/
Автор: Маркузон В.Ф. Саркисиан Г.
Теги: архитектура история архитектуры всеобщая история эпоха возрождения
Год: 1967
Текст
АРХИТЕКТУРА ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ XV-XVI ВЕКОВ ЭПОХА ВОЗРОЖДЕНИЯ ПОД РЕДАКЦИЕЙ В. Ф. МАРКУЗОНА (ОТВЕТСТВЕННЫЙ РЕДАКТОР). А. Г. ГАБРИЧЕВСКОГО. А. И. КАПЛУНА. П. Н. МАКСИМОВА, | Г. А. САРКИСИАНА |, А. Г. ЧИНЯКОВА •5- МОСКВА—196 7
ВВЕДЕНИЕ С конца XIV в. в Западной Европе ум- ножаются признаки приближающегося кри- зиса феодального способа производства. Не- прерывный рост производительных сил и связанное с ним оживление внутренних рынков и внешней торговли сопровождают- ся развитием товарно-денежных отношений, подтачивавших аграрную базу феодализ- ма. В многочисленных городах закладыва- лись основы господства нового класса, фор- мировалось мировоззрение, идущее на сме- ну идеологии средневековья. Пробуждение наступало постепенно. Но в XV—XVI вв. все многообразные факто- ры развития новых общественных отноше- ний, зревшие исподволь, как бы объедини- лись в концентрированном усилии свалить феодализм и церковь. Эволюция средневе- кового общества сломила сопротивление устаревших феодально-теократических схем, и они рухнули, очистив место новым вея- ниям, в которых вся совокупность общест- венной жизни и культуры явилась свиде- тельством наступившего перелома. Этому сложному и противоречивому процессу сопутствовали два явления все- мирно-исторического значения: «Возрожде- ние» (Ренессанс) и «Реформация». В обоих случаях эти термины, призванные выразить идейную сущность происшедшего переворо- та, не раскрывают содержания понятия: как Реформация не была восстановлением первоначальной чистоты христианского ве- роучения, так и Ренессанс не был возрож- дением античности. Естественно, что колыбелью этого пере- ворота оказались города, бурное развитие которых способствовало появлению нового человека, деятельного, трезвого, узнавшего цену времени и материальных благ, цену жизни. Шаг за шагом наступал этот новый человек на все, что стесняло его свободу, ограничивало его энергию, что мешало ему строить свою жизнь и наслаждаться ею. Одно за другим рушились окостеневшие средневековые представления и учрежде- ния — цехи и гильдии, монастырские кон- грегации и городские коммуны. Стены со- словной исключительности дали трещины. Самый принцип коллегиальности учреж- дений, веками сковывавший предприимчи- вость личности, требовал пересмотра. На- ступало время индивидуального мастерства и личной инициативы, приближалась эпо- ха национальных монархий: идеи «священ- ной римской империи» и папской теократии исчерпали себя в столкновении миродер- жавных притязаний обеих сторон. В конце концов сам католицизм в результате Ре- формации становился не более как одним из вероисповеданий христианского мира- Единство сменялось множественностью. Одной из важнейших особенностей это- го движения было освобождение личности от тирании отвлеченностей, отказ от слепо- го подчинения авторитетам, замена веры данными личного опыта. Дух пытливой кри- тики подтачивал не только неподвижную догму официально-церковного миросозерца- ния, но и самый ее фундамент: религиоз- ное предание и священные тексты. Позна- ние объективного мира раскрывало новые горизонты, а поиски реально прекрасного на земле вместо отвлеченной красоты по- тустороннего скоро привели к гибели аске- тического идеала.
в раннее средневековье религия не бы- ла лемм личного убеждения, не была да же государственным установлением в древ- не-римском понимании официального куль- та. РОна охватывала все аспекты личной и общественной жизни, и мышление вне дог матнческон схемы было так же невозмож- но, как немыслима была сама жизнь вне церкви и ее функций. Вся совокупность яв- лений объективного мира, от капризов сти- хий до мучительной тайны смерти, объяв- лялась истиной, недоступной бессильному разуму смертных, и поскольку земля счи- талась временным и постыдным местопре- быванием человека, наблюдение природы и действительности считалось бесцельным. Архитектура и мировоззрение средне- вековья развивались во взаимодействии, и повсеместное распространение, относитель- ное единообразие и многовековая стойкость готики в немалой степени закрепили за- медленную эволюцию идеологии католиче- ского средневековья. Оставаясь функцией феодального строя с его унифицированным мировоззрением, готика, при всех своих ме- стных особенностях, была по сути дела ар- хитектурой типологически и стилистически единой, архитектурой городских церквей. Только в XVI в., когда Реформация объ- явила веру делом личного опыта каждого, положение изменилось: формообразующий процесс освободился от диктатуры церкви. Реформация, хотя и не создавшая собст- венной архитектуры, открыла путь возрож- денным формам языческой античности, в начале XVI в. хлынувшим через Альпы из Италии. Процесс становления и развития сред- невековой архитектуры в Италии имел свои особенности, и ретроспективно эта архи- тектура действительно представляется не более как мостом, перекинутым от антич- ности к ренессансу. В Италии практически отсутствовал важный элемент средневеко- вой культуры — кельтские переживания, папротяжеиин всего средневековья здесь • ибо скрещивались, либо чередовались не только антагонистические политические ин- тересы. но и противоречивые культурные “еш4вшие кристаллизации форм, дадаХий1 аДаЛИ ба“ отчетливой и после- „ * ьи й линией развития. Древняя м^в^ят^ЛИЦИИ ка“енного строительст- проникновению в Ита- конструкций, тем то здесь отсутствовали условия, вызвавшие за Альпами поиски новых кон- структивных решений. В то же время идей- но-художественное содержание архитекту- ры средневековой Италии с ее культурой, проникнутой смутными воспоминаниями античности, отвечало эстетическим запро- сам и характеру мировоззрения народа ку- да больше, чем формы готики, проникну- тые влиянием чуждой психики. Как бы то ни было, но в конструктивном отношении сравнительно вяло развивавшаяся и „много- образная архитектура средневековой Ита- лии противостоит единству и энергичной логике развития зодчества заальпийской Европы. Тектонический язык архитектуры Ита- лии в средние века имел собственную мор- фологию и собственный синтаксис. Его чару- ющая выразительность достигалась совер- шенно иными средствами, чем к северу от Альп. Само чувство архитектурного прост- ранства было здесь иным, и композиция, как правило, избегала непосредственного слияния вертикальных и горизонтальных объемов. При всей пестроте архитектурных форм Венеции, Ломбардии, Рима, Сици- лии, Тосканы —повсюду решающим оста- валось прекрасное, как его понимало обще- ство, веками смотревшее на Восток как на источник света и унаследовавшее от позд- ней античности не только предания, но и бесчисленные памятники. Однако эстетиче- ские идеалы, отвергавшие всякую неуме- ренность чувства, в том числе и религиоз- ного, не могли быть идеалами средневеко- вой церкви. Возможно, что именно поэтому эволюция средневековой идеологии, свобод- но читающаяся в романской архитектуре и в готике, отражена сравнительно слабо в архитектуре Италии того времени. Здесь нет ни повсеместности, ни единства архи- тектурных систем Севера, нет такой после- довательности развития и четких хроноло- гических границ романской системы и готической. Да и как можно вообще говорить об этих системах в Италии, если не услов- но? Бывшая сердцем средневековой Италии, наиболее свободная от чуждых влияний, Тоскана создала свою архитектуру, испол- ненную античных воспоминаний, одинаково далекую как от романских, так и от готи- ческих концепций. Таким образом, в отли- чие от Севера в Италии, к тому же от- носительно богатой монументальными со- оружениями светского характера, архитек- тура и религиозная идеология развивались
В значительно меньшей зависимости одна от другой. С тем большей решительностью и быстротой освобождалось общество ностей” иТ ТИрании Религиозных отвлечен- “°стей' и с появлением новых идеалов прекрасного, обусловленных обновленным мировоззрением, легко и свободно возник ла архитектура итальянского Возрождения Интенсивное общение европейских на- родов с Италией в XVI в. вызвало широ- кое проникновение итальянских художест- венных и архитектурных форм за Альпы, где изменившиеся социально-политические условия и новая идеология искали соот- ветствующего выражения в архитектуре. Но, усваивая заимствуемые в Италии фор- мы, другие народы неизбежно переживали их в свете собственных культурно-историче- ских традиций и национальных особенно- стей собственного «возрождения», шедше- го навстречу итальянскому. В силу неравномерности эволюции за- падноевропейского феодализма и под вли- янием местных условий отдельные государ- ственно-политические образования Евро- пы подошли к своему «возрождению» XV— XVI вв. разновременно и своими собствен- ными путями. Поэтому хронологические рамки Возрождения крайне условны и пе- риодизация итальянского Ренессанса, при- нятая даже со всеми необходимыми ого- ворками, не может быть применена к Ев- ропе в целом. Дифференцируясь по нацио- нальным признакам, Европа к этому вре- мени перестала быть относительно единым организмом. Пятнадцатый век был временем кристал- лизации национальных государств. В это время уже определяются как государствен- ные образования нового типа католическая Испания, будущая абсолютистская Фран- ция Валуа и Бурбонов, торгово-промыш- ленная Англия Тюдоров. На востоке воз- никает великое русское национальное го- сударство, бесповоротно скинувшее ярмо зависимости и под властью дальновидных государей сумевшее сплотить народ в его титанической борьбе с силами варварства и разрушения. Под самым боком Европы место распавшихся арабских эмиратов за- няла могучая деспотия Сулеймана Вели- колепного, изгнавшего крест с Леванта. Глухая стена, возникшая на традиционных путях заморской торговли Европы, заста- вила предприимчивых купцов искать новых коммуникаций с Востоком. Внезапно ру- шились стены привычного мира, и раскрыв- шиеся необъятные пространства и красоч- ные цивилизации далекого Востока и Ново- го Света решительно опровергли канони- ческое представление о безысходной замк- нутости земной «юдоли печали и слез». В монастырской Европе романское ис- кусство. как уже говорилось, и не могло иметь национального лица. В строительном деле средневековая традиция этого време- ни (клюнийская, цистерцианская) могла в частностях меняться под воздействием все- сильного в средние века «духа местности», но ее основные планировочные, конструк- тивные и композиционные принципы повсю- ду оставались неизменными- Хотя готика была в основном созданием мастеров Иль- де-Франса. в XIII в. ее не рассматривали как национальную архитектуру Франции и термин «opus francigenum» подразумевал место ее происхождения, а не националь- ный характер. Да и при всех территориаль- ных разновидностях готики в своей худо- жественной сущности она всегда остава- лась архитектурой всего городского средне- вековья Европы. Но если в XIII в. науки и искусства феодального мира были унифицированы мировоззрением, в принципе не примири- мым с идеей национальной обособленности, то с падением доктрины универсализма, вы- раженной в понятиях империи и теокра- тии. создаются необходимые предпосылки для национальной окрашенности как обще- ственной, так и художественной деятель- ности общества. Церковной монополии на грамотность приходит конец, а с ней конча- ется и идеологическая диктатура церкви. Уже с XIV в. университеты выходят из своей изолированности на арену идеологи- ческой борьбы. В Салерно. Неаполе, Тулу- зе, Монпелье благодаря своим восточным связям они откровенно отдаются изучению естественных наук и прежде всего медици- ны. Болонья,—этот древний центр изуче- ния римского права,—превращается в идейную твердыню светской власти. Даже в центрах, оставшихся верными богосло- вию,—в Сорбонне, Оксфорде, Праге, — все чаше делаются попытки критиковать свя- щенные тексты. Плоды схоластики переста ют удовлетворять тех, кто искал истину. Естественно, что процесс образовании национальных государств протекал скорее там, где внешнеполитическая обстановка.
война или угроза объединенным интересам короны и ранней буржуазии требовали сплочения всех сил под единоличном вла- стью государя, в руках которого зыбкие границы государственных образовании к XV в. принимают более устойчивые очер- тания. В пределах этих государств скла- дывается внутренний рынок. С развитием письменности развивается общенациональ- ный язык каждого народа. Паломничество сменяется частыми и регулярными путе- шествиями. которые все больше знакомят людей с родной землей. Универсализму папства наносится но- вый удар образованием национальных церк- вей. правда, еще в лоне католицизма. В се- редине XV в. «буржская прагматическая санкция» кладет начало «галликанской церкви», т. е. иерархии, подчиненной не римскому папе, а королю Франции. Ре- формация XVI в. покончила с единством церкви, став в ряде стран знаменем нацио- нального самоопределения. Так, некогда единый путь культурно-исторического раз- вития средневековой Европы с XVI в. по- лучил национальные разветвления. В условиях начавшегося распада фео- дальных отношений и ожесточенного сопро- тивления центробежных сил средневековья абсолютизм явился необходимой предпо- сылкой возникновения национальных госу- дарств и дальнейшего развития националь- ной культуры. Железная последователь- ность Капетингов помогла Франции раньше других завершить национальное объеди- нение. В этой классической стране феодаль- ной раздробленности и ранних коммун процесс централизации в XV в. пришел к своему логическому завершению. На Пире- нейском полуострове семивековая «рекон- pihLmtu П0МС’ГЛа кастильской короне объ- мпДк Ь ИСПаИСКИИ народ- Хотя независи- мость Нидерландов и коренится в гордели- вых вольностях Брюгге. Гента и Ипра ло- го чтобы 'я Г” Вильгельма Молчаливо- скон пеакииД РТеЛЬН°Й схватке с "Спан- Х£ки™ u уТВердить "Раа° страны на В XV? ист°рическую судьбу, ных rivLt™ возникновением Националь- разом типов и форм наиболее отчетливо выражено именно там, где к этому времени уже господствует ясное на- циональное самосознание. Так как основным носителем националь- ного самосознания в той или иной стране выступал господствующий класс, нацио- нальные особенности в архитектуре Воз- рождения имели в каждой стране свою со- циальную обусловленность. В националь- ном архитектурном типе той или иной стра- ны формулировались все местные компо- зиционные и стилистические особенности архитектуры нового времени. Естественно, что чем прогрессивнее был господствую- щий класс как в социально-экономическом, так и в идеологическом плане, тем более «национальным», жизнеспособным и стой- ким оказывался ведущий архитектурный тип данной страны, тем более свободным и творческим — развитие ее архитектуры. Архитектура редко обнаруживала свою классовую сущность с большей откровен- ностью, чем в Италии конца XV и начала XVI вв. Возникнув наряду с другими фор- мами материальной и духовной культуры Возрождения как стихийное проявление общего подъема молодой буржуазии, она оставалась народной до тех пор, пока эво- люция итальянского общества не привела к появлению нового дворянства и к пря- мому господству титулованных ростовщи- ков и кондотьеров. Пятнадцатый век был для большинства итальянских городов временем крайней по- ляризации классовых сил, временем обо- стрившихся классовых противоречий и пол- ного упадка коммунальных вольностей. Величественная вспышка народного гнева (1378 г.) была подавлена, и корпорация богатейших утвердила во Флоренции свою «сеньорию». Скоро миновала нужда в опас- ном народном ополчении. Повсюду беспри- быльное и хлопотливое дело обороны, а вместе с ней и политики оказалось выгод- нее предоставлять нанятым для этой цели профессионалам, сделавшим войну своим промыслом. Такие «подрядчики» от поли- тики со временем захватили власть в го- родах, где они подвизались. Ранняя бур- жуазия искала сильной власти. Впрочем, е одни кондотьеры превращались в тира- Радко ими становились купцы, бан- р ' даже Римские папы. Новые власти- ели делаются родоначальниками целых
Рождения было оправдание индивидуализ- ма, который возникал повсюду как реакция на средневековую идеологию. Действитель ность в прямом смысле слова, на каждом шагу венчала удачу, а венценосным банки- рам и кондотьерам лаконизм совершивших- ся фактов был понятнее красноречия воз- вышенных идей. Не находя в прошлом под- держку своим политическим притязаниям они презирали вчерашний день и покрови- тельствовали гуманистам —людям своего времени, врагам недавнего прошлого. Очень скоро лесть и клевета покупной учености оказались на службе соперничества «соро- ка тиранов», сменивших простодушное мужество своих предков на холодный рас- чет коварства. Тиран времени Возрожде- ния— это уже не феодал, привыкший к за- паху вина и конюшни. Воспитанный интел- лектуальной средой новой Италии, он умел не только оценить творчество своих гени- альных современников, но и заставить ис- кусство служить себе, наряду со словом, кинжалом и отравой. Обеспечивая творче- ству необходимую материальную базу, по- кровители художников через властное оба- яние искусства утверждали свою аристо- кратическую исключительность. Но пока живительные народные корни питали силы этого искусства, оно всегда умело подчи- нить условные формы глубине своего реа- листического содержания. В архитектуре Италии к началу XVI в. представители новой знати владели стро- ительной инициативой практически моно- польно. В то же время сама природа архи- тектуры делала зодчего в гораздо большей мере, чем художника, зависимым от заказ- чика. В таких условиях, естественно, ве- дущее место в архитектурной типологии принадлежало жилищу богатого и сильно- го человека, сначала еще наполовину зам- ку, но затем, когда новый порядок востор- жествовал окончательно, репрезентативно- му в своем облике дворцу, из архитектуры которого исчезли все факторы обороны. Путь этой архитектуры — в основном путь от ранних и суровых дворцов Флоренции к роскошным палаццо начала XVI в., рас- сеянным уже по всей Италии, путь от Аль- берти и Микелоццо к плеяде великих маете- гачески БРам.анте- Такой социоло- явился п т РНЫИ аРхитектУРНый тип явился в то же время итогом непрерывно- пиии"°“едовательн°г° развития крайне ин- дивидуалистического мироощущения ко- торому была созвучна конструктивная ло- гика и гуманистическая обусловленность возрождавшихся античных форм. В мате- риальной культуре деятельный дух населе- ния итальянских городов искал и находил ковья^ аРхитектУРных Форм средневе- Именно в процессе эволюции городско- го дворца развивалось архитектурное мыш- ление итальянского Возрождения. В архи- тектурном типе палаццо оно сформулиро- валось и получило свое наиболее закончен- ное выражение. Однако к концу первой чет- верти XVI в. эта архитектура достигла та- кой зрелости и гибкости, что ее конструк- тивно-художественный язык, в котором ор- дерная система приобрела теперь очень важное значение, уже мог служить адекват- ным средством выражения любого компо- зиционного замысла. Вот почему при всей классовой ограниченности эта архитектура фактически стала национальной, хотя эко- номические и политические условия не по- зволили стране объединиться. В Италии не было центральной власти, не существовало объективных предпосылок для дальнейшего развития производительно- го и прогрессивного класса ранней буржу- азии, класса, которому принадлежало бу- дущее. Призывы лучших людей конца XV в. к объединению страны остались неуслы- шанными. Усвоив пресловутую свободу в выборе политических средств, провозгла- шенную Маккиавеллн, Италия, разбитая на враждебные друг другу мелкие тира- нии, забыла о той великой цели, которая могла, как думали,оправдать эти средства. Поэтому единство художественных идеа- лов и архитектурно выразительных средств, достигнутое итальянским зодчеством в пер- вой четверти XVI в„ не могло быть разви- то. Архитектура и искусство получают в середине столетия новую окраску, в кото- рой с нарастающей силой начинают прояв- ляться черты, обусловленные неумолимым ходом трагических для национальных судеб Италии явлений ее экономической н полити- ческой действительности. Дальнейшее развитие наиболее прогрес- сивных тенденций итальянского Возрожде- ния можно проследить в творчестве от дель-
пых ярких индивндуальностеи, среди кото- рых особое место принадлежит Андреа Палладио. В его виллах, дворцах и обще- ственных сооружениях по-новому раскры- лись и получили дальнейшую разработку композиционные приемы и выразительные средства римской архитектуры начала века. Однако зрелый и гибкий ордерный архи- тектурный язык Палладио, развивавшийся уже в условиях идейного оскудения и упад- ка общественной жизни, со временем ока- зался жертвой таившихся в нем опасно- стей: ордер превратился из тектоническо- го средства в самоцель. Врожденное чув- ство меры не позволило итальянским эпи- гонам Палладио пойти слишком далеко по этому пути, но с тем большей силой ска- залась канонизация «палладианства» к се- веру от Альп. Функциональная обуслов- ленность прекрасного в архитектуре стала отвергаться, и прекрасное объявили функ- цией формальных закономерностей, дейст- вующих раз и навсегда. Отвлеченность такой архитектуры де- лала ее вненациональной, и она легко при- вивалась повсюду, где формы как бы де- кретировались сверху единоличной волей заказчика,. Она кажется созданной для то- го абсолютизма, который становится во главе национальных государств распадав- шейся католической Европы. Важнейшей особенностью архитектуры итальянского Возрождения, принципиаль- но отличавшей ее от архитектуры средне- вековья. была эмансипация как творческо- го, так и собственно строительного процес- са от влияний цеховых традиций. Коллек- тив исполнителей оказывался безусловно подчиненным индивидуальной творческой воле автора. Впервые после античности ремесленную эмпирику вытесняла «ученаяь архитектура, стремившаяся построить свои конструктивно-художественные принципы на прочном научно-теоретическом основа- нии. Вначале не столько пристальное изу- чение античных образцов, сколько вдумчи- вое и свободное исследование общих зако- дыялгИ₽0ЛЫ' физических явлений, опре- деляло новые конструктивные и компози >аваХг П_₽Ие“Ы П₽ИЧем гУма«истический хмтеУ*’ возникавшей таким образом ап- н“и тя прояв-1я-1ся как в ее соразмео- =~~s « начала до конца Изобретательность цехового мастерсг ва при всей своей ограниченности создав- шего ряд остроумных строительных машин и прикладных приспособлений, не выходи- ла, однако, за пределы опытного усовер- шенствования того, что было известно еще Архимеду. Только непосредственное изуче- ние законов природы наряду с возродив- шейся верой человека в собственные силы смогло обеспечить революционный скачок, который прервал тысячелетний застой тео- ретической науки такими открытиями не- зависимой мысли, как механика Леонардо да Винчи. Запечатав семью печатями золотую книгу природы, католическое средневековье настолько сковало человеческий разум, что за тысячу лет беспрерывных насилий и войн оружие практически не развивалось- Если в церковной архитектуре необходи- мость решения новых пространственных и идеологических задач привела в свое вре- мя к триумфу готической тектоники, кото- рая и явилась вершиной эмпирического мастерства, то фортификационная архи- тектура западного средневековья в соответ- ствии с примитивностью осадных орудий оставалась весьма консервативной. Только непосредственные контакты с Востоком в XII—ХШ вв. внесли некоторые усовершен- ствования как в стратегическую диспозицию оборонных элементов, так и в решение проблемы огнестойких перекрытий. Само изобретение огнестрельного ору- жия сначала мало что изменило в средне- вековой крепостной архитектуре, и понадо- бился переворот Возрождения, чтобы бал- листика превратилась в науку. Символом переворота, внесенного в ар- хитектуру наукой, служит купол флорен- тийского собора, сооруженный Брунеллес- ко. Не случайно первым значительным про- изведением новой архитектуры оказалось сооружение, в эстетике которого едва ли не решающую роль сыграла его револю- ционная конструктивно-художественная ха- рактеристика. В конструкции купола не было ничего античного, не имела она и средневековых прототипов, хотя форма ку- ектпм” Rnlfn3 задана предшествующим про- на опин г РВЫ6 мастеР' столкнувшись один ним чяпя гРандиозностью стоявшей перед опыт X» ' бе3 всякой оглядки на цеховой везчлктД положился на самого себя, на Олений и vCo6cTBeHHblx наблюдений, вы- бедС Чтот\У Тючений и одержал по- У триумф свободного разума, ка-
сзм смог бы создать вселенную, будь у него современник М?тперна;‘ и °РУлия. Младший современник Брунеллеско — ученый-гчмя ти"ппяамРпИТеКТ°Р Ле°Н Ба™ста Альбер- прямо говорит, что могущество чело- РамогоесрбаНИЧН°' СТ°ИТ емУ только познать им п И 0|!РУжающий мир. Изданная им в 1485 г. архитектурная энциклопедия явилась первым сводом тогдашней архи- тектурной науки. Естественно, что с превра- щением архитектуры из ремесла в науку не практическая цеховая выучка, а знание всей совокупности теоретических положе- нии новой строительной дисциплины сопут- ствовало деятельности мастера, единолич- ный замысел которого теперь по необходи- мости облекался в форму детального пред- варительного проекта. В отличие от обоб- щенных средневековых моделей такой гра- фический проект полностью исключал лю- бую форму творческого участия техниче- ских исполнителей в создании того или иного архитектурного произведения. К началу XVI в. бурное строительство в Италии практически осуществлялось уже исключительно архитекторами, умевшими сочетать положения науки с новыми идеа- лами прекрасного. Неразрывно связанные в своей деятельности со всеми сферами ху- дожественного творчества, воодушевленные античными идеалами литературного гума- низма и памятниками славного прошлого, но в то же время проникнутые идеями своего времени, эти мастера нового типа, сохраняя индивидуальный почерк, воспи- тывали целые школы последователей, для которых, впрочем, индивидуализм и твор- ческая самостоятельность в отличие от подмастерьев прошлого были едва ли не важнейшими из заветов учителя. Со второй половины XVI в., несмотря на все едино- образие тектонического языка, вытекавшее из основ ордерной системы, разгорается борьба индивидуализированных направле- ний архитектурной мысли, невозможная в эпоху средневековой архитектуры, всегда пытавшейся сочетать все, что казалось пригодным и целесообразным. Не менее решающим условием станов- ления архитектуры итальянского Возрож- дения было появление нового заказчика, пришедшего на смену средневековым кол- лективам монастырей, городских коммун, цехов и гильдий. Богатство и власть гума- кипп«ЧеСКИ обРазованных тиранов и бан- киров, авантюристов и негоциантов— этих роте ихКкп Н0В0Г° вРеМеНИ~п₽и всейпе«- Svnnwl РаС0ЧНЫХ биогРаФий сочетались с С вевным вкУСОМ, воспитанным по- кусстеа общеиием с Л|ольми науки и ис- С торжеством свободной и сильной лич- ности кончалась целая эпоха в истории градостроительства, эпоха, в которой с та- кой убедительной силой архитектура пока- зала свое градоорганизующее значение. Не случайно на протяжении тысячелетия центр тяжести архитектурного развития лежал в общественных сооружениях — церковных, гражданских, фортификационных. Но дви- жущие силы этой эпохи не способствова- ли сознательному градостроительству, и то, что в сфере ансамблевой застройки предпринималось личной инициативой, при- обрело градостроительную характеристику лишь в формально-художественном плайе в сочетании с позднейшей архитектурной средой. Градостроительные функции новой архитектуры, в корне отличные от средне- вековых, сказались лишь в последующий период неокатолического барокко и абсо- лютизма. Но в XV—XVI вв. сам характер господствующей типологии новой архитек- туры исключал ее сколько-нибудь значитель- ную градоорганизующую роль. Во Франции и Англии новая архитектура вообще возника- ла, как правило, вне городов. В Италии и Испании представленная типами городских дворцов новая архитектура противопоста- вляла себя городу в целом. Там же, где ведущими типами оказывались все еще средневековые ратуши и гильдейские дома (Нидерланды, Германия), она лишь про- должала градостроительную инерцию предшествующей эпохи- В Италии единственный осуществленный градостроительный проект Возрождения — это деревня, превращенная за три года во- лей папы-гуманиста в роскошный ан- самбль. Однако, не имея иного оправда- ния, кроме чести быть родиной возвысив- шегося человека, Пиенца служит не столь- ко примером градостроительного искусст- ва своего времени, сколько памятником личного тщеславия Пия II, именем которо- го она и названа|. Неудовлетворенность социальными ус- ловиями действительности выражена преж- де всего обилием различных градострои- тельных утопий, теоретические схемы кото-
рых говорят именно о том, чего не было. Но эти проекты «солнечных государств», не получившие исторической санкции, а по- тому и оставшиеся неосуществленными, принадлежат не столько истории матери- альной культуры, сколько истории идей. За пределами Италии в период общего «возрождения» Европы стихийно протекав- ший формообразующий процесс новой ар- хитектуры развивался в принципиально иных условиях, дифференцируясь в зави- симости от местных общественно-политиче- ских особенностей каждой страны и от ха- рактера унаследованной строительной тра- диции. Здесь долго не было профессио- нала-архитектора, не было и такого множе- ства просвещенных заказчиков, которое обеспечило архитектуре итальянского Ре- нессанса ее быстрый и блистательный подъ- ем. Новое искусство книгопечатания раз- множило бесчисленные альбомы трафарет- ных «антиков», заменивших отсутствующих профессиональных архитекторов, особенно в странах со стойкой цеховой традицией (Германия, Нидерланды). Эти «антики» применялись ремесленниками в каждой стране по-разному, что в значительной ме- ре и определило лицо национальных архи- тектурных типов, которые слагались в пе- риод Возрождения к северу от Альп. Про- шло целое столетие, прежде чем к началу XVII в. в ряде национальных государств Европы появились собственные кадры ар- хитекторов нового типа, поставивших ус- военный ими международный язык палла- дианства на службу абсолютизму. Однако эта победа была достигнута «ученой» ар- хитектурой не без борьбы со стихийным формотворчеством в недрах слагавшихся национальных государств, в которое в заТм™»и₽аНе П°’СВОеМу вовлекались и заимствуемые итальянские формы. Территориальная близость, торговые и пиитические связи, а также идейное об шение южнонемецких городов с Ломбап- нию СвПОГебомяОВаЛИ раннему проникнове- п Германию итальянских влияний ты библейской тп»3 восстан°влеиие чисто- Р вела его к открытому конфликту с католической иерархией, а затем и к раз- рыву с официальной церковью. Благодаря учению Лютера бюргер обретал внутрен- нюю свободу, ибо для своего «спасения» не нуждался больше в посредничестве церк- ви. Так немецкий гуманизм прямо привел к Реформации. Роль Реформации в становлении наци- ональных государств общеизвестна. Однако германское лютеранство, возникнув пре- имущественно как бюргерское движение, скоро испугалось социального содержания, которое в него вложили крестьянские мас- сы, восставшие против феодального гнета, и утратив свою взрывчатую силу, превра- тилось в опору княжеского сепаратизма. Неравномерное экономическое развитие Германии XV—XVI вв., отсутствие внутрен- них экономических связей и централизован- ной власти делали национальное объеди- нение страны немыслимым. «В то время как в Англии и Франции подъем торговли и промышленности привел к объединению интересов в пределах всей страны и тем са- мым к политической централизации, в Гер- мании этот процесс привел лишь к группи- ровке интересов по провинциям вокруг чисто местных центров и поэтому к политической раздробленности...» (Маркс и Энгельс. Соч изд. 2-е, т. VIII, стр. 117). Энгельс отмечал, что экономическая раздробленность Германии мешала немец- кому бюргерству вырасти в буржуазию в собственном смысле этого слова. Особенности социальной структуры не- мецкого общества XV—XVI вв. с его го- родской культурой, отмеченной господством цехового строя и тиранией «духа местно- сти», по необходимости делали немецкий Ренессанс бюргерским. Воззрения бюргера были антагонистичны искусству. Он с вет- хозаветной яростью нападал на все языче- ское. а его размеренный быт и расчетливое благочестие исключали любовь к бесполез- ное™е^аСН0МУ; °Н стРемился по возмож- MV гп„Р СОбИТЬЛТаРЫ&ФОРМЫ К HOBO- сМтУойко°еДт РЖАНИЮ- Отс,ода беспримерная Калинин Осредневековой художественной ловВза7кУнХИ\г°пЯЩеНаЦИОНальнь1х идеа- прямо протиВоположХНХЬжесРтУвГе0нн^
го Возрождения. В то же ввемя ем мощных общественных сил связанны1» единством интеоеспп » „„„' свяэаииь|х тельгтпя°Г° Широкого гражданского строи тельства, которое характеризует развитие национальных государств в XVI—XVII вв т₽ДЛСЬ не.было бУРного усадебного строи- АнЛЛИИ’ цеРковно-Дворцового стро- ительства Испании, светского строитель- ства Франции. Перемещение центра тяжести хозяйст- венной жизни Западной Европы с берегов Средиземного моря на берега Атлантики с новой силой сказалось на неравномерно- сти экономического развития Германии. С упадком швабских и рейнских городов чах- нут первые ростки немецкой национальной культуры. Место Нюрнберга и Аугсбурга занимают Любек и Данциг (Гданьск) — богатые центры вненационального Ганзей- ского союза с его торговыми интересами, часто прямо противоположными целям на- ционального единения. Космополитическая природа ганзейского патрициата, в процес- се ожесточенной классовой борьбы захва- тившего власть в этих городах, исключала сколько-нибудь прогрессивные националь- ные идеалы. Социальная сущность этой высшей прослойки бюргерства с ее гиль- дейской организацией сказалась как на об- щем характере, так и на типологии архи- тектуры северной Германии в период Воз- рождения. Здесь, на родине кирпичной готики, ратуши и гильдейские дома пред- ставляют собой ведущий тип новой архитек- туры. Если встречающиеся в первой четверти XVI в. на юге Германии в дворцах меценат- ствующих купцов и банкиров художест- венные формы проникли сюда непосредст- венно из Италии, то на севере антикизи- рующие детали появляются много позже, притом из вторых рук- В поисках средств неумеренного декоративного обогащения строители обращаются к альбомам. Ремес- ленное применение итальянских «антиков» к средневековым архитектурным типам муниципальных и гильдейских зданий, к тому же выполненных преимущественно в кирпиче, создает своеобразные композиции вековые. СВ°е"У ВПр°Чем Все еше с₽едне- кого Р1' °ТСУТСТВИИ соииально‘экономичес- Хе южныГгппК0Г0 вДИНСТВа как аРхитек- туре южных городов, так и гражданским ВозппжепН.ИЯМ Севе₽а Германии времени Возрождения не суждено было развиться в большой национальный стиль. По-иному шло историческое развитие Франции, где уже в процессе Столетней воины с Англией были заложены основы национальной монархии Валуа. Преемни- ки парижского графа Гуго Капета путем династических браков, покупкой, завоева- нием или коварством систематически из поколения в поколение прибирали к рукам раздробленную территорию страны, пока к концу XV в. тень их Венсеннской цитадели не покрыла замки некогда могуществен- ных феодальных князей. С исчезновением бургундского герцогства сходят со сцены последние соперники Людовика XI. К это- му времени давно уже ликвидированы воль- ности средневековых коммун. Торговля и ремесло горожан, ставших «королевскими», призваны теперь работать на абсолютизм. Убедившись в выгоде городского хозяйст- ва, абсолютизм становится на путь искусст- венного градостроительства, нередко пла- нируя свои «новые города» в полном пре- небрежении к реальным условиям нх хо- зяйственной жизни- Резкая сословная дифференциация от- мечает в начале XVI в. общественный строй Франции. Бесправное крестьянство, обре- мененное поборами, и рыхлый торгово-про- мышленный класс горожан оплачивали не- померную стоимость абсолютизма, в то время как два сословия, дворянство и ду- ховенство, свободные от налоговых тягот, пользовались всеми преимуществами ново- го строя. Основной силой, на которую опи- рался абсолютизм во Франции, было дво- рянство. особенно служилое, непрерывно пополнявшееся за счет продажи должностей. Царствования Карла VIII, Людовика ХП и Франциска I в конце XV и в первой по- ловине XVI в., управлявших страной едино- лично, при помощи этой армии послушных чиновников укрепили французский абсолю- тизм с его честолюбивой внешней полити- кой, регулярной военной силой и развитой налоговой системой. С кристаллизацией дворянской монар- 15
хин совпал быстрый рост благосостояния страны. Агрессивная внешняя политика привела к ряду походов в Италию, пред принимавшихся французскими королям; с целью укрепления влияния молодого нацпо нального государства. Этим «итальян- ским» походам обычно приписывается боль- шое значение в становлении французского Ренессанса. Прямое и длительное сопри- косновение с культурой и цивилизацией Италии якобы не могло не открыть глаза на ее культурное превосходство грубова- тым и невежественным дворянам, недавно еще вышедшим из медвежьих углов Овер- ни, Пикардии и Бретани. В таком взгляде на значение итальян- ских войн есть большая доля преувеличе- ния. В отличие от немецкого французское дворянство никогда не было «невежест- венным»—рыцарская культура Прованса, позволяющая в известном смысле говорить о французском «Ренессансе» еще в XIII в. превратилась в наследственную традицию французского дворянства. Непременное участие его чуть ли не во всех крестовых походах создало влиятельное культурно- историческое предание, основанное на дли- тельном общении Франции с цивилизаци- ей Востока. Неоспоримо первенствующее место парижского университета в средне- вековой схоластике. Гуманистические за- нятия многочисленных французских ученых, греческая и особенно латинская фило- логия привели к упорядочению и унифика- ции национального языка— главного ору- дия объединения и духовного возрождения Франции XV—XVI вв. Проза Фруассара и Жуанвилля не знает современного ей эк- вивалента в других странах. Университет в Тулузе в области рецепции римского пра- ва сделал для Франции не меньше, чем Болонья для Италии и Германской импе- рии, в то время как университет в Мон- пелье издавна считался центром медицин- ской науки и колыбелью точных наук, к тому же культурные контакты между Францией и Италией не прекращались со времен Карла Великого. Светская культу- ра южнофранцузских городов мало чем отличалась от итальянской. ,„,Ита 1ИЯ была <от,<Рыта» Французами за- долго до итальянских войн, и «варварст- иой ФмеоеЦУмСЛ°ж ЛВ°рянства “ зиачитель- и мере метафора, пущенная в оборот итальянскими публицистами того времени »о античной традиции считавшими₽ «вар 16 варскнм» все, что приходило из-за Альп, и в свое время окрестившими даже книгопе- чатание «варварским» искусством. Внутренние предпосылки раннего куль- турного возрождения Франции слагались независимо от Италии в процессе собствен- ного исторического развития, которое и определяло национальные особенности французского Ренессанса и прежде всего его антибуржуазный, подчеркнуто дворян- ский характер. Светской направленности мировоззре- ния французского общества не импониро- вала моральная проповедь кальвинизма; французское мировоззрение в XVI в. скла- дывалось вне воздействия богословского догматизма немцев или упрямой реакцион- ности испанского католицизма. Для фран- цузских дворян лозунги гугенотов были скорее знаменем политической борьбы про- тив королевского абсолютизма, чем мани- фестом религиозной веры. Отсюда в отли- чие от Испании полная свобода развития французской архитектуры XVI в., от ка- ких-либо вероисповедных влияний. И все же походы в Италию сыграли оп- ределенную роль в обновлении художест- венных и общекультурных интересов фран- цузского общества XV—XVI вв. Сам Фран- циск I, его непосредственное окружение и подражавшая двору военная и граждан- ская аристократия научились у итальян- ских меценатов покровительствовать ху- дожникам. Руками приглашенных во Францию итальянских мастеров Франциск I и его двор внедряли в художественный обиход своей страны итальянские приемы и фор- мы, которые со временем вошли в новое, глубоко национальное искусство Франции. Выдающиеся итальянские мастера, вклю- чая Леонардо, приглашались украсить ве- личие французского трона. Но архитектура Франции заслуженно гордилась блестящим прошлым, и первые итальянцы не могли сколько-нибудь глубоко изменить ее наци- ональное содержание, тем более, что про- цесс становления новой архитектуры был уже в полном разгаре. Как и всюду по эту сторону Альп витТсяКавЯЫпарХИТеКТура во Франции стано всюду в“Рвзительницей новых идей. Как и всюду, «итальянские» формы, или «анти- орнЭам'ё7ИпГТ И ЗД1СЬ Черм ««aли или позиция Я тв1НкЖе’ Общая объемная ком- озиция, а тем более конструкции остаются
перв°е время традиционными, т. е соелн₽ вековыми. Органическое слияние старо? и нового определяется, с одной стороны ич менявшимися художественными ₽вкус'ами с Другой — настоятельными требованиями социального порядка - специфик? быта зависевшего как от стойкости традиций так ?ек°туоНы ВвХ общественны* Функций а’рхи- государстве.Централизованном Дворянском В зодчестве Франции первой половины AVI в. в полном соответствии с националь- ным характером нового государственного строя и господствовавшего общественного сознания ранний Ренессанс сразу же об- ретает национальные черты, свидетельст- вующие, в частности, о стойкой преемствен- ности средневековой художественной тра- диции. Мастерами нового стиля создается принципиально иной тип сооружения — го- родской дворец и загородный увеселитель- ный замок- В планах замков на Луаре, как и в бесчисленных особняках провинциаль- ных городов, ясно прослеживается влия- ние абсолютистского строя молодого наци- онального государства. Каждый дворянин в организации своего быта повторял в соответствующем масштабе схему орга- низации королевского двора; челядь заме- няла свиту, разорительный этикет—дворцо- вый церемониал, а пространственная струк- тура загородных замков с их анфиладным расположением парадных помещений напо- минала королевский дворец. Таким образом, не в Париже, а на бе- регах любимой Валуа Луары выросла на- циональная архитектура раннего француз- ского Ренессанса. Своеобразные аркатуры и высокий силуэт кровель, как бы подве- шенные по углам круглые башенки, сред- невековая неприязнь к горизонтальным ли- ниям и плоскостным фасадам наряду с подчеркнутой вертикальностью общей ком- позиции делают замки французских дворян совершенно отличными от итальянских па- лаццо. И долго еще непременное присутст- вие воды у стен замка как воспоминание о некогда неприступном рве будет вызы- вать средневековые ассоциации. Национальные и социальные особенно- сти французского Ренессанса определили лицо французской архитектуры того вре- мени. Уже в первой половине XVI в. она с предельной четкостью отразила дух но- вого времени и явилась функцией изменив- шегося государственного и социального ныйЯ;ипВ03НИК нациоиальный архитектур- лпм •”*знавшии аналогии ни в прош- Л°” Хп " Франи,,и- ни за пределами фран- цузского государства. Р,еЗИДеНЦИЯ К°Р°ЛЯ и аристократии, ко- божьАЙ.и ятеперь повелевал «по милости й ' Не как первый с₽ели Равных. и бесчисленные увеселительные замки, где в основном протекала жизнь дворян, поки- нувших свои провинциальные поместья, что- бы быть ближе ко двору, служили архитек- турным выражением дворянского абсолю- тизма, в то время как импозантные здания правительственных учреждений, воздвигав- шиеся в провинциальных городах, были призваны воспитывать в сердцах францу- зов чувство национальной гордости и веру в нерушимость абсолютистского строя. Национальная архитектура Франции впервые получила свое законченное выра- жение в этом «стиле короля Франсуа». В дальнейшем она смогла совершенно отка- заться от своих первоначально традицион- ных художественных форм и полностью заменить их заимствованными, но замена происходила в пределах уже созданного национального типа, в раннем формирова- нии которого приемы средневекового на- родного зодчества успели сыграть опреде- ленную роль. При всей многообещающей силе моло- дого и светского французского королевства сильнейшей национальной монархией XVI в. была католическая Испания. Семь веков победоносной освободитель- ной борьбы с маврами, в 1492 г. завершив- шейся падением Гранады, рано воспитали в испанском народе чувство национальной солидарности и подготовили слияние двух важнейших государств испанского средне- вековья — Кастилии и Арагона. Реконкиста сопровождалась усиленной и быстрой колонизацией земель, освобож- давшихся от мавров, что в условиях фео- дального землевладения, естественно, вело к росту численности мелкопоместного в своей массе дворянства. Экономическое развитие Пиренейского полуострова также имело свои особенно- сти. Постоянные людские потери и непо- сильные налоги рано привели ремесленное производство и промышленность в состоя ние застоя (не считая Каталонии), а сель- ское хозяйство неуклонно разорялось хнщ-
ннчеством крупных феодалов, в руках ко- торых оставалось овцеводство. Прогрессирующему экономическому упадку страны и консерватизму господст- вующих в ней общественных отношении сопутствовало глубоко реакционное идеоло- гическое влияние католической церкви, иг- равшей особую роль в развитии реконки- сты, которой она стремилась придать ха- рактер крестового похода- Успех в этой борьбе, одновременно с победой националь- ных начал, знаменовал собой в то же вре- мя и победу креста над полумесяцем, по- беду, в которой действительность отказы- вала церкви на Востоке и которая с тем большей последовательностью использова- лась ею в Испании для укрепления своего авторитета. Национальное дело Кастилии становилось делом церкви. С другой сто- роны, суеверие народа приписывало покро- вительству церкви успехи реконкисты. Просыпающееся национальное самосоз- нание закалялось в долгой и трудной борь- бе. а национальное чувство дворянства, возглавляющего эту борьбу, сочеталось с напряженной, часто фанатической религи- озностью. Поэтому в Испании объедини- тельным тенденциям короны сопутствовал беспримерный в XV—XVI вв. рост клери- кального влияния. Так церковь объективно противоречила своим теократическим иде- алам. способствуя процессу рождения на- ционального государства. В том, что исто- рически прогрессивный процесс националь- ной консолидации испанского народа оказался в то же время социально и идео- логически глубоко реакционным, и заклю- чается одно из основных противоречий ис- панской культуры ХШ—XV вв. Одновременно с освобождением страны шла болезненная ломка не только социаль- ных установлений, но и идеологических "Р“с”влекий- Кас™льская феодальная соаьХЛ отвоеваннЬ1х областях сменила сравнительно демократический строй гос- подствовавший на территории бывшего коп- 'овского халифата. В%тмосфере Нет«Х димгалииыУб2*0,ЦеЙ двоРяяско-церковной вый nv? п “ ,бЫСТро угасал свободолюби- вый дух предприимчивости. В то время как скпт'2 3рМИ пРедпос“лки победы свет* п^м^₽а0о:бсХНИЯ- в Испа«ии бывшей положите,Л ° владычества колыбелью ввмвь пои / Наук и свободы совести церковь рукой дворянства, фанатичного J замкнутого в своей сословной исключитель ности, уже душила мысль и волю народа. Но совершенно естественно, что там, где благодаря продолжительному мавританско- му владычеству культура арабов успела пустить глубокие корни, процесс удушения народных начал никогда не смог востор- жествовать окончательно, а завоевавший досуг и богатство кастильский дворянин, строя свое жилище, невольно обращался к южным мавританским образцам, импони- ровавшим его тщеславию, тем более, что в собственном архитектурном наследии он не находил желательных форм. Жизнь подсказывала свойственную Во- стоку замкнутость домашнего быта, закры- тый внутренний двор, почти глухую внеш- нюю стену, где единственным украшением фасада был неприступный, часто монумен- тальный вход. Основными проводниками мавританских влияний еще в средние века были «мосарабы», т. е. христиане-беженцы с юга, а затем «мудехары» — попавшие под власть христиан мавры и евреи, пре- имущественно ремесленники. Такие города, как Толедо, Сарагоса, Се- говия, Севилья и другие, насыщены памят- никами архитектуры, сочетавшей маври- танские и христианские приемы,. Это были мавританские формы, в которые вкладыва- лось новое содержание. Дальнейшему развитию стиля «муде- хар» содействовал ряд частных обстоя- тельств и прежде всего широкая практика превращения мечетей и синагог в церкви, а также захват мавританских замков и крепостей дворянством Кастилии и Араго- на. Пристройки и целые сооружения не- редко воздвигались руками «неверных»: в конце XV в. правительство оказалось вы- нужденным особым указом запретить мав- ританским каменщикам хотя бы выполне- ние изображений христианских святых. К концу XV в. стиль «мудехар» господ- ствует в светской архитектуре от Мадрида до Ьалеарских островов. Несмотря на строго католические взгля- ды Фердинанда и Изабеллы и на все край- ности инквизиции, в стране, казалось бы, меипД°ЛЖН° бь1Л0 быть Фанатической непри- ИПТАН "° от™ию к настроениям, Ж,ПРТал" в Испанию из Италии ’юсьРпл«пи 1£апРяжение реконкисты оста- и Ь Xt Народ стоял на п°Р°ге столе- ческчю ™аЛиШкГ° стране всемирно-истори- юге знаком;ЛпГаТСТВа,/РИОбретенные на . знакомство с его блестящей цивили-
зацией, казалось, должны были подточить ГумРаИнМизмИпоб? кастильск°г° Дворянства, унивеосите?°бк° пр0НИКал в Саламанкский го бХосло ~ УНТпВеРЙЫНЮ доминиканско- 1 и иогословия. Но настороженная йена- висть ко всему иноземному и рано проснчв ВЫС°К0МерНЫЙ национализм Испан- ского дворянства препятствовали более ин- тенсивному общению с югом Италии К тому же основное положение итальянского гуманизма о внутренней свободе человека оставалось чуждым правоверию испанского дворянства, а ранняя буржуазия, которой зта идея могла импонировать, была в Ис- пании бессильна. Формы итальянского ис- кусства отталкивали воображение среднего кастильца своим откровенно языческим происхождением. Испания собственным путем приходит к самобытной новой архитектуре, в которой композиционные традиции испанского на- родного зодчества отчетливо проявились в сочетании с пышным декором. В этом новом стиле, названном позднее по аналогии с ювелирным искусством (пла- терия) стилем «платереско», с новой силой проявилась свойственная еще стилю «му- дехар» орнаментальная трактовка архи- тектурных форм, покрывающих подобно каменному кружеву традиционные прост- ранственные построения. Большое влияние на складывающийся таким образом национальный стиль време- ни испанского Возрождения оказали огром- ные заалтарные композиции — «ретабло». Возносившиеся под самые своды, чаще все- го выполненные в дереве, раскрашенные и позолоченные, эти своеобразные сооруже- ния послужили, по-видимому, примером для целого ряда фасадов раннего «платереско». В XVI в. нигде не строили так много, как в Испании, справедливо гордившейся множеством превосходных архитекторов. Испанское дворянство тратило баснослов- ные средства, обретенные за морем, на по- стройку пышных резиденций. И лишенный «холода языческих форм», легко связуемый как с традиционной готикой севера страны, так и с южной по происхождению архитек- турой «мудехар», не противоречивший ос- новным конструктивным, композиционным и декоративным традициям страны, «плате- реско» имел все основания вылиться в за- вершенную, общенациональную архитекту- ру времени величия и возрождения объеди- ненной Испании. К тому же. в отличие от твомествоТмЯЖиеаНИ,‘ нескольких Десятков лет частично иноземных, но пре- жде всего местных мастеров создается ао- хитектура, быстро идущая к расцвету Как обычно, она начинает робко —с пристроек и украшении к уже существующимР церков- ным сооружениям. Но очень скоро обнару- живается ее возмужалость, и она станови- тся архитектурой кастильского дворянства. Хотя первые шаги архитектуры «плате- реско» связаны с церковными сооружения- ми, своей наивысшей силы она достигает в светских, преимущественно дворцовых постройках. Бургос, Вальядолид, Сарагоса. Саламанка. Сеговия — эти древние столицы Кастилии особенно богаты дворцами, раз- вивающими композиционные приемы свет- ской архитектуры юга (те же патио, те же глухие внешние стены и аркатуры и т. д.). но являющимися в то же время приме- рами самостоятельного стиля, роскошного и капризного. «Каза дель Кордон» в Бур- госе, дворец графов Луна в Сарагосе, дворец Монтерей в Саламанке, дом Хуана Браво в Сеговии -и многие другие соору- жения с неменьшим блеском представ- ляют ранний испанский Ренессанс, чем итальянские палаццо или загородные двор- цы французской знати представляют национальное «возрождение» этих стран. События первой половины XVI в. оп- равдали национальную гордость господст- вующего класса Испании. Призрак все- мирной империи, никогда не покидавший средневекового мира, надев короиу Касти- лии и Арагона, казалось, становился ре- альностью. Испанские наместники повеле- вали Новым Светом, направляя на родину поток золота и серебра. Шестнадцатый век нигде не принес такого удовлетворения национальному чувству, как в Испании. Однако уже к концу столетия, превратив- шись в меченосца воинствующей церкви, испанская империя, раздавленная и смя- тая наступающими прогрессивными силами национально-буржуазной и протестантской Европы, падает, подобно тому трагическо- му идальго, изнемогшему в неравной борь- бе с реальностью. Последовательность и продолжитель- ность правления обоих королей Испании
XVI в. позволяет условно разделить ис- панское Возрождение на два периода. Император Карл V не был испанцем по своему воспитанию. Будучи одновре- менно германским императором и все еще преданный идее универсальной империи, он и его фламандское окружение оказа- лись объективно проводниками новых на- строений. волновавших Европу к северу от Альп. Карл продолжал рассматривать Рим как столицу будущей империи, и на- циональные интересы Испании были под- чинены этой идее. В самой Испании господствовала атмос- фера относительной терпимости— последст- вия реформации еще не полностью ощуща- лись церковью, утомленная инквизиция отдыхала после десятилетия Торквемады, а Лойола еще только нащупывал формы, в которые должна вылиться система иезуи- тов. Аристократия Испании, обогащенная впечатлениями как от культуры Сицилии, Неаполя и Рима, так и от пышных городов Фландрии и Брабанта, но в то же время гордая национальной культурной традицией, легко нашла в прошлом собственной архи- тектуры приемы и формы для выражения своего увлечения новым. Именно в этой благоприятной атмосфере и развивалась архитектура «платереско», достигшая рас- цвета ко второй половине XVI в. Испания справедливо считала ее архитектурой сво- его национального «возрождения», опреде- ляя термином «греко-романо» чуждые ей архитектурные формы итальянского Ренес- санса в постройках Карла и тех, кто хотел подражать его фламандскому двору. Ко второй половине XVI в. углубляется разрыв между протестантскими странами, олицетворяющими буржуазный национа- лизм. н католической церковью, связавшей свою дальнейшую судьбу с судьбами импе- рии Карла V. В условиях быстро прибли- жающегося столкновения этих сил драма- тическим отречением в пользу сына (1556г.) кончается правление Карла V. Империя Габсбургов раздваивается по национально- му признаку, и в Испании вместо гибкого и умного дельца на престоле оказывается зловещая и скучная фигура Филиппа II, уже национально-испанского монарха, от- кровенно клерикальная политика которого была прямой противоположностью сложной игре никогда не любившего Испанию Мрла V, главы «всемирной империи», ме- сто которой теперь занимает испанский абсолютизм, и Испания снова чувствует себя оплотом католической церкви. При всех недостатках Филиппа II, не раз слу- живших темой для риторических упраж- нений протестантских историков, — попу- лярность его на родине была необычайна, несмотря на все провалы его внешней по- литики. Его вкусы и склонности быстро прививались стране не только вследствие централизации внутреннего управления,но и благодаря популярности короля в среде дворянства. С ним ассоциировались величие и национальное могущество Испании, и над его гробом испанская аристократия, по словам известного бельгийского историка А. Пиренна, «оплакивала собственные меч- ты, которые он уносил в вечность». В результате изгнания или истребления около трех миллионов трудолюбивых мав- ров, морисков и евреев экономика страны пришла в упадок. Угасла промышленность, сокращалась торговля, и без того обескров- ленная податью «алкабалы» (десятины). Снова парализуются силы ранней буржу- азии, которая по ассоциации с буржуазией ненавистных Нидерландов кажется Филип- пу II прибежищем ереси и бунтарства. Однако грабеж колоний все еще доставляет огромные средства короне и дворянству. Чудовищный бюрократический аппарат Филиппа II еще кое-как окупался потоком дешевого колониального золота, задушив- шего в конце концов местное производство. Но плодов грабежа не хватало на ведение беспрерывных неудачных войн, к тому же английские, а затем и голландские пираты на просторах Атлантики с возраставшим успехом нападали на испанские галеоны, груженные драгоценными металлами Ново- го Света. Разорявшаяся испанская корона влезла в неоплатные долги. Во второй половине XVI в. Филиппу II удалось оживить в стране тот дух религиоз- ной нетерпимости, с которым в памяти народа было связано торжество националь- ной свободы. Отсюда странное, на первый взгляд, противоречие: именно на период упадка экономики и застоя в общественной жизни приходится расцвет культуры, осо- бенно театра, живописи и поэзии. Атмосфера беспрекословного авторитета двора делала зодчество зависимым от лич- ных вкусов Филиппа II, и стиль, возник- ший в первой половине испанского Возрож- дения, в пору торжества освободительной оорьбы и становления испанского национа-
1" «“" -H- JSr рожденных холодной фантазией Филиппа₽н’ проявлениям независимого твор- чества и жизненной правды. Эту гибель архитектуры «платереско», кажется никто не выразил лучше, чем Дьелафуа: «Коротка была ее жизнь, но она, по крайней мере, не знала упадка. Она умерла насильствен- ной смертью по приговору Филиппа II искавшего архитектуру, которая лучше удовлетворила бы его мрачное воображе- Если верить легенде, жаровня— орудие пытки святого Лаврентия, чьему покрови- тельству приписывалась единственная воен- ная победа величественного, но несчаст- ного царствования, — была взята в основу плана сооружения, призванного служить одновременно резиденцией и усыпальницей, монастырем и библиотекой. На протяжении семидесяти лет торже- ственные и холодные массы Эскориала олицетворяли новое зодчество Испании, определяя эволюцию ее строительного искусства. Ранняя история Нидерландов богата напряженной и сложной классовой борьбой. В этой борьбе окреп неукротимый дух про- грессивной буржуазии, которая, скинув яр- мо испанского абсолютизма, создала пер- вую национальную буржуазную республику. Эта борьба, казалось, готовила страну к важной роли, которую ей пришлось сыграть в основном конфликте XVI в. Первоначально ничто не благоприятст- вовало раннему появлению национального самосознания: двуязычие населения, несо- ответствие этнических границ политическим, разнохарактерность экономики отдельных областей. Зажатые между Германской им- перией и Францией Нидерланды часто слу- жили разменной монетой в игре чуждых им династических интересов. Для консолидации разноязычного кон- гломерата герцогств, графств, епископств и городов будущих «Семнадцати Провин- ций» с 1477 г. официально принявших имя ноИДпе₽„Л„аНД0В’ особен«° много было сдела- Доброг“9-“ Филиппа ческийИБпюге Г0₽ад0В' Даже аРистократи- ческии Брюгге восстал в 1436 г. В 1449 г ненавистным>еДЬ Гента' спРово«иРованного были С0ЛЯНЫМ налогом. Восстания стью Я 14ЛмНЫ С беспРимеРН0Й жестоко- сти гД 45ж Все тРаднционные вольно- tpuJ Рг ФландРии уже были уничто- жены. Совершенная фискальная машина Правительства была создана. Начался упа- док еще недавно процветавшей земли. В основе упадка лежали, однако, более глубокие причины. С распадом Ганзы те- ряется значение Брюгге. В XV в. в промыш- ленности Ипра и Гента все острее сказы- ваются последствия политики английских королей, покровительствовавших отечест- венной шерстяной промышленности. Англи- чане научились производить сукно сами, а это лишало Фландрию сырья и рынка од- новременно. Каковы бы ни были симптомы быстро наступающего упадка, Фландрия вплоть до третьей четверти XV в. оставалась важней- шим владением бургундского дома, а Брюг- ге наряду с Дижоном — великолепной сто- лицей герцогства. Значение этого периода было огромно. Бургундским герцогам уда- лось объединить нидерландские земли. Сво- им покровительством местному дворянству они внесли новую струю в общественную жизнь страны и привили нидерландскому искусству вкус к пышности, с которым оно долго не могло потом расстаться. В этот золотой век геральдики печать манерности и стилизации легла на придворную литера- туру. наряды, прически, на внутреннее уб- ранство дворцов и замков. Богачи Брюгге и Гента, старавшиеся не отставать от окру- жения герцогов, тратили тысячи дукатов на бесполезное представительство. В стране превосходных каменоломен и первоклассных каменщиков было только шесть епископских кафедр и не существо- вало соборов, по пышности и величию рав- ных французским. Но ее процветавшие го- рода соперничали между собой бесчислен- ными приходскими церквами, до сих пор загромождающими узкие улицы Динаиа и Дуэ, Валансьена и Арраса, Ипра и Гента. Брюгге и Ауденарда. Они по-своему очень живописны, хотя и лишены величавой
стройности Французских церквей того вре- мени и почти всегда грешат в пропорциях. Однако север Европы беден камнем, а в северных Нидерландах его и вовсе нет. Еще в римское время из местной глины здесь обжигали превосходный кирпич и че- репицу, а северные мастера кирпичнои кладки всегда славились своим высоким искусством. Бесчисленные церковные, граж- данские и оборонные сооружения XIII XV вв. от Балтийского моря до устья Ма- аса. сложенные из кирпича и нередко до- стигающие большой художественной выра- зительности, выдают общую строительную традицию, естественно восходящую к той местности, которая уже в раннее средневе- ковье была средоточием общественной, хо- зяйственной и культурной жизни северной Европы. Весь обширный хинтерланд Ган- зы через города этого широко разветвлен- ного союза был связан с Нидерландами. Кирпичная архитектура северной Германии и Балтики в XIV—XV вв. в большей или меньшей степени несет на себе печать Ни- дерландов. Созданная нидерландскими мастерами <красная> архитектура справедливо гор- дится не одним выдающимся памятником. Мастерским сочетанием кирпича и белого камня (традиционный нидерландский при- ем. получивший широкое распространение в гражданской и усадебной архитектуре Гол- ландии и Англии XVI—XVII вв.) вводились горизонтальные членения, логичные и жи- вописные. Естественно, что на севере Ни- дерландов жилые дома богатых горожан издавна строились именно из кирпича с типичными высокими, часто ступенчатыми фронтонами и украшались белокаменными наличниками и поливным кирпичом. Благо- дарные особенности материала допускали широкую индивидуальность трактовки столь понятную в потребностях людей, ра- но привыкших к относительному достатку самоуверенности и общественной независим ратушЛВ>плиДЫ бЫЛИ классической страной LJ, В раанее средневековье ратуша дей- Т“° бЫЛа злесь центРом политиче- терялась3какЛнвИЦ0М бюргерства- она не и к 11 Талии- среди за«ков фео- дального нобилитета. Уже в бургундский Самом начале Xv в (1402 г) ..Ирландских" м?°ЙКа °ДИ0Й И3 ЛуЧШИ* « ЛапН а Бп«УШ ГОАического перво- ратуши в Брюсселе. Ратуша в Лувене 22 вероятно, вершина того, что вообще созда- ла готика в гражданском зодчестве. Соору- женное в 1448—1463 гг. под наблюдением Матье Лайенского —«главного мастера ка- менных дел города»,— это здание, как и ратуша в Брюгге, лишена башни —древ- него символа теперь уже навсегда утрачен- ных гражданских свобод. Симметричная композиция, изящные угловые башни, окон- ные проемы, расположенные в три этажа, тонкое чувство меры в орнаменте и про- порциях при блестящей скульптурной тех- нике — все говорит о единстве и о том, что старые формы уже наполнены новым содер- жанием, глубоко светским. По мере того, как приходило в упадок производство шерсти, центр тяжести эко- номической жизни страны перемещался на восток. Из года в год уменьшалось населе- ние западных городов. Этот процесс, раз- рушительный для некогда славной своими гражданскими традициями Фландрии, в XV в. приходит к своему логическому за- вершению. С ростом производительности труда свя- занного с землей населения растет земель- ная рента, а с ней и благосостояние дво- рянства. Уже ранний абсолютизм бургунд- ского дома умел увидеть свою основную опору в преданном дворянстве и стремился увеличить его ряды многочисленными по- жалованиями и испытанной практикой про- дажи гербов. Новое дворянство, лишенное опасных для короны средневековых воспо- минаний, вполне удовлетворенное, а потому и свободное от политических притязаний, стало господствующей социальной силой Фландрии, и особенно Брабанта, уже ко второй половине XV в., т. е. много раньше, чем во Франции. В архитектуре развивалось взаимодей- ствие двух формообразующих начал: с од- ной стороны, незатухающей народной тра- диции, восходящей к исконным ремеслен- ным приемам и городскому фольклору, а с другой, быта и вкусов дворянства, либо вернувшегося в город из своего деревен- ского одичания, либо вновь созданного, а потому вдвойне готового порвать со своим прошлым. ,, В„У,У в’ нидеРландские ратуши не в типяиЛЙ степени’ чем Дворцы итальянских чппяппп’ знаменУ*°т конец городского само- кчп₽чргЛйЯ: 0НИ ПРеВРаша|ОТСЯ в дворцы ппавяю«?Й*ЗНати’ почти 0 собственность правящих фамилий.
причин того, что нидерландская архитек тура меняла свое лицо крайне медленно И, хотя раннесредневековые общественные традиции были утрачены задолго до шум- ного возвращения дворянства в город, дух ие?™£аЦ,нИ’ пРинявшей правда олигархи- ческую форму, наряду со строительными навыками ремесленного коллектива оста- вался решающим для облика городской ар- хитектуры. Пройдет еще немало времени пока среди дворцов корпораций возникнут высокомерные особняки суконщиков и бан- киров, возведенных в дворянское достоин- ство. К началу XVI в. обширное строительст- во, развернувшееся в Брабанте (Антверпен, Брюссель и др.) и на севере страны, разви- валось в двух направлениях. Если такой космополитический центр, как Антверпен, и города северных провинций продолжали архитектурную традицию «добрых» городов Фландрии, то архитектура быстро стано- вившегося дворянским Брюсселя с годами приобретала совершенно иной характер. Эта дифференциация в развитии нидер- ландской архитектуры с начала XVI в. по- лучает новый мощный толчок в связи с пре- вращением Нидерландов в ядро империи Карла V, а Брюсселя в ее фактическую столицу. Сам Карл V был равнодушен к искус- ству. Но его врожденное влечение к вели- чественности и помпезности в соответствии с духом времени искало и находило в архи- тектуре Италии формы и концепции, кото- рые соответствовали его представлениям об императорском достоинстве. Признавая лишь итальянское искусство, которое лучше подчеркивало вненациональ- ный характер империи, Карл и подражав- шее ему дворянство и в архитектуре стреми- лись сохранить в чистоте уже сложившиеся формы итальянского дворцового зодчества. По прямому требованию любимого царе- дворца Карла V и будущего первого фак- тического правителя Нидерландов карди- нала Гранвеллы его дворец был выстроен в итальянском духе фламандскими архи- текторами Себастьяном и Якобом ван Нойен. Дворец Аренберг в Брюсселе был4 такж₽^тРеЗИДеНЦИЯ Графа Эгмонта — бурному типТ СКИМ "° СВОе“У а₽1<ИТеК' Но как дворец Карла в Гранаде остал- ся чужеродным в национальной архитекту- вения ииИИ XV В ' ТаК и отдельные повто- танпгк^ итальяиских форм на Нидер- 2л™. 31МЛе никогда не принадлежали истории собственно фламандского Ренес- санса в архитектуре. Он вырос на ремес- ленной базе народного строительного ис- кусства, корни которого не засыхали здесь даже во времена, худшие для народной художественной инициативы, и потому луч- шие произведения гражданского зодчества Фландрии и Брабанта первой половины XVI в. возникли в старинных городах. В классовой психологии богатых горо- жан XVI в., особенно на юге и западе, еще стойко держались цеховые представления. Буржуазия невольно противопоставляла свою коллегиальность традиционному ин- дивидуализму дворянства, хотя и превра- тившегося теперь из главного врага абсо- лютизма в его оплот. Этой коллегиально- стью она оборонялась. Старинная привыч- ка к ремесленным приемам и недоверие к индивидуальному мастеру, тирания мелких условностей цехового ритуала, веками ос- вященный внутренний распорядок в гиль- дейских домах объясняют привязанность основной массы этих суконщиков н банки- ров, мясников и хлеботорговцев к высо- ким фронтонам прошлого, к неизбежным узким фасадам, к обилию резной орнамен- тики и каноническим планам. На протя- жении всей первой половины века, как пра- вило, ордерная система итальянского Ренес- санса, не говоря уже о связанных с ней органических элементах декора не воспри- нималась в Нидерландах тектонически, оставаясь лишь модным декоративным при- емом. Архитектурный консерватизм нидер- ландской буржуазии, тем более стойкий, что он долго питался ее экономической мощью, лучше всего иллюстрируется тем фактом, что даже в начале второй четверти века (1525—1527 гг.) такое светское здание, как ратуша в Ауденарде, было сооружено в позднеготическом «пламенеющем» стиле. Но время ратуш миновало. Уже под главным залом ратуши в Брюгге не было крытого рынка — патрициат окончательно отмежевался от лавочников и ремесленпи-
Как уже упоминалось, место средневеко- вого демократизма городских коммун за- няла откровенная олигархия, превратив- шая муниципальное самоуправление в ри- туальную фикцию. Подлинная сила была в руках монопольных «товариществ», из которых со временем разовьются разные заморские «компании», в руках замкнутых ассоциаций дельцов. В пышных и торжест- венных залах ратуш покорные обычаю «патриции» лишь утверждали то, что уже накануне решили в своих гильдейских или цеховых домах. Именно в многочисленных гильдейских домах Антверпена и Гента, Брюгге и Брюсселя, а не в типологически устаревших ратушах следует искать при- меры национального архитектурного стиля нидерландского Возрождения. Эта архи- тектура страны, шедшей к своему наци- ональному самоопределению сложным и противоречивым путем, имела решающее значение для развития зодчества северной Европы. Архитектура Нидерландов восприняла итальянские влияния рано и своеобразно. Богатство местного городского патрициа- та развило у него вкус к той пышности, ко- торая отличала позднесредневековую куль- туру предшествующего, бургундского пе- риода. В первой половине XVI в. торгово- промышленные Нидерланды строили еще в основном общественные здания (гиль- дейские дома, муниципальные здания), ку- да и оказались перенесенными в первую очередь формы итальянского Ренессанса воспринимавшиеся и здесь как средство неумеренного декоративного обогащения типа зданий, сложившегося еще в средние века. Альбомы новых «итальянских» образ- цов. в большом числе издававшиеся в это время именно в Нидерландах, предназна- чались для ремесленников. Характер мате- риала (кирпич), типология, коллективность ремесленного исполнения, не говоря уже о разнице в классовой обусловленностии ло гпг>ТСйВИИ античных воспоминаний, ма- ло способствовали восприятию архитекту- “ созданной в совершенно иных истопи =S=== первой половине XVI в., складывался прин- ципиально иной тектонический язык, под- час прямо противоположный канонам итальянского Ренессанса. Формы архитек- туры Нидерландов своей выразительностью в немалой степени обязаны именно чуже- родности своей морфологии. Несомненны социальные корни Нидер- ландской буржуазной революции (1566— 1579 гг.), несмотря на внешне вероисповед- ный характер борьбы протестантской бур- жуазии против католицизма абсолютист- ской Испании. Прогрессивные обществен- ные силы семи северных провинций до- бились независимости Голландии, в то вре- мя как Фландрия и Брабант, утратившие экономическую и социальную базу своего былого свободолюбия, остались в орбите испанского абсолютизма. Дальнейшее раз- витие архитектуры разделившихся Нидер- ландов пошло раздвоенным путем, и ми- ровоззрение провинций, оставшихся ис- панскими, противостоит в начале XVII в. мировоззрению Голландии, как Рубенс противостоит Рембрандту. Экономический упадок и застой общественной жизни ста- рых городов юго-западных Нидерландов, где буржуазии пришлось уступить свое господство дворянству, привели к торжест- ву реакции, надолго превратившей буду- щую Бельгию в одну из цитаделей контр- реформации, иезуитов и неокатолического барокко. Процветание буржуазной Голландии, с другой стороны, обеспечило этой части Ни- дерландов передовое место в ряду моло- дых национальных государств, и, хотя ико- ноборческие тенденции господствовавшего здесь кальвинизма и ограничили ее архи- тектуру рамками скромности и строгой функциональности, сооружавшиеся голланд- цами в большом числе общественные зда- ния и небольшие усадебные дома долго еще следовали композиционным традициям первой половины XVI в., общим для Нидер- ландов в целом. ческого0В^и1Ы НИ были Ф°РМЫ идеологи- XVI°™ К0НФликта, разделившего Европу его лежат »ВЗ вРаждебных лагеря, корни ного Z J У ИНе пеРевоР°та, вызван- ного бурным развитием торговли и про- мышленности и ростом буржуазии на- еХЧИклаТсРсобй°пВаВШеЙ Для «Ко^омиче- • вого и национального самооп-
ределения. Естественно, что ее устремления наталкивались на противодействиеР сил дво- рянства и церкви, объединенных в рыхлой католической империи Филиппа 11 ₽ 1 еографические открытия конца XV в перекроили экономическую карту средне- вековой Европы и перенесли в города Ни- дерландов узел экономической и полити- ческой жизни. Как и в средневековой Тос- кане, в основе процветания этих городов лежит производство шерсти, оно же слу- жит символом богатства и экономического могущества ранней буржуазии Нидерлан- дов. Но ткацкие станки Фландрии издав- на ткали как шерсть Кастилии и Эстре- мадуры, так и ту, которую во все возра- стающем количестве поставляла соседняя и во многом родственная Нидерландам Англия, к середине XVI в. быстро превра- тившаяся из захолустной провинции Евро- пы в морскую державу, захватывающую один за другим испанские рынки и угрожа- ющую важнейшим путям сообщения импе- рии Филиппа II. Явно политический харак- тер английского протестантизма имел и экономические корни: англичане, по словам современника, «презирали папу, турка и дьявола, но может быть больше всего папу, который отдал азиатскую Индию португаль- цам, а Вест-Индию —Испании». Острота неразрешимых экономических, политических и идеологических противоре- чий между отжившими социальными сила- ми средневековья и молодой буржуазией во второй половине XVI в. достигла своей кульминации в смертельной схватке меж- ду дворянско-католической Испанией, с од- ной стороны, и буржуазно-протестантской Англией, с другой. Восстание и отпадение Нидерландов, гибель Великой Армады, двадцатипятилетняя эпопея пирата и по- литика Фрэнсиса Дрейка, на волнах Ат- лантического океана навсегда подорвавше- го могущество испанской державы, только эпизоды гигантской борьбы нового против старого. Борьба эта привела к тита- ническому напряжению материальных и духовных сил обоих народов, противосто- явших друг другу во всеоружии своего на- ционального самосознания, выраженного, однако, в совершенно противоположных со бально-экономических системах^ Такое напряжение творческой энергиидвух вели ких держав не могло не привести к одно временному расцвету культуры как Испа нии, так и Англии. Маркс считал Англию колыбелью капи- тализма. Это была первая страна, безого- ворочно порвавшая с прошлым и ставшая на путь бурного капиталистического раз- вития, сумевшая раньше других отождест- вить интересы дворянского абсолютизма с интересами новых прогрессивных общест- венных сил. Процесс распада феодального строя и зарождения капиталистической формации повсюду имел свои особенности, и в Англии он шел быстрее и решительнее, чем где- либо. Здесь рано возникают капиталисти- ческие отношения. Производство шерсти оказывается выгоднее земледелия, и овце- водство стремительно вытесняет хлебопа- шество. Землевладельцы захватывают, об- носят изгородями и превращают в выпасы для овец не только общинные земли, но и наделы зависимых мелких держателей, ко- торых в процессе этих «огораживаний:» сгоняют с земли. Повсюду сносятся хижи- ны крестьян. Деревни практически исче- зают, уступая место усадьбам крупных фермеров-овцеводов и мелкопоместных дво- рян (сквайров, джентри). В конце XV в., с приходом к власти Тю- доров, этот процесс ускоряется. Битва при Босворте (1485 г.) положила конец войне Роз и открыла новую эру в истории стра- ны. Силы феодальной знати оказались по- дорванными тридцатилетней усобицей, а пришедшему к власти практичному Генри- ху VII Тюдору интересы мелкопоместного дворянства, на которое он опирался, были ближе притязаний аристократии. К тому же он пользовался поддержкой купцов, суконщиков, ремесленников — всех, жаж- давших мира и порядка. Первые Тюдоры, стремившиеся к утверждению своих сомни- тельных прав на престол, добили уцелев- шие остатки старой знати законом_«о пред- полагающейся измене» и кровавой проце- дурой суда Звездной палаты. Конфиско- ванные земли были распроданы мелкопо- местным овцеводам. Последовавшая за этим реформация нанесла удар церкви - второй, не менее могущественной силе феодализма. Не го- воря уже об идеологических и политике ских последствиях, разрыв с Римом (1534 г.) отдал в руки мелкопоместных владель цев основную массу монастырских владе- ний—почти четвертую часть территории страны.
