
— 205 —
старались разрушать работу японцевъ на склонахъ сопки. Разру-
шить имъ, конечно, удавалось, но новые окопы все росли и росли,
только дорогой цѣной они достигались—много рабочихъ командъ
осталось тутъ навсегда.
Двѣ линіи окоповъ были проведены отъ желѣзно-дорожной
насыпи у подошвы сопки вверхъ, одна до сѣверо-восточнаго, другая
до сѣверо-западнаго угла рва, причемъ отбитая у русскихъ траншея,
идущая вдоль края рва могла быть приспособлена для соединенія
обѣихъ линій между собою. Отъ этой траншеи японцы начали
рыть въ глубь колодцы для заложенія минъ подъ контръ-эскарпъ.
Это была весьма медленная и трудная работа, ибо инженерамъ
приходилось долбить камень и выбирать громадные куски его
изъ земли. Семь минъ было заложено вдоль контръ-эскарпа на
Иирусанѣ и столько же на Шоюсанѣ. На сѣверо-восточномъ и
сѣверо-западномъ углахъ рва у Нпрусана были также капониры,
но онѣ не сообщались между собою галлереей, какъ у Сѣвернаго
Кейквансана, а имѣли каждая отдѣльный подземный проходъ во
внутрь крѣпости. Безъ сомнѣнія русскіе имѣли въ виду устроить
и тутъ соединительную между камерами галлерею, но вспыхну-
вшая неожиданно война помѣшала имъ привести планъ въ ис-
полненіе.
Отсутствіе вышеупомянутой галлереи весьма упрощало ра-
боту японскимъ саперамъ, такъ какъ лишало русскихъ возмож-
ности выводить контръ мины, какъ они дѣлали въ сѣверномъ
Кейквансанѣ. Все время, пока японцы опускались колодцами
надъ капонирами въ углахъ рва, чтобы въ свое время взорвать
ихъ, они были совершенно обезпечены отъ русскихъ контръ-минъ.
Для того, чтобъ имѣть возможность выйти контръ-минами на
встрѣчу японскимъ галлереямъ, русскіе должны бы были войти
въ ровъ и оттуда продалбливать твердый камень контръ-
эскарпной стѣны. Тогда японцы, занявшіе отбитую у русскихъ
траншею на краю рва, могли бы оттуда открыть ружейный огонь,
и бросая ручныя гранаты—не дать русскимъ работать. Изъ ска-
ПОГТЪ-АРТУРЪ. 14
— 206 —
заннаго ясно, что японскіе саперы у Нирусана и Шоюсана не
встрѣчали совсѣмъ тѣхъ трудностей и преградъ, которыя приш-
лось испытать саперамъ у Сѣвернаго Кейквансана. У меня нѣтъ
плана Шоюсана, но могу засвидѣтельствовать, что капониры ук-
рѣпленія были того-же рода, что и на Нирусанѣ и тѣ-же пріемы
были употреблены японцами, чтобъ овладѣть ими. Русскіе скоро
догадались о томъ, что происходитъ по ту сторону рва и хотя
они не могли провести контръ-мины, они всѣми способами ста-
рались помѣшать работѣ японцевъ, осыпая ихъ ручными грана-
тами, а также дѣйствіемъ огня тяжелыхъ орудій съ крѣпостного
вала.
Трудно было японцамъ придумать какой-либо способъ, чтобъ
защитить рабочія команды отъ русскихъ гранатъ и несмотря на
все свое искусство и изворотливость многаго не могли достиг-
нуть. Наиболѣе цѣлесообразнымъ оказались проволочныя рѣшетки,
отъ которыхъ гранаты, отскакивая, падали въ ровъ, и стальные
листы, которые отъ взрывовъ не разрывались. Тѣмъ не менѣе
не мало гранатъ попадало на работающихъ въ траншеѣ—и при-
думали еще ставить солдатъ съ длинными шестами и ведромъ
съ водой на концѣ; онп издали обливали гранаты и тушили фи-
тили прежде чѣмъ онѣ успѣвали разорвать ее.
Можно себѣ представить какъ тяжела была служба рабо-
чихъ командъ и какъ часто бывали несчастные случаи между
ними, если принять во вниманіе постоянные взрывы гранатъ и
пагубное дѣйствіе всякихъ иныхъ орудій. При началѣ осады японцы
имѣли 2000 саперовъ, а спустя два — три мѣсяца ихъ на-
считывали нѣсколько сотъ человѣкъ, да и изъ нихъ многіе не
могли нести службу, такъ что нѣсколько новыхъ саперныхъ ба-
тальоновъ было вызвано съ сѣвера и прикомандировано къ третьей
арміи.
Потеря Хашимакаямы сильно затруднила русскимъ возмож-
ность дѣлать успѣшно вылазки противъ рабочихъ отрядовъ на
Нирусанѣ, ибо они должны были изъ Новаго Банрусана, ими
— 207 —
занятаго, проходить какъ разъ передъ самымъ фронтомъ Хаши-
макаямы.
У Шоюсана дѣло обстояло иначе—тамъ русскіе могли, выйдя
пзъ форта, спуститься по откосу съ горы, обогнувъ ее къ во-
стоку и атаковать японцевъ съ фланга. Такъ они и дѣйствовали
съ большой настойчивостью и храбростью, уничтожая въ нѣ-
сколько часовъ работу многихъ дней. Но вопреки всѣмъ помѣ-
хамъ и потерямъ, мины заложенныя въ контръ-эскарпную стѣну^
Шоюсана были всѣ готовы.
17 ноября онѣ были взорваны въ 4^2 часа дня; зрѣлище
было потрясающее, но къ сожалѣнію заряды были недостаточны
и потому только часть земляной стѣны рухнула въ ровъ, напол-
нивъ его лишь на глубины. Саперы немедленно приступили
къ копанью траншей къ валу среди массы развалинъ.
20-го ноября были взорваны мимы, заложенныя подъ ук-
рѣпленіями Нирусана, причемъ заряды были гораздо сильнѣе, а
дѣйствіе ихъ разрушительнѣе: вся стѣна обвалилась въ ровъ до
уровня земли.
Оказалось впрочемъ, что мины не были заложены доста-
точно близко къ капониру въ Сѣверо-западномъ углу рва и пос-
лѣдній остался невредимымъ, а пока онъ оставался въ рукахъ
русскихъ, они могли разстрѣливать японцевъ по всей линіи въ
то время когда они пытались проходить чрезъ засыпанный ровъ,
съ цѣлью устраивать колодцы для минъ подъ крѣпостнымъ ва-
ломъ. Это было серьезное препятствіе, но оно устранилось чрезъ
нѣсколько дней. Отрядъ саперъ вышелъ пзъ траншеи и подта-
щилъ пулеметъ къ своду капонира; въ то же время другіе са-
перы во время сна русскихъ продѣлали дыру въ сводѣ каземата
и, вложивъ въ нее зарядъ пироксилина, взорвали до основанія.
Около 20-го ноября японцы начали минныя галлереи подъ
брустверами у Шоюсана, Нирусана и Сѣвернаго Кейквансана.
Въ нѣсколько недѣль предполагалось закончить галлереи и за-
ложить мины. Но прежде чѣмъ дѣло было доведено до конца,
14*
208 —
неугомонный воинственный духъ японцевъ одержалъ верхъ и
вмѣсто того, чтобы спокойно выждать нѣсколько послѣднихъ
дней до окончанія означенныхъ саперныхъ работъ, они снова ата-
ковали крѣпость и снова напрасно погубили тысячи жизней.
Глава XVII.
Госпитали и транспорты.
Военно-медицинское начальство при японской арміи имѣло
своей главной цѣлью, ради которой отбрасывались всѣ прочія
соображенія, немедленное отправленіе больныхъ и раненыхъ съ
мѣста военныхъ дѣйствій. Они думали, что какъ бы ни былъ
серьезно боленъ или раненъ солдатъ, всегда лучше и безопаснѣе
отвезти его въ постоянный лазаретъ, гдѣ онъ можетъ имѣть
нужную помощь, даже подвергая его всѣмъ неудобствамъ пере-
возки, чѣмъ оставлять въ полевыхъ лазаретахъ при арміи. Бли-
жайшій постоянный госпиталь находился въ Дальнемъ, гдѣ всѣ
неразрушенныя зданія, какъ то церкви, лавки и частныя дома
были приспособлены военнымъ вѣдомствомъ для этой цѣли. Нельзя
сказать, что эти постоянные госпитали совершенно соотвѣтство-
вали своему названію и назначенію: это были скорѣе времен-
ные пункты, откуда больные опять таки при первой возмож-
ности отправлялись въ Японію на транспортныхъ санитарныхъ
судахъ. Только легко раненые, требующіе непродолжительнаго
леченія, оставались въ Дальнемъ.
Всѣ раненые подъ Нортъ-Артуромъ или въ Маиджурской
арміи перевозились въ Дальній и тутъ размѣщались на сани-
тарные суда.
Такихъ судовъ у японцовъ было 18, они были приспособ-
лены спеціально для транспортированія больныхъ и раненыхъ,
— 209 —
снабжены всѣмъ необходимымъ для этой цѣли и дѣлали непре-
рывно рейсы между Дальнимъ и Японіей. На каждомъ суднѣ
былъ главный врачъ и при немъ цѣлый штатъ лекарей, фельд-
шеровъ и отъ 20 — 30 сестеръ милосердія, командированныхъ
Обществомъ Краснаго Креста въ Японіи. Въ этихъ судахъ были
даже устроены оперативные покои, чтобы, въ случаѣ неотлож-
ной необходимости, операція могла быть сдѣлана во время пути.
Для поданія первой помощи раненымъ подъ Портъ - Артуромъ
солдатамъ, были установлены такія правила. Если солдатъ былъ
раненъ въ траншеяхъ, то его тотчасъ же на носилкахъ санитары
относили въ имѣющійся тутъ же перевязочный пунктъ, гдѣ
фельдшеръ дѣлалъ немедленно первую перевязку; затѣмъ его
опять на носилкахъ переносили въ дивизіонный штабъ, при ко-
торомъ всегда были устроены полевые лазареты; туда помѣщали
раненаго, причемъ вновь осматривали раны и дѣлали болѣе тща-
тельную перевязку.
Если была необходимость въ безотлагательной операціи—
ее дѣлали немедленно, но въ большинствѣ случаевъ раненымъ
давали отдохнуть 2—3 часа, а иногда и цѣлую ночь. Каждое
утро отправляли транспортъ раненыхъ, ихъ уносили на носил-
кахъ китайцы, которые во множествѣ ожидали, предлагая свои
услуги, при дивизіонныхъ штабахъ и полевыхъ лазаретахъ. При
каждомъ транспортѣ слѣдовало 3—4 санитара съ флягами воды
и съ всякими перевязочными средствами на случай, если бы
пришлось оказать помощь въ пути или чтобъ припугнуть ки-
тайцевъ, если бы они вздумали оставить свою ношу дорогой.
Мнѣ случалось видѣть, какъ шли цѣлые караваны носильщи-
ковъ съ ранеными—бывало до 200 человѣкъ сразу. Когда при-
ходилось проходить чрезъ «усѣянную гранатами дорогу»
или инымъ открытымъ мѣстомъ—то носильщики шли на раз-
стояніи шаговъ 50 другъ отъ друга, чтобъ не служить слиш-
комъ замѣтной мишенью для непріятеля, и снова смыкались и
шли тѣснѣе, когда опасное мѣсто миновало. Всѣ легко раненые
210 —
не требовавшіе особаго ухода—немедленно помѣщались въ по-
ѣздѣ. Въ дни, когда производились атаки и количество ране-
ныхъ было особенно велико, видъ полевыхъ лазаретовъ, помѣ-
щенныхъ на арьергардахъ дивизій, былъ ужасенъ и походилъ
на скотобойню: фельдшера приготовлялись къ пріему раненыхъ:
въ бѣлыхъ передникахъ, съ засученными рукавами и съ отто-
ченными ножами въ рукахъ они стояли передъ палатками въ
ожиданіи своихъ жертвъ.
Пока шумъ битвы былъ еще въ разгарѣ—носильщики уже
начинали подходить со стороны Шуйшіинской долины, но ста-
вили свои ноши передъ палатками, гдѣ тотчасъ же ихъ обмы-
вали и перевязывали докторъ и фельдшера. Палатки, носиль-
щики, одежда санитаровъ и фельдшеровъ—все было забрызгано
кровыо и цѣлыя лужи ея стояли на землѣ кругомъ. Эти пере-
вязочные пункты вблизи самаго поля сраженія представляютъ
ужасную картину—порядка; чистоты и иныхъ гигіеническихъ
условій нечего и требовать—у всѣхъ одна забота—скорѣе обмыть,
перевязать, утишить боль. И хотя число врачей и фельдшеровъ
очень велико—ихъ все таки мало въ дни большихъ сраженій.
Въ селеніяхъ, расположенныхъ непосредственно вблизи ли-
ніи батарей, были устроены лазареты для раненыхъ тутъ же при
орудіяхъ. При нихъ были операціонные покои и всякія приспо-
собленія для болѣе серьезныхъ случаевъ пораненія, поэтому сюда
привозили опасно раненыхъ и съ передовыхъ линій. Вокругъ ла-
зарета лежали вновь прибывшіе раненые и ожидали своей очереди.
Въ операціонной комнатѣ было два операціонныхъ стола и двое
могли быть оперируемы одновременно. Все содержалось въ безу-
коризненной чистотѣ и порядкѣ служащими въ лазаретѣ; по-
слѣдніе были доведены у японцевъ до возможнаго совершенства
въ отношеніи гигіены и потому случаи смерти отъ зараженія
крови нечистыми инструментами при операціяхъ были крайне
рѣдки. Надъ каждымъ операціоннымъ столомъ былъ устроенъ
небольшой бакъ, изъ котораго на столъ текла непрерывной струей
— 211
вода, смѣшанная съ дезинфекцирующими жидкостями. Омывъ
столъ вода по желобу у стола уносила своимъ теченіемъ все что
отбрасывалось при операціи: загрязненные бинты, кусочки мяса,
костей, осколки гранатъ и пули. Все это по желобу уносилось
водою въ большой боченокъ, на днѣ котораго имѣлась цѣдилка,
задерживающая всѣ твердыя части и пропускающая воду. Вода
протекая чрезъ цѣдилку направлялась въ очистительный апа-
ратъ, оттуда она обезвреженною, помощью насоса и трубъ вновь
поднималась въ операціонную комнату. Около стола находились
плоскія блюда съ дезинфекцирующими средствами, въ которыхъ
лежали всегда на готовѣ операціонные инструменты. Бинты, марли
и прочія перевязочныя средства держались въ опечатанныхъ
банкахъ и жестянкахъ и передъ операціей подвергались кипяченію.
Послѣ операціи больной оставлялся въ палатѣ въ полномъ
покоѣ въ теченіе нѣсколькихъ часовъ или иногда цѣлой ночи и
затѣмъ подвергался вторичному осмотру. Если при этомъ онъ
оказывался въ силахъ перенести путь, то его переносили на
станцію желѣзной дороги и отправляли въ Дальній. Болѣе сла-
быхъ оставляли въ палаткахъ или китайскихъ фанзахъ вблизи
лазарета и такіе рѣдко выживали. При такомъ способѣ отсылки
раненыхъ въ отдаленные постоянные госпитали, полевые лаза-
реты при арміи смогли всегда вмѣщать вновь прибывшихъ и
даже послѣ большихъ штурмовъ мѣстъ для раненыхъ всегда
хватало.
Доктора никогда не затягивали случаи неминуемой смерти—
они лишь старались облегчить боль. Когда приносили раненаго
клали его на столъ—докторъ немедленно снималъ сдѣланную
на мѣстѣ перевязку и если находитъ рану смертельной, то испу-
скалъ оригинальный звукъ или свистъ, обычный у японцевъ,
когда они не хотятъ высказать то, что думаютъ и похожій на
причмокиваніе, которое слышится, когда нецивилизованный че-
ловѣкъ жадно глотаетъ супъ. Раненый услышавшій этотъ звукъ,
значеніе коего было ему какъ японцу—понятно, зналъ, что часы
212 __
его сочтены и безропотно покорялся своей судьбѣ. Такого ра-
ненаго укладывали, какъ можно удобнѣе, докторъ давалъ ему
выпить саки, смѣшанный съ морфіемъ или инымъ усыпляющимъ
средствомъ и кивнувъ ему въ отвѣтъ на его прощальное Зуопога
(прощай) приказывалъ вынести больного. Усыпительныя сред-
ства давались всякому тяжело раненому, который былъ еще въ
состояніи проглотить питье. Ожидающіе внѣ палатки своей оче-
реди раненые, слѣдили за выносимымъ изъ нея больнымъ, при-
чемъ смотря по тому въ какой баракъ его клали, они угадывали
его приговоръ. ІТа одномъ изъ бараковъ слѣдовало бы сдѣлать
надпись «оставьте всякую надежду, Вы, сюда входящіе», ибо
туда относили такихъ раненыхъ, коимъ оставалось жить нѣ-
сколько часовъ жизни. Ужасно было заглянуть въ такой баракъ
особенно въ жаркій день: больные лежали облѣпленные мухами,
слышны были стоны, видны судорожныя движенія... но по боль-
шей части они всѣ были безъ сознанія и, вѣроятно, уже не
страдали.
Всѣ фельдшера и служители въ Японскихъ госпиталяхъ люди
хорошо обученные, опытные и, что можно имъ поставить въ осо-
бенную заслугу, это вниманіе и старательность, съ которыми они
исполняютъ свои обязанности. Когда наступала передышка въ сра-
женіяхъ и больныхъ было немного въ лазаретахъ, хирурги часто
собирали весь низшій больничный персоналъ и читали имъ до-
ступныя лекціи по поданію помощи раненымъ и уходу за боль-
ными, а также учили менѣе умѣлыхъ накладывать бинты, дѣ-
лать перевязки и обращаться съ инструментами. Надо отдать
справедливость японцамъ—такой любознательности какъ между
ними я нигдѣ не встрѣчалъ: изъ всего японецъ что-нибудь из-
влечетъ, у всякаго чему-нибудь научится.
Хотя китайцы-туземцы Ляодунскаго полуострова не мало по-
страдали отъ происходившей на ихъ территоріи войны, тѣмъ не
менѣе они конечно съ благодарностью вспомнятъ о японскихъ
докторахъ и госпиталяхъ. Въ первый разъ съ начала историче-
213 —
ской своей жизни китайцы имѣли случай испытать настоящее
леченіе и заботливый уходъ. Японскій врачебный персоналъ ни-
когда не отказывалъ имъ въ своей помощи, особенно если она
требовалась больному или раненому ребенку. Я видѣлъ, какъ
однажды принесли въ лазаретъ маленькую дѣвочку всю обварен-
ную кипяткомъ. Увидѣвъ ужасные ожоги хирургъ оставилъ ра-
ненаго (не сильно), съ которымъ онъ возился, и тотчасъ сталъ
осматривать дѣвочку. Цѣлый часъ почти хирургъ возился съ нею,
очищая раны и обвертывая ее намаслеными бинтами, и несмотря
на большую усталость онъ такъ старательно и терпѣливо рабо-
талъ надъ ребенкомъ, какъ будто ему предстояло получить круп-
ный кушъ за этотъ трудъ.
На желѣзной дорогѣ въ Дальній не было поѣздовъ съ са-
нитарными вагонами и раненыхъ перевозили просто на платфор-
махъ, только болѣе слабыхъ помѣщали въ закрытые товарные
вагоны, которые спеціально для этого были доставлены изъ Япо-
ніи. При такомъ способѣ передвиженія раненые очень страдали
отъ холода и тряски. Не разъ было удостовѣрено, что дѣло по-
мощи раненымъ и ухода за ними было прекрасно организовано
въ япоской арміи; но способъ перевозки ихъ, къ которому при-
выкли п безропотно покорялись ихъ раненые, казался невыно-
симымъ солдатамъ европейцамъ, изъ которыхъ многіе умирали
въ пути не только отъ ранъ, но и отъ вышеуказанныхъ не-
удобствъ.
Городъ Дальній во многомъ измѣнился къ лучшему за время
занятія его японцами въ теченіе мѣсяца. Улицы были людны и
оживлены, такъ какъ здѣсь былъ центральный пунктъ, гдѣ интен-
дантское управленіе заготовляло, закупало и отправляло все про-
довольствіе для арміи генерала Ноги и маршала Оямы. Тысячи
китайскихъ тачекъ, подвозившихъ эти запасы къ желѣзнодорож-
ной станціи, загромождали улицы; сотни «кули» съ крикомъ и
визгомъ грузили подвозимую кладь въ вагоны, прибывшіе изъ
Портъ-Артура или изъ Сѣверной арміи, съ грузомъ раненыхъ и
214 —
больныхъ. По набережной отъ пристаней къ станціи тянулись
громадныя фуры съ грузомъ всякихъ запасовъ. На станціи ихъ
съ удивительной быстротой разгружали группы японскихъ сол-
датъ. Нельзя пройти молчаніемъ одну отличительную черту япон-
скаго характера: это неизмѣнная готовность идти на всякое дѣло;
приходится ли воевать, или выгружать и нагружать транспорты,
или таскать на спинѣ самыя большія тяжести, пли исполнять
трудныя земляныя работы—онъ всегда охотно и весело берется
за трудъ.
Тутъ же работали солдаты 8-го полка Осака, которые не
пошли на штурмъ форта Новый Банрусанъ въ ночь на 23-е августа.
Теперь они должны были разгружать кули съ провіантомъ для
тѣхъ полковъ, которые по первому слову двинутся на врага и не
отступятъ.
Тутъ же, у набережной Дальняго, возвышались словно пи-
рамиды цѣлыя груды всякихъ военныхъ припасовъ подъ брезен-
тами въ защиту отъ дождя и снѣга. Для храненія болѣе цѣн-
ныхъ и легко портящихся припасовъ, а также солдатской аму-
ниціи были наскоро выстроены сараи и навѣсы.
При отъѣздѣ моемъ изъ Портъ-Артура въ Японію изъ Даль-
няго—въ немъ было заготовлено всевозможныхъ запасовъ въ
количествѣ достаточномъ для снабженія всѣхъ войскъ въ Манч-
журіи въ теченіе шести мѣсяцевъ на случай если-бъ прибытіе
Балтійскаго флота отрѣзало сообщеніе съ Японіей. Въ Японіи
же мнѣ сообщили, что въ Манчжурію отправлено вновь громадное
количество запасовъ—достаточное еще на 3 мѣсяца и что транс-
порты эти дошли до назначенія, не встрѣтивъ на пути Рожде-
ственскаго съ флотомъ. Такимъ образомъ если-бъ побѣда на морѣ
и осталась за русскими—то маршалъ Ояма могъ бы воевать на
сушѣ еще 9 мѣсяцевъ.
Товарные поѣзда съ продовольствіемъ для войска отправля-
лись изъ Дальняго въ Портъ-Артуръ дважды въ день — утромъ
и вечеромъ и дѣлали этотъ пробѣгъ въ 3 часа. Какъ только
215 —
поѣздъ останавливался на запасныхъ путяхъ станціи Хораши,
толпы кули бросались на него и опоражнивали вагоны и плат-
формы. Когда грузъ состоялъ изъ мѣшковъ съ рисомъ, то тутъ
происходила настоящая бѣшеная свалка: китайцы «кули» при-
ходили въ азартъ; они вскакивали на платформы и сбрасывали
оттуда мѣшки съ рисомъ, часто сшибая съ ногъ и ушибая стоя-
щихъ ниже и принимающихъ мѣшки товарищей. Я самъ видалъ,
какъ при такой выгрузкѣ китайцы получали довольно серьез-
ныя увѣчья. Черезъ 10 минутъ по остановкѣ поѣзда на немъ
не оставалось ни одного мѣшка рису, нп одной жестянки кон-
сервовъ плп ящика съ сухарями. По разгрузкѣ—поѣздъ немед-
ленно отводился къ станціи, боковыя стѣнки платформъ опуска-
лись и онъ принималъ новый—иной грузъ: на платформы укла-
дывались раненые, ожидавшіе на станціи, куда они были под-
везены за нѣсколько часовъ. Самыхъ опасныхъ вносили въ поѣздъ
и устанавливали на носилкахъ, покрывая ихъ одѣялами, а легко
раненыхъ помѣщали просто по 30—40 человѣкъ въ вагонѣ. Въ
этихъ поѣздахъ не только не было санитарныхъ вагоновъ, но
даже не имѣлось и простыхъ вагоновъ 3-го класса. Генералы,
частныя лица, иностранцы, раненые и больные всѣ имѣли лишь
одинъ способъ путешествія.
Отправляясь изъ Хораши въ Дальній надо было довольство-
ваться маленькимъ уголкомъ на платформѣ, среди кучи солдатъ
японцевъ или китайцевъ; находящихся въ сношеніи съ арміей.
Обратный путь изъ Дальняго былъ пріятнѣе въ томъ отношеніи
что приходилось ѣхать съ грузомъ провіанта, можно было за-
браться между мѣшками съ рисомъ и тѣмъ защищаться отъ
холода.
Около станціи Хораши было открытое мѣсто гдѣ были сло-
жены всѣ запасы получаемые изъ Дальняго. Разстояніе отъ Хо-
раши до ближайшаго пункта осадной линіи было почти пять
миль; но чтобы подвезти провіантъ къ 1-й дивизіи, находящейся
на западѣ, приходилось ѣхать почти двадцать миль. Каждый
216 —
день отправлялись изъ Хораши громадные транспорты съ про-
віантомъ для снабженія войскъ на линіи. При каждой дивизіи
находился свой провіантскій складъ въ защищенномъ отъ не-
пріятельскаго огня мѣстѣ. Въ нихъ всегда было запасовъ по
крайней мѣрѣ на три дня и каждый день наличное количество
провіанта пополнялось новыми транспортами. Самымъ труднымъ
дѣломъ была доставка провіанта къ траншеямъ у подошвы рус-
скихъ позицій, т. к. приходилось перевозить его по открытому
мѣсту подъ выстрѣлами русскихъ. Особенно труденъ былъ до-
ступъ къ 9-й дивизіи, такъ какъ путь туда пролегалъ по
«усѣянной гранатами» дорогѣ. Вся доставка провіанта произво-
дилась ночью. Полковыя фуры, запряженныя вьючными лошадьми,
нагружались провіантомъ изъ дивизіонныхъ складовъ послѣ по-
лудня и съ наступленіемъ темноты тянулись по пути къ глав-
ной дивизіонной квартирѣ, откуда вновь возвращались до раз-
свѣта. Оттуда мясные консервы и рисъ разносились солдатами
къ передовымъ траншеямъ.
Нельзя сказать, чтобы снабженіе довольствіемъ арміи во
время продолжительной стоянки подъ Портъ-Артуромъ было дѣ-
ломъ особенно труднымъ для генерала Ноги, но все таки надо
признать, что вся организація этого дѣла была въ высшей сте-
пени разумна и цѣлесообразна. Интересно прослѣдить весь путь
мѣшка съ рисомъ съ того момента, какъ его погрузили па судно
въ Японіи и до той минуты, когда онъ попалъ въ полковой ко-
телъ японскихъ солдатъ: грузили рисъ въ Нагасаки, Сасебо или
въ иномъ портѣ Японіи. Послѣ 48-ми часовъ пути моремъ онъ
приходилъ въ Дальній. Въ теченіе 12 часовъ рисъ былъ выгру-
женъ, вновь нагруженъ на китайскія тачки, отвезенъ на же-
лѣзнодорожную станцію и уложенъ на товарныя платформы.
Черезъ 3 часа поѣздъ подходитъ къ станціи Хораши.
Тутъ въ какія нибудь 10 минутъ китайцы кули выгру-
жали его изъ вагоновъ и складывали въ запасное провіантское
депо близъ станціи. Здѣсь путешествующій рисъ отдыхалъ дня
217 —
два-три, пока не наступала его очередь быть отправленнымъ въ
одинъ изъ дивизіонныхъ складовъ, куда, въ одно прекрасное
утро, отправляли за 4—5 миль по изрытой дорогѣ нѣсколько
мѣшковъ рису въ телѣжкѣ, запряженной одной лопіадыо въ со-
провожденіи одного солдата.
Въ дивизіонномъ складѣ привезенный рисъ хранился два
дня; на третій день 2 мѣшка рису по 50 кі. каждый навьючи-
вались на осла или пони и подъ покровомъ ночи отправлялись
по «усѣянной гранатами» дорогѣ въ главную квартиру дивизіи
и тамъ уже рисъ раздавался войскамъ. Такъ дѣлалось изо-дня
въ день безъ перемѣны или замедленія. Китайцы-кули, которые
употреблялись для перевозки, нагрузки и выгрузки провіанта,
подъ присмотромъ японскихъ надзирателей скоро научились точно
исполнять свою обязанность и безпрекословно повиноваться имъ.
Японцы гораздо лучше европейцевъ понимаютъ китайцевъ и
умѣютъ обращаться съ ними; а китайцы уважаютъ и боятся
японцевъ больше, чѣмъ европейцевъ.
Глава XVIII.
Жизнь въ дѣйствующей арміи.
Жизнь иностранцевъ, прикомандированныхъ къ арміи Ноги,
была не лишена интереса и лишь временами, когда никакія со-
бытія не нарушали ея теченія, въ долгіе вечера приходилось
изобрѣтать развлеченія и она казалась нѣсколько однообразной.
Въ началѣ осады я жилъ въ палаткѣ подъ горой Хошсанъ
и оставался тамъ до начала октября. Въ концѣ сентября нача-
лись страшныя бури и ураганы; температура сильно понизилась,
при чемъ страшная пыль поднимаемая вѣтромъ, дѣлала пребы-
ваніе въ палаткѣ почти невыносимымъ; въ виду этого я испро-
силъ въ главномъ штабѣ разрѣшеніе помѣститься въ китайской
деревнѣ, лежащей вблизи крѣпости. Я и мои товарищи—мистеръ
218 —
Джеральдъ Морганъ и мистеръ Реджинальдъ Глоссопъ нашли
помѣщеніе у китайца — домохозяина въ деревнѣ Табошинъ въ
нѣсколькихъ саженяхъ разстоянія отъ главнаго штаба генерала
Ноги. Здѣсь мы жили втроемъ до ноября, когда мои друзья
уѣхали въ Америку, и я остался одинъ хозяиномъ этой комнаты.
Китайскіе деревенскіе дома состоятъ почти всегда изъ двухъ
комната раздѣленныхъ сѣнями, въ которыхъ устроено два очага
для приготовленія пищи. Вдоль одной изъ стѣнъ каждой комнаты
устроено возвышеніе или вѣрнѣе нары (капы) пзъ битой глины,
пустые внутри и сообщающіяся посредствомъ борова (дымовой
трубы) съ очагомъ въ сѣняхъ. Когда разводятъ огонь въ очагѣ,
то дымъ и тепло черезъ боровъ проникаютъ подъ нары и, про-
ходя вдоль всей стѣны, нагрѣваютъ пхъ, выходя наружу черезъ
отверстіе сдѣланное въ стѣнѣ. Нары обыкновенно покрываютъ
цыновками и онѣ служатъ китайцамъ лежанками для ночлега.
Въ нарахъ также есть особая топка и въ сильные холода можно
развести огонь непосредственно подъ ними, что сильно нагрѣ-
ваетъ помѣщеніе.
Въ ноябрѣ и декабрѣ стояли сильные холода и прежде чѣмъ
ложиться спать приходилось разводить огонь. Китайцы спятъ на
нихъ всѣ вмѣстѣ, покрываясь синими стеганными одѣялами. Мнѣ
случалось видѣть человѣкъ 16 —17 китайцевъ спящихъ въ одной
комнатѣ;—правда, что въ холодныя ноябрьскія и декабрьскія ночи
скученность эта сильно нагрѣвала помѣщеніе. Наши хозяевгг
нисколько не тяготились тѣмъ, что уступили намъ вторую ком-
нату и зимой часто приглашали къ себѣ друзей и сосѣдей, ко-
торые располагались на ночлегъ вмѣстѣ съ ними. Въ холодные
дни я всегда приказывалъ разводить огонь подъ своими нарами
и спалъ на нихъ, укрываясь цѣлой дюжиной одѣялъ. Топили
нары стволами гаоляна; сначала гаолянъ только тлѣлъ и давалъ
очень пріятную теплоту, но къ полуночи онъ сильно разгорался
и накаливалъ глиняныя нары до такой степени, что лежать на
нихъ уже не было никакой возможности. Жара въ комнатѣ ста-
219 —
ловилась нестерпимой; приходилось вставать, тушить огонь, от-
крывать окна п итти на улицу, гдѣ на васъ бросались собаки,
пока наконецъ комната не освѣжалась настолько, что можно было
снова лечь спать. Китайскія собаки пренепріятныя животныя;
цѣлыя ночи напролетъ онѣ воютъ на луну, мѣшая спать и до-
водя васъ до бѣшенства.
Передъ каждымъ китайскимъ домомъ имѣется дворикъ, по
которому спокойно разгуливаютъ ослы, свиньи, козы, цыплята
и другія животныя, иногда заглядывая и въ домъ. Въ углу дво-
рика сложены кучи сухаго гаоляна, который идетъ на топливо.
Въ другомъ углу хранятся запасы чумизы, составляющей главный
пищевой продуктъ населенія Ляодуна. Китайцы питаются преи-
мущественно мучной пищей:—каша на завтракъ, чумизный хлѣбъ
на обѣдъ и тоже самое на ужинъ. Независимо отъ этого уроч-
наго времени для ѣды, отдѣльные члены семьи принимаются за
ѣду, какъ только почувствуютъ голодъ. Зерно мелятъ за часъ
до ѣды. Оно растирается меледу двумя вращающимися въ про-
тпвуположныя стороны жерновами, приводимыми въ двиясеніе
осломъ съ повязкой на глазахъ. Это умное лшвотное безостано-
вочно, безъ всякаго понуканья, ходитъ кругомъ вертя лсернова.
Оно настолько привыкаетъ къ своей работѣ, что знаетъ сколько
времени необходимо для размола дневного запаса муки и когда
нужное количество ея готово, осликъ останавливается ио соб-
ственному побужденію. Въ рѣдкихъ торлсественныхъ случаяхъ
на столѣ появлялась туша какого либо животнаго, свареннаго
женщинами въ котлѣ. Вся пища приготовлялась крайне однооб-
разно: мясо рѣзали и варили въ котлѣ; ни печь ни жарить его
негдѣ и его приходится исключительно варить въ котлѣ. Нѣко-
торыя китайскія кушанья распространяли при варкѣ отвратитель-
ный запахъ.
Въ семьѣ, гдѣ я жилъ, самыми любимыми кушаньями были
вареные угри; ихъ подавали къ завтраку три раза въ недѣлю.
Запахъ ихъ былъ такъ противенъ, что я убѣгалъ отъ него изъ
220 —
дому и наконецъ потребовалъ, чтобы они не приготовляли это
блюдо до тѣхъ поръ, пока я живу въ ихъ домѣ. Другой столь
же противный, но любимый китайцами продуктъ, собачье мясо,
цѣлыя туши котораго висѣли зимой во дворикѣ.
Обычаи и нравы китайцевъ весьма различны. Рядомъ съ
семьей гдѣ я жилъ, помѣщалась другая, въ которой никто не
ѣлъ мучного и всѣ питались исключительно горохомъ. Я попро-
силъ своего повара китайца, объяснить мнѣ это явленіе и онъ
сообщилъ мнѣ, что горохомъ питаются уроженцы Шанхая, а
семья въ которой я жилъ, была родомъ изъ Маньчжуріи. Жен-
щины въ Китаѣ рабыни безпрекословно повинующіяся не только
слову, но и каждому знаку своего владыки—мужа. Онѣ исполняли
всю домашнюю работу, состоящую въ постоянномъ приготовленіи
пищи и онѣ же работали въ полѣ. Хозяинъ дома весь день про-
водилъ въ томъ, что полулежа на цыновкѣ, курилъ трубку и
тонкимъ фальцетомъ покрикивалъ на своихъ домочадцевъ. Млад-
шіе мужчины въ домѣ исполняли хоть какую ппбудь работу, но
чаще всего старались пристроиться около японской арміи, гдѣ
за небольшой трудъ можно было получить плату. Каждая китай-
ская семья держитъ мула и небольшую телѣгу и во время осады
извлекала изъ этого большую выгоду, зарабатывая за перевозку
грузовъ по 7 іенъ т. е. по 14 шиллинговъ въ день.
Европейцы вообще плохо понимаютъ характеръ китайцевъ;
не приложима та же мѣрка, которую мы примѣняемъ при сно-
шеніи съ другими народами. Если напримѣръ, слуга забудетъ разбу-
дить васъ въ назначенный вами часъ или не вытопитъ во время вашу
комнату или наконецъ дурно приготовитъ обѣдъ—то бранить его за
такія упущенія было бы столь же безполезно и безсмысленно,
какъ пытаться прошибить стѣну головой. Если вы выругаете
китайца въ присутствіи другихъ, то онъ возненавидитъ васъ за
такое оскорбленіе, ибо выслушать брань, по мнѣнію китайца, зна-
читъ уронить и замарать свое имя въ глазахъ своихъ сограж-
данъ, а въ глазахъ китайцевъ это несчастіе и позоръ. Да и самъ
221
онъ не позволитъ себѣ сказать другому китайцу, что либо за-
трагивающее доброе имя послѣдняго. Основная черта характера
китайцевъ это болѣзненное чувство собственнаго достоинства —
черта мало понятная европейцамъ. Если вы хотите сдѣлать за-
мѣчаніе китайцу—сдѣлайте это съ глазу на глазъ спокойно и
серьезно, объясните ему въ чемъ его вина и какой вредъ она
вамъ причинила или какія она имѣла для васъ непріятныя по-
слѣдствія. Въ этомъ случаѣ китаецъ почувствуетъ что онъ ви-
новатъ и поступилъ глупо, а сознаніе, что онъ провинился или
сглупилъ умираетъ въ его собственныхъ глазахъ и онъ уже не-
годуетъ на себя, а не на васъ, что случилось бы если бы вы
его выбранили публично.
Въ общемъ китайцы обладаютъ многими прекрасными каче-
ствами, но чистоплотность не принадлежитъ къ числу ихъ
добродѣтелей. Грязь ихъ жилищъ не поддается описанію. Топли-
вомъ у нпхъ служатъ сухіе стволы гаоляна или другихъ злаковъ,
дающіе при топкѣ массу дыма и хотя для выхода послѣдняго
служатъ дымоходы продѣланные подъ глиняными нарами, но зна-
чительная часть его все же проникаетъ въ комнату наполняя
все помѣщеніе и оставляя на стѣнахъ и потолкѣ много сажи,
слой которой достигаетъ иногда до дюйма толщины, въ виду
того что китайцы чистятъ свои дома не болѣе одного раза въ
годъ. Эта невообразимая грязь осталась единственнымъ дурнымъ
воспоминаніемъ о времени проведенномъ мною въ китайской
семьѣ, ибо хозяинъ, хозяйка и всѣ домочадцы были въ высшей
степени привѣтливы и заботливы и всегда охотно помогали моему
слугѣ убирать лошадь, таскали воду изъ далекаго колодца и т. п.
Я же съ своей стороны угощалъ младшихъ членовъ семьи раз-
ными консервами, сгущеннымъ молокомъ и вареньемъ; послѣднее
было любимымъ ихъ лакомствомъ. Получивъ банку варенья, вся
семья усаживалась вокругъ нея и всѣ поочереди запускали въ
банку пальцы и обсасывали ихъ потомъ, продѣлывая это до тѣхъ
поръ пока на днѣ банки не оставалось ни каплп.
ПОРТЪ-АРТ.
15
222
Нельзя сказать чтобъ китайцы были робки или покорны,
но отъ природы они обладаютъ чувствомъ законности и весьма
миролюбивы. Укажите иную страну, гдѣ бы 3-хъ милліонное
населеніе (число на Ляодунскомъ полуостровѣ) продолжало спо-
койно жить въ своихъ деревняхъ, заниматься хозяйствомъ и
всѣми обыденными обязанностями среди окружающихъ ихъ ужа-
совъ войны. Китайское правительство перестало функціонировать
со дня высадки японцевъ на Ляодунѣ, а слѣдовательно китайцы
были предоставлены самимъ себѣ, не имѣя никакой администра-
ціи. Хотя японцы и объявили полуостровъ на военномъ поло-
женіи, но у нихъ было слишкомъ много своего дѣла и заботъ,
чтобы особенно наблюдать за китайцами и тѣмъ не менѣе среди
послѣднихъ царствовалъ полный порядокъ. Торговля шла своимъ
порядкомъ и обычныя занятія не нарушались ни на минуту.
Что произошло бы въ Европейской странѣ или Соединенныхъ
Штатахъ, если бы туда вторглось чужеземное войско, которое
ввело бы военное положеніе, изгнало бы правительственныхъ
лицъ и вообще повернуло бы вверхъ дномъ все государственное
устройство?
Иностранные корреспонденты при арміи генерала Ноги должны
были сами заботиться о своемъ продовольствіи, что составляло
нелегкую задачу. Всего удобнѣе было возложить эту заботу на
слугу-китайца, выдавать ему — заранѣе опредѣленную сумму и
предоставить добывать козлятину и рыбу въ окрестныхъ селені-
яхъ. Изъ главнаго полевого штаба намъ доставлялся рисъ, со-
ставлявшій нашу главную пищу. Каждый день отправляли изъ
Хораши въ Дальній два поѣзда съ больными и ранеными и ими
можно было пользоваться, когда необходимо было съѣздить въ
Дальній. Однако предварительно необходимо было получить изъ
штаба отпускъ съ обязательствомъ вернуться въ указанный срокъ.
Въ Дальнемъ же сверхъ того нужно было явиться въ штабъ,
гдѣ вамъ и отводили помѣщеніе. Въ Дальнемъ было довольно
много магазиновъ и лавокъ, гдѣ продавались большіе запасы
— 223
мясныхъ консервовъ, которыми японцы снабжали армію подъ
Нортъ-Артуромъ. Приходилось закупать эту провизію на 3 — 4
недѣли впередъ, такъ какъ попасть въ Дальній было не легко.
Въ серединѣ осады въ послѣднемъ чувствовался недостатокъ пи-
щевыхъ запасовъ, такъ какъ японцы задерживали всѣ китайскія
джонки, слѣдовавшія съ продовольствіемъ изъ Чи-фу, и китайцы
долго не рѣшались снова отправлять суда въ Дальній, опасаясь,
что послѣднія будутъ конфискованы. Такой образъ дѣйствій
японцевъ имѣлъ свое основаніе, ибо они знали, что русскіе поль-
зуются китайскими джонками изъ Чи-фу для сношеній съ Портъ-
Лртуромъ, а такъ какъ Дальній отстоитъ отъ Портъ-Артура всего
въ 25 миляхъ, то японцы не могли разбирать, направляется ли
джонка съ продовольствіемъ въ Дальній или же намѣривается
прорвать блокаду, и задерживали всѣ китайскія суда безъ раз-
личія.
Поѣздки въ Дальній были пріятнымъ развлеченіемъ среди
однообразной жизни при арміи. Въ Дальнемъ былъ прекрасный
ресторанъ съ отличнымъ поваромъ, служившимъ раньше на од-
номъ изъ Трансъ-атлантическихъ пароходовъ и знавшимъ требо-
ванія и вкусы европейцевъ. Японская пароходная компанія Ни-
панъ-Юзеиъ-Кейша, въ мирное время поддерживавшая рейсы
меледу Лондономъ и Японіей, съ началомъ войны, вынуждена
была прекратить ихъ. Ея пароходами завладѣло японское прави-
тельство и поддерживало ими сообщенія меледу Японіей и Даль-
нимъ. Одинъ изъ такихъ пароходовъ стоялъ всегда у пристани
въ Дальнемъ и у иасъ вошло въ привычку посѣщать капитана
парохода. Это были преимущественно англичане всегда готовые
оказать услугу своимъ соотечественникамъ, находящимся при арміи
генерала Ноги. Капитанъ часто приглашалъ насъ остаться пере-
ночевать въ безукоризненно чистой пароходной каютѣ и удоволь-
ствіе взять теплую ванну и лечь въ чистую постель съ красными зана-
вѣсками казалось намъ, отвыкшимъ отъ чистоты и комфорта, пріят-
нымъ сномъ. Японскія власти разрѣшали намъ при посѣщеніи
15*
224 —
Дальняго проводить по нѣсколько дней на пароходахъ и тѣмъ
давали намъ возможность избѣгать неудобствъ китайскихъ отелей.
Кто пользовался гостепріимствомъ капитана Бэнбриджана-Инаба-
Мару или любезностью капитановъ Деландь и Петерсона всегда
вспомнитъ о нихъ съ благодарностью.
Иностранные военные агенты при 3-тьей арміи не разъ
подвергались серьезнымъ опасностямъ. Они всегда ѣздили цѣлой
кавалькадой, сопровождаемые японскими офицерами и при приб-
лиженіи къ передовымъ линіямъ, естественно, привлекали на
себя вниманіе русскихъ стрѣлковъ. Въ октябрѣ испанскій аташе
полковникъ Хейрара былъ сильно раненъ при посѣщеніи Восточ-
наго Банрусана. Русской гранатой разорвавшейся надъ траншеей
отломало кусокъ скалы, который упалъ и повредилъ полковнику
ногу. 19-го ноября капитанъ Банерманъ, капитанъ Уатъ Іорк-
ширской легкой пѣхоты и поручикъ Волфскилъ германскій во-
енный агентъ, только чудомъ спаслись отъ смерти. Они отпра-
вились въ фортъ Нирусанъ въ сопровожденіи поручиковъ Гори,
адъютанта генерала Ошимы и Шебашима прикомандированнаго
къ штабу. Все утро онп были заняты осмотромъ инженерныхъ
осадныхъ работъ, а затѣмъ сѣли отдохнуть въ траншею за од-
нимъ изъ выступовъ горы. Вдругъ русскіе начали обстрѣливать
японскія траншеи и шальная граната просвистала надъ ними,
ударившись какъ разъ около нихъ; всѣ они сидѣли прижав-
шись другъ къ другу и не успѣли опомниться какъ силой взрыва
всѣ были сброшены въ кучу. Придя въ себя, они поспѣшили вы-
браться изъ траншеи, радуясь счастливому избавленію и только
тогда замѣтили, что одного изъ нихъ нѣтъ. Вернувшись къ мѣсту
взрыва они увидѣли поручика Шабешиму мертвымъ. Осколокъ
той же гранаты ранилъ поручика Гори въ ухо; другой осколокъ
попалъ сэру Александру Банерману нѣсколько ниже глаза, къ
счастью не повредивъ послѣдній. Страннымъ совпаденіемъ было
то, что изъ 5-ти лицъ сидѣвшихъ рядомъ въ траншеѣ—изъ ко-
ихъ 2 были японцы, а остальные европейцы — первые оба по-
— 225
платились (одинъ даже жизнью), а послѣдніе трое остались со-
вершенно невредимы.
Девятнадцатаго ноября я отправился верхомъ въ штабъ
1-ой дивизіи съ цѣлью взобраться на Намокояму *) занятую
японцами въ сентябрѣ. Первый полкъ подъ командой полковника
Теруды былъ расположенъ на вершинѣ горы. Это былъ старый
ветеранъ, учавствовавшій на своемъ вѣку въ 57 сраженіяхъ.
Онъ разсказывалъ мнѣ какъ въ былые годы, онъ сражался въ
кольчугѣ и съ бердышомъ въ рукахъ. По этому факту молено
судить какъ далеко шагнула впередъ Японія за послѣднія
30 лѣтъ. Въ исторіи другихъ государствъ цѣлыя столѣтія отдѣ-
ляютъ эпоху кольчугъ и бердышей отъ современнаго оружія.
Японія составляетъ исключеніе и въ 30 лѣтъ совершила такой
переходъ, который въ другихъ государствахъ потребовалъ столѣтія.
Полковникъ Теруда оказался весьма любезнымъ господиномъ;
онъ самъ провелъ меня на гору, гдѣ стоялъ его полкъ. Съ вер-
шины Намакоямы открывался прекрасный видъ на Портъ-Артуръ.
Весь тылъ восточнаго фронта укрѣпленій, а также весь старый
городъ часть новаго и входъ въ гавань хорошо были видны
отсюда. По вдающаяся въ море высокая коса скрывала отъ
глазъ стоявшія на якорѣ суда и защищала пхъ отъ пораженій
до тѣхъ поръ пока японцы не заняли 203-хъ метровую высоту.
Вершина Намакоямы носила на себѣ слѣды тѣхъ боевъ, послѣ кото-
рыхъ ея укрѣпленія пе перешли къ японцамъ. Два шестидюймовыхъ
орудія, установленныя русскими открыто, были опрокинуты япон-
скими снарядами. Вокругъ вершины шлп траншеи, въ которыхъ
русскіе держались до послѣдней минуты, а въ нихъ мѣстами
стояли 37 милиметровыя орудія и были сложены кучки заго-
товленныхъ для шіхъ снарядовъ. Орудія эти были оставлены
русскими при очищеніи укрѣпленій; ихъ жерла теперь были
‘) Гора Длинная. Прим. Норов.
— 226 —
обращены въ сторону русскихъ позицій иа 203 метровой высотѣ
и на Акасакаямѣ*). Названныя выше мелкія орудія наносятъ
страшный вредъ атакующей пѣхотѣ. Къ юго-востоку отъ Нама-
коямы, отдѣленный отъ него долиною, находится фортъ Лкаса-
каямо, составляющій какъ бы продолженіе 203-хъ метровой
высоты и вмѣстѣ съ этой послѣдней принадлежащій еще рус-
скимъ. Войска обѣихъ враждебныхъ армій перестрѣливались
другъ съ другомъ чрезъ эту долину, благодаря чему пребываніе
на Намакоямѣ было далеко не безопасно.
Когда мы осмотрѣли всѣ оборонительныя работы на сопкѣ,
полковникъ Теруда предложилъ мнѣ отправиться съ нимъ въ
штабъ 1-ой бригады и представиться генералу Боба, замѣнив-
шему убитаго генералъ-маіора Ямамото. По пути туда мы мино-
вали траншеи, обстрѣливаемыя русскими съ Акасакаямы и
полковникъ Теруда указалъ мнѣ мѣсто гдѣ былъ убитъ генералъ
Ямамото. Это было для меня новостью, такъ какъ я полагалъ,
что онъ палъ при штурмѣ Намакоямы.
Теруда разсказалъ мнѣ, что дня три спустя послѣ взятія
японцами этой высоты Ямамото шелъ вдоль траншеи окруженный
своимъ штабомъ; въ этотъ моментъ русскіе дали залпъ и генералъ
былъ убитъ наповалъ.
Японское правительство очень осмотрительно въ выборѣ
командующихъ лицъ арміи, но при назначеніяхъ все же придер-
живается' того правила, чтобы дивизіей командовалъ всегда
генералъ лейтенантъ, а не генералъ маіоръ: а бригадой генералъ
маіоръ, а не полковникъ. Когда погибъ Ямамото, то команди-
ромъ 1-ой бригады былъ назначенъ, вызванный изъ Маньчжуріи
генералъ маіоръ Боба, первый кандидатъ по старшинству.
Генералъ Боба отличился подъ Ляояномъ, а затѣмъ былъ оче-
видцемъ сдачи П.-Артура. Назначеніе это подтверждаетъ указанное
выше правило, что чинъ назначаемаго долженъ соотвѣтствовать
‘) Гора Плоская. Прим. Нерее.
227
должности, поэтому въ данномъ случаѣ вызвали изъ Маньчжуріи
генерала Бобу, а не назначили кого-либо изъ полковыхъ команди-
ровъ, участвовавшихъ въ сраженіи подъ Нортъ-Артуромъ и изу-
чившихъ на мѣстѣ условія войны.
Во время дальнѣйшаго нашего пути полковникъ Теруда
указалъ мнѣ всѣ траншеи спѣшно устраиваемыя у подошвы
203 метровой высоты и высказалъ, что по его мнѣнію въ
самомъ непродолжительномъ времени начнется аттака этого
форта. Конечно храбрый полковникъ и не подозрѣвалъ, что
чрезъ нѣсколько дней его адъютантъ и большинство офице-
ровъ его полка погибнутъ на этой роковой сопкѣ, а самъ онъ
будетъ опасно раненъ и едва избѣгнетъ смерти.
Глава XIX.
Наканунѣ великихъ событій.
Теперь приступимъ къ описанію событій предшествовавшихъ
третьей серіи штурмовъ восточнаго фронта Портъ-Артура. Послѣ
горькаго опыта октябрскихъ штурмовъ рѣшено было не пред-
принимать новыхъ штурмовъ до тѣхъ поръ, пока сапы не будутъ
подведены къ самымъ фортамъ, а самые форты минированы. По
крайней мѣрѣ такъ говорили въ самой арміи и какъ мнѣ пере-
давали, со словъ адъютанта генерала Ноги, таково было и
мнѣніе Командующаго арміей, который полагалъ необходимымъ
закончить сперва всѣ саперныя и минныя работы. Казалось это
рѣшеніе было весьма благоразумно, ибо въ противномъ случаѣ
осадная армія рисковала снова безцѣльно понести огромныя
потери. Каковы бы ни были личныя мнѣнія генерала Ноги
и его начальниковъ дивизіи, они все же должны были счи-
таться со взглядами, царившими въ Токіо и въ штабѣ Маньч-
228 —
журской арміи. Только боязнь появленія Балтійской эскадры
была причиной безполезной гибели многихъ жизней 26 Ноября.
Военныя п морскія власти Японіи поддались этому страху и—
имъ мерещился Русскій адмиралъ съ грозной эскадрой изъ
7 броненосцевъ и другихъ судовъ. Какова бы ни была дѣйстви-
тельная сила этой «армады» всѣ понимали, что положеніе
японцевъ было бы весьма тяжелымъ, еслп-бы эскадрѣ Рожде-
ственскаго удалось хотя на нѣсколько часовъ соединиться съ
5-то броненосцами стоящими въ гавани Портъ-Артура. Могъ ли
въ такомъ случаѣ адмиралъ Того со своими 4-мя броненосцами
и нѣсколькими крейсерами надѣяться на успѣхъ въ борьбѣ съ
соединеннымъ русскимъ флотомъ. Рискъ былъ слишкомъ великъ
и потому генералу Ноги былъ отданъ приказъ вновь попытаться
взять штурмомъ крѣпость и привести въ полную негодность
русскія суда, не ожидая пока инженерныя работы будутъ дове-
дены до конца.
Два самыхъ выдающихся п способныхъ лица изъ Генеральнаго
Штаба Маньчжурской арміи, генералы: Кодама и Фукушима
пріѣхали изъ сѣверной арміи, чтобы совмѣстно съ генераломъ
Ноги обсудить всѣ мѣры, которыя слѣдовало предпринять въ
виду усложняющихъ обстановку обстоятельствъ, дабы избѣгнуть
грозящей опасности. Результатомъ совѣщаній трехъ генераловъ
было—рѣшеніе немедленно приступить къ атакѣ 4-хъ главныхъ
фортовъ восточнаго фронта именно: Шоюссана, Нпрусана, Кей-
квансана и Хигаши-Кейквансана. Этотъ новый слі ясный планъ
военныхъ операцій долженъ былъ быть выполненъ въ болѣе
широкомъ масштабѣ и была избрана болѣе широкая арена дѣй-
ствій, 203-хъ метровая высота была во второй разъ включена
въ число подлежащихъ штурму укрѣпленій. Съ 21-го сентября
когда 1-ая дивизія съ большимъ урономъ была отбита русскими—
японцы не пробовали атаковать эту высоту и дѣятельно произ-
водили сапныя работы у ея подошвы. Японцы какъ то особенно
боязливо относились къ 203-хъ метровой сопкѣ, они словно
— 229 —
предчувствовали что атака ея будетъ неудачна и будетъ причиной
гибели тысячи людей.
Атака фортовъ Шоюсана, Нпрусана, Кейквансана и Хи-
гаши-Кейквансана, еслибъ таковая кончилась успѣшно для япон-
цевъ, могла быть весьма плодотворна, ибо во 1-хъ она уско-
рила бы паденіе Портъ - Артура, а съ потерей этой крѣпости,
русская эскадра была бы вынуждена выйти въ море, ибо
въ противномъ она была бы потоплена въ гавани, или
принуждена сдаться; послѣднее было наименѣе вѣроятно.
Штурмъ 203-хъ метровой высоты былъ отложенъ до того вре-
мени когда выяснятся результаты штурмовъ фортовъ восточнаго
фронта, такъ какъ захватъ ихъ былъ для японцевъ гораздо
важнѣе, чѣмъ занятіе западныхъ укрѣпленій. Еслибъ 203-хъ
метровая высота перешла бы въ руки японцевъ, то это не могло
повліять на скорѣйшее паденіе крѣпости, ибо вся система вы-
сотъ къ которой она принадлежала лежитъ внѣ линіи долговре-
менныхъ укрѣпленій; но съ занятіемъ ея японцы разрѣшали
главную задачу, поставленную въ это время, — уничтожить рус-
скую эскадру.
Нужно полагать, что въ первый періодъ осады Портъ-Ар-
тура японцы едва-ли уяснили себѣ значеніе 203-хъ метровой
высоты и не подозрѣвали, что оттуда открывался обширный
кругозоръ на крѣпость и внутреннюю гавань. Это тѣмъ болѣе
непонятно, что они уже ранѣе довольно продолжительное время
владѣли Портъ-Артуромъ и могли бы имѣть точныя свѣдѣнія о
топографическомъ рельефѣ его окрестностей. А между тѣмъ объ
этихъ драгоцѣнныхъ для нихъ свойствахъ 203-хъ метровой вы-
соты они узнали только послѣ того какъ заняли Намакояму, съ
которой открывается также прекрасный, но далеко не столь об-
ширный кругозоръ. Съ Намакоямы хорошо виденъ тылъ укрѣ-
пленій восточнаго фронта, старый городъ и гавань; но нѣсколько
холмовъ, выдающихся въ море совершенно укрываютъ мѣсто
стоянки судовъ эскадры — что и спасло русскій флотъ послѣ
230 —
взятія японцами Намакоямы; тогда же поняли японцы, какой
исключительно важный обсерваціонный пунктъ представляетъ
203-хъ метровая высота, расположенная значительно южнѣе и
съ которой видна не только вся окрестность, но и вся гавань
со стоящими тамъ судами.
Еслибъ общая атака фортовъ восточнаго фронта не удалась,
то сдача Портъ-Артура оттянулась бы на неопредѣленное время;
въ такомъ случаѣ штурмъ 203-хъ метровой высоты являлся дѣломъ
неотложной, необходимости. Если бы удалось овладѣть ею, то ко-
нечно японцы не медля устроили бы на вершинѣ ея обсерва-
ціонный пунктъ, соединили бы его телефономъ съ батареями
28-ми сантиметровыхъ гаубицъ, расположенныхъ кругомъ крѣ-
пости, дѣйствіемъ которыхъ могъ бы управлять согласно полу-
чаемыхъ указаній дежурный па обсерваціонномъ посту офицеръ.
При такихъ условіяхъ положеніе русскаго флота стало бы без-
выходнымъ.
Всѣ приготовленія къ предстоящей атакѣ фортовъ были
сдѣланы весьма тщательно и умѣло, никакая предосторожность
не была забыта и, казалось, успѣхъ былъ обезпеченъ. 28 сан-
тиметровыя гаубицы были снабжены большимъ запасомъ снаря-
довъ и зарядовъ и такимъ образомъ японцы могли въ теченіе
нѣсколькихъ дней бомбардировать крѣпость, не боясь недостатка
въ снарядахъ, какъ это случилось при трехдневной бомбарди-
ровкѣ 30 Октября. На усиленіе храбрыхъ ветерановъ, которые
истомились за нѣсколько мѣсяцевъ осады, прибыли свѣжія войска.
Хотя атака 30-го Октября велась съ тѣмъ же подъемомъ духа,
какъ и необдуманные Августовскіе штурмы, все же въ вой-
скахъ замѣтно было нѣкоторое утомленіе. Это было естественно,
такъ какъ солдаты были сильно разочарованы ничтожностью до-
стигнутыхъ результатовъ послѣ долгихъ мѣсяцевъ труда, само-
отверженности и героизма. Убыль въ войскахъ пополнялась но-
вобранцами и резервистами; большая часть офицеровъ была убита,
а оставшіеся въ живыхъ ранены и ихъ пришлось замѣнить мо-
— 231
лодыми офицерами, только что выпущенными изъ военной школы.
Хотя вновь прибывшіе офицеры были воодушевлены той же лю-
бовью къ Микадо и родинѣ, но все же старые солдаты, поки-
нувшіе родину съ самаго объявленія войны и уже испытавшіе
всѣ тяготы ея вспоминали своихъ прежнихъ доблестныхъ опыт-
ныхъ и знающихъ начальниковъ, п невольно дѣлали сравненія
не въ пользу тѣхъ юнцовъ, которые, въ силу обстоятельствъ,
сдѣлались пхъ начальниками. Никакія случайности войны, ни-
какія жаркія схватки пли опасныя вылазки—не угнетаютъ такъ
духъ войска—даже наиболѣе храбраго, какъ почти бездѣятельное
пребываніе въ траншеяхъ въ виду непріятеля иногда въ раз-
стояніи лишь нѣсколькихъ десятковъ ярдовъ отъ его траншей.
Всѣ сопки, горы, укрѣпленія и форты принимаютъ въ ихъ гла-
захъ болѣе грозные размѣры, при постоянномъ сознаніи, что не
сегодня-завтра имъ предстоитъ атаковать ихъ.
Войска генерала Ноги уже и не разъ неся бывшія потери,
безуспѣшно атаковали эти позиціи, а потому тотъ фактъ, что
Ноги несмотря на всѣ неудачи вполнѣ довѣрялъ храбрости и
самоотверженности этихъ, испытавшихъ горькія минуты, войскъ,
свидѣтельствуетъ о несомнѣнно выдающихся боевыхъ качествахъ
японскихъ солдатъ.
Одинъ изъ секретовъ постояннаго успѣха нѣмцевъ въ войнѣ
1870 г. былъ весьма разумный пріемъ главнокомандующихъ —
ставить въ боевую линію всегда свѣжія войска. Если какой-
либо полкъ, бригада или дивизія были потрепаны французами—
ихъ всегда оставляли въ тылу арміи и замѣняли частями еще
не попробовавшими «французской ярости». То же дѣлали во
время послѣдней войны и японцы и потому особенно заботились
о постоянномъ притокѣ къ арміи свѣжихъ силъ. Генералу Ноги
уже въ Ноябрѣ были посланы изъ Японіи подкрѣпленія, именно:
вся 7-я дивизія и одна бригада 8-й дивизіи. 7-я дивизія имѣла
прекрасный боевой составъ, уже стяжавшій себѣ славу неустра-
шимыхъ воиновъ. Она была набрана изъ уроженцевъ Хокаидо—
232 —
провинціи Японіи. Въ составъ ея входили: 25, 26, 27 и 28
полки подъ командой генералъ-лейтенанта Осака: бригадами ко-
мандовали генералы: Саито и Іошида. Три полка были посланы
въ помощь 1-й дивизіи для атаки 203-хъ метровой высоты, а
одинъ полкъ, именно 25-й, былъ выдѣленъ и отправленъ къ 2-му
полку для совмѣстной атаки Шоюсана. Бригада 8-й дивизіи была
направлена для усиленія 9-й дивизіи генерала Ошима.
Однажды вечеромъ въ началѣ Ноября, возвращаясь, послѣ
посѣщенія 9-й дивизіи, къ своему жилищу, я наткнулся на роты
25 полка, слѣдующія въ передовую линію по «усѣянной грана-
тами» дорогѣ. Я обратилъ вниманіе на воинственный видъ и
бодрый шагъ людей, когда они имѣя во главѣ офицеровъ на ко-
няхъ, проходили мимо меня и скрывались въ наступившей тем-
нотѣ. Всѣ они стремились въ боевую линію. Едва-ли многіе изъ
нихъ предугадывали свою участь и подозрѣвали, что большинство
изъ нихъ въ первый и послѣдній разъ проходятъ этотъ «усѣянный
гранатами» путь.
Не прошло и недѣли, какъ половпна этихъ храбрецовъ по-
гибла на валахъ тѣхъ фортовъ, къ которымъ они такъ беззаботно
стремились. Ихъ товарищи 26-го, 27-го и 28-го полковъ направ-
ленные на западъ, съ которыми они за нѣсколько часовъ передъ
этимъ разстались на станціи Хораши—испытали ту же участь
на обагренныхъ кровью скатахъ 203-хъ метровой высоты. Полкамъ
7-й дивизіи вмѣстѣ отплывшимъ изъ Японіи никогда уже не
пришлось встрѣтиться—ихъ кости разбросаны по холмамъ и скло-
намъ Шоюсана, Хирусана, сѣвернаго Кейквансана и 203-хъ мет-
ровой высоты. Изъ всѣхъ кровавыхъ событій японской войны,
наиболѣе трагичнымъ было почти полное уничтоженіе 7-й ди-
визіи менѣе чѣмъ черезъ недѣлю послѣ ея прибытія къ дѣй-
ствующей арміи. Начальникъ ея генералъ-лейтенантъ Осака былъ
свидѣтелемъ гибели 6000 человѣкъ въ первомъ же сраженіи, въ
которомъ его дивизія приняла участіе. Что касается общаго на-
строенія войскъ—то, думается, что люди полковъ принимавшихъ
233 —
участіе въ дѣлахъ съ начала осады едва ли были увѣрены въ
успѣхѣ, но считаться съ этимъ не приходилось, ибо штурмъ воз-
лагался, главнымъ образомъ на свѣжія войска еще не испытав-
шія ужасовъ войны и рвавшіяся въ бой. Генералъ Веллингтонъ
говорилъ: «За всю мою жизнь я всегда старался увидѣть, что
скрыто отъ меня по ту сторону горы». Послѣдніе четыре мѣсяца
осады Портъ-Артура—японцы старались разрѣшить ту же задачу.
