Обложка
Титул
ВВЕДЕНИЕ
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
I. ПАМЯТНИКИ ИСТОРИОГРАФИИ
2. Лаврентьевская летопись
3. Ипатьевская летопись
4. Радзивилловская летопись
5. Летописец Переяславля Суздальского
6. Новгородская I летопись
7. Фрагменты Киевского свода 1198 г. в составе Московского свода 1479 г. и Ермолинской летописи
8. Летописец Юрия Долгорукого
9. Летописец Андрея Боголюбского
I.2. ЛЕТОПИСНЫЕ СТАТЬИ В СБОРНИКАХ
11. Запись о построении церкви Бориса и Глеба в Константинополе
12. Смоленские летописные записи XII в
12.2. Запись в Уваровском сборнике
12.3. Запись в Нифонтовском сборнике
12.4. Проложное сказание об освящении церкви Бориса и Глеба и перенесении их гробов из Вышгорода на Смядину в 1191 г
I.3. ВИЗАНТИЙСКАЯ ХРОНИКА
I.4. ПОВЕСТИ И ЛЕГЕНДЫ
15. Сказание о призвании варяжских князей
16. Повесть об ослеплении князя Василька Теребовльского
17. Летописные повествования об убиении кн. Андрея Боголюбского
17.2. Рассказ в Лаврентьевской и близких к ней летописях
18. Летописные рассказы о походе князя Игоря Святославича на половцев в 1185 г
18.2. Рассказ в Ипатьевской летописи и сходных с ней летописях
19. Повесть о взятии крестоносцами Константинополя в 1204 году
20. Летописные рассказы о Липицкой битве
20.2. Рассказ в Новгородской IV и Софийской I летописях
21. Летописный рассказ об убийстве рязанских князей
22. Летописные рассказы о битве на р. Калке
22.2. Рассказ в Лаврентьевской летописи
22.3. Рассказ в Ипатьевской летописи
23. Летописные рассказы о монголо-татарском нашествии на Русь
23.2. Рассказ Ипатьевской летописи о взятии Киева Батыем в 1240 г
23.3. Рассказ о нашествии Батыя в Новгородской I летописи старшего извода
23.4. Рассказ о нашествии Батыя в Лаврентьевской летописи
24. Сказание об освящении церкви Софии в Киеве
25. Сказание об освящении церкви Георгия в Киеве
II. ХОЖДЕНИЯ
27. Хождение Добрыни Ядрейковича в Константинополь
III. ПОЭТИЧЕСКИЕ ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
29. Слово о погибели Русской земли
IV. ПЕРЕЧНИ И ПОМЯННИК
32. Перечень русских епископий
33. Помянник черниговских князей
V. ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ И УЧЕБНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
36. Упражнения в письме
38. Упражнения в письме мальчика Онфима
VI. ПОУЧЕНИЯ И ПОХВАЛЬНЫЕ СЛОВА
VI.2. ПОУЧЕНИЯ ИЕРАРХОВ
41. Поучения Григория Философа
42. Притчи и слова Кирилла Туровского
42.2. Повесть о беспечном царе и его мудром советнике
42.5. Слово на Пасху
42.6. Слово в неделю Фомину
42.7. Слово о снятии тела Христова с креста и о женах-мироносицах
42.8. Слово в неделю о расслабленном
42.9. Слово в неделю о слепом
42.10. Слово на Вознесение
43. Поучение Ильи, архиепископа новгородского, к собору духовенства, 1166 г
44. Поучения игумена Моисея
44.1. Поучение о безвременном пьянстве
44.2. Поучение о присягах и клятвах
45. Поучение Георгия, черноризца Зарубского монастыря к духовному сыну. Кон. XII — нач. XIII в
46. Поучения Серапиона, епископа Владимирского
46.2. «Поучение преподобнаго Серапиона»
46.3. «Слово святаго преподобнаго Серапиона»
46.4. «Поучение преподобнаго Серапиона»
46.5. «Слово блаженаго Серапиона о маловерии»
VI.3. АНОНИМНЫЕ ПОУЧЕНИЯ
49. «Слово некоего Христолюбца и ревнителя по правой вере» о языческих божествах
50. «Слово святого Григория» об идолах XI—XIII вв
51. Слово «О посте к невежам»
52. Слово Иоанна Златоуста о христианстве
53. Слово Иоанна Златоуста о том, как первые поганые веровали в идолы и требы им клали
54. Слово о поклонении «твари» и «неделе»
55. «Слово Исайи пророка» о поклоняющихся Роду и рожаницам
56. Слово о вдуновении духа в человека
VI.3.2. СЛОВА О ХРИСТИАНСКОЙ ВЕРЕ И МОРАЛИ
58. Поучение иерарха новопоставленному священнику
59. «Заповеди святых отець» ко всем христианам
К мирянам
61. Предсловие покаянию
62. Поучение правыя веры
63. Поучение духовника исповедающимся
64. Слово к власть имущим против пьянства
65. Поучение о том, чтобы не обогащаться за счет вдов и сирот
VI.3.3. ПОУЧЕНИЯ О СПРАВЕДЛИВОМ СУДЕ
67. Поучение к князьям, передающим власть и суд недостойным доверия людям
VI.3.4. ПРОПОВЕДЬ НА БЕРЕСТЕ
VI.4.1. ПОХВАЛЬНЫЕ СЛОВА КНЯЗЬЯМ
70. «Память и похвала» князю Владимиру Святославичу Иакова мниха и Похвала княгине Ольге
71. Похвала кн. Святославу
72. Похвала ки. Ростиславу
73. Слово о князьях
VI.4.2. ПОХВАЛЬНЫЕ СЛОВА НА ПРАЗДНИКИ
75. Слово на перенесение мощей св. Николая Мирликийского
VII. АГИОГРАФИЯ
77. Житие Аркадия, епископа новгородского
78. «Анонимное сказание» о князьях Борисе и Глебе
79. «Чтение» о Борисе и Глебе Нестора
80. Житие князя Владимира
81. Паремийные чтения о Борисе и Глебе
83. Житие Исайи епископа Ростовского
84. Житие Кирилла Туровского
85. Житие Леонтия епископа Ростовского
86. Слово о Мартине, мнихе Туровском
87. Житие князя Михаила Черниговского
88. Житие кн. Мстислава Владимировича
89. Житие княгини Ольги
90. Житие Федора Варяга и его сына
91. Житие Феодосия Печерского
VII.2. СКАЗАНИЯ О ЧУДЕСАХ
93. Сказание о празднике Покрова
94. Сказание о принесении перста Иоанна Крестителя
95. Слово о чуде св. Климента об отроке
VIII. ПОСЛАНИЯ
VIII.2. ПОСЛАНИЯ ЦЕРКОВНЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ ВНУТРИ СТРАНЫ
98. Послания Феодосия кн. Изяславу Ярославичу
98.2. Послание о вере христианской и латинской
99. Послания Никифора, митрополита
99.2. Послание Никифора, митрополита Киевского, к вел. кн. Владимиру Мономаху о латинах
99.3. Послание Никифора, митрополита Киевского, к князю Ярославу Святополчичу владимиро-волынскому о латинах
100. Послание Климента Смолятича, митрополита киевского, к Фоме пресвитеру
101. Послание Поликарпа к Акиндину
102. Послания епископа Симона
102.2. Послание Симона, епископа Владимирского, княгине Верхуславе-Анастасии Всеволодовне
103. Послание митрополита Кирила к новгородцам
104. Послание Иакова черноризца к кн. Дмитрию Борисовичу
105. Послание владимирского епископа к местному князю
VIII.3. ПОСЛАНИЯ МЕЖДУНАРОДНЫЕ
107. Послание патриарха Николая IV Музалона к Нифонту
108. Послание патриарха Луки Хрисоверга к вел. кн. Андрею Боголюбскому
109. Послание патриарха Германа II к митрополиту Кирилу
110. Послание болгарского деспота Якова-Святослава к митрополиту Кириллу II
111. Послание рижского архиепископа к кн. Федору
112. Послание рижского магистрата к кн. Михаилу Витебскому
VIII.4. ПОСЛАНИЯ НА БЕРЕСТЕ
114 — 115. Послание сборщикам податей
116. Послание Кулотки и других к Худоте с распоряжением пойти и сказать что-то городу Пскову
117. Послание Доброшки к Прокше о недоимке поземельного налога
118. Послание Ярилы с сообщением о голоде в волости у Онании
119. Послание Петра к Авраму о сборе поземельного налога
120. Послание Мирослава к Жирошке о почестье
121. Послание Мирослава к Олисею Гречину, написанное в ходе судебного заседания по делу Гавки Полочанина
122. Сообщение о посылке хотынянами двух мужей по поводу тяжбы о реке
124. Письмо о Коромане
125. Письмо к посаднику Гюргию Иванковичу о конфликте, возникшем при взимании поборов с колбягов
126. Послание подвойского Филипу о выполнении его поручения
127 — 128. Сообщение о происшествии
129. Сообщение о покупке пшеницы
VIII.4.2. ПОСЛАНИЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ ПО СУДЕБНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ ДЕЛАМ
131. Послание Петра к Василию с поручением провести расчеты с Вышатой
132. Послание Завида по поводу избиения женщины
133. Послание Полочка с требованием выплаты компенсации за рабыню
134. Послание Бориса к Станиле и к Жироше
135. Письмо от Гостяты к Василю
136. Послание Прокши к Нестеру о расчетах по штрафам
137. Послание Смолига к Гречину и к Мирославу о проигранной тяжбе
138. Распоряжение об уплате судебному исполнителю
139. Послание Ляха к Фларю о взыскании долга с Русила
140. Послание Григория к матери с просьбой дать 30 гривен
141. Послание к Оксенье с распоряжением заковать Матфейца в случае его поимки
VIII.4.3. ПОСЛАНИЯ О ДОЛГОВЫХ И РОСТОВЩИЧЕСКИХ ОПЕРАЦИЯХ
145. Письмо Якима к Нестеру с требованием отдать векшу
147. Распоряжение Носка Местяте взять «намъ»
148. Грамота от Петра к Волочку о сборе долгов натурой
149. Письмо Твердяты к Зуберю с поручением взять деньги
150. Послание Рознега о раздаче денег
151. Послание с просьбой обменять колтки
152. Послание Братяты к сыну Нежилу с требованием вернуться домой и сообщением об уплате его долга
153. Послание с требованием выслать деньги
154. Послание Хрестила к Вышку
155. Послание Семка к Кулотке о денежных расчетах
156. Послание Василя к Ростиху о продаже и покупке коней
157. Послание Судиши к Нажиру о расчете с кредитором Жадком
160. Требование прислать деньги
161. Послание Местяты к Гавше и к Сдиле с просьбой подыскать для него коня
162. Послание о сборе долгов и процентов с них
163. Послание сборщикам податей
165. Послание Иванка к Хотеславку
166. Послание Доброшки к Завиду о сборе долгов
167. Послание Иванка к Ортемье о денежных расчетах
168. Послание о взыскании трех гривен
169. Послание с условиями займа
171. Послание о взимании долгов по долговой грамоте
173. Послание Игната к Климяте с распоряжением, касающимся денег и покупки
175. Послание Анны ко Климяте с просьбой помочь доказать ее невиновность в конфликте с Кснятином
176. Послание Богши к Уику с требованием отдать гривну
177. Распоряжение о сборе долгов
178. Послание к матери с просьбой выдать подателю его две гривны
179. Послание к брату с просьбой срочно прислать деньги
181. Послание Мирослава к Ратьмиру
182. Послание Станимира к Михаилу Домажировичу с предложением денежной помощи
183. Послание с просьбой прислать денег
184. Послание с распоряжением взять серебро
185. Послание попа к должнику Завиду с распоряжением о долге
186. Послание к Захарьи о проведении денежных расчетов
187. Послание с распоряжением провести расчеты деньгами и натурой
188. Послание Говеновой к Нежничу с требованием выплаты долга
VIII.4.4. ПОСЛАНИЯ ВОЕННОГО СОДЕРЖАНИЯ
190. Послание Терентия к Михалю с приказом прислать ему лошака и идти к Угличу
191. Послание Кюрьяка к Вышене о присылке военного снаряжения и письмо с требованием прислать долг
192. Послание Михаля к отцу с советом в случае похода взять копя и седло у Федора
193. Послание городчан посаднику великому о бегстве ясенян
V1II.4.5. ДЕПЕШИ - КРАТКИЕ ПОСЛАНИЯ БЕЗ ФОРМУЛЯРНЫХ ЭЛЕМЕНТОВ
195. Послание-депеша с сообщением о начале военных действий Литвой против Корелы
196. Послание-депеша с сообщением о подготовке в Полоцке большого войска и просьбой прислать «в засаду» пшеницы
VIII.4.6. ПОСЛАНИЯ ДУХОВНЫХ ЛИЦ
198. Послание Пелаги к Алфимии с просьбой поспешить в город и взять у Жирослава деньги
199. Послание об изыскании средств для монашеского погребения
200. Послание Харитании к Софье о подготовке к монашескому погребению
201. Заказ попа Гречину на иконописные работы
202. Послание Изосимы
203. Приглашение попом Миной Гречина к себе с иконами
204. Послание попа Дрочки к Демьяну, к Мине и к Банку
VIII.4.7. ПОСЛАНИЯ РАЗЛИЧНОГО СОДЕРЖАНИЯ
206. Послание Кснятина к Ждану
207. Послание Гюргия из Смоленска к отцу и к матери в Новгород
208. Послание Нежки к брату Завиду с упреком в невыполнении ее просьбы
209. Послание с распоряжением о выдаче Городку соли и секиры
210. Записка Дедилы к Демьяну с просьбой не присылать отрока
211. Послание Сольмира к Нежку
212. Послание к строптивой женщине
213. Послание Кузьмы к Черню с просьбой прислать денег и соли
214. Послание к Якову
215. Послание мастера-портного
216. Послание о женитьбе и деньгах для жены Поведа
217. Послание Миляте о торговых делах
218. Послание Доманега к Семьюну и к неизвестному о заволоцких делах
219. Послание об утайке средств, собранных в Заволочье
220. Распоряжение взять у Тимошки, Войцына шурина, деньги за коня, а также сани и упряжь
221. Грамота от Петрока к Волосу
222. Послание Творимира к брату Фоме с приглашением приехать
223. Послание Демьяна о продаже коня
224. Послание Михаля к Степану о продаже товара
225. Послание с распоряжением дать три резаны и купить сушеной рыбки
226. Послание Стоенега к матери о передаче имущества Савве
227. Послание оскорбленных людей
228. Послание Торчииа к Гюргию
229. Послание Домажира к Нажиру
230. Послание Хоритана к Моисею
231. Послание Лазаря о сукне
232. Послание купца к его компаньону Спирку
233. Послание к Моиславу и к Миките с советом вернуть владельцам присвоенный ими товар
234. Письмо о корове
235. Послание Завида
236. Послание Домажира к своему зятю Якову о сестре и племяннике
237. Послание с распоряжением купить лосину
238. Послание Орешка к Борису о продаже жита
240. Послание Панка к Захарье и к Огафону о продаже бобров и передаче серебра Захарье
241. Послание к Флару, женившемуся на исполовнице
242. Послание Степана и матери к Полюду с просьбой прислать рожь
243. Два Послания Мил оста к Захарии о продаже хмеля
244. Послание Климяты к Осипу
245. Послание с сообщением о женитьбе автора
246. Послание Исая к Мишку
247. Послание ловца к вотчиннику Остафии
248. Письмо о торговых делах
249. Послание о расчете за пользование землей
250. Послание о перевозке товара
251. Послание Микиты к Анне с предложением о вступлении в брак
252. Послание Иева к Прокопье о завещанных деньгах
253. Приказ Петра брату Кузьме о ведении их общего дела
254. Послание Микифора к тетке с просьбой сказать Ратьмиру, чтобы рассчитался с ним
255. Сообщение о сборе податей
256. Послание Лихочи к Микифору о ржи
257. Распоряжение, связанное с плотничьими работами
258. Послание Степана к Нежилу с просьбой купить жита
VIII.4.8. ПОСЛАНИЯ, СОХРАНИВШИЕСЯ В ОТРЫВКАХ
260. Послание к тетке
261. Послание Жадка и Степана к Гюргию
262. Послание Якова
264. Послание матери к Онтону
265. Послание о покупке фасоли
269. Послание Ульяны к Игнату
270. Послание Мартина к Миляте
272. Письмо с просьбой прислать грамоту
273. Послание с просьбой прислать грамоту
Указатель названий произведений
Указатель имен
Указатель географических и топографических названий
Указатель шифров рукописей
Указатель предметов и терминов
English summary
Текст
                    

> 14/ l


РОССИЯ В ЦИФРАХ И ДОКУМЕНТАХ
Russian Academy of Sciences Institute of Russian History MONUMENTS OF HISTORY OF OLD RUS’ Chronicles. Tales. Itineraries. Sermons. Lives. Epistles Annotated catalogue and guide Edited by la.N. Shchapov Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ» Санкт-Петербург 2003
Российская Академия наук Институт российской истории ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ ИСТОРИИ ДРЕВНЕЙ РУСИ Летописи. Повести. Хождения. Поучения. Жития. Послания Аннотированный каталог-справочник Под редакцией Я.Н Щапова Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ» Санкт-Петербург 2003
ББК 63.3(2)41я2 П35 Институт российской истории РАН Серия «Россия в цифрах и документах» Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований но проекту № 01-06-87059 Ответственный составитель ЯЛ. Щапов Редакционная коллегия: член-корр. АН СССР ЯЛ. Щапов (ответственный редактор), академик ВЛ. Янин, д-р ист. наук Б.М. Клосс, д-р ист. наук В.А. Кучкин, член-корр. РАН АЛ. Сахаров, д-р филол. наук О.В. Творогов, д-р ист. наук Я.Р. Дашкевич, канд. филол. наук Т.А. Сум ни кова, канд. ист. наук С.В. Завадская (ответственный секретарь), канд. ист. наук А.А. Турилов. Авторы статей: д-р. ист. наук М.В. Бибиков (М.В.Б.), канд. ист. наук И.В. Ведюшкина (И.В.В.), В.И. Гадко (В.И.Г., Гомель), д-р М. Гардзанити (М.Г., Рим), д-р ист. наук А.А. Горский (А.А.Г.), ИЛ. Гродницкий (ИЛ.Г., Подольск), канд. ист. наук С.В. Завадская (С.В.З.), канд. ист. наук А.К. Зайцев (А.К.З.), нроф. М. Казаку (М.К., Париж), д-р ист. наук Б.М. Клосс (Б.М.К.), д-р ист. наук В.А. Кучкин (В.А.К.), д-р ист. наук К).А. Лимонов (К).АЛ., Петербург), канд. ист. наук Е.И. Малето (Е.И.М.), д-р ист. наук Б.А. Мельникова (Б.А.М.), канд. ист. наук Г.В. Семенченко (Г.В.С.), д-р ист. наук Р.А. Симонов (Р.А.С.), канд. ист. наук И.П. Старостина (И.П.С.), канд. филол. наук Т.А. Сум и и кова (Т.А.С.), канд. ист. наук А.А. Турилов (А.А.Т.), канд. ист. наук А.В. Чернецов (А.В.Ч.), канд. ист. наук И.П. Щавелева (П.И.Щ.), д-р ист. наук ЯЛ. Щапов (ЯЛ.Щ), А.В. Юрасовский (А.В.К).). П35 Письменные памятники истори Древней Руси. Летописи. Повести. Хождения. Поучения. Жития. Послания: Аннотированный каталог-справочник / Под ред. Я.Н. Щапова — СПб., издательство «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ». 2003 - 384 с. ББК 63.3(2)41я2 Справочное издание, подготовленное сотрудниками Института российской исто- рии Российской Академии наук, раскрывает содержание 273 письменных памятни- ков Х-ХШ вв. В аннотации к каждому памятнику приводится полная информация о состоянии его изучения. Уникальный справочник ориентирован не только на специ- алистов, но и на широкий круг любителей истории. ISBN 5-86789-140-2 © Институт российской истории РАИ, 2003 © Издательство «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ», 2003 © Составление серии «Россия в цифрах и документах» - издательство «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ», 2003 © Коллектив авторов, 2003
ВВЕДЕНИЕ Предлагаемая читателю книга представляет собой новое справочное издание, посвя- щенное истории Древней Руси. Необходимость такого издания определяется значитель- ным и все возрастающим интересом к этой эпохе как исследователей-специалистов в на- шей стране и за рубежом, так и писателей, работников кино и телевидения, художников, журналистов и просто любителей истории. Современное состояние изучения истории древнерусского общества и государства тре- бует привлечения всей совокупности письменных памятников наряду с памятниками архе- ологическими, сфрагистическими, нумизматическими и другими. Если для историков но- вого и новейшего времени использование всех сохранившихся письменных источников не всегда реально, и важное значение имеет правильный, репрезентативный отбор источников, достаточных для объективных выводов о соответствующих явлениях и процессах, то для историков Руси Х-ХШ вв. каждое письменное свидетельство — ввиду немногочисленнос- ти сохранившихся памятников того времени — уникально и требует специального внима- ния и анализа. Большая часть этих источников (это не относится к берестяным грамотам и надписям-граффити) выявлена и введена в науку в течение XIX-XX вв., многие из них являлись предметОхМ исследования специалистов, обосновавших мнение о времени и усло- виях появления памятников и их значении. Издания этих памятников и работы о них рассеяны во многих томах монографий, сот- нях научных статей, в сериях, изданных еще в довоенные и даже дореволюционные годы, и труднодоступны. Неудивительно поэтому, что современный историк часто привлекает да- леко не все существующие и опубликованные по его теме источники и ограничивается только тем, что ему известно и доступно, причин не располагает и всей нужной информаци- ей о состоянии их изучения. Большая часть старой справочной литературы о древнерусских источниках значи- тельно устарела. Наиболее ценным научным пособием по оригинальным древнерус- ским письменным сочинениям является труд Н.К.Никольского, охватывающий конец X-XI в.1 Этот справочник содержит не только перечень древнерусских писателей и их сочинений, но и сведения об этих писателях, перечни рукописей, а также информацию об авторах и сочинениях, принадлежность которых к Древней Руси является сомнитель- ной. Это издание остановилось на XI веке и не включило произведений ХП-ХШ вв., которых по количеству значительно больше, чем более ранних. Для начала XX в. это был выдающийся библиографический труд, и для некоторых памятников он сохраняет свое значение и до настоящего времени. Однако во многом его информация является уже далеко не полной и устаревшей1 2. 1 Никольский Н.К. Материалы для повременного списка русских писателей и их сочинений (X-XI вв.) СПб., 1906, VII, 596 с. 2 См. предложения о подготовке подобного указателя произведений и рукописей на новом уровне: Творогов О.В. Древнерусская книжность XI-XIII вв. (О Каталоге памятников) // Духовная культура славянских народов. Литература. Фольклор. История. Л., 1983.
6 Письменные памятники истории Древней Руси В пауке последних десятилетий также были опыты подготовки справочников по древ- нерусским сочинениям. Мы имеем в виду по только чисто библиографические указатели по истории1, русскому летописанию1 2, древнерусской литературе3, но и аннотированные ука- затели по средневековой письменности и литературе. Таковы изданные в 1960-е годы спра- вочники Л.Е.Махновца и И.У.Будовница4. Оба они содержат сведения о писателях и их сочинениях за широкий период отечественной истории вплоть до XVII и XVIII вв. и, в разном объеме и по разной системе представляя материал, являются цепными пособиями для каждого занимающегося изучением истории Руси. В последнее время работа над составлением корпусов древпейших источников по истории, истории литературы и языка и справочников об этих источниках получила новое развитие. В нашей стране таковы своды «Древнейшие источники по истории па- родов СССР» (ныне «Древнейшие источники по истории Восточной Европы»), содер- жащий иностранные свидетельства5, «Памятники средневековой истории народов Цен- тральной и Восточной Европы»6, а также «Сводный каталог славяно-русских рукопис- ных книг XI-XIII вв.»7, планируемый корпус древнерусских сообщений, посвященных тюркским народам (Рутснотурцика)8. Значительную ценность для исследователя исто- рии Древней Руси представляет изданный в последние годы «Словарь книжников и книжности Древней Руси», первый выпуск которого охватывает XI — первую половину XIV в.9 Этот словарь содержит новейшую фактическую, историографическую и библио- графическую информацию о памятниках литературы, местной и переводной, известной в Древней Руси, и их авторах. Предлагаемый справочник призван дать необходимую информацию обо всех известных (изданных или найденных в рукописях) источниках с их характеристикой, указаниями на важнейшие издания и исследования. По охвату источников справочник стремится быть исчерпывающим, представляя сведения о всех сохранившихся (целиком или во фрагмен- тах) памятниках на древнерусском языке. Составители считают своей целью дать читателю объективные сведения, отражающие современный уровень пауки о тех источниках, без которых невозможно знать историю и культуру Древней Руси. Этому должен способствовать возможно полный перечень таких источников, позволяю- щий судить об объеме и разнообразии документального наследства первых веков отече- ственной истории, которым мы обладаем. Для этого дается информация о времени возник- новения, авторах, содержании, состоянии изучения памятников истории, созданных глав- ным образом на Руси. 1 История СССР. Указатель советской литературы на 1917-1952 гг. / Под ред. К.Р.Симона. Т. 1. М., 1956. 2 Библиография русского летописания / Сост. Р.П.Дмитриева. М.;Л., 1962; Казакевич А.Н. Со- ветская литература по летописанию (1960-1972): Летописи и хроники. 1976, М., 1976. с. 294- 356. 3 Библиография советских русских работ по литературе XI-XVII вв. за 1917-1957 гг. / Сост. Н.Ф.Дробленкова. М.;Л., 1961; Библиография работ по древнерусской литературе, опубликован- ных в СССР. 1958-1967 гг. / Сост. Н.Ф.Дробленкова. Ч. 1, 2. Л., 1978, 1979; Тоже. 1968-1972 гг./ Сост. Н.ФДробленкова. Л., 1996; Тоже. 1973-1987 гг. СПб., 1995. 4 Украшсью письменники. Б1о-б1бл1ограф1чний словник. Т. 1: Давня украшська л!тература (XI- XVIII ст.) / Уклад. Л.Е.Махновець. Ки!в, 1960. 980 с.; Будовниц И.У. Словарь русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII в. М., 1962. 398 с. 5 Древнейшие источники по истории народов СССР. М., 1977-1990; Древнейшие источники по истории народов Восточной Европы. М., 1993. — Издание продолжается. 6 Памятники средневековой истории народов Центральной и Восточной Европы. М., 1966. — Издание продолжается. 7 Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в СССР. XI-XIII вв., М., 1984. 8 Дашкевич Я.Р. О создании корпуса древнерусских сообщений, посвященных тюркским наро- дам // Советская тюркология. Баку, 1984. № 6. Т. 61-68. 9 Словарь книжников и книжности древней Руси. Вып. 1 (XI — первая половина XIV в.). Л., 1987; Вып. 2 (втор. пол. XIV-XVI в.). Ч. 1, 2. Л., 1988-1989; Вып. 3 (XVII в.). Ч. 1-4. СПб., 1992- 1999.
Введение 7 Отбор памятников Справочник рассчитан в первую очередь па занимающихся изучением истории Руси и близких проблем, хотя может быть использован и историками древнерусского языка, лите- ратуры или письменности. Поэтому в нем рассматриваются те памятники, которые явля- ются источниками по истории страны, а не только истории языка, литературы и пр. Такое назначение издания заставляет включить в него древнерусские произведения, сохранив- шиеся в списках как XI-XIII вв., так и более позднего времени. Достижением современной науки является значительное расширение круга памятников Х1-ХШ вв., сохранившихся в поздних списках и переработках, которые не всегда могут быть источником по истории языка древней эпохи, но содержат ранние исторические сведения о пей. Вместе с тем мно- гие источники истории древнерусского языка, например древнерусские переводы визан- тийских литературных произведений или надписи па стенах, содержащие только имена или молитвы, не включены в справочник. В справочник не включены и те древнерусские богослужебные и четьи рукописи XI- XIII вв. (евангелия, апостолы и пр.), которые могут быть источником для изучения истории письменности, книжной культуры, искусства, но не содержат конкретной информации по истории. В качестве исторического источника из рукописей этого времени привлекаются или включенные в них древнерусские памятники (папр., жития в Успенском сборнике) и записи на них писцов, заказчиков, вкладчиков и других лиц, несущие историческую инфор- мацию, или, наконец, сборники исторических, литературных, правовых памятников, даю- щие важную информацию сочетанием включенных в них произведений. В книге нашли место ранние русские переводы иностранных посланий на Русь и других связанных с нашей страной документов указанного времени, как сохранившиеся в гречес- ких текстах (напр., Ответы Константинопольского собора на вопросы епископа Сарайско- го 1276 г.), так и известные только в древнерусском переводе (напр., Послание патриарха Германа II митрополиту Кирилу 1228 г. и др.). Документы, относительно которых отдельными исследователями были высказаны мне- ния как о неподлинных (напр., Духовная Антония Римлянина, Ярлык Менгу-Тамира), вклю- чены в общий ряд словника, но сведения о них приведены в тексте статей. Особый раздел в справочнике составили статьи о подделках древнерусских источников, возникших как в средневековье, так и в новое время, с их характеристикой и указанием литературы. Здесь имеются в виду подделки не отдельных списков подлинных древнерус- ских сочинений (напр., пергаменные списки Русской Правды, Слова о полку Игореве и житий, выполненные И.Бардиным), а поддельные под древность произведения, отражаю- щие представления о древности их авторов как XVI-XVII, так и XIX-XX вв. Хотя обычной хронологической гранью древнерусского периода истории считается середина XIII в., настоящее издание охватывает и вторую половину века. Этот хроноло- гический допуск помогает не пропустить те источники, которые точно не датированы и могут принадлежать как середине, так и второй половине века; он позволяет включить в книгу сочинения с X по первую половину XIII в., не только написанные в тот же период, но и принадлежащие к несколько более позднему времени. Вместе с тем составители сознательно нс включили в это издание источники более позднего времени, содержащие сведения об интересующем нас периоде (напр., Густипская летопись и др.). Хотя некоторые из таких сведений могут быть отнесены к достоверным сообщениям раннего времени, но круг таких поздних источников очень широк, если не безграничен, и наряду со свидетельствами современников и очевидцев в них встречаются сообщения о событиях Х-ХШ вв., которые не могут считаться принадлежащими этому времени. Это не позволяет включать такие источники в издание. Общий список памятников, отобранных первоначально для включения в справочник с указанием их своеобразного «паспорта» — ссылки па одно из изданий и с именным указа- телем был опубликован в 1991 г.1 1 Древнерусские письменные источники Х-ХШ вв. / Под рсд. Я.Н.Щапова. М., издательство «Круг»,1991.
8 Письменные памятники истории Древней Руси Объем информации Каждому древнерусскому источнику в справочнике посвящается отдельная статья, вклю- чающая название памятника, отражающее его жанровую принадлежность и принятое в литературе; название, содержащееся в рукописях (по одному или нескольким спискам); начало (инципит) текста. Далее дается краткая характеристика памятника с указанием важнейших исторических сведений, содержащихся в нем, информация о результатах источ- никоведческого изучения памятника в науке с приведением мнений исследователей о време- ни и месте его возникновения, его содержании и авторе. В статье приводятся археографические сведения о памятнике (существование его редак- ций, старших списков). Избранная рекомендательная библиография включает указания на публикации текста, исследования, переводы памятника на другие языки. Произведениям, входящим в состав других (напр., летописных сводов), но имеющим особое происхождение (договоры с Византией, Поучение Владимира Мономаха, его Посла- ние к кн.Олегу Черниговскому и др.) или представляющим самостоятельный интерес (не- которые летописные повести), посвящены отдельные статьи. Справочник призван дать информацию, которая может быть использована для компью- терной обработки. С этой целью каждая статья его содержит однотипные сведения, по воз- можности формализованные и расположенные в определенном порядке, и включает основ- ные реалии источника для их нахождения в памяти ЭВМ (имена, географические названия, исторические понятия и термины, даты, шифры рукописей и пр.). Структура справочника Статьи о памятниках располагаются в жанрово-тематическом порядке по группам, а внутри них — по тематическим подгруппам и хронологии: 1. Памятники историографии. Своды и летописи, входящие в их состав летописные повести о наиболее важных событиях, византийские хроники с русскими статьями, повес- ти и легенды о событиях на Руси, сказания о постройке и освящении церквей. 2. Хождения. 3. Поэтические публицистические произведения. 4. Перечни (индексы) лиц, епархий и пр. 5. Естественнонаучные произведения и учебные работы на бересте. 6. Риторические произведения: светские (княжеские) поучения, поучения церковных де- ятелей (авторские и анонимные) против язычества, о христианской вере и обрядности и на другие темы, похвальные слова, слова и поучения о княжеском суде. 7. Агиографические произведения: княжеские и другие жития, жития Кисво-Печерского патерика и Пролога, сказания о чудесах. 8. Послания светские (княжеские) и церковные, международные послания на Русь и из Руси, берестяные письма. При подготовке справочника его организаторами — сектором истории древнейших госу- дарств па территории СССР — были выпущены подготовительные материалы — методи- ческие рекомендации, включающие первоначальный словник всего издания и рекоменда- ции для авторов статей* и пробные статьи для справочника1 2. Эти материалы были разосла- ны специалистам в СССР и за рубеж и на них были получены письменные отзывы, которые содержали поддержку идеи издания, а также конкретные замечания и дополнения к нему. Составители этих материалов приносят благодарность приславшим свои отзывы д.и.н. Ю.Г.Алскссеву, д.и.н. С.А.Высоцкому, д.и.н. А.П.Грицскевичу, д.и.н. Я.Р.Дашксвичу, ака- демику НАНУ Я.Д.Исаевичу, д.и.н. Е.И.Камепцевой, д.и.н. АС.Мыльникову, проф. А.Поппе (Польша), к.и.н. А.И.Рогову, д.ф.н. Н.Н.Розову, к.ф.н. Т.А.Сумпиковой, д.ф.п. О.В.Творо- гову, к.и.п. А.А.Турилову, д.и.п. А.Л.Хорошкевич, д.ю.н. О.И.Чистякову, а также благода- 1 Древнерусские письменные источники. Методические рекомендации / Под ред. Я.Н.Щапова. М., 1986. 35 с. 2 Древнерусские письменные источники. Информационные материалы к совещанию. М., 1988. 63 с.
Введение 9 рят зарубежных исследователей профессоров Ж.П.Аррипьопа, В.Водова, М.Казаку (Фран- ция), проф. Д.Кайзера и проф. А.Каждапа (США), С.Фрапклипа (Великобритания), М.Фопт (Венгрия) за помощь в выработке типа издания и словника справочника. Состав статей Задача статей — дать исследователю, занимающемуся историей Древней Руси, инфор- мацию о содержании и состоянии изучения конкретного источника, который может быть ему полезен. Поэтому статьи содержат следующие сведения и в таком, как правило, порядке. Заглавие памятника, данное ему исследователями, отражающее его содержание. Жела- тельно сохранение традиционного заглавия, принятого в литературе, но нс исключается новое заглавие, которое лучше соответствует памятнику. Заглавие памятника, которое со- держится в списках (старшем или том, который опубликован и использован составите- лем). При наличии нескольких редакций с различающимися заглавиями даются сведения и о них. Начало (инципит) текста — с учетом тех же правил при наличии нескольких редак- ций памятника. Данные об авторе произведения: даты или время его жизни, его общественное положе- ние, краткие сведения о других его литературных трудах, о связи данного произведения с событиями жизни автора. Такие сведения об авторе даются в одной из справок, а в других содержится отсылка к соответствующему месту. Датировка источника, содержащаяся в нем или обоснованная исследователями (с точ- ным годом, несколькими годами или частью века). Краткие сведения о лице, которому посвящено или к которому обращено данное произве- дение (житие, похвала, послание и пр.). Характеристика памятника как источника с вос- произведением основной содержащейся в нем информации или (если источник содержит большую и разнообразную информацию) указание на сферы жизни прошлого, о которых содержится информация. Указываются основные составные части памятника, его членение и содержание каждой из них. В статье называются важнейшие реалии источника: основные имена государственных, городских и церковных деятелей, упоминаемых в нем, даются сведения о месте действия в источнике, воспроизводятся исторические понятия и термины. Эти реалии в сведенном вместе виде используются в справочном аппарате издания. Приводятся сведения об итогах изучения памятника в науке — его датировке, месте воз- никновения, времени включения в состав другого памятника (летописи, юридического ко- декса и пр.). Мнения исследователей XVIII — первой половины XIX в., которые в дальней- шем были пересмотрены и не подтверждаются новейшими работами, воспроизводятся не всегда, но мнения ученых более позднего времени, особенно исследователей начала XX в., отечественных и зарубежных, кратко излагаются. В конце статьи о памятнике даются и археографические сведения: указывается на су- ществование редакций его текста и дается информация о ранних редакциях (до конца XIII в.) — их отличительных особенностях, датировке, авторстве и пр., также с изложением миопий исследователей. Указываются старшие списки памятника, в том числе его ранних редак- ций. Характеристики поздних редакций (XIV и особенно XV-XVI вв.) нс даются. Библиография к статье содержит три раздела. В числе изданий (ИЗД.) указаны не все, а только научные издания различных типов: критические издания, являющиеся результатом исследовательской работы публикатора по одному или нескольким спискам; дипломатические издания, близко к тексту рукописи вос- производящие памятник (в том числе подготовленные для лингвистического исследова- ния), факсимильные издания. Из научно-популярных указываются издания в широко рас- пространенных сериях, которые основаны на научных изданиях (серии «Литературные па- мятники», «Памятники литературы Древней Руси», «Памятники русского права», «Российское законодательство Х-ХХ вв.» и др.). При каждом издании указываются тс списки, которые в них опубликованы. Указываются переводы (ПЕРЕВ.) источника на другие языки, и на современный рус- ский, украинский и языки народов России, а также на иностранные языки со ссылкой па то издание, по которому сделан перевод.
10 Письменные памятники истории Древней Руси Из исследований (ИССЛ.) приводятся в первую очередь те работы (книги или статьи), в которых обоснованы новые выводы и наблюдения по истории памятника и его содержанию. Сводные, обзорные работы, нс содержащие новых оценок и характеристик памятника, как правило, нс указаны. Для экономии места и учитывая выход «Словаря книжников и книж- ности Древней Руси», составители не стремились дублировать всю библиографию к стать- ям, общим для обоих справочников, и ограничивались в этом случае указанием на важней- шие работы, а также отсутствующие в библиографии этого словаря. Следующие выпуски Справочника должны содержать сведения о письменных памятни- ках древнерусского права, светского и церковного, о записях на рукописных книгах с исто- рическими сведениями, о записях-граффити на стенах храмов, о надписях па камнях и предметах, наконец о поддельных документах1. Я.Н.Щапов ’Часть этих сведений, в том числе собранных и изученных в связи с подготовкой следующих выпусков настоящего издания, опубликована: Рождественская Т.В. Древнерусские надписи на стенах храмов: новые источники XI-XV вв. СПб., 1992; Медынцева А.А. Грамотность в Древней Руси (по эпиграфическим памятникам X- первой половины XIII века). М., 2000; Столярова Л. В. Свод записей писцов, художников и переплетчиков древнерусских пергаментных кодексов XI-XIV вв. М., 2000.
Список сокращений 11 СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ Нестандартные сокращения слов в тексте АКД — автореферат кандидатской диссертации (в библиографическом описании) г. — город Заг. — заголовок (памятника) изд. — Издания имп. — императорский ИССЛ. — Исследования ком. — комиссия комм. — комментарий кон. — конец (при датах) Нач. — Начало (текста описываемого памятника) нач. — начало (при датах) об-во — общество (в библиографических описаниях) ок. — около (при датах) ПЕРЕВ. — Переводы пол. — половина (века) р- — раскоп (в описаниях берестяных грамот) РУК. — рукопись сер. — середина (века) след. — следующие (страницы, листы) собр. — собрание СП. — список(памятника) ср. — сравни Учреждения и организации АН — ккащеммя наук БАН — Библиотека Академии наук СССР БАН Литвы — Библиотека Академии наук Литвы (Вильнюс) БРАН — Библиотека Российской Академии наук (СПб.) БОЗ — Библиотека Ординации Замойских (Варшава) ГИМ — Государственный Исторический музей ИРЛИ — Институт русской литературы (Пушкинский дом) РАН ЛГПИ — Ленинградский государственный педагогический институт им. А.И.Герцс- на ЛГУ — Ленинградский государственный университет ЛОИИ — Ленинградское отделение Института истории СССР АН СССР (см. также СПО ИРИ РАН) МДА — Московская Духовная Академия МГАМИД — Московский главный архив Министерства иностранных дел МГПИ — Московский государственный педагогический институт им. В.И.Лспина МГУ — Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова олдп — Общество любителей древней письменности РГАДА — Российский государственный архив древних актов
12 Письменные памятники истории Древней Руси РАН РГБ РНБ РГИА СПО ПРИ — Российская Академия наук — Российская государственная библиотека (Москва) — Российская национальная библиотека (СПб.) — Российский государственный исторический архив (СПб.) — Санкт-Петербургское отделение Института российской истории Россий- ской Академии наук ЦНБ НАНУ — Центральная научная библиотека Национальной Академии наук Украины (Киев) Периодические и многотомные издания; публикации памятников древнерусской письменности АЕ БВЛ БЛДР ВВ Вестник ЛГУ Вестник МГУ — Археографический ежегодник — Библиотека всемирной литературы — Библиотека литературы Древней Руси. СПб. — Византийский временник — Вестник Ленинградского государственного университета — Вестник Московского государственного университета им. М.В.Ломо- носова вди ВИ вид вмч — Вестник Древней истории — Вопросы истории — Вспомогательные исторические дисциплины — Великие Минеи Четии Временник ОИДР — Временник Общества истории и древностей российских Герменевтика ДКУ Златоструй ЖМНП ЗНТШ ИАИМК ИЗ Изв. Известия ОРЯС — Герменевтика древнерусской литературы X-XVI вв. М., 1989- — Древнерусские княжеские уставы X-XV вв. — Златоструй. Древняя Русь Х-ХП вв. М., 1990. — Журнал Министерства народного просвещения — Записки Наукового товариства 1м. Шевченка (Льв1в) — Известия Академии истории материальной культуры — Исторические записки — Известия — Известия Отделения русского языка и словесности Академии наук СССР (Российской Академии наук). Пг., Л. И ОЛЯ ИОРЯС — Известия Отделения литературы и языка Академии наук СССР — Известия Отделения русского языка и словесности Имп.Академии наук. СПб. ИпоРЯС КДР КСИС ЛЗАК — Известия по русскому языку и словесности имп. Академии наук — Красноречие Древней Руси (XI-XVII вв.). М., 1987 — Краткие сообщения Института славяноведения Академии наук М. — Летопись занятий Постоянной Археографической комиссии. СПб., Пг., Л. ЛПС НГБ НПЛ (Н1Л) ПВЛ пдл пдп пдпи ПДР ПЛДР ПСРЛ РИБ РФВ Сб.ОРЯС — Летописец Переяславля Суздальского — Новгородские грамоты на бересте. М. — Новгородская первая летопись — Повесть временных лет — Памятники древнерусской литературы. СПб., Л. — Памятники древней письменности. СПб. — Памятники древней письменности и искусства. СПб. — Повести Древней Руси XI-XII вв. Л., 1983 — Памятники литературы Древней Руси — Полное собрание русских летописей. СПб., М.; Л. — Русская историческая библиотека — Русский филологический вестник — Сборник Отделения русского языка и словесности Имп. Академии паук
Список сокращений 13 Сводный каталог — Сводный каталог славянорусских рукописных книг, хранящихся в СССР. XI-XIII вв. М., 1984. СККДР Словарь 1862 — Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л.,СПб. — Словарь исторический о святых, прославленных в российской церк- ви и о некоторых подвижниках благочестия местно чтимых. СПб., 1862. ТОДРЛ — Труды Отдела древнерусской литературы (Пушкинского Дома) Ака- демии наук СССР (Российской Академии наук). Л., СПб. УЗ УЗ лгпи — Ученые записки — Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института им. А.И.Герцена УЗ ЛГУ У1Ж ЧОИДР SSS RM — Ученые записки Ленинградского государственного университета — Украшський Историчний журнал (Кшв) — Чтения в Обществе истории и древностей российских — Slownik starozytnosci slowianskich — Russia Mediaevalis. МьпсЬеп Отдельные статьи и монографии, цитируемые более двух раз Абрамович 1902 — Абрамович Д.И. Исследование о Киево-Печерском патерике как исто- рико-литературном памятнике. СПб., 1902. Абрамович 1916 — Жития св. мучеников Бориса и Глеба и службы им. Приготовил к печати Д.И.Абрамович. (Памятники древнерусской литературы. Вып. 2. Пг., 1916.) Абрамович 1931 — Абрамович Д.1. Киево-Печерський патерик. Кшв, 1931. Авдусин, Мельникова 1985 — Авдусин ДА., Мельникова Е.А. Смоленские грамоты на бере- сте (из раскопок 1952-1968 гг.) //Древнейшие государства на территории СССР. Матери- алы и исследования. 1984 г. М., 1985. Азбукин — Азбукин П. Очерк литературной борьбы представителей христианства с ос- татками язычества в русском народе (XI-XIV вв.). // Русский филологический вестник. Варшава, 1896. № 2. Алексеева 1976 — Алексеева ТА. «Слова» Кирилла Туровского как источник для истори- ческой лексикологии // Источники по истории русского языка. М., 1976. Алешковский 1971 — Алешковский М.Х. Повесть временных лет. Судьба литературного произведения в Древней Руси. М., 1971. Ангелов 1958 — Ангелов Б.С. Из старата българска, руска и сръбска литература . Кн. I. София, 1958. Ангелов 1967 — Ангелов Б.С. Из старата българска, руска и сръбска литература. Кн. II. София, 1967. Ангелов 1977 — Ангелов Б.С. Похвала царю Симеону // Изборник Святослава 1073 г. Сборник статей. М., 1977. Ангелов 1979 — Ангелов Б.С. За три съчинения в Симеоновите сборници // Старобългар- ската литература. 1979. Кн. 5. Аничков 1914 — Аничков Е.В. Язычество и Древняя Русь. СПб., 1914. Арциховский 1957 — Арциховский А.В. Берестяные грамоты мальчика Онфима // С А. 1957, №3. Арциховский 1959 — Арциховский А.В. О новгородской хронологии // С А. 1959. № 4. Барац 1906 — Барац Г.М. Повести и рассказы древнерусской письменности, имеющие отношение к евреям и еврейству // Киевская старина. Т. XCIL 1906. Март—апрель. Барсуков 1882 — Барсуков Н.П. Источники русской агиографии. СПб., 1882. Бегунов 1965 — Бегунов Ю.К. Памятник русской литературы XIII в. «Слово о погибели Русской земли». М.; Л., 1965. Бегунов 1974 — Бегунов Ю.К. К стилистике торжественного красноречия: Кирилл Туров- ский и Григорий Цамблак // Търповска книжовна школа. София, 1974. Белоброва 1974 — Белоброва О.А. «Книга Паломник» Антония Новгородского (к изуче- нию текста) // ТОДРЛ. 1974. Т. 29.
14 Письменные памятники истории Древней Руси Белоброва 1977 — Белоброва О.А. О «Книге Паломник» Антония Новгородского // Ви- зантийские очерки. М., 1977. Бенешевич 1917 — Бенешевич В.Н. «Заповеди св. отец» домонгольского периода// ИОРЯС. 1917. Т. 21. Кн. 1. Бережков М. 1900 — Бережков М.Н. Еще несколько слов о Летописце Переяславля Суз- дальского // Сб. Ист.-филолог. об-ва при Институте кн. Безбородко в Нежине. Нежин, 1900. Т. 3. Отд. 3. С. 59-86. Бережков 1963 — Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963. Борковский 1963 — Борковский В.И. Лингвистические данные новгородских грамот на бересте (из раскопок 1956-1957 гг.) // НГБ 1856-1957. Бубнов 1973 — Бубнов Н.Ю. Славяно-русские Прологи // Методическое пособие по опи- санию славяно-русских рукописей для Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР. М., 1973. Вып. 1. Буганов 1975 — Буганов В.И. Отечественная историография русского летописания. Об- зор советской литературы. М., 1975. Бугославский 1914 — Бугославский С.А. К вопросу о характере и объеме литературной деятельности преп. Нестора // ИОРЯС. 1914. Т. 19. Кн. 1. Бугославский 1925 — Бугославский С.А. К литературной истории Памяти и похвалы кня- зю Владимиру // ИОРЯС. 1924. Т. 29. Л., 1925. Бугославский 1941 — Бугославский С. «Повесть временных лет». (Списки, редакции, пер- воначальный текст) // Старинная русская повесть: Статьи и исследования / Под ред. Н.К.Гудзия. М.; Л., 1941. Буров 1988 — Буров В.А. О родословии новгородских бояр Мишиничей-Онцифоровичей (по материалам Нерсвского раскопа 1951-1962 гг). // Древности славян и Руси. М., 1988. Буслаев 1858 — Буслаев Ф. Православный собеседник, издаваемый при Казанской духов- ной академии. 1858 год. // Летописи русской литературы и древности, издаваемые Н.Ти- хонравовым. М., 1859. Ч. 1. Отд. III. Буслаев 1861 — Буслаев Ф.И. Историческая хрестоматия церковнославянского и древне- русского языков. М., 1861. Вальденберг 1916 — Вальденберг В.Е. Древнерусские учения о пределах царской власти. Пг., 1916. Васильев 1893 — Васильев В. История канонизации святых Русской церкви. М., 1893. Виноградов 1915 — Виноградов В.П. О характере проповеднического творчества Кирилла епископа Туровского. // В память столетия (1814-1914) имп. Московской духовной акаде- мии. Сборник статей. II. Сергиев Посад, 1915. Виноградов Чтения — Виноградов В.П. Уставные чтения. III. // Очерки истории греко- славянской церковпо-учитслыюй литературы. Сергиев Посад, 1915. Воронин 1965 — Воронин Н.Н. Из истории русско-византийской церковной борьбы XII в. // ВВ. 1965. Т. 26. Воронин 1972 — Воронин Н.Н. Следы раннего смоленского летописания // Новое в архе- ологии. М., 1972. Востоков 1841 — Востоков А.Х. Описание русских и словенских рукописей Румянцевс- кого музеума. СПб., 1841. Высоцкий 1988 — Высоцкий С.А. Об азбуках, открытых в Киеве и Новгороде // Древности славян и Руси. М., 1988. Гальковский 1 и 2 — Галъковский Н Борьба христианства остатками язычества в Древней Руси. Т. I. Харьков, 1916. Т. II. М., 1913. Генсьорський 1958 — Генсьорський A.I. Галицько-Вол иньский лПопис. Кшв, 1958. Голубинский 1901 — Голубинский Е.Е. История русской церкви. Т.1, пол. 1. М., 1901. Голубинский 1903 — Голубинский Е.Е. История канонизации святых в Русской церкви. М., 1903. Горский 1843 — Горский А.В. Кирил II митрополит Киевский и всея России // Прибавле- ния к изданию творений св. отцов. Ч. 1. М., 1843. Гранстрем 1980 — Гранстрем Е.Э. Иоанн Златоуст в древней русской и южнославянской письменности (XI-XV вв.) // ТОДРЛ. Т. 35. Л., 1980. Громов, Козлов — Громов М.Н., Козлов Н.С. Русская философская мысль X-XVII вв. М., 1990.