Сельское дворянство быстро набирало еиты Но ему противостояли массы лишив- пАяАмли людей, бродящих по стране в поисках работы и хлеба. Ряды этой бро дячей армии безработных постоянно по- полнялись за счет дальнейших огоражи ваний, ликвидации монастырей и роспуска феодальных дружин. Бедственное положе- ние масс усугублялось систематической порчей монеты и так называемой «револю- цией цен», которые безудержно росли, в то время как заработок оставался неиз- менным. Стихийные восстания, законы про- тив огораживаний, «кровавое законода- тельство ...против экспроприированных» (К. Маркс), которое обрушилось на вынуж- денных бродяг,— все это ничего не могло изменить. Толпы голодных и деклассиро- ванных людей вносили дезорганизацию в жизнь государства и служили постоянным источником тревоги. Однако промышлен- ность Англии Тюдоров росла именно за счет дешевой рабочей силы, причем разви- тию промышленности способствовала по- кровительственная политика правительст- ва. Массовая иммиграция ремесленников- протестантов, особенно из Нидерландов и Франции, благоприятствовала развитию новых отраслей промышленности и совер- шенствованию процессов производства. В пределах идеальных политических границ защищенного морем острова, в условиях товарно-денежного хозяйства окончатель- но складывается внутренний рынок. Раз- вивается мануфактурный способ производ- ства, и недавно еще глухая земледельче- ская окраина средневековой Европы, Англия, быстро идет к экономическому и политическому могуществу. К концу XVI в. промышленность, торговля и мореплава- ние почти целиком поглотили свободную рабочую силу, а с ростом спроса на сель- скохозяйственные продукты возродилось земледелие. Фермеры и джентри стали прибегать к найму батраков. Так капита- листический способ производства охватил и деревню, решительно расшатывая фео- дальный строй. Быстрый экономический прогресс вто- рой половины XVI в. сопровождался фор- мированием английской нации. Неукроти- мый абсолютизм Тюдоров обеспечивал централизацию и устойчивость в стране Двор заговорил на одном языке с ферме- рами и простолюдинами: именно в это время благодаря массовым передвижениям людей складывается выразительная народ, ная речь, унифицируется материальная и духовная культура. Обособленный от кон- тинента английский народ в XVI в. быстро пришел к своему национальному самосоз- нанию главным и настойчивым выразите- лем которого стал новый «средний» класс, последовательно рвущийся к господству. Однако, владея конфискованными землями церкви и старой знати, мелкопоместное дворянство поневоле отвергало если не формы, то сущность средневековой общест- венной жизни и, отрешившись от сослов- ной исключительности, росло за счет не только торгово-промышленной буржуазии, но и многочисленных искателей приключе- ний, чиновников и баловней удачи. Отныне не происхождение, а имущественный ценз, богатство, подчас случайное, определяет принадлежность к этому деятельно му «сред- нему» классу, который со второй полови- ны XVI в. и является основным носите- лем строительной инициативы. Важнейшее значение для становления английской нации имела реформация. Хотя первая серьезная критика Библии возник- ла в Англии и духовным отцом Яна Гуса и великих реформаторов XVI в. был англи- чанин Виклиф, разрыв с Римом не был вы- зван догматическими расхождениями. Это был юридический акт, оставивший старый ритуал и иерархию почти без изменений. Только во главе церкви вместо папы италь- янца стал национальный монарх. Абсолю- тизм укреплялся тем более, что с роспус- ком монастырей (1536—1539 гг.) ликвиди- ровалась «агентура» Рима и одновременно обогащалась казна. Явившись выражением национальной оппозиции Риму, реформация не встретила сопротивления со стороны народа. Англия не знала религиозных войн. Феодальная Европа распадалась на национальные госу- дарства, а вместе с этим унитарная куль- тура католического средневековья диффе- ренцировалась по национальному призна- ку, причем этот процесс нигде не проходил с большей быстротой и последовательно- стью, чем в Англии, где созревали все пред- посылки для ранней смены формаций. Уже в начале XIII в. вследствие навя- занного ей унижения вассальной зависимо- и от Рима в Англии наметилась всеобщая ™^ЕИЯЗНЬ к папствУ> которая возрастала р порционально решимости Рима превра- тить Англию в свою дойную корову. С дру-
религиозному фамтизму^П^ бЫЛа чужда английскую мысль (РоджеоТИБИя Отли"ал11 Скотт). «Материализм Р Бэкон’ ДУНС сын Великобритании»^- ^шТРПНЫй (Маркс) и Энгельс. Соч.Х 2-е Казалось, что общество мпа „л времени Тюдоров служит тот факт что за сто лет (1550—1650 гг.) в Англии не было построено ни одного значительного церков- ного здания. Покинутые монастырские цео- кви и сооружения либо приспособлялись под склады, либо перестраивались в жили- ща и производственные помещения («ма- нуфактуры под общей кровлей»). Феодальный абсолютизм Тюдоров, воз- главлявший «возрождение» Англии bXVI в., имел свои особенности: при всем своем’ подобострастии все же продолжал суще- ствовать парламент, корона не располага- ла постоянной армией, а мелкопоместное дворянство, руководившее местным самоуп- равлением, с тем большим основанием пред- ставляло нацию. Эти три фактора и свалили абсолютизм, когда он стал на пути капи- талистического развития в середине XVII в. Однако будущее страны уже было ре- шено, когда непобедимая Армада католи- ческой Испании, олицетворявшей силы ре- акции и средневековья, оказалась разби- той у английских берегов (1588 г.). Победа над Испанией открыла перед английской буржуазией беспредельные перспективы, тем более, что к этому времени вследствие бурного развития промышленности, тор- говли и мореплавания нищета и разруха сменились относительным благоденствием. Конец царствования Елизаветы Тюдор явился не только итогом знаменательного века, названного именем династии, но и блистательным апофеозом английского Воз- рождения. По сравнению с былой отстало- стью это возрождение кажется еще более ослепительным. Оно наиболее ярко прояви- лось в литературе и строительстве конца XVI в., и его лучи освещают ретроспектив- но весь век Тюдоров. На самом же деле бурная первая половина столетия была еще временем становления базы, только КИМ Гумани™ У₽Ь1 еЩе оставался низ- рГ коХый в" отцом Ренесса^ЛИИ СДМаЛ ег0 крестным го Возвожу™ ПР?СТаВИтелем а"™ийско- го возрождения был не Фрэнсис Бзкли лТатинскийРя,В0ДИВШкЙ СВ°И сочинаиия на латинскии язык, дабы «спасти их от иеми- тНеУли0Гп°и3абВеНИЯ>' а Те °вцввод“ и ” Р 1 и театРалы. игроки и Фаль- стафы для которых он писал эти сочинения по-англииски. Замкнутый в стенах двух средневековых университетов английский гуманизм зарылся в античной филологии и приобрел, как и в Германии, богослов- ский уклон. Только лучшие из гуманистов, глядя на бедствия своего времени, выра- жали горькую неудовлетворенность. Так, например, возникла «Утопия» гениального Томаса Мора, но и она была написана на непонятной массам латыни и взывала ско- рее к совести правителей, чем к негодова- нию масс. Не менее изолированным от народа был процесс проникновения в Англию элемен- тов итальянского Ренессанса. В стремле- нии создать наиболее пышное обрамление своему царствованию, увлекающийся и рас- точительный Генрих VIII. кардинал-гума- нист Уолси и подражавшая двору знать в погоне за модой обращались и к итальян- ским мастерам. Но среди участников «итальянских войн» не было англичан, и за редким исключением высокопоставлен- ные заказчики знали в начале XVI в. об Италии только понаслышке. Они. а тем бо- лее рядовые сквайры, не могли понимать гуманистической обусловленности заимст- вуемых художественных форм. Народу же эти «антики» оставались вовсе чуждыми. Разрыв с Римом и папой полностью и надолго прервал непосредственную связь с Италией. Один за другим вынуждены бы- ли покинуть Англию немногочисленные итальянские мастера, и в дальнейшем но- вые формы, прежде всего архитектурные, насаждаются руками и примером нидер- ландских ремесленников. Общая неустойчивость и обнищание практически остановили массовое строи- тельство в первой половине века: строились лишь отдельные дворцы и университетские колледжи, однако именно в это время ела-
гается тип загородного дворца вельможи, где и были впервые применены итальян окне декоративные детали. И все же при всей значительности этих живописных соо- ружений - не в них заключается основной вклад национального зодчества Англии в мировую архитектуру и не в архитектур- ном типе резиденции вельможи с наиболь- шей последовательностью отразилась на- циональная сущность английского Возрож- дения. С приходом к власти Елизаветы на про- тяжении жизни одного-двух поколений, как бы воскрешая традиции викингов. Англия становится по преимуществу морской дер- жавой. В то время как экспедиции, снаря- жавшиеся на континенте вслед за велики- ми открытиями Колумба и Васко да Га- мы. были в основном предприятиями соот- ветствующих правительств, откровенно пи- ратские похождения английских купцов- флибустьеров были делом их личного му- жества и инициативы. В полную риска по- гоню за легкой наживой один за другим включаются суконщики и авантюристы, сквайры и бродяги, тем более, что жажда обогащения за счет нападений на испан- ские владения и галеоны оправдывалась патриотическим характером борьбы с «па- пистской» Испанией. Все считается дозво- ленным. и позорная торговля неграми возни- кает именно в это время. Морской разбой становится чуть ли не национальным пред- приятием. и в нем прямо или косвенно уча- ствует множество людей, не исключая са- мой королевы и ее двора. Рука об руку с обогащением шло даль- нейшее открытие мира на воде и на суше. Поиски путей на восток «открыли» англий- ским купцам «Московию», Среднюю Азию, Левант, богатый пушниной север Америки. Издававшаяся в то время Хэклюйтом кол- лекция описаний английских путешествий этот «прозаический эпос английского наро- да». знакомила всех с новыми героями дня чья жизнелюбивая и предприимчивая энер- H3e»°,’LbK„0 разбивала в пРах аскетичес- кие идеалы прошлого, но и расширяла без- мерно границы реального мира с его кпа- сочным многообразием и богатством Р При всей безнравственности отдельных иойеН»попее°П>п^ВУ'ОШИХ ЭТ0Й колл«<™в- гХЛ после™яя. несомненно спо- собствовала решительной переоценке того что раньше считалось добредетечью Со' деятельной энергии и самоуверенности]! здравый практицизм купцов и мореходов восторжествовал над тиранией авторите- тов, и воображение, освободившись от ре- лигиозных пут, обратилось в источник творческой инициативы. Нигде средневеко* вое ожидание загробного блаженства не сочеталось с таким убожеством действи- тельности, как в нищей Англии Плантаге- нетов. С тем большей жаждой жизни от- дается она теперь как радостям, так и невз- годам текущего дня в пестрой смене кра- сок, зрелищ и страстей. Не случайно имен- но с этим временем связывается представ- ление о старой, веселой Англии зеленых лу- жаек и придорожных таверн. Темперамент этого времени лучше все- го обобщен и выражен елизаветинской дра- матургией, в которой Шекспир был только величайшим из многих. Это было время не- слыханной популярности зрелищ. Театр, обращаясь одинаковыми средствами и с рав- ным успехом ко всем, объединял массы общностью нового мировоззрения, центром которого стала человеческая личность. С неменьшей выразительностью сказал- ся характер этого времени в архитектуре и прежде всего в жилище, отразившем осо- бенности нового «рыцарства». Современник Тюдоров Гаррисон жалуется в своей «Хро- нологии», что «отныне всякий за себя, а за всех — никто!». Человек, родившийся в бу- рях предшествовавших десятилетий, умею- щий полюбить окружающую его природу и краски заморских стран, уверовавший в свои силы, во второй половине XVI в. на- учился ценить комфорт жилища, в стенах которого воспитывалось его чувство собст- венного достоинства. Жилище было для него не просто кровом над головой или ци- таделью. где у традиционного очага, защи- щенный своим достатком, он проводил до- суг в кругу близких. В отличие от потом- ственного рыцарства прошлых лет он не унаследовал своего «замка», но построил его сам. Жилище удачливого купца, сквай- ра или отставного морехода льстило тще- славию владельца как ощутимое свидетель- ство его успеха в житейской борьбе, и, укра- шая свое жилище, он объективно убеждал себя и других в превосходстве главных доб- лестей нового времени — эгоизма и пред- приимчивости. Вполне закономерно, что именно в Анг- лии, объективно оказавшейся самой пере- довой из национальных монархий Западной
отразила ’всю про?ре*и1ностьарХИТеКТура ла к создаРХКОс7е:Хеск:ТОГлнПРИВе- форм и композиций жилит» англин«их архитектурного типа прин^пГм^^0 нойПС°₽ТпЯ₽ЖеНИИ РЯДа с« в"начХ0 нои мере суждено было определять к™™ зицию индивидуального дома вообще и ^: городного в частности течь1?» П0ЛН0М паРаличе церковного строи- w - архитектура мелкопоместной и бур- жуа_нои Англии была главным образом архитектурой жилища. Именно в Англии в полном соответствии с «возрождением» личности, центр тяжести архитектурного развития перемещался с монументального строительства на жилищное. Естественно что. возникая в сельских местностях, эта архитектура была совершенно свободна от регламентирующего влияния столицы. Фор- мы ее слагались независимо от каких-либо канонов. Не отделимая от окружающей природы, она пронизана, с одной стороны, крайним и живописным индивидуализмом в частностях, а с другой, —удивительным единством пространственной и объемной композиции, четкостью своего национально- го типа. Европа XVI в., вероятно, не знает другого примера такого непосредственного и всеобъемлющего становления националь- ного архитектурного стиля, убедительно выразившего свое социальное содержание в определенном типе. Пример архитектуры Англии Тюдоров в этом отношении являет- ся выдающимся. Отсутствие зодчего в новом смысле сло- ва, стойкость бытовой традиции и преем- ственность основных композиционных ре- шений при умении вскрыть эстетику мате- риалов и конструкций — все это позволило свободно развивавшемуся формообразую- щему процессу прийти к архитектуре, хотя и новой, но в то же время глубоко нацио- нальной как по формам, так и по социаль- ному содержанию. Усадебная и сельская архитектура елизаветинского времени, бу- дучи архитектурой английского Возрожде- ния, иногда своеобразно сочетая приемы народного строительного искусства и древ- нюю композиционную традицию со ставши- ми модными «антиками», создала тип жи- лища. который имел непреходящие достоин- ства. Функциональность плана, вытекающая из устоявшихся бытовых особенностей, глу- аохит₽е0ктРепмВВИОСТЬ И жизнеспособность вечаюшейРт„ ЛИЩа ,ювог° человека. от- вкуса^иЙч„ кЬК° СГ° личным привычкам, консеоВЯТНУви ТВа"’ 8 противоположность консервативности архитектуры Эскориала отражали не только созидательный индиви- дуализм елизаветинского времени, но и пе- редовой характер борьбы Англин с кле- рикальным абсолютизмом Филиппа II. Процесс возникновения в XVI в. архи- тектуры. дифференцированной по нацио- нальному признаку, был подчинен законо- мерностям эволюции феодализма, общим для Европы, и то, что в этом отношении произошло в основных странах в период становления раннекапиталистических отно- шений. с теми или иными частными оговор- ками. относится ко всем народам, охвачен- ным в средние века системой западного феодализма и католической церкви. При всем многообразии типов зданий, сооружавшихся в X—XV вв., центр тяжести архитектурного развития в средние века по необходимости лежал в церковном и фор- тификационном строительстве. Возникшая таким образом сравнительно единообраз- ная архитектура, при всей важности своих местных особенностей, обязанных влиянию народной традиции, по своему социальному и идейному содержанию была прямо про- тивоположна тенденциям развития нацио- нального самосознания и национальной культуры. Эволюция аграрных отношений и свя- занный с нею рост промышленности в Ев- ропе XV—XVI вв. почти повсеместно при- вели к резкому усилению экономической мощи ранней буржуазии, к централизации опирающейся на нее государственной вла- сти. Этот процесс, имевший в каждой стра- не свои особенности, сопровождался как образованием национальных государств на государственно-правовой базе абсолютизма, так и окончательным разложением по на- циональному признаку былого единства средневековой идеологии. Возникшее на этой почве всеобщее для Европы «возрож- дение» XV—XVI вв. во всех своих спеиифи ческих проявлениях получило в каждом
случае национальное выражение, типичное для того или иного народа, точнее для тех общественных слоев, которым в той или иной стране принадлежало господство. Общий кризис в мировоззрении европей- ского общества того времени, вызвавший, в частности, внутреннюю эмансипацию лич- ности, получил отчетливое выражение в искусстве и особенно в архитектуре, т. е. в той форме материальной культуры, кото- рая по самой своей природе наиболее объ- ективно выразила историческое содержание происшедшего переворота во всех его со- циальных и национальных особенностях. Национальное лицо архитектуры Воз- рождения определялось не только и не столько приемами народного зодчества или особенностями местного художественного предания, сколько появлением четко выра- женного и социально обусловленного типа сооружений, в котором с наибольшей пол- нотой выразилась специфика времени и места. Если в Италии банкиров и кондоть- еров таким типом оказалось палаццо, в дво- рянской Франции Франциска 1 и его пре- емников — увеселительный дворец-замок, если для Нидерландов доминирующим ти- пом явилась ратуша или гильдейский дом, а для Испании — тип городской дворянской резиденции, выраженный как особенностя- ми композиции, так и национальными фор- мами стиля «платереско», то для Англии Тюдоров таким национальным типом стал усадебный дом «среднего» сословия, т. е. мелкопоместного дворянства, тесно слив- шегося с наиболее прогрессивным классом своего времени —ранней буржуазией. При всем многообразии появившихся в XV—XVI вв. архитектурных типов (от роскошного палаццо до гильдейского клуба или скромного усадебного дома) общим для них был светский характер функцио- нального содержания. Но, пожалуй, решающим отличием но- вой архитектуры от архитектуры средневе- ковья была ее гуманистическая сущность. Отказавшись от служения отвлеченным идеям, эта архитектура повсюду оставалась теперь более свободной от религиозной обусловленности. Об этом говорит как ее функциональное содержание, так и усвоен- ный ею тектонический язык. В отличие от типологического и стили- стического единообразия средневекового зодчества Западной Европы архитектура Возрождения оказалась представленной в каждой стране определенным ведущим ти- пом, обусловленным спецификой склады- вавшейся там национальной культуры и особенностями господствовавшего классо- вого заказа. Так характеру исторического переворота, происшедшего в эпоху Возрож- дения, отвечали содержание и формы новой архитектуры.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ архитектура ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ в ИТАЛИИ
италья„скоПГаПАиПИк;И/рыв„-™... Насколько подвижна и трудноуловима завершающая граница архитектурного ци- кла Возрождения в Италии, ее «Ренессан- са», настолько четок и стабилен времен- ной рубеж, которым наука — от Буркгардта до наших дней — продолжает отмечать его начало. Это — 1420 г., появление первой по- стройки Брунеллеско в «классических» формах (Оспедале дельн Инноченти) и на- чало широкого художественного движения «rinascimento» 1 2 в культуре Флоренции. На- чиная историю архитектуры Возрождения в Италии с этой даты, авторы настоящего труда опираются, таким образом, на уже принятую в науке точку зрения, которая твердо базируется на переломном по зна- чению историко-архитектурном событии: первом и решающем обращении архитек- туры Флоренции (после периода готики) к заново «открытой» Брунеллеско системе классического ордера. По-своему воссоздан- ный великим флорентийцем классический ордер знаменовал собой победу нового, на- учного мышления в архитектуре. Был, ка- залось, вновь открыт утерянный язык архи- тектуры самой античности, ее метод и сред- ства, которых недоставало зодчим для со- здания той гармоничности, ясности и чело- вечности образов, к чему стремилось искусство начала века и что в глазах самой эпохи было возрождением «античной» кра- соты архитектуры. Историческая синхронность новаторско- го акта Брунеллеско в архитектуре и творческих открытий Брунеллеско, Дона- телло и Мазаччо в изобразительных искус- 1 «Возрождения». 2 вид. том V ствах на базе нового научного метода (перспектива, анатомия, светотень) при- дают убедительность факту начала Ренес- санса. Однако в архитектуре обновление, при- шедшее с началом «ринашименто», в тот момент было чисто художественным и по существу не затрагивало ее материальных, конструктивно-типологических основ. Ор- дерная реформа Брунеллеско явилась ти- пическим архитектурным выражением того общего перелома в сфере культуры и идео- логии, который знаменует собой переход к Возрождению. В этом смысле принятая на- чальная дата 1420 г. остается бесспорной. Но связанное с ней обращение к класси- ческому ордеру далеко не исчерпывает про- цесса архитектурного развития в целом. Сложение новой типологии, строительных приемов и форм архитектуры Возрождения имело сложную историческую динамику и охватывает длительный цикл разнородных переломных явлений. Вместе с тем в общем развитии культуры Возрождения революци- онный сдвиг 1420 г. проявляется наиболее резко именно в области архитектуры, где этот рубеж в глазах многих может вырасти до значения глухой границы между чужды- ми друг другу средневековым миром готики и новым миром Возрождения. Если разви тие литературного гуманизма того времени вообще не знает подобного рубежа и дви- жение, начатое Петраркой и Боккаччо, плавно вливается в XV столетие, если Ма- заччо несет дальше эстафету реализма, через столетие протянутую ему Джотто, то Брунеллеско выступает (по крайней мере в нашем обычном представлении) как зачи-
натель того совершенно нового, чего, каза- лось, вовсе не знала предшествующая эпо- са готики и что с этого момента становится самым общим, неизменным признаком ар- хитектурного строя Возрождения, его ан- тично-ордерного принципа. Таким образом рубеж — 1420 г. в качестве опорной даты архитектурной периодизации приобретает специфический смысл. Это обязывает нас глубже проанализировать место и значение данного момента в развитии архитектуры Возрождения в Италии. Обращение Брунеллеско к античности имело свой глубоко традиционный аспект. В Тоскане, особенно в самой Флоренции, сохранившей наибольшую близость к куль- туре античного Рима, всегда оставалась живой преемственная связь архитектуры с античностью. Высокий подъем флорентий- ского зодчества в XI—XII вв. (проторенес- санс) оставил позднейшим поколениям соб- ственные античные воспоминания по-но- вому творчески осмысленными. Памятники этого периода (баптистерий, ц. Сан Минь- ято и др.), еще ныне поражающие мастер- ством владения античными формами, на века остались в глазах флорентийцев самой подлинной античностью. В них, как и вообще в архитектуре средневековья, зод- чество Италии хранило память не только о классике Рима, но и об антике раннего христианства и эллинско-античных отзву- ках в искусстве Византии. Через эту сред- невековую «античность» и приходит к своей новой ордерной философии Брунеллеско. Уже в середине кватроченто новое «от- крытие» античного ордера совершает во Флоренции архитектор-гуманист Альберти, на этот раз — непосредственно в классике Рима. Новая трактовка и самые принципы ордера Альберти, прямо возрождающие ор- дерные формулы и формы построек импе- раторского Рима (Колизей), становятся в архитектуре Возрождения исходной пози- цией и базой, с которых эпоха в пору своей кульминации в Риме начала XVI столетия в монументальных творениях Браманте^ Рафаэля. Микеланджело приходит к пол- ноте и богатству созданного ею «классиче- иаТхо?ЛКЛа₽ХНТеКТури И' наконе“- Уже на исходе своего пути архитектура Возрож- bh Z и пп творчестве "озднего Палладио "°-Я0В0МУ чеРпает из античности, в мХ* * °PW₽"°M СТрое ее аР™тектуры мысля теперь вечный закон красоты Путь от Брунеллеско к Палладио Св общих Д ках принципа классической ордерности ар- хитектуры Возрождения) —это путь по- следующей смены по существу различных ордерных концепций и неуклонного отхода от того, что было ее сущностью у Брунел- леско. Этот путь вообще не базируется на ордерных началах архитектуры в их пони- мании у Брунеллеско, так же как его фило- софия ордера не несет в себе никакого за- родыша еепозднепалладианской транскрип- ции. Но зато линия предшествующего развития флорентийской архитектуры без- условно ведет к Брунеллеско и в его лице приходит к своей вершине. И не только в том, что мастер в постройке купола Санта Мария дель Фьоре гениально завершил ве- личайший замысел архитектуры треченто, но и в том, что эту архитектуру он выводит на новые пути Возрождения, тем самым от- крывая ей невиданные возможности нового блестящего развития. Фигура Брунеллеско в той же мере начинает собой эпоху архи- тектуры нового времени, в какой завершает ее. быть может, не менее величественный средневековый этап развития. В оценке переломного значения приня- той «начальной» даты архитектуры Воз- рождения важно сопоставить ее с общим ходом типологического развития архитекту- ры. Идейной буре ринашименто, почти мол- ниеносно возникающего около 1420 г. во Флоренции, намного предшествует процесс созревания в недрах архитектуры треченто общих признаков новой архитектурной ти- пологии; основной тип архитектуры италь- янского Возрождения — палаццо —форми- руется на протяжении второй половины XIV столетия и входит в XV век полностью сложившимся планировочно. С другой сто- роны, ринашименто возникает на три де- сятилетия раньше того момента, когда в этой длительной эволюции наступает ре- шительный перелом к новому, и впервые в середине XV века появляется в своей новой завершенности и новых формах первое па- лаццо Ренессанса (Медичи), как новый ве- дущии тип эпохи. Таким образом, сере- дина XV столетия — важный рубеж стано- вления архитектуры Возрождения. Вместе с тем первый натиск ринашименто, запол- няющий собой 20-е и 30-е годы XV в., озна- менован триумфом величайшего замысла, рожденного еще «готической» архитектур- ном мыслью треченто—завершением купо- „,,, анта МаРия Дель Фьоре. Это событие знаменательно.
В эпопее строительства купола Санта Мария дель Фьоре сливаются в единый узел крупнейшие явления архитектуры двух эП0Х _ треченто и Возрождения. Ибо мысль о куполе на этом соборе, возникшая еше на исходе XIII столетия в замысле Арноль- фо ди Камбио, целиком лежит в русле раз- вития архитектурных идей республиканской Флоренции и именно республика времени треченто выразила в куполе Санта Мария дель Фьоре свое величие. И вместе с гем само развитие этой идеи и проблема пре- творения ее в жизнь пришли в непреодоли мое противоречие с историческими возмож- ностями архитектуры средневековья, с са- мим методом ее мышления, еще связанного а»
традиционностью цеховых приемов. Лишь революция в мышлении на базе открытых Возрождением научных методов творчества, первым носителем которых в архитектуре был Бруиеллеско, сделала возможным ре- альное возведение купола. В этом смысле купол флорентийского собора, в своих фор- мах еше несущий черты архитектуры готи- ческого XIV в., знаменует собой начало новой архитектурной эпохи Возрождения'. Более того, факт его осуществления неот- делим от самого движения ринашименто, он составляет центральное событие архитек- туры раннего флорентийского Возрождения и его гордость, и именно таким он был в глазах современников. Мощный рывок вперед всей духовной культуры Флоренции, составляющий душу ринашименто, нельзя правильно понять, если не принимать во внимание осуществление вековой мечты коммуны Флоренции быть первой в Тоскане величием и великолепием своего собора, но- сящего имя города. И все же купол Санта Мария дель Фьоре исторически также ле- жит в орбите республиканского цикла ар- хитектуры треченто и завершает собой ве- ковую эпопею развития архитектуры сред- невековой флорентийской демократии, как купол собора св. Петра Браманте — Микел- анджело в Риме завершает и венчает собой столетний путь исканий архитектуры Воз- Прождення. Лишь проследив всесторонне общий процесс становления архитектуры Возрож- дения. мы сможем правильно оценить тот момент, когда, захваченная волной «рина- шименто», она сбрасывает прозрачные кру- жева готического убора и облекается в стройные одежды античного ордера. В этом аспекте мы. очевидно, и должны понимать тот рубеж, с которого начинаем рассматри- вать историю архитектуры собственно итальянского «Ренессанса», во многом свя- занную с обновлением материальных, типо- логических и конструктивных форм архи- тектуры. В то же время в данном случае не они (в главном и решающем) являются причиной этой эволюции. Движущим нача- лом выступает в архитектуре итальянского Возрождения мощное движение за новый идеал красоты, выдвинутый мировоззре- нием гуманизма и впервые в форме закон- ченной художественной системы архитек- турно сформулированный Бруиеллеско по- ’ О шчении конструкций купола см. стр. 62. средством «открытых» им принципов орде- ра. Эволюция ордерного идеала красоты в архитектуре по мере эволюции самого гу- манистического мировоззрения эпохи, от- ражающего общую динамику социальной, культурной и политической эволюции в Италии XV и XVI вв., составляет как бы центральный нерв архитектурной эстетики итальянского Возрождения и тот главный аспект, в котором наиболее раскрывается ее специфика. На базе ордерного метода происходит глубокое революционное изменение в са- мом архитектурном мышлении. Тектони- ческое мышление средневекового зодчего, в силу стоявших перед ним практических задач —прежде всего сделать возможным само осуществление постройки, найти его способ (что и толкало мастеров готики к поискам каркасных систем из камня) — вырастает из глубины самой конструктив- ной логики созидательного процесса и в нем формируется в законченное художест- венное мировоззрение архитектуры. Рома- ника и готика не знают разрыва между конструктивно-тектоническим началом ар- хитектуры, с одной стороны, и формой его художественно-образного выражения, с другой. Само разделение этих понятий начинается с архитектуры Возрождения. Та или иная образная транскрипция конструк- тивной, тектонической основы сооружения, выраженная в его ордерной композиции, теперь зависит от творческого, волевого ак- та зодчего. Он свободно избирает ордерную «тему» своего сооружения и дело его лич- ного мастерства как художника — преодо- леть ставшую неизбежной потерю органи- ческого единства между архитектурной формой и ее конструкцией и создать текто- нически полноценный образ. Но в ходе последующего развития все больше ордерная декорация эмансипи- руется от несущей ее стеновой конструк- тивной основы, как бы сама становясь но- сителем тектонического (но уже условно- тектонического) начала архитектуры. В эпоху, когда жизнь, прорвав оковы церков- ной идеологии и весь уклад средневековья, раскрепостив мысль и волю, открыла без- брежные просторы новаторской инициати- вы во всех областях человеческой деятель- ности, свобода тектонического творчества, позволяющая создавать все новые и новые варианты образно полнозвучных тектони- ческих, а по существу декоративных постро-
ений на базе одной и той же стеновой не- I сущей основы, была диалектической фор- । мои исторически-прогрессивного развития тектонического мышления архитектуры 1 Сложную природу перехода архитекту- ' ры к формам Возрождения тонко отметил i еще Буркгардт в крылатых словах- «Ре- нессанс уже долго стоял у дверей»’. Мысль о длительной подспудной подготовке Ре- нессанса в недрах средневековой художе- ственной культуры Флоренции привлекала и позже западных ученых (Дехио, Куглер, Геимюллер), но была ими развита в чисто формальном плане, вплоть до последних работ Паатца2. Любое заимствование из античного наследия архитектуры казалось признаком нового, ренессансного мировоз- зрения. Переход к Ренессансу имел, конечно, свою предысторию, связанную с общей спе- цификой развития Италии, особенно Тос- каны, в период позднего, романского и го- тического, средневековья. При всей уни- тарности средневековой культуры, обу- словленной как единством феодального способа производства, так и единством официальной церковной идеологии, Ита- лия во многом противостояла Европе к се- веру от Альп. Ее мало коснулась варвари- зация, позднеантичная традиция казалась непрерывной. Никогда окончательно не за- миравшая общественная жизнь многочис- ленных и древних городов была рано под- хвачена новым развитием средневековых городских коммун; города в Италии уже с X века были основными центрами циви- лизации. Их бурный подъем в условиях жестокой борьбы с феодалами и рост об- щественного самосознания коммун, преда- ние духовной и материальной культуры языческой античности, не говоря о связях с Востоком, наконец, особенности климата и географии—все это способствовало сло- жению мироощущения, в корне чуждого как религиозному пессимизму монастыр- ской Европы романского периода, так и провинциальной ограниченности жизни и культуры большинства «готических» горо- дов. Такое положение во многом противопо- ставило и архитектуру средневековой Ита- лии зодчеству заальпийской Европы. В ' Burckhardt J. Der Cicerone, Basel, 1855. ! Paalz W. Werden und Wesen der Trecento- architektur In Toscana. Burg a. M., 1937. Италии долго держался поз дне античный римский тип тонкостенных базилик на ко- лоннах со стропильным покрытием, с ши- роким и светлым средним нефом, укра- шенным мозаиками и фресками. С этим ранним типом базилики ассоциировалось представление о традиционной церкви. Именно такими были главные базилики Ри- ма и прежде всего церковь св. Петра. Лю- бые формы, отклоняющиеся от этого древ- него тримского» типа, казались либо сви- детельством варварства, либо признаком нищеты. При всем этом архитектура Италии в средние века не представляла собой един- ства- Ломбардия была ближе всего к се- верной Европе вследствие общего с ней присутствия варваризующих начал. Вене- ция имела свою специфику. Антикизирую- щая эклектика Юга создала свою школу декоративности. Рим оставался верным позднеантичным традициям IV—V вв. У Тосканы, почти не знавшей нашествия вар- варов, была своя архитектура, уходившая глубокими корнями в собственное античное прошлое. Именно Тоскана была дальше всех от архитектурного средневековья Ев- ропы с ее постоянными поисками монумен- тальности, которой Тоскана противостоя- ла издавна врожденным изяществом и благородным чувством меры тонко поня- тых античных форм своих декоративных композиций, как в фасаде Сан Миньято во Флоренции. Тосканская архитектура сред- невековья, подчас создававшая фасады своих соборов вне связи с внутренним про- странством, как в Сан Миньято. или позд- нее в соборе в Сиене Джованни Пизано, в то же время покоряет своими пропорция- ми, благородством декора, свободным вла- дением элементами классических античных форм. Однако прямое стремление к позна- нию и идейно художественному истолкова- нию начал антично-классического ордера как закономерной системы здесь, конечно, отсутствовало. В этом смысле обращение к античности в творчестве Бруиеллеско было принци- пиально новым и революционным. Впервые в глубоко осознанном волевом творческом акте зодчего-новатора архитектура воз- рождала в себе то, что, казалось, было полностью утеряно, это — человеческая мера прекрасного, заложенная в методе и образ- ном строе классического ордера. Пред- шественники Бруиеллеско. начиная от неиз-
еестных зодчих флорентийского проторенес- санса и кончая такими крупными индивиду- альностями, как мастера раннего тре- ченто-Никколо и Джованни Пизано, Арнольфо ди Камбио и др., черпали из клас- сического источника в силу того, что этот источник в Тоскане всегда оставался жи- вым. В их творчестве отсутствовало, од- нако, понимание рационального, гуманисти- ческого начала античной эстетики архитек- туры, ее художественное мышление, вновь и по-новому возрожденное Брунеллеско. И все же творческое «прозрение» Брунеллеско могло стать реальностью лишь на базе син- тезирования того обширного наследия, ко- торое несла в себе никогда не умиравшая античная традиция средневекового зод- чества Тосканы. Глубокая связь Брунел- леско-зодчего с предшествующей архитек- турной культурой Тосканы и родной Фло- ренции, чего уже не знало следующее за ним поколение архитекторов, и сделало ис- кусство и образы Брунеллеско неповтори- мыми в дальнейшем развитии архитектуры итальянского Возрождения. История создания купола Санта Мария дель Фьоре —от первичного замысла Ар- нольфо ди Камбио (1298 г) до завершения купола в натуре Брунеллеско (1434 г.)— отмечает почти символические вехи в исто- рии республики Флоренции; это —апогей и конец флорентийской демократии. В 1434 г. уже почти сведенный вверху купол Сайта Мария дель Фьоре стал свидетелем действительно всенародного триумфа; ли- кующий город встречал из изгнания и до- бровольно отдавал себя во власть «первого человека» Флоренции — «отца города» — банкира Козимо Медичи, первого факти- ческого тирана и родоначальника династии Медичи во Флоренции. Его тезка, герцог Козимо Медичи через столетие приведет эту тиранию к государственной форме абсо- лютной монархии. Каковы бы ни были судьбы Флоренции, ее переход от республи- канского строя к единовластию даже в лице «отца города» Козимо Медичи был важной исторической ступенью в государственной и социальной эволюции Флоренции. Тирания означала конеи открытой В0ор.1Ж1.,||)о|| борьбы между отдельными магнатами в Х'ый мРип8ЯШеЙ бур*уазни и ьнутриклас типа!» «« Нее Кроме того' с властью тирана ле>че, нежели с властью чужой оли- гархии, мирилась буржуазия покоренных городов, входивших теперь в состав госу- дарства Флоренции. Наконец, власть ум- ного и дальновидного Козимо, искавшего прочной опоры в народе и реально облег- чавшего судьбу пополанов в ущерб интере- сам богатой верхушки (что лично ему было на руку), создавала видимость широкой де- мократии, вела к установлению относитель- ного социального мира. В тирании Козимо Медичи крупная буржуазия Флоренции пришла к исторически зрелой форме своей классовой диктатуры, что означало объек- тивно прогрессивный перелом в обществен- ной жизни города,. Под эгидой патриархата Козимо, просвещенного гуманиста и меце- ната, пышно расцветали искусство и куль- тура Ренессанса Флоренции. Этот переход к новой форме буржуазной диктатуры имел решающее значение в ар- хитектуре; определился новый этап в раз- витии крупного буржуазного жилого дома, приведший к завершению типа флорентий- ского палаццо эпохи Возрождения. Со второй половины XV столетия на- ступает полоса возведения целого ряда крупных жилых палаццо, которыми буржу- азные верхи заменяют свои прежние дома. Первым таким палаццо был новый дом са- мого Козимо (арх. Микелоццо, 1444г.) че- рез 10 лет после призвания его в «отцы го- рода». Проект (первоначально Брунел- леско) существовал задолго до того, но Козимо медлил с постройкой, избегая за- висти богатых и неприязни пополанов. Это показательно. Социальная и политическая обстановка олигархии, какой была Флорен- ция до 1434 г., сдерживала тенденцию круп- ных буржуа выделиться из среды своего класса постройкой палаццо, как это, обо- собляясь от классово-чуждого окружения города, делала аристократия. И раньше патрицианские верхи буржуазии строили богатые дома. Но эти здания обычно не вы- делялись своим обликом столь резко из об- щей массы рядовой застройки; те же три этажа по фасаду улицы, те же открытые арки по первому этажу, где помещалась контора владельца или лавки, та же глад- кая кладка каменных стен. Планировка бо- гатого дома отличалась наличием внутренне- го двора с открытой аркадой лоджии внизу- Подобный дворик по типу античного пери- стиля, формируясь в XIV в., постепенно за- менял собой в домах богатых владельцев традиционный задний световой хозяйствен-
»««. к™«, Ж ‘“X Х"и"“" ный «кортиле» жилого дома —в более ран- них примерах часто случайной конфигура- ции-успел принять ту классическую пра- вильную форму в плане (палаццо Бузини) которая отличает дворы палаццо Возрожде- ния. В сущности вся система планировки богатого жилого дома Флоренции, как она сформировалась к началу XV в„ затем пе- реходит в жилые палаццо второй половины века, полностью определяя основные черты их планировочного типа. Общей сравнительно ровной массе бур- жуазной застройки города противостояли своей замкнутостью и неприступным видом жилые городские дворцы-крепости феодаль- ной знати. Подчеркнуто суровая монумен- тальность, мощь глухих по низу стен из квадров неотесанного камня, портал, ве- дущий в тесный, но элегантный внутренний парадный двор с аркадой на массивных столбах, как в палаццо Подеста,— все эти признаки аристократизма в архитектуре «кастелло» послужили образцом для парад- ного облика новых палаццо городского патрициата'. Верхи буржуазии всегда тяго- тели к культуре аристократии. Буржуазия Флоренции XIV—XV вв. тяготела к уче- ному гуманизму, а его оплотом и средото- чием был круг просвещенной аристократии. Шел процесс нарастающей аристократиза- ции буржуазного гуманизма Возрождения. Стиралась грань внутри патрицианско-ари- стократической верхушки. Стирались раз- личия между жилищем патриция и аристо- крата. Со своей стороны дворцы знати постепенно приняли облик типичных «ренес- сансных» палаццо. Монументальный город- ской жилой палаццо, начиная со второй половины XV ц., стал во Флоренции ведущим типом архитектуры Возрождения, определив собой архитектурное лицо эпохи. Впервые после средних веков значение ве- дущего переходило к светскому типу соору- жения, чтобы прочно закрепиться за ним во всей архитектуре нового времени. Даже контрреформация лишь поделила эту роль между светским дворцом и церковью. В классическом типе палаццо Флоренции вто- рой половины XV в. эпоха Возрождения пришла —в архитектуре—к победе свет- ской линии своей культуры, но и одновре- менно к гегемонии буржуазного индивиду- ализма. Теперь интересы и запросы отдель- ного частного лица диктовали архитектуре ее задачи и направление творческой мысли- Корпоративная традиция общественных строек для нужд города или монастырей уступает место индивидуальной благотво- рительности, и больше всех —самого Ко- зимо Медичи. Имя и достоинство личности патриция теперь было представлено прежде всего в величии и новой красоте класси- ческих форм его монументального палаццо, как имя и слава республики в ее последнем великом творении — куполе Санта Мария дель Фьоре. Итак, середина XV столетия — важный исторический рубеж в развитии архитек- туры Возрождения, отмечающий момент перелома и существенного сдвига в самой типологии архитектуры. Именно с этого мо- мента ясно определяется типологическая специфика развития архитектуры Возрож- дения, как первого этапа культуры нового времени. Но к этому перелому архитектура Флоренции пришла уже обновленной, найдя в творениях Брунеллеско свой новый образ- ный язык антично-классического ордера. В этом Брунеллеско законный основопо- ложник классической ордерной лексики форм в новой европейской архитектуре, что составляет ее общую художественную черту в отличие от архитектуры средневековья. Он же первый великий представитель но- вого большого цикла архитектуры Возро- ждения в Италии, ее Ренессанса, возника- ющего в 20-е гг. кватроченто. Но Брунел- леско и последний великий носитель больших традиций архитектуры, создавав- шейся на рубеже XIII—XIV вв. поколением Арнольфо ди Камбио. Мышление и метод этой архитектуры Брунеллеско вносит в свою интерпретацию принципов классиче- ского ордера и этим приводит зодчество Флоренции к новой форме синтеза классики и современности. Гуманизм Возрождения родился в нед- рах средневековой, еще в значительной мере церковной культуры городских ком- мун. Учение св. Франциска — первый «под- снежник» гуманизма — было религиозной формой его ранних проявлений в этой куль- туре. Под покровом вековых представлений о красоте божественного рождается мысль о ее воплощении в мире земном. «Рай во- круг нас» — этот призыв Франциска низвел идею божественно прекрасного в реально
прекрасный мир, окружающий человека. Сам человек был частью этого мира кра- соты. Человеческая красота — духовная и телесная—становится тем, в чем искусство теперь воплощало божественный смысл ре- лигиозной легенды. Таково искусство Джот- то насквозь религиозное и глубоко гума- нистическое. Такова поэзия Данте. Лишь преодолев этот глубокий дуализм созна- ния на пути к своим новым идеалам кра- соты. эпоха могла пережить художествен- ные формулы Джотто. Гуманизм треченто обрел потерянный мир светской культуры античности. Пелена божественного спала, и мир предстал взорам эпохи таким, каков он есть. Новый век глазами юного Мазач- чо проник в его красоту и мудрость. Искус- ство начала кватроченто пробило пути к но- вым высотам реализма. Человек, его но- вый «героический» образ, был главной те- мой этого искусства- Готика пришла в Тоскану вместе с про- поведью монахов и слилась со словами уче- ния Франциска. Мир ее художественных форм был адэкватен смыслу больших иска- ний. в которых религиозное сознание про- грессивных городских коммун шло к созда- нию своей новой духовной культуры. Но путь к ней вел через преодоление церков- ного начала. Новые светские идеалы кра- соты лежали вне пределов образного мира готики. Архитектура стояла перед задачей монументального выражения нового, по-ан- тичному понятого «героического» образа. Искания архитектуры неизбежно должны были вести к очищению ее от готических художественных форм, несших в себе жи- вые реминисценции церковной идеологии. Напротив, классика античности несла в своих ясных и спокойных формах то вы- ражение гармонии и цельности, к которым стремилось мироощущение века. Теперь не могла оставаться вне поля зрения тайна глубоко человеческого звучания этой ар- хитектуры, богатство ее оттенков, что лучше всего определялось такими близкими человеку понятиями, как сила, стройность изящество, нежность, и которыми, казалось,’ эта архитектура говорила человеку о нем самом_Это была тайна классического ор- дера Ее и открыл Брунеллеско. Теперь че- ловек через ордер был мерой прекрасного в архитектуре. Новая культура Возрождения нашла свои язык классических форм в архитек- туре, как свой язык реализма в живописи н 40 скульптуре. Но отход от готических форм не означал обрыва общих больших тради- ций архитектуры Флоренции XIII—XIV ве- ков— предмета гордости и славы ее демо- кратии. Самый факт увенчания куполом — величайшим в мире — главной святыни города был триумфом дела республики. Государственная и общественная линия коммуны была и линией ее архитектуры; последняя служила коммуне прежде всего. Это определяло ее задачи и ведущий тип сооружения— общественные здания ком- муны- Традиция республиканской идеоло- гии освящала и культурную традицию ар- хитектуры, ее метод и творческие принципы, завещанные поколением Арнольфо ди Кам- био. В лоне этой традиции Брунеллеско и совершает свою реформу архитектуры. Пучковая опора, переходящая в ребра свода,— основной тектонический принцип готики —уступает место в аркадах Санта Кроче Арнольфо «классической» формуле: столб, несущий арку, загруженную стеной. В этой тектонической схеме романское зод- чество Флоренции XI—XII вв. хранило свою исконную античную традицию, кото- рая в ее собственных творениях — для века Данте и Арнольфо — стала самой подлин- ной античностью. Такой она осталась и для Бруннелеско. Его поиски потому и ведут во флорентийский проторенессанс, а не в ан- тику Рима (где он возможно и вовсе не бывал в эти ранние годы), что зодчий под- ходит к проблеме античного ордера с тех общих позиций тектонического мышления, которое было заложено его великими пред- шественниками в синтетических формах архитектуры треченто и которое он сам, во- спитанный в духе ее гражданственных тра- диций, наследовал как собственное «кредо» архитектора. А это была прежде всего из- давна прочно бытовавшая во флорентий- ской архитектуре и ставшая в ней народной формой принесенная из времен античности конструктивная система арки, опертой на колонну, сохраненная и в готизированных формах архитектуры XIV столетия, где она во многом послужила исходной моделью «готических» сводчатых построений тре- ченто. Этот мир привычных и понятных форм, а главное логика тектонической взаимосвязи колонны и арки как дифферен- цированных по своей роли элементов несу- щей системы сооружения в традиционной архитектуре Флоренции послужили для Брунеллеско базой, на которой он разраба-
ЭВИ То, что еще отличает путь Брунеллеско альногоУ'мйпя° МреМленйе и познанию Р ° ального мира, отражающее дух оинаши- менто. для которого правда природы несла в себе и критерий прекрасного. Друге творческий единомышленник МазаччоР Bdv- неллеско в мысли об ордере не мог искать новой красоты вне красоты, заложенной в правде самих тектонических законов зод- чества, которую ордер должен был по-но- вому раскрыть, сделать понятной и зримой, как зримой сделал глубину в своих карти- нах Мазаччр. Зодчий искал средства и ме- тод образного познания тектонической правды сооружения соответственно челове- ческому критерию прекрасного, данному в ясной и мудрой логике строя классического ордера. Ордер должен был преобразить — «очеловечить» — образный язык архитек- туры. Но архитектура сама, ее законы несе- ния и поддержки оставались для Брунел- леско такими, какими их создала эпоха предыдущих полутора столетий, взявшая готический каркас, чтобы в нем найти путь к монументальной купольной системе Санта Мария дель Фьоре. Готика выработала яс- ное представление о дифференцированности рабочей функции отдельных частей стено- вого массива здания. Эту работу стены е образной форме на ее фасадной плоскости и изображает ордер Брунеллеско. Зод- чий-готик пришел к новому толкованию ор- дера, какого не знала вовсе античность Рима и почти не знала античность Греции,— ордера как изобразительного средства. Отныне архитектура раскрывала кра- соту своей тектонической природы не так непосредственно, как в готике, —путем вы- ражения как бы предельной «обнажен- ности» работы несущих частей (опора как «пучок» усилий), а более опосредствованно, через ордер, используя образный язык его форм как особую художественную мета- фору'. То якобы наивное, что находят в । О метафоре в архитектуре см.: Марку- зон В. Ф. Метафора и сравнение в архитектуре. «Архитектура СССР», 1939. №5. а также - Классиче- ская ордерная система и некоторые проблемы архитек. ирной теории (канд. диссертация. 1954); Алпа- тов М В. Всеобщая история искусства, т. 1, М„ 1948 ордерных приемах Брунеллеско только по- тому, ЧТО ОНО не укладывается в более позд- ний ордерный стандарт Возрождения, не- сет в себе строгую логику такой «иноска- зательной» связи с несущей стеной. Открытие Брунеллеско означало по су- ществу обновление самого метода худо- жественного мышления и решающий шаг на пути к свободе творческой индивидуаль- ности художника-зодчего. Имея дело с не- изменной стеновой основой, он мог мыслить и создавать свой тектонической образ в раз- личном ордерном «ключе», извлекая из бо- гатой гаммы его пропорциональных и пластических модуляций различную тональ- ность звучания целого; готика знала только одну тональность и ту, возникавшую лишь стихийно в самом процессе созидания. Ор- дерный метод Брунеллеско выдвигал новый критерий художественной правдивости тек- тонических образов архитектуры, который теперь заключался в метафорической прав- де их ордерного выражения. Конструктив- ное и художественное вступали в истори- чески новую форму диалектической взаимо- связи. В общем процессе интеллектуализа- ции творчества архитектора наступил пере- лом. Он отразил общий перелом в идеологии, преодолевшей в себе дуализм треченто, и победу светского мировоззрения. Новый принцип ордерности был его выражением в архитектуре, адекватным реализму изобра- зительных искусств начала кватроченто. В этом смысле Брунеллеско—начальная веха архитектуры Возрождения в Италии. Но Брунеллеско больше, чем начало. В нем архитектура республики через столе- тие после больших свершений на рубеже ХШ—XIV вв. теперь в озарении светской свободы поднимается до новых эпохальных обобщений. Ордер Брунеллеско — новый синтез, возникающий из полуторавекового опыта исканий синтетического единства «готики» и «классики». Идя от традицион- ных форм архитектуры треченто. Брунел- леско впервые пришел к осознанию тех скрытых возможностей, которые были зало- жены в «изобразительной» силе ордерных форм, и первым возвел принцип изобрази- тельности в художественный метод архитек- туры. Впервые готической выразительности каркаса был противопоставлен в зрелой форме новый эстетический принцип «мета- форического» показа работы конструкции через ее изображение и вместе с тем новый метод художественного познания объектив-
ных тектонических процессов, скрытых в не- сущем самого себя стеновом объеме соору- жения. В таком понимании нет нарушения тектонической логики в том, что в фасаде капеллы Пацци Бруиеллеско архивольт арки откровенно срезается пилястрой ат- тика; стена, а не пилястра является опорой арки и принимает на себя ее распор. Кривая арки зрительно (и конструктивно) уходит за пилястру, этим ясно показывая отсутствие у нее глубины и тем самым вы- являя ее смысл ненесущего «изобразитель- ного» элемента. Зодчий делает пилястры аттика парными, придавая им миниатюрные пропорции, и, таким образом, избегает всякой ассоциации размера их сечения с ре- альной толщиной стены. Пилястры ясно даны как изобразительный ордерный мотив ее фасадной плоскости и ритмически -вписы- ваются в общий плоскостной рисунок сте- ны. отнюдь не маскируя ее массив под ордерный «каркас», а лишь отмечая при- мыкание к ней невидимых с фасада арок поперечных сводов портика. Классические формы капеллы Пацци ясно говорят и о том, что в новом ордерном мышлении архитектуры Бруиеллеско сохра- нил — и в этом он остается неповторенным во всей архитектуре Возрождения — орга- ничность художественного метода готики, не знавшей разрыва между конструкцией и формой. Оставаясь верным утонченности готической конструктивной мысли, зодчий нашел новую, менее непосредственную, но более развитую форму органичного един- ства того и другого. В этом заключалась диалектичность нового синтеза, к которому в лице Бруиеллеско пришла архитектура Флоренции в начале XV столетия. В своем открытии зодчий одинаково принадлежит двум эпохам: уходящему искусству «готи- ки» треченто и грядущей классике Ренес- санса. Пути последнего вели к новым вы- соким формам ордерной философии архи- тектуры. Но Возрождение все дальше ухо- дило от первичной органичности ордерного метода Бруиеллеско. В этом, как мыслитель и художник, он остался непревзойденным ением и своеобразной, одиноко стоящей рождения ИСКусСТ8а аРхитектуры Воз- лмЛЛГО БРунеллеск° заслоняет в сере- Х™»»Т0ЛеТл НОВОе понима|*ие ордера- возникнув во Флоренции, оно принимает характер ведущего и во многом определяет во второй половине XV в. главное направ- ление архитектурной мысли Возрождения. Его зачинатель и идеолог — Леон Баттиста Альберти. Флоренция еще в течение 80 лет про- должала называться республикой, но дело и дух республики уже не определяли собой лица флорентийской архитектуры. Иссяк моральный оплот ее вековых рожденных коммуной традиций. Выдвигался новый хо- зяин архитектуры—отдельная могуществен- ная личность. Творческая мысль Брунеллес- ко всегда оставалась в сфере общественных интересов республики, даже в том, что пря- мо исходило от личной строительной ини- циативы того или иного магната (капелла Пацци, церковь Сан Лоренцо и др.). Круп- нейший зодчий второй половины века Аль- берти, даже строя церковь Сан Франческо в Римини, в действительности создавал в ней памятник славы тирану-меценату Сиджиз- мондо Малатеста— Tempio Malatestiana. Имя Бруиеллеско всегда остается рядом только со словом «Флоренция». Рядом с именем Альберти неизменно выплывают имена банкира Руччелаи, герцогов Сиджиз- мондо Малатеста, Лодовико Гонзага. Прежде, желая прославить свое имя, патри- ций строил для города. Теперь его внима- ние сосредоточено на собственном новом палаццо, чья благородная мощь призвана являть согражданам спокойную твердость воли и высокое личное достоинство вла- дельца- Идея сильной личности, окрашивая собой гуманистический идеал человека, до- влеет в образах монументальной архитек- туры. Дворы таких просвещенных правителей, как Козимо и Лоренцо Медичи во Флорен- ции, а также тиранов Малатеста в Рими- ни, Монтефельтро в Урбино, Гонзага в Мантуе и др., становятся собирательными центрами и очагами распространения новой культуры Возрождения. Круг Козимо, а за- тем Лоренцо Медичи во Флоренции ос- тается средоточием гуманистической ин- теллигенции. Здесь в середине XV в. соб- ственно и наступает пора наибольшего рас- цвета культуры гуманизма, его золотой век, когда доктрина гуманизма получает свое иЛ°Лй°Р0ННее теоРетическое обоснование. rvLJu? среды как "редставитель ученого таи И ег° ведущий идеолог и теоре- тик ветшает в архитектуру Альберти. В лице Леона Баттисты Альберти эпоха
ментом нового строя ее форм и образа ху- дожественного мышления. В понимании всего дальнейшего харак- тера развития классических форм архи- тектуры итальянского Возрождения важ- ную роль играет существо того сдвига, который вносит теоретическая мысль гума- низма в трактовку ордерного метода архитектуры. Прежде всего в этом не было момента эволюционное™. Возрождение классических римских форм ордера озна- чало замену одной целостной системы архи- тектурного мышления другой столь же целостной системой, которая в дальнейшем определяет собой основное течение зрелой архитектуры Возрождения. Это течение не знает связи с готикой, из которой вышла ордерная философия Бруиеллеско, и не не- сет в себе того смысла этой философии, который мы пытались раскрыть в понятии «изобразительности». Римская форма ор- дера с круглой колонной, прижатой к устою арки, исключала трактовку колонны как средства «изображения» работы подлинно несущих частей (т. е. стены). Подобный ордерный мотив, как в римской триумфаль- ной арке в Римини, которую Альберти вос- создал в фасаде церкви Сан Франческо, рассчитан на полную силу выражения не- сущей мощи колонн, несмотря на то, что эти колонны реально даже не несут самое себя, но сами несомы арочной стеной. Они здесь даны как монументальная объемная декорация, которая имитирует в самой себе тектоническую функцию опоры. У Альберти колонна трактована в типично римском, по существу декоративном толковании, при- дающем ей смысл условно-тектонической формы, какой никогда не была круглая колонна у Бруиеллеско, где она — как у эл- линов — всегда в своей прямой тектони- ческой роли стоечной опоры равноправно противостоит несущему массиву стены. В этом коренное различие ордерного мышле- ния обоих зодчих. Здесь принцип плоскост- ного «изображения», служившего средством показа реальной работы несущей стены, уступает место принципу объемной ордер- ной «декорации», когда круглая декоратив- ная колонна наделяется ролью как бы ре- ально несущей опоры. Меняется смысл ордерной метафоры в архитектуре. Ордер теперь «метафори- чески» присутствует как непременный атрибут классически-рнмского строя и ду- ха архитектуры, который он теперь при- Фигура" АльбРепВ архитектУРе Возрождения фигура Альберти во многом противостоит своим предшественникам. Первое покосе архитектуры кватроченто в лице Брунел леско шло от традиций своего искусства и в нем самом нашло свой путь к гуманизму выразив его античные идеалы с позиций своего профессионального мировоззрения Профессиональным для Альберти было ми- ровоззрение ученого гуманизма, для кото- рого безупречная и изысканная классиче- ская латынь была первым и лучшим об- разцом эстетического самовыражения. Не- даром Альберти, страстный поборник куль- турной гегемонии народной итальянской речи, свой трактат о зодчестве «De re aedifi- catoria» вопреки всему пишет по-латыни. Строгая музыка латыни Цицерона воспи- тала архитектурное мышление Альберти. Для Бруиеллеско сначала было «дело» архитектуры; для Альберти — «слово» гуманизма. С его прямой идейной обращен- ностью к классике Рима, оставаясь вне сферы традиционных форм архитектурного сознания, Альберти приходит к своему тол- кованию гуманистического идеала архитек- туры и — в практике ее служения «лич- ности», в поисках новой монументальной формы «героического» образа — создает свою новую формулу классической ордер- ности. Понимание ордера у Альберти принци- пиально отличается от того, что в этой об- ласти мыслил Бруиеллеско. Во многом ученик и искренний почитатель великого зодчего, Альберти не наследует его ордер- ного метода. И не мог наследовать- Аль- берти шел к ордеру с другими идеями и от других источников. Его путь, минуя про- межуточные звенья античной ордерной тра- диции. ее раннехристианские и романские формы, т. е. именно то, что было исходным для Бруиеллеско, вел непосредственно от римской системы ордера, как он дан в фа- саде Колизея —с колонной на фоне устоя арок. Римская «модель» системы ордера становится исходным элементом художест- венных построений архитектуры, меняющей теперь свое социальное лицо и задачи, эле-
зван выражать и вне которого Альберти не мыслит «героического» образа. Если Бру- неллеско, как бы рисуя с натуры, свобод- но ведет свой ордерный рассказ на глади стен, и линии ордера — темные на белом — создавая нарядную оправу граней объ- ема. мягко очерчивают пространство ин- терьера, как в капелле Пацци, то у Аль- берти мысли об ордере императивно пред- шествует образ римской триумфальной арки; это ее трехчленный ордерный ритм в фасаде и внутренних формах церкви Сант Андреа — коронном творении зодче- го. Здесь вновь оживает мощь антично- римской архитектуры «масс». Мерная по- ступь могучих пилонов и арок сменяет собой легкие ряды колонн построек Брунел- леско. В размерности пилонов — новый ук- рупненный модуль всей композиции по-рйм- ски монументального пространства храма. И подобно постройкам Рима, «изумление и трепет» — по словам самого Альберти — должна была вызывать эта царственная ар- хитектура. которую зодчий-гуманист соз- давал во славу герцога-тирана. Творчество Альберти-архитектора было программным выступлением ученого гу- манизма в архитектуре Возрождения. С по- зиций своей антикизирующей идеологии гуманизм —в лице Альберти — создает те- оретические основы архитектуры эпохи и научно формулирует в них ёе принципы. Архитектурная наука итальянского Воз- рождения берет начало от Альберти. Его теория основана на положениях подлинной античной теории, извлеченных из тракта- та Витрувия, а также на непосредственном глубоком знании сооружений классическо- го Рима. 5. чение Альберти о красоте, воз- никающей из гармонии совершенных соот- ношений частей и целого и данной в поня- тии соразмерности, —альбертиевское «Соп- emmtas» - к чему путь ведет через число н числовые отношения, которые Аль- берти ищет в объективных формах красо- ты реального мира — музыке, математике и. конечно, человеческой фигуре,-вся эта “ожиая формула прекрасного, ставшая ™ХКИМ учеинем эпохи- архитектурно нкретизировалась для великого гумани- 7* " ЖИБ°Й моаели совершенных форм классических построек Рима. Теперь не к °₽Лер (что было важным вР иска- ниях Брунеллеско), но строй в целом- система плана, масс, пространств. их™а- стика, характер сочетания форм, включая и черты типа сооружений, — в центре вни- мания и творческой практики зодчего. Не- даром Альберти стремится в идеале к уподоблению церковного здания антично- му храму, в чем на столетие предвосхи- щает антикизирующий «классицизм» Пал- ладио. В церкви Сант Андреа римские не только формы и общий дух архитектуры, но самая техника: «римский» монолит мас- сивного восемнадцатиметрового свода. Сдвиг в типологических формах разви- тия архитектуры в середине XV столетия и новая «римская» линия «классики» Аль- берти—в типологии и формах —связаны между собой. Они характеризуют важный временной рубеж, от которого берет нача- ло новый цикл развития архитектуры Воз- рождения после Брунеллеско. Альберти с его тяготением к римскому классическому образцу стоит у начала этого цикла как его зачинатель. Середина кватроченто — рубеж, с которого Флоренция, еще номи- нально республика, уже живет иными иде- алами. Новая «демократия» принципата Медичи—только орудие власти, которым «сильная личность» в лице Козимо дема- гогически оправдывает свою диктатуру. Но именно в ней Альберти-гуманист видит путь к своему общественному идеалу и в ее идеологии черпает свои замыслы Аль- берти-зодчий. Мир образов Альберти ожи- вает в «римской» героике Мантеньи, как мир Брунеллеско — в мудрой простоте Ма- заччо. И строгая римская классика стано- вится основой того нового богатства, той свободы и образной силы классических форм архитектуры, в которых Возрожде- ние в пору высшего подъема и сплочения своих национальных творческих сил — в начале XVI столетия в Риме —создает свой новый синтез классики в творчестве Браманте. Имя Донато Браманте почти олицетво- ряет собой в архитектуре понятие, кото- рым обычно выделяют в итальянском Воз- рождении время с 1500 до конца 1520-х годов, так называемое Высокое Возрож- дение. В чем особенность этого короткого Ренессанса?МеНИ В истории итальянского vKuHYiYHa4aJIa ° самом теРмине- Для на- уки XIX в., начиная с Буркгардта ', отход inItalien.rstuttgarrU867.GeeChiChte Renaissance
от больших традиций архитектчоы рождения первой трети XVI в^означал ' лишь разложение «высокого» стиля Такая i точка зрения легла в основу ставшего m диционным деления итальянского Ренее- I санса на периоды —ранний, высокий и поздний. Принцип трехчастной периодиза- ции Возрождения был развит Вельфли- ным в его учении о якобы трех имманент- ных фазах развития стиля (архаика - классика — барокко). В этой схеме «вы- сокое» Возрождение —для Вельфлина— период «классики». Новые исследования за- тронули главным образом позднее Возрож- дение, в котором стали видеть особый стиль, связанный с течением «маньериз- ма» (см. ниже). Резкое выделение «вы- сокого» периода («классики») первой тре- ти XVI в. при этом сохранялось. С точки зрения авторов данной книги различия между архитектурой до и после конца 1520-х годов настолько глубоки и принципиальны, что позволяют рассматри- вать общий ход развития итальянской ар- хитектуры XV—XVI вв. в целом как двух- частный. Что касается характеристики «вы- сокого» периода по отношению ко всему кватроченто как «классики» Возрождения, то эта градация, во многом убедительная для изобразительных искусств, не находит достаточной почвы в архитектуре. Класси- ку—в качественном смысле термина — авторы видят в произведениях не только мастеров «золотого» века, но и Брунелле- ско. То, что действительно выделяет вре- мя от 1500 до 1530 года в культуре и ис- кусстве итальянского Возрождения — это новый характер, форма и сила того же об- щего процесса, достигающего теперь сво- ей кульминации. Он получает новый геог- рафический центр и иную более обширную сферу распространения. Новая культура Возрождения в нача- ле XV в., первично распустившись во Фло- ренции, в течение первой половины века оставалась чисто тосканским явлением, за- хватив и тесно связанные с Флоренцией другие города Тосканы — Сиену, Лукку, Пизу, Ареццо, Пистойю, которые и позже оставались верными флорентийской худо- жественной школе, сохраняя и свои мест- 1 Вельфлнн Г. Классическое искусство. Вве- пенне к изучению итальянского Возрождения. СПБ, 1Щ2 также —Основные понятия "истории искус- им: Проблема эволюции стиля в новом искусстве М. — Л„ 1930. ные особенности. Затем во второй половине XV в. возникли разрозненные очаги новой гуманистической культуры — «брызги» Воз- рождения Флоренции — в резиденциях про- винциальных герцогов-тиранов в Римини. Урбино, Мантуе. Неаполе. К концу века волна нового искусства Возрождения, пре- имущественно в декоративных формах, стихийно захватывает Ломбардию с ее стойкой романской традицией. Здесь, в Вер- хней Италии, определяются четыре терри- ториальные зоны этого искусства: Болонья и Феррара с их традиционной строитель- ной керамикой и характерным сочетанием терракотовых деталей с кладкой из кирпи- ча и маломерного камня; далее, централь- ная и восточная части с городами Вероной. Брешией, Падуей, Виченцей, где также ти- пична маломерная каменная и кирпичная кладка. Особо стоит сама Венеция с ее исконным тяготением к византийскому Во- стоку, в этот период лишь слабо затрону- тая новым движением. Наконец, герцог- ский Милан и западная часть Италии. Для всех этих провинциальных очагов новой культуры Флоренция сохраняла значение безусловного центра и носителя передовых форм и идеологии. К концу века положение меняется. Про- исходит перемещение центра культуры Возрождения в Рим, что полностью опре- деляется в период с 1480-х годов до при- мерно 1510 года. Первые искры гумани- стической культуры Возрождения заносят- ся сюда в середине XV в. во многом в связи с деятельностью здесь Альберти. Па- пы в лице таких гуманистов, как Нико- лай V, Пий П Пикколомини, становятся носителями гуманистической идеологии. Дело восстановления Рима после вековой разрухи и культурного одичания (в связи с авиньонским пленением пап) вырастает в глазах передового общественного мне- ния в оплот осуществления вековой мечты итальянской культуры — возрождения ве- ликого прошлого Pax Rotnana и Рима как столицы мира. Рим. веками стоявший на обломках ан- тичности. теперь возрождал ее вм"*"* Впервые архитектура Возрождения прак- тически стояла перед задачами градостроительного диапазона, такими как . комплекс Ватикана и огромный собор, св. Петра, как создание парадной иктроики целой улицы, в связи с этим — разраоотх