Много храбрыхъ солдатъ подъ командой столь же доблестныхъ
офицеровъ проникли по ту сторону горы, чтобы никогда оттуда
не вернуться. Послѣ каждаго штурма возвращалось нѣсколько
человѣкъ съ различными свѣдѣніями, которыя побуждали къ но-
вымъ атакамъ для ихъ провѣрки, чтобы въ случаѣ возможности,
ими воспользоваться. Узнать точно и вѣрно, что дѣлалось по ту
сторону горы—было трудной и опасной задачей и многіе зада-
вали вопросъ: стоитъ ли для ея разрѣшенія приносить такія
жертвы? Не лучше ли ждать покойно, пока врагъ самъ не при-
детъ изъ-за горы, чтобъ посмотрѣть, нѣтъ ли у васъ по сю сто-
рону съѣстныхъ припасовъ? Большинство солдатъ считали такой
образъ дѣйствій наиболѣе цѣлесообразнымъ; много еще было со-
покъ въ Маньчжуріи, за которыми также таилась неизвѣстность.
Впереди предстояло еще много трудовъ, а вѣдь люди могутъ уто-
миться, если ихъ заставляютъ слишкомъ часто эсканадировать
одну и ту же высоту. 23-го ноября были отданы предваритель-
ныя распоряженія съ цѣлью облегчить предстоящую атаку Хи-
гаши-Кейквансана. Нужно имѣть въ виду, что главная причина
неудачи атаки этого форта 30-го октября, объясняется тѣмъ, что
японцамъ пришлось предварительно атаковать и выбить русскихъ
изъ траншей устроенныхъ ими на полугорѣ передъ фортомъ. Я
уже раньше говорилъ, что японцы съ того времени успѣли са-
пами подойти до самой траншеи и теперь генералъ Цу-шія, на-
чальникъ 11-й дивизіи рѣшилъ отобрать эту траншею у русскихъ,
ранѣе общаго штурма форта.
Если бы японцы выполнили это намѣреніе, то они получали
— 234
возможность провести параллели вверхъ до самаго форта, какъ
это они дѣлали и раньше. Начало штурма назначено было въ
5^2 часовъ дня, безъ предварительной бомбардировки, дабы скрыть
отъ русскихъ приготовленія къ штурму и застать ихъ врасплохъ.
Въ октябрѣ дли коротки и въ 5^2 часовъ почти темно, что да-
вало надежду 12 полку, который долженъ былъ итти въ первую
голову, успѣшно выполнить свою задачу. Желая хорошенько про-
слѣдить атаку я отправился къ подошвѣ горы Тайкесянъ — въ
штабъ 11-й дивизіи, гдѣ я встрѣтилъ нѣсколько иностранныхъ
военныхъ агентовъ, прибывшихъ сюда съ той же цѣлью. Такъ
какъ до б:/з часовъ оставалось еще много времени, то мы не
знали чѣмъ убить его и наконецъ рѣшились подняться, въ со-
провожденіи нѣсколькихъ японскихъ офицеровъ, на Тайкесянъ,
откуда были видны русскія укрѣпленія. По распоряженію гене-
рала Цу-шія была устроена, на одномъ изъ выступовъ горы, блин-
дированная землянка какъ разъ противъ Хигаши-Кейквансана.
Когда я около 5 часовъ спускался съ горы, я встрѣтилъ гене-
рала Цу-шія, который со своимп штабными офицерами подни-
мался на этотъ наблюдательный пунктъ. Генералъ очень любезно
пригласилъ меня зайти погрѣться въ его землянку. Внутренность
этого образцоваго блиндажа была обставлена комфортабельно и
почти роскошно; отдохнуть и согрѣться послѣ ходьбы, по довольно
глубокому снѣгу, было весьма пріятно. Даже и на войнѣ, при
нѣкоторой предусмотрительности, можно имѣть извѣстные удоб-
ства и комфортъ. Въ горѣ была вырыта большая траншея; по-
толокъ былъ сложенъ изъ досокъ покрытыхъ толстымъ слоемъ
мѣшковъ съ пескомъ, что достаточно предохраняло помѣщеніе отъ
снарядовъ. Внутри былп высѣчены широкія сидѣнія и покрыты
одѣялами и непроницаемыми для воды брезентами, изъ нихъ же
сдѣланы былп подушки; устроенный въ углу очагъ распростра-
нялъ пріятную теплоту. Въ стѣнахъ были устроены амбразуры,
черезъ которыя былъ виденъ Хигаши-Кейквансанъ. Сидя на мяг-
кихъ одѣялахъ генералъ Цу-шія, его штабные и я не спускали
— 235 —
глазъ съ амбразуръ ожидая пока стрѣлка карманныхъ часовъ
Цу-шія приблизится къ 57г часамъ.
Передъ нами въ разстояніи 1ООО ярдовъ возвышался на по-
ловину покрытый снѣгомъ Хигаши-Кейквансанъ. На полугорѣ
снѣжный валъ указывалъ на мѣсто русской траншеи, которую
предстояло взять, а въ 30—40 ярдахъ ниже ея виднѣлся другой
валъ, обозначавшій японскую траншею, въ которой японская пѣ-
хота ждала сигнала для штурма. Какъ у русскихъ, такъ и у
японцевъ царила полная тишина. За все утро мы слышали одинъ
или два выстрѣла — и кругомъ было такъ тихо, какъ бываетъ
тихо только зимой, когда земля покрыта снѣгомъ. Я невольно
сравнивалъ со своимъ положеніемъ тѣхъ, за которыми мы на-
блюдали: я сидѣлъ въ теплой чистой землянкѣ, а они холодные,
усталые, ждали сигнала, чтобы броситься впередъ и пасть подъ
пулями противника. Присутствуя при штурмахъ Портъ-Артурскихъ
фортовъ я всегда испытывалъ чувство неловкости и виновности.
То же долженъ былъ испытывать римскій императоръ, когда изъ
своей долей смотрѣлъ на борьбу гладіаторовъ. Почему нѣкоторые
имѣютъ преимущество, находясь въ полной безопасности, смо-
трѣть, какъ тысячи борятся, не на леизиь, а на смерть! Послѣ
боя я возвращался въ сравнительно удобную комнату или па-
латку, гдѣ ждалъ меня мой вѣрный китаецъ, обѣдъ и покой, а
тѣ, за которыми мы наблюдали, если и уцѣлѣютъ, то вернутся
въ траншеи, кругомъ которыхъ лежатъ ихъ убитые товарищи и
взамѣнъ награды должны дролеать отъ сырости и холода, а под-
часъ терпя и голодъ. Безъ сомнѣнія это несправедливо, но къ
солеалѣнію, неизбѣлено.
Стемнѣло такъ быстро, что въ бѴа часовъ, едва молено было
разглядѣть, что происходило—Хигаши-Кейквансанъ, казался огром-
нымъ, темнымъ безформеннымъ пятномъ. Ровно въ бѴг нача-
лось наступленіе. Распололеенныя по сосѣдству орудія, включая
и 28 сант. гаубицы, дали дружный залпъ по русской траншеѣ;
но послѣ двухъ-трехъ залповъ японцы перенесли огонь на другія
— 236
цѣли, ибо наступившая темнота и сблилсеніе обоихъ сторонъ, не
давали возможности опредѣлить гдѣ были свои и гдѣ против-
никъ. На сопкахъ окружающихъ Хигаши-Кейквансаиъ то тутъ,
то тамъ показывались столбы дыма и пламени—указывая мѣста,
куда упали японскіе снаряды. Не ожидавшіе атаки, русскіе вспо-
лошились и открыли отвѣтный орудійный огонь и ихъ снаряды
напали ложиться въ распололсеніи 11-ой дивизіи. Вся траншея
зажглась разноцвѣтными огнями. Съ первыхъ же шаговъ япон-
ская пѣхота встрѣтила отчаянное сопротивленіе русскихъ. Они
осыпали своихъ враговъ шрапнелью и, снаряды, лопаясь въ тем-
нотѣ, разсыпались тысячами искорокъ. Днемъ шрапнель даетъ
лишь небольшой клубъ бѣлаго дыма, быстро исчезающаго на фонѣ
голубого неба, ночью, напротивъ, дыма не видно, но яркій снопъ
огня красиво прорѣзаетъ ночную темноту. Русскіе, желая выяс-
нить намѣренія японцевъ, пустили въ ходъ свои прекрасные про-
жекторы, освѣтившіе всю Шушинскую долину. И этотъ свѣтъ, въ
связи съ блескомъ разнообразныхъ снарядовъ, разрывающихся на Хи-
гаши-Кейквансанѣ—создавалъ поистинѣ величественное, но гроз-
ное зрѣлище. А по сторонамъ сверкали огни винтовокъ и вспы-
хивало пламя ручныхъ гранатъ. Гулъ и трескъ былъ такъ улса-
сенъ, что, казалось, все погибнетъ въ этомъ аду. Темнота не
давала возможности слѣдить за ходомъ боя, но благодѣтель-теле-
фонъ находился вблизи генерала Цу-шія и онъ ежеминутно при-
кладывалъ его къ уху, выслушивая донесенія съ мѣста сраженія,
которые впрочемъ намъ не сообщались.
Въ 6 часовъ, т. е. черезъ полчаса послѣ начала атаки, те-
лефонъ передалъ вѣсть, что 12-й полкъ овладѣлъ передовой тран-
шеей и уцѣлѣвшіе русскіе отошли къ востоку. Послѣдняя но-
вость была сообщена и намъ и всѣ очень обрадовались успѣш-
ному результату атаки. Генералъ Цу-шія ликовалъ и радость его
была понятна: эта несчастная траншея стоила японцамъ столь-
кихъ жизней, что казалось вслѣдъ за ея занятіемъ послѣдуетъ
и успѣшная атака Хигаши-Кейквансана. Генералъ послалъ въ
237 —
штабъ за нѣсколькими бутылками шампанскаго и мы всѣ вы-
пили за здоровье славнаго войска и за будущіе его успѣхи.
Послѣ сего мы покинули наше гостепріимное убѣжище и
направились съ горы къ штабу 11-й дивизіи — спускаться было
не легко и на каждомъ шагу мы скользили и падали, такъ какъ
гора была покрыта льдомъ и снѣгомъ. Офицеры 11-й дивизіи
были столь любезны, что ни за что не хотѣли отпустить насъ
и военныхъ агентовъ безъ обѣда. Когда, наконецъ, простившись
съ ними мы пошли по домамъ, то по дорогѣ вдругъ услыхали
стрѣльбу со стороны Хигаши-Кейквансана; но всѣ были такъ
радостно настроены послѣ успѣха настоящаго дня, что никто не
обратилъ на это вниманія и всѣ спокойно улеглись спать. Въ
продолженіе всей ночи слышна была стрѣльба по всей линіи
11 дивизіи и утромъ 24-го я узналъ, что японцы опять выбиты
изъ занятаго ими наканунѣ укрѣпленія.
Ночыо русская пѣхота съ двухъ сторонъ произвела контръ-
атаку и выбивъ японцевъ заставила ихъ отойти въ свои траншеи.
Такимъ образомъ оказалось, что наше вчерашнее ликованіе было
преждевременнымъ. Эта неудача, конечно, значительно уменьшила
надежды въ успѣхѣ общей атаки форта и скверно повліяла на
нравственное настроеніе войскъ. Съ тѣхъ поръ, какъ крупныя
гаубицы были установлены вокругъ крѣпости, японцы почти еже-
дневно систематически бомбардировали ихъ; теперь же рѣшено
было не продолжать бомбардировку 3 дня предшествовавшіе
штурму, назначенному на 26-е ноября. Рѣшеніе это видимо было
вызвано тѣми соображеніями, что если трехнедѣльная безпрерыв-
ная бомбардировка не нанесла существенныхъ поврежденій укрѣп-
леніямъ, то тѣмъ болѣе нельзя ничего достигнуть въ 3 дня, а
между тѣмъ это поведетъ къ лишней тратѣ снарядовъ.
25-го ноября всѣ имѣющіяся у японцевъ осадныя орудія
начали бомбардировать Шоюсана, Нирусана и Хигаши-Кейкван-
сана. Но даже вечеромъ этого числа не было объявлено, что на
завтра предполагается штурмъ фортовъ. Лишь утромъ 26-го я
ПОРТЪ-АРТ. 16
— 238
узналъ отъ присланнаго изъ главнаго штаба вѣстового, что въ
часъ дня—если генералъ сочтетъ условія благопріятными, будетъ
данъ приказъ начать штурмъ крѣпости.
Глава XX.
Штурмъ 26 Ноября.
Утромъ 26-го я поѣхалъ въ штабъ 9-ой дивизіи и изъ блин-
дажа, построеннаго вблизи штаба, наблюдалъ за общей атакой
восточнаго фронта крѣпости. Когда я отъѣхалъ мили 2 отъ д.
Табошинъ началась одна изъ тѣхъ сильныхъ бомбардировокъ, ко-
торыя всегда предшествовали штурму фортовъ. По силѣ она прев-
зошла всѣ предыдущія; на этотъ разъ стрѣляло большое количество
28-ми сантиметровыхъ гаубицъ, чѣмъ при бомбардировкѣ, проис-
ходившей въ Октябрѣ.
Огонь былъ направленъ на форты Нирусанъ Шоюсанъ и
группу Кейквансанъ. Въ 10 часовъ утра японская артиллерія въ
послѣдній разъ открыла огонь по остаткамъ фортовъ, внѣшній
видъ которыхъ отъ безпрерывныхъ бомбардировокъ представлялъ
безформенныя груды песка, камня, обгорѣлыхъ бревенъ и мус-
сора. Артиллеристы также самоувѣренно, какъ и утромъ 30-го
Октября заявляли, что огнемъ своихъ орудій они совершенно раз-
рушили непріятельскіе форты и что пѣхота, двинувшись въ атаку,
уже не застанетъ въ траншеяхъ ни одной живой души. Что ка-
сается артиллерійскихъ офицеровъ, то въ этотъ періодъ войны они
относились уже болѣе скептически къ силѣ дѣйствія орудійнаго
огня. По крайней мѣрѣ до сихъ поръ счастье постоянно измѣ-
няло артиллеріи и всѣ мы были увѣрены, что исходъ штурма
всецѣло зависитъ отъ пѣхоты.
Эта бѣшенная бомбардировка указала русскимъ, что насту-
239 —
пила рѣшительная минута отъ которой зависѣла судьба крѣпости
и они открыли въ отвѣтъ отчаянный орудійный огонь намѣре-
ваясь нанести противнику возможно больше вреда.
Невозможно было близко подойти къ японскимъ батареямъ,
ибо русскіе снаряды разныхъ калибровъ сотнями падали кругомъ,
взрывая землю и разбрасывая во всѣ стороны песокъ, камни,
обломки скалъ и осколки, временами подбивая одно изъ орудій.-
Черный дымъ русскихъ гранатъ сливался съ бѣлымъ дымомъ
гаубицъ, который большими шарообразными клубами взлеталъ къ
верху послѣ каждаго залпа. Все это вмѣстѣ производило ориги-
нальное впечатлѣніе: дымъ, огонь, взрывы и трескъ гранатъ глу-
шили уши, порою совершенно скрывая изъ виду самыя батареи.
Иногда порывомъ вѣтра дымъ на минуту разсѣевался и можно
было разглядѣть японскихъ канонировъ, работающихъ не на жи-
вотъ, а иа смерть, нѣкоторые были безъ верхняго платья, съ за-
сученными рукавами, не смотря на лежащій кругомъ снѣгъ и
всѣ они исполняли свои обязанности, не обращая вниманія на
желѣзный градъ, который ежеминутно грозилъ имъ гибелью.
На дорогѣ извѣстной подь именемъ «усѣянный гранатами
путь»—находился желѣзнодорожный мостъ, который служилъ пун-
ктомъ остановки и передышки при опасномъ переходѣ въ раіонъ
9-ой дивизіи, тутъ пріютился и я. Вдоль этой дороги проходилъ
рельсовый путь, и въ 100 ярдахъ отъ моста, пересѣкая дорогу,
возвышался холмъ, называемый японцами Данянши *). За этимъ
холмомъ были установлены двѣ японскихъ 28-ми сантиметровыя
гаубицы, по которымъ русскіе сосредоточили свой огонь и ложив-
шіяся въ этомъ раіонѣ гранаты дѣлали весьма опаснымъ проходъ
черезъ дорогу. Подъ аркою желѣзнодорожнаго моста я встрѣ-
тилъ нѣсколько человѣкъ японскихъ офицеровъ, солдатъ, и орди-
нарцевъ, выжидавшихъ пока стрѣльба немного стихнетъ. Прежде
чѣмъ двинуться дальше, здѣсь мы прождали болѣе 3/і часа, на-
*) Сахарная голова. Прим. пеуов.
16*
240 —
блюдая затѣмъ, какъ въ 100 ярдахъ отъ насъ осыпало грана-
тами батарею и благодарили судьбу, пославшую намъ прочный
сводъ желѣзно-дорожнаго моста защищавшій насъ отъ огня. Наше
общество за это время значительно увеличилось прибывшими
вновь солдатами и офицерами. Здѣсь же находилось нѣсколько
канонировъ обстрѣливаемой батареи, а такъ какъ они должны
были проникнуть на батарею, то имъ предстояло пройти черезъ
обстрѣливаемую площадь. Люди эти везли три ручныя тачки съ
провизіей для находившихся на батареѣ своихъ товарищей.
Имъ нужно было пройти только 100 ярдовъ, или вѣрнѣе,
пересѣчь дорогу и затѣмъ укрыться подъ защитой холма, за ко-
торымъ стояла батарея. Среди насмѣшекъ и добродушныхъ шу-
токъ съ товарищами первая тачка тронулась впередъ въ опасный
путь. Солдаты прошли нѣсколько ярдовъ, сохраняя спокойствіе,
но внезапный свистъ снаряда заставилъ ихъ остальной путь со-
вершить бѣгомъ. Одна граната разорвалась какъ разъ за ними,
на томъ мѣстѣ, которое они за секунду передъ этимъ покинули,
но они благополучно достигли закрытія. Остальныя телѣжки по-
очередно послѣдовали за первой, ожидая когда наступали пере-
рывы стрѣльбы и приноравливаясь къ интерваламъ между выст-
рѣлами. Земля была покрыта глубокимъ снѣгомъ и, гранаты, раз-
рываясь, оставляли на бѣлой поверхности большія черныя пятна.
Я началъ уже терять надежду когда-либо добраться до 9-ой
дивизіи, такъ какъ русская артиллерія стрѣляла непрерывно; нѣ-
которые изъ бывшихъ съ ними японцевъ уже начали измѣрять
глазами пространство, отдѣлявшее насъ отъ возвышенности,
кстати сказать довольно далекой очевидно намѣреваясь двинуться
впередъ, какъ вдругъ огонь русской артиллеріи началъ ослабѣвать.
На нѣкоторое время японская артиллерія перестала обстрѣ-
ливать укрѣпленія которыя предполагалось штурмовать, и обра-
тила все свое вниманье на русскія батареи и сосредоточенный
по нимъ огонь постепенно началъ оказывать на непріятеля свое
дѣйствіе и, многія его орудія вынуждены были замолчать. Это
— 241 —
дало намъ возможность выйти изъ подъ моста и, перейдя дорогу,
добраться до возвышенности, за которой былъ расположенъ штабъ
9-ой дивизіи. Эта возвышенность состоитъ не изъ ряда холмовъ,
а лежитъ въ тушинской долинѣ и полого повышается ровно
вплодь до подножія высокихъ холмовъ, на которыхъ построены
русскіе форты.
Въ началѣ августа японцы выкопали на самой вершинѣ
возвышенности траншеи, которыя теперь оставались незанятыми.
Мы съ пріятелемъ моимъ сэромъ Джеральдомъ Морганомъ заняли
одну изъ нихъ, находящуюся въ 600-хъ ярдахъ отъ форта сѣ-
вѣрнаго-кейквансана и отсюда наблюдали за атакой на восточныя
форты. Трудно было подъискать болѣе подходящую позицію, ибо
на столь близкомъ растояніи простымъ глазомъ молено было раз-
глядѣть каждаго человѣка, пушку, винтовку, въ бинокль же все
было видно въ натуральную величину. Небольшія промоины шли
отъ лагеря 9-ой дивизіи къ гребню возвышенности, на одномъ
изъ угловъ которой находилось наше пристанище. Необходимо
было дойти до этого пункта еще до начала штурма; иначе можно
было попасть подъ огонь русскихъ стрѣлковъ, направленный по
японской пѣхотѣ, ибо пули перелетая черезъ гребень возвы-
шенности попадали въ указанныя промоины, въ которыхъ, послѣ
каждаго сраженія можно было набрать ихъ тысячи.
Благодаря продолжительной остановкѣ подъ мостомъ на до-
рогѣ, «усѣянной гранатами» я добрался до нашего пристанища
только около 12 часовъ съ половиной, т. е. за Ѵг часа до на-
чала штурма. Къ сожалѣнію г-ну Моргану необходимо было вер-
нуться въ Соединенные Штаты, почему на этотъ разъ я былъ
въ одиночествѣ. Моя блиндированная траншея имѣла около 5—7-и
футовъ вышины и была покрыта бревнами и мѣшками съ пес-
комъ; къ великому моему огорченію, подойдя къ ней 26, я уви-
дѣлъ, что русскіе снаряды сорвали съ нея крышу и на два фута
срѣзали ея брустверъ. Тѣмъ не менѣе мнѣ не пришлось оста-
ться одинокимъ въ моемъ убѣжищѣ, такъ какъ я засталъ тамъ
242
буддистскаго священника и отставного японскаго офицера, которые
также избрали этотъ пунктъ для наблюденій за штурмомъ. Мы
скоро познакомились и разговорились при помощи нѣсколькихъ
японскихъ, англійскихъ и французскихъ словъ, а также благодаря
сандвичамъ съ ветчиной, бутылкѣ кларета и папиросамъ, Свя-
щенникъ оказался прекраснымъ компаньономъ: онъ долженъ былъ
находиться при одномъ пзъ госпиталей для напутствія умираю-
щихъ и погребенія умершихъ, доставляемыхъ туда изъ боевой
линіи, но утомившись этой тяжелой обязанностью и обладая бое-
выми инстинктами, свойственнымъ людямъ его расы, онъ ур-
вался на день, чтобы посмотрѣть на этотъ большой штурмъ. Въ
самый разгаръ боя онъ вошелъ въ такой азартъ, что вскочилъ
на траншею, будучи совсѣмъ на виду и началъ махать краснымъ
шарфомъ.
Послѣ сраженія онъ настоялъ, чтобъ я зашелъ въ его квар-
тиру, и тамъ угостилъ меия прекраснымъ обѣдомъ. Нужно по-
лагать, что 26-го многія сотни японскихъ душъ покинули этотъ
міръ безъ напутствія. Наконецъ, въ 8 часовъ вечера, мой прія-
тель-священникъ вспомнилъ о своихъ обязанностяхъ и, облек-
шись въ блестящее одѣяніе, отправился въ ближайшій госпиталь.
Трудно себѣ представить, какъ велико, то нервное напряже-
ніе, которое испытываешь въ ожиданіи перваго сигнала къ штурму.
Оно съ особенною силою испытывалось въ полдень 26-го ноября.
На этотъ разъ столько ставилось на карту и тысячи жизней ви-
сѣли на волоскѣ, что минуты ожиданія казались днями, а томи-
тельная неизвѣстность напрягала нервы присутствующихъ до по-
слѣдней степени. Съ моей позиціи я видѣлъ сотни солдатъ, тол-
пившихся въ передовыхъ траншеяхъ у подошвы Хигаши-Кей-
квансана. Японцы рѣшили сдѣлать новую попытку занять ро-
ковую позицію, пзъ которой онп были выбиты 30-го октября, а
затѣмъ вновь 23-го ноября. Японскіе солдаты, буквально, какъ
сельди въ боченкѣ, тѣснились въ подземномъ ходѣ, ведущемъ въ
ровъ и контръ-эскарповыя галлереи форта Сѣвернаго-Кейквансана.
243 —
Траншеи близъ этого форта были биткомъ набиты искусными
стрѣлками, которые должны были мѣшать стрѣльбѣ русскихъ въ
то время, когда японская пѣхота движется на эсканаду форта.
Въ траншеяхъ ведущихъ къ подземному ходу нѣсколько солдатъ
было снабжено бамбуковыми штурмовыми лѣстницами, въ кото-
рыхъ могла явиться надобность при штурмѣ фортовъ; то же самое
происходило въ траншеяхъ близъ Нирусана и, хотя я не могъ
видѣть Шоюсана, но увѣренъ, что тѣ же приготовленія къ штурму
были сдѣланы и тамъ. Цѣлые батальоны храбрыхъ солдатъ до-
живали тутъ послѣдніе часы своей жизни, готовые пожертвовать
ею за родину. Подобно брызгамъ океанскихъ волнъ летѣли без-
численные японскіе снаряды на русскіе форты и порой за густой
завѣсой чернаго и бѣлаго дыма нельзя было ничего разобрать.
Нельзя было не вспомнить въ эти минуты и о русскихъ: эти
храбрецы, занимая свои позиціи укрывались отъ убійственнаго
желѣзнаго града за грудами земли и камня, въ которыя обра-
тились валы и прятались въ глубоко вырытыхъ въ землѣ углуб-
леніяхъ, напряженно высчитывая секунды, послѣ которыхъ, какъ
они знали, непріятельская пѣхота ринется на штурмъ. Въ 12 ча-
совъ съ четвертью 500 орудій бомбардировали русскіе форты, а
50,000 человѣкъ выжидали только сигнала, чтобъ броситься на
врага: ни одинъ солдатъ не пошевелился, пока не былъ данъ
сигналъ. Когда же настанетъ время, всѣ 500 орудій одновре-
менно прекратятъ огонь, а всѣ 50,000 человѣкъ разомъ по ко-
мандѣ ринутся на приступъ.
Теперь на минуту бросимъ взглядъ на тотъ механизмъ, ко-
торый контролировалъ и управлялъ каждымъ залпомъ этихъ
500 орудій и движеніями этихъ 50,000 человѣкъ. Источникъ
этой силы находился на холмѣ въ какихъ-нибудь 2 Ѵ2 миляхъ отъ
линіи русскихъ укрѣпленій.
На самомъ высокомъ пунктѣ горизонта вырисовывалась не-
большая группа офицеровъ: онп оставили лошадей своихъ внизу
у подножія холма, а сами вскарабкались по крутизнѣ на вер-
244 —
шину въ 600 футовъ. Среди этой группы одинъ выдѣлялся какъ
своей одеждой такъ и фигурой. На немъ была шинель цвѣта
хаки,—подбитая мѣхомъ, которая, распахиваясь, открывала чер-
ную короткую тужурку съ обшлагами и бѣлыя штаны, а изъ
подъ нея виднѣлись высокіе французскіе сапоги, на головѣ у
него было кэпи съ краснымъ околышемъ. Волосы его посѣдѣли,
что было результатомъ трехмѣсячнаго тяжелаго и безпокойнаго
труда; лицо этого человѣка имѣло строгое, но доброе выраженіе.
То былъ генералъ Ноги.
Онъ внимательно смотрѣлъ на лежащія передъ нимъ линіи
холмовъ п долину, на дымящіеся форты и окружающія ихъ и
полныя людьми траншеи. Рядомъ съ генераломъ стоялъ генералъ
Иджичи со своими очками напоминающій скорѣе ученаго про-
фессора нежели военнаго человѣка. Прислонившись къ траншеѣ
онъ смотрѣлъ въ стоявшую на подставкѣ подзорную трубу и по
временамъ, если что-либо обращало его вниманіе, обмѣнивался
нѣсколькили словами съ генераломъ Ноги. Тутъ же стояла кучка
офицеровъ въ поношенныхъ мундирахъ: одни изъ нихъ смотрѣли
въ подзорныя трубы, другіе разсматривали карты, остальные пе-
реговаривались между собою. Въ нѣкоторомъ отдаленіи находи-
лось нѣсколько ординарцевъ: у одного изъ нихъ около уха была
одѣта пріемная трубка телефона, а въ рукѣ онъ держалъ разго-
ворную трубку, въ которую по временамъ онъ передавалъ отда-
ваемыя ему офицеромъ распоряженія. Эта группа офицеровъ была
рычагомъ, приводящимъ въ движеніе всѣ части сложнаго и за-
мѣчательнаго боевого механизма. Въ своихъ рукахъ и въ полномъ
своемъ распоряженіи генералъ Ноги держалъ судьбу и жизнь
50,000 человѣческихъ душъ. Косвеннымъ образомъ отъ него за-
висѣла и участь тѣхъ тысячъ людей, которые укрывались за раз-
валинами фортовъ въ ожиданіи штурма. Однимъ словомъ своимъ
Ноги могъ направить могучій потокъ на тѣ скалы, за которыми
укрывались тысячи русскихъ солдатъ. Его слово могло заставить
500 орудій открыть или прекратить огонь. Одно слово этого, сред-
245 —
нихъ лѣтъ, утонченно-любезнаго господина могло имѣть вліяніе
на исторію всего міра. Какая власть сосредоточена въ рукахъ
одного человѣка, но вмѣстѣ съ тѣмъ какую онъ несетъ отвѣт-
ственность. Всякая другая власть блѣднѣла и казалась ничтож-
ной передъ той, которая въ этотъ моментъ находилась въ рукахъ
одного человѣка! Ораторы, волнующіе умы многочисленнаго со-
бранія, дипломаты, составляющіе своя ноты, министры устана-
вливающіе законы, президенты, издающіе правительственныя со-
общенія, даже императоры, разсылающіе телеграммы, — всѣ ка-
жутся безсильными въ сравненіи съ этимъ человѣкомъ, выжи-
дающимъ на вершинѣ горы момента, чтобъ передать по телефону
роковое слово! Какъ ничтожны усилія великихъ капиталистовъ
и ловкихъ финансистовъ, мечтающихъ управлять міромъ при по-
мощи своихъ милліоновъ, когда одно слово этого человѣка, ровно
ничего не понимавшаго въ биржевыхъ спекуляціяхъ, могло под-
нять или уронить цѣнности на биржахъ всего міра.
Еслибъ посторонній человѣкъ натолкнулся неожиданно на
эту группу, стоявшую на вершинѣ горы, онъ и не предполо-
жилъ бы, какая огромная власть была сосредоточена въ рукахъ
этихъ людей. По ихъ спокойному виду можно было подумать, что
они любуются красивымъ ландшафтомъ или обозрѣваютъ незна-
комую мѣстность. Какъ блѣдно и сѣро это зрѣлище въ сравненіи
съ блестящей картиной какихъ-нибудь модныхъ скачекъ: тамъ
тысячи зрителей въ ложахъ и десятки тысячъ въ трибунахъ въ
нервномъ возбужденіи не спускаютъ глазъ съ коня-фаворита, ко-
торый проскакавъ кругъ подходитъ первымъ къ столбу; тамъ въ
воздухѣ стоитъ стонъ отъ сиплыхъ криковъ толпы, волнующейся
за проигрышъ нѣсколькихъ шиллинговъ, поставленныхъ въ тота-
лизаторъ. Здѣсь же все спокойно и серьезно. Вмѣсто зрителей,
разряженныхъ по послѣдней модѣ, 100,000- воиновъ, одѣтыхъ
тоже сообразно времени и обстановкѣ, но въ хаки, не съ лист-
ками записей пари, а съ винтовками въ рукахъ стоятъ въ ожи-
даніи исхода жестокой борьбы. Здѣсь нѣтъ букмэкеровъ для за-
246 —
писей пари, нѣтъ распорядителя, чтобъ привѣтствовать побѣди-
теля. Арена здѣсь наполнена вооруженными людьми; человѣкъ
шесть, среднихъ лѣтъ, въ поношенномъ платьѣ, занимаютъ верх-
нія мѣста и по телефону управляютъ всѣми дѣйствіями. Здѣсь
нѣтъ палатокъ съ накрытыми столами и не слышно веселаго
хлопанья вылетающихъ пробокъ—эту роскошь замѣняетъ неболь-
шая корзина, наполненная рисомъ, солеными овощами, да фляж-
ками съ жидкостью, по виду п вкусу напоминающей хересъ. Безъ
сомнѣнія все слѣдовало бы измѣнить; слѣдовало бы соорудить
трибуны для публики, по возможности ближе къ театру воен-
ныхъ дѣйствій и помѣстить тутъ королей, минпстровъ, нарядную
и веселую публику, словомъ, всѣхъ тѣхъ, чьи интересы затро-
нуты и находятся въ зависимости отъ исхода войны, ибо здѣсь
рѣшается судьба многихъ пародовъ, ставится на ставку народное
благосостояніе и измѣняется судьба многихъ государствъ.
Стрѣлка часовъ показываетъ почти часъ по полудни, пора
вернуться, къ тѣмъ тысячамъ солдатъ, которые заполняютъ тран-
шеи у подножія фортовъ. Небольшая кучка на горѣ въ послѣдній
разъ направляетъ подзорную трубу на дымящіяся вершины ле-
жащія въ 2^2 миляхъ отъ нея. Начальникъ штаба, обращаясь къ
Ноги, говоритъ ему нѣсколько словъ, на которыя послѣдній ти-
химъ голосомъ ему что то отвѣчаетъ. Иджпчп направляется къ
ординарцу-телефонисту и передаетъ ему нѣсколько словъ. Орди-
нарецъ внимательно слушаетъ и, въ отвѣтъ киваетъ головой въ
знакъ согласія, вставляя свое «зосіезка» «зосіезка» (точно такъ,
точно такъ), вслѣдъ затѣмъ подноситъ трубку ко рту, и нѣс-
колько секундъ спустя роковое приказаніе быстро летитъ по
назначенію. Сдѣлавъ свое дѣло, группа на горѣ прислонясь къ
траншеѣ съ трепетомъ начинаетъ наблюдать за фортами. Въ те-
ченіе нѣсколькихъ минутъ все осталось безъ перемѣны. Вдругъ
артиллерія замолкла; пространство между непріятельскими линіями
еще нѣсколько секундъ осталось пустыннымъ—затѣмъ изъ тран-
шеи, у подножія Хигаши—Кейквансана, сотни японскихъ сол-
247
датъ двинулись на приступъ русскихъ позицій. У подножія форта
Сѣверн-Кейквансана на нѣсколько секундъ солдаты изсчезли въ
подземныхъ тунеляхъ ведущихъ въ ровъ; нѣкоторое время ихъ
совсѣмъ не было видно, затѣмъ къ эскарпу былп приставлены
лѣстницы на которыхъ появились солдатскія головы. На Ниру-
санѣ толпа солдатъ бросилась черезъ ровъ на половину засы-
панный развалинами форта, но насыпь не была доведена до са-
мой вершины откоса и имъ пришлось также прибѣгнуть къ по-
мощи штурмовыхъ лѣстницъ. То-же самое произошло и въ Шою-
санѣ. Начался горячій бой. Необходимо прослѣдить за ходомъ
штурма «послѣдовательно» по всей линіи, начиная отъ Хигаши
Кейквансана. Японская артиллерія въ это время не бездѣйство-
вала и весь ея огонь былъ сосредоточенъ по тылу штурмуемыхъ
фортовъ и по тѣмъ позиціямъ съ которыхъ могла обстрѣливаться
наступающая пѣхота.
Атака 12-мъ полкомъ форта Хнгашп-Кейквансана была точ-
нымъ повтореніемъ штурма 30-го Октября, съ той лишь разни-
цей что тогда пѣхота прямо изъ траншеи двинулась впередъ по
открытому пространству, потерпѣвъ полное пораженіе, тогда какъ
на этотъ разъ она двинулась по тремъ головнымъ сапамъ и стрем-
главъ перебѣжала разстояніе въ 20—30 ярдовъ, отдѣлявшее ихъ
отъ непріятеля. Русскіе изъ своихъ траншей и съ позади лежа-
щихъ высотъ открыли страшный ружейный огонь по головнымъ
Японскимъ сапамъ, которыя быстро наполнилпсь убитыми и ране-
ными. Уцѣлѣвшіе японцы, подъ отличнымъ руководствомъ офи-
церовъ, мужественно двинулись впередъ и черезъ нѣсколько минутъ
послѣ начала атаки центральная п восточная части русской траншеи
находились уже въ рукахъ японцевъ. Русская пѣхота отступила
къ западу и собравшись здѣсь держалась тамъ, укрываясь за
блиндированными закрытіями, мѣшками съ пескомъ, грудами земли
и мусора. Японцамъ предстояло выбить ихъ оттуда раньше чѣмъ
продолжать дальнѣйшую атаку, иначе фланговый огонь могъ помѣ-
шать атакѣ. Не смотря на всѣ усилія японской пѣхоты, ей не уда-
248 —
лось это выполнить, ибо русскіе стрѣлки, съ близлежащихъ вы-
сотъ, по одиночкѣ перестрѣливали несчастныхъ японскихъ сол-
датъ въ то время, какъ тѣ бросились на лѣво для атаки рус-
кихъ державшихся въ этой траншеѣ, хотя большая часть ея на-
ходилась въ японскихъ рукахъ.
Траншея до такой степени была завалена обломками и мѣш-
ками съ пескомъ, что пробраться черезъ нихъ было невозможно;
тогда нѣкоторые солдаты рѣшили вылѣзти оттуда, что бы дви-
нуться открыто, но тутъ то они и попали подъ огонь русскихъ,
которые уничтожали каждую появляющуюся группу.
На подкрѣпленіе атакующихъ изъ японскихъ траншей выс-
тупили свѣжія роты; они стройно двинулись по открытому про-
странству, не смотря на сильный огонь непріятеля, впереди вид-
нѣлось полковое знамя, но на полупути оно покачнулось — зна-
менщикъ былъ убитъ; другой подхвативъ его, замѣнилъ убитаго;
съ минуту оно опять развивалось, между враждебными линіями,
колеблемое легкимъ вѣтеркомъ, затѣмъ опять медленно стало
склоняться внизъ—второй знаменьщикъ былъ убитъ. До солнеч-
наго заката знамя три раза переходило изъ рукъ въ руки. Трудно
объяснить, въ чемъ заключается цѣль, идя въ атаку, нести впе-
реди высоко поднятое знамя, тѣмъ самымъ привлекая на себя
огонь противника; ибо потери среди тѣхъ молодыхъ офицеровъ
на долю которыхъ выпадаетъ честь нести эту опасную эмблему
славы весьма велики. Отдѣльныя стычки продолжались до позд-
няго вечера, несмотря на то, что надежда на успѣхъ была поте-
ряна. Позже нѣкоторые изъ уцѣлѣвшихъ японцевъ пробовали было
вернуться въ свои траншеи, но по дорогѣ туда большинство изъ
нихъ было перебито. Всѣ офицеры участвовавшаго въ атакѣ ба-
таліона были убиты или ранены пулями или ручными гранатами;
послѣднія и въ этотъ день употреблялись русскими съ большимъ
успѣхомъ.
Пока шелъ бой на Хигаши-Кейквансанѣ, борьба нѣсколько
иного характера, но пожалуй еще болѣе ожесточенная завязалась
249 —
у Сѣвернаго-Кейквансана. Какъ я говорилъ выше, японцы уже
владѣли здѣсь русскими контръ-эскарповыми галлереями, слѣдо-
вательно и ровъ сѣвернаго фаса форта находился въ ихъ рукахъ.
Чтобы добраться до бруствера японцамъ приходилось приста-
влять штурмовыя лѣстницы къ эскарпу. Они надѣялись, достиг-
нувъ гребня, проникнуть во внутреннюю часть форта и выбить
оттуда русскихъ. Успѣхъ этого предпріятія находился въ прямой
зависимости отъ большаго или меньшаго вреда, нанесеннаго форту
снарядами 28-ми сантиметровыхъ гаубицъ, огромное количество
которыхъ было выпущено по форту въ теченіе мѣсяца, который
предшествовалъ штурму. Въ точности японцы не знали насколько
пострадала внутренность форта; они знали только лишь то, что
русскіе всегда тотчасъ же тщательно исправляли всѣ нанесенныя
форту поврежденія. Японцы сосредоточили артиллерійскій огонь
по гребню бруствера въ надеждѣ разрушить казематы въ кото-
рыхъ укрывалась русская пѣхота. Несомнѣнно они своими сна-
рядами они постоянно повреждали гребень бруствера, но русскіе
въ теченіе ночи вновь исправляли всѣ поврежденія, укладывая
ряды мѣшковъ съ пескомъ на поврежденныя части линіи огня.
Чтобы уменьшить вредъ наносимый снарядами, гребень бруствера
и банкетъ былъ раздѣленъ, траверсами изъ мѣшковъ съ пескомъ,
на небольшія отдѣленія, подобно перегородкамъ которые устраи-
ваютъ на военныхъ судахъ. Русскіе, укрываясь за разрушенными
постройками и мѣшками съ пескомъ, поджидали появленія япон-
цевъ и можно было предвидѣть, что послѣдніе будутъ уничто-
жены до послѣдняго человѣка, если только японская артиллерія
не принудила ихъ покинуть закрытія.
Штурмовыя лѣстницы приходилось приставлять къ нижней
части эскарпа тамъ гдѣ она срѣзана отвѣсна, и только такимъ
образомъ японская пѣхота могла достигнуть верхней его части,
болѣе пологой гдѣ атакующіе могли удержаться и двинуться
дальше, цѣпляясь другъ за друга.
Послѣ полудня 26-го Ноября фортъ Сѣверный Кейквансанъ
250 —
представлялъ картину рѣдкую въ войнахъ всѣхъ временъ и иск-
лючительно при современныхъ условіяхъ войны.
Мнѣ приходилось видѣть картины изображавшія сраженія и
штурмы фортовъ происходившія сто лѣтъ тому назадъ, которыя
мало чѣмъ отличаются отъ тѣхъ, которыя я пытаюсь описать.
Таковъ былъ штурмъ Бадахоса и Ціудадъ — Родриго компанія
1812 года въ Испаніи; стоитъ только замѣнить въ нихъ оружіе и
одежду современными и картина будетъ до нельзя схожа съ
описываемой. Въ позднѣйшее время такія же картины происхо-
дили въ Крымскую компанію при штурмѣ Малахова кургана.
Въ часъ дня, когда былъ данъ сигналъ къ началу штурма,
со дна рва показались верхушки бамбуковыхъ штурмовыхъ лѣст-
ницъ. Люди медленно и осторожно стали подниматься по
нимъ; передніе заняли пологую часть ската и стали втаскивать
къ себѣ своихъ товарищей и вскорѣ на наружной отлогости
бруствера собралось цѣлое каре въ нѣсколько рядовъ, по фронту
имѣя нѣсколько шеренгъ въ глубину. Задніе еще стояли на лѣст-
ницахъ въ ожиданіи когда для нихъ очистится мѣсто. Вся эта
толпа, цѣпляющихся другъ за друга людей, была такъ компактна,
что казалось, можно было ходить но ихъ головамъ. Въ такомъ
порядкѣ, имѣя на флангахъ офицеровъ съ обнаженными шашками,
колонна двинулась впередъ. Первые ряды быстро добрались до
брюствера п черезъ мгновеніе появились у его гребня, совершенно
открыто. Русскій залпъ смелъ переднія ряды наступающихъ и усѣялъ
скатъ бруствера убитыми и ранеными, колонна дрогнула, зако-
лебалась и остановилась. Вторые и третьи шеренги, не желая
подвергнуться участи своихъ товарищей попятились назадъ, въ
надеждѣ укрыться за наружной отлогостью. Къ несчастью задніе
ряды и люди стоявшіе на лѣстницахъ не видѣли что происходило
передъ ними и продолжали двигаться впередъ, напирая на перед-
нихъ и вытѣснили ихъ снова на открытое пространство, гдѣ ихъ
постигла участь первой шеренги. Въ заднихъ шеренгахъ кричали:
«впередъ!» въ то время, какъ передніе кричали «назадъ» «на-
задъ!» Офицеры, бывшіе на флангахъ видя, что колонна заколе-
лебалась бросились впередъ, желая увлечь за собою людей. На-
поромъ заднихъ рядовъ первые ряды были придвинуты къ са-
мому гребню и здѣсь средп мѣшкокъ съ пескомъ встрѣтились ли-
цемъ къ лицу съ противникомъ и вступили съ нимъ въ руко-
пашный бой; причемъ не мало русскихъ было заколото въ этой
стычкѣ штыками. Когда русскіе увидѣли, что японцамъ удалось
занять скатъ бруствера, они вышли изъ своихъ закрытій и бро-
сились въ штыки. Это была блестящая картина, достойная быть
занесенной въ исторію русскихъ подвиговъ, когда, оставивъ свои
закрытія, эти бородатые гиганты вдругъ вырисовались иа гори-
зонтѣ и храбро двинулись на солдатъ Микадо, которые казались
карликами передъ сибирскими богатырями. По всему гребню бой
разбплся на отдѣльныя схватки среди мѣшковъ съ пескомъ. Порою
маленькій японскій солдата, намѣтивъ себѣ русскаго богатыря,
бросался, на него со штыкомъ, но обыкновенно дѣлался жертвою
своей храбрости, ибо, насколько я могъ замѣтить, русскіе умѣли
владѣть штыкомъ. Но ничто не могло устрашить японцевъ и каж-
дый изъ нихъ яростно дрался до тѣхъ поръ пока не падалъ
мертвымъ. Временами можно было различпть офицера который съ
саблей въ рукахъ бѣшенно бросался на русскаго отбива-
вшагося отъ него до послѣдней возможности своимъ штыкомъ.
Даже раненые желая помочь своимъ—не отставали отъ своихъ
товарищей стараясь уложить побольше русскихъ; внимательно на-
блюдая за боемъ, я замѣтилъ, что мало кто держался на ногахъ
болѣе 20—30-ти секундъ, но и въ эти секунды онъ могъ уничто-
жить не одного врага, а это было его единственное стремленіе.
Въ этой ожесточенной борьбѣ за обладаніе брустверомъ, рус-
скіе имѣли одно большое преимущество: они пользовались руч-
ными гранатами, тогда какъ японцамъ приходилось полагаться
только на штыки п винтовки. Когда люди отдѣлены другъ отъ
друга лишь мѣшками съ пескомъ, то ружья безполезны, въ то
время какъ ручныя гранаты напротивъ того находятъ большое
252 —
примѣненіе и разрываясь среди толпы людей, дѣйствуютъ крайне
разрушительно. Русскіе употребляли различнаго рода ручныя
гранаты: однѣ изъ нихъ имѣли видъ желѣзнаго шара съ прикрѣ-
пленной къ нему ударной трубочкой, которая воспламенялась при
помощи запала стариннаго образца—вѣроятно такія гранаты были
найдены въ Портъ-Артурѣ, когда онъ былъ взятъ русскими у
китайцевъ. Другія гранаты имѣли видъ продолговатой оловянной
коробочки, наполненной порохомъ; наконецъ третьи, дѣйствующія
наиболѣе разрушительно,—состояли изъ мѣшечковъ сдѣланныхъ изъ
бумажной ткани и наполненныхъ пироксилиномъ, своимъ видомъ
они напоминали сосиску и были снабжены детонаторомъ.
Не смотря на то, что японскіе солдаты доблестно сражались
на брустверѣ форта Сѣвернаго Кейквансана, скоро стало очевид-
нымъ, что штурмъ обѣщаетъ затянуться, ибо атакующіе держа-
лись лишь на наружной отлогости бруствера, не будучи въ со-
стояніи продвинуться впередъ. Я видѣлъ, какъ одинъ японскій
солдатъ подобралъ, брошенную въ него, ручную гранату, которая
не успѣла разорваться и перебросилъ ее назадъ къ русскимъ.
Офицеры все время шли впереди, размахивая саблями, тщетно
побуждая людей итти впередъ. Особенно привлекъ мое вниманіе
одинъ изъ нихъ: онъ долго расхаживалъ, размахивая своей Саму-
райской саблей и дѣлая такія странныя движенія, что его можно
было принять за пьянаго; долго онъ оставался невредимъ, словно
заколдованный; пока наконецъ его не уложила пуля и онъ, падая,
скатился внизъ, но здѣсь придя въ себя онъ снова взобрался на
верхъ, и усѣлся тамъ подъ самымъ гребнемъ. Тутъ къ нему
присоединились еще 2 офицера, и сидя втроемъ они, что то на-
чали обсуждать свое, какъ вдругъ неизвѣстно откуда пущенный
снарядъ—надѣюсь, что русскій, хотя склоненъ думать, что это
былъ японскій 28-ми сантиметровый снарядъ—разорвался среди
нихъ. Когда дымъ разсѣялся отъ сидѣвшихъ не осталось и слѣда:
тѣла ихъ были или совсѣмъ уничтожены или взрывомъ ихъ сбро-
сило въ ровъ.
— 253
Трудно себѣ представить что нибудь ужаснѣе того ада, ко-
торый царилъ, послѣ полудня 26-го Ноября, на Сѣверномъ Кей-
квансанѣ. Русскіе и японскіе снаряды одновременно падали на
форты; японская артиллерія, расположенная за горами, изъ за
которыхъ ей трудно было вѣрно поражать цѣль, сплошь да ря-
домъ стрѣляла по своимъ, такъ какъ обѣ враждебныя стороны
сошлись почти вплотную. Ибо японцы имѣли въ виду главную цѣль—
занять русскія позиціи и не обращали вниманія на лишнія потери.
Русскія снаряды производили большія опустошенія въ ря-
дахъ японской пѣхоты; многіе солдаты въ паническомъ страхѣ
бросались внизъ и скатывались въ ровъ; убитые и раненые также
падали въ ровъ съ высоты 40 футовъ и падая сбивали еле дер-
жавшихся на крутой отлогости людей, иногда опрокидывая и
штурмовыя лѣстницы. Русскіе лили керосины во рвы подъ Ни-
русаномъ и Шоюсаномъ, чѣмъ еще болѣе усиливали ужасъ борьбы
на этихъ укрѣпленіяхъ, ибо рвы эти мѣстами были наполнены
японцами соломой чтобы облегчить своей пѣхотѣ переходъ черезъ
нихъ. Когда русскіе замѣтили, что японцы возятся во рву, они
начали бросать туда ручныя гранаты, которыя воспламенили про-
питанную масломъ солому. Сотни японскихъ солдатъ погибли та-
кимъ образомъ во рвахъ этихъ укрѣпленій.
До солнечного заката японская пѣхота держалась на наруж-
ной отлогости бруствера, но послѣ отбитой первой атаки стало
очевиднымъ, что мало надежды овладѣть фортомъ. Многіе солдаты
продолжали еще бороться, но общая атака больше не производи-
лась. Около трехъ съ половиной часовъ по полудни на правомъ
флангѣ штурмующихъ показался штабъ офицеръ въ черномъ
мундирѣ; своимъ появленіемъ, онъ поднялъ духъ людей и побу-
дилъ ихъ сдѣлать еще одно усиліе. Колонна подвинулась еще
на нѣсколько ярдовъ впередъ, но здѣсь опять остановилась.
Этимъ закончилась атака этого дня. До наступленія ночи пѣхота
держалась на занятой позиціи, а затѣмъ отступила въ контръ
эскарповыя галлереи.
ПОРТЪ-АРТ.
17
254 —
Штурмъ фортовъ Нирусана и Шоюсана 26-го Ноября, въ
сущности, былъ повтореніемъ штурма Сѣвернаго Кейквансана,
который я пытался описать: та же стремительность нападающихъ
и упорная оборона русскими своихъ укрѣпленій. Такъ какъ всѣ
атаки происходили одновременно, то я не могъ слѣдить разомъ
за всѣми и, имѣя передъ глазами Сѣверный Кейквансанъ я,
главнымъ образомъ, обратилъ свое вниманіе на штурмъ этого
форта. Тѣмъ не менѣе я часто наблюдалъ за происходящимъ на
брустверѣ Нирусана. На горизонтѣ мгновеніями появлялись боль-
шія группы солдатъ и среди сверкающихъ штыковъ и сабель раз-
вивались знамена; затѣмъ эти люди десятками валились въ ровъ;
на смѣну имъ приходили герои, но черезъ минуту и ихъ постигала
та-же участь. Порой пзъ рва поднимались огненные языки и
клубы чернаго дыма — это горѣла солома, облитая керосиномъ.
Къ вечеру брустверъ Нирусана покрылся черными неподвижными
фигурами, которыя оставались тамъ и на слѣдующій день. То
были труппы солдатъ убитыхъ у гребня бруствера. Храбрый на-
тискъ японской пѣхоты не имѣлъ успѣха. И каждое новое дви-
женіе впередъ лишь увеличивало число раненыхъ и убитыхъ; нако-
нецъ штурмъ былъ пріостановленъ, что произошло одновременно
съ послѣдней отбитой атакой на Сѣверный Кейквансанъ. 25-ый
полкъ, штурмовавшій Шоюсанъ встрѣтилъ тѣ-же препятствія и
тоже потерпѣлъ неудачу.
Вой, очевидцемъ котораго я былъ днемъ, ничто въ срав-
неніи съ тѣмъ, что произошло ночью и непрерывно продолжалось
до утра 27-го Ноября. Въ данномъ случаѣ японскіе генералы и
вся армія совсѣмъ потеряли голову. Они дѣйствовали какъ зар-
вавшіеся игроки, которые проигравъ почти все свое состояніе,
рискуя послѣдей копѣйкой, рѣшаются на отчаянную ставку, въ
надеждѣ отыграться. Подъ покровомъ темноты произведенъ былъ
рядъ новыхъ атакъ по всему фронту отъ Хигаши — Кейквансана
до Шоюсана. Точной программы дѣйствій установить не удалось,
ибо солдаты совсѣмъ потеряли головы: забывъ грозящую имъ
255 —
опасность, они неистово бросались на врага, желая во что бы
то ни стало выбить его изъ фортовъ. Вслѣдствіе темноты нельзя
было установить взаимодѣйствія. 12-ой полкъ снова пошелъ на
приступъ Хигаши-Кейквансана, причемъ одинъ изъ его батальо-
новъ былъ уничтоженъ. 22-ой полкъ возобновилъ атаку Сѣвернаго
Кейквансана и былъ нѣсколько разъ подрядъ отбитъ съ большими
потерями. Войска изъ укрѣпленій Банрусанъ произвели нѣсколько
попытокъ штурмовать китайскую стѣну и на Бодай. 36-ой полкъ
выступилъ изъ укрѣпленія Хашимакаяма и захватилъ нѣсколько
русскихъ траншей у китайской стѣны, но дальше продвинуться
не могъ. Особенно свирѣпа была атака Нирусана 18-ой бригадой;
нѣкоторые японскіе колонны прошли черезъ разрушенныя кано-
ниръ н добрались до бруствера, но были уничтожены огнемъ
русскихъ орудій и стрѣлковъ. Попытки 25-го и 3-го полковъ
атаковать Шоюсанъ были также неудачны.
Русскіе не уступили ни пяди своихъ укрѣпленіи, несмотря
на отчаянныя атаки японцевъ, произведенныя съ такой храб-
ростью, которая рѣдко встрѣчается въ исторіи войнъ.
Единственная атака, казалось обѣщавшая нѣкоторый ус-
пѣхъ была предпринята генераломъ Накамурой на фортъ, прик-
рывающій Нирусанъ. 9 Когда 36-ой полкъ двинулся съ Хаши-
макаямы и занялъ передовыя русскія траншеи у китайской стѣны,
у Накамуры явился планъ, который, по его расчету, долженъ
былъ привести къ побѣдѣ. Онъ получилъ разрѣшеніе генерала
Ноги произвести ночную атаку на фортъ прикрывающій Шою-
санъ. Склоны горы, на которой построенъ Шоюсанъ спускаются
въ Шушинскую долину; еслибъ удалось завладѣть укрѣпленіемъ
передъ Шоюсаномъ и еслибъ 36-ой полкъ занялъ въ то же время
кутайскую стѣну передъ Хашимакаямой, фортъ, Нирусанъ и Шою-
санъ могли бы быть взяты. Этотъ планъ былъ слишкомъ рис-
кованъ и объяснить его можно только отчаяніемъ японцевъ, до-
х) Курганная батарея. Прим. Перев.
17*
256 —
веденнымъ до него цѣлымъ рядомъ понесенныхъ пораженій. Ко-
лонна Накамуры, силою въ 2000 человѣкъ, тронулась изъ деревни
Шуйшинъ въ полночь; но вскорѣ она была обнаружена русскими
прожекторами. Ожидать успѣха отъ этого наступленія можно было
только въ томъ случаѣ если бы удалось напасть на русскихъ
врасплохъ, но разъ колонна была обнаружена, то ей слѣдовало
отказаться отъ своего плана. Къ несчастью не въ характерѣ
японцевъ отказываться отъ разъ принятаго рѣшенія, даже въ
томъ случаѣ измѣненія обстановки къ худшему. Русскіе не пы-
тались остановить движеніе японской колонны, до тѣхъ поръ
пока она не дошла до половины ската, тогда они освѣтили ее
прожекторомъ и открыли огонъ по головѣ колонны. Генералъ
Накамура скатился внизъ къ подножію холма, сраженный пулею,
на вылетъ въ оба бедра; черезъ нѣсколько шаговъ былъ убитъ
полковникъ, ближайшій помощникъ и замѣститель Накамуры.
Другіе офицеры бросились впередъ, призывая за собой сол-
датъ, но у самаго гребня горы они наткнулись на проволочное
загражденіе и ни одному японцу не удалось преодолѣть это пре-
пятствіе—всѣ были убиты запутавшись въ сѣтяхъ. Шесть не-
дѣль спустя, по окончаніи осады, трупы ихъ лежали на томъ
же мѣстѣ, холода предохранили ихъ отъ разложенія и лежа
по всему склону горы — трупы эти служили какъ бы вѣ-
хами указывающими печальный путь безцѣльнаго подвига Нака-
муры. Къ счастью самъ генералъ не былъ раненъ смертельно;
его отнесли въ тылъ, откуда онъ былъ отправленъ въ Японію,
гдѣ вскорѣ поправился.
Невозможно точно и подробно описать всѣ штурмы, отбитыя
атаки и всѣ неудачи ужасной ночи 26-го Ноября!—Представьте
себѣ почти полярную морозную зимнюю ночь. По всему гори-
зонту вырисовываются различной высоты, покрытые снѣгомъ,—
холмы. Вдругъ—они загораются и среди пламени рвутся мины,
лопаются снаряды, трещатъ, сверкая, ручныя гранаты. Всю ночь
идетъ отчаянная борьба за обладаніе этой цѣпью пылающихъ
— 257
холмовъ. То сражаются послѣдователи Будды и исповѣдывающіе
Христа. Они колятъ другъ друга штыками, поражаютъ пулями;
разрываютъ одинъ другого на куски ручными гранатами; они
падаютъ съ штурмовыхъ лѣстницъ на дно рва, заваленнаго со-
ломой, пропитанной керосиномъ, которая вспыхиваетъ отъ взрыва
гранатъ. Крики «Банзай», проклятія, стоны мѣшались съ громомъ
артиллерійскихъ орудій, трескомъ пулеметовъ и свистомъ ружей-
ныхъ пуль. Ужасъ всего этого увеличивала артиллерія, стрѣляя
не разбирая какъ въ друзей, такъ и въ враговъ.
Безконечно долго тянулась эта ночь, поглотившая жизни
тысячей людей. Личной ненависти между людьми обѣихъ сто-
ронъ не было и не они были виновниками возникшей борьбы
они подчинялись волѣ своихъ повелителей, которые находились
за тысячи миль. Спокоенъ ли былъ сонъ ихъ повелителей въ
эту ужасную ночь, когда 12000 человѣкъ было убито и ранено?
Но это кажется страннымъ и противоестественнымъ лишь
находящимся далеко отъ поля сраженія. На самой же сценѣ, гдѣ
разыгрывается трагедія, руководители, актеры и даже аккомпа-
нирующая имъ музыка — къ ней принаровлены. Инстинктъ раз-
рушенія врожденъ человѣку и чувствуетъ онъ удовлетвореніе при
видѣ всепожирающаго пламени и борьбы тысячъ людей изъ за
обладанія тѣмъ, что они сами же разрушаютъ. Кто самъ не ис-
пыталъ все это, не можетъ постичь этого ощущенія. Трагедія
скоро превращается въ пошлость «какое чудное зрѣлище!» «На-
дѣюсь, будетъ сдѣлана новая попытка атаковать.» «Вотъ такъ
жарятъ!» «Ну, будетъ съ насъ, пойдемте обѣдать». — Вотъ что
слышытся очень часто въ такое время. Подъ Портъ-Артуромъ
зрители доходили до пресыщенія отъ постоянныхъ кровопролитій.
Когда изъ тлавной квартиры являлся ординарецъ съ вѣстью о
новомъ приступѣ, мнѣ часто приходилось слышать: «Что жъ,
пойдемъ полюбуемся?» «Нѣтъ надоѣло смотрѣть на атаки, оста-
немся дома». Вмѣсто выраженія: «Сегодня вечеромъ я не вос-
пользуюсь моей ложей въ оперѣ, надоѣло слушать Мельба», —
258
говорили: «Я не пойду сегодня днемъ на свой наблюдательный
пунктъ, ужасно надоѣло возиться съ Ишиное!» Мотивъ рѣшеній
въ обоихъ случаяхъ одинъ, вся разница лишь въ обстановкѣ.
Трудно въ точности опредѣлить потери японцевъ при штурмѣ
четырехъ фортовъ. Одинъ генералъ опредѣлилъ ихъ въ 12,000
человѣкъ убитыми и ранеными. Если общая потеря японцевъ
за все время военныхъ дѣйствій отъ 26-го Ноября по 5-ой Де-
кабря опредѣляется болѣе, чѣмъ въ 22,000 человѣкъ, то цифра
въ 12,000 человѣкъ погибшихъ при штурмѣ восточнаго фронта,
26-го Ноября, не будетъ преувеличена.
Руководя дѣйствіями 26-го Ноября своей дивизіей генералъ
Цушія былъ серьезно раненъ. Въ этотъ день, послѣ полудня,
генералъ покинулъ свой блиндажъ у подножія Тайкосана и дви-
нулся впередъ во вторую линію траншей, чтобы подойти ближе
къ русскимъ позиціямъ. Онъ наблюдалъ черезъ амбразуру и въ
эту минуту пуля попала ему въ лобъ и прошла насквозь черезъ
голову. Генералъ свалился въ траншею, гдѣ былъ подобранъ сол-
датами, замертво; однако онъ былъ раненъ не смертельно и
послѣ нѣсколькихъ дней борьбы между жизнью и смертью, оп-
равился на столько, что нашли возможнымъ перевести его въ
Японію, гдѣ вскорѣ онъ совсѣмъ выздоровѣлъ, хотя едва ли бу-
детъ въ состояніи продолжать военную службу.
Такимъ образомъ 11-ая дивизія осталась безъ начальника;
вскорѣ на его мѣсто былъ назначенъ другой генералъ. Въ началѣ
Ноября въ газетахъ появилось известіе, какъ это было въ обычаѣ
у японцевъ, что извѣстный военный инженеръ, генералъ-лейте-
нантъ Самеджима, покидаетъ Токіо, чтобъ занять важный постъ.
Постъ этотъ оказался Портъ-Артуромъ. Самеджима былъ посланъ
изъ Японіи для руководства инженерными работами противъ дол-
говременныхъ фортовъ. Ему было поручено командованіе 11-ой
дивизіей, когда Цушія былъ раненъ и онъ оставался на этомъ
посту вплоть до конца осады.
Послѣ захода солнца я покинулъ свое убѣжище и спустился
259 —
внизъ, чтобы посмотрѣть на послѣдствія штурма. Сотни ране-
ныхъ лежали кругомъ госпиталей; другія прибывали сотнями
ежеминутно. Однихъ несли на носилкахъ, другіе плелись сами,
едва волоча ноги. Передъ госпитальной палаткой хирурги осма-
тривали больныхъ, отбирая среди нихъ требующихъ немедленной
помощи; другіе въ палаткахъ поспѣшно производили операціи.
Кругомъ царило угнетающее настроеніе: громадныя жертвы, при-
несенныя въ этотъ день войсками, не привели ни къ чему. Ты-
сячи погибли безцѣльно. Проходя по дорогѣ «усѣянной грана-
тами», я встрѣтилъ непрерывный рядъ носилокъ, на которыхъ
китайцы переносили раненыхъ въ тылъ. Легко раненые солдаты,
за недостаткомъ носилокъ, съ трудомъ тащились за ними. Иногда
они помогали другъ другу: раненный въ ногу опирался на плечо
раненаго въ руку, и такимъ образомъ они взаимно восполняли
недостающіе у нихъ члены. Тѣмъ не менѣе не смотря на ужасныя
страданія, не было слышно жалобъ, каждый стоически перено-
силъ свое несчастіе и, если выражались сожалѣнія или упреки,
то исключительно отъ того, что каждый изъ нихъ чувствовалъ
себя какъ бы отвѣтственнымъ за общую неудачу. Такъ закончился
третій общій штурмъ восточнаго фронта крѣпости. Событія
23-го августа, 30-го октября и 26-го ноября составятъ неизгла-
димыя страницы въ исторіи этой войны. Оставляя въ сторонѣ
принципіальный вопросъ, насколько вызывались и оправдыва-
вались необходимостью эти штурмы, надо признать, что все, что
могло быть достигнуто человѣческой настойчивостью и хра-
бростью—все было использовано для достиженія успѣха. Но бы-
ваютъ такія препятствія, которыя не въ состояніи преодолѣть
даже самыя лучшія войска. Приходится признать, что свинецъ
и сталь всегда будутъ могущественнѣе мускуловъ, какъ бы ни
былъ силенъ духъ, ими управляющій.
— 260
ГЛАВА XXI.
Атака и взятіе 203-хъ метровой высоты 1).
Начальникъ штаба маршала Оямы, генералъ-маіоръ баронъ Ко-
дама и генералъ Фукашима пріѣхали изъ Маньчжуріи, незадолго до
штурма 26-го Ноября, — съ цѣлью лично ознакомиться съ поло-
женіемъ дѣлъ подъ Портъ-Артуромъ. Утромъ 27-го Ноября,—оба
эти генерала совмѣстно съ генераломъ Ноги, пришли къ печаль-
ному выводу, что штурмъ восточнаго фронта крѣпости окончился
неудачей, а слѣдовательно первая часть первоначальной программы
не была приведена въ исполненіе. Не было никакой надежды
сразу овладѣть крѣпостью и такимъ путемъ уничтожить русскую
эскадру.