Список сокращений 15 Дмитриев 1973 — Дмитриев Л.А. Житийные повести русского севера как памятники литературы XIII-XVII вв. Эволюция жанра легендарно-биографических сказаний. Л., 1973. Еремин 1925 — Еремин И.П. Притча о слепце и хромце в древнерусской письменности // ИОРЯС, 1925. Т. 30. Л., 1925. Еремин 1955 — Еремин И.П. Литературное наследие Кирилла Туровского // ТОДРЛ. Т. XI, М.; Л., 1955. Еремин 1956 - То же // ТОДРЛ. Т. XII. М.; Л., 1956. Еремин 1957 - То же // ТОДРЛ. Т. XIII. М.; Л., 1957.. Еремин 1962 — Еремин И.П. Ораторское искусство Кирилла Туровского // ТОДРЛ. Т. XVIII. М.; Л., 1962. Еремин 1966 — Еремин И.П. Литература Древней Руси. Этюды и характеристики. М.; Л., 1966. Еремин 1968 — Еремин И.П. Лекции по древней русской литературе. Л., 1968. Жуковская 1959 — Жуковская Л.П. Новгородские берестяные грамоты. М., 1959. Зализняк 1986 - НГБ. 1977-1983. М., 1986. Зализняк 1987 — Зализняк А.А. Текстовая структура древпеновгородских писем па берес- те // Исследования по структуре текста. М., 1987. Зализняк 1993— НГБ. 1984-1989 (Комментарии). М.,1993. Зализняк 1995 — Зализняк А.А. Древненовгородский диалект. М., 1995. Замалеев 1987 — Замалеев А.Ф. Философская мысль в средневековой Руси. Л., 1987. Зееманн 1993— Зееманн КД. Приемы аллегорической экзегезы в литературе Древней Руси // ТОДРЛ. Т. XLVIII. СПб., 1993. Зимин 1963— Зимин А.А. Память и похвала Иакова мниха и Житие князя Владимира по древнейшему списку // Краткие сообщения Института славяноведения, 1963. № 37. Истрин 1921 — Истрин В.М. Замечания о начале русского летописания. По поводу ис- следований А.А.Шахматова в области древнерусской летописи // ИОРЯС за 1921 г. Т. 23. 1923. Истрин 1922 — Истрин В.М. Замечания о начале русского летописания. По поводу иссле- дований А.А.Шахматова в области древнерусской летописи // ИОРЯС за 1922 г. Т. 24. 1924. Казачкова 1957 — Казачкова Д.А. Към въпроса за богомилската ерес в Древния Русия през XI в. // Исторически преглед. София, 1957. Т. 13. № 4. Казачкова 1958 — Казачкова ДА. Зарождение и развитие антицерковной идеологии в Древней Руси XI в. // Вопросы истории религии и атеизма. Т. 5. М., 1958. Калайдович 1821 — Памятники российской словесности XII в. М., 1821. Калачов 1850 — Калачов НВ. О значении Кормчей в системе древнего русского права. М., 1850. Калачов 1855 — Калачов Н.В. Архив историко-юридических сведений, относящихся до России. Кн. II, пол. 1. М., 1855. Карамзин — Карамзин Н.М. История государства Российского. Кн. 1. Т. II. Кафенгауз I960 — Кафенгауз Б.Б. Заметки о новгородских берестяных грамотах // История СССР. 1960. № 1. Клевченя 1988 — Клевченя А.С. Социально-политические идеи в творчестве Кирилла Туров- ского // Отечественная общественная мысль эпохи средневековья. Киев, 1988. Клибанов 1960 — Клибанов А.И. Реформационное движение в России в XIV — первой половине XVI в. М., 1960. Клосс 1980 — Клосс Б.М. Никоновский свод и русские летописи XVI-XVII вв. М., 1980. Клосс, Лурье 1976 — Клосс Б.М., Лурье Я.С. Русские летописи XI-XV вв. // Методичес- кие рекомендации по описанию славяно-русских рукописей для Сводного каталога рукопи- сей, хранящихся в СССР. М., 1976. Вып. 2. Ч. 1. Ключевский 1871 — Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический ис- точник. М., 1871. Колесов 1981 — Колесов В.В. К характеристике поэтического стиля Кирилла Туровского // ТОДРЛ. Т. XXXVI. Л., 1981. Колесов 1993 — Колесов В.В. Древнерусский святой // ТОДРЛ. Т. XLVIII. СПб., 1993. Колчин, Хорошев, Янин — Колчин Б.А., Хорошев А.С., Янин В.Л. Усадьба новгородского художника XII в. М., 1981. Кондакова 1987 — Кондакова И.А. Принципы изображения нравственного идеала в лите- ратуре Древней Руси XI — первой половины XII в. АКД. М., 1987.
16 Письменные памятники истории Древней Руси Коновалов 1967 — Коновалов А.А. Географические названия в берестяных грамотах // С А. 1967. № 1. Куза, Медынцева 1974 — Куза А.В., Медынцева А.А. Заметки о берестяных грамотах // Нумизматика и эпиграфика. Т. XI. М., 1974. Кузьмин 1977 — Кузьмин А.Г. Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977. Кучкин 1969 — Кучкин ВЛ. Особая редакция «Наказания» Симеона Тверского // Изучение русского языка и источниковедение. М., 1969. Кучкин 1974 — Кучкин В.А. Повести о Михаиле Тверском. М., 1974. Лавров 1911 — Лавров П.А. Жития херсонских святых в греко-славянской письменности. М., 1911 (Памятники христианского Херсонеса. Вып. II). С. 149. Лавров 1930 — Лавров П.А. Материалы по истории возникновения древнейшей славян- ской письменности. Л., 1930 (Труды славянской комиссии АН СССР. Т. 1. С. 36-37; реп- ринт: The Hague, Paris, 1966). Леонид 1881 — Леонид, архим. Житие и чудеса св. Николая Мирликийского и похвала ему. Исследование двух памятников древней русскрй письменности XI в. // ПДПИ. Т. 34. СПб., 1881. Леонид 1888 — Леонид, архим. Посмертные чудеса св. Николая архиепископа Мирликий- ского чудотворца. Памятник древней русской письменности XI в. Труд Ефрема, епископа переяславского // ПДПИ. Т. 72. СПб., 1888. Лимонов 1967 — Лимонов Ю.А. Летописание Владимиро-Суздальской Руси. Л., 1967. Лихачев 1947/1 — Лихачев Д.С. Галицкая литературная традиция в Житии Александра Невского // ТОДРЛ. Т. V. М.; Л., 1947 Лихачев 1947/2 — Лихачев Д.С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. М.; Л., 1947. Лихачев 1948 — Лихачев Д.С. «Софийский временник» и новгородский политический переворот 1136 г. // ИЗ. 1958. Т. 25 Лихачев 1957 — Лихачев Д.С. [Рец. на : НГБ 1952 // СА. 1957. XXVII]. Лихачев 1967 — Лихачев Д.С. Поэтика древнерусской литературы. Л., 1967. Лихачев 1979 — Лихачев Д.С. Великое наследие. Классические произведения литературы древней Руси. 2-е изд. М., 1979. Лихачев 1987 — Лихачев Д.С. Избранные работы: В 3-х т. Т. 1. Л., 1987. Лихачева 1969 — Лихачева О.П. К изучению «Слова о твари и о дни рекомом неделя» // ТОДРЛ. Т. XXIV. М., 1969. Лопарев 1899 — Книга Паломник. Сказание мест святых во Царьграде Антония архи- епископа Новгородского в 1200 г. / Под ред. Х.М.Лопарева // ППС, 1899. Вып. 51. Т. 17. № 3. С.1-39; 71-94. Лурье 1989 - Лурье Я.С. // ПСРЛ. Т. 38. Л., 1989. С. 3-8. Макарий 1849 — Макарий (Булгаков). Три памятника русской духовной литературы // Христианское чтение. 1849. Ч. II. Макарий ИРЦ — Макарий (Булгаков). История русской церкви. Кн. II. М., 1995. Мансикка 1913 — Мансикка В. Житие Александра Невского. Разбор редакций и тексты// ПДП. Т. 180. СПб., 1913. Матьесен 1971 — Матьесен Р. Замечания о произведениях Владимира Мономаха // ТОДРЛ. Т. XXVI. М., 1971. Медынцева 1985 — Медынцева А А. Грамотность женщин на Руси Х-ХШ вв. // «Слово о полку Игореве» и его время. М., 1985. Мещерский 1962 — Мещерский Н.А. К изучению языка и стиля новгородских берестяных грамот // Ученые записки Карельского пединститута. Т. 12. 1961. Петрозаводск, 1962. Назаренко 1995 — Назаренко А.В. Комментарии. Архиереи Русской православной церкви (кон. X — сер. XIII в.) // Макарий (Булгаков) История русской церкви. Кн. II. М., 1995. Насонов 1969 — Насонов А.Н История русского летописания XI — начала XVIII в. М., 1969. Николова 1988/1 — Николова С. Кирил Туровски и южнославянската книжнина // Palaeobulgarica. 1988. XII (2). Николова 1988/2 — То же. XII (3). Никольский 1892 — Никольский Н.К. О литературных трудах митрополита Климента Смолятича, писателя XII в. СПб., 1892.
Список сокращений 17 Никольский 1906 — Никольский Н.К. Материалы для повременного списка русских писа- телей и их сочинений (X-XI вв.) // ОРЯС. СПб., 1906. Никольский 1907 — Никольский Н.К. Материалы для истории древнерусской духовной письменности. (Сборник ОРЯС. Т. 82. № 4) СПб., 1907. Никольский 1930 — Никольский Н.К. Повесть временных лет как источник для истории начального периода русской письменности и культуры. К вопросу о древнейшем русском летописании. Л., 1930. Орлов 1926 — Орлов Л.С. К вопросу об Ипатьевской летописи // ИОРЯС. 1926. Т. 31. С. 93-126. Орлов 1946 — Орлов А.С. Владимир Мономах. М.; Л., 1946. Орлов 1947 — Орлов А.С. О галицко-волыпеком летописании // ТОДРЛ. 1947. Т. 5. Орловский 1909 — Орловский И.И. Борисоглебский монастырь в Смоленске на Смядыни и раскопки его развалин // Смоленская старина. Вып. 1. Ч. 1. Смоленск, 1909. Павлов 1878 — Павлов Л.С. Критические опыты по истории древнейшей греко-русской полемики против латинян. СПб., 1878. Павлов 1890 — Павлов А.С. Неизданный памятник русского церковного права XII в. // ЖМНП. 1890. Ч. 271. О. Павлов 1908 — Памятники древнерусского канонического права XI-XV вв. Издание под- готовил А.С.Павлов // Русская историческая библиотека. Т. VI. 2-е изд. СПб., 1908. Пашуто 1950 — Пашуто В.Т. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. М., 1950. Пашуто 1968 — Пашуто В.Т. Внешняя политика Древней Руси. М., 1968. Петухов 1888 — Петухов Е.В. Ссрапиоп Владимирский, русский проповедник XIII в. СПб., 1888. Подскальски 1996 — Подскальски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988 — 1237 гг.). Издание второе, исправленное и дополненное для русского перевода. Перев. А.В. Назаренко. Под ред. К.К. Акентьева. СПб., 1996. Пономарев — Памятники древнерусской церковно-учительной литературы / Подг. к из- данию А.И.Пономарев. Вып. 1-3. СПб., 1894-1897. Понырко 1992 — Эпистолярное наследие Древней Руси. XI—XIII вв. / Подг. к изданию Н.В.Понырко. СПб., 1992. Попов 1875 — Попов А.Н. Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений против латинян (XI-XV вв.). М., 1875. Поппе 1977 — Поппе А. Сообщение русского паломника о церковной организации Кипра в начале XII в. // yEpeihriV tou kentron yEpitimonikwn yEeunwn. VIII. Leukwdia. 1975-1977. S. 53-72. Поппе 1989 — Поппе А. Митрополиты киевские и всея Руси (988-1305) // Щапов Я.Н. Государство и церковь Древней Руси Х-ХШ вв. М., 1989. Приселков 1913 — Приселков МД. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси Х-ХП вв. СПб., 1913. Приселков 1939 — Приселков МД. Лаврентьевская летопись (история текста) // Учен. зап. ЛГУ, 1939. № 12. Приселков 1940 — История русского летописания XI-XV вв. Л., 1940. Прокофьев 1970 — Прокофьев Н.И. Русские хождения XII-XV вв. // Ученые записки МГПИ им. В.И.Ленина. № 363. М., 1970. Пустарнаков 1984 — Пустарнаков В.Ф. Проблема познания в философской мысли Ки- евской Руси. М., 1984. Пустарнаков 1987 — Пустарнаков В.Ф. Философские идеи в религиозной форме обще- ственного сознания Киевской Руси // Введение христианства на Руси. М., 1987. Розенкампф 1829, 1839 — Розенкампф Г.А. Обозрение Кормчей книги в историческом виде. СПб., 1829. 2-е изд. СПб., 1839. Романов 1947 — Романов БА. Люди и нравы Древней Руси. М.; Л., 1947. 2-е изд. М.; Л., 1966. Рыбаков 1959 — Рыбаков БА. К вопросу о методике определения хронологии новгород- ских древностей // СА. 1959. № 4. Рыбаков 1961 — Рыбаков Б.А. Что нового вносит в науку статья А.В.Арциховского «О новгородской хронологии» // СА. 1961. № 3. Рыбаков 1963 — Рыбаков Б.А. Древняя Русь. Сказания. Былины. Летописи. М., 1963. Рыбаков 1972 — Рыбаков БА. Русские летописцы и автор «Слова о полку Игореве». М., 1972.
18 Письменные памятники истории Древней Руси Рыбаков 1981 — Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М., 1981. Рыбаков 1987 — Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М., 1987. Рыбина 1989 — Рыбина Е.А. Сведения о торговле в берестяных грамотах // История и культура древнерусского города. М., 1989. Седова 1981 — Седова М.В. Ювелирные изделия древнего Новгорода (X-XV вв). М., 1981. Семенченко 1989 — Семенченко Г.В. Древнейшие редакции жития Леонтия Ростовского / /ТОДРЛ. Т. 42. Л., 1989. Сергий 1875 — Сергий. Полный месяцеслов Востока. Т. 1: Русская агиология. М., 1875. Серебрянский 1915 — Серебрянский Н.И. Древнерусские княжеские жития. М., 1915. Смирнов 1912 — Смирнов С.И. Материалы для истории древнерусской покаянной дис- циплины // ЧОИДР. 1912. Кн. 3. Смирнов 1913 — Смирнов С.И. Древнерусский духовник. Исследования по истории цер- ковного быта. М., 1913. Соболева 1975 — Соболева Л.С. Паремийпые чтения Борису и Глебу // Вопросы истории книжной культуры: Сб. научных трудов. Вып. 19. Новосибирск, 1975. Соболева 1981 — Соболева Л.С. Исторические паремии Борису и Глебу — малоизученный памятник Киевской Руси. Авторсф. канд. дис. Л., 1981. Соболевский 1890 — Соболевский А.И. «Память и похвала» св. Владимиру и «Сказание» о св. Борисе и Глебе (По поводу статьи г. Левитского) // Христианское чтение. СПб., 1890. Ч. 1. № 5-6. Соболевский 1901 — Соболевский А.И. Чудо св. Климента папы римского. Древнерусское «слово» домонгольского периода // ИОРЯС. 1901. Т. VI. Кн. 1. СПб., 1901. Соболевский 1906 — Соболевский А.И. Заметки о русской литературе старшего периода / / ЖМНП. 1906. Новая серия. Ч. III. Сперанский I960 — Сперанский М.Н. К истории взаимоотношений русской и югославян- ских литертур (русские памятники письменности на юге славянства) // Сперанский М.Н. Из истории русско-южнославянских литературных связей. М., 1960. Срезневский 1863 — Срезневский И.И. Древние памятники русского письма и языка (X- XIV вв.) СПб., 1863. Срезневский 1874 — Срезневский И.И. Сведения и заметки о малоизвестных и неизвест- ных памятниках. Т. 1-3. СПб., 1874-1879. Срезневский 1882 — Срезневский И.И. Древние памятники русского письма и языка (X- XIV вв.). СПб., 1882. Срезневский. Словарь — Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка. СПБ., 1893. Т. 1-3. Сумникова 1973 — Сумникова Т.А. «Повесть о великом князе Ростиславе Мстиславиче Смоленском и о церкви» в кругу других смоленских источников XII в. //Восточнославян- ские языки. Источники их изучения. М., 1973. Сухомлинов 1858 — Сухомлинов М.И. Рукописи графа А.С.Уварова. Т. II. СПб., 1858. Сухомлинов 1908— Сухомлинов М.И. О сочинениях Кирилла Туровского// Сборник ОРЯС. Т. 85. СПб., 1908. Творения — Творения св. отца нашего Кирилла, епископа Туровского. Киев, 1880. Творогов 1975 — Творогов О.В. Древнерусские хронографы. Л., 1075. Тихомиров 1951 — Тихомиров М.Н. Грамоты и надписи // НГБ. 1951. Тихонравов — Тихонравов Н.С. Летописи русской литературы и древностей. Т. 1-4. М., 1862. Троцкий 1933 — Троцкий И.М. Опыт анализа первой Новгородской летописи // Известия АН СССР. Серия VII. Отделение общественных наук. № 5. Л., 1933. Ужанков 1992 — Ужанков А.И К вопросу о времени написания «Сказания» и «Чтения» о Борисе и Глебе // Герменевтика древнерусской литературы XI-XIV вв. Сб. 5. М., 1992. Филарет 1859, 1884 — Филарет (Гумилевский). Обзор русской духовной литературы. Ч. 1. 862-1720. Харьков, 1859. Изд. III, 862-1863. СПб., 1884. Флоря 1981 — Флоря Б.Н. Сказания о начале славянской письменности. М., 1981 Флоря 1985 — Флоря Б.Н. Сказание о преложении книг на славянский язык (Источники, время и место написания) // Byzantines slavica. / Praha, 1985. Т. XLVI, facs. I. Флоря 1989 — Флоря Б.Н. К генезису легенды о «дарах Мономаха» // Древнейшие госу- дарства на территории СССР. 1987. М., 1989. Франко 1906 — Франко И. Статьи по славяноведению. Вып. II. СПб., 1906.
Список сокращений 19 Черепнин 1948 — «Повесть временных лет», се редакции и предшествующие ей летопис- ные своды // ИЗ. 1948. Т. 25. Черепнин 1969 — Черепнин Л.В. Новгородские берестяные грамоты как исторический ис- точник. М., 1969. Чернецов 1981 — Чернецов А.В. К изучению Радзивилловской летописи // ТОДРЛ. 1981. Т. 36. С. 274-288. Черторицкая 1980 — Черторицкая Т.В. О начальных этапах формирования древнерус- ских литературных сборников Златоуст и Торжественник (триодного цикла) // Источнико- ведение литературы Древпей Руси. Л., 1980. Черторицкая 1984 — Черторицкая Т.В. Стилистическая симметрия и архитектоника тор- жественных слов Кирилла Туровского // Вопросы сюжета и композиции. Горький, 1984. Чичуров 1990 — Чичуров И.С. Политическая идеология средневековья. Византия и Русь. М., 1990. Шахматов 1897/1 — Шахматов А.А. Древнейшие редакции Повести временных лет// ЖМНП. 1897. О. Отд. 2. Шахматов 1897/2 — Шахматов А А. О начальном Киевском летописном своде // ЧОИДР. 1897. Кн. 3. Отд. 3. Шахматов 1900/1 — Шахматов А А. Начальный киевский летописный свод и его источ- ники // Юбилейный сборник в честь Всеволода Федоровича Миллера, изданный его учени- ками и почитателями М., 1900. Шахматов 1900/2— Шахматов А А. Общерусские летописные своды XIV и XV веков // ЖМНП. 1900. № И. С. 153-157. Шахматов 1902 — Шахматов А.А. Исследование о Радзивилловской или Кенигсбергс- кой летописи // Радзивилловская или Кенигсбергская летопись. Издание Общества люби- телей древнерусской письменности. СПб., 1902. Шахматов 1908 — Шахматов А.А. Разыскания о древнейших русских летописных сво- дах. СПб., 1908. Шахматов 1909 — Шахматов А.А. Предисловие к Начальному киевскому своду и Несто- рова летопись // ИОРЯС. 1909. Т. 13. Кн. 1. Шахматов 1916 — Шахматов А.А. Повесть временных лет. Т.1. Вводная часть. Текст. Примечания. ( Л ЗАК. Вып. XX) Пг., 1916. Шахматов 1938 — Шахматов А.А. Обозрение русских летописных сводов XIV—XVI вв. М.; Л., 1938. Шахматов 1940 — Шахматов А.А. Повесть временных лет и ее источники // ТОДРЛ. Т. 4. М.; Л., 1940. Шахматов 1947 — Киевский начальный свод 1095 г. // А.А.Шахматов. 1864-1920. Сбор- ник статей и материалов под редакцией акад. С.П.Обнорского. М.; Л., 1947. Шевырев 1858 — Шевырев С.П. История русской литературы. Ч. III. М., 1858. Щапов 1962 — Щапов Я.Н. К истории текста Новгородской Синодальной кормчей // Историко-археологический сборник. М., 1962. С. 295-301. Щапов 1972/1 — Щапов Я.Н. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси XI-XIV вв. М., 1972. Щапов 1972/2 — Щапов Я.Н. Освящение смоленской церкви Богородицы в 1150 г. // Новое в археологии. М., 1972. Щапов 1974 — Щапов Я.Н. Похвала князю Ростиславу Мстиславичу как памятник лите- ратуры Смоленска XII в. // ТОДРЛ. Т. 28. Л., 1974. Щапов 1976 — Восточнославянские и южнославянские рукописные книги в собраниях Польской Народной Республики / Издание подготовил Я.Н.Щапов. Ч. 1-2. М., 1976. Щапов 1976/2 — Щапов Я.Н. Византийские хронографические сочинения в древнесла- вянской кормчей Ефремовской редакции // Летописи и хроники. 1976. М., 1976. Щапов 1978 — Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в XI-XIII вв. М., 1978. Щапов 1989 — Щапов Я.Н. Государство и церковь Древней Руси Х-ХШ вв. М., 1989. Янин 1970 — Янин В.Л. Актовые печати Древней Руси X-XV вв. Т. 1-2. М., 1970. Янин 1975 — Янин ВЛ. Я послал тебе бересту... М., 1975. Янин 1981 — Янин ВЛ. Новгородская феодальная вотчина. М., 1981. Янин, Зализняк 2000 - НГБ (1990-1996). Т. X. М., 2000.
20 Письменные памятники истории Древней Руси Янин Поправки — НГБ. 1977-1983. Янин, Рыбина 1983 — Янин В.Л., Рыбина Е.А. Открытие древнего Новгорода // Путеше- ствие в древность. М., 1983. Яцимирский 1906 — Яцимирский А.И. Из истории славянской письменности в Молдавии и Валахии XV-XVII вв. / Памятники древней письменности. № CLXII. СПб., 1906. Beck 1977 — Beck H.G. Kirche und thcologische Literatur im Byzantinischcn Reich. Munchen, 1977. Franklin 1991 — Sermons and Rhetoric of Kievan Rus’. Translated and with an Introduction by Simon Franklin. Harvard, 1991. Gotz 1916 — GotzK.L. Deutsch-russische Handclsvertrage des Mittelalters. Hamburg, 1916. Goldblatt 1986 — Goldblatt H. On «rus’skyni pismeny» in the Vita Constantini and Russian Religious Patriotism. // Studia slavica mediaevalia ct humanistica, Riccardo Piccho dcdicata. Roma, 1986. Vol. I. Grumel 1936 — Grumel V. Les regestes des actes du Patriarcat de Constantinople. Fasc. 2. 1936. Hurwitz 1980 — Hurwitz E.S. Prince Andrej Bogoljubskij: the Man and the Myth. Firenze, 1980. Kuraszkiewicz 1955 — Kuraszkiewicz W. Uwagi paleograficzne i j^zykowe na marginesie wydania gramot nowogrodzkich pisanych na brzozowej korze // Kwartalnik Instytutu polsko-radzieckiego. Warszawa, 1955. N 4. LowmiansKi 1979 — LowmiansKi H. Religia Slowian i jej upadek. Warszawa, 1979. Mansikka 1922 — Mansikka VJ. Die Religion der Ostslaven. Bd. 1. Helsinki, 1922. Melin 1966— Melin E. Einige Birkenrinde — Gramoty aus Novgorod. Lund 1966 (Acta universitatis, sectio 16. N 3). Miiller 1967 — Muller L. Die «dritte Redaktion» der sogenannten Nestorchronik // Festschrift fur M.Wolthcr zum 70. Geburtstag. Heidelberg, 1967. S. 171-186. Podskalsky 1982 — Podskalski G. Christentum und Thcologische Literatur in der Kiever Rus’ (988-1237). Munchen, 1982. Podskalsky 1984/85 — Podskalsky G. Symbolische Theologie in der dritten Mdnchsrede Kirils von Turov // Cyrillomethodianum, 8/9,1984/85, S. 49-57. Podskalsky Grundziige — Podskalsky G.Grundziige der altrussischen Theologie (988-1237). Schwerpunkte und Probleme der theologischen Literatur in der Kiever Rus’ // Orientalia Christiana Periodica. Roma, 1988, S. 310-329 Podskalsky 1988— Podskalsky G. L’eveque Cyrill de Turov (II moitie du Xlle siecle). Le theologien le plus important de la Rus’ de Kiev // Irenikion. Revue des moines de Chevetogne. 1988, n. 4, P. 508-522. Podskalsky 1993 — Podskalsky G. Bischof Kirill v.Turov (z.Halfte des 12 Jhs.) der bedeutendste Theolog der Kiever Rus’ (988-1244). Tausend Jahre Taufe Russlands: Russland in Europa (oekumenisch Symposion in Halle, 13-16 April 1988). Leipzig, 1993. Poppe 1965 — Poppe A. Chronologia utworow Nestora Hagiografa // Slavia orientalis, 1965, roez. 14. N 3. Poppe 1968 — Poppe A. Pahstwo i Kosciot na Rusi w XI wieku. Warszawa, 1968. Rose 1952 — Rose K. Predigt der russisch-orthodoxen Kirche. Berlin, 1952. Schneider 1986 — Die moralisch-belehrcnden Artikel im altrussischen Sammelband Merilo Pravednoe / Herausgeg. von R.Schneider. Freiburg in Br., 1986. Smith 1954 — Smith R. Some recent Discoveries in Novgorod // Past and Present. London, 1954. N 5. Stavrou, Weisensel 1986 — Stavrou Th.G., Weisensel P.R. Russian Travelers to the Christian East from the Twelfth to the Twentieth Century. Columbus, Oh. 1986. Thomson 1983 — Thomson FJ. Quotations of patristic and byzantine works by early Russian authors as indications of the cultural level of Kievan Russia // Slavica Gandensia. 1983. N 10. Tschizewskij — Tschizewskij D. Neue Lesefruchte. Die Erzalung vom Blinden und Lahmen // Zcitschrift fur slavische Philologie. 24. 1955. Vodoff 1988 — VodoffV. Naissance de la Chretiente Russe. Paris, 1988.
Памятники историографии 21 I ПАМЯТНИКИ ИСТОРИОГРАФИИ 1.1. ЛЕТОПИСИ И СВОДЫ 1. Повесть временных лет «Се повести времяньных л^т, откуду есть пошла Руская земля, кто въ Киев^Ь нача первое княжити и откуду Руская земля стала есть» (заголовок по Лавренть- евскому СП.). Нач: «Се начнем повесть сию. По потопа первые сыпове Ноеви разд^лиша зем- лю». Памятник древнерусской историографии нач. XII в., реконструируемый на осно- вании Лаврентьевской (и сходных с нею) и Ипатьевской (см.) летописей. Открыва- ется обширным историко-географическим введением, повествующим о расселении потомков легендарного Ноя, о месте славян среди других народов мира, о террито- рии и обычаях восточнославянских племен. Переходя к собственно русской исто- рии, составитель рассказывает об основании Киева, о так называемом призвании варяжских князей, о русско-византийских отношениях IX-X вв., причем приводят- ся и сами тексты договоров Руси с Византией (см.). Повествование о первых киевс- ких князьях написано на основании существовавших летописных записей, архивных документов, разнообразных народных преданий. Принятие Русью христианства обо- сновывается преимуществами православного христианского вероучения («Речь философа»), красотой богослужения (статья об «испытании» вер) и «величием» христианского Бога, творящего чудеса и помогающего истинно верующим («Кор- сунская легенда» о крещении Владимира). История убиения в 1015 г. сыновей Вла- димира — Бориса и Глеба — рассказана в значительной части на основании литера- турного памятника — «Сказания о Борисе и Глебе» (см.), созданного в первоначаль- ной редакции в 70-х годах XI в. Княжение Ярослава Мудрого и его потомков рисуется на широком внешнеполи- тическом фоне, с привлечением разнообразных источников. Тексты в основном по- священы междукняжеским отношениям, переменам на киевском столе, борьбе с ко- чевниками, внешним сношениям. Необычайно большое место занимает история Киево-Печерского монастыря, прославление его основателей и подвижников. Изложение в Лаврентьевской летописи и сходных с нею доведено до статьи 1110 г., которая обрывается на полуфразе, после чего читается приписка игуме- на Выдубицкого монастыря Сильвестра о написании «книги си л^тописець» в 1116 г. В Ипатьевской летописи статья 1110 г. помещена целиком, но приписки Сильвестра нет; изложение продолжается далее без видимых швов, и только после 1116 г. (а более отчетливо — после 1117 г.) объем статей резко уменьшается, сви- детельствуя о перемене методов ведения летописных записей. По гипотезе А.А.Шахматова (Шахматов 1916, с. XLI), Повесть временных лет в первой редакции составлена в 1112 г. печерским монахом Нестором (текст доведен до статьи 1110 г.), па авторство которого указывают заглавия в Ипатьевском (XV в.) списке — в нем после слова «л±т» добавлено «черноризца Федосьева манастыря Пе-
22 Письменные памятники истории Древней Руси черского», и в Хлебниковском (XVI в.) списке, где добавлено «Нестера черноризца Федосьева манастыря Печерского». Труд Нестора был переработан (или только пе- реписан?) в 1116 г. выдубицким игуменом Сильвестром (2-я редакция, сохранив- шаяся в Лаврентьевской и близких к ней летописях), а затем в 1118 г. лицом, близ- ким к князю Мстиславу Владимировичу (3-я редакция, отразившаяся в Ипатьевс- кой летописи). А.А.Шахматов предположил также, что Повести временных лет предшествовала другая летопись, так называемый Начальный свод, составленный в 1093-1095 гг. игуменом Киево-Печерского монастыря Иоанном. Начальный свод отразился в Новгородской I летописи младшего извода (см.) (текст до 1016 г. и ста- тьи 1053-1074 гг.) и частично в Софийской I и Новгородской IV летописях. В осно- ву Начального свода, по гипотезе А.А.Шахматова, был положен более ранний пе- черский свод Никона 70-х гг. XI в., которому, в свою очередь, предшествовал «Древ- нейший» свод 1039 г., созданный при Киевской митрополии (Шахматов 1908). Не все звенья в цепи построений А.А.Шахматова достаточно обоснованы. Древнейшие этапы русского летописания иначе представляются В.М.Истрину (Истрин 1924, с. 207-251) и Д.С.Лихачеву (Лихачев 1979, с. 46-140). Свод Ни- кона отрицает в своих работах М.Х.Алешковский (Алешковский 1971, с. 121). Наиболее обоснованным следует считать вывод А.А.Шахматова о существова- нии Начального свода (сомнения В.М.Истрина и А.Г.Кузьмина [Кузьмин 1977, с. 90-110] в данном случае неубедительны). Не лишена внутренних противоречий принятая А.А.Шахматовым схема истории текста Повести временных лет. И в Лаврентьевской, и в Ипатьевской летописях под 852 г. имеется расчет лет, доведенный до смерти Святополка Изяславича (1113 г.), поэтому искусственной выглядит гипотеза о составлении первой редакции Повести до 1113 г. Наличие во второй редакции текстов, которые А.А.Шахматов считал ха- рактерными именно для третьей, заставило его допустить вторичное влияние тре- тьей редакции на вторую, что еще более усложнило картину. Попытки преодолеть эти противоречия предпринимались различными исследователями. Плодотворной может считаться гипотеза Л.Мюллера (Muller 1967, S. 171-186), согласно которой вторая редакция Повести временных лет, составленная в 1116 г. Сильвестром, дошла до нас и в составе Ипатьевской, и в составе Лаврентьевской летописей, причем в последней — с утраченным концом. Существование 3-й редак- ции (1118 г.) Л.Мюллер считает вообще недоказанным. Однотипность текстов Лав- рентьевской и Ипатьевской признавал также М.Х.Алешковский (Алешковский 1971, с. 50-52). Нестору же он приписывал редакцию, отразившуюся в Новгородской I летописи. Таким образом, в настоящее время наиболее достоверной выглядит гипотеза о существовании киево-печерского Начального свода конца XI в. и Повести времен- ных лет в единственной редакции 1116 г., созданной игуменом Михайловского Вы- дубицкого монастыря Сильвестром. Все особенности, которые имеет памятник в составе Лаврентьевской или Ипатьевской летописей, возникли в процессе редакти- рования на различных этапах владимиро-суздальского и южнорусского летописа- ния (напр., вставки в Ипатьевской летописи, связанные с княжеским домом Влади- мира Мономаха и Мстислава Владимировича, стилистически согласуются с мане- рой составителя киевского свода 1198 г.). ИЗД.: ПСРЛ, Т. 1. СПб., 1846; 2-е изд.: Л., 1926-1928. Вып. 1-2 (репринт: М., 1961); ПСРЛ, Т. 2. СПб., 1908 (репринт: М., 1962); Повесть временных лет. Ч. 1: Текст и перевод / Подг. текста Д.СЛихачева, пер. Д.СЛихачева и Б.А.Романова; Ч. 2: Приложения / Авт. статьи и комм. Д.С.Лихачев. М.; Л., 1950 («Литературные памятники»); Изд. 2. СПб., 1996. Повесть временных лет / Подг. текста и комм. О.В.Творогова, пер. Д.С.Лихачева // Памятники литературы Древней Руси. XI— I-я пол. XII в. 1978. С. 22-277, 418-451;
Памятники историографии 23 Изд. 2. СПб., 1996. Повесть временных лет / Подг. текста и примеч. О.В.Творогова, пер. Д.С.Лихачева // Повести Древней Руси XI—XII вв. Л., 1983. С. 23-227, 524-548. ПЕРЕВ.: Повесть временных лет. Ч. 1 / Пер. Д.С.Лихачева и Б.А.Ромапова. М.;Л., 1950 («Литературные памятники»); Изд. 2. СПб., 1996. Памятники ли- тературы Древней Руси. XI — первая пол. XII в. / перевод Д.С.Лихачева. М.,1978. С. 22—277; Повить врем’яних лН. Лыопис (за 1патським списком). Перекл. В.В.Яремепка. Кшв, 1990; Се повести временных лет (Лаврентьевская летопись) / Пер. А.Г.Кузьмина. Арзамас, 1993. С. 39-186, 298-307; Chronique dite de Nestor / Trad. par. L.Leger. Paris, 1884; Nestorkroniken oversat. fran fornryskan av A.Norrback. Stockholm, 1919; Die altrussische Nestorchronik / Herasgeg. von R.Trautmann. Leipzig, 1931; The Russian Primary Chronicle / By S.H.Cross, O.P.Sherbowitz-Wetzor. Cambridge, Mass., 1953; Nestoruv letopis rusky. Povest davnych let / Preloz. K.J.Erben. Praha, 1954; Powiesc minionych lat / Przekl. F.Sielickego. Wroclaw, 1968; Il racconto dei tempi passati / Trad, di P. Sbriziolo. Torino, 1980. ИССЛ.: Шахматов 1897/1. C. 209-259; Шахматов 1897/2. C. 1-58; Шахматов 1900. С.1-9; Шахматов 1908; Шахматов 1909. С. 213-270 ; Шахматов 1916; Шахматов 1940. С. 11 — 150; Шахматов 1947. С. 117-160; Истрин 1921. С. 45- 102; Истрин 1922. С.207-251; Никольский 1930; Приселков 1940. С. 16-44; Бу- гославский 1941. С. 7-37; Еремин 1966. С. 42-97; Лихачев 1947/2. С. 35-172; Лихачев 1948. С. 240-265; Лихачев 1979. С. 46-140; Черепнин 1948. С. 293- 333; Филин Ф.П. Лексика русского литературного языка древнекиевской эпо- хи. (По матер, летописей) // Учен. зап. ЛГПИ им. А.И.Герцена. Л., 1949. Т. 80; Рыбаков 1963. С. 215-300; Алешковский М.Х. «Повесть временних л'кт» та II редакцп // Укр. 1ст. журн., 1967. № 3. С. 37-47; Он же. Первая редакция «Пове- сти временных лет» // АЕ за 1967 г. М., 1969. С. 13-40; Он же. К датировке первой редакции Повести временных лет // АЕ за 1968 г. М., 1970. С. 71-72; Алешковский 1971; Milller L. Die «dritte Redaktion» der sogenannten Nestorchronik // Festschrift fur M.Wolther zum 70. Geburtstag. Heidelberg, 1967. S. 171-186; Кузьмин А.Г. Русские летописи как источник по истории Древней Руси. Ря- зань, 1969; Кузьмин 1977; Насонов 1969. С. 12—79; Творогов О.В. «Повесть вре- менных лет» и «Хронограф по великому изложению» // ТОДРЛ, 1974. Т. 28. С. 99-121; Он же. Повесть временных лет и Начальный свод: («Текстологи- ческий комментарий») // ТОДРЛ, 1976. Т. 30. С. 3-26; Он же. Лексический состав «Повести временных лет»: (Словоуказатели и частотный словник). Киев, 1984; Поппэ А.В. К вопросу об ультрамартовском стиле в «Повести вре- менных лет» // История СССР, 1974, № 4. С. 175-178; Буганов 1975. С. 15-20, 49-65, 130-132, 229-247; Громов М.Н. Древнерусская философия истории в Повести временных лет // Актуальные проблемы истории философии наро- дов СССР. М., 1975. Вып. 2. С. 3-13; Творогов О.В. «Повесть временных лет» / / СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 337-343; Се повести временных лет (Лавренть- евская летопись) / Введение А.Г.Кузьмина. Арзамас, 1993. С. 4-38. Б.М.К. 2. Лаврентьевская летопись «Се повести времяньных л^т откуду есть пошла Руска земля...» Нач.: «Се начнем повесть сию. По потопа...» Летопись, переписанная в 1377 г. монахом Лаврентием с помощниками по заказу суздальско-нижегородского великого князя Дмитрия Константиновича и по бла-
24 Письменные памятники истории Древней Руси гословепию епископа Дионисия. Опа начинается с Повести временных лет (см.) в редакции игумена Сильвестра киевского Михайловского монастыря (1116 г.). Текст Лаврентьевской летописи доведен до 6813 г., т.е. (с учетом ультрамартовс- кой датировки) — до 1304 г. Заключительную, важнейшую для характеристики лето- писи часть верно оценил МД.Приселков: преобладание в ней тверских известий и явно протверская трактовка ряда сообщений кон. XIII — нач. XIV в. свидетельствуют о том, что это был великокняжеский свод Михаила Ярославича (тверского князя, за- нявшего великокняжеский владимирский стол в 1305 г.). Лаврентий, следовательно, скопировал в 1377 г. «ветшаную» рукопись великокняжеского свода нач. XIV в. В литературе имеется и другое суждение — о не механическом, а творческом характере работы Лаврентия и его помощников над летописью в 1377 г. Некото- рые исследователи (В.Л.Комарович, Г.М.Прохоров) предполагают, в частности, переработку в составе Лаврентьевской летописи рассказа о Батыевом нашествии. Однако обращение к Троицкой летописи, независимо от Лаврентьевской, пере- дающей их общий источник, не подтверждает этого мнения: Троицкая в расска- зе о событиях 1237-1239 гг. совпадает с Лаврентьевской. Более того, все специ- фические особенности рассказа о Батыевом нашествии в составе Лаврентьевс- кой летописи (идейная направленность, литературные приемы составителя) органично вписываются в историко-культурный фон XIII в. и не могут быть вы- ведены за пределы хронологических рамок этого столетия. Изучение особенностей текста повести о Батыевом нашествии на Русь в составе Лаврентьевской летописи приводит к выводу о создании его в 1282 г. (А.Н.Насонов предполагал составление свода около 1281 г.). Это был великокняжеский свод, со- единивший ростовское и владимирское летописание. Составитель свода 1282 г. вы- ступил против межкняжеской «розни», приносившей страдания населению, прово- дил идею твердого правопорядка при распределении «столов», придерживаясь прин- ципа старейшинства. Принадлежность летописца к духовному сословию накладывает отпечаток на стиль изложения исторических событий, объясняет его интерес к экономическому положению церкви. Свод 1282 г. основывался па более ранних владимирских сводах. Так, сравнение Лаврентьевской летописи с Радзивилловской и Летописцем Переяславля Суздаль- ского показывает, что сходный текст этих летописей продолжается до 1205 г. (6714 г. в ультрамартовской датировке). Вслед за окончанием общего источника в Лаврен- тьевской повторена дата 6714 г., но уже в мартовском обозначении, и далее следует текст, существенно отличающийся от Летописца Переяславля Суздальского; Рад- зивилловская же вообще обрывается на статье 1205 г. Можно поэтому полагать, что с 1205-м г. связан этап в истории владимирского летописания. Из наблюдений А.А.Шахматова над статьями за 70-е гг. XII в. следует, что в основе Лаврентьевской лежал более ранний вариант свода 1205 г. (в Радзивилловской и Летописце Переяс- лавля Суздальского внесены тенденциозные добавления имени Всеволода к извес- тиям о его брате Михалке). Исходя из анализа свода 1205 г., выделяют более ранние этапы владимирского летописания XII в. А.А.Шахматов в качестве таких этапов выделяет 1185 и 1193 гг. М.Д.Приселков иначе датировал владимирские своды — 1177 и 1193 гг. Е.Ю.Пер- фецкий выделяет своды 1189 и 1193 гг. Ю.А.Лимонов находит возможным говорить только о двух редакциях владимирского летописания XII в. — 1178 и 1189 гг. Таким образом, имеющиеся в литературе точки зрения сводятся к тому, что пер- вый владимирский летописный свод составлен либо в 1177 г. (М.Д.Приселков), либо в 1178 г. (Ю.А.Лимонов). При этом авторы предполагают, что был использо- ван южный источник, доходящий до 1175 г., а завершение свода относилось ко времени политической стабилизации во В лад имиро-Суздальской Руси и связыва- лось с вокпяжением Всеволода Большое Гнездо. Однако письменный южный ис-
Памятники историографии 25 точник прослеживается в Лаврентьевской и сходных с нею летописях на самом деле лишь до 1157 г., а последующие известия о событиях на юге носят характер устной информации и связаны в основном с политическими акциями Андрея Бо- голюбского в «Русской земле». Поэтому представляется более вероятным состав- ление первого владимирского свода в 60-х гг. XII в. еще при Андрее Боголюбском: свод, основанный на киевском великокняжеском материале, восхвалял воинские доблести и христианские добродетели князя Андрея, отмечал его заботу и внима- ние к строительству и материальному обеспечению владимирского Успенского со- бора (откуда следует, что составитель принадлежал к причту этого собора). Можно согласиться с мнением, что составление следующего владимирского свода относится к сер. 70-х гг. XII в., а именно к 1175-1177 гг. Автор, из среды клира Успенского собора, стремился провести в своде идею о союзе церковных феодалов с княжеской властью. Успехи Юрьевичей в борьбе за владимиро-суз- дальское кпяжепие трактуются как ряд чудес Владимирской иконы Богороди- цы, т.е. освящены церковью. Прослеживается и другая тенденция — утвержде- ние главенствующего положения города Владимира в Ростово-Суздальской земле. Следующий владимирский свод был составлен, как представляется, между 1188 и 1192 гг. Яркой стилистической чертой литературной манеры сводчика является распространение текста за счет вставок из Повести временных лет и Библии, сопро- вождающееся различными поучениями. По замыслу автора свода, новый летопис- ный памятник должен был отразить возросшее значение Владимиро-Суздальской земли в системе междукняжеских отношений. Подчеркивалось значение главного владимирского храма — Успенского собора. Действия владимирского князя освя- щались авторитетом церковного писания, что свидетельствует о заинтересованнос- ти церковных феодалов в союзе с княжеской властью и одобрении ими проводив- шейся внутренней и внешней политики. О судьбе самой рукописи Лаврентьевской летописи 1377 г. известно немного. Она находится в настоящее время в РНБ (F. п. IV, 2). На л. 1 можно разобрать запись о принадлежности рукописи владимирскому Рождественскому монасты- рю; запись не очень уверенно датируют кон. XVI — нач. XVII в. Принято считать, что труд монаха Лаврентия был вызван желанием нижегородского князя Дмитрия Константиновича получить материал для составления большого летописного сво- да. Но до последнего времени следов отражения Лаврентьевской летописи в тра- диции нижегородского летописания не было выявлено. Между тем обнаружива- ются следы существования Лаврентьевской летописи в XVII в. в нижегородском Печерском монастыре — том самом, архимандритом которого был до своего по- ставления в епископы Дионисий, и откуда происходил, по предположению А.Н.На- сонова, сам монах Лаврентий. В составленном в этом монастыре Летописце (спис- ки: РГБ. Ф. 37. № 97; ГИМ, Усп. № 92), по текстологическим и палеографическим приметам, непосредственно использована Лаврентьевская летопись. Дальнейшая судьба рукописи Лаврентьевской летописи пе совсем ясна. Известно только, что в XVIII в. рукопись оказалась в собрании Новгородского Софийского собора, и с нее в 1765 г. в Новгородской семинарии была сделана копия (БАН, 34. 2. 32). В 1791 г. из Новгорода в числе прочих рукописей Лаврентьевская летопись была отправлена в Москву и попала к обер-прокурору Синода А.И.Мусину-Пушкину. В самом начале XIX в. граф преподнес рукопись Лаврентьевской летописи в качестве дара импера- тору Александру I, который, в свою очередь, передал ее в Публичную библиотеку. В библиотеку летопись поступила, очевидно, до 1806 г., так как 25 сентября 1806 г. директор библиотеки А.Н.Оленин подарил копию с нее С.С.Уварову (БАН, 32.11.10). ИЗД:. ПСРЛ. Т. 1. СПб., 1846; 2-е изд.: Л., 1926-1928. Вып. 1-3 (Репринт: М., 1961); Летопись по Лаврентьевскому списку / Изд. Археография, комм. СПб., 1872; 2-е изд.: СПб., 1897. ПСРЛ. Т. 1. М, 1997.
26 Письменные памятники истории Древней Руси ИССЛ.: Тихомиров ИА. О Лаврентьевской летописи // ЖМНП. 1884. Октябрь. Отд. 2. С. 240-270; Шахматов А А. Разбор сочинения Тихомирова «Обозрение летописных сводов Руси Северо-Восточной». СПб., 1899. С. 6-20; Он же. Общерусские летописные своды XIV и XV вв. // ЖМНП. 1900. Ноябрь. Отд. 2. С. 149-151; Шахматов 1938. С. 9-37, 365; Приселков МД. Летописание XIV в. // Сборник статей по русской истории, посвященных С.Ф.Платонову. Петроград, 1922. С. 28-39; Он же. История рукописи Лаврентьевской летописи и ее изданий // Учен. зап. ЛГПИ. Л., 1939. Т. 19. С. 175-197; Приселков 1940. С. 60-113; Перфецкий Е.Ю. Русские летописные своды и их взаимоотношения // Труды филос. ф-та университета им. Коменского. № 1. Братислава, 1922. С. 29-56; Комарович В.Л. Литература Суздальско- Нижегородской земли XIV в. // История русской литературы. Т. II. Ч. 1. М.; Л., 1946. С. 90-93; Он же. Из наблюдений над Лаврентьевской летописью // ТОДРЛ, т. 30, Л., 1976. С. 27-57; Бережков 1963. С. 41-123; Насонов 1969. С. 80-225; Лимонов 1967; Прохоров Г.М. Кодикологический анализ Лаврентьевской летописи // ВИД. Т. 4. Л., 1972. С. 77-104; Он же. Повесть о Батыевом нашествии в Лаврентьевской летописи // ТОДРЛ. Т. 28. Л., 1974. С. 77-98; Лурье Я.С. Лаврентьевская летопись — свод начала XIV в. // ТОДРЛ. Т. 29. Л., 1974. С. 50-67; Он же. Общерусские летописи XIV-XV вв. Л., 1976. С. 17—36; Он же. Летопись Лаврентьевская // СККДР. Вып. 1. С. 241—245; Муравьева Л.Л. Летописание Северо-Восточной Руси конца XIII — начала XV века. М., 1983. С. 52-83; [Ююсс Б.М.] Предисловие к изданию 1997 г. // ПСРЛ. Т. 1. М., 1997. С. G-N. Б.М.К. 3. Ипатьевская летопись «Летописец Рускии съ богомъ починаемъ. Отче благослови». Нач.: «Повесть временныхъ л±т черноризца Федосьева манастыря Печерьскаго...» Южнорусский летописный свод конца XIII в. является компиляцией двух па- мятников: киевского свода 1198 г. (который начинается Повестью временных лет (см.) и продолжающего его галицко-волынского (непогодного) повествова- ния до конца XIII века. Впрочем, последние известия (помеченные в Ипатьев- ском списке 1292 годом) касаются истории Пинско-Туровского княжества. Как предполагает А.Н.Насонов, пинский переписчик мог редактировать свод и делать вставки в предшествующий текст. Имеются основания полагать, что соединение галицко-волынского летописания с киевским сводом 1198 г. произошло во Вла- димире-Волынском. Оба компонента Ипатьевской летописи имеют сложный состав. Киевский лето- писный свод 1198 г. создан в Михайловском Выдубицком монастыре, источниками его служили предшествующие киевские великокняжеские своды, семейная хроника смоленских Ростиславичей, черниговский летописец князя Игоря Святославича, владимирская летопись Всеволода Большое Гнездо. Как отметил А.А.Шахматов {Шахматов 1938, с. 70-72), вставки из Галицко-Волынского летописания имеются и в тексте XII в. Поэтому для реконструкции свода 1198 г. необходимо привлечь обширные фрагменты киевского летописания XII в. в составе Московского свода 1477 г., а также Московского свода 1479 г. Киевский источник Московских сводов имеет тем большую ценность, что не прошел галицко-волынской обработки и пред- ставляет более полную редакцию свода 1198 г. Рассмотрение всех указанных па- мятников в комплексе позволит уточнить этапы киевского летописания XII в., история которого еще далека от окончательного выяснения.