нового типа представительного городского дворца. Новые задачи требовали переосмысле- ния прошлого опыта архитектуры Возрож- дения в духе большей монументальности, обогащения художественных возможностей и гибкости самого языка классических форм, полноты и силы их звучания. Эле- мент пластической выразительности и од- новременно лаконизма ордерных форм становится ведущим: впервые в Темпьет- то (Браманте) зодчий Возрождения обра- щается к дорическому ордеру, чтобы в этой маленькой постройке воплотить идеал со- вершенного, пластически прекрасного объ- ема. Римская традиция, строительная и художественная, по-новому оживает в новом критерии масштаба, в котором теперь прямо звучит масштаб древних сооружений Рима, в самой технике литого бетона, как ее понял тот же Браманте в конструкциях нового собора св. Петра. Эти достижения были результатом глу- бокого синтеза творческого наследия зод- чих кватроченто, и прежде всего высокого идейного подъема передовых националь- ных сил итальянской культуры и искус- ства, их сплочения в задаче восстанов- ления Рима, в чем многие тогда хотели видеть начало национального единения. Перед лицом нараставшей угрозы ино- странного порабощения и в стремлении к почти неизвестному тогда в Италии вну- треннему миру восстановление Рима вы- растало в общепатриотическое дело Ита- лии. в котором Возрождение, его искусст- во и архитектура приходят к своим куль- минационным достижениям. Впервые Воз- рождение поднимается до создания обще- итальянского монументального стиля ар- хитектуры. Формы строгой классики ста- новятся его объединяющим, национальным началом; устанавливается единый ордер- ный язык архитектуры. Стремление к един- ству. беспочвенное в общественной и по- литической жизни Италии той эпохи с тем большей силой осуществлялось в об- ар*итектУР“ 11 монументального ис- п™Ла' Очевидно- ми ««жны говорить о нияИ0Де ™роткой кульминации Возрожде- ния (1э()0- конец 1520-х гг.) котопая приводит к созданию большого Националь чтобы затем быть peaKj оборванной постигшими страну тпа .ическими событиями 1527 г. и ХеХ щим крутым поворотом в общей социаль- но-политической обстановке страны. По существу здесь лежит и замыкаю- щая грань того большого культурного по- тока, который берет начало во флорен- тийском ринашименто и обрывается в Ри- ме начала XVI в. в момент своей наиболь- шей полноты. То, что последовало, уже не было общим потоком. Оно представляло собой множество различных спутанных течений, в которых человеческий идеал классики, теперь иначе понятый и тракто- ванный, составлял лишь один из компонен- тов новой, глубоко противоречивой эстети- ческой доктрины. То, что обычно назы- вают «поздним» Возрождением, уже не было таковым по своей идейно-художест- венной природе. Мы видим здесь тради- цию Возрождения, выступающую в новых формах и образах, которые создает италь- янская архитектура XVI столетия. И лишь на севере в культуре и искусстве Венеции, давшей последнего зодчего-классика Ита- лии — Палладио, Возрождение переживает свое позднее яркое цветение. Перелом конца 20-х годов с большой очевидностью обнаруживается в резкой противоположности творчества двух вели- чайших представителей архитектуры Воз- рождения первой половины XVI в. —Бра- манте и Микеланджело. Величие того и другого не может быть достаточно ясно обрисовано вне их взаимопротивопостав- ления. Это две стороны медали того, что несло в себе искусство Возрождения пе- риода кульминации. В творчестве Браманте —при всей его многогранности —как в фокусе отобража- ется целостное и ясно устремленное к своим устойчивым эстетическим идеалам мировоззрение эпохи. Новая широта и про- странственный размах композиций — на базе градостроительной реконструкции Ри- ма, новый повышенный масштаб архитек- туры— на базе постройки заново собора св. Петра, новые материальные возмож- ности строительства - на базе накоплений папской казны, с другой стороны - новая обогащенность и свобода архитектурного языка благодаря более смелому и разно- стороннему использованию выразительно- сти ритмико-пластических свойств ордера, в частности на основе монументальной до- рики, в столь чистой и совершенной фор- ме зазвучавшей в Темпьетто, - все это бы- ло поставлено зодчим на служение тому
пре^ конца оставался заложенным в гапмонн ного°М созвучии всех элементов совершен- ного целого, в своем строе несущего прав- ду и красоту окружающего мира обожест- л»енп™8 ПРИР°АЫ' Эти эстетические нача- ла ренессансного гуманизма архитектуоно претворяются Браманте в «идеальной» ком позиции маленького Темпьетто и в столь ™1*п°ЛерШеНН0Й Ф°Рме-в грандиозной Рима пР°стРанств новой кафедрали Творчество Браманте в типической фор- ме развивало то, что несло в себе искусст- во Возрождения, — его народность. Обра- зам этого зодчего в полной мере присущи свобода и непосредственность толкования классических форм архитектуры, как они стихийно возникали в эпоху Возрождения во всей своей наивной прелести, и в то же время — глубочайшее философское пони- мание смысла классической красоты. Эти черты стиля Браманте равно проявляются и в мягкой пластичности лоджий дворика церкви Санта Мария делла Паче, и в изысканно строгой ротонде Темпьетто. На- родный дух классики Браманте, столь да- лекой от догм «классической» доктрины ученого гуманизма его времени, пронизы- вает собой весь путь прогрессивных твор- ческих исканий мастера. В этом Браманте достойный продолжатель и завершитель великого почина Брунеллеско. Именно завершитель, ибо сложное, глу- боко смятенное и трагическое по духу твор- чество другого, быть может, величайше- го итальянского зодчего начала XVI в.— Микеланджело, по существу уже на гра- ни, если не за пределами архитектурного цикла, знаменующего кульминацию Воз- рождения. При наличии больших исследований о Микеланджело его труднопостигаемое твор- чество в области архитектуры во многом остается непрочитанным. Стремления и помыслы Микеланджело как граждани- на. мыслителя и художника были страст- ной борьбой за тот «героический» идеал че- ловека, который был выдвинут гуманизмом Возрождения и в котором — для Микелан- джело — продолжали жить лучшие тра- диции демократической культуры его фло- рентийской родины. И в собственной жиз- ни мастер остался верен этому своему иде- алу, став одним из героев обороны Фло- ренции в ее последней попытке спасти свои демократические свободы. Но героические образы в искусстве Микеланджело с го- дами становятся все более и более трагич- ными. В то время как Браманте в своем творчестве, внутренне уравновешенном и гармоничном, как бы пребывает в безмя- тежном согласии с миром окружающей жиз- ни, Микеланджело творит, казалось, пол- ный тревожного сознания надвигающейся катастрофы и неодолимости неизбежного. Его образы внутренне напряжены, как по- зы его стиснутых путами «Рабов». Неразре- шимый конфликт между волей человека- творца и косной стихией, глубоко отра- жавший историческую действительность времени, составлял центральную проблему творчества Микеланджело. Эта тема зву- чит трагической нотой в новой повышен- ной эмоциональности его творений, в ис- полненных титанической силы человече- ских образах его скульптур. Но в творче- стве Микеланджело-зодчего поиски но- вых средств выразительности, адэкватных силе и эмоциональной направленности соб- ственных творческих порывов мастера, не- умолимо вели по пути разрушения основ эстетического мышления архитектурной классики Возрождения. Объективные нача- ла красоты, заложенные в гармонической взаимосвязи ордерных элементов целого. Микеланджело приносит в жертву драма- тической силе эмоционального воздейст- вия атектон ичного сочетания частей. Он подчиняет логику тектоники классиче- ского ордера задаче выражения собствен- ного мира чувств, в тектоническом диссо- нансе ищет новые средства создания мону- ментального образа, в котором этот титан Возрождения по-новому утверждал свой «героический» идеал человека. В этом заложена глубокая конфликт- ность творческого метода Микеланджело- зодчего. Она свидетельствует о внутреннем переломе в мировоззрении до того целост- ной и ясной архитектуры Возрождения и о назревании ее кризиса в момент, когда она. казалось бы. достигла высшего подъ- ема. В своем главном сооружении—соборе св. Петра —Микеланджело, как будто бы остается на позициях классики; он возвра- щается к завещанной Браманте идее цент- рической композиции и, отстаивая ее. имен- но так осуществляет постройку. Но дух гармонической соразмерности и уравнове- шенности частей и целого, пронизывающий
кристаллически четкую и ясную систему спокойных пространств собора Браманте, еже не живет в могучем, собранном воеди- но. всеподчиняюшем гигантском монолите пространства собора Микеланджело. Здесь хже иные критерии прекрасного; чистые звучания консонансов классики — альбер- тиевская «concinnitas» сменяется образной силой микеланджеловской «terribilita». Тще- тно искать закономерности классической красоты и в столь озадачивающей трактов- ке ордера в его знаменитом лестничном за- ле библиотеки Лауренциана, ибо не кра- сота совершенной формы, как у Браманте, а образная обостренность, создаваемая на- меренным нарушением тектонических за- кономерностей ордера, служит здесь ме- рилом эстетических качеств архитектуры. Очевидно, фигуры Браманте и Микел- анджело стоят в истории архитектуры по разные стороны черты, характеризующей внутренний перелом в эволюции архитек- турной классики Возрождения и по суще- ству ее конец. Этот момент естественно связывается с концом строительной эпо- пеи первых трех десятилетий века в Риме, ознаменованной блестящим творческим вы- ступлением как самого Браманте. так и архитекторов крута Браманте — Рафаэля, Антонио да Сангалло Младшего, Баль- дассаре Перуцци, Джулио Романо — по- следней плеяды замечательных зодчих, с именами которых обрывается в конце 20-х годов XVI в. в Риме высочайший творче- ский подъем архитектуры Возрождения. Мы можем добавить о Микеланджело: подобно тому, как Бруиеллеско возвышает- ся на стыке двух эпох — треченто и Воз- рождения — и равно принадлежит обеим, Микеланджело, стоящий на вершине клас- сического искусства Ренессанса и его ве- личайший представитель, уже сам вне его пределов. Недаром наследие Микеланд- жело-зодчего в наибольшей степени стало достоянием последующей архитектурной »похи. к которой сам великий мастер не принадлежал ни по времени, ни по глуби- не гуманистической сущности своего слож- ного и далеко не раскрытого творчества „ ?™ЖИая “ пРотяворечивая картина по- развития архитектуры Италии *'* *• неоднородна и по-разному раскры- вается в архитектурной жизни ее различ- ных культурных центров, из которых Фло- ренция и Рим по-прежнему сохраняют свое первенствующее значение; особняком в XVI в. продолжает стоять Венеция с ее запоздалым расцветом Ренессанса. Фло- ренция, колыбель классического искусства Возрождения, наиболее полно аккумули- рует в себе те черты часто взаимопротиво- положных тенденций, которые в целом да- ют типичную для Тосканы и севера Ита- лии XVI в. картину стиля, условно обозна- чаемого в литературе термином «манье- ризм». Термин возник первоначально (также как термины «барокко» или «готика») из негативной оценки искусства и архитекту- ры XVI в. В этом времени видели только инерцию ренессансной классики, глубокая художественная правдивость которой по- степенно исчезала за внешней виртуозно- стью и изощренностью идейно опустошен- ной «манеры», лишь внешне продолжав- шей «классические» традиции. Это толко- вание, отвергнутое современной наукой, было по меньшей мере односторонним. Ка- тастрофа, постигшая Рим и Италию, и на- ступление реакции прервали в момент кульминации короткий расцвет классическо- го искусства Возрождения, но не сломили еще мощного потока художественной и ар- хитектурной жизни страны. Многочислен- ность новых первоклассных зодчих, создан- ные ими произведения и, наконец, устой- чивость некоторых характерных черт, при- емов и форм убеждает нас в том, что мань- еризм—стилистическое явление самостоя- тельного историко-культурного и художе- ственного значения. С другой стороны, маньеризм не может считаться первым про- явлением грядущего барокко. Напротив, архитектурный стиль Тосканы XVI в., глав- ным образом Флоренции, и барокко, шед- шее от Рима и отразившее уже новые тече- ния в культуре конца века, в целом про- тивостояли друг другу в итальянском ис- кусстве и архитектуре как два различно направленных стилевых течения. Различна породившая их общественная среда, геог- рафические центры их распространения, их идейно-художественная сущность; раз- личны типы, облик и формы сооружений. Общий исторический фон культуры и искусства Италии середины XVI столетия определялся нарастанием феодальной и церковной реакции, экономическим засто- ем, раздробленностью и потерей независи- мости (кроме Венеции). Искусство и ар-
теперь обычно оказывалась верхняя часть, включавшая главный этаж и мезонины. искусство и архитектура в целом полу- чают придворный характер. Иным стано- вится облик художника-зодчего. Заверша- ется процесс эмансипации художника от цеховой зависимости, начавшийся ранее в связи с постепенным превращением возник- шей в городских коммунах культуры Ренес- санса в культуру больших патрицианских центров. Обеднение среднего городского сословия и отсутствие массовых местных заказов приводит к началу странствий ху- дожников. Они стекаются ко дворам круп- ных феодалов, часто становятся членами высшего аристократического общества. Со- ответственно меняется их личный быт, по- вышается интеллектуальный уровень, об- разованность. Возросшее самосознание ху- дожника проникается образом мышления окружающей среды. Аристократический идеал «благородного» интеллигента, проти- вопоставляемого остальной массе, стано- вится определяющим в мировоззрении ху- дожника. Повышенную ценность приобре- тает теперь творческая индивидуальность художника, его художественный почерк, личная манера мастера. Различия твор- ческой манеры отдельных художников-зод- чих сменяют собой различия местного коло- рита художественных школ в искусстве и архитектуре времени Бруиеллеско и Дона- Эволюция художественной личности была связана не только с новым обществен- ным положением художника. Новой стала самая оценка искусства. Художественные произведения, создаваемые теперь для уз- кого круга утонченных ценителей, в боль- шей степени, чем прежде, становятся пред- метом эстетского созерцания. Элемент со- зерцательности проникает и в архитектуру. Иной представлялась теперь художест- венно-образная ценность ее форм. В архи- тектуре XVI столетия прекрасное некали не в идеальном — само идеальное нарушалось в поисках нового прекрасного, — а в том, что несло в себе больший зрительный инте- рес, влекло к не изведанным еще эмоциям, рождало движение глаза, мысли, уводило вдаль, в конце концов, несло в себе эле- мент какой-то интригующей загадки. Цент- ричность, как правило, сменяется теперь осевым, протяженным построением компо- зиций. Всюду, где возможно, квадратный план уступает место вытянутому, круг — Р RИ" иаслившег°™ с «ей патрициата В этой эволюции уже с середины столе- тия явственно различие между Северной Италией и Римом. В городах Тосканы и областях к северу от нее архитектура но- сит на протяжении всего XVI в. ярко вы- раженный светский характер. Это-архи- тектура городских дворцов и загородных вилл, отвечавшая повышенным запросам в области комфорта и стремлению к эстети- ческой утонченности. Эта архитектура не- сет на себе печать высокой культуры свет- ского быта. Жилой архитектуре Рима XVI в. во многом были присущи те же черты. Но в Риме наряду со светским дворцовым строительством шло все нараставшее стро- ительство церквей, которого почти вовсе не было тогда во Флоренции. То, что пред- принималось в папском Риме, было нача- лом грандиозной программы реконструк- ции церковного фонда города и создания новой архитектуры Рима как мировой мет- рополии обновленного католицизма. К кон- цу века новый церковный тип определял собой лицо архитектуры барочного Рима. В этом глубокое различие путей развития стиля Тосканы и Рима в XVI столетии. В строительстве дворцов и вилл новый социальный и политический уклад жизни итальянских городов определял эволюцию типа. Сильная власть и образцовая полиция герцога Козимо Медичи во Флоренции те- перь выполняли функцию защиты прибли- женных герцога, которую прежде искали в собственном палаццо-крепости. Городской дворец в плане и внешнем облике все более теряет свой прежний характер неприступ- ности. Намечается тенденция к раскрытию (в сторону сада) прежде всегда замкнутого внутреннего двора. Усложнение быта при- дворной светской жизни и увеличение штата прислуги вызывают введение в постройку дома одного или двух дополнительных слу- жебных полуэтажей, обычно над главным этажом в средней или верхней части дома Поэтому в фасаде палаццо над полосой вы- соких окон основного этажа часто вырастал высокий «лоб» стены с рядом низких «ме- зонинных» окон служебных полуэтажей. Это часто совершенно меняло традицион- ную систему членений фасада; большей
удлиненному овалу. Логика ясного текто- нического рассказа теперь отступает перед роскошью зрительного, сценического на- чала в архитектуре. Возникают новые критерии эстетической оценки архитектурных произведений, такие, как понятия художественного своеобразия, необычности и новизны замысла, остроты сочетании и контрастов, а в самих контрас- тах— изысканного изящества и лаконично- сти форм. Требование красоты получает свою новую конкретизацию в понятии «гра- ции». В нем красота в отличие от ее клас- сического толкования как гармонии и соответствия (Альберти) сводится к эстет- ской, вкусовой оценке субъективных момен- тов творчества, манеры художника, его художественной идеи. В самой художест- венной идее, а не в природе, как раньше, те- перь были склонны видеть носителя кра- соты. Отсюда в теоретических воззрениях времени (например, у Ломаццо) новое от- ношение к пропорциям, рисунку, свету и цвету в искусстве, в них видят не столько средство познания действительности, сколь- ко элементы субъективного творческого толкования и воплощения художественной Тенденциям эстетствующего индивиду- ализма противостояла и вместе с тем с ними сочеталась иная тенденция эпохи. Середина XVI в. в Италии — времясоздания многочис- ленных художественных академий. В этом сказалось возросшее значение науки и на- учной мысли, в чем Италия продолжала стоять во главе европейского мира. Худо- жественные академии в Италии XVI в. в отличие от прежних частных школ отдель- ных мастеров и кружков любителей при дворах тиранов и пап были крупными об- щественными организациями (как Акаде- мия рисунка во Флоренции, созданная Ва- зари в 1560 г.). Предметом научного инте- реса академий, в частности в области архитектуры, были прежде всего достиже- ния великих мастеров «золотого века» — Браманте. Рафаэля, Микеланджело. Впо- лне естественным и законным был пиетет перед совершенством их творений и тяготе- ние наиболее просвещенной части интел- лигенции к научному освоению их мастер- ™a»'«.LT€M СаМЫМ к„сохРанению высоких традиций классики Возрождения (трак- ,и.°иДНаК° 8 периол глубокого кризиса П'манизма, когда понимание большого че- ловеческого содержания искусства было во многом утеряно, в центре внимания стояли не принципы, не творческие мысли и ме- тод, а собственно приемы, «манера» вели- ких мастеров. Эти приемы канонизирова- лись, возводились в догму как непрелож- ные, единственно правильные «научные» истины искусства. Те же тенденции отличают и теорию архитектуры XVI столетия. Ранее, для Воз- рождения XV в. была типична неразрывная связь между наукой и искусством, теорией и практикой во всех областях творчества, включая и архитектуру. Все дошедшие до нас архитектурные труды XV в.—трактаты Альберти, Филарете, Франческо ди Джор- джо Мартини, записи Леонардо да Винчи и другие основаны на широком, универсаль- ном понимании архитектуры и наряду с вопросами архитектурной эстетики (ордер, пропорции, оптическое восприятие) вклю- чают в себя такие отрасли, как строитель- ные материалы и техника, градостроитель- ство, фортификация и пр. Образцом для них служит вновь найденный в 1414 г. текст античного трактата ВитрувияИз него жадно извлекают «положения» античной эстетики, одновременно, изучая античные памятники, критически осваивают его. К концу XV в. эти археологические «штудии» приобретают все более последо- вательный и научно-теоретический харак- тер, о чем говорят кроме трактатов также и многочисленные альбомы архитекторов (Джулиано да Сангалло и др.) с точными обмерами и зарисовками. Появление боль- ших теоретических трактатов (во второй половине XV в.) было результатом тесного сотрудничества новой художественно-тех- нической интеллигенции и передовых уче- ных-гуманистов. Трактаты были одновре- менно обобщением накопленного опыта и программой для будущего. Особенно пока- зательна в этой связи грандиозная архитек- турная энциклопедия Альберти «Десять книг о зодчестве» (начата в 1450 г.). Та же широта диапазона отличает теоретическое наследие Леонардо да Винчи. В универса- лизме Леонардо основные тенденции архи- тектурной теории XV в. достигают высшего В XVI в. характер теоретической лите- ратуры резко меняется. Она теряет свой эн- ВитЛТи°а пЧатное «здание в 1485 г. У нас- Ф Л ПетппвпиА ТЬ КНИ1 об архитектуре, перевод ричевскопхТТ935ПгОД °б1ДеЙ ^аб-
сального витрувианства был Себастьяно олы виднейшего представителя наиболее строгого течения архитектуры его времени — итальянского «классицизма» XVI в., «Пра- вило пяти ордеров архитектуры» ’(1562) (евангелие всего будущего классицизма дает абстрактные схемы, никак не учиты- вающие реальных условий (абсолютного размера постройки, конкретного примене- ния ордера). Здесь теория архитектуры све- дена к канонизации. Теории ордеров уде- лено сугубое внимание и в трактате Палла- дио «Четыре книги об архитектуре» (1570). Но в отличие от трактата Виньолы у Пал- ладио, а также в комментариях к Витрувию (1556) его друга Даниэле Барбаро не утра- чена живая связь с реалистическими нача- лами классики, которая ими осваивалась и через Витрувия, и через кропотливое ис- следование древних памятников. Послед- ним трактатом этой поры был труд Вин- ченцо Скамоцци «Идея универсальной архитектуры» (1615). Это не столько про- грамма для будущего, сколько подведение итогов. Непосредственные наблюдения под- водятся под традиционные, ставшие книж- ными, схемы и категории. Теория явно от- стает от практики, что станет еще более очевидным при переходе к XVII и XVIII векам'. Кризис итальянского гуманизма в конце первой четверти XVI в. не означал полной его ликвидации. Хотя продолжалось пере- рождение одной его ветви в сторону аристо- кратизации и кастовости, обособления от народа и ухода в мир индивидуальных пе- реживаний, одновременно с этим развива- лось другое течение, более демократическое. Оно выступало с более широким обществен- 1 Для характеристики архитектурной теории Возрождения использованы тексты неопубликован- ных рукописей: А. Г. Габричевского «Общая харак- теристика архитектуры Возрождения в Италии XV и XVI веков» и В П. Зубова «Итальянские теоре- тики XV—XVI вв ». НИИ теории, истории и перспек- тивных проблем советской архитектуры. ным и научным кругозором, чем гумани- стическое течение XV в., обогащенное новым представлением о природе, вселенной и о "е“® человека в “ире. Идея народа, так ярко сказавшаяся в творчестве Тинто- ретто или в реализме Караваджо, стано- ?пТСопЛеитМ0ТИ80м иовог° гуманизма. В 'и аи-х годах борьба за новые начала гу- манизма выдвигает героическую фигуру Джордано Бруно. Гуманизм этого времени далек от ренессансного идеала цельной, гармонической личности. В поле его зре- ния теперь неразрешимые, трагические для отдельной личности противоречия между человеком, обществом и государством. В изобразительном искусстве и архитек- туре Флоренции XVI столетия эти прогрес- сивные силы национальной культуры не могли не получить своеобразного отраже- ния. Само понятие классики для Флоренции с ее высокой гражданской культурой и глу- боко вросшим в эту культуру великим гу- манистическим искусством кватроченто нес- ло в себе элементы народности. Флоренция XVI в. была в своей архитектуре во многом привязана к наследию мастеров кватро- ченто. Особенно важно в этой связи то зна- чение, какое во флорентийской архитектуре XVI в. при всей антинародности ее ярко вы- раженного аристократизма имело творче- ское наследие Брунеллеско; к его творче- ству непосредственно восходит многое в приемах и стиле ведущих мастеров флорен- тийского маньеризма: Вазари, Амманати, Буонталенти и др. Снова стала излюблен- ной идущая от Брунеллеско парусная форма свода и другие элементы. Возможно, что во всем этом сказалась эстетика маньеризма, тенденции стилизовать и эстетизировать формы раннего Возрождения. Ведь само понятие «манера», первоначально означав- шее просто «способ», «прием», в дальней- шем (у Ломаццо и Арменини) получило значение, близкое понятию стилизации как необходимого условия художественной пе- редачи натуры (в изобразительном искус- стве). Тем не менее выбор Брунеллеско в качестве творческого образца говорит о многом. В сложной и неустойчивой обста- новке творческих шатаний искусства XVI в. простая и ясная классика Брунеллеско была созвучна творческим исканиям многих ма- стеров. Вместе с тем даже лучшие из них. отражая дух времени, наследуют прежде всего «манеру» Брунеллеско. Теперь это не тектонически понятая гармония сооруже-
ния. как у Брунеллеско. а часто только игра остро найденных, иногда диссонирующих соотношении и контрастов, эстетизация сплошной глади белой по цвету стены в ее остром сочетании с немногими изысканно тонкими деталями. При этом очень харак- терна общая плоскостность, графичность трактовки пластических элементов. Деталь вытягивается, становится хрупко тонкой. Ее форма определяется грациозностью всегда удлиненной прямой или тонко изогнутой линии. Зодчие делали по возможности более нейтральным момент взаимодействия между несомой и несущей формой. Некоторые маньеристские признаки и детали обнаруживаются также и вне рамок собственно архитектурно - стилистического круга Тосканы XVI в., у Рафаэля и в особен- ности у Микеланджело. Это не раз давало повод западной науке, шедшей от формаль- ного анализа детали, видеть проявления маньеризма у названных мастеров. Таким путем рамки маньеризма непомерно рас- ширялись, появлялась попытка рассматри- вать маньеризм как вневременную катего- рию стиля. В данном случае не учитывалось глубокое различие в эстетическом назначе- нии архитектурной детали. У ведущих ма- стеров Возрождения деталь, точность ее формы и пропорций, обостренность ее плас- тически образной трактовки служили цели сделать тектоническую форму «говорящей», в формах сооружения создавать тектони- ческий образ. У маньеристов аналогичные черты детали служили в основном повыше- нию чисто зрительного «интереса». В этом принципиальное различие, исключающее какие-либо стилевые обобщения. В общем складе декоративно-тектониче- ских деталей сохранялось антично-класси- ческое понимание, отличающее маньерист- скую деталь от барочной. Но в арсенал классических форм теперь властно прони- кает элемент органической природы. Эта «натуралистическая» тенденция, особенно явная у Буонталентн, существовала парал- дельно с более строгой, но все же именно она, пожалуй, наиболее характерна. Самый материал деталей — камень принимает вид органическом, мягкой, как бы тягучей массы Эта черта особенно заметна в моделировке картушей, давших такой манере название «стиля )шной раковины». Тяготение к фор- мам органической природы, хотя и несло в себе элемент просто необычного, экстрава- гантного, не могло не быть связано с общей тягой к природной стихии, что отчетливо проявляется в архитектурных вкусах вре- мени. Вспомним призыв Вазари к архитек- туре как естественному созданию природы (come opere di natura). Прямым ответом на этот призыв стал частый прием неполной обработки ордерных форм фасада (ср.«поп- finito» в поздних скульптурах Микелан- джело), когда тонко отделанные части пе- ремежаются с глыбами необработанных квадров. Формы здания как бы вырисовы- ваются в массиве дикой породы, эффект, которого блестяще достиг Амманати в от- делке дворовых частей палаццо Питти. Но, пожалуй, наиболее глубокой фор- мой архитектурного отражения новых более широких горизонтов мировоззрения вре- мени явились искания новых систем и форм пространственно развитой композиции сооружений. Они неизменно шли по линии более широкого введения элемента регу- лярности в качестве связующего начала. Принцип единства регулярного целого те- перь включает не только само здание, но и прилежащую к нему природную среду (сад или парк). Здесь происходит некое «раскрепощение» замкнутого прежде вну- три сооружения статичного пространства и прорыв его к пространству окружающей природной среды (и одновременно — новое его закрепощение в оковах регулярности). Не исключено, что в этом доля причины той необычайной тяги к динамическому, направ- ленному, протяженному, уходящему вдаль, в идеале — бесконечному пространству. Именно в плане этих идей композиционно реализуется ставшая теперь возможной ме- нее замкнутая планировка городского дома, которая сразу принимает формы регуляр- ной, осевой, протяженной композиции. В плане палаццо впервые намечается регуляр- ная сквозная ось, объединяющая вход, вну- тренний двор и все чаще открывающая че- рез него перспективу вдаль. Композиция загородного сада строилась теперь на осе- вом развитии регулярной части сада к дикой природе. Однако во Флоренции XVI в., когда сфера архитектурной деятельности ограни- чивалась узко кастовыми интересами пат- рициата, эти прогрессивные идеи были ли- шены градостроительной основы. В иной форме и в иных целях они получили реаль- ную базу позже в обстановке градострои- тельных начинаний шедшего к своей бароч- ной поре папского Рима. Во Флоренции
«аследня и. конечно. Витрувий, в ком зодчий сам признавал учителя. Чувства и мысли Палладио навсегда остались прико- ваны к этому миру форм и образов, ибо в них самих, какими их создала античность, заключался для него идеал прекрасного в архитектуре. Если Браманте искал живое в прошлом, то Палладио стремился оживить это прош- лое как «вечно прекрасное». Гете в своих «итальянских дневниках» говорит о помыс- лах художника «воспроизвести жилище древних». Свои церковные постройки Пал- ладио старался приблизить к форме старых храмов. Программу своего творчества он намечает уже в своем первом крупном со- оружении — Базилике, которой зодчий дает это название, как общественному зданию римлян, мысленно стирая грань между ан- тичностью и современностью. Насколько все помыслы Палладио про- низаны идеей возрождения «вечных» начал архитектуры античности, говорит построе- ние его планов. Это — одна из центральных проблем творчества Палладио. Он произвел детальные обмеры римских терм и написал о них трактат. Регулярная организация их планов, построенных на полной симметрии, для Палладио навсегда осталась непремен- ным условием соответствия композиции античному идеалу. Регулярность была для Палладио той эстетической предпосылкой, на основе которой он создавал план, гармо- нически связанный соразмерностью всех частей в единство высшего «идеального» порядка античных сооружений. Палладио был первым, кто практически в построении планов удовлетворял альбертиевскому ус- ловию «соразмерности». Свое представление об идеально пре- красном плане Палладио в наиболее чистой форме воплотил в вилле Ротонде, где дал и свою транскрипцию центрически-куполь- ного сооружения. В этом смысле в вилле проявились и общность, и отличие творче- ства Палладио от творчества Браманте. В архитектуре Возрождения начала XVI в. наиболее' совершенной композицией монументального сооружения представля- лась центрическая, и ее воплощения, есте- ственно, искали в главном общественном сооружении — церкви и соборе. Архите- кторы Возрождения не задавались подоб- ной целью при постройке жилого дома или виллы, где центрическая форма не отвечала бы содержанию. Иной была эстетическая Особое место и значение в истории авхи тсктуры Италии принадлежит Андреа Пал- ладио. Как человек, мыслитель и зодчий Палладио целиком связан с культурой и мипУСргп °Mfi ИТаЛИИ ЭП°ХИ ВозР°жДения. Но п.пгп Р °бразов СТОИТ и у истоков боль- шого стиля эпохи просветительства, клас- сицизма XVIII столетия. Зодчий создавал свои произведения, оперируя тектониче- скими категориями античной классики. Но классика Палладио внешне и внутренне иная, нежели классика Браманте и Рафаэ- ля. Палладио чужда атектоничная грация произведений маньеризма, но также и дог- матичность академизма его времени. Творчество Палладио цельно, хотя и не лишено противоречий, его идеалы ясны и неизменны. Палладио свободен от творче- ских шатаний маньеризма между крайно- стями декоративной изощренности и суро- вого аскетизма. «Кредо» Палладио проти- востоит и по-своему цельной доктрине барокко, как его антитеза. В противополож- ность барочному идеалу выразительного движения произведения Палладио прони- кнуты покоем гармонической уравновешен- ности. Творчеству Палладио, как и всей архитектуре Венеции, чужды идеи и метод барокко, в этом Палладио не отличается от своего современника Сансовино. Но сопо- ставление этих двух зодчих выявляет прин- ципиальное различие их творческих концеп- ций. Не случайно роль Сансовино, крупней- шего мастера, ограничивается рамками самой Венеции, тогда как творческие фор- мулы Палладио стали достоянием последу- ющего развития архитектуры далеко за пределами Италии, ожив в общеевропей- ском течении архитектуры —классицизме. Палладио создала среда венецианских гуманистов, образованный республикан- ский нобилитет, денежная аристократия Венеции, ведшая независимую жизнь эпику- рействующих и меценатствующих помещи- ков. Палладио создала обстановка свободо- мыслия, просвещенного гедонизма знатоков и ценителей классики (Триссино), высокого профессионализма и чистоты классических форм архитектуры (Фальконетто), во мно- гом подготовивших формирование его стиля; далее, прямое глубокое изучение античного
концепция центрической темы у Палладио. Самая идея центричности в Ротонде отде- лена от основной смысловой^ функции зда- ния и существует вопреки ей, игнорируя и подчиняя себе назначение. Гете, говоря о вилле Ротонде, метко замечает: «Дом можно назвать пригодным для жилья, но не жи- лым». Заказчик был таким же поклонником классики, как сам зодчий; поэтому Палла- дио был полностью свободен. И вот в по- стройке виллы он взял идеальный тип ком- позиции Возрождения, чтобы создать апо- феоз «вечно» прекрасной архитектуры — гимн классическому портику. Облик виллы, гармоничный, ясный и спокойный, олицетво- ряет это прекрасное. Здесь на основе цен- трической схемы купольной ротонды Воз- рождения Палладио создал архитектурную «модель» эстетической концепции класси- цизма. Но говоря о классицизме Палладио, нельзя отождествлять его с течением акаде- мического классицизма в архитектуре Ита- лии XVI столетия. Классицизм Палладио чужд академизму. Каждая постройка все- гда своеобразна. По словам Гете, Палладио присуща «сила большого поэта, который из правды и лжи делает третье, что нас оча- ровывает». И это третье — глубокая прони- занность творчества Палладио чувством живой действительности, неотделимость ан- тичного облика его построек от реальной природной среды, в которую они вписаны и которую собой преображают. Материал наружной отделки построек Палладио — всегда простая штукатурка; кроме того, что она дешева, это было, ви- димо, связано с общими задачами, которые ставил перед собой зодчий. Неизменное при- менение штукатурки, в том числе в виллах, шло вразрез с традиционными требовани- ями, которые к патрицианской вилле предъ- являло время: богатство наружного убран- ства, скромные размеры, замкнутость, вели- колепие материала. К виллам Палладио не применимо ни одно из этих условий; их на- ружный облик прост, формы свободны от всяких украшений, расположение дома от- крыто и непосредственно связано с окруже- ЛНЛ“'пЛ отделке - простота штукатурки. Для Палладио мера прекрасного в архитек- rinL в"3 “Н0Г0 Крупнее узкнх Рамок «со- словной» красоты элегантного загородного Палл“диоПстоеИмиИЯ В °бЛИКе СВ0НХ вилл Палладио стремился раскрыть бесконечное богатство н преобразующую силу того «аб солютно» прекрасного, что для пего несла в себе классика античности. Палладио мыс- лит античные формы архитектуры столь же близкими к повседневной жизни человека, какими они были в самой античности, про- никающими весь быт, будничную сторону этого быта, но самую будничность возвы- шающими и облагораживающими. Об этих мыслях красноречиво говорит весь строй палладиевых вилл. Они предна- значались для крупных патрициев, богатой знати венецианской республики. Но в ком- позиции их зодчий идет не от патрициан- ского загородного дома, а от традиций сель- ской архитектуры. Простые каменные пор- тики и лоджии со столбами и арками, с нехитрой затиркой штукатурки по кирпичу еще и в наши дни остаются непременной принадлежностью сельского жилого дома и хозяйственных построек северной Италии. В их формах — древнеримская традиция «делового» строительства, глубоко жизнен- ная и прочно вошедшая в обиход народной архитектуры Италии. Эти народные формы архитектуры, самой жизнью созданный тип и строй сельской усадьбы вводит Палладио в композицию аристократической виллы. Отсюда невиданная в загородном жилье «для благородных» непосредственная связь дома и служб, несложные, скромные формы построек, лишенных украшений, простая штукатурка гладких стен. Глубокое созвучие всего «античного» склада построек Палладио эстетическим идеалам позднейшего классицизма было заложено и в ордерной концепции Палла- дио, новой в архитектуре итальянского Воз- рождения. Бруиеллеско, Браманте, Рафаэль и дру- гие мастера Возрождения, включая Сансо- вино, свободно трансформировали античную систему ордера, подчиняя его строй и форму тектоническому началу несущей стеновой «коробки» сооружения. Линии и пластика ордера создавали выразительное «лицо» стеновых граней объема в целом. В этом сочетании стены и ордера основой их согла- сованности была стена. И у Палладио ордер на стене никогда не «заслоняет» ее, как основу фасада. Но для Палладио представление о тектонике сооружения непосредственно связано с по- длинно античным строем ордера, как он дан Витрувием-конкретизированный в клас- античилй Ф°РМаХ античного портика. В этой античной ордерной «модели» заключалось
ТИЯ «оХТ= "оня- мыслит такой откровенной лжи° как портик колоннами и прямым антаблементом вплотную прижатый к стене фасада (что позже делал классицизм). Это противоое чило бы художественной правде,₽ которая присуща глубокой тектонической логике ордерных композиций Палладио. Самый массив стены зодчий пластически преобра- зовывал согласно тектоническому строю своей «идеальной» модели ордера. У масте- ров Возрождения стена и ордер всегда даны как бы в диалоге их «двухголосного» вза- имосопоставления. Палладио привел их к единству синтетического «монолога»; он слил массив стены и ордер колонн в единое пластически выразительное целое и в этом пришел (в своем позднем творчестве) к но- вой высокой форме диалектической связи ордера и стены, неизвестной зодчеству Воз- рождения. Это было ответом мастера на по- иски новой выразительности архитектуры, что, в частности, иногда давало повод го- ворить о проникновении в позднее творче- ство Палладио черт барокко. Архитектура Возрождения применяла ордер в его сочетании со стеной как текто- нически ясную и выразительную систему форм: ордер делал четкой и понятной об- щую организацию несущей основы соору- жения. Барокко, наследуя от Возрождения его принцип ордерности, подчинило ордер новой задаче —превратило его в средство выражения ритмико-пластических свойств массива самой стены, которая в барокко приобретала значение формы, определя- ющей образ. Барокко нивелирует образ- но-тектонические качества ордерных форм и первоначально сводит на нет пластическую специфику ордерной колонны как тектони- ческой антитезы стены и —в сочетании со стеной — «метафорического» выражения ее опоры (раннее барокко — стиль пилястр!). Стена в барокко не нуждается в опорах, кроме собственного тектонически и пласти- чески активного массива. У Палладио, напротив, колонна не нуж- дается в стене. По идее она всегда сама себя несущая опора, тектонически и пластически активная. В противоположность барокко типичные для Палладио раскреповки антаб- лемента над колоннами (и пилястрами) служат утверждению примата ордерного начала (а не его растворения в массиве стены, как в барокко). Они закономерно вы- текают из принципа тектонической нераз- дельности «стены-колонны», как в лоджии дель Капитанио или палаццо Вальмарана. где зодчий по-новому и в разной форме воссоздал колонный строй и ритм своей ан- тичной «модели» ордера. Стена, пластически обогащенная, полностью растворяется в организующем ее массив «идеальном» ор- дерном строе фасада. Верность своему идеальному предста- влению об ордере объясняет особенности «манеры» Палладио и ее глубокое отличие от проявлений современного ему маньеризма в итальянской архитектуре. Палладио чужда маньеристская «игра» форм, любо- вание деталью безотносительно к ее текто- ническому смыслу. Рисунок ордерной де- тали у Палладио ясен и прост, при этом поверхность детали всегда«голая»;скульп- турный декор размещен лишь на плоскос- тях стены и никогда— на элементах ордера. Для Палладио самый ордер, пластически видоизменяемый в своих формах при их переходе на стену, является основным носи- телем скульптурной обогащениости фасада, антаблемент — на стене обычно в виде упло- щенного пояса — только на колоннах как бы пластически «расцветает». Неизменная ак- центировка мотива колонны у Палладио не может вместе с тем рассматриваться как проявление якобы чисто маньеристской «зрелищности». Принципиальная особен- ность этого приема у Палладио заключается в той глубокой тектонической осмысленно- сти, какую всегда имеет колонна в компози- циях Палладио. Зодчий стремится дать ко- лонну в ее первичной (античной) полноте пластически полноценно звучащей тектони- ческой формы в отличие от чисто «зрите- льного» понимания формы в эстетике мань- еризма. В этом примате ясного тектонического начала ордерности Палладио — классик Возрождения. С точки зрения тектонической логики сочетания колонны и стены, компо- зиции Палладио не менее классичны, чем композиции Браманте. Но в отличие от Бра- манте тектоническая концепция ордера у Палладио «опрокинута» в античность. Для него понятие «ордер», как у Витрувия, идентично смыслу и формам классического ордерного строя античного портика. В этом Палладио —классицист. Именно класси- цистическую ордерную концепцию Палла-
дно полностью принимает позднейший ев- ропейский классицизм, как архитектурное выражение своего эстетического античного идеала. Имена Брунеллеско, Альберти, Бра- манте, Микеланджело, Палладио стоят на узловых этапах общего большого пути эво- люции архитектуры Возрождения в Италии. Творчество этих зодчих — мыслителей и но- ваторов — раскрывает его главные тенден- ции, не исчерпывая всей широты и богат- ства архитектурной эпохи в целом. Их иде- алы, направление их творческих поисков, формы и образы их творений позволяют раз- глядеть в общем многоводном потоке сли- тые в нем струи и течения. Сталкиваясь, они подчас меняют направление общего движения, исчезают, возникают вновь, чтобы в творчестве бесчисленных блестящих ху- дожников-зодчих, ваятелей и живописцев, строителей и народных мастеров — пред- стать во всем великолепии архитектурного искусства эпохи, начинающей свою историю под небом суровой Флоренции.
ГЛАВА И АРХИТЕКТУРА ИТАЛИИ 1 420- 1 520 гг. I. АРХИТЕКТУРА ТОСКАНЫ, УМБРИИ, МАРОК Одним из наиболее передовых городов средневековой Италии и самым ранним оча- гом новой городской культуры, искусства и зодчества была Флоренция. Планировочная схема Флоренции (рис. I) четко отражает основные стадии развития города. К античному периоду от- носится ядро современного города, где со- хранилась характерная для римских лагерей прямоугольная планировка с ярко выявлен- ными кардо и декуманус1 и центральной площадью на их пересечении. Средневеко- вый период характеризуют сходящиеся лу- чеобразно к воротам лагеря главные дороги, улицы и свободно выросшие вокруг стен, окружавших древнее поселение, кварталы с обособленной общественной площадью и отдельно стоящим ансамблем собора. Эта территория была защищена вторым рядом стен, за пределами которых город разросся в период начавшегося экономического рас- цвета2. Здесь расположено кольцо монас- тырей, постепенно ставших центрами от- дельных районов Флоренции. В период с 1285 по 1388 г. горбд был обнесен новым кольцом крепостных стен, неоднократно реконструируемых и обнов- лявшихся в последующие столетия. 1 Взаимно-перпендикулярные, пересекающиеся главные магистрали. 2 Во Флоренции в XIV в. было около 100000 че- ловек населения: 30 000 ремесленников-ткачей. 300 башмачников, 150 каменщиков и ковровщиков. 300 адвокатов. 100 судей, 60 лекарей, 100 фармацев- тов, 80 менял и др. Многообразные социально-экономиче- ские функции городской жизни, прежде ограниченные стенами старого города, вы- носились за его пределы: новые ансамбли приняли на себя частично функции главного городского центра и стали сами центрами растущих периферийных районов. Наряду с этим намечалось развитие ансамблей но- вого типа, образовавшихся вокруг приход- ских церквей и дворцов самых знатных се- мей Медичи, Ручеллаи, Пигги и других, ве- личественные жилища которых вносили но- вый масштаб в застройку. К востоку от второго кольца городских стен Арнольфо ди Камбио (как считают многие исследователи) построил церковь и первый монастырский двор Санта Кроче (1295). Однако ансамбль монастыря и пло- щади перед ним был завершен лишь в XV в., когда Брунеллеско построил в первом дворе монастыря капеллу Пацци (стр. 68) и до- бавил второй двор, а в 1549 г. скульптор Франческо да Сангалло воздвиг кампаниллу (рис. 2) взамен сгоревшей в 1512 г. Возрос- шее значение этой площади привлекло вни- мание знати, поручавшей строить здесь свои дворцы лучшим флорентийским мастерам. Правильная вытянутая форма площади, а также окружение соответствовали ее новому назначению —месту празднеств и турниров. Одним из важнейших ансамблей, распо- ложенных к северу от городского центра, является площадь Сантиссима Аннунциата (рис. 3), восточную сторону которой зани- мает портик Воспитательного дома Брунел- леско. Спокойный, легкий, но монументаль- ный по масштабу портик послужил образ- цом для позднейшей застройки други*
сторон площади, завершенной к концу XVI в. Одним кварталом западнее расположен ансамбль площади Сан Марко у монастыря Сан Марко, основанного в конце XIII в., но позже значительно реконструированного Микелоццо (стр. 78). Вокруг находились монастыри с их библиотеками, университет ‘ лекарственным садом (1429), госпитали, богадельня. Ансамбль Сан Марко стал сре- доточием науки того времени. Непосредственно у западных стен сред- невековой Флоренции находилась древней- шая церковь Санта Мария Новелла с мона- стырем (начала XIII в.), служившим рези- денцией для приезжавших во Флоренцию пап. К западным воротам античного города подходили основные торговые магистрали, поэтому на площади перед церковью устра- ивались в дни религиозных праздников тор- жественные процессии и представления, а в XVI в. и конные состязания. Ансамбль
п-тощадк сложился в основном в и жизниИе был?Пенн° местами общественной жизни, были непосредственно связаны с площадью Синьории и главной соборной площадью Санта Мария дель Фьоре. ₽ Самым ранним сооружением в ансамбле сооорнон площади является восьмигранный баптистерий Сан Джованни, построенный в основном в XI-XIII вв. Собор Санта Ма- рия дель Фьоре начали строить на месте более ранней церкви в конце XIII в. и с таким размахом, что завершить его удалось лишь в начале XV в. (стр. 61). Рядом с собором возвышается кампанила, начатая Джотто. Площадь Синьории — место народных собраний, празднеств, состязаний и даже судилищ; еще в период раннего Средневе- ковья площадь приняла на себя основные общественные функции древнего форума. Палаццо Веккио или Синьории (1298 — 1314 гг.), как и собор, было начато Арноль- фо ди Камбио. В 1376 г. рядом с собором бы- ла построена лоджия деи Ланци (приписы- вается Орканье), служившая первоначаль- но парадной трибуной, а затем местом пре- бывания герцогской стражи. Площадь Синьории постоянно обстра- ивали все новыми и новыми общественными сооружениями — гильдейскими и цеховыми домами и дворцами. Значительно изменился облик площади в XVI в., когда перед па- лаццо Веккио были поставлены скульптуры Микеланджело и Бандинелли, фонтан Нептуна (Амманати) и конный памятник Козимо I (Дж. да Болонья), а в лоджии деи Ланци —скульптуры Б. Челлини и др. Все это приблизило масштаб ансамбля к человеку, превратив этот старый комплексе ансамбль эпохи Возрождения. Во второй половине XVI в. Вазари, возводя новые зда- ния для герцогских учреждений—Уффици, фактически создал новую площадь-улицу от палаццо Веккио и лоджии деи Ланци до набережной Арно. Эти изменения, как и одновременное строительство моста Санта Тринита, знаменуют принципиально новый этап в градостроительстве Италии. Здесь же, в центральном районе города, к востоку от античного кардо, слагался и реконструировался торгово - ремесленный центр новой Флоренции. Улица, включив- шая кардо, начинается у моста Веккио и ведет к главной соборной площади города. 3. Флоренция. Ансамбль площадей Сан Марио (А) и Сантисснма Аннунциата (Б) а — монастырь Сан Марка (1 — его аил по гравюре); б - «*• энио Медичи: • - Оспедч.че дмьи Ииаочеиги (Вого.тптопь- има дом); е - адркова Саигисснма Ликуицчага; Э - портов HiT.KRM Сепии ЛИ .Маоня
4. Флоренция. Собор Санта Мария дель Фьоре, 1296—1470 гг. Арнольфо ди Камбио, Джотто (кам- паннла), Брунеллеско (купол) На нем расположены Старый и Новый рынки. На месте старого сенного рынка на- против Каза деи Меркатанти в 1541 — 1551 гг. Джованни Баттиста Тассо построил лоджию МеркатоНуово (Новый рынок) для торговли овощами и цветами. Здесь же по- явились дома гильдий и хозяев крупнейших мануфактур. Так среди тесной средневековой застрой- ки возникали (сперва разрозненными вкрап- лениями) сооружения новой эпохи. Филиппо Брунеллеско (1377—1446) — первый великий мастер архитектуры нового времени, крупнейший художник, изобрета- тель и ученый-теоретик. Филипп0’ ноткриус сер Брунеллеско ди НО п₽ед!а:,вачал ет° к профессии нота- ним, ГМ изучал памятники архитектуры. Свою творческую деятельность он начал как скульп- тор и участвовал в конкурсе на бронзовые двери флорентийского баптистерия. Одновременно изучал законы перспективы; ему приписывают картины с иллюзорными эффектами, изображающие площади — Соборную и Синьории (1410—1420 гг.). Брунеллеско выполнил ряд инженерных и фортификационных ра- бот в Пизе, Лукке, Ластере, Ренчине, Стадже, Фер- раре, Мантуе, Римини и Внкопнзано. Архитектурные работы Брунеллеско во Флорен- ции или около нее: купол Санта Мария дель Фьоре (1417—1446 гг.); Воспитательный дом (с 1419 г.); церковь Сан Лоренцо и старая Сакристия (с 1421 г.) (проект позже перерабатывался); палаццо ди Парте а. <пР°ект заказан в 1425 г., строительство — 1430—1442 ГГ.); капелла Пацци (с 1430 г.); оратория Санта Мария дельи Анджели (после 1427 г.); цер- ковь Сан Спирита (начата в 1436 г.). Кроме того, с именем Брунеллеско связаны следующие постройки: "алаццо Питти (проект мог быть выполнен в 1440— 1444 гг., строилось в 1460-х гг.); палаццо Пацци (про- ект был заказан в 1430 г., выстроено в 1462—1470 гг. г=и~елГ° Ла Майано); капелла Барбадори в церкви Санта Феличита (1420 г.); вилла Питти в Рушано под Флоренцией; второй двор монастыря Сайта Кроче Е°ен п° иаменени°му проекту Брунеллеско), валкь в° Ьипае <Балья ф“эолана. перестраи- леско) 1456—1464 гг. последователями Брунел-
И трудной задачи5 6 ” знач«тельной -мТет" хлх:„ред "роите- ^^ола4еобора С^-^^ь «ио.' ВС?36Р8^оасТ^зв\де„9и^Г- >°Л“Ф° “ 5а- сти особое совещание утвеплилп базиликальной ча- работанную восемью «ж™о™г, °ЛеЛЬ Купола' Раа‘ (не сохранилась). Фундаменты”™»”” " мастеРами» заложены уже в 1380 г В 1404 г 2 Л°” Купола бь,ли кой комиссии вошли Бру^коВиХХ₽°гХ Нанни ди Баико был? пверждена^иш^Ж? 2 октябре этого года началось строительство купола Строителями были назначены Брунеллеско, Гиберти и Б. дАнтонио. С 1426 г. Брунеллеско-главный «Роитель купола. Купол закончен в 1431 г., апсиды его барабана — в 1438 г., а балюстрада —в 1441 г. (хооо3мТ‘Г'"е КУП0Ла "ад парной частью (хором; базилики, при огромных размеоах бораКРоЬкаТ°ГО ,,ростРанства и высоте’со- бора, оказалось непосильной задачей для предшественников Брунеллеско, причем со- оружение специальных лесов представляло жените»"® Ме"ЬШуго трудность, чем соору- жение самого купола. Длина собора 169лс. «mu,.------ чгроительства купола до верхнего кольца и освящения собора в 1436 г быт об,™.™ Бочиеллес” М°^ЛЬ *°"аРя; победителем снова вышел после см7^„ ,Ф°Иа₽Ь Ку"°Ла 6ыл сооружен только ег помп™ м™° неск°лн(о видоизмененному неллеско п идя ф°наря купола ““полиена Бру- неллеско в 1436 г., но его первый камень заложен только в марте 1446 г В строительстве фона” ствовали Микелоццо, А. Маиетти. Чаккери. Б Россе- ЛИНО и Сукиелли, завершивший его в 1470 г. Главный наружный карниз и галерея у основания купола остались невыполненными. Выполненный Баччо д’Ань- галереей не 5. Флоренция. Собор Санта Мария дель Фьоре, 1296-1470 гг. Продольный разрез; купол и его «тал» 61
ширина средокрестия 42 л. высота' 8°*^“" гранного подкупольного пространства У1 . а вместе с фонарем 107 м. „Лг,„пям Восходящие к византийским образцам средневековые купольные постройки Ита- лии не могли подсказать нужного решения, так как были значительно меньших разме- ров и имели иное устройство. Несмотря на эти трудности, замысел купола созрел еше в XIV в., что подтверждается, в частности, пояснительной запиской самого Брунел- леско Известно, что при утверждении в 1367 г. новой модели строителей обязали не отступать от нее под присягой и под стра- хом больших штрафов. Это усложняло и затрудняло решение чисто конструктивных и инженерных задач, которые главным об- разом и стояли перед Бруиеллеско. Предложения Бруиеллеско по возведе- нию купола, показанные на его модели, утвержденной в 1420 г., и изложенные в пояснительной записке к ней, почти полно- стью осуществлены в натуре. Мастер при- нимал форму и основные размеры купола (диаметр и стрелу подъема внутреннего свода), установленные моделью 1367 г. Но вопросы структуры и способы возведения купола — количество оболочек, количе- ство несущих ребер и их толщина, кон- струкция оболочек и их кладки, конструкция опорного кольца купола, его крепление и связи, способ и последовательность кладки сводов без лесов2 и пр.— были подробно разработаны и решены самим Бруиеллеско (рис. 5). Трудность заключалась не только в ог- ромных размерах перекрываемого пролета, но и в необходимости возвести купол на высоком восьмиугольном барабане с отно- сительно небольшой толщиной стен. По- этому Бруиеллеско старался максимально k3nJ,,HJO6₽a’,!eHHer-co6opa„ иа *Реске «Испанской к 13й1<,Гад7*^Т* МаР"" ™велла хотя н от- носится к 1365—1367 гг.. т е. ко времени новой мо- ?Ц“г?“бо₽а “ соответств"" с которой шло его строн- ции??' иастол'>“0 Расходится с действительным ‘‘ан“«“ что вряд ли может служить основанием для суждения о роли Бруиеллеско Вместе с тем в «о?и1"ЦгНО(| Бруиеллеско сказано, что «У°ола возводится « .как для пре- дохранения от сырости, так н для того, чтобы он ’“ик?леп"м " выпуклее». Это показывает зна ’«’"“"У" роль Бруиеллеско в опре- прелполагается “ 1‘Р“8"*,*“ Куп0Ла’ ,ем это об“-"о «ле^з*“^ «ше”*.07-5 Я) КУП°Л был воа- *а«х выше-на вспомогательных кру- облегчить вес купола и уменьшить силы оаспора, действующие на стены барабана. Зодчий достиг этого посредством создания пустотелого купола с двумя оболочками, из которых внутренняя, более толстая, явля- емся Несущей, а более тонкая, наружная- защитной, а также облегчением материала: от сплошной каменной кладки в основании к кирпичной в верхних частях граней (лот- ков) купола. Жесткость конструкции обеспечивается системой несущих ребер, связывающих обо- лочки свода: восемь главных по углам вось- мигранника и шестнадцать дополнительных — по два в каждой грани купола. Главные и вспомогательные ребра связаны между собой через определенные расстояния опо- ясывающими кольцами, в которых камен- ная кладка искусно сочетается с деревян- ными связями. Между оболочками свода помещены разгрузочные арки и лестницы. Распор купола, свободно поставленного на относительно тонкие стены высокого ба- рабана, не имеющего контрфорсов и откры- того на всю высоту, был погашен внутри самого купола посредством упомянутых кольцевых связей, и особенно распорным кольцом из деревянных связей, расположен- ным на высоте 7 л от основания. Это круп- нейшее нововведение строительной техники Возрождения сочеталось с характерным для готической архитектуры стрельчатым очертанием свода, также способствующим уменьшению распора. Существенное кон- структивное значение имеет и фонарь, ко- торый, замыкая и нагружая каркасную кон- струкцию сомкнутого свода в его вершине, сообщает ему большую устойчивость и прочность. Так подлинно новаторски решил Брунел- леско архитектурно-строительные (новая конструктивная система полого с двумя оболочками купола) и технические (возве- дение без лесов) задачи. Несмотря на сложность и многие неяс- ности истории флорентийского собора, но- ваторская роль Бруиеллеско общепризнана и бесспорна. Однако историко-художествен- ное значение купола и прогрессивные черты его архитектурного образа выходят далеко за пределы инженерно-технических задач. Посвящая Бруиеллеско свой трактат о жи- вописи, Альберти говорит, что это «...вели- кое сооружение, вздымающееся к небесам, настолько обширное, что оно осеняет собою все тосканские народы и воздвигнутое без
“сякой помощи подмостей или громоздких , поисти7еИС₽гУпСНеИШее изобРетение- которое поистине, если я только правильно сужу столь же невероятно в нащн время_ с W, быть может, оно было неведомо и недоступ- но древним»'. Главенствующая роль, которую купол Флорентийского собора получил в город- ском пейзаже, его очертания и размеры полностью отвечали чаяниям флорентийцев и самым прогрессивным тенденциям в миро- воззрении молодой буржуазии. Однако со- временное зарубежное искусствоведение, исходя преимущественно из формально сти- листических соображений, настойчиво от- вергает наличие художественного новатор- ства в куполе Брунеллеско, указывая на готический характер всей концепции (при- менение нервюр, стрельчатое очертание ку- пола, шатровое завершение фонаря, харак- тер и профилировка его деталей). Между тем, готический принцип стрельчатого нер- вюрного свода переработан мастером на основе новых смелых конструкций, и как раз те части композиции, которые, безус- ловно, принадлежат Брунеллеско, обнару- живают присущую ему свободу и смелость. Это полностью относится и к использован- ным им элементам ордерной системы. Та- ковы полукруглые малые апсиды, располо- женные по диагоналям подкупольной части, с их полуциркульными нишами, обрамлен- ными сдвоенными коринфскими полуколон- нами; такова внутренняя галерея у основа- ния купола, а главное — совершенно новая композиция восьмигранного фонаря с угло- выми коринфскими пилястрами и контрфор- сами в виде арок, увенчанных волютами. Главный наружный карниз под куполом остался невыполненным. Под карнизом дол- жна была проходить галерея-аркада, но едва ли в том виде, в каком она была сде- лана на одной из граней в XVI в. Баччо д’ Аньоло; чрезмерная размельченность при- дала ей спорный масштабный характер (Микеланджело раздраженно называл ее «клеткой для сверчков»). Прогрессивное значение купола не ис- черпывается применением новых конструк- ций и ордерных форм. Впервые в западно- европейском зодчестве внешняя форма ку пола определилась не только формой « перекрытием внутреннего пространства, но и осознанным с самого начала стремлением выявить это пространство во вне; впервые архитектурно-художественное значение ку- пола определяется его наружным пласти- ческим объемом, получившим выдающуюся роль в ансамбле города. В этом новом об- разе купола как монумента, воздвигнутого во славу города, воплотилась победа нового светского мировоззрения над церковным. Ведь уже в 1296 г. флорентийское прави- тельство, поручая проектирование нового собора Арнольфо ди Камбио, наказывало ему создать такое сооружение, в котором билось бы «сердце, ставшее очень большим, ибо оно состоит из душ всех граждан, объ- единенных одной волей». Купол господствовал над всей Флорен- цией и окружающим пейзажем. Его значе- ние в ансамбле города и сила его художе- ственного «дальнего действия» определяется не только упругостью и вместе с тем лег- костью его взлета, не только его абсолют- ными размерами, но и сильно укрупненной масштабностью частей, возвышающихся над городской застройкой: барабана с ог- ромными сильно профилированными круг- лыми окнами и гладких граней свода с раз- деляющими их мощными ребрами. Простота и строгость форм купола подчеркнуты более мелкими членениями венчающего фонаря, что усиливает впечатление высоты всего со- оружения. Вся пластическая композиция купола и подчиненных ему больших и малых апсид, точно воспроизводящая пространственную композицию подкупольной части собора, в сущности является центрической, слабо свя- занной с базиликой: завершая искания, на- чатые еще за столетие Арнольфо ди Камбио, Брунеллеско создал первый отчетливый образ центрического купольного соору- жения, который отныне стал одной из важнейших тем итальянского зодчества эпохи Возрождения. Дальнейшей разра- ботке центрической композиции, как са- мостоятельной, так и в ее сочетании с базиликальным типом, посвящены были творческие усилия нескольких поколении зодчих. Флорентийский купол и купола в оригинальных центрических композициях Брхнеллеско — те предпосылки, без которых немыслимы были бы ни купол Микел- анджело. ни его многочисленные повторе- ния по всей Европе в течение последу- ющих трех столетий. • Леон Батиста Альберти. Десять книг о зодчестве. М, 1937. т. 11. стр. 26.
Наиболее полно выявились особенно- сти нового архитектурного направления в построенном Брунеллеско Воспита- тельном доме (Оспсдале дельи Ин- ноченти — приют невинных) Воспитательные учреждения и при- юты для подкинутых детей были еще в средневековье, обычно в церковных и монастырских комплексах. В эпоху Воз- рождения их число сильно вырастает, отражая гуманность и светский характер новой культуры. Оспедале дельи Инно- ченти Брунеллеско явился первым кру- 1 Начат в 1419 г. по заказу цеха шелкопрядиль- щиков и ювелиров, членом которого был и Брунел- леско; в последний раз имя Брунеллеско упоми- нается в документах 1424 г. когда выстроен наруж- ный портик, а внутри была возведена лишь часть стен. В 1427 г. строителем Воспитательного дома на три года был назначен Франческо делла Луна, рабо- тавший также в 1435—1440 гг. Согласно свидетель- ству предполагаемого автора анонимной биографии Брунеллеско —Антонио ди Туччо Манетти — Фран- ческо делла Луна принадлежит крайняя южная по- стройка (около 1430 г.), нарушившая пропорции фа- сада и замысел Брунеллеско. Воспитательный дом был открыт в 1445 г. Он по- строен из кирпича, стены и своды оштукатурены, Колонны, архивольты, междуэтажные тяги и все орнаментальные элементы сделаны из местною из- вестняка (macigno). Терракотовые барельефы с изо- бражением спеленутых младенцев выполнены Андреа делла Роббиа.
7. Флоренция. Воспитательный дом. Фасад с площади Сантиссима Аннунциата иным общественным зданием подобного типа, стоящим обособленно и занима- ющим видное место в городе. Компози- ция этого сложного комплекса, объеди- нявшего в себе жилые, хозяйственные, общественные и культовые помещения’, ясно строится вокруг центрального двора. Внутренний двор — неотъемлемая часть жилых домов и монастырских комплексов Италии — был мастерски использован Бру- неллеско для объединения всех помещений. Квадратный двор, обрамленный легкими арочными галереями, защищающими поме- щения от палящих солнечных лучей, окру- жен различными комнатами с двумя зала- ми по обеим сторонам глубинной оси двора (рис. 6). Входы в здание расположены по главной оси двора. Открытая на площадь Сантиссима Ан- нунциата лоджия, повторяющая главный 1 Установить точно назначение отдельных поме- щений Воспитательного дома невозможно, однако размещение входов, лестниц, комнат и их размеры подсказывают, что основные обслуживающие поме- щения (кухня, столовая, жилье прислуги, комнаты администрации и приема детей) были расположены в первом этаже, в непосредственной связи с ниж- ними лоджиям» явора: спальни же детей и воспнта телей и помещения для занятий находились на вто- ром этаже по периметру двора. 3 ВИА, том V мотив дворовой аркады в монументальном масштабе и с более богатыми деталями, связывает Воспитательный дом с городом (рис. 7). Древнему мотиву арочной колон- нады Брунеллеско придал облик приветли- вого, гостеприимного вестибюля, открытого на площадь и всем доступного. Это подчер- кнуто пролетами широко расставленных стройных колонн и упругих полуциркульных арок лоджии, приподнятой на девяти сту- пенях по всей ее длине. Главной темой всей композиции является аркада и потому Бру- неллеско не акцентирует центр фасада. Фасад здания, расчлененный на два не- равных по высоте этажа, отличается просто- той форм и ясностью пропорционального строя, за основу которого принята ширина пролета аркады лоджии. Укрупненные чле- нения главного фасада, его ширина! и раз- мер пролета аркады лоджии приняты Бру- неллеско с учетом размеров площади и вос- приятия здания со значительного расстояния (аркады вокруг небольшого внутреннего двора в полтора раза меньше наружных). Легкость и прозрачность лоджии, ее изя- щество были бы немыслимы без конструк- пропорции фасада, чре.черно удлинив здаиие и усложнив его композицию
тивного новаторства, проявившегося здесь. Выбранный Бруиеллеско парусный свод, давно забытый в Италии, обладал всеми необходимыми статическими качествами: при тех же размерах основания и высоте подпружных арок, что и у крестового свода, он имел большую стрелу подъема и, следо- вательно, меньший распор. Это позволило сделать его значительно более тонким и легким, чем крестовый свод. Металлические тяги, расположенные в нижней части арок, связывающие колонны со стеной, помогали погасить значительную долю распора. Вы- сокая стена второго этажа, нагружающая аркады лоджии, и заполнение пазух между арками в большей степени локализовали остальную часть распора свода. Антаблемент, лежащий непосредственно на архивольтах аркады и на больших ко- ринфских пилястрах, обрамляющих край- ние пролеты, объединяет всю композицию не только по горизонтали, но и по вертика- ли. Составляя единое целое со стеной, в которой фриз условно выделен неизменным профилем, словно рамой обегающим его со всех сторон, этот антаблемент передает на аркаду нагрузку второго этажа. Легкая гладкая стена второго этажа, прорезанная метрическим рядом простых окон с треуго- льными фронтонами и увенчанная скромным и легким карнизом, подчеркивала глубину и просторность защищенной от солнца лод- жии. Композиционный замысел, ясно отража- ющий общественное назначение здания, тек- тоничность и простота форм, четкость про- порционального строя и соответствие за- стройке площади придают этому первенцу нового направления в зодчестве гармони- чность, роднящую его с архитектурой ан- тичной Греции. Несмотря на то, что во всем фасаде Воспитательного дома нет ни одного элемента, непосредственно заимство- ванного из античных памятников, здание ^лиэко к ним по характеру благодаря своей ордерной системе, соотношению несомых и несущих частей и облегченным кверху про- порциям. г 1 v пп^йУМаНН°ег БРУ«еллеско завершение неи«Дт^Л<‘д°ЙмСТ<>рОН фасада в точно"и неизвестно. А. Манетти упоминает о спа- ренных .маленьких пилястрах и другом кар- иаГпил^?Ые буДТ° бы должны б“ли быт₽ь о том п ЛЕГ П° К0НЦам фасаяа- ВопРос м^гел » й Мере Нарушен авт°рский за- мысел в замыкающих лоджию боковых ар- ках, а также в необычном повороте главного архитрава под прямым углом вниз, к цо- колю1, остается пока спорным. Лоджия Воспитательного дома способ- ствовала формированию нового типа аркад, пропорции, членения и формы которых под- чинены логике ордерного построения. По- степенно такие аркады стали обычными для архитектуры XV в. и в Тоскане и за ее пределами2. Одновременно со строительством Воспи- тательного дома Бруиеллеско начал (в 1421 г.) перестройку и расширение старой базилики Сан Лоренцо, приходской церкви семьи Медичи. Старая сакристия (ризница) цер- кви Сан Лоренцо во Флоренции, закон- ченная при жизни мастера, дает первый в архитектуре Возрождения пример простран- ственной центрической композиции, воз- рождающей систему купола на парусах над квадратным в плане помещением (рис. 8). Структура внутреннего пространства сак- ристии отличается четкостью и простотой. Кубическое помещение перекрыто ребри- стым куполом (фактически сомкнутым «мо- настырским» нервюрным сводом) на пару- сах и четырех тонких подпружных арках, несомых стеной, расчлененной ниже полным коринфским ордером пилястр. Конструкция ребристого купола на па- русах весьма оригинальна. Для того чтобы облегчить купол, уменьшить распор и осве- тить подкупольное пространство, Брунел- леско устроил в основаниях сильно вспа- рушенных граней купола вертикальные стенки с круглыми окнами. Статические преимущества заключаются в том, что вер- тикальные стенки, нагружая опорное коль- цо купола и уменьшая распор, делают всю систему более устойчивой. Как и в куполе собора, распор зонтичного купола сакри- стии Сан Лоренцо погашается посредством ‘ °брамлеиие к₽айних пилястр (и всей лоджии) аРхитРаа°м вызывало негодование Ва- зари, приписавшего это «нарушение правил» помощ- в зллеско «Рранческо делла Луна. Однако отст?п™«еаеВИЯХ БРУнеллеско встречается немало ся своеобп»,иТ принятых Ф°РМ' которые объясняют- условиям» Ли еГ° хУдожест°енного мышления и аотичны Л Ир0ВаНИЯ нового стиля «а основе античных и средневековых традиций. монастып^Саи1^?” мовастыР« Санта Кроче, двор гах мот,™ „М5.рК0, доор палацт Строцци и дру- ФьезолеРгпгпи..»Фло₽,енции,' лоджня аббатства в вины XV в аокяпиВ *1истойе и др- со Второй поло- стване няппДРКаДЫ этого типа строятся по всей стране, например дворцы в Губбио и Урбино.