Надо быть человѣкомъ съ желѣзнымъ характеромъ и зака-
ленной волей, чтобы, сейчасъ же вслѣдъ за рядомъ неудачъ и
тяжкихъ потерь, —заставить себя позабыть ужасные эпизоды едва
законченнаго боя и рѣшиться вести войска на еще болѣе трудный
и опасный подвигъ.
Послѣ неудобной попытки японцевъ одолѣть русскихъ на
восточномъ фронтѣ, они немедленно рѣшились обратить всѣ свои
усилія на западъ и такое рѣшеніе конечно заслуживаетъ лишь
удивленія и уваженія. Вмѣстѣ съ тѣмъ оно доказываетъ, какъ
сильно повліяла на всѣхъ неудача штурма 26 Ноября и какое
важное значеніе придавалось уничтоженію, стоявшей въ гавани,
русской эскадры. Врядъ ли случалось во время какой-либо войны,
чтобъ командующій рѣшился пожертвовать нѣсколькими тысячами
солдатъ, съ единственной цѣлью овладѣть горой, размѣры которой
не превышали по фронту и 200 ярдовъ, именно таково было
рѣшеніе генерала Ноги 27 Ноября. Когда японскіе генералы,
утромъ 27-го Ноября, вновь оглядѣли всю мѣстность и остановивъ
свои взоры на западномъ фронтѣ, то они поняли, что атака 203-хъ
*) Гора Высокая. Прим. перевод.
261 —
метровой высоты необходима и можетъ привести къ весьма важ-
нымъ результатамъ. Если атака закончится удачей, то русская
эскадра будетъ вынуждена или уйти изъ гавани Портъ-Артура,
или будетъ потоплена, стоя на якорѣ. Если взять высоту не удастся,
то наступитъ затишье и придется сидѣть подъ Портъ-Артуромъ
и брать горнизонъ голодомъ, что грозило затянуть осаду на мѣсяцы
и давало Балтійской эскадрѣ возможность своевременно прибыть
на театръ военныхъ дѣйствій. Генералъ Ноги рѣшилъ пустить
въ эту атаку всѣхъ бывшихъ у него людей до послѣдняго чело-
вѣка и какой бы то ни было цѣной взять высоту. Бой, который,
вслѣдъ за этимъ, закипѣлъ на сплонахъ 203 метровой высоты и
продолжался почти 10 дней, навсегда останется замѣчательнымъ
событіемъ въ военной исторіи. Бой имѣлъ такой эпическій ха-
рактеръ, что случись онъ 2000 лѣтъ назадъ, то традиціи и ле-
генды относящіяся къ мѣстности и борцамъ-героямъ, были бы
увѣковѣчены, дошли бы до насъ въ стихахъ и пѣсняхъ. Да и
теперь пройдутъ вѣка, осада Портъ-Артура будетъ позабыта, какъ
давно минувшій эпизодъ забытой войны, но наши отдаленные
потомки, глядя на 203 метровую высоту, вспомнятъ объ этомъ
эпическомъ боѣ.
Одинъ офицеръ, посѣтившій Портъ-Артуръ черезъ нѣсколько
мѣсяцевъ послѣ его сдачи, читалъ въ Чэтхэмѣ лекцію о выне-
сенныхъ имъ впечатлѣніяхъ. Онъ разсказывалъ, что, стоя на
вершинѣ 203-хъ метровой высоты, онъ былъ охваченъ своеоб-
разнымъ чувствомъ и ему казалось что онъ попалъ въ царство
смерти: весь скатъ высоты по которому японцы шли въ
атаку былъ совершенно оголенъ словно молодая травка отказы-
валась расти тамъ вновь и вся эта голая, пустынная высота
казалась вѣчнымъ свидѣтелемъ, происходившей здѣсь, кровопро-
литнѣйшей бойни. И японскія и русскія войска выказали въ эти
ужасные дни такое мужество и неустрашимость, что подвиги
ихъ затмили всѣ геройскіе эпизоды, имѣвшіе мѣсто во время этой
осады. Они словно забыли о смерти и казалось думали лишь о
— 262
томъ, что бы побѣдить или умереть. Вообще рядовые бойцы рѣдко
сознаютъ значеніе той позиціи, которую они штурмуютъ. Штурмъ
203-хъ метровой высоты и въ этомъ отношеніи являлся исклю-
ченіемъ: какъ бы ни были невѣжественны русскіе солдаты, ле-
жавшіе въ траншеяхъ на вершинѣ горы за которую умирали;
какъ бы мало ни понимали японскіе солдаты, въ траншеяхъ подъ
горою, стратегическія соображенія своихъ командировъ, посылав-
шихъ ихъ на смерть—въ данномъ случаѣ они отлично сознавали
все значеніе этой высоты и понимали какія важныя послѣдствія
можетъ повлечь за собой успѣхъ или неудача. Обѣ арміи созна-
вали, что наступилъ моментъ рѣшительной ставки—кости были
брошены—отъ выигрыша зависѣла судьба цѣннаго приза—русской
эскадры.
Для русскихъ неудача влекла за собой гибель Тихоокеан-
ской эскадры, за сохраненіе которой они столь упорно бились и
пропадала послѣдняя надежды на соединеніе ея съ Балтійской
эскадрой. Послѣдняя теряла надежду на успѣхъ, что влекло за
собой паденіе престижа Россіи на Дальнемъ Востокѣ. Для япон-
цевъ—если бы они одержали побѣду овладѣніе высотой имѣло
огромное значеніе: огромная тяжесть сомнѣній и неизвѣстностей
свалилась бы съ ихъ плечъ. Если бы Портъ-Артурская эскадра
была уничтожена, Адмиралу Того было бы легко справиться съ Бал-
тійской эскадрой. Взятіе высоты сверхъ того ускорило бы и па-
деніе Портъ-Артура. Таковы были цѣли, которыя сознавались
войсками обѣихъ сторонъ и за которыя они бились и умирали.
Къ несчастью для русскихъ—свойственная имъ небрежность
и непредусмотрительность, за которыя они уже не разъ плати-
тплись въ теченіе этой войны,^сказались и тутъ; 203-хъ метровая
высота не была укрѣплена соотвѣтствующимъ ея значенію —
образомъ. Артиллерійскіе офицеры еще до начала осады указы-
вали генералу Стесселю на значеніе этой позиціи, но какъ
видно онъ или пренебрегъ ихъ совѣтомъ или послѣдовалъ ему
слишкомъ поздно. Впрочемъ несправедливо осуждать Стесселя;
— 263
разъ Намѣстникъ Алексѣевъ могъ и долженъ былъ еще задолго
до войны озаботиться соотвѣтствующимъ укрѣпленіемъ города и
гавани которые ему были довѣрены. Конечно теперь, увидѣвъ
печальные результаты своего нерадѣнія и непредусмотритель-
ности, онъ горько въ нихъ раскаивается. Построй онъ, своевре-
менно, на 203 метровой высотѣ долговременный фортъ съ бруст-
веромъ, рвомъ и Капонирными галлереями, что стоило бы всего
нѣсколько тысячъ рублей, онъ предохранилъ бы отъ гибели ос-
татки Тихоокеанской эскадры и далъ бы послѣдней возможность
соединиться съ Балтійской эскадрой, что могло въ корнѣ, и въ
пользу русскихъ, измѣнить на Дальномъ Востокѣ всю обстановку.
Россія дорого поплатилась за свою самоувѣренность и беззабот-
ность въ подготовкѣ къ войнѣ, а пренебреженіе 203 метровой
высотой, по моему, было Причиной ея окончательнаго пораженія,
хотя эта возвышенность и носитъ названіе 203 метровой высоты
и названіе это всегда за ней останется, но оно едва ли къ ней
подходитъ. Возвышенность имѣетъ двѣ вершины, сѣдловиной;
юго-западная вершина имѣетъ 210 метровъ высоты, а сѣверо-
восточная — 203 метра. Русскіе называютъ эту возвышенность
«Высокая гора», а японцы «Роюсанъ». Въ послѣдующемъ опи-
саніи штурмовъ и взятія высоты мнѣ придется говорить объ
обѣихъ вершинахъ, а потому я буду именовать ихъ каждую от-
дѣльно—203—и 210-ти вершинами; говоря же о возвышенности,
какъ о цѣломъ, буду именовать ее Роюсанъ.
Роюсанъ стоитъ нѣсколько изолированно отъ общей группы
горъ, безпорядочно разбросанныхъ къ сѣверо-востоку отъ Голу-
биной бухты, извѣстныхъ подъ общимъ названіемъ «горной цѣпи
въ метрахъ (Меіге Кап§е)». Далѣе къ западу отъ нея лежатъ
болѣе низкіе холмы, занятые японцами еще въ сентябрѣ; на
сѣверо-западѣ возвышается Намакояма занятая ими тогда же.
Сѣверные склоны Роюсана спускаяются къ сѣдловинѣ, связыва-
ющей ихъ съ другой, болѣе низкой высотой, носившей названіе
«Акасакаяма» которая принадлежала русскимъ; эта высота от-
— 264
дѣляется отъ Накамакаямы, лежащей западнѣе, узкой лощиной.
Роюсанъ и «Акасакаяма» взаимно поддерживаютъ другъ друга,
ибо послѣдняя обстрѣливаетъ сѣверо-западный склонъ своей болѣе
высокой сосѣдки, въ то время когда первая, командуя «Акасака-
ямой», обстрѣливаетъ всѣ подступы къ ней.
Полевыя укрѣпленія на вершинѣ Роюсанабыли построены пре-
восходно, но конечно уступали въ силѣ долговременнымъ фортамъ
вродѣ Сѣвернаго Кейквансана и Пирусана. На вершинахъ 203-хъ
и 210 высотъ были выкопаны глубокіе блиндажи, покрытые же-
лѣзными рельсами и толстыми брусьями, поверхъ которыхъ были
навалены, въ большомъ количествѣ земляные мѣшки. Такая крыша
могла оказать сопротивленіе всѣмъ снарядамъ, за исключеніемъ
снарядовъ 28-ми сантиметровыхъ гаубицъ, но, какъ я уже гово-
рилъ выше, русскіе никогда не предполагали, что имъ придется
имѣть противъ себя орудія столь крупнаго калибра. Роюсанъ не
былъ изолированъ отъ главной группы восточныхъ фортовъ. Пре-
красно устроенныя траншеи, спускаясь по восточному склону
высоты и слѣдуя далѣе по цѣпи смежныхъ высотъ, соединяли
ее съ фортомъ Итцушанъ. Русскіе на пыльномъ склонѣ вы-
соты устроили крытый ходъ, по которому они могли получать
нужныя подкрѣпленія; ходъ этотъ оканчивался какъ разъ у сѣд-
ловины соединяющей обѣ вершины, и отсюда въ обѣ стороны
шли особые ходы, ведущіе къ гребнямъ вершинъ, которые и слу-
жили путями сообщенія для связи съ послѣдними. Западный
склонъ горы по которому должны были двинуться японцы—спу-
скается отъ вершины ярдовъ на 40, почти отвѣсно, образуя какъ
бы естественный эскарпъ; далѣе онѣ спускаются внизъ болѣе
отлого; близъ вершины русскіе устроили верхній ярусъ траншей,
а ниже, ближе къ подошвѣ, второй ярусъ и передъ нимъ — прово-
лочныя загражденія. Акасакаяма была укрѣплена такимъ-же обра-
зомъ. На обоихъ укрѣпленіяхъ не было нѣкакихъ орудій, кромѣ пу-
леметовъ.
Японцы не забыли своей неудачи при первой атакѣ Роюсана
265
въ сентябрѣ мѣсяцѣ. Съ того времени они неустанно вели сапы
по направленію вершины горы.
Это былъ тяжелый трудъ, ибо приходилось вести сапы че-
резъ долину у подошвы горы. Каждый ярдъ этихъ сапъ, обстрѣ-
ливался сверху русскими стрѣлками; приходилось копать сапы
болѣе глубоко, чѣмъ обыкновенно принято и работа подвигалась
впередъ медленно. Тѣмъ не менѣе въ 20-хъ числахъ ноября пе-
редовыя траншеи у. подножія Роюсана были закончены. Наибо-
лѣе удобно было вести атаку по юго-западному склону, противъ
210 метровой вершины, такъ какъ на этой сторонѣ атакующіе
войска были бы защищены отъ огня съ Акасакаямы. Но прежде
чѣмъ приступить къ атакѣ этой вершины, предстояло выбить
русскихъ изъ траншей у ея подножія. Японцы довели свои окопы
до самаго проволочнаго загражденія еще до 27 ноября т. е. до
начала атаки горы. Въ теченіе предыдущихъ двухъ мѣсяцевъ они
систематически бомбардировали Роюсанъ, причемъ дѣйствовали
и двѣ 28-ми сантиметровыя гаубицы, установленныя близъ штаба
1-ой дивизіи. Японцы полагали, что этими бомбардировками они
нанесли значительный вредъ русскимъ укрѣпленіямъ.
Положеніе общихъ сторонъ, утромъ 27 ноября, при началѣ
атаки, было таково: японцы занимали свои параллели у подошвы
западнаго склона горы, находясь въ весьма близкомъ разстояніи
отъ передовыхъ траншей русскихъ. Въ теченіе всего 27-го но-
ября не умолкала бомбардировка высоты, а передъ вечеромъ два
батальона 15-го полка атаковали нижнюю линію русскихъ тран-
шей. Въ полумракѣ завязалась отчаянная рукопашная схватка—
русскіе защищались упорно, но въ концѣ концовъ были выбиты
и уцѣлѣвшіе въ штыковомъ бою люди принуждены были отсту-
пить въ верхнія траншеи.
Выбивъ русскихъ изъ передовой позиціи, японцы, подъ при-
крытіемъ темноты, повели сапу вверхъ по направленію вершины
въ 210 метровъ. Русскіе съ своей стороны приложили всѣ уси-
лія, чтобы помѣшать работѣ японцевъ и непрерывными ружей-
266 —
ными залпами наносили имъ большія потери. За недостаткомъ
времени японцы наскоро сдѣлали высокую стѣнку изъ земля-
ныхъ мѣшковъ, доставляемыхъ снизу изъ траншей лежащихъ у
подножія высоты. Это дало 15-му полку возможность удержаться
на занятой позиціи и продвинуться выше до русскихъ верхнихтэ
траншей близъ гребня высоты. Въ 8 часовъ утра, 28-го ноября,
15-й полкъ двинулся въ атаку.
Въ этой атакѣ участвовало одиннадцать ротъ пѣхоты; 8 ротъ
наступало въ боевой линіи, постоянно обстрѣливая русскія тран-
шеи, а 3 роты остались въ резервѣ за 174-хъ метровой высотой.
Бой былъ упорный и потери японцевъ огромны.
Нѣкоторое время японцы почти не могли продвинуться впе-
редъ, настолько силенъ былъ ружейный огонь русскихъ стрѣл-
ковъ, сидѣвшихъ въ траншеѣ.
Вообще русскіе съ удивительной стойкостью и неустраши-
мостью защищали 210-ти метровую вершину, несмотря на градъ
снарядовъ морскихъ орудій, гаубицъ и шрапнель, полевыхъ ба-
тарей, который проникалъ буквально въ каждый уголокъ тран-
шей, въ каждую расщелину въ горѣ. Въ 2 съ половпную часа
пополудни японцы взобрались на самую вершину въ 210 мет-
ровъ и—остались на ней.
Во время описанной атаки два батальона были двинуты на
Акасакаяму, но были отброшены назадъ, понеся ужасныя потери.
Противъ нихъ былъ направленъ не только ружейный огонь рус-
скихъ стрѣлковъ, но и пулеметный съ вершины вь 203 метра.
Преимущество было на сторонѣ русскихъ и японцы отошли къ
своимъ параллелямъ. Старый храбрый полковникъ Теруда былъ
тяжело раненъ пулею на вылетъ, а его адъютантъ убитъ возлѣ
него.
Удачное занятіе вершины въ 210 метровъ было сигналомъ
къ общей атакѣ вершины въ 203 метра, по западному склону
Роюсана—первой резервной бригадой Коби. Полагали, что заняв-
шіе вершпну въ 210 метровъ батальоны могутъ оттуда обстрѣ-
— 267
ливать сосѣднюю вершину и тѣмъ содѣйствовать атакѣ послѣд-
ней. При всѣхъ предыдущихъ атакахъ вершины въ 203 метра
японцы подвергались огню русскихъ съ Акасакаямы, но на этотъ
разъ, они надѣялись, что русскимъ войскамъ на Акасакаямѣ при-
ходилось отбиваться отъ посланныхъ противъ нихъ двухъ ба-
тальоновъ перваго полка и потому считали себя съ этой стороны
обезпеченными. Но надежда эта не оправдалась. Японская пѣ-
хота, занявшая вершину въ 210 метровъ, не удержалась тамъ,
ибо русскіе открыли по нимъ убійственный огонь; съ форта вы-
двинули кромѣ того полевую батерею къ южной сторонѣ Рою-
сана, осыпавъ шрапнелью японпевъ занявшихъ вершину въ 210
метровъ 1). То же самое произошло и въ сентябрѣ, когда японцы
заняли на нѣкоторое время эту вершину, но вскорѣ оттуда были
выбиты. Японцы довели свои сапы до верхней траншеи; сюда
и отошли люди занявшіе было вершину и отсюда были ведены
всѣ послѣдующія атаки. Отступленіе съ вершины въ 210 мет-
ровъ пагубно отразилось на атакѣ вершины въ 203 метра: япон-
ская пѣхота упорно подвигалась здѣсь впередъ, несмотря на убій-
ственный огонь русскихъ и уже успѣла занять линію верхнихъ
траншей; но когда она хотѣла штурмовать вершину, то была
встрѣчена залпами, а также ручными гранатами, которыя дѣй-
ствовали губительно. Такъ какъ атака Акасакаямы не удалась,
хотя и повлекла большія потери,—то русскіе, занимавшіе эту
позицію, могли оказать сильную поддержку вершинѣ въ 203 мет-
ра. Общее дѣйствіе ручныхъ гранатъ, шрапнели и фланговаго
огня съ Акасакаямы преодолило японцевъ: они дрогнули и по-
бѣжали съ горы ища спасенія въ свопхъ параллеляхъ. Такимъ
образомъ единственнымъ результатомъ боя въ теченіе цѣлаго дня
было занятіе японцами незначительнаго участка верхней тран-
шеи подъ вершиной въ 210 метровъ. 29 ноября прошло спокойно
9 Во вроыя ноябрьскихъ штурмовъ Роюсана (г. Высокой), а для обстрѣливанія
юго-западнаго ея склона, было выслано на равнину къ юго-западу отъ горы—6 пол.
скоростр. орудій. Прим. переводчика
— 268
безъ общей атаки русскихъ позиціи. Положеніе дѣлъ начинало
безпокоить японцевъ: двѣ атаки на Роюсанѣ и одна на Акаса-
каяму были отбиты. Русскіе, несмотря на огромныя потери, упорно
держались на вершинахъ, не обращая вниманія на непрерывный
градъ снарядовъ, которымъ ихъ осыпали японцы.
Часовъ въ 10 утра 30 ноября рота японской пѣхоты, за-
нимавшая участокъ верхнихъ траншей подъ вершиной въ 210
метровъ, подъ прикрытіемъ артиллерійскаго огня, который вы-
нудилъ русскихъ отодвинуться ближе къ восточному склону го-
ры,—двинулась впередъ и подошла почти къ самому гребню вер-
шины. Русскіе немедленно выложили передъ собой высокій бру-
стверъ изъ мѣшковъ и укрылись за нимъ, удерживая за собой
восточную сторону вершины, въ то время какъ японцы держа-
лись на западной сторонѣ. Начался жестокій бой; черезъ стѣнку
бросались ручныя гранаты и, въ ходъ были пущены штыки и
приклады,—артиллерія обѣихъ сторонъ принуждена была пре-
кратить огонь, такъ какъ въ общей свалкѣ рисковала поражать
своихъ. Японцы стали обстрѣливать изъ орудій вершину въ 203
метра и тылъ 210 метровой съ цѣлью помѣшать прибытію рус-
скихъ подкрѣпленій. Этотъ бой длился до 2-хъ часовъ пополудни.
Въ 2 часа первый полкъ вновь повелъ наступленіе на Акаса-
каяму; несмотря на всю храбрость и энергію японскихъ офице-
церовъ—начало атаки было безуспѣшно и почти на всѣхъ пунк-
тахъ японцы были отбиты, лишь на небольшомъ участкѣ ниже
центра передовой русской траншеи,—въ мертвомъ пространствѣ,
удалось задержаться небольшой кучкѣ людей подъ командой 2-хъ
младшихъ офицеровъ. Нѣкоторое время они держались тамъ не-
подвижно, но затѣмъ офицеры,—выражаясь языкомъ, оффиціаль-
наго японскаго донесенія—разъяри лисьи бросились на русскія
траншеи, увлекая за собой людей; русскіе были выбиты изъ
траншей, большинство изъ нихъ было переколото штыками, и
японцы заняли транщею. Но затѣмъ снова произошло нѣчто не-
ожиданное: отрядъ русскихъ человѣкъ въ 50—предполагая, что
— 269 —
японцы ушли изъ занятой ими траншеи, или просто въ порывѣ
безумной отваги—вышли изъ траншей на гребнѣ Акасакаямы и
ринулись па засѣвшихъ въ нижней траншеѣ японцевъ. Японцы
замѣтили это движеніе, но, притаившись, допустили русскихъ
вплоть до траншеи—нѣкоторые даже въ нее спустились—затѣмъ
бросились въ штыки и началась рукопашная схватка. Русскіе
поняли, что отступленія нѣтъ и отчаянно дрались до тѣхъ поръ
пока всѣ не были перебиты. Скоро пришла очередь японцевъ:
ихъ собственная полевая артиллерія, не разобравъ въ чемъ дѣло,
или, быть можетъ, не узнавъ своихъ—стала пускать залпы по
всей горѣ, осыпая шрапнелью траншею, въ которой укрылась
японская пѣхота.
Огонь былъ такъ силенъ, что японцы выскочивъ изъ тран-
шеи, бросились внизъ по склону, попавъ подъ огонь русскихъ
стрѣлковъ, предпочитая погибнуть отъ русской пули, чѣмъ отъ
огня своихъ же пушекъ.
Пока на Акасакаямѣ происходило только что описанное—
рѣшено было вновь атаковать вершину въ 203 метра; для чего
было назначено нѣсколько свѣжихъ батальоновъ 26, 27 и 28-го
полковъ 7-ой дивизіи, еще не побывавшихъ въ бояхъ. Атака
началась и оказалась повтореніемъ неудачной атаки, предпри-
нятой днемъ 28 ноября. Роты наступали сомкнутыми рядами и
достигли верхней линіи русскихъ траншей, гдѣ укрылись въ
мертвомъ пространствѣ, по когда одинъ батальонъ попытался
преодолѣть послѣдніе 30—40 ярдовъ, то ружейнымъ и артил-
лерійскимъ огнемъ, штыками и гранатами былъ отброшенъ и въ
паническомъ страхѣ бросился внизъ, падая подъ русскими пу-
лями. Такимъ тяжелымъ пораженіемъ закончился день 30 но-
ября. Тѣмъ не менѣе столь большія потери все же не заставили
японскихъ генераловъ измѣнить свое рѣшеніе взять гору во что
бы то ни стало.
Какъ ни велики были японскія потери, но не надо забывать,
что и положеніе русскихъ силъ ухудшилось; съ каждымъ часомъ
ПОРТЪ-АРТ.
18
270 —
оборона ослаблялась и форты и укрѣпленія все болѣе и болѣе раз-
рушались непрерывнымъ огнемъ японской артиллеріи. Никакое
временное укрѣпленіе не могло долго противостоять 28-ми сан-
тиметровымъ гаубицамъ. Эти чудовища разбивали и уничтожали
все; они пробивали самыя толстыя блиндажныя крыши и уби-
вали людей подъ ними укрывающихся. Въ началѣ наступленія
японцевъ русскіе укрывались за восточнымъ скатомъ высоты,
и возвращались на гребень лишь тогда, когда оставленные тамъ
часовые давали знать, что японцы приближаются. Японцы, зани-
мавшіе почти половину вершины въ 210-ть метровъ, могли от-
туда наблюдать за восточными склонами Роюсана. Слѣдуя своему
обыкновенію, они немедленно провели на занятую ими позицію пе-
реносный телефонъ и, такимъ образомъ, могли сообщать своимъ
батареямъ расположеніе русскихъ на восточномъ склонѣ и объ
идущихъ къ нимъ подкрѣпленіяхъ. Артиллерія же, поддерживая
почти непрерывный огонь по восточному склону Роюсана, крайне
затрудняла своевременную высылку своихъ частей, для поддержки
защитниковъ горы. Во всякомъ случаѣ японцы убѣдились, что
взять Акасакаяму до паденія Роюсана невозможно и прекратили
атаки этого пункта.
Ночью 30-го ноября саперы съ помощью пѣхоты начали
копать узкую траншею подъ прямымъ угломъ къ своей передо-
вой параллели, по направленію вершины въ 203 метра; дѣлалось
это съ цѣлью укрыть людей отъ огня русскихъ съ Акасакаямы,
во время. Русскіе, заслышавъ стукъ мотыгъ и кирокъ, начали
обстрѣливать японцевъ наугадъ. Но даже этотъ безпорядочный
огонь нанесъ не мало вреда японцамъ—о чемъ молено было су-
дить по числу труповъ, валявшихся на другой день близь мѣста
работъ. Траншея эта была доведена до двухъ третей разстоянія,
по ближайшему и болѣе пологому скату, затѣмъ, въ виду того,
что стало свѣтать, японцы прекратили работу и большая часть
людей перешла въ верхнюю линію русскихъ траншей, лежащую
подъ крутымъ обрывомъ вершины въ 203 метра. Японцы наскоро
— 271
устроили здѣсь нѣсколько параллельныхъ траншей, едва успѣвъ
справиться съ этой работой до наступленія утра.
Утромъ 1 декабря въ рукахъ японцевъ была половина вер-
шины въ 210-ть метровъ, гдѣ они расположились за высокой стѣнкой
изъ мѣшковъ; русскіе держались по другой ея сторонѣ. Кромѣ
того, какъ я только что упоминалъ, японцы занимали, неболь-
шимъ отрядомъ, траншеи подъ обрывомъ вершины въ 203
метра.
Такимъ образомъ японцамъ удалось прочно устроиться вблизи
гребней обѣихъ вершинъ. Это былъ большой шагъ впередъ. Од-
нако положеніе людей на вершинѣ въ 203 метра, въ сущности,
было тяжелымъ: они не могли отступить и имъ нельзя было въ
теченіе дня выслать подкрѣпленіе, ибо наскоро плохо устроенная
траншея, ведущая вверхъ, совсѣмъ не защищала отъ русскаго
огня съ гребня горы и лишь отчасти закрывала отъ фланговаго
огня съ Лкасакаямы. Тѣмъ не менѣе было рѣшено произвести
новую атаку на 210-ти метр. и 203-хъ метр. вершины въ 3 часа
дня 1 Декабря.
Перваго числа утромъ Роюсанъ представлялъ любопытное
зрѣлище, если смотрѣть со стороны 174-хъ метр. сопки, откуда
я наблюдалъ за ходомъ боя. По Роюсану было выпущено столько
снарядовъ, что на склонахъ горы неоставалось и признака травы
и только мертвыя тѣла японцевъ покрывали ихъ голую поверх-
ность. Я попытался въ подзорную трубку сосчитать количество
убитыхъ, лежавшихъ на восточномъ склонѣ горы, но скоро при-
нужденъ былъ отказаться отъ этой задачи, такъ какъ ихъ ока-
залось нѣсколько сотенъ, въ особенности подъ верхней линіей
русскихъ траншей, гдѣ происходили самые жаркіе бои.
Въ теченіе всего утра перваго числа японская артиллерія
яростно бомбардировала Роюсанъ и каждый залпъ ослаблялъ,—
хотя и незамѣтно, силу сопротивленія русскихъ. Между 2—3
часами дня нѣсколько батальоновъ японской пѣхоты изъ долины
за Намакоямой двинулось впередъ въ параллели у подошвы горы»
18*
272 —
По щегольскому виду ихъ обмундированія можно было легко до-
гадаться, что то были вновь прибывшіе полки 7-ой дивизіи. На
солдатахъ были пальто цвѣта хаки, ибо хотя въ этотъ день
стояла прекрасная и ясная погода, но вообще нужно вспомнить, что
наступили довольно сильные морозы. Эти пальто были очень ши-
рокія и съ длинными рукавами, ибо они одѣвались поверхъ обыкно-
венной черной форменной одежды. Батальоны прошли по парал-
лелямъ и оттуда, по сапамъ, двинулись къ тому мѣсту у гребня
вершины въ 210 метровъ, гдѣ держались ихъ товарищи. Солдаты
медленно поднимались вверхъ низко наклонивъ голову, оберегая
себя отъ пуль перелетавшихъ черезъ брустверъ изъ мѣшковъ,
который былъ недостаточной высоты. Японскіе солдаты, зани-
мавшіе позицію у гребня вершины въ 210 метровъ отдѣлялись отъ
русскихъ только стѣнкой изъ мѣшковъ и пока къ нимъ подви-
гались свѣжіе батальоны подкрѣпленія, вступили съ ними въ
жаркій бой.
Единственное оружіе, которымъ противники, при этихъ ус-
ловіяхъ, могли сражаться были — ручныя гранаты и ими они
широко пользовались. Когда линія солдатъ, наступавшая изъ
параллелей, достигла стѣнки изъ мѣшковъ, которую занимала
передовая партія, онп разбились на двѣ группы и произвели двѣ
отдѣльныя атаки. Офицеръ предводительствующій одной изъ
этихъ частей перескочилъ черезъ мѣшки и около ста человѣкъ
солдатъ послѣдовали его примѣру; они выбили русскихъ изъ
верхней линіи траншей и бросились къ тому пункту ниже гребня
203-хъ метровой сопки, гдѣ держались японцы. Съ величайшимъ
героизмомъ этотъ офицеръ велъ своихъ людей почти на вѣрную
смерть: самъ онъ рѣзко выдѣлялся отъ другихъ, ибо для удобства
движеній сбросилъ свое пальто.
Въ началѣ атаки вершина Роюсана казалась пустынной, но
вдругъ, какъ только къ пей приблизились японцы, она оживи-
лась и покрылась русскими. Группа японцевъ, о которой я только
что говорилъ, быстро была уничтожена русскими, укрывавши-
273 —
мися за мѣшками, кучами развороченной земли и грудами облом-
ковъ, образовавшихся отъ бомбардировокъ. Вторая группа япон-
цевъ, пробовавшая атаковать русскихъ черезъ стѣнку изъ мѣш-
ковъ близъ гребня вершины въ 210 метровъ, съ цѣлью очистить
всю вершину отъ непріятеля, встрѣтила отчаянное сопротивленіе
русскихъ. Русскіе засыпали японцевъ ручными гранатами и про-
извели среди послѣднихъ страшное опустошеніе, и вскорѣ стало
ясно, что дальнѣйшая атака японцевъ будетъ безуспѣшна. Многіе
изъ атакующихъ стали сбѣгать внизъ по скату, ища закрытіе отъ
гранатъ, но такъ какъ закрытія не было, то большинство изъ
нихъ погибло. Пока шелъ этотъ бой, сотни японскихъ солдатъ были
собраны въ параллеляхъ противъ вершины въ 203-и метра и
стояли тамъ, готовыя броситься на общій штурмъ; но прежде,
чѣмъ удалось привести это намѣреніе въ исполненіе непредви-
денное обстоятельство совершенно измѣнило первоначальный
планъ атаки.
Какъ было сказано выше, та часть японцевъ, которая заняла
позицію подъ гребнемъ вершины въ 203 метра и держалась
тамъ съ предшествующей ночи, скрываясь за скалами и укры-
ваясь въ траншеяхъ, безъ всякаго предупрежденія и, насколько я
могъ замѣтить безъ всякой видимой причины, внезапно поки-
нула свои закрытія и пустилась бѣгомъ внизъ по склону къ
параллелямъ, наполненнымъ войсками, ожидавшими сигнала къ
штурму. Русскіе съ Роюсана и Акасакаямы открыли по бѣжав-
шимъ неистовую стрѣльбу: большинство было перебито, а остав-
шіеся въ живыхъ скрылись въ параллеляхъ. Такимъ образомъ
до начала общаго штурма передовой пунктъ, долженствовавшій
служить точкой откуда предполагалось начать штурмъ, былъ по-
терянъ. Вслѣдствіе этого уже не было возможности продолжать
въ этотъ день атаку и она была отложена. Къ концу дня рус-
скіе занимали Акасакаяму, 203-хъ метровую вершину и половину
210, другую половину которой занимали японцы.
2-го, 3-го и 4-го декабря японцы не атаковали руссскія позиціи.
274
По ночамъ саперы рыли сапы къ центру вершины въ 203
метра, къ тому пункту, гдѣ гора образуетъ глубокую впадину,
укрывающую отъ фланговаго огня съ Акасакаямы. Сапы начи-
нались нѣсколько ниже первой русской траншеи, отъ того пункта,
гдѣ оканчивалась мелкая траншея, вырытая ночью 30-го ноября.
Они были прекраснымъ образцомъ сапернаго искусства и были
исполнены весьма тщательно. Насыпи траншей были очень вы-
соки и представляли достаточную защиту отъ огня русскихъ съ
гребня Роюсана и Акасакаямы.
Въ продолженіи этихъ трехъ дней артиллерія непрерывно
бомбардировала русскія укрѣпленія, дробя гребень горы и обращая
въ щепы и мусоръ всѣ воздвигнутыя тамъ сооруженія. Непости-
жимо, какимъ образомъ русскіе продолжали держаться. Русской
пѣхотѣ приходилось испытывать на себѣ всѣ ужасы оборони-
тельной войны, и, надо отдать ей должное: быть можетъ, никогда
люди не выдерживали ихъ съ большей твердостью и самоотвер-
женіемъ. Большая часть русскихъ отступала внизъ по восточному
склону горы, когда они не ждали атаки и выжидала тамъ но-
ваго нападенія грознаго врага, но и сюда проникали японскіе
снаряды, такъ какъ нѣсколько японскихъ орудій спеціально об-
стрѣливали восточный склонъ горы, дабы помѣшать русскимъ
получать подкрѣпленія. Поистинѣ борьба за Роюсанъ была бит-
вой гигантовъ и ни одна страна въ самую славную эпоху своей
исторіи не выставляла на поле битвы болѣе рѣшительныхъ, му-
жественныхъ и самоотверженныхъ воиновъ, чѣмъ тѣ, какими
показали себя въ эти дни русскіе и японскіе войска.
Къ утру 5-го декабря сапы, ведущія къ вершинамъ Роюсана,
продвинулись впередъ насколько было возможно и саперы, раз-
рѣшивъ свою трудную задачу, предоставили пѣхотѣ выбивать
русскихъ. Рѣшено было въ этотъ день произвести общій окон-
чательный приступъ.
Предпріятіе это должно было имѣть рѣшительныя послѣд-
ствія и отраженіе штурма грозило такими гибельными послѣд-
275 —
ствіями, что были приняты всѣ предосторожности для обезпе-
ченія успѣха. Каждый солдатъ сознавалъ, что настала крити-
ческая минута и если приступъ не удастся, то придется отка-
заться отъ атаки.
Рано утромъ всѣ орудія, которыя только молено было напра-
вить на Роюсанъ, сосредоточили свой огонь по этой роковой горѣ, —
которую слѣдуетъ назвать горой страшнаго суда, снова нача-
лась бомбардировка, про которую можно сказать, что она была
дѣйствительно убійственной: летѣли снаряды большихъ гаубицъ,
вѣсившіе 500 фунтовъ, снаряды морскихъ орудій крупнаго ка-
либра, полевыхъ гаубицъ и полевой артиллеріи.
Кто самъ не видалъ такой страшной битвы, тотъ не можетъ
себѣ представить ничего подобнаго. Въ подобныхъ случаяхъ на-
ходишься какъ бы въ особой сферѣ, чувствуется, что сила людей
совершенно подавляется совершенствомъ современной артиллерій-
ской техники. Безпрерывно летающіе надъ головами солдатъ
огромные снаряды, производящіе при взрывѣ разрушительное
сотрясеніе земли и воздуха, не внушаютъ имъ ни страха, ни
трепета; напротивъ того, они гордятся тѣмъ, что участвуютъ въ
битвѣ гигантовъ; ихъ можно сравнить съ скромными статистами,
играющими иа одной сценѣ съ великимъ артистомъ: проникаясь
силой его таланта, они изо всѣхъ силъ стараются внести въ
игру и свою долю, чтобъ почувствовать на себѣ отблескъ его
славы. Казалось весь Роюсанъ былъ охваченъ пламенемъ; иск-
лючая небольшой участокъ на вершинѣ въ 210-ть метровъ, гдѣ
держались японцы, готовые идти на приступъ; не было ни од-
ного дюйма на гребнѣ и въ тылу горы, укрытой отъ этой ко-
нонады.
Одинъ изъ командировъ бригадъ 7-ой дивизіи, генералъ-маіоръ
Саито, былъ назначенъ командовать войсками, которые должны
были итти на рѣшительный приступъ. Въ его распоряженіи
находилось восемь батальоновъ 7-ой дивизіи и утромъ, пока
происходила бомбардировка, этотъ отрядъ расположился укрыто
— 276 —
за Намакаямой и 174-хъ метр. высотой. Вскорѣ послѣ полудня
батальонамъ былъ данъ приказъ построиться и итти къ парал-
лелямъ у подошвы Роюсана. Полковыя знамена развѣвались въ
долинѣ, по которой войска должны были проходить, двигаясь въ
боевую линію и каждый батальонъ, проходя передъ знаменами
церемоніальнымъ маршемъ, останавливался и салютовалъ имъ, а
солдаты громко клялись, что они или овладѣютъ горою, или не
вернутся живыми. Старались сколь возможно больше возбудить
энтузіазмъ солдата и рѣшили что лучшій способъ для этого,
передъ самымъ выступленіемъ ихъ противъ непріятеля, въ видѣ
послѣдняго напутствія, напомнить имъ, что отъ ихъ усилій
будетъ зависѣть не только честь родины, по и ея безопасность.
Когда' головная часть подошла къ параллелямъ у подножія
горы, солдатъ пустили впередъ по сапамъ, устроеннымъ въ
теченіе предыдущихъ трехъ ночей, по направленію восточнаго
склона вершины въ 203 метра. Когда сапы наполнились
людьми, то остальные роты остались въ резервѣ въ параллеляхъ
у подошвы горы, чтобы въ нужную минуту двинуться на помощь.
Сильныя подкрѣпленія двинулись также на гребень вершины
въ 210 метровъ, гдѣ японцы продолжали держаться, отдѣленные
отъ русскихъ высокой стѣнкой изъ земли и мѣшковъ. Около
трехъ часовъ дня бомбардировка вершины въ 210 метровъ
внезапно прекратилась и японцы стали перелѣзать черезъ эту
стѣнку и, встрѣтивъ лишь слабое сопротивленіе русскихъ, скоро
овладѣли всѣмъ гребнемъ вершины. За разгромленнымъ бру-
стверомъ нашли въ живыхъ только 3-хъ русскихъ, между ними
былъ начальникъ отряда оборонявшаго вершину. Какъ только
занятіе вершины въ 210 метровъ было замѣчено японцами
съ вершины въ 203 метра, находившійся тамъ въ передовой
сапѣ—отрядъ, получилъ приказаніе атаковать верхнюю линію
русскихъ траншей, отстоявшую отъ него всего въ 40 ярдахъ.
Около 500 человѣкъ бросилось впередъ въ то время, какъ другіе
заняли очищенныя траншеи и открыли огонь по русскимъ,
277 —
пытавшимся задержать наступающихъ впередъ. Японцы заняли
верхнюю линію русскихъ траншей почти безъ выстрѣла, затѣмъ
имъ дали передохнуть, пока артиллерія опять, но уже въ послѣд-
ній разъ, открыла бомбардировку по гребню. Черезъ нѣсколько
минутъ солдаты, занявшіе верхнія русскія траншеи, появились
снова и стали взбираться вверхъ и о разрытому снарядами
склону вершины въ 203 метра. За ихъ движеніемъ слѣдили со
страхомъ, такъ какъ именно на этомъ мѣстѣ подъема японцы
каждый разъ съ ужасными потерями отбрасывались русскими.
Люди съ вершины 210 метровъ стали спускаться къ сѣдловинѣ,
отдѣляющей эту вершину отъ вершины въ 203 метра. Они
встрѣтили лишь слабое сопротивленіе, такъ какъ русскіе поки-
нули вершины Роюсана и прежде чѣмъ наблюдатели могли
уяснить себѣ все происходившее, солдаты Микадо были уже на
обѣихъ вершинахъ, гдѣ ясно вырисовались на фонѣ голубого
небосклона.
Ничего не было удивительнаго въ томъ, что русскіе отсту-
пили съ Роюсана, ибо бомбардировкой всѣ укрѣпленія были
приведены въ такое состояніе, что даже мышенку не нашлось бы,
гдѣ укрыться. Чувства японскихъ офицеровъ, вступившихъ
первыми на гребень вершины въ 203 метра, вѣроятно можно
сравнить съ чувствомъ французской арміи, когда передъ нею съ
Воробьевыхъ горъ открылась панорама Москвы. Только тутъ
японцы вполнѣ уяснили себѣ все значеніе своего успѣха: они
почувствовали въ своихъ рукахъ объектъ ихъ постоянныхъ вож-
делѣній, изъ за котораго они такъ упорно и храбро сражались.
Передъ ними открылся видъ на гавань, съ русскимъ флотомъ,
стоявшимъ на якорѣ. Они сознавали, что труднѣйшая часть
задачи рѣшена: крѣпость могла продержаться еще нѣсколько
времени, но русскій флотъ былъ обреченъ на гибель. Гавань не
представляла защиты русскимъ судамъ и имъ неизбѣжно пред-
стояло или быть потопленнымп стоя на якорѣ, или онп должны
были, тотчасъ же, выйти въ открытое море и тамъ встрѣтить
— 278 —
Того, въ то время какъ Балтійская эскадра находилась еще
въ разстояніи нѣсколькихъ тысячъ миль. Послѣ взятія японцами
Роюсана, Акасакаяма еще оставалась въ рукахъ русскихъ, но
японцы не произвели попытки овладѣть ею. Русскіе скоро
поняли, что невозможно долго держаться на Акасакаямѣ. Вече-
ромъ 6-го, пользуясь темнотой, они покинули эту позицію,
которую японцы немедленно заняли 1)«
Весьма трудно было опредѣлить вѣроятныя потери японцевъ
въ каждомъ отдѣльномъ бою и число павшихъ на 203 метровой
высотѣ и возлѣ нея не можетъ быть установлено вполнѣ точно.
По моимъ соображеніямъ, принявъ потерю японцевъ въ 9—10
тысячъ убитыми и ранеными мы будемъ близки къ вѣрной
цифрѣ; другіе же увеличиваютъ ее до 12000 человѣкъ. Несо-
мнѣнно, потери были не менѣе 9000, но весьма вѣроятно, что
они были и больше. Въ одной 7-ой дивизіи, впервые бывшей въ
дѣлѣ, насчитано болѣе 6000 убитыхъ и раненыхъ.
Высота эта, послѣ взятія ея японцами, могла бы стать
идеальнымъ пунктомъ для «Мирной Конференціи». Со времени
Бородинской битвы еще никогда не было скучено столько
убитыхъ, на такомъ тѣсномъ пространствѣ. По мѣрѣ подъема
вверхъ по склону убитые лежали все гуще и гуще, ибо тутъ
штурмующіе попали подъ фланговый огонь съ Акасакаямы. Во
время этихъ штурмовъ стояли сильные морозы и потому трупы
прекрасно сохранились.
Интересно было наблюдать различныя позы и разнообразныя
выраженія на мертвыхъ, окаменѣвшихъ лицахъ убитыхъ. По
естественной позѣ и довольному, почти счастливому, выраженію
лицъ нѣкоторыхъ убитыхъ казалось, что смерть ихъ была
естественна и безболѣзненна; другіе же имѣли страшный видъ
и въ каждой чертѣ ихъ лица застыло выраженіе ужаса и страха.
9 Акасакаяма (г. Плоская) была очищена въ ночь съ й-го на 6-ое.
Прим. Перевод.
— 279
Вѣроятно то были умершіе не сразу, пережившіе всѣ муки
медленно надвигавшейся смерти. У многихъ убитыхъ, особенно
среди японцевъ, сраженныхъ при подъемѣ на крутой скатъ
горы—зубы были стиснуты и лица ихъ хранили слѣды дикой
рѣшимости. Убитые японцы имѣютъ страшный видъ, такъ какъ
ихъ лица послѣ смерти становятся зелеными, что придаетъ
имъ неестественный видъ. Я былъ очень удивленъ, увидя среди
убитыхъ японцевъ большое количество совсѣмъ молодыхъ солдатъ,
почти мальчиковъ: они были изъ состава 7-ой дивизіи и, по
неизвѣстной мнѣ причинѣ, дивизія эта была главнымъ образомъ
укомплектована очень молодыми людьми. Любопытное явленіе
представляетъ тотъ фактъ, что чѣмъ солдатъ моложе, тѣмъ
болѣе лицо его послѣ смерти сохраняетъ слѣды сильнаго возбуж-
денія. Лица тѣхъ юношей, которые при штурмѣ высоты въ
203 метра были въ дѣлѣ въ первый и въ послѣдній разъ,
сохраняли отпечатокъ всѣхъ тѣхъ разнообразныхъ ощущеній,
которыя свойственны молодымъ людямъ въ подобныхъ случаяхъ.
Эти лица выражали смѣшанныя чувства — рѣшимости, страха и
большого удивленія. Безъ сомнѣнія все это они переживали,
когда бились, падали и умирали подъ градомъ снарядовъ и пуль.
Все пространство отъ русской линіи траншей до гребня высоты
представляло картину не поддающуюся описанію: на протяженіи
послѣднихъ 40 ярдовъ штурмовыя колонны были встрѣчены не
только ружейнымъ и орудійнымъ огнемъ, но и сотнями ручныхъ
гранатъ; убитые и раненые, павшіе возлѣ гребня, буквально были
растерзаны на куски, сосредоточеннымъ огнемъ русской и
японской артиллеріи—ни одинъ человѣкъ не уцѣлѣлъ. Склоны
высоты были усѣяны разрозненными частями человѣческихъ
тѣлъ, черепами, клочками человѣческаго мяса, разорванными
частями туловища—печальными останками человѣческаго суще-
ства; все это перемѣшалось съ осколками гранатъ, сломанными
штыками, изогнутыми винтовками и обломками камней, оторван-
ныхъ отъ горы взрывами снарядовъ. Укрѣпленія на гребняхъ обѣихъ
— 280 —
вершинъ были разрушены до неузнаваемости и трудно было пред-
ставить себѣ ихъ прежнія очертаніе. Среди этого смѣшенія камен-
ныхъ глыбъ, земляныхъ мѣшковъ, гранатъ, обуглившихся бревенъ,
исковерканнаго оружія, клочковъ мундировъ и разнаго рода
амуниціи лежали сотни японскихъ и русскихъ солдатъ. На
восточномъ склонѣ горы большинство убитыхъ составляли русскіе,
на западномъ—японцы; на гребнѣ лежали вперемешку тѣ и
другіе. Въ одномъ углу разрушеннаго блиндажа въ который я
заглянулъ, человѣкъ 12 русскихъ солдата сидѣли прислонившись
къ стѣнѣ, со скрещенными на груди руками, а ихъ заряженныя
винтовки были приставлены къ стѣнкѣ. Ни одного изъ нихъ
нельзя было принять за убитаго, казалось, что они заснули;
на нѣкоторыхъ не было замѣтно и слѣдовъ пораненія. Повиди-
мому они были убиты силой взрыва крупнаго снаряда, не будучи
имъ задѣты. Другой интересный фактъ: часто ручныя гранаты
и снаряды разрываясь, сжигали на людяхъ всю одежду, и
многіе трупы лежали совершенно оголенные.
Не легко было очистить высоту отъ множества тѣлъ уби-
тыхъ и раненыхъ и на это потребовалось нѣсколько дней, но
благодаря стоявшимъ въ эти дни морозамъ замедленіе это вред-
ныхъ послѣдствій не имѣло. Каждый день на гору подымались
нижніе чины разныхъ частей для опознанія среди лежащихъ
труповъ кого-нибудь изъ своихъ товарищей, чтобы затѣмъ послать
въ Японію грустную вѣсть о погибшихъ. Во время войны каждый
японскій солдатъ носитъ иа себѣ ярлыкъ съ обозначеніемъ на
немъ его имени и части, но большей частью трупы солдатъ,
убитыхъ близъ гребня, были настолько изуродованы, что не
могло быть и рѣчи объ опознаніи ихъ. Сохранившіеся трупы
послѣ выясненія ихъ личности уносились внизъ и складывались
у подошвы ея въ ожиданіи сожженія. Предварительно врачи
вырѣзывали у каждаго убитаго «Адамово яблоко», чтобъ пере-
слать его роднымъ въ Японію. Русскія укрѣпленія на гребнѣ
Роюсана исправлялись русскими во время перерывовъ меледу
281
японскими атаками, причемъ зачастую вмѣсто мѣшковъ употреб-
лялись трупы убитыхъ и черезъ этотъ ужасный, импровизиро-
ванный брустверъ обѣ стороны сражались штыками и ручными
гранатами.
Послѣ потери Роюсана русскіе вѣроятно сильно пали духомъ;
ибо хотя ея вершина могла обстрѣливаться съ западныхъ фортовъ,
но оии даже не пытались обстрѣливать японцевъ, открыто расха-
живавшихъ по горѣ и ясно вырисовывавшихся иа фонѣ неба.
Чтобъ описать все, что происходило въ эти дни иа Роюсанѣ,
необходимо еще нѣсколько главъ, почему не будемъ больше
останавливаться иа всѣхъ этихъ ужасахъ.
Рѣдко во время войны представляется случай обнаружить
столь высокія качества храбрости, стойкости и преданности
долгу, какія были проявлены японскими и русскими солдатами
въ борьбѣ за эту высоту. Слава въ этой борьбѣ принадлежитъ
въ равной степени обѣимъ сторонамъ и если успѣхъ выпалъ
на долю японцевъ, то исключительно благодаря тому, что ихъ
артиллерія совершенно разбила русскія укрѣпленія и они имѣли
возможность высылать въ поддержку атакующимъ частямъ —
свѣжія войска. Всѣ павшіе, будь то русскіе или японцы, воз-
двигли себѣ вѣчный памятникъ иа этой высотѣ, за обладаніе
которой они пожертвовали своей жизнью. Памятники, созданные
руками людей, подвержены тлѣнію, но съ именемъ 203 метровой
высоты навѣки будутъ связаны преданія и сказанія о мрачныхъ
дняхъ съ 27-го ноябра по 5-ое декабря.
Глава XXII.
Гибель русскихъ военныхъ судовъ.
Японцы не отложили до слѣдующаго дня своего намѣренія
уничтожить русскія военныя суда, стоявшія на якорѣ въ гавани.
Они предполагали, что русскіе, вѣроятно, снова выйдутъ въ море
282 —
и попытаются уйти. Такому предпріимчивому народу, какъ япон-
цамъ, казалось почти невѣроятнымъ, чтобы можно было позво-
лить уничтожить цѣлую эскадру, стоящую на якорѣ; однако рус-
скіе примирились съ такимъ исходомъ. Тотчасъ послѣ захвата
203 метр. высоты на гребнѣ ея была очищена небольшая пло-
щадка и на ней построили блиндажъ для наблюдательной станціи,
въ которомъ поставили подзорную трубу. Туда послали морскихъ
офицеровъ и соединили станцію съ батареей 28 сентим. гаубицъ;
такимъ образомъ японцы могли корректировать огонь каждой
пушки и были въ состояніи судить о степени поврежденій, по-
лученныхъ судами. 6-го декабря началась бомбардировка; въ
этотъ день «Полтава» получила нѣсколько пробоинъ и вечеромъ
сильно накренилась. На узкой сѣдловинѣ между 203 метр. вы-
сотой и Акасакаямой японцы поставили нѣсколько 47 м/м. мор-
скихъ пушекъ и такимъ образомъ могли обстрѣливать русскія
суда прицѣльнымъ огнемъ. Способъ установки этихъ орудій могъ
служить примѣрнымъ: они были помѣщены по линіи горизонта и
были ясно видны русскимъ артиллеристамъ на западныхъ фор-
тахъ, но матросы построили вокругъ нихъ блиндажи изъ дерева,
крытые земляными мѣшками настолько основательно, что эта
покрышка не уступала въ прочности 6-дм. стальной бронѣ.
Обстрѣливаніе русскихъ броненосцевъ представляло интерес-
ное зрѣлище, но только съ вершины Роюсана можно было ви-
дѣть, куда подали снаряды. Повидимому, временами, артилле-
ристы бросали свои снаряды въ море, и вообще большая часть
ихъ не попадала въ цѣль, но все же въ первые два дня бом-
бардировки достаточное количество ихъ достигло мѣста назна-
ченія и могло убѣдить русскихъ, что они должны либо покинуть
гавань, либо примириться съ гибелью судовъ. Одно за другимъ
гибли русскія суда: первымъ «Полтава», вторымъ «Ретвизанъ»
и затѣмъ, сейчасъ же, послѣдовательно: «Паллада», «Баянъ»,
«Побѣда» и «Пересвѣтъ». Только одинъ капитанъ фонъ-Эссенъ
пытался спасти свое судно,—броненосецъ «Севастополь». 9-го де-
283 —
кабря это судно вышло изъ гавани и стало на якорѣ ниже Ти-
гроваго Хвоста. Вокругъ броненосца были поставлены боны и въ
продолженіе 3-хъ дней онъ отражалъ атаки японскихъ минонос-
цевъ. Наконецъ, часть боны была испорчена и мина повредила
корпусъ и рулевой приводъ броненосца. Видя безнадежное поло-
женіе судна, фонъ-Эссенъ, въ ту же ночь, отвелъ броненосецъ
на глубокое мѣсто и тамъ потопилъ его По крайней мѣрѣ на
«Севастополѣ» никогда не будетъ развѣваться японскій флагъ.
Въ то время японцы предполагали, что они потопили суда своими
снарядами; въ дѣйствительности же этого не было, ибо потомъ
выяснилось, что русскіе потопили ихъ сами, дабы защитить отъ
снарядовъ въ 500 фунтовъ вѣса. Морскіе японскіе офицеры съ
наблюдательной станціи видѣли, что ни одно изъ этихъ судовъ
не могло снова идти въ море. О чемъ и доносили, но только
теперь стало извѣстно, что русскіе суда уже были затоплены,
чтобы предохранить ихъ отъ навѣснаго огня 28 сентим. гаубицъ,
въ надеждѣ, что если крѣпость будетъ освобождена, то молено
будетъ поднять ихъ снова.
Самъ адмиралъ Того, съѣхавъ съ «Миказы», взобрался на
203-хъ метровую высоту и сдѣлалъ окончательный обзоръ всѣхъ
судовъ въ гавани. Исключая крейсера «Баяна», затонувшаго въ
восточномъ бассейнѣ, остальныя военныя суда стояли близъ бе-
рега подъ защитою Паюсанской горы* 2), находящейся у берега.
Эта гора укрывала флотъ отъ японцевъ, въ то время, когда они
захватили Намакояму и они вынуждены были атаковать 203-хъ
метровую высоту.
Вся важность подвига 1-ой и 7-ой дивизій стала понятна
доблестному Того; когда онъ стоялъ на Роюсанѣ, среди тысячъ
труповъ павшихъ воиновъ, погибшихъ для помощи ему и его
*) «Севастополь» былъ потопленъ лишь утромъ 20 декабря ст. стиля (2 января
нов. ст.) и еще наканунѣ, 19-го, изъ 12-ти дм. орудій обстрѣливалъ японцевъ, атако-
вавшихъ передовую позицію западнаго фронта. Прим. Перев.
2) Гора Перепелка. Прим. Перев.
— 284 —
флоту. Подвиги японскаго флота, совершенные подъ начальствомъ
знаменитаго адмирала, покрыли его славой, но во время морскихъ
торжествъ въ Токіо представители дивизій, которые захватили
Роюсанъ, должны были занять почетное мѣсто, ибо имъ однимъ
японскій флотъ обязанъ окончательнымъ истребленіемъ русской
эскадры. Безъ ихъ содѣйствія на смотру въ заливѣ Токіо, на
якорѣ, никогда бы не стояла великолѣпная эскадра болѣе чѣмъ
въ 200 судовъ. Думается, адмиралъ Того и офицеры служившіе
подъ его начальствомъ, никогда бы не рѣшились отнять отъ
храбрыхъ солдатъ 1-ой и 7-ой дивизій заслуженный ими по-
четъ.
Когда адмиралъ Того убѣдился, что ни одно русское судно
никогда уже не будетъ въ состояніи выйти въ море, то теле-
графировалъ объ этомъ въ морское министерство. Ни одно из-
вѣствіе съ театра войны, доходившее до Токіо, — причемъ всѣ
они, за небольшимъ исключеніемъ, были пріятныя,—не вызвало
въ Японіи такой сильной радости и не дало такого чувства облег-
ченія, какъ извѣстіе объ окончательномъ истребленіи Портъ-Артур-
ской эскадры. Чтобы достигнуть этого результата, японцы нѣ-
сколько разъ штурмовали крѣпость. Они потратили милліоны и
пожертвовали жизнью тысячъ людей; число убитыхъ и раненыхъ
въ это время превышало 64,000 человѣкъ. Шесть мѣсяцевъ про-
должалась отчаянная борьба, которая рѣдко бывала въ другихъ
войнахъ, пока, наконецъ, она не завершилась днемъ 5-го декабря,
когда японскіе солдаты стали на вершинѣ Роюсана. Несмотря на
страшную потерю въ людяхъ, въ виду важности достигнутой цѣли,
не можетъ быть и рѣчи о напрасныхъ жертвахъ, даже еслибъ
явилась необходимость пожертвовать вдвое больше, и тогда япон-
скіе генералы не стали бы колебаться при подобныхъ обстоятель-
ствахъ. Между павшими во время атаки 203-хъ метровой высоты
былъ убитъ второй сынъ Ноги, офицеръ штаба 7-ой дивизіи,
смертельно раненый въ голову въ то время, когда онъ переда-
валъ приказаніе въ боевую линію. Первый сынъ генерала палъ
— 285
во время атаки Наныпана, доблестно ведя свою роту въ атаку
противъ непріятельскихъ окоповъ.
Взятіе 203-хъ метровой высоты заставило русскихъ поки-
нуть линію траншей, идущихъ отъ ея вершины до форта Итцу-
шанъ. Съ 5-го декабря японцы сдѣлались хозяевами всей откры-
той полосы мѣстности у Голубиной бухты и Ляотешаня, хотя
здѣсь еще произошло нѣсколько стычекъ, прежде чѣмъ русскіе
были окончательно оттѣснены къ линіи ихъ постоянныхъ укрѣп-
леній на западѣ; но борьба здѣсь не была жестокой3). Послѣ
занятія 203-хъ метровой высоты русская оборонительная линія
была сокращена до крайнихъ предѣловъ и роковая слабость Портъ-
Артура, какъ крѣпости, сдѣлалась очевидной. Укрѣпленія были
слишкомъ близко расположены къ гавани и къ городу, и могли
быть уничтожены огнемъ орудій осаждающей арміи съ той ми-
нуты, какъ была захвачена 203-хъ метровая высота.
Въ то время, какъ обѣ арміп ожидали результата боя за
обладаніе 203-хъ метровой высотой, на восточномъ фронтѣ пре-
кратились военныя дѣйствія и въ теченіе десяти дней отъ 26 но-
ября до 5 декабря здѣсь не было слышно ни одного выстрѣла,
ни со стороны русскихъ, ни со стороны японцевъ, и лишь съ
западнаго фронта доносился громъ орудій, бомбардировавшихъ
203-хъ метровую высоту. 2-го декабря русскіе въ Хигаши Кей-
квансанъ подняли бѣлый флагъ, изъ укрѣпленія вышелъ русскій
офицеръ и попросилъ вызвать для переговоровъ японскаго штаб-
наго офицера. Его просьба была передана по телефону въ глав-
ную квартиру, и генералъ Ноги, бывшій на западѣ, разрѣшилъ
японскому офицеру выйти для переговоровъ съ русскимъ и узнать,
что онъ желаетъ. Вышелъ офицеръ штаба 11-ой дивизіи и рус-
скій офицеръ заявилъ ему, что русскіе предоставляютъ японцамъ
8) Послѣ паденія Роюсана (Высокой) были очищены лишь прилегающія къ ней
высоты, передовая же позиція западнаго фронта, находившаяся къ западу отъ нея до
южнаго побережья Малой Голубиной бухты, включительно, оставалась въ нашихъ ру-
кахъ до 19-го декабря ст. стиля (1-го янв. нов. ст.). Прим. Перев.
портъ-лрт. 19
— 286
возможность убрать своихъ раненыхъ, павшихъ во время штурма
26-го ноября, ибо они (русскіе) не могутъ придти къ нимъ на
помощь. Онъ также хотѣлъ условиться о погребеніи умершихъ,
оставленныхъ около Хигаши Кѳйквансана. Русскіе хотѣли полу-
чить отвѣтъ въ то же утро къ 10 ч., но такъ какъ сдѣлать это
было невозможно, то они заявили, что придутъ на другое утро
въ то же время. Генералъ Ноги охотно согласился на зто пред-
ложеніе, поставивъ единственнымъ условіемъ, что на западѣ
военныя дѣйствія не прекратятся, т. е., что японцы будутъ про-
должать атаки 203-хъ метровой высоты.
3-го декабря бѣлый флагъ былъ снова поднятъ и въ про-
долженіе трехъ часовъ отъ 12 ч. утра до 3 ч. дня собирали ра-
неныхъ и хоронили мертвыхъ. Это былъ первый случай, что офи-
церы враждебныхъ армій имѣли случай мирно встрѣтиться; оче-
видно это перемиріе вызвало большой интересъ. Сцены были дѣй-
ствительно любопытныя. Нѣсколько русскихъ офицеровъ вышли
изъ своихъ траншей и были встрѣчены японскими офицерами
11-ой дивизіи. Обѣ стороны принесли съ собой угощеніе. Японцы
принесли коньякъ, «саки», пиво и другой провизіи; я думаю они
ожидали, что русскіе будутъ благодарны за такое угощеніе послѣ
лишеній перенесенныхъ во время осады. Но русскіе никоимъ обра-
зомъ не хотѣли показать, что они въ чемъ либо нуждаются и
принесли съ собою красное вино, шампанское, коньякъ и разное
печенье. Съ такими запасами враги сошлись, для дружеской бе-
сѣды, продолжавшейся три часа, пока носильщики подбирали ра-
неныхъ и хоронили мертвыхъ. Въ восьми миляхъ къ западу отъ
нихъ находилась высота въ 203 метра, откуда слышался громъ
пушехъ и ружейная стрѣльба, такъ какъ японцы снова возобнов-
ляли атаки и опять были отбрасываемы стойкой пѣхотой, рас-
положенной на гребнѣ. Какъ русскіе, такъ и японцы были очень
заинтересованы этой оригинальной встрѣчей и не могли не кос-
нуться въ разговорѣ о боѣ, кипѣвшемъ на западѣ. — «Вамъ ни-
когда не овладѣть 203-хъ метровой высотой», — сказалъ одинъ
— 287 —
русскій офицеръ японскому капитану.—«Мы купимъ ее кровью»,—
отвѣтилъ на это послѣдній. Такой отвѣтъ вызвалъ одобреніе рус-
скихъ. Извѣстный профессоръ Шиба, бывшій довольно долгое
время при штабѣ генерала Ноги настолько расчувствовался, что
рѣшилъ произнести рѣчь.
Онъ произнесъ ее по-японски, и она была переведена по русски.
«Подобная встрѣча» сказалъ онъ, «можетъ произойти только
между храбрыми противниками. Къ чему японцамъ враждовать
съ русскими? Конечно эту войну надо довести до конца, но какъ
только она окончится, Россія соединится съ Японіей и они тогда
будутъ столь могущественны, что смогутъ раздѣлить меледу собою
весь земной шаръ. Взгляды высказанные любезнымъ профессоромъ
Шибою были встрѣчены громкими криками русскихъ: «да, да». Ста-
каны были наполнены и обѣ стороны выпили за обоюдное здоровье.
Русскіе заявили, что они не были бы въ состояніи выдержать
еще два такихъ штурма, какъ 26-го ноября. Они сообщили также,
что люди ихъ питаются теперь только хлѣбомъ, и получаютъ
только разъ въ недѣлю ослиное мясо и конину. Около 3 часовъ
офицеры разошлись, полсавъ другъ другу на прощаніе руки;
японцы высказали надежду, что они скоро снова встрѣтятъ
своихъ любезныхъ противниковъ, а русскіе отвѣтили, что, по
ихъ мнѣнію, это произойдетъ не скоро. Бѣлые флаги были спу-
щены и пѣхота начала перестрѣливаться между собою. Рѣчь про-
фессора Шибы, въ которой онъ предполагалъ, что Россія и Япо-
нія раздѣлятъ меледу собою весь міръ, вызвало между иностран-
цами, бывшими при арміи, сильное неудовольствіе. Конечно это
было не по рыцарски со стороны профессора, что онъ забылъ,
при дѣлежѣ земного шара, союзника своей страны, такъ усердно
поддерживавшаго Японію въ то время, когда ея армія тѣснила
своего противника, котораго профессоръ задумалъ обратить въ
союзника. Въ главную квартиру поступили жалобы на тонъ про-
фессорской рѣчи. Офицеры однако не отнеслись къ ней серьезно;
также поступили и мы. Они смѣялись надъ профессоромъ, гово-
19*
288 —
рили, что онъ тамъ не былъ офиціально и что они, во всякомъ
случаѣ, отложатъ дѣлежъ земного шара до тѣхъ поръ, пока не
займутъ 203 метровую высоту, не уничтожатъ флотъ и не возь-
мутъ крѣпости.