Памятники историографии 27 Галицко-волынская часть Ипатьевской летописи представляет собой связный рассказ о событиях в юго-западной Руси и международных отношениях того вре- мени. Структура ее также сложна. По предположению В.Т.Пашуто (Пашуто 1950, с. 92-101), летописный свод 1246 г., составленный митрополитом Кириллом, был продолжен до начала 60-х гг. XIII в. холмским епископом Иоанном. Источника- ми служили киевская и галицкая летописи, материалы княжеского архива, сви- детельства очевидцев. Последняя часть летописи повествует о правлении вла- димиро-волынских князей Василька Романовича и его сына Владимира Василь- ковича. В этой части свода использованы значительные фрагменты из источников книжного происхождения: из «Слова о законе и благодати» митрополита Ила- риона (см.) и киевской летописи XII в. Заключительные известия Ипатьевской летописи, как уже говорилось, посвящены событиям в Пинске и Степани. Каждый из выделенных памятников в составе Галицко-Волынской летописи пред- ставляет ценнейший источник по истории, идеологии и культуре. Вместе с тем в изучении летописи имеется еще целый ряд спорных моментов, особенно в отноше- нии распределения материала по отдельным памятникам и атрибуции текстов. Существующие описания списков Ипатьевской летописи требуют уточнения. Кроме того, серьезной проблемой остается вопрос о соотношении их между собой. Списки эти следующие: 1) Ипатьевский (БАН, 16.4.4) — конца 10-х — нач. 20-х гг. XV в. (Н.П.Лихачев датировал временем ок. 1425 г.); в XVII веке рукопись принад- лежала Костромскому Ипатьевскому монастырю — отсюда происходит название списка, давшего название и всей летописи; главная особенность, отличающая Ипать- евский список от других, заключается во внесении хронологической сетки в галиц- ко-волынскую часть свода (протограф Ипатьевского списка не содержал в изложе- нии событий XIII в. хронологической сетки); 2) Хлебниковский (РНБ, F. IV.230) — 60-х гг. XVI в.; к XVII в. часть листов в Хлебниковском списке была утрачена, другие листы перепутаны, взамен утраченных листов были добавлены новые, переписанные с другого списка Ипатьевской летописи, — так появились листы 130, 131, 182, 224, 225, 332, 333, писанные одним почерком в 30-40-х гг. XVII в.; при этом восполнение текста на л. 182 было излишним, так как соответствующий лист не был утрачен, а находится в другом месте (л. 186), так возникла дублировка текста, отражающая разные списки летописи; кроме того, на первых листах Хлебниковского списка име- ется правка, которая, как установил А.А.Шахматов, произведена по одному из спис- ков так называемого Тверского сборника (правка сделана не ранее 40-х гг. XVII в.); 3) Погодинский (РНБ, Пог. № 1401) — копия 1621 г. с Хлебниковского списка, имев- шего в то время утраты текста и перепутанные листы (установлено А.А.Шахмато- вым); писан по распоряжению князя Стефана Четвертинского в Животове; 4) Кра- ковский список, по описанию А.А.Шахматова, принадлежал Пулавской библио- теке князей Чарторыских и является копией конца XVIII в. с Погодинской рукописи, писан латинскими буквами; 5) Список Я.В.Яроцкого (БАН, 21.3.14) — писан в 1651 г. в монастыре Николы Пустынника, содержит особую редакцию Ипа- тьевской летописи, а также летописные записи 1299-1315 гг. по истории Венгрии, Польши и Литвы, статью «О проречении митрополита Петра» и Сказание о Мама- евом побоище] 6) Ермолаевский (РНБ, F.IV.231) — нач. XVIII в., имеет тот же со- став, что и список Яроцкого; рукопись до 1738 г. принадлежала библиотеке князя Д.М.Голицына, а в 1814 г. приобретена А.И.Ермолаевым. Помимо этого, известны две копии нач. XIX в. с Ипатьевского списка: РГАДА, ф. 181. № 10 и БАН, 17.11.9. Хлебниковский список восходит к тому же оригиналу, что и Ипатьевский спи- сок, но в ряде случаев содержит более правильные чтения и иногда восполняет про- белы Ипатьевского. Для восстановления оригинала южнорусского свода конца XIII в. имеет также значение текст па листах в Хлебниковском, переписанных в XVII в. взамен утраченных. Ермолаевский список не восходит к списку Яроцкого, и оба от-
28 Письменные памятники истории Древней Руси ражают особую редакцию Ипатьевской летописи. В основание этой особой редак- ции положен Хлебниковский список, прокорректированный по другому летопис- ному своду, причем в Ермолаевский список (или его протограф) сделаны вставки из какого-то другого списка Ипатьевской летописи. Создание указанной особой редак- ции Ипатьевской летописи следует датировать 40-ми гг. XVII в., она также имеет значение для восстановления оригинала южнорусского свода конца XIII в. ИЗД:. ПСРЛ. Т. 2. СПб., 1908; ПСРЛ. Т. 2. М., 1998. ПЕРЕВ.: Галицко-Волынская летопись / Подг. текста, пер. и ком. О.П.Лихачевой // Памятники литературы Древней Руси. XIII век. М., 1981. С. 236-425; The Galician-Volynian Chronicle / Transl. and annotated by George A.Perfecky. Munchen, Fink Verlag, 1973 [пер. па англ. яз.]. ИССЛ.: Грушевський М.С. Хронолопя подш Галицько-Волинско! лкописи // ЗНТШ. 1901. Т. 41. С. 1-72; Орлов 1926. С. 98-126; Орлов 1947. С. 15-24; Шах- матов 1938. С. 69-118; Приселков 1940; Черепнин Л.В. Летописец Даниила Га- лицкого // ИЗ. 1941. Т. 12. С. 228-253; Лихачев 1947/2. С. 176-267, 431-433; Еремин 1966. С. 98-131, 164-184; Пашуто 1950. С. 17-133; Генсъорский А.И. Галицько-Волинський лкопис (процесс складаппя, редакцн i редактори). Ки!в, 1958; Он же. 3 коммептар!я до Галицько-Волинського л Полису // 1сторични джерела. Ки!в, 1969. Вип. 4. С. 171-184; Насонов 1969. С. 226-245; Кучкин В А. К спорам о В.Н.Татищеве // Проблемы истории общественного движения и историографии. М., 1971. С. 245-262; Рыбаков 1972; Франчук В.Ю. Киевская летопись (состав и источники в лингвистическом освещении). Киев, 1986; Лихачева О.П. Летопись Ипатьевская // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 235-241; Ужанков А.И. «Летописец Даниила Галицкого»: редакции, время создания // Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 1. М., 1989. С. 247-283; Он же. «Летописец Даниила Галицкого»: проблема авторства // Герменевтика древ- нерусской литературы X-XVI вв. Сб. 3. М., 1992. С. 149-180; Он же. «Летопи- сец Даниила Галицкого»: К вопросу об авторе второй редакции // Герменевти- ка древнерусской литературы. Сб. 6. М., 1994. С. 62-79; [Клосс Б.М.] Пре- дисловие к изданию 1998 г. // ПСРЛ. Т. 2. М., 1998. С. E-N. Б.М.К. 4. Радзивилловская летопись «Сия книга л^тописець. Повесть временных лет черноризца Феодосьева монасты- ря Печерьскаго, откуда есть пошла Руская земля и кто в пей почал первое кпяжити». Нач.: «Се начнем повесть сию. По потопа...» Летописный свод начала XIII в., созданный во Владимире Суздальском, перепи- санный в конце XV в. в Западной Руси. Радзивилловский список украшен миниатю- рами, и этим определяется его выдающееся значение в истории русской культуры. Летопись начинается Повестью временных лет (см.) с заглавием, упоминающим в качестве автора последней «черноризца Феодосьева монастыря Печерьскаго», но без имени его. Это текст второй редакции Повести, по А.А.Шахматову, близкий к включенному в Лаврентьевскую летопись (см.). После окончания Повести следует Владимирский летописный свод 1205 г., сохранившийся также в Лаврентьевской летописи и Летописце Переяславля Суздальского. В Радзивилловской редакции он и представляет собой, в сущности, Радзивилловскую летопись. Другая редакция свода 1205 г., более ранняя, лежит в основе Лаврентьевской летописи. Содержащиеся во Владимирском своде семейная великокняжеская хроника, факты церковной жизни — это обычный круг интересов придворного летописца,
Памятники историографии 29 но обращает на себя внимание широкий, общерусский охват событий. Южная Русь — сфера интересов владимирского князя, поэтому происходящие здесь собы- тия постоянно занимают внимание летописца. При этом центральная тенденция свода — показать главенствующее положение Всеволода Большое Гнездо в Рус- ской земле, его решающее значение в определении судеб киевского стола. Радзи- вилловская редакция свода 1205 г. преследовала цель еще более возвеличить «гос- подина великого князя Всеволода». Там, где был упомянут один князь Михалко Юрьевич, вырастает фигура его брата Всеволода. Кроме того, составитель был по- чему-то заинтересован показать политическое единение Владимира и Переяслав- ля (имевшее антиростовскую направленность), с этой целью он к «владимирцам» добавлял: «и переяславцы». Шахматов установил особенную близость текста Радзивилловской летописи и Летописца Переяславля Суздальского и предположил, что в основание Радзи- вилловской положена Переяславская в экземпляре, утратившем свое окончание. Этот дефектный экземпляр Переяславской летописи использован, по предполо- жению Шахматова, и в Лаврентьевской летописи. Однако, отсутствие в Лаврен- тьевской и Радзивилловской действительно переяславских вставок, которыми характеризуется текст Летописца Переяславля Суздальского, заставило Шахма- това выдвинуть довольно сложную гипотезу о влиянии на Радзивилловскую, в свою очередь, Лаврентьевской и об использовании в Лаврентьевской, наряду с Переяславской, летописи более древнего состава. Однако нет достаточных ос- нований считать, что в основу Лаврентьевской и Радзивилловской положен текст Летописца Переяславля Суздальского: ни одного из характерных добавлений Переяславского летописца нет ни в Лаврентьевской, ни в Радзивилловской. Из наблюдений Шахматова над летописными статьями за 70-е годы XII в. следу- ет вместе с тем бесспорный тезис о старшинстве текста Лаврентьевской перед Радзи- вилловской и Летописцем Переяславля Суздальского: под 6684 г. имя Михалка Юрьевича систематически дополнено в Радзивилловской и Летописце Переяславля Суздальского именем его брата Всеволода; под 6685 г. к словам: «а мене был с братом Бог привел и володимерци» прибавлено «и переяславци»; под 6665 г. к известию о заложении Юрием Долгоруким церкви Спаса добавлено: «в Переяславли новем»; в конце статьи 6685 г. слова Лаврентьевской (о плененных князьях): «хочем слепити и, князю же Всеволоду печалну бывшю, не могшю удержати людии множьства их ради клича» переделаны в нейтральное: «и пустиша ею из земли», выгораживающее князя Всеволода. Но в указанных добавлениях и изменениях текста нет ничего специфи- чески переяславского. В центре внимания редактора — личность князя Всеволода Юрьевича, забота о его авторитете. Сравнение Лаврентьевской летописи с Радзивилловской и Летописцем Переяс- лавля Суздальского показывает, что сходный текст этих трех летописей продолжа- ется до 1205 г. Вслед за окончанием общего источника в Лаврентьевской повторена дата 6714 г., но уже в мартовском обозначении, и далее следует текст, существенно отличающийся от Летописца Переяславля Суздальского; Радзивилловская, как ука- зывалось, вообще обрывается на незавершенной статье 1205 г. Вместе с тем суще- ствовал список Радзивилловской летописи с полностью сохранившейся статьей 1205 sr. (этот текст выделяется из состава Львовской летописи и Тверского сборни- ка). Можно поэтому считать, что с 1205-м г. связан определенный этап в истории владимирского летописания. Анализ разночтений показывает, что списки Радзивилловский и Московско-Ака- демический восходят к общему протографу, который отошел от первоосновы и име- ет признаки позднего происхождения (замены «половцы» па «татарове»). Выявлен- ный выше полный список Радзивилловской сближается с Летописцем Переяславля Суздальского, что свидетельствует о существовании у них общего протографа.
30 Письменные памятники истории Древней Руси Итак, можно говорить о редакции Владимирского свода 1205 г., отразившейся в Радзивилловской и Московско-Академической летописях и Летописце Переяслав- ля Суздальского. Вторичпость Радзивилловской редакции свода 1205 г. проявляет- ся еще и в том, что текст ее подвергся правке по киевскому летописному источнику. Летопись известна по двум спискам: 1) Радзивилловскому (БАН, 34.5.30) около 1487 г., — лицевому; 2) Московско-Академическому (РГБ, ф. 173/1, № 236) конца XV в. — без миниатюр. Изложение в обоих списках совпадает до 1205 г. (6714 г. в ультрамартовской датировке), здесь текст в Радзивилловском списке обрывается, а в Московско-Академическом следует продолжение до 1419 г., основанное на других источниках. Оба списка, как установил Шахматов, восходят к общему протографу. В настоящее время наиболее обоснованным представляется мнение Шахматова и В.М.Ганцова о западнорусском происхождении Радзивилловской рукописи, в зоне контакта белорусского и великорусского наречий — скорее всего, в Смоленске. К тому же мнению склоняет анализ стилистических особенностей миниатюр (со зна- чительным западноевропейским влиянием) и их содержания. Вместе с тем есть при- знаки, которые позволяют предполагать полоцкое происхождение рукописи. Это пометы «зри» к тексту о полочанах (л. 239), к ряду городов, среди которых находит- ся и Полоцк (л. 220 об.). На двух миниатюрах отмечены исключительными голов- ными уборами: князь Всеслав Полоцкий (л. 97 об.) и княгиня Рогнеда, упомянутая как родоначальница полоцких князей (л. 163 об. верхи.) {Чернецов 1981, с. 286). Ха- рактер приписок на полях показывает, что рукопись была создана в городской сре- де, в которой пользовались одобрением вечевые порядки старинных русских горо- дов, их свободы и привилегии. Более поздние записи кон. XVI — нач. XVII в. на старобелорусском языке свидетельствуют о том, что рукопись в это время принад- лежала представителям мелкой шляхты, жителям Гродненского повета. В конце ру- кописи имеется запись, что летопись была подарена Станиславом Зеновевичем князю Янушу Радзивиллу. Следовательно, около сер. XVII в. летопись от мелких держате- лей перешла во владение высшей прослойки белорусских феодалов. Через посред- ство Богуслава Радзивилла, имевшего тесные родственные связи с прусскими маг- натами, летопись в 1671 г. поступила в Кенигсбергскую библиотеку. Здесь ее в 1715 г. осматривал Петр I и приказал снять с нее копию (ныне: БАН, 31.7.22). В 1761 г., когда русские войска заняли Кенигсберг, летопись была взята в качестве трофея из Кенигсбергской библиотеки и передана в Библиотеку Академии наук в Петербурге. Б.М.К. Существенно также еще одно расхождение между Лаврентьевским и Радзивил- ловским списками. Обычно реконструируют первоначальный текст ПВЛ, где дается такое сведение в легенде о призвании варягов «...старейший Рюрик cede Новегороде» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 20). Однако подчеркнутые слова в Лаврентьевском отсутствуют и взяты Шахматовым из Троицкого списка. Любопытно, что, согласно Н.М.Карамзину, в Троицком «название места», как и в Лаврентьевском, пропущено, «но вверху припи- сано над именем Рюрика Новг...» (Т. 1, примеч. 278). Другие авторитетные списки ПВЛ — Ипатьевский, Радзивилловский, Академический — дают чтение: «придоша к словеном первое и срубиша город Ладогу и седе в Ладозе старей Рюрик» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 20, примеч. 38), а ниже добавлено: «прия всю власть Рюрик один, и пришед ко Илмерю и сруби городок над Волховом, и прозва и Новгород» (там же, примеч. 49). Ср.: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 14. Наличие столь важного отклонения от традиционной рекон- струкции ПВЛ в Радзивилловском списке заслуживает внимания. Радзивилловский список содержит 618 полихромных миниатюр, иллюстри- рующих текст. Миниатюры расположены между строками текста, их компози- ции вытянуты по горизонтали. Именно такой тип иллюстрирования характерен и для двух других древнейших лицевых памятников хронографии византийско-
Памятники историографии 31 го и югославянского происхождения — хроник Скилицы (ХП-ХШ вв.) и Ма- нассии (XIV в.). Очевидно, Радзивилловская летопись в этом отношении следу- ет ранним византийским образцам. На миниатюрах отчетливо прослеживается работа двух мастеров, из которых второй постоянно поправлял первого, а к концу работы полностью отстранил его от работы. До л. 194 почти все миниатюры исполнены первым мастером и затем под- правлены вторым. На л. 88-89 и 95 ряд композиций, исполненных первым мастером, заменен другими на заклейках. На л. 155-170, помимо обычных поправок, второй мастер начинает дополнять композиции первого мастера, вводя добавочные изобра- жения за счет расширения миниатюр в сторону полей. Наконец, с л. 194 следуют миниатюры, исполненные одним вторым мастером, но как исключения встречены две, выполненные первым. Очевидно, он оставался в составе мастерской. Эти осуще- ствлявшиеся по ходу работы над рукописью перемены свидетельствуют о неустой- чивости подхода мастеров к иллюстрированию, обусловленной постоянными конф- ликтами с неудовлетворенным заказчиком. Работа первого мастера менее професси- ональна и более архаична, второй мастер более искусен, он проявляет основательное знакомство с традициями иконописания, а также с западноевропейским искусст- вом, работает в свободной манере. Миниатюры заключительной части рукописи исполнены крайне небрежно. Многие объекты, представленные на миниатюрах, несомненно архаичны для вре- мени создания рукописи. Это оружие (мечи домонгольских типов, миндалевидные щиты), серебряные денежные слитки-гривны, в том числе так называемого «киевс- кого» типа, отсутствующие в находках после XII в. Получение дани на миниатюрах имеет вид передачи связок мехов (пушнины), даже когда последние не упомянуты в тексте. Архаично и политическое правосознание, отразившееся на миниатюрах — равноправие князей, во всяком случае, сильнейших, отсутствие симпатий к центра- лизаторским тенденциям и вместе с тем подчеркнутый интерес к проявлениям го- родского самоуправления. Все это делает обоснованной гипотезу, высказывавшуюся еще Н.П.Кондаковым и Д.В.Айналовым, о том, что миниатюры Радзивилловской летописи или их значи- тельная часть воспроизводят миниатюры, имевшиеся в оригинале домонгольского времени. Здесь необходимо только заметить, что речь не идет о последовательном копировании, поскольку некоторые композиции были заменены по ходу работы со- всем иными па наклейках. В отдельных случаях второй мастер создавал совершенно новые композиции, которых не могло быть в оригинале домонгольского времени. Создание рукописи в пределах великого княжества Литовского способствовало тому, что на отдельных миниатюрах появились реалии западноевропейского облика, по-видимому, заимствованные с западноевропейских миниатюр или гравюр XV в. Этих элементов особенно много на миниатюрах, принадлежащих второму мастеру, но они есть и на работах первого, в том числе на начальных листах рукописи. Однако все эти и иные анахронизмы (напр., изображения пушек при повествовании о собы- тиях домонгольского времени) не являются преобладающими, и миниатюры по пре- имуществу сохраняют исторический колорит ХП-ХШ вв. Особую ценность имеют миниатюры начальной части рукописи, иллюстрирую- щие древнейшие события русской истории, начиная со времен язычества и до XI в. включительно. Это единственный в своем роде средневековый иллюстративный материал для этой эпохи. С ним лишь отчасти можно сопоставлять такие произ- ведения, как древнейшие изображения русских князей (напр., в Изборнике Свя- тослава 1078 г. или в Трирской псалтыри), а также миниатюры лицевого Сильве- стровского списка Жития Бориса и Глеба XIV в. Исключительный интерес пред- ставляют серии миниатюр, посвященных походу Олега на греков, рассказу о мести Ольги древлянам. Поставленные на колеса корабли Олега имеют носы с изобра-
32 Письменные памятники истории Древней Руси жениями голов животных, как корабли викингов или героев русских былин. На ряде миниатюр представлены языческие идолы, в частности, так называемый «пантеон Владимира», языческие волхвы и обряды. Уникально имеющееся в Рад- зивилловской летописи изображение процесса насыпания кургана. Эпизоды, связанные с убийством Бориса и Глеба, в Радзивилловской летописи отмечены явными следами пользования дополнительными изобразительными источ- никами. Дело в том, что на них показаны детали другой версии повествования: убий- ство (добивание) Бориса двумя (а не одним) варягами и чудесное явление зажжен- ных свечей над брошенным телом Глеба. Очевидно обращение миниатюристов к разнородным изобразительным образ- цам (включая житийные миниатюры и произведения западноевропейского искусст- ва). Еще Айналов предполагал возможность выделения в рукописи Радзивилловс- кой летописи отдельных серий миниатюр, воспроизводящих ранние образцы. По- добные представления в наиболее развернутом виде отразились в работах Б.А.Рыбакова, который возводит миниатюры Радзивилловской летописи к более чем 10 различным иллюстрированным оригиналам, в том числе очень ранним. По мнению исследователя, эти ранние образцы воспроизведены в Радзивилловском списке не непосредственно с оригиналов, а с лицевой рукописи XIII в., иллюстрато- ры которой воспользовались разнообразными изобразительными источниками. Эта гипотеза основана на весьма важных и глубоких наблюдениях. Вместе с тем неодно- родность миниатюр рукописи, обусловленная нестабильными отношениями между мастерами, сильно препятствует четкому вычленению серий, восходящих к разным оригиналам. К числу особенностей миниатюр Радзивилловской летописи следует отнести сравнительную слабость влияния церковной идеологии. В одном случае изображе- ние святого заступника, спасшего князя на поле брани, оказалось даже смыто масте- рами. По-видимому, это обусловлено относительной слабостью влияния церкви в великом княжестве Литовском, а также спецификой культуры горожан этого госу- дарства в XV в. Главными героями миниатюр Радзивилловской летописи являются князья. Под- черкивается их рыцарственный, воинский характер. Атрибутами, символизирую- щими власть князя, являются полусферическая шапка с меховой опушкой и меч. Символика меча подчеркнута ритуальными сценами его вручения или передачи. Княжеский «стол» обычно трактуется обобщенно, как сидение без спинки. Хотя пре- имущественное внимание миниатюриста приковано к военной истории, а также к делам управления, в них нашли свое отражение языческие празднества, пиршества, сцены охоты и земледельческих работ, народные восстания и т.п. Самостоятельное значение имеют изображения иноплеменных народов, причем отмечены особеннос- ти их одежд, жилищ. Культурно-историческое и познавательное значение мини- атюр Радзивилловской летописи, в частности, для музейных экспозиций, учебных и научно-популярных изданий исключительно велико. Историки совершенно спра- ведливо называют их «окнами в исчезнувший мир». А.В.Ч. ИЗД: Радзивилловская или Кенигсбергская летопись. СПб., 1902 (фотомеха- ническое воспроизведение рукописи); ПСРЛ. Т. 1. Л., 1926-1928. Вып. 1- 3; Т. 38. Л., 1989; Радзивилловская летопись (в 2-х т.). СПб.; М., 1994. Т. 1: Факсимильное воспроизведение рукописи; Т. 2: Текст, исследование, опи- сание миниатюр. ИССЛ:. Шахматов 1902. С. 18-114; Он же. Заметка о месте составления Рад- зивилловского (Кенигсбергского) списка летописи // Сборник в честь семи- десятилетия Д.И.Анучина. М., 1913. С. 69-75; Шахматов 1938. С. 44-68, 123-
Памятники историографии 33 124, 228-230, 365; Кондаков Н.П. Заметка о миниатюрах Кенигсбергского списка начальной летописи // Радзивилловская или Кенигсбергская летопись. Т. 2. С. 115-127; Сизов В.И. Миниатюры Кенигсбергской летописи (ИОРЯС. 1905. Т. 10. Кн. 1. С. 1-50); Айналов Д.В. О некоторых сериях миниатюр Радзивил- ловской летописи // ИОРЯС. 1908. Т. XIII. Вып. 9; Ганцов В.М. Особенности языка Радзивилловского (Кенигсбергского) списка летописи // ИОРЯС. 1927. Т. 32. С. 177-242; Артамонов М.И. Миниатюры Кенигсбергской летописи // ИАИМК. Л., 1931. Т. 10. Вып. 1. С. 1-28; Присёлков 1940. С. 57-63, 82-87; Ар- циховский А.В. Древнерусские миниатюры как исторический источник. М., 1944; Подобедова О.И. Миниатюры исторических рукописей: К истории рус- ского лицевого летописания. М., 1964. С. 49-101; Чернецов 1981. С. 274-288; Рыбаков БА. Из истории культуры древней Руси: Исследования и заметки. М., 1984. С. 188-240; Лурье АЛ. О происхождении Радзивилловской летописи // ВИД. Т. 18. Л., 1987. С. 64-83; Он же. Летопись Радзивилловская // СККДР. Вып. I. Л., 1987. С. 248-251; [Клосс Б.М.] Предисловие к изданию 1997 г. ПСРЛ. Т. 1. М, 1997. С. I-J. Б.М.К., А.В.Ч. 5. Летописец Переяславля Суздальского Нач.: «В Л’Ьто 6646. Мстиславичь Всеволод внук Володимирь...» Летописный свод, охватывающий время с 1138 по 1214 г., созданный во Влади- миро-Суздальской Руси, законченный в Переяславле (Переславле) Суздальском в 1215 г. Сохранился в составе компиляции XV в., имеющей заглавие «Летописець руских царей». «Летописець руских царей», изданный под названием Летописца Переяславля Суздальского М.А.Оболенским, как показали исследования Д.В.Поленова, А.А.Шах- матова, М.Н.Бережкова, С.А.Белокурова, МД.Приселкова, А.С.Орлова и др., явля- ется соединением двух летописных сводов различного происхождения {М.Береж- ков, с. 49-86). Первая его часть, рассказывающая о событиях с древнейшего времени до 1110 г. (с двумя добавочными статьями 1137 и 1143 г.), представляет собой обра- ботку Летописца вкратце патриарха Никифора и Повести временных лет и обнару- живает явные следы создания в Великом княжестве Литовском рукой человека, при- надлежащего к православной церкви и отрицательно относящегося к литовскому господству и католической церкви {Поленов, с. 63-64; М.Бережков, с. 68-69). Следу- ющий текст, охватывающий время с 1138 по 1214 г., — летописец, созданный во Вла- димиро-Суздальской земле, законченный в Переяславле Суздальском {Шахматов 1938, с. 125-126; Приселков 1939, с. 76 и след.) и объединенный с первой частью. А.С.Орлов в результате текстологического и языкового анализа двух частей Летописца русских царей пришел к выводу, что компиляция составлена в XIII в. в два приема в Галицко-Волынской Руси. Он показывает юго-западные языко- вые элементы не только в собственно литовской части, охватывающей время до 1110 г., но и во второй, переяславской части, автор которой закончил свой труд между 1214 и 1219 г. Исследователь выделяет работу двух галицко-волынских редакторов «Летописца руских царей». Первый работал над текстом Повести временных лет до сообщения 1110 г. и над добавочными статьями 1137 и 1143 гг., а также над спайкой обеих частей. Первый трудился после 1240 г., когда татара- ми были взяты и разрушены Киев, Колодяжен, Каменец. Второй редактор «Ле- тописца» действовал еще позднее, но все же в XIII в. {Орлов 1947, с. 31-32). На место и время создания другой части компиляции Архивского сборника, хронографа, указывает вставка о литовских языческих божествах, которая, судя
34 Письменные памятники истории Древней Руси по хронологической ссылке в пей, сделана в 1262 г. На этом основании А.С.Ор- лов относил создание первоначального рукописного сборника, который воспро- изводит Архивная рукопись XV в., к Галицко-Волыпской Руси и ко второй поло- вине XIII в. (Орлов 1926, с. 95). Д.С.Лихачев предложил иное решение вопроса о месте создания компиляции, представленной в «Летописце руских царей». Он предполагает, что эта компиля- ция была составлена из галицко-волынской обработки Повести временных лет и Летописца Переяславля Суздальского южнорусским человеком, работавшим в Пе- реяславле Суздальском (Лихачев 1947/1, с. 54-55). К такому предположению Д.С.Лихачев пришел в результате изучения параллелей, существующих в исто- рии жития Александра Невского в интересующей нас летописной компиляции. Исследование княжеских уставов Владимира и Ярослава в составе «Лето- писца руских царей» и самого сборника дало новые материалы для определения времени и места создания этого памятника (Щапов 1972/1, с. 112-113). Анализ следов, которые оставил компилятор в результате соединения двух тек- стов различного происхождения, подтверждает создание компиляции на юго-за- паде. Редактор сводного текста «Летописца руских царей», который разбил текст на главы и снабдил памятник оглавлением, придерживается в этом оглавлении той же латинской антипатии, что и составитель первой части памятника. Чувствуется, что он старается избегать упоминаний о связях Руси с западными ее соседями, с латинянами, а упоминает только случаи изгнания их из Руси: в оглавлении упоми- нается о приходе к Владимиру миссионеров от представителей всех церквей, но не сказано о миссионерах от папы Римского, которые, однако, упомянуты в соответ- ствующем тексте свода. В особые главы выделены: «Како изгнаша словене варяг за море» (в части до Переяславского летописца); «Како приходи король с Угры к Изяславу (Мстиславичу) на помощь» (в Переяславском летописце). Это указывает, очевидно, на работу полемически настроенного идеолога право- славной церкви, работавшего в условиях конкуренции с католической церковью, сходных с теми, в которых находился его коллега, галицко-волынский автор обра- ботки Повести временных лет. Составитель первоначального текста Архивного из- вода устава Владимира близок по своим политическим воззрениям к тому компи- лятору, который занимался «спайкой» двух частей и их редактированием. В устав внесен ряд изменений: дважды употреблено слово «царь», «царство» в замену или в дополнение к «князь» и «княжество»: «дах ей [церкви Богородицы] десятую часть по всему своему царству съ всех градов и сел» (ст. 3); «не подобает сих судов судити царю, и князем, и боляром...» (ст. 4). Князь Владимир в его церковной политике сравнивается с правителями в Царьграде: «дали есмо по тому же яко и в Цариграде, митрополиту Михаилу и всем епископом» (ст. 4); подчеркивается восточная ориен- тация Владимира: «принял есть крещение от грек от Фотия патриарха»; эпитет «бла- женная» в применении к Ольге изменен на «святая» (ст. 2), а слово «поп» на «свя- щенник» (ст. 6); добавлено заглавие устава — «Завет Володимиров». Кроме того, характер обработки устава обнаруживает определенную общность со всей обработкой «Летописца руских царей» с его антилатинской направленностью и имперской терминологией («Летописец руских царей»: «судити царю и князем»). Текст устава Ярослава в составе той же компиляции относится ко второй полови- не XIV — первой половине XV в. На это время указывает участие великокняжеского чиновника в разборе уголовных дел церковным судом и упоминание грошей. Устав Ярослава обнаруживает определенную общность в терминологическом отношении с летописным текстом компиляции вне уставов. Таким образом, есть основания отно- сить возникновение Архивного извода устава к XIV — первой половине XV в. Я.Н.Щ.
Памятники историографии 35 Датированная часть Летописца доведена до 6722 (1214 г.). Как выяснил Н.Г.Бе- режков, составитель его пользовался ультрамартовским исчислением. В конце ста- тьи 6722 г. имеется ряд известий (смещение епископа Иоанна, поставление во Вла- димир Симона, а в Ростов — Пахомия), читающихся в Лаврентьевской летописи под 6722 мартовским годом. Представляется убедительным предположение Н.Г.Бе- режкова {Бережков 1963, с.96), что эти известия были заимствованы из источника с мартовским обозначением годов, но составитель присоединил их к статье 6722 г., не переведя на ультрамартовский стиль. Заключительная фраза Архивского лето- писца: «Се же бысть лето високостное» — должна указывать на 6724 год, что при ультрамартовской датировке дает 1215 г. Этот год и можно принять за год созда- ния окончательного текста Летописца Переяславля Суздальского. Основной источник «Летописца руских царей» недаром получил название Ле- тописца Переяславля Суздальского. Наиболее заметной фигурой в известиях за начало XIII в. является переяславский князь Ярослав Всеволодович. Показате- лен текст под 6683 (1175) г., где в молитвенном обращении к Андрею Боголюбс- кому имя Всеволода Большое Гнездо заменено именем его сына Ярослава: «мо- лися помиловати князя нашего и господина Ярослава, своего же приснаго и бла- городнаго сыновца, и дай же ему победу па противныя, и мпога лета с княгинею, и прижитие детии благородных, и мирну дръжаву его, и царство небесное» (как заметил еще М.А.Оболенский (с. III), фраза «о прижитии детии» могла быть на- писана лишь до 1219 г., когда у Ярослава родился сын Федор). Кроме того, сдела- но несколько вставок, в которых подчеркивается участие переяславцев в завое- вании Всеволодом Владимиро-Суздальского княжения и, наоборот, всячески затушевывается участие переяславской дружины на стороне его врагов. Сохранился в единственном списке, в сборнике РГАДА, ф. 181 (МГА МИД), № 279/658, 60-х годов XV в. Основной его текст писан двумя писцами, языковые особенности указывают на западно-русское происхождение. В состав сборника входят три памятника: Хронограф, который получил в литературе название Архи- вского (л. 10-478), Летописец вскоре патриарха Никифора (л. 478-481) и русский летописец, именуемый в рукописи «Летописцем руских царей» (л. 481-540). В оглавлении, помещенном в сборнике па л. 1-9 об. (конца оглавления недо- стает), перечислено 784 главы. В сборнике отсутствуют указанные в оглавлении Апокалипсис, «Сборник» с антилатинскими полемическими сочинениями и Пче- ла. Текст Хронографа начинается прямо с главы 73. После перечисления греческих «царей» с л. 481 начинается «Летописець руских ца- рей». Летописец по своим особенностям делится на две части. Наиболее цельный вид имеет вторая часть: она занимает л. 509-540, писана I писцом и включает статьи 6646- 6722 (1138-1214) гг. Первая часть занимает л. 478-508 об., писана II писцом и заключа- ет текст Повести временных лет с продолжением до 6651 г. Летопись, переписанная во второй части, служила источником также и первой части, но здесь она скомпилирована с Киевской летописью (сходной с Ипатьевской). Писец явно старался стыковать свой текст со второй частью. Для этого он увеличил последнюю тетрадь до 12 листов (л. 497- 508), стал постепенно сокращать текст своего источника, а с конца статьи 6581 (1073) г. стал писать более мелким почерком. Доведя с большими перебоями текст до 6618 (1110) г. и оказавшись на заключительном столбце последнего листа, писец решил перекинуть мостик ко второй части, начинавшейся с 6646 (1138) г., и вписал известие 6645 г. о по- ставлении смоленского епископа Мануила (из южного источника). Но до конца тетра- ди осталось все-таки несколько строк, которые писец заполнил из того же источника известиями 6651 г. о буре и (далее без дат) о знамениях в луне и солнце (1102 г.) и рас- суждениями о явлении ангелов (в Ипатьевской под 1111 г.). Начало «Летописца руских царей» сохранилось в сборнике БАН, 45.11.16, при- надлежавшем некогда Н.П.Никифорову, но ранее, в XVII — нач. XVIII в. являвше-
36 Письменные памятники истории Древней Руси муся собственностью Минского Святодуховского монастыря. Список современен Архивскому. На л. 204-211 помещен Летописец вскоре патриарха Никифора, рас- пространенный вставками из Хроники Амартола и из летописи, переписанной да- лее. «Летописець руских царей» начинается па л. 211 об. и обрывается на л. 225 об. (конец тетради) словами статьи 6415 (907) г. «и да творять имъ мовь в бани, якоже хотять. Грядущий же вспять...» (дальнейший текст утрачен). По наблюдениям А.А.Шахматова (Шахматов 1938, с. 120), Архивский и Никифоровский списки вос- ходят к общему оригиналу. Текстологические наблюдения А.А.Шахматова можно дополнить замечанием, что Никифоровский список восходит к тексту, не разделен- ному на главы, следовательно, опять-таки не является копией Архивского. Любо- пытно, что в начале Никифоровского сборника помещена Историческая палея — памятник, из которого черпали материал для дополнения Хронографа составители Архивского сборника. Отразившийся в Архивском списке Хронограф известен в отдельном списке нач. XVI в. (БАН Литвы, № 109/147). В составе сборника памятник также несет призна- ки отдельности: окончание общего с Виленским списком текста записано в виде об- ращенного вниз треугольника, после чего происходит смена почерка. Весь текст Ар- хивского сборника разделен па главы. Можно утверждать, что это деление на главы принадлежит составителям непосредственно Архивского сборника. Текст Архивско- го хронографа (как и Виленского) был первоначально разделен на «слова», при этом киноварные заголовки в тексте и названия «слов» писал I писец. Номера же глав (на полях) и их названия написаны II писцом киноварью другого оттенка, причем номе- ра глав зачастую просто приписаны к названиям «слов», и эти названия стали, та- ким образом, названиями глав. Кроме того, в тексте Архивского хронографа на л. 65- 88 об. имеется вставка «Заветов 12 патриархов» (ее нет в Виленском хронографе), и здесь она также разделена па главы (вставка отмечена переменой почерка). Замеча- тельной особенностью Архивского хронографа являются многочисленные пробе- лы, оставленные в конце «слов» — и вот оказывается, что эти пробелы заполнены рукой II писца выписками из Исторической палеи (частично и на полях). Таким образом, Архивский хронограф представляет особую редакцию общего с Виленс- ким списком оригинала — редакцию, созданную непосредственно составителями Архивского сборника. В целом же Архивский и Виленский хронографы восходят к общему архетипу — хронографическому своду 60-х годов XIII в. Б.М.К. ИЗД.: Русские летописи: 1. Летописец патриарха Никифора. 2. Летописец Пе- реяславля Суздальского. 3. Хроника русская (Летописец вкратце) проф. И.Да- ниловича (по ркп., припадл. Н.П.Никифорову, с предисл. Сергея Белокурова) // ЧОИДР. 1898. Кп. 4. С. V-IX, 7-17 (текста самого Летописца Переяславля Суздальского это издание не включает); ПСРЛ. Т. 38, Л., 1989. С. 163-165; Т. 41. М, 1995. ИССЛ.: Поленов Д.В. Обозрение летописца Переяславского // Учен. зап. II отд. имп. АН, 1854. Кп. 1. Отд. III. С. 59-98; Бережков М.Н. Еще несколько слов о Летописце Переяславля Суздальского // Сб. ист.-филол. общества при Ин-те кн.Безбородко в Нежине. Нежин, 1900. Т. 3. Отд. 3. С. 59-86; Орлов 1926. С. 95; Шахматов 1938. С. 119-127; Приселков 1939. № 12. С. 76 и сл. Приселков 1940. С. 59-87; Орлов 1947. С. 15—35; Лихачев 1947/1. С. 36-56; Бережков 1963. С. 92- 96; Лимонов 1967. С. 156-167; Щапов 1972/1. С. 110-113; Творогов О.В. Лето- писец Переяславля Суздальского // СККДР. Вып. 1 (XI — перв. пол. XIV в.). Л., 1987. С. 234-235; Лурье 1989 [ПСРЛ. Т. 38. Л., 1989. С. 3-8. (Я.С.Лурье)]; [Клосс Б.М.] Предисловие. // ПСРЛ. Т. 41. М., 1995. С. Y-X. Б.М.К, Я.Н.Щ.
Памятники историографии 37 6. Новгородская I летопись Нач.: «Времеппикъ еже есть нарицается летописание князей и земля Руския...» Летопись Новгородская первая — древнейшая летопись Новгородской феодаль- ной республики, является одним из главных источников наших знаний о культуре, быте, общественно-политической жизни Новгорода периода независимости. Хотя в основе Н1Л лежит местная летопись, ведшаяся при дворе епископа, новгородское летописание неоднократно входило в соприкосновение с летописанием других древ- нерусских центров. Таким образом, новгородский читатель получал представление о наиболее важных исторических событиях, происходивших в других частях Рус- ской земли. Н1Л известна в двух изводах (редакциях). Старший извод представлен перга- менным Синодальным списком XIII-XIV вв. (РИМ, Синод, собр., № 786). Список дефектный: утрачены первые 16 тетрадей (с начала летописи до 1016 г.) и одна тет- радь с изложением событий 1273-1298 гг. Древнейшая часть летописи до 1234 г. писана одним почерком конца XIII в., в котором признавалась рука Тимофея, поно- маря церкви св. Иакова из Людина конца Новгорода, переписавшего в 1262 г. Пролог для церкви св. Образа (ГИМ, собр. Хлудова, № 187). В данной части Синодального списка вообще обнаруживается интерес к церковному строительству в пределах Людина конца и в близлежащем Аркадиевском монастыре и содержатся известия, которые отсутствуют в других новгородских летописях. Можно полагать, что при создании рукописи были использованы владычная летопись и записи, ведшиеся при церкви св. Иакова. Тем не менее в свете новейших исследований признается, что почерк древнейшей части Синодального списка пе принадлежит руке Тимофея поно- маря. Эта часть является в общем копией с владычной летописи, которую вел Тимо- фей в качестве секретаря Новгородского архиепископа. Другая часть Синодального списка датируется второй четвертью XIV в.: она доводит изложение до 1330-х гг. и имеет приписки, сделанные разными почерками и доходящие до середины XIV в. Ве- роятно, первоначальное окончание летописи XIII в. по политическим соображениям было изъято и заменено новым (в тексте заметны следы нескольких пластов редактор- ской работы во времена острого московско-тверского соперничества за обладание ве- ликокняжеским столом и новгородским княжением). Младший извод Н1Л близок к Синодальному списку, но продолжает его до 40-х гг. XV в. Известны два основных списка Н1Л младшего извода: Академи- ческий (БАН, 17.8.36) и Комиссионный (СПб. ОИРИ, собр. Археограф, ком., № 240). Академический список утратил часть листов, но, судя по снятым с него в XVIII в. копиям, кончался 1443-м г. По палеографическим данным, список отно- сится к 40-м гг. XV в., а согласно свидетельству В.Н.Татищева (приобретшего рукопись у раскольников), имел точную дату написания — 1444 г. Комиссион- ный список — середины XV в., в основной своей части доведен до 1439 г., другой рукой (и на другой бумаге) написаны известия 1440-1446 гг. Особенности тек- ста показывают, что протограф списков Н1Л младшего извода доходил до 1432 г., хотя возможно существование более раннего протографа первой четверти XV в., который испытал влияние общерусского свода митрополита Фотия. Значение Н1Л младшего извода в истории русского летописания раскрыто труда- ми А.А.Шахматова. Он показал, что в ранних известиях летописи отразился так назы- ваемый Начальный свод конца XI в., предшествующий Повести временных лет. Шах- матов, правда, считал, что в утраченной части Синодального списка читался иной текст, но в современных работах эта точка зрения отвергается: во-первых, в сопоставимой части оба извода действительно очень близки, во-вторых, объем текста утраченных 16 тетрадей Синодального списка ненамного превосходит объем соответствующей час- ти младшего извода. Кроме того, можно указать в самом Синодальном списке фраг-
38 Письменные памятники истории Древней Руси менты (под 1198, 1238, 1268 гг.), выписанные из того же Начального свода, который представлен в HUI младшего извода. Ясно,таким образом, что в ХШ в. Начальный свод уже использовался в новгородском летописании. В литературе высказывалось мнение о привлечении Начального свода в Новгороде еще ранее — в ХП в., однако этот вывод пока не подкреплен текстологическими аргументами. Напротив, в тексте Предисловия к Начальному своду имеется след редактуры, связывающий его с Пове- стью о взятии Царьграда фрягами в 1204 г. (Повесть читается в обоих изводах HI Л). По-видимому, Начальный свод появился в Новгороде только в ХШ в. ИЗД:. Летописец новгородский, начинающийся от 6525/1017 г. и кончаю- щийся 6860/1352 г. М., 1781; 2-е изд.: М., 1781; Новгородский летописец, начинающийся от 946 и продолжающийся до 1441 г. — Продолжение Древ- ней российской вивлиофики. СПб., 1786. Ч. 2. С. I—IV, 257-712; Новгород- ская летопись по Синодальному харатейному списку. СПб., 1875; Новго- родская летопись по Синодальному харатейному списку. СПб., 1888; ПСРЛ. СПб., 1841. Т. 3. С. V-IX, 1-114; Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.; Л., 1950 [Синод, и Комиссион. сп., Академический и Толстовский — в вариантах]; Новгородская харатейная летопись / Издано под наблюдением акад. М.Н.Тихомирова. М., 1964; ПСРЛ. Т. 3. М., 2000. ПЕРЕВ: Mitchell R., Forbes N. The Chronicle of Novgorod. London, 1914 (2 ed.: New York, 1970); Die erste Novgoroder Chronik nach ihrer altesten Redaktion. Von J.Dietze. 1971; Се Повести временных лет (Лаврентьевская летопись). Ар- замас, 1993. С. 307-310 / Перев. А.Г.Кузьмина (перевод пач. части Новгородс- кой I летописи). ИССЛ.: Прозоровский Д. Кто был первым писателем первой Новгородской ле- тописи? // ЖМНП. 1852. Июль. Отд. 2. С. 1-28; Срезневский И.И. Исследова- ния о летописях Новгородских // Срезневский И.И. Статьи о древних русских летописях (1853-1866). СПб., 1903. С. 1-255; Погодин И.П. Новгородские ле- тописи // ИпоРЯС. 1857. Т. 1. Вып. 3. Л. 13-16; Отд. Исторические чтения о языке и словесности. Стб. 209-233; Яниш Н.Н. Новгородская летопись и ее московские переделки. М., 1874. С. 1-96 (отд. отг. из ЧОИДР. 1874. Кн. 2. Отд. 1); Сенигов И.П. О древнейшем летописном своде Великого Новгорода: Иссле- дование. СПб., 1885 (отд. отт. из Л ЗАК. СПб., 1888. Вып. 8); Тихомиров ИА. Несколько заметок о новгородских летописях // ЖМНП. 1892. Сентябрь. Отд. 2. С. 144-152; Шахматов 1908. С. 182-257, 378-398, 491-527, 611-629; Шах- матов 1938. С. 128-132; Шахматов 1947. С.117-160; Троцкий И.М. Опыт ана- лиза первой Новгородской летописи // Изв. АН СССР. VII сер. отд. обществ, паук. 1933. № 5. С. 337-362; Лихачев Д.С. Новгородские летописные своды XII в.: автореф. канд. дис. // Изв. АН СССР. ОЛЯ. 1944. Т. 3. Вып. 2-3. С. 98- 106; Лихачев 1947/2. С. 197-215; Лихачев 1948. С. 240-265; Зимин А., Насонов А. О так называемом Троицком списке Новгородской первой летописи //ВИ. 1951, № 2. С. 89-91; Подвигина ПЛ. К вопросу о месте составления Синодаль- ного списка Новгородской первой летописи // Вести. МГУ. 1966. Сер. 9. Ис- тория. № 1. С. 67-75; Клосс, Лурье 1976. Вып. 2. Ч. 1. С. 80-83. VodoffW. Quelques remarques sur la Premiere chronique de Novgorod // Studia slavica mediaevalia et humanistica Riccardo Picchio dedicata. II. Roma, 1986. P. 741-753; Клосс Б.М., Летопись Новгородская первая // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 245-247; Гип- пиус А. Новые данные о пономаре Тимофее — новгородском книжнике сере- дины ХШ века // Информационный бюллетень Международной ассоциации по изучению и распространению славянских культур. М., 1991. Вып. 25. С. 59- 86; [Клосс Б.М.] Предисловие. //ПСРЛ. Т. 3. М., 2000. Б.М.К.
Памятники историографии 39 7. Фрагменты Киевского свода 1198 г. в составе Московского свода 1479 г. и Ермолинской летописи Исследователи XIX в., изучавшие историю древнерусских княжеств XII в. и историю русского летописания XVI в., обратили внимание на то, что в Воскре- сенской летописи — своде 1541 г., — изданной в серии «Полное собрание рус- ских летописей» (т. VII и VIII. СПб., 1856 и 1859), содержатся некоторые уни- кальные факты XII в., относящиеся к истории Киева, Чернигова, Переяславля, Галича, Полоцка и других центров. Впервые эти уникальные известия были сис- тематизированы А.А.Шахматовым. Для исследования он привлек помимо Вос- кресенской летописи еще т.н. Ростовскую летопись. Как показал А.А.Шахматов, в их основе лежал Московский свод 1480 г. (в настоящее время датировка этого свода уточнена —1479 г.), где было несколько южнорусских известий. Сравнив тексты Воскресенской и Ростовской летописей с текстами списков Ипатьевской летописи (собственно Ипатьевского и Хлебниковского), А.А.Шахматов предло- жил заполнить текстом Воскресенской и Ростовской летописей два недописан- ных места в статье 1146 г. Ипатьевской летописи и один пропуск в статье 1160 г. (ср.: ПСРЛ. СПб., 1908. Т. II. Стб. 332, 335 и стб. 505, строка 2 сверху). Главное же, он отметил наличие новых известий и лучших чтений в статьях 1118, 1123, 1146, 1147, 1148, 1151, 1157, 1159, 1160, 1161, 1170 и 1196 (Ипатьевская лето- пись, статья 1195 г.) гг. Воскресенской и Ростовской летописей по сравнению с Ипа- тьевской летописью. С точки зрения А.А.Шахматова, в своде 1479 г. отразилась не Ипатьевская летопись, в которой южнорусская летопись была соединена с галицко- волынской летописью, а одна только южнорусская летопись (по мысли А.А.Шахма- това — киевская или черниговская), причем летопись эта впервые была использова- на не при создании свода 1479 г., а много раньше, при создании общерусского лето- писного свода митрополита Фотия 1423 г., а уже в составе этого свода повлияла на содержание Московского свода 1479 г. Наблюдения и соображения А.А.Шахматова были значительно расширены и уточнены А.Н.Насоновым. Для воссоздания текста свода 1479 г. он воспользовал- ся Уваровским списком Московского свода конца XV в. и Эрмитажным списком свода 1479 г. с летописными вставками, сделанными в XVIII в. В этих списках свод 1479 г. отразился лучше, чем в Воскресенской и Ростовской летописях. Текст свода 1479 г. А.Н.Насонов сравнил с текстом Ермолинской летописи и установил, что у этих летописных памятников был общий источник — общерусский свод мит- рополитов Феодосия и Филиппа, составленный в 1464-1472 гг. По новейшим дан- ным, этот летописный памятник являлся великокняжеским сводом и создавался в 70-е гг. XV в. (Клосс, Лурье 1976, с. 103-111). Разложив этот общий источник на составные части, А.Н.Насонов определил, что именно было заимствовано в этом своде из южнорусской летописи. Точнее охарактеризовал он и саму эту южнорус- скую летопись. Поскольку последним сведением в Московском своде 1479 г. и Ермолинской летописи, сходным с Ипатьевской летописью, было известие 1196 г., А.Н.Насонов сделал вывод, что южнорусской летописью был Киевский свод 1198 г. В то же время А.Н.Насонов уточнил, что в общерусском своде 1423 г. митрополита Фотия хотя и была использована южнорусская летопись, по не в том объеме, как в общем источнике свода 1479 г. и Ермолинской летописи. К Киевскому своду 1198 г. должны возводиться некоторые известия следующих статей свода Феодосия — Филиппа: 1118, 1119, 1120, 1121, 1122, 1123, 1124, 1129, 1138, 1144, 1146, 1147, 1148, 1149, 1150, 1151, 1152, 1154, 1155, 1156, 1157, 1158, 1159, 1160, 1161, 1162, 1163, 1164, 1165, 1166, 1167, 1168, 1170, 1196 гг. Ряд таких ранних известий носит уникальный характер, они отсутствуют в Ипа- тьевской летописи. Под 1118 г. сообщается, что владимиро-волынский князь Яро-
40 Письменные памятники истории Древней Руси слав Святополчич отослал от себя свою жену Мстиславну, внучку Владимира Мо- номаха, а Владимир за это пошел на него войной и изгнал из княжества. Под 1123 г. — о посылке Владимиром Мономахом своего сына Мстислава под г. Владимир Волын- ский. В статье 1129 г. приведены имена полоцких Рогволодовичей: Василий и Иван, которых Мстислав Владимирович «поточил» в Константинополь. Под 1138 г. при- водятся слова князя Вячеслава Владимировича к Всеволоду Ольговичу относитель- но своих прав на Киев. Под 1146 г. помещено продолжение речи (начало есть в Ипатьевской летописи) к киевлянам князя Святослава Ольговича с упоминанием тиунов Ратши и Тудора; далее в рассказе о разграблении двора Святослава Ольго- вича в Путивле сообщается о захвате двух серебряных сосудов. Под 1151 г. — сооб- щение о разных намерениях Ольговичей и половцев. Под 1152 г. помещена фраза об уговорах венгерского короля его воеводами. Под 1157 г. — известие о поставлении Василия епископом в Переяславль, а Кузьмы — в Галич. Под 1159 г. — подробней- ший рассказ о смерти митрополита Константина; о повоевании половцами земель около Носова и до р. Альты, о захвате ими села Шеломницы; о взятии полоцкими Глебовичами г. Изяславля и пленении ими князей Володши и Брячислава; о нападе- нии черниговского князя Изяслава Давыдовича на Путивль. Под 1160 г. — описа- ние гибели Изяслава Давыдовича. Под 1167 г. среди участников похода правильно назван князь Иван Юрьевич (в Ипатьевской ошибочно Иван Ярославич). Под 1170 г. сообщается, что смоленскими князьями за Межимостьем вместе с князем Михал- ком были захвачены и новгородцы со многим товаром. Эти уникальные известия по истории древнерусских княжеств XII в. свидетельствуют о том, что при составле- нии свода 1464-1472 гг. была использована иная редакция Киевского свода 1198 г., чем та, которая сохранилась в Ипатьевской летописи. ИЗД.: ПСРЛ. Т. XXIII. СПб, 1910; Т. XXIV. Пгр, 1921; Т. XXV. М.; Л, 1949 (по Уваровскому списку; Эрмитажный список не опубликован). ИССЛ.: Шахматов А А. Общерусские летописные своды XIV и XV веков // ЖМНП. 1900. № И. С. 153-157; Шахматов 1938. С. 256-283; Насонов 1969. С. 260-274, 275-302; Лимонов 1967. С. 92-119; Клосс, Лурье 1976. С. 103-111. В.А.К. 8. Летописец Юрия Долгорукого Нач.: «В л^то 6057 [1149]. Приде Изяслав из Новагорода в Киевъ...» (по Ипа- тьевской лет.). Памятник принадлежит к распространенному типу летописных произведений пе- риода феодальной раздробленности — личным княжеским летописцам. Он посвящен известному политическому деятелю Древней Руси, князю Ростово-Суздальской зем- ли, а затем великому киевскому князю, сыну Владимира Мономаха, Юрию Долгору- кому (нач. 90-х гг. XI в. — 1157 г.) и охватывает его деятельность с 1149 по 1154 г. Летописец открывается известием 1149 г. о вспыхнувшей борьбе между группи- ровками князей. В одну входили Юрий Долгорукий, Владимир Галицкий и черни- говский князь Святослав Ольгович, в другую — Изяслав Мстиславич, его брат Рос- тислав, князь смоленский, а также Новгород. Изяслава поддерживали горожане Киева, опасавшиеся ущемления своих политических прав в случае насильственно- го захвата города Юрием и Ольговичами. Группировку Изяслава поддерживали Польша и Венгрия. К ней примкнул и брат Юрия, Вячеслав Владимирович. Летопи- сец рассказывает о походе на Киев Юрия Долгорукого из Суздаля. Поход князя был удачен. Войска Изяслава были разгромлены. Ростовский князь вступил в Киев. Изяс- лав бежал на Волынь. Далее Летописец повествует о том, что Юрий и его союзники
Памятники историографии 41 сделали попытку разрешить конфликт мирным путем, но неудачно. Начались воен- ные действия. Только вмешательство Владимира Галицкого, взявшего на себя роль арбитра, дало возможность заключить мир. Но соглашение между двумя группиров- ками было непрочное. Уже в 1150 г. Изяслав неожиданно нападает на Киев. Юрий был вынужден покинуть столицу и отступить в Городец на Остре. Но Изяслав не имел сил долго удерживать Киев. Вскоре он его покидает и уходит на Волынь. Здесь он получает помощь из Венгрии — 10 тысяч всадников. С этими силами он вновь борется за Киев. Несмотря на ожесточенное сопротивление, Юрий принужден был отступить. Летописец сообщает, что в 1151 г. ростовский князь продолжал борьбу за Киев, за великокняжеский стол. Он и его союзники с большим войском подошли к сто- лице, по потерпели поражение в районе Василева. Воспользовавшись победой, Изяслав решил нанести поражение другому члену коалиции — Владимиру Га- лицкому. Он осадил его в Галиче. Юрий спас своего союзника. Он двинул свои войска на юг, к Киеву. Военная демонстрация помогла. Изяслав должен был вер- нуться в Киев. Ожесточенная междоусобица закончилась только в 1154 г., когда после смерти Изяслава Юрий захватывает Киев и становится великим князем. Этим и заканчивается повествование памятника. Общий объем Летописца Юрия Долгорукого составляет свыше трех десятков боль- ших фрагментов Ипатьевской и Лаврентьевской летописей. Они посвящены похо- дам ростовского князя, дипломатической и политической борьбе, которую он вел. Политическая направленность памятника заключается в стремлении доказать, что борьба за Киев являлась защитой прав Юрия на владение «Русской землею». Изве- стия Летописца крайне тенденциозны. Возвеличение Юрия и его деяний — основ- ная идея памятника. Стиль фрагментов памятника лаконичен и точен, для него ха- рактерно четкое и ясное описание деталей событий. Повествование почти лишено эффектных художественных приемов, риторики, провиденциализма. Видимо, ав- тор Летописца был светским человеком из военно-дружинной среды, близкой к не- посредственному окружению князя. Памятник принадлежит к числу первых лето- писных произведений Ростово-Суздальской земли. В виде отдельного произведения Летописец не сохранился. Он реконструиру- ется на основе материала древнейших летописей. Ипатьевская летопись содержит наиболее полный текст известий о Юрии за указанный период. В Лаврентьевской также находятся эти сообщения, правда, сокращенные. Кроме того, она содержит, в отличие от Ипатьевской летописи, черниговские и галицкие сообщения XII— ХШ вв. Параллельная сверка известий позволяет точно установить объем текста Летописца Юрия за 40-50-е гг. XII в. без галицких и черниговских дополнений. Изложение Ипатьевской летописи о действиях Юрия разбито па несколько час- тей и не является единым рассказом. Однако все фрагменты составляют одну ло- гическую основу повествования. По смыслу каждый последующий фрагмент про- должает предыдущий. Характерно, что все отрывки Летописца плохо связапы с общим текстом летописи. При удалении фрагментов, находящихся между ними, они смыкаются. Отрывки образуют единый рассказ, посвященный деятельности Юрия Долгорукого. Фрагменты, принадлежащие другим источникам — киевской великокняжеской летописи, галицким и черниговским дополнениям, — не нару- шают общей целостности повествования Летописца. При реконструкции памятника необходимо учитывать общие признаки личных княжеских Летописцев — феодальную идеологию, «персонализм» (все события не- посредственно связаны с тем князем, кому принадлежит памятник), крайний субъек- тивизм в освещении деятельности «своего» князя, враждебность к его врагам. В то же время каждому Летописцу присущи яркие индивидуальные особенности, выра- жающиеся в стиле, лексике, в собственной политической направленности.