8. Флоренция. Бруиеллеско. / -капелла Пацци. 1430-1443 гг.; г-старая сакристия церкви Сая Лоренцо. 142 —1444 гг. хорошо перевязанного распорного кольца, устроенного в его основании и выражен- ного сильным профилем. Используя визан- тийские образцы купола на парусах и нер- вюрную систему готики, Бруиеллеско по- новому решил проблему погашения распора и создал оригинальную, необычайно про- стую композицию внутреннего простран- ства. Она поражала не столько конструк- циями и последовательным применением форм античного ордера, сколько новизной всего тектонического образа, созданного посредством органичного соединения архи- тектурных форм и приемов, развившихся на основе арочно-сводчатой (стеновой) и стоечно-балочной (архитравной) систем конструкций *. Весь «остов» композиции — пилястры, архитрав, архивольты арок, гурты и ребра купола, а также наличники окон, круглые медальоны, вписанные в паруса и между концентрическими арками, кронштейны — все эти элементы выполнены из темного камня и четко вырисовываются на светлом фоне оштукатуренных стен. Резкость этого контраста, может быть, смягчалась бога- 1 Древнеримское зодчество пользовалось в основ- ном лишь механическим сочетанием стены и сводов с ордером, который «приставлялся» к несущим стол- бам и играл чисто декоративную роль. той полихромией, в настоящее время плохо сохранившейся. Ордерные деления сакрис- тии намечают основные закономерности ее композиции, придавая ей ясность, покой и легкость. Интерьер сакристии и купол утратили тяжесть и монументальную статичность, столь характерные для купольных построек раннего Средневековья. Зодчий недвусмыс- ленно выявил и тектоническую роль стены: маленькие консоли под антаблементом слишком широко расставленных пилястр, ставившие в тупик многих исследователей, явно не в состоянии поддержать располо- женный над ними антаблемент и поэтому как нельзя лучше показывают зрителю, что антаблемент этот не настоящий, а лишь членит стену; также очевидно и то, что подпружные арки не могут поддержать купол и только обрамляют несущую стену. Такое применение ордера стало излюблен- ным и характернейшим композиционным приемом мастера. Постепенным дроблением и облегчением архитектурных форм достигнуто впечатле- ние большой глубины подкупольного про- странства и выявлены закономерности тек- тонического взаимодействия между несу щими и несомыми частями сооружения. Этому способствуют также убывающие
снизу вверх размеры основных членений сакристии и распределение света в ин- терьере, сосредоточенного в куполе, осве- щенном круглыми окнами (в настоящее время они заделаны). Композиционные и конструктивные при- емы, примененные в старой сакристии церкви Сан Лоренцо, Брунеллеско совер- шенствовал и развивал в капелле Пац- ци1, семенной молельне, предназначенной и для собраний капитула монастыря Санта Кроче (рис. 8). Это одно из самых характер- ных для Брунеллеско и самых совершенных его произведений. Сложное назначение ка- пеллы требовало большого свободного про- странства и относительно небольшого хора с алтарем. Немаловажное значение в пла- нировочном решении сыграло расположение здания во дворе средневекового монастыря Санта Кроче. Брунеллеско компонует пря- моугольное в плане помещение, несколько вытянутое по оси, перпендикулярной глав- ной оси церкви, и замыкающее одну из коротких торцовых сторон двора, окружен- ного аркадами (см. рис. 2 и 9). Этим про- тивопоставлением подчеркнута самостоя- тельность небольшой капеллы и достигнуто ее композиционное единство с монастыр- ским двором. Чтобы сделать внутреннее пространство и объем сооружения как можно более зна- чительным и выделить здание из окружа- ющей застройки, Брунеллеско мастерски подчиняет поперечно развитый интерьер и фасад объемно-пространственной центри- ческой композиции, завершенной в центре куполом на парусах. Части прямоугольного зала справа и слева от купола уравнове- шиваются по главной оси здания помеще- ниями хора и центральной части портика, также перекрытых куполами. Возведение купола над центром прямо- 6ыла ,аказана семейством Пацци. « и^?“°ЧНаЧаТОе БРУнеллесК0 в 1430 г„ закон- •фишей -,Л~е₽ШеН“е фа?да капеллы защитной ? ₽ ННЫХ С1ог6иках - позднее; замы- <ел автора нам неизвестен Балюстрада в одном ич u-ииГ сТТе“ "°₽ТН|<* ~ также позднейшее добав- та Сегти^ио и₽'1“е £ выполнены Дезидерио ' у ой делла Ро66иа Рельефы апо- Aiwe мим«ПеЛЛ1'1 пРиписываЮ1с» Брунеллеско .кт*^“,ыТ^и ГТИЧа: колонны пилястры, угольного с короткими ветвями помещения было возможно только при условии введе- ния распорного кольца с нагружающими его стенками. Иначе распор купола вос- принимался бы сводами только в одном поперечном направлении. Высокий аттик, которым увенчан вход- ной портик, не кажется слишком тяжелым, так как он зрительно облегчен малень- кими сдвоенными пилястрами с легкими филенчатыми вставками между каждой парой. Общему впечатлению стройно- сти и легкости способствует убывание членений фасада вверх. Цилиндрический свод над портиком перебивается в центре куполом на парусах. Погашая распор свода, высокий аттик нагружает колонны портика, чем и объясняется относительно частая расстановка колонн. В центральном же пролете фасадная арка и купол за ней позволили увеличить интерколумний почти вдвое (см. стр. 42). В интерьере капеллы Брунеллеско раз- вивает свой прием выявления основы ком- позиции материалом и цветом ордера. Как и в сакристии, ордерные формы изменяются соответственно их месту и роли в компози- ции: небольшие выступы пилястр в углах хора мыслились, по-видимому, как высту- пающая часть встроенного столба; углы интерьера обработаны пилястрами, как бы переходящими с одной стены на другую. В интерьере капеллы отсутствуют при- мененные в старой сакристии не совсем удачно связанные с архивольтами кон- центрических арок высокие полуциркуль- ные окна над антаблементом. Изящный рисунок темно-фиолетового каркаса на жемчужно-серых плоскостях стен создает иллюзию их невесомости. Ордер интерьера соответствует наружным членениям здания. Эта связь между интерь- ером и портиком капеллы проявляется и в применении раскрашенной керамики, и в общей жизнерадостной полихромии стен и деталей. Таковы, например, круглые медальоны внутри здания, украшенные маиоликами Луки делла Роббиа, круглые майоликовые кассеты купола под портиком, раскрашенный терракотовый фриз с голов- ками ангелов и др. .,„„^аряду с центРическими купольными зданиями новаторские тенденции Брунел- ^пя Ли,?и°ЯВИЛИСЬ и при С03Дании им церквей традиционного базиликального типа.Ц е р- и Сан Лоренцо (начата в 1421г.) и
9. Флоренция. Капелла Пацци. Общий вид, интерьер, купол
Сан Спнрито1 — самые замечательные постройки этого рода, созданные во Фло- 1 Проект церкви Сан Лоренцо, выполненный Брунеллеско почти одновременно с проектом сакри- стии. позже нм перерабатывался. При жизни зодчего закончены старая сакристия и трансепт с хорами без купола После его смерти строителем церкви был А. Манетти Чаккерн, который, видимо, во многом изменил замысел автора. На основании некоторых свидетельств современ- ников ряд ученых (напр., Биллях) считают, что к первоначальному неосуществленному замыслу Бру- неллеско относятся трехиефная часть церкви без боковых капелл и купол над средокрестием с окнами и фонарем. Проект церкви Сан Спирито относится к 1436 г. (может быть. 1432 г.), строительство же началось только в 1440 г. При жизни Брунеллеско, по всей вероятности, возведены были стены боковых нефов я капелл до основания сводов, фундаменты колонн нефов. После Брунеллеско церковь строили Ан- тонио Манетти Чаккерн и привлеченный позднее Джу- лиано да Сангалло. Купол возведен только в 1482 г Фасады обеих церквей'выполнены не были. ренции в эпоху Возрождения. В основу их плана положена традиционная форма трехнефной базилики в виде латинского креста с трансептом, хором и куполом над средокрестием. В церкви Сан Лоренцо эта схема существенно изменена в соответствии с новыми требованиями к планировке культовых зданий. Трансепт, обычно пред- назначенный для высших духовных лиц и феодальной знати, окружается теперь семейными молельнями богатых горожан. Капеллы флорентийских буржуа сооружа- ются на их средства вдоль боковых нефов, отчего интерьер церкви становится более расчлененным (рис. 10). Нефы и трансепт церкви образуют сис- тему связанных между собой, но четко дифференцированных зальных помещений с капеллами по периметру церкви. Таким образом, основные части церкви получили
связь е Н°Т расположе«ие капелл и их связь с нефами, трансептом и хором име ется и здесь — внутреннее пространство воспринимается еще более ясным и целост- на колоннах главного нефа обеих церк- вей покоятся полуциркульные арки, под- держивающие стены с окнами и плоский кессонированный потолок, В обоих случа- ях арки опираются не непосредственно на капители колонн, а на своеобразный импост, в виде отрезка полного антаблемента, отве- чающего антаблементу ордера пилястр на стенах боковых нефов. Ордер опоясы- вает все пространство базилики, объединяя его. В отличие от церкви Сан Лоренцо, где пилястры боковых нефов меньше колонн главного пролета, в церкви Сан Спирито колоннада главного нефа воспроизведена на стенах боковых нефов в виде полуко- лонн тех же размеров. Раскреповка антаб- лемента над ними соответствует импостам центральной аркады, на них опираются архивольты арок и подпружные арки бо- ковых сводов (рис. 10, 11). Церковь Сан Спирито имеет своеоб- разный план: боковые нефы с прилегаю- щими к ним капеллами образуют непре- рывный ряд равных полукруглых ячеек- ниш, обходящих церковь по всему пери- метру, кроме входной ее части1. Это имеет существенное конструктивное значение: складчатая стена могла быть предельно тонкой и в то же время служить надежным контрфорсом, воспринимающим распор па- русных сводов боковых нефов. Здесь Бру- неллеско прямо использовал достижения позднеримской техники2. Ряд капелл, опоясывающих церковь, имеет вид выступающих из фасадов апсид с полуконическими крышами (наподобие апсид, расположенных под барабаном ку- пола собора Санта Мария дель Фьоре). 1 По первоначальному замыслу Брунеллеско, полукруглые ячейки предполагались и по главному фасаду, но этим исключалось бы создание торжест- венного центрального входа, чего требовала »еРк‘™-' а В римском памятнике IV в. н. э. — храме Ми- нервы Медики. II. Флоренция. Церковь Сан Спирито Типичный для Брунеллеско мотив ароч- ной колоннады с легкими и упругими арками, напоминающими портик Воспита- тельного дома (включая и угловые пиля- стры), разработанная им в старой сакри- стии церкви Сан Лоренцо и в капелле Пацци центрально-купольная система яви- лись основой композиции интерьеров обе- их базилик. Интерьеры базилик с их арками, как будто парящими над стройными рядами колонн (чему способствует ордерный импост между капителью и аркой), плоскими кес- соннрованными потолками, стремительным взлетом легких подпружных арок, ребри- стых куполов3 и парусных сводов, уподоб- ляются парадным интерьерам светских зда- ний. Последней культовой постройкой Бру- неллеско была оратория Санта М а - » Возведение гладкого, тяжелого и плохо осве- щенного купола над средокрестием церкви Саи Ло- ренцо явно нарушило замысел Брунеллеско.
12. Флоренция. Церковь Сан Лоренцо рия Д е л ь и А н д ж е л и во Флоренции 1 эта восьмигранная внутри и шестнадцати- гранная снаружи постройка-самое ран- • 1427^^7° иачалось' "° вероятности, В 4V г 42й/ ПО заказУ семейства Сколари о И» г здание было доведено почти до капителей внутреннего ордера. во не было закончено. Сотни ' сь чертежи и рисунки оратории, современные н нее центрическо-купольное сооружение эпо- хи Возрождения. Здесь впервые была осу- не°Хк"о3 Сия’ Некото₽ые из «и* приписывают Бру- « ,пСуд по ним’ 30дчий стремился вкомпоно- и сочетя1^Няел помещение х°рз. однако его форма поедстяплеоое "°ВНЫМ объем°" «с ясны. Составить ХХ“йг°раВвю“еНеМ ВВДе ЗДВНИЯ М0ЖН° ЛИШЬ
- Форме стемГХВальныХДОиХУ" В' ==да .«3 SSX". “X°.pc“..?s:: ^=xsri-.™s Стенки, связывающие внешний шестнадца- тиугольный контур оратории с залом Об- легчены нишами, в которых устроены две- соединяющие капеллы в кольцевой об- Снаружи масса стены также облегчена полуциркульными нишами. Главные опор- ные столбы октогона с двумя угловыми пилястрами имеют ордерное построение и поддерживают аркаду, разделяющую под- купольное помещение капеллы. Над арка- дой, видимо, предполагался довольно высо- кий восьмигранный барабан в виде аттика, с круглым окном на каждой грани, поддер- живающий сферический купол с шатровым покрытием. Таким образом, объемная ком- позиция здания была задумана как сту- пенчатая двухъярусная, с постепенным нарастанием объема по высоте и от пери- ферии к центру. Это отвечало структуре внутреннего пространства, развитие кото- рого идет от более мелких и сложных форм капелл к крупному октогональному ядру. Простота и завершенность композиции здания оказались в явном противоречии с его культовым назначением, так как от- сутствовал хор. Дошедшие до нас черте- жи, а также свидетельство А. Манетти показывают, что именно эта, почти неразре- шимая задача присоединения хора к цен- трической композиции беспокоила многих современников. Несмотря на варианты (намеченные в чертежах), сохранившиеся части сооружения свидетельствуют об их соответствии первоначальному замыслу (капеллы с оконными проемами и наруж- ные ниши, исключавшие возможность при- стройки хора). Это сооружение Брунелле- ско завершает ряд разработанных им цен- трических композиций. Вопрос о роли Бруиеллеско в создании нового типа дворца чрезвычайно услож- няется тем, что единственное произведение этого рода, в котором авторство мастера лааСцИцДоТеЛпЬ^8°п "° докУментально,— п а- •'аЦ«о ди Парте Гвельфа'-не было жилым и осталось незавершенным Делками дпкажено неоднократными пере- делками. Впервые применив ордер в ком- позиции дворца, Бруиеллеско смело кару- , Ие т₽?диции и наметил здесь совершенно новый образ монументального общественного здания (рис. 14). Ордер больших пилястр, оставшийся незавершенным, охватывает углы здания на всю высоту стен второго этажа. Пиля- стры фасадов по разрезке швов, характеру кладки и фактуре ничем не должны были отличаться от стены, являясь ее неотъем- лемой частью. Расположенный на втором этаже большой зал2 также расчленен боль- шим ордером пилястр. Во Флоренции сохранился ряд зданий, выстроенных если не самим Бруиеллеско. то во всяком случае под его влиянием. Па- лаццо Пнтти и аббатство во Фьезоле еще со времени Вазари нередко приписывают самому Бруиеллеско. Одним из таких со- оружений было и палаццо Пацци3. ’ Коллегия капитанов партии гвельфов, в 1420— 1452 гг. ведавшая конфискованным имуществом гибеллинской знати, предприняла перестройку своего дворца. В строительстве принимали участие Фран ческо делла Луна и Мазо ди Бартоломео. Здание це- ликом построено из темно-серого песчаника, поверх- ности стен мелко насечены. Наружный антаблемент и пилястры в зале сделаны из известняка. з Достроек Вазари в 50-х годах XVI в. 3 Дворец (закончен до 1445 г.) был построен для той же семьи Пацци, для которой Бруиеллеско строил капеллу. Стены дворца сложены из бута и оштукатурены. Стены первого этажа относятся к более древней постройке, а рустованная облицовка н отделка производились одновременно с новой по стройкой из песчаника. Автором здания называли также Бенедетто да Майано. 13. Флоренция. Оратория Санта Мария дельи Анд жели. 1427—1436 гг. Реконструкция по Маркина.
14. Флоренция. Палаццо ди Парте Гвельфа, 1430— 1442 гг. Брунеллеско Помещения палаццо скомпонованы трех сторон вытянутого по ширине здания открытого двора, окруженного в первом этаже глубокими лоджиями. Широкая трехмаршевая лестница связывает двор со вторым этажом, где были приемные поме- щения с главным залом, украшенным бога- то кессонированным деревянным потолком, а в левом крыле— маленькая часовня. От- крытые во двор лоджии третьего этажа ис- пользовались для обработки и сушки шер- сти Ко двору примыкали хозяйственные постройки и обширный сад. Главный фасад исключительно прост: над рустованным первым этажом — два гладко оштукату- ренных верхних этажа с тонко и богато ук- рашенными наличниками окон. Круглые окна позднейшего происхождения. Здание завершает легкий, сильно вынесенный дере- вянный карниз, резные консольные выпуски стропильных ног которого являются одним из немногих сохранившихся и поэтому дра- гоценнейших образцов деревянной резьбы в наружной архитектуре XV в. (рис. 15,15). Палаццо Питти (1440—1466 гг.) 1 с его героическим масштабом и суровым обли- ком—явление уникальное в архитектуре итальянского Возрождения. С именем Бру- неллеско дворец связывается только на ос- нове свидетельства Вазари. Возможно, что архитектурный образ дворца сложился в результате обращения зодчего к героическому прошлому Флорен- ции и ее средневековым памятникам (Бард- желло, палаццо Веккио и др.). В облике палаццо сохраняются средневековые черты феодального жилища-крепости, неприступ- ного и замкнутого. Поистине титаническая мощь этого сооружения, размеры которого выделяются даже среди крупномасштабных построек Флоренции, выражена в огромных грубоотесанных блоках его рустованной об- лицовки и в необычном ритме фасада; три огромные, но одинаковые по высоте и ха- рактеру кладки этажа и отсутствие силь- ного, завершающего все здание карниза как бы говорят о том, что могучее развитие со- оружения еще не закончено, но лишь при- остановилось (рис. 15, 17). Аббатство во Фьезоле (Бадья Фьезолана) — небольшой монастырский комплекс, выстроенный спустя более деся- ти лет после смерти Брунеллеско (1456— 1464 гг.) в живописной холмистой местно- сти, неподалеку от Флоренции. Ансамбль, соединяющий в себе черты монастыря и загородной виллы, состоит из церкви, окру- женного аркадами замкнутого дворика, большой сводчатой трапезной и группы жилых помещений Козимо Медичи (рис. 18). 1 Дворец строился уже после смерти Брунел- леско. Первоначально здание имело только семь осей и три больших арочных входа в первом этаже, окна в заложенных боковых арках были сделаны позже. Боковые крылья и двор пристроены позднее. Зда- ние построено из кирпича и облицовано каменными квадрами. Внутри здание сильно перестроено. Ва- зари говорит об участии в строительстве палаццо ученика Альберти — Луки Фанчелли. Здание припи- сывают также Альберти. О расширении дворца и о его дворовом фасаде, построенном в XVI в Амма- нати, см. стр. 245.
15. Флоренция. 1 — палаццо Пацци, закончено до 1445 г.; 2 — палаццо Питги. с 1440 г. 16. Флоренция. Палаццо Пацци Расположение основных помещений во- круг открытого двора с лоджиями, мастер- ство, с которым сочетаются отдельные сим- метричные и асимметричные элементы зда- ния, четкое выделение парадного двора в качестве композиционного центра ансамб- ля—все это живо напоминает Воспитатель- ный дом Брунеллеско. В небольшой одно- нефной церкви можно видеть характерное для Брунеллеско сочетание глади стены с четко прорисованным темным „остовом" композиции. В стилистическом родстве с произведени- ями Брунеллеско находятся вилла в Ру- ша и о, перестроенная, по словам Вазари. Брунеллеско в 1420-х годах, и еще раз — в 1453 г., второй двор монастыря Санта Кроче (нижняя аркада профи- лировкой и круглыми медальонами напо- минает фасад Воспитательного дома), сакристия церкви Санта Фели чита (1470 г.), близко воспроизводящая композиционную схему старой сакристии церкви Сан Лоренцо и капеллы Пацци. Смелое новаторство Брунеллеско опре- деляется прежде всего синтетическим ха- рактером его творчества, его универсальной одаренностью как ученого, архитектора, инженера и художника, широтой его исто-
17. Флоренция. Палаццо Питти
этое^^оглоУчемух с”хичевд “ ХравРленияеДеНИЯ Н°В°Г° Хтект^рмго нововведениями нр tahlva техническими Хро^ьВЯс^ рерэбсткв сложившихся архитектурных ти- пов (центрально-купольные и базиликачь ные церкви, общественные здания дворцы) ч!ХеЯЛеСК° НаШеЛ Новые выра^Яные нптпй Т0Г0, ЧТобы с ««бывалой пол- нотой и привлекательностью воплотить в зодчестве новые эстетические идеалы гу- манистического мировоззрения Архитектурные образы Брунеллеско, по- мимо их большого новаторского содержа- ния, полны обаяния личного творческого почерка этого большого художника. Яс- ность пространственной композиции, лег- кие, просторные и светлые интерьеры, эле- гантная легкость линий, упругий взлет по- луциркульных арок, часто подчеркиваемый их повтором, преобладание пространства над массой и света над тенью, наконец, изысканность немногих декоративных дета- лей— вот некоторые характерные черты, которые часто объединяются в выражении „манера Брунеллеско". Микелоццо ди Бартоломео работал во Флоренции как архитектор и скульптор. Микелоццо ди Бартоломео (Микелоццо Мике- лоцци, 1396—1472 гг.) родился во Флоренции в семье портного и в юности работал на монетном дворе. Позднее сотрудничал с Гиберти (в 1420—1424 гг. делал двери баптистерия и статую св. Матвея в Ор Сан Микеле во Флоренции) и с Донателло (наруж- ная кафедра собора в Прато, 1425—1438 гг., купель сиенского баптистерия, 1425 г., гробницы папы Иоанна XXIII во флорентийском баптистерии, около 1427 г., и кардинала Бранкаччи в Неаполе, 1426 г). Выполнил надгробье Арагацци (около 1437 г.) в со- боре в Монтепульчано. В течение длительного вре- мени Микелоццо был придворным архитектором семьи Медичи. Главные архитектурные работы: па- лаццо Медичи (Риккарди) во Флоренции (1444— 1452 гг.); виллы в Кафаджоло (1454 г.) и в Каред- жи (1459 г); фасад церкви Сант Агостино в Монте- пульчаио (с 1432 г.); перестройка монастыря, биб- лиотеки и церкви Сан Марко (1437—1451 гг.); работы в церкви Сантиссима Аннунциата (1444—1455 гг.) во Флоренции, палаццо Строццино там же (1457 г.); капелла Медичи в Санта Кроче во Флоренции (око- ло 1445 г); табернакли в церквах Сан Миньято (1447—1448 гг.) и Сантиссима Аннунциата (1448 г) там же; перестройка двора палаццо Веккио во Фло- ренции (с 1454 г); банк Медичи и. возможно, ка- пелла Портинари в церкви Сант Эусторджо в Ми- лане (1462—1468 гг.. см. стр. 147); перестройка Княжьего двора в Дубровнике (Рагузе, 1462— 1464 гг); не сохранившаяся до нашего времени биб лиотека Саи Джорджо Маджоре в Венеции. Уже ранние произведения Микелоццо обнаруживают его приверженность к архи- тектурному направлению, созданному Бру- неллеско, и вместе с тем самобытность его дарования, несмотря на заимствование ар- хитектурных и конструктивных приемов Брунеллеско. Усвоив основные черты нового стиля, его ясную расчлененность, тектонич- ность и жизнеутверждающую силу, Мике- лоццо вместе с тем упростил и сделал доступнее многие приемы Брунеллеско. В интерьерах Микелоццо стремился не к изысканному лаконизму Брунеллеско, но к богатству и разнообразию декора. То же заметно и в его архитектуре малых форм, к решению которой он часто подходил не как зодчий, а скорее как скульптор. Работая совместно с Донателло над ар- хитектурой надгробий, Микелоццо достиг большого совершенства в овладении фор мами (в том числе и античными) архитек турного декора. Выполненная им вместе с Донателло замечательная по композиции и декору кафедра собора в Прато основана на мастерской переработке форм развитого ордерного карниза. К этой работе примыкают табернакли— монументально обрамленные ниши или се- ни со статуями святых или реликвиями.
19. Монастырь Сан Марко. Слева — интерьер, план и разрез библиотеки (закончена в 1441 г.), спра- ва — двор монастыря. Микелоццо Среди светских построек следует отме- тить базиликальный зал библиотеки монастыря Сан Марко во Флорен- ции (закончен в 1441 г., рис. 19). Функцио- нальное назначение отдельных частей зала подсказало автору удачную композицию. Относительно узкий и длинный зал (10Х 45 м) разделен на три нефа. Средний из них —главный проход —был перекрыт ци- линдрическим сводом. Боковые нефы с чет- ким делением на квадратные ячейки, пере- крытые крестовыми сводами, предназнача- лись для установки читальных пюпитров. Небольшая ширина зала была обусловлена односторонним расположением окон. Ин- терьер библиотеки исключительно прост и напоминает легкостью своих аркад пост- ройки Брунеллеско. Двор монастыря напо- минает романские монастырские дворики. Его гладкие, светлые аркады, увитые зе- ленью, производят впечатление жизнерадо- стности и покоя. В монастыре Сантиссима Аннун- циата во Флоренции (1444—1455 гг.) Ми- келоццо, вдохновясь композицией, разрабо- танной Брунеллеско для церкви Санта Мария дельи Анджели, сделал попытку при- соединить к прямоугольному кораблю готи- ческой церкви центрический хор (рис. 20). Окончательные формы этой ротонде при- дал, однако, Альберти (см. стр. 88). Наиболее крупный вклад Микелоццо в архитектуру Возрождения связан с его работой над городским дворцом и загород- / - .Трнув; ? _ ,Ла.иы0 неф. 3 _ ир. t _ м01,астырс|(1111 дворик
ной виллой, повлиявшими на все дальней шее развитие этих типов зданий. ДаЛЬКеи’ Палаццо Медичи-Риккяппи « изЛв°едееНнЦИИМ~ "аИболее зна-ительное про- изведение Микелоццо. В этом величествен- ~орце П0ЛУчилсв°е завершение тип бо- атого городского жилого дома, ставший про- образом многочисленных дворцов, а затем буржуазных особняков не только в Италии но и вне ее. Повторяя этот образец архи- текторы второй половины XV и XVI вв добивались в каждом конкретном сооруже- нии индивидуальной образной характери- стики, но почти не изменяли основу компо- зиции — квадратного или прямоугольного в плане трехэтажного здания с замкнутым внутренним двором, окруженным легкими аркадами лоджий (рис. 21—23). Внутренний двор палаццо Медичи с большим сводчатым проездом на улицу служит главным распределительным поме- щением — открытым вестибюлем. В теплом климате Италии внутренние дворы имеют большое практическое значение: тенистые галереи защищают обитателей от жгучих лучей солнца, способствуют сквозному про- ветриванию и создают благоприятный мик- роклимат. В первом этаже были расположены кладовые, служебные помещения, группа приемных с большим залом, рабочие поме- щения хозяина и его служащих, канцеля- рия и др., а кроме того, конюшня; во вто- ром этаже — парадные помещения: глав- ный зал, богато отделанная капелла и кабинет хозяина; в третьем этаже —спаль- ни членов семьи и многочисленных слуг. Таким образом, здесь закреплено намечав- шееся уже в XIV в., но типичное для Воз- 1 Построено в 1444—1452 гг. как фамильный дворец по заказу Козимо Медичи, позднее перешло к Риккарди. Проемы угловой лоджии заложены в XVI в. обрамления окон первого этажа сделаны по рисункам Микеланджело. В первоначальном соору- жении было всего десять оконных осей, боковая пристройка с семью оконными осями сделана в 1715 г Существующие ныне лестницы построены позднее. Первоначальный проект палаццо был со- ставлен Брунеллеско в 30-х годах, но не понравился заказчику, и модель его была уничтожена автором Небезосновательны предположения, что в палаццо, созданном Микелоццо, в известной степени отражены замыслы Брунеллеско.
Начат в 1454 г. 22. Флоренция. Микелоццо. 1- палаццо Медичи-Риккарди; 2-двор палаццо Веккио. рождения распределение помещений по трем этажам Снаружи дворец представляет собой расположенный на пересечении двух улиц № внушительный, почти кубический объем, расчлененный на три этажа и завершенный богатым ордерным карнизом. Большая вы- сота и вынос последнего (соответственно
лированные5обловы адотносята^оР°ФИ‘ зданием в целом. Карниз как бы не всем плоско ЭрФуФс?омнныхНХСТвер^его ТтажТ Палаццо Медичи сохраняет некоторые средневековые черты, характерные длЯРбо- лее ранних флорентийских палаццо, напри- мер мощный облицованный огромными ка- менными квадрами первый этаж с малень- кими оконными проемами, приподнятыми высоко над землей, арочные окна верхних этажей с импостами. Одновременно в палаццо Медичи про- явилось и стремление к преодолению крепо- стной замкнутости феодального жилища: угловая лоджия первого этажа, служившая залом для торжественных собраний и празд- неств, открывалась на улицы широкими арками, напоминая о портиках, характерных для рядовой городской застройки XIII— XIV вв. В композиции фасадов господствует ясная закономерность и логичность. Харак- терно, что зодчий идет на значительные компромиссы, лишь бы не нарушить регу- лярное расположение окон: некоторые из них сделаны „слепыми", т. е. фиктивными, так как в них попадают внутренние стены или перегородки. Существенно новой в архитектуре па- лаццо Медичи является своеобразная текто- ническая трактовка фасадных стен, осно- ванная на принципах ордера, но без при- менения его вертикальных частей. Это выражено в постепенном облегчении стены вверх, в изменении по этажам ширины и характера профилировки оконных налични- ков, а также формы, размера и фактуры ру- ста и, наконец, в ордерном карнизе, соотне- сенном ко всей высоте здания. В отделке интерьеров, особенно капел- лы, украшенной (в 1459 г.) знаменитыми фресками Беноццо Гоццоли, использованы разнообразные средства архитектурного и живописного декора, который у Брунелле- ско был обычно более строгим и сдержан- ным: например сложная профилировка кес- сонов и карнизов, украшенных лепными и расписными иониками, бусами, розетками и разнообразным геометрическим и расти- тельным орнаментом, широкое применение разноцветных мраморов для отделки стен и полов, общая насыщенность лепных дета- лей и применение полихромии. Блестящее дарование Микелоццо-деко- ратора проявилось в палаццо Веккио, где сложность и разнообразие отделки по- толков может соперничать с пышным деко- ром позднеримских построек. Приписываемое Микелоццо палаццо Строццино во Флоренции по многим деталям сходно с палаццо Медичи. Работал Микелоццо и над формирова- нием нового типа загородной резиденция — виллы. Вилла Медичи в Кареджи близ Флоренции 1 своей планировкой и составом помещений существенно отличается от го- родского палаццо: группу основных парад- ' Вилла XIV в. была основательно переслоена (1430 —около 1459 г) Микелоццо по аакаэу Котнио Медичи Наружные стены с поасоч средневековых зубцов и машнкулямк остались в первоначально»
ных помещений поместили на первом этаже в непосредственной близости к саду, а жи- лые комнаты в наиболее изолированном и спокойном втором этаже. В нижнем этаже, помимо зала и примы- кающих к нему больших сводчатых комнат, находились: столовая, помещения для гос- тей (с отдельной лестницей), ряд хозяйст- венных помещений и капелла с сакристией. В группу парадных помещений первого эта- жа входили также северная и южная лоджии 25. Флоренция. Вилла Медичи в Кареджи с аркадами (ныне частично заделаны), от- крытыми в сад, окружавший виллу. Во втором этаже, кроме верхнего зала, распо- ложены изолированными группами жилые комнаты хозяина, его семьи и гостей. Тре- тий этаж занимали служебные помещения и кладовые (рис. 24). Сохранив общий средневековый облик виллы, Микелоццо внес много новых эле- ментов в планировку помещений, их компо- зицию и отделку. Например, садовые лод- жии, легкие, открытые солнцу и воздуху, идеально гармонируют с садом, связывая здание с природой. Здесь Микелоццо при- менил— впервые в архитектуре Возрожде- ния — своеобразный по рисунку и стройный по пропорциям ионический ордер (рис. 25). Несмотря на измельченность лоджий и их незначительные размеры, они резко выде- ляются на фоне средневековых частей вил- лы, подчеркивая противоположность эпох. Новый по духу, человечный и уютный облик получил выстроенный Микелоццо монастырский приют Марии Маг- далины в Пьян диМуньоне (1464— 1471 гг.). Ясная и спокойная архитектура этого здания органично связана с окружаю- щей природой (рис. 26).
того холма. Основные постройки как и ппГ мыкающий к вилле сад, размещены на двух возвышающихся одна над другой Ха. сах, объединенных лестницами. Нижнее строение с входным вестибюлем и паТащ ной лестницей на уровне второй террасы предназначено для хозяйственных целей а в верхнем, главном, корпусе находились приемные и жилые помещения. Наметив- шаяся здесь живописная террасная плани- ровка виллы и парка получила широкое развитие в итальянской архитектуре XVI и XVII столетий (см. стр. 345). Микелоццо использовал народные тра- диции строительства сельских усадеб То- сканы и других областей Италии и ввел в свои виллы открытые лоджии и террасы, лестницы и др. Работая во многих местах и для раз- ных заказчиков, Микелоццо был одним из наиболее активных пропагандистов и рас- пространителей нового архитектурного на- правления не только в Тоскане, но и во многих городах Ломбардии, Далмации и Венеции. Леон Баттиста Альберти — один из наи- более одаренных людей своего времени — архитектор, живописец, поэт, музыкант, тео- ретик искусства и ученый. Альберти родился в Генуе в 1404 г„ умер в Риме в 1472 г. Происходил из знатной флорентийской семьи, изгнанной из родного города; получил обра- зование в Падуе и Болонье. После амнистии 1428 г. поселился во Флоренции, но долгое время жил в Риме при папском дворе Архитектурные работы: во Флоренции — палаццо Ручеллаи (1446—1451 гг.),лод- жия и капелла Ручеллаи при церкви Сан Панкра- цио (закончены в 1467 г), хор церкви Сантиссима Аннунциата (1472—1477 г.), фасад церкви Санта Мария Новелла (1456-1470 гг.); в Римини-цер- ковь Сан Франческо (1450—1461 гг., повреждена во время последней войны и теперь восстановлена); в Мантуе —церкви Сан Себастьяне (1460—1472 гг.) и Сант Андреа (нач. 1472 г.; купол относится к 1763 г ); в Риме Альберти приписывают без достаточных осно- ваний палаццо Венеция и фасад церкви Сан Марко, а также участие в составлении проектов перестройки Рима при папе Николае V (см. стр. 128). Теоретические сочинения Альберти — «Десять книг о зодчестве», «Три книги о живописи», «О ста- туе», «Математические забавы» и др. Трактат о дви- жении тяжестей до наших дней не дошел. Альбер- ти—автор ряда литературных произведений — сти- хов, диалогов. ' Строилась в 1458-1461 гг.; значительно пере- 26. Пьян ди Муньоне. Монастырский приют. Мике- Альберти, как ученый-теоретик, исклю- чительно широко понимавший роль архи- тектуры в развитии общества, интересовал- ся в своей творческой деятельности не столько детальной разработкой задуманных им композиций и их реализацией в натуре, сколько проблемной, типологической сторо- ной каждого проекта, предоставляя их осу- ществление своим помощникам. Палаццо Ручеллаи во Флорен- ции2—одно из первых архитектурных про- изведений Альберти, представляет собой следующий шаг в развитии типа дворца, все более отличавшегося (особенно в своем облике) от средневекового городского жи- лища и все более приближающегося к жиз- ненному укладу и вкусам разбогатевшей флорентийской буржуазии. Позднейшие пе- рестройки дворца не позволяют в настоящее время точно установить первоначальное расположение и назначение помещений. Вместо обычного во флорентийских палац- цо широкого арочного въезда во внутренний двор со стороны улицы сделан прямоуголь- ный ордерный портал. Двор палаццо имеет прямоугольную форму с аркадой по двум сторонам. В фасаде палаццо применена композиция, ставшая позднее очень распро- страненной; ритмическое расчленение русто- ванной стены трехэтажного дворца гремя ордерами пилястр. Отталкиваясь от рнм- ’ Здание строилось по заказу богатого флореи тнйского купца Джованни Ручеллаи. По свидетель- ству современников, модель дворца была выполнена его строителен Бернардо Росселиво. К. Штегмая предполагает, что остались недостроенными четыре ...Au..» ппюыт ппплнтя м что по замыслу автора тральным и двумя боковыми входами
27. Флоренция. Палаццо Ручеллаи, 1446—1451 Альберти ских классических образцов с ордерной ар- кадой (Колизей), Альберти переработал эту тему, придав фасаду новый художественный смысл и пластическую выразительность. На фасаде дана как бы его „идеальная схема”, показывающая отношения между ордерным каркасом и заполняющей его. но также „ра- ботающей" стеной (рис. 27). Такая схема, изображенная посредством квадров песча- ника, которыми облицован фасад, отнюдь не дает натуралистического воспроизведения действительной конструкции; она вольно пе- редает ее тектонический смысл в формах античного ордерного языка. Структура сте- ны передается рустом и оконными прое- мами, арки которых вплотную соприкаса- ются с гладкой поверхностью пилястр, как бы уходящих в толщу стены, что подчерк- нуто глубокими бороздами руста по сторо- нам пилястр. Трехъярусному ордерному каркасу соответствуют плавно убывающие кверху поэтажные членения фасада. Этот принцип соблюден и при определе- нии размеров главного карниза; высота его до выносной плиты, включая поддерживаю Шую часть с модульонами, пропорциональ- на размерам ордера верхнего яруса, а вы- носная плита соразмерна высоте всего зда- ния (здесь так же, как и в Колизее, при довольно большом выносе карнизной плиты применена система конструктивных модуль- онов, заделанных в стену и подпирающих плиту). В палаццо Ручеллаи благодаря применению ордерной системы значительно смягчен резкий контраст между суровым фасадом и более нарядной архитектурой внутреннего двора, присущий более ранним дворцам. Ордер помог и убедительному выражению масштаба здания при включе- нии его в ансамбль неширокой улицы. Принятая система фасада потребовала соответственной переработки архитектур- ных деталей, присущих более ранним фло- рентийским дворцам: в оконном проеме между колонной и двумя арочками над ней введен архитрав, опирающийся по бокам на две маленькие пилястры; арочные проемы проездов во двор заменены прямоуголь- ными дверными порталами, обрамленными неширокими наличниками; окна первого этажа утратили крепостной характер, хотя и сохраняют малые размеры.
Прато. Кафедра совора
мини1 была задумана АпьйЧеско в Ри‘ чественный купольный Лпбе₽Т" Как вели’ Римини герцога Мала?еспегоТ” ™PaHa ков и сподвижников. Проект «Р°ДСТоенни- влен лишь частично ni , ° осущест- построены только главный иЫюУ Альберти вой фасады (рис 28 29) Чя ныи боко- двух капелл, с которых началаисключени^’ ка, внутренняя отХиа^иХаТн' связана с архитектурой фасадов " о пяЛ основания думать, что она выполнена не по рисунку Альберти. ‘полнена не по Сложенные из крупных квадров гладко • чесанного камня главный и боковые фа- сады скомпонованы на основе переработки архитектурных форм античного Рима Низ- кий купол во всю ширину здания должен был завершить этот монументальный объем тяжелой полусферой (не осуществлен) В основе композиции главного фасада лежит своеобразно трактованная тема трех- пролетной римской триумфальной арки, с большим центральным и боковыми ароч- ными пролетами и монументальной стеной, расчлененной во всю ее высоту полуколон- нами, поставленными на пьедесталы. Вы- сокий цоколь, как в античных римских храмах, приподнимая здание над землей, делает его объем особенно внушительным и величественным. Недостроенная верхняя часть главного фасада над раскрепован- ным антаблементом была задумана с ори- гинальными кривыми полуфронтонами над боковыми нишами и высоким, с полукруг- лым завершением, окном-нишей в центре2. Такой прием был связан с задуманной Альберти системой перекрытия централь- ного нефа церкви легким деревянным ци- линдрическим сводом, а боковых нефов — скатными кровлями, торцы которых были скрыты за полусегментами фронтонов. Кри- 1 Перестройка (1450—1461 гг.) готической мона- стырской церкви была предпринята герцогом Мала- теста в ознаменование его военных подвигов. Глав- ный западный фасад в верхней части не достроен, купол и перекрытия нефов не были осуществлены, так же как и задуманные Альберти по бокам глав- ного входа ниши для саркофагов самого Малатеста н его родных. Альберти изготовил модель храма, по которой велось строительство; она изобР’*ен’ медали, выполненной строителем церкви медальером Маттео да Пасти в 1469 г. Стены здания выложены из кирпича и облицованы квадрами известняка, 2 Такое завершение церковных зданий было широко распространено в Северной Италии, особен о в Венеции. 28. Римини. Церковь Сап Франческо, 1450—1461 гг. Альберти визна полуфронтонов позволяла создать плавный переход от боковых к повышен- ному центральному нефу. Существующие наклонные полуфронтоны, исказившие за- мысел Альберти, случайны и не связаны с архитектурой всего сооружения. Боковые фасады в виде тяжелой рим- ской аркады на столбах, образующей семь ниш для саркофагов, просты и благородны по форме (рис. 29). Удачно найденные утя- желенные пропорции фасада, глубокие ни- ши, подчеркивающие толщину стены, глад- кие каменные поверхности пилонов и стены над арками с простыми четкими профи- 29. Римини. Церковь Саи Франческо. Плав, бокоао» фасад, схема реконструкции западного фасада №
лями карнизов и тяг создают монумен- тальный, исполненный торжественного рит- ма. образ. В этом храме-мавзолее, отразившем мечту Альберти о величии древнего Рима и характерную для гуманизма героизацию сильной личности, религиозные идеи отсту- пили перед мемориальным назначением сооружения. Однако в выполненном по проекту Аль- берти здании имеются несоответствия: мра- морная инкрустация центральной ниши сильно измельчена; неудачна орнаментация несущих архитектурных элементов (пьеде- сталов колонн и верха цоколя); главный фасад недостаточно связан с более цельной и лаконичной архитектурой бокового фаса- да. В этом сказались трудности, связанные с переделкой старой постройки. В церкви Сан Франческо в Римини впер- вые была сделана попытка создания фасада базиликальной церкви эпохи Возрождения. Церковный фасад — одна из труднейших проблем архитектуры XV в., отразившая всю остроту противоречий светского и цер- ковного мировоззрения эпохи Возрождения. Альберти вернулся к этой проблеме при ре- конструкции фасада средневековой церк- ви Санта Мария Новелла во Фло- ренции. Богато инкрустированный раз- ноцветным мрамором фасад этой церкви заменил ранее существовавший фасад сред- невековой базилики1 (рис. 30), от которой сохранились декоративная аркада по обеим сторонам главного входа, порталы боковых входов, ниши для саркофагов и разноцвет- ная мраморная инкрустация над ними. Об- щие пропорции грузноватого, растянутого вширь здания, как и его мало удачные ос- новные членения, обусловлены существовав- шими ранее частями и размерами сооруже- ния. Наиболее серьезной переделке под- верглась верхняя часть фасада. Плоскость высокой торцовой стены центрального нефа, обработана пилястрами с полным антаб- лементом, фронтоном и оригинальными во- лютами по бокам, создающими плавный пе- 1 Перестройка фасада церкви (1456—1470 гг.) была предпринята по заказу Джованни Ручеллаи, который решил, как сообщает Вазари, сделать его «за свой счет и целиком из мрамора». Проект создан Альберти. 30. Флоренция, церковь Санта Мария Новелла, 1456-1470 гг. Альберти
реход от повышенного центрального нефа к боковым. Своеобразной особенностью фасада яв- ляется попытка сочетать античные формы с формами и полихромной мраморной ин- крустацией фасадов проторенессанса и фло- рентийской готики. Верх здания с фронтоном и волютами, отделенный широким гладким фризом от нижнего яруса, плохо связан с последним и воспринимается как позднейшая надстрой- ка. Расположение полуколонн первого яру- са и их раскреповки мало оправданы, круг- лое окно центрального нефа посажено слишком низко. Однако эти, как и многие другие, особенности композиции явились результатом того, что Альберти был вы- нужден считаться с ранее существовавши- ми формами сооружения. Принципы построения двухъярусного, увенчанного фронтоном, церковного фаса- да, с ордерными членениями каждого из ярусов, с оригинальным сопряжением цен- тра и крыльев посредством декоративных 31. Мантуя. Церковь Сан Себастьяне, 1460—1473 гг. Общий вид после реконструкции. Фасад по проекту Альберти 1460 г., план и восточный фасад по рисун- кам XV в. волют, легли в основу многочисленных цер- ковных фасадов эпохи Возрождения и ба- рокко (см. стр. 238). W
32. Мантуя. Церковь Сайт Андреа, 1472—1600 гг., Альберти. План, разрезы Необходимо отметить работы Альберти по строительству хора церкви Сан- тиссима Аннунциата во Флорен- ции 1 (см. рис. 20). Форма полусферического купола, пере- крывающего все пространство небольшой ротонды, определила необходимость устрой- ства венца девяти полукруглых ниш, пога- шающих распор. Интерьер ротонды расчле- нен пилястрами с антаблементом, опираю- щимся в промежутках между пилястрами на архивольты арочных ниш. Между антаб- лементом и основанием купола расположен невысокий барабан, прорезанный девятью окнами. Композиция хора в целом восходит к античным сводчатым постройкам, объеди- няя особенности Пантеона и храма Минер- вы Медики, безусловно известных Аль- берти. По проекту Альберти выполнена ка- пе л л а Р уч е л л а и п р и церквиСан Панкрацио во Флоренции — маленькое, сильно вытянутое помещение, включающее облицованный мрамором саркофаг. Среди архитектурных экспериментов Альберти по созданию нового типа церков- ного здания выдающееся место занимает построенная по его про^^гу церковь Саи Себастьяно в Мантуе2. Здесь Аль- берти, первым из мастеров Возрождения, положил в основу композиции церковного здания форму равностороннего греческого креста. Три ветви креста завершены полу- циркульными нишами, четвертая образует притвор, связывающий церковь с выдвину- тым вперед вестибюлем-лоджией главного фасада, предназначенной для показа мо- щей и т. п. 1 Законченное в 1477 г. сооружение сильно иска- жено позднейшими перестройками и орнаментацией XVII—XIX вв., сохранились только основные формы интерьера. Первоначальный проект монастырской церкви и круглого хора был составлен Микелоццо Позднее заказ на постройку хора был передан по- мощнику Брунеллеско, Антонио Манетти Чаккерн, который в 1460 г. заложил фундаменты. Около 1470 г. герцог Лодовико Гонзаго, финансировавший это строительство, поручил проектирование и постройку хора Альберти. 2 Церковь построена помощником Альберти Лу- кой Фанчелли (1460-около 1473 г.) по заказу ман- туанского герцога Лодовико Гонзага. Двухмаршевая боковая лестница, ведущая в вестибюль, и квадрат- ные капеллы по бокам притвора пристроены позже. От первоначальных деталей фасада и интерьеров со- хранилось немногое. Деревянный купол обрушился, в настоящее время здание имеет плоское перекрытие и не служит более культовым целям
34. Мантуя. Церковь Сант Андреа Еели верить дошедшему до нас ри- сунку церкви, приписываемому Альберти (рис. 31), то в этом сооружении наметилась пирамидально-ступенчатая дифференциация внутреннего пространства и объема здания, получившая дальнейшую разработку в кон- це XV и в XVI в. в постройках Браманте и в рисунках Леонардо да Винчи. Интерьер с куполом на парусах и цилин- дрическими сводами над ветвями креста задуман как эффектная, нарастающая цен- трическая композиция с постепенным ук- рупнением внутренних пространств к цент- ру. Альберти уменьшил ширину ветвей кре- ста по отношению к средокрестию. Таким образом, паруса не должны были опираться на подпружные арки цилиндрических пере- крытий ветвей креста, роль же контрфор- сов, принимающих распор купола, приобре- ли входящие углы, образованные стенами креста в местах их примыкания к основ- ному объему церкви. Все это существенно изменяло традиционную крестово-куполь- ную систему византийских храмов. По-видимому, фасад церкви был заду- ман как увенчанный высоким фронтоном пятипролетный портик пилястр с антабле- ментом, разорванным в центре аркой боль- шого оконного проема. Согласно римской античной традиции фасад был приподнят на высоком ступенчатом подии, с которого пять различных по высоте и обрамлению входов вели в парадный вестибюль. Если Брунеллеско в капелле Пацци при почти аналогичной организации фасада по- строил центрическую композицию на пря- моугольном плане, то Альберти дает другой вариант решения этой задачи. В Мантуе Альберти сделал еще одну, может быть, наиболее зрелую и последова- тельную попытку создания нового церков- ного здания и его фасада, отвечающих свет- ским идеалам эпохи Возрождения. Цер ковь Сант Андреа в Мантуе1 по своим размерам и по замыслу — самое зна- чительное произведение Альберти (рис. 32— 34). Традиционная базнликальная компози- ция получила новую пространственную трактовку: боковые нефы заменены капел- лами, а главный сильно расширен и превра щен в парадный зал, перекрытый богато кессонированным цилиндрическим сводом. Такими же сводами перекрыты хор и ветви трансепта. Максимальное объединение про- странства было вызвано желанием Альбер- ти сделать интерьер как можно более вели- чественным. 1 Церковь была заказана Лодовико Гонзаго Строить ее начал после смерти Альберти Лука Фан челли. который наготовил модель церкви По всей вероятности, ему принадлежат многие детали и де кор. Купол построен в 1763 г Юварой Здание выстроено из кирпича, столбы фасадной арки, пьедесталы и базы пилястр, капители, налич ники дверей — из мрамора, все остальные детали на фасаде и в интерьере гипсовые или из терракоты
Впервые в архитектуре Возрождения в алтарной части базилики византийском крестовокупольной системе был придан но- вый характер применением римских антич- ных архитектурных форм и декора. Распор тяжелого цилиндрического свода главного нефа погашается боковыми капеллами, образующими жесткую систему простран- ственных контрфорсов; распор купола на парусах с высоким тяжелым световым бара- баном погашают цилиндричекие своды главного нефа, трансепта и хора. Основная цель Альберти—устранение противоречий между базиликальной и цент- рической частями здания1 — достигнуто однонефной композицией и применением крестовокупольной системы. Удлинение одного из концов креста создает преобла- дание продольной оси без нарушения цент- рического строения алтарной части, цели- ком раскрывающейся в пространство нефа. Единство интерьера подчеркивается и си- стемой членения стен: ордерный антабле- мент под пятой цилиндрического свода опоясывает все помещение. В отличие от Брунеллеско ордерная си- стема образует здесь и конструктивно и зрительно единое целое с плоскостями стен, пилонами, карнизами и декоративными вставками. Большой, почти во всю ширину здания, вестибюль открывается на площадь широ- кой аркой, что подчеркивает общественный характер сооружения. Главный фасад,каки в церкви Сан Франческо в Римини, основан на мотиве трехпролетной римской триум- фальной арки; гигантские, во всю высоту фасада, пилястры и огромная арка цент- рального входа завершены архитравом и плоским треугольным фронтоном. Однако здесь этот прием более органичен и теснее связан с композицией всего здания. Члене- ния главного фасада в ином масштабе мно- гократно повторены в интерьере. Трехчаст- ность членений фасада является одновре- менно и основой строения интерьера, ритми- ческого чередования больших и малых ка- пелл, образующих повторяющиеся группы. Таким приемом Альберти реализует одно из положений своего трактата, требующее единства композиционных приемов, приме- няемых при разработке интерьеров и внеш- ' Брунеллеско также стремился к этому, но в обеих его базиликах плоские перекрытия главного нефа и ветвей трансепта не дали решения задачи 90 него облика здания. В этом же здании бы- ло соблюдено и другое теоретическое по- ложение о том, что арки не должны опи- раться на колонны, поскольку это противо- речит смыслу архитектурных конструкций античного ордера2. В фасаде церкви можно отметить не- согласованность трехъярусной структуры боковых частей главного фасада с единым пространством храма; механическую связь ордера, охватывающего все здание, и ор- дера под пятами арки главного входа; су- хость, ремесленническую проработку форм и деталей фронтона, капителей, баз, цоко- лей и карнизов. Как и Брунеллеско, Альберти был вели- ким новатором в зодчестве. При всем несо- вершенстве исполнения заложенные в его постройках идеи выражали устремления эпохи и оказали сильнейшее влияние на раз- витие архитектуры Возрождения. В творче- стве Альберти и направлении,которое слага- лось к середине XV столетия, преобладали античные, главным образом римские, прин- ципы. Это сказалось в более последователь- ном и широком применении античной ордерной системы, в единстве объемно-про- странственной структуры и в подчеркнутой монументализации. „Достоинство" (dignitas) как выраже- ние величия было дивизом Альберти и са- мой характерной чертой его произведений. В середине XV в. богатым и знатным заказ- чикам Альберти больше импонировала эта черта. Архитектура Брунеллеско — утончен- ная, свободная от грузной монументально- сти — их уже не удовлетворяла. Альберти посвятил римской античной архитектуре и ее принципам значительную часть своего трактата о зодчестве, исполь- зовав также строительный опыт современ- ных мастеров. Из всех теоретиков архитек- туры эпохи Возрождения Альберти ближе всего подошел к реальному воплощению своих положений. Это относится не только к чисто строительным, но и к более широким принципам: к соответствию здания его функ- ции и общественному значению, его распо- ложению в городе, к пропорциям помеще- ний, к применению ордерной системы, един- ству объема и интерьера. Отсюда разнооб- разие композиционных приемов и форм да- же в зданиях культового назначения. Аль- U ? Альберти. Десять книг о зодчестве. М„ 1935, I, стр. 252.
а;Рхи%кПт?рИуаХЖгояТруснСЛйУГа ВВеден™ в позиции, большого ордена ?РДерной ком" части предвосхищенной Рк (возможно, от- палаццо ди Парте Гвель<Ь₽я\НеЛЛеско в его деталям порталови ДТФ b аНТИЧНЫХ по - называемый классицизм XVII_____XIY / Так тий многим обязан Альбе™ Х1Х СТ°Ле’ Бернардо Росселино — ЧЛен семьи пл томственных строителей и скульпторов Гамберелли, работал во Флоренции как архитектор и скульптор. Росселино (1409-1464 гг.) был главным архи- тектором собора Флоренции, достраивал фонарь его купола Он работал также в Фабриано/Эмполи и Пистойе. Его архитектурные работы: фасад церкви Мизерикордиа а Ареццо (1433-1435 “г.), палащо работ для папы оР не ««Ранившихся Пикколомини "и” алаццо Над’,™. “ ПМ’Щ0 ем Нрпгг°»Л„ее значительным произведени- ем Росселино является ансамбль го- °ДСК0Й "лошади в Пиенце, не- большом итальянском городе, названном П ™ П?ПЫ Пня 11 Оней-Сильвий Пикколомини), который благоустроил и синьяно₽УИ₽ОВаЛ СВ0Й родной город Кор- По первоначальному замыслу должен был перестраиваться весь город: урегулиро- вана трассировка улиц, расширены перекре- стки, возведены новые дома. По повеле- нию Пия II прелаты покупали в Пиенце землю и сооружали дворцы в соответствии с общим проектом реконструкции. Кроме
того, во многих случаях фасады старых домов перестраивали по новой моде. Од- нако строительство города велось интен- сивно лишь в течение пяти лет и было почти прекращено после смерти папы (1464 г.). Пиенца расположена на плато, пони- жающемся к югу, в сторону крутого обры- вающегося берега реки Орчи. С востока на запад город прорезает главная улица. Почти в центре расположена главная пло- щадь, на которую выходит собор, дворец Пикколомини, дом епископа с примыкаю- щими к нему домами каноников (постро- енными еще до реконструкции) и палаццо Комунале (ратуша). Главная улица под- ходит к площади, не нарушая целостности пространства (рис. 35). Центральный ансамбль, созданный Росселино, сочетал средневековые тради- ции с новыми требованиями и вкусами. Площадь раскрыта по сторонам собора на заречные просторы, подобно флорентий- ским картинам кватроченто, показываю- щим природу через окно или распахну- тую дверь. Ансамбль почти симметричен в плане, но каждая сторона площади име- ет свой архитектурный облик и своеоб- разную композицию. Росселино пользо- вался приемом сложного, на первый взгляд, живописно свободного, а в дейст- вительности — тонко рассчитанного соче- тания зданий, различных по объему, ха- рактеру членений и пропорций. Главные и подчиненные сооружения ансамбля четко выделены посредством их расположения, ритма, членений различной масштабности, пластической обработки фасадов и т. д. Собор с колокольней поставлен по оси площади перпендикулярной главной ули- це. Как и подобает главному сооружению города, он имеет монументальный сим- метричный фасад. В то же время архи- тектор подчеркнул и значение дворца Пик- коломини. властителя города и округи. Плотный массив здания приобретает осо- бую значительность благодаря угловому расположению и спокойному ритму убы- вающих ордерных членений. Кроме того, здание акцентировано поставленным у его угла изящным колодцем. Расположенный напротив епископский дворец связан по своей масштабности с рядовой застройкой юрода и подчиняется первым двум соору- жениям благодаря более простой пласти- ческой обработке и резко убывающему К ритму членений. Палаццо Комунале так- же связано по масштабу с жилой застрой- кой, но его общественное значение выяв- лено глубокой аркадой первого этажа и традиционной башней. Все сооружения, окружающие пло- щадь, в том числе и собор, облицованы одним материалом— травертином, и толь- ко северная стена собора и верхние ярусы кампанилы облицованы белым камнем, который использован также и для полос, замощения площади, подчеркивающих ее трапециевидную форму. Собор в Пиенцепо желанию па- пы спроектирован как церковь зального типа с нефами разной высоты и с хором, окруженным капеллами. И центральный, и боковые нефы перекрыты ненарушенны- ми крестовыми сводами с резко выделен- ным нервюрным каркасом. Квадратные столбы, поддерживающие своды, расчле- нены по готическому принципу на пучки тонких полукруглых колонок. Несмотря на новую композицию собора, в его мрач- ном, плохо освещенном интерьере много средневекового. Композиционные приемы Альберти по- лучили дальнейшее развитие в трехчаст- ном членении главного церковного фаса- да, увенчанного высоким треугольным фронтоном, в применении ордерных форм в прямоугольных порталах входов, в прора- ботке деталей и в общей монументальности. Росселино создал своеобразную систе- му так называемого «вписанного» ордера: между основными опорными элементами, широкими лизенами или пилястрами, объе- диняющими всю плоскость фасада, распо- ложен более мелкий поярусный ордер, подчеркивающий масштаб здания. Но та- кая композиция, получившая дальнейшую разработку в XVI в., главным образом в Венеции, применена у Росселино недоста- точно последовательно: карниз фронтона над поддерживающими его лизенами рас- крепован нелогично; большие лизены на уровне первого яруса пересекаются антаб- лементом малого ордера. Эти недостатки объясняются незрелостью стиля, желанием соединить противоречивые принципы готи- ческого церковного фасада с ордерной си- стемой. Вместе с тем фасад собора производит спокойное, монументальное впечатление, а свободное применение ордера зрительно усиливает мощность стены.
обычная ПСхема“ ^ореиткЩ^ ° " н ’ и 1 ==1=^В= 4^=S=-= =:€£и===х втором парадном, этаже были” е иы богато отделанные парадные комнаты большая столовая, кабинет папы икапел- ;п°бТИНе?НЬ1е коридоРом со стороны двора. Третий этаж отделан более скром- но и предназначался, по-видимому, для личных комнат папы и его свиты. С юж- ной стороны по всем этажам проходит трехъярусная открытая в сад лоджия. Ко- нюшни, мастерские и склады размещены под сводами, поддерживающими южную часть сада. Помещения двора и особенно лоджии перед комнатами папы были роскошно украшены многоцветной росписью с позо- лотой, скульптурным декором, богатой резьбой, расписными кессонами, дорогими породами дерева. Сохранившиеся фраг- менты отделки, особенно кессонирован- ных потолков, напоминают манеру Мике- лоццо (палаццо Медичи), к тому времени распространенную. Мастер добивался улучшения пропорций узкого и высокого светового дворика максимальным облегче- нием форм дворовых лоджий: широкой расстановкой опор, плоской профилиров- кой тяг и архивольтов, цветовой насыщен- ностью сграффито в лоджии второго этажа. Росселино по-новому трактует анало- гичную палаццо Ручеллаи (рис. 27) обра- ботку фасадов тремя ярусами пилястр. Более резкое уменьшение поэтажных чле- нений кверху и увеличение интерколумни- ев пилястр в полтора раза по сравнению с палаццо Ручеллаи нарушают, особенно в верхних этажах, закономерную тектонику элементов ордера и выявляют преоблада- ние горизонтальных членений над верти- 36. Пиенца. Палаццо Пикколомини, 1459—1463 гг., Росселино кальными. Ордер воспринимается не как самостоятельный жесткий каркас, а скорее как система членения несущей рустован- ной стены. Этому способствует замедлен- ный ритм больших арочных окон, разде- ленных массивными простенками, еще бо- лее широкими, чем оконные проемы (в па- лаццо Ручеллаи они равны, и узкие про- стенки по сторонам пилястр лишь подчер- кивают их тектоническое значение), а так- же упрощенная, более грубая обработка деталей и сквозные линии руста, связы- вающие нижние пилястры с кладкой стены. Если соотношение между ордером и стеной на фасаде палаццо Ручеллаи не вполне ясно для зрителя, то на фасаде па- лаццо Пикколомини ведущая тектониче- ская роль отведена стене. Пропорциональное несоответствие меж- ду широкой расстановкой пилястр, вытя- нутым вширь рустованным полем стены и вертикальными оконными проемами2 * * в на- туре скрадывается, так как объем здания, повернутый углом к стоящему на трапе- циевидной площади зрителю, почти всегда воспринимается в сильных перспективных ракурсах. Дворец имеет существенные недостат- ки (отчасти объясняемые возможной пере- 1 В процессе постройки первоначальный замысел менялся, о чем свидетельствуют многочисленные пе- репланировки первого и второго этажей. Здание по- строено из кирпича и облицовано травертином. 5 Геймюллер и другие исследователи видели в этом серьезный недостаток архитектуры палаццо и приписывали его отсутствию у Росселино мастерства.
планировкой помещений в проиессе стро^ ительства по желанию заказчика). К ним относится, например. несогласованность расположения окон с расположением ра. мешений, вследствие чего на *aca«a* Р дн соблюдения симметрии и ритма прое мов сделаны ложные окна. гтпог0Г0 В отличие от величавого истрогого монументализма Альберти в произведе 37.1 — Фаенца. Собор (1474 г.), Джулиано да Майано; 1 — Флоренция. Церковь Саи Сальваторе аль Монте (1475—1504 гг.), Кроиака и др.; 3 — Ареццо. Церковь Санта Мария Делле Грацие, портик, Бенедетто да Майано (около 1490 г.) ниях Росселино преобладают иные своеоб- разные черты: много острых и неожидан- ных сопоставлений различных по характе- ру форм, деталей, фактур, цвета; конт- растные сопоставления простого и слож- ного аскетического и нарядного, мону- ментального и легкого. Непринужденная свобода, с которой Росселино обращается с классическими архитектурными форма- ми, сближает его произведения с народ- ным зодчеством. Крупная заслуга Росселино заключает- ся в создании им ансамбля открытой го- родской площади, ясно и убедительно свя- занной с планировкой всего города. Вклад Росселино в композицию городского па- лаццо также значителен. Он упорядочил расположение помещений и впервые соз- дал осевую композицию с анфиладой про- странств—от входа с улицы, через дворик и лоджию в сад, откуда открывался ши- рокий обзор расположенного за рекой хол- мистого ландшафта. Джулиано да Майано — сын каменщи- ка и плотника, был архитектором и ма- стером деревянной резьбы. Его брат — Бенедетто Да Майано — флорентийский скульптор, архитектор и резчик по дереву. Джулиано да Майано (Джулиано Леонардо д'Антонио, 1432—1490 гг.) родился близ Фьезоле, умер в Неаполе. . Во Флоренции он руководил деревообделочной мастерской, где работали его братья Бенедетто и Джованни В 1477—1490 гг. был архитектором со- бора Санта Мария дель Фьоре во Флоренции, в 1490 г. принимал участие в конкурсе проектов фасада С° °£И 1466 г. Джулиано да Майано работал глав- ным образом как архитектор во Флоренции. Неа- поле, Сиене, Лорето и других городах: палаццо Спаннокки (1473—1476 гг.) в Сиене, палаццо Пацци Кваратезн во Флоренции (двор), палаццо дель Ка- питание в Сарцане (перестроен), палаццо Веньер в Реканате (лоджия двора), Порта Капуана в Неа- поле, собор в Фаенце. капелла Санта Фина в город- ском соборе Сан Джимииьяно, дворы монастыря Санта Фьоре и Санта Лучилла в Ареццо. Ему при- писывают порталы церквей Сан Доменико и Сант Агостино в Реканате (выполнены, вероятно, ломбард- скими мастерами). Бенедетто да Майано (Бенедетто ди Леонардо да Майано. 1442—1497 гг.) построил палаццо Строц- цн во Флоренции (с 1489 г.) и портик церкви Санта Мария делле Грацие близ Ареццо (около 1490 г). В палаццо Спаннокки в Сиене, являющемся одним из основных произве- дений Джулиано да Майано, повторена традиционная схема плана флорентийско- го городского дворца, но композиция фа- сада и его архитектурные детали получили
38. Флоренция. 1 — палаццо Строцци, 1489—1505 гг., Бенедетто да Майано, Кронана; 2 —палаццо Гааданьн. 1503—1506 гг.. Кронана здесь тонкую и своеобразную переработку. Темные прорези руста с рефлектирующи- ми кромками граней, образующих на сте- не сложный ритмический узор, придают палаццо нарядность. Средневековые фор- мы (окна с двумя арочками и охватываю- щим их архивольтом, рустованные поверх- ности стен и пр.) приобретают здесь новый смысл: лишенные тектонического значения, они здесь лишь инкрустация на по- верхности стены. По контрасту с плоскими рустами, междуэтажными поясами и на- личниками окон венчающий здание карниз с большим выносом подчеркивает богатое убранство фасада. Существенной особенностью палаццо Спаннокки является четвертый, аттиковый этаж, который расположен за выносом венчающего карниза. Хотя он еще мало влияет на композицию фасада, но это один из ранних примеров увенчания зда- ния аттиковым этажом, что широко рас- пространилось в XVI в. Другая крупная постройка мастера — 95
собор в Фаенце. Центральный и боко- I вые нефы, базилики, а также и капеллы 1 певекрыты постепенно понижающимися I парусными сводами (рис. 37). Здание на- 1 поминает базилики Брунеллеско, но более сложное внутреннее пространство разви- I вается не только по главной продольной I оси айв поперечном направлении от цен- | трального нефа к капеллам, постепенно | дробясь и уменьшаясь. Применение еди- | ной системы парусных сводов, повторен- I ных в разных масштабах, усугубляет про- странственный эффект. В этом произведе- ] нии Джулиано да Майано сказалось его стремление к сильным перспективам, к бо- лее разнообразному и богатому, чем у I Брунеллеско, интерьеру. Палаццо Строцци во Флоре н- ции1, автором которого Вазари называет I Бенедетто да Майано, является важнейшим I памятником флорентийского дворцового зодчества второй половины XV в. Сходное по композиции, расположению основных помещений и их назначению с более ран- I ними флорентийскими палаццо, оно имеет I иной облик. Расположение здания на свободном I участке, ограниченном с трех сторон ули- | нами и проездами, а с четвертой — садом, 1 позволило создать четкую и гармоничную I композицию его плана и архитектурного I объема (рис. 38), подобно тому, как это I имело место в центрических культовых со- 1 оружениях Возрождения. Палаццо имеет три почти равноценных 1 въезда в большой внутренний двор, окру- I женный обширными лоджиями. Строго j симметричная осевая группировка въездов, входов, лестниц, лоджий, эффектное чере- 1 дование различных помещений и приемных залов рассчитаны на помпезность и показ- ное величие. Эти особенности жилища крупных сановников, магнатов и князей 1 церкви стали отличительной чертой двор- а цовой архитектуры папского Рима в XVI в. 1 Фасады палаццо Строцци в отличие от I новых тенденций в композиции его плана 1 и интерьера характеризуются большей I традиционностью композиции и архитек- Я ' В строительстве (1489—1505 гг.) принимали участие: Джулиано да Сангалло, сделавший дере- I ванную модель дворца и разработавший (по мне- нию Геймюллера) его план; Кронана, видимо, создав- 4 ший двор палаццо и его венчающий карниз, и Джа- 4 копо ли Стефано Разелли. Здание построено из кир- пича и облицовано квадрами серого известняка.
Влияние традиционных приемов было столь сильным, что Бенедетто да Майано следуя обычной схеме трехъярусного ?л°: при„и.йфасада’ маскиРУет четвертый полно- ценный этаж за глухой плоскостью высо- кого фриза и венчающим карнизом, осве- тив его помещения только со стороны двора. Фриз позволил привести в соответст- вие пропорции карниза и верхнего этажа с высотой всего здания. В палаццо Строцци тип парадного го- родского дворца, рассчитанного на торже- ственные приемы и празднества, получил окончательное завершение. В этом его’зна- чение для архитектуры позднего кватро- ченто и дворцового строительства в XVI в. В другом интересном произведении Бе- недетто да Майано — портике церкви Санта Мария делле Грацие близ Ареццо — проявились его приверженность к формам, созданным Брунеллеско, и не- заурядное мастерство декоратора. Эта не- большая постройка, примыкающая к соору- женной ранее церкви, скомпонована как открытая со всех сторон лоджия, одновре- менно служащая входным портиком и па- пертью (см. рис. 37). В качестве основной несущей системы Бенедетто применяет легкую арочную ко- лоннаду с ордерным импостом между пя- тами арок и композитными капителями ко- лонн, впервые примененную Брунеллеско в интерьере церквей Сан Лоренцо и Сан Спи- рито. Отсутствие угловых столбов или стен потребовало применения тонких ме- таллических затяжек, которые благодаря общей ажурности форм лоджии органично вошли в ее композицию (рис. 40). В нарядном и легком облике постройки существенное значение имеет сочетание светлого каменного остова с темным рез- ным деревянным верхом и мастерски вы- 1 В деревянной модели общие пропорции и обра- ботка фасада рустом сильно отличаются от построен ного здания. 40. Ареццо. Церковь Санта Мария делле Граше. Портик полненная тонкая орнаментальная резьба по камню и дереву, а также полихромная роспись. В портике Санта Мария делле Грацие больше утонченности и изящества, чисто внешней изысканности и нарядности, чем в более ранних постройках кватро- В творчестве Джулиано и Бенедетто да Майано наблюдается дальнейшая эволю- ция композиции и форм, наметившихся в работах Брунеллеско и его ближайших со- временников: пространство интерьеров, бо- лее сложное и регулярное, подчинено осям симметрии; арочные колоннады лод- жий и портиков с плоскими кессонироваи- ными потолками или парусными сводами становятся более изящными, стройными и дополняются богатым декором и поли- хромией. Вследствие этого строгая сдер- жанность и подчеркнуто конструктивное значение форм, заимствованных у Бру- неллеско, постепенно исчезли. Величавая торжественность и праздничность становят- ся во второй половине XV в. в Италии главным требованием. Среди архитекторов, работавших во Флоренции во второй половине кватрочен- то, заметное место занимает Кронака. Кронака (Симоне Поллайоло. 1457—1508 гг) с 1475 г. до середины 1480-х годов научал античность в Риме, затем возвратился во Флоренцию. Архнтек турные работы: палаццо Строцци (двор и карниз», палаццо Гваданьи (1503—1506 гг). церковь Саи Сальваторе аль Монте (1475—1504 rr 1 во Флорей цин и др. Наиболее крупное его произведение — палаццо Гваданьи (рис. 38,41). Асим-
41. Флоренция. Палаццо Гваданьи матричный план обусловлен стесненным уча- стком и использованием частей существо- вавшей постройки, как можно заключить по различной толщине стен здания. Тем не менее Кронака добился общей композици- онной четкости при разнообразии интерь- еров. Ему удалось сохранить традицион- ные элементы городского дворца: неболь- шой двор с лоджиями, парадный въезд и приемные помещения, примыкающие ко двору. Из входного вестибюля в верхние этажи ведет одномаршевая парадная лест- ница Четвертый этаж со стороны главно- го фасада занимает большая открытая лоджия. Каменная кладка стены главного фасада изображена посредством сграффито и инкрустированного рельефа1. Поверх- ность фасада превращена как бы в огром- ное живописное полотно: рельефны только междуэтажные тяги, имитирующие кладку, наличники окон и архивольты. Иллюзор- ность заставила зодчего ввести изобрази- тельно тектонические элементы, например широкие рустованные столбы по углам Возможно, что на применение расписного архи- тектурного декора Кроиаку натолкнули аналогичные росписи интерьеров древнеримских памятников. фасада. Они обработаны врезанными в углы тоненькими трехчетвертными колонками, а рустованные оконные наличники имеют ки- левидное арочное завершение. После Джулиано да Майано с его фа- садом палаццо Спаннокки в Сиене Крона- ка в своем палаццо Гваданьи сделал сле- дующий шаг вперед по пути создания декоративно-тектонической системы дворцо- вого фасада. Более строгим и сдержанным, но осно- ванным на том же принципе изобразитель- ности, произведением Кронаки2 является церковь Сан Сальваторе аль Монте во Флоренции (рис. 37). Плоско крытая, вытянутая в плане цер- ковь, лишенная трансепта, но снабженная сводчатыми боковыми капеллами и квад- ратным хором, восходит к типу однонеф- ных церквей, аналогичных Сант Андреа в Мантуе, только без купола. Ниши, окон- ный и дверной проемы с их обрамлением образуют систему композиционных пятен, оживляющих поверхность аскетически гладких стен фасада. Классическая в своей основе ордерная композиция интерьера и фасадов базили- ки, их строгость и сдержанность не могут, однако, уничтожить общего впечатления некоторой абстрактности и декоративной условности. Это сказывается в отношении мастера к стене, как к отвлеченной геомет- рической поверхности, не имеющей опре- деленной тектонической структуры; архи- тектурные элементы и детали не то опира- ются на нее (наличники окон), не то сво- бодно висят на ее поверхности, подобно картинам. Кронака обладал развитым чувством архитектурного ритма, пропорций, цвета и старался сблизить архитектурные и живо- писные средства художественной вырази- тельности. В обработке плоскости фасадной стены он увидел новые возможности со- здания живописного эффекта — сложных линейных ритмов, контрастов геометрически четких поверхностей. Покрывающие их изо- бражения неизменно заключаются мастером в рамки пластических, чисто архитектурных форм, которые облегчают восприятие основ- ных членений. В творчестве Кронаки сильнее и ярче всего сказалось развитие декоративных ’ Авторство Кронаки документально не под- тверждено.