Въ послѣднее время осады солдаты обѣихъ сторонъ находи-
лись въ такомъ близкомъ соприкосновеніи, что порою, въ долгіе
зимніе вечера, входили въ сношеніе съ непріятелемъ и обмѣнивались
подарками, въ видѣ сигаръ и папиросъ. Однажды ночью, япон-
скій солдатъ сидѣлъ въ своей траншеѣ за Нирусаномъ, какъ
вдругъ упалъ камень, попавшій ему въ голову. Онъ поднялъ ка-
мень, къ которому было привязано письмо. Оказалось что то
была телеграмма въ Россію на имя какой-то дамы. Въ прило-
женномъ къ ней письмѣ заключалось просьба русскаго офицера
отправить эту телеграмму его матери въ Россію: что онъ совер-
шенно здоровъ и надѣется выдержать осаду. Въ конвертѣ лежало
10 рублей на отправку телеграммы. Однако десяти рублей не
хватило, надо было добавить еще 15 іенъ. Японскіе офицеры и
солдаты бывшіе у Пирусана собрали эти 15 іенъ между собою
и послали телеграмму въ штабъ, откуда она была отправлена
въ Россію. На слѣдующую ночь японцы бросили письмо въ Нп-
русанъ, сообщая, о томъ, что они исполнили просьбу, упомянувъ
также, что имъ пришлось приплатить за пересылку телеграммы
15 іенъ. Нѣсколько времени спустя русскій офицеръ бросилъ
новое письмо, въ которомъ благодарилъ-ихъ за исполненіе просьбы,
извиняясь, что не вложилъ слѣдуемой суммы денегъ, и возвра-
щалъ добавленные японцами 15 іенъ. Итакъ все дѣло велось на
чисто коммерческомъ основаніи, но какъ все это кажется странно,
сегодня люди посылаютъ телеграмму, чтобы услужить своимъ
врагамъ, а черезъ нѣсколько дней спустя тѣ же японцы штур-
муютъ позицію и перебиваютъ почти всѣхъ находящихся тамъ,
включая, вѣроятно, и офицера, для котораго они послали теле-
грамму. Женщины и дѣти, бывшія въ Портъ-Артурѣ во время
осады почти всѣ остались цѣлы. Только одна женщина была
— 289
убита, но и то она сама шла навстрѣчу опасности; ея самоотвер-
женность и отвага долго будутъ упоминаться въ описаніяхъ доб-
лестныхъ подвиговъ. Ея женихъ былъ привезенъ съ своимъ пол-
комъ изъ Сибири въ Портъ-Артуръ и чтобы не разставаться
эта крестьянка послѣдовала за нимъ, одѣла солдатскую одежду
была принята въ строй, и сражалась рядомъ съ нимъ. Побывавъ
во многихъ серьезныхъ бояхъ и искусно стрѣляя въ враговъ
своей родины, эта героиня, въ концѣ концовъ, была убита сна-
рядомъ на Сѣв. Кейквансанскомъ форту Когда японпы заняли
эту позицію и хоронили мертвыхъ, хирурги очень были удивлены,
найдя руку, которая очевидно принадлежала женщинѣ. Возникли
разнообразныя предположенія, и нѣкоторое время полагали, что
была убита жена коменданта форта, которая, по словамъ плѣн-
ныхъ, имѣла обыкновеніе посѣщать своего мужа во время его
дежурства. Однако послѣ капитуляціи обнаружилось, что это
предположеніе ошибочно. Весьма возможно, это была рука рус-
ской крестьянки. По окончаніи осады я видѣлъ письмо послан-
ное русскимъ изъ Портъ-Артура, въ коемъ описывались герой-
скіе подвиги и былъ приложенъ фотографическій снимокъ снятый
съ нея въ то время, когда она сражалась въ траншеяхъ.
Погода, исключая нѣсколькихъ очень холодныхъ дней, стояла
прекрасная до конца октября; но затѣмъ наступила зима и япон-
ская армія начала принимать мѣры къ защитѣ себя отъ насту-
пающихъ холодовъ. Меня часто занималъ вопросъ, какъ они рас-
положатъ свои войска и тысячи лошадей, когда земля покроется
снѣгомъ. Но вопросъ этотъ скоро разъяснился, когда японцы на-
чали строить свои зимнія жилища. Въ лѣтніе мѣсяцы войска
были расположены по скатамъ высотъ, на уступахъ, разработан-
ныхъ террасами, благодаря чему большое количество людей могло
*) Рѣчь очевидно идетъ о женѣ стрѣлка 13 В. С. стр. полка, Короткевича-Ха-
ритинѣ Короткевичъ, которая съ 13 полкомъ принимала участіе во всѣхъ бояхъ, начи-
ная съ Цзиньчжоу, и была убита на Восточномъ фронтѣ крѣпости.
Прим. Переѳод.
290 —
расположиться на небольшомъ пространствѣ. На этихъ террасахъ
солдаты устроили палатки изъ непромокаемыхъ полотнищъ, одѣялъ
и древесныхъ вѣтокъ и также изъ старыхъ мѣшковъ изъ подъ
риса, которые были очень полезны. Такимъ образомъ они очень
удобно расположились, пока погода была теплая; но было бы
совершенно невозможно спать на открытыхъ вѣтру склонахъ, когда
выпадетъ снѣгъ и подуетъ рѣзкій сѣверо-западный вѣтеръ. По-
этому, съ наступленіемъ зимы, они выкопали у подножія горы
ямы въ 3 ф. глубины и вырытую землю набросали по краямъ
ея. Стѣны устроенныхъ землянокъ обложили глиной, которая
защищая отъ вѣтра, въ то же время, совершенно не пропускала
воды. Единственнымъ входомъ въ эти жилища служила дверь
устроенная ниже горизонта, благодаря чему вѣтеръ не могъ про-
никать во внутрь землянки, когда кто-нибудь входилъ или вы-
ходилъ изъ нея. Крыша была сдѣлана изъ древесныхъ вѣтокъ и
мѣшковъ и также вся обмазана глиной, которая затвердѣвала въ
холодную погоду; однако нужно было тщательно слѣдить за гли-
няной обмазкой и часто возобновлять ее. Въ одномъ углу разво-
дился огонь, а дымъ выходилъ черезъ отверстіе въ крышѣ, въ
которую было вставлено колѣно трубы. Несмотря на это приспо-
собленіе, весьма часто, при вѣтрѣ, дымъ возвращался обратно
внизъ по трубѣ и люди въ землянкѣ задыхались отъ него.
Дрова были рѣдки, но за то изъ Японіи привозили въ большомъ
количествѣ древесный уголь и снабжали имъ войска. Очень
часто внутри было такъ тепло отъ скопленія людей, что не было
необходимости разводить огня, но тѣмъ не менѣе жаровня на-
полнялась углемъ, и огонь въ ней поддерживался непрерывно.
На горящей жаровнѣ всегда стоялъ старый чайникъ или котелъ,
наполненный водою, такъ что во всякое время дня обитатели
могли получить чай. Стѣны этихъ зимнихъ дворцовъ были обиты
цыновками, или парусиной п содержались въ безукоризненной
чистотѣ. На земляномъ полу, который часто мели, были поло-
жены одѣяла, на которыхъ люди отдыхали днемъ и спали ночью.
— 291
Такимъ образомъ всѣ въ японскомъ лагерѣ около Портъ-Артура
переведены изъ надземныхъ помѣщеній въ землянки и въ
продолженіе всей зимы 100,000 человѣкъ жили въ нихъ,
подобно кроликамъ. Когда выпадало много снѣга, то землянки
бывали совершенно имъ покрыты, и ихъ обитатели, просыпаясь
утромъ, видѣли себя засыпанными и должны были прокапы-
вать себѣ проходъ для выхода. Иногда можно было пройти цѣ-
лыя мили, не встрѣтивъ ни солдата, ни лошади, потому что
японцы очень не любятъ холода и зимою выходятъ изъ своихъ
землянокъ только въ случаѣ особой необходимости. Если бы по-
стороннему пришлось подойти къ фронту и обойти линіи осаж-
дающаго, онъ не могъ бы подумать, что находится среди сто
тысячной арміи. Помѣщенія для лошадей были построены такимъ
же способомъ какъ для людей, но не были такъ отдѣланы и
закончены. Эти несчастныя животныя такимъ образомъ предо-
хранялись въ сильные холода отъ гибели, которая неминуемо
бы ихъ постигла, если бы они оставались на коновязяхъ.
Солдаты, бывшіе на службѣ въ траншеяхъ, не имѣли та-
кихъ удобствъ и чтобы согрѣться принуждены были жаться
другъ къ другу, такъ какъ разводить огонь было нельзя. Они
натягивали свои одѣяла поверхъ траншей и, такимъ образомъ,
прикрывали себя; но все же имъ приходилось сильно страдать
отъ холода въ длинныя зимнія ночи. Я не слышалъ пальбы со
стороны передовыхъ траншей только въ эти холодные дни, когда
русскіе и японскіе солдаты сидѣли въ траншеяхъ, прижавшись
одинъ къ другому, дабы согрѣться и не тревожа другъ друга.
Нельзя обойти молчаніемъ тотъ странный фактъ, что во время
осады Портъ-Артура японцы обнаружили свое невѣдѣніе отно-
сительно количества гарнизона крѣпости. Репутація ихъ военнаго
справочнаго бюро стоитъ высоко, но я склоненъ думать, что во
время войны, значеніе его преувеличивали. Кажется невѣроят-
нымъ, чтобы японцы, которые были въ состояніи пользоваться
услугами китайцевъ, имѣвшіе притомъ подъ руками многочис-
292 —
ленныхъ шпіоновъ, готовыхъ рисковать своею жизнію, не могли
узнать точно или даже приблизительно, передъ началомъ осады,
количество противника въ крѣпости.
Въ составѣ гарнизона, кромѣ матросовъ, числилось болѣе
40000 человѣкъ, однако въ августѣ и въ сентябрѣ японскій
генеральный штабъ исчислялъ его въ 15000 человѣкъ годныхъ
къ службѣ. Въ октябрѣ послѣ взятія Хашимакояму и траншей
у Нирусана и Шоюсана, въ то время, когда будущее казалось
японцамъ особенно радужнымъ, гарнизонъ, по ихъ расчетамъ,
уменьшился до 9000 человѣкъ. Послѣ страшной неудачи 30 ок-
тября, онъ увеличился до 16000. Затѣмъ онъ постепенно умень-
шался до 12000, какъ это было во время штурма 26 ноября.
Послѣ этого штурма онъ поднялся до 20000—30000. Послѣ за-
нятія въ 203-хъ метровой высоты число гарнизона снова упало
до 12000. Когда Сѣв. Кейквансанъ, Нирусанъ и Шоюсанъ были
взяты, штабъ заявилъ, что еще около 8000 или 9000 полуго-
лодныхъ, больныхъ солдатъ занимали линію обороны.
Если японцы сильно ошиблись въ своемъ исчисленіи коли-
чества русскихъ въ Портъ-Артурѣ, то полковникъ Рейсъ, началь-
никъ штаба Стесселя сдѣлалъ еще болѣе странную ошибку. Во
время капитуляціи онъ заявилъ, что только 4000 человѣкъ могли
выйти какъ военно-плѣнные; остальные были больные или ра-
неные — въ госпиталяхъ. На слѣдующій день 800 офицеровъ и
22000 солдатъ, не считая матросовъ, явились на сборный
пунктъ и поступили на японское довольствіе, что нарушило ра-
счеты японцевъ по продовольствію. Въ это число не вошли
13000 больныхъ и раненыхъ, лежащихъ въ госпиталяхъ.
Японцы гораздо искуснѣе умѣютъ скрыть правду о своей
собственной арміи, чѣмъ узнать ее о своихъ противникахъ. Рус-
скимъ удалось сбить съ толку японцевъ своею небрежностью и
9 Всего на сборный пунктъ явилось 23,131 нижній чинъ; въ томъ числѣ было
свыше 5000 моряковъ. Прим. Перевод,
293 —
отсутствіемъ предусмотрительности гораздо дѣйствительнѣе, чѣмъ
еслибъ они систематически старались скрыть каждое свое дви-
женіе. Японцы обладали удивительною способностью скрывать
настоящее количество своихъ силъ. Если бы меня спросили въ
любой періодъ осады сколько было войска вокругъ Портъ-Артура,
я бы не могъ дать даже приблизительно вѣрнаго отвѣта. Я зналъ
наперечетъ дивизіи, бригады и полки, но если бы меня попро-
сили опредѣлить ихъ общую численность я могъ бы только ука-
зать на норму ихъ состава въ мирное время. Въ военное время
численный составъ дивизій сильно возрастаетъ и опредѣлить его
крайне трудно. По окончаніи осады, когда уже не было болѣе
причинъ скрывать правду, мнѣ было офиціально сообщено, что
у Портъ-Артура было сосредоточено 97.000 человѣкъ, а сверхъ
того 20.000 находились въ тылу и въ Дальнемъ.
Глава ХХПІ.
Паденіе сѣв. Кейнвансана и Нирусана.
Паденіе 203-хъ метр. высоты заставило русскихъ, почти
безъ сопротивленія, покинуть линію траншей простирающихся отъ
занятой высоты до береговъ Голубиной бухты. Они однако про-
должали занимать передовыя позиціи передъ западнымъ фронтомъ
крѣпости и необходимо было вытѣснить ихъ оттуда, прежде чѣмъ
начать окопныя работы противъ фортовъ. 7-го декабря, 7-ая
дивизія до разсвѣта атаковала наиболѣе выдвинутую впередъ
русскую позицію и овладѣла ею послѣ слабаго сопротивленія.
Въ тотъ же часъ 16-го декабря 7-ая дивизія напала на вторую
позицію, занятую непріятелемъ и заняла ее. 17-го декабря не-
утомимая 7-ая дивизія наконецъ окончательно оттѣснила рус-
скихъ съ передовой позиціи на главную оборонительную линію.
Лишь небольшой отрядъ русскихъ удерживался на изолированной
позиціи около Голубиной бухты, но вскорѣ былъ оттуда вытѣс-
— 294 —
йенъ. Съ 18 декабря японцы владѣли открытой равниной про-
стирающейся отъ 203-хъ метровой высоты на сѣверѣ, до Ляо-
тешаня на югѣ, и до Голубиной бухты на западѣ 9-
16-го декабря генералъ Стессель послалъ письменное заяв-
леніе генералу Ноги, съ жалобой на то обстоятельство, что япон-
ская артиллерія бомбардируетъ госпитали Портъ-Артура. Генералъ
Ноги отвѣтилъ, что орудія не были намѣренно направляемы на
госпиталя, но такъ какъ въ старомъ и новомъ городахъ флагъ
краснаго креста былъ поднятъ на многихъ зданіяхъ, то трудно
было различить какія изъ нихъ были отведены подъ госпиталя.
Послѣ нѣсколькихъ совѣщаній, въ концѣ концовъ, японцы дали
условное обѣщаніе не наводить своихъ орудій на госпиталя, если
они будутъ отдѣлены отъ пунктовъ военныхъ складовъ и дру-
гихъ построекъ, предназначенныхъ для военныхъ цѣлей. По
окончаніи осады только одинъ госпиталь оказался поврежденнымъ
снарядами * 2).
18 декабря начался послѣдній періодъ осады, который от-
крылся взрывомъ Сѣв. Кейквансанскаго форта и послѣдовавшимъ
за нимъ взятіемъ форта штурмомъ. Операціи отъ 18 декабря до
паденія Портъ-Артура, въ 4 часа пополудни, въ первый день
Новаго года можно назвать четвертой серіей штурмовъ произве-
денныхъ на восточный фронтъ крѣпости. Первая серія штурмовъ
имѣла мѣсто съ 18-го августа до отбитія японцевъ отъ Бодая
въ ночь на 23 августа; вторая серія—была произведена 30 октября
на группу фортовъ Кейквансана; третья серія—26 ноября; чет-
вертая и послѣдняя это тѣ штурмы, которые я теперь буду
описывать.
*) Какъ уже было сказано выше, мы продолжали занимать позицію къ западу
отъ Высокой до Голубиной бухты включительно, вплоть до 1-го января нов. стиля,
когда были оттуда выбиты; такимъ образомъ до этого числа, равнина къ западу отъ
Высокой, вплоть до Голубиной бухты, равно какъ и послѣдняя, оставались въ нашихъ
рукахъ. Прим. Перевод.
2) Это не вѣрно; японскими снарядами было повреждено большинство госпита-
лей, расположенныхъ въ Старомъ и Новомъ городѣ. Прим. Перевод.
— 295 —
Операціи въ декабрѣ мѣсяцѣ существенно отличались отъ
предшествующихъ. Въ первый разъ послѣ пяти мѣсяцевъ, кото-
рые японцы провели, пытаясь разрушить укрѣпленія, пѣхотѣ
представился хорошій случай добиться рѣшительнаго успѣха и
результатъ показываетъ, какъ хорошо она имъ воспользовалась.
Декабрскіе штурмы были первыми, которые могли быть оправ-
даны съ европейской точки зрѣнія. До декабря европейская армія
конечно держалась бы въ траншеяхъ, ограничиваясь саперными
и минными работами противъ фортовъ, до тѣхъ поръ, пока не
достигла бы пункта, удобнаго для взрыва фортовъ, чтобы затѣмъ
штурмовать ихъ черезъ сдѣланныя бреши. Японцы достигли этого
только въ серединѣ декабря и тотчасъ же начали атаку, которая
на этотъ разъ закончилась полнымъ успѣхомъ. Но они не хотѣли
выжидать, пока наступитъ удобный моментъ. Въ теченіе всей осады
они вели безъ перерыва саперныя и минныя работы, но медлен-
ность этого пріема не нравилась имъ и три раза, не выждавъ
пока работы будутъ закончены, они штурмовали форты, раз-
считывая на необыкновенную самоотверженность и храбрость
своей пѣхоты; они надѣялись, что она преодолѣетъ всѣ препят-
ствія и этимъ устранитъ необходимость сидѣть цѣлыми мѣсяцами
передъ крѣпостью, выжидая пока саперы своими работами при-
ведутъ къ побѣдѣ.
Люди, погибшіе въ августѣ, октябрѣ и ноябрѣ, погибли
безцѣльно, потому что конечный результатъ былъ бы тотъ же,
если бы не было произведено ни одного штурма до середины
декабря. Крѣпость пала бы въ тотъ же срокъ и тысячи жизней
были бы спасены. Японскимъ генераламъ надо было много вре-
мени, чтобы понять то, что другіе полководцы знали отлично, а
именно: имѣя достаточно времени и денегъ, прежде всего нужно
использовать до конца работу сапера и лишь тогда пользоваться
силой и храбростью войскъ. Еслибъ японскій главнокомандующій
взялъ бы самое элементарное руководство долговременной фор-
тификаціи и давалъ бы своимъ генераламъ инструкціи на осно-
296
ваніи этого руководства, онъ взялъ бы Портъ-Артуръ въ тотъ
же періодъ времени, но съ меньшими потерями. Долговременная
фортификація ясно излагаетъ всѣ необходимые пріемы при осадѣ
крѣпостей. Прежде всего необходимо выбрать позицію, откуда
будутъ поведены сапы. Такой позиціей у японцевъ былъ «Ди-
визіонный гребень». Во вторыхъ необходимо соединить между
собой головы различныхъ сапъ. Это японцы сдѣлали, потому что
Шуйшіинская долина была перерѣзана пятью линіями параллелей.
Въ третьихъ, когда саперы достигнутъ пункта, откуда дальше
нельзя двигаться по поверхности земли, они должны начать
минныя работы. Это также исполнили японцы. Въ четвертыхъ
необходимо взорвать контръ-эскарповыя галлереи фортовъ, чтобы
завладѣть рвомъ. Далѣе нужно продолжать вести галлереи черезъ
ровъ, подъ брустверъ форта и стараться взорвать послѣдній.
Послѣ взрыва бруствера можно попытаться штурмовать фортъ
съ надеждой на успѣхъ — конечно въ томъ случаѣ, если вы не
найдете болѣе благоразумнымъ продолжать вести галлереи далѣе.
Когда всѣ эти условія, понятныя каждому школьнику, выполнены
японцами, они, въ декабрѣ, овладѣли тремя сильными пунктами.
Ошибка, которую они сдѣлали въ своей стремительности заклю-
чалась въ томъ, что они всегда начинали штурмы преждевре-
менно, не дожидаясь окончанія саперныхъ работъ. Въ августѣ
они пошли въ атаку по открытой Шуйшіинской долинѣ, прежде
чѣмъ сапы и параллели ихъ подошли къ подножью непріятель-
скихъ позпцій. 30 октября они штурмовали фортъ Кейквансанъ
безъ всякой надежды на успѣхъ, такъ какъ саперныя работы
не достаточно продвинулись впередъ, между тѣмъ они оставили
безъ вниманья другіе форты, противъ которыхъ сапы велись
безпрепятственно. 26 ноября они штурмовали три долговремен-
ныхъ форта, взорвавъ контръ эскарповыя галлереи и капониры,
но даже не попытавшись взорвать эскарпъ...
Результатъ этого штурма мною уже описанъ. Разбирая пер-
воначальныя неудачныя попытки японцевъ взять Портъ-Артуръ,
297
мы не касаемся атакъ передовыхъ пунктовъ, которыми необхо-
димо было овладѣть, чтобы подойти къ линіи долговременныхъ
фортовъ. Такъ, необходимо было взять фортъ Куропаткина, ре-
дуты къ югу отъ д. Шуйшіинъ, траншеи у Нирусана и Хаши-
макояму. Необходимо было также занять на западѣ, передовыя
позиціи: Намакояму и 203-хъ метровую высоту.
Послѣ злополучной попытки занять Сѣв. Кейквансанскій
фортъ 26-го ноября, японскіе саперы принялись проводить мин-
ную галлерею подъ рвомъ. Они вывели два главныхъ рукава
подъ эскарпъ сѣвернаго фаса, длиною въ 40 ф. каждый. Тонна—
цѣлая тонна динамита и пироксилина, была заложена въ нихъ.
Эта работа была выполнена быстро и 18 декабря мины были
готовы къ взрыву. 17 декабря вечеромъ я былъ увѣдомленъ,
что онѣ будутъ взорваны въ 2 часа на слѣдующій день и какъ
только опредѣлиться результатъ взрыва, пѣхотѣ будетъ отдано
приказаніе итти въ атаку. Лучшей позиціей съ которой можно
было хорошо наблюдать за взрывомъ, была гора Тайкосанъ. Въ
полдень 18-го я направился къ подножью этой горы, гдѣ уже
собралось очень много японскихъ офицеровъ и солдатъ, которымъ
не предстояло участвовать въ атакѣ и онп пришли посмотрѣть
на большой взрывъ. Слухъ объ ожидаемомъ страшномъ взрывѣ
распространился по арміи и даже флегматическіе японцы были
возбуждены этимъ новымъ пріемомъ. Всю предшествующую не-
дѣлю шелъ сильный снѣгъ и 18-го вся земля была имъ покрыта.
День былъ прекрасный и ясный, но сильно морозило, и снѣгъ
не таялъ на землѣ. Когда мы начали взбираться на Тайкосанъ,
то почти невозможно было достигнуть вершины горы, настолько
скользка была тропинка. Около 1000 японскихъ офицеровъ и сол-
датъ, собравшись на горѣ и около нея, ожидали результата взрыва.
Японцы очень пунктуальны въ своихъ военныхъ операціяхъ
и когда стрѣлки часовъ приблизились къ назначенному часу,
возбужденіе зрителей достигло своего аппогея. Ровно въ 2 ч. 30 м.
надъ Сѣв. Кейквансаномъ поднялось громадное сѣрое облако,
— 298
совершенно закрывшее фортъ. Затѣмъ, когда звукъ взрыва до-
шелъ до насъ, мы услышали глухой гулъ. Вѣтра не было, и
дымъ, не разсѣиваясь, висѣлъ надъ фортомъ въ теченіе нѣсколь-
кихъ минутъ, скрывая его отъ взоровъ. Въ тотъ моментъ, когда
мы ждали, что пѣхота бросится на брешь, была взорвана вторая
мина, почти на томъ же мѣстѣ, гдѣ и предыдущая. Новое огром-
ное облако дыма пробилось сквозь болѣе легкое облако, оста-
вшееся послѣ перваго взрыва и до насъ снова донесся глухой
гулъ. Лишь черезъ нѣсколько минутъ разсѣялись облака дыма
и когда фортъ показался снова, въ его очертаніяхъ произошла
замѣтная перемѣна. На сѣверо-западномъ углу, гдѣ раньше на-
ходился высокій желтоватый брустверъ, ясно обозначился кра-
теръ въ видѣ буквы V. Черезъ эту брешь бросились во внутрь
форта сотни черныхъ фигуръ. Японская пѣхота не теряла вре-
мени; какъ только дымъ разсѣялся, она была уже въ бреши,
стараясь захватить фортъ. Однако ей не посчастливилось. Большая
часть русскихъ, занимавшихъ фортъ было укрыто въ тыловой
казармѣ и хотя они и потеряли много людей при этихъ двухъ
взрывахъ, но оставшіеся въ живыхъ быстро оправились отъ
ужаса. Они открыли по японскимъ солдатамъ ружейный огонь
и начали бросать въ нихъ ручныя гранаты, въ то время какъ
артиллерія съ окружающихъ холмовъ сосредоточила сильнѣйшій
шрапнельный огонь по бреши.
Японскіе солдаты изъ состава 22-го полка очевидно не были
приготовлены къ такой горячей встрѣчѣ. Я думаю, что они такъ
же, какъ и почти всѣ свидѣтели взрыва, полагали, что гарни-
зонъ форта будетъ окончательно уничтоженъ. Однако до этого
еще было далеко. Первый взрывъ повредилъ брустверъ мало,
потому что сила взрыва пошла назадъ въ направленіи контръ-
эскарпа и находившіеся въ минной галлереѣ японцы понесли
большія потери. Несчастье это было вызвано большимъ сопро-
тивленіемъ бетона эскарпа; болѣе 50 японскихъ солдатъ было
убито или оглушено. Сила второго взрыва пошла въ прямомъ
— 299
направленіи и результатомъ его была воронка, имѣвшая форму
буквы V. Когда дымъ отъ двухъ взрывовъ разсѣялся и выяс-
нились причиненныя имъ разрушеніи 22-му полку было прика-
зано наступать. Солдаты храбро бросились по грудамъ развалинъ,
но когда они дошли до образовавшейся бреши, то увидѣли, что
передъ входомъ во внутренность форта образовался обвалъ въ
12 фут. глубины. Внутри же форта ихъ ожидала русская пѣ-
хота въ окопахъ за проволочнымъ огражденіемъ и въ горжевой
казармѣ. Это было слишкомъ — для 22 полка, который залегъ
въ бреши и дальше не двигался. Ихъ потери, вѣроятно, были
бы меньше, еслибъ они, безъ колебанія, немедленно бросились
бы на фортъ. Хотя они могли понести при этомъ значительныя
потери, но имъ не пришлось бы находиться нѣсколько часовъ
подъ огнемъ русскихъ орудій какъ это случилось въ данномъ
случаѣ, когда они залегли въ бреши. Нельзя винить 22-ой полкъ
за эту неудачу. Это былъ одинъ изъ лучшихъ полковъ арміи
генерала Ноги, принимавшій участіе почти во всѣхъ атакахъ съ
самаго начала осады. До сихъ поръ всѣ ихъ старанія не могли
увѣнчаться успѣхомъ и, безъ сомнѣнія, 18 декабря воспоминаніе
о прежнихъ неудачахъ и тяжелыхъ потеряхъ было еще свѣжо
у нихъ въ памяти, и отражалось на ихъ нравственномъ настроеніи.
Положеніе сторонъ оставалось безъ перемѣнъ до 7 час. вечера.
Генералъ Самеджима, вступившій въ командованіе 11-ой
дивизіей послѣ раненаго генерала Цу-ши-я въ 7 часовъ вечера
поднялся на брешь съ цѣлью лично ознакомиться съ положеніемъ
дѣлъ. Увидѣвъ людей, лежавшихъ на краю бреши, онъ принялъ
ихъ за раненыхъ и убитыхъ. Каково же было его удивленіе, а
еще болѣе гнѣвъ, когда между убитыми и ранеными онъ на-
шелъ очень много совершенно здоровыхъ людей, которые отка-
зывались итти впередъ. Генералъ обратился къ сконфуженнымъ
солдатамъ съ рѣчью: «Мнѣ не нужны»—сказалъ онъ,— «солдаты,
которые отказываются итти впередъ, когда имъ приказываютъ.
Вы можете вернуться въ свои траншеи, а я вызову свѣжія
— 300
войска, чтобы взять фортъ». — Это увѣщаніе было сказано съ
цѣлью возбудить энтузіазмъ солдатъ, и побудить ихъ на новую
атаку, но оно не вызвало такого результата. Солдатамъ 22-го
полка наскучила война, и они были подавленны понесенными
потерями, а потому буквально исполнили слова генерала: очистили
брешь и вернулись въ свои траншеи. Тогда Самеджима вызвалъ
двѣ роты 38-го полка. Солдаты этихъ ротъ принадлежали къ
резерву Коби; большая часть изъ нихъ были ветераны, которымъ
до сихъ поръ не представился случай отличиться. Двѣ роты
этихъ храбрыхъ солдатъ, съ пѣснями, двинулись къ краю бреши.
Храбрый капитанъ Явамото первымъ вскочилъ во внутрь форта,
и за нимъ тотчасъ же послѣдовали солдаты. Русскіе были оттѣс-
нены за проволочныя огражденія въ бетонныя казематы, гдѣ
продолжали обороняться.
Въ теченіе дня японская артиллерія сосредоточивала свой
огонь по горжѣ форта и ей удалось разрушить небольшой дере-
вянный мостъ, переброшенный черезъ ровъ для связи съ тыломъ.
Подземнаго выхода изъ форта не было и такимъ образомъ
отступленіе для русскихъ было отрѣзано. Имъ оставалось только
умереть въ бою, такъ какъ пощады никто не просилъ и не да-
валъ. Японскія войска были возбуждены и, потерявъ огромное
количество людей подъ Сѣв. Кейквансанскимъ фортомъ, не могли
отказаться отъ удовлетворенія вполнѣ понятнаго чувства мести
къ его гарнизону, когда наконецъ имъ удалось туда взобраться.
Не было безпристрастнаго очевидца того, что происходило внутри
форта отъ 7 ч. вечера — до 2 час. утра, когда наконецъ всѣ
русскіе были переколоты штыками 2). Единственными очевидцами
были тѣ, которые участвовали въ избіеніи, а они на всѣ вопросы
отвѣчали лишь самодовольной улыбкою. Въ живыхъ оставили
9 Никакой рѣзни на форту не было, ибо вечеромъ гарнизонъ получилъ прика-
заніе очистить фортъ и въ 11 часовъ вечера отступилъ, взорвавъ казарму и разобравъ
горжевой мостъ.
— 301
лишь одного солдата, чтобы чрезъ него получить свѣдѣнія о
положеніи Артура. Солдатъ сообщилъ, что гарнизонъ форта со-
ставляли ЗОО человѣкъ, 25-ти изъ нихъ удалось спастись, осталь-
ные были разстрѣляны или переколоты. Потери японцевъ были
тяжелы—болѣе 1000 убитыхъ и 483 офицера п нижнихъ чи-
новъ—раненыхъ 1)«
Взятіе Сѣв. Кейквансанскаго форта было большимъ успѣ-
хомъ для японцевъ и вызвало среди нихъ большой подъемъ духа.
Нужно имѣть въ виду, что это былъ первый долговременный
фортъ, взятый за все время осады, и успѣхъ явился въ тотъ
моментъ, когда онъ былъ всего необходимѣе. Долговременныя
укрѣпленія штурмовались столько разъ, что между нижними
чинами зародилось убѣжденіе, что имъ ихъ никогда не взять.
Паденіе Сѣв. Кейквансана доказало, что при соотвѣтственной
подготовкѣ даже долговременные форты могутъ быть взяты въ
нѣсколько часовъ. Потери, въ сравненіи съ достигнутымъ резуль-
татомъ, не были велики, что, казалось, предвѣщало такой же
успѣхъ при дѣйствіяхъ противъ другихъ долговременныхъ фор-
товъ. 20 русскихъ, которымъ удалось спастись, взорвали передъ
уходомъ мины, заложенныя подъ казематами. Японцы очень бо-
ялись, что русскіе заложили мины подъ фортомъ и постараются
взорвать ихъ послѣ его паденія. Предположеніе это оправдалось,
но къ счастью саперы обнаружили присутствіе минъ и успѣли,
разрядивъ ихъ, предупредить взрывъ.
Только черезъ нѣсколько дней было разрѣшено посѣщать
фортъ. За это время убитые были убраны изъ форта, — часть
была похоронена, другая сожжена. 24-го декабря я отправился
въ 11-ую дивизію, позавтракалъ съ генераломъ Самеджима и
затѣмъ былъ приглашенъ осмотрѣть фортъ. Разрушеніе причи-
9 Никакой рѣзни на форту не было, ибо вечеромъ гарнизонъ получилъ прика-
заніе очистить фортъ и въ 11 часовъ вечера отступилъ, взорвавъ казарму и разобравъ
горжевой мостъ. Прим. Перевод.
ПОРТЪ-АРТ. 20
— 302
ненное форту бомбардировками и взрывами было столь велико,
что нельзя было узнать первоначальныхъ его очертаній. Внут-
ренное пространство форта представляло ужасный видъ. Груды
бетона, щебня, песку, земли, камней, старыхъ мундировъ, под-
битыхъ пушекъ, сломанныхъ ружей, кухонныхъ принадлежностей,
пустыхъ гранатъ, кусковъ желѣза, стали и всевозможные обломки
перемѣшались другъ съ другомъ. Въ тылу уцѣлѣла лишь бетонная
казарма, но и она была сильно повреждена. Эта казарма была
въ 2 этажа, и въ одномъ мѣстѣ 28 сантиметровый снарядъ
пробилъ насквозь ея сводъ. 15 декабря генералъ Кондратенко и
его штабъ были внутри Сѣв. Кейквансана, наблюдая за его
починкою. Они сидѣли въ бетонной казармѣ какъ разъ подъ
этимъ отверстіемъ, которое наскоро было задѣлано, какъ вдругъ
28 сантиметровая граната попала въ тоже мѣсто; она разорва-
лась посреди каземата, убила Кондратенко и 8 другихъ офице-
ровъ, съ нимъ разговаривавшихъ. Это было великимъ несчастіемъ
для Россіи, ибо со смертію этого храбраго и популярнаго чело-
вѣка духъ сопротивленія покинулъ гарнизонъ.
Внутри казармы, гдѣ русскіе жили во время осады, нахо-
дилась странная коллекція разныхъ вещей. Тутъ были мундиры,
колоды картъ, цѣлые хлѣба и музыкальные инструменты, въ
числѣ коихъ находилась гармонія. Я никогда не забуду ужаснаго
вида японскихъ солдатъ, овладѣвшихъ фортомъ: они обнаружи-
вались явные признаки полнаго нервнаго разстройства. Со дня
взятія форта они жили подъ постояннымъ страхомъ быть взор-
ванными. Хотя они и вынули двѣ мины, и перерѣзали про-
вода, по не были гарантированы, что гдѣ либо, въ другомъ
мѣстѣ, не заложены еще мины. Они боялись поднять какую-
нибудь валявшуюся вещь, опасаясь взрыва и поэтому все лежало
въ такомъ видѣ, какъ было оставлено русскими. Я не зналъ
этого и поднялъ гармонію, лежавшую въ углу каземата, офицеры
и солдаты бывшіе около меня вскрикнули, увидя, что я взялъ
гармонію, и я тотчасъ-же ее бросилъ. Къ счастью взрыва не
— 303
произошло. Безвредный музыкальный инструментъ оставленный
въ углу каземата, очевидно, возбудилъ ихъ подозрѣніе. Японскій
часовой, увидя, что я поднялъ гармонію, пришелъ въ такое
нервное состояніе, что тотчасъ же выхватилъ изъ рукъ моего
друга Розенталя фотографическій аппаратъ и бросилъ его на
землю, вѣроятно, предполагая, что послѣдній соединенъ съ какой
нибудь скрытой миной. Саперы тщательно рыли повсюду, оты-
скивая мины, и только послѣ тщательнаго осмотра внутренность
форта была, наконецъ, очищена. Около казармы находилась
кухня, также изъ прочнаго бетона; въ ней находились большіе
мѣдные котлы, въ которыхъ солдаты варили обѣдъ. Меледу
баракомъ и кухней была устроена ручная подъемная машина,
изъ подземнаго помѣщенія, въ которомъ хранились боевые при-
пасы. Разрушеніе внутри форта было такъ велико, что эти
подземныя помѣщенія были почти всѣ наполнены облом-
ками.
Почти черезъ двѣ недѣли японцы снова попробовали взор-
вать второй долго-временный фортъ. Подъ эскарпъ Нирусана
были выведены двѣ минныя галлереи, въ разстояніи 50 футовъ
другъ отъ друга, отъ нихъ были проведены боковые рукава, въ
которые заложили пять минъ. Зарядъ состоялъ изъ двухъ тоннъ
динамита и пироксилина. Въ первый день Ролсдества маіоръ
Ямоака сообщилъ мнѣ за завтракомъ, устроеннымъ военными
агентами, что черезъ нѣсколько времени мины подъ Нирусаномъ
будутъ готовы для взрыва. 27-го декабря, когда я посѣтилъ
главную квартиру, я узналъ, что на слѣдующее утро въ
10 часовъ будетъ произведена попытка взять фортъ. Послѣднія
двѣ недѣли стояла очень холодная погода и въ этотъ промелсу-
токъ времени рѣдко молено было встрѣтить снарулси человѣка
или лошадь, ибо всѣ старались не выходить нарулсу. Японцы
скрывались въ своихъ подземныхъ лшлищахъ, а солдаты, сидя
въ траншеяхъ, лсались другъ къ другу, стараясь согрѣться и
стрѣляя, лишь изрѣдка; противникъ ихъ также почти не безпо-
20*
— 304
коилъ. Даже артиллеристы, казалось были подвержены вліянію
температуры и воздерживались отъ бомбардировки.
На сколько я помню, промежутокъ между 18 и 28 Декабря,
было почти единственное, за всю осаду, время, когда не слыша-
лось пальбы. 28 декабря былъ непріятный день; леденящій
вѣтеръ дулъ съ сѣвера, и солнце было закрыто туманными
облаками. Температура была необыкновенно низка и вообще
худшихъ условій для дѣйствій нельзя было себѣ представить.
Ровно въ 10 ч. утра была взорвана первая мина подъ сѣвернымъ
фасомъ Нирусана. Дымъ не поднялся высоко и закрылъ весь
фортъ, затѣмъ болѣе густой дымъ второго взрыва медленно
сталъ прорываться сквозь клубы дыма отъ перваго взрыва.
Японская артиллерія открыла огонь по русскимъ фортамъ; слыша
залпы, солдаты въ траншеяхъ были на готовѣ, ожидая, ежеминутно
начала общей атаки. Даже гулъ большихъ гаубицъ звучалъ глухо
и уныло въ тяжеломъ и сыромъ воздухѣ. Не было той раскати-
стости и рѣзкости звука, который такъ ясно былъ слышенъ въ
морозный день 18-го декабря.
Когда наконецъ дымъ разсѣялся, то стало видно, что сере-
дина брустра значительно опустилась и въ образовавшемся
отверстіи показались фигуры въ черномъ, старавшіяся проложить
себѣ путь по обломкамъ. Русскія пушки сосредоточили огонь
по бреши; такъ какъ взрывъ минъ повредилъ уголъ западной
части эскарпа, то атакующіе оказались подъ огнемъ западныхъ
фортовъ—особенно Шиоянкишана и Итцушана. Это однако не
вызвало никакого колебанія между японскими солдатами, атако-
вавшими съ большой стремительностью и рѣшительностью.
Нѣсколько солдатъ бросилось на брешь и утвердилось на разру-
шенномъ брустверѣ. Русскіе, въ количествѣ 250 человѣкъ, зани-
мавшіе банкетъ во время взрыва, всѣ были убиты. Вторая часть
японцевъ тотчасъ стала строить брустверъ изъ земляныхъ мѣшковъ
у гребня бреши, чтобы защитить державшихся тамъ людей отъ
огня западныхъ фортовъ. Впослѣдствіи выяснилось, что Ниру-
— 305
санъ обороняли 500 человѣкъ 26-го Восточно-Сибирскаго стрѣл-
коваго полка *), половина которыхъ была убита при первомъ
взрывѣ—результатъ весьма значительный.
Взглянувъ на планъ форта Нирусанъ видно, что онъ
построенъ иначе, чѣмъ Сѣв. Кейквансанскій фортъ, ибо первый
имѣлъ вторую линію обороны, на которой были установлены
тяжелыя орудія, на основательныхъ бетонныхъ установкахъ.
Послѣ взятія бруствера японская пѣхота была отодвинута на
время назадъ, пока не была изслѣдована внутренность форта.
Небольшія группы и отдѣльные люди были посланы впередъ
черезъ груды камней и обломковъ, чтобы изслѣдовать впереди
лежащее препятствіе. Они донесли генералу Ошимѣ, Начальнику
9-ой дивизіи всегда находившемуся въ траншеѣ у Нирусана, что
внутреннияя линія обороны въ центрѣ-форта была занята остав-
шейся въ живыхъ частью русскаго гарнизона. Генералъ Ошима
приказалъ артиллеріи бомбардировать фортъ въ теченіе нѣсколь-
кихъ часовъ. Въ 4 часа дня онъ пустилъ 36-ой и 19-ый полки
въ атаку, внутрь форта, подвигаясь дружно впередъ, плотными
рядами эта масса солдатъ, въ количествѣ болѣе 2000, все сме-
тала на своемъ пути, не обрашая вниманія на потери и ста-
раясь опередить другъ друга, въ неистовомъ стремленіи — пер-
вымъ овладѣть батареей тяжелыхъ орудій. Русскіе сражались
храбро, но не могли сопротивляться этому потоку разъяренныхъ
солдатъ; они отступили въ бетонную казарму и кухню въ горжѣ
форта. Съ 6 час. вечера до 3 час. утра слѣдующаго дня они
держались здѣсь въ казематахъ и въ потернѣ. Потерна, ведущая
изъ центра форта въ казарму, была мѣстомъ ужасной борьбы.
Озлобленные, разъяренные японцы, рѣшивъ покончить со
своими противниками, бросились внизъ по потернѣ и встрѣтили
столь же рѣшительныхъ русскихъ. Послѣдніе, стрѣляя вверхъ,
*) Гарнизонъ Нирусана (ф. № Ш) состоялъ изъ 7-й роты 25-го В. С. С.
полка и 6-й роты 26-го В. С. С. полка; всего около 250 стрѣлковъ.
— 306
довольно долго задерживали японцевъ, но наконецъ были оттѣс-
нены внизъ и отступили въ казарму, преслѣдуемые побѣдонос-
ными японцами. Внизу произошла другая отчаянная схватка.
Вслѣдъ за этимъ многіе изъ русскихъ вылѣзли черезъ окна ка-
зармы въ ровъ позади форта, откуда лѣстница вела вверхъ на
поверхность земли; болѣе 150 человѣкамъ удалось спастись та-
кимъ образомъ. Оставшіеся въ живыхъ, за невозможностью спа-
стись, отступили въ кухню и оказали тамъ послѣднее сопротив-
леніе. Едва ли кто-либо, кромѣ отступившихъ въ тылъ, спасся
послѣ этой ночной рѣзни. Къ слѣдующему утру на форту оста-
лось только трое раненыхъ русскихъ, которые разсказали обыч-
ную исторію о скорой капитуляціи крѣпости. Потеря Пирусана
заставила русскихъ, 29-го передъ разсвѣтомъ, произвести отчаян-
ную попытку вернуть фортъ обратно. Два отряда русскихъ до-
стигли горжевого рва и пытались штурмовать казарму, занятую
сильнымъ отрядомъ японской пѣхоты. Они несомнѣнно должны
были потерпѣть неудачу, ибо только при -неожиданномъ напа-
деніи атака эта могла имѣть успѣхъ, а японцевъ трудно было
застигнуть врасплохъ. Тѣ русскіе, которые не были убиты, вы-
нуждены были отступить.
Японцамъ эта побѣда досталась дорогой цѣной—болѣе 1000 че-
ловѣкъ было убито и ранено на Нирусанѣ. Русскій гарнизонъ
состоялъ всего изъ ЗОО человѣкъ, и онъ могъ утѣшаться созна-
ніемъ, что на каждаго погибшаго защитника приходится два по-
гибшихъ японца. Военную добычу, взятую на форту составляли:
четыре осадныхъ орудія, семь полевыхъ орудій и тридцать 37-ми
милиметровыхъ пушекъ.
ТПтурмъ и взятіе Пирусана были отлично обдуманы и вы-
полнены съ величайшей храбростью непобѣдимой 9-ой дивизіей.
Лейтенантъ Гори, адъютантъ генерала Ошимы, разсказывалъ мнѣ
о потомъ, что генералъ заранѣе рѣшилъ взять фортъ какой бы
то ни было цѣной. Утромъ въ день штурма, онъ взялъ горячую
ванну, простился со своими друзьями, привелъ въ порядокъ всѣ
— 307
свои дѣла и отправился въ траншею на гласисѣ форта Ниру-
сана, чтобы слѣдить оттуда за атакою. Если бы было замѣчено
малѣйшее колебаніе среди солдатъ, генералъ Ошима рѣшилъ итти
первымъ въ брань и вести своихъ солдатъ на приступъ. Еслибъ
атака не удалась, то генералъ рѣшилъ погибнуть вмѣстѣ со своими
солдатами на развалинахъ русскаго форта, который, за время
осады, стоилъ его дивизіи столькихъ жизней. Къ счастью Ошимѣ
не пришлось привести въ исполненіе свое отчаянное намѣреніе.
Взрывъ былъ удаченъ, солдаты дрались какъ герои и драгоцѣн-
ная жизнь Ошимы была сохранена, чтобы еще разъ послужить
своему отечеству въ битвѣ подъ Мукденомъ.
Глава XXIV.
Окончательныя операціи.
29-е и 30-е декабря прошли спокойно. Погода исправилась
и съ 31-го наступили ясные, почти лѣтніе дни. Единственными
событіями достойными вниманія за это время, были частые взрывы
въ Портъ-Артурѣ; глухіе звуки взрывовъ достигали до японскихъ
линій, и большія облака дыма поднимались надъ укрѣпленіями.
Подобныя явленія какъ бы предвѣщали намъ, что конецъ при-
ближается, но намъ такъ часто приходилось обманываться, что
никто не придавалъ имъ значенія.
31-го декабря вечеромъ получено было изъ главной квартиры
извѣстіе о предпологавшемся важномъ предпріятіп;—въ немъ со-
общалось, что Шою-санъ будетъ взорванъ на слѣдующій день въ
10 часовъ утра. Событія развивались съ поразительною быстротою,
послѣ цѣлыхъ мѣсяцевъ мучительныхъ задержекъ, отсрочекъ и
промедленій и съ тѣхъ поръ что успѣхъ выпалъ на долю япон-
ской арміи. Японцы рѣшили не давать русскимъ ни малѣйшей
— 308
передышки. Послѣдніе дни стоянки гарнизона въ Шою-санѣ были
самыми тяжелыми. 18-го декабря солдаты этого форта видѣли,
какъ Сѣверн. Кейквансанскій фортъ былъ какъ бы срѣзанъ до
земли ужаснымъ взрывомъ, погубившимъ часть гарнизона. 28-го
декабря они видѣли какъ на Нирусанѣ, въ разстояніи только
400 ярдовъ, 250 человѣкъ ихъ товарищей были высоко подбро-
шены взрывомъ, послѣ чего послѣдовалъ бѣшеный штурмъ. Те-
перь всѣмъ было очевидно, что очередь за Шою-саномъ. Каждый
новый взрывъ былъ губительнѣе предыдущаго. Саперы пріобрѣ-
тали опытность и точно знали количество пироксилина необхо-
димаго для удачнаго взрыва. Русскіе въ Шою-санѣ могли ожидать
каждую минуту, что будутъ взорваны или погребены подъ гру-
дами камня и бетона. Каково было сознавать что ожесточенный
непріятель тихо подводитъ мины подъ ваше жилище и наполняетъ
ихъ тысячами фунтовъ взрывчатыхъ веществъ. По таково было
положеніе несчастнаго гарнизона «Сосноваго» форта. Худшимъ
предположеніямъ о предстоящей имъ судьбѣ, суждено было осу-
ществиться.
Японскіе саперы старались другъ передъ другомъ причинить
какъ можно больше вреда своему врагу. Саперы, которые вели
минную галлерею подъ Шою-санъ, заложили мину подъ брустве-
ромъ сѣвернаго—фаса. Однако они н еудовлетворились этимъ, рѣ-
шивъ перещеголять своихъ товарищей и уничтожить весь русскій
гарнизонъ громаднымъ взрывомъ. Чтобы выполнить свое намѣ-
реніе, они вывели галлерею какъ разъ подъ центръ форта, такимъ
образомъ, что голова ея приходилась подъ бетонной казармой, въ
которой гарнизонъ укрывался отъ артиллерійскаго огня, когда
не былъ занятъ отраженіемъ атаки, и заложили тамъ вторую
мину. 31-го декабря въ 10 часовъ утра мина подъ сѣверн. эскар-
помъ Шою-сана была взорвана. Русская пѣхота, находящаяся въ
тылу форта предвидѣла, что брустверъ будетъ взорванъ и тот-
часъ же покинула казематъ и бросилась впередъ, чтобы отразить
ожидаемое нападеніе пѣхоты. Въ то время, какъ около 550 че-
— 309
ловѣкъ выходили изъ каземата, чтобы броситься впередъ, японцы
взорвали вторую мину.
Результатъ былъ мгновенный. Почти весь русскій гарнизонъ
былъ погребенъ подъ бетономъ каземата и глыбами камня и земли,
выброшенныхъ взрывомъ. Японская пѣхота тотчасъ же бросилась
на штурмъ бреши, образовавшейся послѣ перваго взрыва. Подъемъ
былъ настолько крутъ, что ей пришлось установить двѣ штур-
мовыя лѣстницы, чтобъ взобраться на фортъ. Когда они достигли
гребня, то встрѣтили слабое сопротивленіе со стороны уцѣлѣвшихъ
русскихъ въ числѣ около 100 человѣкъ. Остальные изъ 550 че-
ловѣкъ, занимавшихъ Шою-санъ, погибли подъ развалинами форта.
Русская артиллерія съ западныхъ фортовъ и съ окружающихъ
холмовъ сосредоточила сильный огонь по бреши Шою-сана, и япон-
ская пѣхота понесла здѣсь значительныя потери.—Однако успѣхъ
былъ обезпеченъ. Бой длился только часъ, до 11 часовъ утра,
когда остатки русскаго гарнизона подняли бѣлый флагъ и сдались
военноплѣнными.
Какъ только фортъ былъ взятъ, русскіе сосредоточили по
немъ орудійный огонь со всѣхъ прилегающихъ позицій, и большая
часть убитыхъ японцевъ, число которыхъ составляло около 150,
погибло отъ снарядовъ, пущенныхъ русскими по Шою-саню послѣ
взятія его японцами. Русскіе артиллеристы не ограничились только
обстрѣливаніемъ Шою-сана, они были озлоблены и противъ гар-
низоновъ другихъ захваченныхъ укрѣпленій и Нирусанъ также
подвергся сильному огню. Японцы не оставались въ долгу и отвѣ-
чали тѣмъ-же; весь день продолжалось состязаніе тяжелой артил-
леріи обѣихъ сторонъ. Интересно было наблюдать за японскими
саперами въ бреши Шою-сана. Огонь, сосредоточенный по бреши
съ западныхъ фортовъ, былъ такъ силенъ, что необходимо было
выложить два ряда земляныхъ мѣшковъ, чтобы дать возможность
пѣхотѣ проходить въ фортъ изъ своихъ траншей. Исполненіе этой
работы было достойно всякой похвалы. — Рабочіе положительно
не обращали вниманія на огонь и переносили мѣшки, доставля-
— 310
емые съ главнаго форта, какъ на парадѣ. Погода была настолько
хорошая и теплая, что солдаты сняли верхнюю одежду и рабо-
тали въ рубашкахъ.
Пріятно было видѣть энтузіазмъ японскихъ солдатъ: въ про-
долженіе нѣсколькихъ недѣль какой то гнетъ охватывалъ армію
и хотя каждый солдатъ съ рвеніемъ исполнялъ свои обязанности,
но результаты были неутѣшительны и не соотвѣтствовали поне-
сеннымъ потерямъ. Теперь все измѣнилось. Въ теченіе двухъ
недѣль три самыхъ сильныхъ, долговременныхъ форта были взяты,
и цѣною заплаченной за этотъ успѣхъ было всего около 2000
челов. убитыхъ и раненыхъ. Ожиданіе близкой побѣды заражало
всѣхъ и заставляло забывать прошлое и надѣяться съ большей
увѣренностью на скорое окончаніе осады. И духъ и видъ войска
измѣнились совершенно: легкія движенія, радостныя лица замѣ-
нили уныніе и апатію распространившіяся за послѣднія недѣли
въ арміи. Удивительно, какъ жизнеспособность возрастаетъ съ
успѣхомъ. Тяжело раненые солдаты шли на перевязочные пункты
безъ посторонней помощи и послѣ перевязки ранъ шли въ полевые
госпиталя, находившіеся въ тылу. Въ день взятія Шого-сана я
былъ въ деревнѣ ПІуйшіинъ и наблюдалъ за атакой. Одинъ сол-
датъ былъ раненъ въ голову и снарядомъ ему раздробило руку,—
онъ одинъ дошелъ до перевязочнаго пункта, гдѣ ему отняли подъ
хлороформомъ руку, перевязали голову послѣ чего онъ пошелъ
далѣе въ полевой госпиталь, находившійся въ двухъ миляхъ. Я
встрѣтилъ его дорогой и видѣлъ слѣды сильнаго страданія на
его лицѣ, но онъ не обращалъ на боль никакого вниманія, и
увидя меня, сказалъ: «Шою-санъ взятъ!))—Онъ былъ въ состояніи
взять сигару и закурить ее и потомъ разсказалъ мнѣ, что ра-
ненъ 37 м. м. гранатой. Другой солдатъ, раненый въ печень,
пришелъ на перевязочный пунктъ, небрежно сбросилъ одежду и
попросилъ хирурга перевязать ему раны. Другой случай, очевид-
цемъ котораго я не былъ и которому могутъ повѣрить только
тѣ, кто знаетъ, что такое японскій солдатъ и какими удивитель-
311
ными нервами и жизнеспособностью онъ обладаетъ, касается сол-
дата, раненаго на Новомъ Банрусанѣ. Пуля пробила грудь, но
солдатъ все-таки прошелъ двѣ мили до госпиталя 9-ой дивизіи.
Тамъ его осмотрѣлъ хирургъ, и раненый хладнокровно спросилъ,
долго-ли онъ проживетъ. Хирургъ, знавшій, что положеніе сол-
дата почти безнадежно, но не желая этого сказать ему, отвѣ-
тилъ:— «Да»—но тотчасъ же поправился, сказавъ:—«Если вамъ
нужно что-нибудь передать или написать письмо, то лучше дѣ-
лайте это сейчасъ». — Солдатъ отвѣтилъ: — «Мое единственное
желаніе—это написать письмо матери».—Произнеся эти слова, онъ
тутъ-же упалъ мертвымъ. Этотъ случай могутъ подтвердить два
офицера штаба 9-ой дивизіи, бывшіе очевидцами описаннаго случая.
Я привожу эти факты только для того, чтобы показать до какой
степени можетъ подняться духъ всей арміи, благодаря успѣху
послѣ цѣлаго ряда повторявшихся неудачъ.
Хотя объ этомъ и не было объявлено наканунѣ, но 31-го
днемъ разнесся слухъ, что вслѣдствіе удачной атаки Шою-сана
назначено общее наступленіе. По всей линіи отъ Хигаши Кейк-
вансана до Шою-сана. Въ эту ночь было рѣшено непремѣнно вы-
бить русскихъ со всѣхъ позицій восточнаго фронта, на которыхъ
они еще держались. Въ теченіе вечера японская артиллерія про-
должала бомбардировать русскіе форты, и только передъ сумер-
ками пѣхота двинулась впередъ и начала взбираться на высоты.
Вслѣдствіе темноты я не могу точно опредѣлить, когда были
заняты различныя позиціи. Сраженіе продолжалось всю ночь безъ
особаго упорства. Японская пѣхота вышла изъ восточн. Банру-
сана и форта Ишиное, прошла Китайскую Стѣну и обогнула до-
лину, отдѣлявшую Бодай отъ X. Укрѣпленія Н. Одна позиція
за другой переходили въ ея руки, такъ какъ русскіе оказывали
лишь слабое сопротивленіе.
Въ первый день Новаго года на разсвѣтѣ вся линія отъ
Шою-сана до перешейка Бодай кишѣла черными фигурками япон-
цевъ. Въ первый разъ я впдѣлъ, что 1000 солдатъ свободно ла-
— 312
зили по русскимъ позиціямъ, изрѣдка тревожимые случайно
залетавшими снарядами. Перемѣна была поразительна своею вне-
запностью и первое время трудно было повѣрить, что это такъ
и что эти тысячи солдатъ были дѣйствительно японцы, завла-
дѣвшіе наконецъ этой ужасной линіей фортовъ, причинившей
имъ такія огромныя потери и вызвавшей такъ много геройскихъ
подвиговъ въ теченіе пятимѣсячной осады. Я сказалъ, что вся
линія была въ рукахъ японцевъ, однако это не вполнѣ вѣрно.
Оставалось еще занять Бодай, съ вершины котораго грозно гля-
дѣли два большихъ орудія. Русскіе, видимо, не хотѣли разстаться
безъ боя съ своей любимой, самой высокой и неприступной по-
зиціей, вынесшей уже много отъ враговъ и все-таки устоявшей.
Все утро и часть дня шла сильная бомбардировка—которая была
послѣдней для обѣихъ сторонъ. Я думаю, что русскіе были под-
готовлены или инстиктивно чувствовали, что ихъ пораженія лишь
вопросъ времени, потому же они тратили снаряды своихъ боль-
шихъ орудій съ небывалой до тѣхъ поръ безпечностью. Съ Зо-
лотой Горы, Вайушана, Шіонисана, Дайянишсана, Исусана, Тай-
анко, Хигаши Кейквансана и Роритсуши — гремѣли русскія
орудія, стрѣляя замѣчательно мѣтко. Огонь большинства орудій
сосредоточился на захваченной линіи фортовъ и артиллерія ста-
ралась обстрѣливать противоположные склоны высотъ, гдѣ была
скучена японская пѣхота. По массѣ японскихъ солдатъ на вы-
сотахъ было очевидно, что ихъ начальники рѣшились во что-бы
то ни стало удержать своп позиціи. Судя по количеству людей,
двигавшихся по всѣмъ направленіямъ и почти закрывавшихъ
своею темною одеждою зелень откосовъ, можно было ожидать
каждую минуту контръ-атаку.
Главная черта японскаго характера, это ихъ чрезвычайная
любознательность, которая подтвердилась и въ данномъ случаѣ,
не смотря на неподходящія условія. Ни орудійный огонь и ни-
какая иная опасность не испугала бы японцевъ, если имъ пред-
ставлялся случай увидать или узнать что нибудь новое. Солдаты
— 313
небольшими группами толпились по фортамъ, которые 6 часовъ
тому назадъ были въ рукахъ противника. Они осмотрѣли взятыя
орудія блиндированныя помѣщенія, перебирали вещи, оставленныя
русскими и насмѣшливо пересуживали привычки и обстановку
своего противника.
Это былъ великій день для каждаго солдата, а тѣмъ болѣе
для храбрыхъ солдатъ 9-ой дивизіи. Атака укрѣпленій, лежащихъ
противъ ихъ траншей была всего успѣшнѣе, такъ какъ эти укрѣпле-
нія пали прежде другихъ. Генералъ Ошима, начальникъ 9-ой дивизіи
руководилъ всѣми операціями съ холма, возвышающагося близъ
расположенія его штаба. Всѣ взоры были устремлены на вершину
Бодая, которая одна оставалась въ рукахъ русскихъ. Генералъ въ
бою всегда носилъ короткій свѣтлосиній сюртукъ, подбитый мѣхомъ
придававшій ему красивый видъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ рѣзко
выдѣлявшій его отъ окружающихъ, выдавая его непріятелю.
Благодаря этому въ послѣдній день большой снарядъ случайно
или намѣренно направленный сюда едва не убилъ его и бывшихъ
при немъ офицеровъ его штаба.
Въ воздухѣ носились снаряды, залетая туда, куда онѣ
раньше не попадали. Многіе снаряды очевидно выпускались на
угадъ безъ прицѣла и тратились только для того, чтобы уни-
чтожить ихъ, пока не насталъ конецъ. Русскіе сосредоточили
сильный огонь по батареѣ 28 сентиметр. гаубицъ; расположен-
ной около штаба 9-ой дивизіи. Эти четыре пушки можетъ быть
болѣе всѣхъ другихъ способствовали паденію крѣпости, и русскіе,
сознавая ихъ пагубное для нихъ значеніе питали ненависть
именно противъ этой батареи. Во время послѣдней бомбарди-
ровки они старались изо всѣхъ силъ отплатить за старое и
подбить орудія. Они направили на нихъ большую гаубицу съ
форта Роритцуши1) самаго восточнаго изъ русскихъ укрѣпленій.
Это орудіе, которое я никогда раньше не видѣлъ въ дѣйствіи,
9 Батарея № 20.
Прим. Перев.
314
стрѣляло отлично. Русскіе артиллеристы точно опредѣлили
позицію большихъ гаубицъ и послѣ каждаго залпа послѣднихъ
наводили по дыму. Они посылали снарядъ за снарядомъ, которые
ложились всего въ нѣсколькихъ ярдахъ отъ японскихъ орудій,
но счастье за послѣдніе дни такъ рѣзко перешло на сторону
японцевъ, что батарея осталась невредимой.
Утромъ 1-го января японская артиллерія сосредоточивала
свой огонь на вершинѣ Бодай, которая почти исчезла изъ виду,
отъ непрерывныхъ залповъ и стоящаго вокругъ дыма. Японская
пѣхота скучилась около самой вершины, очень крутой и скали-
стой, на которой кромѣ одной траншеи не было другихъ искуст-
венныхъ загражденій. Въ 3 часа дня два солдата пробрались
туда, чтобъ развѣдать, очистили ли русскіе вершину горы. Черезъ
нѣсколько минутъ они вернулись, видимо съ благопріятнымъ извѣ-
стіемъ, такъ какъ пѣхота, которая засѣла или лежала между скалами,
теперь распалась на маленькія группы. Японская артиллерія
начала послѣднюю бомбардировку, столь сильную, что даже самые
старые солдаты съ удивленіемъ посматривали другъ на друга,
въ то время какъ другіе дѣлали замѣчанія и смѣялись. Полевыя
гаубицы стрѣляли залпами и снарядами, достигая вершины одно-
временно, производили такое разрушеніе, что камни рвались отъ
скалы накатывались внизъ. Послѣдняя приступъ на Бадай былъ
произведенъ по распоряженію старшаго офицера, командующаго
атакующими войсками, потому что генералъ Ошима покинулъ холмъ,
съ котораго онъ наблюдалъ за сраженіемъ и вернулся въ свою
квартиру. Лейтенантъ Гори, его адыотантъ сообщилъ мнѣ, что
Ошима рѣшилъ до вечера не производить атаки. Поэтому мы съ
удивленіемъ увидѣли, что войска начали собираться и въ
3 ч. 35 м. двинулись впередъ. Передовая рота растянулася
неправильной линіей, безъ особаго строя, но видимо каждый
солдатъ стремился первымъ попасть на вершину. Они начали
взбираться, карабкаясь на колѣнахъ, цѣпляясь руками за выступы,
потому что скалы были круты и зазубрены отъ взрыва много-
— 315
численныхъ снарядовъ. Вожаки находились уже въ нѣсколькихъ
ярдахъ отъ хребта, когда японская артиллерія произвела послѣд-
ній залпъ.
На одну минуту солдаты показались на линію горизонта,
затѣмъ перешли за вершину и исчезли изъ виду. Гори взялъ
карандашъ и быстро написалъ записку, сообщая своему генералу
о взятіи грознаго Бодая, имя котораго было связано съ многими
тяжелыми воспоминаніями. Сообщеніе было отправлено съ орди-
нарцемъ, и мы еще разъ взглянули на вершину. Тамъ произо-
шла перемѣна: японская пѣхота спускалась по крутому склону
горы, оставляя за собою павшихъ солдатъ, которые обозначали
слѣдъ ихъ спуска.— «Значитъ еще не взятъ»,—было грустное
замѣчаніе адыотанта, который только что послалъ своему гене-
ралу вѣсть. Хотя Бодай еще не былъ взятъ, но конецъ прибли-
жался. Русскіе поставили свою послѣднюю карту и рѣшили затѣмъ
очистить позицію, не дожидаясь продолженія игры.
Нѣсколько русскихъ солдатъ, удалившихся на противопо-
ложный склонъ высоты, когда нельзя было изъ за сильнаго
огня оставаться на вершинѣ Бодая снова бросились на гребень,
когда передовые ряды японской пѣхоты появилась у гребня
и имъ удалось на время отбросить японцевъ. Одинъ русскій
солдатъ облилъ керосиномъ деревянную часть блиндажа и плат-
форму двухъ большихъ 6 дюймовыхъ орудій, которыя въ августѣ
были подбиты. Онъ поджегъ фитиль и русскіе’, бросились внизъ
съ холма. Японцы, временно отброшенные, еще разъ прибли-
зились къ гребню какъ разъ въ тотъ моментъ, когда вспыхнуло
пламя—къ несчастью для многихъ слишкомъ рано. Вдругъ гора
словно поднялась въ воздухѣ, извергая пламя и дымъ, который
опуталъ всю гору и скрылъ ее отъ глазъ. Это было похоже на
изверженіе вулкана въ миніатюрѣ. Тогда русскіе взорвали
послѣднія мины, и ровно безъ х/< четыре 1-го января, Бодай
стоившій столькихъ жертвъ осаждающимъ, гигантъ, который
считался непобѣдимымъ, перешелъ въ руки японцевъ. Это былъ
— 316
блестящій финалъ отчаянной борьбы, происходившей на склонахъ
Бодая и на окружающихъ его округахъ въ теченіе послѣднихъ
6 мѣсяцевъ. Теперь пришла очередь русскихъ бомбардировать
Бодай, и они выполнили это съ большимъ рвеніемъ. Японцы
были принуждены очистить хребетъ и спуститься для защиты,
нѣсколько ниже по склону. Всю остальную часть дня и сумерокъ
бомбардировка не прекращалась. Снаряды летали одинъ за дру-
гимъ, чаще чѣмъ когда-либо. Русскіе артиллеристы съ наслажде-
ніемъ выпускали свои послѣдніе снаряды. Они стрѣляли не
обращая вниманія на цѣли и снаряды ложились въ пункты, гдѣ
противника никогда не могло быть.