42 Письменные памятники истории Древней Руси В этой связи реконструкция Летописца Юрия Долгорукого базируется на тща- тельном анализе политического положения Руси середины XII в., на рассмотре- нии междоусобной борьбы за великое княжение, за Киев. В пей ростовский князь принимал самое деятельное участие. Период правления Юрия в Киеве (1155-1157) ознаменовался созданием вели- кокняжеского свода киевской летописи. Известия Летописца, относящиеся к дея- тельности Юрия на юге Руси, были распределены по статьям предыдущих лет. Лето- писец ростовского князя в составе киевской летописи попал и во Владимир при составлении первого местного свода. Таким образом, обе отрасли русского летопи- сания — и киевская, и владимирская — включили памятник в свой состав, откуда он попал и в Ипатьевскую, и в Лаврентьевскую летописи. ИЗД:, (источники реконструкции): ПСРЛ. 2-е изд. Л., 1927. Т. 1. Вып. 2. Стб. 320- 344; ПСРЛ. СПб., 1908. Т. II. Стб. 373-477. ИССЛ.: Бестужев-Рюмин К.Н. О составе русских летописей до конца XIV в. СПб., 1868. С. 89, 95-98; Шахматов 1938. С. 16-17; Приселков 1940. С. 73-74; Рыбаков 1963. С. 309; Лимонов Ю.А. Ростово-Суздальское летописание сере- дины XII в. (Летописец Юрия Долгорукого) // Исторические записки. 1962. Т. 72; Лимонов 1967. С. 34-61 и др.; Лимонов 1987. С. 19-37. ЮАЛ. 9. Летописец Андрея Боголюбского Памятник относится к жанру личных княжеских летописцев. Он рассказывает о подвигах одного из выдающихся государственных деятелей Древней Руси, сыне Юрия Долгорукого, Андрее Боголюбском, князе Владимиро-Суздальской земли. Собы- тия, связанные с деяниями князя, относятся к 1149-1151 гг., когда он был на службе у своего отца. Летописец сохранился в составе Ипатьевской и Лаврентьевской лето- писей. Он реконструируется на их основе. Летописные заметки о деятельности Андрея Боголюбского до начала его прав- ления во Владимиро-Суздальской земле вкраплены в текст описания борьбы за великокняжеский стол. В 1149 г. Юрий Долгорукий разбил своего соперника Изяслава Мстиславича, захватил Киев. Военные действия отошли па запад в рай- он Волыни. Здесь войска Юрия осаждали ряд городов, укрепленных Изяславом. Именно в изложении этих событий находится обширный рассказ о подвигах Андрея под Муравицей и Луцком. Главным действующим лицом этого рассказа является Андрей. Он остался в лагере под Муравицей после ночного бегства ос- новного отряда, он созвал военный совет, он решился двигаться с войсками к Дубне. Отрывок, который описывает бой под Луцком, также целиком посвящен подвигам князя. Летописец тщательно отмечает все действия Андрея: князь, опе- редив дружину, лишь с двумя «детскими» напал на многочисленных врагов, он храбро сражался в этом неравном бою, заслужив похвалу от отца и дяди. В другом отрывке летописной статьи 1149 г. Ипатьевской летописи рассказы- вается о позиции Андрея в отношении войны с Изяславом. Князь не одобрял жесткой позиции своего отца, Юрия Долгорукого, который хотел уничтожить противника. Андрей выступает в этом эпизоде как политик-миротворец. В статье 1150 г. содержится несколько небольших рассказов о деятельности Анд- рея. Они находятся, как и остальные, в Ипатьевской и Лаврентьевской летописях. В одном из отрывков рассказывается о том, что Андрей проявил большие способности как строитель и организатор обороны западнорусских городов. Князь представлен также дальновидным политиком и ловким дипломатом: просит у отца заключить
Памятники историографии 43 мир с Изяславом и одновременно разгадывает замысел послов Изяслава, производя- щих разведку укреплений пограничного города Пересоппицы. Наконец, последний отрывок повествует о деятельности Андрея-военачальника. Он совместно с Влади- миром Галицким пытается остановить войска Изяслава, прорывавшегося к Киеву. Фрагменты Летописца Андрея находятся и в летописных статьях 1151 и 1152 гг. Подробно, с предельной точностью описаны рыцарские подвиги князя, который храбро сражается впереди своего полка, показывая образец воинской доблести и бесстрашия. В битве под Черниговым Андрей лично возглавил Дружину и разбил вышедших из города «пешьцев». Подвиг князя повлиял на дальнейший ход осады. Андрей выступа- ет как способный полководец. Это он ведет за собой половцев при переправе через реку Лыбедь, «укрепляет на брань» свой полк и дружипу перед битвой на Рутце. Интересна и другая особенность Летописца. Опа заключается в том, что памят- ник содержит изложение собственных политических взглядов Андрея. Они отлича- ются во многом от позиции других князей, в том числе и Юрия Долгорукого. Анд- рей относился весьма враждебно к продолжению борьбы па юге и стремился уйти на северо-восток в Суздаль. Между отцом и сыном произошла ссора из-за желания Андрея покинуть пределы Киевского княжества. Недовольство политикой отца и стремление Андрея к известной самостоятельности привели его к неподчинению приказу Юрия и уходу домой на северо-восток, в Суздальскую землю. Памятник является типичным княжеским Летописцем периода феодальной раз- дробленности. Он охватывает события 1149-1151 гг. Его основная тенденция зак- лючается в изображении Андрея скромным и мужественным рыцарем, опытным и решительным полководцем, умным и дальновидным политиком. Летописец по- стоянно подчеркивает самостоятельность политических взглядов князя. Характерны и некоторые индивидуальные особенности лексики и стиля па- мятника. Почти всегда в повествовании наблюдается антитеза в поведении глав- ного героя, Андрея, и других князей. Подвиги Андрея никогда не сопровождают- ся хвалебными эпитетами. Их значение и оценка становятся ясными из непос- редственного анализа событий, ситуаций. Некоторые отрывки Летописца смыкаются текстологически и при удалении фрагментов, находящихся между ними, образуют целостное повествование. Ви- димо, первоначально текст памятника, подобно Летописцу Даниила Галицкого, не был разбит по годам и носил характер единого исторического повествования. Автором Летописца, возможно, был сам князь Андрей Боголюбский. На это указы- вает ряд особенностей памятника. Это и детальные, даже мельчайшие подробности эпизодов, приведенные в тексте памятника. Трудно предположить, чтобы подобные детали были известны человеку, который не был бы участником событий, описанных в Летописце. Это и определенный личный оттенок изложения некоторых фактов. Толь- ко самому Андрею мог быть присущ покровительственно-иронический взгляд на по- ступки его брата Глеба, критическое отношение к действиям Юрия Долгорукого. При- чем эти субъективные взгляды лишены какой-либо враждебности. На авторство Андрея указывает и своеобразная тенденциозность текста, которая создается без оценочных эпитетов и прямых указаний па доблесть князя. Эта тен- денциозность вытекает скорее из констатации фактов, дающих представление о не- заурядной политической роли князя, об его уме и храбрости. Столь своеобразный метод изложения автора Летописца весьма отличен от приема восхваления «своего князя» личных княжеских Летописцев. Подобная «скромная» манера описания де- ятельности князя также является подтверждением того, что автором Летописца был Андрей. Наконец, в известной степени на авторство Андрея указывает то, что в дальней- шем, в 60-70-е гг. XII в., владимирский «самовластен» принимал непосредствен- ное участие в «литературной работе» своего стольного града Владимира.
44 Письменные памятники истории Древней Руси Летописец Андрея был включен во владимирский свод 70-х гг. XII в. На юг Летописец попал в составе северо-восточного источника киевского свода 1200 г. В составе киевской великокняжеской летописи он сохранился в Ипатьевской летописи. На северо-востоке Летописец в составе владимирского летописания сохранился в Лаврентьевской летописи. Источники реконструкции: ПСРЛ. Т. I. Стб. 323-339; ПСРЛ. Т. II. Стб. 389-457. ИССЛ.: Перфецкий Е.Ю. Русские летописные своды и их взаимоотношения // Труды философск. факультета ун-та им. Комепского. Братислава. 1922. № 1. С. 24, 29—31; Лихачев 1947/2. С. 176-196; Насонов А.Н. Малоисследованные воп- росы Ростово-Суздальского летописания XII в. // Проблемы источниковеде- ния. М., 1962. Т. 10. С. 363-368. Лимонов ЮА. Летописец Андрея Боголюбского // Культура Древней Руси. М., 1966. С. 113-118. Лимонов 1967. С. 61—68; Воро- нин Н.Н. Существовал ли «Летописец Андрея Боголюбского»? // Памятники истории и культуры. Ярославль, 1976. С. 28-43; Hurwitz 1980. Р. 90-91; Лимонов 1987. С. 38-79. Ю.А.Л. 1.2. ЛЕТОПИСНЫЕ СТАТЬИ В СБОРНИКАХ 10. Запись о землетрясении «в Рустей земли» в 1107 г. «Память труса в Рустей земли, бывшаго при княжении Святополчи, и Воло- димере, и Давыде, и Олгове в лето 6615 в 10 час нощи, его же буди нам избыти молитвою пречистая владычица нашея Богородицы, ея же буди нам получити милость о Христе Исусе Господи нашем» (полный текст). Запись сообщает о землетрясении на Руси 5 февраля 1107 г. Текст оформлен в виде проложной Памяти — краткой заметки о событии, продолжающей, таким образом, византийскую традицию включения в этот сборник кратких житий и памятей известий о наиболее достопамятных землетрясениях в Константинопо- ле (ср. сказания о «трусе», помещенные в Прологе под 25 сентября и 15 мая). Известие об этом землетрясении содержится также в Повести временных лет (ПСРЛ, т. 1, стб. 283), — текст сохранился только в Радзивилловском и Москов- ско-Академическом списках: «а февраля 5 трясеся земля пред зорями в нощи» (в Лаврентьевской здесь пропуск — т. 2, стб. 259; текст дефектен). Проложная Па- мять не может быть возведена к летописи, т.к. в летописном тексте время собы- тия указано приблизительно, а в Прологе назван точный час. День месяца (5 фев- раля в Прологе, в Радзивилл., Моск.-Академия, летописях; 15 февраля — в Ипа- тьевской) нуждается в уточнении по другим источникам, поскольку при записи кириллицей даты могут легко взаимозаменяться («е!» — «ei», т.е. «5-й» или «15»). Память завершается обращением к Богоматери с просьбой о заступничестве, что косвенно свидетельствует о создании текста в одном из южнорусских монасты- рей или храмов, посвященных Богородице. В сочетании с упоминанием Влади- мира Мономаха вторым в перечне князей это позволяет предположительно свя- зывать возникновение текста с Успенским собором в Переяславле Южном. Запись находится в западпоукраипском по происхождению списке нач. XVII в. Пролога редакции Константина Мокисийского на сентябрь-февраль (так назы- ваемый Тереблянский пролог) — Народный музей в Праге, IX А 44, л. 368. Впер- вые запись была опубликована Ю.А.Яворским, приобретшим рукопись в 1926 г. в
Памятники историографии 45 Закарпатье. Рукописная традиция текста остается неизученной. Более краткий ва- риант записи («Память труса у Русцей земли бывша, при княжении Святополчи, и Володимери, и Давыдове, и Олгове, в лето 6615, в 3 час нощи») содержится в месяцеслове Лаврашевского Евапгеоия (Краков, Библиотека Чарторыйских, Чарт. 2097 IV, л. 175) североволыпской рукописи нач. XIV в., под 5 февраля; кратчайшее упоминание («память струса» — так!) обнаружена О.В.Лосевой под тем же чис- лом в Холмском Евангелии втор. пол. XIII в. (РГБ, собр. Румянцева, № 106, л 166). ИЗД.: Свенцицкий И.С. Лаврашевское евангелие начала XIV в. // Известия ОРЯС. 1913. Т. 187 Кн. 1. С 213; Яворский ЮЛ. Новые рукописные находки в области старинной карпато-русской письменности XVI-XVIII вв. // Knihovna Sboru pro vyzkum Slovenska a Podkarp. Rusi pn Slovan. Ustavu v Praze. 1931. C. 2. S. 9—41; VasicaJ., VajsJ. Soupis staroslovanskych rukopiso Narodniho Musea v Praze. Praha. 1957. S. 36; Лосева A.B. Русские праздники в древнейших церковных ка- лендарях // Русское средневековье 1999. Духовный мир. М., 1999. С. 23-30. А.А.Т. И. Запись о построении церкви Бориса и Глеба в Константинополе «В Л’кто 6625 [1117], създана бы[с]ть ц[е]ркв святую м[у]ч[е]п[и]ку Бориса и Гл'Ьба в Ц[а]рткградгк въ Испигас±и» (полный текст). Уникальная летописная запись завершает подборку кратких летописных извес- тий об истории Руси. Эта подборка посвящена в основном событиям, связанным с культом Бориса и Глеба: перенесение мощей в 1072 г., убиение Бориса в 1017 г., пере- несение мощей в каменную церковь (1115 г.), закладка церкви на Альте. Иные сведе- ния немногочисленны: крещение Руси, закладка Десятинной церкви, преставление Феодосия Печерского — и, подобно записям, относящимся к почитанию Бориса и Глеба (кроме последней), в более подробном виде известны по другим источникам. Существование церкви Бориса и Глеба в Константинополе на рубеже XII и XIII вв., и именно в районе Пига (Испигаскя — etz phgadatz от греч. «в Лигах», т. е. в источниках, в родниках, где располагалась в то время русская колония, под- тверждается данными «Хождения» новгородского епископа Антония (Добрыни Ядрейковича) ок. 1200 г. (см.). Запись позволяет установить время постройки храма, хотя — поскольку в ней не указаны месяц и день события — только в пре- делах трех лет: от 1 марта 1118 г. (по ультрамартовскому стилю) до 29 февраля 1120 г. (по мартовскому). Близость даты ко времени перенесения мощей Бориса и Глеба в каменную церковь в Вышгороде (1115 г.) и закладке посвященной им церкви на Альте (1117 г.) делает вероятной связь между всеми этими событиями и позволяет предположительно связывать и постройку константинопольского храма с деятельностью великого князя киевского Владимира Мономаха, направ- ленной в это время на упрочение культа святых князей-предков. Запись в составе подборки летописных известий находится в сборнике сер. XVI в. (РГАДА, ф. 181, РО б-ки МГАМИД. № 478/958, л. 471-471 об.). Древ- ность известия подкрепляется архаичностью состава этого сборника в целом: наиболее поздней его статьей является выписка из «Жития Стефана Пермско- го» Епифания Премудрого (коп. XIV в.), посвященная изобретению пермской азбуки, а также уникальностью ряда содержащихся в нем текстов. Здесь нахо- дятся «толковая» редакция «Слова о законе и благодати» митр. Илариопа, замет- ка русского паломпика XII в. О ладане, Поучение игумена Моисея первоначаль- ной редакции. Локализация кодекса, великорусского по происхождению, не
46 Письменные памятники истории Древней Руси поддается уточнению. В XVIII в. местом ее бытования, судя по документам, из которых состоит картон переплета, был Ростов Великий, местом же создания ле- тописной подборки явился, вероятно, один из многочисленных борисоглебских монастырей или храмов. А.А.Т. 12. Смоленские летописные записи XII в. 12.1. Записи в Михайловском сборнике «Л’Ьта 6642 [1134] Ростислав Мстиславич устрой град великии Смоленесък и церков созда святого Спаса верху Смядыни, и град Мстиславъл на Вехре он же созда; и княжения его 60 Л’Ьт было. Л’Ьта 6650 [должно быть 6658, т.е. 1150] августа 15, индикта 13 осветися церков святыя Богородица внутри града Смоленъска от Мануила первого епископа града Смоленъска. Л'Ьта 6746 [1238] Давыд Ростиславич созда церков на пристани собор арханъгела Михаила, и Бориса и ПгЬба на Смядыни, и принесение мощей из Вышегорода, и святого Василия церков созда». (Полный текст.) Записи имеют летописную форму и сообщают о событиях XII в., связанных с княжеским строительством в Смоленске; их можно считать сохранившимися фраг- ментами смоленского летописания того времени. Уникально и заслуживает внимания сообщение о строительстве кн. Ростиславом, который стал смоленским князем в 1125 г. (Татищев В.Н. История Российская. Т. 2. С. 137-138), городских стен («града»). Сообщение о строительстве им г. Мстиславля также может быть достоверным, в таком случае он мог быть назван в честь отца Рос- тислава. Церковь Спаса над р. Смядынью, развалины которой изучены Н.Н.Ворони- ным, датируется им 1170-ми гг. или ближе к рубежу XII и XIII вв. — она не может быть связана с Ростиславом (Воронин 1972. С. 273). Ростислав княжил в Смоленске 33 года (1125-1158) и в Киеве 9 лет (1158-1167), так что указание на 60 лет могло быть скорее частью первоначальной фразы «а жития его 60 лет было». Освящение смоленской кафедральной церкви Богородицы 15 августа указано с ошибкой в последней цифре года, которая исправляется по записи в Нифонтовском сборнике (см. № 12.3). Указание на число индикта в этой дате свидетельствует о применении сентябрьского календарного счета и может быть связано со смоленс- кой княжеской или епископской канцелярией, из которой вышла также запись 30 сен- тября того же 1150 г. в составе Уставной грамоты Ростислава Мстиславича (ДКУ, с. 146). Здесь должно говориться о повторном освящении епископом Мануилом цер- кви, которая была построена в начале XII в. (заложена Владимиром Мономахом в 1101 г. — см.: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 250) и в которой с 1136 г. существовала епископская кафедра (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 300, под 6645 г.). Необходимость нового освящения хра- ма могла быть связана с событиями 1140-х гг., когда после отказа еп. Мануила при- знать неканопично поставленного вел. кн. Изяславом Мстиславичем нового митро- полита Клима Смолятича он вынужден был скрываться от митрополита, а в смолен- ском соборе мог служить ставленник Клима, что потребовало после его отставки и возвращения Мануила нового освящения (Щапов 1963. С. 43-44; Щапов 1972/1. С. 145-146; Щапов 1972/2. С. 281-282). Сообщение о деятельности Давыда Ростиславича (княжил в Смоленске в 1 ISO- 1197 гг.) говорит о постройке им церкви Михаила Архангела, как считает Воронин, у западного торгового порта города, к которому тяготеют княжеский храм и двор. В
Памятники историографии 47 «принесении мощей» Бориса и Глеба из Вышгорода есть основания видеть вывоз в 1191 г. Давыдом Ростиславичем только ветхих деревянных гробов, в которых до перезахоронения 1072 г. были погребены святые братья (Воронин 1972. С. 273). Бо- рисоглебский монастырский храм на Смядыни был заложен не Давыдом, а его от- цом Ростиславом в 1145 г. (Н1Л. С. 27), и должен был быть завершен еще в его кня- жение в Смоленске (т.е. до 1158 г.). Упоминаемая в записи дата (6746) не связана с ее содержанием. И.И.Орловский считал ее искажением даты 6696 (1188) (Орловс- кий И.И. С. 226). Однако дата 6746 — памятная и широко известная в истории Руси как дата татаро-монгольского нашествия. Возможно, что она осталась здесь, как и в записи в Уваровском сборнике (см. 12.2), от какого-то местного летописного сооб- щения об этом событии. Сообщение о постройке Давыдом церкви Василия Воро- нин относит к «малой церкви Василия» в Смядынском монастыре и видит в этом сообщении хронологическое указание на время ее возникновения (Воронин 1972. С. 274). Однако достоверность этого сообщения сомнительна: оно может быть изме- нением первоначального сообщения о перенесении «мощей» из вышгородской цер- кви Василия, лучше сохранившегося в Уваровском сборнике. Летописные записи XII в. находятся в сборнике собрания киевского Михаи- ло-Архангельского монастыря, писанном белорусской скорописью XVII в., воз- можно, связанном с г. Пинском (ЦНБ НАН Украины, Петров 476 [1656]). В сбор- нике содержатся различные историко-литературные произведения и выписи по истории Восточной Европы XV-XVII вв., в частности, полемически направлен- ные против латинян. После летописных записей XII в. в нем находится еще одна смоленская запись о взятии польским королем Сигизмундом III Смоленска в 1611 г. после 20-месячной осады и о взрыве пороховых погребов. ИЗД.: Петров И.И. Описание рукописных собраний, находящихся в городе Киеве // ЧОИДР. Кн. 2. М., 1897. С. 153-154; Щапов Я.Н. Освящение смо- ленской церкви Богородицы в 1150 г. // Новое в археологии. М., 1972. ИССЛ.: Воронин 1972. С. 271-275; Орловский 1909. С. 226-228; Щапов 1972/2; Янин ВЛ. Заметки о комплексе документов Смоленской епархии XII века // Отечественная история. 1994. № 6. 12.2. Запись в Уваровском сборнике «В лето 6523 [1015] бысть на Смоленьсце первый князь Мьстислав Владими- ров сын, а сын его Ростислав, създавый первую епископью у Смоленьску святую Богородицю. В лето 6000 7-сотное 46 [1238] Давид Ростиславичь создав церков святаго Ми- хаила и Бориса и Глеба а на Смядыни, принесь мощи святаго Бориса и Глеба из Вышегорода от святаго Василья. Мьстиславь Ростиславич создав церков святаго Спаса па Пол± и устрой великий град Смоленск, княженья его лет 60. Мстислав па Вехре его же ставлепиа». (Пол- ный текст.) Первая часть записи с невероятной датой называет первым смоленским князем Мстислава Владимировича, который, вероятно, княжил там между 1093 и 1095 гг. (Рапов О.М. Княжеские владения на Руси в X — первой половине ХШ в. М., 1977, с. 140), и связывает его имя с созданием его сыном Ростиславом епископии. Такая связь есть также в Уставной грамоте Ростислава (последний привел епископа «по повелению отца своего святого, еже хотев при животе своем сотворити» — ДКУ, с. 141) и в похвале Ростиславу (заглавие похвалы: «О великом князе Мьстиславе Смоленском и о церкви») — указание на то, что Ростислав стал смоленским кня- зем и основателем епископии «отца своего молитвою». — Щапов 1974. С. 59).
48 Письменные памятники истории Древней Руси Вторая часть начинается вновь датой монголо-татарского нашествия и этой датой, как и содержанием текста, показывает связь с источником, общим с записью в Михай- ловском сборнике. Отличием является утверждение о принесении «мощей» Бориса и Глеба «от святого Василия» в Вышгороде. Первоначальное захоронение братьев-кня- зей находит подтверждение в Житии Бориса и Глеба (ПДЛ. Вып. 2. СПб., 1916. С. И). Третья часть относит к Мстиславу, брату Давыда, княжившему в Смоленске в 1175-1177 гг., те постройки, которые, по другим сведениям, принадлежат Рос- тиславу, и она является, скорее всего, неуклюжей переделкой сообщения, лучше сохранившегося в Михайловском сборнике, о строительстве Ростислава. Это относится и к числу лет княжения (или, скорее, жизни) князя. По Воронину, цер- ковь Спаса на Поле может быть отождествлена с церковью Спаса на Смядыни. Запись находится в кратком летописце, содержащем сведения «от потопа» и включающем в конце летописные статьи об истории Руси («Начало Руси»), за- вершающиеся смоленскими сведениями — ГИМ, Увар. 515 (по Леониду 1788); сборник, писан полууставом конца XV в., — л. 341-341 об. ИЗД.: Тихомиров М.Н. Древнерусские города. Изд. 2. М., 1956. С. 356-357. Примеч. 3 (в публикации нет подчеркнутого слова: «создав церков святаго Спаса на Пол^к...», но воспроизводятся все русские статьи Уваровского ле- тописца); Воронин Н.Н. Следы раннего смоленского летописания // Новое в археологии. М., 1972. С. 271-272 (даны только смоленские известия, со- общение о Мстиславе дается со словом «Спаса»). ИССЛ.: Воронин 1972. С. 272-273. 12.3. Запись в Нифонтовском сборнике «Святилище святые Богородицы освятися от Мануила первого епископа гра- да Смоленска месяца августа 15 день, индикта 13, в лета 6658-е». (Полный текст.) В записи сообщается о дате освящения смоленской кафедральной церкви 15 ав- густа 1150 г. с указанием индикта, то есть так, как в записи Михайловского сборника и в Уставной грамоте Ростислава Мстиславича. Запись восходит к тому же смолен- скому летописному сообщению об освящении церкви, которое сохранилось в Ми- хайловском сборнике, по, сравнительно с этим общим источником, в этой записи опущены сведения о местоположении церкви и переставлены слова с заменой сло- ва «церковь» на «святилище». В результате этого летописное сообщение оказалось представленным в торжественной литургической форме с как бы трехкратным «ос- вящением» этой церкви. Памятник существует в виде непосредственного продолжения другого сочине- ния второй половины XII в. — Похвалы кн. Ростиславу Мстиславичу (ум. 14 марта 1167 г.), которая представляет собой смоленский памятник литературы, прослав- лявший этого князя, бывшего великим князем Киевским, с целью его канонизации. Документ сохранился в сборнике, составленном в 1530-х — нач. 1540-х гг. в Иосифо-Волоколамском монастыре по указанию и при участии игумена этого монастыря Нифонта Кормилицына: РНБ. Q. XVII. 15. Л. 469-469 об. ИЗД.: Орловский И.И. Борисоглебский монастырь в Смоленске на Смядыни и раскопки его развалин // Смоленская старина. Вып. 1.4. 1. Смоленск, 1909. С. 212, примеч. 2 (по копии нач. XIX в., сделанной для Н.П.Румянцева); Сумни- кова ТА. «Повесть о великом князе Ростиславе Мстиславиче Смоленском и о церкви» в кругу других смоленских источников XII в. // Восточнославянские языки. М., 1973. С. 128-146; Щапов Я.Н. Похвала князю Ростиславу Мстисла-
Памятники историографии 49 вичу как памятник литературы Смоленска XII в. // ТОДРЛ. Т. 28. 1974. С. 59. ИССЛ.: Щапов 1972/1; Щапов 1972/2; Щапов 1974. С. 47-59; Янин В.Л. За- метки о комплексе документов Смоленской епархии XII века // Отече- ственная история. 1994. № 6. Я.Н.Щ. 12.4. Проложное сказание об освящении церкви Бориса и Глеба и перенесении их гробов из Вышгорода на Смядину в 1191 г. Сказание сохранилось всего в нескольких списках Пролога под 11 августа. Нач.: «В л'Ьто 6699-е, индикта въ 9, месяца августа въ И день, принесени бысть рац*Ь во святки святую мученику Бориса и Drk6a из Вышагорода к Смоленску» (РГБ, Троиц. № 793, л. 1). В Сказании говорится о перенесении в 1191 г. ветхих гробов святых братьев Бо- риса и Глеба, в которых те были захоронены ранее (до перенесения мощей в 1072 г.), из Вышгорода в Борисоглебский монастырь на Смядыни. Раки перенесены по ини- циативе смоленского князя Давыда Ростиславича, про которого сказано: «предер- жаи всю область Смоленскую, сына же своего Владимера посади Вышегород’Ь». Вос- хваляются христианские добродетели смоленского князя. Рассказывается об освя- щении монастырской церкви в тот же день в присутствии князя Давыда Ростиславича, епископа Симеона и архимандрита Игнатия. Обилие историчес- ких реалий указывает на древность Сказания. ИЗД.: Никольский Н.К. Материалы для истории древнерусской духовной письменности. СПб., 1907. С. 114-115. Б.М.К. 1.3. ВИЗАНТИЙСКАЯ ХРОНИКА 13. «Летописец вскоре» патриарха Никифора с русским продолжением за Х-ХШ вв. «Никифора патриарха Царяграда л^тописецъ въскор’Ь». Нач.: «Адамъ първый челов^къ бывъ л*Ьт 230...» Памятник представляет собой славянский перевод малой византийской хро- ники IX в. Хронографикона константинопольского патриарха Никифора (ок. 758- 829 гг., патриарх в 806-815 гг.; известен как автор ряда антииконоборческих и ан- тиманихейских произведений, а также двух сочинений историографического жан- ра: Бревиария, или «Краткой истории», описывающей события 602-769 гг., и Хронографикона, или «Летописца вскоре»), дополненный византийскими и рус- скими статьями, доводящими изложение до 1278 г. Хронографикон — краткий перечень с хронологическими выкладками, в котором представлены наиболее известные «деятели» мировой истории от Адама до 829 г.: ветхозаветные патриархи, израильские судьи, иудейские и персидские цари, прави- тели эллинистического Египта, римско-византийские императоры, для многих из них указана лишь продолжительность жизни или правления. К Хронографикону при- мыкает перечень глав пяти вселенских патриархатов.
50 Письменные памятники истории Древней Руси Это произведение еще в греческой рукописной традиции неоднократно про- должалось, дополнялось, подвергалось редакторской правке, благодаря чему его текст дошел до нас в двух основных редакциях (см.: Nicephori archiepiscopi Constantinopoli opuscula historica, edidit Carolus de Boor. Lipsae, 1880. P. 81-102). Перевод Хронографикона па славянский язык был сделан в Болгарии во 2-й пол. IX или самом нач. X в. по 1-й редакции греческого текста с некоторыми со- кращениями и изменениями. В X в. в Болгарии этот перевод был включен в состав Древнеславянской кормчей XIV титулов без толкований и дополнен взятыми из кормчей сведениями о Вселен- ских соборах. В составе кормчей книги Ефремовской редакции «Летописец вскоре» в XI в. попал на Русь. В составе этой редакции кормчей он сохранился в списках рубежа XV и XVI вв. — Троицком и Плигинском. В этих списках славянский текст «Летописца вскоре» содержится в своей самой древней редакции, ближе всего сто- ящей к тексту перевода. По ним текст этой редакции был издан Я.Н.Щаповым (Ща- пов 1976/2. С. 252-260). На основе этой редакции, за счет сокращений и дополнений, на Руси ок. кон. XII в. была создана II Распространенная редакция перевода, которая затем была дополнена сведениями по русской истории до 1278 г. Русские статьи охватывают период от «призвания варягов» (это событие отнесе- но ко времени византийского императора Михаила) до смерти ростовского князя Глеба Васильковича (по Троицкой летописи датируется 1278 г.), что позволяет от- нести создание самого Летописца приблизительно к 1279 г. Последней упомянутой в Летописце датой является 6781 (1273) год, указанный как время 2-й татарской переписи на Руси. Летописец — единственный современный источник, сообща- ющий об этой переписи. Упоминания о византийских императорах кончаются на Мануиле (1143-1180). Начиная с гибели князя Андрея Боголюбского в 6681 (1173) г., сообщается толь- ко о событиях русской истории. В статьях, относящихся к 1218-1278 гг., владимиро-суздальские известия тесно переплетены с ростовскими и ярославскими. Полагают, что в основе Летописца — сокращение летописи, являвшейся ростовской редакцией владимирского великокня- жеского свода, и что эта летопись была близка, но не идентична, источникам Лаврен- тьевской и Троицкой летописей и Московского свода 1480 г. (Лимонов 1967. С. 142). Летописец был издан в приложениях к 1 тому Полного собрания русских лето- писей в 1846 г., затем Н.В.Степановым, причем хронографическая часть — парал- лельно с греческим текстом 1-й редакции. Этой части было посвящено и фунда- ментальное исследование (Степанов, Летописец... кн. 3, с. 292-320; То же, кн. 2, с. 250-293; кн. 3, с. 256-291). Новое, более точное издание Летописца предпринял М.Н.Тихомиров, с приложением фотокопии листов рукописи и с разночтениями по Варсонофьевской кормчей (XIV в.). Я.Н.Щапов исследовал историю памятника в составе кормчих книг, пока- зав его прямую связь с «Летописцем» в составе Ефремовской кормчей (Ща- пов 1962. С. 295-301; Щапов 1976/2. С. 230-260; Щапов 1978. С. 199-204). Е.К.Пиотровская изучила взаимосвязи «Летописца вскоре» с такими произ- ведениями древнерусской литературы, как Повесть временных лет, «Учение о числах» Кирика Новгородца, Житие Александра Невского, Летописец в «Избор- нике Святослава 1073 г.», и показала, что не только эта малая хроника могла быть использована в качестве их источника. Выявлено 52 русских списка славянского перевода «Хронографикона» XIII-XVII вв., наиболее ранний — Новгородской кормчей (ГИМ, Син. № 132, л. 567 об.-575 об.); рукопись была создана между 1279 и 1293 гг., возможно, ок. 1282 г. (Щапов 1978.
Памятники историографии 51 С. 223). Его относят ко второму виду II Распространенной редакции (Пиотровская, 1975. С. 176-177). К этому виду отнесено 13 списков XIII—XVII вв. Но, имея значи- тельное сходство в хронографической части текста, они довольно сильно различа- ются в летописной: лишь в 7 списках (включая список Новгородской кормчей) текст заканчивается известием о смерти Глеба Васильковича (1278 г.), из них 4 списка — в кормчих книгах XIII-XVI вв. Ближе всего к списку Новгородской кормчей стоит летописец Варсонофьевской кормчей XIV в. ИЗД:. ПСРЛ, СПб. Т. 1, прил., С. 248-252; Степанов Н.В. Летописец вскоре патриарха Никифора в Новгородской кормчей // ИОРЯС. СПб., 1912. Т. XVII. Кн. 3. С. 292-320; Тихомиров М.Н. Забытые и неизвестные произ- ведения русской письменности // АЕ за 1960 г. М., 1962. С. 234-239 (с при- ложением фотокопии текста); Щапов Я.Н. Византийские хронографичес- кие сочинения в древнеславянской кормчей Ефремовской редакции // Ле- тописи и хроники. 1976. М., 1976. С. 252-260. ИССЛ.: Степанов Н.В. Заметка о хронографической статье Кирика (XII в.) // ИОРЯС, СПб., 1910. Т. XV. Кн. 3. С. 129-150; Он же. Летописец вскоре патри- арха Никифора в Новгородской кормчей // ИОРЯС. СПб., 1912. Т. XVII. Кн. 2. С. 250-293. Кн. 3. С. 256-291; Шахматов 1940. Т. IV. С. 62-69; Щапов 1962. С. 295-301; Лимонов 1967. С. 138-156; Пиотровская Е.К. 1975’, Она же. Крат- кий археографический обзор рукописей, в состав которых входит текст «Лето- писца вскоре» константинопольского патриарха Никифора // ВВ. М., 1976. Т. 37. С. 247-254; Она же. О времени перевода «Летописца вскоре» констан- тинопольского патриарха Никифора на славянский язык // ВИД. Л., 1976. Т. 7. С. 101-117; Она же. «Летописец вскоре» константинопольского патриарха Ни- кифора и «Изборник Святослава 1073» // Изборник 1073 г. М., 1977. С. 317— 331; Она же. «Летописец вскоре» константинопольского патриарха Никифо- ра и «Учение о числах» Кирика Новгородца // Византийские очерки. М., 1977. С. 216-224; Щапов 1978. С. 199-204; Пиотровская Е.К. «Летописец вскоре» патриарха Никифора // СККДР. Вып. 1. С. 231-234; Он же. Византийские хроники IX в. и их отражение в памятниках славяно-русской письменности («Летописец вскоре» константинопольского патриарха Никифора) // Право- славный палестинский сборник. Вып. 97(34). СПб., 1998. (С. 1-174). И.В.В. 1.4. ПОВЕСТИ И ЛЕГЕНДЫ 14. Сказание о «грамоте русской» Нач.: «Се же ведомо буди всеми языкы и всеми людьми, яко русский язык ни откуду же прия веры сея святыя, и грамота русская никим же явлена, нъ токмо самемь Богом». Легендарное апологетическое сочинение, посвященное происхождению сла- вянской письменности и ее судьбам у западных славян. Памятник без заглавия, в большинстве случаев входит в состав компиляции, включающей отдельные эпи- зоды из пространного жития Константина-Кирилла Философа (частично с тол- кованиями) и закапчивающейся известием о смерти славянского просветителя в 869 г. («В лето 6377 преставися Кирил, учитель словенску языку...»; В.М.Живов склонен считать эту фразу началом текста Сказания) и рассказом о крещении
52 Письменные памятники истории Древней Руси киевского князя Владимира в Корсуии, послужившим одним из источников жи- тия, отразившегося в редакции Мусин-Пушкинского сборника 1414 г. (X.Гольд- блатт склонен рассматривать этот рассказ как составную часть Сказания). Тематически сказание разделяется на две части. Первая из них посвящена дока- зательству того, что «русская грамота» не является изобретением людей, а была да- рована по божественному откровению в Херсонесе («Корсуии») некоему «русину», принявшему христианство задолго до крещения Руси и переведшему на восточно- славянский («русский») язык Евангелие и Псалтырь, с которыми ознакомился (во время хазарской миссии) Константин-Кирилл, распространивший позднее эту грамоту среди других славянских народов. Там же он научился от некоего «самарянина» и еврейской грамоте. При императоре Михаиле и императрице Ирине Константин-Кирилл был послан в Моравию в ответ на просьбу моравс- кого князя прислать философа, и там научил моравап, чехов и ляхов и другие народы, и утвердил их в православии и написал книги «русским языком». Отту- да он пошел в Рим, где разболелся, принял в монашестве имя Кирилл и там умер. Основным источником этой части сказания послужило известие, содержащееся в ХШ гл. Пространного жития Константина-Кирилла, сообщающее о том, что сла- вянский первоучитель во время пребывания в Крыму «обрете... еуаглие и псалтырь руськыми письмены писано, и человека обрет, глаголюще тою беседою, и беседова с ним, и силу речи приим» (Лавров, с. 12). О взаимоотношении текстов жития и Сказания писали Р.Пиккио (Picchio R. Questione della lingua e Slavia Cirillometodiana // Studi sulla questione della lingua presso gli Slavi / A cura di R.Picchio. Ноша, 1972. P. 46-48) и Гольдблатт (Goldblatt 1986. P. 311-328). Данный пассаж жития породил обширную литературу о происхождении и характере «русских» (или «рушьскых») письмен, наиболее убедительной представляется версия о том, что это чтение воз- никло как переосмысление («исправление» по принципу от незнакомого к знакомо- му) первоначального «сурьскими» (т.е. сирийскими) «писмены» (обзор точек зре- ния исследователей и их аргументацию по данному вопросу см.: Флоря 1981, с. 115— 117, примеч. 10). Ошибочное упоминание императрицы Ирины (вместо Феодоры) в качестве современницы миссий Константина-Кирилла сближает Сказание с ря- дом летописей, содержащих ту же ошибку (Новгородская I младшего извода, Мос- ковский летописный свод коп. XV в., Типографская, Никаноровская, Сокращенные своды 1493 и 1495 гг.) в статье о походе Аскольда и Дира на Царьград. Вторая часть Сказания повествует о гонениях «по многим летом минувшим» на православие и «рускую» грамоту «в Мораве, Чехах и Ляхах», инициатором которых выступает здесь католический епископ Войтех (Адальберт), и о гибели гонителя в результате неудачной миссии «в Прусской земле». Не исключено, что па это извес- тие повлиял реальный исторический факт преследования славянской литургии и письменности в Великой Моравии после смерти Мефодия (885 г.) при его преемни- ке и противнике Вихинге (хотя Сказание относит это событие к более позднему вре- мени). На самом деле епископ Адальберт-Войтех, погибший в 997 г., не был против- ником славянского богослужения и письменности (с чем в настоящее время соглас- ны большинство исследователей). Соединение его имени с антиславянской акцией, упоминаемой во второй части Сказания, могло произойти не ранее второй полови- ны XI в., когда в условиях полемики после разделения церквей Войтех, бывший свя- тым патроном Польши, стал трактоваться в православной восточнославянской сре- де как символ воинствующего католицизма («латинства»). В научной литературе предметом исследования была по преимуществу вторая часть Сказания, вероятно, по причине безусловно легендарного характера первой и ее тесной связи с текстом Пространного жития Константина-Кирилла. В исследо- ваниях русских ученых (А.А.Шахматов, Н.К.Никольский) преобладала оценка вто- рой части Сказания об уничтожении славянской письменности в Чехии и Польше
Памятники историографии 53 Войтехом как достоверного исторического свидетельства. Чешские ученые и дру- гие зарубежные богемисты, изучавшие культурно-просветительскую деятельность Адальберта-Войтеха в Чехии и Польше, напротив, отмечают, как правило, его по- кровительство славянской письменности и богослужению (см.: Chaloupecky V. Svaty Vojtech a slovanska liturgie // «Bratislava», 1934. VIII. № 1-2, S. 37-41; Idem. Slovenska bohosluEba v Cechach // Vestnik eeske Akademie vid a umeni. Praha, 1950. Roc. LIX. T. 4. S. 65-86; Dvomik F. Les Legendes de Constantin et de Methode, vues de Byzance. Prague, 1933; Idem. Les benedictines et la Christianization de la Russie // L’Eglise et les ftglises /Studies et travaux offerts a Dorn Lambertt Beaudin. Chevetogne, 1954. T. 1; Idem. Byzantine Missions among the Slavs // SS. Constantine-Cyril and Methodius. New Brunswick. 1970; Holinka R. Svaty Vojtech. Brno, 1947; Jacobson R. Minor Native Sources for the Early History of the Slavic Church // Harvard Slavic Studies. 1954. Vol. II. P. 39-73; Кролик 1963, Vasica J. Slovanska bohosluzba v ceskych zemich. Praha, 1940; Vlcerka R. Slovanske pocatky ceske knizni vzdelanisti. Praha, 1963; Weingart M. Feskoslovensky typ cirkevnej slovanciny / Bratislava, 1949; см. также: В.MЖивов, 1992) и склонны поэтому расценивать известие Сказания как легендарное. Компромисс- ное решение предложено в работах А.В.Флоровского, считающего оценку деятель- ности Войтеха в сказании исходящей от политических противников епископа и его рода (Славпиковичей) в Чехии. Неоднократно высказывалось мнение (Шахматов, Никольский, Флоровский) о западнославянском (чешском) происхождении памят- ника. Шахматов считал его заключительной частью западнославянского историче- ского сочинения (ср.: Шахматов 1940, т. IV), отразившегося в ПВЛ в статье 898 г. (так называемое «Сказание о преложепии книг на славянский язык»). Реконструк- ция Шахматова была оспорена Н.К.Никольским (подробнее об источниках, време- ни и месте создания последнего памятника см.: Флоря 1985, facs. I, р. 121-130). В настоящий момент наиболее аргументированной представляется точка зре- ния В.М.Живова, считающего памятник русским полемическим антилатипским сочинением, содержащим заведомо искаженную оценку деятельности Адальбер- та-Войтеха. Большинство исследователей, занимавшихся Сказанием, относили его создание к домонгольскому времени (1030-е— 1090-е гг. — Шахматов; коп. XI— нач. XII в. — Никольский, Флоровский; XII в. — В.М.Живов; домонгольским време- нем датировали В.М.Истрин и А.И.Соболевский). Особняком стоят мнения О.К- ралика и X.Гольдблатта, относящих время создания памятника к XIV-XV вв. Первый видит в нем образчик поздней аптилатинской полемики, второй связы- вает создание Сказания с ростом русского национально-религиозного самосоз- нания, в XIV-XV вв. особенно усилившегося с падением Константинополя в 1453 г. и турецким завоеванием православных славянских государств на Балка- нах. Основанием для столь поздней датировки, несомненно, послужила отчасти и достаточно поздняя рукописная традиция текста (не ранее последней четвер- ти XV в.). Однако, древность языка сказания и особенности, невозможные в па- мятнике XIV-XV вв., отмечал еще А.И.Соболевский (напр.: «тъ единъ отъ руска языка явися преже крестьян, и не ведом никимъ же, откуду есть был» — Соболев- ский, с. 431), а замена имени «Войтех» на слова «вой те латипстии» в списках Сказания, сопровождающих Палею, указывает па непонимание древнего текста уже писцом Палеи, послужившей архетипом дошедших кодексов кон. XV-XVI в. Для датировки Сказания большое значение имеют два обстоятельства. Подоб- ное апологетическое сочинение, в котором, вопреки реальности, славянской пись- менности приписывается русское происхождение, могло возникнуть лишь в усло- виях, когда Русь на протяжении долгого времени являлась единственной страной с господствующей славянской письменностью, т.е. до возрождения славянской госу- дарственности (а вместе с пей и письменности) на Балканах в конце XII в. В то же
54 Письменные памятники истории Древней Руси время, аптилатинская полемическая заостренность сочинения, выразившаяся в ис- кажении исторической роли Войтеха (известного в более ранний период па Руси в числе других западных святых) не могла появиться в памятнике русской литерату- ры не только ранее «великой схизмы» (1054 г.), но и вскоре после нее, до конца XI в. (В.М.Живов). Косвенные основания для датировки Сказания временем между кон. XI и кон. XII в. дает конвой памятника в рукописной традиции, точнее, фрагменты, предшествующие ему, связанные с Пространным житием Константина-Кирилла, древность соединения которых со Сказанием признается всеми исследователями. Здесь к тексту «Рече некогда жидовин философу: От Сима семя благословеное, вы же несте...» (соответствует фрагменту гл. X Жития — ср.: Лавров, с. 54), имеется тол- кование: «То уже есть всеми ведомо, яко крестьяне все лишася в ваша села, рекше во Иерусалим...» Подобное упоминание христиан в Иерусалиме возможно лишь для времени с 1096 г. (Первый крестовый поход) по 1187 г. (отвоевание города Салах- ад-Дином). Нужно отметить достаточную древность славянской рукописной тра- диции данного толкования — вместе с толкуемым фрагментом (и при этом в редак- ции, соответствующей тексту конвоя Сказания) оно помещено уже в русском сбор- нике XIII в. (РНБ, Qn. 1.18, л. 42 об. — 43; см.: Турилов АЛ. Древнейшие отрывки Пространного жития Константина-Кирилла Философа // Балканы в контексте Сре- диземноморья: Проблемы реконструкции языка и культуры. Тезисы и предваритель- ные материалы к симпозиуму. М., 1986. С. 99-100; Издание текста в сборнике XIII в. см.: Watrobska Н. The Izbornik of the XIII-th Century. Nijmegen, 1987. (Полата къни- гописьная. № 19-20. P. 42-43). Для датировки Сказания имеет также немаловажное значение вопрос, входи- ла ли компиляция, частью которой является Сказание, в первоначальный состав так называемого «Прибавления к Палее», возводимого исследователями лето- писи к «Хронографу по великому изложению», создание которого относят ко времени не позднее конца XI в. (Творогов 1975, с. 18). Текст Сказания известен не менее чем в 15 списках 2-й пол. XV-XVII в. (стар- ший, точно датированный, — в составе псковской Хронографической Палеи 1477 г. — ГИМ, Синодальное собр., № 210); его рукописная традиция связана либо с Хроно- графической Палеей (так называемое «Прибавление к Палее» — см.: Творогов 1975, с. 18, 21, 127-129), либо с комплексом статей грамматического содержания в сбор- никах XVI-XVII вв., либо с пространным житием Константина-Кирилла Филосо- фа (в последнем случае выборка из жития в начале текста опускается). Текст Сказания неоднократно публиковался в XIX-XX вв. по отдельным спис- кам. В 1963 г. издан по 6 рукописям В.Ф.Марешем. В настоящее время В.М.Живо- вым опубликовано критическое издание текста с учетом выявленных им редакций. ИЗД.: Добровский И. Кирилл и Мефодий, словенские первоучители. М., 1825. С. 118-119 (публикация М.П.Погодина); Востоков АХ. Описание русских и сло- венских рукописей Румянцевского музеума. СПб., 1842. С. 58; Бодянский О.М. О времени происхождения славянских письмен. М., 1855. С. 91-111; Он же. Кирилл и Мефодий. Собрание памятников, до деятельности св. первоучителей и просветителей славянских племен относящихся // ЧОИДР. 1863. Кн. 3. С. 31- 32; Bielowski A. Monumenta Poloniae historica / Pomniki dziejowe Polski. Lwow, 1864. T. I; Леонид, архим. (Кавелин). Сведения о славянских пергаменных и бу- мажных рукописях, поступивших из книгохранилища Свято-Троицкой Серги- евой Лавры в библиотеку Троицкой духовной семинарии в 1747 г. (ныне нахо- дящейся в библиотеке Московской духовной академии). М., 1887. Вып. I. С. 20 (ЧОИДР. 1883. Кн. 1); Франко 1в. Апокр1фи i легенди у украшських рукопиав, 1896. Т. 1. (Памятки украшсько-русько! мови i л!тератури. Т. 1. С. ХП-ХШ (пере- изд.: Франко 1в. Зб1ранпя TBopiB. Ки!в, 1983. Т. 38. С. 67—76); Ягич И.В. Рассуж-
Памятники историографии 55 дения южнославянской и русской старины о церковнославянском языке (Codex slovenicus rerum grammaticarum. СПб., 1896. С. 20-22; Лавров 1911. С. 149; Лав- ров 1930. С. 36-37 (репринт: The Hague, Paris, 1966); Мареш В.Ф. Сказание о славянской письменности (по списку Пушкинского дома АН СССР) // ТОДРЛ. Л., 1963. Т. XIX. С. 169-176; Magnae Moraviae fontes historici. Brno, 1967. T. II. S. 307-309 (по изд. И.В.Ягича); Климент Охридски. Събрапи съчипения. София, 1973. Т. III. С. 36, 58-59; Живов М.В. «Slavia Christiana» и историко-культурный контекст «Сказания о русской грамоте» // Русская духовная культура. Тренто, 1992. С. 71-125. ИССЛ.: Шахматов АА. Толковая Палея и русская летопись // Статьи по сла- вяноведению. СПб., 1904. Вып. I. С. 69; Он же. Сказание о преложении книг на славянский язык // Jagic-Festschrift. Zbornik u slavu Vatroslava Jagida. Berlin, 1908. S. 172-188; Соболевский А.И. Заметки о русской литературе старшего пе- риода. [Рец. на: Истрин В.М. Исследования в области древнерусской литера- туры (СПб., 1906) //ЖМНП. 1906. Нов. серия. Ч. III. С. 427-439];Никольский Н.К. Повесть временных лет как источник для начального периода русской письменности и культуры. К вопросу о древнейшем русском летописании. Л., 1930. Вып. 1; Истрин В.М. Моравская история славян и история Полян-Руси как предполагаемый источник начальной русской летописи. По поводу иссле- дования Н.К.Никольского // Byzantinoslavica. 1931. Roc. Ill, sen 2, S. 308-332; 1932. Roc. IV, ses I. S. 36-37; Флоровский A.B. Чехи и восточные славяне: Очер- ки по истории чешско-русских отношений (X-XVIII вв.). V Praze, 1935; Он же. Чешские струи в истории русского литературного развития // Славянс- кая филология: Сб. статей. М., 1958. Кн. III. С. 211-251; Кролик О. Повесть временных лет и Легенда Кристиана о святых Вячеславе и Людмиле // ТОДРЛ. Л., 1963. Т. XIX. С. 177-207; Творогов 1975. С. 18, 21, 127-129; Goldblatt 1986. Vol. I. Р. 311-328. А.А.Т. 15. Сказание о призвании варяжских князей Нач.: «Имаху дань варязи приходяще из заморья...» Рассказ о приглашении славянскими и финскими племенами Северо-Запада «варяжских» правителей, получивший в историографии условное название «ле- генды о призвании варягов», присутствует в разных редакциях во всех древней- ших русских летописях, Новгородской первой, Повести временных лет. В со- ставе последней он включен в последующие летописные своды, подчас с допол- нениями, часть которых, возможно, восходит к недошедшим до нас источникам (в Воскресенской и Никоновской летописях). Сказание занимает в Повести временных лет особое место. Это первое про- странное повествование в датированной части: оно открывает собственно «ис- торическую» часть памятника, стоя на грани «праистории» и «истории». По сво- ему содержанию оно является ответом летописца на поставленный им в заголов- ке ПВЛ вопрос: «откуду есть пошла Руская земля?», с которым перекликается завершающая Сказание фраза летописца «и от тех варяг прозвася Руская земля» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 20; НПЛ. С. 106). Чрезвычайный интерес к «легенде» в историографии XVIII-XX вв. обусловлен историческим содержанием Сказания и возможными историческими выводами из него. Со второй пол. XVIII в. оно служило одним из краеугольных камней «норман- нской» концепции происхождения Древнерусского государства, и потому на его изу-