1е?ЛН„ЦИЙ по3днего кватроченто. Создан- ая Бруиеллеско и его современниками хитектурная система утратила" в твовТ ный обмза пИеоРеаЛИСТИЧеСКИЙ аРхитектур- нын оораз, переродилась в комплекс п/кп. ративно-изобразительных средств „и,™?11 яр?им выРазителем архитектур- ных тенденции второй половины XV в был Джулиано да Сангалло - архитектор скульптор и инженер. Р °р' Джулиано да Сангалло (1445—1516 гг) водился а семье Франческо Джамберто во Флоренции Учил ся (по-видимому, вместе с братом Антонио да С^н- । алло Старшим) резьбе по дереву, работал во Фло- ренции, Риме, Милане, Неаполе, Перудже и многих других городах Италии, а также в в ФрХнк Был главным инженером во Флоренции (1497 г) н главным архитектором строительства собора св Пет- ра в Риме (1514 г.). С 1503 г.-член цеха’каменш" ков и плотников. Работал вместе с Антонио да Сан- галло (старшим и младшим), с Кронакой и Б. д'Ань- оло. Основные постройки: вилла Поджо а Кайяно (1480—1485 гг); церковь Мадонна делле Карчери в Прато (1485—1491 гг); во Флоренции — монастырь августинцев (начат в 1488 г.), сакристия церкви Сан Спирите (1488—1492 гг.) совместно с Кронакой. па- лаццо Гонди (1490—1494 гг.), собственный дом (те- перь палаццо Панчатики Хименес, 1490—1498 гг.), двор и фасад церкви Маддалена де'Пацци (начат в 1492 г.), палаццо Строцци (1489—1505 г.) совместно с Б. да Майано и Кронакой; купол церкви в Лорето (1490—1500 гг.). Участвовал в возведении фортификационных сооружений в Валь д'Эльза (1479 г.), Сарцане (1483—1488 гг). Борго Сан Сеполькро. Кортоне. Ареццо, Пизе и Ливорно (1509—1512 гг.). Основные архитектурные проекты и модели: модель дворца в Неаполе (1488 г); модель палаццо Строцци (1489— 1490 гг.); модель дворца Лодовико Моро в Милане (1492 г.); модель дворца для Карла VIII (1494— 1496 гг.); модель галереи купола собора во Флорен- ции с Баччо д’Аньоло; проект Сапиенцы в Сие- не (1492 г.); проект дворца Медичи на пьяцца На- вона в Риме (1513 г.); шесть вариантов проекта фасада церкви Сан Лоренцо во Флоренции (1515— 1516 гг); проект собора св. Петра в Риме (1467— 1472 гг.). Обобщая поиски своих предшественни- ков, Джулиано да Сангалло явился одним из первых создателей целостной центриче- ской постройки. Небольшая ц е р к о в ь М а д о н и а дел- ле Карчери в П р а т о имеет в плане форму равностороннего греческого креста, ветви которого покрыты цилиндрическими сводами, а средокрестие —зонтичным ку- полом на парусах с распалубками и про- резанными в них круглыми окнами (рис. 4- 43). Аналогичная капелле Пацци система купола на парусах дополнена невысо- ким барабаном между подпружными ар- ками парусов и основанием купола, о этой постройке Сангалло сочетает кресто- вокупольную систему, впервые применен- ную Альберти в церкви Сант Андреа в Мантуе, с нервюрной системой зонтичного купола Бруиеллеско. Это позволяет ему еше более облегчить опоры и сделать сте- ны здания предельно тонкими. Повышение купола при помощи бара- бана сделано с учетом восприятия его на- ружного объема и силуэта при довольно сильном выступе боковых ветвей. Внутри измельченные формы балюстрады круго- вого обхода в основании барабана подчер- кивают мощь крупных подпружных арок, упругую легкость нервюр и распалубок купола, глубину и масштаб подкупольно- го пространства. Вынос балюстрады сде- лан с учетом зрительной корректировки высоты барабана, при которой основание купола кажется поставленным на паруса. 42. Джулиано да Сангалло. I - Прато- Церковь Ма- дон.ш«лл. Карчери, 1485-1491 гг., ! — Сакристия церкви Саи Спирите. 1488-149- гг.
43. Прато. Церковь Мадонна делле Карчери. Общий Интерьер церкви, основанный на соче- тании ордерного каркаса со сводчатой си- стемой, — монументальный вариант цент- рических интерьеров Брунеллеско, близок им своим ясным покоем (рис. 43). Объемная композиция и фасады орга- нично связаны со структурой и членения- ми интерьера. 44. Флоренции. Сакристия церкви Сан Спирите Образующие равнофасадную центриче- скую композицию четкие прямоугольные объемы ветвей креста расчленены по вы- соте на две неравные части, соответствую- щие членению интерьера на нижний ордер- ный ярус и цилиндрический свод. Ордер пилястр в обоих ярусах, членя- щих объем по золотому сечению, выпол- нен, как и в постройках проторенессанса, в той же фактуре, что и инкрустированная мраморная стена. Соединение архитектурных традиций мастеров раннего кватроченто с тенденци- ями нового времени характерно и для дру- гих построек Джулиано да Сангалло. Та- кова, например, сакристия церкви Сан Спирито во Флоренции — ин- тересное центрическое восьмигранное соо- ружение, увенчанное зонтичным куполом, в котором вертикальные полукруглые распалубки (как и в церкви в Прато) по- гашают распор, нагружая подкупольное кольцо (рис. 42, 44). Сакристия, в создании которой участ- вовал и Кронака, также восходит к образ- цам Брунеллеско, но ее план с нишами по углам —самостоятельный шаг в освоении многообразных возможностей центриче- ских композиций; вестибюль сакристии с приставными колонками и цилиндрическим кессонированным сводом свидетельствует об изучении памятников античного Рима. Римские реминисценции и стремление не нарушать ордерных канонов сближают Джулиано да Сангалло с Альберти. Палаццо Гонди во Флоренции повторяет в основном типичную компози- цию более ранних флорентийских дворцов, а в фасаде — выполненную несколько ра-
1 45. Подаю а Кайяно дичи. 1480—1485 близ Флоренции. Вилла гг-. Джулиано да Сангалло 46. Флоренция. Палаццо Гондя, 1490—1494 Джулиано да Сангалло. Общий вид и двор, пл разрез, фрагмент фасада
нее самим Джулиано да Сангалло модель палаццо Строцци. К особенностям плана нужно отнести открытую парадную лест- ницу под галереями внутреннего дворика, связывающую его со вторым — главным этажом (рис. 46). Частые оконные про- емы с широкими сильно профилированны- ми наличниками и сложным рисунком клинчатых архивольтов над ними образу- ют широкие орнаментальные пояса во всю ширину фасада. Тектоническое изменение рельефа и характера руста по этажам оживляет поверхность фасада; варьирует- ся глубина рельефа камней, составляю- щих орнаментальный узор на стыках клиньев архивольтов с горизонтальными рядами кладки. Вилла в Поджо а Кайяно завер- шает развитие типа загородной усадьбы богатого флорентийского горожанина XV в. и знаменует сложение нового типа загород- ной резиденции богатого вельможи. Этот тип большого загородного дворца с окру- жающим его обширным садом (рис. 45, 47), задуманный для Лоренцо Медичи, был в XVI в. развит в великолепных загород- ных дворцах римской духовной и светской знати. В основу плана виллы положен пра- вильный квадрат, предопределивший ста- тичную, компактную форму объема зда- ния. Нижний этаж, предназначенный для хозяйственных помещений и прислуги, как и в древнеримских виллах, образует мощ- ный стилобат для двух верхних этажей, окруженных широкой террасой, — обхо- дом, покоящимся на тяжелых арочных суб- струкциях. Второй этаж со входной лод- жией, вестибюлем и залом для торжест- венных приемов, гостиными, приемным кабинетом хозяина и служебными помеще- ниями — главный парадный этаж виллы. Приподнятая над землей обширная терра- са связывает парадные помещения с окру- жающей природой. Широкие одномарше- вые лестницы ведут к входной лоджии. Жилые помещения для владельца, его семьи и гостей находятся на третьем эта- же. Композиционным центром здания яв- ляется большой двухсветный зал во вто- ром этаже с богато украшенным резными кессонами сводом и выполненными знаме- нитыми художниками сплошными роспися- ми расчлененных коринфскими пилястра- ми стен, с пышным орнаментальным уб- 47. Поджо а Кайяно. Вилла Медичи. Фреска XVII в.
основных помещений. Велитолепнм^нфи лада уравновешивается пространством главного зала, развитым в поперечном на правлении примыкающими к нему споава и слева световыми карманами межд? го- стиными, открытыми на террасы выво- дящие в сад. Органичное сочетание этих двух принципов композиции интерьера встречаемое и в древнеримских термах ре- зультат изучения античных памятников, многочисленные зарисовки которых имеют- ся в альбоме Джулиано да Сангалло Здание монументально, но не грузно Этому способствует редкая разбивка окон- ных проемов, гладкая фактура стены скромный венчающий карниз и общая ком- пактность сооружения. Входная лоджия с высоким фронтоном является в архитекту- ре Возрождения первым случаем примене- ния в портике ионического ордера. В творчестве Джулиано да Сангалло, которого можно считать последним из ма- стеров кватроченто, сливаются два наибо- лее значительных направления зодчества, созданных Брунеллеско и Альберти. Вне Тосканы влияние ее новой архитек- туры своеобразно сочеталось с местными, а часто и с североитальянскими традиция- ми. В Умбрии это заметно в таких работах Агостино ди Дуччо (1418 —после 1481 г.), как украшенный резьбой и терракотой фа- сад маленькой оратории Сан Бернардино и городские ворота Сан Пьетро в Перуд- же. Гораздо важнее проникновение новых архитектурных идей из Тосканы в Марки. Прочные экономические и культурные связи итальянской области Марки1 с се- вероитальянскими областями (Венеция) и побережьем Адриатики в значительной степени объясняют своеобразное развитие ее зодчества и участие славянских масте- ров —выходцев из Далмации —в создании ее лучших архитектурных памятников. Од- ним из первых таких мастеров был строи- тель собора в Шибенике Юрий Далмати- нец, получивший в Италии местное имя — Джорджо да Себенико (Георгий из Ши- беника, см. стр. 548). Лучано да Лаурана также выходец из Далмации, работавший как архитектор, инженер и художник, принадлежит к числу наиболее своеобразных и тонких мастеров Италии в рассматриваемую эпоху. 1 Восточноитальянская область Марки грани- чила на севере и западе с Эмилией, Тосканой и Ум- брией, на юге с Романьей, на востоке она простира- лась до Адриатического моря. В XV в. там были вла- дения урбинских графов Монтефельтро и ветви ми- ланской династии Сфорца, которой принадлежал Пезаро. Крупным портом на Адриатическом побе- режье была Анкона, вольный город, поддерживав- ший постоянную торговлю с расположенными на противоположном, славянском, берегу АдР1|аТ"'1е ского моря городами Далмации: Сплитом, Шибени ком, Задаром и Дубровником. Лучано ди Мартино да Лаурана (около 1425— 1479 гг.) происходил родом из местечка Врана, близ Задара. Его славянское имя —Луцнан иг Враны, о годе его рождения и деятельности на родине сведе- ний нет. В 1465 г. он находился при дворе Сфорпа в Пезаро и в том же году переехал в Мантую В доку- ментах 1467 г. именуется инженером и архитектором урбинского герцога Федериго да Монтефельтро В 1468 г Лаурану назначили главным архитектором урбинского дворца В 1472 г. он по неизвестным при- чинам покинул Урбино и стал в Неаполе нзчальвв ком артиллерии короля Ферранте. Кроме урбиисяого I0S
топил. Латрлиу считают без достоверных основа- ний автором палаццо Префетнццио в Пезаро (Фаб- РИЦЦИ. Биллях). Лауране приписывают так называе- мые ведуты — картины с изображением идеального города: из скульптурных работ — некоторые камины урбинского дворца (А. Вентури). Самым крупным произведением Лау- раны является Палаццо Дукале в Урбино. Композиция этого комплекса усложне- на его двойственным назначением — парад- ного дворца и укрепленной герцогской ре- зиденции. а также наличием старого сред- невекового дворца и укреплений, которые нужно было включить в новый ансамбль, расположенный на возвышенности. В строительстве дворца с XIII в. насчиты- вается около шести довольно ясно разли- У'рбино Палаццо Дукале, 1468-1483 гг. Лучано чимых периодов. Ко времени работы Лау- раны с 1468 по 1472 г. относится создание проекта, наиболее радикальная перестрой- ка и объединение частей старого дворца и укреплений (рис. 49, 50), северного и во- сточного наружных корпусов дворца, при- мыкающих к внутреннему двору. Знамени- тый внутренний двор и примыкающий к нему южный корпус были возведены с 1476 по 1483 год, по всей вероятности, в соответствии с проектом Лаураны. В 40-х годах XV в. резиденция урбин- ских герцогов состояла из двух скромных построек на вершинах двуглавого холма, окруженного жилищами горожан и город- скими зданиями. Но эта резиденция не от- вечала вкусам и потребностям герцога Фе- дериго, понимавшего и ценившего искус- ство. Уже в 1449 г. в Урбино работало не- сколько тосканских архитекторов-скульп- торов под руководством Мазо ди Бартоло- мео. Однако флорентийцы не могли осу- ществить замыслы Федериго. Приглашен- ному в Урбино Лучано да Лауране было предложено построить новую резиденцию на мало удобном для столь обширного строительства холмистом участке, сохра- нив недавно отделанные сооружения. Лаурана положил в основу планировки систему флорентийского городского двор- ца с большим внутренним парадным дво- ром, вокруг которого группируются парад- ные, жилые и хозяйственные помещения. Это основное ядро было дополнено внут- ренним висячим садом и открытым в сто- рону города двором, образованным двумя выступающими южными корпусами. Ком- плекс дворца вследствие неровного релье- фа местности, рыхлости грунтов, грозив- ших оползнями, и крепостных функций сооружения потребовал особенного вни- мания к прочности основания. Лаурана проделал огромную по тому времени под- готовку строительной площадки, соорудил множество подпорных стен, фундаментов, каменных плотин и многоарочных мостов. Он показал себя первоклассным инжене- ром. Работы по возведению самого дворца начались с «палацетто Иолы»,— так ста- ли называть старую резиденцию после устройства в ее главном зале (на втором этаже) камина со скульптурным фризом и статуями Геракла и его жены Иолы, вы-
50. Урбино. Палаццо Дукале. Фасады (даны в реконструкции), слева - главный (ипадный;. справа — север- ный; разрезы, деталь, генеральный план и планы этажей I - двор; 1 - висячи» сад; » - троаны» зал (сорвав от него авл делла Вельс); в - зал долин Аиджал в (Аикжам)
51. Урбино. Па- лаццо Дукале. Северо-восточ- ный угол здания (с окнами трон- ного зала); вни- зу — висячий полненными Франческо Лаураной *. Па- лацетто, образовавшее восточную сторо- ну центрального двора, было расширено к северу и югу, и его фасад с разделенными колонкой арочными окнами флорентийско- го типа стал восточным фасадом нового дворца. Строительство велось также в западном направлении: северной стороне двора со- ответствовали в первом этаже библиоте- ка, кордегардия и лестница, а во втором, главном этаже, самый большой тронный зал дворца. Наконец, анфилада парадных покоев наверху и служебные и жилые по- мещения для свиты внизу замкнули двор с южной и западной сторон. К северу от центрального двора была пристроена еще одна выступающая часть здания, с личными покоями владельцев, включившая вторую, существовавшую ра- нее постройку Кастелларе. Капитально пе- рестроенная внутри, она вместила прием- ный зал, спальни, гардеробную и модель- 1 Франческо Лаураиа (работал в 1458—1502 гг.), далматинский скульптор, возможно сотрудничавший с Л. Лаураной и в Неаполе (декор «арки Альфонса» в Кастельнуово).
ню герцогини и соединялась через зал лел., Маньифико (или делле Велье) с т„0ННым залом. Высокая подпорная стена соедини нейТ°гРляЦвНЭпТ0Й пристР°йки с северной баш- ней главного юго-западного фасада ог- раждая висячий сад (рис. 51), по другую сторону которого располагались покои са- мого владельца; их окна раскрывались в сад или на главный фасад. Так искусно и рационально решены были сложные требования придворного быта: парадные помещения изолированы от личных покоев, комнаты владельца и его жены размещались рядом, нижние поме- щения были отведены для свиты, слуг и стражи. Композиция сложного, напоминающего небольшой город дворца сочетает черты новых городских палаццо (закономерное строение плана вокруг центрального дво- ра) и феодальных замков (живописная асимметрия объемов). Сознательное про- тивопоставление этих элементов определи- ло и своеобразное, исключительно удачное решение композиции главного парадного фасада, хорошо выразившего значение и неприступность резиденции герцога Мон- тефельтро. В главном фасаде применен принцип контраста гладких массивных стен и стройных полукруглых башен с машику- лями, с тонко проработанными, античны- ми по характеру деталями многоярусной лоджии-балкона и ордерными наличника- ми окон. Все четыре балкона, образующие лоджию, различны по трактовке форм, ко- торые по мере развития композиции вверх становятся более легкими и изящными. Многоярусная лоджия — единственный элемент, нарушающий суровый, напомина- ющий укрепленные замки облик дворца со стороны внешнего подъезда. Однако наиболее ярко основные тен- денции архитектуры кватроченто прояви- лись у Лаураны в интерьерах и в парад- ном внутреннем дворе. Изменения, внесен- ные архитектором во флорентийскую схе- му, придали двору большое своеобразие. Со стороны главного южного входа и на северной стороне расположено по пяти арок, с востока и с запада —по шести, что позволило поместить вход во двор на центральной оси. Удлиненная форма дво- ра благодаря перспективному сокращению воспринимается как правильный квадрат. Аркады закреплены справа и слева пиля- страми, смыкающимися под углом в 90’.— так впервые было найдено наиболее пра- вильное решение проблемы угловых опор внутренних дворов, целесообразное с ин-
53. Урбино. Палаццо Дукале, двор (слева); Губбио—Палаццо Дукале, двор (справа) женерной и архитектурной точки зрения. Угловые столбы с пилястрами создают устойчивую систему, погашающую распор арок, и подчеркивают статическую форму двора и упругую легкость зажатых меж- ду ними ордерных аркад (рис. 52, 53). Профилировка архивольтов и антабле- мента наличников, редкие по красоте ка- пители, а также латинская надпись по фризам, прославляющая владельца Урби- но. — нот почти весь декор двора. Чисто- та и ясность архитектурных форм, гармо- ничность пропорций, легкий и спокойный ритм колонн, арок и небольших пилястр в сочетании со светлым колоритом белого камня ордера и бледно-желтого кирпи- ча стен придают двору серьезный, изыс- канно простой облик, напоминающий про- изведения Брунеллеско. Двор урбинскр- го дворца с его атмосферой спокойной со- средоточенности относится к числу самых обаятельных произведений кватроченто. Со двора широкая лестница налево от входа ведет во второй этаж с парадными залами и личными комнатами владельца. Дворцовые интерьеры отличаются той же сдержанностью и строгостью, гранича- щей подчас с аскетизмом. Рука Лаураны ощущается в Тронном зале, залах дельи Анджели и Маньифико и в других парад- ных помещениях второго этажа, перекры- тых сводами с распалубками, вместо рез- 54. Урбино. Палаццо Дукале. Тронный зал н камин км
типа Л3Рал^НурбинскТог0К°л флорен™йского гладкими потолками и стеТми' белыми ГИМИ потолочными розетками С° стр°’ рисованными резными конспк Ко про' гелями у основания распалубокТи ИПИ‘ лепными по тонкости пп*’ велик°- Резьбы наличникам^"кон S дХеГи™ ” морными каминами отличаются’ЯлЛ Мра' ством форм (рис 541 n.J благород- ии украшены картинами мХлХ" ны, Пьеро делла Франческа и других У₽ После отъезда Лаураны в 1472 г лета» ся неотделанным ряд помещений и не был воздвигнуть°РмавзВ°Р" ™ ~a" алось жв„иЛ Уи мавзолеи династии Монте- фельтро. Начиная с 1474 г. в завершении строительства и отделке дворца принима- 'тиНИУЧ?сТИе Фра.нческ° ли Джорджо Мар- тини (см. ниже) и другие мастера: Мазо ди Бартоломео, Франческо ди Симоне, До- менико Росселли, братья да Майано, Баччо Понтелли и др. Облицовка фасада не была закончена. В позднейшие века фасады были совер- шенно искажены новыми окнами, бесси- стемно пробитыми, и надстройками, скрыв- шими зубцы и испортившими двор, соз- данный Лаураной. Лауране приписывают палаццо дел- ла Префеттицио в Пезаро, быв- шей резиденции Сфорца. Только крупный архитектор мог так смело расположить на широкой гладкой плоскости второго эта- жа над шестью нижними арками пять больших окон, напоминающих дворец Ур- бино своей формой и наличниками (рис. В приписываемых Лауране ведутах воплощены архитектурные фантазии. В ур- бинском дворце и теперь еще сохранилась на стене ведута: в центре прямоугольной площади никогда не существовавшего го- рода — двухъярусное круглое сооруже- ние (рис. 56). Возможно, что это здание — мавзолей Монтефельтро. Безлюдная пло- щадь проникнута строгим духом урбинско- го зодчества, напоминая чистоту линий и торжественное спокойствие созданного Лау- раной дворца. Ведуты1 дают представление о градо- строительных идеях и композиционных при- 1 Ведуты приписываются не только Лауране. но также и Пьеро делла Франческа Ведуту с нзобра жением гавани приписывают иногда Ф. дн Джорджо Мартини. . fl Цйй 55. Пезаро. Палаццо Префеттицио. Лучано да Лау емах раннего Возрождения и являются до- кументами огромной исторической важно- сти. Многие зафиксированные в ведутах приемы предвосхищают позднейшие вари- анты многоярусной ордерной композиции, например дворцовых фасадов со сдвоен- ными пилястрами, осуществленных впо- следствии в Риме (палаццо Канчеллерия и другие сооружения). В истории итальянской архитектуры имя Лучано да Лаураны следует поставить вслед за именами Филиппо Брунеллеско и Леона Баттисты Альберти. Он заслужил это место мастерством, проявленным в ур- бинских сооружениях, и их значением для дальнейшего развития архитектуры. В творчестве Лаураны многое остается неяс- ным. Корни и основы его творчества сле- дует искать не только в Италии, но и в античных памятниках и живых традициях зодчества Далмации и Истрии. Молодой Лаурана, несомненно, изучал сплитский дворец Диоклетиана, римские античные па- мятники Пулы в Истрии. Для окончания же архитектурных ра- бот. не завершенных Лаураной. в Урбино в 1475 г. был приглашен Франческо дн Джорджо Мартини — один из универсаль- ных людей XV в., известный как живопи- сец, скульптор, архитектор, теоретик и ин- женер. Франческо дн Джорджо Мартини в молодости работал на родине, в Сиене, пренмуинкчвенио ьа« живописец и строитель крепостей. В Урбино он ра- ботал как военный инженер и архитектор около 1е- 10В
56. Ведуты. приписываемые Лучано да Лаурана (верхняя — в Урбино, нижняя — в Балтиморе, США) сятн лет. Позже строил в Губбио, Иези и Анконе. Последние годы провел на родине, выезжая в Неа- поль и Милан, где встречался во время экспертизы по строительству собора с Леонардо да Винчи В конце жизни написал архитектурный трактат. Основные архитектурные работы: руководство строи- тельством урбинского дворца по проекту Лаураны и, вероятно самостоятельная отделка некоторых поме- щении (14/5—1480 гг.), дворец в Губбио (1476— 1480 гг ), палаццо дельи Антони в Анконе (1486 г I палаццо дель Комуне в Иези (1486 г.), церковь Сан Бернардино близ 5 рбино (между 1482 и 1491 гг) ™и°пзАа"Т.а иар”" Дель Кальчинайо близ Кор- Z, Гч''1' Нек?10Рые авторы приписывают ему шю вЬаврЛ У₽а постройку палаццо Префетти Франческо были надстроены башни главного фасада урбинского дворца, завер- шен висячий сад, продолжен к югу восточ- ный фасад и начато строительство двора получившего название Кор тиле дель Иасквино, с частично заложенной впо- следствии семиарочной лоджией. Ему же И₽Ш1И“ТЬ в Разных частях двор- обрамления окон и порталов ““® 5 “.вниелированных пилястр, не- сущих полный трехчастный антаблемент Под его руководством были также более пышно отделаны внутренние помещения дворца в соответствии с изменившимися вкусами владельца. Палаццо Дукале в Губбио— герцогский дворец—сохранил внешний об- лик средневекового замка, состоящего, как и урбинский дворец до перестройки, из двух частей «прилепившегося» к горе обо- ронного сооружения с высокой сторожевой башней и средневекового дворца (получив- шего позднее название палаццо делла Гвар- диа). Центром обновленного дворца стал внутренний двор между двумя старыми по- стройками (рис. 52, 53). В новых частях дворца в Губбио повторялись формы и де- тали урбинского дворца: вариантом по- следнего был и парадный двор. Однако имеются также существенные различия (ср. наличники окон второго этажа). Об- щий облик дворца в Губбио отличается большей пышностью форм и меньшей сти- левой целостнос1ъю.
Более самостоятельным и зрелым ма- стером проявил себя Франческо ди Джорд- жо в двух церквах — Сан Бернардино блиэУрбино и СантаМария дель Кальчинайо близ Кортоны (рис. 57). В первой церкви архитектор строго со- блюдает правила соразмерности, изложен- ные в его трактате об архитектуре: в плане, имеющем форму латинского креста, длина в четыре раза превышает ширину; неф пе- рекрыт цилиндрическим сводом, высота ко- торого равна половине ширины церкви, вы- сота внутренных стен до основания свода превышает ширину в полтора раза. Церковь Санта Мария дель Кальчи- найо близ Кортоны (находится за преде- лами Марок, в Тоскане), законченная пос- ле смерти архитектора, имеет в плане фор- му латинского креста. Ее план и разрез также соответствуют пропорциональным схемам трактата Франческо ди Джорджо. Легкий интерьер—с ясными простран- ственными членениями главного нефа и бо- ковых концов креста, перекрытых цилинд- рическими сводами с высоким средокре- стием, увенчанным восьмиугольным бара- баном и сомкнутым куполом и, наконец, с двухъярусным ордером пилястр, с рез- ким выделением темного ордерного карка- са на фоне белых стен,— заполнен светом и воздухом и напоминает архитектуру ран- него флорентийского кватроченто. Структуре внутреннего пространства и его членениям соответствует объемная композиция здания с ясно выделенными концами креста и высоко приподнятым восьмиугольным куполом на октогональ- ном барабане. Трехъярусный ордер пи- лястр, членящих фасад, имеет типичный
ВЕНЕЦИИ для кватроченто плоскостной характер изРяХщенКТУРНЫИ °бЪеМ Це₽КВИ ст₽°г, но В церкви Санта Мария дель Кальчи- найо_ Франческо ди Джорджо подвел итоги своей деятельности как архитектор и тео- ретик архитектуры. Значительное место в практической де- ятельности и в трактате1 * * * мастера принад- лежит строительству крепостей. - --- г — г - гн"*-- показывают, что Мартини достиг в них высокой степени органичного сочетания ин- женерных и эстетических свойств, которое характеризует всю фортификационную ар- хитектуру Италии рассматриваемого пери- ода. Местоположение крепости, выбиравше- еся с точки зрения удобства обороны, вме- сте с тем придавало постройке доминирую- щее значение в окружающем ландшафте. Во внешнем облике укреплений искусно подчеркивался характер грозной непри- ступности, тогда как жилые части ферта были, по возможности, раскрыты в при- роду. Для Франческо ди Джорджо Мартини в наиболее зрелый период типична привер- женность к архитектурным традициям тос- канской школы. 1 Трактат Франческо ди Джорджо Мартини, написанный им в Урбиио после 1482 г и получив- ший широкую известность в списках, оказал значи- тельное влияние на современных архитекторов, осо- бенно в области военного зодчества, которой посвя- щена пятая книга трактата. беоежья* »радиции городов северного по- оережья Адриатики (Падуя и nn > пй MV ТпервыеВ ®0ЛЬШ0Й мере Востока₽ Поэто- му первые три четверти XV в. в Венеции ниеУ«вене,!11ИРОКОй₽аепрОСТраненное назва- ние «венецианской готики», тогда как по- нуХЯЯ ЧеТВеРТЬ ЭТОГО века °б“чно име- нием» гРаННИМ 0енецианским Возрожде- №г-Гра"““Ы Между этими' периодами не ? всегда четко определены (ср. рис. 4, Венеция была крупнейшим торговым посредником между Западом и Востоком что способствовало быстрому экономиче- скому расцвету и политической самостоя- тельности этой торгово-аристократической республики и обусловило установление прочных культурных связей с рядом стран Ближнего и Среднего Востока. Этими осо- бенностями развития Венеции вызвано по- явление в ее архитектуре в XI—XIV вв. различных типов культовых зданий: пяти- купольного, центрического, базиликального и других. Немалую роль в сложении характерных черт венецианской архитектуры сыграли природные условия — строительство было возможным только на островах или в мел- ководных частях лагуны, где возводили со- оружения на сваях. Это получило выраже- ние не только в легком облике зданий. строившихся преимущественно из кирпича, но и в городском плане, характеризующем- ся отсутствием регулярности, узостью улиц, функции которых в основном перешли к каналам, и необычайной теснотой застрой- ки (рис. 1, 2). Жилые дома стояли вплот- ную по сторонам каналов, и открытый ха- рактер их фасадов с лоджиями н часты- ми окнами определялся островным поло- жением города, защищенного морем. Своеобразный быт города, с его ожив- ленной морской торговлей, ремесленным производством, любовью к роскоши и празднествам, отразился на типах зданий и общем характере архитектуры. Венеция отличалась открытым, жизнерадостным об- ликом зданий, широким применением де- кора и полихромии, ювелирной отделкой деталей.
Проникновение идей Возрождения в ве- нецианское зодчество совпадает по вре- мени с крупными колониальными завоева- ниями Венеции, с приобретением ею ряда италийских территорий и с укреплением связей на материке. Ломбардские цеховые мастера и архитекторы, работавшие bavb. в Венеции, были активными проводниками нового направления. В XV в. реконструировали многие зда- ния, по-новому решали вопросы планиров- ки жилых домов, подновляли фасады, по- рой даже облицовывали их вновь. Наличием в Венеции огромной армии портовых грузчиков, матросов и ремеслен- ников объясняется строительство . таких своеобразных типов жилых зданий, как блокированные дома, дома с поэтажным квартирным заселением и лавками в пер- вом этаже, дома-общежития. Блокированные жилые дома и обще- жития строились (начиная с ХП в.) на средства республики, благотворительных обществ и частных граждан, заинтересо- ванных в квалифицированных ремесленни- ках и опытных моряках. Как показывает изучение сохранившихся построек, основ- ным типом является двух- или трехэтаж- ный дом, сблокированный из одинаковых жилых секций, имеющих самостоятельные входы с улицы и внутреннюю лестницу. Квартира помещалась обычно в двух эта- жах: в первом — кухня, кладовая и общая комната (столовая), во втором — две-три спальных комнаты (рис. 3). В верхнем этаже трехэтажного дома располагали чаше всего самостоятельные квартиры с обособленными лестницами. Дома-общежития для иностранных моря- ков венецианского флота и дома для пре- старелых имели аналогичную этажность и планировку, но состояли из одинаковых по размер}' комнат с каминами и имели об- щую лестницу. В первых этажах таких зданий, как и в подобных сооружениях Франции. Англии и других стран, часто помещались в это время лавки и ремеслен- ные мастерские. Дома имели значительную протяжен- ность и обычно складывались в группы трех типов: два поставленных рядом кор- пуса с узким двором между ними и с фа- садами, обращенными к каналам; четыре корпуса с квадратным двором в центре имеющим выход к каналу; пять корпусов— внутри прямоугольного двора, образован- ие ного четырьмя корпусами, поперечно по- ставлен пятый. Выразительность гладких фасадов, ли- шенных тяг или украшений, достигается сложной асимметрией оконных проемов, образующих иногда в каждом этаже свой ритмический строй. Живописно располо- женные и различные по форме проемы че- редуются с четким рядом выведенных на фасады каминных труб и входов в секции дома. Многие детали напоминают о раннем формировании блокированных домов. Та- ковы сдвоенные арочные окна с колонной посередине и высоко поднятые, забранные решетками квадратные окна первых эта- жей (в домах без лавок). К этому типу зданий относятся блокированные дома по улицам леи Прети (район Кастелло). Са- рацинской, на салидцаде (набережной) ди Сан Лио и др. Встречается также тип жилого дома с лавками в нижнем этаже и таким распо- ложением лестниц, которое указывает на поэтажное квартирное расселение его оби- тателей и возможную сдачу внаем отдель- ных этажей-квартир. Таков, например, жи- лой дом по улице Гарибальди (рис. 3). В его плане принят типичный для многих вене- цианских палаццо принцип расположения помещений вокруг большого зала-гостиной с оконными проемами, выходящими на главный фасад. Каждый этаж имеет на- ружный вход с самостоятельной лестницей. В композиции фасада здания третий этаж, принадлежавший, видимо, хозяину дома, выделен традиционными для Венеции боль- шими арочными проемами окон, фланки- рованными глухими плоскостями стен и более тщательной обработкой наличников. Второй этаж и мезонин имеют меньшую высоту и более скромную обработку. В нижнем этаже—лавки. В облике здания, членениях фасада и архитектурной обработке проступает более сложная, чем в тосканских палаццо, струк- тура внутреннего пространства и четко дифференцированное назначение отдель- ных этажей дома, утратившего черты фео- дального жилища. На фоне этих скромных зданий, состав- лявших основную застройку города, выде- лялись своим великолепием мраморные дворцы венецианской знати. Отличительной чертой дворцов патри- циев и богатых купцов, как, впрочем, и всей
*• Венеция
венецианской архитектуры XV в., вкл1°ч®* церкви, скуолы государственные здания и торговые склады, является декоративность, живописное разнообразие форм, полихром- ность, обилие дорогих отделочных мате- риалов (мрамора, смальты, позолоты) и богатое орнаментальное убранство. Распо- тоженные в лучших благоустроенных ча- стях города, обращенные к морю или на главную магистраль Венеции — Большой канал', эти сооружения были свидетельст- вом экономического могущества республи- ки. Дворцы, как и другие здания, почти всегда строились из кирпича и лишь отде- лывались дорогими материалами, приво- зимыми из Греции, Малой Азии и Визан- тии. Многие дворцы, как и более скром- ные жилые дома, _ покрывались цветной штукатуркой и оживлялись деталями дру-. того цвета, часто мраморными. Наиболее ярким примером венециан- ского дворцового зодчества первой поло- вины XV в. является палаццо К а д’Оро, построенное мастером Джованни Бон него сыном Бартоломео. В Венеции работала плеяда архитекторов’ и скульпторов Бон (или Буон). Джованни Бон (около- 1360—1442 гг.)—сын архитектора и скульптора, ра- ботал вместе со своим сыном Бартоломео Боном Старшим (умер в 1464 г.; был, вероятно, учеником Моро Колуччи) при постройке Ка д'Оро, двора и за- падного крыла палаццо Дожей. В 1434 г. ими был заключен контракт на сооружение Порта делла Кар- та — входа в палаццо Дожей, который Бартоломео достроил после смерти отца один. Бартоломео Бон упоминается в документах как участник строитель- ства церкви Сан Дзаккариа (1463 г.). 1 Скуолы — здания для разного рода обществен- ных собраний, строившиеся на средства благотвори- тельных объединений. 3. Венеция
Композиция ДВОПЦЯ Кя от традиционного типа итяпк™ отходит СКИХ дворцов XV в Здания х ГОрод’ Нижний этаж трактуемый а“Т₽ИЧН0' £=>;=hR== Основные помещения первого этажа объ- единены только этим переходом и лоджи- 0?’ нааоужныхРпЗОМ’ ДВ0РИК’ изолиР°ванный ,РУ ,Д°В и помещений первого этажа, связанный с последующими этажа- ппиАТя°ЛЬКОлоткрытой парадной лестницей, приобрел более интимное и самостоятель- ное значение, чем в тосканской архитекту- ре. В верхних этажах центральную часть здания, раскрытую на канал лоджиями, занимал большой приемный зал, окружен- ный жилыми комнатами. Двухосевой фасад состоит из двух как бы самостоятельных частей: ажурной трехъярусной лоджии с легкими колонна- дами, поддерживающими переплетающие- ся многолопастные, стрельчатые и киле- видные арки, и примыкающей к ней менее широкой части фасада в виде глухой глад- кой стены с проемами по бокам. Стена и ажурная лоджия, в которой играют свет и тень, композиционно связаны общими горизонтальными членениями. Этот свое- образный прием соединения двух разно- родных, но совершенно симметричных внут- ри себя частей, образующих единый фасад, встречается и в более поздних постройках (скуола Сан Марко и др.). Декоративный характер готических форм фасада дворца Ка д’Оро подчерки- вается тем, что колоннады и арки тракто- ваны не столько как несущие элементы, сколько как заполнение прямоугольного проема лоджии, перекрытого архитравной балкой. В отличие от флорентийских палац- цо здесь отсутствуют черты крепостной замкнутости, массивности и неприступно- сти. Нарядный и живописный характер со- общает зданию желтоватая мраморная об- лицовка фасада с позолоченной орнамен- тацией. • Здание является капитальной перестройкой (1421—1436 гг.) средневекового палаццо. Свое на- звание — «Золотой дом» палаццо получило из-за позолоченной декоративной резьбы. Асимметрии ность фасада, возможно, объясняется незавершен ностью первоначального замысла. 4. Венеция. Дворец Ка д'Оро, 1421 — 1436 гг. Джо- ванни и Бартоломео (старший) Бон 5. Венеция. Палацетто Гуссони Ш
Палацетто Гуссони на рио делла Фана, приписываемое Пьетро Ломбардо и его школе — характерный пример венеци- анской планировки жилья. Неправильной формы земельный участок, стесненный дру- гими строениями, имел лишь узкий проход на улицу, где, однако, строитель сумел соз- дать максимально акцентированный па- радный вход (рис. 5). В других палаццо, где двор отсутство- вал, входная лоджия или портал непосред- ственно вели в просторный вестибюль. Во втором и третьем этажах над ним обычно расположены парадные залы, вокруг ко- торых группируются жилые и подсобные помещения. Залы открываются на главный фасад либо лоджиями, либо большими оконными проемами и выходами на бал- коны. Эта композиция присуща многим патрицианским дворцам на Большом ка- нале. В формировании новой венецианской архитектуры XV в. важную роль играло семейство Ломбардо во главе с Пьетро Ломбардо, и архитектор из Бергамо Моро Кодуччи. Пьетро Ломбардо родился около 1435 г. в Ка- роне, на Луганском озере, умер в Венеции в 1515 г. Работал в Падуе, затем с 1474 г. в Венеции, где по- строил церковь Сан Джоббе, отделывал церковь деи Фраря и ограду скуолы Сан Джованни Еванд- желнета Одновременно он участвовал в строитель- стве и отделке церкви Санта Мария деи Мираколи, н скуолы Сан Марко. В 1499 г. назначен архитекто- ром Дворца Дожей, где с сыновьями Туллио (1455— 1532 гг.) и Антонио (ок. 1458—1516 гг.) выполнял отделку фасада, выходящего на канал. Кроме того, в Венеции им достраивалось палаццо Вендрамнн- Калерджи, а в Падуе возведены палаццо Ольцинья- ни и гробница Ровелли н соборе Сан Рокко. Соче. тание местных архитектурных традиций с новым направлением итальянского зодчества_особенно на» глядно проявилось в жилых постройках П. Лом- б’РДАрхитектор Моро Мартино Кодуччи (Кодуссц) (около 1440—1504 гг.) в документах именуется также Игретто из Бергамо. Предполагают, что он начал свою деятельность в Равенне, а с 60-х годов работал в Венеции. Первая постройка — церковь Сан Микеле ин Изоле (1468—1479 гг.). затем — кампанила церкви Сан Пьетро ни Кастелло (1482—1490 гг.) и церковь Сан Дзаккариа (1483—1500 гг.) в Венеции. В 1485— 1495 гг. участвовал в строительстве скуолы Сан Марко (вместе с Пьетро Ломбардо. Джованни Во-1 ком и Бартоломео ди Доменико), где ему принадле- жит завершение главного фасада, внутренняя лест- ница (теперь разрушена) и боковой фасад. Строил церковь Санта Мария Формоза (начата в 1497 г.), а также большую лестницу в скуоле Сан Джованни Еванджелиста. По стилистическим признакам ему приписывают часовую башню па площади Сан Марко (Торре дель Оролоджо. 1496), дворец Вендрамнн- Калерджи и проект здания Старых Прокураций, построенного Бартоломео Боном Младшим (1480— 1514 гг., см. стр. 280, 282). Одним из наиболее примечательных ве- нецианских дворцов XV в. является палац- цо Вендрамин-Калерджи. Дворец начал строить архитектор Мо- ро Кодуччи в 1481 г., определивший, види- мо, общий характер сооружения, закончил П. Ломбардо около 1509 г. Тектоничность и сдержанность форм здания свидетельст- вует об авторстве Моро Кодуччи, так как сооружения П. Ломбардо очень декоратив- ны (рис. 6, 7). План палаццо Вендрамин-Калерджи со входной лоджией и вестибюлем в пер- вом этаже, с парадными залами в верхних этажах, расположенными в центре здания
7. Венеция. Вверху - палаццо Фоскари. первая половина XV в., палаццо Дарио, с 1487 г (здание «ра«Ф. вни- зу — палаццо Вендрамин-Калерджи. лестниц! палаццо манелли, с пои г и окруженными более мелкими помеще- ниями, повторяет в основном уже сложив- шийся ранее тип венецианского дворца. Залы выделены на фасаде здания не лод- жией. как в Ка д’Оро, а большими ароч- ными проемами и балконами с балюстра- дой. Сочетая введенное Альберти поэтаж- ное ордерное членение дворцового фасада с традиционными венецианскими лоджия- ми, строитель создал своеобразный тип дворцового фасада нового стиля. Фасад решен как легкий ордерный кар- кас с первыми в Венеции трехчетвертны- II»
8. Венеция. Скуола Сан Марко, 1485—1495 гг. Пьетро Ломбардо и Моро Кодуччи ми колоннами. В отличие от более ранних венецианских палаццо каркас использован здесь не как ажурная вставка в проемах лоджий, а как несущая система всего фа- сада со стеной-заполнением. Однако эта рациональная тектоническая система своей легкостью, игрой света и разнообрази- ем форм вполне гармонирует с более ран- ними сооружениями Венеции. Скуола Сан Марко на площади Санти Джованни э Паоло (1485—1495 гг.), перестроенная П. Ломбардо и М. Кодуч- чи,—одно из крупнейших сооружений это- го типа (рис. 8, 9). Двухэтажное прямо- угольное здание предназначалось для учеб- ных целей, а также для приюта и больни- цы. В первом этаже оно имело большой парадный вестибюль, залы, комнаты для занятий и служебные помещения. В верх- нем этаже — большой зал для приемов и другие более мелкие помещения, располо- женные асимметрично по одной из длин- 120 ных сторон зала, со своим входом в пер- В вом этаже. Это сказалось на асимметрии- В ной системе главного фасада, состоящего ^В из двух симметричных частей—главной В (вестибюль и залы наверху) и второсте- пенной (рабочие помещения и малые за- JB лы). Как и в Ка д’Оро, единство компози- ции достигается горизонтальными члене- W ниями и единообразием форм. Ренессансные по характеру элементы и г декор фасада, расчлененного двухъярус- В ным ордером пилястр и увенчанного ат- Я тиком с типичными для Венеции полукруг- V лыми завершениями, облицованного плита- ми и вставками зеленого, красного и бело- Ж го мрамора, трактуются как живописная и нарядная одежда здания. Особого внима- | ния заслуживает портал и две ниши по бо- ‘Я кам, рельеф которых (включая львов) име- I ет лишь 12 см глубины. После установки -J конной статуи кондотьера Коллеони (Ве- роккио, 1481—1486 гг). — площадь перед |
Венеции "смЛт£^."ри^Г"* ансамблей де и М°и рТкЯ0 л ? (K1481b-U89 Vr ^Пь” "Я Возрождения. Эт^ небольшое НеЦИаИСК0Г0 здание с квадратной^рТой Хю^Т рекрытои куполом на парусах К вень поднятого хора, под которым пасло' ложена капелла, ведет широкая лестница Неф, трактованный как большой парный зал с богато инкрустированными разно цветным мрамором стенами, перекрыт лег- кими деревянными фермами с подвесным деревянным цилиндрическим потолком. 1емныи свод с расписными кессонами и светлые стены придают торжественность интерьеру, напоминающему залы венеци- анских дворцов. Верный традициям венецианского зод- чества П. Ломбардо в ясную композицию здания вносит элемент живописности — асимметрично поставленную колокольню (рис. 10—12). Фасады церкви, облицованные плита- ми белого, черного и красного мрамора, на- рядны и красочны. Они поражают неожи- данностью сопоставлений различных архи- тектурных форм, образующих ордерную декорацию. Ордерное расчленение фаса- дов на два яруса с коринфскими пиляст- рами в первом этажей ионическими в верх- нем, не соответствует единому, внутренне- му пространству здания, а также принятой последовательности в сочетании ордеров. К нарушениям тектонической логики можно отнести также отрыв архитрава второго яруса фасада от расположенных под ним аркад и завершение торцовых фасадов зда- ния полукруглыми фронтонами, слишком тяжелыми для хрупкого и тонкого по про- филировке ордера обоих этажей. Церковь Сан Дз а к к а р и я— древ- няя постройка XI—XII вв. (сохранились части того периода) реконструирована Ан- тонио Гамбеллой из Бергамо (умер в 1481 г.) и завершена Моро Кодуччи в 1483—1500 гг. (рис. 12, 13). План церкви Сан Дзаккария восходит к трехнефным готическим базиликам с об- ходом вокруг алтаря и примыкающим к нему венком полукруглых капелл. Но в церкви нет трансепта и ее капеллы, кру- говой обход, алтарная ниша и центральная часть предалтарной травеи имеют куполь- ные перекрытия. Введение таких покры- девиы» /КРУ«Л“Х подпРУ>кных арок и ор- зилики ™Лб°В 8 Г0ТИческУю систему ба- зилики напоминает тосканские постройки Возрождения. Сходство архитектурных форм интерьера сказывается в выделении н»пЛВеТЛ0М фоне стены темных деталей каркаса — архивольтов, арок, карнизов и тяг, а также в общей сдержанности от- делки без обычной для Венеции мрамор- ной инкрустации. В противоположность характерному для Пьетро Ломбардо приему плоскостной раз- работки фасадов и интерьеров здания, на- поминающему декоративные тенденции тосканской архитектуры XI—XII вв. и вто- рой половины XV в., в творчестве Моро Кодуччи более чувствуется влияние мону- ментального направления архитектуры кватроченто, связанное с творчеством Аль- берти. Стремление Моро Кодуччи к монумен- тальному проявилось и в церкви Сан 9. Скуола Сан Марко. Портал главного входа
10. Венеция. Церковь Санта Мария деи Мираколи. Пьетро Джованни Кризостомо в Венеции (начата в 1497 г.). В основу ее плана поло- жен тип византийской крестовокупольной церкви с пятью сферическими куполами на парусах. Центрический план дополнен алтарной нишей, двумя полукруглыми ка- пеллами по ее сторонам и прямоугольны- ми капеллами со стороны боковых нефов. Столбы, поддерживающие подпружные ар- ки, обработаны в виде коринфских пилястр на пьедесталах, с раскрепованным антаб- лементом над ними, опоясывающим все помещение аналогично тосканским пост- ройкам. Проблема церковного здания, занимав- шая большое место в архитектуре Тоска- 112 ны, не была в центре внимания венециан- ских зодчих конца XV в. В большинстве культовых сооружений Венеции использо- ваны те же принципы композиции, формы и приемы декоративной отделки, что и во дворцовых и общественных зданиях. От- сюда светский характер венецианских культовых зданий. Один из крупных венецианских зодчих раннего Возрождения, в творчестве кото- рого заметно тяготение к более последова- тельному использованию античного насле- дия, Антонио Риццо —архитектор, скульп- тор и морской инженер, работавший между 1465 и 1498 гг. главным образом в Ве- неции. С 1483 г. он ведет работы во Двор-
II. Венеция. Церковь Санта Мария деи Мираколи
12. Венеция: 1 — церковь Санта Мария деи Мира- коли, 1481—1489 гг., Пьетро Ломбардо. Слева ввер- ху—задний фасад церкви; 2 — церковь Сан Дзак- карня, 1483—1500 гг., Моро Кодуччи 13. Венеция. Церковь Сан Дзаккария це Дожей —восточная сторона двора (1484 г.) и открытая лестница Гигантов, получившая свое название от поставлен- ных здесь в 1554 г. скульптур Сансовино (рис. 14). Древнейшей частью Дворца Дожей яв- ляется южное, обращенное к лагуне крыло, 134 построенное в первой половине XIV в. Зал Большого Совета (54X25 м, высота 15,4 л), занимающий в третьем этаже всю ле- вую половину этого крыла, закончен в 1340 г. Центральное готическое окно с бал- коном (1404 г.) принадлежит мастерам Пьетро Паоло и Паоло Масенье.
Западное крыло, обращенное в сторо- ну Пьяцетты, заканчивали Джованни и Бартоломео Бон, которым принадлежит и Порта делла Карта (начата в 1438 г.),— главный вход во двор палаццо Дожей' со стороны площади Сан Марко. В это же время возведены портик и арка Фоскари, ведущие от Порта делла Карта к лестнице Гигантов, Наиболее позднее восточное крыло дворца закончено Антонио Риццо, который занимал должность прото — руководите- ля строительством — до 1498 г. Лестница Гигантов была закончена в 1546 г. Следу- ющим прото был Пьетро Ломбардо 11499—1511 гг). Архитектор Скарпаньино, будучи прото, закончил находящийся по- зади лестницы Гигантов дворик Сенаторов (1545—1549 гг.; рис. 15). Портик Фоскари, увенчанный часами, закончен около 1614 г. Монополо и Пьетро Читтаделла; скульпту- ры принадлежат Антонио Риццо. Колодцы во дворе относятся к 1556— 1559 гг. и отлиты из бронзы лучшими масте- рами арсенала А. Альбергетти и Н. де'Конти. Ведущая в залы Совета парадная Зо- лотая лестница (Скала д'Оро), начатая Сансовино, была закончена в 1577 г. Ска- моцци и скульптором Алессандро Вит- торио. Интерьеры, отделанные художника- ми XV в., погибли при пожаре 1577 г. По- сле восстановления они были расписаны Тинторетто, Паоло Веронезе и Пальма Младшим (1588 г.).
15. Венеция. Палаццо Дожей. Окно в дворике Сена- торов, П. Ломбардо Архитектура раннего Возрождения в Венеции — явление уникальное. Достижением венецианского зодчества является прежде всего создание новых ти- пов жилых домов с поэтажным квартир- ным расселением и лавками в первом эта- же. блокированных жилых домов с двух- этажным расположением квартир, блоки- рованных жилых домов-общежитий, зданий культурно-просветительного назначения (скуолы) и своеобразного типа палаццо. Другое важное достижение венециан- ского зодчества — широкое и виртуозное применение облицовочной техники и уме- лое использование природных свойств ма- териалов для красивого и выразительного декора фасадов и интерьеров. Венецианское зодчество может служить примером тонкой связи с природным ок- ружением: замечательно уменье венециан- ских мастеров сочетать характер архитек- туры (открытые лоджии, большие остек- ленные поверхности фасадов и полихро- мию зданий) с климатом и природой мор- ской лагуны и даже учесть живописный 126 эффект отражении зданий в каналах и за- ливах. Венецианское зодчество XV в. значи- тельно расширило диапазон средств деко- ративной выразительности в архитектуру । создав своеобразный синтез переработан- ных античных, византийских, романских я готических мотивов. 3. АРХИТЕКТУРА РИМА На протяжении всего XV в. в Риме шла непрекрашавшаяся борьба папства против римской знати и истощенных городов Италии, которые встретили возвративше- гося из Авиньона главу церкви рядом ан- типапских восстаний. Наиболее могущест- венные патрицианские семьи, владевшие обширными землями в Лациуме, сделали Рим ареной политических схваток за власть; в XV в., как и раньше, они неоднократно выступали против того или иного папы, демагогически возглавляя восстания горо- жан (для которых изжившая себя город- ская коммуна еще сохранила былой ореол демократизма) с целью захвата папского престола или выгодных церковных долж- ностей. Отдельные представители римской зна- ти и папы обращались за поддержкой к иностранным властителям: испанскому и французскому королевским домам, враж- довавшим из-за неаполитанского наслед- ства и всегда готовым захватить итальян- ские города и области, вследствие этого подвергавшиеся постоянным разграбле- ниям. Моменты затишья вновь сменялись усобицами. В этой сложной обстановке мелкие итальянские города постепенно потеряли свое экономическое могущество и полити- ческую самостоятельность. К концу XV в. вокруг Милана, Флоренции, Венеции, Ри- ма и Неаполя образовалось пять наибо- лее крупных государств. Но торгово-про- мышленные и ростовщические центры — Милан, Флоренция и Венеция — постепенно теряли зарубежные рынки, в то же время римское церковное государство политиче- ски все более укреплялось. Значение Рима в общественной и художественной жизни быстро возрастало. Обмирщение идеологии проникло дале- ко, угрожая главным источникам доходов курии. Гуманизм и возрождение положи- тельных знаний расшатывали обветшалое
мировоззрение церкви. Поэтому наиболее дальновидные представители Папства с большой решимостью старались использо- вать те настроения общества, которые они оказались бессильными преодолеть (гиб- кость и приспособленчество всегда были свойственны католицизму). Гуманистов начинают широко привлекать к работе в курии; со второй половины XV в. Рим по- спешно менял свои средневековые одежды на новые. В руках пап к концу века сно- ва сосредоточились огромные средства и вся полнота политической власти в Риме и в зависевших от него обширных владениях. Если первые опыты строительной дея- тельности, несмотря на смелые замыслы, практически сводились лишь к попыткам освободить город от развалин и нечистот, восстановить пришедшие в упадок укреп- ления, поддержать опустевшие и разру- шавшиеся христианские святыни, то в кон- це XV в. размах строительства стал уже весьма значительным. Стремление пап при- дать своей столице достойный облик спо- собствовало развитию инициативы высше- го духовенства. В Рим стали приглашать из всех областей Италии лучших строите- лей и художников. Так создались условия для расцвета римского зодчества в XVI в. Рим, заложенный по преданию в VIII в. до н. э., в период расцвета Римской импе- рии насчитывал от полутора до двух мил- лионов человек населения и выходил за пределы 20-километровых крепостных стен.
2. Рим. Базилика св. Петра и Ватикан по рисун- Расположенный когда-то на семи хол- мах (Авентин. Целий. Капитолий, Эскви- лин, Палатин, Квиринал, Виминал) сред- невековый Рим умещался на территории бывшего Марсова поля и по берегам Тиб- ра; на холмах же. среди античных руин, были разбросаны лишь монастырские угодья и позднее строились дворцы знати. В XV в. город занимал лишь четвертую часть прежней территории, а число его жи- телей не превышало 50 тысяч (рис. I). К началу XV в. город пришел в полное запустение.' Лишь немногие сооружения античности сохранились в целостности (например. Пантеон, превращенный в хри- стианскую церковь), некоторые были пере- строены (Мавзолей Адриана, использован- ный в городских укреплениях), некоторые превращены в жилище (театр Марцелла). а большинство оставалось частично или полностью погребенными под 3—4-метро- вым слоем земли (форумы. Колизей, три- умфальные арки). Акведуки, которые в прошлом несли свежую воду на цветущие холмы Рима, уже давно перестали действовать, и един- ственным надежным источником водоснаб- жения была река. Заселенная низколежа- щая пойма реки подвергалась частым на- воднениям, улицы, где бродил скот, были полны отбросов, в городе свирепствовала малярия, возникали эпидемии чумы и хо- леры. Несмотря на то. что в XV в. станови- лось все больше просвещенных гумани- стов, изучавших и коллекционировавших остатки античности, варварское разруше- 128 ине памятников продолжалось. Сооруже- ння превращали в каменоломни: камень и мрамор использовали как строительный материал, а мраморные скульптуры, сле- дуя средневековой практике, все еще не- редко пережигали на известь. В 20-х годах XV в. была восстановлен на деятельность античной магистратуры (Magistri Viarum), которая взяла под свою опеку дороги и улицы Рима; реставрирова- лись’стены города, мосты, замок св. Анге- ла и многочисленные церкви; усилиями папы Евгения IV (1431 — 1447 гг.) охраня- лись от разрушений Колизей и Пантеон, реставрировались базилики — св. Петра и Латеранская. Первые серьезные попытки реконструи- ровать Рим были предприняты лишь при папе Николае V (1447—1455 гг.) в связи с подготовкой к юбилейному 1450 году. Задуманная реконструкция, известная по описанию флорентийского посла при Ватикане, хрониста Манетти, включала со- здание оборонительных стен, восстановле- ние сорока важнейших (титульных) церк- вей, планировку и застройку Борго (жило- го района между замком св. Ангела и базиликой св. Петра, впервые укрепленного папой Львом IV в IX в.), реконструкцию х укрепление папского дворца и коренную перестройку базилики св. Петра. Послед- ние три пункта этой огромной программы, тесно связанные между собой, были первым со времен античности проектом большого архитектурного ансамбля в Риме. Предусма- тривалась застройка нескольких жилых кварталов для расселения папской курии вдоль трех обрамленных портиками улиц, которые вели, слегка расходясь веером, от площади у моста и замка св. Ангела к пло- щади (279 X 56 м) перед базиликой св. Петра. Ядром всей композиции явля- лась базилика, раскрывавшаяся на пло- щадь широкой лестницей из цветного мра- мора (рис. 2). Можно полагать, что основные идеи проекта исходили от привлеченного к ре- конструкции города Альберти и проводив- шего строительство Бернардо Росселино. На это же указывает и соответствие проек- та принципам, высказанным Альберти вето трактате о зодчестве. Борго, как представительный квартал, был выделен из структуры города и окружен стенами, пригодными для защиты и от внешнего врага, и от внутригородских вол-
'СНИЯ, на которую так^нот |?ЦИЯ рассе’ мания Альберти так»» )ращалвнв проекте Борго КваотЛ^ отРазилась в заселяться кромГРчлен^ГпзЯпОЛЖвНЫ были менялами и ростовщиками " ”СКОи кУРи« гелями наиболее «чистых»' и к представя- Фессий, а также торгоХи^^л Пр°' ками, что было жизньи»?, . и Р месленни- независимого существованиае<кХ°ДИМО для чае осады. По проекту "аЛТ° В Слу’ вался добротными домами При жизни Николая V проект пекон струкции Борго не был реализован So на' селение его все же быстро возражало Незавершенными остались и другие ча- сти задуманной реконструкции. Строите ть- ство в Риме затруднялось изрезанное™ рельефа, заболоченностью прибрежной тер- ритории, отсутствием дорог и остатками грандиозных античных сооружений. Поэто- му из всей намечавшейся программы были выполнены в основном инженерные работы: восстановлены стены; укреплена цепь заго- родных мостов по Тибру и его притоку Анио, входивших во внешнее кольцо оборо- ны; мостились улицы; был восстановлен водопровод (античный Аква Вирго), снаб- жавший городские фонтаны свежей водой и ожививший районы, удаленные от Тибра. Новый этап в истории Рима наступил в годы правления папы Сикста IV (1471— 1484 гг.), талантливого организатора, заслу- жившего своими мероприятиями прозвище «восстановителя города». В своих эдиктах он ставил интересы го- рода выше частных и, введя в комиссию магистратуры строителей и юристов, упро- стил проблемы сноса домов, прокладки улиц и их благоустройства по всей терри- тории Рима. Один из эдиктов (1480 г.), предписавший очистку улиц от случайной застройки и снос домов, выступавших за красную линию предполагаемых улиц, по- мог упорядочить застройку города. Продолжалось укрепление городских стен, дренирование и осушение болот (Кам- по Марко между Борго и Трастевере), ре- конструирование мостов и прилегавших кварталов. Так, мост св. Ангела, получив- ший особенное значение вследствие перено- са в 1480 г. папской резиденции из Лате- рана в Ватикан, был очищен от лавок; на быТоеТб? Тиб₽а' на "входах * мосту. Сан Чельг<?ЖДеИа От ’а"РО«кн площадь резиденцию пЯпа*КЫЙ У«еЛ' связывавший От С»и и С Лев°береЖНЫМ Римом. л ^ан ЧельСо сквозь средневековый Сиксте^У „частично благоустроенные при уже BnJX,u Р спединившие Ватикан с ним» 0ВЛеииыми и вновь отстроен- б““" главными церквами Рима, которые ми кв°япРУЖСНЬ1 Застраивающимися жилы- r® рталами Эти дороги, все больше °кЖДаеМЫе от аагромождавшей их за- стройки, спрямлялись и расширялись, по- степенно превращаясь в основные маги- страли города. Вокруг площади Сан Чель- со, как в ближайшем к Борго районе, раз- местились могущественные римские банки, мастерские ювелиров (преимущественно флорентийских) и замечательные дворцы. При дальнейшей реконструкции левобе- режной части города за пределы наиболее плотно застроенной территории были вы- несены рынки — центральный (в буду- щем площадь Навона) и хлебный (Кампо деи Фьори), что освободило район от ввоза громоздких, загрязнявших улицы товаров. К началу XVI в., несмотря на затрачен- ные средства и усилия, Рим оставался, в основном, обширной неустроенной террито- рией, на которой античные развалины, бо- лота, пустыри и сады перемежались с ра- зобщенными вкраплениями новой застрой- ки и отрезками замощенных улиц. Центр этого, все еще не вполне сформировавшего- ся города, составлял перенаселенный и да- леко не благоустроенный район, выросший на подходах к площади Сан Чельсо и к мосту св. Ангела. При Юлии II (1503—1513 гг.) начались лихорадочные работы по реконструкции папского дворца и Ватикана и возведению нового грандиозного собора св. Петра, по- влекшие за собой благоустройство и интен- сивную застройку прилегающего района. Одновременно со строительством дворцов и других зданий, существенно менявших лицо города, в эту эпоху проводился и ряд чисто градостроительных мероприятий Была расширена и застроена дворцами проложенная в конце XV в. виз Алессан- дрина (примерно соответствующая одной из трех магистралей в неосуществленном проекте реконструкции Борго и позже на званная Борго Нуово), соединившая пло- щади перед замком св. Ангела и собором св. Петра. На правом берегу проложили
улицу Лунгара, соединившую район Борго и комплекс госпиталя Сан Спирито с цен- тром Трастевере, а на левом берегу, сквозь другой район интенсивного строительства, Браманте пробил параллельно Тибру улицу, названную в честь папы вна Джулиа, постепенно застроенную дворцами знати. В северо-восточном направлении, по берегу Тибра, к холму Пинчо была пробита улица Тор ди Нона, соединившая аристократиче- ский район у моста св. Ангела с монасты- рем Санта Тринита деи Монти, стоявшем на крутом обрыве. Здесь начинался район новых’ вилл и загородных дворцов, выстро- ившихся также и на западных окраинах города, среди окружавших его монастыр- ских садов и вновь разбиваемых парков. Заново проложенные улицы составляли основной костяк восстанавливаемой части Рима. Хотя они и не были связаны в еди- ную композиционную систему, но своим регулярным начертанием, благоустрой- ством, размещением на них новых, круп- ных зданий главенствовали в этом районе и определяли будущий масштаб многих ансамблей основной застройки. Строительство продолжалось с тем же размахом и при Льве X (1513—1521 гг.) К 20-м годам XVI в. папский Рим, лучшие здания которого по монументальности и ве- личию не уступали уже памятникам Рима античного, стал главным городом Италии. На протяжении XV в. Рим, куда Бру- неллеско и Донателло совершили одно из первых археологических паломничеств, был подлинным центром изучения античного зодчества. Однако, несмотря на то, что после Альберти и Росселино в римском строительстве доминировали флорентий- ские мастера ', архитектура (вопреки уста- новившейся в науке точке зрения) имеет здесь особый, отличный от Тосканы ха- рактер. Если палаццо Флоренции продолжали в своем развитии сложившийся там тип го- родского жилого дома, то дворцы в Риме на первых порах напоминали средневеко- ЫМ-ЛаГТ: Рмаботали 2a44° Понтелли (около Гевэст дель КапРИН0 (умер в 1501 г.) О7И мЗ*’еК0',°ЖдУ’ П“трас’аи« "(^ер части построек этого времени осгается спорной вые замки. Поскольку в Риме было еще много свободной территории, дворцы зани- мали значительные участки и имели зача- стую два двора. При свойственной этим дворцам асимметричной свободной компо- зиции плана жилой трех- или четырехэтаж- ный корпус обычно занимал одну или две стороны главного двора, раскрываясь в него арочными лоджиями; по другим сто- ронам двора размещались низкие одно- или двухэтажные службы, конюшни и пр. Римские дворцы, чаще всего построен- ные из травертина, имели одну или не- сколько башен, гладко обработанные сте- ны, расчлененные одной или несколькими горизонтальными тягами и увенчанные зуб- цами, огромные (с каменными импостами посередине) окна главного жилого этажа. Эти черты римских дворцов явственно от- личают их от флорентийских. Большинство римских дворцов XV в. не сохранилось или изменено позднейшими достройками (палаццо кардинала Домени- ко Капраника, оконченное около 1450 г.; палаццо кардинала Родриго Борджиа', позднее Старая Канцелярия, начато около 1458 г.; палаццо кардинала Нардини, позд- нее дель Говерно Веккио, построенное в 70-х годах XV в., и др.). Наиболее значительным сооружением этого рода является палаццо Вене- ция — старое жилище кардиналов — на- стоятелей церкви Сан Марко (рис. 3, 4). Перестройка его была начата около 1455 г. кардиналом Пьетро Барбо, который, став в 1464 г. папой Павлом II, расширили обогатил этот дворец. Палаццо (зодчий его не известен2) представляет собой часть комплекса, включающего древнюю базили- ку св. Марка, коренным образом рекон- струированную после 1464 г., и Малый дво- рец, так называемый «Сад св. Марка», построенный в 70-х годах XV в. Внешне па- лаццо сохраняет в основном средневековый характер: его стены увенчаны машикулями и зубцами, в угловой части здания, рядом с церковью Сан Марко, поднимается мощ- ная башня; в расстановке окон главного тектопопДО ДУ1е„Н»ТаХ Упомина|°тся имена многих архи- дель КаппииПаДп°' фРанческо да Сеттиньяно, Мео Пьетрасанта*°’в5н“Ва""И да Сангалло. Джакомо да постройки Рп„,"гури пРнписывает большую часть порталы*—Джованни ? л°джн« ”ал°го дв°Р“а " ватели склони^3,ННИ Да Т₽ау’ Некоторые исследо- лиано да Майано ть автоРом всего дворца Джу-
алаццо Венеция с церковью и садом ев. Марка. Перестроено около 1465 г ; 2 - Оспедалв Сан Спирите (дворик -по рисунку Летаруи). Начало перестройки 1471 г. 131
Рим Палаццо Венеция. Общий вид (слева виден портик церкви Сан Марко) и портал этажа (piano nobile), которые первона- чально обрамлялись двойными готически- ми арками, нет четкого ритма (см. рис.4). В конце XV в. эти окна были расширены и получили прямоугольную форму с тонко профилированными мраморными налични- ками и крестообразными импостами (по- добно окнам дворца в Урбино). В новом духе создан и двор палаццо, две стороны которого частично обрамлены двухэтажными аркадами, формы которых весьма близки к двум первым этажам Ко- тизея, но проемы имеют несколько более вытянутые пропорции. Неожиданная де- таль — раскреповка антаблемента над ко- лоннами — не вполне отвечает логике приме- ненной тектонической системы. Двухэтажные арочные галереи «сада», примыкавшего к угловой башне дворца', первоначально были окружены не помеще- ниями. а лишь стеной с арками и проема- ми окон. Арки опирались в первом этаже на восьмигранные столбы (прием, весьма ха- рактерный для римских аркад второй поло- вины XV в.), а во втором этаже —на иони- 1 Галереи были разобраны и перенесены по дру- гую сторону церкви Сан Марко a XIX в. при соо- ружении памятника Виктору Эммануилу и раз- бивке площади Венеция. 1X2 ческие колонки. Своеобразны консоли под антаблементом аркады нижнего этажа, ко- торые расположены по осям опор, а не слу- жат замками арок, как обычно в тоскан- ской архитектуре. Характер галерей, окружавших «сад» или «малый дворец», позволяет предполо- жить авторство Джакомо да Пьетрасанта, в то время одного из наиболее популярных в Риме мастеров каменных дел. Джакомо да Пьетрасанта приписывают ряд портиков, пристроенных к более ран- ним церквам, например девятипролетный портик церкви Апостолов (1475 г.) и пяти- пролетный — церкви Сан Пьетро ин Монто- рио, аркады которых в первом этаже опи- раются на столбы, а во втором — на колон- ны 2, а также более поздний портик (около 1490 г.) и арочный двор с ионическими ко- лоннами при церкви Сан Пьетро ин Вин- кол и. При реконструкции церкви Сан Марко к ней также (в 1468 г.) был пристроен су- ровый, поражающий размерами двухъярус- ный трехпролетный портик. В отличие от 2 Аркада второго этажа портика церкви Апосто- лов была заложена в конце XVI в. К тому же вре- мени относится венчающая портик балюстрада и реконструкция церковного интерьера.
готипом,’ корВинф”киеУ'ппОСЛу’КИВШего ПР°’ первого яр^зТрекВЫ?ЫЛУД?ЛОННЫ сильно обветшалые фасады многих цеок- веи, придав их невзрачному облику значи тельность и парадность. У и‘ Во второй половине XV в. в Риме возво- дили и новые церкви. Композиция их как правило, продольная: один неф с капеллами или трехнефная базилика с куполом перед алтарным хором. Главный фасад большей частью рассматривался как парадная ку- лиса. далеко не всегда органично связанная с находящимися позади объемами. nn?=uu,Дель Пополо' но композиция его не рганична и включает некоторые случай- ные элементы (например, изломанный кар- низ антаблемента в ордере первого этажа!. переход от боковых нефов к среднему от- мечен волютами, которые встречаются и в некоторых североитальянских церквах это- го времени (собор в Турине). Необходимость бороться против эпиде- мии, неоднократно вспыхивавших в Риме (возможно, в связи с притоком паломни- ков), побудила Сикста IV начать в 1471 г. перестройку Оспедале Сан Спири- то (рис. 6), который вслед за миланским Оспедале Маджоре является крупнейшим для своего времени сооружением этого типа. Однако вследствие неправильной формы участка в планировке римской боль- ницы меньше регулярности (рис. 3). Цер- ковь расположена в углу участка, ядром щади у ворот дель Пополо (1471—1477 гг., рис. 5), значительно перестроенную при Сиксте IV, долгое время приписывали Мео дель Каприно, затем Андреа Бреньо и, на- конец, Баччо Понтелли. Интерьер закончен в 1655 г. по эскизам Бернини. План церкви имеет форму латинского креста. Вдоль западной трехнефной ветви расположены капеллы, принадлежавшие родовитым семействам Рима (в том числе Киджи, герб которых помещен на фронто- не церкви, см. стр. 185). Средний неф перекрыт крестовым сводом. Фасад по вы- соте четко разделен ордером на две части, верхняя, соответствующая среднему нефу, заканчивается фронтоном. Переход от низ- ких боковых нефов к средней части — за- дача, обычно представлявшая для архитек- тора одну из основных трудностей, обеспе- чивается как бы отрезками криволинейного фронтона, которые закрывают кровлю бо- ковых нефов и хорошо связаны с карнизом боковых фасадов. В целом фасад церкви дель Пополо —одна из наиболее изящных и законченных композиций этого рода. (Смотри также стр. 171). Церковь Сант Агостино (1479— 1483 гг., рис. 5). является первым куполь- ным сооружением Рима в эпоху Возрожде- ния1. План ее имеет форму латинского креста с тройным продольным нефом. Фа- сад расчленен двумя ордерами, как и в 1 Построена, возможно. Джакомо да Пьетра- санта или Себастьяне да Фиренце. S Рим- церковь Санта Мария иль Пополо 1471- 1477 гг Баччо Понтелли; церковь Сант Агостино. 1479—Н83 гг.. Джакомо да Пьетрасанта (?)