Они съ ожесточеніемъ продѣлывали эту механическую опе-
рацію стрѣльбы. Общая атака восточной части укрѣпленій въ
ночь на 31 дек. совпала съ атакой 7-ой дивизіей внутренней
линіи обороны русскихъ на западѣ. Атака началась въ 8 ч.
утра въ первый день Новаго года, и продолжалось безъ пере-
рыва до 2 ч. дня, кагда русскіе были вынуждены отступить и
7-ая дивизія такимъ образомъ заняла позицію подъ Новымъ
городомъ, окончательно отрѣзавъ сообщеніе между сѣверными
фортами на западѣ, Исусаномъ, Даіанчисаномъ, Шіоанчисаномъ
и укрѣпленіями у Лаотешаня \). Не слѣдуетъ однако думать,
что эта атака вызвала паденіе Портъ-Артура: къ рѣшенію сдаться
привело паденіе цѣпи укрѣпленій отъ Хигаши Кейквансана до
Шою-сана; она только отняла у русскихъ важную позицію на
западѣ, отняло точку опору русскихъ т. е. наиболѣе важную
’) Въ этотъ день японцы атаковали на западномъ фронтѣ крѣпости, такъ назы-
ваемую 1-ую оборонительную линію, имѣвшую протяженіе до 4-хъ верстъ и обороня-
емую отрядомъ силою около 1200 человѣкъ, подъ начальствомъ Капитана Романовскаго.
Послѣ 7-ми часового боя японцамъ удалось прорваться на крайнемъ лѣвомъ флангѣ,
вслѣдствіе чего отрядъ отступилъ и занялъ 2-ую оборонительную линію лежащую въ
Р/2—2 верстахъ отъ первой и въ 3 верстахъ впереди Ляотеіпаня и оставался на
ней вплоть до Капитуляціи крѣпости. Такимъ образомъ связь укрѣпленій Ляотешаня
съ западнымъ фронтомъ до конца осады прервана не была.
Примѣчаніе Переводчиковъ.
317 —
позицію, сломивъ здѣсь ихъ сопротивленіе и давъ 7-ой дивизіи
лишній случай пожать вполнѣ заслуженные лавры.
Въ то время какъ окончательная атака Бодая приходила къ
концу и артиллерійская перестрѣлка здѣсь еще не прекращалась—
въ нѣсколькихъ миляхъ къ западу разнесся слухъ о мирѣ. Въ
4 ч. 30 м. въ первый день Новаго года русскій офицеръ, въ
сопровожденіи ординарца съ парламентерскимъ флагомъ, прибли-
зился къ японской позиціи къ югу отъ Шуйшіинъ. Онъ привезъ
письмо генерала Стесселя къ генералу Ноги. Письмо было
передано японцамъ и доставлено въ штабъ—квартиру генерала
Ноги, въ тотъ же вечеръ. Письмо это написанное по англійски
было слѣдующаго содержанія:
Портъ-Артуръ
(безъ числа).
Генаралу Барону Ноги.
Милостивый Государь!
Принимая во вниманіе положеніе дѣлъ на театрѣ войны,
нахожу дальнѣйшее сопротивленіе безполезнымъ и желая пре-
дотвратить безцѣнную гибель людей, хотѣлъ бы войти въ
переговоры о капитуляціи. Прошу васъ назначить делегата для
обсужденія условій капитуляціи и избрать мѣсто, гдѣ бы мой
делегатъ могъ бы съ нимъ встрѣтиться. Пользуюсь случаемъ
чтобы выразить свое уваженіе.
Генералъ Стессель.
Полученіе этого письма не прекратило, однако, враждебныхъ
дѣйствій, которыя продолжались всю ночь, и закончились лишь
послѣ новой борьбы на склонахъ Хигаши Кейквансана. Ночью
русскіе открыли оттуда стрѣльбу по японскимъ траншеямъ.
Японцы прилегли не обращая вниманія на огонь. Въ 2 часа ночи
2-го января русскія пушки съ Хигаши Кейквансанъ загрохотали
въ послѣдній разъ. Гарнизонъ очистилъ укрѣпленіе, взорвавъ его
и отступилъ къ небольшимъ холмамъ, лежащимъ за захваченной
ПОРТЪ-АРТ.
21
318 —
японцами линіей укрѣпленій. Взрывъ былъ такъ великъ, что
нельзя было потомъ возстановить очертанія укрѣпленія. Крупныя
орудія были сброшены съ лафетовъ, а одно переброшено на
разстояніе, почти въ 50 ярдовъ. Тотчасъ послѣ взрыва японская
пѣхота взобралась на высоту и заняла развалины укрѣпленія, кото-
рое причинило имъ больше трудовъ и потерь чѣмъ какая-либо
другая позиція. Гарнизонъ Хигаши Кейквансана имѣлъ лишь груст-
ное удовлетвореніе въ сознаніи, что фортъ держался во время всей
осады и былъ разрушенъ не врагомъ, а своими руками. Съ заня-
тіемъ этого укрѣпленія осада Портъ-Артура закончилась. Нѣсколько
фортовъ приписываютъ себѣ честь послѣдняго выстрѣла; но
честь эта принадлежитъ или Хигаши Кейквансану, или одному
изъ фортовъ Западнаго фронта.
Глава XXV.
Сдача и празднества.
Я не думаю, чтобы до 31-го декабря кто-нибудь изъ арміи
генерала Ноги считалъ, что паденіе Портъ-Артура такъ близко;
но послѣ быстро одержаннаго японцами успѣха при взятіи Шою-
сана и занятія русской позиціи послѣ часового боя, дѣло начало
принимать другой оборотъ. Однако и тогда еще предполагали,
что до сдачи пройдетъ покрайней мѣрѣ мѣсяцъ. Мы судили о
русскихъ по ихъ собственнымъ словамъ, и знаменитое изреченіе
Стесселя: «Я умру въ послѣднемъ рву» было еще у насъ
въ памяти. Дѣйствительно, объ укрѣпленіяхъ Портъ-Артура
японцы знали мало или вѣрнѣе почти ничего и если кто-нибудь
неожиданно заявлялъ, что послѣдній ровъ находился на восточ-
номъ фронтѣ главной оборонительной линіи, то всѣ съ презрѣ-
ніемъ осмѣивали его невѣжественный оптимизмъ.
Японцы предполагали, что вторая линія обороны лежала на
холмахъ за первой линіей и ожидали, что остатокъ русскаго
— 319
гарнизона отступитъ туда и окончательно остановится на этой
новой позиціи. Если бы и эта позиція пала, то слѣдуетъ при-
помнить намѣреніе, приписываемое Стесселю: отступить съ ос-
таткомъ горнизона на Лаотешаиь и обороняться на его скалис-
тыхъ высотахъ до тѣхъ поръ, пока голодъ не заставилъ бы на-
конецъ генерала и его геройское войско сдаться.
Утромъ 1-го января, когда весь участокъ Восточнаго фронта
отъ Сѣв. Кейквансана до Шою-сана былъ наводненъ японскими
солдатами и когда русскія гранаты начали рваться тамъ, гдѣ
раньше хозяйничали только японскіе снаряды каждый началъ
сознавать, что кризисъ близокъ и дѣло шло къ концу или же
начиналась новая фаза осады. По тому, какъ русскіе обороняли
вершины Бодая въ первый день Новаго года, нельзя было пред-
сказать, что это люди готовящіеся сдаться; скорѣе, казалось,
что они медленно отступаютъ къ своимъ послѣднимъ позиціямъ,
чтобы тамъ приготовиться къ новой оборонѣ, прежде чѣмъ имъ
придется покинуть Бодай — послѣднее укрѣпленіе на внѣшней
линіи обороны.
На письмо Стесселя отъ 1-го января отвѣта не послѣдовало,
но на слѣдующее утро въ 5 час. утра маіоръ Ямаока, офицеръ
изъ штаба Генерала Ноги, выѣхалъ изъ главной квартиры, съ
отвѣтомъ послѣдняго. Маіоръ Ямаока учился въ Россіи и еще въ
началѣ осады передалъ русскимъ письмо Микадо, въ которомъ
предлагалось всѣмъ женщинамъ, дѣтямъ и неучаствующихъ въ
военныхъ дѣйствіяхъ покинуть городъ. Этому храброму и любез-
ному человѣку всѣ иностранцы, состоявшіе при арміи генерала
Ноги, должны быть благодарны за его постоянное вниманіе и
доброту, съ которыми онъ къ нимъ относился; Ямаока былъ
одинъ изъ немногихъ, понимавшихъ иностранцевъ и входившихъ
въ ихъ положеніе. Мы всегда вспоминаемъ его имя съ удоволь-
ствіемъ, а его печальную судьбу съ искреннимъ сожалѣніемъ.
Онъ принималъ участіе въ двухъ историческихъ актахъ и
многихъ опасностяхъ осады: впослѣдстіи въ битвѣ подъ Мукде-
21*
— 320
номъ, бесѣдуя съ офицеромъ штаба 9-ой дивизіи, онъ былъ
вмѣстѣ съ нимъ опасно раненъ шрапнелью, которая разорвалась
надъ ними и лишился зрѣнія.
Отвѣтъ Ноги былъ полученъ русскими въ 9 ч. 30 м. утра
или въ 8 ч. 30 м. по японскому времени и состоялъ только въ
томъ, что японцы просили русскихъ делегатовъ прибыть къ
южной части деревни Шуйшіинъ въ 11ч. того же утра, отсюда
ихъ обѣщали провести въ домъ, гдѣ делегаты обѣихъ сторонъ
могли встрѣтиться и переговорить частнымъ образомъ. Само собою
подразумѣвалось, что во время переговоровъ военныя дѣйствія
пріостановятся. Никто изъ иностранцевъ бывшихъ при японской
арміи не зналъ о томъ, что наканунѣ пріѣзжалъ парламентеръ
и что Стессель желаетъ сдаться на капитуляцію.
Лично я весь день наблюдалъ за атакой Бодая. На моемъ
обратномъ пути вдоль «дороги усыпанной гранатами»
русскіе продолжали стрѣлять самымъ безалабернымъ образомъ,
очевидно съ единственнымъ намѣреніемъ потратить всѣ свои
снаряды. Эта безцѣльная трата снарядовъ въ первый разъ навели
меня на мысль, что конецъ близокъ.
Дорогой я встрѣтилъ двухъ японскихъ солдатъ; одинъ изъ
нихъ зналъ нѣсколько словъ по англійски и казалось хотѣлъ со
мною разговориться. Онъ звалъ меня къ себѣ въ лагерь, гдѣ
могъ угостить меня улейномъ, но такъ какъ его лагерь былъ
мнѣ не по пути, то я отказался отъ его приглашенія, обѣщая
зайти къ нему въ скоромъ времени. Этотъ отвѣтъ казалось не
удовлетворилъ его, ибо онъ продолжалъ дерлеать меня за рукавъ
и дружески тащилъ меня по направленію своего лагеря. Скоро
изъ его вопросовъ я понялъ, что онъ не вполнѣ увѣренъ, кто я
и заподозрилъ во мнѣ бѣглаго русскаго, однако онъ не хотѣлъ
поддаваться своимъ сомнѣніямъ и старался уговорить меня зайти
въ его лагерь, гдѣ молено было бы установить мою личность.
Мы достигли мѣста близъ батарей, которая весь день бомбарди-
ровала русскія позиціи, но теперь прекратила свой огонь. Русскіе
321
стрѣляли изъ морской 4,7 дм. пушки. По этой батарѣе, но въ
указанное время, около 6 ч. 30 м. стрѣльба почти совсѣмъ за-
молкла. Я шелъ, размышляя дѣйствительно ли близокъ конецъ
осады; какъ вдругъ русскіе произвели еще залпъ изъ морскихъ
орудій, и одна граната разорвалась какъ-разъ передъ японской
батареей. Мы слышали, какъ одинъ изъ осколковъ пролетѣлъ
въ нашу сторону; раздался оглушительный шумъ и мы всѣ трое
невольно прыгнули въ яму близъ края дороги. Хотя этотъ оско-
локъ и пролетѣлъ высоко надъ нашими головами, но мы могли
слѣдить за его полетомъ.
По дорогѣ въ 100 ярдахъ отъ насъ стоялъ японскій солдатъ
и вдругъ его подбросило въ воздухъ. Осколокъ гранаты упалъ
какъ разъ около его ногъ, къ счастью не задѣвъ его, но силой
сотрясенія онъ былъ подброшенъ вверхъ какъ кроликъ. Хотя это
и странно, но у меня было предчувствіе, что это послѣдняя гра-
ната, которую мнѣ приходится видѣть и я сказалъ своимъ япон-
скимъ друзьямъ, что мнѣ хотѣлось бы оставить ея осколокъ себѣ
на память. Мы всѣ подошли къ солдату, который все еще стоялъ
на дорогѣ, радуясь своему счастливому спасенію и начали отыски-
вать между скалами осколокъ гранаты, но онъ куда-то исчезъ, и
мы такъ его и не нашли.
Дѣйствительно, это былъ послѣдній снарядъ, который мнѣ
пришлось видѣть въ Портъ-Артурѣ и почти послѣдній во время
осады. Въ эту ночь гдѣ-то вдали была слышна перестрѣлка:
оказалось, что русскіе на Хигаши Кейквансанъ ночью рѣшили
оставить свою позицію и начали отступать. Прежде чѣмъ отсту-
пить, гарнизонъ форта произвелъ нѣсколько залповъ по японскимъ
траншеямъ и въ 2 часа утра очистилъ укрѣпленіе, предвари-
тельно, взорвавъ и разрушивъ его окончательно. Японцы заняли
укрѣпленіе вскорѣ послѣ взрыва.
Каждое утро мы обыкновенно посѣщали главную квартиру
съ цѣлью узнать, что намъ дѣлать въ теченіе дня, а также о
томъ, что случилось во время ночи на болѣе отдаленныхъ пунк-
322 —
тахъ. 2-го января въ 9 ч. утра нѣсколько представителей печати
собрались въ маленькой комнатѣ, приготовленной для нихъ въ
виду наступленія холодной погоды. Говорили мало, никто не зналъ
о наступающей сдачѣ, но мы начали обсуждать возможный срокъ
паденія крѣпости, который во всякомъ случаѣ былъ ближе, чѣмъ
мы думали. Носились различные слухи, нѣкоторые указывали на
сдачу, другіе, наоборотъ, предсказывали дальнѣйшее отчаянное
сопротивленіе. Если бы мы только могли забыть этотъ «послѣдній
ровъ», повязка спала бы съ нашихъ глазъ; но кто могъ пред-
угадать, что послѣдній ровъ находится на главной линіи обороны.
Мы послали за капитаномъ Ясухара, нашимъ вѣрнымъ «Чиче-
роне», обязанность котораго состояла въ томъ, что бы сообщать
намъ о текущихъ событіяхъ. Въ данномъ случаѣ капитанъ Ясу-
хара запоздалъ и когда наконецъ дверь открылась, то вошелъ
не капитанъ, а ординарецъ съ подносомъ въ рукахъ, на которомъ
стояла бутылка съ коньякомъ и нѣсколько стакановъ. Мы съ
удивленіемъ посмотрѣли на это странное явленіе, потому что если
японскій офицеръ начинаетъ пить коньякъ въ 9 часовъ утра,
то значитъ произошло что-нибудь необычайное.
Нѣсколько минутъ спустя появился и капитанъ Ясухара.—
«Господа! генералъ Стессель капитулировалъ Портъ-Артуръ, сдался»
были его первыя слова. Мы всѣ невольно вскрикнули: «Банзай!» —
Кстати сказать это слово сильнѣе и выразительнѣе чѣмъ «Ура»;
буквальное значеніе: «Живи вѣчно».—Теперь когда возобновился
англо-японскій союзъ, слѣдовало бы принять это слово и англи-
чанамъ. Капитанъ Ясухара улыбаясь началъ разливать коньякъ
въ стаканы, передавая ихъ присутствующимъ. Нашъ первый
тостъ былъ за Микадо, второй за короля Эдуарда, и тосты
продолжались, пока не окончилась бутылка. Затѣмъ пришелъ
генералъ Ноги, и мы поздравили его. Пожавъ всѣмъ руки, онъ
позволилъ сдѣлать намъ съ него нѣсколько фотографическихъ
снимковъ.
Теперь необходимо вернуться къ дѣлу и разсмотрѣть подробно
323
случившееся и послѣдующія событія. Достали драгоцѣнное посла-
ніе генерала Стесселя и намъ было позволено потрогать его въ то
время, какъ капитанъ Ясухара держалъ письмо за уголки. Ни-
кому не позволялось брать его въ руки; японцы боялись, что
Стессель можетъ отказаться отъ своего слова, а тогда если они
не сохранятъ документа, то не будетъ и доказательства, что
онъ дѣйствительно согласился сдать крѣпость. Прежде всего и
главнымъ образомъ каждый хотѣлъ знать, гдѣ, и въ которомъ
часу встрѣтятся делегаты. Очевидно было, что нельзя терять
времени,—такъ какъ Ясухара объявилъ, что въ этотъ же день
въ 11 ч. утра делегаты соберутся въ деревнѣ Шуйшіинъ (почти
въ двухъ часахъ разстоянія отъ главной квартиры) и всякій,
желающій присутствовать при этомъ историческомъ событіи дол-
женъ былъ туда поспѣшить, ибо стрѣлка часовъ приближалась
къ 11 часамъ. Я прибылъ въ Шуйшіинъ въ 1 ч. 30 м., но къ
счастью делегаты опоздали на два часа.
Со стороны русскихъ прибыло всего 17 человѣкъ. Полков-
никъ Рейсъ, начальникъ штаба генерала Стесселя, три другихъ
полковника, командиръ «Ретвизана» Щенсновичъ, прапорщикъ
Мальченко, мичманъ, переводчикъ, одинъ чиновникъ и 8 казаковъ.
Эта небольшая группа, во главѣ съ казакомъ, который несъ боль-
шой бѣлый флагъ на длинномъ древкѣ, подъѣхавъ къ уцѣлѣв-
шему китайскому дому, сошла съ лошадей; офицеры прошли во
внутрь дома, а казаки сѣли на скамейку у дороги, продолжая
держать свой бѣлый флагъ. Японскіе делегаты также вошли въ
домъ, тамъ собрались: генералъ Ижичи, начальникъ штаба гене-
рала Ноги, маіоръ Ямаока, капитанъ Тсунода, Ивамура, состо-
ящій при министерствѣ иностранныхъ дѣлъ, докторъ Арига, зна-
менитый знатокъ международнаго права и нѣсколькихъ перевод-
чиковъ. Переговоры велись на англійскомъ языкѣ, съ случайными
вставками на русскомъ языкѣ. Генералъ-маіоръ Ижичи гово-
ритъ и понимаетъ по англійски. Докторъ Арига также владѣетъ
прекрасно англійскимъ языкомъ, но между русскими только мо-
324 —
лодой мичманъ былъ единственный лингвистъ, и на него выпала
трудная обязанность стать лицомъ къ лицу съ извѣстнымъ зна-
токомъ международнаго права и знаменитымъ начальникомъ
Штаба. Однако, благодаря желанію обѣихъ сторонъ придти къ
скорѣйшему соглашенію, переговоры велись почти безъ препят-
ствій. Къ несчастью для любопытныхъ, переговоры велись при
закрытыхъ дверяхъ, и за ходомъ ихъ можно было слѣдить только
по торопливости японскаго или русскаго офицеровъ, которые по
временамъ поспѣшно выходили, чтобы послать сообщеніе о поло-
женіи дѣла въ главную квартиру генерала Ноги или въ Портъ-
Артуръ. Поэтому я боюсь, что потомству не останется ни одной
драматической картины этого выдающагося событія, вродѣ кар-
тины рисующей капитуляцію Седана, гдѣ Наполеонъ Ш и Бис-
маркъ сидятъ за столомъ передъ домомъ, обсуждая подробности
перемирія; не будетъ также картины подобной той, когда не-
частный Вимпфенъ вымаливаетъ лучшія условія для своей арміи,
въ то время какъ суровый Мольтке, стоя, указываетъ пальцемъ
на картѣ позицію нѣмецкой артиллеріи, готовой въ случаѣ не-
согласія отправить въ вѣчность остатки арміи Макъ-Магона.
Красивыя батальныя картины, въ которыхъ воображеніе худож-
ника изображало войну съ заманчивой стороны—дѣлаются досто-
яніемъ прошлаго, теперь художникъ найдетъ мало сюжетовъ для
своей картины, ибо суровая дѣйствительность воспроизводимая
фотографическимъ аппаратомъ, слишкомъ расходится съ фанта-
зіей художника.
Во время переговоровъ подъ Портъ-Артуромъ обѣимъ сто-
ронамъ такъ хотѣлось прійти къ соглашенію, что они готовы
были идти на всевозможныя обоюдныя уступки. Не смотря на
то, что главныя дѣйствующія лица отсутствовали, и переговоры
велись въ глубокой тайнѣ, это событіе, столь животрепещущаго
интереса, возбуждало и волновало все и всѣхъ вокругъ. Казалось
сама природа сочувственно относилась къ новому ходу событій
и радовала насъ такой чудной погодой, какой не было за все
— 325 —
время осады. Солнце грѣло какъ лѣтомъ въ первый разъ за всѣ
эти пять мѣсяцевъ. Зданіе, гдѣ велись переговоры находилось въ
серединѣ деревни, передъ ними было нѣчто въ родѣ небольшой
площади. 2-го января днемъ на этой площади толпились япон-
скіе солдаты, пришедшіе изъ окрестныхъ лагерей съ оливковыми
вѣтвями, вмѣсто ружей, чтобы посмотрѣть на своихъ враговъ.
Въ центрѣ этой толпы, сидѣли на низкой скамьѣ казаки, дер-
жа въ поводу своихъ лошадей. У одного изъ нихъ на длин-
номъ шестѣ висѣлъ квадратный кусокъ обыкновеннаго бѣлаго
холста, символъ мира и около него сидѣлъ японскій кавалерій-
скій солдатъ съ подобнымъ же флагомъ. Каждый изъ присут-
ствующихъ дѣлалъ свое заключеніе объ этихъ солдатахъ; полное
добродушіе было написано на дѣтскихъ лицахъ японцевъ и на
открытыхъ лицахъ бѣлокурыхъ, широкоплечихъ казаковъ. У по-
слѣднихъ не было замѣтно на лицахъ ни утомленія, ни озлобленія.
Разглядывая своихъ враговъ и обсуживая ихъ внѣшность, казаки
часто разражались громкимъ смѣхомъ, такъ комичны казались
имъ одежда и манеры солдатъ Микадо. Японскіе солдаты также на-
ходили что-то особенно забавное въ казакахъ и день прошелъ въ
добродушной болтовнѣ, въ которой не было и слѣда вражды.
Въ разстояніи мили къ югу отъ мѣста переговоровъ нахо-
дилась арена борьбы, которая прекратилась только въ 2 часа
утра этого дня. Шою-санъ еще дымился; ясно на горизонтѣ вы-
рисовывался грозный брустверъ Нирусана, олицетвореніе непри-
ступной твердыни, сдавшійся лишь послѣ цѣлаго ряда атакъ
непобѣдимыхъ японскихъ солдатъ. На другихъ высотахъ и фор-
тахъ виднѣлись японскіе солдаты въ темныхъ одеждахъ; позади
нихъ толпились русскіе, впервые вышедшіе изъ своихъ траншей;
узкая долина въ 200 ярдовъ шириною раздѣляла вчерашнихъ
враговъ. Западные форты, которые не были атакованы во время
осады остались еще въ рукахъ русскихъ. Первое совѣщаніе состоя-
лось въ 1 ч. 20 м. Начальники Штаба пожали другъ другу руки,
обмѣнялись довѣрительными грамотами и представили свою свиту
— 326
другъ другу. Японскіе парламентеры передали русскимъ условія
капитуляціи и дополнительные документы, прося обдумать ихъ
въ сосѣдней комнатѣ въ теченіе того времени, какое они сочтутъ
нужнымъ. Передъ уходомъ русскіе спросили, окончательны ли
эти условія. Японцы отвѣтили утвердительно и въ то же время
заявили, что согласны принять во вниманіе всякое добавленіе
или измѣненіе, предложенное русскими. Въ сжатой формѣ японцы
требовали безусловной сдачи Портъ-Артура и выдачи всего въ немъ
находящагося, исключая вещей, нужныхъ плѣннымъ для лич-
наго употребленія.
Всякая общественная и частная собственность въ Портъ-
Артурѣ должна была быть передана въ распоряженіе японцевъ.
Въ то же время была передана русскимъ телеграмма отъ Микадо
адресованная генералу Ноги, въ которой Микадо оцѣнивая храб-
рость, съ которой сражались русскіе во время осады, разрѣшилъ
вернуться въ Россію всѣмъ русскимъ офицерамъ, которые дадутъ
слово не принимать больше участія въ войнѣ. Делегаты генерала
Стесселя удалились во второй разъ на нѣсколько минутъ, но въ
1 ч. 30 м. вернулись и повторили прежній вопросъ: Окончательны
ли эти условія? Японцы по прежнему отвѣтили утвердительно.
Въ 2 ч. 30 м. произошло второе совѣщаніе. Русскіе рѣши-
лись до конца выдержать свою роль и предъявили на требованія
японцевъ о безусловной сдачѣ контръ-предложеніе, содержавшее
слѣдующія измѣненія, которыя, въ виду категорическаго отвѣта
японцевъ могли имѣть съ цѣлью только продленіе переговоровъ 1):
Всѣ солдаты, матросы, а также и офицерамъ получаютъ разрѣ-
шеніе вернуться въ Россію 2). Прежде чѣмъ воспользоваться раз-
рѣшеніемъ, даннымъ офицерамъ, вернуться въ Россію на слово,
русскіе просятъ позволенія испросить на это разрѣшеніе Государя,
такъ какъ въ Россіи нѣтъ закона, въ силу котораго военное
лицо могло бы связать себя словомъ больше не принимать участья
въ военныхъ дѣйствіяхъ. 3). Въ отвѣтъ на вопросъ японцевъ, пред-
ложенный въ одномъ изъ дополнительныхъ документовъ, былъ
— 327
данъ отвѣтъ, что всѣ солдаты въ крѣпости, за исключеніемъ
4000, или больны или ранены. 4). Сообщалось, что всѣ полковыя
знамена сожжены. 5). Испрашивалось разрѣшеніе сохранить всѣхъ
лошадей, которыхъ въ крѣпости было 1800. 6). Каждый офи-
церъ получалъ разрѣшеніе взять съ собой деньщика. 7). Японцы
принимаютъ на себя заботы о госпиталяхъ. 8). Русскіе просятъ
сообщить, что дѣлать съ японскими плѣнными, которыхъ насчи-
тывалось около 60. Въ 3 ч. 7 м. дня парламентеры разошлись,
японцы удалились, чтобы обсудить отвѣтъ русскихъ.
ВъЗч. 37 м. состоялась третья конференція. Японцы подробно
отвѣтили на каждый пунктъ предложенный русскими: 1). Всѣмъ
офицерамъ и всѣмъ гражданскимъ лицамъ и не принимавшимъ
участіе въ войнѣ дозволяется вернуться въ Россію на слово, офи-
церы сохраняютъ свое оружіе; но всѣ солдаты и матросы сдаются
какъ военноплѣнные. 2). Каждому офицеру дозволено взять по
деньщику. 3). Всѣ лошади должны быть сданы. 4). Каждому рус-
скому офицеру будетъ дозволено взять такое же количество багажа
какъ полагается японскому офицеру соотвѣтствующаго чина.
5). Остальная частная собственность должна быть оставлена въ
крѣпости японцы, оставляютъ за собой право распорядиться ею
по усмотрѣнію. 6). Зданія госпиталей останутся нетронутыми.
Въ то время какъ происходило третье совѣщаніе, въ различ-
ныхъ частяхъ города вспыхнулъ пожаръ и генералъ Ижичи за-
мѣтилъ полковнику Рейсу, что уничтожать собственность во время
переговоровъ есть глубокое нарушеніе^ перемирія. Полковникъ
Рейсъ тотчасъ отправилъ спѣшное донесеніе генералу Стесселю,
прося его остановить эти пожары. Это донесеніе было отправлено
съ казакомъ ординарцемъ въ сопровожденіи японскаго солдата.
Къ концу дня пожары частью были потушены; Генералъ Стес-
сель отвѣтилъ, что онъ приметъ мѣры къ прекращенію ихъ и
что это было рукъ поджигателей.
Излагая свои окончательныя условія, японцы согласились
послать телеграмму Царю отъ русскихъ, съ просьбой дозволить
— 328
офицерамъ дать слово; условіемъ ставилось, чтобы телеграмма
была ясно написана по англійски. Въ то же время было рѣшено
что капитуляція будетъ подписана, какъ только будетъ составлена,
не дожидая добраго отвѣта отъ Государя. Въ 7 ч. 30 м. вечера
телеграмма къ Царю была вручена японцамъ. Въ 8 ч. 45 м.
капитуляція была подписана начальниками штабовъ: полковникъ
Рейсъ подписался первымъ, а генералъ Ижичи подъ нимъ.
Покончивъ съ формальной стороной дѣла, делегаты про-
должали бесѣду въ неофиціальной формѣ и обсуждали между
собою ходъ осады во всѣхъ ея главныхъ фазисахъ. Балашовъ,
главный начальникъ Общества Краснаго Креста, дѣятельно
работавшій во время осады, заявилъ, что лазареты нуж-
дались въ необходимомъ для ухода за больными и ранеными
и просилъ распоряженія немедленно доставить имъ все нужное.
Въ 9 часовъ делегаты пообѣдали въ домѣ, въ кото-
ромъ происходили переговоры. Полковникъ Рейсъ заявилъ, что
главной причиной сдачи Портъ-Артура было большое количество
больныхъ и раненыхъ, плохія условія госпиталей и недостатокъ
продовольствія и боевыхъ снарядовъ. Онъ также сказалъ, что
русскіе могли бы выдержать еще пять дней, но такъ какъ даль-
нѣйшее сопротивленіе привело бы къ тому же, то они рѣшили
сдаться. Японцы спросили сколько солдатъ выйдетъ изъ крѣпости
какъ военно-плѣнные, потому что они должны сдѣлать соотвѣт-
ствующія распоряженія. Полковникъ Рейсъ подтвердилъ свое
странное заявленіе, что только 4000 человѣкъ въ состояніи
выйти изъ крѣпости. Это количество потомъ возросло до 1300
офицеровъ и 24.000 солдатъ и матросовъ. Полковникъ, какъ
начальникъ штаба, долженъ былъ конечно лучше знать о поло-
женіи крѣпости; кромѣ неправильнаго заявленія о числѣ войска,
онъ также невѣрно опредѣлилъ и матеріальное положеніе ея, ибо
въ крѣпости оказалось запасовъ на 4 мѣсяца и боевыхъ снарядовъ,
на довольно продолжительное время.
Въ 10 ч. 30 м. делегаты обѣихъ армій покинули Шуйшіинъ
— 329 —
и вернулись въ свои штабы. Японцы не вошли въ Портъ-Артуръ
тотчасъ же послѣ капитуляціи. Было рѣшено, что русскіе плѣн-
ные выйдутъ изъ крѣпости въ слѣдующіе за сдачею дни, при-
чемъ японцы послали офицеровъ и переводчиковъ для пріема
общественныхъ зданій, и жандармовъ для охраненія порядка
въ городѣ, ибо масса бродившись солдатъ и рабочихъ бродили по
городу и безчинствовали. Лишь по истеченіи двѣнадцати дней
генералъ Ноги во главѣ своей арміи торжественно вступилъ въ
городѣ. Это время бездѣйствія было очень утомительно, но мы
должны были по неволѣ подчиниться такъ какъ разъ устано-
вленныя правила были для всѣхъ равнообязательны. Японцы во-
обще любятъ празднества и въ данномъ случаѣ съ увлеченіемъ
предавались шумнымъ ликованіямъ.
Во все время войны, когда вѣсти о побѣдѣ доходили до Токіо,
толпа народа собиралась каждый вечеръ съ фонарями и флагами,
торжественно проходили по городу совершенно такъ же, какъ то
дѣлали наши Лондонцы во время южно-африканской войны. Га-
зеты выпускались добавочными изданіями въ видѣ небольшихъ
печатныхъ листковъ, съ вѣстями о великихъ событіяхъ, ихъ ты-
сячами продавали газетные разнощики, бѣгающіе по городу съ
колокольчикомъ въ рукахъ. Въ Токіо, однако было больше пово-
довъ для такихъ празднествъ чѣмъ въ Лондонѣ.
Когда въ японскомъ лагерѣ узнали о сдачѣ Портъ-Артура,
ликованіе было всеобщее, но всякія торжества были сокращены
до такой степени—что положительно не соотвѣтствовали важности
событія. Какъ поступила бы любая каждая европейская армія, если
бы великія побѣды генерала Ноги и его храброй арміи выпали на
ея долю? Навѣрно празднества продолжались бы нѣсколько дней.
Если-бы какой-нибудь иностранецъ явился сюда вскорѣ послѣ сдачи
Портъ-Артура, то, по поведенію офицеровъ и солдатъ, ему не могло
бы придти въ голову, что произошло нѣчто необыкновенное, а
тѣмъ болѣе, такое важное событіе какъ паденіе непоколебимой
русской твердыни на дальнемъ востокѣ.
— 330 —
Вечеромъ 2-го января солдаты, праздновали свою побѣду
обычнымъ для нихъ способомъ. Это было не шумное торжество, а
скорѣе глубокая радость, что они, одолѣли наконецъ Портъ-Артуръ.
Но японцы были воодушевлены еще другою надеждою. Они знали,
что съ паденіемъ крѣпости война не прекратится, что Генералъ Ноги
и 100.000 его ветерановъ двинутся противъ Куропаткина. Сдача
крѣпости освобождала ихъ и эти неутомимые борцы рвались къ
новымъ побѣдамъ и давно ожидаемому окончанію войны. 2-го
января вечеромъ ликованіе достигло апогея. По всѣмъ лагерямъ
б ыли зажжены огни; вдоль хребта захваченныхъ русскихъ позицій
на каждой высотѣ пылали костры; въ тылу въ разстояніи нѣсколь-
кихъ миль блестѣли въ темнотѣ зимней ночи одинокіе огоньки,
обозначая какой-нибудь интендантскій пунктъ или группу сол-
датъ, охранявшихъ желѣзнодорожную линію. Солдаты массами
собирались у костровъ, кричали до хрипоты, распѣвая патріоти-
ческія пѣсни и приплясывая вокругъ огня, громко выкрикивали
свое «Банзай».
Если кто-нибудь изъ насъ иностранцевъ, подходилъ къ по-
добному костру, его принимали съ восторгомъ, солдаты убѣждали
насъ принять участіе въ ихъ празднествахъ и дѣлили съ ними свое
саки, которымъ щедро одѣляли ихъ въ эту ночь. Для зрителя, стояв-
шаго на одной изъ высотъ зрѣлище было дѣйствительно необык-
новенное; освѣщенная многочисленными кострами вся мѣстность,
на разстояніи болѣе 20 миль, походила на большой городъ, оку-
танный туманомъ. Со всѣхъ сторонъ раздавались крики «Банзай»,
и такъ какъ каждый лагерь подхватывалъ этотъ крикъ, то онъ
разносился по всей линіи и замиралъ далеко на западѣ Голу-
биной бухты.
Въ главной квартирѣ арміи замѣтенъ былъ тотъ же восторгъ.
Мнѣ пришлось посѣтить офицера штаба, и я замѣтилъ что въ глав-
ной квартирѣ все приняло праздничный видъ. Всякое дѣло было
оставлено, такъ какъ праздновали всѣ. Я засталъ глуповатыхъ
жандармовъ, исполнявшихъ обязанности военной полиціи, сидѣв-
— 331
шими за ужиномъ съ цѣлой батареей бутылокъ шампанскаго,
кларета, пива, коньяку и саки, лица ихъ выражали полное бла-
женство.
Каждая группа приглашала насъ за свой столъ. Такимъ об-
разомъ прошла ночь; но когда на слѣдующее утро встало солнце,
желѣзная дисциплина проявила свои права надъ этими кутилами
и съ наступленіемъ дня армія снова представляла дружную боевую
силу, готовую двинуться къ сѣверу на врага.
На другой день послѣ капитуляціи генералъ Ноги отпра-
вилъ своего адъютанта капитана Тсунода въ Нортъ-Артурѣ,
чтобы выразить чувства почтенія генералу Стесселю и его женѣ,
и спросить, не нуждаются ли они въ чѣмъ-нибудь, въ то же
время онъ долженъ былъ намекнуть, что въ виду прекращенія
враждебныхъ дѣйствій—можно устроить свиданіе Ноги съ гене-
раловъ Стесселемъ. 4-го января Тсунода снова посѣтилъ Стес-
селя и его жену и передалъ г-жи Стессель подарокъ, состоявшій
изъ 24 куръ, 12 бутылокъ шампанскаго и 12 бутылокъ краснаго
вина. Капитана Тсунода сопровождали господинъ Ивамура, со-
стоящій при министерствѣ иностранныхъ дѣлъ. Въ домѣ генерала
Стесселя произошло дружеское свиданіе между генераломъ, его
женою и двумя японскими офицерами.
Ивамура говорилъ съ г-жею Стессель по-русски, а Тсунода съ
генераломъ по французски черезъ переводчика.
Первый вопросъ Стесселя быль: «Гдѣ Куропаткинъ?» — Тсу-
нода: «Не знаю, не знаю, но гдѣ-нибудь на Шахэ». — Стессель:
«Послѣдній разъ я имѣлъ извѣстіе о немъ 6-го октября, когда
онъ мнѣ писалъ: Дорогой товарищъ, Вы должны продержаться
еще немного, потому что я иду со всей арміей на выручку;
послалъ тогда китайскихъ шпіоновъ розыскать его позицію; одинъ
донесъ, что онъ былъ въ Нанисанѣ, другой въ Чораши (деревня
въ 7 миляхъ отъ Портъ-Артура), но я думаю, что онъ на Шахэ».
Тсунода: — «Куропаткинъ былъ разбитъ Оямой на Шахэ, при-
чемъ ваши потери достигли до 50 или 60 тысячъ человѣкъ».—
— 332 —
Стессель.— «Гдѣ Балтійскій флотъ?» — Тсунода:—«Не знаю, но
полагаю, что часть его еще не обогнула мыса Доброй Надежды».
Стессель: «Теперь, когда Портъ-Артуръ палъ безполезно флоту
идти сюда, благоразумнѣе вернуться».
На вопросъ: «Что васъ больше всего безпокоитъ во время
осады?» Стессель отвѣтилъ: — «28 сантим. гаубицы, съ ихъ появ-
леніемъ мы поняли что наши укрѣпленія не выдержатъ. Я
былъ противъ плана Сахарова построить портъ и докъ въ Даль-
немъ; я говорилъ, что все это должно быть въ Портъ-Артурѣ.
Сахарова теперь нѣтъ въ живыхъ, онъ умеръ отъ дизентеріи. Я
былъ противъ войны, потому что хорошо зналъ японцевъ; сра-
жаясь вмѣстѣ съ ними во время возстанія боксеровъ, тогда я
познакомился съ покойнымъ генераломъ Ямагучи и Фукашимой.
Моя дивизія, 3-ья; японскіе войска по моему мнѣнію, выпол-
нили главную работу въ этой войнѣ. Съ тѣхъ поръ я вполнѣ
оцѣнилъ искусство и храбрость японскихъ генераловъ и солдатъ.
Нѣкоторые говорятъ, что Алексѣевъ вызвалъ войну, но это не-
правда: Алексѣевъ былъ всегда противъ войны и не смотрѣлъ
свысоты на японцевъ, потому что былъ въ Тянцзинѣ во время
возстанія боксеровъ гдѣ и научился цѣнить ихъ».
Затѣмъ Стессель восхвалялъ искусство и настойчивость
японскихъ саперъ, которые все «рыли, рыли и рыли». Въ началѣ
онъ не находилъ артиллерію особенно искусной, но впослѣдствіи
вполнѣ оцѣнилъ ея силу. Онъ считалъ, что главной причиной
войны было незнаніе настоящаго характера японцевъ въ массѣ
русскаго народа. По истинѣ—то былъ верхъ наивности — взва-
ливать отвѣтственность за войну на злополучный русскій народъ.
Стессель заявилъ, что онъ собственно не долженъ былъ быть въ
Портъ-Артурѣ, такъ какъ его 3-ья дивизія, была на сѣверѣ;
въ Портъ-Артурѣ же находились 4-ая и 7-ая дивизіи. Когда въ
февралѣ японцы въ первый разъ напали на русскихъ на морѣ,
онъ былъ пораженъ этой неожиданной вспышкой враждебныхъ
отношеній: тогда форты были лишь наполовину готовы, а гар-
— 333
низокъ крѣпости состоялъ изъ 3000 человѣкъ. Генералъ Кон-
дратенко съ помощью одного извѣстнаго инженернаго полков-
ника 9 спѣшно принялся заканчивать оборонительныя работы
на фортахъ, но оба эти героя были убиты 25-го декабря взры-
вомъ 28 сент. гранаты на Кейквансанскомъ форту. Стессель
восхвалялъ Кондратенко и сказалъ, что онъ кончилъ военную
академію и былъ выдающимся инженеромъ. Стессель добавилъ,
что онъ самъ принималъ участіе въ трехъ войнахъ: Русско-
Турецкой въ чинѣ штабсъ-капитана и былъ тогда раненъ; во
время возстанія боксеровъ онъ, въ чинѣ генерала, командовалъ
дивизіей и снова былъ раненъ; и наконецъ въ настоящей войнѣ,
гдѣ также получилъ рану. Куропаткинъ былъ его товарищемъ
по корпусу. Онъ находилъ, что достаточно послужилъ родинѣ и
единственное его желаніе—удалиться въ имѣніе и кончить жизнь
въ кругу своей семьи. Онъ принялъ на свое попеченіе пять чело-
вѣкъ дѣтей офицеровъ, убитыхъ во время осады. Подъ конецъ
свиданія Стессель сказалъ, что ему доставитъ большое удоволь-
ствіе посѣтить генерала Ноги въ деревнѣ Шуйшіинъ. Свиданіе
было назначено на другой день въ 12 часовъ.
5 января оба генерала должны были встрѣтиться въ де-
ревнѣ Шуйшіинъ и всѣмъ хотѣлось присутствовать при этомъ
историческомъ свиданіи. Вся торжественность была устранена.
Было приказано, чтобы войска не собирались въ деревнѣ Шуй-
шіинъ и по дорогамъ, ведущимъ къ «Храму Мира» какъ назвали
этотъ домъ въ деревнѣ. Генералъ Ноги, который былъ хозяиномъ
въ данномъ случаѣ, долженъ былъ прибыть раньше, чтобъ встрѣ-
тить и принять русскаго генерала и его штабъ по ихъ при-
бытіи, но къ сожалѣнію произошла ошибка въ распоряженіяхъ,
и все было сдѣлано неправильно по очень простой причинѣ,
которую легко было предусмотрѣть. Было рѣшено, что капитанъ
Тсуиода поѣдетъ въ главную квартиру къ Стесселю и проводитъ
его до мѣста свиданія. Стессель наканунѣ рѣшилъ встрѣтиться
9 Вѣроятно Подполковникъ Рашевскій. Лрим. Переѳод.
порть-артуръ. 21
— 334 —
съ Ноги въ 12 часовъ; но обѣ стороны упустили изъ виду раз-
ницу между русскимъ и японскимъ временемъ, ибо когда у рус-
скихъ былъ полдень, по японскому времени былъ часъ. Я прі-
ѣхалъ въ деревню Шуйпііинъ безъ двѣнадцать, но тутъ никого
еще не было; наконецъ я увидѣлъ нѣсколькихъ корреспонден-
товъ, прибывшихъ туда незадолго до меня. Они сказали мнѣ,
что въ 11 Ѵг часовъ генералъ Стессель проѣхалъ со своимъ шта-
бомъ и что никого не было, чтобы указать ему путь къ мѣсту
свиданія. Къ счастью онъ встрѣтилъ эту небольшую группу
англичанъ, ожидавшихъ въ деревнѣ его прибытіе. Они привѣт-
ствовали генерала и указали дорогу въ деревню, куда тотчасъ
и поѣхалъ Стессель со своимъ штабомъ. У дома онъ спѣшился
и вошелъ въ помѣщеніе. Въ первомъ часу капитанъ Тсунода
стремглавъ прискакалъ изъ города, съ такимъ видомъ какъ будто
бы онъ желалъ, чтобы земля разверзлась и поглотила его, потому
что, прибывъ въ Вортъ-Артуръ, онъ узналъ, что Стессель уже
выѣхалъ оттуда. Кто можетъ теперь сказать, что корреспонденты
не нужны во время войны? Еслибъ не эта небольшая группа,
привѣтствовавшая Стесселя, онъ бы вернулся въ Портъ-Артуръ
съ обидой въ сердцѣ.
Нѣсколько времени спустя прибылъ генералъ Ноги со шта-
бомъ и тотчасъ же всѣ прошли въ домъ. Ноги сопровождалъ
его начальникъ штаба, генералъ Ижичи, капитанъ Матсуада,
капитанъ Ясухара, капитанъ Тсунода, Г-нъ Ивамура и маіоръ
Ватанабе. Свита Стесселя состояла изъ полковника Рейса, его
начальника штаба, поручиковъ Невельскаго и Мальченко—офице-
ровъ штаба 3-го Сибирскаго армейскаго корпуса, небольшого
отряда казаковъ, подъ начальствомъ урядника. Не было видно
бѣлыхъ флаговъ при этомъ свиданіи, потому что крѣпость сда-
лась, и гарнизонъ сложилъ оружіе, прекративъ враждебныя
дѣйствія; но русскому генералу, въ виду его положенія было
дозволено сохранить свой частный конвой до выѣзда изъ Портъ-
Артура. Никому изъ иностранцевъ не было разрѣшено присут-
335 —
ствовать при свиданіи, но японцы дали отчетъ о происшедшемъ,
и я повторю все именно такъ, какъ это было намъ объявлено
по-англійски на слѣдующій день, сохраняя причудливый языкъ
японцевъ.
«Оба генерала прежде всего пожали другъ другу руку и
представили одинъ другому своихъ штабныхъ. Генералъ Ноги
выразилъ, что очень радъ пожать руку генералу Стесселю.
Стессель благодарилъ Ноги эа эту встрѣчу и выразилъ, съ своей
стороны, большое удовольствіе, что можетъ пожать руку такого
воина, какъ генералъ Ноги. Тогда генералъ Ноги сказалъ Стес-
селю, что Микадо желаетъ оказать ему (Стесселю) большой
почетъ, потому что онъ такъ храбро сражался. Стессель поблаго-
дарилъ Микадо за такое распоряженіе и сказалъ, что теперь
честь его имени спасена.
«Стессель поблагодарилъ Ноги за отправку телеграммы Госу-
дарю, а генералъ Ноги передалъ туда полученный утромъ отвѣтъ
Государя слѣдующаго содержанія:
«Разрѣшаю всѣмъ офицерамъ воспользоваться предоставлен-
нымъ имъ правомъ возвратиться въ Россію, съ обязательствомъ
не принимать участія въ настоящей войнѣ, или раздѣлить участь
своихъ людей. Благодарю васъ и вашъ гарнизонъ за доблестную
оборону.
Николай».
Оба генерала обоюдно хвалили храбрость войскъ. Разговоръ
перешелъ къ взрыву форта Шою-санъ 31 декабря, и Стессель
подтвердилъ, что весь гарнизонъ погибъ при этомъ страшномъ
взрывѣ. Онъ хвалилъ искусство саперъ, а также опытность
артиллеріи, особенно силу и сосредоточенность ея огня послѣ
взрыва, о храбрости пѣхоты онъ нашелъ даже излишнимъ и
распространяться.
Стессель восхвалялъ генерала Ноги за его преданность
родинѣ и заявилъ, что онъ слышалъ о смерти его двухъ сыно-
21”5
— 336 —
вей во время осады. На это генералъ Ноги отвѣтилъ: «Одинъ
изъ моихъ сыновей былъ убитъ подъ Наншанемъ, другой на
высотѣ въ 203 метра. Для насъ необходимо было взять обѣ
эти позиціи — и я радъ, что ихъ жизнь была погублена не
напрасно».
Стессель просилъ Ноги принять отъ него въ подарокъ его
боевого арабскаго коня, какъ знакъ глубокаго къ нему уваже-
нія. Ноги отвѣтилъ: «Ваша доброта не имѣетъ границъ. Однако
я не могу принять вашъ подарокъ, потому что всѣ лошади,
пушки и всякая иная добыча принадлежитъ арміи, и я не имѣю
права обращать это въ мою частную собственность; но я распо-
ряжусь, чтобы о вашей лошади заботились какъ можно лучше».
Ноги просилъ Стесселя оставаться въ его домѣ въ Портъ-Артурѣ
до окончанія всѣхъ приготовленій къ его отъѣзду въ Дальній, а
оттуда въ Россію.
Стессель просилъ Ноги собрать тѣла русскихъ, павшихъ во
время осады для погребенія ихъ въ одномъ мѣстѣ. Ноги ска-
залъ, что онъ уже распорядился похоронить тѣла русскихъ,
павшихъ во время осады, но обѣщалъ, что какъ только у сол-
датъ будетъ время, то они соберутъ тѣла въ одно мѣсто и по-
ставятъ надъ ними памятникъ.
Ноги попросилъ позволенія снять фотографію съ группы,
на что Стессель согласился. Когда Стесселю подвели его араб-
скаго коня, онъ спросилъ: «Не правда ли, какой превосходный
конь?»
Во время свиданія генераловъ въ городѣ снова начались
пожары. Стессель извинился, приписывалъ это поджогамъ, въ
виду чего просилъ, чтобы японскіе солдаты въ тотъ же день
вошли въ городъ для его охраны. Это было исполнено. Стессель
сдѣлалъ любопытное признаніе, что одною изъ причинъ сдачи
Портъ-Артура была трудность поддерживать порядокъ въ городѣ
среди 3000 или 4000 рабочихъ, которыхъ онъ назвалъ разбой-
никами.
337 —
Въ то время какъ генералы были заняты разговоромъ,
солдаты ихъ свиты братались между собою, очевидно считая
своею обязанностью отбросить всякую вражду и сдѣлаться
друзьями, по примѣру своихъ генераловъ. Начальники свиты
Ноги и Стесселя, обнявшись, ходили взадъ и впередъ, желая
быть увѣковѣченными одной изъ многочисленныхъ фотографи-
ческихъ камеръ, готовыхъ передать исторіи это странное зрѣ-
лище. Остальные солдаты дѣлали то же самое, къ собственному
удовольствію и къ удовольствію зрителей, которые не забыли
еще, какъ въ теченіе девяти мѣсяцевъ эти же люди прилагали
всѣ усилія, чтобы убить другъ друга. Пробывъ вмѣстѣ около
часа, Стессель и его штабъ уѣхали. Генералъ Ноги уѣхалъ че-
резъ V2 часа послѣ Стесселя и также отправился по дорогѣ въ
Портъ-Артуръ въ сопровожденіи одного только адъютанта капи-
тана Ясухара. Они проѣхали вдоль линіи захваченныхъ русскихъ
фортовъ, которые генералъ Ноги впервые видѣлъ такъ близко.
ГЛАВА XXVI.
Заключительныя сцены.
По условіямъ капитуляціи русскіе должны были днемъ 6-го
января выйти изъ крѣпости въ деревню Лахутзэ, лежащую около
Голубиной бухты, и временно расположиться тамъ, до тѣхъ поръ,
пока не будутъ окончены всѣ приготовленія отправки ихъ въ
Дальній. Лихутзэ находится въ 15 миляхъ отъ желѣзно-дорожной
станціи, п это разстояніе русскіе должны были пройти пѣшкомъ,
7-го числа первая партія выступила на станцію Чораши 2), пред-
ставляя очень живописную группу. Впереди шли офицеры съ
шашками, нѣкоторые были верхомъ, другіе шли пѣшкомъ. Всѣ
офицеры были въ полной формѣ, и въ своихъ свѣтло-сѣрыхъ
’) Станція Чанлиндза, лежащая въ 19 верстахъ отъ Портъ-Артура.
Прим. Перевод.
— 338
пальто и лакированныхъ сапогахъ имѣли скорѣе видъ возвра-
щающихся съ царскаго парада, а не послѣ шестимѣсячной осады.
Что касается солдатъ, то ихъ одежда, особенно ихъ сапоги, были
въ плохомъ состояніи, на многихъ были одѣты китайскіе халаты
и овчинные тулупы; но не всѣ они имѣли бодрый и здоровый
видъ. Никогда плѣнные не охранялись такъ слабо, какъ въ дан-
номъ случаѣ. По временамъ среди облака пыли, поднимаемаго
плѣнными, можно было замѣтить нѣсколько маленькихъ фигуръ,
одѣтыхъ въ хаки, съ красными одѣялами на (шинѣ и винтовками
въ рукахъ, совершенно терявшихся въ густыхъ колоннахъ рус-
скихъ. Это были солдаты, посланные съ плѣнными для преду-
прежденія попытокъ къ бѣгству. Было смѣшно смотрѣть какъ
небольшое количество японскихъ солдатъ охраняло тысячи рус-
скихъ; но послѣдніе превосходно знали, что бѣжать съ полу-
острова невозможно. Вѣроятно непріятнѣе всего имъ было про-
ходить черезъ китайскія деревни и выслушивать замѣчанія
китайцевъ: послѣдній разъ, когда русскіе проходили по этой до-
рогѣ, то была отступающая, но не побѣжденная армія. Теперь
ихъ чары были разрушены и слава погибла; китайцы, хотя и
сознавали, что перешли въ руки новыхъ хозяевъ, но не могли
упустить случая, чтобы не посмѣяться надъ тѣми, чье кратко-
временное господство было такъ жестоко. Между уходомъ одного
властителя и водвореніемъ другого, китайцы наслаждались нѣ-
сколькими днями сравнительной свободы.
Лагерь былъ раскинутъ на станціи Чораши, гдѣ плѣнные
расположились въ ожиданіи поѣздовъ, которые должны были
перевезти ихъ въ Дальній. Здѣсь раздавали имъ пищу щедрой
рукой; каждый солдатъ получалъ столько мясныхъ консервовъ и
столько пачекъ сухарей, сколько онъ хотѣлъ. Повидимому всѣ
были въ отличномъ настроеніи и не страдали отъ своего поло-
женія. Офицеры ходили по платформѣ, курили папиросы и шу-
тили, какъ будто сдача одной изъ сильнѣйшихъ крѣпостей въ
мірѣ было обычное явленіе. Это равнодушіе русскихъ офицеровъ
— 339 —
къ униженію, которое перенесла ихъ страна, самая выдающаяся
и поразительная черта въ этой сдачѣ; быть можетъ она лучше
всего объясняетъ причины ихъ пораженія. Казалось они разсу-
ждали такъ: «Въ концѣ концовъ все обойдется; мы сдѣлали, что
могли, и не наша вина, если дѣла приняли худой оборотъ».
Вотъ одинъ изъ результатовъ того строя страны, въ которомъ
подданные не принимаютъ участія въ управленіи; понятно, что
они не чувствуютъ такъ сильно обиду униженій, какъ то
чувствуетъ ее свободный народъ, который, раздѣляя отвѣтствен-
ность въ управленіи, переживаетъ съ правительствомъ какъ
успѣхъ, такъ и пораженіе родины.
12-го января генералъ Стессель, его штабъ и 400 офице-
ровъ, рѣшившихъ принять вышеописанныя условія возвращенія
въ Россію и не оставаться въ плѣну вмѣстѣ со своими солда-
тами, выѣхали со станціи Чораши въ Дальній. Первоначально
хотѣли послать поѣздъ за генераломъ въ Портъ-Артуръ, но линія
была сильно испорчена и не могла быть во время исправлена,
такъ что офицерамъ и дамамъ пришлось проѣхать 8 миль до
первой станціи желѣзной дороги. Городскіе извозчики рѣшили
устроить стачку и, отлично сознавая, что безъ ихъ услугъ обой-
тись невозможно, отказывались везти женщинъ и дѣтей, если
имъ не заплатятъ требуемой ими неимовѣрно высокой цѣны:
несчастные русскіе офицеры должны были платить 5 фунт.
стерлинг. за одиночный экипажъ и 7 фунт. стерлинг. за парную
карету. На вокзалъ собралась толпа провожать счастливцевъ,
уѣзжавшихъ домой: въ теченіе послѣднихъ 8 мѣс. на платформѣ
не было видно ни одной дамы, и теперь при большомъ стеченіи
женщинъ и дѣтей тамъ царило оживленіе. Нѣсколько сотенъ рус-
скихъ офицеровъ толкались, смѣялись и разговаривали, какъ
будто эта мѣстность еще принадлежала имъ, и какъ будто они
уѣзжали лишь въ кратковременный отпускъ, чтобы затѣмъ снова
вернуться сюда. Казалось, что они мало понимали трагедію,
разыгравшуюся на станціи Чораши въ это утро.
340 —
Значеніе событія не ускользнуло ни отъ иностранцевъ, ни
отъ японцевъ. Для нихъ это событіе означало конецъ драмы,
начавшейся 8 лѣтъ тому назадъ, когда союзъ державъ, однимъ
изъ самыхъ гнусныхъ актовъ извѣстныхъ въ исторіи, вынудилъ
побѣдителей Портъ-Артура отказаться отъ того, что было ими
законно захваченно. Теперь главный дѣятель того обиднаго акта
покидалъ крѣпость, пріобрѣтенную имъ хитростью, и возвращался
по той же дорогѣ, но не по постановленію державъ, а побѣжден-
ный. Поведеніе японскихъ офицеровъ было безукоризненно. Они
представляли олицетворенную вѣжливость и предупредительность;
всѣ, кто видѣлъ, какъ усердно они помогали русскимъ сдавать
багажъ и размѣщать въ вагонахъ ручныя вещи, могли принять
ихъ за служащихъ на станціи. Но подъ спокойной внѣшностью
этихъ храбрыхъ людей таилась глубокая ненависть и презрѣніе
къ своимъ противникамъ, которую они не выказывали только
потому, что одержали верхъ и имъ легко было быть великодуш-
ными. Дѣйствительно храбрый народъ не станетъ торжествовать
надъ побѣжденнымъ врагомъ даже, если этотъ врагъ ведетъ себя
дерзко и заносчиво. Я отправился на станцію Чораши какъ и
всѣ остальные съ чувствомъ симпатіи къ русскимъ; ихъ униженіе
и пораженіе были такъ велики, что по человѣчности нельзя
было не сочувствовать отдѣльнымъ личностямъ, каковы бы ни
были чувства ко всей націи. Но присмотрѣвшись къ толпѣ гене-
раловъ, полковниковъ и прочихъ офицеровъ, одѣтыхъ въ богатые
мундиры, болѣе годные для бала, чѣмъ для такого трагическаго
путешествія, видя, какъ они легко переносятъ свое положеніе и
съ какимъ презрѣніемъ принимаютъ услуги, такъ охотно оказы-
ваемыя имъ врагами,—чувство симпатіи совершенно исчезло и
замѣнитесь чувствомъ справедливаго негодованія и заслуженнаго
осужденія 9. При такой печальной обстановкѣ невольно чувство-
9 Видимо авторъ или не можетъ отрѣшиться отъ своихъ симпатій къ японцамъ,
пли же плохо присмотрѣлся къ ихъ обращенію съ плѣнными русскими. Слѣдуетъ ска-
зать, что японцы, особенно же переводчики приставленные къ плѣннымъ, обращались
341 —
валась жалость къ женщинамъ и дѣтямъ, тѣснившимся тутъ
же. Одна бѣдная женщина ѣхала съ тремя дѣтьми, причемъ
одному ребенку было только нѣсколько мѣсяцевъ. Ей видимо
не подъ силу было справляться съ ними, но никто изъ офице-
ровъ, лишенія которыхъ она такъ храбро дѣлила, не протянулъ
ей руку помощи. Они смѣялись, разговаривали и проходили мимо,
не обращая на нее никакого вниманія. Тутъ на платформѣ про-
стой солдатикъ, немытый, нечесанный, вѣроятно неграмотный
крестьянинъ, подошелъ къ женщинѣ, взялъ одного изъ дѣтей къ
себѣ на руки и держалъ, пока поѣздъ не тронулся. Это лишь
мелкій примѣръ, но было много и другихъ.
Генералъ Стессель, г-жа Стессель, генералъ-маіоръ Рейсъ
(вновь произведенный) и другіе чины свиты пріѣхали почти по-
слѣдними на станцію Чораши. Генералъ въ послѣдній разъ ѣхалъ
на своемъ арабскомъ конѣ, сопровождаемый свитою. Медленнымъ
шагомъ, опустивъ голову, они поднялись на платформу, гдѣ ихъ
ожидали прочіе генералы и офицеры. Приблизясь къ нимъ, ге-
нералъ кланялся каждому изъ знакомыхъ, послѣдніе отвѣчали
на поклонъ почтительно, но не слишкомъ привѣтливо. Стессель
ускоренными шагами вернулся въ залъ, куда еще раньше прошла
его жена. Здѣсь съ нимъ разговаривалъ генералъ-маіоръ Ижичи,
пріѣхавшій проститься съ генераломъ отъ имени генерала Ноги.
Оба стояли окруженные небольшою группою офицеровъ и были
заняты оживленнымъ разговоромъ.
Одинъ изъ самыхъ трогательныхъ историческихъ эпизодовъ,
это прощаніе Наполеона со старой гвардіей передъ отъѣздомъ на
островъ Эльбу. Портъ-Артуръ могъ дать сюжетъ для картины
съ послѣдними крайне заносчиво и грубо. На ст. Чораши и въ Дальнемъ наши плѣн-
ные были лишены самаго необходимаго. Что же касается того факта, что офицеры
были одѣты во все новое, то нужно вспомнить, что имъ было разрѣшено увезти съ
собой вещей не болѣе Р/з—2 пудовъ, поэтому естественно они одѣли лучшую обмун-
дировку. Все остальное частное имущество офицеровъ, нпжнихъ чиновъ и частныхъ
лпцъ было захвачено великодушнымъ побѣдителемъ. Прим. Ред.
342 —
въ родѣ «Ьез асііеих сіе РоШаіпеЫеаи» и, еслибъ главное дѣй-
ствующее лицо болѣе соотвѣтствовало своей роли, то прощаніе
Стесселя съ крѣпостью и ея защитниками стало бы достояніемъ
исторіи.
Поѣздъ былъ подведенъ къ платформѣ и двери вагоновъ
открыты. Г-жа Стессель, ведя 5 принятыхъ ею дѣтей, отцы ко-
торыхъ были убиты во время осады, прошла сквозь толпу въ
вагонъ. Затѣмъ Стессель, пожавъ руку Ижичи, обернулся, чтобы
проститься съ тѣми офицерами, которые должны были ѣхать съ
слѣдующимъ поѣздомъ и съ которыми онъ не могъ встрѣтиться
раньше пріѣзда въ Россію. Проходя въ вагонъ, онъ замѣтилъ
небольшую группу солдатъ, лохматыхъ и плохо одѣтыхъ. Онъ
обернулся къ нимъ и подалъ одному изъ нихъ руку. Это про-
щанье могло бы быть такимъ трагическимъ моментомъ, который
на всегда остается въ памяти людей и заносится въ исторію.
Солдаты могли броситься къ ногамъ своего генерала и обнять
ихъ со слезами; могли разорвать на клочки его пальто, чтобы
сохранить ихъ на память, но этого не случилось. Бѣдные сол-
даты, равнодушные къ своему генералу и совершенно не при-
выкшіе, чтобы имъ протягивали руку, на вниманіе Стесселя
посмотрѣли на него глазами, выражавшими не то удивленіе, не
то забитость. Стессель повернулся спиною и вошелъ въ поѣздъ.
Послѣдующая затѣмъ сцена никогда не забудется присут-
ствовавшими, ибо вызвала у всѣхъ чувство стыда и отвращенія.
Подвижной составъ на линіи отъ Дальняго до Портъ-Артура
былъ весьма ограниченъ, даже вагоновъ III класса было не-
много—приходилось довольствоваться открытыми платформами; но
въ данномъ случаѣ для Стесселя былъ приготовленъ вагонъ-
салонъ и нѣсколько вагоновъ для женщинъ и дѣтей. Послѣ того
какъ генералъ съ женою вошли въ поѣздъ, всѣ предполагали,
что прежде всего проведутъ въ вагонъ женщинъ съ дѣтьми и
помогутъ имъ размѣститься. Но вышло иначе: толпа генераловъ
и офицеровъ бросилась въ вагоны, толкая женщинъ съ дѣтьми
— 343
и не обращая на нихъ никакого вниманія. Вскорѣ вагоны за-
полнились этими господами, а женщины и дѣти остались на
платформѣ, съ своимъ багажомъ.
Негодованіе охватило иностранцевъ и японцевъ, при видѣ
такой жестокости и безчеловѣчности. — «Они обращаются съ
своими женщинами какъ съ животными», — замѣтилъ кто-то.