56 Письменные памятники истории Древней Руси чении сильно сказалась борьба норманистов и антипорманистов. Вплоть до начала XX в. Сказание рассматривалось по преимуществу с исторической точки зрения как более или менее достоверный рассказ о начале Русского государства. Появление скандинавской («варяжской») по происхождению великокняжеской династии на Руси в соответствии с представлениями XVIII — первой пол. XIX в. отождествля- лось с основанием самого государства, что вызывало критику антипорманистов и стремление интерпретировать либо всю «легенду» в целом, либо слово «варяг» та- ким образом, чтобы обосновать местные, славянские истоки Древней Руси. В нача- ле XX в. А.А.Шахматов заложил основы «литературоведческого» (летописеведчес- кого) направления в изучении Сказания, исследовав его текстологически в связи с реконструкцией ранней истории русского летописания. Важнейшие выводы А.А.Шахматова были приняты и с небольшими уточнениями повторяются во всех последующих трудах (Е.А.Рыдзевская, Д.С.Лихачев, А.Г.Кузьмип и др.). Со времени А.А.Шахматова Сказание считается «книжной конструкцией», пло- дом «тенденциозного сочинительства» одного из составителей или редакторов ПВЛ (согласно самому А.А.Шахматову, составителя Начального свода 1095 г.: Шахматов 1908, с. 477). Наиболее подробно вопрос о политической тенденциозности «легенды» рассмотрел Д.С.Лихачев, видевший в ней обоснование единства древнерусской кня- жеской династии в условиях междукняжеских усобиц второй пол. XI — нач. XII в. (Lichacov). Источником этой конструкции, по мнению А.А.Шахматова, Д.С.Лихаче- ва и др., послужили местные, первоначально самостоятельные предания, династичес- кие (А.А.Шахматов) или связанные «с урочищами, могильниками, селами и города- ми» (Лихачев 1979, с. 27-28, 83-84): Ладожское, Новгородское, Изборское, Белозер- ское. Историческая достоверность «легенды» ставилась под сомнение или отвергалась. В последние десятилетия, соглашаясь с поздним и искусственным характе- ром «легенды», историки усматривают в ней историческое ядро — вокняжение скандинавского правителя на Новгородском севере (В.Т.Пашуто, В.Л.Япин, А.Н. Киржечников, Е.Н.Носов и др.). Однако установление фольклорного, уст- ного происхождения сказания и сделанные ценные текстологические и истори- ческие наблюдения не были продолжены с целью выявления типа и структуры исходного повествования, использованного летописцем (отнесение его К.Тиан- дером к числу германских переселенческих сказаний сомнительно), его перво- начального содержания, характера его переработки в летописном тексте и т.д. По своему содержанию Сказание принадлежит к широкому кругу социоэтиоло- гических легенд и представляет собой повествование о происхождении правящей династии (A.Stender-Petersen), т.е. в категориях средневековой историософии — о происхождении государства. Типологически сходные легенды присутствуют в большинстве средневековых «историй», составители которых стремились опреде- лить место своего народа в христианском мире и во всемирно-историческом ряду. Первое достигалось изложением библейской этногенетической легенды о заселе- нии ойкумены потомками Сима, Хама и Иафета и дополнением ее наименованиями интересующих хрониста народов (ср. космографическое вступление к ПВЛ). Вто- рое, понимаемое как объяснение происхождения государства/дипастии, служило предметом собственных построений хрониста на основе всемирной (библейской) истории и местной исторической традиции, воплощавшейся в мифе и эпосе. Поэто- му сказания о происхождении государства/дипастии во всех европейских традици- ях сочетают мифо-эпические, квазиисторические и исторические элементы. В условиях формирования ранних государств этиологический миф о происхож- дении основателя государства/династии осмысляется как его нахождение, пересе- ление или приглашение. Первый, наиболее архаичный вариант (нахождение) пред- ставлен, например, в римской (Ромул и Рем), скандинавской (датские Скьёльдунги) традициях, второй (переселение) — в английской (Брут) и скандинавской (Один и
Памятники историографии 57 асы у Снорри Стурлусона), третий (приглашение) — в англо-саксонской (Хенгист и Хорса), западнославянской (Пшемысл у Козьмы Пражского), восточнославянской (Рюрик, Синеус и Трувор). Со структурно-типологической точки зрения в сказаниях о призвании выделя- ются следующие эпизоды: преамбула (обоснование необходимости призвать пра- вителя), поиски правителя (обращение к иноплеменникам), его приход, условия пе- редачи власти, история правления («деяния»), передача власти по наследству, т.е. основание династии, современной хронисту. Историческое «наполнение» этих эпи- зодов обусловливается конкретными обстоятельствами, в которых происходит ли- тературное оформление сказания, а степень и формы разработки каждого из эпизо- дов — взглядами и задачами христианства, а также национальными традициями. В древнерусском Сказании присутствуют все эпизоды, по их значение в глазах летописца (и, соответственно, подробность их изложения) неравноценны. Так, «де- яния» правителя, обычно наиболее подробно разработанная часть, практически от- сутствует в ранних летописных текстах.Возможно, их отголоском являются упоми- нания о городах, где сел Рюрик и его братья, и о раздаче Рюриком градов своим му- жам. Лишь кратко названы обстоятельства «призвания», приход будущего правителя и др. На первый план выдвигается тема наличия или отсутствия правопорядка («прав- ды») и необходимость его установления, что, возможно, обусловлено, как и считал Д.С. Лихачев, обстановкой княжеских усобиц кон. XI — нач. XII в. Выдвижение на первый план правовой стороны «призвания», а также значитель- ное количество правовой лексики (терминов и формул) в тексте Сказания («прав- да», «наряд», «ряд», «княжити и володети», «рядить», «судить по праву» и пр.), ве- роятно, указывают на то, что составитель летописи использовал историческое пре- дание, содержавшее изложение, соглашения, на основе которого было осуществлено «призвание». Существование подобного соглашения — «ряда» вытекает из самого рассказа летописца: «князь» приглашается «рядить (судить) по ряду», т.е. согласно договору между ним и местными правителями (В.Т.Пашуто). Условия ряда прослеживаются в летописном тексте (Мельникова, Петрухин, 1991). Ряд предусматривает передачу верховной власти приглашенному князю (он должен «княжить», «володеть»), вероятно, в первую очередь, для осуществления задач консолидации нарождающегося государства (В.Т.Пашуто), поскольку ино- земный правитель и его дружина не были связаны узкоплеменпыми интересами. Другой задачей приглашенных была защита от внешней опасности. Как и на Запа- де, урегулирование отношений с одной из групп скандинавов давало возможность использовать их против других отрядов. Власть князя ограничивается условием «судить» («рядить») «по праву» (вариант: «по ряду», согласно договору), т.е. ру- ководствоваться нормами, существовавшими в момент «призвания» в Новгород- ской земле. Наконец, перечисление городов, где сели Рюрик и его братья и где Рюрик посадил своих мужей (эти перечни, вероятно, видоизменены летописцем, исходившим из реалий коп. XI — нач. XII в. и включившим в них города, которые играли важную роль в его время, но не в IX в., когда некоторых из них, в том числе Новгорода, еще не существовало), вероятно, отражают условия «кормления» при- шельцев (В.Т.Пашуто). Договоры со сходным содержанием заключались со скан- динавскими предводителями в странах Западной Европы, во Франции (911 г.) и в Англии (878 г.), а также па Руси па протяжении X-XI вв. Последний из них и наи- более известный по исландской «Саге об Эймунде» был заключен Ярославом Муд- рым в конце 1010-х гг. Сохранение «ряда» в устной традиции на протяжении длительного времени обус- ловливалось его принципиально важным значением как для представителей мест- ной знати, так и для первых русских князей и их дружинников, поскольку «ряд» регулировал отношения между ними. Обе стороны были заинтересованы в макси-
58 Письменные памятники истории Древней Руси малыю точном сохранении условия «ряда», который определял их взаимные права и обязанности, возможно, вплоть до времени Ярослава. Значение «ряда» определило и формирование вокруг пего как исторического ядра предания об основании государства/династии, т.е. дополнение договора повествова- нием об обстоятельствах его заключения и последовавших за этим событиях. Свиде- тельством существования такого предания является в первую очередь повествова- тельная структура летописного рассказа (Мельникова, Петрухин 1995), отражающая структуру этиологического мифа. Для Сказания ПВЛ характерен сугубо эпический событийно-временной континуум, т.е. слитность событийного и временного рядов. Не случайно, хотя оно помещено в датированной части ПВЛ и, более того, летописец делает попытку расчленить временной континуум, вынеся сообщение о взимании дани варягами в отдельную годовую запись и отделив ее от основного текста двумя «пус- тыми» годами, все остальные события излагаются под одним годом как единый собы- тийно-временной ряд. К другим показательным чертам эпического характера исполь- зованного летописцем предания принадлежит отождествление дружины, знати с пле- менем, народом («вся русь» — ПВЛ, «дружина многа» — НПЛ), приход трех братьев и др. Мифоэпические элементы сочетаются в предании с историческими реалиями (по- мимо текста самого ряда), возможно, частично восходящими ко времени, близкому самому событию: имя Рюрик (< др.-исл. Hroerekr), как и имена его братьев обнаружи- вают признаки раннего, не позднее начала X в., заимствования (G.Schramm); упоми- нание Ладоги (в Ипатьевской летописи, вероятно, содержащей более древнюю редак- цию Сказания-. Кузьмин) и Новгорода как мест пребывания Рюрика согласуется с ро- лью Старой Ладоги и Городища под Новгородом в русско-скандинавских отношениях IX в.; перечень племен, призывавших варягов, т.е. составлявших раппегосударствен- ное образование на Северо-Западе, вероятно, отражает его реальный этнический со- став и первоначальную территорию (Носов, 1992; Мельникова, 1995). На основании поздних летописных сводов можно предполагать, что истори- ческое предание, использованное летописцем, было намного пространнее и содер- жало более или менее подробный рассказ о событиях, последовавших за призва- нием Рюрика. Содержащиеся в Воскресенской и Никоновской летописях упоми- нания о борьбе новгородцев во главе с неким Вадимом против Рюрика, об изгнании или бегстве потерпевших поражение новгородцев в Киев могли быть органичес- кими частями предания, сокращенного летописцем, изложившего лишь ту его часть, которая непосредственно отвечала поставленной им задаче — рассказать о происхождении Древнерусского государства (Русской земли) и правящей динас- тии, и согласовывалась с его стремлением обосновать легитимность и единство династии русских князей, ведущих свой род от одного предка — Рюрика (см. о нем: Мельникова,2000), а также противопоставить порядок, изначально установ- ленный «по праву», беспорядку междукняжеских усобиц своего времени. ИЗД.: ПСРЛ. Т. 1. Стб. 19-20; Т. 2. Стб. 13-14; Новгородская первая лето- пись // Насонов 1950. С. 106-107; Воскресенская летопись // ПСРЛ. 1856. Т. 7. С. 267-269; Никоновская летопись // ПСРЛ. 1862. Т. 9. С. 8-9, 15. ИССЛ.: Шахматов 1904} Шахматов 1908} Тиандер К.Ф. Датско-русские ис- следования. Пг., 1915; Stender-Petersen A. Die Varagersage als Quelle der altrussischen Chronik. Aarhus, 1934 (Acta Jutlandica. Vol. VI.I); Кузьмин AT. К вопросу о происхождении варяжской легенды // Новое о прошлом на- шей страны. М., 1967. С. 42-53; Lichacec D.S. The Legend of the Calling-in of the Varangians and Political Purposes in Russian Chronicle-Writing from the Second Half of the 11th to the Beginning of the 12th Century // Scando-Slavica. Suppiementum. 1970. Vol. I. Varangian Problems. P. 170-185; Пашуто В.Т. Летописная традиция о «племенных княжениях» и варяжский вопрос // Летописи и хроники, 1973. М., 1974. С. 103-114; Лихачев Д.С. Великое на-
Памятники историографии 59 следие. М., 1975; Schramm G. Die erste Generation der altrussischen Fbrstendynastie. Philologische Argumente fur die Historitat von Rjbrik und seinen Brbdern //Jahrbiicher fur Geschichte Osteuropas, 1980. Bd. 28. S. 321 — 333; Янин В.Л., Колчин Б.А. Археологии Новгорода 50 лет // Новгородс- кий сборник. 50 лет раскопок в Новгороде. М., 1982; Носов Е.Н. Новгородс- кое (Рюриково) городище. Л., 1990; Мельникова Е.А., Петрухин В.Я. «Ряд» легенды о призвании варягов в контексте ранней средневековой диплома- тии // Древнейшие государства на территории СССР, 1990 г. М., 1991. С. 219-229; Фроянов И.Я. Исторические реалии в летописном сказании о призвании варягов // Вопросы истории. 1991. № 6; Мельникова, Петрухин Легенда о призвании варягов и становление древнерусской историографии // Вопросы истории. 1995. №2; Мельникова Е.А. К типологии предгосудар- ственных и ранпегосударственных образований в Северной и Северо-Вос- точной Европе // Древнейшие государства Восточной Европы. 1992-1993 годы. М., 1995; Носов Е.Н. Происхождение легенды о призвании варягов и балтийско-волжский путь // Древности славян и финно-угров. СПб. 1992; Мельникова Е.А. Рюрик, Синеус и Трувор в древнерусской историографи- ческой традиции // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998 г. М., 2000. Е.А.М. 16. Повесть об ослеплении князя Василька Теребовльского Нач.: «В л^т[о] 6605. Придоша С[вя]тополкъ, Володимеръ, Д[а]в[ы]дъ Игоре- вичь и Василко Ростиславичь...» (Лавр.). Повесть об ослеплении княжившего в Теребовле (на р. Сирете, левом прито- ке Днестра) Василька Ростиславича и последовавших за этим междоусобных войнах русских князей с участием поляков, венгров и половцев рассказывает о событиях 1097-1112 гг. Повесть содержится в Лаврентьевской и Ипатьевской летописях, а также сходных с ними летописных памятниках, составляя летопис- ную статью 1097 года. Автором повести считается некий Василий, о котором в повести говорится в первом лице: «Mirfc ту сущю Володимери», «мшк же рече», «с^де со мною» и т.д. (ПСРЛ, т. 1, стб. 265, 266). Имя автора устанавливается из обращения к нему владимиро-волынского князя Давыда Игоревича: «да се, Василю, шлю тя, иди к Василкови, тезу своему» (ПСРЛ, т. 1, стб. 265). А.А.Шахматов полагал, что слово «тезу», т.е. «тезке», написано ошибочно вместо слова «сыну», и принимал автора повести Василия за духовного отца теребовльского князя Василька Ростислави- ча. Однако предполагаемое чтение «сыну» не может служить основой для по- добных выводов. Более приемлемой представляется точка зрения Б.А.Рыбакова, считающего автора повести Василия «мужем» киевского князя Святополка Изя- славича и отождествляющего его с посадником Святополка во Владимире Во- лынском Василием, посадничавшим там в 1099 г. Сама повесть начинается с описания Любечского съезда русских князей (киевс- кого Святополка, переяславского Владимира Мономаха, владимиро-волынского Да- выда Игоревича, теребовльского Василька Ростиславича, черниговских Давыда и Олега Святославичей), где была достигнута договоренность о союзе всех князей и закреплении за каждым из них их владений. Однако сразу же после съезда бояре Давыда Игоревича — Турик, Лазарь и Василь — известили своего князя, что его со- сед теребовльский князь Василько Ростиславич вместе с Владимиром Мономахом
60 Письменные памятники истории Древней Руси заключили тайный союз против него и Святополка Киевского. Давыд Игоревич со- общил об этом Святополку. Вероятность слухов подкреплялась тем, что в 1086 г. Василько Теребовльский оказался замешанным в убийстве родного брата Свято- полка — Ярополка, княжившего, как и Давыд Игоревич, во Владимире Волынском. Несмотря па большие колебания, Святополк решил осуществить совет Давыда схватить Василька. Теребовльский князь был приглашен во дворец киевского князя и там коварно арестован. На следующий день Святополк созвал бояр и киевлян и рассказал им об аресте Василька. Бояре и киевляне решили, что если сообщение князя Давыда правдиво, Василько должен быть наказан. Настоятели же киевских монастырей советовали Святополку отпустить Василька. Давыд Игоревич предло- жил Василька ослепить. На это и решился киевский князь. Недалеко от Киева в Бел- городе Василько был ослеплен, его лишили обоих глаз. Слепого Василька Давыд привел в свой Владимир и заключил под стражу. Узнав об аресте и ослеплении Ва- силька, Владимир Мономах послал весть к черниговским князьям. Князья собрали полки и выступили к Городцу. К Святополку в Киев было отправлено посольство с требованием объяснений. Объяснения киевского князя не удовлетворили Монома- ха и его союзников, и они приготовились переправиться через Днепр и захватить Киев. Мачеха Мономаха и митрополит Никифор едва уговорили противников Свя- тополка не делать этого. Со своей стороны Святополк обещался наказать Давыда Игоревича. Тот, в свою очередь, решил захватить владения плененного Василька. Но брат последнего, Володарь, княживший в Перемышле, перехватил Давыда у Буж- ска и осадил его в этом городе. Осажденный Давыд согласился отпустить Василька к брату. На этом условии был заключен мир. Василько вернулся в свой Теребовль и, объединив силы с братом Володарем, вторгся во Владимирское княжество. Рости- славичи захватили Всеволож, зажгли город, а жителей перебили. Затем они осадили Давыда во Владимире. Добившись выдачи Василя и Лазаря, в свое время нагово- ривших Давыду Игоревичу на Василька, они повесили их и сияли осаду города. Однако спустя некоторое время па Владимиро-Волынское княжество начал наступ- ление киевский князь Святополк Изяславич. Давыд Игоревич бежал к полякам. Заручившись их поддержкой, он вернулся во Владимир, но был осажден здесь Свя- тополком. Давыду пришлось вновь оставить свою столицу и бежать к полякам. Свя- тополк же, захватив Владимиро-волынское княжество, решил заодно расправиться и с Ростиславичами. Однако на Рожненском поле Володарь и Василько нанесли Свя- тополку поражение, и он вынужден был спасаться бегством во Владимир. Володарь и Василько отстояли свои Перемышль и Теребовль, а Давыду Игоревичу с помо- щью половцев удалось отнять у киевского князя свой Владимир-Волынский. В 1100 г. на съезде в Уветичах вновь собрались киевский, переяславский и черниговские князья. Туда был приглашен и Давыд Игоревич. У него был отобран Владимир, ко- торый перешел к киевскому князю, а ему был дан Дорогобуж, в котором Давыд и княжил до своей смерти в 1112 г. Хотя последнее событие, отмечаемое в повести — смерть в Дорогобуже князя Давыда Игоревича — относится к 1112 г., в повести последовательно и подробно излагаются события только 1097-1100 гг. Такой цельный, не разбитый на погод- ные статьи рассказ свидетельствует о том, что ранее он существовал отдельно от летописи и был вставлен в нее под 1097 г. потому, что с этого года начинались описываемые в нем события. Что касается упоминания о кончине Давыда Игоре- вича, то оно должно рассматриваться как помета позднейшего летописца, редак- тировавшего включенную в свод повесть. Судя по тому, что в повести отрицатель- но характеризуются князья киевский, владимиро-волынский, перемышльский и даже теребовльский, лишь один переяславский князь Владимир Мономах показан в ней с положительной стороны, надо полагать, что повесть была включена в ту редакцию Повести временных лет, которая создавалась при Мономахе. А поскольку
Памятники историографии 61 в повести определенное внимание уделено киевскому Михайловскому Выдубиц- кому монастырю и игуменам киевских монастырей, есть основание считать, что повесть была включена во вторую редакцию Повести временных лет, составлен- ную игуменом выдубицкого монастыря Сильвестром. Рассказ Василия о событиях 1097-1100 гг. подвергся во второй редакции По- вести временных лет определенной обработке. В нем содержатся морализирую- щие и религиозные назидания, которые выдают руку церковника. Возможно, это редакционные добавления в повесть, сделанные игуменом Сильвестром. Тексты в Лаврентьевской и Ипатьевской летописях несколько отличаются друг от друга. Так, в Лаврентьевской летописи читается «на молбу княгинину» (ПСРЛ. Т. I. Стб. 264), в Ипатьевской слова «княгинину» пет (Т. II. Стб. 238). В Лаврентьев- ской сказано, что Владимир Мономах «и черницы любя» (там же), в Ипатьевской эти слова отсутствуют (там же). В Лаврентьевской летописи читается «противу Ва- силкову брату Володарю» (ПСРЛ. Т. I. Стб. 267), в Ипатьевской — «противу Воло- дарю» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 241). В Лаврентьевской указано, что после поражения на Рожнепском поле от Володаря и Василька Ростиславичей во Владимире Волынс- ком вместе с киевским князем Святополком Изяславичем укрылись «и Ярополчича 2» (ПСРЛ. Т. I. Стб. 270); в Ипатьевской летописи упоминание двух князей Яро- полчичей отсутствует (ПСРЛ. Т. II. Стб. 245). В то же время в Ипатьевской летописи приведены слова Василька Теребовльс- кого «и пойду, р’Ьхъ, на ПоловщЬ» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 240), далее «иже поидоша Бе- реньдичи ко Mirfc, и веселяся сердце мое и възвеселися оумъ мои» (там же, стб. 241), опущенные в Лаврентьевской летописи (ПСРЛ. Т. I. Стб. 266). В Ипатьевской ле- тописи, в отличие от Лаврентьевской, сохранилось указание на день недели, когда были казнены бояре Василий и Лазарь: «в понед'клникъ» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 243). При описании осады Владимира киевским князем Святополком в Ипатьевской ле- тописи читается фраза «а Давыдъ въ град^Ь» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 244), отсутствующая в Лаврентьевской (ПСРЛ. Т. I. Стб. 269). Согласно Лаврентьевской летописи ослеп- ление Василька произошло в Белгороде (ПСРЛ. Т. I. Стб. 260), а согласно Ипатьев- ской летописи — в Звенигороде (ПСРЛ. Т. II. Стб. 234). Свидетельство Лаврентьев- ской летописи представляется более точным, поскольку путь из Киева во Владимир Волынский, которым везли Василька Теребовльского, проходил через Белгород. ИЗД.: ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. I. Стб. 256-273; ПСРЛ. СПб., 1908. Т. II. Стб. 230-248; Повесть временных лет. Ч. I. М.; Л., 1950. С. 170-180; ПЛДР: XI — нач. XII в. М., 1978. С. 248-264; «Повесть временных лет» по Лаврентьевско- му списку. Изд. Археографической комиссии. СПб., 1872 [факсимильное изд.]; Радзивилловская, или Кенигсбергская летопись. Изд. ОЛДП № CXVIII. СПб., 1902. Т. I [факсимильное издание списка с миниатюрами, служащими иллюст- рацией летописного текста]; ПСРЛ. Т. 38, М., 1989. С. 95-99; Радзивилловская летопись. Текст. Исследование. Описание миниатюр. Т. I-П. СПб., 1994. ПЕРЕВ.: см. Повесть временных лет. ИССЛ.: Шахматов 1916. С. XXXI-XXXVI; Рыбаков 1963. С. 275-279. Тво- рогов О.В. Василий // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 91-92. В.А.К. 17. Летописные повествования об убиении кн. Андрея Боголюбского Рассказы о заговоре против владимирского (Владимира па Клязьме) князя Ан- дрея Юрьевича Боголюбского и его убийстве в ночь с 29 на 30 июня 1174 г. есть
62 Письменные памятники истории Древней Руси почти в каждом русском летописном своде. Древнейшими из таких рассказов являются описания в Лаврентьевской, Радзивилловской, Московско-Академи- ческой летописях и Летописце Переяславля Суздальского — с одной стороны, с другой — описания в Ипатьевском и Хлебниковском списках Ипатьевской лето- писи. Повествование в последней более чем в три раза превышает объем пове- ствования в Лаврентьевской и сходных с нею летописях, причем почти весь текст, читающийся в Лаврентьевской летописи, есть и в Ипатьевской. 17.1, Рассказ в Ипатьевской летописи Нач.: «В Л’Ьто 6683. Оубьенъ быс[ть] великии князь Аньдр’Ьи Суждальскии...» Здесь находится обширный уникальный рассказ о гибели владимирского князя. Он содержит общие оценки деятельности Андрея Боголюбского, главным образом в области церковного строительства, приписываемые ему рассуждения и молитвы, а также фактические сообщения о заговоре. Согласно этому рассказу, заговор был орга- низован любимым слугой Андрея Боголюбского Якимом Кучковичем, который, уз- нав, что князь велел казнить его брата, подговорил близких себе людей ночью убить князя. Вооружившись, заговорщики пришли к княжескому дворцу, по испугались и, чтобы набраться храбрости, пошли в княжескую медушу и там напились. Вернувшись назад во дворец, они постучали в сенные двери. К дверям подошел Андрей Боголюб- ский, но их не открыл. Тогда заговорщики стали бить в двери и выломали их. Два заговорщика набросились на князя, но одного из них князь подмял под себя. Полагая, что внизу князь, заговорщики ранили своего товарища. Поняв, что ошиблись, они снова начали борьбу с князем и нанесли ему несколько ран копьями. Взяв своего товарища, они покинули княжеский терем, считая, что Андрей убит. Но один из них сказал, что в оконце сеней он увидел, как князь выходил из сеней. Заговорщики бросились назад искать раненого князя. Зажегши свечи, они по каплям крови определили, где спрятал- ся князь. Он скрылся под сенями за столбом. Здесь заговорщики нашли и убили Анд- рея. После этого они убили его слуху Прокопия, вернулись в княжеский дворец, где захватили княжеские драгоценности и оружие. Во Владимир было послано известие об убийстве князя, но владимирская дружина не стала противодействовать заговор- щикам, потому что многие из владимирцев сами участвовали в заговоре. Труп Андрея был брошен в огород и должен был быть отдан на съедение псам. Но слуга Боголюбс- кого Кузьмище киянин (киевлянин) возмутился таким надругательством над телом своего князя, настоял, чтобы убитого завернули в ковер и отнесли в церковь. Два дня труп князя пролежал в церковном притворе, прежде чем тело Андрея поместили в каменную раку. Убийство князя повлекло за собой грабежи в Боголюбове и Владими- ре. В столице они были остановлены Микулой, священником Успенского собора, ко- торый начал ходить по городу с иконой Владимирской Божьей матери. На шестой день после убийства Андрея владимирцы решили направиться в Боголюбове, чтобы привезти тело князя и захоронить его в соборной церкви. Туда отправилась делега- ция, которая доставила тело во Владимир. У Серебряных ворот города была организо- вана торжественная встреча процессии, а затем состоялись похороны Андрея Бого- любского во владимирском соборе Успения Богородицы. Такова фактическая канва оригинального повествования, вычленяемого в Ипа- тьевской летописи. Весьма вероятно, что оно было записано Микулой, служившим в Успенском сборе и приехавшим в свое время во Владимир вместе с князем Андре- ем из киевского Вышгорода. Но основой этого повествования был рассказ княжес- кого слуги Кузьмищи киянина. Киевское происхождение Микулы и Кузьмища, по- видимому, способствовало тому, что рассказ о трагическом событии в северо-вос- точном Владимирском княжестве попал или в Киев, или в Чернигов, где был внесен
Памятники историографии 63 в местную летопись, а в 1198 г. был соединен с повествованием, сохранившимся в Лаврентьевской летописи. Что касается приписанных в оригинальном повествова- нии Ипатьевской летописи Андрею Боголюбскому молитв и рассуждений, то в них, наряду с сочувствием к трагической судьбе владимирского князя, проскальзывают и явные поты его осуждения: «много согр^шихъ, Господи, заповеди твоя не схра- пивъ», «живота моего мало и полно труда и злых д^лъ», «моливыпюся о rp'kckx сво- ихъ» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 588-589). Такие напоминания о нарушении Андреем Бого- любским христианских заповедей, о его злых делах скорее всего принадлежат руке киевского летописца, знавшего или даже помнившего о взятии войсками князя Ан- дрея Киева в 1169 г. и жестоком разграблении ими киевских церквей и монастырей. 17.2. Рассказ в Лаврентьевской и близких к ней летописях Нач.: «О убьеньи Апдр^ев^. В то же л^то оубьенъ бысть великыи князь Андреи...» В повествовании Лаврентьевской летописи фактическая сторона гибели Андрея Боголюбского изложена несколько иначе, чем в Ипатьевской. Главой заговора назван Петр, Кучков зять. Вместе с ним действовали Ефрем Моизич, Анбал Ясин — ключник князя Андрея, Яким Кучкович, а всего заговорщиков было 20 человек. Решение об убий- стве князя было принято днем 29 июня собравшимися у Петра, Кучкова зятя. Ночью, вооружившись, заговорщики подошли к княжескому дворцу, выломали двери у сеней и ворвались в спальню князя. Андрей хотел было взять свой меч, но он заранее был унесен ключником Анбалом. Заговорщики нанесли князю много ударов саблями и ме- чами, а затем покинули спальню. Князь «в отороггк» вскочил и начал стонать «в болезни сердця». Заговорщики услышали его голос и вернулись. Боголюбский спрятался под сени, по враги нашли его там и убили, причем Петр отрубил правую руку князя. Клиро- шане Боголюбской церкви нашли тело князя под сенями, завернули в ковер и принесли в храм, где по отпевании положили в каменный гроб. Жители же Боголюбова и люди, составлявшие двор князя Андрея, расхитили княжеское имущество, ограбили масте- ров, приглашенных князем, побили княжеских посадников, тиунов, детских и мечни- ков, а дома их разграбили. На пятый день после убийства, в четверг, протопоп влади- мирского Успенского собора Феодул вместе с владимирцами отправился в Боголюбо- ве, взял тело князя, с честью привез его во Владимир и захоронил в Успенском соборе. Факты, сообщаемые Лаврентьевской летописью, довольно скупы. Изложены только основные события, происшедшие в Боголюбове. Рассказ, по-видимому, был составлен во Владимире скорее всего протопопом Успенского собора Феодулом. Возможно, им же было написано и окончание этого рассказа, содержащее похвалу Андрею Боголюбскому. Видимо, другому лицу, быть может, владимирскому сводчику 80-х гг. XII в., принадлежит обширное вступле- ние к рассказу об убиении князя Андрея, в котором расписаны заслуги этого кня- зя перед церковью и его праведная жизнь. Такое трехчленное деление статьи Лаврентьевской летописи об убиении Андрея Боголюбского, по своей структуре аналогичное житиям святых, заставляет предполагать, что во Владимире хотели провести канонизацию Андрея Боголюбского, а потому летописное повествова- ние о его смерти старались отредактировать по агиографическим образцам. В повествованиях Лаврентьевской и Ипатьевской летописей ясно обнаружива- ются черты, свидетельствующие если не о несколько более позднем появлении, то, по меньшей мере, о более позднем редактировании этих повествований. Так, в Лав- рентьевской летописи содержится пожелание «помиловати князя нашего и госпо- дина Всеволода... да подасть ему... многа л^та съ княгынею и съ благородными д^тми». Единоличным правителем во Владимирском княжестве Всеволод стал после смер- ти своего старшего брата Михалки 20 июня 1176 г., а окончательно — после победы
64 Письменные памятники истории Древней Руси над своими племянниками у Прусковой горы 7 марта 1177 г. Следовательно, рассказ об убийстве князя Андрея Боголюбского редактировался после начала 1177 г. Если под «благородными д±тми» Всеволода разуметь его сыновей, причем не менее трех (если бы речь шла о двух сыновьях Всеволода, то тогда в летописи было бы употреб- лено двойственное число), то третий Всеволодович — Федор-Ярослав — родился 8 февраля 1190 г. В таком случае редактирование летописного рассказа о заговоре про- тив Андрея Боголюбского имело место не ранее 1190 г. В Ипатьевской летописи Андрею Боголюбскому приписано позолочение 5 вер- хов Успенского собора во Владимире. Между тем основанный князем Андреем со- бор был одноглавым. Еще четыре главы были пристроены к собору Всеволодом Боль- шое Гнездо. Это случилось скорее всего после апрельского пожара 1184 г., когда силь- но пострадал Успенский собор, который пришлось даже заново освящать «великим священьем» в 1188 г. Следовательно, запись о 5 верхах владимирского Успенского собора могла появиться в Ипатьевской летописи не ранее 1184 г. В основе Ипатьев- ского и Хлебниковского списков Ипатьевской летописи лежал Киевский свод 1198 г. Фраза повествования об убийстве Андрея Боголюбского: «оукраси ю иконами многоц±ньными, златомъ и каменьемъ драгымъ и жемчюгомъ великымь безьц±ньпымь» — перекликается с фразой из статьи 1196 г.: «иконы златомь и жем- чюгомъ и камениемь драгимъ оукрашены» (ПСРЛ. СПб., 1908. Т. II. Стб. 581 и 703- 704), принадлежавшей сводчику 1198 г. Очевидно, статья об убийстве Андрея Бого- любского прошла редакционную обработку в своде 1198 г. Идентичный текст рассказа о том же событии в Лаврентьевской, Радзивилловской, Московско-Академической летописях, а также, за некоторым исключением, в Летопис- це Переяславля Суздальского указывает на существование этого рассказа в своде 1205 г., на котором кончается общий материал названных летописных памятников. Соотношение между повествованиями о гибели Андрея Боголюбского в Лав- рентьевской и Ипатьевской летописях почти полтора века является предметом научного обсуждения. Большинство исследователей полагает, что сначала оче- видцем события было написано подробное повествование, читающееся в Ипать- евской летописи, а затем в результате механического сокращения текста возник рассказ, содержащийся в Лаврентьевской летописи. Другие исследователи счи- тают, что рассказы имеют следы позднейших редакторских правок, по принци- пиальное соотношение между ними то же: старший рассказ содержится в Ипать- евской летописи, его более позднее сокращение — в Лаврентьевской. В качестве доказательства исследователями приводились некоторые фразы из Лаврентьевской летописи, в которых нарушен смысл, а такое нарушение расцени- валось как механическое сокращение более раннего и более развернутого текста в Ипатьевской летописи. Так, в Лаврентьевской летописи о князе Боголюбском го- ворится, что он «смыслъ бо очистивъ и оумъ, яко полату красну сию създа въ Воло- димери и в Боголюб±мь, златом же и каменьем драгымъ и женчюгомъ оукраси ю...» (ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. I. Стб. 367). В Ипатьевской же летописи вместо этого читается: «смыслъ бо оставивъ и оумъ, яко полату красну дшю оукрасивъ всими добрыми нравы» (ПСРЛ. Т. II, стб. 580—581). Справедливо указывалось, что в Лав- рентьевской фраза испорчена: или перед словом «сию» пропущено слово, или не- уместно само слово «сию». Если упомянуты Владимир и Боголюбове, то речь дол- жна идти, по меньшей мере, о двух объектах, созданных там Андреем Боголюбс- ким, между тем далее в тексте речь идет явно об одном: «ю» (т.е. «ее»). Во фразе же Ипатьевской летописи смысл, по мнению исследователей, вполне ясен. Но если обратиться к Летописцу Переяславля Суздальского, то там соответствующая фраза читается несколько иначе: Андрей «смыслъ бо очистивъ и оумъ, и яко полату кра- сну церковь създа въ Володимири и въ Боголюб±мъ, златом же и камениемъ дра- гымъ и жемчюгомъ оукраси ю...» (ЛПС, с. 83). Здесь уже есть только одно несоот-
Памятники историографии 65 ветствие — последнее из указанных относительно Лаврентьевской летописи. Ве- роятно, такое несоответствие возникло из-за вставки в текст слов «и въ Боголюб’Ьмъ». Что касается слова «сию» в Лаврентьевской летописи (в Ипа- тьевской ему соответствует «дшю»), то это скорее всего ошибка прочтения нечет- ко написанного слова «бцю» («Богородицю», т.е. Успенскую церковь во Владими- ре). Полная же ясность фразы Ипатьевской летописи оказывается мнимой: «оста- вивъ» — явная описка вместо «очистивъ» смысл и ум (от суетных помыслов). В Лаврентьевской летописи наличествуют несколько конкретных реалий, от- сутствующих в Ипатьевской летописи. Так, в ней указано, что убийство Андрея Боголюбского произошло в субботу 29 июня, что совершенно верно для 1174 г. (в Ипатьевской субботой ошибочно названо 28 июня), что заговорщики «всова- шася в ложпицю вси», что клирошане церкви Богородицы в Боголюбове нашли труп Андрея под сенями княжеского дворца и обернули его в ковер,что влади- мирский игумен Феодул действовал «с Луципою чадью», что владимирцы взяли тело князя «въ 5 день в четверток». В Лаврентьевской летописи читается фраза об Андрее: «оубьен же бысть в суботу па ночь и о св±те заоутра мертвъ в неделю на память 12 апостолу», т.е. был бит, смертельно ранен в субботу к ночи, а к рас- свету следующего дня был уже мертв. В Ипатьевской летописи читается то же самое, но без слова «мертвъ», что лишает смысла вторую часть предложения. В повествовании Ипатьевской летописи можно отметить ряд несогласован- ностей и повторов. Так, организатором заговора против Андрея Боголюбского в одном месте Ипатьевской летописи назвал Яким Кучкович, а в другом — Петр Кучков зять. Дважды в летописи говорится о том, что, взяв оружие, заговорщи- ки приходили на княжеские сени; дважды о посылке владимирцами людей в Бо- голюбове для доставки тела князя Андрея во Владимир; дважды (с разными под- робностями) о привозе тела и т.д. Совершенно очевидно, что в Ипатьевской ле- тописи соединены два повествования об убийстве Андрея Боголюбского. Одно из них повторяет повествование Лаврентьевской летописи, другое — оригиналь- но. Вывод об использовании в киевском своде 1198 г. северо-восточного лето- писного источника (владимирского свода 1193 г.) давно сделан в исторической науке А.А.Шахматовым. Очевидно, этот свод был использован и в летописной статье свода 1198 г., где рассказывалось об убийстве Андрея Боголюбского. ИЗД.: ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. I. Стб. 367-371; Летописец Переяславля Суз- дальского // Временник МОИДР. М., 1851. Кн. IX. Отд. II. С. 83-84; ПСРЛ. СПб., 1908. Т. II. Стб. 580-595; ПЛДР. XII в. С. 324-336; ПСРЛ. Т. 41. М., 1995. С. 99-101; БЛДР. Т. IV. XII век. СПб., 1997. С. 206-217. ПЕРЕВ.: ПЛДР. XII в. С. 325-337 [В.В.Колесов]; БЛДР. Т. IV. СПб., 1997. ИССЛ.: Воронин Н.Н. Повесть об убийстве Андрея Боголюбского и ее автор // История СССР. 1963, № 3; Насонов 1969. С. 144-158; Рыбаков 1972. С. 79- 131; СККДР. Вып. 1. С. 365-367 [В.В.Колесов]. Лихачев 1947. С. 241-246. В.А.К. 18. Летописные рассказы о походе князя Игоря Святославича на половцев в 1185 г. 18.1. Рассказ в Лаврентьевской летописи и сходных с ней летописях Нач.: «В л±то 6694. М±сяця мая въ 1 день на память святаго пророка Иеремия...» В Лаврентьевской летописи повествование о неудачном походе князя Новгоро-
66 Письменные памятники истории Древней Руси да Северского Игоря Святославича изложено в статье 6694 ультрамартовского года. Эта статья идентична, за незначительными исключениями, статьям 6694 года Радзи- вилловской, Московско-Академической летописей и Летописца Переяславля Суз- дальского. Статья 6694 года в названных летописях содержит семь различных сооб- щений: 1) о солнечном затмении 1 мая 1185 г.; 2) о рождении 18 мая 1185 г. у Всево- лода Большое Гнездо сына Константина; 3) повествование о походе Игоря на половцев, его разгроме и пленении, осаде половцами Переяславля Южного, бегстве Игоря из плена; 4) о походе Всеволода Большое Гнездо на Волжскую Булгарию, ве- роятнее всего — летом 1185 г.; 5) об изгнании новгородцами князя Ярослава Влади- мировича и приглашении в Новгород князя Мстислава Давыдовича — события лета- сентября 1184 г.; 6) о междоусобной борьбе рязанских князей, очевидно, летом-осе- нью 1185 г. и вмешательстве в эту борьбу Всеволода Большое Гнездо; 7) о походе «на зиму» 1185/86 г. смолян и новгородцев вместе со своими союзниками на По- лоцк, закончившемся мирным соглашением. Поход Игоря — третий раздел статьи 6694 г. — описан очень кратко. Названы пять участников похода. Помимо самого Игоря, его брата Всеволода, племянника Свя- тослава Ольговича, упомянуты два сына Игоря. Старший Игоревич Владимир на самом деле участвовал в походе отца. Но следующий по возрасту сын Игоря Олег не мог принять участия в походе из-за своих малых лет. Он и не упоминается никаки- ми другими источниками. Куда и когда ходил Игорь на половцев, в Лаврентьевской и сходных с нею летописях не говорится. Лишь по косвенным признакам (будто бы высказанное русскими князьями желание идти, преследуя половцев, «за Донъ», том- ление окруженного русского войска от зноя) можно понять, что Игорь ходил на по- ловцев на юго-восток от своего стольного города и в жаркое время года. Недогово- ренностью страдает описание заключительной битвы Игоря с половцами. С одной стороны, в повествовании указывается, что половцы не давали полкам Игоря про- биться «к вод±», с другой — отмечается, что они «притиспуша» русских «к вод±». В повествовании не указаны пи какие-либо географические ориентиры, ни даты. Ску- по изложены только основные факты: выступление против половцев Игоря с союз- никами, успешный первый бой, закончившийся захватом половецких веж и бога- той добычи, стягивание крупных половецких сил, окружение ими Игорева войска, поражение и пленение Игоря и всех его союзников. В то же время повествование местами принимает явно памфлетный характер. Игорю приписано, что он три дня стоял на захваченном половецком кочевье, «веселяся». Ипатьевская летопись и «Сло- во о полку Игореве» это свидетельство опровергают. Для переяславского же лето- писца (о фактах, свидетельствующих о переяславском происхождении рассказа, см. ниже) было важно изобразить враждебного новгород-северского князя бездарным полководцем, сумевшим одолеть в первом бою лишь мирных половцев, которые толь- ко еще ожидали свою дружину, совершенно беспечным и хвастливым человеком, безоглядно веселящимся после первого же военного успеха, мечтавшим о неслы- ханных победах над половцами, а в результате погубившим все собранное войско и попавшим в позорный плен. Статья 6694 г. носит компилятивный характер, она соединяет известия о со- бытиях в разных княжествах и землях средневековой Руси, происшедших не толь- ко в 1185 г., но и в 1184 г. Нарушение хронологической последовательности в статье 6694 г. свидетельствует о том, что статья составлялась не современником событий 1185 г., а более поздним летописным редактором. Поскольку Лавренть- евская, Радзивилловская, Московско-Академическая летописи и Летописец Пе- реяславля Суздальского имеют общий текст, кончающийся описанием событий 1205 г., необходимо признать, что статья 6694 г. восходит к владимирскому сво- ду Всеволода Большое Гнездо, составленному в 1205 г. Какой вид имела статья 6694 г. и помещенный в ней рассказ о походе князя Игоря на половцев в более
Памятники историографии 67 ранних владимирских сводах, остается неясным из-за отсутствия более ранних текстов. Собственно повествование о походе Игоря на половцев в Лаврентьевской и сход- ных с нею летописях содержит разноречия, которые необходимо учитывать при вос- создании текста рассказа. Так, в Лаврентьевской летописи читается следующая фра- за: «Исаия бо пророкь глаголеть: “Господи, в печали помянухом тя”» и прочая» (ПСРЛ. Т. I. Л., 1926-1928. Стб. 398-399). В остальных трех летописях вместо «и прочая» чи- тается: «в печали мало наказание твое есть намъ» (ПСРЛ. Т. I. Стб. 399, примеч. а; Летописец Переяславля Суздальского, с. 97). Цитата из Книги пророка Исайи пред- ставляет собой 16-й стих главы XXVI. В Лаврентьевской летописи он оборван, в трех других — приведен полностью. В Летописце Переяславля Суздальского после слов «не в^дяху» читаются слова «бо хвалящеся», а после слов «поб'кжени бышя наши пгквомъ божьимъ» — слова «за величяние и за словохотие ихъ», осуждающие князя Игоря. Возможно, что это следы более древнего повествования о походе князя Игоря, а не вставки северо-восточного летописного редактора, работавшего после 1205 г. Повествование о походе князя Игоря в 1185 г. и о действиях победивших половцев имеет в Лаврентьевской и сходных с нею летописях некоторые характерные особенно- сти. В нем сообщается, что Игорь соединился со своими союзниками «у Переяславля» (у границ Переяславского княжества), что, взяв половецкие вежи, русские князья буд- то бы говорили: «Братья наша ходили с Святославомъ великим князем и билися с ними зря па Переславль...» (имеется в виду победоносный поход киевского князя Святослава и его союзников на половецкого хана Кончака в феврале-марте 1185 г.), подробно опи- сывается осада половцами после победы над Игорем Переяславля Южного и доблест- ные действия переяславского князя Владимира Глебовича. Настойчивые упоминания Переяславля в рассказе Лаврентьевской и др. летописях говорят за то, что сам рассказ о походе Игоря в этих сводах — переяславского происхождения. Использование летопи- сания Переяславля Южного в Лаврентьевской и иных летописях подтверждается и дру- гим, кроме статьи 6694 г., летописным материалом названных памятников. Княживший в Переяславле Южном Владимир Глебович был ярым врагом Игоря Святославича. Переяславцы не принимали участия в походе Игоря. Поэтому состав- ленный в Переяславле Южном летописный рассказ об этом событии, написанный к тому же не по свежим следам, а спустя какое-то время (год, когда Игорь предпринял свой поход, в Лаврентьевской и сходных с нею летописях назван не «сим», а «тем», т.е. прошлым, «летом»), не мог отличаться ни обстоятельностью, ни объективностью. Через летописи, сходные с Лаврентьевской, это повествование о походе кня- зя Игоря 1185 г. с описанием и оценкой Игоря и его действий перешло в северо- восточное летописание XV-XVI вв. и утвердилось в русской историографии позднего средневековья. ИЗД.: ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. I, стб. 397-400 (издан текст Лаврентьевской летописи, а в качестве вариантов к нему — тексты Радзивилловской и Мос- ковско-Академической летописей); Летописец Переяславля Суздальского // Временник МОИДР. М., 1851. Кн. IX. С. 96-100; ПЛДР. XII век. М., 1980. С. 366-370; ПСРЛ. М., 1995. Т. 41. С. 114-116; БЛДР. Т. IV. XII век. СПб., 1997. С. 246-253. ПЕРЕВ.: ПЛДР. XII век. М., 1980. С. 367-371 (О.В.Творогов). 18.2. Рассказ в Ипатьевской летописи и сходных с ней летописях Нач.: «В л*Ьто 6693. Съд'Ья господь спасение свое...» Рассказ об этом походе помещен в Ипатьевской (Ипатьевском и Хлебниковском
68 Письменные памятники истории Древней Руси ее списках) и Ермолаевской летописях в статье 6693 мартовского года. Вся статья посвящена описанию русско-половецких столкновений весной-летом 1185 г. Сна- чала в ней описывается победа русских князей над половецким ханом Копчаком 1 марта 1185 г., далее говорится о поражении, которое нанес половцам 21 апреля 1185 г. киевский воевода Роман Нездилович, затем следует большое описание похо- да князя Игоря, его поражения и пленения, военных действий на территориях Пе- реяславского и Черниговского княжеств победивших Игоря половцев, организации обороны против них русскими князьями, пребывания Игоря в плену, его бегства из плена и посещения им Чернигова и Киева. Текст Ипатьевской летописи, хотя и нуждается в некоторых исправлениях, тем не менее дает самое достоверное и подробное, по сравнению с другими ис- точниками, описание похода князя Игоря. В нем указана точная дата выступле- ния Игоря из Новгорода Северского, перечислены его союзники, названы дни недели, когда он сначала победоносно сразился с половцами (пятница), но затем был окружен ими (суббота) и разгромлен (воскресенье). Аналитическим путем удается установить, что последнее случилось 12 мая 1185 г. На пути следования Игоря к половецким кочевьям названы в качестве ориентиров реки Донец, Ос- кол, Салышца, Сюурлий, сама битва произошла на р. Каялы. Достаточно под- робно перечислены половецкие орды, нанесшие поражение Игорю, даны детали пребывания его в плену, назван по имени Лавор — половец, помогший Игорю бежать из плена, и т.д. Несмотря на обилие деталей некоторые сведения о походе князя Игоря на половцев в 1185 г. обойдены в Ипатьевской летописи молчанием. Так, упомина- ние р. Оскола свидетельствует о том, что Игоревы дружины находились на ле- вом берегу Северского Донца, а упоминание р. Тора, отождествляемого с совре- менными р. Торцем Сухим или р. Торцем Казенным (р. Сухой Торец является левым притоком Казенного Торца, впадающего справа в Северский Донец), где пребывал в плену князь Игорь, указывает па правобережье Северского Донца. Следовательно, или Игорева дружина, или половцы переходили Северский До- нец, однако о переправах через эту реку близ Оскола Ипатьевская летопись ни- чего не сообщает. Поэтому в научной литературе не прекращаются споры о том, где потерпел поражение князь Игорь: на левом или на правом берегу Северского Донца и насколько далеко от этой реки. Не освещены в рассказе Ипатьевской летописи и некоторые другие подробности похода князя Игоря. Судя по вставкам в различные разделы статьи 6693 имени киевского князя Рюрика Ростиславича, вся статья была написана при составлении летописного свода этого князя в 1198 г. Источниками статьи послужили киевская летопись князя Святослава Всеволодовича, северо-восточный свод, предшествовавший своду 1205 г. Всеволода Большое Гнездо, откуда было заимствовано описание осады половцами Переяславля Южного в 1185 г., и черниговская летопись. К последней возводится рассказ Ипатьевской летописи об Игоревом походе. Судя по некоторым деталям (см., например, выражение «Игорь же С[вя]тос- лавличь тоть годъ бяшеть в Половцехъ»), описание похода князя Игоря было составлено спустя некоторое-время после самого события. Сохранившиеся тексты рассказа содержат немало искажений, описок, иног- да — неверных данных, которые необходимо корректировать, используя все до- шедшие до нашего времени летописные списки. Так, в Ипатьевском списке ска- зано, что «пошахоуть (вместо «но наших») Роусь съ 15 моужь оутекши», «ел- минъ (вместо «емлем же горды») и т.п. В Хлебниковском списке из-за палеографической ошибки указана неверная дата выступления Игоря в поход: 13 апреля вместо «априля въ 23 день во вторпикъ», как в Ипатьевском списке. 23 апреля в 1185 г. действительно было вторником.