6 Рим. Оспедале Сан Спирито композиции является главный Т-образный корпус. Три большие палаты примыкают к квадратному, перекрытому куполом залу. Наружный фасад, относящийся к XVI в., ныне изменен вследствие закладки проемов в открытых арочных портиках, выходивших на улицу. Для понимания нового архитектурного стиля, сформировавшегося на рубеже XV и XVI вв. в Италии, большое значение имеет римское рядовое жилищное строительство. Образцы жилых домов того времени сохранились в Риме в районе улиц Джу- лиа, деи Коронари, дель Говерно Веккио и др. Из-за малых размеров участков и их неправильной конфигурации дома росли на 4-5 этажей вверх, и зачастую изрезанные очертания плана вызывали нерегулярную общую планировку и неправильную форму помещений. В первом этаже обычно разме- шали лавки и мастерские, а выше — жилье. В верхнем этаже обыкновенно устраивали лоджию, которую в XVI в. сменяет настоя- щая крытая терраса, называемая альтана. Подобные дома с одной или нескольки- ми квартирами на каждом этаже предвос- хитили жилые дома буржуазного города (рис. 7—9). Характерным примером может служить дом на углу улиц Мон- серрате и дель Пеллегрино, об- разующий в плане треугольник со сре- занным углом; или дом на углу улиц 134 Джулиа и деи Ч им а тор и, в плане которого, несмотря на неправильный трапе- циевидный участок, сделана попытка упро- стиль форму главных помещений путем устройства с помощью перегородок малень- ких подсобных комнаток. Вследствие общей тесноты застройки дома обычно вплотную примыкали один к другому. Возникала необходимость в одном или нескольких световых двориках. Так, в доме на улице дель Консолато (район, где селились работавшие в Риме флорентийцы) имелось три световых дво- рика. соединенных между собой в первом этаже (см. рис. 8). В XV и XVI вв. в Риме был распро- странен и другой тип жилища весьма ха- рактерный также для рядового строитель- ства Венеции (см. выше)—тип блокиро- ванного жилого дома, состоящего из не- скольких расположенных одна над другой групп жилых комнат, снабженных каждая своим входом, торговым помещением и лестницей и предназначенных для одной семьи. Примером может служить блокиро- ванный дом на улице дель Консо- лато, конца XV в. (рис. 7). Рядовые римские дома того времени обычно строили из кирпича, который неред- ко штукатурили и покрывали сграффито. Сохранились сграффито на фасаде дома на углу улиц Джулиа и деи Чиматори, где только арки и столбы лоджии оставались неоштукатуренными (рустованный контр- форс на углу, главный портал с рустован- ным обрамлением, окно над ним и балкон- чик являются результатом перестройки в начале XVI в.). Фасады другого дома —на углу улиц дель Монсеррато и дель Пелле- грино были покрыты полихромными сграф- Первые этажи домов, представляющие собой ряды торговых помещений, часто об- лицовывали естественным камнем — туфом или травертином. Из этих материалов вы- полняли различные детали — порталы две- рей, наличники окон, пояса и пр. Фасады отличаются простотой. Тонкие горизонтальные членения фасадов соответ- ствуют большей частью подоконникам каждого этажа и крупным проемам в ла- вочках первого этажа, иногда получающим форму лоджий или портиков. Во многих случаях верхние этажи домов XV в. высту- пают над первым; для поддержания стены выпущены вперед концы деревянных балок
7. Рим. Жилые дома XV в. 1 — Каза Вакка (ныне разрушен) на улице делла Внньячча: 2 — каза ди Фьямметта на улице деи Коронари; 3 - дом на улицедеи Банки; 4 — палаццетто деи Турчи, 1500 г. на улице дель Гоаерно Веккио, 1500 г.; 5 — блокированный дом па улице дель Консолато
I I П A A ,Л Л H_£L Q и рнно и Монсеррате; /-"дем иаИ??Лу€улНц°Джул™я и деИД°ЧнматоУр™У УЛИ“ ДвЛЬ ПМЯ^| n„ nn, Л.м перекрытия, каменные консоли или ряды нависающих арочек. О мастерстве безвестных строителей свидетельствует фгеад скромного палац б«-плнЛЬ Драго- Несмотря на крайне беспорядочное расположение помещений в этом конгломерате более ранних построек, а различие их размеров и отсутствие един- ства несущих поперечных стен и опор и ЛП° фасад>'' архитектор сумел Со- здать композицию, производящую впечат- ление законченности и высокой организо- V ванности. Объединив попарно арочные Ж окна верхних этажей, он четкому и силь- 1 ному ритму подчинил и неравные простен- X ки между парами окон, и неравные проемы Д торговых помещений, сделав этот разнобой I незаметным для глаза. Впечатлению стро- г. гой упорядоченности способствует и посте- # пенно уменьшающийся кверху «флореи- '£ тиискии» руст. Но такой руст не характе- '4 рен для римской архитектуры. Руст из
камней разной длины ппим₽м„ \ крепления углов зданий и в пн", здесьдля "Дельных проемов- гтавмпЛ °бРамлениях ние. окон второго этаж, (к°ВХ°^ в зда' »ых домах, как и в Хш!п° РЬ'Й в Рядо’ ным и выделялся на фасаде) . Итался глав’ номерныГруст? покры1ающ?йТеликоН РВВ' первый этаж. В XVI в. арочные ппп₽ ВСЬ вого этажа, служащие входом в ? р’ торговое помещение, нередко пепегаНИе ИЛИ основания арки горизонтальным аЛИ У который продолжал рустованную Хм? ность простенка. Так получался пвоем освещающий помещение даже при напухо закрытом входе. р наглухо Рядовые жилые дома Рима свидетель- ствуют о чрезвычайно скромном примене- нии ордера в массовом строительстве. Од- нако возможно, что крупные дворцы на- пример палаццо Канчеллерия (см. ниже стр. 162), оказали влияние и на этот тип зданий и ордер появляется в таком сравнительно скромном сооружении, как палаццо деи Турчи на улице дель Говерно Веккио (см. рис. 7),точно дати- рованном надписью (1500 г.). Прямоугольное пятиэтажное палаццо не 9. Рим. Дом на углу улиц дель Пеллегрино и Мои- имеет светового двора вследствие своих небольших размеров и углового расположе- ния. Над лестничной клеткой—открытая терраса с голубятней над ней. Цокольный (или первый) и второй этажи рустованы и представляют собой как бы основание, на котором возвышается стена, ритмически расчлененная двумя ярусами пилястр (по? следний ярус соответствует двум этажам). Пилястры, карнизы и оконные обрамления выполнены из травертина, основные пло- скости стен —кирпичные, неоштукатурен- ные. Полуциркульные окна третьего (глав- ного) этажа имеют прямоугольные обрам- ления (ср. палаццо Канчеллерия). Интерес- но, что из-за отсутствия двора колодец устроен в единственном общем помещении первого (цокольного) этажа — вестибюле. Кардинальские дворцы — первые приме- ры богатого жилого и официального репре- зентативного строительства в Риме, хотя и не достигают типологической зрелости фло- рентийских палаццо, — все же имеют ха- рактерные особенности. В них отсутствует строгая регулярность, план асимметричен, двор не имеет важного значения в компози- ции. Выступающий руст заменен здесь те- саным камнем; в чередовании простенков и проемов допускается большая свобода, мет- ричность их расположения не так строга. Отсутствует богато профилированный кар- 10. Браччиио. Замок Орсини, 1470-1185 гг и*аи* I3J
низ —его четкие линии не заменили еще традиционное для средневековых укреплен- ных жилищ зубчатое завершение стены, вы- несенное вперед на машикулях. 13и Римская архитектура в значительно большей степени, чем тосканская, опреде- лялась влиянием античных памятников, в изобилии сохранившихся кругом и нередко служивших основанием для новых зданий и источником строительных материалов и деталей. Аркады дворов римских палаццо, опирающиеся на восьмигранные столбы или сочетающиеся с ордером по типу аркад Ко- лизея, массивнее, чем аркады Тосканы. Та же монументальная массивность свойствен- на церковным портикам, и в Риме особенно сильно сказывается в церковных интерье- рах. Достаточно сравнить планы церквей Брунеллеско (Сан Лоренцо, Сан Спирито во Флоренции) с планами римских церквей, построенных в середине и второй половине XV в. (Сан Пьетро ин Монторио, Санта Мария делла Паче — см. стр. 168, Санта Мария дель Пополо и др.), чтобы увидеть, насколько сильны в них традиции, восходя- щие к бетонно-каменной технике античных сооружений. В отличие от Флоренции, где фасады церквей часто оставались незаконченными, в Риме большое значение придавалось фа- саду и устройству торжественного входа; портиков, порталов, паперти. Хотя фасады некоторых церквей (Санта Мария дель По- поло, Сант Агостино) заставляют вспо- мнить и о приемах расчленения стены, при- мененных Альберти и Росселино, их лишен- ные заметного руста плоскости со свободно
ются ОТ подчиненных сРТроГОРезко отлича' ритму фасадов палаццо pv°“у °РДериому ренции илн ПикколоМиНиУ п?" Во Фло' Фасады пимски» в. Пиенце. чаются и от их более ранних СИЛЬН0 °тли- ников, разбросанных СитаХДШествен- ряющих по большей части комп и повто' ской триумфальной арки Влй °3иНЦИ'Орим- римских традиций на Древне- W в. заметно и в ее ХНПТУРУ Рима Строительство в конке xv Масштабе- ™ n.Z’XSrK; ки. Сохраняя еще снаружи гро™ кре- постной облик, эти сооружения внХ были комфортабельны У Р V оХ0 к3амок Орсани (ныне Одескальки) у озера Браччано. Это суровое и величест- венное сооружение, включившее более ран- ние укрепления, было построено в 1470— 1485 гг. и сохранилось почти без изменений Углы треугольного в плане замка защище- ны стройными цилиндрическими башнями; стены прорезаны двумя рядами готических окон; двор, как и в городских палаццо, ок- ружен аркадами на стройных колоннах; красивая, свободно скомпонованная наруж- ная лестница ведет на верхнюю обводную галерею (рис. 10, 11). 4. АРХИТЕКТУРА МИЛАНА И ЛОМБАРДИИ Наряду с тектоничностью, монументаль- ной конструктивностью и строгой ясностью мысли, характерными для основного, наи- более важного и жизненного направления в итальянской архитектуре кватроченто, в ней развивалось и другое течение, отличав- шееся ненасытной жаждой декоративного богатства и любовью к детали. В то время, как первое течение, с пора- зительной силой намеченное Брунеллеско, продолжалось в творчестве Альберти, Джу- лиано и Антонио да Сангалло, Лучано да Лаурана и Франческо ди Джорджо Марти- ни и понемногу охватывало центральную Италию, достигая на севере Мантуи, вто- рое направление, исходящее из Ломбардии и к середине века проникшее (как показано лами севепиХи' бЫЛ° огРаничеио преде- Упорная пРп Й Италии Здесь сказывалась Я» ! ПРГРЖе,1Н0СТЬ К ТРаДИЦИОННЫМ тикиДаМ И *ормам североитальянской го- радостноеМп,Рп°ЯВОЭЗреИИе' упоение жизнью и радостное любование миром во всей его Хкр°оКтРим0йН0СТИ ЯРК° вь'Разились здесь в лХпя U Й Расточительности, изобилии нелеп™ полихР°мии. ради которых зодчие нередко жертвовали тектонической яс- ностью своих сооружений. Свободное соче- тание романских, готических, византийских и раннехристианских архитектурных форм породило своеобразный, разнородный, под- час атектоничный, но пленяющий своей живописностью северный вариант итальян- ского зодчества кватроченто, достигший апогея в капелле Коллеони в Бергамо и в павийской Чертозе. В последней четверти XV в. в северо- итальянской архитектуре произошел крутой перелом, история которого недостаточно изучена, а значение часто недооценивается. Постройки этого периода говорят о серьез- ных изменениях во вкусах общества и са- мих строителей, возвращавшихся от увле- чения декором к более глубоким и содер- жательным проблемам. В Ломбардии ста- ли настойчиво разрабатывать центрический монументальный тип композиции, до этого встречавшийся только в творчестве тоскан- ских мастеров. Так намечалось сближение двух наибо- лее далеких течений итальянской архитек- туры. Оно подготовлялось на севере не столько освоением форм античной архитек- туры (элементы которой появились здесь еще в середине столетия и использовались больше в качестве декоративных мотивов», сколько возвращением к местным роман- ским традициям, пустившим глубокие кор- ни во всей народной культуре Ломбардии. Первые успехи в углубленной переработке этих традиций в духе новой эпохи и эсте- тики гуманизма были достигнуты Браманте и развиты его учениками и последовате- лями в конце XV и начале XVI вв. Архитектура Ломбардии и ее столицы Милана была необычайно консервативна. Здесь еще были устойчивы пережитки раннесредневековой цеховой организации многочисленных строителей и ремесленни- ков, свято хранивших каноны строительства из кирпича с широким применением кера- мики. »П
1. Сончиио. Крепость 1473 г. Замок Мальпага, близ Бергамо двор, третья четверть XV в. Характер производства (в частности, ме- таллообрабатывающего) , базировавшегося на индивидуальном искусстве ремесленни- ков, был прочно связан с цеховой органи- зацией, что не стимулировало формирова- ния новых производственных отношений и ограничивало роль представителей молодой буржуазии в экономической и политичес- кой жизни Ломбардии. Поэтому во многих центрах Северной Италии, в том числе и в Милане, кризис политического строя вольных городов-рес- публик завершался приходом к власти не новой финансовой буржуазии (как это слу- чилось во Флоренции), а старого дворян- ства (Висконти в Милане, Скалиджери в Вероне. Д'Эсте в Ферраре) или кондотье- ров (Сфорца, с середины XV в. занявших место Висконти). Род Висконти с ХП1 в. захватил власть в Милане и превратил в конце XIV в. всю Ломбардию в Миланское герцогство. Здесь налицо один из наиболее реакционных ва- риантов тирании, подавившей все остатки городских вольностей, а вместе с ними и наиболее прогрессивных устремлений моло- дой городской культуры. Это неизбежно задержало и развитие новых тенденций в архитектуре. Как и в ряде могущественных герцогств северной Италии (Феррара, Мо- дена. Реджо и др.), вкусы и культурные интересы определялись двором, где процве- гала мода на средневековые турниры, охоты, празднества, на рыцарский роман. Хотя J40 полуфеодальные властители понемногу на- чинали покровительствовать ученым, соби- рать коллекции античных древностей и, со- перничая между собой, привлекать круп- нейших художников и гуманистов, все же это своеобразное сочетание средневековых нравов с просвещенным меценатством даже во второй половине XV в. существенно от- личалось от быта неизмеримо более демо- кратичной Флоренции, в которой каждое крупное художественное начинание реша- лось в горячих спорах, захватывавших ши- рокие слои общества. Новые типы сооружений, связанные с требованиями многогранной жизни северо- итальянских городов, в Ломбардии не раз- рабатывались. Члены герцогской семьи, ставшие основными заказчиками, строили главным образом укрепленные резиденции, сохранившие во многом черты средневеко- вых феодальных замков, монастыри и церкви, которые должны были увековечить их имена и служить фамильными мавзо- леями. Крепость в Сон чин о, построен- ная в 1473 г. для Галеаццо Мария Сфорца на месте более раннего замка, с ее строгим прямоугольным планом, двойным рядом зубчатых кирпичных стен, разделенных рвом и дополненных редутами и равелина- ми, принадлежит к числу наиболее харак- терных примеров (рис. 1). В кастелло ди Мальпага близ Бергамо, где провел последние годы жизни кондотьер Коллеони
а суровыми стенами замков Такое же сочетание суровости с рос- кошью свойственно крупнейшему из лом- Сардских замков того периода — к а с т е л- .ю Сфорцесков Милане. Его начали строить тотчас же после провозглашения Франческо Сфорца герцогом Миланским приглашенные в 50-х годах XV в. из Тоска- ны Феррини и Филарете. Замок построен по строго прямоуголь- ному плану на месте старой крепости Ви- сконти, снесенной в недолгий период Ми- ланской республики (1447—1450 гг.) Крепостные укрепления — огромный ров, подъемные мосты, стены и др. отвечали пе- редовой военной технике своего времени. Главный фасад замка с мощными круг- лыми башнями по углам и квадратной башней над воротами посредине был обра- щен к городу. К просторному главному дво- ру (пьяцца д’Арми), служившему для воен- ных учений, парадов и турниров, примы- кают два меньших — «Роккета» и «Корте Дукале», окруженных анфиладами жилых помещений (рис. 2, 3, 4). Несмотря на любовь миланских герцо- гов к роскоши, в замке не было самых эле- ментарных удобств: огромные (до 5000 м3) залы не отапливались. Служебные помеще- ния первого этажа сообщались с жилыми
комнатами герцогов узкими лестницами а толще стен или наружными. Замок достраи- вался на протяжении всего XV в. 1 Миланские герцоги провели ряд мер и по улучшению своей столицы. Милан (античный Mediolanum) был до V века н.э. важнейшим, после Рима, цен- тром империи, одно время даже столицей ее западной территории. Со второй полови- ны XIV в. город стал одним из европейских центров шелкопрядения и, несмотря на ча- стые войны, неуклонно рос и богател. От средневековой планировки Милана сохранилось немногое (см. рис. 2). Были про- биты широкие и удобные для движения улицы. Около ворот Верчелли и Тичинезе в обособленном больничном районе насчи- тывалось до тридцати лазаретов, а в сере- дине XV в. было начато строительство Оспедале Маджоре (Большая больница). На протяжении XV в. продолжалось строительство начатой в предшествовав- шем веке разветвленной сети каналов, пи- таемых из рек Алды, Тичино и Олоны. Кольцевой «Внутренний канал», служив- ший первоначально лишь оборонительным целям, объединил каналы Милана в еди- ную водную систему, используемую для производственных целей (грузовой транс- порт, мельницы и др.); пассажирское же сообщение по каналам долгое время разре- шалось лишь привилегированным лицам. Центр города, исторически сформиро- вавшийся на месте римского форума, сла- гался из двух площадей —торговой (деи Мерканти) и соборной. Посредине собор- ной площади возвышается огромный милан- ский собор, начатый в 1386 г. и закончен- ный лишь в XIX в. Жилая застройка городов северной Италии значительно отличалась от застрой- ки Флоренции и других тосканских горо- дов. Заказчики, представители старых фео- дальных семей, к тому времени значитель- но обедневших и состоявших на службе при герцогском дворе, все же стремились к показной роскоши. 3. Милан. Замок Сфорца, 1447—1450 гг. Наруж- ные стены и двор «Роккета»
1 w^HApM3H^arMcXpX несенных ^дворцов XIV— Миланские палаццо, выстроенные из кирпича, имели два, реже три, этажа, при- чем третий часто трактован как антресоль и менее выражен на фасаде, и занимали довольно большую территорию. Как пра- вило, свободно скомпонованные (в соответ- ствии с конфигурацией участка) палаццо имели два, а то и три двора и расположен- ный в глубине участка сад. Таковы дворец Борромео, относящийся к XIV в., но до- страиваемый и расширяемый на протяже- нии XV и XVI вв., ипалаццоФонтана (последняя четверть XV в.), фасад кото- рого расписан Браманте уже в новом «клас- сицизирующем» стиле (рис. 5). Во дворцах знати первый этаж с легкой аркадой, обращенной во двор, занимали вестибюль, парадная лестница и служеб- ные помещения; во втором этаже со сторо- ны улицы обычно располагали жилые по- мещения и парадные залы; третий этаж, не- редко имевший отдельную лестницу и дво- ровую лоджию, предназначался для родст- венников и друзей владельца, а также для слуг. Конюшни, каретные сараи и прочие службы размещались в корпусах, примы- кавших ко второму и третьему дворам. Жи- лые комнаты вдоль сада использовались владельцами в жаркое время года (значи- тельная часть миланской аристократии вы- езжала на лето в свои старинные родовые замки, понемногу перестраиваемые в связи с изменением в быту). Во второй половине XV в. в облике ми- ланских палаццо все чаще отражались но- вые тенденции, проявлявшиеся, однако, пре- имущественно в декоре фасадов. Богатые терракотовые наличники окон, прямоуголь- ные в первом и арочные во втором этаже; терракотовые или мраморные входные пор- талы, где античные архитектурные формы причудливо сочетались с формами средне- векового ломбардского зодчества; яркие поверхности стен — кирпичные темно-крас- ные или оштукатуренные цвета золотистой охры, светло-зеленые, красновато-коричне- вые, иногда покрытые многоцветными сграффито (палаццо Фонтана) — вот обыч- ные черты миланских дворцов. Их пло- ские фасады, как правило, имели простую прямоугольную форму и часто даже не де- лились на этажи. Однако эти дома, как и еще сохранившиеся в ту пору более ранние фамильные башни миланской знати, резко выделялись среди рядовой застройки горо- да _ небольших, часто деревянных и кры- тых соломой домиков. Яркий и жизнерадостный элемент двор- цов составляли их внутренние дворы, хоро- шо видимые с улицы сквозь кованые ре- шетки ворот: полихромное сочетание кир- пича, дерева, цветной штукатурки и кера-
5. Милан. Палаццо Фонтана. Реконструкция фасада. Бергамо. Жилой дом на улице Бриолини (справа) мики. сграффито и росписей, а также серого естественного камня и черного гра- нита, из которых делали во второй полови- не века колонны и аркады,— все это ожи- влялось яркой зеленью и цветами сада. В жилой архитектуре прочих городов Ломбардии верность средневековым строи- тельным традициям сохранялась с еще большим упорством. Основными материа- лами оставались кирпич и терракота с ред- ким добавлением мрамора и камня. Для дворцов местной знати характерны мощ- ные кирпичные стены с редкими оконными проемами, готическая форма которых (в виде стрельчатой арки) лишь медленно вытеснялась прямоугольной. Два основных высоких этажа обычно завершаются тре- тьим служебным, который значительно ниже первых. Ренессансные черты заметны главным образом в порталах и в членениях фасада —в междуэтажных поясах и пло- ских пилястрах, образующих настоящую ордерную систему, которая, однако, благо- даря редкой расстановке пилястр не отни- мает у стены ее тектонических функций, а, наоборот, еще более их подчеркивает. Та- кое своеобразное членение имеют стены палаццо К а р м и н а л и - Б отти д же л- ла в Павии (рис. 6). Общность модели- ровки деталей этого палаццо и зданий близ- лежащего монастыря Чертозы позволяет автором палаццо считать Амадео. Своеоб- разны дома в Бергамо, простые и вырази- тельные фасады которых связаны с тради- циями народного зодчества (см. рис. 5). Дворовые лоджии в первом этаже обыч- ны не только для жилых, но и для общест- венных сооружений северной Италии (зда- ния рынков и городских советов), начиная со средневековья. В домах Бергамо и ок- рестностях, а затем и в других близлежа- щих городах с XV в. устраивали много- ярусные лоджии, служившие местом по- стоянного пребывания жильцов. В сельских местностях эти лоджии устраивали на об- ращенных к югу фасадах, чтобы в зимнее время они служили резервуаром нагретого солнцем воздуха для находившихся позади жилых помещений. В более богатых домах многих районов Ломбардии, подобных описанным выше дворцам Милана, лоджии охватывали две, три или все стороны двора.
Дворы более ранних кв„ имели в первом этаж" ппиче МСКИХ до“°в квадратных или в5сьмНгпСТЬ'е аркад“ а в верхних этажах— га"НЫх стол’ аркады на колонках распоЛ»** мелкие рых не всегда отвечл'лпш М Жение кото- В XVI в пропорции ОПОрам' низкие столбы уступали место 2зменялись. ким и стройным колонн^ „°Лее выс°- пьедесталах, арки палии Л ' неРедко на ные очертания. В некоторых: сл°^«ИРКуЛЬ' ДУ заменяли архитравом₽ У Х арка’ Тесные связи с Флоренцией малв лу начали сказываться и » , пома’ Ломбардии. Сфорца пвиглапгЛРХИТеКТуре Милан художников и аТитек°ттуда в ко ломбардская архитектипз Торов' Одна- хранила свой особый х^Х Т°М С0‘ 70-х годов, и архитектурные идеи" вкусы“и тенденции, сложившиеся на родине этих мастеров, оставались в Милане чуждыми Фил^прР₽НТИИСКИИ скУльптоР-архитектор *ый Р СТеР чрезвычайно своеобраз- 14КЧАгНЛ°НИп. ДН Пьветро А“«рлино (примерно 1400- 1433 uin Шкй под псевдонимом Филарете, в 1433—1445 гг. работал в Риме, с 1451 г состоял н» службе у Фр. Сфорца в Милане, где построил цен- тральную башню кастелло Сфорцеско (1451—1454 гг ) и Оспедале Маджоре (1456-1465 гг.); участвовал в строительстве миланского собора. Выстроит триум- фальную арку в Кремоне и собор в Бергамо (пере- 'ЖТг) Написал т₽актат об архитектуре (1451— Для правильного понимания его ме- ста в ломбардском зодчестве, быть мо- жет все же следует признать, что среди со- временных ему флорентийских архитекто- ров трудно найти мастера более далекого по духу от Брунеллеско и его школы. Трактат Филарете «Сфорцинда», закон- ченный в 1464 г., напоминает сложный и запутанный роман, где наряду с резко по- лемическим отношением к готическому ис- кусству пропагандируется фантастическая архитектура, в которой ясность и тектонич- ность приносятся в жертву неиссякаемому изобилию форм и декора. Воображаемый город и отдельные сооружения с бесчислен- ными башенками и фронтонами, украшен- ные рядами орнаментальных фризов, ме- дальонами и статуями, сложные пирамидо- образные монументы — все это, несмотря на наличие антикизирующих деталей, строится у Филарете по законам живописной, по сути дела еще вполне готической компо- зиции. 7. Милан. / — Банк Медичи, 1456 г.. Микелоццо, фасад (по рисунку в трактате Филарете), фрагменты и план двора (реконструкция): 2 — Оспедале Мад- жоре, 1456 г., план по Филарете Надо полагать, что именно эти склон- ности Филарете способствовали его воспри- имчивости к местным ломбардским тради- циям. Однако в трактате он —непри- миримый критик готической архитектуры и, несомненно, в Милане был проводником новых флорентийских веяний. Кроме центральной башни миланского замка имя Филарете связано с Оспеда- ле Маджоре в Милане (рис. 7). Тор- жественно заложенное в 1456 г . это в свое время крупнейшее в Европе лечебное учре- ждение ознаменовало начало работ по улучшению санитарного состояния Милана, нередко опустошаемого, как и другие горо- да. жестокими эпидемиями. С этой построй- кой, законченной лишь триста пятьдесят лет спустя, связаны имена многих маете-
ров. Филарете принадлежал общий замысел сооружения, в регулярном плане которого впервые в миланском строительстве прояви- лись гуманистические представления о функциональном и гармоничном построении. План этот предвосхитил композицию Эско- риала и Версаля. Сооружение представляет собой прямо- угольник (285 X 120 л) с девятью симмет- ричными замкнутыми дворами; в централь- ном. самом крупном, должна была возвы- шаться пятибашенная центрально-куполь- ная церковь. Сохранившееся в трактате Филарете описание общей планировки и расположения мужского и женского отде- лении, лечебных и обслуживающих поме- щений, лестниц и санитарных устройств свидетельствует о глубокой продуманности комплекса. Заслуживает быть отмеченной забота архитектора о санитарном состоянии боль- ницы: удобные для больных уборные были регулярно расположены между палатами, имели выпуски нечистот в проложенные в фундаментах каналы, промываемые водой из прилегающего к зданию городского рва. Вентиляционные каналы должны были слу- жить и для отвода в ров ливневых вод с крыши здания (рис. 8). Фактически Филарете построил лишь западную часть комплекса, вернее, первый этаж западного корпуса, с наружным фаса- в М1"И6||^ПХ1„еЬ Мад*°₽е- Схема санитарного аигоустройства и план палаты 146 дом и внутренними дворами, в двухъярус- 1 ных аркадах которых впервые в Ломбардии применен один из характернейших мотивов школы Брунеллеско (рис. 9). Этот же мотив — полуциркульные арки с круглыми медальонами в пазухах —при- менен и в первом этаже наружного фасада корпуса (позднее арки заложены стеной с окнами). Несмотря на то, что отдаленные реминисценции флорентийской архитекту- 1 ры здесь уже сильно видоизменены в соот- ветствии с местными вкусами (приземистые ! аркады, далекие от античной классики фан- тастические детали, керамический фриз из мелких арочек и кружочков), мотив ордер- ной аркады в Милане так и не привился. Когда Филарете, утомленный борьбой против защитников местных традиций, оста- вил Милан, строительство больницы про- должали Гуинифорте Солари и Амадео (см. стр. 148). Солари (работал с 1465 г.) придал западному корпусу ломбардский колорит при помощи сдвоенных окон второго этажа, которые богато декорировал керамикой Ри- нальдо де Стаурис из Кремоны. Солари же закончил и задний корпус больницы, фа- сад которого выходил на канал. Другой флорентиец, Микелоццо, присту- пивший в 1456 г. к перестройке одного из миланских палаццо для местного отделения банка Медичи, был более характер- ным представителем флорентийской школы, чем Филарете, и, по свидетельству послед- него, он также был стеснен в своем твор- честве местными вкусами и привычками. Внешний вид банка, известный по ри- сунку и описанию Филарете, а также по сохранившемуся порталу главного входа (ныне в Археологическом музее Милана), свидетельствует о значительных отступле- ниях мастера от флорентийских прототипов План сооружения неизвестен; сохрани- лись лишь фрагменты портиков, ограничи- вавших один из двух дворов. Мы знаем также о существовании главного зала, пло- ский кассетированный потолок которого поражал миланцев своей антикизирующей орнаментацией, выполненной синей и золо- той красками. Рисунок фасада банка в трактате Фи- ларете свидетельствует о цельности и свое- образии архитектуры здания. Оно, несо- мненно, родственно флорентийским палац- цо первой половины века, с их сильным
9. Милан. Оспедале Маджоре. Фрагмент фасада и даор (восстановлен после разрушений второй мировой войны) рустованным первым этажом, ярко выра- женным изменением структуры стены по вертикали и богатым венчающим карнизом. Однако ряд элементов приближает его также и к ломбардским дворцам городских коммун. Богато декорированные терракото- вые обрамления и стрельчатые завершения окон, медальоны и гирлянды, а главное — общая двухъярусная композиция и проре- занный часто поставленными большими сдвоенными окнами второй этаж (вследст- вие этого уже несколько утерявший свой жилой характер) —придают зданию новый облик, явно отличающийся от флорентий- ских палаццо. Это сооружение обычно считают важ- ным проводником флорентийского влияния в ломбардском зодчестве, наравне с ка- пеллой Портинари (1462 г.) при готи- ческой церкви Сант Эусторджо. Общее построение квадратного, пере- крытого куполом, внутреннего простран- ства капеллы, без сомнения, следует ин- терьерам капеллы Пацци и сакристии Сан Лоренцо. Однако внешний объем милан- ской постройки более расчленен. Шестна- дцатигранный барабан, скрывающий купол (характерная черта центрических сооруже- ний Ломбардии), главенствует в компо- зиции. Сложный декор резко отличает ин- терьер от ясных интерьеров Бруннелеско. 10. Милан. Банк Медичи. Портал
Благодаря особенной жизненности тра- диций народного зодчества, вошедших в ро- манскую архитектуру, приемы и формы по- следней долго еше применялись в творче- стве ломбардских зодчих — Солари, Ама- део. Дольчебуоно, Баттаджо, Рокки, братьев Томазо и Джакомо Родари —главных представителей этого течения, в котором более существенные перемены назревали очень медленно и проявились лишь к са- мому концу XV в. под влиянием творче- ства Браманте (см. стр. 152). Имя Гуинифорте Солари, представителя семьи архитекторов и скульпторов, свя- зано со многими постройками не только в Милане, но и во всем герцогстве. 14) Гуинифорте Солари (1429—1481 гг.) — сын Джо- ванн.? Солари (1410-1480 ..) и отец Пьетро.' Антонио (родился в середине XV в., умер в 1 ''гушшфорте я’1459 г. был назначен инженером не строительство Миланского собора, а с 1471 г.-ру. 1 коволителем работ. С 1462 по 1463 год строил па-1 вийскую Чертозу (внутренняя часть храма и модель неосуществленного фасада), а затем сменил Фила- оете в качестве руководителя строительства Оспе- дале Маджоре в Милане. По-видимому, был авто- ‘ пом продольного нефа церкви Санта Мария делле Грацие (1465 г.) и оратории Санта Мария делла Пассионе при монастыре Сант Амброджо (1477 г.); ( также строил замок Сфорца в Пиццигеттоне. плоти- ну близ Лоди, городскую башню и ворота Алессанд- 1 рии (1480 г.). Был инженером Миланского герцога. ’ Другим приверженцем исконных милан- ских традиций был Амадео. Джованни Антонио Амадео (1447—1522 гг.) — архитектор и скульптор. Построил капеллу Коллеони в Бергамо (1470—1475 гг.); в 1481 г. привлекался к возведению купола Миланского собора; руководил строительством Павийской Чертозы (фасад — 1490- 1498 гг) и центрального двора Оспедале Маджоре. Работал в Лоди (см. стр. 195). Одновременно аы-ч полнил надгробие св. Ланфранко в церкви Сан Ланфранко близ Павии и. возможно, палаццо Ботта- джелла (см. стр. 144) в самом городе; в последние годы жизни участвовал в перестройке Павийского собора. Амадео работал над огромным цен- тральным двором Оспедале Маджоре, на- чатым в конце XV в. и завершенным в на- чале XVI в. Наиболее значительным произведением Амадео считают капеллу Коллеони в Бергамо (рис. 11). Это здание столь же характерно для ломбардской архитектуры XV в., как капелла Пацци для флорентий- ской. Простая тосканская схема центриче- ского сооружения с единым нерасчленен- ным пространством не выражена во внеш- нем облике. Изобильный декор, скульптур- ное убранство, ажурные галереи, розетки, узорчатые вставки и полихромность отдел- ки зрительно разрушают цельность стен- ных поверхностей. Это как бы богатейшая резная мозаичная шкатулка из многоцвет- ного мрамора, достигшая размеров архи- тектурного сооружения. Пристрастие Амадео к изобильному де- кору сказалось и в формах цветущей готи- ки в апсиде и средокрестии Миланского со- бора, к строительству которого он был при- влечен в 1481 г. Он продолжал его вместе с Дольчебуоно по традиционному плану Солари; при возведении восьмигранного ку- пола собора привлекались для консульта-
""" Леонардо да Винчи, Браманте „ л ческо ди Джорджо МариниФраи’ вместе "'адгими^итекто^ми^^0" т;еРхТнефанНуюВба(зиИлику12с’ дВу3’я пелл и развитым хором— строите™, Первый этаж главного фасада собом выполнен в 1490-1498 гг. Амадео (Гуково лившим постройкой Чертозы с 1481 М Портал, в котором применены античные формы, выстроен Бенедетто Бриоско а Расточительность декора доходит здесь до предела (см. рис. 13). Покрыв все поверх- ности стен, пилястр, наличники окон и даже цоколь бесчисленными декоративными эле- ментами из разноцветного мрамора, резь- бой и скульптурами, Амадео сумел придать фасаду своеобразную цельность. Влияние Амадео сказалось, по-видимому, и в декора- тивной терракотовой обработке большого и малого монастырских дворов Чертозы. скульптурные украшения которых Вентури приписывает тому же Амадео. а другие ис- следователи-Ринальдо де Стаурису. Во- круг двора располагались домики-кельи монахов с индивидуальными садиками.
В годы правления Лодовико Сфорца (1480—1499 гг.). прозванного Моро (мавр), соперничавшего с Флоренцией не только в политике, но и в области искусств, Милан стал одним из наиболее передовых очагов итальянской культуры; сюда переместился н центр развития архитектуры. Наряду с ломбардскими мастерами (Амадео, Солари и др.) здесь работали Франческо ди Джорджо Мартини и Лео- нардо да Винчи. Последний привез в Ми- лан не только достижения флорентийского зодчества, но и свои собственные ориги- нальные архитектурные замыслы. Леонардо да Винчи (1452—1519 гг.)—ученый, художник, скульптор, инженер и фортификатор, ав- тор теоретических трактатов на многие темы (сохра- нились в набросках). Родился во Флоренции, где учился в мастерской Вероккио Значительная часть 13. Павия. Чертом. Фрагмент фасада церкви 150 творческой жизни Леонардо прошла в Милане (1482—1499 и 1507—1513 гг.) за исключением не- скольких лет, вновь проведенных во Флоренции (1499—1506 гг.). краткосрочного пребывания в Риме (в 1513 г.) и последних лет жизни во Франции, куда он был приглашен Франциском 1 (с 1516 г.) и где умер. Существенно, что при удивительной разносторонности своих дарований и твор- ческих интересов Леонардо называл себя прежде всего архитектором. Так же обыч- но именовали его и заказчики. Между тем практически его строительная деятельность ограничилась лишь инженерными сооруже- ниями. За исключением не дошедших до нас гидротехнических, ирригационных и фортификационных сооружений и работ по достройке Миланского и Павийского собо- ров (в качестве консультанта и участника многочисленных конкурсов) мы не знаем достоверных построек Леонардо да Винчи. Тем не менее его влияние на современную итальянскую архитектуру (через посред- ство творчества Браманте) гораздо силь- нее, чем это обычно думали. Градострои- тельные и архитектурные замыслы, сохра- нившиеся в графическом и литературном наследии Леонардо, входят в число наибо- лее ценных и жизненных 1 сокровищ италь- янского Возрождения. В многочисленных архитектурных на- бросках Леонардо, его чертежах и записях, подготовлявшихся им для трактата по ар- хитектуре и разбросанных ныне по многим музеям мира, заключено колоссальное бо- гатство замыслов, воплотивших важнейшие архитектурные идеалы того времени и во многом предвосхитивших последующее раз- витие итальянского зодчества. У Леонардо впервые встречается новое, очень широкое понимание проблем архитектуры, причем в рассмотрении этих проблем он уходит впе- ред, в будущее, намечая их новое решение. Леонардо интересовали градостроитель- ные проблемы, инженерные сооружения, различные виды и типы зданий, их кон- струкции. Он изучал построение внутренне- го пространства в неразрывной связи с его внешним выражением в объемах здания как то„1,„Ле0Н?рД0 впервые разработал принципы, ко- “ей сейчас составляют основу системы обводке- '“Л,™11 4aS™ Италии1 им впервые в истории были набР°ски районной планировки. Уже на оигапионнмуЖгВ" “° фРанции. он создал проект нр- сооружении и систему соединительных каналов между Сеной и Луарой.
результат органичного решении тивных проблем. Именно « п кон«рук- находим ясное представление ^б°НарД° мы ских категориях котили.» об эстетиче- геоиетричктеиТЛин ’оГЩЦЕХ социальной организации города и о Функ циональном разделении его транспорт! для которого сочинял многоярусные улицы с каналами для грузовых барж в уровне подвалов. Н е Об интересе мастера к сводам и купо- лам свидетельствует группа рисунков включающая аналитические эскизы зданий (церкви Сан Лоренцо в Милане. Сан Спи- рито во Флоренции и др.); зодчий разраба- тывает тему купола на круглом, квадрат- ном и восьмигранном основании примени- тельно к сооружениям самой различной планировки. Особенно подробно (практически во всех возможных вариантах) разработаны цен- трально-купольные сооружения. Леонардо первый глубоко занялся разработкой ком- позиции центрических сооружений как практической проблемой, ожидавшей реа- лизации, сочетая конструктивную сторону задачи с художественной (рис. 14). Архитектурно-строительные идеи и за- мыслы Леонардо да Винчи, связанные с центрической композицией, надо полагать, в той или иной мере были известны Бра- манте. Оба мастера не только одновремен- но прожили ряд лет в Милане, но и неод- нократно вместе участвовали в различных конкурсах, консультациях и экспертизах важнейших строительств. Имя Браманте встречается в рукописях великого флорен- тийца, строго относившегося к своим совре- менникам и мало кого удостоившего упо- минанием в своих работах. Творчество Донато Браманте, одного из самых замечательных мастеров мирового зодчества, нераздельно связано с наивыс- шим подъемом гуманистической архитек- туры. ' Большое количество изысканий “ * области конструкций и их статического равноекия говорит о том, что этой теме Леонардо собирался по святить целый раздел трактата. 14. Леонардо да Винчи, архитектурные рисунки
Донато Браманте (1444—1514 гг.) родился в Монте Асдруальдо (теперь Ферминьяно) близ Ур- бино. В 1477 г Браманте участвовал в росписи фа- сада палаццо дель Подеста в Бергамо. В Милане он также сначала занимался живописными работами С 1482 до I486 года Браманте реконструировал церковь Санта Мария Прессе Сан Сатиро (проект, возможно, начат в 1478 г); с 1492 г. перестраивал средокрестие я апсиды церкви Санта Мария делле Грайне (до 1497 г), дворы каноники и монастыря Сант Амброджо (работы прерваны в 1499 г). Кроме того, он выполнял живописные и многие инженерные работы по реконструкции герцогского замка Кар маньола (1491 г.) и укреплению Кревола в долине Осеола (1498 г), участвовал совместно с Кристофе- ром Рокки в экспертизе, переработке проекта и строительстве собора в Павии (1487—1488 гг, —при- мерно до 1492 г), участвовал в обсуждении проблем, связанных с куполом Миланского собора В 1493 г. Браманте уехал из Милана. После воз- вращения им возведены в герцогской резиденции в Внджевано капелла в церкви Сан Франческо, па- лаццо лелле Даме и лоджия; полагают, что по его ------------------------ ------ ------ н находя. В 1497 , Браманте начал фасад собора в Аббьяте- грассо. оставшийся незаконченным. В 1499 г. после взятия Милана французами и падения Сфорца Бра- йанте переехал в Рим, где первоначально был занят живописью, зарисовками и обмерами античных па- мятников. Первые архитектурные работы —двор м-ря Санта Мария делла Паче (1500—1504 гг.) и колокольня церкви Санта Мария дель Аннма. Одно- временно Браманте строит дворец кардинала Риа- рио (Канчеллерия) и церковь Сан Лоренцо ин Да- «азо В 1502 г. он построил Темпьетто во дворе церкви Сан Пьетро ин Монторио. Крупнейшим творением Браманте является со- бор св. Петра, которым он занимался. по-видимом\. с 1505 г. и до самой смерти. Из его работ следует •делить двор Бельведера в Ватикане (проект с 1503 г., строительство окончено после смерти Бра- манте). а также восьмигранный двор и винтовую лестницу-пандус при вилле Иннокентия VIII. Дру- гие работы Браманте в Риме: хор церкви Санта Мария дель Пололо (1509 г), здание папского три- бунала с церковью Сан Бьяджо делла Паньотта S»*0"*1*»»0). двор Сан Дамазо в Ватикане г" РаФаа-1ем). собственный дом В ’ цер,!овь Сан Чельсо ’ Джулиа- но (Ы0-1514 гг). Браманте также консультиро- вал при строительстве укреплений в Имоле. Фо- По работам Браманте в Ломбардии, где он провел первую большую часть своей жизни, не легко предугадать достижения последнего римского периода его деятель- ности. Историки архитектуры видят здесь “оренчой. не поддающийся объяснению творческий перелом, который связывают с общепринятым делением всего архитектур- ного процесса в Италии XV и XVI вв. на периоды раннего, высокого и позднего Воз рождения. В соответствии с этим переезд Браманте в Рим означает естественный ко- IS2 нец первого этапа и начало второго ~ вы- сокого Возрождения. Однако подобное объяснение неудовлетворительно. Оно не только лишает цельности творческую инди- видуальность Браманте, 1 но и слишком резко отрывает римский этап его деятель- ности от предшествовавшего развития итальянского зодчества, обобщением и куль- минацией которого он является. Первые шаги к такому обобщению можно просле- дить именно в ломбардских постройках Браманте. Этому способствовала также и биография мастера. Браманте, проведший свою молодость в гуманистической атмо- сфере Урбинского княжества, знакомился с живописью по работам Пьеро делла Фран- ческа и Андреа Мантеньи, с научной лите- ратурой— по сокровищам знаменитой Ур- бинской библиотеки (среди которых необ- ходимо отметить трактат о перспективе Пьеро делла Франческа),с архитектурой — по произведениям Лучано да Лаураны, Альберти, Франческо ди Джорджо Марти- ни, а также по работам странствовавших мастеров-строителей из Ломбардии, в сово- купности открывших ему все многообразие локальных школ современного итальянско- го зодчества. После ряда живописных работ в Берга- мо, а затем в Милане2 Брамантеначал пер- вое известное нам архитектурное произве- Строительство, начатое несколькими го- дами ранее около средневековой капеллы Сан Сатиро, первоначально ограничивалось возведением маленькой оратории, совпа- дающей в плане с левой ветвью и середи- ной трансепта будущей церкви. Но в 1478 г. прикуп земли послужил толчком к состав- лению нового проекта (рис. 15, слева ввер- ху). В конце 1482 г. участок был вновь рас- ширен, это позволило осуществить здесь новый, третий по счету проект, составлен- ный полностью Браманте и превращавший Некоторые исследователи (например, Пари- оени) рассматривают ломбардские постройки Бра- манте как незрелые произведения затянувшейся (ДО м> лет.) «молодости. Вазари в своем жизнеопнса- риодЬ₽аМаКТе просто обошел его ломбардский пе- „ ’ Фре£ки “ палаццо дель Подеста в Бергамо, в палаццо Фонтана и Панигарола, а также в замке (-форца в Милане отмечены глубоким спокойствием ' “° нументальностью поз, тщательностью модели- ровки и явным интересом к перспективе Они отчасти минают произведения Пьеро делла Франческа.
15. Милан. Церковь Санта Мария прессо Сан Сатиро, с 1478 г. Браманте. Слева вверху—схема плана 1478 г. в меньшем масштабе ораторию в трансепт (точнее —в главный неф трансепта) сохранившейся поныне церкви. Несмотря на необходимость включить в композицию разнородные остатки более ранних сооружений и трудности, связанные с теснотой и изрезанностью участка, почти со всех сторон сжатого улицами, Браманте создал сложный, богатый новыми компози- ционными приемами, крепко спаянный комп- лекс, который включает, помимо нетрону- той мастером средневековой кампанилы, короткую Т-образную в плане трехнефную перекрытую цилиндрическими сводами цер- ковь, восьмигранную сакристию 1 у правой ветви трансепта и перестроенную снаружи капеллу Сан Сатиро. Церковь прижата к виа Фальконе, и это не только обусловило необычную (не в форме латинского креста) конфигурацию плана, но помешало придать трансепту тре- тий неф и развить алтарную часть — она сведена к плоской нише, в которой Браман- те иллюзорно, средствами живописи и не- глубокого рельефа, изобразил хор (рис. 16) Этот хор нельзя рассматривать в отрыве от I5J
16. Милан. Церковь Санта Мария прессе Сан Сатиро. Вид хора нз продольного нефа, капелла и рисунок фасада церкви Браманте композиции сооружения, как это делает по- давляющее большинство историков. Хор оставался бы лишь трюком внехудожествен- ного иллюзионизма, если бы не служил зодчему в качестве необходимого и единст- венного в данных условиях средства для осуществления задуманной им центриче- ской композиции, главным ядром которой он хотел сделать пространство средокре- стия, перекрытого полусферическим купо- лом на парусах. Цилиндрические своды, перекрывающие трансепт и средний пролет главного нефа, имеют небольшие размеры (пролет около 10 Л1 при высоте 13 л), но производят силь- ное впечатление благодаря низкому распо- ложению пят свода, так что отношение ши- рины последнего к высоте перекрываемого пространства составляет 1 : 1,3. Значитель- ность главных сводов подчеркивается не- свойственным базиликальным церквам дан- ного периода контрастным соотношением высоты среднего и боковых нефов (послед- ние перекрыты крестовыми сводами). Так же контрастно соотношение высоты нефов и средокрестия, перекрытого поднятым на широком фризе куполом, безраздельно гос- подствующим над невысоким пространством этой маленькой церкви; подкупольное про- странство сразу же воспринимается как ядро всей композиции. Если в предшество- вавших центрических сооружениях Брунел-
леско (сакристия Сан Лопри„а Пацци) подкупольное простРранЦАвпК1Пелла чески составляло главную чаАТА * £ти' то в этой церкви с сильноразвитыТпГ’ вами креста подобное впечатление Зое™ гается искусным применением компот ционных средств. Важную роль среди"них играло освещение, которое хотя и А Браманте значительно’ Se ХлТе окна в торцах трансепта были увеличены лишь в XIX в. и средокрестие первоначаль- но освещалось фонарем), зато сосрвдо- точивалось под куполом. Реальный обходи ниши, изображенные на стенах трансепта напоминают композицию церкви Сан Спи’ рито Бруиеллеско. Капелла IX в. у северного торца тран- септа была превращена Браманте из кре- стообразной в круглую постройку. Сбли- женные по бокам ниш пилястры образуют свободный тектонически оправданный ритм, характерный для многих позднейших работ мастера. Интересно противопоставление родственных по формам, но различных по пропорциям церкви и крохотной, но пласти- чески выразительной часовни (рис. 16). Если перестроенная Браманте капелла представляет собой первый опыт решения в миниатюре внешнего объема круглого цен- трического здания эпохи Возрождения, то сакристия (ныне снова баптистерий) церкви Сан Сатиро была новым эта- пом в разработке внутреннего центриче- ского пространства (рис. 17). Восьмигранная в плане двухъярусная сакристия вписана в тесный квадрат. Вся композиция, активно изменяясь, разви- вается от первого, глухого яруса, в гранях которого чередуются плоские и полуцир- кульные ниши, через второй ярус, включаю- щий круговой обход в толще стены, откры- вающийся внутрь двумя арочками в каждой грани, к завершающему восьмигранному куполу, сквозь круглые проемы которого помещение получает естественный свет. Исключительно богатая внутренняя отдел- ка сакристии включает рельефные гротески, выполненные из тончайшего стука на по- верхности угловых пилястр (их излом, не имеющий прецедентов в других памятни- ках, позволил Браманте обойтись на каж_ дом углу лишь одной пилястрой), богатой скульптурный керамический, частично по- крытый бронзой, фриз над первым ярусом (исполнен скульптором Фантуччи). обр • ботку импостов в виде плоского акантового 17. Милая. Церковь Санта Мария прессе Саи Сатиро. Интерьер и купол сакристии листа между парными арочками второго яруса и более плоско выполненный орна- мент второго фриза. Разница в рельефе фризов способствует облегчению сакристии кверху и определяется удалением рельефов от света. Над комплексом церкви Саи Сатиро Браманте работал до 1486 г. Боковые фа сады возвел Амадео, а главный фасад, для которого, по-видимому, предназначался за-
18. Павия. Собор, с 1487 г. Браманте, Амадео и др. Модель, план, интерьер и крипта ыечательный рисунок Браманте (см. рис. 16), относится к XIX в. Н В 1488 г. Браманте был привлечен к строительству собора в Павии. Эта за- дача должна была особенно заинтересо- “?.ЛГТера- Так как П0СТР0Йка проекти- ровалась как выдающееся монументальное фами.ТииИ<’ ДЛЯ прославления герцогской С0б0ра был “ставлен К^нстофором Рокки в 1487 г. и, несмотря Ио то, что переделывался Амадео все же не удовлетворил заказчика. Строительные работы, порученные Браманте и Амадео велись, однако, по проекту Браманте. Со- оружение произвело большое впечатление на Леонардо да Винчи, вызванного в Па- вию вместе с Франческо ди Джорджо Мар- тини для консультации, по-видимому, в связи с опасениями, которые высказывали многие современники, пораженные необыч- ной стройностью центральных подкуполь- ных устоев собора. Под непосредственным наблюдением Браманте до 1492 г. были за- вершены тяжелые своды крипты, две из че- тырех угловых сакристий и, по-видимому, перекрытие хора; остальные наземные ча- сти собора также были начаты. Поэтому
Мэрия лель Фьоре₽'Прад°^”" со6оРУ Санта чегание базиликально?о типа Z собойс°- трическим (рис. 18) Здесь ДР а с це«- восьмигранник средокрестия °тДкупольнь'й суммарной ширине передней частое РКаМН но гораздо органичнее и изящнД °б°Ра' 01 юг три ее нефа. Вся ком™, завер- тип которой можно усмотреть сЦкоЯрееПяОТО' занском, чем флорентийское nJ?рее, в пи’ считана на то. чтобы придать ^Р1 рас’ ное значение центральному ппМг>аКСИМаль' средокрестия. перек^ь"^ поднимающемся на восьми высоких'cS ных столбах, соединенных арками равной высоты. Подкупольное пространство остро умно увеличено включением (на высоту до секов° бЛРа?На) т₽еуг°льных в плане от- ваютс’о замыка|°ших боковые нефы; вли- одинаковпСу1п?К₽еСТИе также пространства восточной укороченных ветвей трансепта и n°aB ,а J?"" собора' каждая я”ейка апсидой v ₽ еТСЯ обРащенн°й к Центру апсидой, увенчанной коихой. НУ стию еи ЭЛаменты возрастают к средокре- стию и постепенно повышаются по мере ныйбиИ^оНИЯ * КуП0Лу' создавая грандиоз- наюншй ЫЙ интерьер’ отчасти напоми- иеРаР’!Ической соподчиненностью своих частей готические соборы, но резко отличающийся от них ясной, быстро вос- принимаемой закономерностью центриче- ского уравновешенного построения. Интерь- ер собора выражен в его внешнем облике, для которого зодчий точно нашел верные, убедительные масштабы наименьших, рас- 19. Милан. Монастырь Сант Амброджо, с 1492 г. Браманте. Аркада двора каноники и ее центральный пролет (до восстановления)
положенных у земли элементов (малых апсид, центрических сакристий, заполняю- щих входящие углы креста, и др.), с них начинается ступенчатое нарастание объемов к верхнему восьмерику и вершине собора. В 1492 г. Браманте был привлечен к пе- рестройке и расширению большого мона- стырского комплекса Сант Ам- бр оджо, связанного со средневековой ба- зиликой того же названия (рис. 19, 20). Ансамбль должен был включить четыре монастырских двора. При Браманте была возведена только одна сторона двора кано- ники. Дорический двор был закончен уже после отъезда мастера из Милана, а вто- рой, ионический, завершен лишь во второй четверти XVI в. Строительство было начато со двора ка- ноники с северной стороны от старой базили- ки. Аркада с большой аркой в центре напо- минает фасад капеллы Пацци Брунеллеско. 1М О его же базиликах напоминают и кубиче- ские отрезки антаблемента, введенные Бра- манте над колоннами в качестве опоры для архивольтов. В композиции двора Сант Амброджо своеобразно сочетаются достижения фло- рентино-урбинской школы и ломбардских традиций. В то же время в ней появляются свободно, по-новому решенные узлы, на- пример у пяты большой арки. При восстановлении двора каноники, разрушенного во время второй мировой войны, мнимая ошибка Браманте была «исправлена»: несмотря на то, что пиля- стры у Браманте продолжались ниже окон, доходя до единственной горизонтальной штрабы над арками, возможно отмечавшей верхнюю границу предполагавшегося кера- мического декора и завершавшей его свер- ху тяги, теперь над арками лоджии протя нут обычный трехчастный антаблемент, до-
21. Милан. План монастыря и церковь Санта Мария делле Грацие. Средокрестие и хор с 1492 г. Браманте
22. Милан. Церковь Санта Мария делле Грацие. Общи ходящий до подоконников второго этажа. Профиль под пятой центральной арки, сме- ло оборванный Браманте на второй раскре- повке. сливается с подоконным поясом. Недостаточно отмечалось своеобразие четкого выделения середины аркады: при повторении этого приема на всех четырех сторонах задуманного Браманте двора он должен был приобрести уникальный, не имевший прототипа облик перистиля с ярко подчеркнутыми осями, пересечение которых в центре, вероятно, должно было быть от- мечено каким-либо сооружением (напри- мер, колодцем, беседкой и т. п.). Необычно и то, что угловые, крайние арки опираются на такие же стройные колонны, как и все прочие, а согнутые пилястры, которые, оче- видно. должны были получиться во втором этаже по всем углам двора, можно сопоста- вить только с согнутыми пилястрами в са- кристии Сан Сатиро. 1во й вид (базиликальная часть церкви — Амадео), двор ол над хором Уникальны также «сучковатые» стволы колонн по сторонам главной арки и в углах двора. Они свидетельствуют о ясном пони- мании мастером образного и вместе с тем условного характера античных ордерных форм, с помощью которых Браманте связы- вал в воображении зрителя образы зодче- ства с природой. В 1492—1497 гг. Браманте занимался также перестройкой хора (алтарной части) и средокрестия в начатой за двадцать лет до того доминиканской церкви Санта Марияделле Грацие. Потому ли, что хор должен был служить надгробной ка- пеллой Лодовико Моро и всей семьи Сфор- ца, в силу ли склонностей самого Браманте или же вследствие его обращения к лом- бардской традиции, средокрестию церкви с заменяющими ветви трансепта апсидами и алтарем была придана ярко выраженная, развивающаяся кверху центрическая ком-
позиция (рис. 21) Нп сгавляет собой в плане пред- ,я Ломбардии восьмигранник ааИяИ°ННЫЙ квадрат (18 X 18 м), сторона кОтпп°ЛЬШ°Й вечает трем нефам стапой nt/°^?0ro от' стройки. Боковые полуЦиркульны?»? "°' перекрытые конхами, и бадк развитая"»"’ тарная часть, имеющая помимо »Л небольшое квадратное помещение перек™ тое куполом, открываются в центеаль?™ пространство по всей своей высоте Глав ныи купол полусферического, несколько по- вышенного очертания опирается на низкий барабан, покоящийся на парусах и пол? циркульных подпружных арках. Централь- ный фонарь и два ряда проемов в основа- нии купола и в барабане дополняют окна в стенах апсид. Плоскостная обработка, свет- лая окраска и обильное освещение интерь- ера. а также искусное применение кругов в его декоре придают куполу вид легкой скорлупы, подчеркивая в то же время про- сторность и крупные масштабы внутреннего пространства церкви. Хор позади алтаря перекрыт небольшим, очень изящным пло- ским зонтичным куполом, напоминающим купола Бруиеллеско в сакристии Сан Ло- ренцо и капелле Пацци (рис. 22). Высота сооружения увеличена тем, что стены апсид, центрального и алтарного ква- дратов подняты, закрывая основание коих, малый купол хора и паруса главного бара- Низкий продольный неф доминиканской церкви, построенной Солари еще в харак- терном для Ломбардии готическом стиле, выглядит второстепенным придатком к мощному параллелепипеду здания Браман- те, завершенному большим многогранным барабаном с ажурной кольцевой галереей и плоской конической кровлей. Сооружение выполнено из кирпича и снаружи богато декорировано. Пилястры, своеобразные филенки, карнизы и медаль- оны сделаны из камня в ломбардских тради- циях. Вся наружная отделка церкви не при- надлежит Браманте. К нему относится, ве- роятно. только цоколь и нижний ярус апсид с окнами. В этих частях можно заметить стремление к более строгой тектонической разработке стены, которая проявилась уже в апсидах и крипте Павийского собора. Браманте приписывают также очарователь- ный дворик (см. рис. 22) и сакристию, пе- рекрытую зонтичным куполом. Последними работами Браманте в лом- 6 ВИА. том V 23. Аббьятеграссо. Монастырская церковь. Входной портал, 1497 г., Браманте бардский период были двухэтажная арка монастырской церкви в Аббьяте- грассо (1497 г.; рис. 23), выполненная по рисункам мастера после его отъезда в Рим. и постройки в Виджевано. Сложная и многообразная разработка Браманте центрических композиций (в ко- торой можно видеть и влияние идей Лео- нардо да Винчи) не прошла бесследно для ломбардского зодчества. Сравнение более ранних сооружений Возрождения (сакристия Сан Лоренцо, ка- пелла Пацци и др.) с опытами Браманте показывает, какой большой путь прошла итальянская архитектура XV в. и какое сложное развитие получила центрическая композиция. Достижения Браманте были развиты его современниками и мастерами следующего поколения не только в Ломбар- дии, но и по всей Италии (см. стр. 194 и след.). Ш
5. АРХИТЕКТУРА РИМА В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XVI в. К концу XV и началу XVI вв. некогда передовые итальянские города, породившие вместе с новой городской культурой и но- вую архитектуру, переживали экономиче- ский застой и глубокие социальные сдвиги. Внутренние рынки Италии были ограни- чены. а внешние сужались вследствие ту- рецких завоеваний и развития промышлен- ности в других странах Европы. Торговля, а с ней и промышленность падали, и веду- щая роль в итальянских государствах пере- ходила от банкиров и купцов к феодальным властителям и к земельному дворянству. Все это в сочетании с войнами, потрясав- шими страну с последнего десятилетия XV в., привело к заметному ограничению спроса на произведения искусства и к рез- кому свертыванию строительной деятель- ности. Архитекторы, резчики и другие ма- стера строительного дела, как и художни- ки, потянулись из разных городов ко дво- рам наиболее благополучных властителей. В течение первых двух десятилетий XVI в. центр архитектурного процесса в Италии переместился в столицу папского государства — в Рим. Кардиналы и пап- ская курия были в те годы самыми устой- чивыми заказчиками для художников и строителей. Но лучшие художники и зодчие Италии тянулись в Рим не только в надежде на щедрых вельмож. Захватнические войны, разорявшие разрозненные государства страны, привели к недолгому подъему на- ционального самосознания, до того намечав- шегося лишь в среде немногих передовых деятелей итальянской культуры. Папское государство, как центр международной ка- толической церкви, многим представлялось ядром Италии, вокруг которого она могла бы объединиться. Элементы национального самосознания в Италии проявились и в искусстве, и в тенденции к единому архи- тектурному стилю. У лучших и передовых людей того времени единство культуры не- разрывно связывалось с идеей политиче- ского объединения. Эта идея более или ме- нее сознательно присутствовала также в проповедях Савонаролы (1452—1498 гг.), который, опираясь на мелкую буржуазию и на бедноту, в течение почти десяти лет пра- вил Флоренцией и тщетно призывал к цер- ковной реформе и к очищению нравов ради 142 спасения отечества, в деятельности и в сочи- нениях Макиавелли (1469—1527 гг.), искав- шего спасения в неограниченной диктатуре идеального «князя», и, наконец, даже в без- застенчивой политике папы Александра VI и его прославившегося своими злодеяния- ми сына, Цезаря Борджиа, который мечтал стать во главе единой итальянской импе- Р Италия так и не стала единым государ- ством. однако Рим сыграл важную роль в объединении итальянского искусства и ар- хитектуры в лице Браманте, Рафаэля и Микеланджело и стал не только центром художественной культуры Италии, но и мощным очагом культуры мировой. В начале XVI в. папство отпускало для строительства огромные средства на благо- устройство и украшение города, на пробив- ку новых улиц и т. д. (рис. 1). Один за дру- гим сюда приезжали архитекторы, худож- ники, скульпторы, резчики по дереву, ка- менных дел мастера. Кроме живших в Риме престарелых Джулиано да Сангалло и Фра Джоконде, сюда приехали Донато Браман- те, Бальдассаре Перуцци, Рафаэль Санти, Антонио да Сангалло Младший, Микел- анджело Буонаротти, Андреа и Якопо Сан- совино, Джованни да Удине и др.; здесь же работал римлянин Джулио Романо. Среди этих мастеров особое место занял (Брамаще. который сыграл такую же осново- полагающую роль в кульминационном этапе развития гуманистической архитектуры, ка- кую Брунеллеско сыграл в начальном. Самое раннее из римских сооружений, с которым связывают имя Браманте,— па- лаццо Канчеллерия (1483—1526 гг.). первое римское сооружение общеитальян- ского значения и один из самых величест- венных и строгих дворцов столицы (свое название он получил от папской канцеля- рии, помещенной в нем вскоре после завер- шения постройки). Высшее достижение рим- ского кватроченто и первое произведение нового века, образец вполне зрелого «клас- сического» стиля Возрождения — Канчел- лерия остается загадкой для историков, еще не пришедших к согласию относитель- но ее автора и доли возможного участия Браманте в ее создании. Прежде чем разо- браться в этом вопросе, необходимо озна- комиться с самим сооружением. Строитель палаццо исходил из типа то- сканского дворца, но внес в него, особенно во внешний облик, очень много нового. Не
1. Рим. План города с нанесением главных улиц, пробитых н реконструированных в XVI—XVII вв. (по А. В. Бунину) имеет дворец прямых предшественников и среди римских сооружений. Огромная постройка, занимающая целый квартал, включает церковь Сан Лоренцо ин Дамазо, одну из сорока титульных церквей Рима. Вследствие этого окруженный арка- дами двор, составлявший непременный эле- мент городского патрицианского жилища, отнесен в левую сторону участка и зани- мает юго-западную часть застройки. Композиция строится по двум парал- лельным осям (церкви и двора), получив- шим внешнее выражение на главном фаса- де в двух порталах, расположенных против двух переулков (рис. 2, 3). Дворец, возведенный для крупнейшего вельможи, кардинала Рнарно. закономерно приобрел черты не столько частного, сколь- ко общественного сооружения (характерно, что даже церковь скрыта дворцовым фаса- дом). намечая одну из главных линий раз- вития всего европейского зодчества в эпоху расцвета абсолютистских государств. Ог- ромная плоскость главного (восточного) фасада, завершенного по концам едва вы- ступающими ризалитами, расчленена на три яруса (верхний охватывает два этажа) и обработана незаметно облегчающимся кверху плоским рустом, в двух верхних ярусах он сочетается с пилястрами, попар- но сближенными в простенках. Ордер пи- лястр построен на золотом сечении и при-
Jf :..:: 5 2 Рим. Палаццо Канчеллер» 1483-1526 гг. Бреиьо. Браманте и Корсо Витторио-Эммануеле) (генплан по Летаруи, до пробивки СТе™ СТР°ГУ|0 закономер- щаюший ж цеРковных зданиях и сооб- =1™ ф Ду очень яс,,ое ритмическое развитие по горизонтали) в сочетании с
3. Рим. Палаццо Канчеллерия облицованной травертином могучей сте- ной характеризуют последнюю как дей- ствительную тектоническую основу соору- жения, придавая фасаду внушительную мо- нументальность. Мастерское изменение раз- мера редко расположенных окон от глав- ного (второго) этажа к верхнему, уменьше- ние высоты пилястр при равной высоте ярусов подчеркивают действительно значи- тельные размеры здания (общая высота равна 24 л<) и создают спокойный, но пол- ный внутренней жизни ритм. В то же время первый этаж, обработанный словно цоколь, сообщает дворцу аристократическую замк- нутость и недоступность. Боковые фасады сооружения также за- канчиваются ризалитами, но пилястры рас- ставлены здесь равномерно. Основные пло- скости левого бокового фасада выполне- ны из кирпича — типичное для Ломбардии применение различных материалов для стен и деталей (ср. также и двор урбинско- го дворца —стр. 108). Знаменитый двор (рис. 4), один из ше- девров этой эпохи, разделен в полном со- ответствии с главным фасадом на три яру- са, из которых нижние два представляют собой чрезвычайно легкие воздушные арка- ды, а верхний (отвечающий двум верхним этажам здания) — расчлененную мрамор- ными пилястрами кирпичную стену, увен- чанную простым и ясным каменным карни- зом. Умело найденное изменение пропорций ордера усиливает впечатление высоты (ко- лонны второго яруса меньше колонн пер- вого, а верхние пилястры — меньше колони второго яруса, хотя все ярусы имеют почти одинаковую высоту). Строгость линий и на- пряженность стройных колонн, а также тон- ко подобранное соотношение больших има лых окон двух верхних этажей создают по- разительное впечатление легкости и спо- койного, но неодолимого устремления вверх, не имеющее аналогий во’ внутренних двор- цах других римских, а также флорентий- ских палаццо. Ново и цветовое решение: пе- реход от темно-серых гранитных колонн первого яруса, перенесенных строителем из древней церкви Сан Дамазо. к травертино- вым, более светлым колоннам вверху и. на- конец, к теплому, золотисто-коричневому то ну кирпичной стены, создает последователь-
ное обогащение тона, усиливающее впечат- ление непрестанного роста сооружения. Глубокое внутреннее родство и одно- временно тонко рассчитанное противопо- ставление двора и фасада, благородная сдержанность и новаторские черты палац- цо Канчеллерии, несомненно, свидетель- ствуют об исключительном мастерстве строившего ее архитектора, что придает первостепенное значение вопросу об автор- стве. Поскольку Браманте приехал в Рим в 1499 г., когда палаццо давно уже строи- лось его авторство, признававшееся неко- гда на основе свидетельства Вазари бес- 1 Здание было начато в 1483 г., освяшено в 1489 г., что может означать лату переезда в жилые спорным, с конца XIX в. рядом ученых было поставлено под сомнение. Так, одни исследователи (Ньоли, Форстер) связывают Канчеллерию с проектом реконструкции Борго, разрабатывавшимся при папе Ни- колае V, т. е. в конечном счете, возводят ее к Альберти. Другие (Питталуга) приписы- вают авторство урбинскому архитектору и теоретику Франческо ди Джорджо Марти- помещения заказчика, н выведено снаружи, по край- ней мере, на высоту двух этажей к 1495 г. как го- ворит надпись на фризе антаблемента второго эта- жа. Имя епископа Остии (титул, полученный карди- налом Риарио в 1511 г.), высеченное над окнами по Корсо Витторио Эммануэле, говорит о времени воз- ведения этого фасада. Главный портал выполнен Д. Фонтана, второй — ведущий в церковь — Виньо- лой. Интерьеры церкви более позднего времени.
ни. Третья точка зрения, развитая Лавань- ино, опирается на литературные источники и прежде всего на Вазари. Остроумно доказав, что упомянутый Ва- зари в качестве строителя Канчеллерии Ан- тонио Монтекавалло является в действи- тельности скульптором Андреа Бреньо, про- званным Монтекавалло по месту его жи- тельства (различие имен может быть одной из многочисленных ошибок Вазари), Ла- ваньино считает этого мастера, по происхо- ждению ломбардца, первым строителем Канчеллерии. а завершение постройки при- писывает Браманте. Присоединяясь к этой точке зрения, разделяемой ныне многими исследователями (Делогу, Кьеричи), пола- гаем, однако, в отличие от Лаваньино, ви- дящего противоречие между робкими (как он их называет) начинаниями Бреньо и «сочным» завершением Браманте, что по- следний сумел мастерски использовать «робкие» профили и скромную пластику нижних частей фасада для полноценного выявления решающей роли стены и второ- степенной роли ордера в общем тектониче- ском строении фасада. Это и создало не противоречивое, а исполненное большой целостности произведение. Любопытно, что та же композиционная схема, повторенная неизвестным мастером в фасаде палаццо Джиро, не наделяет его подобными худо- жественными качествами вследствие того, что пилястры здесь слишком сильно высту- пают из плоскости стены (рис. 5). Даже если Браманте включился в строительство, когда два этажа были у возведены, и выполнил только третий яру фасада, этого было достаточно, чтобы вне- сти определяющие черты в композицию, поскольку именно третий член математиче- ского ряда определяет его закономерность. Тем больше роль Браманте в создании дво- ра Канчеллерии, в котором ему принадле- жат по меньшей мере два верхних яруса. В отличие от Форстера полагаем, что в палаццо Канчеллерии можно заметить ряд характерных для Браманте элементов. Для этого достаточно сопоставить карниз Кан- челлерии с характерными для Браманте карнизами, например во дворе Санта Ма- рия делла Паче в Риме или на барабанах капеллы и церкви Сан Сатиро в Милане Характерно и легкое решение углов в верх- нем ярусе двора, не встречавшееся ранее в работах других мастеров кроме Браманте. Так же, по-видимому, должны были вы- глядеть углы в незаконченном Браманте дворе каноники Сант Амброджо в Милане. Такой излом угловых пилястр, как в тре- тьем ярусе двора Канчеллерии, фактически был сделан до того лишь в сакристии Сан Сатиро. В архитектуре палаццо соединяются различные течения итальянского зодчества XV в., и притом не как механическая сум- ма но как синтез, обладающий новыми ка чествами. Именно этот синтез и заставляет предполагать участие Браманте в строи- тельстве или хотя бы в завершении палац цо Еще в его ломбардских работах орга- нично переплетались черты урбннской, лом- бардской и тосканской школ, и традицией ные архитектурные элементы сочетались с принципиально новыми решениями.
6 Рим Браманте. 1 — Темпьетто, 1502 г., вверху слева неосуществленный круглый двор (по гравюре Серлно;; 2 —двор монастыря Санта Мария делла Паче, 1504 г.