Нѣкоторые изъ служащихъ на станціи и японскихъ офицеровъ
приняли участіе и помогли безпомощнымъ войти на открытыя
платформы, которыя были уже почти полны офицерской при-
слугой, причемъ послѣдніе, слѣдуя примѣру своихъ господъ, и
не думали потѣсниться и уступить имъ мѣсто. Въ концѣ кон-
цовъ ихъ кое какъ размѣстили на платформахъ, между солда-
тами и багажомъ офицеровъ. Вдова офицера, убитаго во время
осады, красота которой могла привлечь вниманіе и побудить къ
вѣжливости хоть одного изъ русскихъ воиновъ, ходила вдоль
вагоновъ, не находя мѣста и конечно не попала бы на поѣздъ,
если бы адъютантъ генерала Ноги, капитанъ Матсуада, не по-
могъ ей и не приказалъ солдатамъ очистить для нея мѣсто на
платформѣ.
Съ послѣднимъ свисткомъ поѣздъ медленно отошелъ, увозя
съ собой настоящую причину паденія Россіи на Дальнемъ во-
стокѣ. Большинство женщинъ и дѣтей всетаки остались на стан-
ціи въ ожиданіи прибытія слѣдующаго поѣзда. То было тяжелое
зрѣлище, уничтожившее всякое сожалѣніе къ неудачамъ гарнизона.
13-го января утромъ на другой день послѣ отъѣзда гене-
рала Стесселя было назначено торжественное или, вѣрнѣе оф-
фиціальное вступленіе японской арміи въ Портъ-Артуръ. Со вре-
мени капитуляціи во всѣхъ распоряженіяхъ японцевъ сквозило
благородное желаніе избѣгать проявленія торжества надъ пав-
шимъ врагомъ, поэтому генералъ Ноги вступилъ въ городъ только
послѣ отъѣзда бывшаго его начальника и большей части гар-
низона. Это правило относилось и къ другимъ, такъ что диви-
зіонные и бригадные командиры, тѣ самые, которые довели крѣ-
— 344
постъ до сдачи, принуждены были оставаться съ своими вой-
сками на захваченныхъ позиціяхъ и оттуда, въ теченіе 12 дней,
любоваться на обѣтованную землю, на зданія Стараго и Новаго
города, на морской арсеналъ, на гавань, и на разбитыя суда,
лежавшія въ гавани.
Иностранные кореспонденты и военные аташе тоже должны
были подчиниться этому приказу и можетъ быть за всѣ 6 мѣ-
сяцевъ осады это было самое скучное несносное время, ибо при-
ходилось въ бездѣліи ожидать дня вступленія въ городъ.
Китайцы говорили, что ихъ старожилы не запомнятъ такой
чудной погоды, какъ въ этомъ году. Со дня взятія Шою-сана
31 декабря до 17 января, погода стояла теплая и хорошая, и
ЗОООО русскихъ плѣнныхъ, которымъ предстояли длинные пере-
ходы и томительное ожиданіе поѣздовъ, перевозившихъ ихъ въ
Дальній, должны были бы благодарить Бога, пославшаго такую
дивную погоду. Если бы теперь въ это время была такая по-
года, какая была въ серединѣ ноября, то страданія плѣнныхъ
были бы ужасны; но теперь перевозка ихъ прошла безъ задер-
жекъ и съ возможными удобствали. Не слѣдуетъ думать, что
никто не вошелъ въ городъ до 13 января. Многимъ офицерамъ,
гражданскимъ чинамъ и жандармамъ было поручено наблюдать
за цѣлостью общественныхъ зданій и за порядкомъ въ крѣпости
вообще. 500 русскихъ рабочихъ бродили по городу, и много ки-
тайцевъ и другихъ, откуда то явившихся, бродягъ, шатались по
улицамъ, выискпвая случай украсть или ограбить; но кромѣ
этихъ жандармовъ и дежурныхъ офицеровъ и гражданскихъ чи-
новъ никому не позволялось въѣзжать въ городъ.
Сначала было объявлено, что будетъ произведенъ большой
смотръ всей арміи на наиболѣе ровной части Шуйшіинской до-
лины, но это намѣреніе было отклонено, частью изъ-за слишкомъ
большого количества войскъ, частью потому, что неудобно было
дѣлать большой смотръ въ то время, когда на сѣверѣ продолжа-
лись враждебныя дѣйствія. Поэтому ограничились небольшимъ
— 345 —
парадомъ. Отрядамъ отъ всѣхъ частей армій приказано было за-
нять указанныя имъ мѣста на нижней дорогѣ, ведущей въ го-
родъ, къ 10 ч. утра 13-го числа. Отъ каждаго пѣхотнаго полка
было по ротѣ, отъ кавалерійскаго по эскадрону, отъ артиллерій-
ской бригады по батареѣ; не были забыты и интендантскіе обозы,
на долю которыхъ выпала самая тяжелая и опасная работа —
ежедневная доставка припасовъ подъ артиллерійскимъ огнемъ—
и если эти маленькія не нагруженныя повозки отъ каждаго ин-
тендантскаго отдѣленія и не гармонировали со стройными рядами
войскъ, то, тѣмъ не менѣе, вполнѣ заслужили свое право участія
въ общемъ торжествѣ. Передовые эшелоны заняли свои мѣста
въ 11 часовъ утра и во главѣ съ генераломъ Ноги, его шта-
бомъ, иностранными военными агентами и музыкой, тихо и мед-
ленно тронулись по улицамъ новаго города и дошли до главнаго
сквера противъ гавани около новой гостинницы, которая оста-
лась незаконченной и была обращена въ госпиталь. Здѣсь гене-
ралъ Ноги съ штабомъ и военными агентами отдѣлился отъ ко-
лонны и сталъ по правой сторонѣ дороги въ нѣсколькихъ шагахъ
впереди сопровождавшихъ его лицъ. Отсюда онъ произвелъ смотръ
войскамъ. Музыка стала на лѣвой сторонѣ дороги противъ ге-
нерала. Раздался торжественный маршъ и войска медленно стали
проходить мимо него; каждая рота по командѣ своего командира,
проходя мимо генерала Ноги, подходя, салютовала ему.
Этотъ смотръ не представлялъ ничего блестящаго: почти не
видно было знаменъ, музыка играла плохо, войска салютовали
скверно, и солдаты, повидимому, забыли за время войны всѣ прі-
емы. Усиліе, съ которымъ упорные маленькіе пѣхотинцы стара-
лись преодолѣть разные трудности шагистики, были очень смѣшны,
и имъ никакъ не удавалось держать ногу и равненіе. Ихъ мун-
диры были поношены и требовали ремонта; сапоги изношены, и
даже ружья не отличались особенной чистотой. Полковые горни-
сты, несмотря на отданное имъ приказаніе, не попадали въ
тактъ оркестру, и этотъ шумъ видимо раздражалъ нервы на-
346 —
чальника штаба генерала Ижичи, часто оставлявшаго свой постъ,
чтобы остановить музыкантовъ. Но, несмотря на эти недостатки,
рѣдко зрѣлище производило болѣе сильное впечатлѣніе, отсут-
ствіе блеска и эффекта, обязательнаго въ мирное время, теперь
служило напоминаніемъ лишеній и бѣдствій войны и доказывало,
что эти люди дѣлали и перенесли въ теченіе послѣднихъ пяти
мѣсяцевъ. Зрителей этого смотра было немного: не было той
громадной толпы, кричащей до хрипоты при видѣ своихъ лю-
бимцевъ, какъ это было при возвращеніи войскъ въ Лондонъ
послѣ африканской войны. Никто не любовался этими спокой-
ными маленькими солдатами, когда они, усердно стараясь сбро-
сить съ себя слѣды минувшей борьбы, усердно продѣлывали
пріемы мирнаго времени. Только нѣсколько иностранцевъ,
оставшіеся въ городѣ русскіе и нѣсколько дамъ, сестеръ мило-
сердія изъ госпиталей, еще наполненныхъ больными, собрались
посмотрѣть на вступленіе побѣдителей въ крѣпость. Зрителей
было, дѣйствительно, мало для такого великаго историческаго
событія—второго вступленія японцевъ въ теченіе 10 лѣтъ въ ту
же крѣпость, во главѣ съ тѣмъ же командиромъ. Что долженъ
былъ переживать генералъ Ноги, смотря на это зрѣлище и вспо-
миная такое же событіе, бывшее 10 лѣтъ тому назадъ. Конечно,
это было высшимъ для него удовлетвореніемъ. Десять лѣтъ тому
назадъ онъ взялъ крѣпость въ одинъ день съ небольшими поте-
рями; теперь онъ входилъ во второй разъ послѣ 8-ми мѣсячной
осады, которая окончилась только благодаря его неусыпной
энергіи и стойкости войска.
Дивизіи проходили по порядку ихъ нумеровъ: 1-ыхъ, 7-ыхъ,
9-ыхъ и 11-ыхъ, за ними слѣдовали двѣ отборныя резервныя
бригады Коби. Во главѣ процессіи шелъ начальникъ 1-ой дивизіи
генералъ Матсумура, принявшій начальство послѣ битвы при
Наншанѣ, когда принцъ Фунтами уѣхалъ изъ арміи.
Съ тѣхъ поръ онъ водилъ первую дивизію во всѣхъ бояхъ,
и вполнѣ заслужилъ репутацію, которой пользовался. Иногда на
— 347
него взваливалась трудная и неблагодарная работа. Его дивизіи
выпала задача очистить Меіге Кап§е !) отъ русскихъ, укрѣпив-
шихъ почти каждую отдѣльную высоту въ этой мѣстности. Съ
13-го по 15-ое августа его дивизія, подкрѣпленная 1-ой резервной
бригадой, произвели подготовительныя операціи для атаки этой
передовой позиціи. Стычки продолжались отъ 19 до 20, когда,
вслѣдствіе пораженій 9-ой и 11-ой дивизій, потерпѣвшихъ пора-
женіе на Бодаѣ, японцы были вынуждены сдѣлать перерывъ до
сентября. Затѣмъ отъ 19-го до 23 сент. произошелъ отчаянный
бой за обладаніе Намакоямой и высотой въ 203 метра. О томъ,
какъ храбрый 1-ый полкъ, предводимый своимъ старымъ полков-
никомъ, героемъ 57 битвъ, атаковалъ и взялъ первую изъ этихъ
позицій, было уже разсказано, какъ войска 1-ой резервной бри-
гады полка, съ помощью 15-го полка, забрались на высоту
203 метра и заняли траншею около ея вершины и были сбиты
сосредоточеннымъ огнемъ съ судовъ, фортовъ и полевыхъ орудій,
также хорошо извѣстно. Затѣмъ для дивизіи наступилъ длинный
отдыхъ, если только можно назвать отдыхомъ только періодъ,
когда войска не воевали, а, по словамъ Стесселя, «все рыли,
рыли и рыли». Потери 1-ой дивизіи были такъ тяжелы и пред-
стоящая задача такъ серьезна и трудна, что три полка (26, 27
и 28) изъ вновь прибывшей 7-ой дивизіи были посланы къ пей
на поддержку. О томъ, какъ дивизія сражалась съ 27 ноября
до 5 декабря, чтобы овладѣть Акасакаямой и высотою въ 203
метра, повторять не приходится. 1-ая дивизія, во главѣ съ своимъ
начальникомъ, приняла дѣятельное участіе въ бою; потери ея
были огромны, но усилія ея увѣнчались успѣхомъ; она была
взята и русскія военныя суда уничтожены. Ни одна дивизіи не
сдѣлала больше 1-ой и ни на одного генерала не было возло-
жено болѣе трудной задачи, чѣмъ на генерала Матцумура. О
характерѣ боевъ, для успѣха которыхъ дивизія такъ много сдѣ-
9 Угловыя горы.
Прим. Перевод.
348 —
лала, можно было судить по виду знаменъ, которыя несли зна-
менщики. Нѣкоторыя изъ нихъ представляли клочья, иногда на
шестѣ висѣлъ лишь небольшой кусокъ шелковой матеріи, проды-
рявленной пулями какъ рѣшето. Одинъ за другимъ представи-
тели 1-го, 2-го и 3-го и 15-го полковъ, входившихъ въ составъ
дивизіи, проходили передъ главнокомандующимъ, они, правда,
были почти въ лохмотьяхъ, но были горды и счастливы своими
дѣлами. Генералу Матсумурѣ пришлось вести передъ генераломъ
Ноги свою побѣдоносную дивизію въ послѣдній разъ; ему уже
не удалось участвовать въ торжествахъ при Мукденѣ; на пути
къ сѣверу его сломили лишенія и тягости долгой кампаніи. За-
тѣмъ шла 7-ая дивизія, имѣвшая отличную боевую репутацію и
посланная къ Нортъ-Артуру въ серединѣ ноября окончить дѣло,
начатое ея товарищами въ августѣ. Это были молодые солдаты,
небывшіе раньше въ дѣлахъ, но посланные въ атаку уже черезъ
24 часа по прибытіи на поле битвы. Ихъ велъ генералъ Осака,
которому пришлось быть свидѣтелемъ, какъ пало 7000 человѣкъ
его дивизіи въ первомъ же ихъ дѣлѣ. За нимъ шли генералъ-
маіоръ Сайто и Уошиди, репутація которыхъ выросла на крова-
выхъ скатахъ высоты въ 203 метрахъ, гдѣ они руководили по-
слѣдней атакой. Эта дивизія, которая даже послѣ захвата 203-хъ-
метровой высоты, не отдыхая, медленно оттѣснила непріятеля къ
западнымъ фортамъ и отъ Ляотешаня, гдѣ русскіе намѣревались
оказать послѣднее сопротивленіе. Одинъ за однимъ проходили
передъ нимъ блестящіе 25-ый, 26-ой, 27-ой и 28-ой полки,
сопровождаемые своей артиллеріей и интендантскими повозками.
За ними слѣдовала 9-ая дивизія. У Портъ-Артура 9-ая дивизія
имѣла наибольшій успѣхъ. Храбрый ея начальникъ, генералъ-
лейтенантъ баронъ Ошима, можетъ гордиться подвигами своихъ
людей, а еще болѣе люди—своимъ генераломъ. Онъ былъ не-
обыкновенно популяренъ въ арміи и его считали предназначен-
нымъ командовать отдѣльной арміей на сѣверѣ. Часто генералъ
негодовалъ на недостаточно энергичную осаду и выражалъ же-
— 349
ланіе идти на сѣверъ, чтобы найти дивизіи случай отличиться,
не подвергая своихъ солдатъ ужасной бойнѣ, при штурмахъ фор-
товъ. Ни одна дивизія и ни одинъ генералъ не заслужили такой
славной репутаціи, какъ онъ. Вся линія отъ Нирусана до восточ-
наго Банрусана, противъ которой дѣйствовала 9-ая дивизія, была
взята почти сразу и только дважды первыя атаки были не-
удачны: въ ночь на 23-е августа у г. Бодай и при атакѣ Ни-
русана 26-го ноября. Въ остальныхъ случаяхъ солдаты 9-ой
дивизіи быстро овладѣвали непріятельскими укрѣпленіями и
оставались хозяевами послѣднихъ. Правда, что въ августѣ ихъ
оттѣснили отъ форта Куропаткина и укрѣпленія въ долинѣ Шу-
шинской, охранявшаго водопроводъ, но они снова взяли ихъ въ
сентябрѣ и сдѣлали бы это еще въ августѣ, если бъ атака не
была прекращена.
Въ дивизіи генерала барона Ошима были испытанные и
самые храбрые командиры бригадъ и полковые командиры. Если
бы спросить безпристрастнаго человѣка, кто былъ настоящимъ
героемъ осады, то отвѣтъ гласилъ бы: «генералъ-маіоръ Ишиноя)),
командиръ 6-ой бригады, состоящей изъ 7-го и 35-го полковъ.
Это закаленный воинъ, сражавшійся наряду съ солдатами, всегда
подвергаясь опасности быть убитымъ. Въ августѣ его бригада
захватила два Банрусанскихъ укрѣпленія, причемъ атака ея
была одной изъ замѣчательнѣйшихъ атакъ пѣхоты, при чемъ
уцѣлѣло только 400 человѣкъ изъ 5000, бывшихъ въ бригадѣ.
Захвативъ укрѣпленіе, генералъ Ишиноя оставался тамъ цѣлую
недѣлю, въ теченіе которой отразилъ повторныя вылазки рус-
скихъ, тщетно пытавшихся возвратить потерянныя позиціи. Въ
сентябрѣ фортъ Куропаткина былъ взятъ и затѣмъ въ октябрѣ
18-ая бригада подъ командою генералъ-маіора Хараза взяла Ха-
шимашайама и 30-го октября единственный успѣхъ японцевъ
снова пришелся на долю Ишиноя и его людей, которые захватили
укрѣпленіе Р, и хотя ночью они были оттуда выбиты, но гене-
ралъ самъ остановилъ отступающую часть и снова вернулъ побѣду.
ПОРТЪ-АРТУРЪ. 22
350 —
Затѣмъ былъ взятъ Нирусанъ, и 1-го января 9-ая дивизія
первая выбила врага, укрѣпилась на захваченныхъ высотахъ и
увидѣла городъ и гавань Портъ-Артура. Таковъ краткій пере-
чень подвиговъ генерала барона Ошимы и 9-ой дивизіи. Ничего
нѣтъ удивительнаго, что знамена этихъ полковъ пострадали болѣе
другихъ, а два изъ нихъ были замѣнены новыми.
За 9-ой дивизіей шла 11 дивизія, которая понесла наи-
большія потери и послѣ своей удачной атаки горъ Тайкосана и
Шнокосана вынесла цѣлый рядъ неудачъ, длившихся мѣсяцы.
11-ая дивизія была послана атаковать наиболѣе сильныя позиціи
всей линіи, именно:—Кейквансанскую группу фортовъ. Она уча-
ствовала также при осадѣ Бодая въ августѣ и понесла здѣсь
большія потери. 30-го октября дивизія была отбита съ неболь-
шимъ урономъ, то же самое произошло и 26 ноября. Въ этой
атакѣ они лишились своего начальника, генерала Цушія, ране-
наго въ голову, хотя и не смертельно. Въ полкахъ этой дивизіи—
12-ой, 22, 43 и 44—были огромныя потери; 12-ый же и 22-ой
были почти цѣликомъ уничтожены. Генералъ Самеджима занялъ
мѣсто уѣхавшаго генерала Цушія и принесъ счастье павшимъ
духомъ солдатамъ. Сѣверный Кейквансанъ былъ взорванъ и атако-
ванъ 18 декабря и храбрый генералъ самъ повелъ своихъ сол-
датъ на приступъ бреши. Если на долю 11-ой дивизіи выпали
неудачи и самыя большія потери, то они могли гордиться тѣмъ,
что первые заняли одинъ изъ важнѣйшихъ долговременныхъ
фортовъ. Генералъ Самеджима на смотру генерала Ноги шелъ
впереди своихъ солдатъ до мѣста, гдѣ стоялъ Ноги. Послѣ
11-ой дивизіи прошла бригада 8-ой дивизіи, сопровождаемая
двумя бригадами Коби—1-ой и 4-ой, затѣмъ вспомогательныя
части: телеграфъ, желѣзнодорожный батальонъ и санитарныя
войска. Начальники дивизій, Командиры бригадъ и штабы,
пройдя мимо генерала Ноги и отсалютовавъ ему, поворачивали
направо и становились сзади генерала; войска послѣ парада воз-
вращались къ себѣ на биваки.
351
Послѣ парада, когда послѣднія части исчезли изъ виду, ге-
нералъ Ноги поѣхалъ по городу во главѣ своего штаба, за нимъ
слѣдовали верхами иностранные агенты и корреспонденты, и
толпа русскихъ жителей—мужчинъ и женщинъ. Проѣзжая вдоль
набережной, всѣ остановились, чтобы посмотрѣть на русскія
военныя суда, потопленныя и разбитыя, скученныя въ безопас-
номъ отъ огня гаубицъ мѣстѣ. Здѣсь крылась главная причина
безконечныхъ атакъ, стоившихъ столько жертвъ, ибо боязнь, что
эти суда выйдутъ въ море, вліяла на рѣшеніе генеральнаго штаба.
Если бы японцы разгадали дезорганизацію русскаго флота
и знали о царившемъ среди него добродушіи, они вѣроятно, из-
брали бы другой образъ дѣйствій.
Кто могъ предугадать, что русскіе адмиралы будутъ спо-
койно смотрѣть, какъ непріятель топитъ ихъ суда, не дѣлая ни-
какой попытки прорваться или нанести уронъ японцамъ. Они
почти не противодѣйствовали врагу и не облегчили задачу Бал-
тійской эскадры. Это первый случай въ исторіи, что флотъ со-
временныхъ броненосцевъ погибъ отъ дѣйствій пѣхоты. Гусары
Пишегрю, захватившіе флотъ во Фландріи, подошли къ нему
зимою по льду.
Хотя мысль о большомъ общемъ парадѣ и была оставлена
безъ исполненія по вышеизложеннымъ мною причинамъ, но сочли
подходящимъ устроить какую-нибудь церемонію въ честь тѣхъ,
кои пали во время осады.
Церемонія была назначена на 14-е января, мѣстомъ для нея
была выбрана открытая равнина къ сѣверу отъ деревни ТТТуй-
шіинъ. На возвышеніи былъ поставленъ простой алтарь, на ко-
торый возложили приношенія, въ видѣ пищи, питья и цвѣтовъ;
вокругъ у подножья лежало нѣсколько большихъ снарядовъ.
Отряды отъ всѣхъ полковъ выстроились четыреугольникомъ
вокругъ алтаря, занявъ мѣста въ 11 часовъ утра. Генералъ Ноги,
сопровождаемый своимъ штабомъ, иностранными военными аген-
тами, и нѣсколькими высшими духовными лицами, пріѣхалъ къ
22*
— 352
назначенному мѣсту въ 11 ч. 30 м. и всталъ передъ алтаремъ.
Зрѣлище было торжественное и произвело большое впечатлѣніе
на всѣхъ присутствующихъ. Благодаря необыкновенной простотѣ
японскихъ торжествъ, они производятъ больше впечатлѣнія, чѣмъ
самыя пышныя церемоніи.
Утромъ 14-го января было холодно и сыро, изъ-за тумана
нельзя было ничего видѣть въ разстояніи нѣсколькихъ ярдовъ,
такъ что когда генералъ всталъ передъ алтаремъ, чтобы помо-
литься за усопшихъ, почти нельзя было различить густую массу
войскъ, окружавшихъ его со всѣхъ сторонъ. Туманъ лишь уве-
личивалъ торжественность церемоніи. Буддійскіе священники въ
своихъ блестящихъ одѣяніяхъ — единственное свѣтлое пятно въ
этой мрачной обстановкѣ, — пѣли монотоннымъ голосомъ, поло-
женныя молитвы. По окончаніи службы генералъ Ноги высту-
пилъ къ алтарю и, стоя съ непокрытой головой съ пергамент-
нымъ сверткомъ въ рукѣ, началъ читать тихимъ голосомъ воз-
званіе къ душамъ тѣхъ, кто отдалъ свою жизнь за родину. Никто
никогда не забудетъ этого момента: на главномъ планѣ простой
алтарь съ нѣсколькими приношеніями на немъ, вокругъ—10-ти
дюймовые снаряды и передъ ними генералъ, читавшій съ непо-
крытой головой торжественное воззваніе къ нѣсколькимъ тыся-
чамъ душъ, погибшихъ во время отчаянныхъ битвъ за послѣдніе
шесть мѣсяцевъ.
«Я, Ноги Марески, главнокомандующій 3-й императорской
арміей подъ Нортъ-Артуромъ, принося въ даръ саки и другія
приношенія, чествую память васъ всѣхъ, офицеровъ и солдатъ,
павшихъ въ бою.
Это я дѣлаю 14-го января 38 года Мейджи.
Болѣе 200 дней и ночей вы боролись и изнемогали отъ
огня, меча и болѣзней.
Я хочу сказать вамъ, что ваше благородное самопожертво-
ваніе не было напрасно, потому что непріятельскій флотъ погибъ
и Портъ-Артуръ наконецъ сдался.
353 —
Я, Ноги Марески, далъ съ вами вмѣстѣ клятву побѣдить
или найти забвеніе въ смерти. Я удостоился получить импера-
торскую благодарность, но я не могу приписать всю заслугу себѣ.
Съ вами, души умершихъ, которыя помогли совершить этотъ
подвигъ, я хочу раздѣлить славу.
Я выбралъ для празднества это мѣсто, окруженное холмами,
долинами и фортами, свидѣтелями вашей славы и гибели. Я при-
готовилъ мѣсто и воздвигъ алтарь. Теперь я дѣлаю приношенія
и призываю ваши души принять ихъ и насладиться вашею до-
лею славы въ вашей побѣдѣ».
Два сына Ноги были между павшими воинами, но генералъ
отвергъ почти съ гнѣвомъ соболѣзнованія тѣхъ, кто сталъ ихъ
высказывать ему, считая, что нельзя жалѣть погибшихъ во славу
и честь родины.
Изъ-за тумана не было видно массы солдатъ, окружавшихъ
алтарь; безмолвная тишина увеличивала торжественность, всѣ
боялись пропустить хоть одно слово своего генерала, не было
слышно ни шопота, ни звука среди собравшейся массы ветера-
новъ. Въ эту минуту въ воображеніи рисовались тысячи душъ
храбрыхъ воиновъ, пробирающихся сквозь туманъ и мракъ въ
Елисейскія поля, чтобы присоединиться къ сонму погибшихъ въ
прежнія войны, чтобы разсказать имъ свои подвиги, и получить
достойную похвалу отъ смѣлыхъ воиновъ, и великихъ вождей
прошедшихъ вѣковъ. Японцы, собравшіеся почтить своихъ това-
рищей въ туманное утро 14-го января, не сомнѣвались, что души
павшихъ будутъ съ честью приняты въ вышнемъ храмѣ славы,
гдѣ имъ приготовлено почетное мѣсто.
Въ то время какъ генералъ читалъ воззваніе, солнце на-
прасно старалось пробиться сквозь туманъ и освѣтить картину.
По окончаніи чтенія онъ подошелъ къ алтарю и взявъ въ руку
ладонъ, онъ посыпалъ его на маленькую, раскаленную жаровню,
поставленную посрединѣ его.
Когда дымъ отъ ладона поднялся, показалось солнце и освѣ-
— 364
тило солдатъ, стоявшихъ смирно съ примкнутыми штыками; по-
слышалась команда: «на караулъ» и 10.000 солдатъ единодушно
отдали честь погибшимъ товарищамъ. Души умершихъ прошли
царство тѣней и были допущены въ святые предѣлы Валгаллы,
японскаго божества. Генералъ Ноги отошелъ въ сторону и его
мѣсто занялъ начальникъ штаба, генералъ Ижичи. За нимъ по-
слѣдовали всѣ старшіе чины; начальники дивизій и командиры
бригадъ, а за ними иностранные военные агенты, и иностранные
представители печати; каждый изъ нихъ, стоя съ непокрытой
головой, сжигалъ ладонъ на алтарѣ.
Черезъ полчаса по окончаніи церемоніи, солнце освѣтило
совсѣмъ другое зрѣлище. Генералъ Ноги пригласилъ всѣхъ офи-
церовъ арміи къ себѣ на завтракъ въ 1 ч. дня; этимъ должны
были закончиться празднества по поводу паденія крѣпости и
обозначалось окончаніе кампаніи на Ляодунѣ и начало новой
кампаніи въ Маньчжуріи. Размѣстить 3000 офицеровъ и ино-
странцевъ было очень трудно, и потому угощеніе должно было
произойти на открытомъ воздухѣ, и успѣхъ его зависѣлъ отъ
погоды. Къ счастью, судьба была благосклонна и, несмотря на
пасмурное утро, конецъ дня былъ ясный и теплый.
Это замѣчательное рѣдкое собраніе было устроено на обыкно-
венный японскій ладъ. Часть деревни Шуйшіинъ была отдѣ-
лена парусиной, прикрѣпленной къ столбамъ, и при входѣ была
устроена тріумфальная арка, подъ которою долженъ былъ пройти
каждый на пути къ столамъ. Эти столы, наскоро сколоченные
изъ досокъ и ящиковъ, были разставлены длинными рядами, съ
поперечными столами для генерала Ноги, начальниковъ дивизій,
бригадныхъ командировъ, иностранныхъ военныхъ агентовъ и
буддійскихъ священниковъ, присутствующихъ при церемоніи. Не-
возможно было достать стульевъ для всѣхъ проголодавшихся
генераловъ и офицеровъ, такъ что всѣ ѣли стоя, за исключе-
ніемъ бывшихъ за столомъ генерала Ноги, который былъ снаб-
женъ скамейками. Меню было въ японскомъ вкусѣ. Передъ каж-
355 —
дымъ было поставлено двѣ жестянки, въ одной былъ рисъ, въ
другой какая то смѣсь изъ рыбы, мяса, пикулей, курицы и вет-
чины, и еще чего то, не поддающагося опредѣленію. Посерединѣ
столовъ лежали большія кучки рисоваго печенія со сладкой на-
чинкой внутри. Наканунѣ, возвращаясь изъ Портъ-Артура, я
засталъ полковыхъ поваровъ, занятыхъ приготовленіемъ громад-
наго количества этого печенія, и меня заинтересовалъ вопросъ,
для чего это готовилось. Съ промежутками около фута были раз-
ставлены бутылки саки и коньяку. Откуда могли достать японцы
количество пищи и питья, достаточное для 3000 человѣкъ, остается
однимъ изъ ихъ секретовъ.
Угощенье началось самымъ обыкновеннымъ образомъ, потому
что всѣ были голодны и принялись за ѣду. Бутылки саки по-
степенно опоражнивались и замѣнялись новыми. Скоро тишина
была нарушена взрывами хохота и перебрасываньемъ печенья
отъ одного къ другому. Японцы не привыкли много пить, потому
не переносятъ видно такъ легко, какъ европейцы. Нужно очень
немного, чтобы они потеряли равновѣсіе, и когда они возбуж-
дены, то веселятся отъ души. Всѣ были очень веселы. Мы
праздновали событіе, имѣющее всемірное значеніе. Мы снова
встрѣтили своихъ старыхъ друзей и поздравили двугъ друга, что
остались невредимы послѣ осады. Каждую минуту кто-нибудь
вставалъ съ бутылкою въ рукѣ и предлагалъ выпить за чьѳ-ни-
будь здоровье, затѣмъ его мѣсто занималось другимъ и провоз-
глашалъ новый тостъ, наконецъ сдѣлалось очевиднымъ, что если
завтракъ продолжится еще долѣе, то горсть казаковъ могла бы
справиться со всѣми офицерами генерала Ноги.
На одной сторонѣ площади была устроена сцена, и цѣлый
день шло представленіе. Старомодные японскіе танцы съ саблею
исполнялись солдатами, одѣтыми для этого въ старинные ко-
стюмы. Чтобы нѣсколько разнообразить время, во время вынуж-
деннаго бездѣйствія зимою были привезены изъ Японіи стран-
ствующіе актеры, которые переодѣвались и давали представленіе
— 356 —
солдатамъ на зимнихъ квартирахъ. Многіе изъ солдатъ, подражая
этимъ актерамъ, одѣвались въ фантастическіе костюмы, изобра-
жали различныя сцены европейской жизни и въ теченіе дня
забавляли генерала Ноги и его гостей своими шутками. Былъ
одинъ солдатъ, видъ котораго былъ очень комиченъ, такъ какъ
онъ одѣлся красивой англичанкой въ нарядной шляпкѣ. Этотъ
солдатъ, проходя среди толпы подъ руку съ капельмейстеромъ,
вызывалъ у зрителей взрывы хохота. Всякая натянутость и
оффиціальность исчезали, генералы, офицеры и иностранцы схо-
дились самымъ дружелюбнымъ образомъ и дисциплина на время
ослабѣла. Генералъ Ноги сидѣлъ за столомъ на главномъ мѣстѣ,
съ сіяющимъ лицомъ и разговаривалъ со всѣми, кто къ нему
обращался. За его стуломъ было устроено возвышеніе, съ кото-
раго провозглашали тосты. Генералъ Матсумура, старшій началь-
никъ дивизіи, взошелъ на него и восторженно провозгласилъ
тостъ за «Главу Арміи». Это было принято громкими криками
«банзай». Генералъ свободно ходилъ среди своихъ подчиненныхъ.
Храбрый Ишиноя, всеобщій любимецъ, былъ окруженъ толпою
поклонниковъ, которые нѣсколько разъ пили за его здоровье.
Многіе изъ младшихъ офицеровъ пришли въ необыкновенное
возбужденіе. Особенно обращали на себя вниманіе два офицера:
они прибыли въ армію къ концу осады, только что окончивъ
военную школу. Заучивъ нѣсколько самыхъ легкихъ англійскихъ
словъ, чѣмъ очень гордились, они старались извлечь изъ нихъ
пользу. Сообща, они, съ большимъ трудомъ, составили одну
фразу и, расхаживая подъ руку, настаивали, чтобы ихъ предста-
вили всѣмъ европейцамъ по очереди. При каждомъ представленіи
они наполняли свои стаканы и выкрикивали въ унисонъ. «Рус-
скіе храбры, японцы очень храбры». Эта фраза, очевидно, должна
была объяснить иностранцамъ, почему Портъ-Артуръ палъ. По
крайней мѣрѣ шесть разъ въ теченіе дня эти два неразлучныхъ
товарища, въ данномъ случаѣ имъ было необходимо поддерживать
другъ друга,—подходили ко мнѣ, и каждый разъ представлялись,
— 357 —
произнося ту же много знаменательную фразу. Наконецъ, когда
они подошли ко мнѣ, я рѣшился отвѣтить имъ слѣдующимъ при-
вѣтомъ: «Русскіе пьяны, японцы очень пьяны». Это былъ на-
мекъ на ихъ поведеніе, но они его не поняли и искренно смѣя-
лись, рѣшивъ, что эти слова могутъ послужить цѣннымъ доба-
вленіемъ къ ихъ собственному ограниченному лексикону; они
прибавили ихъ къ своей прежней фразѣ и остальную часть дня,
когда бы я не встрѣчалъ ихъ, они привѣтствовали меня сло-
вами: «Русскіе храбры, японцы очень храбры: русскіе пьяны,
японцы очень пьяны».
Это веселое торжество не было лишено извѣстнаго оттѣнка
грусти; ибо многіе сожалѣли, не встрѣчая многихъ старыхъ зна-
комыхъ и замѣчая много новыхъ лицъ. Пока армія была разбита
по траншеямъ, нельзя было судить, насколько велики были по-
тери во время осады. Здѣсь мы видѣли въ первый разъ всѣхъ
въ сборѣ и ужасались, какъ много офицеровъ погибло. Я едва
могъ отыскать кого-нибудь изъ полковыхъ офицеровъ, которыхъ
я зналъ въ началѣ войны, не осталось ни одного изъ моихъ
пріятелей 3-го батальона 12-го полка,—они погибли всѣ до од-
наго. Каждаго также сильно поражалъ почти дѣтскій видъ боль-
шинства офицеровъ. То были юноши преждевременно выпущен-
ные изъ военныхъ школъ, чтобы пополнить порѣдѣвшіе ряды въ
полкахъ.
День близился къ концу. Когда генералъ Ноги и его на-
чальникъ штаба собрались уходить, молодые офицеры подняли
ихъ на руки, пронесли на плечахъ черезъ тріумфальную арку до
мѣста, гдѣ ихъ ожидали лошади. Послѣ отъѣзда генераловъ мо-
лодые офицеры пировали до поздняго вечера.
— 358
ГЛАВА XXVII.
Павшая крѣпость.
3-го Января, черезъ день послѣ подписанія капитуляціи, я
воспользовался возможностью посѣтить взятыя русскія позиціи
и спокойно осмотрѣть нанесенныя имъ поврежденія. Я пред-
принялъ это весьма своевременно, ибо уже черезъ три дня послѣ
паденія крѣпости всѣ иностранцы, стоявшіе при японской арміи
были подчинены цѣлому ряду непріятныхъ ограниченій.
4-го Января изъ главной квартиры было получено запре-
щеніе кому бы то ни было посѣщать взятые русскіе форты,
иначе какъ въ сопровожденіи японскаго офицера. Намъ также
запретили входить въ Портъ-Артуръ, подъ угрозой отвѣтствен-
ности по законамъ военнаго времени и, хотя, казалось бы, доста-
точно было ограничиться сообщеніемъ намъ этого распоряженія,
но насъ заставили еще росписаться въ полученіи означеннаго
приказа, что было и неделикатно и унизительно. Японцы, вполнѣ
основательно, смотрѣли на Портъ-Артуръ послѣ его паденія, какъ
на всякую другую японскую крѣпость, находящуюся на военномъ
положеніи. Поэтому они и не позволяли иностранцамъ осматри-
вать крѣпость и снимать фотографіи съ позицій, которыя, быть
можетъ, имъ придется защищать отъ націй, представители кото-
рыхъ присутствовали при ихъ арміи. Мы не могли жаловаться
на это, но все же имѣли основаніе быть недовольными неожи-
данной перемѣной нашего положенія послѣ паденія Портъ-Артура.
Съ начала и до конца осады, исключая одного или двухъ
случаевъ, которыхъ трудно было избѣжать, японцы относились
къ намъ вполнѣ корректно. Послѣ паденія крѣпости они счи-
тали наше присутствіе при арміи излишнимъ, а потому и не
старались болѣе сдѣлать его для насъ пріятнымъ: теперь они не
заботились о томъ, что мы оповѣстимъ міръ о всемъ происшед-
— 359 —
темъ во время осады. Естественно, намъ хотѣлось повидать рус-
скихъ плѣнныхъ и поговорить съ ними. Конечно, ничего вред-
наго въ этомъ быть не могло, если только мы не стали бы
сообщать о военныхъ дѣйствіяхъ тѣмъ русскимъ офицерамъ, ко-
торые, давъ слово, возвращались на родину. Однако, намъ было
запрещено, подъ страхомъ законовъ военнаго времени, видѣться
съ русскими офицерами и солдатами, а тѣмъ болѣе разговари-
вать съ ними. Однако никто изъ насъ не обратилъ ни малѣй-
шаго вниманія на это распоряженіе, и мы имѣли много интерес-
ныхъ бесѣдъ съ русскими на станціи Чораши, когда они ожидали
поѣздовъ, перевозившихъ ихъ въ Дальній. Никто не сознаетъ
такъ ясно своихъ недостатковъ, какъ русскій офицеръ; и многіе
не старались даже скрыть деморализаціи арміи. Многіе конечно
сознавали всю шаткость положенія Россіи на Дальнемъ Востокѣ,
но, было замѣтно, что большинство не придавало этому значенія.
Не было сомнѣнія, что только немногіе принимали войну близко
къ сердцу. Нѣкоторые русскіе офицеры видимо интересовались
свѣдѣніями объ японской арміи, оперировавшей подъ Портъ-Арту-
ромъ, особенно освѣдомляясь объ ея численности, но всегда пре-
кращали свои вопросы, когда имъ указывали, что нельзя ка-
саться вещей, составляющихъ военную тайну.
3-го Января, когда я посѣтилъ восточный фронтъ крѣ-
пости, японская армія наслаждалась вполнѣ заслуженнымъ отды-
хомъ. Генералы, офицеры, доктора, чиновники, солдаты, матросы
тысячными толпами обходили форты и траншеи, забираясь въ
полуразрушенные блиндажи и прогуливаясь по казематамъ и
канонирнымъ галлереямъ долговременныхъ фортовъ. Солдаты
рылись среди имущества, оставшагося послѣ непріятеля, кото-
рое, преимущественно, состояло изъ караваевъ чернаго хлѣба и
пустыхъ водочныхъ бутылокъ, отыскивая среди развалинъ что-
нибудь себѣ на память. Это, хотя и интересное занятіе, въ то
же время было не безопасно и не обошлось безъ нѣсколькихъ
несчастныхъ случаевъ. Повсюду валялись различныя взрывчатыя
360 —
вещества, русскія и японскія, не разорвавшіяся бомбы, ручныя
гранаты, мины и небольшіе мѣшки наполненные пироксилиномъ
и своей формой, напоминающіе итальянскія колбаски; послѣднія,
будучи брошены даже на недалекое разстояніе, взрываются съ
большимъ эффектомъ, дѣйствуя крайне разрушительно на все
находящееся вблизи отъ мѣста взрыва. Однако послѣ многихъ
мѣсяцевъ усиленнаго труда и тяжелой жизни, вкоренившійся въ
японцевъ высокій духъ и чувство любознательности, не могли
быть ослаблены такай непріятной случайностью, какъ гибель
ихъ товарищей. Отъ времени до времени, кто нибудь изъ нихъ
взлеталъ на воздухъ отъ неосторожнаго шага, или легкомысленнаго
желанія выяснить, почему не разорвался снарядъ, для чего
обыкновенно ударяли по снаряду до тѣхъ поръ, пока не полу-
чался желаемый результатъ. Стоя на какомъ нибудь форту,
можно было наблюдать какъ каждыя 5 минутъ гдѣ нибудь по
близости поднимался бѣлый дымокъ, сопровождаемый взрывомъ,
и видѣть, какъ къ этому мѣсту бросались носильщики и уно-
сили въ ближайшій госпиталь трупъ несчастнаго солдата. Самый
печальный взрывъ произошелъ на Нирусанѣ, гдѣ лошадь, под-
возившая продовольствіе къ передовой линіи, наступила на фу-
гасъ, который, взорвавшись, убилъ двухъ человѣкъ и ранилъ
20 человѣкъ и нѣсколько лошадей. Тысячи японскихъ солдатъ
только что прошли по этому мѣсту, фугасъ взорвался лишь
подъ тяжестью лошади. На Бодаѣ я видѣлъ, какъ два япон-
скихъ артиллериста возились съ нѳразорвавшимся 28-ми сан-
тиметров. снарядомъ. Когда они начали вывинчивать трубку,
снарядъ взорвался и оба взлетѣли на воздухъ и упали мертвыми
въ нѣсколькихъ ярдахъ отъ мѣста взрыва. Послѣ капитуляціи
болѣе 80-ти солдатъ были убиты или ранены, исключительно
благодаря собственной неосторожности или вслѣдствіе несчаст-
ныхъ случаевъ. Генералъ Ноги видѣлъ, что его побѣдоносная
армія постепенно уменьшается въ числѣ, не смотря на то, что
военныя дѣйствія прекратились и былъ вынужденъ издать осо-
361
бый приказъ, запрещавшій солдатамъ забавляться неразорвав-
шимися снарядами.
Въ этотъ же день, въ первый разъ послѣ августовскихъ
штурмовъ, тысячи солдатъ свободно разгуливали по Шуйшіин-
ской долинѣ, вмѣсто того, чтобы проходить цѣлыя мили по
траншеямъ, пересѣкающимъ послѣднюю. Много печальныхъ вос-
поминаній тяжелыхъ августовскихъ дней попадалось здѣсь на
глаза, нужно вспомнить, что въ то время японская пѣхота на-
ступала по открытой мѣстности, не имѣя ни единой параллели
и безъ всякаго закрытія отъ направленныхъ на нее большихъ
орудій и подъ огнемъ тысячъ стрѣлковъ. Тѣла многихъ нижнихъ
чиновъ, погибшихъ во время этой операціи лежали и теперь
тамъ, гдѣ они упали и на сжатомъ полѣ были совсѣмъ на виду.
Люди, убитые въ августѣ, были одѣты въ хаки; отъ сильной
жары тѣла ихъ съежились, и отъ нихъ оставались лишь: мун-
диръ, ранецъ, патронташъ и винтовка, нацѣпленные на скелетъ;
казалось передъ вами лежали вполнѣ снаряженные солдаты, въ
томъ видѣ, какъ они шли въ дѣло въ августѣ, но тѣла ихъ
обратились въ прахъ.
Въ небольшихъ рытвинахъ и другихъ укрытыхъ мѣстахъ
тѣла лежали дюжинами, обозначая мѣста, до которыхъ доползали
раненые, чтобы спастись отъ желѣзнаго дождя; тутъ, вдали отъ
товарищей, они умирали медленной смертью отъ жажды и го-
лода. По всей Шуйшіинской долинѣ лежали тысячами снаряды
и стальные осколки, потому что русскіе особенно усердно ста-
рались нанести пораженія японской пѣхотѣ, когда послѣдняя
проходила по открытой мѣстности. При входѣ въ небольшую до-
лину между восточнымъ и западнымъ Банрусанами и подняв-
шись на Бодай, были видны тѣ же слѣды большого августов-
скаго пораженія. Отсюда японцы двинулись на штурмъ въ ночь
на 23-е августа и тѣла многихъ солдатъ убитыхъ въ этомъ бою
все еще лежали на склонѣ высоты.
Съ вершины Бодая открывался лучшій видъ на весь во-
362 —
сточный фронтъ обороны, причемъ бросалась въ глаза естествен-
ная сила высотъ, на которыхъ были построены форты. Хотя и
со стороны Шуйпііинской долины позиціи эти казались силь-
ными, но вполнѣ оцѣнить ихъ грозные размѣры можно было
видѣть, что каждое движеніе осаждающей арміи, происходило
на глазахъ гарнизона, и послѣдній могъ предугадать наступленіе
противника по признакамъ жизни въ его траншеяхъ, слѣдова-
тельно никогда не могъ быть застигнутъ врасплохъ. Стоя на
Бодаѣ, трудно было понять, какъ японской пѣхотѣ удалось 22-го
августа взять штурмомъ Восточный и Западный Банрусаны.
Повидимому гребни этихъ укрѣпленій обстрѣливались съ высотъ
Бодая, и предпріятіе генерала Ишиное, по ознакомленіи съ усло-
віями мѣстности представляется еще болѣе удивительнымъ. Оши-
бочность рѣшенія взять Бодай штурмомъ въ лобъ, въ ночь на
23 августа, становилось очевидной всякому поднимавшемуся те-
перь по лощинѣ между Восточнымъ и Западнымъ Банрусаномъ,
по которому двигался наступающій. Лощина эта была окружена
со всѣхъ сторонъ фортами и неудивительно, что атака не уда-
лась и атакующій понесъ огромныя потери. Генералы, которые
были отвѣтственны за эту атаку, вѣроятно почувствовали угры-
зенія совѣсти, когда увидѣли въ какую ловушку они направили
свою пѣхоту. Солдаты, толпясь на взятыхъ позиціяхъ и знако-
мясь съ условіями мѣстности, убѣждались, что тысячи ихъ то-
варищей безцѣльно приносились въ жертву, на мѣстности, кото-
рая должна была быть предварительно изслѣдована.
Я послѣдовательно осмотрѣлъ всѣ форты, начиная съ Хи-
гаши Кейквансана. Какое зрѣлище представляло это укрѣпленіе!
Трупы были уже сожжены, но слѣды, оставшіеся на склонахъ
высотъ, ясно показывали какая отчаянная борьба здѣсь проис-
ходила.
Японцы подошли къ этому укрѣпленію сапами въ теченіе
сентября и октября, а при штурмѣ 30-го октября японской пѣ-
хотѣ удалось достигнуть подошвы эскарпа, прежде чѣмъ она
— 363 —
была оттѣснена обратно. 23-го ноября Хигаши Кейквансанъ
былъ снова атакованъ японцами, но опять они были отбиты.
26-го ноября послѣдовалъ новый штурмъ укрѣпленія, но опять
неудачно. Когда японская армія предприняла свое послѣднее—и
на этотъ разъ успѣшное наступленіе. Хигаши Кейквансанъ все
еще оставался въ рукахъ русскихъ. Въ ночь на 1-ое января они
оставили фортъ, взорвавъ предварительно бетонныя основанія и
установленныя на нихъ два 5-ти дюйм. осадныхъ орудія; одно
изъ нихъ взрывомъ было отброшено на разстояніе пятидесяти
ярдовъ.
Затѣмъ я посѣтилъ укрѣпленіе О,. х), которое подверглось
штурму только одинъ разъ за все время осады, 30-го октября.
Съ горжи укрѣпленіе было открыто и весьма понятно почему
японская пѣхота, захвативъ это укрѣпленіе, не могла его удер-
жать. Затѣмъ слѣдовалъ Сѣверный Кейквансанъ, посѣщеніе кото-
раго послѣ его взятія мною уже было описано. О Бодаѣ и объ
укрѣпленіи я говорилъ уже такъ часто, что они не нуждаются
въ дополнительномъ описаніи.
Между укрѣпленіемъ Н и новымъ Банрусаномъ русскіе уста-
новили свою главную батарею гаубицъ непосредственно за греб-
немъ высоты * 2). Каждая гаубица стояла на отдѣльной бетонной
установкѣ. Назначались эти гаубицы для сдерживанія огня япон-
скихъ орудій, установленныхъ за высотами. Японская артиллерія
сосредоточила на нихъ свой огонь 28-ми сантиметр. снарядами
три гаубицы изъ шести были приведены въ негодность. Гаубицы
этой батареи представляли удобную цѣль для японской артиллеріи,
ибо при каждомъ ихъ выстрѣлѣ надъ высотой поднималось
большое облако дыма. Одна изъ гаубицъ была сбита съ лафета
и лежала на землѣ, у другой оторвало часть дула. Платформа
третьей представляла тяжелое зрѣлище. Русскіе артиллеристы
*) Куропаткинскій люнетъ. Прим. перевод.
2) Волчья батарея,—вооруженная 4-мя 9 дм. мортирами. Прим. перевод.
— 364 —
видимо заряжали орудіе и успѣли наполовину вложить зарядъ,
когда японскій снарядъ влетѣлъ сюда и уложилъ ихъ всѣхъ до
единаго. Тѣла ихъ лежали около лафета и были изуродованы,
до неузнаваемости.
Глубокія траншеи съ блиндажами составляли оборонительную
линію, соединяющую эту батарею съ фортомъ Нирусанъ, куда
можно было войти, опустясь въ ровъ по стальной лѣстницѣ или
выбитымъ ступенямъ. Изо рва, черезъ дверь, можно было про-
никнуть въ казарму. Нирусанъ былъ такъ основательно построенъ,
что бетонная казарма, покрытая слоемъ земли въ нѣсколько
ярдовъ, не пострадала отъ бомбардировокъ. Отсюда каменныя
ступени вели во внутренній дворъ форта и къ пункту сзади
второй линіи, обороны, гдѣ стояли тяжелыя орудія. 4 осадныхъ
орудія, бывшія на Нирусанѣ, были приведены въ негодность.
Сѣверная сторона форта, откуда японцы повели штурмъ, была
совершенно разрушена; глыбы земли и обломки камней и бетона
упали въ ровъ, совершенно засыпавъ послѣдній и образовавъ че-
резъ него переходъ. По этой грудѣ обломковъ японская пѣхота
ринулась на штурмъ 28 Декабря. Западная часть Нирусана
осталась неповрежденной и, изучая очертанія форта, можно было
понять какую геркулесову работу пришлось выполнить японскимъ
саперамъ.
Изъ Нирусана я спустился въ небольшую лощину, имѣвшую
400 ярдовъ въ поперечникѣ, покрытой густымъ лѣсомъ и отдѣ-
лявшій фортъ отъ Шоюсана. Лощина была защищена проволоч-
ными загражденіями. Она не избѣгла общаго разрушенія. Много
деревьевъ и кустовъ было сбито массою гранатъ, направленныхъ
въ Нирусанъ и Шоюсанъ. Я поднялся по восточному склону
высоты, на которой былъ построенъ Шоюсанъ, склонъ этотъ
былъ покрытъ пнями сосенъ, отъ которыхъ укрѣпленіе получило
свое названіе. Внутренность укрѣпленія предоставляла ту же
картину разрушенія, какъ и все окружающее. Разбитыя пушки,
обломки скалъ и разлагающіеся трупы защитниковъ, убитые 31-го
365 —
при взрывѣ, были разбросаны повсюду. Въ тылу Шоюсана на
холму, значительно выше самаго форта было построено укрѣп-
леніе. На верху этого холма была постройка, въ которой прежде
стояла электрическая машина, обслуживавшая прожекторъ; по-
стройка эта была разрушена японскими снарядами еще въ на-
чалѣ осады. Русскіе воспользовались этой высотой, какъ за-
крытіемъ для батареи легкихъ гаубицъ. Когда капитуляція была
подписана, укрѣпленіе оставалось еще въ рукахъ защитниковъ,
и русскіе часовые ходили вдоль траншей, отдѣленныхъ отъ япон-
цевъ только промежуткомъ въ 100 ярдовъ. Я направился туда
и окликнулъ русскихъ; меня встрѣтилъ старый унтеръ-офицеръ
и рядовой; оба приняли меня очень дружески и хотѣли попасть
на фотографію. На склонѣ холма, гдѣ былъ построенъ фортъ
Шоюсанъ, лежали тѣла несчастнаго отряда Накамуры; они ле-
жали тамъ, гдѣ пали во время атаки 26-го ноября, стремясь въ
этотъ день произвести неожиданное ночное нападеніе. Къ западу
отъ Шоюсана находится открытая равнина, около мили шириною,
отдѣляющая восточный фронтъ обороны отъ западнаго; по этой
равнинѣ пролегаетъ большая грунтовая дорога и желѣзная до-
рога, ведущія въ Портъ-Артуръ. Это открытое мѣсто было
тщательно заграждено тремя рядами проволочныхъ загражденій,
съ промежутками въ 200 ярдовъ, а также траншеями. Имѣя
Шоюсанъ съ одной стороны, а Шиоянкисанъ съ другой, ата-
кующей пѣхотѣ было невозможно наступать по этой равнинѣ,
плоской какъ билліардъ и лишенной всякаго закрытія. Изъ за-
падной группы фортовъ я прежде всего посѣтилъ Шиоянкисанъ 9-
Эти позиціи, пожалуй, были сильнѣе восточныхъ, но оборони-
тельныя сооруженія были далеко не закончены и вооружены
слабо. На Шиоянкисанѣ въ отдѣльныхъ бетонныхъ гнѣздахъ,
были установлены шесть 6 дюйм. Круповскихъ пушекъ, стараго
образца, нѣкоторыя изъ нихъ были изготовлены въ 1878 г.,
9 Зубчатая батарея. Прим. перевод.
ПОРТЪ-АРТУРЪ. 23
— 366
другія въ 1888 г. Послѣднія вѣроятно были взяты у китайцевъ.
Шиоянкисанъ нельзя назвать фортомъ. Это была только очень
высокая и крутая высота, на которой были устроены земляныя
укрѣпленія и поставлены пушки.
Глядя съ вершины горы внизъ, на фортъ Итцушанъ, лежа-
щій къ сѣверо-западу, было ясно, что атакующій никакъ не
могъ занять и удержать за собой этотъ фортъ, не овладѣвъ
предварительно Шиоянкисанѳмъ.
За недостаткомъ крупныхъ современныхъ орудій на запад-
номъ фронтѣ русскіе установили тамъ много морскихъ пушекъ,
снятыхъ съ военныхъ судовъ, въ томъ числѣ 6-ти-дюймовыя
пушки, 47 12-ти фунтовъ и 3-хъ фунтовыхъ. Итцушанъ не могъ
похвастаться ни однимъ орудіемъ крупнаго калибра; вся его сила
состояла изъ двухъ морскихъ 12-ти фунтовыхъ и шести 3-хъ
фунтовыхъ пушекъ. Фортъ по формѣ напоминаетъ кресло, отъ
котораго и получилъ свое названіе. Вдоль форта тянулась выемка,
которую едва ли можно было назвать рвомъ, но которая оче-
видно служила для этой цѣли. Установленный на форту про-
жекторъ игралъ важную роль для обороны, пока не былъ раз-
битъ японскимъ снарядомъ.
Когда я вошелъ въ фортъ, отъ этого когда то прекраснаго
прибора осталась лишь часть рефлектора и тысяча кусковъ тол-
стаго синяго стекла. Внутри Итцушанъ пострадалъ мало, только
нѣсколько малокалиберныхъ пушекъ были разрушены. Тамъ была
очень хорошая казарма, оставленная русскими нетронутой; въ
казармѣ лежала кухонная принадлежность, пустые чемоданы,
одежда, книги и пустыя бутылки; ни на одной изъ оставлен-
ныхъ русскими позицій, никогда нельзя было найти полной
бутылки.
Фортъ Дайэнкиншанъ 9 былъ очень сильной позиціей, онъ
находился противъ высоты въ 203 метра; если бы не необходи-
9 Батарея литера Д.
Прим. перевод.
— 367
мостъ укрѣпить эту гору для защиты судовъ въ гавани отъ огня
дальнобойной артиллеріи, онъ былъ бы послѣднимъ укрѣпленіемъ
оборонительной линіи на западѣ. 1-Іа этомъ форту не было пу-
шекъ калибра крупнѣе 4,7 дм. Къ юго-западу отъ Дайэнкин-
шана находится фортъ Тайянкоу 9, защищающій Портъ-Артуръ
съ запада. Отъ Тайянкоу шли небольшія укрѣпленія, составлявшія
оборонительную линію къ сторонѣ Лаотешана.
Замѣчательно, что русскіе, покидая свои укрѣпленія не пы-
тались разрушить укрѣпленія на западномъ фортѣ, или по край-
ней мѣрѣ испортить орудія.
Происходило ли это изъ-за деморализаціи гарнизона или, по
свойственной русскимъ безпечности, они рѣшили, что это лиш-
нее. Во всякомъ случаѣ на генерала падаетъ не малая отвѣт-
ственность, если онъ сдаетъ исправныя укрѣпленія, когда мо-
жетъ разрушить ихъ и находящіяся на нихъ орудія.
Большая дорога изъ Шуйшіина ведетъ въ Портъ-Артуръ.
Портъ-Артуръ дѣлится на двѣ части: новый и старый городъ;
послѣдній, находящійся за восточнымъ фронтомъ, сильно постра-
далъ въ теченіе осады. Во время бомбардировки японскіе сна-
ряды часто перелетали черезъ форты и попадали въ городъ.
Трудно было найти домъ, который не пострадалъ бы во время
осады; многіе дома подверглись неоднократнымъ попаданіямъ
японскихъ снарядовъ и отъ нихъ остались лишь кучи пепла и
обугленныя бревна. По мѣрѣ приближенія къ гавани, поврежде-
нія становились замѣтнѣе, ибо многіе снаряды, направленные
по судамъ, скученнымъ подъ прикрытіемъ берега, не попадали
въ цѣль и разрушали зданія. Улицы были изрыты большими
ямами отъ 28-ми сант. снарядовъ. Домъ, въ которомъ жилъ ге-
нералъ Стессель, не былъ поврежденъ. Домъ этотъ былъ по-
строенъ ближе къ линіи фортовъ, нежели другія зданія и всѣ
японскіе снаряды перелетали черезъ него.
Фортъ № 5.
Прим. перевод.
23*
— 368
Домъ намѣстника Алексѣева, находящійся вблизи порта,
также избѣгъ разрушенія, хотя и былъ поврежденъ однимъ или
двумя снарядами. Портъ былъ почти совершенно разрушенъ.
Снаряды попадали въ мастерскія, разрушая машины и разбра-
сывая все въ разныя стороны. Портъ въ Портъ-Артурѣ былъ
хорошо оборудованъ и русскіе чинили всѣ свои суда, имѣвши-
мися въ ихъ распоряженіи средствами. Къ несчастію не было
ни одного сухого дока, который могъ бы вмѣстить броненосецъ
и это было крайне невыгодно для русскихъ. Послѣ того какъ
въ февралѣ «Ретвизанъ» и «Цесаревичъ» были повреждены
японскими минами, ихъ не могли починить, пока не прислали
изъ Россіи часть пловучаго дока *)• Въ маломъ докѣ лежалъ
накренившись русскій минный заградитель «Амуръ». Во время
войны это судно разставило около Портъ-Артура болѣе ЗООО
минъ.
Оно погибло совершенно случайно. Однажды вечеромъ япон-
скія гаубицы произвели три залпа безъ точной пристрѣлки, такъ
какъ докъ имъ не былъ виденъ, но всѣ три снаряда попали въ
несчастное судно, стоявшее въ докѣ.
Идя вдоль западнаго бассейна гавани, попадаешь въ новый
городъ. Передъ началомъ войны русскіе предприняли постройку
многихъ зданій, которыя и стояли незаконченными, окруженныя
лѣсами. Многіе дома въ этой части города были обращены въ
госпиталя, и, насколько было возможно, японцы старались ихъ
не обстрѣливать.
Однако при 500 орудіяхъ, установленныхъ вокругъ крѣпо-
сти, снаряды могли отклоняться отъ точки прицѣливанія и по-
падать въ госпиталя.
Во время осады женщины и дѣти жили въ Новомъ городѣ,
среди госпиталей. Сперва былъ поднятъ вопросъ о размѣщеніи
ихъ въ безопасныхъ отъ огня подземныхъ помѣщеніяхъ, но за-
9 Никакого пловучаго дока но присылали и всѣ исправленія были произве-
дены мѣстными средствами. Прим. перевод.
— 369 —
тѣмъ отъ этого проекта отказались, какъ не вызываемаго необ-
ходимостью.
Сперва женщины и дѣти очень боялись бомбардировокъ и,
заслышавъ приближающійся снарядъ старались куда-нибудь
укрыться. Съ теченіемъ времени чувство страха ослабѣло и на
снаряды обращали вниманія не больше, чѣмъ на проливной дождь.
Бывшіе въ крѣпости русскіе разсказывали мнѣ, что ежедневно
можно было наблюдать, какъ дѣти на улицѣ играли въ стран-
ную игру, заключавшуюся въ томъ, что они загадывали, въ
какую часть города попадетъ слѣдующій снарядъ, и какого ка-
либра онъ будетъ. Для этого они раздѣляли городъ на условные
квадраты и играли какъ въ рулетку.
Всѣ женщины безъ исключенія поступили на службу въ
госпиталя и провели тамъ тяжелые мѣсяцы, ухаживая за боль-
ными и ранеными. Пока онѣ несли службу сестеръ милосердія,
имъ выдавали ежедневную дачу хлѣба, мяса, водки и другихъ
продовольственныхъ припасовъ. Кромѣ этой обыкновенной дачи
женщины и офицеры могли покупать кое-что и на военномъ
рынкѣ, устроенномъ для этой цѣли. Пока было свѣжее мясо,
оно являлось главнымъ продуктомъ питанія, затѣмъ—солонина
и, наконецъ, конина.
Цѣна конины въ послѣднія недѣли осады до 2-хъ шил.
(почти 1 руб.) за фунтъ; хотя трудно объяснить отчего она такъ
поднялась, ибо русскіе передали японцамъ 1920 лошадей. Первое
время конину считали очень противной, но постепенно къ ней
привыкли.
Многіе изъ жителей Портъ-Артура говорили мнѣ, что они
жили подъ постояннымъ страхомъ, что крѣпость будетъ взята
штурмомъ, а городъ разграбленъ ожесточенными японцами. Обыч-
ные розсказни о японскихъ жестокостяхъ циркулировали по го-
роду и имъ вѣрили. Если бы русскіе знали лучше характеръ
этого народа, то пожалуй не было бы и войны. Трудно найти
лучшее доказательство японской человѣчности и духа истинной
— 370
гуманности поступка микадо, предложившаго женщинамъ, дѣ-
тямъ, гражданскимъ чинамъ и всѣмъ не находящимся на воен-
ной службѣ выѣхать изъ Портъ - Артура въ началѣ осады.
Въ началѣ августа изъ Японіи былъ посланъ особый комиссаръ
съ госпитальными принадлежностями и другими припасами для
гарнизона, на случай сдачи. Въ теченіе послѣднихъ двухъ или
трехъ дней осады меледу русскими солдатами стала замѣтна де-
морализація. Одинъ нѣмецъ въ видѣ факта указываетъ на случай
похищенія водки изъ французской лавки, причемъ солдаты,
посланные для водворенія порядка, составили ружья и выпили
всю оставшуюся водку *)•
Самый городъ Портъ-Артуръ уже не представлялъ особаго
интереса, и общее вниманіе было обращено на разбитый и по-
топленный въ гавани флотъ. Сравнительно съ этимъ зрѣлищемъ,
все остальное казалось ничтожнымъ. Въ западномъ бассейнѣ было
потоплено нѣсколько судовъ; ихъ верхняя палуба виднѣлась изъ
воды. Въ узкомъ проходѣ въ гавань виднѣлись мачты судовъ,
взорванныхъ самими русскими, чтобы загородить входъ. Полмили
дальше виднѣлся рядъ мачтъ пароходовъ, затопленныхъ япон-
цами во время ихъ экспедицій. Трудно понять, какъ удалось
японцамъ подойти такъ близко ко входу и уцѣлѣть подъ огнемъ
Золотой горы и Тигроваго хвоста.
Русскіе громко восхваляли полное презрѣніе къ жизни, вы-
казанное въ этихъ экспедиціяхъ японскими добровольцами. Они
также говорили, что суда и жизни, погубленныя въ этихъ экспе-
диціяхъ, погибли безцѣльно, такъ какъ суда, неминуемо должны
были быть потоплены, не дойдя до входа; даже если бы удалось
заградить проходъ въ гавань, препятствіе могло быть взорвано
въ одинъ день, имѣвшимися въ ихъ распоряженіи средствами.
Никому не забыть картины, какъ большіе броненосцы ле-
9 Ничего подобнаго не было и разсказъ про этотъ случай не болѣе какъ вы-
мыселъ. Прим. перевод.
— 371
жали затопленными въ гавани, накренившись подъ разными
углами. Со своими исковерканными и сожженными трубами и
палубами, они даже не имѣли вида судовъ. Казалось, это были
тѣни давно погибшей эскадры, выглянувшей изъ морской глу-
бины. «Баянъ» былъ единственное судно, потопленное въ восточ-
номъ бассейнѣ и лежавшее здѣсь вдоль набережной. Этотъ не-
счастный крейсеръ вышелъ въ послѣдній разъ изъ Портъ-Артура
27-го іюля и его послѣдняя служба заключалась въ обстрѣли-
ваніи 2-й дивизіи. Возвращаясь по окончаніи этой сухопутной
операціи, онъ имѣлъ несчастіе наскочить на плавучую мину,
русскую или японскую, которая оторвалась съ якоря и плавала
у входа въ гавань.
Крейсеръ былъ сильно поврежденъ, но могъ еще держаться
на водѣ и вошелъ въ гавань. Была сдѣлана попытка исправить
его, но нашли, что не стоитъ. Нѣсколько орудій были сняты и
переданы на другія суда эскадры для замѣны подбитыхъ, а
остальныя установлены на берегу для пополненія артиллеріи на
фортахъ.