Памятники историографии 69 В Хлебниковском списке пропущены слова «и дщери от материи своихъ», оши- бочно написано «в город вечерний» вместо «в годъ вечерний» и т.д. Особенно много описок и переработок текста в восходящем к Хлебниковскому Ермолаевском спис- ке. Там сообщается, что «ту с коуе съ ними сторожи приехаша», хотя в источнике Ермолаевского списка никакие «коуи» не упоминаются. Сказано, что после битвы спасалось «215 мужъ», тогда как в источнике — только 15. Ошибка произошла из-за того, что во фразе «с 15 мужъ» предлог «с» был принят за цифру «» (200). Список, подобный Ермолаевскому, использовал в своей «Истории Российской» В.Н.Тати- щев. Тем не менее в сравнении с другими источниками («Словом о полку Игореве» и Лаврентьевской летописью) повествование о походе Игоря на половцев в 1185 г. в Ипатьевской летописи является наиболее полным и точным. ИЗД.: ПСРЛ. Т. II. СПб., 1908, стб. 637-651; ПЛДР. XII век. М., 1980. С. 350- 362; БЛДР. Т. IV. XII век. СПб., 1997. С. 230-247. ПЕРЕВ.: ПЛДР. XII век. М., 1980. С. 351-363. ИССЛ.: Аристов НЯ. О земле Половецкой. Киев, 1877. С. 16—19; Шахматов 1902. С. 75—85; Шахматов 1938. С. 18, 52, 70-72; Приселков МД. «Слово о пол- ку Игореве» как исторический источник // Историк-марксист, 1938, № 6; При- селков 1940. С. 47-50, 63-64, 67-72; Насонов 1969. С. 80-111; Рыбаков 1971] Рыбаков 1972. С. 277-515. Гетманец М.Ф. Тайна реки Каялы. Харьков, 1982 (2-е изд.: Харьков, 1989); Горский А А. Поход Игоря Святославича на половцев 1185 г. в глазах современников // Древнейшие государства Восточной Евро- пы. 1998. М., 2000. В.А.К. 19. Повесть о взятии крестоносцами Константинополя в 1204 году Нач.: «Въ л4;то 6712. Царствующю Ольксе въ Цесариград^, въ царств^ Иса- ковъ, брата своего, его же сл^пивъ...» В Повести описаны события, связанные со взятием крестоносцами Константино- поля в 1204 г. во время четвертого крестового похода. Начинается с рассказа о дворцо- вом перевороте: об ослеплении византийского императора Исаака II Ангела его бра- том Алексеем III и о занятии им престола. Сын Исаака, царевич Алексей, бежит из Константинополя, скрывшись на корабле в бочке с двойным дном. Заключив согла- шение с предводителями крестоносцев, он приводит рыцарское войско к стенам сто- лицы. Его дядя, император, бежит из города, на троне вновь воцаряется Исаак. Но царевич свергает отца, сам становится императором. От переживаний умирает Исаак Ангел. Недовольный «граблением» латинян и общим социальным кризисом, простой народ поднимает восстание и выдвигает своего кандидата на императорский троп — воина Николу (Канава). Испуганные бояре решаются на активные действия: сверга- ют Алексея IV Ангела и возлагают венец на своего ставленника Алексея Мурзуфла. Неустойчивым положением в столице воспользовались крестоносцы, они осуществи- ли два штурма крепости и 12 апреля 1204 г. вошли в город. Византийская столица подверглась страшному опустошению и разграблению. Оказавшие сопротивление жители были перебиты, сокровища разграблены, многие культурные ценности выве- зены на Запад. На развалинах Византии была образована Латинская империя, а 9 мая избран первый император — Балдуин Фландрский (в повести — «Кондо Фларенд»). Повесть признается сочинением русского автора, свидетеля описанных в ней событий. Ряд исследователей видит в авторе Повести новгородца Добрыню Яд- рейковича (впоследствии архиепископа Антония), незадолго перед этим посе-
70 Письменные памятники истории Древней Руси тившего Константинополь и оставившего описание его церковных святынь (см. Хождение). Вернулся Добрыпя в Новгород около 1211 г. Как исторический источник Повесть представляет большую ценность и во мно- гом дополняет свидетельства других авторов, писавших о падении византийской столицы. Автор весьма точен в описании военных действий, знаком с техникой во- енного дела и морского боя, он хорошо знает топографию города, прекрасно осве- домлен о настроениях в различных социальных слоях населения. Его позиция дос- таточно нейтральна, лишена религиозного провипдепциализма, основную причину падения Византии он усматривает в «сваде цесарев». Повесть впервые внесена в новгородское летописание, по-видимому, в первой трети XIII в., опа читается во всех списках Новгородской I летописи старшего и младшего изводов. В первой половине XV в. в составе новгородского источника Повесть попала в общерусский свод — протограф Софийской I и Новгородской IV летописей. Одновременно опа была внесена в состав Еллинского летописца второго вида; в обоих памятниках повесть была дополнена статьями об иконе Одигитрии и о ризе Богородицы (источник этих дополнений не ясен). В составе Софийской I лето- писи Повесть послужила источником для Вологодско-Пермской летописи, Москов- ского свода 1479 г., Воскресенской летописи и др. Старший текст помещен в Синодальном списке Новгородской I летописи (ГИМ Син., № 786, л. 64-72) в части, переписанной в конце ХШ в. ИЗД.: НПЛ. М.; Л., 1950. С. 46-49, 240-246; ПСРЛ. Т. V. Вып. 1. Л., 1925. С. 185-190; Т. XXV, М.; Л., 1949. С. 101-104; Т. XXVI, М.; Л., 1959. С. 57- 60; Новгородская харатейная летопись / Изд. под наблюдением М.Н.Тихо- мирова. М., 1964. С. 133-149 (факсимильное изд.). ПЕРЕВ./ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 106-113, 537-539; Path S. La relation russe de la Quatrieme Croisade // Byzantion, 58 (1988); P. 461-501 (древнерус- ский текст и перевод па французский язык). ИССЛ.: Савваитов П.С. Путешествие новгородского архиепископа Антония в Царьград. СПб., 1872. С. 8-10; Успенский Ф.И. История крестовых походов. СПб., 1901. С. 139. Сперанский М.Н. Из старинной новгородской литературы XIV в. Л., 1934. С. 39. Мещерский НА. Древнерусская повесть о взятии Царьг- рада фрягами в 1204 г. // ТОДРЛ, 1954. Т. X. С. 120-136; Он же. Древнерус- ская повесть о взятии Царьграда фрягами как источник по истории Византии // ВВ, 1956. Т. IX. С. 170-185; Freidank D. Die altrussische Erzahlung uber die Eroberung Konstantinopels 1204 (Chronista Novgorodensis) // Byzantinoslavica. 1968, N 2. S. 334-359; Клосс Б.М. К вопросу о происхождении Еллинского ле- тописца//ТОДРЛ, 1972. Т. XXVII. С. 378; Творогов 1975. С. 148-158; Творогов О.В. Повесть о взятии Царьграда фрягами // СККДР. Вып 1. С. 352-354. Б.М.К. 20. Летописные рассказы о Липицкой битве 20.1. Рассказ в Новгородской I летописи старшего извода Нач.: «Въ л^кто 6724. Месяца марта в 1 день, въ въторник по чистки недели, поиде князь Мьстиславъ на зять свои Ярослава с новгородци...» Древнейшее подробное летописное сообщение о крупнейшем событии начала XIII в. в северо-восточных землях Руси, в которое оказались вовлеченными не только князья этих земель, но и смоленские князья, великий князь киевский, Новгород и
Памятники историографии 71 Псков, — о Липицкой битве 21 апреля 1216 г. — сохранилось в Новгородской I лето- писи старшего и младшего изводов. Наиболее ранним является описание битвы в стар- шем изводе этой летописи, где статья 1216 года даже написана почерком конца XIII в. В младшем изводе с несущественными изменениями повторен текст старшего извода. Согласно Новгородской I летописи старшего извода прелюдией к Липицкой битве послужило резкое обострение отношений между переяславским (Переяславля За- лесского) князем Ярославом Всеволодовичем и Новгородской феодальной респуб- ликой. Приглашенный весной 1215 г. на новгородский стол, Ярослав Всеволодович начал преследовать некоторых знатных новгородцев, оставил город, укрепился в Торжке и перерезал все пути, шедшие из северо-восточных русских княжеств в Нов- город. Из-за случившегося осенью 1215 г. неурожая и невозможности подвоза хлеба там начался страшный голод. На помощь Новгороду поспешил князь Мстислав Мстиславич, тесть Ярослава Всеволодовича, до 1215 г. занимавший новгородский стол. Его предложение зятю мирно урегулировать конфликт успеха не имело. Тогда 1 марта 1216 г. Мстислав с дружиной, новгородцами и родным братом, псковским князем Владимиром выступил в поход. Пройдя Селигерским путем, Мстислав во- шел в пределы своего Смоленского княжества, получил там провиант и двинулся к Ржеве, которую осаждал брат Ярослава, Святослав Всеволодович. Осада г. Ржевы была снята, союзники подступили к принадлежавшему Ярославу г. Зубцову и взяли его. Здесь к Мстиславу присоединился смоленский князь Владимир Рюрикович. Разбив сторожевой отряд князя Ярослава, союзники двинулись по Волге к Переяс- лавлю, стремясь соединиться с врагом Ярослава и великого князя владимирского Юрия, их старшим братом ростовским князем Константином. На пути к Переяслав- лю Мстислав и новгородцы взяли города Шошу, Дубну и Кснятин. На р. Саре они соединились с Константином. Между тем Ярослав Всеволодович, захватив в плен часть новгородцев и новоторжцев, отступил из Торжка к Переяславлю. Здесь он соединился с полками своих братьев Юрия, Владимира и Святослава. Всеволодо- вичи подошли к р. Гзе. Недалеко от них на р. Липице расположились войска Мстис- лава, Константина и их союзников. Последняя попытка Мстислава, пославшего к Ярославу сотского Лариона, кончить дело миром была отвергнута. Тогда новгород- цы, спешившись, ударили на полк Ярослава. Последний не выдержал натиска и об- ратился в бегство. Глядя на это, побежали и воины великого князя Юрия. Мстислав с новгородцами одержал полную победу. Их противники Юрий Всеволодович и Ярослав Всеволодович бежали соответственно во Владимир и Переяславль. Мстис- лав, Константин и оба князя Владимира подошли к г. Владимиру на Клязьме. Юрий вынужден был уступить великокняжеский владимирский стол Константину, а сам отправиться в Городец Радилов. Константин щедро одарил своих союзников, кото- рые от г. Владимира отправились к г. Переяславлю. Взяв дары от переяславцев, от- няв у Ярослава его жену, дочь князя Мстислава, освободив из плена захваченных Ярославом новгородцев, Мстислав с новгородским войском вернулся в Новгород. Новгородцы за все время военных действий потеряли убитыми только пятерых из- вестных мужей: Дмитра Псковича, Антона Котельника, Иванка Прибышиница, опопника Иванка Поповича и терского данника Семена Петриловича. Победонос- ное войско было с радостью встречено в Новгороде. Таково содержание рассказа о Липицкой битве в Новгородской первой летописи. 20.2. Рассказ в Новгородской IV и Софийской I летописях Нач.: «О побоищи новгородцемь съ Ярославомъ. В л±то 6724. Марта въ 1 день въ вторпикъ поиде князь Мьстиславъ с новгородци на зять свои на Ярослава...» В XV в. летописное описание Липицкой битвы 1216 г. Новгородской I летописи
72 Письменные памятники истории Древней Руси было сильно расширено. Наиболее ранними памятниками, где читается это расши- ренное повествование, являются Новгородская IV и Софийская I летописи. Текст статей 1216 г. в этих сводах почти одинаков, в Новгородской IV он несколько точ- нее. Так, в Новгородской IV летописи указано, что «новгородци же поидоша Сере- гиромъ». В Софийской I летописи этой фразы нет. В Новгородской IV в соответ- ствии с Новгородской I сообщается, что после взятия Зубцова Мстислав остано- вился «на Возуз±», в Софийской же I — «на Волз±». В Новгородской IV летописи есть указание, что победа Яруна над сторожевым отрядом князя Ярослава Всеволо- довича произошла «5 нед'Ьли поста», чего пет в Софийской I. В Новгородской IV летописи говорится, что речь одного из бояр князя Юрия Всеволодовича «люба бысть» князьям Юрию и Ярославу, в Софийской I — только Ярославу. Организато- рами первого нападения на полки Ярослава Всеволодовича в Новгородской IV ле- тописи названы князья Мстислав и Владимир, в Софийской же I — безымянные «князи». В то же время и в Софийской I летописи есть лучшие чтения по сравнению с Новгородской IV. Так, в Софийской I указывается, что первое нападение со сторо- ны противников Всеволодовичей было предпринято «противу Ярославлихъ людии», чего нет в Новгородской IV летописи. Далее в Софийской I летописи уточняется, что смоленский воевода Ивор Михайлович пробился до «другаго стяга Ярославля». В Новгородской IV последнего слова нет. Нет там и слова «заутра», уточняющего время выезда из Переяславля князя Ярослава Всеволодовича на поклон к своему брату Константину. Это слово читается в Софийской I летописи. В целом, однако, Новгородская IV летопись содержит более исправный текст о Липицкой битве 1216 г., чем Софийская I летопись. Рассказы обеих летописей восходят к общему источнику — Новгородско-Софий- скому своду 30-х гг. XV в., а через этот свод — к своду 1423 г. митрополита Фотия. Именно здесь и было существенно пополнено повествование Новгородской I лето- писи. В дополнениях содержались указания на место соединения Мстислава и нов- городцев со смоленским князем Владимиром Рюриковичем — «на Холохн±», т.е. на р. Холохольне, левом притоке Волги; на дату столкновения Яруна со сторожевым отрядом князя Ярослава Всеволодовича — 25 марта — и на потери этого отряда — 33 человека; содержатся в них также детали переговоров Мстислава с ростовским кня- зем Константином; приведено имя еще одного их союзника — сына киевского князя Мстислава Романовича Всеволода; описываются действия противников Ярослава Всеволодовича под Переяславлем Залесским, подробно описана расстановка сил противников перед битвой; уточняется, что Мстислав с новгородцами и их союзни- ки расположились на Юрьевой горе, а их противники — па Авдовой горе, между которыми протекал ручей Тунег. Дополнительный источник сообщает, что битва шла не один день, как это следует из рассказа Новгородской I летописи, а два дня; что Авдова гора была укреплена плетнями и кольями, что объясняет действия нов- городцев и смольняп, решивших биться не на конях, а спешившись; приводятся подробности битвы, указано число стягов (отрядов) у Юрия и Ярослава Всеволодо- вичей, количество убитых их воинов; в деталях говорится о бегстве Юрия во Влади- мир, а Ярослава — в Переяславль, сообщается, сколько коней уморил каждый из князей, спасаясь с места битвы в свой стольный город, и т.д. Подчеркивание в этих дополнениях роли смолыгян свидетельствует о том, что в своде 1423 г. был исполь- зован смоленский источник, описывавший Липицкую битву 1216 г. Возможно, что некоторые подробности, связанные с пребыванием после битвы Юрия во Владими- ре, а Ярослава в Переяславле и с их действиями там, заимствованы из ростовского источника. И смоленский, и ростовский источники, использованные в своде 1423 г., были достаточно ранними. Они содержали свои версии Липицкой битвы 1216 г., особые факты и детали, отчасти подтверждающие, отчасти дополняющие древней- ший новгородский рассказ XIII в. об этой битве.
Памятники историографии 73 В летописании XVI в. (Никоновская летопись, Тверской сборник) приводят- ся некоторые дополнительные подробности Липицкой битвы 1216 г., но эти под- робности основываются уже не па достоверных исторических источниках, а на позднейших фольклорных материалах. ИЗД.: НПЛ. С. 55-57, 254-257; ПСРЛ. Пг., 1915. Т. IV. Ч. 1. Вып. 1. С. 186- 191; ПСРЛ. Л., 1925. Т. V. Вып. 1. С. 193-201; ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. ИД- 126 (по сп. РНБ IV. 603. Л. 314 об-319 об.); БЛДР. Т. V. ХШ век. СПб., 1997. С. 74-87. ПЕРЕВ. на соврем, русский язык: ПЛРД. XIII век. М., 1981. С. 115-127 (Я.С.Лурье). ИССЛ.: Лурье Я.С. Повесть о битве на Липице 1216 г. в летописании XIV- XVI вв. // ТОДРЛ. Л., 1979. Т. XXXIV. С. 96-115. В.А.К. 21. Летописный рассказ об убийстве рязанских князей Нач.: «Томъ же Л’кгЬ Гл^бъ, князь Рязаньскыи, Володимиричь, паученъ сы сото- ною па убийство...» Древнейший текст читается в Новгородской I летописи старшего извода в статье 6726 г., написанной почерком конца ХШ в. В летописном рассказе повествуется о том, как рязанский князь Глеб Владими- рович вместе с братом Константином решили избавиться от своих родственников, претендовавших па части Рязанского княжества. Позвав на совещание в Исадах (ме- сто в 7 км от Старой Рязани) своего родного брата Изяслава, двоюродных братьев Кир-Михаила, Ростислава и Святослава (вероятно, сыновей Святослава Глебови- ча), Романа и Глеба Игоревичей, они пригласили их вместе с сопровождавшими бо- ярами и дворянами на пир в свой шатер. В полстнице — части шатра, отделенной от него пологом, Глеб и Константин спрятали своих вооруженных людей, а также спе- циально нанятых половцев. Когда князья «начата пити и веселитися», Глеб и Кон- стантин выхватили мечи, к ним присоединились прятавшиеся в полстнице и нача- ли сечь пировавших князей с их приближенными. Шесть рязанских князей были убиты, погибли их бояре и слуги. Уцелел только князь Ипгвар Игоревич, не успев- ший приехать в Исады. Рассказ о жестокой княжеской сваре, приведшей к убийству сразу несколь- ких князей, видимо, происходит из Рязани, но впервые был включен в новгород- ский летописный свод. Святополк Окаянный, убивший в начале XI в. своих братьев Бориса и Глеба, назван в рассказе «вашь сродникъ». Летописец, написавший это, не мог принадле- жать к княжеским летописцам, это был скорее всего новгородец, который мог бро- сить подобный упрек всем русским князьям. Хотя иногда делается вывод, что рас- сказ написан рязанцем, приближенным к спасшемуся князю Ипгварю Игоревичу, но такое заключение основывается на особом понимании фразы «Ингворъ же не присп’Ь приехати к нимъ: не бе бо приспело вр’Ьмя его», будто бы содержащей памек на последующую жизнь этого князя (В.Л.Комарович). Между тем заключительные слова приведенной фразы имеют отвлеченное значение. Их смысл в том, что конец жизни князя Ингваря был заранее предопределен свыше, потому он и не погиб в 1217 г. Хотя рассказ был обработан новгородцем, тем не менее оп явился вставкой в статью 6726 года, поскольку описание события 20 июля 1217 г. следует за известием, датированным позже, 1 ав1уста.
74 Письменные памятники истории Древней Руси Идентичный по сути дела текст об убийстве рязанских князей читается в Лав- рентьевской летописи под 6725 годом. Однако его нельзя признать первичным: в нем содержится грубая описка в дате — вместо 20 июля событие отнесено к 20 июня. По-видимому, описание заговора Глеба и Константина Владимировичей было перенесено из новгородского источника вместе с описанием Калкской битвы во владимирский свод 1281 г. — предшественник Лаврентьевской летописи. ИЗД.: НПЛ. С. 58-59; ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. 1. Стб. 440-441; ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 128; БЛДР. Т. V. XIII век. СПб., 1997. С. 88-89. ПЕРЕВ. па совр. русский язык: ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 129. (Д.СЛихачев). ИССЛ.: История русской литературы. М.; Л., 1946. Т. II. Ч. 1. С. 75-76 (ВЛ.Кома- рович); Кузьмин АТ. Рязанское летописание. М., 1965. С. 147-149; Лихачев Д.С. Рассказ о преступлении рязанских князей. ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 543. В.А.К. 22. Летописные рассказы о битве на р. Калке 22.1. Рассказ в Новгородской I летописи старшего извода Нач.: «Том же Л’Гт’Г, по гр^хомъ нашимъ, придоша языци незнаеми...» Рассказ повествует о первом столкновении с монголо-татарами объединившихся русских и половцев, закончившемся полным поражением союзников на р. Калке в мае 1223 г. Повествование начинается с исторической справки о монголо-татарах, народе, до той поры неизвестном на Руси. Сообщается, что мопголо-татары, покорив ясов (осетин), обезов (абхазов), касогов (адыгейцев), разгромили и половцев, завое- вав их землю. Уцелели только половцы, кочевавшие по правобережью Днепра. Их хан Котян вместе с другими половецкими ханами приехал в Галич, где правил князь Мстислав Мстиславич, и уговорил его выступить вместе с другими русскими князья- ми на стороне половцев против мопголо-татар. Котян приходился тестем Мстиславу. Мстислав Галицкий начал убеждать русских князей помочь половцам. Доводы Галиц- кого князя сводились к тому, что если оставить половцев без поддержки, они перей- дут на сторону монголо-татар и тогда русским князьям придется иметь дело с боль- шим числом врагов. Русские князья, задобренные к тому же щедрыми половецкими подарками, решились на войну. Собрав «землю всю Русскую», они двинулись к г. За- рубу на Днепре. Узнав о походе, монголо-татары отправили к Зарубу посольство, ко- торое начало уговаривать русских князей разорвать союз с половцами. Посольство заявило, что монголо-татары пришли не на русские земли, а на половцев, русских го- родов и сел они не воевали, только Половецкую землю. Послы предлагали заключить военный союз против половцев, напасть на них одновременно с разных сторон, захва- тить половецкие богатства. При этом монголо-татарские послы напоминали русским князьям о том зле, которое в прошлом причиняли им половцы. Однако русские князья предложений монголо-татар не приняли, союза с половцами не нарушили, послов пе- ребили и продолжили поход. В лагерь русских князей близ Олешья па Днепре монго- ло-татары прислали новое посольство, которое упрекало русских князей за их дей- ствия и по сути дела объявляло войну. В этот раз русские князья отпустили послов обратно. Одновременно князь Мстислав Галицкий с 1000 воинов переправился через Днепр и напал на сторожевой отряд монголо-татар. Отряд был разбит, его начальник Гемябек, избегая плена, укрылся в одном из половецких курганов, где его окружение, стремясь сохранить ему жизнь, устроило ему ложные похороны. Однако хитрость об-
Памятники историографии 75 паружилась, Гемябека пленили, половцы же, выпросив Гемябека у Мстислава, казни- ли его. Узнав о разгроме Мстиславом сторожевого монголо-татарского отряда, осталь- ные русские князья также перешли Днепр и начали преследовать монголо-татар. Дви- гаясь за ними в течение 9 дней, русско-половецкое войско зашло «за Калакъ р^ку» и расположилось тут станом. Передовая часть русских полков во главе с Яруном (вое- вода Мстислава Галицкого) и половцы продолжили преследование. Яруп вступил в бой с монголо-татарами. Половцы же обратились в бегство и при отступлении смяли стан русских князей, не успевших приготовиться к бою. Мопголо-татары преследова- ли и беспощадно секли половцев и русских. Киевский князь Мстислав, а также его зять, князь Андрей, и князь Александр Дубровицкий не поддались общей панике, орга- низовали оборону своего лагеря, расположившись на горе над Калкой и окружив себя телегами. Три дня мопголо-татары пытались взять этот лагерь, но безуспешно. Тогда опи пошли на переговоры с Мстиславом Киевским, послав к нему перешедшего на их сторону воеводу русских бродников Плоскину. Тот договорился о сдаче русских кня- зей в плен, сохранении им жизни и возвращении домой за выкуп. Но когда князья и их дружины сложили оружие, мопголо-татары схватили и связали князей, перебили ос- тальных, а связанных князей положили под доски и, сев на доски пировать, до смерти задавили пленных. Бежавших же с поля битвы других русских князей мопголо-татары преследовали до Днепра. При преследовании они убили шестерых князей. Князь Мстис- лав Галицкий сумел доскакать до Днепра, спешно переправился на другой берег и велел отогнать от левого берега Днепра ладьи, чтобы преследовавшие его монголо-татары не сумели воспользоваться ими. Из простых же воинов назад вернулся только каждый де- сятый. При возвращении па них нападали половцы, отнимая коней и одежду. Данный рассказ читается в Новгородской I летописи как старшего, так и млад- шего изводов под 1224 годом, хотя сама битва произошла 31 мая 1223 г. Более ранний текст сохранился в старшем изводе. Та часть летописи, где помещена ста- тья 1224 г., написана почерком конца XIII в. Основной раздел рассказа построен на устных источниках. На них сохранились ссылки в тексте: «инии же глаголють», «слышахомъ бо». Наличие устных источников объясняет одну особенность по- вествования, заключающуюся в описании действий не только русских и полов- цев, но и монголо-татар и перешедших на их сторону русских бродников. Эти устные рассказы собирались не в Новгороде, а па юге Руси, именно в Галиц- ком княжестве, в самом Галиче и относившемся к нему Перемышле. Дело в том, что перемышльским тысяцким стал уцелевший после Калкской битвы Ярун, а еписко- пом в Перемышле был бывший новгородский владыка Антоний, вскоре, в 1225 г., вернувшийся в Новгород Великий. В Галицком княжестве легко могла быть собра- на информация не только о действиях в 1223 г. Яруна, князя Мстислава Мстислави- ча, но и об акциях монголо-татар, поскольку перешедшие на их сторону бродники, принявшие участие в разгроме лагеря Мстислава Киевского, жили па юге Галицко- го княжества и вернулись туда после битвы. С возвращением епископа Антония в Новгород эти галицкие свидетельства о Калкской битве были литературно обрабо- таны и включены в новгородскую епископскую летопись начала 30-х гг. XIII в. По- зднее, но до 80-х гг. XIII в., данная летопись была использована при создании источ- ника Новгородской I летописи. Это способствовало сохранению в северо-западной летописной традиции очень подробного и в высокой степени достоверного рассказа об одном из крупнейших событий в истории южнорусских княжеств и половцев. 22.2. Рассказ в Лаврентьевской летописи Нач.: «Того же л^та явишася языци, их же никто же добр^ ясно не въсть...» Рассказ о Калкской битве в Лаврентьевской летописи читается под 1223 г. От
76 Письменные памятники истории Древней Руси начала рассказа до слов «иде же завется валъ Половечьскыи» включительно и далее от слов «и бысть плач и туга в Руси» до слов «на память святаго мученика Еремиа» включительно текст рассказа Лаврентьевской летописи повторяет с некоторыми ошибками текст Новгородской I летописи старшего извода. Очевидно, что при со- ставлении статьи 1223 г. Лаврентьевской летописи был использован текст новго- родского летописного памятника, сохранившийся до настоящего времени в Новго- родской I летописи. Оригинальными в Лаврентьевской летописи являются два от- рывка: один — помещенный между двумя названными выше заимствованиями из новгородского источника, другой — заканчивающий статью 1223 г. Согласно свидетельству северо-восточного летописца, русские князья, в том числе Мстислав Киевский, Мстислав Торопецкий (Галицкий), черниговский князь и другие, опасаясь нападения монголо-татар, обратились за помощью к ве- ликому князю владимирскому (Владимира на Клязьме) Юрию Всеволодовичу. Тот послал им в помощь своего племянника ростовского князя Василька Кон- стантиновича с его ростовцами, но Василько не успел присоединиться к южно- русским князьям. Те, не дождавшись Василька, выступили в поход против мон- голо-татар, бились с ними и потерпели страшное поражение. Были убиты 9 рус- ских князей, среди них Мстислав Киевский и еще один Мстислав, множество бояр и простых воинов. Одних киевлян погибло в битве 10 000. Василько Рос- товский узнал о поражении южнорусских князей, будучи в Чернигове. Оттуда он, так и не приняв участия в военных действиях, вернулся в свой Ростов. Эти краткие заметки о Калкской битве были написаны современником события скорее всего при дворе великого князя Юрия Всеволодовича. Краткость объясняет- ся недостаточной информированностью владимирского летописца. Позднее, оче- видно, в 1281 г., его рассказ был пополнен двумя заимствованиями из новгород- ского летописного источника (владычной летописи), о которых речь шла выше, и справкой о походе и возвращении назад ростовского князя Василька, принад- лежащей ростовскому автору. Окончательное литературное оформление рассказа относится, таким образом, к 80-м гг. ХШ в. 223. Рассказ в Ипатьевской летописи Нач.: «Въ л^то 6732. Приде неслыханая рать, безбожнии моавитяне, рекомыи татаръве...» Рассказ начинается с описания вторжения монголо-татар в Половецкую землю. Старший среди половецких ханов Юрий Кончакович не смог организовать сопро- тивления завоевателям и бежал. Монголо-татары преследовали и убивали полов- цев до Днепра, затем вернулись на свои кочевья. Половцы обратились за помощью к русским князьям: «Аще не поможета намъ, мы Hbiirfc ис^чени быхомъ, а вы наоутр^е исЬчени боудете». На совете в Киеве русские князья решили выступить против мон- голо-татар. Союз русских князей возглавили три Мстислава: киевский, черниговс- кий и галицкий. Кроме них были младшие князья: Даниил Романович (владимиро- волынский князь), черниговский князь Михаил Всеволодович и киевский князь Всеволод Мстиславич, а также ряд других князей. О брате Даниила, Васильке, было сделано специальное замечание: он оставался во Владимире, «б’Ь бо ... млад». В апре- ле князья двинулись из Русской земли и пришли к острову Варяжскому на Днепре. Здесь собрались все: половцы, черниговцы, киевляне, смольняне, галичане, волын- цы, куряне, трубчане, путивльцы, галицкие выгопцы. Последние приплыли в ладьях во главе с Юрием Домажиричем и Держикраем Володиславичем и расположились у брода через р. Хортицу. Вскоре было получено известие, что подошли монголо-тата- ры, чтобы разведать, каковы русские ладьи. Князь Даниил Романович и многие дру-
Памятники историографии 77 гие русские князья, сев на копей, помчались смотреть невиданных противников. Мнения о них среди русских разделились: одни говорили, что это плохие воины, хуже половцев, другие считали, что это хорошие стрелки и «добрая вой». О подходе монголо-татар доложили киевскому князю Мстиславу. Тот велел черниговскому и галицкому князьям переправиться на другой берег Днепра и напасть на них. Во втор- ник Днепр был форсирован, русские погнались за монголо-татарами, разбили их часть, захватили трофеи, по большая часть монголо-татар со стадами скота ушла в глубь половецких степей. Русские и половецкие полки преследовали монголо-татар 8 дней до р. Калки, где их встретил сторожевой монголо-татарский отряд. Произошла стыч- ка, в которой был убит боярин Иван Дмитриевич и еще два человека, но монголо- татары отступили за р. Калку. Мстислав Мстиславич Галицкий, шедший впереди русско-половецкого войска, повелел князю Даниилу перейти Калку. За Калкой Да- ниил встретил монголо-татарское войско и предупредил об этом шедшего за ним Мстислава. Тот к бою изготовился, по не сообщил о встрече с противником остав- шимся в станах Мстиславу Киевскому и Мстиславу Черниговскому «зависти ради». Зависть эта, по пояснению летописца, возникла из-за существовавшей боль- шой распри между этими князьями. В начавшемся сражении с монголо-татарами большую храбрость и мужество показал князь Даниил. Он врезался во вражеские полки и, хотя был ранен в грудь, не ощутил раны и продолжал сражаться. Летопи- сец объяснил это молодчеством и удалью князя, его большой силой. Даниилу было тогда 18 лет. На помощь ему поспешил князь Мстислав Немой, родственник (дво- юродный брат) отца Даниила, князя Романа. Хотя Даниил и его полк сражались храбро, как и князь Олег Курский, монголо-татары начали брать верх. Чувствуя, что натиск врагов усиливается, Даниил поворотил коня и пустился в бегство. Мон- голо-татары одержали полную победу под русскими князьями, какой «не бывало никогда же». Преследуя бежавших, они дошли до Новгорода Святополчского (Ви- тичева). Жители города мирно вышли к монголо-татарам с крестами, но те всех их перебили. После этого монголо-татары ушли к себе на восток, где начали войну с тангутами. В этой войне погиб Чипгизхан, но тапгуты были покорены так же, как и другие страны и народы. Рассказ Ипатьевской летописи о Калкской битве весьма сложен по составу. Он включил в себя отрывки из киевского летописания 20-х гг. XIII в., галицкого лето- писания времени Мстислава Мстиславича, переработку 50-х гг. XIII в. сводчика князя Даниила Романовича, включившего в описание битвы много эпизодов, свя- занных с именем этого князя, и тенденциозно прославляющих Даниила. Интересно, что сводчик даже не знал точно, сколько было лет Даниилу в год Калкской битвы. Он паписал 18, но это ошибка, на самом деле Даниилу в 1223 г. было 22 года. На два года был моложе его брат Василько, который не принял участия в походе на Калку, но вовсе не потому, что он был мал, как объясняется в Ипатьевской летописи. Это объяснение еще более позднее, опо относится к 60-м гг. XIII в., когда летописный текст проходил редактирование при князе Васильке Романовиче. Недостоверным является и сообщение о гибели Чингизхапа в войне с тангутами. Таким образом, поздние наслоения в рассказе о Калкской битве Ипатьевской летописи искажают реальный ход событий 1223 г. Чтобы воссоздать действительную картину проис- шедшего, необходимо выделить из рассказа его древнейшую часть и сопоставить содержащиеся в ней факты со сведениями рассказов Новгородской I и Лаврентьев- ской летописей, имея при этом в виду, что и эти рассказы несут па себе следы более поздних обработок редакторов летописных сводов XIII в. ИЗД.: НПЛ. С. 61-63, 264-267; ПСРЛ. Л., 1926-1928. Т. I. Стб. 445-447; СПб., 1908. Т. II. Стб. 740-745; ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 132-148 (по Лаврентьевской летописи), 148-174 (по Тверской лет.).
78 Письменные памятники истории Древней Руси ПЕРЕВ.: ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 133-149 (по Лаврентьевской лет.), 149-175 (по Тверской лет.) (Д.М.Буланин). ИССЛ.: Романов В.К. Статья 1224 г. о битве на Калке в Ипатьевской летописи // Летописи и хроники. М., 1981; Он же. Битва при р. Калке и ее отражение в русском летописании // АКД. М., 1983; СККДР. Вып. 1. С. 346-347 (Д.М.Бу- лапин). В.А.К. 23. Летописные рассказы о монголо-татарском нашествии на Русь 23.1. Рассказ о нашествии Батыя в Ипатьевской летописи Нач.: «Побоище Батыево. Въ л^т(о) 6745. Придоша безбожпии измалтян<..» Рассказ о начале завоевания русских земель Батыем читается в Ипатьевс- кой летописи под 1237 г. Согласно южной версии, события развивались следу- ющим образом. Вначале мопголо-татары напали па Рязанскую землю и взяли город Рязань. Ря- занский князь Юрий обманом был захвачен в плен. Враги повели его к Пронску, где укрылась его жена. Обманом была пленена и княгиня. Вместе с мужем монголо-та- тары казнили ее. Умертвили они и многих жителей Рязанского княжества. Сын ря- занского князя Кира-Михаила со своими людьми бежал в Суздальскую землю к ве- ликому князю Юрию Всеволодовичу. Узнав о нашествии чужеземцев, Юрий по- слал к Коломне войско под командованием своего старшего сына Всеволода. К нему присоединился и Кир-Михаил. У Коломны Всеволод был разбит и бежал к отцу во Владимир. Великий князь Юрий оставил свою столицу, начал собирать полки, по, не имея надлежащей разведки, был внезапно атакован монгольским полководцем Бурондаем и погиб в сражении. Батый в это время осаждал Владимир. Горожане храбро защищались, но мопголо-татары действовали решительно. Князь Всеволод Юрьевич, испугавшись врагов, вышел из города с небольшой дружиной, неся с собой «дары многии», надеясь на милость. Но Батый велел схватить молодого князя и убить его перед собой. Столь же жестоко поступил он и с горожанами. Влади- мирский епископ Митрофан с княгиней и детьми заперлись в церкви, но монголо- татары подожгли ее. Укрывшиеся в храме погибли. Взяв Владимир, Батый захватил другие суздальские города, а затем направился к Козельску. Хотя в Козельске правил очень молодой князь Василий, он не поддался на уговоры монголо-татар и не сдал города. Жители Козельска отчаянно сопротивлялись. Когда монголо-татарам удалось пробить брешь в крепостной стене и подняться на оборонительный вал, козляне стали резаться с ними ножами. Одновременно они напали на осаждавшие город войска, унич- тожили имевшиеся у монголо-татар пращи и убили 4000 человек, среди них — трех сыновей темников. Все же Батый сумел взять город и предал смерти всех, попавших к нему в плен. Не пощажены были даже младенцы. Взяв Козельск, Батый ушел в поло- вецкие степи. Отсюда он начал посылать войска на различные русские города. Снача- ла был взят Переяславль Южный. Город был ограблен, население перебито. Михай- ловский собор в Переяславле был ограблен, епископ Симеон убит. Далее монголо- татары осадили Чернигов. На помощь черниговцам поспешил князь Мстислав Глебович, но мопголо-татары разбили его войско. Чернигов был взят и сожжен. Чер- ниговский епископ был пленен и отвезен в Глухов. Затем мопголо-татары во главе с ханом Менгу направились к Киеву. Остановившись в Песочном на левом берегу Днеп- ра, хан Менгу поразился величине и великолепию города. Он прислал послов к кня-
Памятники историографии 79 жившему в то время в Киеве черниговскому князю Михаилу, надеясь обманом завла- деть городом, но предположения послов были отвергнуты. ИЗД.: ПСРЛ. Т. 2. СПб., 1908. Стб. 778-782; ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 290-292. ПЕРЕВ.: ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 291-293 (на русск. яз. — О.П.Лихачевой). В.А.К. 23.2. Рассказ Ипатьевской летописи о взятии Киева Батыем в 1240 г. Нач.: «Въ л^т(о) 6748. Приде Батый Кыевоу в сил’Ь тяжыгЬ...» Подробный рассказ о взятии Батыем Киева помещен в Ипатьевской летописи под 1240 г. Город был взят в кольцо всеми монголо-татарскими силами. Около Ляд- ских ворот Киева Батый поставил пороки, с помощью которых была разбита го- родская стена. Несмотря па ожесточепое сопротивление мопголо-татары ворва- лись в город. Киевляне отступили к Десятинной церкви, где соорудили новую кре- пость. Мопголо-татары взяли и ее. Горожане пытались укрыться в самой Десятинной церкви, по под напором взбиравшихся на ее стены со своим имуще- ством людей церковь рухнула. Батый взял Киев, пленил раненого киевского вое- воду Дмитрия, боярина галицкого князя Даниила Романовича, и сохранил ему жизнь «моужьства ради его». Затем Батый взял волынские города Колодяжен, Каменец, Изяславль, Владимир, Галич, а также другие крепости и вторгся в Венг- рию. Далее в Ипатьевской летописи рассказывается о военных действиях Батыя в соседних с русскими княжествами государствах. Описание монголо-татарского нашествия в Ипатьевской и близких к ней лето- писных памятниках не является синхронным самим событиям. Оно восходит к гипо- тетически восстанавливаемому южному галицкому летописному своду кон. 50-х — нач. 60-х гг. ХШ в. ИЗД.: ПСРЛ. Т. 2. СПб., 1908. Стб. 784-485; ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 294-296. ПЕРЕВ.: ПЛДР. ХШ век. С. 295-297. В. А.К. 23.3. Рассказ о нашествии Батыя в Новгородской I летописи старшего извода Нач.: «В л’йто 6746... В то л^то придоша иноплеменьници глаголемии татаро- ве, на землю Рязаньскую...» В Новгородской первой летописи старшего извода описание нашествия монголо- татар изложено в статье 1238 г. Согласно сохранившейся новгородской версии нашествия, огромное число мон- голо-татар пришли в Рязанскую землю и стали станом у Нузлы (вариант: Нухла), которую взяли. Местоположение древней Нузлы наукой не выяснено. Отсюда моп- голо-татары послали посольство (жепщину-колдупыо и двух знатных монголов) к рязанским князьям, требуя у них одну десятую часть во всем: в князьях, людях, ко- нях и т.д. Рязанские князья Юрий, Олег, Роман Ингворович, а также князья муром- ский и пропский, не допуская монголо-татар к своим городам, выехали к ним на- встречу «на Воронажь». Что считалось в ХШ в. Воропажем, неясно: современная ли река Ворона или другая река и местность. На предложение монголо-татар князья ответили отказом: «Олпа насъ вс’Гхъ не будеть, то же все то ваше будеть». Прибыв- шее к ним монголо-татарское посольство они отпустили раньше во Владимир к ве-
80 Письменные памятники истории Древней Руси дикому князю Юрию Всеволодовичу, по одновременно послали к нему собствен- ных послов с просьбой о помощи. Юрий помогать рязанским князьям не стал, желая действовать против монголо-татар самостоятельно. Между тем последние осадили Рязань. В Рязани оборонялся князь Юрий, а князь Роман Ипгворович вместе с при- шедшим из Владимира воеводой Еремеем отражал наступавших монголо-татар у Коломны. 21 декабря 1237 г. монголо-татары после 5-дневной осады взяли Рязань, а у Коломны разгромили Романа и владимирского воеводу Еремея, которые пали в бою. Взяв Рязань, захватчики двинулись па Владимир. Великий князь Юрий Всево- лодович покинул город и бежал в Ярославль. Обороной столицы стал руководить его старший сын Всеволод. В пятницу, прежде мясопустной педели (5 февраля 1238 г.), мопголо-татары взяли г. Владимир. Князья, их жены, дети, епископ Митро- фан, остатки оборонявшихся затворились во владимирском Успенском соборе. Мон- голо-татары обложили церковь срубленными деревьями и подожгли. Находившие- ся в церкви люди погибли от удушья. Другой отряд монголо-татар погнался за вели- ким князем Юрием Всеволодовичем па Ярославль. Тот послал в разведку воеводу Дорожа с трехтысячным отрядом. Дорож вернулся к князю и сообщил, что мопголо- татары обошли их. Юрий начал готовить к бою полки, но монголо-татары, не дав им построиться, внезапно напали на них. Великий князь Юрий бежал, был настигнут па р. Сити и там убит. Ростовские и суздальские полки покинули место битвы. Раз- бив Юрия, монголо-татары взяли Москву, Переяславль, Юрьев, Дмитров, Волок и Тверь, где убили одного из сыновей князя Ярослава Всеволодовича. На сбор чистой недели (21 февраля 1238 г.) мопголо-татары осадили Торжок, а 5 марта взяли его, не получившего никакой помощи от Новгорода. Население Торжка было перебито. Се- лигерским путем (от оз. Селигер) мопголо-татары двинулись на Новгород, уничто- жая спасавшихся на этом пути беженцев. У Ишача Креста, не доходя 100 верст до Новгорода Великого, захватчики остановились. По мнению летописца, Новгород спасся благодаря заступлению Богородицы, церкви св. Софии, св. Кирилла, а также молитвами правоверных архиепископов, благоверных князей и преподобных чер- норизцев. Монголо-татарское нашествие в заключительной части летописного рас- сказа было оценено как наказание свыше за грехи русских людей. Описание монголо-татарского нашествия в НПЛ восходит к гипотетически восстанавливаемому новгородскому своду 70-х гг. XIII в. Источником сообще- ний о завоевателях в этом своде послужили письменные памятники рязанского и новгородского происхождения, а также устные свидетельства, причем свиде- тельства, не всегда согласные между собой. Так, рассказывая о гибели великого князя владимирского Юрия Всеволодовича на р. Сити, летописец отметил: «Богъ же В’йсть, како скончася: много бо глаголють о немъ инии» (НПЛ, с. 76). Таким образом, в новгородском летописании было описано только начало наше- ствия монголо-татар, завоевание ими Рязанского княжества и княжеств Северо- Восточной Руси, разорение пограничных новгородских земель в декабре 1237 — марте 1238 г. Монголо-татарских завоеваний последующих лет новгородский летописа- тель не касался. ИЗД.: НПЛ. С. 74-77; Новгородская харатейная летопись. М., 1964. С. 247-257. ПЕРЕВ.: Die erste Novgoroder Chronik nach ihrer altesten Redaktion / Ubers, von J.Dietze. Leipzig, 1971. 23.4» Рассказ о нашествии Батыя в Лаврентьевской летописи Нач.: «В л^т[о] 6745... Того ж[е] л^т[а] на зиму придоша от всточьньгк страны па Рязаньскую землю люксом безбожнии татари...»
Памятники историографии 81 В Лаврентьевской и близких к пей летописях рассказ о монголо-татарском нашествии помещен под 1237 годом. Фактическая сторона повествования сводится к следующему. «На зиму» 1237/38 г. с востока на Рязанскую землю пришли «безбожпии Тата- ри». Они повоевали все Рязанское княжество вплоть до Пронска. Саму Рязань опи взяли и сожгли, а местного князя убили. После этого опи направились к Коломне. Туда великий князь владимирский Юрий Всеволодович отправил с войском своего старшего сына Всеволода. Всеволод сразился с монголо-татарами. Произошла жес- токая битва, в которой были убиты воевода Всеволода Еремей Глебович и много других знатных мужей. Всеволод с остатками дружины убежал во Владимир. Моп- голо-татары же двинулись на Москву, взяли ее, убив московского воеводу Филиппа Нянка и захватив в плен сына великого князя Юрия, Владимира. Сам Юрий с не- большой дружиной покинул свою столицу, оставив ее под началом своих сыновей Всеволода и Мстислава. Великий князь отправился на Волгу со своими племянни- ками, ростовским князем Васильком, ярославским князем Всеволодом, углицким князем Владимиром, сыновьями своего старшего, умершего к тому времени, брата Константина. Расположившись станом на р. Сити, великий князь Юрий стал ждать к себе своих братьев — Ярослава и Святослава (из Юрьева) с их полками. В это время монголо-татары приступили к городу Владимиру. Это произошло во вторник 3 февраля 1238 г. Показав владимирцам плененного ими князя Владимира Юрьевича, монголо-татары расположились у Золотых ворот города. Братья Владими- ра, Всеволод и Мстислав, решили было выступить из крепости, чтобы спасти Влади- мира, но владимирский воевода Петр Ослядюкович запретил им сделать это. Став лагерем у Золотых ворот, монголо-татары отправили отряд к Суздалю и захватили этот город, разграбив там церковь Богородицы и уничтожив огнем княжеский двор и Дмитровский монастырь. 6 февраля 1238 г. монголо-татары приготовились к штурму Владимира: поставили вдоль крепостных стен защитные сооружения, придвинули сте- нобитные пороки. 7 февраля до середины дня монголо-татары взяли внешний оборо- нительный пояс Владимира — Новый город. Князья Всеволод и Мстислав вместе с окружением отступили во внутреннюю крепость — Печерний город. Епископ Мит- рофан с княгинями и их детьми укрылись в Успенском соборе. Монголо-татары заж- гли церковь, затем им удалось ворваться в нее. Там они добили метавшихся от пожара и дыма людей, а церковь разграбили. Взяв Владимир, монголо-татары отправили свои от- ряды к Ростову, Ярославлю, Переяславлю, Городцу на Волге и даже к Галичу Мерско- му, повоевав и пленив всю Суздальскую землю. В течение февраля 1238 г. они взяли 14 городов этой земли. Великий князь Юрий Всеволодович узнал о взятии Владимира, гибели в пожаре жены, снох и внуков, убиении «вне града» своих старших сыновей Всеволода с Мстиславом, будучи на р. Сити. Вместе с ним были брат Святослав, пле- мянники Василько, Всеволод и Владимир. Узнав о приближении к Сити монголо-татар, Юрий Всеволодович выступил навстречу им. 4 марта 1238 г. произошла жестокая сеча, в которой великий князь Юрий был убит, а князь Василько попал в плен. У Шерпского леса монголо-татары казнили Василька. После ухода их из Суздальской земли тела Юрия и Василька были доставлены в Ростов и захоронены в церкви Богородицы. Приведенный рассказ Лаврентьевской летописи восходит к владимирскому ве- ликокняжескому своду 1281 г., составленному на ростовском летописном материа- ле. Позднее оформление повествования о Батыевом нашествии в летописании Се- веро-Восточной Руси сказалось в том, что почти все описания жестокостей завоева- телей статьи 1237 года заимствованы из предшествовавших летописных статей того же свода: 944, 1015, 1169, 1203 и других годов. Тем не менее в повествовании ис- пользованы и некоторые современные нашествию записи летописного характера, о чем свидетельствуют точные хронологические даты, встречающиеся в рассказе Лав- рентьевской и сходных с нею летописей.
82 Письменные памятники истории Древней Руси Краткие летописные заметки о завоевании монголо-татарами южнорусских княжеств помещены в Лаврентьевской и сходных с нею летописях под 1239 го- дом (падение Переяславля Южного и Чернигова, захват Мурома, Мордовской земли и Гороховца) и 1240 годом (взятие Киева). Поскольку статья 1237 года в Лаврентьевской летописи переписана двумя раз- ными лицами, некоторые исследователи (В.Л.Комарович, Г.М.Прохоров) полагали, что такая переписка была связана с редактированием всего рассказа о Батыевом на- шествии. Отсюда следовало заключение, что рассказ о событиях 1237/38 гг. записан в 1377 г., когда монах Лаврентий копировал бывшую у него в руках старую лето- пись. Из такого заключения следует, что Лаврентьевская летопись является ориги- налом тех летописных сводов, которые повторяют или используют в отрывках рас- сказ 1237 г. Однако эти своды содержат более древние и более правильные чтения, чем Лаврентьевская летопись, что делает невозможным признание ее оригиналом таких сводов. Очевидно, в 1377 г. Лаврентием и его помощником было переписано лишь то, что читалось в имевшейся у них летописи. Сам рассказ 1237 г. о Батыевом нашествии оказывается, таким образом, более древнего происхождения. Как указы- валось выше, он получил свое литературное оформление во владимирском летопис- ном своде 1281 г. ИЗД.: ПСРЛ. Т. 1. Л., 1926-1928. Стб. 460-467, 469, 470; ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 134-148; БЛДР. Т. V. ХШ век. СПб., 1997. С. 92-107. ПЕРЕВ.: ПЛДР - ХШ век. С. 135-149. Сравнение трех древнейших повествований о Батыевом нашествии, сохранив- шихся в составе Ипатьевской летописи, Новгородской первой летописи старшего извода и Лаврентьевской летописи, показывает, что летописцы различных центров древней Руси в основном одинаково описали вторжение монголо-татар в русские земли и покорение ими сначала Рязанского княжества, а потом княжеств Северо- Восточной Руси. Но общий ход событий изложен ими с различной степенью полно- ты и подробности. Нередко они сообщают противоречащие друг другу сведения (на- пример, в Новгородской первой летописи утверждается, что Москва была взята монголо-татарами после взятия Владимира, а в Лаврентьевской летописи взятие Москвы описано ранее захвата Владимира; по-разному датируется в этих летописях падение самого Владимира и т.д.). Такие особенности рассмотренных летописных повествований свидетельствуют о том, что не существовало какого-то единого ли- тературного произведения о походе Батыя на Русь, как это иногда утверждается в научной и справочной литературе. Галицкий, новгородский и владимирский лето- писцы были создателями независимых от какого-либо общего источника трех раз- личных оригинальных летописных описаний чужеземного нашествия. ИССЛ.: Генсьорський 1958', Троцкий 1933', Каргалов В.В. Внешнеполитичес- кие факторы развития феодальной Руси. М., 1967; Насонов 1969; Прохоров Г.М. Повесть о Батыевом нашествии в Лаврентьевской летописи // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 28. В.А.К. 24. Сказание об освящении церкви Софии в Киеве Нач.: «Въ ть ж день свещение святыя Софьи, иже в Руси, юже созда благоверный князь Ярославъ. Святая Софии великая церкы священа бысть» (РГАДА. ф. 382. № 155. Л. 57 об.). Сказание читается под 4 ноября в Прологах, в основном новгородского про- исхождения. Древнейшие списки — XIV в.