7. Рим. Темпьетто
iiiiin Hi 6. Рим. Монастырь Санта Мария делла Паче. Двор В 1502 г. была закончена первая по- стройка в Риме, от начала и до конца вы- полненная Браманте. — маленькая часовня во дворе монастыря Сан Пьетро ин Монто- рио.широкоизвестная под названием Тем- пьетто. Это проникнутое ясной гармо- нией. античное по формам, но совершенно новое по духу круглое сооружение, окру- женное римско-дорической колоннадой и увенчанное куполом, сразу же и вполне оправданно было воспринято как програм- мное произведение и совершенный образец нового архитектурного стиля (рис. 6, 7). Ныне эта маленькая постройка не по- ражает новизной, так как воспринимается бесчисленными ротондами классицизма и ампира, в которых ее ком- позиция варьировалась на протяжении че- тырех столетий Для верной оценки Темпь- етто необходимо взглянуть на него в исто- рической перспективе. Прежде всего надо исходить из всего замысла Браманте, оставшегося не осуществленным, но. несо- мненно, хорошо известного современникам. Поставленный на месте, где, по преда- нию, был казнен апостол Петр, этот малень- кий храм должен был стать центральным ядром круглого, обнесенного колоннадой дворика Дворик не был осуществлен и из- вестен по гравюрам Серлио. Строгое соот- ветствие колонн периметрального портика и ниш, расположенных за ними, колоннам и нишам самого храмика связало бы все эле- менты этого маленького ансамбля в слож- ную, но закономерную и кристаллически ясную композицию, в которой двор являлся открытым храмом, а Темпьетто был пред- назначен только для священника. Назначе- ние постройки объясняет ее размеры и своеобразный масштабный строй, т. е. со- отношение пропорций и действительных размеров, поражающее на фотоснимках, где рядом снят человек. В натуре, в тесном пространстве существующего по настоящее время квадратного дворика, Темпьетто воспринимается неожиданно не как незначительная ротонда, но как настоя- щая монументальная постройка, произведе- ние подлинной «большой» архитектуры. Сложный замысел Браманте вполне объясняет ограниченное значение интерье- ра: подчеркнуто пластический характер со- оружения, тесно примыкающая к целле ко- лоннада которого в отличие от многих пор- тиков его античных прообразов не столько развивает снаружи ничтожное по размерам внутреннее помещение, сколько ограждает и выделяет его. Кольцо низких, широко разбегающихся ступеней соединяет подий с мощеным дво- ром и разрывается лишь сзади лесенкой в крипту, в полу которой сделано углубление, якобы сохранившееся от апостольского кре- ста. Основной цилиндрический объем Темпьетто поднимается над портиком, 16 цельных колонн которого вытесаны из гранита. Барабан должен был завершаться полусферическим куполом. Покрытие, судя по изображениям Темпьетто у Палладио и Серлио, устроено позднее. Стена целлы в нижней части, по высоте соответствующей портику, расчленена ^пи- лястрами, которые чередуются с нишами (прямоугольными изнутри и полукруглыми снаружи), окнами и дверями, причем ха- рактер пластической обработки цилиндри- ческого объема напоминает о капелле Сан
сатиро. Но стена Темпны™ « щена, так что наличники д7еОей°«е Насьь пилястры, являя еще один Л ® Заходят на х wsx"- 'as;: решил конкретную функционал^ Р и раз‘ и поднял идейное и художестве"^ЗЗДаЧу ..p=0S p.p«...7ZX‘S“S рия Делла Паче- (рис R 81 а *' разработки проблемы, полярно против™? ложной той, которая занимала егов™- Выполнив при помощи кольцевого обхо- да первого этажа чисто функциональное требование-связать между собой цер- ковь. сакристию, трапезную и кухню, Бра- манте остроумно перенес во второй этаж те функции, которым обычно служил как правило одноэтажный монастырский дво- рик: создать изолированное от внешнего мира место дневного пребывания монахов (на галерее второго этажа, у парапета, между столбами, он устроил каменные си- денья). Аркада первого этажа, выполненная на первый взгляд в традиционных формах, имеет любопытные особенности: ее арки лишены архивольтов и потому подчерки- вают роль стены, исчезающей во втором этаже. Тектоническая функция, ясно выра- женная в структуре двора, объясняет нали- чие пилястр на внутренней стене нижнего обхода, несущей крестовые своды, и отсут- ствие таких пилястр наверху. Ясная текто- ническая мысль видна и в расположении колонок над верхней точкой арок (работа которых улучшается при загрузке замково- го камня), и в композиции карниза (про- стого, очень характерного для Браманте — ср. карнизы Темпьетто, палаццо Каичелле- рии, церкви Сан Сатиро в Милане); консо- ли его закономерно удваиваются над более сильными опорами. Простая и понятная даже для непосвященного архитектура дво- рика, его энергичный ритм и пластическая выразительность деталей, подкрепленная 1 Подряд на выполнение пилонов н колонн дво- ра датирован 17 августа 1500 г. небольшомуЙсоопТа " ТеНИ' пРила|от этому ственные качесТВаЖТсЮмпВЫ<:0КИе ХуД<"К<“ материалов <пЗ' несмотРя на простоту ня пьедесталуИЛЯСТрЫ~из пРостого Кам- Вертина «"««их столбов - из тра- рей в нижТм пЛКаЛИЧНИКИ некот°Р--* Две- рей в нижнем обходе сделаны из мрамора, цеокД, с Г°ДЫ Ераманте в03вел хор в Ыс 91 Н с"Та Мария дель Пололо вызванн^ » ЯТРЯ На его малые Ремеры ЙУЮ г необходимостью сохранить пер- ?емотп-ЙКУ’ РасписаннУ«о Пинтуриккио, и теснотой позади церкви), мастер сумел придать интерьеру монументальный харак- Д?’ °ТВеЧгавший "азначеиию пристройки, служившей усыпальницей. Ее глубина зри- тельно увеличена вытянутой формой кессо- нов на своде. Двор Бельведера в Ватикане. Ко времени восшествия на папский пре- стол Юлия II (1503 г.) Браманте. бесспор- но. был самым крупным и авторитетным архитектором в Риме и. естественно, был привлечен к расширению Ватикана Он предложил папе целостный, широко заду- манный проект ансамбля, сущность которо- 9. Рим. Церковь Санта Мария дель Пололо. Хор, 1509 г., Браманте
10. Рим. Двор Бельведера в Ватикане, Браманте (по Летаруи). Фрагменты галерей (вверху) в современном состоянии; ансамбля с обозначением старой базилики и нового собора св. Петра по проекту Браманте
11. Рим. Ансамбль собора св. Петра в Ватикане и схематическая реконструк- ция проекта Бельведера Браманте (по Аккерману) го, несмотря на позднейшие перестройки, понятна по описаниям Вазари, докумен- там, современным рисункам и фреске, на- ходившейся в замке св. Ангела (рис. 10—12). Браманте предстояло связать летнюю папскую резиденцию — виллу Бельведер — с папским дворцом и базиликой св. Петра, а также создать сад и двор для развлече- ний и празднеств. Задача осложнялась сильным падением рельефа местности о виллы ко дворцу, различной ориентацией подлежавших объединению зданий и необ- ходимостью обеспечить обороноспособность сооружений Ватикана с востока, так как существовавшие с этой стороны укрепления следовало снести при постройке нового двора. Помимо того, при вилле Бельведер Браманте должен был построить двор для установки античных статуй (первое музей- ное сооружение Возрождения). пз
12. Рим. Ватикан. Нижняя терраса двора Бельве- дера (фрагмент) По замыслу Браманте, огромный (дли- ной около 300 м) сильно вытянутый с се- вера на юг двор должен был располагаться на террасах в трех разных уровнях. Кори- доры по обеим продольным сторонам дво- ра, связывавшие виллу и папский дворец, и лестницы, соединявшие террасы двора, пре- вращали его в единую композицию, замк- нутую с севера поперечной стеной с боль- шой полукруглой экседрой на продольной оси комплекса. За экседрой поместился дворик музея, окруженный лоджиями. Основная масса сооружений, с которыми должен был считаться Браманте, отно- сится ко второй половине XV в. В 1450— 1455 гг. при Николае V были построены жилые помещения, называемые обычно за- лами Борджиа; в 1478—1479 гг. при Сик- сте IV Джованни де Дольчи возвел на- званную по имени папы капеллу — большой зал (40 X 13 л, высотой в 26 лг). Стены Си- кстинской капеллы были расписаны круп- нейшими живописцами — Перуджино, Пин- турнккио, Ботичелли, Гирландайо. Синьо- релли и другими, а свод и алтарная сте- на — Микеланджело. Проектирование и строительство нового двора Бельведера, получившего свое назва- ние от виллы Иннокентия VIII (перестрое- на в 1484—1492 гг. из более ранней кре- пости) началось в 1503 году. Одновременно Браманте строил позади виллы дворик-музей и спиральную лестницу или, вернее, пандус, перекрыл куполом «башню Борджиа», а также обстраивал с трех сторон двор Сан Дамазо с лоджиями по второму и третьему этажу (рис. 13). После смерти Юлия II Браманте, по- видимому, отошел от строительства этого комплекса. На протяжении 1514 г. им руко- водил Джулиано да Сангалло. После смерти Браманте дворцовым ар- хитектором назначили Рафаэля, который еще раньше был занят росписью папских апартаментов и продолжал (по рисункам Браманте) строительство двора Сан Дама- зо, лоджии которого стали знаменитыми благодаря фрескам великого художника. После смерти Рафаэля строительство про- должали Б. Перуцци и А. да Сангалло Младший. В 1551 г. Микеланджело дал рисунки для лестницы перед экседрой, пре- вращенной в нишу1 Пирро Лигорио В этом виде (известном по изображе- нию грандиозного турнира, состоявшегося в нижнем дворе в 1565 г.) комплекс в основ- ном отвечал замыслам Браманте. Позднейшее закрытие аркады, закладка проемов галереи и надстройка еще двух этажей решительно изменили фасады боко- вых переходов, придав им более строгий, замкнутый характер, мало соответствую- щий назначению комплекса как сооружения для развлечения и отдыха. Фасады верхне- го двора, в которых сочетался кирпич и 1 Замыкавшая всю композицию экседра не дол- жна была превышать боковые фасады.
естественный камень би» Пирро Лигорио. Наконец копПусУбаяУреНЬ1 ки (1587-1590 гг.) „ втоЖв ® 1?И°Те’ монте или Браччо Нуово (1817-182?Яра; разделили террасы двора (см сто Нижняя, самая большая темам к Ь ведера (75 X 140 я) должна йм?! Бель' театральной сценой Ее можно было'о^зо? :ГновИ^ян0уНвшПихПсяКпо*Па ртаментов " конов, тянувшихся по фасаду дворца (опин из них был устроен еще при ЛьвеХ второй в 1562 г .), а также с мест для зрителей поднимавшихся амфитеатром перед двор- цом и по откосу средней террасы двора справа и слева от центральной лестницы' На обеих верхних террасах были разбиты регулярные сады, связанные при помощи двух рамп, обрамлявших нимфей в подпор- ной стенке, фасад которого имел вид триум- фальной арки. Подобные открытые лестницы и рампы в ансамбле Бельведера, несомненно подска- занные сооружениями античной Пренесты (теперь Палестрины), впервые были ис- пользованы Браманте. Этот прием немно- гим позднее был применен Микеланджело уже для решения градостроительных задач (Капитолий) и получил в дальнейшем ши- рокое распространение в итальянской, а за- тем во всей европейской архитектуре. Единственный вход во двор Бельведера из Борго был устроен в среднем пролете наружной восточной стены, которая, из со- ображений обороны, имела окна лишь в третьем этаже, на уровне галереи. Двор Бельведера завершил длительный процесс освоения архитектурных средств мастерами кватроченто и оказался для по- следующих поколений зодчих неисчерпае- мой сокровищницей композиционных идей и мотивов. Не удивительно, что как только замысел Браманте начал приобретать кон- кретные формы, ансамбль стал предметом постоянного интереса и изучения: сохрани- лось более восьмидесяти его изображений в различных стадиях строительства, выпол- ненных архитекторами и художниками XVI в. Здесь впервые были сгруппированы типы сооружений, сложившиеся еще в Греции и Риме, но забытые в эпоху средневековья. Вместе с тем и открытое пространство ста- ло впервые в эпоху Возрождения предме- том активного архитектурного осмысления Новое применение античных средств, а так- же использование рельефа местности и воды положило начало новому этапу в раз- витии садовой архитектуры и архитектуры монументальных площадей. Так, творчески применяя композицион- ные приемы, использованные в древнерим- ских форумах и храмовых ансамблях, Браманте создал комплекс, не только воз- величивавший папство и подчеркивавший его преемственную связь с античным Ри- мом (как того требовали заказчики), но и отразивший торжество нового мироощуще- ния, в частности новое отношение человека к природе. Неосуществленный дворец пап- ского трибунала или палаццо Сан Бьяджо (1510 г.) (рис. 14), спроек- тированный и начатый под руководством Браманте вместе с пробивкой вдоль Тибра улицы папы Юлия (виа Джулиа), быть мо- жет, сыграл бы такую же важную роль для архитектуры общественных зданий, какую сыграл собор св. Петра для культового зодчества. Дворец известен лишь по изображению на медали Юлия 11. наброскам плана, а также по остаткам мощного цоколя, вклю- ченного в стены позднейших построек на виа Джулиа. В центре сооружения был большой ква- дратный двор (около 34 X 34 .и), окружен- ный аркадами, к которым по углам примы- кали четыре парадные лестницы. В корпу- сах, выходящих на виа Джулиа и на иабе-
14. Рим. Дворец папского трибунала, 1510 г., Браманте (не окончен, схема плана по рисунку Антонио да Сангалло Младшего); А — осуществлен- ная и впоследствии разрушенная церковь Сан Бьяджо делла Паньотта; Б — реконструкция цоколя (Дж. Джованнони) и его сохранившийся фрагмент (фото). Справа посредине — план церкви СанЧельсо в Джулиано, 1510—1515 гг. (разрушена), Браманте режную Тибра, были четыре больших зала для судебных заседаний (длиной по 18— 20*), а в боковых корпусах — служебные помещения и по два дворика с колодцами. По оси сооружения, со стороны виа Джу- лиа. находился главный вход, отмеченный большой квадратной башней с многоярус- ным завершением. Со стороны Тибра ему соответствовала церковь Сан Бьяджо (ра- зобрана при реконструкции набережных). На углах сооружения также должны были быть мощные квадратные башни, выделен- ные из массива стены раскреповками. 1Т6 Дом Браманте, построенный, по-ви- димому, в 1509—1510 гг. и известный так- же. как дом Рафаэля (который прожил последние годы своей жизни и умер в этом доме), был снесен в XVII в. при возведе- нии колоннады перед собором св. Петра. Гравюра Лафрери 1549 г. (рис. 15) и зари- совка Палладио (около 1544 г.) сохрани- ли для нас только главный фасад дворца. Он позволяет угадать и некоторые черты композиции, отчасти объясняющие важное значение этого произведения, не только ставшего родоначальником нового типа фа- сада итальянского дворца, но и оказавшего широкое влияние на развитие богатого го- родского жилого дома. Величественный, несмотря на сравни- тельно малую протяженность, дворец, раз- деленный на два яруса, в отличие от ари- стократической сдержанности и суровой, почти феодальной замкнутости палаццо Канчеллерии, имел более открытый и па- радный характер. Сдвоенные и поднятые на пьедесталах полуколонны второго (главно- го) яруса сооружения, с их богатой пласти- кой и светотенью, создавали торжествен- ный и сильный ритм. Широкие интерколум- нии и легкий архитрав придавали ордеру, а вместе с тем и всему зданию стройную подтянутость и крупную масштабность. Ве- ликолепие жилых покоев, находившихся за отступившей в глубину стеной второго яру- са. как бы демонстрировалось улице сквозь высокие, поднимающиеся от уровня пола окна-балконы, выдвинутые на самый обрез цокольной части. Парадный верхний ярус дворца кон- трастно противопоставлялся цокольному, обработанному могучим, но однообразно спокойным рустом. Подобное противопо- ставление было глубоко осмысленно: оно отвечало распространенному функциональ- ному разделению этажей и лишь получило здесь яркое образное выражение — фасад как бы показывал, что жизнь владельцев дворца поднята высоко над обыденной жизнью улицы. Цокольная часть дома Браманте вклю- чала ряд полностью изолированных от по- мещений владельца, открытых на улицу лавок и мастерских с антресолями, пред- назначенных для сдачи в аренду (такие лавки имеются и в палаццо Канчеллерии по фасаду, выходящему на улицу Пелле- грини). Хозяева дворцов отныне все чаще выступали не только как вельможи, но и
как домовладельцы заинт»г,„„„ том. чтобы сдать в аренду часть В * стройки. Созданная Браманте ком™* П°' F . вбоко соответствовала ; меК°иМВш3ему”Яя .ношению заказчика к дому как кнедви ' ж.,мои собственности, могущей стать истой' ' пиком дохода. Она легко поддавалась из' менению в связи с различными градостоои- ' тельными условиями: размерами участка расположением здания на углу или в р£ довои застройке Так, при пяти осях на фа- саде внутренний двор, естественно, не мог быть окружен традиционными галереями которые в лучшем случае шли с трех сто- рон. Но в зависимости от участка количе- ство пролетов легко могло быть увеличено а лавки и мастерские перенесены также и на другие стороны сооружения. В доме Браманте могучий руст был впервые сделан не из камня, а из бетона. Подобный прием быстро привился во вре- мена, когда стремление к пышности не все- гда соответствовало экономическим воз- можностям заказчика, и способствовал уве- личению разрыва между изображенными и действительно примененными материалами. Дом Браманте предстает, таким обра- зом, как новый чрезвычайно жизненный тип городского палаццо, архитектурный образ которого отражал новый быт и вкусы верхних слоев общества. Не удивительно, что эта композиция получила в ближайшие же годы широкое распространение не только в Риме, но и в других городах Италии. Привилегированное расположение дома Браманте, можно сказать, у самого «под- ножия папского престола», где его могли видеть не только рядовые паломники, но и знатные гости из западноевропейских стран, немало способствовало быстрому влиянию заложенных в его архитектуре новых черт. Оно свидетельствует также о более высоком, чем прежде, социальном по- ложении художника и зодчего. С именем Браманте связано строитель- ство самого крупного сооружения эпохи Возрождения —собора св. Петра в Риме. Идея создания нового великолеп- ного храма над останками апостола, осно- вателя католической церкви, восходит ко времени папы Николая V, когда Альберти установил, что старая римская базил грозит обрушиться. С 1452 г. Б. Росселино разработал пер- вые планы сооружения в форме латинского креста и возвел стены и своды нового хора, расположенного позади старой базилики. Историческая обстановка второй поло- вины XV в. помешала продолжению работ (если не считать робкой попытки возобно- вить их в 1470 г. под руководством Джу- лиано да Сангалло). Лишь папа Юлий II. при котором римская церковь впервые до- стигла влияния и богатства, достаточных для претворения в жизнь таких грандиоз- ных замыслов, возобновил строительство собора. В 1503 г. Браманте был утвержден главным архитектором собора. Избрав для храма центрально-купольную композицию, он положил начало длительной борьбе ме- жду сторонниками центрической и базили- кальной композиции сооружения, между стремлением воплотить в нем эстетические идеалы итальянского гуманизма и функ- циональными требованиями культа. " Действительно, католическое богослу- жение (где священник поочередно обра- щается то к алтарю, то к молящимся) тре- бует одностороннего расположения алтаря и односторонней ориентации пространства храма. Однако собор св. Петра являлся исключением; алтарь здесь должен был по- мещаться посередине церковного простран- ства, над криптой и местом, где. по преда- нию, был погребен апостол. Центрическая композиция получила свое функциональное оправдание и выбор ее на рубеже XV и XVI вв.. когда гуманистические идеи еще имели полную силу, закономерен тем бо- лее. что в ту эпоху даже в обычных бази- ликах алтарь нередко выносили к средо- 15. Рин- «Дои Рафаэля», 1509—1510 г Гравюра Лафрери 1549 г.
16. Рим. Собор св. Петра, с 1505 г. Браманте. Слева — генеральный план собора с перистилем вокруг (на- бросок Браманте) и внешний вид храма по медали Карадоссо, 1506 г.; справа — фрагмент проекта по- чертежу Меникаитонио и «пергаментный» план со- бора, выполненный Браманте крестию, отгораживая хор от остальной части храма. Перед Браманте открылись исключи- тельно благоприятные возможности для реализации архитектурных идеалов своей эпохи. В отличие от своих предыдущих куполь- ных построек, довольно лаконично следую- щих форме креста или элементарной цен- трической форме (круга, восьмигранника). Браманте сочетал в плане собора обе фи- гуры. отдав, таким образом, дань и хри- стианскому. и чисто геометрическому сим- волизму гуманистов. Неизменно наблюдае- мая на протяжении всего XV в. тенденция ио все большему усложнению композиции 1 О» вмм свидетельствует сравнение построен ИЫХ церквей и рисунков XV в. Не только услож- центрического сооружения1 достигает в плане Браманте предела, нарушение кото- рого пошло бы в ущерб ясному восприятию целого (рис. 16). Ярко выраженным ветвям креста с до- минирующим над средокрестием купола сопутствуют по диагональным осям умень- шенные повторения той же фигуры. Благо- даря четырем, расположенным на тех же диагоналях, помещениям, над которыми воз- вышаются колокольни, весь комплекс впи- сывается в больший квадрат, за пределы которого выступают только четыре главные апсиды. Каждая второстепенная геометри- няется форма и увеличивается расчлененность поме- щений, окружающих центральное пространство хра- ма, но вводится также ритмическое чередование раз- личных по форме помещений.
ческая группа подчинена строгой математической законно °" В (диаметры большого и второсте«нноРг0°куИ полов, радиусы главных ивторостепенный арок и т. п. относятся как 2: 1). Весь план пронизан нерушимой логикой. Максималь ная (по сравнению с планами других авто- ров) расчлененность пространства иего преобладание над массой устоев и стен со метается с предельной ясностью в подчине- нии меньшего большему, второстепенного главному. Сравнительно небольшие разме- ры главных подкупольных устоев, неодно- кратно подвергавшиеся сомнению и увели- чиваемые всеми позднейшими строителями собора, являются решающими для задуман- ной Браманте композиции. Их изменение немедленно влечет за собой перемещение всех второстепенных пространственных групп, стирание заметных различий в раз- мерах главного и второстепенного (ср. диа- метры главного и второстепенного куполов на плане Антонио да Сангалло Младшего) и требует уменьшения пространственной рас- члененности постройки; последнее, как по- казывают работы Микеланджело, могло нанести ущерб масштабной выразительно- сти сооружения. В случае базиликальной композиции собора увеличение размера главных пилонов влекло за собой те же последствия (ср. планы Фра Джоконде Ант. да Сангалло Младшего, Рафаэля и Микеланджело, см. рис. 17 этой главы и рис. на стр. 224). Поэтому можно полагать, что знаменитый «пергаментный!2 план Браманте —не только набросок или схема, но точно изображает назначенные масте- ром соотношения между пространством и массой стен и устоев. Претворяя в жизнь в невиданных ра- нее масштабах идею «совершенного» архи- тектурного организма. Браманте должен был создать чудо строительного искусства и превзойти самые прославленные творе- ния древних. Он решил водрузить купол Пантеона на своды базилики Максенция, предприняв, таким образом, исключитель- ную по конструктивной смелости и техниче- ской сложности попытку. Сохранившиеся 1 Проекты собора приведены в работе Гофма на — см. библиографию. . • Так называют чертеж. мому. самим Браманте) на пергаменте и« Р жаюшнй половину плана собора (ныне в Уфф > Это — основной из созданных мастером четырех в рисунки собора, относящиеся к 1534 г., на вторых изображены возведенные Браманте главные подкупольные устои и арки, позво- лили предположить, что зодчий хотел при- 17. Рим. Собор св. Петра. Проекты.
менять технику бетонных конструкций IV в. (см. стр. 322)'. Отметим также, что окру- жающие барабан колонны имели у Бра- манте (рнс. 17) конструктивное, а нс толь- ко декоративное значение (как у Микел- анджело, см. ниже, стр. 223). Внешний облик собора в том виде, как он был задуман Браманте, известен по изо- бражению на медали 1506 г., а также по рисункам ученика Браманте Меникантонио (рис. 16). Всюду явно видна главенствую- щая роль центрального полусферического купола. Набросок, развивающий компози- ционные идеи миланской каноники (стр. 158, 160), указывает на мысль Бра- манте о создании вокруг собора центриче- ской площади. Помощниками Браманте по строитель- ству собора были Джулиано да Сангалло, Фра Джокондо из Вероны и Рафаэль. Раз- работанный последним базиликальный план сооружения, видимо отражавший уси- лившееся влияние реакционных клерикаль- ных кругов, очень красив и тонко сочетает в себе преимущества центрального н бази- ликального построения. Апсиды трех рав- ных ветвей креста укрупнены и более чет- ко выражены в наружных объемах храма, три нефа четвертой, удлиненной ветви чет- ко связаны с центральным подкупольным и окружающим центральные пилоны про- странством, а башни, поставленные по диа- гоналям квадрата и несколько более сдви- нутые к его центру, чем это было у Браманте, повторены еще раз на главном фасаде со- бора. После смерти Рафаэля руководство работами перешло к Перуцци, который, возвратившись к центрической схеме, при- знал необходимым усиление пилонов Бра- манте и соответственно переработал план. Неблагоприятная политическая и эконо- мическая обстановка, создавшаяся после смерти Льва X, привела к тому, что по- стройка фактически не двигалась. Лишь в 1534 г., после многолетнего перерыва, папа Павел III привлек снова Бальдассаре Пе- руцци (который умер в 1536 г.) и Антонио да Сангалло Младшего. Последний вер- нулся к базиликальной композиции, пере- делал проект и в 1539 г. представил папе модель сооружения, резко раскритикован- ную Микеланджело за характерную для «готического стиля» раздробленность ком- позиции (см. ниже). Антонио да Сангалло закончил южную и построил восточную вет- ви креста и перекрыл их сводами. К тому 1*0 же периоду относится закладка так назы- ваемых Ватиканских гротов — крипты, где использованы полы древней базилики и по- вышен на три метра уровень пола нового храма. Со смертью Антонио да Сангалло в 1546 г. и вступлением Микеланджело на должность главного архитектора собора начался новый этап строительства (см. стр. 223). Как бы значительно ни отличались рим- ские произведения Браманте от ломбард- ских, было бы неверно объяснять их резким переломом в творческих устремлениях и ме- тодах мастера. Ни в утилитарно-практической сущности римских сооружений Браманте и окружав- ших его мастеров, ни в их эстетических идеалах нет и признаков какого-либо прин- ципиального перелома. Нет их в применяе- мых ими конструктивно-строительных прие- мах или архитектурно-выразительных сред- ствах. Новыми были: во-первых, общеиталь- янский характер этих сооружений, объеди- нивший в себе характерные черты тоскан- ского и североитальянского зодчества; во- вторых, небывалая прежде свобода и ма- стерство в архитектурной композиции, в частности в применении приемов и форм античного зодчества; и, наконец, в-третьих, совершенство и зрелость решений архитек- турных задач, в основном намеченных еще в начале предшествовавшего столетия, пол- нота и сила, с которыми эти сооружения воплотили в своих образах идеалы италь- янского гуманизма. Вот почему римские сооружения Бра- манте и группировавшихся вокруг него ма- стеров следует рассматривать не как осо- бый, самостоятельный этап в истории италь- янской архитектуры, а скорее как заверше- ние предшествовавшего развития. В этом смысле стиль римской архитектуры начала XVI в. действительно можно называть клас- сическим стилем архитектуры итальянского Возрождения, понимая под термином «классический» зрелость и наивысшее раз- витие наметившихся тенденций. Широта творческих исканий Браманте. охвативших важнейшие проблемы итальян- ской архитектуры, и особенности биогра- фии мастера определили роль, которую он сыграл в становлении нового стиля. От Лу- чано да Лаурана, среди произведений ко-
тор, и» прошла юность Браманте. он вос- принял красоту геометрически закономев- ной архитектуры, ясную гармонию, просто- ту и лаконичность выражения, роднящие этого мастера с Бруиеллеско; при посред- стве творчества Франческо ди Джорджо Мартини, также работавшего в Урбино Браманте приобщился к функциональной трезвости, тектоничности и могучей жиз- ненной силе тосканской архитектуры; в со- оружениях Альберти в Мантуе он смог оце- нить логику и силу языка античной архи- тектуры; общение с Леонардо да Винчи в Милане и Павии должно было укрепить в нем стремление к широкой и вольной трак- товке больших архитектурных масс, к орга- ничной связи между внутренним простран- ством и внешними объемами сооружения; наконец, ломбардская архитектура научила Браманте сочетанию различных материа- лов. использованию цвета и декора. По приезде в Рим Браманте непосредственно познакомился с памятниками античного зодчества, ощутил их грандиозный мас- штабный строй и монументальную вырази- тельность строго тектоничных и пластиче- ских объемов, изучил великолепную техни- ку купольных и сводчатых сооружений древних римлян. Таким образом, всем ходом своей пред- шествующей жизни и творчества Браманте был подготовлен к тому, чтобы в течение своей непродолжительной деятельности в Риме успеть сделать в каждой области ар-
19. Рафаэль. «Обручение Марии-, фрагмент Галерея Брера в Милане хитектуры — общественной, частной, куль- товой — существенный шаг вперед, завер- шая предшествовавшее развитие и намечая дальнейшее. Рафаэль Сантн, величайший живописец, работавший в Риме с Браманте, на протя- жении 1514—1520 гг., несомненно, был са- мым значительным зодчим Италии, Рафаэль (1483—1520 гг.) родился в Урбино — одном из культурных и художественных центров Италии. С 1500 г Рафаэль работал в мастерской Перуджино, где в 1504 г. написал «Обручение Ма- рии» («Спозалнцно», ныне в музее Брера в Милане) ; в 1505 г. переехал во Флоренцию, где выполнил много живописных работ. Точное время переезда Рафаэля в Рим не изве- стно. но в октябре 1509 г. он получил постоянную должность «апостольского живописца» при дворе папы Юлия II, поручившего ему расписать папские комнаты (станцы) в Ватикане. Станца, называемая делла Сеньятура. с фресками «Диспут», «Афинская ,'РИС 18>- «Парнас», и «Три добродетели» (1509—1511 гг.), и вторая станца, фрески которой изображают «Изгнание Элнодора», «Мессу в Боль- сене», «Освобождение апостола Петра из темницы» и «Встречу папы Льва I с Аттилой» (1511 — 1514 гг). были замечательным достижением монументального реализма в живописи и ее синтеза с архитектурой. Фрески третьей станцы исполнялись в значи- тельяои части учениками мастера по его рисункам, четвертую станцу. так называемую «Залу Констан- фХ' О5К*7-‘Г5ИИгг^'"ИКИ УЖе П0СЛе СМер™ Ра- А К пе₽“““ архитектурным произведениям Ра- К С,нт Элвджо Д«ьи Оре- fcn в цепкам ™ ' ’м" К,ПеЛЛ’ пМЬИ Агоствво JjjQr" ’ церкви Санта Мария дель Пополо (1512- 1Ю С 1514 г., после смерти Браманте, архитектурная назначен руководителем строительства собора св. Петра (с апреля 1514 г. — временно, с августа — при консультации Фра Джокондо, с июля 1515 г.— главным архитектором), участвовал в конкурсе на фасад церкви Сан Лоренцо во Флоренции, достраи- одновременно расписывая вместе с учениками его Много работ было выполнено Рафаэлем для Киджп: помимо участия в строительстве виллы «Фар- незина» (начата в 1509 г.; многие исследователи при- писывают ее полностью Рафаэлю) и в ее росписях («Триумф Галатеи», 1515; плафон с историей Пси- хеи, 1518), он построил в том же районе Трастевере еще несколько зданий, из которых частично сохрани- лись лишь конюшни на улице Лунгара. В последние годы жизни Рафаэля по его рисун- кам различными мастерами было построено не- сколько дворцов: палаццо Видони-Каффарелли; па- лаццо да Брешия н палаццо дель Аквила в Риме (окончены в 1520 г.); палаццо Пандольфиии во Фло- ренции (1516—1520 гг). Под Римом было начато строительство виллы Мадама (с 1517 г.). В августе 1515 г. Рафаэль, увлекавшийся с чо- памятников, был назначен вместо умершего Фра Джокондо хранителем римских древностей. Выросший под впечатлением урбинской архитектуры, в атмосфере преклонения пе- ред ее главным создателем, Лаураной (отец Рафаэля воспевал Лучано да Лаурану в стихах), Рафаэль, естественно, оказался ближе других к своему земляку и настав- нику Браманте, покровительствовавшему молодому художнику в Риме. Поразитель- но ранней зрелости Рафаэля как архитек- тора, несомненно, способствовали годы, проведенные во Флоренции, где он позна- комился с работами Брунеллеско и Альбер- ти и, встречаясь в доме Баччо д’Аньоло с Кронакой, Джулиано и Антонио да Сангал- ло Старшим, впервые приобщился к изу- чению Витрувия и античности. Интерес Рафаэля к архитектуре про- явился прежде всего в его живописи. Ро- тонда, занявшая такое важное место в «Обручении Марии» (рис. 19), показывает, с какой поразительной легкостью молодой художник мог дать новое воплощение меч- ты о совершенной центрической постройке, так занимавшей воображение его современ- ников. Рафаэль обогатил этот образ, впер- вые подчеркнув его главенствующую, упо- рядочивающую роль в окружающем про- странстве. Ротонда «Обручения», архитек- турные качества которой особенно ярко выявляются при сопоставлении ее с ротон- дой на фреске Перуджино «Передача клю- чей», легко поднимается на шестнадцати-
травном ступенчатом осн™ пронизывает легкие аркады Воз«УХ пикая внутрь прос^рщаХ °АН0 пр°- сквозь интерьера; ротонда какКГ0СЯ на' чески вырастает из пейзажа ,? бы органи- пантеистическим по духу *бра^НЧИвая Развитие Рафаэля как ° „ можно проследить по архиТек™?ИТектора нам его ватиканских фресок ^Р ЫМ фо' связанных с композицией и7' ечательно Первой постройкой РафаэлТбыл' к о в ь С а н т Э л и д ж о д е л и О „ Ц* Р‘ чи (рис. 20). заказанная ему цехо? ? ” ‘ ских ювелиров. Это небольпт/ рим' форме греческого крестГХа? родственных по композиции церквей ,и?’ чительно большим отношением высоты ™ мешения к его ширине (высота под '"°’ лом равняется двум с половиной его дна’ метрам). Эта особенность подчеркивается также сосредоточением света в верхних частях, под сводами и в подкупольном б" рабане. Светлый интерьер поражает лако- ничностью и чистотой своих форм грани чащих с абстрактной геометрической схе- мой, но нигде не теряющих ни телесности ни ясного выявления их конструктнвно- ческая ЛЬсущностьКЦИЙ’ На"Ротив> тектони- основу ее архитект ПОСТРОИКИ составляет Особенно , ектУРного образа. наженность поп₽иаКТерна аскетическая об- поверхность котооП°ЛЬНЫХ арок' боковая архивольт/ ?Р свободна даже от логически отм/енен л0Г0 узкой полоской, пу пилястп Т ечающеи небольшому высту- ДаряХови™ УГЛаМ с₽едокРе"ия. Благо- ЖутсяУмовно °свещения эти полоски ка- апии л ° вычеканенными из серебра впечатлени1леСУТ Па₽уса' барабан и яупол', отХ легкости которых способ- Елин! уве,'ичение освещенности кверху Единственным украшением поверхности 20. Рим. Церковь Сант Элиджо дельи Орефичи. начата в 1509 г. Рафамв. Слева чертеж С. Перутш. 18»
21. Рафаэль. / — Рим. Палаццо Видони, 1515 г.; 2 — Флоренция. Палаццо Пандольфнни, 1520 г. купола являются тонкие буквы надписи вокруг отверстия под фонарем: «Ты, госпо- ди, воздвиг свод небесный, звезды; мы же — храм твой» (ср. подобное использо- вание надписи во дворе урбинского замка). Одновременно с церковью Сант Элиджо дельи Орефичи Рафаэль начал росписи знаменитых станц Ватикана и уже в «Афинской школе» создал архитектурный фон, передающий дух и общий характер (но не грандиозные масштабы) интерьера собора св. Петра в том виде, в каком он был задуман Браманте. Вслед за этим в церкви Санта Мария 22. Рим. Палаццо Видони. Фрагмент фасада (третий этаж надстроен позже)
почти не сужаясь в пХречнивд пХхо™0’ с помощью небольших парусов 'к б?п»кДИТ и довольно плоскому куполу. РафаэлюПриУ надлежит также вделанное в стену мпЛ™ ное надгробие и мозаика в куполе' иЯ’- картону ПЛаНетЬ1’ выполненная по его Отделка интерьера капеллы, хорошо видимого из главного нефа церкви от ко торого она отделена только низкой балю- с| радой, очень богата и выполнена из цвет- ного мрамора. В области дворцового строительства Рафаэль первоначально развивал новый композиционный тип, созданный Браманте в его собственном доме. Таково палаццо Видони (Каффарелли), спроектирован- ное согласно Вазари Рафаэлем в 1515 г. и строившееся Лоренцетти. Здание перво- начально имело лишь семь осей и, следо- вательно, ясно выраженную центральную ось (рис. 21), но позднее оно было значи- тельно развито в длину и надстроено. Первоначальный план не известен. Фасад отличается от своего прототипа тем, что во втором ярусе вместо полуколонн приме- нены трехчетвертные колонны, из-за кото- рых выступают углы лопаток1, а над окна- ми сделаны заглубленные филенки, вслед- ствие чего плоскость стены в интерколум- ниях потеряла свой спокойный характер. Известное усложнение форм в результате такого расширения архитектурных средств компенсируется объединением пьедестала под парными трехчетвертнымп колоннами, а также руста нижней части, в котором исчезли вертикальные разрывы между кам- нями (рис. 22). Этот элегантный, но име- ющий оттенок манерности прием руста, по-видимому, применен здесь впервые. В целом фасад получил более парадныи и праздничный вид. Но при его оценке не- обходимо помнить, что не только третий этаж, но, возможно, и профилированные наличники цокольного этажа относятся к более позднему времени. К этому же типу относится и фасад до- ма Я. да Брешия, рельеф которого уменьшен в соответствии с малой шириной улицы (Виа Борго Нуово, вблизи Ватика- на): вместо полуколонн здесь пилястры, также связанные со стеной лопатками. 23. Рим. Палаццо дель Ахвила. Рафаэль. По ре- конструкция Геймюллера Тип дворца, впервые разработанный Браманте в Риме и развитый Рафаэлем, несколько позже был повторен н во Фло- ренции (трехэтажное палаццо Угуччони1 на площади Синьории), а затем многооб- разно варьировался в Вероне учеником Бра- манте Микеле Санмикели (стр. 263). В палаццо Джованн и-Б ат исты дель Аквила в Риме был намечен совершенно новый тип дворцового фасада . Здесь, как и в доме Браманте, был выделен первый ярус (включавший и промежуточ- ный этаж над лавками), но вместо мошной рустованной кладки он был обработан, как ордерная аркада (рис. 23). Огромные окна главного этажа, выде- ленные на фасаде в соответствии со старом римской традицией, выступали со своими балюстрадами к самому обрезу стены над аркадой, как и расставленные между ними ' Возможно, что оно было построчно архитек- тором Мариотте ди Цаноби Фольви по рисункам Ра <*>а,Л»ИВозведенное вблизи собора св. Петра и снесен- ное в XVII в. при строительстве берннииепоА колон .....................ц................и
24. Флоренция. Палаццо Паи- дольфини. Рафаэль статуи. Несмотря на дополнительные го- ризонтальные членения стены, разнообра- зие формы и размеров оконных проемов и богатство стукового рельефного декора, верхняя часть фасада воспринималась как единая плоскость. Этому способствовал и раскрепованный антаблемент, связывавший сандрики окон со стеной и ее декором (вы- полнен, как и статуи, Джованни да Удине). Рельеф постепенно уменьшался к верху фасада, так что композиция развивалась, как обычно —снизу вверх1. Богатый, но легкий карниз на консолях был увенчан, • фкслде палаццо Массими получила иную трактовку (сто 1921 ’ возможно, первой по времени, сплошной балюстрадой, которая в данном случае вызывала представление о террасе и под- черкивала открытый характер дворца. Праздничный облик дворца с доведенным до предела насыщения декором отражал новые придворно-аристократические вку- сы, наметившиеся в то время в высших кругах итальянского общества (идеалы которых выразил Кастильоне в своем «Придворном»), Палаццо Пандольфини во Фло- ренции, строившееся Джан Франческо Сангалло по рисункам Рафаэля, на угловом участке, в районе садов, представляет со- бой еще один новый тип жилища — пере- ходное звено между дворцом и богатым
городским ДОМОМ-особнякпм мени. синяком нового вре- в отличие от флорентийских u предшественников палаХ п римскях более скромно по стпоитмкПаНДОЛЬФини Жилые комнаты наХк^Х' °бъему' бельэтаже, но и в первом этаже г К° В ны сада, разбитого на месте X ' 0 стор°- двора, куда они раскрывают™ диционн°го ной арочной лоджией ЛиХныХ?™”’ въезда с главной улицы сад тпЯКТРЯМ0Г0 как органичный элемент жил«йТ₽актовался Ои биннои части участка тяиж. глу' мере занятой садом, но’ приспособле“и для хозяйственных нужд ной и ван на одну из улиц, более важную причем в композиции смело сочетается полная асимметрия общих объемов и симметрия первого этажа с центрально расположен- ным входом, что дало исследователям по- вод говорить о незаконченности сооруже- ния. Между тем подобное сочетание не слу- чайно: намек на симметрию отражает об- щее для того времени понимание центрич- ности, как средства придания достоинства и строгости постройке, тогда как смещение объемов сооружения к углу отражает новые тенденции к более органичной связи соору- жения не только с индивидуальными осо- бенностями участка, но и с его расположе- нием в городе (рис. 24). Двухчастное членение фасада придает архитектуре здания крупную, «героиче- скую» масштабность (утерянную в много- численных уменьшенных репликах палац- цо). Новой чертой является то, что оба яруса фасада получили однородную внеш- нюю обработку и одинаковые большие окна. Это важный шаг в развитии ренессан- сного палаццо, для которого характе- рен все больший отход от средневековой недоступности и все большее сближение с реальным городским окружением (ср. фло- рентийское палаццо первой половины XV в., столь же недоступное, но уже более граж- данственное палаццо Канчеллерия и, на- конец, римские дворцы начала XVI в. с бо- лее открытым характером их бельэтажа и расположенными в цоколе лавками). Ши- роко раздвинутые, богато обрамленные окна составляют важнейший элемент фа- сада, что в сочетании со спокойной поверх- ностью гладкой оштукатуренной стены простоты Великолеп а₽°ДН0И' сде₽жанной Фризом его vKoan"^ КарИИЗ С и,ирокнм стованные углы’и X Надпись>- РУ’ Украшение ctXi м Р составляют все да создаете! “лМо,нументальность фаса- каждого окна °С°“бленнои постановкой втппогп окна и сильным отступом стены ления окпиУСа’ благояаРя которому обрам- ный хаоактеп пУЧаЮТ ВВе₽ху более обХ- лоннамн ДР' ИЛЯСтры сменяются полуко- балюсХдли уступающие пьедесталы- ус?“пе«ены балконов’ покоящихся на р-жЛп»?.а/^а Да м а' проектировавшаяся Рафаэлем (возможно с 1517 г.) по заказу яаРдинала Джулиано Медичи, строила™ на обращенных к Риму склонах холма Мои- I', аряо' к севеРУ от города, и должна была получить связь с Ватиканом посред- ством прямой улицы. Используя приемы композиции античных императорских вилл и терм, Рафаэль создал здесь новый тип виллы для кратковременного отдыха вель- можи среди природы. Великолепный план, о котором с востор- гом сообщают современники, охватывает широко задуманный ансамбль, спускавший- ся террасами к Тибру. На верхнем уровне помещалось само здание виллы и откры- тый театр (не был выполнен), устроенный по примеру древнегреческих прямо на скло- не. На средней террасе были разбиты сады, на нижней—устроены конюшни. Плодовые сады и виноградники, среди которых про- ектировался ипподром, спускались до са- мого Тибра. Замысел осуществлялся Рафаэлем со- вместно с Джулио Романо и Джованни да Удине. Комплекс виллы, разрушенный в 1527 г., был частично закончен лишь к 1538 г., когда здесь поселилась дочь импе- ратора Карла V, Маргарита, от которой вилла и получила свое название. От Рафаэля сохранились части главно- го здания и примыкающий к нему партер- ный сад, разбитый на субструкциях, с ко- торых и было начато строительство. Здание включает расположенную полу- кругом и обработанную ордером стену, ко- торая в большинстве дошедших до нас ри- сунков виллы рассматривается как часть круглого двора (так и не законченного — предполагаемого центра симметричной композиции). Выполненная часть здания составляет лишь одну ветвь композиции.
Вход посредине полукруглой стены ве- дет в большую трехпролетную лоджию; кроме нее. в построенной ветви виллы имеется лишь несколько комнат. Окружен- 25. Рим. Вилла Мадама. Общий вид, двор и подпорна» стена висячего сада с бассейном ное с трех сторон крупными нишами, пере- крытое в среднем пролете куполом, а в боковых —крестовыми сводами, это поме- щение стало знаменитым благодаря велико- лепной отделке, использующей все пласти- ческие возможности стены и сводов, изы- сканную лепку из стука (Джованни да Удине) и тончайшую роспись (Джулио Ро- мано) (рис. 27). При помощи трех (ныне застекленных) арок лоджия открывается на партерный сад. Закрытый с одной стороны подпорной стенкой с экседрами, с другой — повис- ший, словно балкон над склоном, обращен- ным к долине Тибра, этот сад сменяется другим, менее геометричным по планиров- ке. Поперечная стена с проемом разделяет эти сады, превращая их как бы в открытую анфиладу. Лестницы по концам первого сада соединяют его с прямоугольным бас- сейном на нижней террасе и расположен- ным под сводами нимфеем. Особо надо отметить роль Рафаэля в формировании нового стиля архитектурной декорации, так называемого «гротеска». Это название происходит от «гротов», вскрытых раскопками Рафаэля и других архитекторов древнеримских помещений, роспись которых и послужила прототипом для мастеров Возрождения. Росписи та- кого рода были введены Рафаэлем в лод- жиях ватиканского двора Сан Дамазо, где им вместе с учениками была отделана галерея, состоящая из двенадцати сводча- тых ячеек, а также в садовой лоджии виллы Мадама. Все стены, ниши, своды и купола этих помещений были покрыты великолепным стуком, на фоне которого развивались раз- нообразнейшие сочетания геометрического и растительного орнамента, оживленного фантастическими животными, птицами, амурами и включающего отдельные тема- тические живописные вставки и архитек- турные фоны. В лоджиях Сан Дамазо серия этих вставок иллюстрирует библей- ские сцены, выполненные, однако, не Ра- фаэлем, а его учениками. Здесь, и особен- но в садовой лоджии виллы Мадама, Ра- фаэль, сочетая рельеф из стука и роспись, развил эти приемы в целостную систему, служившую не только для украшения по-
27. Рим. Вилла Мадама. Роспись свода как один из мастеров высокого Возрожде- Перуцци (1481—1536 гг.) родился в Сиене, где расписал, вероятно в качестве помощника Пинту- риккио. капеллу Саи Джованни в соборе (1501 г.) и построил дворик оратории св Екатерины. Первый период пребывания в Риме (1503— 1527 гт.) он начал с изучения и зарисовок античных памятников Перуцци были выполнены многочислен- ные живописные, архитектурные и декоративные ра- боты роспись капеллы в церкви св. Онуфрия (вме сте с Пьетро д'Аидреа из Вольтерры), строительство виллы Фарнезина 11509—1511 гг.) и роспись зала во втором ее этаже, фасад церкви Сан Пьетро ин Мон- торио, роспись капеллы Понцетти в церкви Санта Мария делла Паче (1516—1517 гг.), модель купола собора и укрепления в Карпн (1515—1520 гг.), проект церкви Сан Джованни деи Фьореитинн (участие в конкурсе 1520 i ), рисунки костюмов н декораций для представления комедии «Каландры» (1520 г), рисунки и модель фасада собора Сан Петронио в Бо 110 лонье (1522 г.), строительство виллы для кардинала Тривульцио вблизи Тиволи (1521—1524 гг), планы замка Капраролы (те же годы), строительство па- лаццо Спада (1523—1530 гг.) иОссоли (около 1525 г.) в Риме. С 1520 г. Перуцци был назначен коадъютором строительства собора св. Петра. При разграблении Рима Перуцци был взят в плен и выпущен за выкуп, после чего возвратился в Сиену, где был назначен главным архитектором рес- публики (с июля 1527 г.) и работал над строитель- ством укреплений и собора (с 1529 г.). С 1534 г. Перуцци был назначен главным архи- тектором собора св. Петра и начал строительство палаццо Массими (1535 г.). В Монтепульчано он строил палаццо Риччи и Контуччи. По сообщению Вазари, Перуцци начал книгу о римских древностях и комментировал Витрувия. Наиболее важное для истории произве- дение Перуцци — палаццо Массими — как хронологически, так и стилистически
не укладывается в рамки nu., , туры 1500-1520 ' г К последней6а₽ХИТеК' рочно можно отнести только " 6 Огов°- (но не росписи) виллы Фар °зиРJTyPy церкви Сан Пьетро ин Монторио (ихотп^ буция не бесспорна). р 'их атРИ- Во всяком случае архитект«пил честно Перуцци, при всем его к™ Т°Б ном мастерстве и ^ркойХб"ытнТйТ однородно по характеру и рано отразило первые признаки новых вкусов и требова нии сложившихся уже в 1530-х годах Первая архитектурная работа Перуц- ци—дворик оратории св Екате р и н ы в Сиене, легкая аркада которого со стройными колоннами на высоких поста- ментах выполнена еще целиком в духе си- енского кватроченто. Стремление к легко- сти и изяществу форм, воспринятое Перуц- ци в юношеский период, сказывается и в его первых римских постройках, несмотря на то, что там он непосредственно соприка- сался с основоположниками «классическо- го» стиля Возрождения, работая у Браман- те и возводя по планам Рафаэля церковь Сант Элиджо. Наиболее значительной работой Перуц- ци во время первого пребывания в Риме является вилла Фарнезина, в связи с которой его имя называют наряду с име- нем Рафаэля (рис. 28). На основании косвенных данных и сти- листического анализа одни ученые считают автором виллы Рафаэля (Виллих и др.), другие — Перуцци (Делогу, Вентури). Недо- статочно органичная связь помещений и некоторое несоответствие внутренних и внешних членений здания, свидетельствую- щие, по мнению Виллиха, о несомненном авторстве художника, т. е. Рафаэля, в та- кой же мере могут свидетельствовать в пользу Перуцци. За авторство Перуцци говорит ряд со- ображений. Представляется весьма есте- ственным обращение Киджи, сиенца по происхождению, к своим двум землякам архитектору-живописцу Перуцци и живо- писцу Содоме. Возможно, что при всем же- лании мецената привлечь к строительству виллы Рафаэля (выполнявшего для него ряд работ), это не удавалось в период его интенсивной работы в Ватикане. Это под- тверждается датировкой важнейшей бес- спорной работы Рафаэля в вилле Фарне- зина — фрески «Триумф Галатеи» (на сте- не зала второго этажа), выполненной в 28. Рим. Вилла Фарнезина, с 1509 г. Перуцци 1515 г. Между тем другие важнейшие жи- вописные работы в вилле, принадлежащие Перуцци, Содоме и Себастьяну Лучани, были исполнены еще в 1512 г. (в отделке интерьеров виллы, законченной, по-види- мому, к 1519 г., участвовали также Джу- лио Романо, Франческо Пенни и Джованни да Удине). Сценически эффектная связь компози- ции и пейзажных росписей второго этажа с окружением также указывает на Перуц- ци, много работавшего над декорациями. Вилла, получившая свое позднейшее наи- менование от кардинала Александра Фар- незе, который приобрел ее через 18 лет по- сле постройки, расположена в садах (в ту пору более обширных) на правом берегу Тибра. Ее П-образный в плане двухэтаж- ный объем повернут боком к реке и обра- щен в сторону сада. Благодаря лоджиям, устроенным в центральной части здания и со стороны реки, а также необычно низко- му цоколю, внутренние помещения теснее связывались с садом. Эти лоджии или га лереи, закрытые окнами лишь значительно позднее и расписанные Рафаэлем с его учениками, были главными помещениями виллы, так же как и большой зал второго этажа, украшенный фресками Перуцци. иллюзорно изобразившего дополнительные 191
29. Рим Палаццо Массами, с 1535 г. Перуцци проемы с видимыми сквозь них пейзажами окрестностей Рима. Плоские широко расставленные пиля- стры и легкие наличники окон придают лег- кость гладким, не расчлененным рустовкой стенам виллы. Эта вилла, впервые совмещавшая чер- ты городского дома и загородной резиден- ции. создает новый архитектурный образ. Отличие его от образа типичного римского палаццо проявляется в связи всей компози- ции с окружением, в общей легкости ее стройного облика, в контрасте между плос- костностью постройки и светотенью, созда- ваемой выступающими крыльями и лод- жиями (до того, как их проемы были за- крыты).Значение этих особенностей виллы, недооцениваемых историками, раскрывает- ся при сопоставлении с последней работой мастера — палаццо Массими. Палаццо Массими в Риме (рис.29, 30) построено на закруглении улицы, кото- рое повторено изогнутым фасадом. Плани- ровка сооружения, включившего остатки разрушенного в 1527 г. старого дворца и вписанного в тесный, неправильной формы, резко сужавшийся в глубину и разветвляв- шийся участок, свидетельствует о перво- классном мастерстве Перуцци, сумевшего найти возможности для создания целостной композиции, вынужденная асимметрия ко- торой кажется настолько закономерной, что не сразу осознается. Вместо обычного большого двора Пе- руцци пришлось сделать два маленьких. Первый из них, с трех сторон застроенный помещениями и портиками (лоджиями), с четвертой замкнут стеной, обрывающейся (для доступа света) у второго этажа и обо- гащенной (в соответствии с остальными сторонами) глубокими нишами, скульпту- рой и фонтаном. Великолепная отделка по- толков в лоджиях и игра света и тени пре- вращают двор в парадный дворцовый холл (рис. 30). Второй, совсем уже крохотный, дворик перед конюшнями и другими служ- бами является световым колодцем и снаб- жен выходом на маленькую улицу позади дворца. Элегантный изогнутый фасад был осо- бенно эффектен на некогда узкой улице.
Основой его сив»» является противопоставХиеЙ Ком"<»ИЦИи верхней части стены перВомИ® пл°«остной оо.анному попарно располож» ЭЖу' °бра- кнми пилястрами по с?оро^ "ИЫ“И плос' парными колоннами, давшими ? В ЦентРе ва ины миД деталями 3 Х^ьероГ^0^0' ных в классическом стипо Кп выполиен- фаэля, во Дворце п0лучИлРиаМ„аНТе И Ра‘ развитие и новые черть/лишь „!?Нейшее в вилле Фарнезина и сближаю, и ННЫе оружение с произведениям^ «мХ* ЭТ° со’ (см. ниже): это прежде и™ МаньеРистов» связать композицию сооруженияТособ""6 костями его расположения па улИце ° визировать его воль це и акти’ ского пейзажа ^развит ”оХ^Гпо глубинной оси, сменившее ее статеское построение вокруг двора; усложненной композиции (проявившаяся/ например в дворовых фасадах), сочетающаяся со ст’ре млением к лаконичности и контрастности (в главном фасаде). Наконец, естественно- му развитию композиции фасада от осмо- вания к карнизу здесь, впервые в tv эпо- ху, противопоставлена подчеркнуто’тяже- лая масса здания, сдавившая ордер перво- го этажа. Эта особенность, резко изменя- ющая характер дворца, свидетельствует о том, что идеал спокойного, словно выраста- ющего из своего основания сооружения уступал место стремлению к внутренней ди- намике и к противопоставлению покоящих- ся и напряженно несущих частей. Некоторые черты палаццо Массими свойственны также расположенному почти напротив него палаццо Линотта, на- зываемому также Леруа (по имени заказ- чика, французского представителя при пап- ском дворе), которое, думается, следует поэтому отнести к произведениям Перуцци. хотя его часто приписывают (без достаточ- ных оснований) Антонио да Сангалло Младшему (стр. 209, рис. 4, 5). Как и в палаццо Массими, мастер проявил боль- 1 Характерно, что еще за 10—15 лет до строи- тельства палаццо Массими дворец неизменно проти- вопоставлялся своему окружению. Даже Браманте. пробивая новую улицу папы Юлия, представлял себе ее ансамбль как гармоническое сосуществование обособленных, независимых от окружения архитек- турных организмов — см. его проект папского трибу- нала. Подобное понимание ансамбля проявилось н в архитектурных пейзажах кватроченто (стр. 109) 30. Рим. Палаццо .Массими. |>бщнй вид и первый двор
шую изобретательность в расположении частей дома на тесном участке, крохотный дворик — точнее световой колодец, обрам- ленный с трех сторон помещениями, здесь также играл роль парадного холла; глав- ный фасад, выходивший в узкий переулок, был строго симметричен (угловая лоджия, нарушившая эту симметрию, относится к более позднему времени). Творческое наследие Перуцци, его мно- гочисленные зарисовки, проекты и особен- но эскизы архитектурных декораций оказа- ли широкое влияние на последующие поко- ления архитекторов благодаря трактату Серлио, для которого они послужили ис- ходным материалом. Концентрация лучших творческих сил Италии в Риме, единственном из ее горо- дов, не испытывавшем экономического упадка, в сочетании с огромными средства- ми, которые папы тратили на украшение своей столицы, превратили Рим в культур- ный и художественный центр страны, по сравнению с которым Флоренция отошла на второй план. В Риме строили теперь не только папы, все еще мечтавшие сделать город столицей всего христианского мира, но и вся верхушка римского общества. По- скольку в ней сильно возрастал удельный вес представителей старой знати и новой олигархии из саных различных областей Италии, вкусы частных заказчиков и тре- бования. предъявляемые ими к зодчеству, также значительно усложнились и не укла- дывались более в рамки местных архитек- турных школ. Рим превратился в своего рода архитектурно-художественную лабо- раторию, где разнообразные достижения дотоле разрозненных очагов художествен- ной деятельности были сплавлены в обще- итальянский стиль, основы которого были заложены Браманте и развиты Рафаэлем вместе с группой окружавших их зодчих и художников. Формирование этого стиля завершило вековое развитие итальянской архитектуры и знаменовало зрелость всех ее элементов. Любовь к детали и перегрузка декором, характерные для архитектуры пестрого XV в., уступали место ясности построения. Зодчие поняли, что отсутствие деталей (или ограниченное их применение) и выявление в постройке важнейшего лишь усиливает ее выразительность. Внешний облик сооруже- ны ния становится проще, тогда как право на декоративную роскошь интерьера сохра- няется. Но и в нем конструктивная основа получила определяющее значение (ср. ин- терьеры церквей Санта Мария деи Мира- коли в Брешии и Сант Элиджо в Риме). Со времени Бургхардта принято под. черкивать ведущее значение для архитекту- ры Возрождения устоявшегося набора ар- хитектурно-художественных средств антич- ности. В действительности это не совсем так. Зодчие Возрождения получили от своих предшественников богатый хорошо артикулированный «язык» архитектурных форм, полных ясного тектонического смыс- ла. Однако начав с применения этих форм в качестве элемента декора (что особенно ощутимо в Венеции и Ломбардии), они по- степенно научились пользоваться ими более сознательно, целеустремленно и вместе с тем свободно, сочетая их с приемами и формами, выработанными в народном зодчестве различных районов Италии. Имен- но на основе этой сложной связи и рож- дался новый художественный язык италь- янской архитектуры. Без этой связи он не мог стать основой национального стиля, не мог бы так свободно перейти из работ ве- дущих зодчих в рядовую массовую застрой- ку итальянских городов, выполнявшуюся безымянными мастерами-ремесленниками, Пользуясь этим языком, они умели достичь неповторимого своеобразия в архитектур- ном образе каждого сооружения. И все же наряду с исключительной индивидуали- зацией каждого отдельного объекта все сооружения эпохи имеют ярко выраженные объединяющие их стилистические черты. В основе этого стилистического единст- ва лежит не только возрождение форм античной архитектуры, воспринимавшейся тогда как исконное историческое наследие народа, но органический сплав античного, средневекового и современного народного зодчества, отразивший глубокое чувство преемственности, характерное для всей ар- хитектуры Италии. Общеитальянское значение сложившего- ся в Риме архитектурного стиля проявилось и в быстроте, с которой он распространялся и получил признание. Это можно просле- дить, например, на центрических церквах, строившихся на рубеже XV и XVI вв. по всей Италии, а на севере особенно ярко отразивших местные традиции и одновре- менно влияние Браманте.
31. Центрические постройки конца XV в. 1 — Павия. Церковь Санта Мария Короната (ди Канепаиова), 1492 г: 2 — Лоди. Церковь Санта Мария Инкороната, 1488 г.; 8 — Крема. Церковь Санта Мария делла Кроче, 1490-1500 гг. Такова церковь Санта Мария Инкороната в Лоди, начатая в 1488 г. местным мастером Баттаджо, дове- денная до конца Дольчебуоно и Лаццаро Палаццо и увенчанная в 1513 г. куполом Амадео (рис. 31). Годы рождения и смерти Джованни ди Доменико Баттаджо неизвестны. В 1465—1466 гг. он был занят строительством госпиталя в Лоди, в 1480 г. его имя упоминается в Милане, а с 1487 г. он начал строи- тельство названной церкви в Лоди, где был не толь- ко руководителем работ, но и исполнителем террак, > товых деталей. Около 1490 г Баттаджо участвовал в конкурсе на проект купола Миланского собора, в 1490 г делал зскизы для церкви Санта Мария делла Кроче в Крема. Восьмигранное пространство церкви, двухъярусное членение и пластическая рал- 196
42 Ходя. Церковь Санта Мария делла Консоляционе, 1508 г. Кола да Капрарола работка его стен почти буквально повто- ряют сакристию Сан Сатиро. Те же круп- ные арочные ниши в первом ярусе и парные 1Й6 арки второго яруса, раскрывающиеся gi проложенный в толще стены кольцевой об- ход, такие же изломанные в плане угловые пилястры. Не меньшее сходство с миланской са- кристией имеет и церковь Санта Ма- рия Короната в Павии (1492 г.), план которой приписывают Браманте (рис. 31). Свободно стоящая центрическая компо- зиция, усложненная четырьмя квадратны- ми капеллами, была еще раз использована Баттаджо для церкви Санта Мария делла Кроче в Крема (1490— 1500 гг.); изобильная деталировка в чисто ломбардском вкусе и венчающая барабан традиционная арочная галерея, скрываю- щая купол, свидетельствуют о глубоко укоренившихся эстетических склонностях этого мастера. В ряду других центрических сооруже- ний, появившихся в Милане и Ломбардии в конце XV и начале XVI вв., следует на- звать церковь Мадонна ди Кам- панья около Паланцы, церковь дел- ла Пассионе, построенную Кристофоро Солари, церковь Сан Маурицио в Милане, построенную Дольчебуоно и с о- бор в Комо (начат в 1519 г.), возведен- ный братьями Томазо и Джакопо Родари в декоративном стиле Амадео (но апсида, построенная Кристофоро Солари, имеет черты монументальности, свойственной со- оружениям следующего периода). К этому же кругу сооружений относится и капел- ла Тривульцио в Милане (1518г.), по- строенная Брамантино. Дольчебуоно Джан Джакопо (около 1440— 1504 гг.) — миланский архитектор. Вел работы в ми- ланском соборе (с 1472 г.); с Амадео выиграл кон- курс на проект купола (1490 г); с Браманте разра- батывал план собора в Павии (с 1488 г). Участвовал в строительстве павийской Чертозы и собора (до 1503 г.), церкви Инкороната в Лоди (1489 г.) церкви Сан Маурицио в Милане. Кристофоро Солари. прозванный Гоббо (около 1460—1527 гг), являющийся в большей мере скульп- тором. чем архитектором, принадлежит, в отличие от своего однофамильца Гуинифорте Солари, к по- следователям Леонардо и Браманте (см. стр. 148). Отправившись в 1489 г. в Венецию, он возвра- тился в 1495 г в Милан для работы над павийской Чертозой. В 1501 г. был назначен скульптором Ми- ланского собора. В 1512 г. выполнил модель двора церкви Санта Мария Прессе Сан Чельсо, а в 1513 г,— модель апсиды собора в Комо (с Томмазо Родари). С 1519 г. Кристофоро Солари был назначен архитек- тором Миланского собора. Бартоломео Суарди, прозванный Брамантино (около 1465—1536 гг.), работал главным образом в
Одним из наиболее простых и вместе с тем гармоничных примеров центрических сооружений этого времени является цер- ковь Санта Мария делла Консо- ляционе в Тоди (Умбрия, начата в 1508, в основном закончена к 1534 г.; рис. 32). Ее совершенно уравновешенная центрическая композиция, пожалуй, с наи- большей полнотой воплощает идеи, отра- зившиеся в рисунках Леонардо да Винчи. Строительство церкви, планы которой еще с XVI века приписывали Браманте, велось местным мастером Никола ди Мат- теуччо, прозванным Кола да Капрарола. Кола да Капрарола известей с 1494 г.; перво- начально он работал с Антонио да Сангал.то Стар- шим в Чивита Кастеллана (1494 г.) и в Непн (1499 г.) С 1508 г, —строил церковь в Тоди. В 1512—1515 гг перестраивал собор в Фолииьо. в 1518 г. руководил строительством укреплений в Порто Эрколе у Монте Арджентарио (по поручению Агостино Кнджи). В связи с затянувшимся строительством церкви в Тоди упоминаются имена Анто- нио да Сангал.то (Мл.). Перуцни, Виньолы, Алесси. Благодаря точному, на редкость стройно- му и ясному соответствию единого внутрен- него пространства и его архитектурной обо- лочки, свободной от всяких дополнитель- ных, затемняющих структуру деталей, со- оружение производит удивительно органич- ное впечатление. Первыми значительными памятниками нового стиля в Вероне. Падуе и Б ре - ш и и — в городах, судьба которых в XV в. отразила непрекращавшуюся борьбу меж- ду Миланским герцогством и Венецией и которые к концу этого периода приобрели под властью последней относительное спо-
Городских''пласте"1 иН0СТЬ' ~ бЫЛИЭДа- ХРранаяЮЩ(л1мНбе,<0Т0Р'“е локальные черты, декоративность а£дскля " вене«ианская) •Ж?Хтсь°е =СЬ ГОРЭЗДО тр- етей ясностью ст .новои для этих обла- "Й*®ЙЖГ“ НИИ основных поРещеЦн°йНимеРаСПОЛОЖе’ ный, праздничный пс ' еет элегант- писный мраморный ц,ЯРВенецианск" живо- бой и росписями (рпс ззл1 П0КРЫГЫЙ РеЗЬ- извечный’ПОД Лимеием°л; *йа"'"*скански1'1 монах. Вероне около 1433 г , р ^рЖОкон-’0. родился в ментальные свидетельств! о Z. в 1515 г- Доку- жениях отсутствуют ««полненных им соору- вия фра Джокондо занимался матемап.кой ВнТ»‘ пропорцш, мостами, военной архитектурой 7°риеГ| лення в Тревизо „ Падуе). Ему noiZ?«. (у1,реп- образные бастионы. УСОмршеистЦТные ^че' 'нкелв и Вобаном Им же была разоабоЛи’*Р Саи- ровна района Риальто в Венеции и гпгт2ТаН’ плаИн- ^-=Л=;г ния и₽оВеСет”сЯо^аОТ“ “ П₽^я Гза&"Д0 хранителя древностей. ₽ имал Должность Фра Джокондо, ОДИН ИЗ npnnurv г, телей и комментаторов Витрувия (rv?'™’ наверху фТсад7Годном%°ядуГ°со "статуям™ хг^окТт^с°тбвноарг:™ позиции фасада мягтрп п« РДер в ком- роль стене, а тем самым ”рвдает веДУШую ” ...... М ПЛАНОВ и подчиненные ей, служат зодчему для того чтобы ограничить по концам и отметить середину нижнего портика. Обработанный пилястрами столб посредине портика гово- рит о том, что мастер стремился не центри- ровать композицию, но подчинить ее окру- жению. Лоджия дель Конснльо в Падуе (рис. 34), начатая в 1498 г. Аннибале Мад- жи и оконченная на протяжении первой четверти XVI в., общим характером фасада из белого известняка явно напоминает традиции романского периода, определив- шие в значительной мере облик всего горо- да. Но композиция фасада уже переведена на язык античных архитектурных форм: верхний этаж расчленен пилястрами, под- чиненное значение которых по отношению к стене выражено в их широкой расстанов- ке и раскреповках. Палаццо Комунале (или Лод- жия) в Брешии (рис. 35)—наиболее строгое и монументальное сооружение этой группы. Начатое в последнем десятилетии XV в., оно было закончено лишь в середи- не XVI в. (возможно, при участии Сансо- вино) и перестраивалось в XVIII и XX вв. Мощные, широко раскрытые аркады глубокого портика (в отличие от двух упо- 36. Флоренция. Палаццо Бартолцнн, 1520 г. Баччо д'Аньоло
37. Монтепульчано. Церковь Мадонна ди Сан Бьяджо, 1518—1529 гг. Антонио да Сангалло Старший минутых выше сооружений) лишь чуть приподняты над уровнем площади. Пла- стика строго классических аркад усилена коринфскими полуколоннами и кругами в тимпанах арок, в которых были установ- лены бюсты римских императоров. Второй этаж здания, выполненный из белого мра- мора, имеет иной характер благодаря ли- зенам из цветного мрамора, а также тон- чайшей резьбе, покрывающей пилястры, фризы главного карниза и оконные налич- Наряду с этим в Брешии можно отме- тить и сооружения, в композиции которых нет тектонической ясности, а формы антич- ной архитектуры используются лишь как элемент изобильного декора. Такова церковь Санта Мария деи Мираколи в Брешии, построен- ная, как полагают, по проекту Антонио Пурленго (1488 г.; разрушена в 1944 г.). Своды и купола над четырехстолпным пла- ном распределены зодчим явно без пони- мания композиционных свойств этих форм: четыре купола акцентируют крайние ячей- ки по главным осям плана, тогда как его центр перекрыт таким же сводом, как и угловые секции. Отсутствие подчеркнутого пространственного центра в церкви лишило замысел единства. Удачнее другое произведение того же А. Пурленго —лоджия Монте ди Пьет а (ломбард) в Брешии (конец XV— начало XVI в.). Это сквозная аркада крытого перехода между двумя зданиями на пьяцца делла Лоджа. В этом изящном сооружении, облицованном белым и цвет-
ным мрамором И покрытом , резьбой, ломбардские традиции Л "чайшей метаются с венецианскими ЦИ Удачно со Флоренция была лучше п™ восприятию «классического» „имгТЛе"а к ля. свершившего начатые в ней сти' """ ’ ' "^•р.,)в, ВапТ°Ле1 Баччо д Аньоло, а также ввивал здесь ля семьи Сангалло Джан <ЬП„РеДСТавите Антонио Старший Ранческо и Баччо д'Аньоло (1462-1543 rr 1 ф1в„,„ , , архитектор и резчик по дереву С обходную галерею у основания купол, к с,ро|1л в соборе (.анта Мария дель Фьоре paKo?!'?™"" торой неоднократно прерывалась. В 1516 г• бш „Г влечен к проектированию фасада для непк? Т’ Лоренно и выполнит по рисункам «„UephB Сан его деревянную модель. ,о Т""Жел0 несколько дворцов Небольшое палант г ореиции <"9 ГГ- ₽"С- Л Антонио да Сангалло Старший прини- мал деятельное участие во многих крупней- ших архитектурных начинаниях конца XV и начала XVI столетий. Антонио Джамбертн да Сангалло Старший (1455- 1534 гг ) — брат Джулиано —архитектор, скульптор инженер, родился во Флоренции, умер там же. Как архитектор и инженер долгое время работал вместе с братом, а затем самостоятельно, главным образом во Флоренции и других городах Тосканы Основные архитектурные работы: церковь Сантиссима Аннун- циата в Ареццо (1506 г). лоджия на площади Сан- тиссима Аннунциата во Флоренции (1517 г.), цер ковь Мадонна ди Сан Бьяджо в Монтепульчано (1518—1529 гг.) II каноннкат при ней (1529 г.) В Монтепульчано нм выстроены также (с 1518 г.) дворцы: Таруджи (или палаццо Нобиле). Контуччи. Червини. дель Пекора, а также фонтан на главной площади и рыночный портик; в Монте Сан Савико — палаццо Комунале. Из многочисленных фортифи- кационных построек мастера наиболее важна кре- пость в Чивнта Кастеллана. законченная Антонио да Сангалло Младшим. Одной из первых построек да Сангал- ло, в которой некоторые черты еще напо- минают о Брунеллеско, является церковь Санта Аннунциата в Ареццо, трех- нефная базилика с трехчастным нартексом, трансептом и куполом над средокрестием. Но массивные опоры купола, мощные ар- хивольты подпружных арок, тяжелые ци- линдрические своды центрального нефа и концов трансепта, отсутствие концентриче- ских арок, дифференцирующих и облег- чающих плоскости стен, делают архитек- турный облик интерьера церкви более тя- желым, грузным, чем у Брунеллеско. Ор- дерные формы воспринимаются как мону- поддеожия» пластические членения стен, ддерживающих своды. легки»ЬИее сказался отход мастера от в иепквиХИМ»ТУ₽НЫХ формг- кп;1ТР°^..г., жп » м Мадонна ди Сан Бьяд- котпппМоктепУльчано, произведении, которое в хронологическом и в стнлистиче- u»tou 01"®ш,ениях принадлежит к первой четверти XVI столетия (рис. 37). „и„Гак *е' как и его брат Джулиано в церкви Мадонна делле Карчери в Прато. Антонио да Сангалло кладет в основу ком- позиции церкви равносторонний греческий крест. Однако, стремясь выделить один из фасадов как главный, зодчий удлиняет про- тивоположную входу ветвь креста с хором, завершая ее полукруглой апсидой с алтар- ным помещением; чтобы еще сильнее под- черкнуть значение главного фасада и ос- новное движение по продольной оси церк- ви — от входа к алтарю, фасад фланкирован двумя свободно стоящими (по средневеко- вой традиции) колокольнями в виде много- ярусных башен, завершенных восьмигран- ными шатрами (одна башня недостроена). Интерьер церкви при всей его простоте обладает большой пластической вырази- тельностью, которую сообщает ему слож- ная система горизонтальных и вертикаль- ных членений стен, сдержанность деталей и крупный масштаб архитектуры. Введение высокого барабана, одного из первых в архитектуре Возрождения барабанов не скрытых снаружи галереей, позволило не только хорошо осветить подкупольное про- странство. но и подчеркнуть центрическую собранность формы; выявить глубину под- купольного пространства, сделать объем- ную композицию церкви и ее силуэт более стройными. Безусловно, сильное влияние на Анто- нио да Сангалло имело творчество Браман- те. В проекте собора св. Петра Браманте можно видеть тот же прием квадратных многоярусных колоколен по бокам главно го входа, сферический купол в центре. В церкви Мадонна ди Сан Бьяджо по- лучил наиболее полное выражение крут идей, который был связан в первой четвер- ти XVI в. с разработкой проблемы цен грально-купольного храма и церковного фасада, в частности с собором св. Петра в Риме. Антонио да Сангалло участвовал в кон курсе на проект собора св. Петра в Риче, отстаивая и развивая идею центрической 3tn
38. Монтепульчано. Антонио да Сангалло Старший. 1 — палаццо Таруджи (или Нобиле) с 1518 г : 2 — палаццо дель Пекора. после 1518 г. композиции Браманте; у Браманте, веро- ятно. он заимствовал и прием расположе- ния башен по углам церкви. Дворцы, построенные Антонио да Сан- галло в Монтепульчано, дают наглядное представление об изменениях, происшед- ших в этом архитектурном типе (рис. 38, 39). Большинство построенных Антонио да Сангалло городских особняков имеет два этажа. В отличие от богатых флорентий- ских палаццо, их планировка более скром- на — нередко отсутствует внутренний двор, жилые помещения владельца и его семьи находятся главным образом во втором эта- же по соседству с парадными помещения- ми. В этом сказывается более скромный жизненный уклад светской и духовной зна- ти небольшого провинциального городка. Тем разительнее архитектурный кон- траст представительного и подчеркнуто светского облика этих небольших сооруже- ний с суровыми флорентийскими палаццо раннего кватроченто. Он достигается стро- гой «классической» композицией фасадов, широко использующей античную ордерную систему (в том числе и «большой» ордер, охватывающий два этажа), применением сильно выступающих ордерных наличников окон и дверей, четко проведенной града- цией рустованной кладки облегченных кверху стен, словом, всем арсеналом средств архитектурной выразительности, почерпну- тых из античного римского зодчества. Таковы палаццо дель Пекора в Монте- пульчано и палаццо дель Монте (там же), второй этаж которого расчленен ордером 39. Моитепульчаио. Палаццо Таруджн (или Нобиле) и палаццо Червини
ионических пилястр на пьелвгт,» ,иию Нобиле в МонтепульчаноаХппВ Па' широкие, раскрытые на Уулицу ДДДены лоджии на первом и третьем этажа ?Ые нис снизу доверху расчленено ордером^’ лястр и ордерными столбами, раскрепован иыми по всей их высоте вплоть до₽вадчаТ шего карниза. По характеру архитет™ близка к палаццо Нобиле другая ка мастера в Монтепульчано — каноникат Церкви Сан Бьяджо. Антонио да Сангалло Старший не был архитектором переходного периода, как его брат Джулиано, в чьих произведениях еше не завершилась борьба новых и старых тен- денций. Его творчество отличается большой цельностью и должно быть отнесено к зре- лому классическому стилю Возрождения.