Остальныя суда русской эскадры, затопленныя въ западномъ
бассейнѣ, видимо, держались берега, чтобы имѣть возможность
укрываться за высотами, которыя здѣсь подходятъ къ самой
бухтѣ. Около пристани лежалъ стройный крейсеръ «Паллада»,
сидѣвшій на днѣ; опредѣлить нанесенныя ему подводныя повре-
жденія было невозможно; выше ватерлиніи судно было сильно
повреждено; почти всѣ орудія были сняты и перенесены на бе-
регъ. Тѣмъ не менѣе, судя по внѣшнему виду крейсера, можно
было предположить, что онъ скоро выйдетъ въ море подъ япон-
скимъ флагомъ. Въ 50 ярдахъ отъ «Паллады» погибла «Побѣда».
Она такъ накренилась на правый бортъ, что пушки ея находи-
лись всего въ двухъ футахъ отъ воды и по палубѣ ея было
почти невозможно ходить. Палубы всѣхъ судовъ были покрыты
углемъ и брикетами для защиты отъ снарядовъ, а когда было
окончательно рѣшено уничтожить эскадру, то уголь облили ке-
— 372
росиномъ и подожгли. Причиненныя этимъ поврежденія были
очень велики, такъ какъ всѣ деревянныя части палубы сгорѣли.
Командирская рубка «Побѣды» была уничтожена, только
нѣсколько погнутыхъ стальныхъ стоекъ, обозначали ея мѣсто,
мостикъ представлялъ груду исковерканной стали; жара отъ огня
была такъ велика, что передній боевой марсъ сломался въ двухъ
футахъ отъ палубы, и свѣсился за правый бортъ, еще болѣе
увеличивая кренъ броненосца. Все верхнее строеніе и верхняя
палуба были совершенно разрушены, и должны были быть испра-
влены заново. Обѣ башни и механизмы 10-ти дм. орудій этого
броненосца и его близнеца «Пересвѣта» были взорваны пирокси-
линомъ. Тѣла и каналъ 10 дм. орудій были покрыты сплошной
ржавчиной и по словамъ одного судового механика ихъ нельзя
было уже спасти. Нѣкоторыя изъ 6 дгойм. орудій и орудій мень-
шаго калибра еще можно было исправить. Въ «Побѣдѣ» было
много пробоинъ. Изъ нихъ самыя большія были временно задѣ-
ланы котельнымъ желѣзомъ послѣ боя у Круглаго Острова. Во-
долазъ, спущенный для осмотра корпуса судна нашелъ очень
большое отверстіе въ лѣвомъ борту; предполагали также, что она
имѣетъ поврежденія и на правомъ борту, но сильный кренъ судна
не давалъ возможности провѣрить это предположеніе. Японскій
судовой механикъ, осмотрѣвшій «Побѣду», говорилъ мнѣ, что
поврежденія ея настолько серьезны, что на поднятіе ея шансовъ
мало и даже если бы броненосецъ былъ поднятъ, то стоимость
подъема и починки не окупила бы результата. Съ тѣхъ поръ
«Побѣда» была поднята и отослана въ Японію. По всей вѣроят-
нцсти Японцы приложатъ всѣ усилія, чтобы починить русскія
суда, даже если они не будутъ имѣть боевого значенія; они съ
особою гордостью отправятъ ихъ когда нибудь въ плаваніе въ
Европу только для того, чтобы показать русскимъ, насколько
они стали лучше подъ новымъ командованіемъ.
Подъ прямымъ угломъ отъ «Побѣды», въ нѣсколькихъ яр-
дахъ отъ берега, находился «Ретвизанъ», погрузившійся въ воду
— 373 —
глубже другихъ судовъ. Этотъ, когда-то великолѣпный бронено-
сецъ представлялъ лишь массу исковерканной стали, и проби-
тыхъ трубъ. Носовая башня была сбита, а пушки, направленныя
въ сторону входа въ гавань, какъ будто выжидали когда имъ
придется стрѣлять въ непріятеля. Дула всѣхъ пушекъ были въ
водѣ. Поврежденія «Ретвизана» были болѣе почетнаго происхож-
денія, чѣмъ у «Побѣды», ибо почти всѣ они были нанесены
непріятельскими снарядами. Въ своемъ рапортѣ о дѣлѣ 10 ав-
густа, адмиралъ Того доноситъ:
Тогда «Ретвизанъ» отдѣлился отъ остальной эскадры и
приблизился къ нашему соединенному флоту, на разстояніе 1000
ярдовъ, гдѣ подвергся нашему сосредоточенному огню и сильно
пострадалъ.
Судно дѣйствительно жестоко пострадало; его палубныя по-
стройки и мостикъ были разбиты на куски, а трубы походили
на рѣшето, будучи пробиты сотнями мелкихъ снарядовъ. Однако
во время боя на суднѣ не была повреждена ни одна изъ наиболѣе
жизненныхъ частей и ни одно изъ орудій не приведено въ не-
годность, хотя одна изъ башенъ и пострадала. Странное впе-
чатлѣніе испытываешь, гуляя по полузатонувшему броненосцу,
когда вы ничего не слышите кромѣ мягкаго плеска волнъ, во
время приливовъ и отливовъ. Во время отлива обнажалась средняя
палуба, покрытая иломъ и снарядами. Въ каютахъ валялась сло-
манная мебель, клочки бумаги и пустые ящики, содержимое ко-
торыхъ спѣшно было вынуто, когда былъ полученъ приказъ
затопить судно. На полкахъ лежали вещи матросовъ, а въ ящи-
кахъ флаги. Повсюду были разбросаны разные предметы, при-
надлежавшіе экипажу, а также сломанныя винтовки и разбитая
посуда. На средней палубѣ было видно ровное, круглое отверстіе
шириною съ тарелку, а подъ нимъ такое же отверстіе. Эти от-
верстія обозначали путь 28 сантиметроваго снаряда, который,
пробивъ двѣ палубы, разорвался внутри судна. Японскіе артил-
леристы первоначально думали, что они потопили русскія суда
— 374 —
своимъ огнемъ, но это было не такъ. Русскіе сами затопили ихъ,
чтобы предохранить отъ японскихъ снарядовъ, въ надеждѣ, если
крѣпость устоитъ, поднять ихъ снова. 28 сант. снаряды рвались
внутри судна, но не пробивали дна, 6 дм. пушки «Ретвизана»
почти всѣ были подъ водою и нѣкоторыя изъ нихъ едва виднѣ-
лись на поверхности, закутанныя въ свои чехлы, въ которыхъ
онѣ оставались съ 10-го авг. Какъ и на «Побѣдѣ», башни «Рет-
визана» были взорваны пироксилиномъ. Главное поврежденіе «Рет-
визана» однако находилось не въ его верхнихъ частяхъ. Водо-
лазы обнаружили не меньше 4 большихъ пробоинъ въ правомъ
бортѣ и тамъ же одну неразорвавпіуюся мину. Кромѣ того была
пробоина и на другомъ борту. Судовой механикъ не надѣялся
поднять эти судна и казалось почти достовѣрнымъ, что «Ретви-
занъ» никогда не украситъ собою японскаго флота.
Въ 50-ти ярдахъ за кормою «Ретвизана» уперся въ дно
гавани небольшой броненосецъ «Полтава»; положеніе было такъ
естественно и красиво, что трудно было повѣрить, что она не
плаваетъ. «Полтава» менѣе другихъ пострадала ниже ватерлиніи.
Судовой механикъ заявилъ, что подводныхъ пробоинъ у броне-
носца нѣтъ, а такъ какъ онъ затонулъ на мелкомъ мѣстѣ, то
можетъ быть поднятъ безъ затрудненій.
«Полтава» была послѣдней въ колоннѣ русскихъ судовъ во
время боя 10-го августа и сильно тогда пострадала. За исклю-
ченіемъ «Ретвизана» ни одно судно не пострадало сильнѣе «Пол-
тавы». Крупный снарядъ попалъ въ двѣ 6-ти дюймовыя пушки,
поставленныя попарно въ башняхъ, и перебилъ ихъ пополамъ, вы-
ведя батарею изъ строя. Другіе тяжелые снаряды разрушили
верхнія части броненосца и убили и ранили многихъ людей эки-
пажа. «Полтава» была одного типа съ «Севастополемъ». Эти
небольшіе броненосцы, имѣвшіе около 10,000 тоннъ водоизмѣ-
щенія, по словамъ капитана фонъ-Эссена, были недостаточно
защищены броней.
Недалеко отъ «Полтавы» находился послѣдній броненосецъ
— 375 —
«Пѳресвѣтъ», затонувшій на очень мелкомъ мѣстѣ, вслѣдствіе
чего онъ былъ виднѣе другихъ. Это судно почти также обгорѣло
какъ и «Побѣда», и кромѣ того было пробито во многихъ мѣ-
стахъ большими снарядами. Пробоины, задѣланныя котельнымъ
желѣзомъ, придавали ему грубый, неоконченный видъ. Нѣко-
торыя изъ его орудій были повреждены, другія сняты. Обѣ
башни, въ которыхъ находились 10-ти дюймовыя пушки, были
взорваны пироксилиномъ, какъ и на всѣхъ другихъ судахъ,
включая и «Полтаву», такъ что надводная часть судна оказа-
лась совершенно непригодной; водолазы, тщательно осмотрѣвъ
корпусъ «Пересвѣта», заявили, что они не нашли въ немъ по-
врежденій, а потому японцамъ было легко поднять этотъ броне-
носецъ. Когда я уѣзжалъ изъ Портъ-Артура, внутреннія части
судовъ, находившіяся подъ водой, еще не были изслѣдованы, и
ничего не было извѣстно о состояніи машинныхъ отдѣленій и
машинъ. Все это предстояло узнать впослѣдствіи.
«Севастополь», выведенный своимъ храбрымъ командиромъ
чтобы встрѣтить рядъ минныхъ атакъ японскихъ миноносцевъ,
нѣкоторое время отражалъ противника, но наконецъ бокъ былъ
взорванъ и мина, найдя путь сквозь сѣтку, попала въ корму и
пробила въ борту большую пробоину, повредивъ рулевой аппаратъ.
Броненосецъ больше не могъ служить своей родинѣ; его
вывели на глубокую воду, открыли кингстоны и «Севастополь»
затонулъ на глубинѣ 150 футъ. Гдѣ находится могила «Сева-
стополя»—знаютъ лишь капитанъ фонъ-Эссенъ и его немного-
численный экипажъ. Японцы никогда не увидятъ опять «Сева-
стополя».
— 376 —
XXVIII.
Стессель и сдача.
За все время войны наибольшаго вниманія заслуживаетъ
фактъ внезапной перемѣны мнѣній о Стесселѣ и его гарнизонѣ,—
послѣдовавшей вслѣдъ за сдачей Портъ-Артура. За недѣлю до
капитуляціи и вообще въ теченіи долгихъ мѣсяцевъ, которые ей
предшествовали, генерала считали единственнымъ русскимъ
героемъ, созданнымъ войной, и говорили, что его армія своими
дѣйствіями доказала, что въ Россіи еще сохранился прежній
типъ солдата. Пѣхоту, отстаивавшую съ такой постоянной пре-
данностью своему Царю траншеи подъ Портъ-Артуромъ, считали
достойной преемницей традицій тѣхъ войскъ, которыя цѣлыми
часами выдерживали сосредоточенный огонь французской артил-
леріи подъ Бородинымъ и бросались густыми массами на смерто-
носныя и неприступныя укрѣпленія Плевны. Эти чувства сразу
измѣнились. Ген. Стессель въ мнѣніи многихъ низко палъ съ
своего высокаго пьедестала, а въ гарнизонѣ его,—отдавая полную
справедливость стойкой храбрости пѣхоты,—не видѣли группы
героевъ, которые должны были попасть на страницы исторіи,
окруженные ореоломъ славы. Гдѣ причина такой быстрой пере-
мѣны? Явилась ли она слѣдствіемъ обстоятельствъ, обнаружен-
ныхъ послѣ сдачи крѣпости или желаніемъ все умалить, за-
частую проявляемымъ тѣми, которые критикуютъ издали, не
будучи участниками этихъ великихъ событій. Если послѣднее
предположеніе вѣрно, то генералу Стесселю и его гарнизону не-
чего безпокоиться о потерѣ своей славы въ будущемъ, ибо
исторія воздастъ имъ должное, хотя и позже, какъ это она часто
дѣлала въ прошломъ и съ другими героями.
Однако, можно опасаться, что исторія рѣшительно подтвер-
дитъ произнесенный, съ разной степенью суровости, тѣми, кто
присутствовалъ при всѣхъ военныхъ дѣйствіяхъ и своими гла-
— 377 —
зами видѣлъ состояніе крѣпости и гарнизона и количество
остававшихся продовольственныхъ запасовъ ко дню сдачи крѣ-
пости. Нѣкоторые въ своихъ сужденіяхъ доходили до крайности,
другіе осуждали сдачу крѣпости менѣе сурово. Обыкновенно при-
ходится отыскивать истину между двумя крайними предѣлами,
и настоящій случай не составляетъ исключенія изъ общаго
правила.
Защиту крѣпости гарнизономъ до извѣстнаго момента, можно
считать геройской. Стойкость, съ которою русская пѣхота цѣлыми
часами выдерживала сосредоточенный артиллерійскій огонь, рав-
наго которому до сихъ поръ не видывали ни въ одной войнѣ,
составитъ навсегда одну изъ самыхъ свѣтлыхъ страницъ русской
военной исторіи.
Возьмемъ для примѣра высоту въ 203 метра, гдѣ полков-
никъ Ирманъ заставилъ своихъ людей массами держаться подъ
сосредоточенымъ огнемъ на совершенно открытой и почти неза-
щищенной позиціи подъ сосредоточеннымъ огнемъ 17-ти дюймо-
выхъ мортиръ и сотенъ другихъ орудій. Японцамъ потребовалось
10 дней постоянной бомбардировки и непрерывныхъ атакъ,
стоившихъ имъ 12.000 человѣкъ, чтобы оттѣснить или, пра-
вильнѣе сказать, смести этихъ русскихъ солдатъ съ высоты.
Одинъ этотъ примѣръ бѣшеной храбрости убѣдительно доказы-
ваетъ, что духъ русскаго солдата не измѣнился и съ него слѣ-
дуетъ снять всякую отвѣтственность за сдачу крѣпости. Для
выясненія настоящихъ причинъ внезапнаго поворота мнѣній и
взрыва непріязненной критики, слѣдуетъ обратиться къ генера-
ламъ и офицерамъ.
Какого было положеніе Стесселя по отношенію къ крѣпости,
съ самаго начала осады, порученной его заботамъ? Приведемъ
его собственныя слова. «Когда японцы произвели, 8-го февр.
ночную атаку, я былъ ошеломленъ, такъ какъ укрѣпленія были
только наполовину закончены, а въ гарнизонѣ стояли не болѣе
3000 человѣкъ».
— 378
Очевидно его первою обязанностью было — не допустить
приближенія непріятеля къ крѣпости до тѣхъ поръ, пока она не
будетъ приведена въ состояніе готовности къ оборонѣ. Съ этой
цѣлью необходимо было вынести оборону далѣе на сѣверѣ
Ляодунскаго полуострова. У Кинчжоу узкій перешеекъ полу-
острова представлялъ удобную для этой цѣли позицію. Сраженіе
при Наньшанѣ произошло 26-го мая; русскіе должны были очи-
стить Дальній и занять оборонительную позицію, идущую по-
перекъ полуострова, по гористой мѣстности; до 26 іюня имъ не
пришлось сталкиваться съ противникомъ; въ этотъ день они
потеряли двѣ важныхъ позиціи. Затѣмъ опять насупила пере-
дышка до 26 іюля, когда послѣ трехдневнаго упорнаго боя, рус-
скіе были отброшены на свою послѣднюю оборонительную линію,
которую, въ свою очередь, покинули, 30 іюля, чтобъ укрыться
за верками П. Артура. До сихъ поръ Стессель старался дѣй-
ствовать возможно лучше въ теченіе двухъ мѣсяцевъ и имѣлъ
умѣренный успѣхъ.
Можно считать, что дѣйствительная осада крѣпости нача-
лась съ 1-го Августа. Стесселю предстояло рѣшить двѣ глав-
ныхъ задачи: удержать крѣпость до прибытія подкрѣпленій съ
сѣвера, или, еслибъ подкрѣпленіе не подоспѣло, удержать ее до
тѣхъ поръ, пока эскадра, стоявшая въ П. Артурѣ, не будетъ въ
состояніи дойти до Владивостока. Въ это время надежда на
скорое прибытіе Балтійской эскадры была слишкомъ слаба и на
это расчитывать серьезно не приходилось.
10-го Августа Стессель наблюдалъ, какъ эскадра, состояв-
шая изъ 6-ти броненосцевъ и трехъ крейсеровъ, вышла изъ га-
вани. Въ это утро, слѣдя за тѣмъ, какъ суда удалялись, скры-
ваясь изъ виду, Стессель думалъ, что это былъ послѣдній вы-
ходъ эскадры, не расчитывая увидѣть ее снова. Уходъ эскадры
снималъ съ его плечъ тяжелую отвѣтственность. Постоянная
необходимость оборонять эту злополучную эскадру больше его не
тяготила. Поэтому легко представить себѣ его разочарованіе на
— 379
слѣдующее утро, 11-го августа, при появленіи искалѣченнаго
«Пересвѣта», а за нимъ, на нѣкоторыхъ интервалахъ, и осталь-
ныхъ судовъ разбитой эскадры, кромѣ флагманскаго судна «Це-
саревича», которыя опять вошли въ гавань и стали на якорь
на старыхъ мѣстахъ. Положеніе еще болѣе ухудшилось и Стес-
селю предстояло разрѣшить новую задачу. Сомнительно было,
чтобы посланная съ сѣвера на выручку крѣпости армія, могла
дойти до нея, чтобы съ другой стороны фактически было дока-
зано, что эскадра дойти до Владивостока не можетъ; оставалось
употребить всѣ усилія, чтобъ продержаться до прибытія Балтій-
ской эскадры, которая должна была возстановить преобладаніе
Россіи на морѣ. Поэтому генералъ и его гарнизонъ были обре-
чены на долгую и утомительную осаду.
Извѣстіе о сраженіи подъ Ляояномъ убило послѣднюю на-
дежду на скорую помощь. Стесселю оставалось утѣшать себя
мыслью, что удержаніе большой японской арміи подъ крѣпостью,
сдѣлало побѣду подъ Ляояномъ не рѣшительной и дало Куро-
паткину передышку, крайне необходимую для послѣдняго.
Въ половинѣ Сентября, отчаянная и, едва не увѣнчавшаяся
успѣхомъ, попытка японцевъ овладѣть высотою въ 203 метра
напомнили Стесселю, что судьба эскадры, стоящей въ гавани,
виситъ на волоскѣ. Безъ сомнѣнія онъ своевременно предупре-
дилъ адмираловъ, что можетъ наступить моментъ, когда онъ не
будетъ въ состояніи удержать за собой эту высоту и что флоту
необходимо еще разъ сдѣлать попытку прорваться на свободу.
28-го Сентября при первомъ выступѣ одной изъ только что
поставленныхъ японцами 28-ми сант. гаубицъ, гарнизонъ понялъ,
что ожидаетъ его въ будущемъ. Трудно передать впечатлѣніе,
произведенное на русскихъ первымъ снарядомъ, выпущеннымъ
изъ этихъ орудій. Укрѣпленія Портъ-Артура проектировались въ
расчетѣ, на сопротивленіе снарядовъ не крупнѣе 6-ти дюймоваго
калибра. Появленіе этихъ гигантскихъ орудій, бросавшихъ сна-
ряды въ б^разъ крупнѣе дѣйствовавшихъ до сихъ поръ снаря-
— 380
довъ, было ужасной новостью для гарнизона, ибо форты, блин-
дажи и закрытые ходы сообщеній, не представляли уже защиты
отъ навѣснаго огня этихъ орудій.
6-го Октября отъ Куропаткина было получено письмо, въ
которомъ послѣдній сообщалъ, что онъ уже двинулся на выручку
крѣпости; извѣстіе это временно подняло упавшій духъ гарнизона.
Сраженіе на Шахэ было слѣдствіемъ этого письма. Повидимому
послѣ этого, гарнизонъ уже не получалъ отъ Куропаткина ка-
кихъ либо опредѣленныхъ извѣстій, но слухи о его пораженіи и
о тяжелыхъ потеряхъ, понесенныхъ его войсками, проникали че-
резъ линію осаждающихъ въ крѣпость и понижали духъ гарни-
зона. Послѣ этого пораженія, первое—и въ то же время главнѣй-
шее основаніе для упорной обороны крѣпости,—надежда на при-
бытіе выручки—отпадало окончательно. Второе основаніе—про-
рывъ Портъ-Артурской эскадры во Владивостокъ — также было
совершенно безнадежно. Оставалось третье основаніе для обо-
роны—ожиданіе прибытія Балтійской эскадры. Послѣднее побу-
ждало солдатъ упорно держаться на своихъ позиціяхъ и они
доблество выполнили свою задачу 30-го Октября и 26-го Ноября.
Что же дѣлала въ это время П.-Артурская эскадра? Согласно
заявленій самихъ русскихъ, поврежденія, нанесенныя судамъ
10-го Августа, были исправлены къ 1-му Сентября и въ тотъ
же день всѣ броненосцы, хотя и съ нѣкоторыми дефектами, могли
выйти въ море. Какъ Стессель, такъ и адмиралы вполнѣ созна-
вали необходимость держать флотъ на готовѣ, чтобы онъ въ
любую минуту былъ бы въ состояніи двинуться, или на соеди-
неніе съ Балтійской Эскадрой, или же на случай послѣдней по-
пытки вырваться изъ крѣпости при паденіи послѣдней.
Мѣры, принятыя къ выполненію этого намѣренія были чрез-
вычайно странны; въ концѣ Октября моряки были сняты съ
судовъ и посланы на форты, для усиленія гарнизона. Къ тому
же многія орудія были сняты съ судовъ и перенесены на сушу,
а снаряды морскихъ орудій, запасъ которыхъ и безъ того былъ
381
ограниченъ, стали ежедневно разстрѣливаться по линіямъ оса-
ждающаго. Трудно повѣрить, чтобы къ концу Октября существо-
вала такая настоятельная необходимость перемѣщенія экипажей
судовъ на берегъ. Если же эта мѣра не вызывалась необходи-
мостью, то она была непростительной ошибкой, такъ какъ дра-
гоцѣнная жизнь матросовъ безцѣльно подвергалась опасности и
морскіе экипажи, послѣ двухъ мѣсяцевъ такой службы въ крѣ-
пости, были уже ни къ чему не годны. Это перемѣщеніе эки-
пажей и орудій съ судовъ лучше всего показываетъ какой не-
здоровый духъ и какое отсутствіе нравственной силы, царили
среди русскаго морского начальства. Моряки, которые за нѣ-
сколько мѣсяцевъ впередъ предрѣшаютъ безполезность борьбы на
морѣ, недостойны своего имени. Однако именно таково было рѣ-
шеніе, принятое русскими адмиралами. Вся воинственность была
выбита изъ нихъ 10 августа и они рѣшили не рисковать второй
встрѣчей съ непріятелемъ на своей родной стихіи. На сколько
.мнѣ извѣстно русскіе морскіе офицеры не сопровождали своихъ
солдатъ въ траншеи и остальное время осады прожили въ го-
родѣ 9. Трудно подыскать въ морской исторіи болѣе печальный
примѣръ: пять броненосцевъ и два крейсера, стоявшіе въ гавани
на якорѣ, могли, но не имѣли духа выйти въ море, чтобы встрѣ-
тить тамъ врага и предпочли быть разстрѣливаемыми осадной
артиллеріей, продолжая стоять на якорѣ.
26-го ноября русскій солдатъ опять проявилъ свою доблесть,
отразивъ самый рѣшительный штурмъ на восточный фронтъ крѣ-
пости, которому предшествовала сильная бомбардировка. 27-го
ноября началась битва гигантовъ за обладаніе высотой въ 203
метра; исходъ этой битвы рѣшалъ судьбу русскаго флота. Вре-
мени для того, чтобы остеречься, было достаточно, такъ какъ
японцы потратили 10 дней, для овладѣнія высотой, но тѣмъ не
1) Это не соотвѣтствуетъ дѣйствительности, ибо на сухопутномъ фронтѣ убито и
ранено не мало морскихъ офицеровъ. Прим. перевод.
портъ-артуръ. 24
— 382
менѣе, ни одинъ изъ командировъ судовъ не шевельнулъ и паль-
цемъ, чтобы покинуть роковую гавань. Единственнымъ исклю-
ченіемъ былъ капитанъ фонъ-Эссенъ, который, собравъ 100 чело-
вѣкъ, привелъ свое судно къ Тигровому Хвосту, оградилъ его
бономъ и въ теченіе нѣсколькихъ дней успѣшно боролся съ япон-
скими миноносцами.
5-го декабря высота въ 203 метра была взята и на слѣ-
дующій же день 28-ми сантиметров. снаряды начали падать
близъ русскихъ судовъ, вслѣдствіе чего русскіе ихъ затопили
сами. Суда эти не были потоплены японскими снарядами, какъ
утверждали; снаряды пробивали броневую палубу и рвались подъ
нею, но не были въ состояніи пробить корпусъ судна.
При такихъ критическихъ условіяхъ, снова разберемъ поло-
женіе Стесселя. Третье основаніе для удержанія крѣпости во что
бы то ни стало, потерпѣло ту же участь, что и первыя два:
Балтійская эскадра съ приходомъ въ гавань не получала болѣе
никакихъ выгодъ. Если бы необходимость обороны Портъ-Артура
зависѣла только отъ указанныхъ трехъ основаній, то вопросъ
былъ исчерпанъ; генералъ Стессель исполнилъ свой долгъ. Не-
обходимо, однако, разобрать не было ли другихъ основаній, осно-
ваній важныхъ въ стратегическомъ или практическомъ отноше-
ніяхъ, которыя принуждали подвергнуть войска послѣднему испы-
танію? Насталъ моментъ, когда Стессель, своей предусмотритель-
ностью и рѣшительностью, долженъ былъ доказать свое право
на мѣсто въ рядахъ великихъ полководцевъ, или же вписать свое
имя въ безконечный списокъ посредственностей. Безъ сомнѣнія
въ глазахъ многихъ Стессель можетъ найти достаточно оправда-
ній своей сдачей крѣпости, но выдающійся генералъ, взвѣсивъ
вліяніе этого факта на ходъ всей кампаніи, въ которой онъ
игралъ лишь одну роль, несомнѣнно пришелъ бы къ другому
выводу. Мы вернемся къ этому вопросу, закончивъ описаніе
событій.
Генералъ Стессель рѣшилъ сдаваться. Онъ только выжидалъ
383 —
когда настанетъ для этого случай, не рѣшаясь предпринять та-
кой шагъ до потери нѣкоторыхъ долговременныхъ укрѣпленій,
такъ какъ нужно припомнить, что къ 5-му декабря ни одно изъ
нихъ не было взято. Со дня занятія высоты въ 203 метра сдача
крѣпости, по сколько это зависѣло отъ Стесселя, была предрѣ-
шена. До 15-го Декабря Стессель въ сущности не былъ полнымъ
хозяиномъ положенія, такъ какъ Кондратенко былъ еще живъ;
духъ и энергія этого храбраго человѣка отражалась на всемъ
гарнизонѣ. Пока онъ былъ живъ, среди солдатъ не было и рѣчи
о капитуляціи, хотя она и была рѣшена ихъ Главнымъ Началь-
никомъ. 15-го декабря произошло величайшее несчастье, со вре-
мени гибели адмирала Макарова: въ этотъ день доблестный Кон-
дратенко со всѣмъ своимъ штабомъ, въ числѣ 10-ти человѣкъ
былъ убитъ снарядомъ, въ то время, какъ онъ распоряжался
исправленіями на форту Сѣверный Кейквансанъ. Съ его смертью
духъ сопротивленія отлетѣлъ, но не было еще повода для сдачи
крѣпости. 18-го декабря японцы взорвали и взяли штурмомъ
фортъ Сѣверный Кейквансанъ; 28-го декабря японцы съ такимъ
же успѣхомъ, послѣ рѣшительнаго штурма, заняли Нирусанъ, а
31-го того же мѣсяца въ ихъ руки перешелъ и Шоюсанъ. Это
дало Стесселю удобный поводъ для капитуляціи и онъ ухватился
за него съ излишней торопливостью, пославъ уже въ 4 часа дня,
1-го января, своего парламантера съ предложеніемъ выслать упол-
номоченныхъ для выработки условій сдачи. За нѣсколько дней
до капитуляціи, въ крѣпости состоялась конференція всѣхъ на-
чальниковъ обороны; большинство подало голосъ за дальнѣйшее
сопротивленіе. Рѣшеніе это было отвергнуто Стесселемъ.
24*
Заключеніе.
Осаду П. Артура должно признать одной изъ самыхъ замѣ-
чательныхъ осадъ не только новѣйшаго времени, но п вообще
въ исторіи войнъ.
Если день 31-го іюля, когда русскіе войска впервые были
оттѣснены на линію долговременныхъ укрѣпленій, принять за
начало осады, а 2-ое января—день сдачи Стесселемъ крѣпости—
за ея конецъ, то вся осада продолжалась ровно 5 мѣсяцевъ.
Если же за начало считать 26-ое мая—день сраженія при Пань-
шинѣ—когда гарнизонъ П. Артура впервые вступилъ въ борьбу
съ японцами, то осада продолжалась болѣе 8-ми мѣсяцевъ. Въ
теченіе всего этого времени 150.000 человѣкъ, составлявшихъ
вооруженныя силы двухъ народовъ, сражались за обладаніе нѣ-
сколькими изъ сильнѣйшихъ укрѣпленій, какія можетъ создать
современный инженеръ х). Не часто бываетъ, что паденіе крѣ-
пости имѣетъ рѣшительное вліяніе на успѣхъ войны. Обыкно-
венно сдача крѣпости является только завершеніемъ ряда воен-
ныхъ дѣйствій, направленныхъ для обезпеченія извѣстнаго ре-
’) Преувеличивая силу укрѣпленій П. Артура, авторъ впадаетъ въ противорѣчіе
съ указаннымъ имъ же раньше. Во всякомъ случаѣ форты крѣпости не могли проти-
востоять огню 11-й дм. японскихъ гаубицъ, а слѣдовательно назвать ихъ сильнѣйшими
современными укрѣпленіями никакимъ образомъ нельзя. Прим. перевод.
— 385
зультата; капитуляція, удовлетворяя честолюбію побѣдителя,
обыкновенно, мало вліяетъ на исходъ войны. Съ Портъ Арту-
ромъ дѣло обстояло иначе. Въ данномъ случаѣ ставились на
карту интересы величайшей важности не только двухъ большихъ
націй, но косвеннымъ образомъ интересы и всѣхъ другихъ дер-
жавъ. Съ паденіемъ П. Артура тѣсно связана была гибель тихо-
океанской эскадры и окончательное рѣшеніе вопроса о господ-
ствѣ на Дальнемъ Востокѣ. Еслибъ высота въ 203 метра не
была взята японцами и еслибъ Стессель продержался еще нѣ-
сколько мѣсяцевъ въ Портъ-Артурѣ, соединеніе тихоокеанской
эскадры съ балтійской стало бы совершившимся фактомъ; а
тогда кто могъ предсказать исходъ столкновенія эскадры адми-
рала Того съ соединенными русскими эскадрами. Еслибъ дѣла
Россіи велись съ здравымъ смысломъ, Японіи неминуемо при-
шлось бы столкнуться съ этой трудной задачей.
Если Стессель заслужилъ порицаніе за преждевременную
сдачу крѣпости, то еще болѣе виновны тѣ, кто не озаботился
своевременной подготовкой къ войнѣ. Прежде всего Россія должна
была, отброспвъ всякія постороннія соображенія, посвятить все
свое вниманіе на то, чтобъ сдѣлать П. Артуръ неприступной
крѣпостью. Если бы все это было сдѣлано, Тихоокеанская эскадра
могла бы спокойно стоять въ гавани П. Артура до прихода
Балтійской эскадры. Никогда ни одпнъ народъ не обладалъ луч-
шими условіями для обороны, дарованными самой природой и
ни одна держава не извлекала такъ мало пользы изъ своего
положенія. Еслибъ десятая часть времени и денегъ, потрачен-
ныхъ на устройство порта въ Дальнемъ была посвящена на над-
лежащее укрѣпленіе П. Артура, какъ измѣнились бы условія
мира, заключеннаго по окончаніи войны. Еслибъ русскіе долж-
нымъ образомъ укрѣпили линію отъ залива Лунзы до Тайкосана,
они могли бы на долго задержать движеніе японскихъ силъ къ
фортамъ. Еслибъ главная оборонительная линія была бы вся,
отъ начала до конца, укрѣплена долговременными фортами,
386 —
вродѣ Сѣверн. Кейквансана и Нирусана, П. Артуръ не сдался
бы никогда или въ крайнемъ случаѣ лишь послѣ прихода Балтій-
ской эскадры. Если принять во вниманіе послѣ какой отчаянной
борьбы японцамъ удалось овладѣть наиболѣе разобщенными и
слабо защищенными позиціями, то легко понять какой цѣной
русскіе поплатились за свою беззаботность и нерадѣніе въ при-
нятіи соотвѣтствующихъ предосторожностей. Кто не былъ въ
Японіи, тому трудно понять какую тревогу и даже страхъ испы-
тывали морскія и военныя власти и какой тяжелый гнетъ ле-
жалъ на всемъ японскомъ народѣ, пока русскія суда, стоявшія
въ П. Артурѣ, не были уничтожены. Это можно понять только
тогда, если мы припомнимъ съ какими огромными жертвами
былъ предпринятъ цѣлый рядъ отчаяныхъ атакъ на позиціи,
которыя можно бы было взять лишь путемъ правильной и про-
должительной осады.
Въ трехъ отдѣльныхъ случаяхъ это чувство отчаянія дохо-
дило до того, что Японское начальство посылало войска на
отчаянные штурмы, безумно желая вырвать побѣду, хотя бы
цѣной гибели всей арміи.
Наконецъ послѣ того, какъ три послѣдовательные штурма
на восточный фронтъ крѣпости не удались, непоколебимые на-
чальники обратили свое вниманіе на западный фронтъ, ища тамъ
спасенія. Они обрѣли его, взявъ лишь высоту въ 203 метра и
хотя эта побѣда и стоила имъ дорого—погибло болѣе 100,000
человѣкъ, но русскій флотъ былъ уничтоженъ. Послѣ взятія
этой высоты, П. Артуръ игралъ лишь второстепенную роль въ
дальнѣйшей компаніи, но и тогда еще Стессель могъ увеличить
его значеніе и можетъ быть спасъ бы Куропаткина отъ пора-
женія, еслибы продержался еще два мѣсяца.
Ожесточеніе, храбрость и рѣшительность, проявленныя въ
эту войну обѣими воюющими сторонами выше всякой похвалы.
Всѣ ужасы этой борьбы казалось, болѣе соотвѣтствовали вар-
варскимъ временамъ, чѣмъ 20-му вѣку. Печальная участь не
387 —
одной тысячи раненыхъ, жизнь которыхъ, быть можетъ, при
надлежащемъ уходѣ и попеченіи, могла быть спасена, останется
печальной страницей въ исторіи войны. Эта война представляла
еще особый интересъ и потому, что японцы пробовали согласо-
вать современное оружіе и пріемы разрушенія съ отжившими
формами построеній для атаки. Результатомъ было—страшное
кровопролитіе, какому въ прошломъ не найдется примѣра. Надо
думать, что мы были въ послѣдній разъ очевидцами примѣненія
такихъ устарѣлыхъ пріемовъ при штурмѣ фортовъ. Еще до на-
чала войны критики считали такіе пріемы непримѣнимыми, но
тогда не имѣли въ виду японцевъ.
Послѣ тяжелаго урока подъ П. Артуромъ едва ли японцы
будутъ снова прибѣгать къ подобнымъ штурмамъ. Ни одинъ на-
родъ не захочетъ повторить подобнаго опыта, ибо при такихъ
условіяхъ нельзя расчитывать, что люди исполнять приказаніе
двигаться впередъ, кромѣ того артиллерія, дѣйствовавшая въ
теченіе этой войны по своему вѣсу и разрушительности, превы-
шала все, что примѣнялось раньше. Развѣ можно забыть тотъ
градъ гранатъ, который извергался изъ 28-ми сантиметр. гаубицъ
на русскія позиціи передъ каждымъ штурмомъ? Такое зрѣлище
можно увидѣть лишь разъ въ теченіе столѣтія и оно сохранится
навсегда неизгладимымъ въ памяти очевидцевъ. Всѣ средства
войны при осадѣ Іерусалима, описанныя Іосифомъ были пущены
здѣсь въ дѣло воюющими сторонами: подземныя галлереи, штур-
мовыя лѣстницы; подъемные и переносные мосты; обломки скалъ,
заостренныя жерди—все было пущено въ ходъ и играло почетную
роль. Но къ этимъ стариннымъ средствамъ борьбы присоединя-
лись новыя, увеличивающія ужасъ войны и созданныя совре-
менной наукой для уничтоженія людей, ручныя гранаты, мины,
электрическія провода, прожекторы и наконецъ подземныя мины,
благодаря которымъ въ нѣсколько секундъ уничтожалось цѣлое
сооруженіе и гибли сотни людей.
Лица, состоящія при арміи, могутъ увидать много интерес-
— 388
наго и заслуживающаго вниманія, но настоящаго боя они не
видятъ. Это постоянно испытывали всѣ, находившіеся при арміи
Оямы въ Манджуріи. Они издали видѣли облака дыма и длин-
ные ряды солдатъ, разбросанныхъ на безконечно длинномъ
фронтѣ; все это можно видѣть и на маневрахъ, но гораздо
лучше. У П.-Лртура дѣло обстояло иначе: здѣсь все происходило
по виду какъ на сценѣ. Въ одной изъ траншей можно было за-
нять мѣсто по возможности ближе къ авансценѣ. Если кто не
хотѣлъ платить за мѣсто цѣной опасности сидѣть подъ непре-
рывнымъ градомъ пуль и снарядовъ, тотъ могъ найти мѣсто въ
амфитеатрѣ, на болѣе далекихъ горахъ, лежащихъ позади. Изъ
переднихъ мѣстъ (въ траншеяхъ) были отлично видны всѣ дви-
женія осаждающаго, а иногда и осажденныхъ. Можно было из-
брать отдѣльныхъ солдатъ и прослѣдить за ихъ дѣйствіями во
все время атаки, съ той минуты, какъ они вылѣзали изъ сво-
ихъ траншей черезъ брустверъ изъ земляныхъ мѣшковъ и вплоть
до встрѣчи ихъ съ противникомъ или смерти отъ вражеской
пули. Видно было, какъ люди падали ранеными, какъ они пол-
зли, желая укрыться въ воронкахъ отъ разорвавшихся снаря-
довъ или въ складкахъ мѣстности, въ то время, какъ другіе
дрались въ рукопашную или стрѣляли другъ въ друга. Можно
было слѣдить за полетомъ снарядовъ. Отъ наблюдателей не
ускользало не только то, что дѣлали или видѣли сами участники
боя, но даже и то, что было недоступно взорамъ послѣднихъ.
Нѣтъ возможности описать все, что происходило на полѣ сра-
женія.
Съ горъ, господствующихъ надъ Шуйшійнской долиной,
каждый день открывалась новая картина, возбуждавшая своимъ
величіемъ трепетъ: долина, сплошь покрытая земляными укрѣпле-
ніями; цѣлая линія грозныхъ фортовъ; снаряды сотенъ орудій;
тысячи сверкающихъ на солнцѣ штыковъ: разрывы ручныхъ
гранатъ; масса обломковъ, взлетающихъ отъ взрыва минъ; бата-
ліоны сомкнутыми рядами, подобно могучимъ волнамъ прибоя,
— 389
вверхъ ударяющіеся о форты, откуда отброшенные они возвра-
щаются обратно, подобно брызгамъ отлива.
За линіей фортовъ дымки изъ трубъ обреченнаго на гибель
города, медленно поднимаются къ небу. Лазурь тихаго моря со-
ставляла фонъ этой воинственной картины. Вдали суда япон-
скаго флота день и ночь ходили дозоромъ у входа въ гавань,
поджидая выхода русской эскадры; казалось, что на спокойной
поверхности моря имъ не угрожала никакая опасность, но на
нѣсколько футовъ глубже, вездѣ кругомъ нихъ скрывались ты-
сячи смертоносныхъ приборовъ, изъ которыхъ каждый въ одинъ
мигъ могъ уничтожить самый могучій броненосецъ.
Когда ночь спускала свой мирный покровъ на поле битвы,
картина становилась еще величественнѣе. Бѣлыя полосы свѣта
прожекторовъ, прорѣзали окружающую тьму, перебѣгая съ холма
на холмъ, освѣщая на минуту то одну, то другую позицію, пе-
ребрасывая свѣтъ съ одной батареи на другую, съ цѣлью открыть
приближеніе непріятельской пѣхоты. Когда этотъ свѣтъ погасалъ
тысячами рвались свѣтящіяся ракеты, разсыпаясь чудными го-
лубыми звѣздочками.
Поразительно было впечатлѣніе, когда снопы свѣта про-
жекторовъ направленныхъ вверхъ скользили по небосклону и
освѣщали облака, какъ бы освѣщая путь отходящимъ въ вѣч-
ность душамъ. Ночь не прекращала побоища. Изъ траншей оку-
танныхъ мракомъ ночи, таинственно и глухо, раздавался среди
окрестныхъ валовъ и долинъ непрерывный трескъ ружейной
пальбы, печальный стонъ пулеметовъ и низкія октавы круп-
ныхъ гаубицъ.
Нами уже было отмѣчено выше какія огромныя выгоды прі-
обрѣла Японія съ паденіемъ Портъ-Артура. Не говоря уже о
вліяніи этой побѣды на дальнѣйшій ходъ военныхъ событій и
на еще болѣе важный вопросъ господства на Дальнемъ Востокѣ,
матеріальная добыча, доставшаяся японцамъ въ П. Артурѣ, до-
стигала огромнаго количества. Вотъ приблизительный подсчетъ
— 390
того, что составляло эту добычу: 59 долговременныхъ и времен-
ныхъ укрѣпленій; 546 орудій разнаго калибра и 35,252 винтовки;
82,000 снарядовъ и 2,266,800 ружейныхъ патроновъ; болѣе
6,000,000 фунтовъ пшеничной муки, сухарей, соли, бобовъ,
ячменя, кукурузы, риса, солонины и сахару; 75,000 тоннъ кар-
дифскаго и 55,000 тоннъ Японскаго угля; 15,000 тоннъ брикета;
1920 лошадей.—Четыре броненосца, 2 крейсера, 14 канонерскихъ
лодокъ и миноносокъ и 20 разныхъ судовъ, изъ которыхъ часть
была разрушена. Взято въ плѣнъ: 8 генераловъ, 809 офицеровъ,
22,434 унтеръ офицера и нижнихъ чиновъ, 4 адмирала, 301
морскихъ офицеровъ, 500 гражданскихъ чиновъ, 4500 матросовъ,
3645 мирныхъ жителей и 13000 больныхъ и раненыхъ.
Все это досталось японцамъ цѣною потери 89,000 человѣкъ
убитыми, ранеными и больными, а если прибавимъ къ этому
числу потери въ бою при Наньшанѣ, то 94,000 человѣкъ. Изъ
этого числа, по офиціальнымъ свѣдѣніямъ, 64,000 человѣкъ убито
и ранено, а 25,000 заболѣло или умерло отъ болѣзней.
Точныхъ офиціальныхъ свѣдѣній о числѣ убитыхъ японцы
не сообщили, но, принимая въ соображеніе исключительный ха-
рактеръ военныхъ дѣйствій и большое количество раненыхъ,
брошенныхъ на полѣ сраженія, трудно допустить, чтобы у нихъ
было менѣе 25,000 убитыхъ, вѣроятнѣе, что число ихъ было
значительно больше. Число убитыхъ и раненыхъ офицеровъ также
весьма велико, говорятъ, что за все время достигло до 10,000
человѣкъ. Если изъ первоначальнаго итога, мы исключимъ 5000
человѣкъ, погибшихъ при Наньшанѣ и 6000 потерянныхъ въ
бояхъ за передовыя позиціи, предшествовавшихъ оттѣсненію рус-
скихъ на линію долговременныхъ укрѣпленій, то увидимъ, что
за время дѣйствительной осады т. е. съ 1-го Августа по 1-ое
Января Третья Армія теряла ежедневно среднимъ числомъ по
560-ти человѣкъ, т. е. болѣе полу баталіона. Въ каждый часъ
осады, хоронили или отвозили въ госпитали 23 японскихъ сол-
дата; въ теченіе этихъ 5-ти мѣсяцевъ черезъ каждыя 3 минуты
— 391
одинъ солдатъ выбывалъ изъ строя. Многіе считаютъ потери
японцевъ больше офиціальныхъ цифръ и безъ сомнѣнія, значи-
тельное число легко раненыхъ не было включено въ ихъ отчетѣ.
Точныя цифры потерь русскихъ во время осады Портъ-
Артура не извѣстны и опубликованы не были. По нѣкоторымъ
свѣдѣніямъ въ круглыхъ цифрахъ 10,000 человѣкъ убито или
умершихъ отъ болѣзней; 13,000 человѣкъ больныхъ и раненыхъ
находилось въ госпиталяхъ, захваченныхъ японцами.
Каково же было состояніе крѣпости и ея гарнизона, на ко-
торомъ основывалось рѣшеніе Стесселя и какая цѣль могла быть
достигнута, если бы и послѣ пораженія Куропаткина и уничто-
женія П.-Артурской эскадры—крѣпость продолжала бы держаться?
На второй вопросъ отвѣтъ коротокъ. Было много основаній,
побуждавшихъ продолжать оборону. Во-первыхъ, благодаря болѣе
продолжительной, а потому и болѣе героической защитѣ крѣпости,
престижъ русскаго оружія долженъ былъ подняться. Во-вторыхъ,
въ концѣ Декабря Стессель удерживалъ подъ Портъ-Артуромъ
японскую армію въ 10,000 человѣкъ. Что Куропаткинъ созна-
валъ все значеніе отвлеченія Стесселемъ этой арміи—это ясно,
такъ какъ тотчасъ же послѣ паденія крѣпости, онъ перешелъ
въ наступленіе, чтобы добиться успѣха, до прихода на сѣверъ
арміи Ноги. Маршалъ Ояма въ своемъ донесеніи объ этомъ сра-
женіи, впервые упоминаетъ о пятой арміи, которая, конечно, со-
стояла изъ войскъ арміи генерала Ноги. Въ-третьихъ, каждый
лишній день, проведенный японскими войсками въ траншеяхъ,
во время суровыхъ зимнихъ мѣсяцевъ, понижалъ ихъ нравствен-
ный духъ п уменьшалъ ихъ готовность къ весеннимъ операціямъ.
Въ-четвертыхъ, по той-же причинѣ японскимъ войскамъ при-
шлось бы претерпѣвать много лишеній и страданій, что вызвало
бы значительную убыль въ ихъ рядахъ. По указаннымъ причи-
намъ, нельзя сомнѣваться въ томъ, что если бы Стессель про-
держался до весны, Куропаткинъ могъ бы перейти въ насту-
пленіе съ большими шансами на успѣхъ.
— 392 —
Способность Портъ-Артура къ дальнѣйшему сопротивленію
и дѣйствительное состояніе гарнизона его требуютъ болѣе по-
дробнаго обсужденія. Ни на минуту невозможно допустить мысли,
чтобы потеря Сѣвернаго Кейквансана, Нирусана и Шоюсана
столь гибельно отразилась на положеніи Стесселя. Даже послѣ
паденія этихъ фортовъ, русскіе продолжали владѣть многими
сильными позиціями вдоль оборонительной линіи восточнаго
фронта, которыя могли бы отдалить сдачу крѣпости на продол-
жительное время. Новый Банрусанъ, фортъ Н, гора Бодай и
вся линія укрѣпленій позади Сѣверн. Кейквансана оставались
вполнѣ нетронутыми. Всѣ эти укрѣпленія были покинуты рус-
скими въ ночь на 31 декабря, почти безъ всякаго сопротивле-
нія х). Если послѣ потери трехъ долговременныхъ фортовъ эти
позиціи были открыты и, если въ то-же время выяснилась не-
возможность снабжать ихъ припасами и подкрѣпленіями, то
можно было покинуть весь восточный фронтъ обороны. Въ
этомъ случаѣ русскіе могли бы отступить па лежащія сзади и
ниже возвышенности, гдѣ была сооружена внутренняя линія обо-
роны, сооруженная спеціально для этой цѣли. Чтобы овладѣть
этой внутренней линіей, японцамъ пришлось бы произвести тѣ
же операціи, что и при атакѣ внѣшней линіи обороны, только
въ нѣсколько меньшихъ размѣрахъ. На этой внутренней линіи
находилось множество пушекъ, снятыхъ съ судовъ и она была
въ состояніи оказать сопротивленіе въ теченіе цѣлыхъ двухъ
мѣсяцевъ, если не болѣе.
Если бы пала эта внутренняя линія обороны, оставалась
еще вся западная линія фортовъ и на ней можно было оказать
послѣднее сопротивленіе. Повидимому русскіе думали, что обо-
рона П.-Артура имѣла исключительной цѣлью защиту города,
который послѣ паденія восточной части внутренней оборонитель-
!) Бодай (Большое Орлиное гнѣздо) былъ взятъ японцами штурмомъ днемъ
19 декабря.
Прим. перев.
393 —
ной линіи, оказался бы въ рукахъ непріятеля. Но западный
участокъ фортовъ былъ самостоятеленъ и могъ бы продолжать
держаться и послѣ потери города, удержаніе котораго послѣ ги-
бели флота, было уже безцѣльно. Такимъ путемъ можно было
задержать на Ляодунскомъ полуостровѣ большую японскую ар-
мію, что было чрезвычайно важно. Русскіе сами охотно допу-
скаютъ, что въ стратегическомъ отношеніи положеніе ихъ было
не безнадежно и что другія соображенія привели ихъ къ капи-
туляціи крѣпости; соображенія эти были таковы: во-первыхъ,
уменьшеніе ихъ боевой силы; во-вторыхъ, недостатокъ запасовъ
продовольствія; въ третьихъ, недостатокъ боевыхъ припасовъ и,
наконецъ, состояніе госпиталей.
Что касается числа здоровыхъ людей, составлявшихъ гарни-
зонъ крѣпости, то слѣдуетъ вспомнить, что полковникъ Рейсъ, во
время встрѣчи уполномоченныхъ, заявилъ, что осталось только
4000 человѣкъ, которые могутъ выступить изъ крѣпости, всѣ
же остальные ранены или больны. Если бы это заявленіе было,
хоть приблизительно, вѣрно, то, конечно, не могло быть и рѣчи
о дальнѣйшемъ сопротивленіи; но въ дальнѣйшемъ эта цифра
возросла до 26,000 солдатъ и матросовъ и болѣе 1,600 офи-
церовъ.
Состояніе большей части изъ этого числа людей было правда
не изъ блестящихъ, многіе люди скорѣе были пригодны для
службы въ госпиталѣ, чѣмъ въ траншеяхъ, но достовѣрно то,
что всѣ они прошли до желѣзной дороги разстояніе отъ 16 —
20 миль, не выказавъ никакихъ признаковъ утомленія. Слѣдо-
вательно нельзя считаться съ соображеніемъ, что уменьшеніе
числа защитниковъ послужило препятствіемъ къ дальнѣйшей обо-
ронѣ, особенно, если мы примемъ во вниманіе, что вторая линія
обороны была короче внѣшней, съ которой они отступали.
Относительно количества боевыхъ припасовъ нельзя было
сказать что либо опредѣленное до появленія японскаго офиціаль-
наго донесенія. По окончаніи осады, въ крѣпости было найдено
394 —
82,670 снарядовъ разнаго калибра; что въ среднемъ числѣ со-
ставляетъ по 151-му снаряду на каждую изъ 546 пушекъ, най-
денныхъ не поврежденными. Такое количество едва ли молено
считать недостаточнымъ и если дѣйствительно былъ недостатокъ
въ снарядахъ для орудій крупнаго калибра, то это не могло
имѣть особаго значенія, ибо оборона зависѣла отъ огня ружей и
пулеметовъ. Съ той минуты, какъ японцы подошли близко къ
русскимъ оборонительнымъ линіямъ, артиллерія не могла при-
нести много пользы, за исключеніемъ шрапнельнаго огня. Къ
началу осады, въ крѣпости, по русскимъ свѣдѣніямъ, находилось
16,000,000 ружейныхъ патроновъ; къ концу осады ихъ остава-
лось болѣе 2.000.000. Гарнизонъ конечно долженъ былъ тратить
ихъ экономнѣе. Съ другой стороны трудно допустить, чтобъ въ
такомъ большомъ арсеналѣ, какъ П.-Артурскій, не было устроено
приспособленій для выдѣлки пуль и снаряженія гильзъ *); вслѣд-
ствіе близости непріятельскихъ линій половинный зарядъ пороха
былъ бы также дѣйствителенъ, какъ и полный. Японцами было
захвачено 30 тоннъ пороха и другихъ взрывчатыхъ веществъ.
Такимъ образомъ недостатокъ боевыхъ припасовъ не могъ также
служить поводомъ къ сдачѣ крѣпости.
Что же касается до запасовъ пищевыхъ продуктовъ, то нѣтъ
сомнѣнія что ихъ было достаточно, такъ какъ у насъ имѣются
цифры, показывающія количество запасовъ, подсчитанныя япон-
скими комиссарами послѣ сдачи крѣпости, цифры эти сходятся
съ цифрами, показываемыми самими русскими. Въ интендантскихъ
складахъ, захваченныхъ японскими властями найдено было: ржаной
муки—700 тоннъ, кукурузы—40 тоннъ; пшеничной муки — 80
тоннъ, бобовъ—700 тоннъ, мясныхъ консервовъ—40 тоннъ, суха-
рей—60 тоннъ, соли 400 тоннъ, сахару—20 тоннъ, рису—1 тонна
1) Арсеналъ былъ незначительныхъ размѣровъ; приспособленій для снаряженія
гильзъ въ немъ не было; самое же главное, то, что для этого не было пороха, ибо
нельзя же было снаряжать патроны артиллерійскимъ порохомъ. Прим. переводч.
395 —
и крупы 2 тонны. Эти цифры точно показываютъ количество
пищевыхъ продуктовъ къ концу осады.
Кромѣ того въ магазинахъ морского вѣдомства состояло:
700 тоннъ пшеничной муки (захваченной съ парохода «Кеп§
АгГІшг»), 40 тоннъ сахару и 2 тонны масла; къ этому нужно
прибавить 75,000 тоннъ кардифскаго угля, 55,000 японскаго
угля и 15,000 тоннъ угольнаго брикета. Послѣ сдачи было пере-
дано японцамъ 1920 лошадей. Русскіе говорятъ, что солдаты не
любили конину и отказывались ее ѣсть. Если это вѣрно, то не
требуется лучшаго доказательства того, что гарнизонъ вовсе не
былъ близокъ къ голодной смерти, въ чемъ хотѣли убѣдить весь
міръ, такъ какъ голодающіе солдаты стали бы ѣсть все безъ
разбора. Во многихъ большихъ осадахъ, въ послѣднихъ стадіяхъ
обороны, конина считалась роскошью, и пренебреженіе къ подоб-
наго рода пищѣ могло бы стоить Англіи Лэдшмита, а можетъ
быть и Южной Африки. Изъ этихъ фактовъ видно, что въ крѣ-
пости было достаточно съѣстныхъ припасовъ, чтобы прокормить
гарнизонъ полными порціями, въ теченіе 4-хъ мѣсяцевъ.
Кромѣ пищевыхъ продуктовъ, по окончаніи осады остался
большой запасъ любимаго напитка русскихъ солдатъ—водки; по-
слѣдняя помогала имъ легко мириться съ однообразіемъ пищи,
хотя, надо сказать, пища солдата была много роскошнѣе той,
которой его земляки довольствуются на родинѣ. До самаго конца
декабря людямъ ежедневно выдавалась водка по большой бутылкѣ
на 4-хъ человѣкъ. 31-го декабря, когда гарнизонъ впервые узналъ
о намѣреніи сдать крѣпость на капитуляцію, солдаты бросились
громить лавку француза Мондонъ, откуда вытащили 900 ящи-
ковъ водки, по 60 бутылокъ каждымъ; затѣмъ они устроили
пьяную оргію на улицѣ. Посланъ былъ полкъ, чтобы прекратить
безпорядокъ, но разогнавъ бунтовщиковъ, посланные для усми-
ренія сами допили остатки водки.
Такимъ образомъ, оказывается, что въ крѣпости находилось
достаточное количество боевыхъ припасовъ и обильный запасъ
396 —
пищи и остается разсмотрѣть вопросъ о состояніи госпиталей,
послужившій Стесселю однимъ изъ поводовъ рѣшиться на сдачу
крѣпости. Когда японцы приняли госпиталя, они застали въ нихъ
13,000 больныхъ и раненыхъ. Русскіе заявляли, что госпитали
ихъ находились въ плачевномъ состояніи.
Тѣмъ болѣе, слѣдуетъ винить самого Стесселя за подобное
отношеніе къ вопросу о продовольствіи и госпиталяхъ. Какъ это
ни странно, но въ началѣ осады не было сдѣлано никакой по-
пытки подчинить контролю военныхъ властей большіе частные
магазины съ продовольственными запасами, находившіеся въ го-
родѣ. Правда, былъ отданъ приказъ, что всѣ съѣстные припасы
и вина должны продаваться военнымъ властямъ по утвержден-
нымъ цѣнамъ. Кой что дѣйствительно было продано, но боль-
шинство владѣльцевъ запасовъ сумѣло обойти казнѣ этотъ при-
казъ, вслѣдствіе чего во время осады всякій, имѣвшій наличныя
деньги, могъ всегда купить съѣстные припасы и вино въ част-
ныхъ магазинахъ. Какъ бы то ни было, но на лицо тотъ фактъ,
что къ дню паденія крѣпости въ П.-Лртурѣ были огромные за-
пасы съѣстныхъ припасовъ и вина и, когда побѣдители вошли
въ городъ, то получили возможность пріобрѣтать многіе пред-
меты роскоши, какъ шампанское и красное вино, которыхъ они
нигдѣ не могли достать за предѣлами крѣпости 2). Я самъ, съ
своими пріятелями, былъ принятъ самымъ радушнымъ образомъ
представителемъ одной нѣмецкой фирмы, которая въ самомъ на-
чалѣ осады заботливо припрятала на многіе мѣсяцы обильные
запасы для своихъ служащихъ и такъ какъ у нихъ оказался
избытокъ продовольствія, то они съ удовольствіемъ часто помо-
гали своимъ менѣе счастливымъ друзьямъ. Вѣроятно не многіе
въ И.-Артурѣ были обставлены такъ хорошо, какъ мои нѣмецкіе
друзья, но удивительно, что намъ, стучавшимся въ теченіе шести
9 Шампанскаго и вина въ крѣпости дѣйствительно былъ избытокъ, но съѣстныхъ
припасовъ можно было раздобыть лишь въ ограниченномъ количествѣ. Прим, перевод.
397 —
мѣсяцевъ въ ворота города, первый хорошій обѣдъ удалось полу-
чить лишь здѣсь и нашими хозяевами были голодающіе обита-
тели крѣпости.
Мы разсмотрѣли всѣ четыре условія, которыя для русскихъ
послужили поводами для сдачи крѣпости и на которыя ссыла-
лись защитники Стесселя. Слѣдуетъ искать болѣе существенныхъ
причинъ, обусловившихъ такое рѣшеніе. Повидимому, въ гарни-
зонѣ съ самаго начала господствовало непонятное отсутствіе духа
товарищества и солидарности въ дѣйствіяхъ. Послѣ паденія крѣ-
пости сухопутные офицеры большею частью относились настолько
непріязнено къ своимъ товарищамъ—морякамъ, что не желали
разговаривать другъ съ другомъ, первые, въ свою очередь, дѣли-
лись на партіи: одни одобряли сдачу крѣпости, другіе были про-
тивъ. Какъ это ни странно, но между осажденными и осаждаю-
щими проявлялось менѣе вражды, чѣмъ между офицерами гар-
низона, принадлежавшими къ разнымъ группамъ.
Кромѣ регулярныхъ войскъ въ крѣпости находилось около
5000 русскихъ рабочихъ, которые съ самаго начала доставляли
много безпокойства. Видимо, Стессель не сознавалъ насколько
важно держать этотъ не военный элементъ подъ строгимъ кон-
тролемъ. Для тѣхъ, кто не принимаетъ непосредственнаго уча-
стія въ бояхъ, время обыкновенно тянется безконечно, люди
тяготятся своимъ бездѣйствіемъ и на этой почвѣ легко разви-
ваются сѣмена раздора и несогласія, распространяясь отсюда и
на солдатъ. При своемъ свиданіи съ генераломъ Ноги, Стессель
заявилъ, что одной изъ причинъ, побудившихъ его согласиться
на сдачу крѣпости была невозможность поддерживать порядокъ
среди рабочихъ. Довольно странное признаніе со стороны Глав-
наго начальника осажденной крѣпости, облеченнаго такой пол-
нотой власти, который могъ распоряжаться жизнью и смертью
своихъ подчиненныхъ!
Когда въ гарнизовѣ чувствуется общій упадокъ духа, то
почти всегда источникомъ его является слабость высшей власти.
ПОРТЪ-АРТУРЪ.
2о
398 —
Безпечность генерала Стесселя отражалась и на поведеніи его
офицеровъ. Частныя лица (на свидѣтельства которыхъ, правда,
не всегда можно положиться) заявляли, что въ тѣ дни, когда
навѣрное можно было ожидать штурма, много офицеровъ разгу-
ливали по улицамъ города или распивали вино въ ресторанахъ,
счастливые тѣмъ, что имъ удалось покинуть свою команду на
отвѣтственность унтеръ-офицеровъ ]). Поведеніе послѣднихъ было
все время безукоризненно; стойкое мужество солдатъ возростало
сообразно тяжести положенія, замѣняя довѣріе, котораго не вну-
шали ихъ начальники.
Многіе выражали удивленіе, почему Стессель, чтобы спасти
честь Россіи не попытался прорваться черезъ окружавшую его
желѣзную стѣну или не попробовалъ нанести непріятелю нѣко-
торый вредъ прежде чѣмъ сдался. Трудно сказать насколько
этотъ планъ былъ выполнимъ. Конечно, нечего и говорить о
возможности уйти изъ крѣпости, но онъ могъ выбрать изъ всего
гарнизона тысячъ 15 болѣе здоровыхъ солдатъ и, снабдивъ ихъ
продовольствіемъ на 2—3 дня, сдѣлать рѣшительную атаку на
крайній восточный флангъ японской линіи. Здѣсь японцевъ было
меньше чѣмъ на другихъ пунктахъ, ибо на этотъ участокъ они
атаки не вели.
Еслибъ такая вылазка была сдѣлана, и удалось прорвать
японскую линію, то Стессель могъ бы пробраться по южной до-
рогѣ, ведущей въ Дальній, пролегающей меледу Тайкосаномъ и
Шіокоганомъ. Дабы помѣшать этому движенію, японцы были бы
вынуждены перемѣнить фронтъ своей арміи, нѣкоторые полки
которой стояли въ 20-ти миляхъ отъ крѣпости. Не легко было
бы перемѣстить артиллерію, стоявшую на постоянныхъ пози-
ціяхъ противъ крѣпости, и преледе чѣмъ японцы успѣли бы стя-
нуть противъ русскихъ равныя силы, Стессель былъ бы уже на
Это—ложь. Огромный процентъ убитыхъ и раненыхъ офицеровъ свидѣтель-
ствуетъ, что офицеры свято исполняли свой долгъ.
[Ірим, перев.
399 —
пути въ Дальній. Онъ могъ бы оставить свой арьергардъ на
одной изъ многихъ прекрасныхъ позицій вдоль дороги, а самъ
съ большею частью своихъ солдатъ двинуться въ Дальній и
сжечь огромные запасы продовольствія, которые были тамъ со-
браны. Послѣ этого онъ могъ бы съ спокойнымъ сердцемъ согла-
ситься на сдачу. Всѣхъ женщинъ и дѣтей можно было оставить
въ одномъ изъ западныхъ фортовъ, подъ надежной охраной, до
окончательнаго выясненія условій сдачи *)• Возможно, что ему
и не удалось бы пробраться черезъ японскія линіи, но этой по-
пыткой онъ по крайней мѣрѣ спасъ бы престижъ русскаго
оружія.
Если дѣйствія Стесселя подлежатъ строгой критикѣ, то прі-
ятно обратиться къ Кондратенкѣ, дѣйствія котораго возбуждали
всеобщее восхищеніе и полное сочувствіе. Этотъ неутомимый
инженеръ, построившій почти всѣ укрѣпленія П.-Артура, былъ
жизнью и душою обороны. Его всегда молено было видѣть въ
пунктахъ, гдѣ кипѣлъ самый горячій бой, ободряющимъ солдатъ
или наблюдающимъ за исправленіемъ поврежденныхъ укрѣпленій.
Положительно можно сказать, что еслибъ Кондратенко былъ живъ,
П.-Артуръ продолжалъ бы свою храбрую оборону, такъ какъ сол-
даты готовы были на всякій подвигъ подъ начальствомъ этого
человѣка—въ сущности настоящаго Коменданта Крѣпости; послѣ
его смерти оборона лишилась своего главнаго оплота. По срав-
ненію съ другими осадами, осада П.-Артура не могла поднять
престижъ русскихъ. Стратегическое положеніе ихъ было такое
же, какъ у французовъ въ Генуѣ, 104 года тому назадъ. Тамъ
Массена, запертый въ городѣ безъ надежды на освоболсденіе и
осажденный австрійской арміей подъ начальствомъ Отта, созна-
валъ важное значеніе удержанія города до послѣдней минуты,
чтобы дать время первому консулу перейти Альпы и атаковать
’) Планъ довольно фантастическій.