Памятники историографии 83 В Сказании говорится о празднике освящения Киевского Софийского собора, помещена обширная похвала князю Ярославу (извлеченная из летописи). ИЗД.: Известия имп. Акад, паук по ОРЯС. Т. VI. Вып. IV. 1857. Стб. 305-306; Т. X. Вып. VI. 1863. Стб. 670-671. ИССЛ.: Никольский Н.К. Материалы для повременного списка русских пи- сателей и их сочинений (X-XI вв.), СПб., 1906. С. 143-144. Б.М.К. 25. Сказшше об освящении церкви Георгия в Киеве «В тъжъ дьнь священие церкви святаго великомученика Георгия, иже пред враты святыя София». Нач.: «Блаженный и приснопамятный всея Рускыя земля...» Проложное сказание, повествующее о построении и освящении церкви Георгия в Киеве. В памятнике рассказывается, что князь Ярослав Владимирович, имевший христианское имя Георгий, решил создать церковь в честь своего святого. Но так как церковь сооружалась на собственный счет князя, то было мало желающих работать, потому что люди боялись, что не получат плату за работу. Тогда князь приказал во- зить куны на возах под своды Золотых ворот и объявить, чтобы каждый брал себе за труд по ногате. Вскоре церковь была построена и освящена митрополитом Иларио- ном 26 ноября. В ней было установлено настоловапие новопоставляемым еписко- пам, а во всей Руси 26 ноября был установлен праздник в честь св. Георгия. Памятник является ценным историческим источником для изучения свобод- ного городского ремесла, содержит важные известия по истории церкви на Руси. Макарий (Булгаков), отметив упоминание в памятнике митрополита Илариона, сделал вывод, что написание Сказания произошло не ранее 1051 г. (Макарий ИРЦ, т. 1, с. 44). Митрополит Макарий также отметил, что праздник св. Георгию 26 нояб- ря значится в месяцеслове Евангелия кон. XII — нач. XIII в. (Пантелеймоново Еван- гелие) (Макарий ИРЦ, т. 1, с. 225). Н.К.Никольский подчеркнул, что церковь Георгия заложена позже церкви Бла- говещения, т.е. не раньше 1037 г. Он, согласившись с выводом Макария о времени составления Сказания после 1051 г., добавил, что памятник не мог быть написан значительно позже освящения церкви Георгия, так как обыкновенно с новым праз- дником появлялись служба и чтение на праздник. От Никольского берет начало ошибка, получившая распространение у последующих исследователей, обращав- шихся к памятнику. Он указывал, что память в честь освящения церкви св. Геор- гия упоминается уже в месяцеслове Мстиславова Евангелия (Никольский, с. 123). Но это не соответствует действительности (см.: Апракос Мстислава Великого. М., 1983. С. 219-281). Археографическое изучение памятника провела Л.П.Жуковская, которая вы- делила около 200 списков Сказания в составе Пролога XIV-XVII вв. Известно 8 списков XIV в. (ГИМ. Собр. Синодальное. № 244; ГИМ. Собр. Синодальное. № 247; РНБ. Собр. ОЛДП. Q, № 33; РНБ. Собр. Погодина. № 59; РГАДА. Ф. 381. № 153; РГАДА. Ф. 381. № 161; РГАДА. Ф. 381. № 164; РГАДА. Ф. 381. № 165). Памятник был опубликован в печатном Прологе с некоторыми поновлениями в языке по сравнению с ранними списками. В.И.Г. Следует иметь в виду, что сам день 26 ноября не был специально русским праз- дником, поскольку существовала практика приобщения национальных святых и
84 Письменные памятники истории Древней Руси праздников к более древним почитаемым соименным. Вероятно, и в данном слу- чае, как предполагал архимандрит Сергий {Сергий. Полный месяцеслов Востока. М., 1875. Т. 1), событие было приурочено к забытому позднее греческому праз- днику. Память освящению церкви Георгия («свещепие светаго ПеорЙиа) под 26 декабря имеется в глаголическом Ассемапиевом болгарском евангелии XI в. (л. 127 об.), но это не дает оснований считать кодекс обязательно восходящим к русскому списку и датировать его соответственно после 1051 г. {Ангелов Б.Ст. Из историята па руско-български литературни връзки. София, 1972, кн. 1). А.А.Т. ИЗД.: Максимович МА. О построении и освящении киевской церкви св. Ге- оргия // Киевлянин. М., 1850. Кн. 3. С. 66-67; Каргер М.К. Древний Киев. М.; Л., 1961. Т. 2. С. 234. ИССЛ.: Макарий ИРЦ, т. 1, с. 44, 224-225, 280-281; Никольский 1906, с. 122— 123; Жуковская Л.П. Текстологическое и лингвистическое исследование Пролога. (Избранные византийские, русские и инославянские статьи) // Славянское языкознание: IX международный съезд славистов. Киев, сен- тябрь 1983 г.: Доклады советской делегации. М., 1983. С. 110-120; Жуков- ская Л.П. Двести списков XIV-XVII вв. небольшой статьи как лингвисти- ческий и исторический источник (Статья Пролога о построении церкви во имя Георгия Ярославом Мудрым) // Исторические традиции духовной культуры пародов СССР и современность. Киев, 1987 (с публикацией тек- ста памятника). В.И.Г.
II ХОЖДЕНИЯ 26. Хождение игумена Даниила в Палестину «Житье и хожение Данила, Русьскыя земли игумена». Нач.: «Се азъ, недостойный игуменъ Даниил Руския земля...» Самое первое описание путешествия по Святой земле в древнерусской литерату- ре. На основании неоднократного сравнения автором реки Иордана с рекой Сновью, находящейся в Черниговской земле, принято считать (В.В.Данилов и др.), что Дани- ил был настоятелем одного из черниговских монастырей. Время путешествия точно не установлено: между 1106 и 1108 гг., как считает боль- шинство исследователей вслед за М.А.Веневитиновым, или между 1104 и 1106 гг. (Ю.П.Глушакова). В Палестине Даниил возглавлял группу русских паломников. Он упоминает в качестве спутников новгородцев и киевлян Изяслава Ивановича, Городислава Ми- хайловича, Кашкичей и «других». Его паломничество длилось около 2 лет, в течение которых он, сопровождаемый каким-то образованным монахом известного палес- тинского монастыря св. Саввы, посетил святые места, а также, сопровождая иеруса- лимского короля Балдуина (ум. 1118), находился в его войске и побывал в Галилее. По всей вероятности, уже во время путешествия Даниил делал записи и собирал сведения о посещаемых местах, но только после возвращения на Русь смог придать им вид цельного литературного памятника. Сведений о путешествии из Руси до Константинополя и обратно в Хождении нет, оно посвящено только описанию пути из Царьграда по Эгейскому морю до Палестины и по Палестине, рассказу о следах в ней событий священной истории, особенно жизни Иисуса Христа, чтобы таким об- разом укрепить своих читателей в вере, связать их знание священной истории с конкретными местами и постараться, чтобы только немногие стремились сами по- вторить паломничество в Иерусалим. После Вступления в первой части Хождения описан путь из Константинополя через острова Эгейского моря и г. Эфес до Иерусалима. При рассказе об острове Родосе автор упоминает, что там в течение двух лет находился русский князь Олег (Святославич). В разделе «О Кипрском острове» оп сообщает, что на острове 14 (в некоторых списках 20) епископий, «митрополия же едина, а святых в нем без чис- ла лежит». Этот интерес к единой митрополии и большому числу епископий мо- жет быть объяснен тем, что на Руси в это время было всего 8-9 епископий и Дани- ил «косвенно высказывался за единство Русской церкви» и указывал, что «раз 14 епархий не мешают сохранить единство кипрской церкви, не следует опасаться умножения епархий на Руси» (Поппе 1977, с. 61-65). И здесь, и далее постоянно указываются расстояния между отдельными пунктами в верстах или перелетах стрелы. Вторая часть посвящена описанию Палестины на восток от Иерусалима, третья — пути на юг и, наконец, четвертая — на запад от Иерусалима. Затем следует описание путешествия в Галилею с крестоносцами. Даниил оканчивает свое сочи- нение рассказом о «небесном свете» у Гроба Господня, который он видел в Вели- кую пятницу. Автор сообщает, в каких палестинских городах и монастырях палом- ники могли получить пищу и воду. Можно найти несколько заметок о природе
86 Письменные памятники истории Древней Руси Палестины, особенно обращают на себя внимание рассказы о реке Иордане и о Фаворской горе с их флорой и фауной. Даниил больше всего уделяет внимания церквам и монастырям в святых местах. Несмотря на нашествие персов (614 г.) и завоевание арабов (637 г.) там сохранялись еще многие библейские и христианские святыни, где собирались местные христиане и паломники для совершения служб, особенно торжественных в дни праздников, связанных с соответствующими местами. Довольно подробно описаны христианс- кие памятники: церковь Воскресения в Иерусалиме с пещерой, где сохранялся Гроб Господень, церковь Святая святых (мечеть Омара), превращенная в церковь кресто- носцами, церковь на Сионской горе. В Вифлееме Даниил упоминает церковь Рожде- ства, в Назарете — Благовещенья. Эти описания очень кратки: указаны размеры не- фов, число колонн, наличие мозаик и икон. Большое внимание автора привлекали пещеры и гробницы святых, где хранились их мощи. Названы знаменитые монасты- ри св. Саввы, св. Феодосия и св. Харитона. Из светских зданий упомянуты только башня царя Давида — важнейшее военное укрепление Иерусалима, где, по преданию, была написана Псалтирь. В качестве литературных источников в Хождении важнейшую роль играет Свя- щенное писание, в меньшей мере — апокрифы и местные легенды. В Палестине Дани- илу па каждом шагу встречались места, напоминавшие о ветхозаветных и евангельс- ких событиях и лицах, и он старался оживить их в памяти читателя или рассказать о них, прямо цитируя Писание или только упоминая известные сюжеты для того, что- бы читатели ярче представили себе соответствующие события и лица. С самого на- чала Даниил выражает желание описать прежде всего места, где жил и действовал Христос, так что Новый завет занимает основное место в его сочинении, цитаты или только ссылки на Ветхий завет находятся в прямой связи с Христом или касаются его предшественников. Иногда автор дает только краткое сведение о каком-либо событии, просто ссылаясь на Писание, например, когда говорит о Вознесении Хрис- та. Вероятно, он ничего не добавляет потому, что оно было хорошо известно. В дру- гих случаях рассказ более подробен, например о смерти Авессалома: несомнен- но, многим читателям о ней ничего не было известно. Библейские цитаты в Хождении, которых очень много, составляются соедине- нием разных текстов, и автор нередко свободно их обрабатывает, придавая словам и событиям свое толкование. Таковы явление архангела Михаила Иисусу Навину, видение Петра в Иопии, молитва Авраама, хождение Иисуса Христа по воде и др., которые позволяют глубже понять восприятие и толкование Священного писания на Руси в начале XII в. и особенно в монашеской среде (М.Гардзанити). Среди апокрифов есть прямые цитаты из Первоевангелия Иакова (М.Сперанский, П.За- болотский). Хождение, таким образом, способствовало распространению апокри- фической литературы на Руси. Хождение ценно как исторический источник, оно дает представление о Палестине начала XII в. Присутствие крестоносцев и латинские монастыри резко изменили ситуацию в Палестине, где жили христиане, мусульмане и евреи. Во время правле- ния Балдуина отношения между крестоносцами и местными христианами значи- тельно улучшились. Даниил получил покровительство иерусалимского короля и сам относился к нему положительно. Автор посещал православные и латинские монас- тыри, при этом он ясно чувствовал свою принадлежность к православию и осознавал его преимущества перед «латинством»: в заключительной части, в рассказе о чудес- ном свете, Даниил отмечает, что только лампадки православных монастырей чудес- но зажглись сами. Автору присуще также сознание принадлежности к русскому на- роду: еще до вечерней службы Великой субботы он просил разрешения у Балдуина поставить на гроб Господень лампаду «отъ всея Русьскыя земли» и к концу Хожде- ния напоминает, сколько литургий он совершил за русских князей и за всех христи-
Хождения 87 ан, и утверждает, что имена русских князей вспоминаются постоянно в лавре св. Саввы. Важно заметить, что список княжеских имен, внесенных им в святцы (Михаил-Святополк Изяславич, Василий-Владимир Всеволодович Мономах, Давид Святославич, Михаил-Олег Святославич, Панкратий-Ярослав Святосла- вич, Глеб Всеславич Минский), представляет в иерархическом порядке систему взаимных отношений русских князей (В.Л.Янин). Хождение получило широкое распространение на Руси, известно около 150 его списков нескольких редакций, начиная со второй половины XV в. (РНБ. Кир.-Бел. 9/1086. Л. 134 об.-191. 1475 г.). М.Г. Н.М.Карамзин предположил, что автор Хождения мог быть известным по летописи Даниилом, епископом Юрьевским (поставлен 1114, ум. 1122,— Ка- рамзин, стб. 86, примеч. 211). Это предположение поддерживает А.Поппе {Поппе 1989, с. 53). Б.А.Рыбаков сопоставляет автора Хождения с героем былины — богатырем Данилой Игнатьевичем, ставшим затем киевским монахом или ка- ликой, в вариантах — бывавшим в Иерусалиме, а также с автором летописного рассказа 1111 г. о походе на хана Шарукана и предполагает в них одно лицо, ставшее затем, в 1114 г. епископом (Рыбаков 1963, с. 115-123). Кроме того, Б.А.- Рыбаков, основываясь на ряде совпадений, «условно» относит к Даниилу, ав- тору Хождения, также древнерусское сочинение против язычества «Слово св. Григория» об идолах (см. Рыбаков 1981, с. 10-30). Я.Н.Щ. ИЗД.: Сахаров И. Путешествие игумена Даниила по святым местам в начале XII ст. // Путешествия русских людей в чужие земли. СПб., 1837. Ч. 1. С. I- XIX, 1—90 (публ. Н.Власова); Путешествие игумена Даниила по Святой земле в начале XII в. (1113-1115) / Изд. под ред. А.С.Норова. СПб., 1864 (по списку макариевских миней — ГИМ, Усп., 995, с вариантами из 7 списков; литографи- рованные копии с отдельных листов из сп. ГИМ, Усп. 995, ГИМ, Сип. 181 и др. кон. XV — нач. XVI в.); Pelerinage en Terre Sainte de I’igoumene russe Daniel, au commencement du XII siecle (1113-1115), trad, par A. de Noroff. SPb, 1864 [ne- рев. на фр. язык]; Веневитинов МА. Лицевой список Хождения Даниила па- ломника. СПб., 1781 (ПДПИ № XIV); Житье и Хождение Данила Русьскаа земли игумена 1106-1108 гг. / Под ред. М.А.Веневитинова. СПб., 1883 // Пра- вославный палестинский сборник, 1883. Т. 1. Вып. 3; 1885. Т. 3. Вып. 3 (реп- ринт: Игумен Даниил. Хождение. Abt. Daniil, Wallfahrtsbericht. Nachdruck der Ausgabe von Venevitinov 1883/85 mit einer Einleitung und bibliographischen Hinweisen von Klaus Dieter Seemann. Munchen, 1970; Die Pilgerfahrt des russischen Abtes Daniel ins Heilige Land 1113-1115 / Ubers, von A.Leskien // Zeitschrift des Deutschen Palastina-Vereins. Leipzig, 1884. Bd. 7. S. 17-64 [перев. на нем. яз.]; The Pilgrimage of the Russian Abbot Daniel in the Holy Land 1106— 1107 A.D. By C.W. Wilson // Library of the Palestine Pilgrim’s Text Society 4. London, 1888 [пер. на англ, яз.]; Itineraires russes en Orient, traduits pour la Societe de 1’Orient latine par M-me B. de Khitrowo. Geneve, 1889. T. 1, 1, p. 1-83 [реп- ринт: Osnabibck, 1966, пер. на фр. яз.]; Возняк М.С. Старе украшське письмен- ство. Льв1в, 1922. С. 108-116 [сокращенный укр. пер.]; Хождение игумена Да- ниила / Подг. текста, пер. и комм. Г.М.Прохорова // ПЛДР. XII век. М., 1978. С. 24-115, 627-645; Хождение Даниила, игумена Руской земли // Книга хо- жений. Записки русских путешественников XI-XV вв. М., 1984. С. 27-79, 204- 254, 378-396 / Подг. текста, перев., комм. Н.И.Прокофьева [сокращенное изд. текста по Веневитинову]; Daniil Egumeno. Itinerario in Terra Santa. Introduzione,
88 Письменные памятники истории Древней Руси traduzione е note а сига di Marcello Garzaniti. Citta Nuova Editrice. Roma, 1991 (Fonti cristiane per il terzo millennio) [с итальянским переводом]; БЛДР. T. IV. СПб., 1997. С. 26-117 (пер. Г.М.Прохорова). ИССЛ.: Беляев ИД. О географических сведениях в древней России // Зап. русск. геогр. общ. СПб., 1852. Кн. 6. С. 22; Hagenmauer N. Ekkehardi Urangiensis abbatis Hierosolymia, Tuebingen, 1877. Beilage VI. S. 359-374; Пономарев A. К истории древнерусской церковной письменности и литературы. II. Игумен Даниил и его хождение в Св. землю // Странник. 1880. Декабрь. С. 467-492; Веневитинов МА. Заметки к истории хождения игумена Даниила //ЖМНП. 1883. Май. С. 1-13; 1887. Январь. С. 11-67; Он же. Хождение игумена Дани- ила в Святую землю в начале XII в. // ЛЗАК за 1876-1877 гг. СПб., 1884. Вып. 7. С. 1-138; Рузский Н. Сведения о рукописях, содержащих в себе Хож- дение в Святую землю русского игумена Даниила в нач. XII в. // ЧОИДР. Кп. 3. Отд. 2. М., 1891. С. 1-172; Сперанский М.Н. Славянские апокрифиче- ские евангелия // Труды VIII Археология, съезда в Москве. М., 1895. Т. 2. С. 64-66; Тихонравов Н.С. «Хождения» 1. М., 1898. С. 135-138; Заболотский И. Легендарный и апокрифический элемент в Хождении игумена Даниила / / РФВ. М., 1899. № 1-2. С. 220-237; № 3-4. С. 237-273; Истрин В.М. Очерки истории древнерусской литературы домонгольского периода. Пг., 1922. С. 161; Данилов В.В. К характеристике Хождения игумена Даниила // ТОДРЛ. М.; Л., 1954. Т. X. С. 92-105; Кузьмина ВД. Сведения об арабах и арабской культуре в Палестине в начале XII в. по Хождению игумена Дани- ила // Вестник истории мировой культуры. 1959. № 6. С. 82-87; Янин ВЛ. Междукняжеские отношения в эпоху Мономаха и хождение игумена Дани- ила // ТОДРЛ. 1960. Т. XVI. С. 112-131; Надвикова Т.Ф. Книжные слова в Хождении игумена Даниила // Исследования по лексикологии и граммати- ке русского языка. М., 1961. С. 132-144; Водовозов Н.В. Хождение Даниила и первый крестовый поход // Русская литература и народное творчество. М., 1962; УЗ МГПИ. № 178. С. 16-35; Он же. История древнерусской литерату- ры. М., 1976. С. 56-57; Глушакова Ю.П. О путешествии игумена Даниила в Палестину // Проблемы общественно-политической истории России и сла- вянских стран (Сб. ст. к 70-летию акад. М.Н.Тихомирова). М., 1963. С. 79- 87; Гудзий Н.К. История древнерусской литературы. М., 1966. С. 116-117; Рыбаков 1963. С. 115-124; Измайлова Л. О древнейшем из списков Хожде- ния Даниила игумена // Сб. работ аспирантов кафедр гуманитарных наук Дагестанск. гос. ун-та. Махачкала, 1964. Вып. 1. С. 192-204; Янус Э. Варшав- ский список Хождения игумена Даниила // ТОДРЛ. 1968. Т. 23. С. 300-304; Прокофьев 1970. С. 27-64; Прокофьев Н.И. О классовой и народной основе Хождений игумена Даниила и Афанасия Никитина //УЗ МГПИ. № 389. С. 74-86; Поппе 1977, Ъ. 53-72; Seemann K.D. Die altrussische Wallahrtsliteratur. Munchen, 1976, S. 173-204; Рыбаков 1981. C. 11-30; Garzaniti M. Viaggio dell’igumeno Daniele in Terra Santa. Un pellegrino della Rus’ in Palestina nel XII secolo // Studi e ricerche sull’Oriente Cristiano. Fasc. 2. Roma, 1985. P. 91- 138; Stavrov Th.G., Weisensel P.R. Russian Travelers to the Christian East from the Twelfth to the Twentieth Century. Columbus, Oh. 1986. P. 1-5; Творогов O.B. Даниил // СККДР. Вып. 1. С. 109-112; Подскальски 1996, С. 323-326; Малето Е.И. Хождения русских путешественников XII-XV вв. М., 2000. С. 34-36, 99-103 Она же. Русские средневековые Хождения (издания и пуб- ликации) // АЕ за 1999 г. М., 2000. С. 255-267; Приди и виждь. Свидетель- ства Бога на земле. Автор-сост. Лисовой Н.И. М., 2000. Е.И.М., М.Г
Хождения 89 27. Хождение Добрыни Ядрейковича в Константинополь «Книга Паломник. Зъ Богом почитаем. Сказание мест святых во Царьграде. Благослови отче». Нач.: «Се аз, недостойный многогрешный Антоний, архиепископ Новгородский...» Описание Царьграда и его основных христианских святынь, составленное буду- щим архиепископом Новгородским Антонием вскоре после 1200 года, накануне ла- тинского завоевания и разграбления византийской столицы крестоносцами. Источ- ник для изучения русско-византийских связей нач. XIII в. содержит богатый мате- риал по истории искусства и архитектуры Византии, а также для изучения политической идеологии Руси {Флоря, с. 187-188; Лопарев 1899, с. 11—12; Белобро- ва СККДР, с. 39-40; Majeska, с. 209). Ряд сообщений Хождения можно назвать уникальными. К их числу относятся све- дения о блюде кн. Ольги Русской в Софийском соборе {Лопарев 1899, с. 119-120), о посольстве в Царырад волынского князя Романа {Савваитов, с. 89-90; Лопарев 1899, с. 384-388), о полоцком князе Борисе и княгине Ксении Брячиславне, похороненных в царьградских церквах Платона и Даниила {Лопарев 1899, с. 30-36). Значительное место в Хождении занимают легенды: о создании св. Софии Константинопольской, о иконе Спаса с недописанным мизинцем, замененным впоследствии золотом и сереб- ром, о св. Зотике — знатном вельможе, променявшем почести мира на служение боль- ным и сиротам. Подробно описываются монастыри и храмы Константинополя с ико- нами, реликвиями, предметами утвари, Галата и Пера — предместья средневековой византийской столицы, достопримечательности на побережье Золотого Рога, Босфо- ра и Мраморного моря {Лопарев 1899, с. 33-39; Кондаков 1887, с. 73-74; Кондаков 1915, с. 48-50; Podskalsky, S. 201). Прежде всего это храм св. Софии, церковь св. Апостолов, монастырь Пантократор, Студийский монастырь и другие святыни. В ходе крестовых походов XI-XIII вв. и турецких завоеваний многие памятники Константинополя и других восточных городов были разрушены, поэтому информация Антония о святы- нях и памятниках византийской столицы представляет значительный интерес. Так, в св. Софии, по данным Антония, находилась «телега серебряная» имп. Константина и Елены, «одры железные», на которых святые Георгий и Никита подвергались мучени- ям, золотое блюдо княгини Ольги с изображением на нем Христа {Уваров, с. 95-98; Лопарев Новый список, с. 384-388; Айналов Дар с. 1-4; Айналов Два примечания, с. 181- 186). В церкви св. Апостолов хранился гроб Иоанна Златоуста, гроб имп. Константи- на и матери его, Елены, Константинов крест и др.; в монастыре Пантократор — «кор- чага в алтаре», «страсти господни»; в Студийском монастыре — крест Иоанна Предте- чи, перст Иоанна Крестителя и др. {Флоря 1989, с. 187-188; Белоброва 1974, с. 178-180). По подсчетам К.Д.Зееманпа (с. 205-207) Антоний описал 104 святых места Констан- тинополя, причем так обстоятельно, как ни один из русских путешественников более позднего времени. Пристальное внимание автор Хождения обращал на живопись, де- тально описав иконы и художественные росписи константинопольских соборов. Чрез- вычайно высоко оценивает Антоний мастерство иконописца Павла, упоминает ико- ну св. Бориса и Глеба, икону «Одигитрия» (Путеводительница), по преданию, напи- санную евангелистом Лукой. Все это позволяет охарактеризовать автора Хождения как знатока живописи и архитектуры, а сам источник как прекрасный путеводитель по св. местам Константинополя. Как определил Х.М.Лопарев, многое в Хождении за- имствовано из греческих путеводителей и неизвестных книг разных эпох {Лопарев 1899, с. 132). Биографические сведения об Антонии содержатся в Первой Новгородской ле- тописи и Московском летописном своде конца XV в. (НПЛ. М.; Л., 1950. С. 52, 250; Московский летописный свод конца XV в. // ПСРЛ. М.; Л., 1949. Т. XXV. С. 379). На основе жития Варлаама Хутыпского и летописных данных установлено,
90 Письменные памятники истории Древней Руси что Антоний был сыном новгородского воеводы Ядрея, который возглавил в 1193 г. военный поход против Югры и был там убит (Ключевский 1871, с. 59-63). Пред- ком Антония, вероятнее всего, был знатный новгородец Малыш, у которого был сын Прокша Малышевич, в монашестве — Порфурий. У Прокши было три сына: Ядрей, Вячеслав и Нездило. Старший сын Ядрей стал впоследствии отцом Доб- рыни (Прозоровский, с. 84-93; Лопарев 1899, с. 131; Прокофьев, с. 64-70; Stavrov, Weisensel, s. 5-8; Matsuki, s. 4). Во время путешествия в Константинополь Добрыня был еще светским лицом, по по возвращении в Новгород вступил в Хутынский монастырь и принял пострижение под именем Антония. В 1211 г. он был избран архиепископом, о нем сообщает первая Новгородская летопись: «Пришел... Доб- рыня Ядрьиковиць изъ Цесаряграда и привезе съ собою гробъ Господень, а самъ пострижеся па ХутшгЬ у святого Спаса; и волею Божиею възлюби и князь Мьстис- лавъ и вси повгородци, и послаша и в Русь ставится; и прииде поставленъ архи- епископъ Антонии...» (НПЛ, с. 52). Исследователи пришли к выводу, что Антоний не являлся простым паломником, а происходил из числа выдающихся по своему положению лиц и был отправлен в Константинополь для приобретения святынь и ознакомления с греческим богослужением (Бельский, с. 19; Лопарев 1899, с. И). Есть убедительные данные, что Антоний находился под покровительством кн. Мстислава (Vroon, с. 109-111; Matsuki, с. 6-8). В 1219 г. Антония сменил на кафед- ре находившийся в изгнании в Торопце архиепископ Митрофан, а Антоний был переведен в Перемышль. После смерти Митрофана в 1223 г. новгородцы избрали Арсения, который в 1225 году устранился от дел, уступив место Антонию. С 1225- 1228 гг. Антоний вновь стал архиепископом Новгородским, но затем заболел, по- терял дар речи, ушел в Хутынский монастырь, где в 1232 г. и умер. Погребен в притворе св. Софии Новгородской (Лопарев 1899, с. 3~6). Точная дата написания Хождения не установлена. О пребывании русского путе- шественника в Константинополе в мае 1200 г. говорит его сообщение о виденном чуде 21 мая 6708 (1200 г.) в храме св. Софии: «Та жъ кандила со крестом Духом святым вознесошася rop^fc выше великаго креста, и паки снидоста низу тихо, и не угасла. То же было чюдо по заутрени перед понятием литургий... Се же чюдо свято и честно явилъ Богъ в лето 6708-е, при моемъ животу, месяца майя, па память святого царя Константина и матери его Елены в 21, в день недельный, при царстве Алексее- ве и при патриарстЬ ИвашгЬ...» (Лопарев 1899, с. 14-15). П.И.Савваитов (с. 1-3) и Х.М.Лопарев (Лопарев 1899, с. 382-383) полагали, что Антоний, находясь в Кон- стантинополе с 1200 по 1204 гг., описал свое путешествие уже после принятия мо- нашества и избрания его в 1211 году архиепископом. Некоторые современные уче- ные разделяют эту точку зрения (Прокофьев 1970, с. 64-70; Stavrov, Weisensel, s. 7-8). Списки Хождения известны в трех редакциях. В первой из них, заглавие и начало которой приведено выше, отсутствует упоминание о латинянах. Вторая редакция озаглавлена: «Повесть о Цариграде, колико было драгих вещей». Нач.: «Царски град стоит на три угла крестообразно...» Она завершается известием о разграблении и порче цареградских святынь. Третья редакция отличается значительным сокраще- нием текста: здесь отсутствует имя Антония, нет сведений о блюде Ольги Русской и о посольстве в Царьград волынского князя Романа (Белоброва 1977, с. 228-235). Стар- шие списки хождений — XVI в. (РНБ, собр. Савваитова, второй половины XVI в.; Сб. А.И.Яцимирского; ГИМ, собр. И.Е.Забелина № 416). Шесть других списков, со- хранившихся до наших дней, датируются XVII и XVIII вв. (Белоброва 1977, с. 226); Х.М.Лопарев (Лопарев 1899, с. 19-20) считал две первые редакции авторскими. В отличие от него, Дж.Врун видит во второй редакции компиляцию, являющуюся тру- дом нескольких авторов (Vroon, р. 140-141). ИЗД.: Путешествие Новгородского архиепископа Антония в Царьград в кон- це XII столетия / Предисл. и примеч. П.И.Савваитова. СПб., 1872. С. 13-63,
Хождения 91 64-184 (по: РНБ, собр. П.И.Савваитова, второй половины XVI в.); Срезнев- ский И.И. Сведения и заметки, № 60, СПб., 1876. С. 340-352; Лопарев Х.М. Но- вый список описания Царьграда Антония Новгородского // Библиограф. СПб., 1888, № 12. С. 380-392; Описание рукописей Имп. ОЛДП, СПб., 1893. Ч. 2. С. 385-388; Книга Паломник — Сказание мест святых во Царьграде Антония архиепископа Новгородского в 1200 г. (под ред. Х.М.Лопарева) // ППС, 1899. Вып. 51. Т. 17, № 3. С. 1-39, 71-94 [Лопарев 1899]', Белоброва 1977, с. 225-235 (изд. сп.: ГИМ, собр. И.Е.Забелина, № 416). ПЕРЕВ.: Liber qui dicitur Peregrinus, sen Descriptio ss. lokorum caesareae eivitatus / / Exuviae sacrae Constantinopolitanae; fasciculus dokumentorum minorum ad byzantina lipsana in Occidentem sacculo XIII translata spectantium of historian! quarti belli sacri imperiique gallograeci illustrantium. Genevae, 1978. 2. P. 218-230 [латин- ский пер. И.М.Мартынова]; Antoine archev. de Novgorod. Le livre du pelerin // Itineraires russes en Orient/Trad. pour la Societh de 1’Orient Latin par M-me B. de Khitrovo, Gnnirve, 1889. 1. P. 87-111 [франц, пер.]. (Репринт: Osnabrbck, 1966). ИССЛ.: Русские святые, чтимые всею церковью или местно: Опыт описания жизни их. Чернигов, 1861. С. 46-50, примеч. 67; Ключевский 1871. С. 6, 59-63, 144-145; Уваров А.С. «О блюде» великой княгини Ольги. Новое дополнение к паломнику Антония //Древности. Тр. Моск, археол. общ. 4 (1874)3. С. 95-98; Прозоровский Д.И. О родословии св. Антония, архиепископа Новгородского / / Известия Имп. русского археология, общества 1880. № 9. С. 84-93; Кондаков Н.П, Византийские церкви и памятники Константинополя. Одесса. 1887. С. 73- 74; Бельский Л.П. Антоний, архиепископ Новгородский, и его путешествие в Царьград // Пантеон литературы. 1890. Т. 3. № 3. С. 1-19; Яцимирский А.И. Новые данные о хождении архиепископа Антония в Царьград // ИОРЯС. 1899. Т. 4. Кн. 1. С. 223-264; Айналов Д.В. Дар святой Ольги в ризницу св. Софии в Царьграде // Тр. Археол. съезда в Харькове. М., 1905. Т. 3. С. 1-4; Он же. При- мечания к тексту Книги Паломник Антония Новгородца // ЖМНП. 1906. Июнь. С. 233-276; 1908. Ноябрь. С. 81-106; Он же. Два примечания к тексту Антония Новгородского // Сб. ст. в честь Д.АКорсакова. Казань, 1912. С. 181— 186; Кондаков Н.П, Иконография Богоматери. Т. 2. 1915. С. 48-50; Ehrhard М. Le livre du Pelerin d’Antoine de Novgorod // Romania 63 (1932). P. 44-62; Про- кофьев 1970, 363, c. 64-95; Белоброва 1974, c. 178-185; Seemann K.D. Die altrussische Wallfahrtsliteratur. Theorie und Geschichte eines literarischen Genres. Munchen, 1976, S. 213-220; Белоброва 1977', Vroon G.L. The Making of the Medieval Russian Journey. Dissertation University of Michigan, 1978. P. 140-141; Podskalsky 1982, S. 200-201; An Unknown Russian Work on Constantinople // Cyrillomethodi anum VIII-IX. Thessaloniki 1984/85. P. 111-120; Raba J. Das Weltbild der mittelalterlichen und frbhneuzeitlichen russischen Reisenden // Forschungen zur ostcuropaischen Geshichte. Bdl. 38. Berlin, 1986. S. 20—21; Majeska G.P. Anthony of Novgorod and Constantinople 1200 // The 17-th International Byzantine Congress. Abstracts of Short Papers. Washington, 1986. P. 209; Stacrov 1986, p. 5-8; Белоброва OA, Антоний // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 39-40; Matsuki Е. Novgorodian Travelers to the Mediterranean World. Past and Present. XI. Tokyo, 1988. P. 3-7; Флоря Б.Н, К генезису легенды о дарах Монома- ха // Древние государства на территории СССР. Материалы и исследования. 1987. М., 1989. С. 187-188; Подскальски 1996, С. 326-327; Малето Е.И. Первые паломники христианской Руси // Церковь в истории России. Сб. 4. М., 2000. С. 59-66; Она же. Хождение русских путешественников XI 1-ХV вв. М., 2000. С. 37-38; 106-107; Она же. Русские средневековые Хождения (издания и пуб- ликации) // АЕ за 1999 г. М., 2000. С. 255-267. Е.И.М.
Ill ПОЭТИЧЕСКИЕ И ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ 28. Слово о полку Игореве «Слово о пълку Игорев±». Нач.: «Не л±по ли иы бяшеть, братие, начяти старыми словесы трудиыхъ пов±стии о пълку Игорев^...» Само название памятника определяет его сюжет. Речь идет о «пълку» древнерус- ского князя Игоря Святославича, внука князя Олега. Слово «пълк» первые издатели памятника перевели как «поход», что не противоречит употреблению этого слова в древнерусском языке. Но это только одно, к тому же не самое распространенное, значение слова «пълк». Гораздо чаще оно употреблялось в значении «войско», «вой- на», «сражение, битва». Поэтому вполне вероятно, что в заглавии памятника отрази- лось его основное содержание — рассказ не о походе, а именно о битве князя Игоря Святославича, как переводил слово «пълк» еще Н.М.Карамзин. Но в любом случае Слово — это повествование о военных действиях древнерусского князя. Слово о полку Игореве начинается с постановки чисто литературного вопроса: как рассказывать о действиях Игоря? По современным ли реальным рассказам о его походе и сражении с половцами или по литературным канонам («старыми сло- весы трудныхъ пов±стии»), которые были выработаны еще «вещим» Бояном, тво- рившим во времена Ярослава Мудрого, его брата Мстислава, внука Ярослава — Романа Святославича? Автор хочет говорить об Игоре Святославиче «по былинам сего времени», но поскольку в его планы входит излагать «повесть сию отъ стараго Владимера до нын±шняго Игоря», он при повествовании о давних событиях дол- жен опираться на Бояна. После такого вступления автор Слова переходит к рассказу о самом событии. Он говорит о желании князя Игоря, утвердившегося в своем решении, исполненного мужества и «ратнаго духа», идти в поход «на землю Полов±цькую». Причина похо- да — в стремлении Игоря возвеличить (но, возможно, и защитить, отомстить за) Русскую землю. Желание было настолько сильным, что даже тревожное предзнаме- нование — затмение солнца — не остановило его движения к Половецкому полю. Начав говорить об Игоре, автор Слова представлял, какими словами об этом князе сказал бы Боян. Сам автор в очень лаконичных и поэтических образах описывает вы- ступление полков Игоря из Путивля и Новгорода (Северского), соединение с дружи- ной брата Игоря Буй Тура Всеволода, собранной в Курске. Говоря о движении войск Игоря, автор очень краток, он фиксирует свое внимание на самых важных, определя- ющих по средневековым понятиям моментах этого движения, повлиявших на осуще- ствление всего замысла Игоря: солнечном затмении и ночи, предшествовавшей сра- жению с половцами, когда половцы стали подтягивать свои силы к месту вероятного столкновения с полками князя Игоря, а князь Игорь использовал эту ночь для похода к половецким кочевьям. Рано утром в пятницу Игорь напал па половецкие полки, разбил их, захватил пленных и богатую добычу: золото, дорогие ткани и одежды, зна- ки воинских отличий. Однако на утро следующего дня заночевавшее в Половецком
Поэтические публицистические произведения 93 поле войско Игоря оказалось окруженным подошедшими половецкими ордами Гзака и Кончака. Русичи перешли к обороне, огородившись красными («чрълепыми») щи- тами. Далее в Слове живописуются действия в битве Яр (в данном месте Слова это определение заменило прежнее «Буй») Тура Всеволода и делается экскурс в древне- русскую историю, повествующий о междоусобиях в Русской земле во времена сыно- вей и внуков Ярослава Мудрого. После этого следует переход вновь к описанию бит- вы Игоря с половцами. Описывается собственно ее конец и подводится итог: «Биша- ся день, бишася другый, третьяго дни к полуднию падоша стязи Игоревы». Дается картина уныния в Русской земле, победы «поганых» (половцев) объясняются междо- усобием русских князей, которые вместо того, чтобы воевать с внешними врагами, воевали друг с другом и тем самым способствовали тому, что «погапии съ вскхъ страпъ прихождаху съ поб'кдами на землю Рускую». Поражение Игоря и Всеволода Святос- лавичей противопоставлено успехам «грозного великого Киевского» князя Святос- лава, который укротил половцев, а их хана Кобяка пленил, а затем лишил жизни в Киеве в своей гриднице. Игорь же оказался в половецком плену, пересев из «скдла злата, а въ стЬдло кощиево» [т.е. рабское]. Далее в Слове развиваются сюжеты, связанные с киевским князем Святославом Всеволодовичем. Он видит сон-аллегорию, который его бояре истолковывают ему применительно к событиям похода и поражения князя Игоря. Выслушав их, Свя- тослав произносит «злато слово слезами смешено», представляющее собой призыв к древнерусским князьям «поблюсти» «отня злата стола», под которым разумелся Киев. Автор Слова от имени киевского великого князя обращался к Ярославу Чер- ниговскому, владимирскому князю Всеволоду (Большое Гнездо), галицкому Ярос- лаву Осмомыслу, другим князьям, последними названы внуки (потомки) Всеслава, которые своими междоусобными войнами способствовали первым приходам на Рус- скую землю половцев. Эта констатация служит автору Слова основанием для еще одного исторического экскурса — рассказа о борьбе сыновей Ярослава Мудрого с полоцким князем Всеславом, родоначальником названных ранее его внуков, о его сражениях с Ярославичами, княжении в Киеве, пребывании в Тмуторокани, даже о его политике («Всеславъ князь людемъ судяше, княземъ грады рядяше...»). Эти меж- доусобия старого времени продолжаются и «ньпгк»: рядом стоят стяги Рюрика и стяги Давыда, «нъ розно ся имъ хоботы пашутъ», т.е. языки стягов развеваются в разных направлениях, полки двух русских князей идут в разные стороны. После исторических припоминаний автор Слова вновь обращается ко времени, последо- вавшему непосредственно за поражением князя Игоря. Он описывает плач жены Игоря Ярославны, которая обращается к ветру, Днепру Словутичу и красному сол- нцу с укорами и просьбами о возвращении ей мужа. Просьба Ярославны исполняет- ся. Игорь бежит из половецкого плена. Ему помогает Овлур, помогает вся природа, в отличие от прошлых времен, когда река Стугна «затвори» юного князя Ростисла- ва. Хотя преследовать Игоря кинулись Гзак и Кончак, Игорь спасся. Он в Русской земле и «^детъ по Боричеву къ святки Богородици Пирогощеи». Слово кончается провозглашением славы «Игорю Святъславличю, Буй Туру Всеволоду, Владимиру Игоревичу», которые вместе с дружиной бились «за христьяны на погапыя плъки». Автор Слова неизвестен. Существует около двух десятков различных гипотез об авторе «Слова». Список возможных авторов очень широк: от самого Игоря и его жены Ярославны до новгородского тысяцкого и регента церковного хора в Галиче. Есть мне- ния, что Слово было написано двумя и даже несколькими авторами. Бесспорных дока- зательств того, кто именно создал Слово, нет. Скорее всего это был профессиональный певец-дружинник, ездивший со своими произведениями по княжеским городам. Слово, как и некоторые другие памятники древнерусской письменности, извест- но лишь в единственном списке. Этот список был обнаружен в крупном (размером в
94 Письменные памятники истории Древней Руси лист) рукописном сборнике, куда входили следующие произведения: 1. Хронограф. 2. «Временникъ, еже нарицается летописание русскихъ князей и земля Рускыя». 3. «Сказание о Индии богатой». 4. «Повесть об Акире Премудром». 5. «Слово о пол- ку Игореве». 6. «Девгениево деяние». Сборник был приобретен известным любителем древнерусской истории, со- бирателем рукописных книг и русских древностей графом А.И.Мусиным-Пуш- киным. Сам Мусин-Пушкин и его современники не смогли точно определить время, когда была написана рукопись. Готовивший первое издание Слова о полку Игореве А.Ф.Малиновский полагал, что рукопись со Словом относится к XVI в. Типограф С.А.Селивановский характеризовал почерк рукописи как похожий па почерк Дмитрия Ростовского (Д.С.Туптало, 1651-1709 гг.), т.е. как почерк пос- ледней четверти XVII — начала XVIII в. Сотрудник Публичной библиотеки в Петербурге А.И.Ермолаев полагал, что рукопись со Словом относилась к XV в. Для датировки рукописи существенное значение имеют два обстоятельства. Судя по сохранившимся выпискам из нее, в трех последних статьях рукописи (Повести об Акире Премудром, Слове о полку Игореве и Девгениеве деянии) после плавных соглас- ных «р» и «л» употреблялись полугласные «ъ» и «ь» (плъ вместо пол; пръсть, чрьвле- ною, кръмилици, пръвыи — выписка Н.М.Карамзина: История государства Россий- ского. Т. III. Примеч. 272). Такие написания не были характерны для древнерусского языка, они типичны для южнославянских языков (болгарского и сербского). Про- никновение подобных написаний в русские рукописи объясняется вторым южно- славянским влиянием. Оно началось с конца XIV в., но временем его широкого рас- пространения был XV в. Отсюда следует вывод, что рукопись со Словом была не древнее XV в. С другой стороны, заголовок Хронографа, помещавшегося в одном сборнике со Словом, повторял, за небольшими исключениями, заголовок Хроногра- фа 1617 г., а заголовок следующего раздела сборника — «Временника» — заголовок Новгородской I летописи младшего извода. Поэтому в научной литературе считает- ся, что приобретенный Мусиным-Пушкиным сборник был механически составлен из двух частей. Первая часть, куда входили Хронограф и Временник, была написана в XVII в., а та часть, куда входило Слово, — в XV в. Такое заключение правдоподобно, но оно не является единственно возможным. Вполне вероятно, что вся рукопись была написана в XVII в., по-видимому, в первой его половине, тем более что, по мнению А.Д.Григорьева, входившая во вторую часть мусин-пушкинского сборника Повесть обАкире Премудром представляла собой переделку XVI в. (Григорьев АД. Повесть об Акире Премудром. М., 1913. С. 357). Судя по передаче некоторых мест рукописи, сделанных в конце XVIII — начале XIX в., она была написана полууставом, переходящим в скоропись. Необычен состав сборника, где находилось Слово. В сборнике не было ни одного сочинения на религиозную тему. Это наталкивает на мысль, что сборник первона- чально составлялся и принадлежал какой-то светской библиотеке, быть может, про- свещенного вельможи или грамотного богатого гостя. В течение почти полутора столетий в науке считалось, что первые сведения о наличии в библиотеке Мусина-Пушкина списка Слова относятся к 1797 г. (заметка Н.М.Карамзина в «Spectateur du Nord» за октябрь 1797 г. и примечание М.М.Херас- кова к своей поэме «Владимир», вышедшей в свет в начале 1797 г). В 1984 г. В.П.Коз- лов обнаружил цитату из Слова в «Опыте повествования о России» И.П.Елагина (1725 — 22 сентября 1793). Цитата была внесена Елагиным в свое сочинение скорее всего в 1790 г. (до мая) и во всяком случае — до 26 июля 1791 г., когда Мусин-Пуш- кин был назначен на должность обер-прокурора Синода, которую он использовал для пополнения своей коллекции рукописей. Сам Мусин-Пушкин в 1813 г. указы- вал, что он приобрел рукопись со Словом у бывшего настоятеля Ярославского Спа- со-Преображенского монастыря архимандрита Иоиля (Быковского) после закры-
Поэтические публицистические произведения 95 тия этого монастыря и преобразования его в Ярославский архиерейский дом (место пребывания архиепископов Ярославских и Ростовских). Иоиль умер 25 августа 1798 г. Спасо-Ярославский монастырь был преобразован в архиерейский дом в пер- вой половине 1786 г. Время цитирования Слова Елагиным подтверждает припоми- нания Мусина-Пушкина о времени приобретения им рукописи. Это действительно случилось после закрытия Ярославского Спасского монастыря и при жизни Иоиля. Хотя существуют ученые версии о происхождении рукописи со Словом из библио- теки Ярославского Спасского монастыря или из библиотеки Ростовского архиерей- ского дома, переведенного в 1787 г. в Ярославль, они не основаны на строгих доказа- тельствах. Поэтому нет серьезных оснований отвергать указание Мусина-Пушкина на приобретение памятника именно у Иоиля, т.е. из личного собрания последнего. Со списка Слова, попавшего к Мусину-Пушкину, была снята рукописная ко- пия, поднесенная Екатерине II. Время изготовления этой копии неизвестно, но она была сделана до смерти императрицы (6 ноября 1796 г.). В 1800 г. «Слово о полку Игореве» было издано Мусиным-Пушкиным вместе с Н.Н.Бантыш-Камеп- ским и А.Ф.Малиновским. Двое последних, одни из лучших в России конца XVIII в. археографов и знатоков истории, и подготовили, по сути дела, издание памятника. В 1812 г. рукопись со Словом вместе со всей библиотекой Мусина- Пушкина была утрачена (возможно, сгорела) в его московском доме на Разгуляе, когда Москва была занята войсками Наполеона. В распоряжении исследовате- лей остались первое издание памятника, екатерининская копия и несколько мел- ких выписок Елагина, Малиновского и Карамзина из подлинной рукописи. Кро- ме того, существуют три списка перевода Слова, сделанного до 1800 г. Утрата рукописи, наличие в копии и издании целого ряда невразумительных (т.н. «темных») мест, объяснение которых было и есть крайне затруднительно из-за отсут- ствия оригинала, тщетные вплоть до сегодняшнего дня поиски еще одной рукописи со Словом породили у известной части исследователей и любителей истории скептическое отношение к памятнику. Уже вскоре после гибели рукописи стали раздаваться голоса, что Слово — подделка (С.П.Румянцев, митрополит Евгений [Болховитинов] и др.). В 30-40-х гг. XIX в. существовавшая тогда в русской науке скептическая школа объявила Слово произведением украинских писателей XVI-XVII вв. или даже самого Мусина- Пушкина. Скептики основывались главным образом на языке памятника, считая, что те или иные слова в произведении в древнерусском языке отсутствовали (например, зег- зица), а попали туда из польского или южнославянских языков в позднее время. С введением в научный оборот новых памятников древнерусского языка и лите- ратуры постепенно исчезали недоумения сомневавшихся в подлинности Слова. С обнаружением приписки к псковскому Апостолу 1307 г. (где были фразы, почти тож- дественные Слову), «Задопщины» — памятника XIV в., описывавшего Куликовс- кую битву 1380 г. и подражавшего Слову иногда настолько механически, что иска- жался смысл, — скепсис в отношении Слова сошел на нет. Однако с открытием в 20- 30-х гг. XX в. новых списков «Задопщины» встал вопрос о соотношении между собой списков этого памятника, его ранней и поздних редакций, и о соотношении с ними Слова. Выяснилось, что Слово имеет больше совпадений со списками «Задопщины» XVI-XVII вв., а не с древнейшим списком XV в. Последний стал рассматриваться и как наиболее ранняя редакция «Задопщины». Поскольку Слово отразилось во всех редакциях «Задонщины», но в древнейшем списке — слабее, делался вывод, что не Слово повлияло на Задонщину, а «Задонщина», причем именно в ее поздних пере- работках — на Слово. События XIV в. были заменены в Слове на события XII в. на основе летописей, главным образом Ипатьевской. Причина создания Слова в таком случае объяснялась идеологическими устремлениями правительства Екатерины II обосновать присоединение к России причерноморских и приазовских степей (фран- цузский славист А.Мазон, А.А.Зимин и др.).