Прим. перев.
25*
400 —
подъ Маренго главныя австрійскія силы, бывшія подъ началь-
ствомъ Меласа, прежде чѣмъ послѣдній могъ быть усиленъ арміей,
осаждавшей Геную, Массена находился въ положеніи Стесселя,
Меласъ—маршала Оямы, а Наполеонъ въ положеніи Куропаткина.
Массену приходилось сдаться на капитуляцію до битвы при Ма-
ренго, но онъ ждалъ до послѣдней крайности, когда французскимъ
солдатамъ приходилось глодать кожу своихъ сапогъ и сѣделъ и
сдался только, когда 5000 австрійскихъ плѣнныхъ и 20000 жи-
телей—мужчинъ, женщинъ и дѣтей—едва не погибли отъ бо-
лѣзней и голода. Поступокъ неустрашимаго маршала далъ воз-
можность арміи Наполеона передохнуть и Меласъ былъ разбитъ,
а Италія спасена. Еслибы генералъ Стессель былъ человѣкъ рѣ-
шительный и дальновидный, то онъ руководствовался бы тѣми
же соображеніями, что и Массена въ Генуѣ. Онъ пожертвовалъ
бы собою и своимъ гарнизономъ для спасенія арміи Куропаткина
и до наступленія періода дождей избавилъ бы ее отъ натиска
арміи Ноги. У русскихъ въ П.-Артурѣ хватило бы съѣстныхъ
припасовъ на 4 мѣсяца, при умѣренномъ расходованіи ихъ; а въ
случаѣ необходимости, можно было бы временно уменьшить пор-
ціи 2). Бывали случаи, что войска удовлетворялись половиной
или даже четвертью порціи. Но тамъ, гдѣ Массена согласился
бы глодать сѣдла, Стессель отказался отъ конины; въ результатѣ—
сдача. Еслибъ Стессель былъ начальникомъ въ Генуѣ, ходъ все-
мірной исторіи былъ бы совсѣмъ иной. Конечно, трудно пред-
положить, что у Стесселя могла быть такая же увѣренность въ
способность Куропаткина одержать побѣду надъ японцами весною,
какую имѣлъ Массена, что Наполеонъ одержитъ побѣду надъ
австрійцами; во всякомъ случаѣ долгъ каждаго начальника осно-
!) Періодъ дождей наступаетъ въ концѣ іюня или началѣ іюля, запасовъ же
продовольствія, по самому широкому подсчету, осталось на Ѵ/а мѣсяца т. е. до фев-
раля 1905 года. Такимъ образомъ выводы автора являются нѣсколько рискованными.
Прим. перев.
401 —
вывать свои рѣшенія на предположеніи, что его сторона въ концѣ
концовъ побѣдитъ.
Съ тѣмъ прекраснымъ матеріаломъ, который Стессель имѣлъ
въ своемъ распоряженіи, ему представлялся прекрасный случай
разыграть одну изъ величайшихъ, извѣстныхъ въ исторіи, оборонъ.
Всякій другой генералъ, имѣя такихъ солдатъ, какими про-
явила себя русская пѣхота въ бою за высоту въ 203 метра, дер-
жался бы въ крѣпости, пока не былъ бы съѣденъ послѣдній су-
харь, не выпущенъ послѣдній патронъ. Какъ бы то ни было,
Стессель не пользовался довѣріемъ солдатъ и у него не достало
энергіи воспользоваться представившимся ему благопріятнымъ
случаемъ добиться славы. Какова же будетъ окончательная оцѣнка
дѣйствій Стесселя? Онъ можетъ быть избавленъ отъ обвиненія
благодаря героизму солдатъ, необычайной свирѣпости атакъ и
страшно разрушительному дѣйствію артиллеріи, проявленныхъ въ
продолженіе 8-ми мѣсяцевъ, почти непрерывныхъ боевъ.
Онъ найдетъ поддержку и у тѣхъ гуманистовъ, которые
восхваляютъ каждый поступокъ, избавляющій отъ кровопролитія.
Но люди съ болѣе широкими взглядами, которые понимаютъ
вліяніе настоящаго на будущее, а въ особенности тѣ,—кто въ
военное время исключаютъ всякія другія соображенія, кромѣ до-
стиженія конечнаго успѣха, найдутъ въ дѣйствіяхъ Стесселя мало
дальновидности и просвѣщеннаго патріотизма, которые одни только
и могли спасти его отечество въ эту критическую минуту.
Тяжелые уроки, пріобрѣтенные опытомъ осады П.-Артура,
будутъ имѣть въ будущемъ большое вліяніе во всѣхъ разнообраз-
ныхъ отрасляхъ военнаго дѣла: артиллерія, телефоны, воздухо-
плаваніе, способы передвиженія, употребленіе взрывчатыхъ ве-
ществъ, а также фортификаціонныя данныя. Фактъ громаднаго
значенія выступаетъ на первый планъ, а именно: несомнѣнное
преимущество и польза лопаты, которая, если на лицо время и
деньги,—можетъ всякую позицію сдѣлать совершенно неприступ-
ной. Чтобъ получить понятіе о томъ, какія трудности приходи-
— 402 —
лось японцамъ преодолѣвать, взгляните на планъ промежутка
фортовъ Нпрусана и Сѣверн. Квейквансана. Онъ дастъ ясное
представленіе о томъ, что такое атака постоянныхъ укрѣпленій;
если прибавить къ этому еще нѣсколько линій траншей, прово-
лочныя загражденія, желѣзнодорожныя насыпи, то тогда пред-
ставляются вамъ, во всей полнотѣ, тѣ препятствія, которыя
японцы должны были осилить.
Всѣхъ, болѣе или менѣе значительныхъ, укрѣпленій, под-
вергшихся атакѣ японцевъ было 21; на осаду каждаго укрѣпленія
среднимъ числомъ надо положить болѣе ЗООО человѣкъ убитыми
и ранеными.
Сравнительно мало извѣстный до сихъ поръ народъ, достигшій
такихъ великихъ результатовъ и въ какіе нибудь два года со-
вершенно опрокинувшій всѣ теоріи о характерѣ народовъ востока,
возбудилъ всемірный интересъ и поколебалъ гордость западныхъ
націй, жестоко поразивъ одну изъ нихъ. Какія выдающіяся черты
характера этого народа проявились въ дѣйствіяхъ ихъ войскъ
на полѣ битвы? Японцы очень умная расса и уровень развитія
ихъ, даже въ низшихъ классахъ, повидимому выше, чѣмъ у на-
родовъ другихъ рассъ. Это превосходство отражается на всей ихъ
физіономіи.
Если прожить нѣкоторое время съ японцами и приглядѣться
къ ихъ, неправильнымъ на нашъ взглядъ, лицамъ, то они кажутся
скорѣе благообразными.
Японцы очень способная расса; они обладаютъ любовью къ
искусствамъ; ихъ изобрѣтательность въ отыскиваніи новыхъ
средствъ для достиженія новыхъ цѣлей, — прямо поразительна.
Приведу одинъ изъ многихъ мнѣ извѣстныхъ примѣровъ. Близъ
центра восточной линіи обороны II.-Артура, русскіе соорудили на
одномъ изъ холмовъ у китайской стѣны походную кухню и столовую
для продовольствія войскъ этой линіи. Она, повидимому, предназ-
началась для мирнаго времени, ибо такое большое зданіе во время
войны могло бы только послужить цѣлью для артиллерійскаго огня
— 403
осаждающихъ, и нѣсколькими выстрѣлами было бы разрушено. Но
по окончаніи осады столовая эта оказалась не поврежденной въ то
время, какъ вся земля кругомъ ея была взрыта ядрами. Такъ какъ
въ нее никогда не стрѣляли, то у русскихъ составилось постепенно
мнѣніе, что въ ней легче всего укрыться отъ опасности и они часто
заходили туда.
Сохраненіе въ цѣлости этого строенія входило въ расчеты
японцевъ. Въ самомъ началѣ осады японскій офицеръ сдѣлалъ
открытіе, что съ Тайкосана можно было ясно видѣть, что дѣла-
лось въ этомъ строеніи, а въ зрительную трубу можно было даже
разглядѣть, какое кушанье готовили повара къ обѣду 2). Когда
объ этомъ было доложено властямъ, канонирамъ былъ данъ при-
казъ оставить это зданіе въ цѣлости, чтобы возможно было слѣ-
дить за состояніемъ пищевого продовольствія русскаго гарнизона.
Другая замѣчательная черта характера японцевъ, это ихъ
удивительная любознательность. Офицеры и солдаты, одинаково,
всегда рады учиться, какъ въ мирное, такъ и въ военное время.
Одна батарея осадныхъ орудій находилась въ завѣдываніи капи-
тана и оберъ-офицера, которые оба говорили нѣсколько по фран-
цузски, но не понимали ни слова по англійски. Имъ захотѣлось
выучить нѣсколько англійскихъ словъ и потому каждый разъ,
что я заходилъ къ нимъ въ батарею, они продѣлывали со мной
слѣдующую процедуру. Вдоль линій орудій было устроено блин-
дированное прикрытіе, вырытое въ землѣ, мы спускались туда
и оба офицера доставали тетрадь и карандашъ и называли ка-
кой нибудь предметъ по французски; я долженъ былъ повторить
то-же слово по англійски, причемъ они писали его по японски,
но англійскими буквами; затѣмъ оии старались добиться правиль-
наго произношенія словъ и, такимъ образомъ, заучивали наизусть
каждое слово. Если во время нашего урока требовалось дѣйствіе
батареи, офицеры по очереди выходили изъ-за прикрытія, на-
’) При разстояніи въ 2—2»/з версты, это одва-ли было возможно.
404
правляли орудія и, вернувшись туда-же, немедленно провѣряли
по тетради товарища не пропустилъ-ли выходившій какого слова.
Любознательность офицеровъ переходитъ въ любопытство у
солдатъ. Если при сношеніяхъ съ должностными лицами и слу-
чались иногда непріятныя недоразумѣнія, то надо сказать, что
нельзя было достаточно нахвалиться отношеніямъ солдатъ къ намъ,
иностранцамъ. Можно Ли забыть ихъ наивно улыбающіяся лица
съ выраженіемъ дѣтскаго добродушія, когда они, окруживъ ино-
странца, чтобъ полюбоваться его одеждой, чуть не стаскивали
ее съ плечъ, желая разглядѣть изъ какого матеріала сшито бѣлье
или платье!
Ихъ любовь къ шуткѣ и смѣшку вошли въ поговорку; можно
привести этому не одинъ примѣръ. И этотъ солдатъ съ его игри-
выми дѣтскими пріемами превращается во время сраженія въ
дьявола, готоваго на всякую крайность.
Японцы мягкая и гуманная расса. Это особенно проявилось
въ братскомъ отношеніи ихъ къ русскимъ послѣ капитуляціи П.-
Артура. Не чувствовалось и слѣда ихъ взаимной ненависти послѣ
шестимѣсячной кровавой борьбы, во время которой не былъ по-
щаженъ даже Красный Крестъ. Наконецъ поразителенъ неустан-
ный героизмъ, съ которымъ японцы вели осаду: безъ преувели-
ченія можно сказать, что подобный героизмъ рѣдко, а превосхо-
дившій его—никогда не встрѣчался въ исторіи войнъ *).
Въ исторіи каждаго народа бываютъ періоды, когда войска
проявляютъ особенную храбрость, но, спрашивается, какая дру-
гая нація могла бы дать такое огромное количество людей, спо-
собныхъ на самые удивительные геройскіе подвиги, какъ это мы
видѣли въ теченіе шести долгихъ мѣсяцевъ осады П.-Артура.
Мы естественно гордимся такими событіями въ исторіи нашей
страны, какъ атака Бѣлой Бригады, воспѣтой въ стихахъ и
прозѣ; исторія же осады П.-Артура есть цѣлый долгій рядъ по-
9 Автору слѣдовало-бы отмѣтить, что гарнизонъ крѣпости переносилъ осаду съ
ея гораздо большими лишеніями.
— 405
добныхъ японской пѣхоты, поддерживаемой разрушительной си-
лой новѣйшихъ орудій.
Не разъ было указано нами, какъ трудно заставлять людей
идти на атаку позицій, передъ которыми они стояли въ теченіе
нѣсколькихъ мѣсяцевъ. Неприступность укрѣпленій и трудность
борьбы противъ нихъ принимаютъ неестественные размѣры въ
разстроенномъ воображеніи людей, преслѣдуемыхъ мыслью, что
рано, или поздно имъ придется снова брать ихъ приступомъ.
Японскія войска въ теченіе пяти мѣсяцевъ находились на раз-
стояніи 50 ярдовъ отъ непріятеля подъ постояннымъ страхомъ
быть вынужденными на атаку.
Какая сила можетъ заставить 100,000 человѣкъ, во цвѣтѣ
лѣтъ, жаждущихъ жизни, быть готовыми въ каждую минуту
идти на встрѣчу вѣрной смерти, цѣлыми мѣсяцами тѣсниться
въ темныхъ траншеяхъ; часъ за часомъ слушать страшный
трескъ, пролетающихъ надъ головами ядеръ, рискуя быть ими
убитыми при малѣйшемъ неосторожномъ шагѣ и слышать на
разстояніи нѣсколькихъ футовъ отъ себя непрерывные и страш-
ные взрывы снарядовъ. — Надо имѣть очень крѣпкіе нервы,
чтобъ спокойно глядѣть на картину, которая представлялась
японцамъ каждый разъ, что они заглядывали въ бойницы, отва-
ливая прикрывающіе ихъ камни. Оттуда имъ открывался видъ
на грозныя линіи земляныхъ укрѣпленій, охраняемыхъ всѣми
способами изобрѣтенными современными инженерами: проволоч-
ными сѣтками, минами, рогатками и колючими западнями. Вотъ
что представлялось ихъ взорамъ послѣ безсонной ночи, прове-
денной въ смрадномъ воздухѣ отъ близости гніющихъ труповъ,
или послѣ тревожнаго сна, прерываемаго вылазками, минами и
контръ-минами и стонами раненыхъ, оставленныхъ на полѣ
битвы.
Такое существованіе, тяжелое само по себѣ, становилось
еще невыносимѣе отъ сознанія, что во всякую пору дня и ночи
звонокъ телефона можетъ поднять васъ, чтобъ выслушать при-
406 —
казъ перелѣзать черезъ надежныя стѣны изъ мѣшковъ съ пес-
комъ и идти на линіи, откуда безъ перерыва доносится непре-
рывающійся свистъ пуль и взрывы ядеръ и гранатъ. Солдаты
передовыхъ траншей жили въ постоянномъ ожиданіи смерти.
Преступникъ въ ожиданіи исполненія смертнаго приговора знаетъ,
что казнь будетъ быстрая и безболѣзненная; здѣсь нѣтъ и этого
успокоительнаго сознанія. Смерь можетъ настигнуть каждаго
очень быстро, но тысячи солдатъ знали, что она приходитъ лишь
послѣ большихъ или меньшихъ мученій и ужасовъ: жажды, го-
лода или, наконецъ, въ видѣ медленной одинокой смерти отъ
ранъ на оставленномъ полѣ битвы.
Существуетъ предвзятое мнѣніе, что къ японскому солдату
нельзя примѣнить ту-же оцѣнку, что къ солдатамъ прочихъ на-
цій: ихъ необыкновенная храбрость и выносливость объясняютъ
прирожденными ихъ націи свойствами. Я, лично, пришелъ къ убѣ-
жденію, что у нихъ тѣ-же физическія свойства п тѣ же душевныя
ощущенія, какъ и у народовъ другихъ расъ. Мнѣ часто приходилось
слышать такого рода замѣчанія: «японскій солдатъ не дорожитъ
жизнью; онъ не боится смерти: для него истинная радость умереть
за отечество». Это большое преувеличеніе. Никогда не было и
нѣтъ людей, которые въ самомъ дѣлѣ радовались бы необходимости
жертвовать жизнью за родину, или за какую либо идею. Но
когда все потеряно, что же остается, кромѣ смерти? Ни въ тем-
пераментѣ, ни въ религіи японцевъ нѣтъ ничего, что побуждало
бы его желать ея! Если бы японцы дѣйствительно обладали
сверхъестественными свойствами души, то не было бы подвига
въ томъ героизмѣ, который они проявляли во время войны. Въ
сущности японецъ самый обыкновенный человѣкъ, не хуже, не
лучше всякой другой націи: онъ всегда готовъ исполнить свой
долгъ, понимая, что это обязанность, онъ любитъ комфортъ и ве-
селье, стремится отличиться и, вернувшись на родину, жаждетъ
слышать похвалы своимъ подвигамъ. Въ исторіи народовъ всегда
бывали эпохи, когда въ той или другой націи появлялись исклю-
— 407
чительно неустрашимые и смѣлые воины, таковы были: македон-
скія фаланги; римскіе легіоны; позднѣе англійскіе арбалетчики;
испанскіе копьеносцы, шведскіе полки Карла XII, а въ позднѣй-
шее время—солдаты французской революціи и наши ветераны въ
Индіи, за которыми самъ Наполеонъ призналъ пальму первенства.
Еслибъ мы могли добыть лѣтописи отдаленныхъ вѣковъ—
мы прочли бы въ нихъ точно такое же описаніе сверхъестест-
венныхъ доблестей побѣдителей—признаваемыхъ побѣжденными,
которые наличностью исключительныхъ качествъ объясняютъ свое
пораженіе. Но почти всегда превосходство войскъ извѣстной націи
и извѣстной эпохи можетъ быть объясняемо совпаденіемъ многихъ
условій, которыя, совокупно дѣйствуя, вызываютъ во всей націи
и въ каждомъ въ отдѣльности особенный подъемъ духа, дѣлаю-
щій войско неодолимымъ. Правда такая репутація непобѣдимости
держится не долго и скоро переходитъ на другихъ претендентовъ.
Въ настоящее время она безспорно признана за Японцами: за
послѣдніе 10 лѣтъ нѣтъ войска, которое могло бы сравниться
съ японцами въ выносливости, храбрости, сознаніи долга и от-
важности.
Сто лѣтъ назадъ въ Англіи, достигшей тогда зенита славы
воюющей націи—имѣлись люди такой же военной доблести.
Войска, осаждавшія когда то Ціудадъ Родриго, Бадахосъ или вы-
соты Бусако, были той же высокой пробы какъ тѣ тысячи, что по-
гибли подъ Портъ-Артуромъ.
Чѣмъ же, спрашивается, отличается японскій солдатъ отъ
солдатъ другихъ націй и отчего онъ былъ непобѣдимъ въ послѣд-
нюю войну? Не вдаваясь въ подробности можно объяснить это
тѣмъ, что японская нація еще только стремится по пути общаго
уровня современной цивилизаціи и роскоши. Она не достигла еще
того пункта, гдѣ начинается упадокъ примитивныхъ добродѣтелей
человѣчества. Японцы несутъ обязанности и тяготы солдатской
жизни, потому что государство требуетъ отъ каждаго человѣка
участія въ защитѣ страны—гражданиномъ которой онъ имѣетъ
408 —
честь быть. Разсмотрѣніе событій, приведшихъ къ войнѣ, докажетъ
сколь сильно они вліяли на японцевъ и какое единодушное стрем-
леніе къ борьбѣ вызвали въ нихъ.
Войска лучше всего сражаются или подъ предводительствомъ
любимаго вождя, умѣющаго воодушевлять ихъ, или за великую,
имъ понятную, національную идею. Исторія даетъ намъ много при-
мѣровъ именно такихъ стимуловъ въ битвахъ народовъ. Македоняне
боготворили Александра Македонскаго, и онъ велъ ихъ къ побѣ-
дамъ. Такимъ же вождемъ былъ Аннибалъ для Карфагенянъ. По-
гибли вожди и слава этихъ государствъ угасла. Шведы при
Карлѣ XII шли въ бой за нимъ, а не ради идеи. Напротивъ
того французскіе революціонеры сражались за идею, точно также
идея воодушевляла войска Наполеона во время первыхъ его по-
ходовъ, но позднѣе идея уступила мѣсто обаянію личности самого
Наполеона. Рѣдкая война велась съ такимъ ожесточеніемъ, какъ
война Сѣвера съ Югомъ, гдѣ обѣ стороны сражались за самые
близкіе имъ интересы родины.
Японцы сражались за интересы родины, понятные даже на-
именѣе развитому человѣку и кромѣ того ихъ энергію возбуж-
дало сильное чувство преклоненія передъ главою Японіи—Микадо.
Въ Японіи императоръ есть глава государства, какъ въ полити-
ческомъ, такъ и въ духовномъ отношеніи.
Раньше Микадо, живущій въ столицѣ Японіи—Кіото—былъ
лишь духовнымъ владыкой и вся гражданская власть принадле-
жала Шоюиу, имѣвшему пребываніе въ Іеддо. Позднѣе, когда
Шоюнъ добровольно отказался отъ власти—то Микадо сталъ пра-
вителемъ сіе )иге ег сіе Гасіо. Можно было опасаться, что зна-
ченіе Микадо какъ духовнаго владыки пострадаетъ отъ смѣшенія
его съ властью государственной, но повидимому того не случи-
лось и это почтительное обожаніе Императора у Японцевъ про-
изводитъ какое то освѣжающее впечатлѣніе въ наше исключи-
тельно матеріалистическое время.
Каждая побѣда японцевъ приписывалась адмираломъ Того и
— 409
маршаломъ Оямой высокой добродѣтели Императора и его пред-
ковъ. Конечно ни тотъ, ни другой генералъ не думалъ, что импе-
раторъ выше остального человѣчества и что духовное его совер-
шенство даже не постигается другими людьми, но солдаты, слыша
отъ нихъ, что побѣда надъ врагомъ посылается свыше Импера-
тору—привыкли тому вѣрить и такъ думать. Отъ того всякая
высочайшая благодарность, и похвала высказываемая—лишь въ
весьма рѣдкихъ случаяхъ въ противность обычаю другихъ госу-
дарей—производитъ впечатлѣніе въ войскахъ, какъ гласъ съ неба.
Такое преклоненіе передъ однимъ лицомъ, олицетворяющимъ не-
бесную силу, изъ которой исходятъ всѣ блага и всѣ напасти
людскія на землѣ, глубоко внѣдрилось въ понятія и чувства под-
данныхъ Императора. Ради него и для него имъ не страшны
ужасы сраженій и самой смерти.
Такова сторона вопроса, поскольку она касается душевнаго
настроенія японскихъ войскъ. Я же склоненъ думать, что при
объясненіи ихъ систематическихъ успѣховъ въ войнѣ совершенно
ошибочно придаютъ столь большое значеніе ихъ душевному со-
стоянію и такъ мало обращаютъ вниманіе на удивительныя фи-
зическія свойства этой расы.
«Здоровый духъ въ здоровомъ тѣлѣ»—мы должны познако-
миться съ обычной жизнью японцевъ, чтобъ уяснить себѣ при-
чины ихъ удивительной храбрости на войнѣ. Нѣтъ ничего вреднѣе
для войска, какъ долгое напряженное состояніе духа, разслаб-
ляющее нервы:—тутъ пи патріотическія чувства, ни император-
скіе указы не помогутъ. Подавленный духъ не двинетъ солдата
идти на врага. Что думаетъ простой солдатъ, когда ему прика-
зываютъ идти въ атаку на позиціи, гдѣ оиъ, вѣроятно, найдетъ
смерть? Вы полагаете, что онъ думаетъ о родинѣ, о семьѣ, объ
Императорѣ? Нѣтъ, его мысли касаются болѣе простыхъ и близ-
кихъ въ данную минуту предметовъ: онъ замѣтитъ какую ни-
будь особенность, или неровность почвы, по которой идетъ, какое
нибудь движеніе товарища, знакъ офицера, идущаго впереди; онъ
410 —
вспомнитъ послѣдній свой обѣдъ или ужинъ или, то, что намѣ-
ревался сдѣлать завтра... Мы говоримъ о солдатахъ здоровыхъ,
нормальныхъ... Болѣе нервные поддаются самымъ грустнымъ
предчувствіямъ, отчаянныя мысли лѣзутъ имъ въ голову... бе-
зумныя надежды смѣняются невыразимымъ отчаяніемъ—такое
состояніе доводитъ иногда до истерики. А между тѣмъ именно
въ душевномъ состояніи войска кроется причина побѣды или
пораженія. Тутъ безсильны напоминанія о спасеніи родины, о
славѣ ея: угнетенный духъ ослабляетъ тѣло, отнимаетъ у него
мощь и никакія патріотическія воззванія не дадутъ ему здоровья.
Изъ этого видно, что на войнѣ важнѣе многаго другого, чтобъ у
солдатъ были крѣпкіе нервы, а эти послѣдніе суть продуктъ жизни
ихъ предковъ, общихъ условій страны и степени цивилизаціи, ею
достигнутой.
Не многіе, конечно, рѣшатся отрицать, что такъ называемыя
успѣхи цивилизаціи имѣютъ пагубное вліяніе на физическую
силу и жизнеспособность націи, а съ физической слабостью умаля-
ются мужество, рѣшительность и воинственный духъ ея населенія.
Японцы, безспорно, самая совершенная въ физическомъ отно-
шеніи раса: я ие говорю о ростѣ—они почти всѣ очень мелки, но
объ ихъ жизненныхъ свойствахъ вообще; они коренасты, сложены
прекрасно и достаточно высоки для военной службы. Высшая дрес-
сировка дѣлаетъ ихъ удивительно ловкими и подвижными. Скачекъ,
шутя, дѣлаемый японскимъ солдатомъ, былъ бы не- подъ силу сол-
дату иной націи. Къ чувству боли они относятся совсѣмъ не такъ,
какъ европейцы и это обыкновенно приписывается стоицизму,
обычному у народовъ Востока, но я не считаю правильнымъ такое
объясненіе. Когда физическія страданія достигаютъ извѣстной силы,
то европеецъ не будетъ страдать молча, онъ долженъ словомъ или
стономъ высказать свою муку—я никогда не видалъ ничего подоб-
наго у японцевъ. У нихъ нѣтъ той напряженности, натянутости
нервъ, какъ у европейцевъ.
Японецъ легче всякаго другого переноситъ усталость, онъ мо-
411 —
жетъ существовать при самомъ ничтожномъ количествѣ пищи, и
за исключеніемъ болѣзни бери-бери, они гораздо меньше подвер-
жены заболѣваніямъ, которыя такъ губительны для войскъ въ во-
енное время и уносятъ болѣе жертвъ, чѣмъ ядра и гранаты.—Въ
теченіе столѣтій почва Японіи прокармливала громадное населеніе
и народъ долженъ былъ пріучиться къ крайней воздержанности,
чтобъ не страдать отъ голода.—Въ Японіи никогда не было излишка
денегъ, а, слѣдовательно, не могла явиться привычка къ роскоши;
скромная, простая жизнь выработала изъ японца человѣка стойкаго,
способнаго переносить всевозможныя лишенія съ совершеннымъ
равнодушіемъ,—«такъ жили во всѣ вѣка предки». Поэтому япо-
нецъ, становясь солдатомъ—получаетъ лучшія условія жизни, онъ
здоровѣетъ, крѣпнетъ—отсюда его изумительная храбрость. Замѣ-
чено, что даже животное дѣлается трусливымъ, если заболѣваетъ.
Больной и слабый не можетъ быть воиномъ; и потому лишь здо-
ровые люди посылаются на войну—вотъ отчего они превосходно
сражаются. Часто говорятъ, что японцы очень легко пьянѣютъ и
приписываютъ это свойство слабости расы... Въ сущности это под-
тверждаетъ лишь другое присущее имъ свойство—строгую воздерж-
ность. Большинство японцевъ совершенно не употребляетъ спирт-
ныхъ напитковъ, а потому небольшой стаканъ сакки или виски
дѣйствуетъ на нихъ опьяняющимъ образомъ. Народъ не имѣетъ въ
своемъ прошломъ цѣлыхъ поколѣній алкоголиковъ, какъ у другихъ
націй, слѣдовательно пагубное вліяніе такихъ предковъ не имѣетъ
здѣсь мѣста и пройдутъ долгіе годы прежде чѣмъ у японцевъ по-
явятся причины и признаки вырожденія націи. Вотъ тотъ важный
и исключительный у японцевъ факторъ, который создаетъ имъ ров-
ный характеръ, выносливость въ лишеніяхъ и способность спокойно
и добродушно относиться ко всѣмъ перемѣнамъ счастья, оставаясь
всегда и прежде всего вѣрнымъ долгу.
Если солдаты привыкли къ суровымъ условіямъ жизни въ
мирное время, то война и не измѣняетъ этихъ условій къ худшему.
Пища въ японской арміи гораздо обильнѣе, чѣмъ та, что они имѣ-
412
ютъ дома. Полное отсутствіе суровости и грубости въ отношеніяхъ
къ солдатамъ дѣлаетъ ихъ добрыми и веселыми. Привычка смолоду
употреблять спиртные напитки становится такою потребностью,
что люди, лишенные хотя временно этого возбуждающаго средства,—
дѣлаются унылыми, слабыми, вообще чувствуютъ себя скверно.
Я не хочу сказать, что употребленіе пива и вина при нор-
мальныхъ условіяхъ нахожу предосудительнымъ или вреднымъ.
Но, повторяю, эта привычка заставляетъ людей сильно страдать
на войнѣ, гдѣ часто бываетъ невозможно добыть вина. Лишеніе
тѣхъ излишествъ, которыя стали потребностью организма, очень
пагубно вліяетъ на человѣка; онъ становится раздраженнымъ,
мрачнымъ, — это дѣйствуетъ на здоровье, которое — еще разъ
скажу—есть основа и залогъ смѣлости и энергіи. Веселый добро-
душный нравъ—вотъ истинная прелесть японскаго характера, въ
сожалѣнію присущая только этой націи.
Отправляясь на войну, японецъ отрѣшается отъ всякихъ до-
машнихъ, семейныхъ и личныхъ своихъ интересовъ—онъ какъ бы
умираетъ для всѣхъ родныхъ и знакомыхъ—не думая даже о
возможности вернуться. Недавній голодъ въ Японіи былъ отчасти
вызванъ тѣми обильными угощеніями, которыя устраивались при
проводахъ на войну мужей, братьевъ и сыновей: для нихъ ничего
не жалѣли, отдавали все въ увѣренности, что никто изъ нихъ
живъ не останется. Но слезъ у остающихся не видно; жены, ма-
тери, сестры, дѣти призванныхъ на защиту страны воиновъ,
провожая ихъ, не выказывали своего горя; онѣ понимали, что
это общая жертва родинѣ; на что же жаловаться? Конечно, они
были бы счастливы, еслибъ не пришлось разставаться съ этими
близкими,—но «такъ дѣлалось и прежде...» слѣдовательно, такъ
будетъ и теперь... И солдаты бодро снаряжаются, бодро уходятъ
и храбро сражаются—эту бодрость они сохраняютъ во время битвъ,
съ нею они побѣждаютъ... и умираютъ. Полковые музыканты
играютъ, провожая войска, толпы народа слѣдуютъ за ними,
оглашая воздухъ возгласами воодушевленія, напутствіями и жела-
413 —
ніями—все это волнуетъ и возбуждаетъ геройскія чувства. Но
лишь сѣли они на суда и потеряли изъ виду любимую ро-
дину—картина мѣняется и иныя чувства и мысли наполняютъ
душу.
Много поучительнаго можемъ мы, англичане, извлечь изъ
серьезнаго и тщательнаго изученія всего порядка дѣлъ въ Японіи
во время послѣдней войны и, въ особенности, изъ ближайшаго
изслѣдованія всѣхъ приготовленій къ войнѣ, дѣлаемыхъ въ теченіе
10-ти предыдущихъ лѣтъ, и которыя, единственно, сдѣлали
войну возможной. Сравненіе между Англіей и Японіей было бы
намъ конечно неблагопріятно. Можно подумать, что Англія дошла
до той стадіи цивилизаціи, когда въ ней исчезаютъ всѣ перво-
бытныя добродѣтели человѣчества, а сама она медленно, но посте-
пенно, день за днемъ клонится къ упадку. Здѣсь не мѣсто осуждать
нашу полную неподготовленность и жалкое отсутствіе всякихъ
административныхъ дарованій, выказавшихся во время южно-афри-
канской войны; все это было тщательно зарегистровано королевской
комиссіей. Я хочу обратить здѣсь вниманіе на войска, бывшія въ
этой войнѣ. Число сдавшихся въ теченіе южно-африканской войны
не дѣлаетъ намъ чести и указываетъ на то, что мы, какъ военная
нація, утратили свое прежнее значеніе.
Наша національная испорченность могла бы внушить еще
болѣе опасенія, еслибъ не дѣйствія большинства линейныхъ ба-
тальоновъ, которые и въ этой войнѣ выказали всѣ лучшія качества
старыхъ войскъ. Это доказываетъ, что наша родина не лишена
людей, готовыхъ сражаться за ея интересы, но имъ недостаетъ
выучки, военной выправки и дисциплины, а это дѣлаетъ положе-
ніе дѣла тревожнымъ. Я выше сказалъ, что успѣхъ японцевъ слѣ-
дуетъ приписать всѣмъ условіямъ ихъ жизни, содѣйствующимъ
укрѣпленію ихъ здоровья, бодрости и энергіи духа. Если допустить,
что побѣды японцевъ зависѣли отъ указанныхъ причинъ, то надо
сознаться, что тѣ же причины обусловливаютъ нашу испорченность
и паденіе, какъ воинственной націи.
II ОРТЪ-АРТУРЪ.
26
— 414
Англія, какъ организмъ, въ настоящее время живетъ на
счетъ самой себя; подобно медвѣдю, который въ своей долгой зим-
ней спячкѣ голода не чувствуетъ. Весной онъ просыпается и на-
чинаетъ наѣдаться до слѣдующей зимы. Въ Англіи думаютъ, что
нашихъ запасовъ жира хватитъ намъ навсегда... Военное дѣло и
вся серьезная сторона его и необходимая подготовка не занимаютъ
подобающаго мѣста въ жизни націи и, если такъ будетъ продол-
жаться и дальше,—безъ всякаго сомнѣнія, упадокъ націи обнару-
жится при первомъ серьозномъ столкновеніи съ врагомъ. Если бы
каждая нація падала въ военномъ отношеніи въ одинаковой сте-
пени, можетъ быть, и насталъ бы вѣкъ мира, о которомъ меч-
таютъ гуманисты; но, къ сожалѣнію, — воинственный духъ, уми-
рающій въ нѣкоторыхъ націяхъ, — усиливается и растетъ въ
другихъ. Первыя—занимавшія первенствующее мѣсто въ прош-
ломъ—должны будутъ уступить его послѣднимъ и сойти съ міро-
вой сцены. Мы живемъ въ вѣкъ шумныхъ и мыльныхъ пузырей.
Событія, на которыя прежде не обращали вниманія, — теперь пре-
возносятся, какъ нѣчто необычайное; поступки, которые прежде
считались обязательными для извѣстнаго положенія или естествен-
ными для каждаго человѣка, теперь—восхваляются и даже награж-
даются. Сто лѣтъ назадъ тоже выбивались въ рѣдкихъ случаяхъ
медали и награждались ими заслужившіе ихъ, но то были единич-
ные случаи; теперь медали фабрикуются безъ конца и награж-
даются ими безъ всякаго разбора и безъ всякой заслуги. Полная
безразборчивость, съ какою раздавались награды и отличія послѣ
южно-африканской войны, чуть не до скандала, такъ какъ многіе
офицеры сочли себя обиженными такимъ безразличнымъ отноше-
ніемъ къ ихъ дѣятельности и вышли въ отставку. Такая безраз-
судная щедрость въ распредѣленіи наградъ—безъ должной оцѣнки
дѣйствительныхъ заслугъ, деморализуетъ не только нравственный
характеръ арміи, но и патріотическія чувства вообще. Это также
неразумно и даже опасно, какъ увеличивать заработную плату лю-
дямъ угрожающимъ бунтомъ, какъ это дѣлается въ Россіи за по-
— 415
слѣднее время. Это вредно и потому еще, что поощряетъ службу
отечеству не ради долга, а исключительно въ виду полученія на-
градъ и отличій. Понятно такое отношеніе неправильно и недо-
пустимо въ военной службѣ.
Для военнаго могущества страны необходимы безусловно
регулярныя войска составляемыя вербовкой добровольцевъ—ибо
въ такомъ войскѣ будетъ и сознаніе свободнаго выбора службы и
принудительность служебной дисциплины. Вмѣстѣ съ тѣмъ дока-
зано, что путемъ добровольнаго вербованія нельзя найти количество
солдатъ достаточно для сильной арміи, отвѣчающей потребностямъ
страны; не говоря уже о томъ, что качественный составъ войска
не бываетъ высокъ при такомъ способѣ комплектованія арміи. При-
чина очевидна. Государство не можетъ обезпечивать солдатъ и
вообще военныхъ въ той мѣрѣ, какъ обезпечивала бы ихъ иная по-
лезная дѣятельность въ странѣ. Въ мирное время военная служба
почти не представляетъ интереса, особенно для человѣка честолю-
биваго, такъ какъ, если и есть чему поучиться въ ней, то на это
достаточно 12 мѣсяцевъ. Тѣ, которые хотятъ добиться виднаго
положенія въ штабѣ должны помнить, что вся ихъ жизнь можетъ
пройти прежде, чѣмъ имъ удастся выдвинуться—ибо это возможно
лишь въ военное время—что, къ счастью, не такъ часто бываетъ.
Не стыдно ли, въ самомъ дѣлѣ, читать біографію какого либо, за-
служившаго чины, ордена и всякія отличія, генерала, сознавая, что
онъ ни разу войны и не видалъ?
Изъ сказаннаго ясно, что для требуемаго комплекта арміи—
добровольной вербовки не достаточно, слѣдовательно государ-
ство должно прибѣгать къ вспомогательнымъ средствамъ, именно:
къ найму добровольцевъ, или вернуться къ прежной системѣ ре-
крутскихъ наборовъ. На чемъ остановиться? Мы всегда восхи-
щаемся чувствомъ патріотизма, въ силу котораго, люди, занятые
собственнымъ дѣломъ, находятъ возможность удѣлять нѣкоторое
время для подготовки себя къ военному дѣлу на случай необходи-
мости національной обороны. Но тѣ, кто бывали свидѣтелями совре-
26*
— 416
менныхъ военныхъ дѣйствій и понимаютъ ихъ значеніе, не могутъ
строить безопасности государства на боевой силѣ 200,000 чело-
вѣкъ, которые разъ въ недѣлю упражняются въ военныхъ экзер-
сиціяхъ. Негодна вся система, а не люди, которые добровольно за-
полняютъ ряды арміи. Своимъ мужествомъ и самопожертвованіемъ
даже при этой системѣ они и доказали, что она уже устарѣла, что
необходима полная реформа военной организаціи, дабы разъ и на-
всегда поставить армію на подобающую ей высоту.
Жизнь солдата на дѣйствительной службѣ, при современныхъ
условіяхъ военнаго дѣла требуетъ столько энергіи, бодрости, испол-
нительности и точности, что требовать этихъ необходимыхъ сол-
дату качествъ нельзя отъ людей, которые числятся въ арміи добро-
вольцами. На полѣ сраженія полезнымъ будетъ лишь то войско,
которое составляетъ какъ-бы собственность государства, которое
можетъ распорядиться имъ по своему усмотрѣнію, послать куда
найдетъ нужнымъ, словомъ, привычное къ военной дисциплинѣ.
Отношенія, установившіяся у насъ между добровольцами и
ихъ начальствомъ не могутъ споспѣшествовать успѣху на войнѣ.
Со стороны начальствующаго всегда будетъ чувство обязательства
къ служащему добровольно, и оно несомнѣнно отзовется на всѣхъ
сношеніяхъ и на безпристрастности въ распредѣленіи наградъ—по-
этому въ минуты серьезнаго боя онъ полагается почти исключи-
тельно на регулярныя войска, находящіяся въ его распоряженіи.
Каждый коммерческій человѣкъ считалъ бы совершенно рис-
кованнымъ вести дѣло при такихъ условіяхъ. Могъ ли бы онъ по-
лагаться на служащихъ, которые, не получая отъ него жалованья,
не считали бы обязанными повиноваться ему и исполнять его тре-
бованія безпрекословно. Онъ не считалъ бы себя вправѣ дѣлать
имъ выговоры за небрежное отношеніе къ обязанностямъ и тѣмъ
менѣе требовать отъ нихъ въ экстренныхъ случаяхъ—сверхъ уроч-
ной работы или много усилія въ трудѣ — и при такихъ условіяхъ
онъ скоро вынужденъ былъ бы ликвидировать дѣло, за невозмож-
ностью конкуррировать съ другими, лучше обставленными.
— 417
Если все сказанное вѣрно для коммерческихъ предпріятій, то
оно еще болѣе вѣрно и справедливо для военнаго дѣла государства.
Не можетъ генералъ ждать отъ добровольца того, что онъ прямо
требуетъ отъ рекрута. Вѣдь не стало бы войско изъ добровольцевъ
брать штурмомъ непреступпыя почти позиціи или переносить такія
ужасы войны, которые выпали на долю японцамъ?
Нельзя ставить начальника въ такое тяжелое положеніе, онъ
долженъ, если отъ него требуется успѣхъ—имѣть въ своемъ распо-
ряженіи людей смѣлыхъ, послушныхъ его волѣ; такихъ людей, ко-
торые не считаютъ жертвой сражаться за родину, пбо какъ гра-
ждане ея, они не только имѣютъ права, но и прежде всего обязан-
ности. Война несомнѣнно великое бѣдствіе, но не воюющая нація
всегда клонится къ упадку. Иногда полезно произвести искусствен-
ный подборъ меледу добромъ и зломъ. До тѣхъ поръ, пока войны
неизбѣжны — умнѣе вести ихъ обдуманно и предусмотрительно,
чѣмъ на авось. Въ военное время нація живетъ въ полномъ напря-
женіи своихъ силъ, она отзывается на всѣхъ ея фибрахъ, какъ на
натянутыхъ струнахъ инструмента; подъ давленіемъ войны всѣ
ея тяжелыя стороны жизни усугубляются.
Выигрывать сралсенія молсетъ только тотъ, кто сознаетъ себя
полнымъ господиномъ своихъ распоряженій. Японскій генералъ—
если желаетъ взять атакой позицію, поступаетъ какъ человѣкъ, по-
купающій недвижимость—этотъ знаетъ, что онъ долженъ полсерт-
вовать сумму, равную ея стоимости, а тотъ, оцѣнивая значеніе по-
бѣды, рѣшается жертвовать для нея человѣческія жизни. Никогда
его дѣйствія не вызовутъ порицанія Наполеоновъ и Мольтке, слѣ-
дящихъ за ходомъ войны изъ своей далекой родины. Такая абсо-
лютная свобода дѣйствій должна быть предоставлена каждому ко-
мандующему арміей, если онъ пользуется довѣріемъ главныхъ вла-
стей,—а не довѣріемъ только народа.
Во время Южно-Африканской войны было не мало офицеровъ,
которые заслулшли орденъ Викторіи за личную храбрость, но когда
этимъ лицамъ приходилось стать во главѣ другихъ—они разомъ
— 418
утрачивали лучшія свои свойства и оказывались плохими коман-
дирами—и это единственно изъ страха враждебной критики и по-
рицанія ихъ распоряженій.
Мы, англичане, живемъ въ искусственномъ шутовскомъ раю.
Намъ ненавистна мысль объ обязательности военной службы для
каждаго, хотя бы въ теченіе одного только года. Противъ нея кри-
чатъ ораторы въ своихъ публичныхъ рѣчахъ и слова ихъ встрѣча-
ются и покрываются шумными аплодисментами. Мы забываемъ,
что еслибъ была введена общая обязательная воинская повинность—
то исчезло бы самое понятіе принудительности военной службы—
разъ всѣ безъ изъятія подлежали бы ей и она стала бы признан-
нымъ факторомъ нашего государственнаго строя. Мы забываемъ,
что наша крошечная армія, только капля въ морѣ нашихъ потреб-
ностей въ защитѣ, а обходится намъ дороже, чѣмъ тѣ грозныя во-
енныя силы, которыя придаютъ столько вѣсу и значенія телеграм-
мамъ нашего могущественнаго сосѣда императора. Мы имѣемъ лишь
одну точку опоры и одна она оберегаетъ насъ отъ враговъ—
это—нашъ флотъ. Но такъ ли велико значеніе флота, даже самаго
могущественнаго въ наше время—время чудесъ въ наукѣ и техникѣ.
Каждый день можетъ принести новое изобрѣтеніе, которое
нейтрализуетъ значеніе кораблестроенія и снова будутъ рѣшать
національныя распри—на сушѣ первобытнымъ образомъ, т. е.
плотью и кровыо человѣчества.
Нынѣ извѣстные способы разрушенія обусловили не больше
какъ въ 20 минутъ потерю Японіей одной трети ея морскихъ силъ—
именно, когда Хайцузе и Яшима были потоплены подводными ми-
нами. Что сказали бы мы, еслибъ цѣлая треть нашего флота была
уничтожена въ какія нибудь 20 минутъ. Скажутъ конечно, что
такой случай невозможенъ и не можетъ быть принимаемъ въ
соображеніе. Но такъ же думали японцы, зная, что ихъ Яшима
и Хацузе шли въ спокойномъ морѣ въ 10-ти миляхъ отъ Портъ-
Артура. Не разъ случалось, что совершенно невѣроятныя слу-
чайности измѣняли ходъ великихъ событій—такъ и у насъ—
419 —
непредвидимое, но возможное совпаденіе нѣсколькихъ неблагопрі-
ятныхъ условій можетъ сдѣлать наши берега доступными для
нападенія.
Если мы сравнимъ поведеніе англичанъ у себя дома во время
Южно-Африканской войны съ тѣмъ, какъ велъ себя японскій
народъ въ послѣднюю войну съ Россіей, то и тутъ преимущество
будетъ на ихъ сторонѣ. Тамъ мы видимъ спокойную рѣшитель-
ную, въ высшей степени патріотически настроенную націю, го-
товую на всякую жертву для славы родины. Тамъ народъ спо-
койно сосредоточенно ждалъ извѣстій съ войны, отъ которой за-
висѣло почти самое существованіе націи.
Добрыя вѣсти принимались съ радостью, но тихо, серьезно.
Собирались процессіи мужчинъ, женщинъ и дѣтей съ флагами,
но все происходило порядливо и благопристойно. Думаю, что ни
одной лишней бутылки вина не было выпито въ Токіо при по-
лученіи такихъ извѣстій, какъ сдача Портъ-Артура, сраженіе
при Мукденѣ или, наконецъ, морская битва въ Японскомъ морѣ.
Горестныя вѣсти выслушивались съ тѣмъ же спокойствіемъ. Ров-
ный темпераментъ націи не измѣнялся даже, когда стала извѣ-
стной гибель Хацузы и Іошино въ одинъ день, а скоро затѣмъ
и уничтоженіе Яшимы. Сравните такое умѣнье съ достоинствомъ
смотрѣть на успѣхъ или неудачу войскъ съ тѣмъ, какъ у пасъ
принимались вѣсти объ освобожденіи Мэкфинга, о побѣдѣ или
пораженіи какого либо небольшого отряда или пресловутое воз-
вращеніе С. I. V.!
Какъ часто мы похвалялись невозмутимымъ спокойствіемъ
нашей націи—это сдѣлалось ходячей истиной — способностью
стоически переносить всякія превратности судьбы. Въ дѣйстви-
тельности мы истерическая нація! И теперь еще въ народныхъ
изданіяхъ изображается въ карикатурѣ Джонъ-Буль красноли-
цымъ, дюжимъ гигантомъ, который не пошевелится даже, если
на него обрушится крыша его дома. Гораздо вѣрнѣе представить
его худымъ, неврастеникомъ, лѣнивымъ, высокомѣрнымъ, легко
— 420
переходящимъ отъ чрезмѣрнаго оптимизма къ преувеличенному
отчаянію. Онъ и теперь, какъ 50 лѣтъ назадъ неувѣреннымъ
голосомъ выкрикиваетъ воинственные клики и обличаетъ свою
переутомленную совѣсть, обращаясь черезъ періодическія проме-
жутки времени къ постановленіямъ Королевскихъ Комиссій.
Въ Англіи при отправкѣ или возвращеніи одного какого
нибудь солдата дѣлаютъ больше шума, чѣмъ въ Японіи при от-
правленіи или встрѣчѣ всѣхъ десятковъ тысячъ героевъ Оямы.
Японцы смотрятъ на войну, какъ на серьезное и неизбѣжное
народное бѣдствіе—поэтому ихъ правители распоряжаются арміей,
какъ народнымъ достояніемъ, посылая на войну, или отзывая
обратно по своему усмотрѣнію. Англичане—путемъ заманчивыхъ
пировъ, словесныхъ изліяній, наградъ, угощеній и напитками
возбуждаютъ дутое патріотическое настроеніе у своихъ военныхъ,
легко поддающихся такимъ средствамъ. Ихъ посылаютъ на войну
и отзываютъ всякаго генерала, если вслѣдствіе его распоряженія
погибнетъ кто-либо изъ этихъ народныхъ баловней. Кончается
война, ихъ встрѣчаютъ съ торжествомъ, съ помпой, ни мало не
соотвѣтствующими ихъ боевымъ подвигамъ.
Сохранитъ ли Японія въ будущемъ свое превосходство въ
веденіи войны, есть ли ея военное искусство—лишь продуктъ
ея прежняго строя, который выродится отъ растлѣвающаго со-
прикосновенія съ западной цивилизаціей? Мы можемъ умозаклю-
чать объ этомъ лишь по обнаружившимся уже признакамъ.
Прежніе правители Японіи полагали, что допущеніе въ страну
иностранцевъ несомнѣнно приведетъ къ упадку, и въ видахъ
предупрежденія этого неизбѣжнаго зла, они издавали самые стро-
гіе запретительные законы противъ чужеземцевъ.
Войска, набранныя въ Осакѣ—обширной фабричной провин-
ціи Японіи оказались въ нѣкоторыхъ случаяхъ наименѣе удовле-
творительными. Замѣчено также, что японцы, уѣзжающіе въ
Европу для прохожденія университетскаго курса—возвращаясь на
родину—утрачиваютъ тѣ лучшія—присущія имъ свойства, кото-
— 421
рыя доказали во время войны силу и крѣпость Японіи. Я не
касаюсь тѣхъ самоотверженныхъ достойныхъ уваженія труженни-
ковъ, которые ѣдутъ въ западныя страны съ исключительной
цѣлью изученія кораблестроенія, военныхъ и иныхъ наукъ, но
говорю о томъ обезпеченномъ и праздномъ (правда немногочи-
сленномъ) классѣ японцевъ, которые ѣдутъ въ Европу для того,
чтобъ перенять наши привычки и обычаи. Мнѣ возразятъ, что
это такое меньшинство, которое не можетъ и служить доказа-
тельствомъ моего положенія: это правда, по-моему, самая налич-
ность такихъ типовъ доказываетъ, что матеріалъ для нихъ
имѣется въ странѣ, но не успѣлъ развиться и усилиться.
Японія въ теченіе нѣсколькихъ только лѣтъ усвоила тѣ
навыки и познанія, которые другими народами пріобрѣтались
цѣлыми столѣтіями. Армія генерала Ноги въ періодъ шести мѣ-
сяцевъ перетерпѣла столько всевозможныхъ превратностей, ли-
шеній, страданій, какія другимъ арміямъ не приходилось испы-
тывать и за десятки лѣтъ. Въ необдуманныхъ попыткахъ взять
Портъ-Артуръ въ августѣ 1904 года сказывалась молодая кровь
ретивыхъ солдатъ, не думающихъ объ опасности по непонима-
нію значенія ея на войнѣ. Всѣ раннія атаки казались имъ ве-
селымъ пикникомъ. Ту-же беззаботность и легкомысліе видѣли
мы въ нашихъ войскахъ 100 лѣтъ назадъ и въ войскахъ фран-
цузской революціи, которые въ сраженіяхъ видѣли одно удо-
вольствіе и жертвовали жизнью шутя. Позднѣе при осадѣ спо-
койное и серьезное отношеніе къ событіямъ замѣнило прежнее
легкомысліе.
Японцы сражались не ради удовольствія, но по чувству
долга и хотя такъ же храбро шли на бой, но не было уже
прежней безпечности. Войска, осаждавшіе Севастополь выказы-
вали такое же серьезное настроеніе. Въ послѣдней стадіи осады
Портъ-Артура—войска дошли до такого состоянія нервной на-
пряженности, что минутами имъ случалось поддаваться паниче-
ческому страху и разъ, даже, они отказались идти на приступъ.
422 —
Въ шесть мѣсяцевъ накопили опытъ цѣлаго столѣтія и это
напряженіе было свыше силъ человѣческихъ. Подобное испыты-
вали мы послѣ Южно-Африканской войны—но мы слишкомъ
испорчены, чтобъ урокъ послужилъ намъ на пользу, тогда какъ
японцы, за малымъ исключеніемъ воспользуются имъ вполнѣ.
Резюмируя сказанное, надо придти къ заключенію, что
японская нація, какъ нація воинственная, дошла до зенита
своей славы и дальше не пойдетъ, ибо солдаты, которые про-
шли тяжелую выучку войны далеко уже не тѣ, что отправля-
лись съ гордостью и восторгомъ противъ враговъ. Больше полу-
милліона вернувшихся чувствуютъ на себѣ слѣды пережитыхъ
долгихъ ужасовъ и разнесутъ ихъ по всей странѣ. Слѣдующее
поколѣніе будетъ уже другого закала—онъ не дастъ намъ крѣп-
кихъ нервами и сильныхъ духомъ борцовъ, какъ тѣ, что такъ
славно бились съ русскими. Современное воспитаніе, легкость и
удобство сообщеній и передвиженій, увеличиваніе богатства и
роскоши и соблазнительныя прелести запада мало-по-малу нало-
жатъ свою тару на народъ. Во многихъ отношеніяхъ нація бу-
детъ стремиться и достигать цивилизаціи, но какъ военная
сила—цѣльная и первобытная въ себѣ—японская армія—какъ
и всѣ прочія арміи до нея—должна клониться къ упадку. Та-
кой исходъ нисколько не умаляетъ прекрасныхъ свойствъ націо-
нальнаго характера японцевъ, я только хочу сказать, что японцы
въ общемъ скроены по тому же образцу, какъ и западные на-
роды, но они на нѣсколько степеней отстали отъ той стадіи
цивилизаціи, гдѣ ея благія стороны ослабляютъ человѣчество и
постепенно ведутъ его къ упадку. Теперь Японія догнала Европу
въ мирныхъ и военныхъ искусствахъ... предстоитъ ли ей также
быстро отойти назадъ или... но вопросъ этотъ—темный и спор-
ный—не подлежитъ нашему здѣсь обсужденію.
Среди восклицаній восторга и восхищенія, раздавшихся по
всему цивилизованному міру передъ подвигами японцевъ прошла
незамѣченной доля славы, вполнѣ заслуженная русскими. Но
— 423
если отнестись къ происшедшему вполнѣ безпристрастно, надо
признать, что русскія войска сражались лучше и защищались на-
стойчивѣе и упорнѣе, чѣмъ какая бы то ни было армія другой
націи въ такихъ же условіяхъ. Стратегическія способности ко-
мандующихъ ниже всякой критики; вся система военной админи-
страціи совершенно устарѣлая, къ дѣлу непригодная; пища, об-
мундировка и другія потребности войны—доказали наглое хище-
ніе поставщиковъ.—Офицеры во многихъ случаяхъ были плохо
обученые, безалаберные, неспособные съ честью стоять во главѣ
солдатъ. Россія не смотря на свое пораженіе, не должна отчаи-
ваться: твердость и мужество ея солдатъ, выказанныя во многихъ
и многихъ случаяхъ во время войны доказываютъ, что великая
душа народа не измѣнилась.
Россія, угнетенная невѣжествомъ и произволомъ, была въ
прошломъ своемъ всегда врагомъ страшнымъ, но Россія свобод-
ная, съ стомилліоннымъ населеніемъ, просвѣщеннымъ, храбрымъ,
преданнымъ царю и родинѣ—такая Россія будетъ непобѣдимою,
ибо другой такой военной силы не можетъ имѣть никакая на-
ція въ мірѣ.
Если русскія войска были удивительны въ защитѣ, то они
будутъ таковы и въ нападеніи, ибо имъ не достаетъ только
личнаго развитія и, болѣе всего, лучшихъ командировъ. — Съ
присущимъ имъ мужествомъ, стойкостью, выносливостью и без-
страшіемъ они заставятъ забыть то недавнее прошлое, въ кото-
ромъ они менѣе всего повинны. Всякій, кто видѣлъ защиту
Портъ-Артура и особенно битвы на 203-хъ метровой сопкѣ—не
можетъ не удивляться высокимъ, выдающимся качествамъ рус-
скихъ солдатъ.
Міросозерцаніе простыхъ солдатъ — будь то русскіе или
японцы—настолько ограничено и примитивно, что не выходитъ
за предѣлы полковыхъ интересовъ и событій. Имъ не понятны
высокія идеи добра и зла, нравственнаго и политическаго пра-
ва, ради которыхъ ведутся войны. Его—солдата отрываютъ отъ
— 424 —
плуга не для того, чтобы обдумывать и рѣшать судьбы родины,
но для того, чтобы физической своей мощыо подкрѣплять тре-
бованія страны и ея главы. Эти люди лишь кирпичи той капи-
тальной стѣны, которая выдерживаетъ всякое нападеніе врага.
Въ часъ битвы онъ долженъ твердо стоять тамъ, гдѣ постав-
ленъ и неуклонно дѣлать то, что ему приказано. Японскіе и Рус-
скіе солдаты одинаково безупречно исполняли свой долгъ все
время осады Портъ-Артура, тѣ и другіе при самыхъ тяжелыхъ
условіяхъ. Вниманіе всего свѣта обращено конечно болѣе на по-
бѣдителей, чѣмъ на побѣжденныхъ, но я считаю несправедли-
вымъ ставить русскому народу въ укоръ ихъ несчастье: побѣ-
дители и побѣжденные равно заслужили общее уваженіе въ
этой борьбѣ.
ПРИЛОЖЕНІЕ.
'Гретья Армія.
Главнокомандующій . —Генералъ баронъ Ноги.
Начальникъ Штаба . —Генер.-Лейтенантъ Иджичи.
Начальникъ Артиллеріи—Генер.-Маіоръ Тешима.
Начальникъ Морского
Штаба...........—Капитанъ Ивамура.
І-ая Дивизія (Округа
Токіо)..........—Ген.-лейтен. Матцумура (ум. черезъ
нѣсколько недѣль по окончаніи
осады).
Начальникъ Штаба . —Полковникъ Хошино.
І-ая Бригада......—Генер.-маіоръ Ямамото (убит. на На-
макаямѣ) его замѣнилъ
—Генер.-маіоръ Баба.
1-ый полкъ . . —Подполковникъ Охара.
15-ый полкъ . . —Подполковникъ Игупш.
2-ая Бригада .... —Генер.-маіоръ Накамура (впослѣд-
ствіи тяжело раненъ).
2-ой полкъ . . . —Полковникъ Танабе.
3-ій полкъ . . . —Подполковникъ Ишиджима.
— 426 —
ѴП Дивизія (Округъ
Хоккайдо).........—Гѳнер.-лейтен. Осако.
Начальникъ Штаба . —Полковникъ Койдзуми.
13-ая Бригада .... —Ген.-маіоръ Іошида.
25-ый полкъ . . —Полковн. Ватанабе.
26-ый полкъ . . —Подполк. Іошида.
14-ая Бригада .... —Ген.-маіоръ Саито.
27-ой полкъ . . —Подполк. Окуда.
28-ой полкъ . . —Генер.-лейт. Мураками.
IX Дивизія (Округъ
Каназавы).........—Генер.-лейт. баронъ Ошима.
Начальникъ Штаба . —Полковн. Сукагаи.
6-ая Бригада .... —Генер.-маіоръ Ишиное.
7-ой полкъ . . . —Подполк. Оучи. (убитъ).
35-ый полкъ . . —Подполк. Накамура.
18-ая Бригада .... —Ген.-маіоръ Ираса.
19-ый полкъ . . —Полк. Саги (раненъ) впослѣдствіи
полк. Атори.
36-ой полкъ . . —Полк. Уукуіа.
XI Дивизія (Округовъ
Шикоку и Мацуяма) Генер.-лейт. Тсушіа (раненый) его
замѣнилъ Ген.-лейт. Самеджима.
Начальникъ Штаба . —Полковн. Ишида.
10-ая Бригада .... —Ген.-маіоръ Камиво.
12-ый полкъ . .—Подполк. Міяма.
43-ій полкъ . —Подполк. Нишіяма
22-ая Бригада .... —Генер.-маіоръ Яманака.
22-ой полкъ . . —Подполк. Аваки.
44-ый полкъ . . —Полковн. Ишивара.
1-ая Резервн. Бригада
Коби (Токіо) . . . —Генер.-маіоръ Такинучи.
1-ый полкъ
15-ый полкъ
427 —
16-ый полкъ
4-ая Резервы. Бри-
гада Коби (Осака)—Генер.-маіоръ Томоясу.
8-ой полкъ
9-ый полкъ
38-ой полкъ.
Артиллерія Третьей Арміи, дѣйствовавшая въ теченіе осады
П.-Артура.
Пушки. Число
4,7-дм. морскія . . 10
6-ти дюйм. морскія. 4
12 фунт. » 20
10,5 сантим. Круппа 4
Бронзовыя........... 30
8,7 сантим. русскія . 6
Полевыхъ............146
Горныя ............. 72
292
Гаубицы
28-ми сантиметр. . . 18
15 » » . . 16
12 » » . . _28
Итого ... 62
Мортиръ разныхъ калибровъ около . 160
Итого ..... 514
Гарнизонъ П.-Артура.
Главнокомандующій войсками
Ляодунскаго полуострова . . Генералъ Стессель.
Начальникъ Штаба............Генералъ-маіоръ Рейсъ.
— 428
Главный Инженеръ *) .... Генералъ Кондратенко.
ГѴ-ая и ѴІІ-ая Дивизіи
Вост. Сибирск. Стрѣлк. полки: 25-ый, 26, 27, 28.
7-й резѳрвн. Батальонъ
3-ій резервн. Батальонъ
11-ый, 12-ый полки
4-ая артилл. Бригада
Крѣпостная Артиллерія
Полевая
Жандармы
Сдавшіеся въ плѣнъ при капитуляціи П.-Артура.
Армія, Генераловъ................... 8
Офицеровъ Нолевыхъ полковъ 57
» друг. полковъ. 531
» нестроевыхъ . . 99
Врачей .................... 109
Священниковъ ............... 13
Итого . 817
Унт.-офицеровъ и солдатъ . 22.434
Итого. . 23.251
Морскихъ чиновъ.
Адмираловъ .................. 4
Капитановъ................. 100
Лейтенантовъ............... 200
*) Генералъ Кондратенко былъ Начальн. 7-ой дивизіи. Начальникъ Инжене-
ровъ былъ Полковникъ Григоренко.
429 —
Священниковъ.............. 7
Нестроев. офицеровъ .... 500
Всего. . 811
Моряковъ и матросовъ . . 4500
Всего.......... 5.311
Запасныхъ........................ 3.645
Всего......... 32.207
Больныхъ и раненыхъ .............13.000
Поли, итогъ армейск., море, и запаси. 45.207
Продовольственные запасы, найденные къ П.-Артурѣ послѣ капи-
туляціи.
Военнаго вѣдомства. Цыфры приблизительныя.
Ржан. муки................ 700 тоннъ
Пшеничн. муки......... 80 »
Бобовъ ................... 700 »
Солонины................... 40 »
Сухарей.................... 60 »
Соли...................... 400 »
Масла...................... 20 »
Сахару..................... 20 »
Рису........................ 1 ))
Ячмен. крупы ............... 2 »
Морск. Вѣдомства.
♦
Ппіеничн. муки........ 700 »
Сахару..................... 40 »
Масла....................... 2 »
— 430
Военная добыча въ П.-Артурѣ.
Укрѣпленій................... 59
Орудій кру пн. калибра .... 54
» средняго » .... 149
» малаго » .... 343
Итого . . 546
Гранатъ разнаго калибра. 82.670
Взрывчатыхъ снарядовъ. 1.588
Винтовокъ 35.252
Сабель.................... 1.891
Минъ......................... 60
Пороху........................ 30 тоннъ.
Револьверовъ................ 579
Ружейныхъ патроновъ . 2.266.800
Зарядныхъ ящиковъ . . 290
Лафетовъ..................... 65
Обозъ ...................... 606
Прожекторовъ................. 14
Телефон. аппаратовъ . . 134
Телеграфн. » . 15
Сигнальн. » . 3
Лопатъ, мотыгъ—не сосчитано.
Лошадей.................... 1920
Суда.
Военныхъ судовъ........... 4
Крейсеровъ ................... 2
Канонерокъ и миноносокъ . . 14
Пароходовъ............... 10
Баркасовъ................. 8
Различныхъ паруси, судовъ . 12
Паровыхъ катеровъ........ 35
— 431
Запасы.
Сухопутнаго фронта:
Муки.................. 700 тоннъ.
Крупы ................. 80 »
Бобовъ................ 700 »
Мясн. консервовъ ... 40 »
Сухарей................ 60 »
Соли.................. 400 »
Кукурузы............... 40 »
Сахару................. 20 »
Рису.................... 1 ))
Ячменя.................. 2 »
Морского вѣдомства:
Муки.................. 700 »
Сахару............ . 40 »
Масла................... 2 »
Кромѣ того:
Лошадей.............. 1920 »
Водки................очень много.
Флотъ:
Адмираловъ....................... 4
Капитановъ...................... юо
Лейтенантовъ................... 200
Священниковъ............ 7
Чиновниковъ.................... 500
Итого . .
811
Матросовъ .
— 432
4500
Всего .
5311
Раненыхъ...................... 13000
Городскихъ жителей.......... 3645
Общій итогъ сдавшихся ... 45207
КОНЕЦЪ.
ТИП. „СИРІУСЪ14, сшз., соляной, 7.