96 Письменные памятники истории Древней Руси Предпринятые в последнюю четверть века тщательные проверки этих постро- ений, анализ Слова с точки зрения его языка, поэтики, исторического содержания показали ошибочность доводов представителей новой скептической волны, хотя очевидно, что отсутствие древнего списка памятника является объективной осно- вой, па которой временами могут возрождаться сомнения в подлинности Слова. Текстологическое сопоставление всех списков «Задонщины», отрывков из этого произведения, включенных в «Сказание о Мамаевом побоище», и «Слова о полку Игореве» показало, что список «Задонщины» XV в. не является старшей редакци- ей памятника, ему предшествовала другая, более обширная. В этой редакции и было впервые использовано Слово в качестве одного из источников, причем некоторые фразы Слова составитель «Задонщины» не понимал или понимал плохо (напри- мер, вместо фразы Слова «О, Руская земле! Уже за шеломянемъ еси» в «Задонщи- не» стоит «Руская земля, то первое еси как за царем за Соломоном побывала» — список И-1; очевидно, в том списке Слова, которым воспользовался автор «Задон- щины», смешивались шипящие и свистящие и вместо «шеломянемъ» было напи- сано «селомянемъ», что привело к пониманию последнего слова как имени биб- лейского царя). Лексический состав, фразеология Слова характерны для древне- русского языка старшего периода (XI-XIII вв.), а не для времени XIV-XVII вв. Так, в Слове употребляется т.п. родительный падеж части («поостри сердца свое- го»), который в более позднее время заменяется винительным падежом (в памят- никах позднего времени было бы «поостри сердце свое»). Выяснилось, что текст Слова подчиняется определенной ритмике, нарушенной в «Задонщине». По сво- им ритмическим основам Слово близко к древнегерманскому и византийскому стихосложению. Подтвердилась достоверность сообщаемых в Слове фактов XI в.: о раздаче Всеславом Полоцким, занимавшим 7 месяцев (с сентября 1068 г. по апрель 1069 г.) княжеский стол в Киеве, городов другим русским князьям, о его поездке в указанные 7 месяцев в Тмуторокань. Эти исторические известия Слова являются уникальными, ни в каких других источниках их нет и позднему фальси- фикатору взять их было неоткуда. Не был современником событий 60-х гг. XI в. и автор Слова, но он знал и широко использовал песни Бояна, который как раз и воспевал события второй половины XI в. Как теперь документально выясняется, рукопись со Словом видели и изучали, помимо самого Мусина-Пушкина, Елагин, Карамзин, Бантыш-Каменский, Малиновский, Ермолаев, Селивановский — люди разные, но достаточно авторитетные, знавшие памятники древнерусской письмен- ности. Однако ни у одного из них, несмотря на скептическое отношение к другим памятникам литературы и права древней Руси, не возникало сомнений в подлин- ности рукописи со Словом. К тому же надо заметить, что в рукописи, помимо Сло- ва, содержалось и другое очень редкое произведение — Девгениево деяние, рус- ский список которого (после утраты в 1812 г. Мусин-Пушкинского сборника) был обнаружен только в 50-е гг. XIX в. (к настоящему времени известно всего три рус- ских списка Девгениева деяния, а греческие списки этого византийского произве- дения были открыты еще позже — в конце 60-х гг. XIX в. Очевидно, что уникаль- ным было не только одно Слово, но весь сборник со Словом. Таким образом, Слово является памятником древнерусской литературы. По своим литературно-художественным и общественно-политическим достоин- ствам Слово стоит в одном ряду с другими выдающимися памятниками древнерус- ской письменности: «Повестью временных лет», «Словом о законе и благодати» митрополита Илариона, «Словом о погибели Русской земли», Летописцем Даниила Галицкого (частью галицко-волынской летописи XIII в.) и др. Однако по своим жан- ровым особенностям «Слово о полку Игореве» уникально, оно не имеет аналогов среди сохранившихся до нашего времени древнерусских произведений XI-XIII вв. Слово принадлежит к типу рыцарских поэм, посвященных военным походам и бит-
Поэтические публицистические произведения 97 вам, слагавшихся профессиональными певцами-дружинниками и исполнявшихся при княжеских дворах. Такие конкретные детали Слова, как точное определение, вплоть до дпя и времени суток, момента, когда Игорь вступил в сражение с половца- ми («съ зарания въ пятъкъ», т.е. ранним утром в пятницу), когда потерпел пораже- ние («бишася день, бишася другый, третьяго дни къ полудпию падоша стязи Игоре- вы»), детали бегства Игоря из половецкого плена («Овлуръ свисну за р^кою») — свидетельствуют, что Слово не эпическое, фольклорное произведение, где конкрет- ные реалии стираются, а произведение, понятное современникам и написанное для них. По весьма основательному предположению Б.А.Рыбакова, Слово было написа- но в 1185 г., после поражения Игоря, его пленения и бегства из плена, а исполнялось при дворе киевского князя Святослава Всеволодовича летом 1185 г., когда в Киеве был съезд русских князей, и имело главной целью призвать этих князей объединить усилия для отпора победоносным половцам (призыв к русским князьям: «Загороди- те Полю ворота...»). Слово является ценнейшим историческим источником как в своей целостности (в качестве показателя культурного и духовного уровня развития древнерусских кня- жеств в конце XII в.), так и в частностях, отдельных исторических реалиях. Однако при этом следует иметь в виду, что Слово — прежде всего поэма, с присущими ей особенностями в подаче исторического материала, выдвижением на первый план самых важных, решающих, по мнению древнерусского поэта, фактов, их смысло- вом, художественном, даже звуковом обыгрывании, что требует очень осторожного и внимательного обращения с содержащимися в поэме сведениями. Например, в памятнике многие слова полисемантичны, т.е. употребляются сразу в двух или трех смыслах. Так, Слово содержит историческую реминисценцию о событиях XI в.: ли- шенный Волыни и Чернигова, черниговский князь Олег Святославич «ступаетъ въ златъ стремень въ град^ ТьмуторокаггЬ, той же звонъ слыша... Владимиръ по вся утра уши закладаше въ Чернигов^». Позвякивание золотых стремян превращается в по- эме в грандиозный звонъ, который слышен в далеком от Тмуторокани Чернигове. Так метафорически в Слове описывается выступление в поход из Тмуторокани Олега Святославича, стремившегося отвоевать владение своего отца — Чернигов — у кня- жившего там Владимира Мономаха. Последний, по поэме, услышав звон из Тмуто- рокапи, закладывает уши. Автор ясно дает понять, что вступление в стремя Олега Святославича крайне неприятно для сидевшего в Чернигове Владимира, и он зажи- мает уши. Но уши в Слове — это не только уши человека, это и пазы, проушины для бревен, запиравших городские ворота. Очевидно, Мономах не столько затыкал соб- ственные уши, сколько запирал крепостные ворота, готовясь к обороне от нападав- шего Олега, причем делал это «по вся утра», т.е. закрывал ворота в те утренние часы, когда они после ночного времени в любом мирном городе как раз должны были от- крываться. Подобный полисемантизм характерен и для других мест Слова, поэтому не всегда легко определить, какие исторические факты имел в виду автор памятни- ка. Нельзя и требовать от Слова изложения событий в той строгой хронологической последовательности, какая присуща, например, летописям. В частности, исследова- тели обращали внимание на то, что о солнечном затмении в Слове говорится еще до описания выступления Игоря в поход, тогда как на самом деле это затмение про- изошло на девятый день Игорева похода. Отсюда заключения о плохой осведомлен- ности автора Слова, порче рукописи с текстом памятника, когда лист с описанием затмения оторвался и попал не на свое место, попытка поменять местами отдельные части Слова. Между тем, говоря о своем желании воспеть поход Игоря, автор Слова поясняет, почему он это делает. Он рисует Игоря человеком волевым, последова- тельным и неустрашимым, и поведение князя во время затмения для автора — яркое подтверждение мужества черниговского Святославича, не убоявшегося грозного (зная трагический конец похода) предзнаменования. Никакого нарушения хроно-
98 Письменные памятники истории Древней Руси логии в данном месте Слова нет. Характерно, что автор поэмы вторично возвращает- ся к факту затмения и снова использует этот факт для характеристики Игоря как отважного полководца: «Солнце ему тьмою путь заступаше, нощь стонущи ему гро- зою...» Выбраны две кульминационные точки Игорева похода: то же затмение 1 мая 1185 г. и ночь с 9 па 10 мая, когда, узнав о военных приготовлениях половцев, Игорь ночным переходом достиг их веж, а ранним утром в пятницу 10 мая 1185 г. успешно атаковал степняков. Выбор решений 1 и 9 мая предопределил участь Игоря, и Слово в поэтической форме заостряет внимание именно на этих фактах его похода. Конеч- но, Слово не содержит указаний на даты, когда происходили те или иные события, даты восстанавливаются исследовательским путем при сравнении Слова с летопис- ными рассказами о походе князя Игоря, особенно с рассказом Ипатьевской летопи- си. Но, как показано было выше, даже по сравнению с подробным повествованием Ипатьевской летописи, в Слове содержатся некоторые дополнительные уникальные детали, характеризующие события 1185 г. Огромную ценность представляют содержащиеся в Слове экскурсы в историю Древней Руси. В них, как уже отмечалось, также имеются единственные в своем роде свидетельства о событиях уже не XII, а XI в. Показательно, однако, что автор Слова концентрирует свое внимание по сути дела лишь на трех эпизодах древне- русской истории XI в.: семимесячном княжении в Киеве Всеслава Полоцкого, бит- ве на Нежатипой ниве 3 октября 1078 г. и гибели в реке Стугне, притоке Днепра, князя Ростислава Всеволодовича 26 мая 1093 г. Оказывается, для Руси это были наиболее трагические события, связанные с половцами. Вокняжение Всеслава По- лоцкого, до этого содержавшегося под арестом в Киеве, произошло после жестоко- го поражения, нанесенного половцами соединенному войску трех сыновей Яросла- ва Мудрого 14 сентября 1068 г. на р. Альте, последовавшем восстании киевлян, изгнании киевского князя Изяслава, освобождения из заточения Всеслава и про- возглашения его восставшими киевским князем. Битва на Нежатипой ниве, в ко- торой активное участие принимали половцы, кончилась гибелью самого главного из русских князей — киевского. Смерть князя Ростислава Всеволодовича произош- ла во время битвы русских князей с половцами, кончившейся разгромом русских дружин. Совершенно очевидно, что автор Слова хотел провести исторические па- раллели между событиями современного ему 1185 г. и далеким прошлым, когда в борьбе с половцами гибли русские князья, даже сам киевский князь, или же киев- ский князь лишался своего стола. Столь наглядное обращение к прошлому должно было содействовать самому близкому будущему: загородить «Полю ворота», ис- торически точно указать на трагические последствия в случае развития половцами своего успеха после победы над князем Игорем. Русским князьям 1185 г. давался ясный исторический урок, показывавший, к чему приводило «княжое непособие» в отпоре кочевникам в прошлые эпохи. Как исторический источник Слово использовано еще далеко не полностью. Раз- витие лингвистики, филологии, углубление исторических знаний во многом содей- ствовали правильной оценке Слова и отраженных в нем событий. Несомненно, что дальнейшее развитие гуманитарных дисциплин самого разного профиля будет спо- собствовать все более глубокому познанию этого выдающегося памятника древне- русской литературы XII в. Библиографические указатели. Адрианова-Перетц В.П. Слово о полку Игореве. Библиография изданий, переводов и исследований. М.; Л., 1940; Данилова О.В., Поплавская ЕД., Романченко И.С. Слово о полку Игореве. Библиографический указатель. М., 1940; Дмитриев Л А. Слово о полку Игореве. Библиография изда- ний, переводов и исследований 1938-1954. М.; Л., 1955; Cooper N.R. The Igor Tale: An Annotated Bibliography of 20th Century Non-Soviet Scholarship on the Slovo о Polku Igoreve. London, 1978.
Поэтические публицистические произведения 99 ИЗД.: Ироическая песнь о походе на половцов удельного князя Новагорода-Се- верского Игоря Святославича. М., 1800; Слово о полку Игореве. М.;Л., 1950 (Ли- тературные памятники); Дмитриев Л А. История первого издания «Слова о полку Игореве». М.; Л., 1960 (Екатерининская копия «Слова», выписки Н.М.Карам- зина и А.Ф.Малиновского); Слово о полку Игореве // Библиотека поэта. Боль- шая серия. 2-е изд. Л., 1967; Козлов В.П. «Слово о полку Игореве» в «Опыте по- вествования о России» И.П.Елагина // Вопросы истории. 1984. № 8 (выписка из Слова И.П.Елагина); БЛДР. Т. IV. XII век. СПб., 1997. С. 254-267. Словарь'. Виноградова В.Л. Словарь-справочник «Слова о полку Игореве». М.; Л., 1965-1984. Вып. 1-6. ИССЛ.: Пожарский Я. Слово о полку Игоря Святославича, удельного князя Но- вагорода-Северского. СПб., 1819; Бутков П.Г. Нечто к Слову о полку Игоря // Вестник Европы. Ч. 221. № 21. М., 1821; Грамматин Н.Ф. Слово о полку Иго- ревом. М., 1823; Вельтман А.Ф. Песнь ополчению Игоря Святославича, князя Новгород-Северского. М., 1833; Сахаров И.П. Песни русского народа. СПб., 1838. Т. 5; Дубенский Д. Слово о плъку Игореве, Святъславля ггЬстворца ста- рого времени // Русские достопамятности. М., 1844. Ч. 3; Головин Н. Примеча- ния на «Слово о полку Игореве». М., 1846; Тихонравов Н.С. Слово о полку Иго- реве. М., 1868; Вяземский П.П. Замечания на Слово о плъку Игорев’к. СПб., 1875; Огоновьский О. Слово о плъку Игорев’к. Поетичпий пам’ятник русько! письменности XII вжу. Льв1в, 1876; Миллер В.Ф. Взгляд на Слово о полку Иго- реве. М., 1877; Потебня А А. Слово о полку Игореве. Текст и примечания. Во- ронеж, 1878; Барсов Е.В. Слово о полку Игореве, как художественный памят- ник киевской дружинной Руси. М., 1887. Т. 1, 2; М., 1890. Т. 3; Козловский И.И. Палеографические особенности погибшей рукописи Слова о полку Игореве // Древности. Труды имп. Московского археологического общества. М., 1890. Т. 13. Вып. 2; Лонгвинов А.В. Историческое исследование Сказания о походе северского князя Игоря Святославича на половцев в 1185 г. Одесса, 1892; Кал- лаш В. Несколько догадок и соображений по поводу «Слова о полку Игореве» // Юбилейный сборник в честь В.Ф.Миллера. М., 1900; Владимиров П.В. Древ- няя русская литература киевского периода XI-XIII веков. Киев, 1901; Лонгви- нов А.В. Слово о полку Игореве // Записки имп. Одесского общества истории и древностей. Одесса, 1911. Т. 29; Шамбинаго С.К. Слово о полку Игореве. М., 1912; Перетц В.Н. Слово о полку 1горев1м. Кшв, 1926; Келтуяла В А. Слово о полку Игореве. М., Л., 1928; Орлов А.С. Слово о полку Игореве. М.; Л., 1938; Соловьев А.В. Политический кругозор автора «Слова о полку Игореве» // Ис- торические записки. М., 1948. Вып. 25; Лихачев Д.С. Слово о полку Игореве. Историко-литературный очерк. М.; Л., 1950; Слово о полку Игореве. Сборник исследований и статей. М.; Л., 1950; «Слово о полку Игореве» — памятник XII в. М.; Л., 1962; Слово о полку Игореве и памятники Куликовского цикла. М.; Л., 1966; Рыбаков БА. «Слово о полку Игореве» и его современники. М., 1971; Рыбаков 1972; Лихачев Д.С. «Слово о полку Игореве» и культура его времени. Л., 1978 (2-е изд. Л., 1985); Милов Л.В. О «Слове о полку Игореве» // История СССР, 1983. № 5; Чернов А. Слово о золотом Слове. М., 1985; Кучкин В А. «Сло- во о полку Игореве» и междукняжеские отношения 60-х годов XI века // Воп- росы истории, 1985. № И; «Слово о полку Игореве» и его время. М., 1985; Ис- следования «Слова о полку Игореве», Л., 1986; Дмитриев ЛА. Автор «Слова о полку Игореве» // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 16—32; Козлов В.П. Кружок А.И.Мусина-Пушкина и «Слово о полку Игореве». М., 1988; Гогешвили АА. Акростих в «Слове о полку Игореве» и других памятниках русской письмен- ности XI-XIII веков. М., 1991; Энциклопедия «Слова о полку Игореве». Т. 1- 5. СПб., 1995; Кучкин В.А. «Съ тоя же Каяды Святоплъкъ...» // Russia
100 Письменные памятники истории Древней Руси mediaevalis. Т. VIII. 1. Munchen, 1995; Мурьянов М.Ф. «Слово о полку Игоре- ве» в контексте европейского средневековья // Palaeoslavica. V. IV. 1996. Cambridge (Mass) В. А.К. 29. Слово о погибели Русской земли «Слово о погибели Рускыя земли и по смерти великого князя Ярослава» Нач.: «О светло светлая и у красно украшена земля Руськая...» Произведение поэтического характера, посвященное скорее всего монголо-татар- скому нашествию на Северо-Восточную Русь в 1238 г. Сохранившийся текст явля- ется отрывком (началом) не дошедшего до нас произведения. По содержанию Слово может быть разделено на 3 части. В первой лирически вос- певается красота Русской земли. Во второй в географическом порядке, с запада на восток, перечисляются народы, подчиненные Руси или признававшие ее могущество при князьях Всеволоде Большое Гнездо, Юрии Долгоруком и Владимире Монома- хе. Здесь упоминаются князь Владимир Мономах, который изображен в эпических тонах как правитель, наиболее страшный врагам Руси, и византийский император Мануил Комнин, правивший в 1143-1180 гг. От третьей части Слова сохранилась лишь начальная фраза: «А в ты дни болезнь крестияномъ от великаго Ярослава и до Володимера, и до ныняшняго Ярослава, и до брата его Юрья, князя Володимерьскаго». Наиболее вероятно, что первоначаль- ным заглавием памятника было «Слово о погибели Рускыя земли по смерти вели- кого князя Ярослава» {Бегунов 1965, с. 31-34). Под великим князем Ярославом имеется в виду Ярослав Мудрый, по смерти которого началась «болезнь» («А в ты дни болезнь крестияном от великаго Ярослава...») — княжеские усобицы, «бо- лезнь», ослабившая Русь и приведшая через два века к «погибели» — татарскому разорению {Горский, 1990, с. 19~33). «Слово о погибели Русской земли» отличается высокими художественными до- стоинствами, уступая в литературе домонгольского периода, пожалуй, только «Сло- ву о полку Игореве». До «Слова о погибели» в средневековой европейской литера- туре не создавалось гимна родной земле, подобного первой его части. И в жанровом отношении «Слово о погибели Русской земли» стоит ближе всего к «Слову о полку Игореве». Так же, как и последнее, оно сочетает в себе черты эпоса, лирики и публи- цистики. Сходен подход авторов двух Слов к отечественной истории — в ней они видят не только положительные, но и отрицательные явления, в которых усматрива- ют корни «нынешних» бед {Горский, 1990, с. 36-38). Время и место написания слова определяются по-разному, в зависимости от трак- товки понятия «погибель». Большая часть исследователей считает, что «погибель» — это нашествие Батыя на Русь. При этом Н.К.Гудзий датировал Слово временем «около 1238 г.» {Гудзий, с. 542), А.В.Соловьев — 1238 или 1240 г. {Соловьев 1958, с. 92-102), И.П.Еремин — 1239 г. {Еремин, с. 351), Ю.К.Бегунов — временем от 4 марта 1238 г. до 30 сентября 1246 г. {Бегунов 1965, с. 107-128), Л.А.Дмитриев — началом 1238 г., до 4 марта (Дмитриев, с. 433). Другая группа исследователей связывает Слово с бит- вой на Калке 1223 г. Так, М.Н.Тихомиров относил появление Слова ко времени пос- ле этого события и считал, что под «погибелью» имеется в виду Калкская битва {Ти- хомиров, с. 235-244). В.Филипп также связывал Слово с битвой па Калке, но полагал при этом, что «погибель» — это ослабление Руси после смерти Ярослава Мудрого, связанное с усобицами и нашествиями степняков {Philipp, S. 34-35). Т.Н.Ларина разделила такое мнение, допустив также, что заглавие Слова, в котором упоминает-
Поэтические публицистические произведения 101 ся «погибель», могло быть взято из другого произведения — посмертного Слова о Ярославе Всеволодиче, и отнесла время написания Слова о погибели к 20-30-м гг. ХШ столетия {Ларина, с. 945-112). Ряд ученых считает, что «погибель» — это княжес- кие усобицы; исходя из этого, Б.А.Рыбаков относит написание произведения к 1212- 1216 гг. (Рыбаков 1971, с. 79-81), В.ВДанилов — ко времени после 1250 г. (Данилов, с. 142), а Б.И.Яценко — к 1235 г. (Яценко 1971, с. 55-60). М.В.Горлин полагал, что Слово о погибели было написано по поводу смерти князя Ярослава Всеволодича («ны- нешний Ярослав») в 1246 г. (Gorlin, р. 23-24). Наконец, А.И.Плигузов отнес созда- ние Слова к третьей четверти XV в. (см. Приложения в кн.: Фенисл Дж. Кризис сред- невековой Руси. 1200-1304. М., 1989, с. 268-269), но без основательной аргумента- ции (Горский 1999, с. 313-317). Местом создания памятника предполагался Владимир (Еремин, с. 351; Бегу- нов 1965, с. 122-123), Переяславль-Залесский (Гудзий, с. 540-542), Новгород (Ти- хомиров 1951, с. 243-244; Philipp, S. 36), Киев (Соловьев 1958, с. 92-102; Яценко 1971, с. 57-60). По мнению В.В.Данилова (с которым согласился Ю.К.Бегунов), Слово было написано в Северо-Восточной Руси, но южнорусским по происхож- дению (Данилов, с. 139-142; Бегунов 1965, с. 122-123). А.Н.Ужанков предполо- жил, что автором Слова был метрополит Кирилл (Ужанков, с. 113-125). Наиболее вероятным представляется, что Слово о погибели было написано авто- ром, принадлежащим к окружению князя Ярослава Всеволодича, по поводу наше- ствия Батыя на Северо-Восточную Русь в начале 1238 года, когда Ярослав был ки- евским князем (он сидел в Киеве с 1236 по весну 1238 г.), а его старший брат Юрий княжил во Владимире. Произведение могло быть создано в Киеве после получения там трагических вестей из Северо-Восточной Руси в конце зимы или весной 1238 года, возможно, и после гибели Юрия Всеволодича в битве на р. Сити 4 марта, но до того, как Ярослав пришел во Владимир и стал владимирским князем (см.: Гор- ский 1990, с. 20-33). Слово о погибели дошло в двух списках, в обоих случаях как предисловие к Жи- тию Александра Невского. Один из списков конца XV в. (Гос. архив Псковской обл., собр. Псково-Печерского мои. Ф. 449. № 60. Л. 245 об.-246 об.), другой — середины XVI в. (ИРЛИ. Р. IV. Оп. 24. № 26. Л. 472-473). Только в Печерском списке читается заглавие произведения. Слово о погибели было вначале самостоятельным произведением, лишь в XV в. присоединенным к одному из списков Жития Александра Невского, архетипу обо- их списков, содержащих Слово (Бегунов 1965, с. 12-83). Памятник был использован при создании и переработке других произведений древнерусской литературы XV-XVI вв. Фрагменты его текста были включены в Кирилло-Белозерский список «Задопщины» (конец XV в.), Житие Федора Ярос- лавского в редакции Андрея Юрьева (конец XV в.) и Степенную книгу (Бегунов 1965, с. 135-152). ИЗД.: Лопарев Х.М. «Слово о погибели Рускыя земли». Вновь найденный па- мятник литературы ХШ века // ПДПИ. Т. 84, СПб., 1892; Серебрянский Н.Н. Древнерусские княжеские жития // ЧОИДР. М., 1915. Кн. 3-4. Приложение. С. 109-112 (и отд. изд.: М., 1915. С. 109-112); Малышев В.И. Житие Александ- ра Невского (по рукописи середины XVI в. Гребенщиковской старообрядчес- кой общины в г. Риге) // ТОДРЛ. М.; Л., 1947. Т. 5. С. 185-193; Gorlin М. Le Dit de la mine de la terre Russe et de la mort du grand-prince Jaroslav // Revue des etudes slaves. Paris, 1947, t. 23, fasc. 1-4, p. 5-31; Бегунов Ю.К. Памятник рус- ской литературы ХШ века «Слово о погибели Русской земли». М.; Л., 1965; Слово о погибели Русской земли // ПЛДР. ХШ век. М., 1981. С. 130-131 (Л.А.Дмитриев); БЛДР. Т. V. СПб., 1997.
102 Письменные памятники истории Древней Руси ПЕРЕВ.: Soloviev A.V. Die Dichtung vom Untergang Russlands // Die Welt der Slaven. Jhrg. 9. Wiesbaden, 1964, H. 3. S. 225-245 [пер. па нем. яз.]; Literatura staroruska. Warszawa, 1971. S. 92-93 [пер. на польск. яз.]; Zenkovsky SA. Medieval Russia’s epics, chronicles and tales. New York, 1974, p. 196-197 [пер. на англ, яз.]; ПЛДР. XIII век. М., 1981. С. 130-131 [пер. на современный русск. яз.]. ИССЛЕД.: Жданов ИН. Русский былевой эпос. СПб., 1895. С. 95-98; Мансикка 1913. С. 6-11; Соловьев А.В. Песма о погибищ Руске землье // Страни преглед, год VII. Београд, 1937. С. 274-279; Он же. Заметки к «Слову о погибели Рускыя земли» // ТОДРЛ. М.; Л., 1958. Т. 15. С. 78-115; Он же. По поводу Рижского списка «Слова о погибели Рускыя земли» // ТОДРЛ. М.; Л., 1960. Т. 16. С. 143- 146; Soloviev A. Le Dit de la mine de la terre Russe // Byzantion, 1953. T. 22. P. 105— 128; Idem. New Traces of the Igor Tale in Old Russian Literature // Harvard Slavic Studies, 1953, vol. 1. P. 73-81; Тихомиров М.Н. Где и когда было написано «Слово о погибели Русской земли» // ТОДРЛ. М.; Л., 1951. Т. 8. С. 235-244; Гудзий Н.К. О «Слове о погибели Рускыя земли» // ТОДРЛ. М.; Л., 1956. Т. 12. С. 527-545; Philipp W. Uber das Verhaltnis des «Slovo о pogibeli Russkoj zemli» zum «2itie Aleksandra Nevskogo» // Forschungen zur osteuropaischen Geschichte. Berlin, 1957, Bd. 5, S. 7-38; Еремин И.П. «Слово о погибели Русской земли» // Художествен- ная проза Киевской Руси XI—XIII веков. М., 1957. С. 351-354; Данилов В.В. «Сло- во о погибели Рускыя земли» как произведение художественное // ТОДРЛ. М.; Л., 1960. Т. 16. С. 132-142; Мещерский НА. Из наблюдений над языком «Слова о погибели Рускыя земли» // Уч. зап. ЛГПИ. Т. 248. Вопросы языкознания. Л., 1963. С. 407-416; Он же. К реконструкции текста «Слова о погибели Рускыя земли» // Вестник ЛГУ. 1963. № 14. Сер. ист., яз. и лит. Вып. 3. С. 44-53 (перепе- чатаны в кп.: Мещерский НА. Избранные статьи. СПб., 1995. С. 212-233); Яцен- ко Б.1. Де i коли написапе «Слово о погибели Рускыя земли» // У1Ж, 1971, № 2. С. 55-60; Он же. «Слово о погибели Рускыя земли» — кшвська пам’ятка XIII столггтя // Слово i час. Ки!в. 1993. № 5. С. 13-17; Рыбаков БА. «Слово о полку Игореве» и его современники. М., 1971. С. 79-85; Ларина Т.Н. Некоторые воп- росы происхождения «Слова о погибели Рускыя земли» // Проблемы истории СССР. IV. М., 1974. С. 95-112; Дмитриев ЛА. Слово о погибели Русской земли // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 432-434 [здесь же библиография]; Горский АА. Проблемы изучения «Слова о погибели Рускыя земли» // ТОДРЛ. Л., 1990. Т. 43. С. 18—38; Яценко Б.Е, Он же. К вопросу о датировке «Слова о погибели Рускыя земли» // ТОДРЛ. СПб., 1999. Т. 51. С. 313-320; Ужанков АН. Некоторые на- блюдения над «Словом о погибели Русской земли» (К вопросу о месте напи- сания и времени присоединения его к «Житию Александра Невского» // Гер- меневтика. Сб. 9. М., 1998. С. 113-126. А.А.Г. 30. Слово (Моление) Даниила Заточника «Слово Данила Заточеника, еже написа своему князю Ярославу Володиме- ровичю» Нач.: «Въструбимъ, яко во златокованыя трубы, в разумъ ума своего...» Литературный памфлет, написанный в форме обращения к князю. Автор Слова жалуется па свое приниженное в настоящее время положение и просит вернуть ему княжескую милость. При этом он прославляет князя, а себя характеризует как «ра- зумом обильного», в силу чего способного быть полезным князю. Автор обнаружи- вает хорошее знание многих литературных произведений, бытовавших в Древней
Поэтические публицистические произведения 103 Руси — переводов библейских сюжетов, Псалтыри, летописей, «Пчелы», «Повести об Акире Премудром» и др. Слово насыщено афоризмами. В художественном отно- шении оно представляет собой одно из наиболее ярких произведений древнерус- ской литературы. Произведение известно в двух редакциях, которые отдельные исследователи счи- тают самостоятельными памятниками, имеющими разных авторов (Лихачев 1954, с. 112). Заглавие и начало первой из них — «Слова Данила Заточеника» — приведе- ны выше. Заглавие второй редакции — «Данила Заточеника Моление к своему кня- зю Ярославу Всеволодовичю» или «Послание Данила Заточеного к великому кня- зю Ярославу Всеволодичю» (начинается словами: «Вострубим убо, братие, аки в зла- токованную трубу, въ разумъ ума своего...»). Главные отличия второй редакции («Моления», «Послания») от первой («Слова») состоят в краткости раздела «о злых женах», занимающего в первой редакции значительное место, и в наличии отрица- тельных высказываний о боярах (отсутствующих в Слове). В произведении упоминается ряд социальных терминов Древней Руси: в пер- вой редакции — князь, царь (по отношению к русскому князю), господин, боя- рин, муж, тиун, рядович, слуга; во второй редакции упоминается также холоп. Вопрос о том, какая редакция памятника старше, является предметом спора. Боль- шинство исследователей отдает предпочтение первой редакции — Слову (Миндалев, с. 188-236; Абрамович, с. 135-140; Обнорский, с. 125-130; Будовниц 1951, с. 156— 157; Скрипиль, с. 75—83; Воронин, с. 55; Черепнин, с. 69—70; Яценко, с. 61). В качестве адресата Слова предполагались князь Ярослав Владимирович, княживший в Новго- роде с перерывами с 1182 по 1199 г. (Тихомиров, с. 275-277; Рыбаков, с. 45-51), Юрий Долгорукий (Миндалев, с. 161-162), его брат Андрей Владимирович Добрый (Скри- пиль, с. 83), Андрей Юрьевич Боголюбский (Воронин, с. 49-82), галицкий князь Ярос- лав Владимирович (Яценко, с. 64-65). Время появления памятника определялось концом XI — началом XII в. (Будовниц 1951, с. 156), первой половиной XII в. (Об- норский, с. 128-129), последними годами жизни (ум. 1142 г.) Андрея Доброго (Скри- пиль, с. 83), серединой XII в. (Миндалев, с. 160), 1155-1157 гг. (Яценко, с. 64-65), второй половиной 1197 г. (Рыбаков, с. 56-58). Местом написания произведения была скорее всего Северная Русь, поскольку на нее указывают упоминаемые в Слове географические пункты (Боголюбове, Белоозе- ро, Лаче озеро, Новгород); есть, однако, мнение, что Слово было написано в Переяс- лавле-Русском (Абрамович, с. 140-141). Автора Слова считали дружинником (Миндалев, с. 149-150; Романов 1966, с. 18), княжеским милостником (Лихачев 1954, с. 107, 117), ремесленником (Тихомиров, с. 278-279), скоморохом (Воронин, с. 69, 75). Б.И.Яценко считает автора Слова князем, а именно — Иваном Ростиславичем Берладником, представителем галицкой княжес- кой ветви, написавшим Слово во время своего пребывания в Северо-Восточной Руси (Яценко, с. 61-67). По мнению Б.А.Рыбакова, автор Слова был выходцем из Южной Руси, его перу, помимо этого произведения, принадлежит ряд статей коп. XII — нач. XIII в. в летописании Северо-Восточной Руси и Новгорода (Рыбаков, с. 60-61). Существует и мнение о первичности второй редакции (Гуссов, с. 410; Гудзий, с. 478-480). По вопросу же о времени и месте ее составления, а также адресате раз- ногласий меньше, чем в отношении первой редакции. Большинство исследователей полагает, что «Моление» обращено к князю Ярославу Всеволодичу (ум. 1246 г.), сыну Всеволода Большое Гнездо, княжившему в Переяславле-Залесском (городе, упоминаемом в «Молении»). Время написания определяется как 1213-1236 гг. (Мин- далев, с. 181-187), 1223-1226 гг. (Гудзий, с. 480), 20-е годы XIII в. (Воронин, с. 84), 1229 г. (Рыбаков, с. 52-54), последние годы жизни Ярослава (Скрипиль, с. 83). Вмес- те с тем существуют и мнения о появлении «Моления» в кон. ХШ-нач. XIV в. (Об- норский, с. 129-130), в первой половине XIV в. (Черепнин, с. 70-74), в XIV веке (Бу-
104 Письменные памятники истории Древней Руси довниц 1951, с. 156). Автора «Моления» большинство считает дворянином (Романов 1966, с. 28; Гуссов, с. 410-412; Будовниц 1951, с. 149-156; Скрипиль, с. 94-95; Воронин, с. 90-91, 97-98; Черепнин, с. 74-80). Н.К.Гудзий полагал, что он боярский холоп (Гудзий, с. 481-485); Б.А.Рыбаков считает автора «бывшим холопом» (Рыбаков, с. 60- 61). Х.Бирнбаум и Р.Романчук относят его к «монашеской среде» (Бирнбаум, Ро- манчук, с. 580-602). Первая редакция представлена десятью списками: два — XVI в. (наиболее со- хранный: РНБ. Q. XVII. № 14. Л. 51-60), остальные — XVII в.; существует также ее переделка (два списка XVII в.). Вторая редакция представлена двумя списками XVI (РГБ, собр. У идольского. № 195. Л. 150-161) и XVII вв.; известны также две ее переделки (дошли в пяти спис- ках XVI-XVII вв.). ИЗД.: Шляпкин ИА. Слово Даниила Заточника (по всем известным спискам). СПб., 1889 (Памятники древней письменности. Т. XXI); Зарубин Н.И. «Слово Даниила Заточника» по редациям ХП-ХШ вв. и их переделкам. Л., 1932 [Реп- ринт: Das Gesuch Daniils. Munchen, 1972 (Slaviche Propylaen, Bd. 123]; Малы- шев В.И. Новый список Слова Даниила Заточника // ТОДРЛ. М.; Л., 1948. Т. 6. С. 193-200 (список I редакции 1-й пол. XVII в.); Тихомиров М.Н. «На- писание» Даниила Заточника // ТОДРЛ. М.; Л., 1954. Т. 10. С. 269-279 (список I редакции XVII в.); Покровская В.Ф. Неизвестный список «Сло- ва» Даниила Заточника // ТОДРЛ. Т. 10. С. 280-289 (список I редакции XVII в.); Перетц В.Н. Новый список «Слова» Даниила Заточника // ТОДРЛ. М.; Л., 1956. Т. 12. С. 362-378 (список I редакции сер. XVI в.). ПЕРЕВ.: Daniil Zatocnik. Slovo е Molenie. Edizione critica a cura di M. Colucci e A.Danti // Studia historica et philologica. Firenze, 1977, vol. 4, p. 197-243 [пер. на итал. яз.]; ПЛДР. XII век. М., 1980. С. 388-400 [пер. на современный русский язык Д.С.Лихачева]; БЛДР. Т. IV. СПб., 1997 (Л.В.Соколова). ИССЛ.: Миндалев П. Моление Даниила Заточника и связанные с ним памят- ники. Казань, 1914 (с. 11-86: обзор историографии XIX — начала XX в.); Ля- щенко А.И. Из комментария к «Молению» Даниила Заточника // Историко- литературный сборник. Посвящается В.И.Срезневскому. Л., 1924. С. 412- 420; Абрамович Д.И. Из наблюдений за текстом «Слова Даниила Заточника» // Сб. статей к сорокалетию ученой деятельности акад. А.С.Орлова. Л., 1934. С. 135-141; Гудзий Н.К. К какой социальной среде принадлежал Даниил За- точник // Сборник статей к сорокалетию ученой деятельности акад. А.С.Ор- лова. Л., 1934. С. 106-119; Обнорский С.П. Очерки по истории русского лите- ратурного языка старшего периода. М.; Л., 1946. С. 81—131; Романов БА. Люди и нравы Древней Руси. М.; Л., 1947. С. 17—46, 280-294, 304-310; 2-е изд.: М.; Л., 1966. С. 17-38, 213-223, 230-235; Гуссов В.М. Историческая основа Мо- ления Даниила Заточника // ТОДРЛ. М.; Л., 1949. Т. 7. С. 410-418; Будовниц И.У. Памятник ранней дворянской публицистики // ТОДРЛ. М.; Л., 1951. Т. 8. С. 138-157; Он же. Общественно-политическая мысль Древней Руси (XI- XIV вв.). М., 1960. С. 269-290; Лихачев Д.С. Социальные основы стиля «Мо- ления» Даниила Заточника // ТОДРЛ. М.; Л., 1954. С. 106-119; Он же. Да- ниил Заточник // СККДР. Вып. 1. Л., 1987. С. 112-115 (Здесь же библиогра- фия); Скрипиль М.О. «Слово Даниила Заточника» // ТОДРЛ. М.; Л., 1955. Т. И. С. 72-95; Воронин Н.Н. Даниил Заточник // Древнерусская литерату- ра и ее связи с новым временем. М., 1967. С. 54-101; Боровский Я.Е. Про ав- торство «Слова» Даниила Заточника // Укра!нське лПературознавство. Льв1в, 1969. Вып. 6. С. 89-92; Боровский Я.Е. Слово Даниила Заточника: Про- блемы текстологического анализа и вопросы авторства. АКД. Киев, 1970;
Поэтические публицистические произведения 105 Рыбаков Б А. Даниил Заточник и владимирское летописание конца XII в. // АЕ за 1970 г. М., 1971. С. 43~89; Черепнин Л.В. К вопросу о «Послании» Да- ниила Заточника // Исследования по социально-политической истории Рос- сии. Л., 1971. С. 69~80; Яценко Б.1. 1сторична основа «Слова Даниила Заточ- ника» // У1Ж. 1971. № 12. С. 59-67; Ларина Т.Н. К вопросу о датировке «Мо- ления» («Послания») Даниила Заточника // Проблемы истории СССР. М., 1973. С. 430-438; Colucci М. Le strutture prosodiche dello Slovo Daniila Zatocnika // Ricerche Slavistiche. Roma, 1973-1974, t. 20-21, p. 83-123; Монахова Н.П. К проблеме типологического изучения «Моления Даниила Заточника» // Уч. зап. Пермского ун-та. Пермь, 1976, № 304. С. 214-233; Она же. Идеологи- ческая основа противопоставления «мудрости» и «храбрости» в «Молении Даниила Заточника» // Вестник Моск, ун-та. Сер. 9: Филология. 1981. № 2. С. 22—31; Зарков 3. Поетическият стил на Даниил Заточник и литературният етикет // Език и литература. София, 1977. № 6. С. 37-51; Лексика и фразеоло- гия «Моления Даниила Заточника». М., 1981; Birnbaum Н. The Supplication of Daniel the Exile and the Problem of Poetic Form of Old Russian Literature // Essays in Early Slavic Civilization / Studien zur Friihkultur der Slawen. Munchen, 1981, S. 246-268; Михайлов M. «Моление» Даниила Заточника (новаторство писа- теля) // Болгарская русистика. София, 1985, № 5. С. 10—15; Бирнбаум X. Меч- та и тоска в период Высокого средневековья: Даниил Заточник и Вальтер фон дер Фогельвейде // Литература и искусство в системе культуры. 1988. С. 173- 182; Соколова Л.В. К характеристике «Слова Даниила Заточника» (реконст- рукция и интерпретация первоначального текста) // ТОДРЛ. СПб., 1993. Т. 46. С. 229-255; Бирнбаум X., Романчук Р. Кем был загадочный Даниил Заточник? (К вопросу о культуре чтения в Древней Руси) // ТОДРЛ. СПб., 1997. Т. 50. С. 576-602; Данилевский И.Н. Русские земли глазами современников и потом- ков (XII-XIV вв.). М, 2001. С. 314-325. А. А.Г.
IV ПЕРЕЧНИ И ПОМЯННИК 31. Перечень киевских митрополитов «А се о руських митрополитехъ. Первый митрополитъ рускый Феопемьтъ, Ла- риоп, Теории, Тоапнъ, Иоан, Никола, Никифоръ, Никита, Михаилъ, Костянтинъ, Дионисии, Матфеи, Курил, Максим» (полный текст). Судя по упоминанию последним Максима, находившегося па кафедре с 1283 по 1305 гг. и отсутствию Петра, который был поставлен в Константинополе в мае-июне 1308 г. (в том же году приехал в Киев, в 1309 — во Владимир-Суздальский), пере- чень составлен между 1283 и 1308 гг. Перечень Замойского списка близок к перечню, включенному в летописную ста- тью 6497 (989) г. Комиссионного, Академического и Толстовского списков Н1Л, но представляет собой более ранний текст, до внесения дополнений XV в. (тогда вклю- чены Иоанн и Никифор II — после Константина, Петр и последующие митрополи- ты XIV-XV вв. — после Максима). Этим определяется источниковедческое значе- ние памятника. Однако он содержит значительные пропуски имен и свидетельству- ет в большей мере о том, что знали о ряде русских митрополитов и как относились к ним там, где этот перечень составлялся, чем о действительном списке киевских иерар- хов. Так, Перечень называет первым митрополитом Феопемпта, который находился па киевской кафедре со времени до 1039 г. и до 1040-х гг., то есть учреждение кафед- ры фактически связывается с летописным указанием па «свящепие» существую- щей сейчас церкви св. Софии в Киеве в 1039 г. (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 153. Т. 2. Стб. 139; 6545 г.). Более ранние митрополиты, в том числе Иоанн, упоминаемый в киевских памятниках, Сказании и Чтении Нестора о Борисе и Глебе, не названы. Следующие упоминания также основываются на ранней, причем скорее всего, новгородской летописной традиции. Ефрем, занимавший кафедру после Илариона и отсутствующий в Перечне, не упоминается и в Синодальном списке XIII в. Н1Л, и в ПВЛ по всем спискам. Климент Смолятич не был признан Константинополем, рядом епископов (в том числе Нифонтом Новгородским) и князем Юрием Долго- руким и не был включеп в помянник Софийского собора. Не упоминается большая группа иерархов после Константина I: Феодор (на ка- федре 1160-1163), Иоанн IV (1164-1166), Константин II (1167-1169), Михаил II (1170-е гг.; о нем: Голубинский 1901, с. 288; Поппе [Podskalsky, S. 292]), Никифор II (1183 — после 1199). Большей частью это митрополиты, о которых или сохранились единич- ные упоминания в летописях, или там нет никаких упоминаний. Так, в Синодальном списке пет Феодора, Константина II, Иосифа; в Лаврентьевском нет Феодора, Иоан- на IV; ни в одной летописи не упоминается Михаил II. Между Константином I и Матфеем назван Дионисий, о деятельности которого по ранним летописям неизвест- но, но в некоторых летописях XVI-XVII вв. (Типографской, Толстовской — ПСРЛ. Т. 24. С. 85 — и Пискаревской — ПСРЛ. Т. 34. С. 81) он упоминается под 1210 г. на том месте, где в ранних сводах (Лаврентьевская летопись) назван Матфей (поездка во Владимир). В Синодальном списке нет ни Дионисия, ни Матфея. Традиция с Диони- сием, как показывает Перечень, также была ранней, и она нашла отражение в нем.
Перечни и помянник 107 Перечень имеет, вероятно, новгородское происхождение, и в первой четверти XIV в. он был объединен в один комплекс со списком архиепископов новгородских. Перечень известен в одной рукописи последней четверти XV в., принадлежащей Национальной библиотеке в Варшаве, из собрания Замойских (BOZ 124, л. 99) и находится в приложении к Хождению игумена Даниила. ИЗД., ИССЛ.: Восточнославянские и южнославянские рукописные книги в со- браниях Польской Народной Республики / Сост. Я.Н.Щапов. Вып. 1. М., 1976. С. 51; Вып. 2. С. 139. Я.Н.Щ. 32. Перечень русских епископий Перечень упоминает киевскую митрополию и 9 кафедр: «Колики епископов в Руси. Первое в Киеве, славная митрополия, а по ней повгородьская архиепископья, таже черпиговьская, переяславльская, белгородьская, володимерьская, юрьевская, ростовьская, полотьская, смолепьская» (полный текст). Перечень известен в рукописи последней четверти XV в., принадлежащей Наци- ональной библиотеке в Варшаве, из собрания Библиотеки Замойских (BOZ 124, л. 100). Вместе с перечнями русских митрополитов и архиепископов новгородских, этот Перечень находится в приложении к Хождению игумена Даниила. Рукопись происходит из белорусско-украинского языкового пограничья па территории Ли- товского великого княжества (анализ языка рукописи — см.: Янус Э. Варшавский список «Хождения игумена Даниила» // ТОДРЛ. 1968. Т. XXIII. С. 300-304). По содержанию Перечень датируется концом 1130-х — началом 1140-х гг., после 1136 г. (последней названа Смоленская кафедра, основанная в этом году) и до 1140-х — 1150-х гг., когда возникла Галичская епископия. ИЗД., ИССЛ.: Восточнославянские и южнославянские рукописные книги в собраниях Польской Народной Республики / Сост. Я.Н.Щапов. Вып. 1. М., 1976. С. 51; Вып. 2. С. 140. Я.Н.Щ. 33. Помянник черниговских князей Нач.: «Помяни, господи, благоверных великих князей черпеговских, киевс- ких и прочиих...» Перечень княжеских имен для церковного поминания в составе Синодика Анто- ниева Любечского монастыря 1693 г., сохранившегося в рукописи первой четверти XVIII в. Составлен чернигово-северским жителем, располагавшим не дошедшими до нас источниками — вероятно, помянником черниговских князей — Ольговичей XIII в. Время составления Помянника — в пределах XV-XVII вв. Помянник содержит имепа 119 князей и 45 княгинь, княживших преимущественно в Чернигове и крупных городах Черниговской земли (Новгороде-Северском, Курс- ке, Путивле, Трубчевске), а также в некоторых Верховских княжествах (Новосиль- ское, Торусское, Оболенское, Козельское, Перемышльское и др.) в XI-XIV вв. Эти имена, начиная с первого черниговского князя, Мстислава Владимировича (1024— 1036), приведены довольно последовательно в хронологическом порядке по нисхо- дящим коленам. Отступления наблюдаются при переходе от старшей великокня-
108 Письменные памятники истории Древней Руси жсской черниговской линии к боковым. Большинство указанных имен достаточно надежно идентифицируется с князьями, известными летописным и другим источ- никам. Для XI-XIII вв. это в подавляющем большинстве имена князей Черниговс- кой земли, потомков сына Ярослава Мудрого — Святослава, княжившего в Черни- гове в 1054-1073 гг. Княжеские имена других ветвей рода Рюриковичей (около 10) названы как имена ближайших родственников князей черниговских. Вместе с тем в ряду великих князей черниговских пропущены не только Всеволод Ярославич (1073-1078) и его сып Владимир Мономах (1078-1094), но и имена родоначальни- ка рязанской династии Ярослава Святославича (черниговский князь в 1123-1127 гг.) и его племянников Владимира (1139-1151) и Изяслава (1151-1157) Давыдовичей, т.е. предпочтение отдано Ольговичам, потомкам Олега Святославича, бывшего чер- ниговским (1078, 1094-1096) и новгород-северским (1097-1115) князем. В списке князей XIV в. хронологический и родовой порядок сбивается: черниговские Ольго- вичи указаны вперемежку с Гедиминовичами и другими кпязьями, правившими в чернигово-северских городах. Как источник по истории Черниговской земли и генеалогии ее кпязей Помян- ник особенно ценен указанием имен жен кпязей и крестильных княжеских имен. Достоверность этих уникальных данных в ряде случаев подтверждается сфраги- стическими исследованиями (Янин 1970, т. 1, с. 19-20, 25, 32, 34, 122-123, 143, 149). Некоторые имена, названные в Помяннике, не имеют достаточно надежной идентификации, в их числе четыре названных подряд имени великих князей ки- евских: Александра, Романа, Дмитрия и Василия-Всеволода. Все это рассмотре- но в работе Р.В.Зотова, использовавшего Помянник в качестве одного из основ- ных источников по генеалогии черниговских кпязей. В Синодике Антониева Любечского монастыря черниговский Помянник выпа- дает из общей композиции: он помещен после восемнадцати помянников, располо- женных в иерархической последовательности (русские цари, императоры, патриар- хи, киевские митрополиты, черниговские архиепископы и т.д. до послушников мо- настыря включительно), и перед помянником светских и частных лиц, который начинается именем Лазаря Барановича, архиепископа черниговского в 1657-1693 гг., упомянутого, однако, уже в находящемся ранее архиепископском помяннике. Выс- казано предположение (И.М.Сытый), что Помянник был включен в Любечский Си- подик игуменом Антониева монастыря Иннокентием — известным художником и гравером Иваном Щирским. Синодик Антониева Любечского монастыря был впер- вые обнаружен в Воскресенской церкви бывшего монастыря и частично опублико- ван владельцем Любеча графом Г.А.Милорадовичем. С комментариями помянник был опубликован архиепископом черниговским Филаретом (Гумилевским). Архи- еп. Филарету были известны кроме того пять близких к нему по содержанию сино- диков, частично использованных им при публикации. После довольно обстоятель- ной публикации и исследования Р.В.Зотова Помянник источниковедческому изу- чению не подвергался. Археографическое описание Синодика сделано И.М.Сытым. Памятник хранится в Черниговском историческом музее им. В.В.Тарновского (инв. № Ал-330). ИЗД., ИССЛ.: Милорадович ГА. Сиподик Антониевского Любечского монас- тыря // Черниговские губернские ведомости, № 37, 1860; Филарет [Гумилев- ский]. Чернигов: терем с епископиею, усыпальница и сиподик князей // Чер- ниговские епархиальные известия, 1863. № 10; Милорадович ГА. Любеч, Чер- ниговской губ. Городницкого уезда, родина преподобного Антония Печерского // ЧОИДР. 1871. Кн. 2; Филарет Гумилевский. Историко-статистическое опи- сание Черниговской епархии. Чернигов, 1874. Кн. 5. С. 35-47; Зотов Р.В. О черниговских князьях по Любецкому синодику и о Черниговском княжестве
Перечни и помянник 109 в татарское время // ЛЗАК за 1882-1884 гг. СПб., 1893. Вып. 9; Квашнин-Са- марин Н. По поводу Любецкого синодика // ЧОИДР. 1873. Кп. 4. С. 213-226; Янин 1970, т. 1; Ситий LM. Ким i коли було започатковапо Любецький сипо- дик, або осташпй TBip 1вапа Щирського // Любецький з’ёзд княз!в 1097 року в 1сторич1пй доли КиТвсько! Pyci. Чершпв, 1997. С. 191-196. А.К.З.
V ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ И УЧЕБНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ V.I. ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ 34. «Учение» Кирика Новгородца «Учение им же в’Ъдати человеку числа всех л’Ът» Нач.: «Понеже искони сътвори Богъ небо и землю...» Кирик (1110 — после 1156/58) — в 1136 г. иеродиакон и доместик церкви Св. Богородицы Антониева монастыря в Новгороде, затем иеромонах и приближенный архиепископа Нифонта, автор известного «Вопрошания». Учение — точно датированный с указанием имени автора и места написания трак- тат календарно-арифметического характера, посвящен единицам счета времени (год, месяц, неделя, день, час) и основным понятиям древнерусского церковного (визан- тийского) календаря. Произведение свидетельствует о высокой арифметической культуре Кирика, который виртуозно производил точные расчеты с гигантскими числами (до порядка 107). В заключительной части кроме Нифонта упоминаются кп. Святослав Ольгович и византийский император Иоанн II Комнин. Известны пять списков Учения, из них древнейший XVI в.: РНБ, Погод. № 76. Л. 342-346. Исследование календарно-арифметического содержания трактата Новгородца при- надлежит Н.В.Степанову (1910 г.). Существует мнение, что Учение — произведение «по хронологии подсобного для ведения летописи характера» (Лихачев Д.С. Текстология. М., 1962. С. 372). Однако этим не исчерпывается значение произведения Кирика. В нем содержатся многие сведения теоретического характера, которые не могут быть истолко- ваны как подсобные для ведения летописи: о великом индиктионе (532-летнем цикле), определении дня пасхи с помощью солнечного и лунного кругов, об «обновлениях» неба, земли, моря, воды, о так называемых дробных часах (1-м, 2-м... 7-м) и др. Аналогичные Учению сочинения за рубежом не обнаружены. По-видимому, это древнейший оригинальный русский научный (в средневековом смысле) трактат. ИЗД.: Обнорский С.П., Бархударов С.Г. Хрестоматия по истории русского язы- ка. Л.; М., 1938. Ч. 1. С. 186-193; 2-е изд.: М. Ч. 1, с. 265-276 (издание по Погод, сп.); Кирик Новгородец. Учение им же ведати человеку числа всех лет // Исто- рико-математические исследования. М., 1953. Вып. 6. С. 174-195 (Фототипия, воспр. Погод, сп. с параллельным русским переводом В.П.Зубова и Т.И.Кон- шиной, коммент. В.П.Зубова). ИССЛ.: Степанов Н.В. Заметка о хронологической статье Кирика (XII век) // ИОРЯС. СПб., 1910. Т. 15. Кн. 3; Симонов РА. Кирик Новгородец — ученый XII века / Отв. ред. и авт. предисл. Я.Н.Щапов. М., 1980; Podskalsky 1982. S. 231-232; Пиотровская Е.К. Кирик Новгородец // СККДР. Вып. 1. С. 215-217; Симонов Р. А., Цыб С.В. К изучению древнерусской календарной традиции, («индекта» и сентябрьские эпакты в «Учении»Кирика) // Проблемы источниковедения истории книги. М., 1997. Вып. 1. С. 4-12; Симонов Р. А. Естественнонаучная
Естественнонаучные и учебные произведения 111 мысль Древней Руси: Избранные труды. М., 2001. С. 37-69; Он же. Еще раз о составе «Учения» Кирика Новгородца (XII век) // Материалы 41-й научно- технической конференции... / МГУП. М., 2001. Часть 2. С. 56-58. Р.А.С. 35. «Рука югорская (угорская)», т. е. уйгурская (середина — вторая половина XIII в.?) Таблица для соотнесения дальневосточного (китайского) по происхождению 12-летнего зодиакального цикла («лета»: 1) «мышие», 2) «волово», 3) «парду- шье», 4) «заячье», 5) «змиево», 6) «змиино», 7) «конево», 8) «овечье», 9) «обезь- яниино», 10) «курячее», 11) «песье», 12) «свиное»), получившего известность на