ГЛАВА III АРХИТЕКТУРА ИТА Л И И 15 2 0— 1 580 гг. I. АРХИТЕКТУРА РИМА Поступательное развитие передового итальянского искусства и архитектуры об- рывается в XVI в. под влиянием давно на- зревших исторических перемен. Экономиче- ский упадок Италии, не выдержавшей кон- куренции с молодой промышленностью североевропейских стран и оставшейся в стороне от новых путей мировой транзит- ной торговли, политическая раздроблен- ность страны, сделавшая ее легкой жертвой иноземных завоевателей. — все это положи- ло конец свободным республикам итальян- ских городов, вместо которых возникли не- большие государства монархического типа. В экономике, а вместе с тем и в обществен- ной жизни значительно укрепились позиции реакционно настроенных крупных феода- лов-землевладельцев. Социальные достиже- ния городских коммун исчезли под напором нараставшей феодальной и церковной реакции, а передовая демократическая идеология вытеснялась новой аристократи- ческой культурой, складывавшейся при дворах абсолютистских властителей. Естественно, что политические условия не замедлили сказаться и на итальянском зодчестве. И хотя свойственные ему про- грессивные тенденции вовсе не были полно- стью сломлены, оно обнаружило признаки глубокого внутреннего перелома. В отличие от функциональной, идейной и стилистиче- ской однородности итальянской архитекту- ры в первой четверти XVI в. ее дальнейшее развитие представляет собой сложный и противоречивый процесс, по-разному про- текавший в главнейших центрах строитель- М ной деятельности 1530—1580 гг., — в Риме, Флоренции и Венеции. Этот перелом наступил ранее всего в средней Италии, где был отмечен двумя трагическими событиями: разграблением Рима («Сакко ди Рома», мая 1527 г), за- хваченного испанскими солдатами и немец- кими ландскнехтами германского импера- тора Карла V. и гибелью Флорентийской республики, восставшей против деспотиче- ского правления Медичи, поддержанного той же армией. Катастрофа 1527 г. нанесла непоправи- мый удар культуре Возрождения в Риме. Отныне папство в политическом отношении ничем не отличалось от других феодальных властителей Италии, находившихся под контролем Габсбургов. Но вынужденное примириться с крушением своих политиче- ских притязаний папство тем сильнее стре- милось укрепить свое могущество в каче- стве духовного руководства католической церкви и желанного идеологического союз- ника абсолютизма в борьбе с Реформацией, под флагом которой нарождавшаяся бур- жуазия все громче и громче заявляла о своих правах в разных концах Европы. Борьба с протестантизмом отныне опре- деляла и политику Рима, и формы господ- ствующей идеологии. Учитывая опасное влияние новых идей на сознание народных масс, задыхавшихся под пятой итальянских и иноземных деспотов, высшая иерархия принимала решительные меры для того, чтобы приспособить католицизм к новым условиям, найти новые, более действенные методы религиозной дисциплины и пропа- ганды. Была проведена реорганизация цер-
кви. укреплявшая ее мощный пей ванный аппарат с папой во ГЛа« ? И3°’ । шейная постановлениями ТпипЛ, и завеР- ( бор.. (1545—1563 гг.).Ив™лСаКс°ьГ0С0- ' тельность инквизиции, установи™.!» дея’ кую духовную цензуру Уи 1^"’ 1 первый список запрещенных книг п 559 г рекой пропаганды католичества иfin Т с его противниками был создан новый м? нашескии орден иезуитов (1540 м же превратившийся в международную” в’0У инствующую организацию, которая прони' кая во все поры общественной жизни пои' обрела огромное влияние на полиХ большинства католических государств и прежде всего на политику самой папской курии. Отныне на папском престоле восседали не вояки типа Юлия II и не гуманисты типа Льва X, а инквизиторы типа Павла IV испанца по происхождению. Со времени его правления, со второй половины XVI в., тон в Риме задавал испанский двор с его мрачным ханжеством и тупым церемониа- лом. По нему равнялись и дворы всех дру- гих итальянских властителей. Идеалом че- ловека стал уже не гуманист, а чопорный и чванливый, одетый во все черное испан- ский гранд. Изменялось место, занимаемое худож- никами и зодчими в обществе. Отошел в прошлое универсализм великих мастеров XV—начала XVI вв. Между учеными и художниками образовалась пропасть, от- ныне разделявшая глубоко чуждые друг другу специальности. Ученые либо возвращались в лоно уни- верситетов, где снова возрождалась сред- невековая схоластика, либо уходили в «под- полье», всячески стараясь скрыть от зорко- го глаза инквизиции свои научные инте- ресы, караемые как опасное вольнодумство. Художники и зодчие постепенно превраща- лись в придворных «маэстро» или «про- фессоров». которым научные изыскания старого Леонардо показались бы никчем- ными чудачествами и опасными забавами. В такой обстановке, начиная с 30-х го- дов XVI в., слагалась художественная культура Рима и его зодчество. Несмотря на то.’ что оно на первых порах разрабаты- вало прежние типы сооружений, было у ряно единое направление и глубинаi Л • но-художественного содержания, лар р ной чертой стало сосуществование и одно- временное развитие нескольких те бпки£.аиВ' еН"Й' школ>- обусловленных глу- оокими сдвигами во всех областях жизни и в мировоззрении общества. Жизненность гуманистических традиции Возрождения с наибольшей силой сохрани- м„ в творчестве старшего поколения, многие из этих мастеров покидали Рим и в поисках заказов и более благоприятной обстановки переезжали в Северную Ита- лию. Так, Джулио Романо, ученик Рафаэля, обосновался в Мантуе, Алесси, ученик Ми- келанджело,—в Генуе, Санмикели и Сан- совино, ученики Браманте, — в Вероне и в Венеции, где развивали передовые архи- тектурные традиции применительно к но- вым проблемам дворцовой архитектуры, общественных сооружений и ансамблей, подготовив почву для Палладио, единствен- ного представителя нового поколения, в творчестве которого архитектура итальян- ского гуманизма пережила свою последнюю предзакатную вспышку. Другие зодчие того же поколения, на- пример Перруци и Антонио да Сангалло Младший, возвратившись в Рим, пытались здесь приспособиться к новым требованиям, тогда как Микеланджело, творчество кото- рого само по себе представляет целое те- чение, непримиримо боролся за высокие идеалы своей молодости. Тяжело пережи- вая безнадежность этой борьбы, он отобра- зил ее трагизм, внеся в архитектуру новые, дотоле ей не свойственные, элементы на- пряженной пластической выразительности, скрытой динамики н драматического столк- новения внутренних сил. Архитекторы младшего поколения, фор- мировавшиеся уже во второй четверти XVI в. и позднее, в полной мере ощутившие последствия потрясшего Италию кризиса н нараставшей феодально-католической реак- ции, пытались уйти от противоречий жизни в замкнутую сферу утонченного эстетизма Обслуживая феодально-аристократическую верхушку, они строили преимущественно дворцы и виллы — изысканную архитекту- ру, внешне сохранившую признаки зрелого стиля Возрождения, но утерявшую его глу- бокое гуманистическое содержание. Зтн архитекторы (Вазари. Аммана™ и Буон- таленти) были особенно восприимчивы к подавлявшему их влиянию Микелаидже- то Они стремились к индивидуальной не- повторимости, субъективизму и оригиналь- ности своих сооружений, отдавая предпо- i чтение личному почерку или «манере» пе-
ред реалистически содержательными, но типически обобщенными, а потому и более единообразными приемами композиции «классического» зодчества начала века. Отсюда название «маньеристы», укрепив- шееся за этими мастерами, для которых характерны декоративно-стилизаторская деформация приемов и форм классической архитектуры, любовь к сценическим эффек- там (проявившаяся особенно сильно в виллах и садово-парковых композициях) и контрастное противопоставление всех эле- ментов архитектуры (подробнее о термине «маньеризм» см. стр. 48). Многие черты маньеризма можно на- блюдать и у других мастеров того времени. Не говоря уже о Джулио Романо, у кото- рого эти черты с течением времени настоль- ко усилились, что некоторые историки архи- тектуры не без основания причисляют его к маньеристам, — особенности этого тече- ния заметны даже у таких ревностных блю- стителей классических традиций, как Пе- руцци или Виньола. Последний вообще не подходит ни под одну из намеченных выше категорий. В этом, по-видимому, сказалось влияние окружавшей его обстановки: Винь- ола строил преимущественно в Риме, где в 1540-х годах аристократическая культура запоздалого патрицианского гуманизма и академической учености оказала сильное влияние и на архитектуру. В то время церковь и даже инквизиция еще относились терпимо к гуманистам, лю- бителям филологии и античной археологии, поскольку, разумеется, их деятельность оставалась в пределах этих узких интересов и не затрагивала общих вопросов мировоз- зрения и религии. Сохранялся и прежний тип мецената-гуманиста вроде кардинала Александра Фарнезе, покровительствовав- шего Виньоле и Вазари. В Риме наблюдался повышенный инте- рес к истории и археологии, стремление осмыслить возрождение античности и по- нять его исторические корни, попытка со- здать на основе истории и археологии тео- ретическое обоснование и каноны класси- ческого искусства. Таковы прежде всего вышедшие первым изданием в 1550 г. «Жизнеописания наиболее знаменитых жи- вописцев, ваятелей и зодчих», составлен- ные живописцем и архитектором Джор- джо Вазари. Это первая научная исто- рия искусств, для которой автор объездил всю Италию и собрал огромный докумен- 306 тальный материал. Она излагает историю мирового искусства как единый процесс развития реализма, завершившийся в не- досягаемых, по мнению автора, творениях Рафаэля и Микеланджело. Несмотря на многочисленные ошибки и пристрастные оценки, эта книга остается и поныне основ- ным источником для истории итальянского искусства за время от Чимабуэ, учителя Джотто, до Микеланджело: ее основная концепция оказала огромное влияние на позднейшую науку. Тенденция к историз- му и канонизации выразилась в Риме в создании Витрувианской академии. Осно- ванная в 30-х годах, она просуществовала, правда, недолго, но участники ее, в том числе Перуцци и Виньола, поставили себе грандиозную задачу создания исчерпываю- щего комментированного издания Витру- вия и монументального издания описаний и обмеров античных памятников. Стремле- ние теоретически осмыслить весь накоплен- ный архитектурный опыт породило также трактаты Серлио, Виньолы, Палладио и «Комментарий к Витрувию», написанный Даниеле Барбаро (1565 г.) при ближайшем участии Палладио в качестве рисовальщи- ка и консультанта. Одним из наиболее деятельных архитек- торов, работавших в Риме в 1530-х гг., был Антонио да Сангалло Младший. Антонио (Кордиани) (1483—1546 гг.), родив- шийся во Флоренции, был сыном сестры Джулиано и Антонио да Сангалло Старшего. Первоначально он учился у своих дядей. Переехав в 1503 г. в Рим, по- ступил в мастерскую Браманте. К его многочисленным работам в Риме при- надлежат церкви Санта Мария ди Лорето (1507 г.), Сан Луиджи деи Франчези, Сан Джованни деи Фьорентини (1519 г., барочный фасад относится к XVII в.). Санта Мария ди Монсеррато (не законче- на), палаццо Балдассани (между 1510 и 1515 гг.), палаццо Фарнезе (1513—1534 гг.), проект дворца для Льва X, банк Сан Спирито (1523—1524 гг.), собст- венный дом—позднее палаццо Саккетти (1543 г.)- В 1516 г. Антонио да Сангалло Младший был назначен помощником архитектора на строительстве собора св. Петра; с 1538 г. — руководил строитель- К важнейшим фортификационным работам ма- стера относятся: крепость в Чивита Веккиа (около г.), укрепления в Парме (1525 г.), Пьяченце (1530 г.), Фортецца да Бассо (1534—1537 гг.), «ниж- ние» укрепления Флоренции (1534 г.), крепостные работы в Анконе, Непи (1537 г.), Перудже (1540- 1543 гг.) и др. В последние годы жизни он вел так- же инженерные работы по водоснабжению Орвието и устройству канала около Терни. К градостроительным работам Антонио да Сан-
Чивита Бенина. форт, с 1515 г. Антонио да Сангалло Младший и Микеланджело галло относится проект планировки и укреплений Кастро (1534—1542 гг., город разрушен в 1649 г.), прокладка и спрямление некоторых римских улиц (Кондотти, Бабуино и др.), которые, однако, были закончены много позже. Значительное место в деятельности Ан- тонио да Сангалло Младшего занимают фортификационные работы. Мастер пре- красно учитывал требования новой тогда науки — баллистики, а также наиболее ра- циональную расстановку артиллерийских орудий для максимальной их действенно- сти. В планах крепостей, разработанных Антонио да Сангалло, звездообразная фор- ма с выступающими бастионами наилуч- шим образом отвечала требованиям оборо- ны того времени. В 1521 г. мастером совместно с Перуц- ци были разработаны планы замка Кап- ра рол а (строившегося в дальнейшем Виньолой). Замок имеет форму правиль- ного пятигранника, его углы закреплены У основания бастионами (см. стр. 234). Одним из выдающихся произведений фортификационного искусства является крепость в Чивита Векк и а (рис. 1). над которой работали также Браманте и Микеланджело. Впечатление неприступности этого при- земистого, прочно поставленного на плос- ком, низменном берегу укрепления подчер- кнуто единственным горизонтальным чле- нением, проходящим через все стены и ба- шни и отмечающим переход от нижней, не- сколько наклонной плоскости кладки к ее вертикальной части. Подобно Рафаэлю, Антонио да Сангал- ло Младший внимательно изучал архитек- турное наследие древнего Рима, влияние ко- торого отразилось на общем характере творчества мастера. Отсюда его пристра- стие к тяжеловатой, а подчас и прямо груз- ной монументальности. Влияние позднего Рима сказалось в некоторых излюбленных Антонио композиционных формах — преж- де всего, например, в формах трнумфаль-
2. Рим. Церковь Санта Мария ди Лорето. 1507 г. Антонио да Сангалло Младший ной арки, увенчанной высоким аттиком, столь часто использованных зодчим в про- ектах церквей, гражданских зданий и над- гробий. Работая с большой группой архитекто- ров меньшего масштаба, которых Вазари не без язвительности назвал «сангаллов- ской сектой», Антонио успел многое пост- роить. причем уже в первой самостоятель- ной постройке — маленькой церкви Сан- та Мария ди Лорето (1507 г., рис. 2). находящейся около Трояновой колонны,— он проявил себя зрелым мастером. Банк св. Духа (банко ди Сан Спири- та). выстроенный Антонио да Сангалло Младшим в 1523—1524 гг. и первоначально предназначавшийся для размещения монет- ного двора (дзекка), дает первый пример здания с угловым фасадом (рис. 3). Применив на срезанном углу здания мо- тив римской триумфальной арки, водру- женной, словно на цоколе, на приземистом рустованном первом этаже, Сангалло соз- дал монументальный, исполненный груз- ной силы образ, вполне отвечавший назна- чению здания. Ту же склонность к массивной и не- сколько грузной монументальности, разви- вавшую приемы пластической обработки стены, намеченные в некоторых постройках Браманте, Сангалло проявил и в построен- ных им дворцах. В этой связи следует упо- мянуть строившийся с 1536 г. собственный дом мастера, известный под названием п а- лаццо Саккетти (рис. 4, 6). Это ха- рактерный образец аристократического римского палаццо середины XVI в., своей сдержанной тяжеловесностью предвосхи- щавший раннее барокко и очень далекий, например, от одновременного палаццо Спа- да (рис. 7), развивавшего приемы Рафаэля. Но многие проекты Сангалло так и ос- тались неосуществленными. Самой круп- ной из этих работ, которой он посвятил больше всего времени, сил и вдохновения, были его проекты собора св. Петра. 3. Рим. Банк св. Духа, 1523—1524 гг. Антонио да Сангалло Младший
4. Рим. Дворцы первой половины XVI в. 1 — палаццо Оссоли: 2 — палаццо Саккетти, 1543 г Антонио да Сангалло Младший; 3 — палаццо Лннотта, до 1524 г. Б. Перуцци или Антонио да Сангалло Младший Он начал эту работу в 1516 г при Рафаэле и Фра Джокондо, а в 1520 г представил папе собствен- ную (сохранившуюся) модель. Подобно Рафаэлю, он развил восточную ветвь крестообразного плана, отходя от центрической схемы Браманте, и вклю- чил в композицию две грандиозные колокольни по бокам входного портика Все фасады сооружения расчленены ордерами на два основных этажа (с од- ним промежуточным). Ордером обработан н двухъ- ярусный барабан центрального купола. На фасадах многократно повторяется излюбленный мастером мо- тив триумфальной арки. Все же законченная цель- ность композиции — не была достигнута. Микеланд- жело раскритиковал проект, назвав его «готическим». Наиболее значительное сооружениеАн- тонно да Сангалло Младшего палаццо Фарнезе (рис. 8—10) — по крайней мере на протяжении трех столетий было образ- цом для дворцового строительства. Приме- чательно, что в этом здании сочеталось творчество двух конкурировавших крупней- ших мастеров XVI в,— Антонио да Сангал- ло Младшего и Микеланджело, который был назначен главным архитектором двор- ца после смерти Сангалло Микеланджелзз принадлежат дверь на балкон, находящийся над центральным вхо дом, и венчающий здание карниз (выпол- пенный по его модели), а также третий ярус внутреннего двора Выходящая в сад лоджия выполнена Джакомо делла Порта, который н закончил дворец в 1589 г.
В палаццо Фарнезе получает свое даль- нейшее развитие тип флорентийского трех- ярусного дворца XV в. Его план — замк- нутый прямоугольник с большим квадрат- ным двором посередине. Арочные галереи двора раскрыты в первом этаже по всему периметру, а во втором этаже только на передней и задней сторонах двора, что под- черкивало глубинную ось симметрии (впо- следствии и эти галереи были закрыты). Микеланджело думал развить ан- самбль вглубь по этой оси, создав необыч- ную для того времени анфиладную компо- зицию из последовательно сменявшихся по- мещений и открытых пространств: бога- тый трехнефный въезд с перекрытой полу- циркульным сводом средней частью вел во двор, который соединялся с садом ши- роким проходом с лоджией над ним; от спускавшегося к Тибру сада Микеланд- жело хотел перекинуть мост к вилле Фар- незине. Парадные залы дворца, как и обычно, 6. Рим. Палаццо Саккетти. Антонио да Сангалло 2Ю
расположены во втором этаже —piano no- bile. Двухсветный главный зал занимает левую часть главного фасада (пять край- них окон во втором и третьем этажах). Ин- терьеры, в которых гладь оштукатуренных стен противопоставлена резному деревян- ному потолку, в основном проектировал Антонио да Сангалло, заканчивали Ми- келанджело, Виньола и др. Рядом с главным залом, в левом углу двора, находится парадная лестница, ши- рокие марши которой опираются непосред- ственно на стены; ее решение можно счи- тать классическим для дворцовой архитек- туры XV и начала XVI вв. Кирпичная стена фасада, на огромной поверхности которой крупные окна, обрам- ленные сочными ордерными наличниками с чередующимися треугольными и криволи- нейными фронтонами, кажутся сравни- тельно небольшими, укреплена по углам травертиновой кладкой с высоким рустом. Эта деталь, перекликающаяся с рустован- ным травертиновым наличником входной арки, как бы придает прочность и завер- шенность всей композиции. Созданный Микеланджело тяжелый венчающий карниз палаццо является од- ним из красивейших в дворцовой архитек- туре Италии XV и XVI вв. Его размеры не- обычны для римских дворцов того време- ни: высота, равная 2,6 л» вместе с фризом, украшенным геральдическими лилиями ро- да Фарнезе, составляет '/и полной высоты фасада (в палаццо Канчеллерии карниз за- нимает '/22 фасада); значительный вынос— 1,5 м — создает глубокую тень, резко отде- ляющую здание от окружающего простран- ства. В утяжелении карниза уже сказались барочные тенденции, свойственные Микел- анджело. В нижних двух ярусах внутреннего дво- ра палаццо (около 27 X 27 ли Антонио да Сангалло (вдохновляясь, по-видимому, ан- тичным театром Марцелла) применил ар- каду на столбах, расчлененную трехчетверт- ными дорическими и ионическими колон- нами сильного профиля. В третьем ярусе Микеланджело создал сложное ордерное членение стены в виде наложенных одна на другую пилястр, которым соответство- вала раскреповка архитрава. По сторонам двора между вторым и третьим этажами введен еще один, промежуточный этаж, занятый служебными помещениями и осве- щенный небольшими горизонтальными ок- 211
нами, вписанными в цоколи его яруса над антаблементом ₽^е₽а Треть‘ op i. p.i Подобный замысел “ИлТеск1)Г0 влен Перуцци во дворе палаиио мЩеСТ' мн. но его внешнее выражение бл» Масс"‘ , них. использованному МикелГ» е “ М°' вестибюле библиотеки Ла ?п Флоренции. .’ренциана во В целом двор палаццо Фарнезе ост»» л нет несколько двойственное впечатление Если в первых этажах выделены несущие части (арки, ордер), то в третьем этХ олагодаря использованию сложной группы пилястр создается как бы непрерывнУйпе- реход от столба к стене, придающий ей но- вую. пластическую монолитность. Противо- поставление более тяжелого верха арка дам нижних этажей дает пример новой трактовки стены, в котором характерное до того развитие композиции здания кверху сменяется тяжестью и внутренней напря- женностью композиции и некоторой поте- рей ее ясности и спокойствия. Это стано- вится особенно очевидным при сопоставле- нии дворов палаццо Фарнезе и Канчелле- рии (см. стр. 166). Достигнув творческой зрелости, Анто- нио да Сангалло Младший вышел за пре целы гармонично спокойных, классически ясных идеалов начала века. Продолжив линию развития, намеченную Браманте и Рафаэлем, он стал связующим звеном ме- жду ними и Микеланджело. Микеланджело Буонарроти был одним из наиболее крупных и разносторонних ху- дожников в истории мирового искусства. Микеланджело родился в 1475 г. в местечке Капрезе близ Флоренции и умер в 1564 г в Риме В 1488 г. он поступил в мастерскую Гирландайо во Флоренции, а с 1490 г. был взят во дворец Лоренцо Медичи, после смерти которого в 1492 г возвратился к отцу. Дальнейшая его деятельность протекала в основном во Флоренции (1501—1505 и 1520—1534 гг.) и в Риме (1496-1501, 1505-1520 и 1534-1564 гг.). В марте 1505 г. Микеланджело по приглашению Юлия II приехал в Рим. где заключил контракт на изготовление грандиозной мраморной гробницы папы, над которой работал с перерывами всю жизнь В 1508—1511 гг. Микеланджело выполнил одну >13 своих крупнейших работ — роспись свода Сикс- тинской капеллы. К 1516 г. относится начало его архитектурной деятельности: эскизы фасада церкви Сан Лоренцо во Флоренции. Во Флоренции Микеланджело соорудил по за- казу Медичи новую сакристию при церкви сан Ло- ренцо со знаменитыми скульптурными группами при- стенных надгробий (работы велись с пеРеР““а 1 между 1520—1534 гг). библиотеку Лауревцнана 11523-1526 и 1530-1534 гг, закончена Аммана™ в 1558—1568 Гг., много времени спустя после отъезда 9. Рим. Палаццо Фарнезе Общий вид и фрагмент главного фасада Микеланджело в Рим H его смерти там) Во Фло реннин Микеланджело возводил укрепления и уча- ствовал в защите города. Ц.. врем» иослетпЛ” >....... » 1 "ме Микг г внджело выполнил свою вторую грандиозную жвво
писную работу в Сикстинской капелле — фреску • Страшный суд» на алтарной стене (начата в 1533 г,. картон был готов в 1535 г., окончена в 1541 г). После смерти Антонно да Сангалло Младшего Ми- келанджело в 1546 г. получил сразу три архитек- турных поручения: окончание собора св. Петра (ру- ководство работами — с января 1547 г., окончание главного барабана и изготовление терракотовой мо- дели купола в 1557 г. деревянной .модели в 1558— 156! гг): окончание строительства палаццо Фарнезе (стр. 209) и реконструкция площади и дворцов на Капитолии, которые были завершены после смерти мастера (новый цоколь для статуи Марка Аврелия- 1538 г; начало строительства дворцов — 1560 г). Кроме того, Микеланджело сделал набросок лест- ницы в нише брамантевского Бельведера (1550 г), рнстнки для церкви Сан Джованни деи Фьоренткнп (с 1550 г I, модель дворца для Павла III (1551 г., не сохранилась), перестроил Порта Пна (с 1561 г., не окончена) и гоздал в руинах терм Диоклетиана цер новь Санта Мария делит Анджели (1563—1564 гг). Микеланджело — гениальный скульп- тор, живописец и архитектор — был одним из последних «универсальных людей» Воз- рождения. со всей страстностью своего тем- перамента преданным передовым идеалам итальянского гуманизма —не только эсте- тическим, но и общественным. И те и дру. гие были великолепно выражены в принес- шей двадцатишестилетнему мастеру славу гигантской статуе юного Давида, символи- зировавшей вольный дух демократической Флоренции и гордую веру в безграничные возможности человека. Однако долгая жизнь Микеланджело совпала с периодом, когда историческая обреченность индиви- дуалистической культуры буржуазного гу- манизма становилась все более очевиднойJ Остро чувствуя эту обреченность, Микел- анджело отразил ее трагизм в скульптур- ных образах прекрасного и могучего, но скованного человеческого тела, выражав- ших пафос героической борьбы духа с кос- ной материей. Подобные образы были включены и в грандиозный проект гробницы Юлия (рис. 11), выполненный Микеланджело в 1505 г. по поручению папы, желавшего при жизни построить себе мавзолей. История проектирования этой гробницы, над кото- рой мастер работал в течение всей своей жизни, не может быть полностью восста- новлена, однако позволяет наметить эво- люцию его мировоззрения. По первому из шести проектов надгробие представляется
свободно стоящим сооруженном , наюшим античные квадрифроны! (на"°ми’ тайным ордером. арка^иФРи°НЬ' • обрабо- ра змещения сорока больших (,Т" Для века) скульптур. Пирамидальные^” чело’ золея увенчивался саркофагом т РХ Мав’ турнымн изображениями папы маСХульп; должен был прославлять церковь „°лей но вместе с тем был полон антачных п У’ нисценции и при помощи характерных того времени аллегорических для искусств и Добродетелей С0з^аваРлаЖпГИЙ полной творческих сил Италии и ее расцм’ тающей культуры. расцве- Микеланджело. разрабатывавший этот проект с огромным творческим подъемом видел в его осуществлении одну из важ неиших задач своей жизни и не мог при- мириться с тем, что папа прервал работу увлеченный строительством нового собора св. Петра. Микеланджело должен был по настоянию папы взяться за роспись свода Сикстинской капеллы в Риме, выполнен- ную им без помощников и потребовавшую поэтому пяти лет поистине титанического труда. Второй проект мавзолея, сочиненный Микеланджело после смерти Юлия II (1513 г.), согласно желанию наследников представлял пристроенное надгробие, со- хранившее масштаб и общий характер пер- вого замысла, но увенчанное статуей Бо- гоматери (с аркой над ней). Дошедший до нас рисунок показывает, однако, что в классическую ясность пирамидальной ком- позиции были внесены новые элементы внут- реннего напряжения и скрытой страстно- сти (в фигурах скованных рабов на первом ярусе и в «Моисее» —на втором). В процессе дальнейшей переработки проекта (1516 г.) надгробие потеряло пер- воначальный размах и объемность и дол- жно было быть закончено с использовани- ем ранее изваянных фигур (1522 г.). Пятый проект (договор 1532 г.) еще скромнее и рассчитан на установку надгро- бия в церкви Сан, Пьетро ин Винколи, где оно было завершено в 1545 г. на основа- нии последнего проекта, разработанного шестидесятилетним художником после 1542 г. К тому времени из композиции над- гробия уже исчезли последние отголоски темы античных триумфов. Некоторые ис- следователи видят в этом переход худож- ника от «языческого» культа красоты и платонизма к «строгой», т. е. церковной pe- ll. Рим. Гробница папы Юлия первого проекта (1505 г.). II, реконструкция Микеланджело лигиозности. В действительности в измене- ниях проекта сказались прежде всего фе- одально-католическая реакция и порож- денный ею у художника глубокий песси- мизм. Образ надгробия получил более отвлеченный и символический характер, утеряв свое глубокое эмоциональное содер- 12. Флоренция. Деревянная модель для фасада Саи Лоренцо. Баччо д'Аньоло, по рисунку Микеланд- жело. 1517 г.
жаиие: в отполированных мраморных ста- туях Рахили и Лии нет внутреннего напря- жения, зрителя поражает только исполин- ский образ Моисея с его поистине устра- шающей мощью, свидетельствующей, что у Микеланджело еще сохранилась вера в человека и в неисчерпаемость его творчес- ких сил. В 1516 г. Микеланджело получил от папы Льва X первый архитектурный за- каз— составить (вместе с Баччо д'Аньоло) проект фасада церкви Сан Лоренцо, с которой связаны и его позднейшие рабо- ты во Флоренции. Завершением церкви папа хотел прославить свой род Медичи, на средства которых она была построена Бру- неллеско столетнем раньше. Сохранившаяся деревянная модель фа- сада (рис. 12), сделанная Баччо д'Аньоло по эскизам Микеланджело в начале 1517 г. и обычно преподносимая в качестве изоб- ражения микеланджеловского замысла, в действительности не удовлетворила масте- ра. Это объясняется, вероятно, искажением в модели пропорций, найденных в эскизах, слишком вялым выделением центра фаса- да и несоответствием модели членениям плана. Микеланджело сам взялся за выпол- нение модели из глины. Избранный им материал, позднейшие наброски и засви- детельствованное в одном из его писем на- мерение сделать архитектуру и скульпту- ру церкви «зеркалом всей Италии» позво- ляют предположить, что мастер задумал пластичный, сильный по рельефу и свето- тени фасад, предельно насыщенный скуль- птурой, синтез которой с зодчеством, по-ви- димому, являлся для него здесь (как и в гробнице Юлия II) одной из главных твор- ческих задач. Однако этот замысел не был осуществлен. Эта проблема синтеза скульптуры и архитектуры возникла перед Микеланд- жело и при создании капеллы Медичи, или Новой сакристии, в той же церкви Сан Ло- ренцо (начата в 1520 г., скульптуры уста- новлены в 1545 г.; рис. 13). Эта капелла должна была стать монументальным мав- золеем семьи Медичи. Интерьер ее свя- зан с интерьерами церкви и Старой сакри- стии Брунеллееко самим отбором архитек- турных средств — выделением на светлом фоне стены более темных членений, опре- деляющих тектоника интерьера. Но введе- ние дополнительного горизонтального яру- са и сложная рельефная обработка стен придали композиции скрытую динамику, лишив ее ясного спокойствия и легкости, присущих сакристии Брунеллееко. Следующая, чисто архитектурная (не связанная со скульптурой) работа Микел- анджело — библиотека Лауренциа- н а во Флоренции, сложное и во многом про- тиворечивое произведение (рис. 14, 15). В интерьере длинного читального зала (его проект закончен в 1524 г.) беспокой- ное впечатление от стен, дробно расчленен- ных пилястрами и наличниками многочис- ленных, большей частью «слепых», окон умеряется сильной и праздничной гаммой, образуемой коричнево-золотистым деревом потолка и пюпитров (выполненных по ри- сункам мастера), зеленым цветом пилястр и узорчатым терракотовым полом. Спроектированный два года спустя ве- стибюль библиотеки приближается в пла- не к квадрату. Его непомерная высота, вызванная необходимостью устроить окна
13. Флоренция. Капелла Медичи (Новая сакристия) церкви Сав Лоренцо, с 1520 г Микеланджело Фрагменты интерьера: слева (на стр. 216) план и разрез Микеланджело выше примыкающих крыш, лишь подчер- кивает тесноту помещения, в котором ед- ва размещается знаменитая, словно за- стывшая в своем движении лестница. Ее размеры и сложность кажутся преувели- ченными, тем более, что она соединяется с дверью зала лишь одним узким маршем. Возможно, что Микеланджело хотел при- дать лестнице особое значение, чтобы луч- ше связать ее с главным помещением. На это указывает желание мастера выполнить ее из дерева (Амманати сделал ее камен- ной), примененного в отделке зала в та- ком изобилии. Еще более противоречивое впечатление производят стены вестибюля: трехчетвертные колонны заглублены в сте- ну и так же неоправданы, как и консоли под ними; контрастное применение темно- серого и белого цветов не способствует (в отличие от интерьеров Брунеллееко) ясно- сти композиционного замысла и произво- дит резкое, почти суровое и в то же время беспокойное впечатление. Доминирующая роль массы стены в вестибюле, композиционное значение, кото- рое мастер придал лестнице, и динамизм ее форм несомненно предвосхитили харак- терные черты барокко. Однако тектоничес- кий алогизм вестибюля и отсутствие ясно- го развития композиции в глубину (рез- кий контраст между высоким вестибюлем и более низким, чрезвычайно вытянутым залом) заставляют отнести это пронзведе ние к числу первых и характернейших об- разцов маньеризма в архитектуре. Деятельность Микеланджело в тече- ние последнего пребывания в Риме (1534— 1564 гг.) протекала в резко изменившихся общественно-исторических условиях. Папский двор из центра консолидации гуманистической и общеитальянской наци- ональной культуры быстро превращался в центр реакционной контрреформации, бо- ровшийся в союзе с европейским абсолю- тизмом против наиболее прогрессивных тек денций молодой буржуазии и ее идеологии
14. Флоренция. Библио, теки Лауренциана, 1559 г Микеланджело. Вид ве' стибюля, разрезы и план Начиная с 1530-х годов в архитектуре Рима все яснее намечаются два течения. Одно из них. крепко связанное с идеоло- гией воинствующей католической церкви, вскоре привело к барочному искусству; другое, пытавшееся сохранить верность ар- 21В хитектурным идеалам Возрождения и при- мирить их с новыми общественными тре- бованиями, в свою очередь разделилось на два русла: маньеризм, связанный с аристо- кратической верхушкой (он развивался преимущественно вне Рима) и академизм
виньоловского толка ппю™.» 1е"пС ” ЕмР°Пе Стиля <класадцизм»Й Появ’ Роль Микеланджело, твоРЧ»ст™ рого нередко связывают исключи!» Кото' становлением стиля барокко “ J10 со тельности значительно более слХЛеЙСТВИ' тиворечива. Хотя своей разраХК0Г\Т' позиционных приемов и ап™!» ком‘ форм он, несомненно, подготовивЯтур1,Ь1Х барочного зодчества, в его сойРВ итие произведениях эти приемы и формы вТа* чительнои мере служат еще ХманчДЛ ким идеалам Возрождения. Вэто™ убеж дает, например, начатая по проекту мТ келанджело реконструкция площади на Капитолийском холме. лнслмоль Капитолия (рис 16 17) - первое крупнейшее архитектурное по- ручение, полученное Микеланджело от па- пы Павла III (1536 г.). Некогда самое зна- менитое место древнего Рима, Капито- лий пришел в запустение в средние века Расположенные здесь строения обветшали или совсем разрушились и требовали рас- чистки и упорядочения. Микеланджело энергично взялся за это дело. Несмотря на то, что при жизни мастера были осуществлены лишь отдельные эле- менты ансамбля, он был завершен в пол- ном соответствии с первоначальным про- ектом и являет собой один из редких при- меров единовременно задуманного архи- тектурного ансамбля эпохи Возрождения. Микеланджело, по-видимому, больше стремился увековечить славное прошлое и традиции государственности античного Ри- ма, чем прославить современное папское государство. Исходная идея Микеландже- ло выразилась в общественном значении зданий, окружающих площадь, а также в исключительной роли, которую он предо- ставил античной скульптуре, не только от- ведя один из дворцов для ее хранения, но и отдав ей важные позиции в самом ан- самбле. Зодчий вынужден был считаться с ос- татками старых зданий: прежде всего с па- лаццо Сенаторов, построенным в средние века на руинах римского Табулария, и па- лаццо Консерваторов. С противоположной стороны граница определялась высоким холмом и церковью Санта Мария дельи Арачели. Главным сооружением ансамбля, распо- ложенным по оси площади и замыкаю- щим ее заднюю сторону, является трех- 15. Флоренция. Библиотека Лауревциана. Зал этажное палаццо Сенаторов, украшенное парадной двусторонней лестницей и увен- чанное башней1. По обеим сторонам пло- щади, сужающейся к ее открытой2, обра- щенной к подходу стороне, симметрично поставлены двухэтажные здания с одина- ковыми фасадами. Лишь одно из них—па- лаццо Консерваторов — частично получило новый внешний облик при жизни мастера, другое—Капитолийский музей (сокровищ- ница античной скульптуры, на плане сле- ва) — было закончено в XVII в. Внешний облик капитолийских соору- жений представляет совершенно новое яв- ление в итальянской архитектуре и знаме- нует собой важный шаг в ее развитии. По всей длине боковых зданий на вы- соте первого этажа устроены глубокие пор- тики. Они перекрыты горизонтальным ар- хитравом, покоящимся на ионических ко- лоннах. Тяжесть второго, более высокого этажа умеряется могучими коринфскими пи- лястрами большого ордера (один из пер- вых примеров применения этого приема в гражданской архитектуре Италии),объеди- няющего оба этажа. Поставленные на осо- бые пьедесталы пилястры несут непрерыв- ный антаблемент с бросающим большую тень карнизом, который, в свою очередь, увенчивается парапетом с редко расстав- ленными статуями. Ионические колонны 1 Фасад выполнен Джироламо Ринальди (1592 г.), башня - М. Лунги Старшим (1579 г.). > Это расположение обусловлено античными руи- нами включенными в палаццо Консерваторов, во отвечает композиционным принципам, заложенным Росселино в центральном ансамбле Пнеицы (см. стр. 92).
16. Рим. Капитолий, с 1538 г. Микеланджело портика первого этажа, поставленные по бокам больших пилястр, как бы продолжа- ют в глубину пластическую разработкуфа- сад?. и подчеркивают массивность стены. Могучая пластика фасада усиливается ордерной обработкой окон — с треугольны- ми фронтонами в глубине портика, сегмент- ными и треугольными во втором этаже. Сочетание кирпича и травертина вводит в архитектуру фасада яркий двухцветный ко- Фасад палаццо Сенаторов, составляю- щий как бы заднюю кулису ансамбля, не имеет портика; его характер более плоско- стной, несмотря на вынесенные вперед ле- стничные марши и боковые ризалиты. Ос- новное помещение палаццо — двухсветный зал — выходит на главный фасад, пилястры которого близки по характеру пилястрам боковых палаццо, но расставлены более широко, не имеют пьедесталов и подняты на высокий цоколь. Связывая все три зда- ния и подчеркивая большую высоту двор- ца Сенаторов, эти пилястры вместе с тем вносят разнообразие в ансамбль. Парадные, развернутые в стороны лест- ницы дворца — последнее, что было нача- то еще при жизни мастера. Однако оконча- тельная доработка их несколько отличает- ся от первоначального замысла. Так, в центральной нише лестницы Микеландже- ло собирался поместить колоссальную ста- тую капитолийского Юпитера, а не срав- нительно небольшую —Рима. Это, без сом- нения, значительно органичнее связало бы античную скульптуру с современным италь- янским искусством, которое должно было быть представлено лежащими фигурами «Нила» и «Тибра» работы самого Микел- 231
J7. Рим. Капитолин. Один из боковых портиков (Виньола) и фрагмент фасада музея анджело (обе предназначались в свое вре- мя для гробницы Медичи). Обработка верхней площадки лестницы показывает, что Микеланджело хотел со- орудить здесь небольшой портик, вероятно, вроде того, который помещен на гравюре Пейрака, изображающей Капитолий по проекту Микеланджело. В центре площади еще в 1538 г. была водружена превосходная античная конная статуя императора Марка Аврелия (II 8. н. э.), которая отметила не только геомет- рический, но и композиционный центр ан- самбля. Установка этой статуи ознаменова- ла собой начало строительства ансамбля. Великолепно скомпонованный Микел- анджело пьедестал статуи скромен по раз- мерам и тем подчеркивает ее значение. Бе- лый и зеленый мрамор пьедестала ярко вы- деляется среди темных и теплых по тону зданий. Микеланджело использовал двухцвет- ную гамму и в замощении площади (тра- вертином и кирпичом), близком к антич- ным образцам, но отличающемся от них динамичностью рисунка, словно разлета- ющейся из центра восьмиконечной звезды (этот рисунок восстановлен в 1940г.). Цент- ральный овал площади понижен, а ее пе- риферийные части поднимаются нескольки- ми плоскими ступенями. Центр овала чуть приподнят для отвода дождевых вод. В ансамбле Капитолия (как и в замыс- ле завершения палаццо Фарнезе — стр. 209) Микеланджело проявил себя замечатель- ным градостроителем. Блистательно поль- зуясь средствами архитектуры, скульптуры, цветом и т. п., используя рельеф, он иску- сно связал ансамбль с примыкающими ча- стями города. Среди тесной застройки, ок- ружавшей Капитолийский холм (ныне эта застройка значительно разрежена в связи с возведением в конце XIX в. огромного памятника Виктору Эммануилу), Микел- анджело безошибочно выбрал основные оси композиции. Улица Арачели, служив- шая главным подходом к ансамблю, не- сколько расширялась у подножия холма. Образовавшееся здесь вытянутое про- странство, ставшее преддверием Капитолий- ской площади, удачно скрадывает угол ме- жду осью улицы и главной осью ансамбля. Эта ось определяет направление ведущей на холм великолепной широкоступенчатой лестницы, начатой еще самим Микеланд- жело шенными до предела подступенками, эта лестница стала прообразом многочисленных лестниц такого рода в парках итальянских вилл во второй поло- вине XVI п
Ли. Собор с». Петра. Фрагмент атсиды
Ось лестницы, ведущей на к, а также ось другой, более крутойМТ°ЛИЙ' лестницы, ведущей к церкви Сан«>м°К0Й ДСЛ1.И Арачели, пересекаются по? Мар’,и углом (словно спицы колеса) в п?,°?рь,м ке площади, которая воспринимав л™' ”»«» К.- зданий и верхняя часть сКрЬ™г’ б°К°ВЫХ порной стенкой палаццо Сенаторов Зато симметрично поставленные по сторонам верха лестницы античные группы Д= ров (воприпимаемые словно авангард все( армии античных скульптур, имеющих та кое важное значение в общем замысле ан- самбля) ясно отмечают воздушную гвани цу площади и окружающего ее пространст- ва. Парапет, завершающий подпорные стен- ки площади Капитолия и хорошо видимый при подходе к ней, выполнен также по ри- сункам Микеланджело. Четкое разграничение и вместе с тем связь архитектурно организованного про- странства площади (или системы площа- дей) с природой (или с окружающим го- родом), искусный показ сооружений в жи- вописной смене аспектов и с разных уров- ней, чередование манящих перспектив и полных покоя архитектурных мизансцен — все эти свойства, лежащие в основе не- превзойденного обаяния старых итальян- ских городов и их ансамблей, реализова- ны в Капитолии более сознательно, чем прежде, с новой динамикой и драматиз- мом. Так, если в ансамблях кватроченто зритель обычно уже «с порога» видит меж- ду зданиями перспективу улицы или ясные дали (см. стр 91), то на Капитолии он может удовлетворить свое любопытство, лишь миновав центр площади, когда перед ним раскроются новые объекты интереса, а с ними и новые качества ансамбля. Тог- да сквозь разрывы по сторонам палаццо Сенаторов он видит уходящие в стороны лестницы, одна из которых ведет к боко- вому фасаду церкви Санта Мария дельи Арачели, другая к портику на так называ- емой Тарпейской скале (лестницы и замы- кающие их арочные портики построены Виньолой). И только огибая палаццо Се- наторов, можно увидеть раскинувшиеся по- зади Капитолия руины римских форумов и, вдали, Колизей (ср. рис. 7 на стр. 331). TKaT”” ' °’ ’•" apxHTeKTvnun ГРандиозные масштабы и го сооружения ₽кИТеЛЬ1ая сложность это- Италии и? ' кР>пиейшего не только в как не^зд к В° ВСей тогдашией Европе, сипи,? более соответствовали творче- Десятила«^аХу читального мастера. Се₽ми- “ние„ X ТКИ“ Микеланджело с увле- отказавпшг''СЯ 3“ Это "очетнос поручение, тит еме п? ОТ воз,иагРажде,|ия, и посвя- ?„™У,пос-1ед.иие 17 лет своей жизни. Уже яНша м11У-Д<?НЬ мастеР за™нчил гли- няную модель. Сущность его замысла впол- не раскрывается в архитектуре самого со- бора, несмотря на ряд позднейших отступ- лении. Беспощадно раскритиковав все сде- ланное. до него, Микеланджело добился папской санкции на серьезные переделки и даже на разборку уже возведенных Сан- галло частей и в основном закончил собор, осуществив свой замысел в большей мере, чем его предшественники. Решающим шагом Микеланджело бы- ло возвращение к центрическому плану, восхищавшему мастера, верного гумани- стическим идеалам Возрождения. Но он внес в первоначальный план Браманте со- вершенно новые черты, изменившие не только отдельные элементы, но и общий характер всего сооружения. Жертвуя четко проработанной расчлененностью плана, ма- стер старался достигнуть большей слитно- сти композиции и безусловного господст- ва ее основного ядра: пространства средо- крестия — внутри и главного купола —сна- ружи Микеланджело соответственно упро- стил воздушный, тонко прорисованный план Браманте (см. стр. 178), отказался от колоннады как средства внутреннего расчленения собора и резко увеличил мас- сивность стен и устоев, чем добился полно- го преобладания центрального пространст- ва над окружающими его частями; послед- ние утеряли при этом относительную само- стоятельность, которая им отводилась а проекте Браманте. Исчезли и тонкие мас- штабные градации внутренних пространств. Микеланджело добился большей про- стоты и слитности наружной композиции, отказавшись от ордерных галерей и угло- вых кампания (во внешнем облике собора это выявило равносторонний крест, лежав- ший в основе его плана) и объединив ос- новные помещения в общем объеме, завер- 223
19. Рим. Собор св. Петра. По проекту Микеланджело 8 ВИА, том V
20. Модель купола собора св. Петра в Риме. Ми- келанджело шейном центральным куполом1. Гигант- ские размеры купола должны были под- черкиваться четырьмя малыми куполами, заменившими кампанилы. Внешний облик собора приведен в соот- ветствие с разработкой интерьера: и там и здесь применены пилястры колоссального коринфского ордера (чуть более высокие снаружи), расположенные парами в род. ственном ритме. Цилиндрическим сводам собора снаружи соответствовал высокий ат- тик, окна которого стали важным допол- нительным источником света. Парные ли- зены в аттиковом этаже и парные колонны вокруг барабана главного купола и его фонаря придали единообразие внешнему облику собора, абсолютная симметрия ко- торого была, однако, решительно нарушена мастером. Он сосредоточил все входы на оконечности восточной ветви креста, где должен был быть величественный многоко- лонный коринфский портик. Микеланджело придал собору более слитный, массивный характер, сохранив- шийся несмотря на ряд позднейших изме- 1 Купол возведен Джакомо делла Порта после смерти Микеланджело, в основном по его модели, но с одним важным отступлением: стрела подъема была несколько повышена (см. стр. 314). 21. Рим. Собор св. Петра
пений (без переделок сиаоужи ™ лишь западная сторона и боДьСтались ды). В известной м'ере сохраХ^ которая неясность масштабное™, , ная с меньшей расчлененностью /г с язан" сооружения: действительные размерыТ00 бора осознаются не сразу и не без ТИлий Деятельность Микеланджело в каче' стве военного инженера обычно лишь крат’- ко отмечается в общих работах по истории архитектуры. Между тем огромный размах оборонительного строительства под его nv- ководством во Флоренции и одно лишь пе- речисление других укреплений, спроектиро- ванных им в течение последней трети жиз- ни, показывают, что зодчий стоит в ряду наиболее выдающихся военных инженеров своего времени. Микеланджело был назначен руково- дителем всего строительства укреплений Флоренции в 1529 г. В течение несколь- ких месяцев он проделал здесь поистине титаническую работу. Хорошее представ- ление об этих работах дает фреска Вазари (во флорентийском палаццо Веккио), а также его набросок к фреске, специально посвященной линии оборонных сооружений Микеланджело. Удачное расположение укреплений, а также глубокая продуманность архитекту- ры фортов засвидетельствованы многими историческими и военными сочинениями. Именно поэтому войска императора Кар- ла V, быстро продвинувшиеся по Италии вследствие полной несостоятельности сред- невековых укреплений перед новым гроз- ным оружием, прочно застряли у возведен- ных Микеланджело стен Флоренции. Микеланджело, по-видимому, первый в истории военно-инженерного искусства при- менил на всех обстреливаемых участках стен земляное покрытие (оно возобновля- лось каждую ночь), а ряд зданий был за- щищен тюками знаменитой флорентий- ской шерсти, подвешенными на канатах к свесам кровли. . Микеланджело сэкономил для респуб- лики огромные средства и время, широко применяя вместо сплошных каменных стены, в конструкции которых большую роль играла земляная засыпка, укреплен- ная деревянными связями, а держащая зем- лю облицовка была сделана из сырце® кирпича с примесью навоза « конопли. Зем- ляное покрытие (откос) было последки, наружным слоем. 22, Рим. Собор св. Петра. Купол Стенам форта придавались причудли- вые, изломанные в плане очертания для того, чтобы по возможности избежать фрон- тальных попаданий и повысить процент ко- сых, скользящих ударов; бойницы давали возможность вести огонь вдоль каждого участка стены, защищая его от лобовой Особого упоминания заслуживает при- ем защиты ходов, соединявших земляные стены крепости с каменными фортами и
24. Рим. Укрепления Бор го, Бастион Бельведера. Микеланджело башнями, который был применен и Анто- нио да Сангалло Младшим (рис. 23). Эти меры в сочетании с расположением укреплений на всех доступных высотах ме- стности. стремление избежать далеко вы- ходящих за общую цепь и потому наибо- лее уязвимых мест обороны, отказ от вся- кого рода парапетов и прочих выступов — все это сделало неуязвимыми укрепления Флоренции, которая после десятимесячной обороны была взята лишь в результате из- Микеланджело был привлечен вместе с Антонио да Сангалло к укреплению Рд« ма. После удачного соревнования Микел- анджело было поручено спроектировать не- законченные стены Борго, включая и ба- стион Бельведера (рис. 24), построен- ный в основном из кирпича с травертином на вертикальных гранях и в горизонталь- ных тягах. Герб Фарнезе был использован здесь в декоративных целях. Микеланджело принадлежит также проект возведенной в устье Тибра для за- щиты от пиратов многогранной башни св. Михаила. В 1535 г. Микеланджело было поруче- но окончание крепости в Чивита Веккиа (стр. 207 и рис. 1). Он поднял стены глав- ного восьмигранного бастиона на 11 м, за- вершив его гербом Фарнезе и скромным карнизом, в котором сухарики невольно ас- социируются с машикулями. Фриз бастио- на, украшенный высеченными в плоском рельефе очертаниями герба Фарнезе, пред- восхищает карниз палаццо Фарнезе в Риме. В 1559 г. Микеланджело выполнил по заказу флорентийской колонии в Риме пять проектов ранее начатой церкви Сан- Джованни деи Фьореитини (рис. 25) '. Планы четырех из этих проектов из- 1 Начата в 1530 г. по проекту Я. Сансовино. За- кончена к 1588 г. по проекту Дж. делла Порта Рим. Церковь Саи Джованни леи Фьорентинн Проект .Микеланджело, 1550—1559 г. Фасад, разрез четыре варианта плана
ТермГХ^.^А-Д>»Ли а« вестны: три-в собственноручных эскИ,« мае.ера, последний, выбранный заказчи ками, в копии его ученика Кальканьи вне’ шнии вид и разрез храма по этому проек ту известны из современной гравюоы Cv ровая простота архитектуры^ отсутствие декора и скульптур дают повод ряду ис следователей усомниться в соответствии гравюры микеланджеловскому проекту Однако в цельности интерьера и пластиче- ской слитности внешнего объема церкви завершенного безраздельно господствую- щим сферическим куполом, явно выражен индивидуальный почерк великого мастера Любопытна внутренняя обработка купо- ла перемежающимися кругами и прямо- угольниками, а также окна в барабане, ост- роумно связывающие внешний облик церк- ви с ее интерьером. Еще одна церковь была задумана и по- строена Микеланджело в наиболее сохра- нившейся части терм Диоклетиана. Это — церковь Санта Мария деи Анд- жели алле Терме, для которой мас- тер использовал центральный зал тепида- рия, закрыв ненужные проемы и сделав две большие двери по торцам (рис. 26). Церковь заложена в августе 1561 г., строительные работы развернулись только в 1563 г. и в основном закончены в 1566 г. Микеланджело посвятил архитектуре лишь долю своих поистине титанических творческих сил, но достаточно было бы лишь купола собора св. Петра и ансамбля Капитолия, чтобы поставить его в ряд крупнейших зодчих эпохи. Его архитектур- ное наследие, насчитывающее до полутора десятков сооружений, полностью или ча- стично им спроектированных, включает по- мимо рассмотренных еще многие выдаю- щиеся памятники, например нишу Бель‘ ведера в Ватикане (рис. 10, стр. 172 и да- лее), Порта Пиа(рис.27),капеллу Сфорцав церкви Санта Мария Маджоре в Риме и много укреплений. Все сооружения Микеланджело отме- чены рядом родственных черт и ярко отра- жают ему одному свойственное стремление к величавой монументальности и одновре- менно к динамичности архитектуры, ми- 27. Рим. Порта Пиа. с 1561 г. Микеланджело
келанджело в отличие от Рафаэля и Бра- манте интересовался не светлыми про- странствами спокойных интерьеров и яс- но показанной гармонией хорошо уравнове- шенных усилий в тектонике сооружений, но пластической выразительностью самой ар- хитектурной массы. Разработка этого ново- го архитектурно-художественного качества, сыгравшего такую важную роль в стили- стическом комплексе барокко, являлась важным вкладом Микеланджело в совре- менную ему итальянскую архитектуру. Джакомо Бароцци да Виньола, оказав- ший огромное влияние на последующие по- коления архитекторов своим трактатом «О пяти ордерах архитектуры», на прак- тике не слишком стеснял себя им же сфор- мулированными канонами. Джакомо Баронин (1507—1573 гг.) родился в местечке Виньола близ Модены. Обучался живописи был помощником Перуцци на строительстве Бельве- дера в Ватикане, помогал ему комментировать Вит- рувия и обмерять римские древности. В 1540 г. Винь- ола стал секретарем римской Витрувианской акаде- мии. С 1541 по 1543 г. он вместе с художником Приматиччо делал бронзовые копии и слепки антич- ных скульптур для дворца в Фонтенбло во Франции. По возвращении в Италию Виньола работал сначала в Болонье и ее окрестностях: был главным архи- тектором по достройке собора Сан Петронио, строил портик дех Банки, соорудил судоходный канал от реки По к Болонье (1547 г), мост через реку Само- джа между Болоньей н Моденой (по Фламиниевой дороге), а также построил, по-видимому, ряд двор- цов. В 1546 г. он возвратился в Рим, где выполнил тельство виллы Юлия III и церкви Сант Андрея на вна Фламиния, лестниц и портиков у палаццо Сенаторов на Капитолии. Виньола превратил замок Капрарола в великолепную загородную резиденцию (1559—1564 гг), построил виллу епископа Гамбара (позднее Ланте) в Витербо и виллу Фарнезе на Па. латине, а также выполнил некоторые доделки в рим- ском дворце Фарнезе. С 1568 г. по его проекту строи- лась церковь Иль Джезу в Риме (закончена Джако- мо делла Порта в 1584 г.) В 1552—1554 гг. Виньола сотрудничал на строительстве собора св. Петра с 1571 г.). Виньола построил дворец Фарнезе в Пья- ченце (начат в 1559 г), церкви в Сант Оресто. в Марцано, в Капранике. на оз. Больсено, церковь Джезу в Перудже, замок в Каподимонте (начат Ан- тонио да Сангалло Младшим), палаццо Комуналев Веллетри (совместно с делла Порта). Он проек- тировал крепость в Норчии (1554 г ), фонтаны в раз- ных городах, в том числе и Витербо (1566 г), церкви Санта Анна деи Палафреиьери и Санта Мария дель Орто в Риме. Последняя крупная работа мастера — проект церкви для Эскориала (не сохранился). Глав- ная теоретическая работа— трактат «О пяти орде- рах архитектуры» — впервые издана в Риме в 1562 г. Виньола — непосредственный продолжа- тель великих мастеров начала XVI в., при- нимавший участие в завершении таких вы- дающихся памятников этого времени, как двор Бельведера, Канчеллерия, собор св. Петра и Капитолий,—был последним круп- ным мастером эпохи Возрождения в Риме. Глубокий интерес к Витрувию и антич- ной архитектуре и пиетет, с которым Винь- ола относился к произведениям Браманте и его школы, сочетались у него с острым чувством современности и новых требова- ний, стоявших перед архитектурой. Винь- 28. Рим. Вилла папы Юлия III, с 1550 г. Виньола, Вазари, Амманати и др.
29, Рим, Вилла папы Юлия III. Главный фасад и первый двор. Виньола
30. Вилла папы Юлия III. Пропилеи партерного сада (вид в сторону второго дворика) ола сделал важный шаг в разработке но- вых типов сооружений — виллы, предназ- наченной для отдыха и развлечений, заго- родного замка-дворца и нового типа цер- ковного здания. Новые вкусы отразились у Виньолы и в стремлении связать развитие композиции в глубину с движением зрите- ля, в эффектной живописности сменяю- щихся перспектив (сближающих подчас его архитектуру со стенографией), в склон- ности к необычным элементам и криволи- нейным очертаниям (овальные планы); эти черты, казалось бы, связывают Виньолу с течением маньеризма, к которому, все же 31 Вилла папы Юлия III. Боковая стена первого двора (фрагмент) (вопреки мнению некоторых исследовать 1 лей) его творчество отнести нельзя. Однако глубинное развитие непремен- j но завершается у Виньолы в пределах са- мих композиций, всегда классически ясных и уравновешенных. Это резко отличает его творчество от произведений большинства I маньеристов. Работая с Микеланджело и с пред- ставителями маньеризма, Виньола сумел сохранить свой, индивидуальный стиль, яв- ственно различимый в его произведениях. В 40-х годах XVI в. Виньола работал в Болонье над интерьером собора Сан Петронио и строил нечто вроде гости- ного двора —портико деи Банки. По решению городского Совета архитектор должен был объединить несколько старых зданий единым фасадом. Для этого Винь- ола создал монументальную декорацию в виде двухэтажного сооружения. Нижний этаж представляет собой арочный портик, обработанный ордером. В двух местах ар- ки повышены для того, чтобы избежать монотонности и акцентировать переулок. Несмотря на то, что при строительстве бы- ли допущены изменения проекта, портико деи Банки является одной из интересней- ших построек своего времени. Ею была за- вершена многолетняя реконструкция глав- ной площади Болоньи. Вилла папы Юлия III в Риме (рис. 28—32) расположена за стенами го- рода на Фламиниевой дороге. Это неболь- шое сооружение, композиция которого раз- вивается по продольной оси, состоит из не- многих закрытых помещений и анфилады замкнутых дворов с портиками, укромным нимфеем с водоемами и садом, связанных разнообразными переходами и лестницами, остроумно расположенными на уклоне уча- стка. В сложном ансамбле, раскрываю- щемся зрителю в эффектной смене тон- ко рассчитанных, чисто сценических пер- спектив, получили дальнейшее развитие композиционные приемы Браманте (Бель- ведер). Вилла поражает богатством аспек- тов, в которых предстают ее элементы че- рез сквозные портики или при переходе с одного уровня на другой, и неожиданным центром композиции во втором, развитом «по вертикали» трехъярусном дворике с нимфеем в глубине. Что именно в этом ансамбле принадле- жит Виньоле, а что Вазари, приписывав- шему себе (по-видимому, преувеличивая 232
32. Рим. Слева — вилла папы Юлия Ш. Второй дворик с нимфеем. Справа — оратория Сайт Андреа, Виньола. Общий вид, разрез и плав долю своего участия) общий план и уст- ройство нижнего сада, или Амманати, ко- торый заканчивал постройку, — установить трудно. Во всяком случае почерк Виньолы ясно виден в цельности общего замысла и в главном павильоне с его строгим двухъ- ярусным фасадом. Одновременно с виллой и в непосред- ственной близости от нее, по другую сто- рону Фламиниевой дороги, Виньола воз- вел маленькую церковь, точнее ораторию Сант Андреа, с первым овальным куполом (закончена в 1554 г., рис. 32). Одно из наиболее значительных произ- ведений Виньолы —за мок Фарнезе в Капрарола близ Витербо (рис. 33— 35) с примыкающим к нему парком. Несмотря на то, что общий пятигран- ный контур сооружения был определен вме- сте с бастионами, заложенными еще Пе- руцци в 1521 г., когда Капрарола перешла во владение Фарнезе и на месте старой крепости намечалось поставить новое укреп- ление. а идея круглого двора принадле- жит, по-видимому, Антонио Сангалло Млад- шему (стр. 207), —именно Виньола объеди- нил все эти начинания в сложное, но вполне органичное целое. В результате многолетних работ (строи- тельство, начатое Виньолой в 1559 г., про- должалось до самой его смерти) была соз- дана уже не крепость, а великолепная за- городная резиденция римского магната. Выстроенный на склоне высокого холма 233
33. Капрарола близ Витербо. Замок Фарнезе, с 1559 г. Виньола
35. Капрарола. Замок Фарнезе. Винтовая лестница замок Капрарола как нельзя лучше связы- вается с ландшафтом и раскрывающимися чуть не до самого Рима широкими горизон- тами. Элементы крепостной архитектуры еще ясно сказываются в нижних частях здания. Система широких лестниц, рамп, подпорных стенок с нишами и балюстра- дами соединяет его с маленькой площадью перед замком и с парком, который подни- мается позади замка с изящному садовому павильону (казино), откуда водяной кас- кад как бы возвращает зрителя к замку (стр. 347). Грузность основного объема умеряется ярким сочетанием серого камня и красного кирпича и тонкой ордерной об- работкой верхних этажей. Пятигранная форма, подчеркивающая объемность, рас- считана на всестороннее обозрение дворца. В то же время центрическая композиция как бы утверждает господствующее положение замка над окружающей местностью. За мощными стенами скрывается вели- 236 явственный круглый двор. В первых двух очень высоких этажах он окружен арочны- ми обходами, куда имеют выходы все па- радные помещения дворца. В третьем яру. се, где над обходами устроена открытая галерея, расположены помещения для мно- гочисленной челяди в один этаж с внутрен- ней стороны и в два этажа снаружи, бла- годаря чему коридор между двумя ряда- ми помещений получает естественное осве- щение (см. аксонометрию, рис. 33). В одном из углов пятигранника распо- ложена великолепная витая лестница-пан- дус, задуманная, как полагают, еще Ф. Па- чотто —одним из предшественников Винь- олы, но выполненная Виньолой. Она ведет лишь до второго этажа, выше поднима- ются узкие винтовые лестницы в толще стен по внутренним углам пятигранника. Помимо виллы папы Юлия и садов Кап- раролы Виньолой были разбиты сады Фар- незе на Палатине в Риме (не сохранились) и построена вилла Ланте в Баньяйе (см. стр. 347, рис. 23) — произведения, ока- завшие заметное влияние на композицию загородных резиденций. Церковь Иль Джезу в Риме (рис. 36), примыкающая к более позднему зда- нию иезуитской коллегии, была создана Виньолой в соответствии с четко сформу- лированными требованиями нового мона- шеского ордена — иезуитов. Виньола исхо- дил из композиции церкви Сант Андреа в Мантуе (стр. 89) и, может быть, из неосу- ществленных планов Микеланджело, не- задолго до своей смерти взявшегося за раз- работку проекта главного храма ордена. Но обособление капелл (заменивших ни- ши в церкви Альберти) и укорочение вет- вей трансепта придали интерьеру новую целостность, а динамизм вытянутого нефа получил исключительно сильное заверше- ние в величественном средокрестии с гро- мадным куполом. Так, сочетание базили- кального и центрического типов церковно- го здания приобрело у Виньолы новую си- лу и смысл. Сильнейшим архитектурно-выразитель- ным средством здесь становится свет. Рав- номерное освещение нефа через полукруг- лые окна над капеллами перебивается пе- ред самым средокрестием, и эта теневая пауза подчеркивает интенсивность света, падающего сквозь фонарь и окна купола. Свет вносит в композицию храма (а вме- сте с тем и в богослужение) подлинно cue-
Рмн.Шрко8ь иль Джезу, Фрагментфасада
37. Витербо. Фонтан на пьяцца делла Рокка. Виньола нический драматизм. Другим важнейшим средством формирования архитектурного образа церкви является крупная масштаб- ность как ее интерьера, так и фасада. Впечатление от церкви, эффектно рас- крывающейся в угловом ракурсе, растет по мере приближения к ней, но только под- нимаясь по широкой лестнице, зритель вос- принимает в полной мере огромные разме- ры импозантного и строгого, словно чекан- ного, фасада, который по грандиозности вполне отвечает интерьеру, а по своей сдер- жанности является разительным контрас- том к великолепию внутреннего (более позднего) убранства. Фасад в своих основных чертах опреде- лен Виньолой, но при его осуществлении Джакомо делла Порта сделал ряд измене- ний в духе последней четверти XVI в., уси- лив монолитную целостность композиции. Двухъярусный ордерный фасад главного храма иезуитов с его волютами, объединя- ющими боковые нефы с центром, стал про- тотипом для множества католических церк- вей нового времени'. 1 Развитие этой композиции церковного фасада чолно чр<. л. .-.ill II.. м.,.1, ны ..и церкви Виньолы в Нели и на фасадах церквей Санта Катерина деи фу- нари (1564 г. Гвидетто Гвндетти) и Сан Спирито ин Сяссиа в Риме (начата Антонио да Сангалло Млад- шим в 1538 г.) В этой же связи следует упомянуть церковь Саи Бенедетто в Полироне близ Мантуи (начата в 1539 г. затем реконструирована Д. Ро- мано), а также малоизвестные церкви в Кампанье арх Дж Тристане из Феррары (1515—1574 гг.). который, став членом иезуитского ордена, настой- чиво пытался разрешить поставленные орденом архи- тектурные задачи В наследии Виньолы особое место за- нимают его фонтаны. Чрезвычайно раз. нообразные по замыслу и форме, нередко тонко противопоставляющие строго текто- ническую композицию динамике льющей- ся воды, они всегда удачно расположены на площади или перекрестке и по-новому выявляют значение традиционного общест- венного водоема в южном городке (фон- тан в Витербо, в Баньяне и др., рис. 37). В своих интересно задуманных и тща- тельно разработанных композициях Винь- ола раскрывается как тонкий и взыскатель- ный, но вместе с тем противоречивый ма- стер. Творчество Виньолы во многом еще близко классическим принципам Возрож- дения, но изысканная, порой суховатая, элегантность или величавая импозантность его произведений отчетливо отражает вку- сы его аристократических заказчиков и дух иного времени, а многие композици- онные приемы мастера получили широкое распространение лишь значительно позд- нее. Так, в барочной архитектуре были под- хвачены динамические качества и глубин- ное развитие композиций Виньолы, его умение работать с большими архитектур- ными массами (Капрарола, огромный не- достроенный дворец Фарнезе в Пьяченце с открытым театром во дворе), а строгая ло- гичность его ордерных композиций сыгра- ла большую роль в архитектуре классициз- ма по всей Европе. 2. АРХИТЕКТУРА ФЛОРЕНЦИИ Среди мастеров Флоренции середины и второй половины XVI в. одно из наиболее видных мест занимает Джорджо Вазари — архитектор и живописец, автор первой ис- тории и теории искусств, замечательного «Жизнеописания наиболее знаменитых жи- вописцев, ваятелей и зодчих». Джорджо Вазари (1511—1574 гг.) родился в Ареццо в семье горшечников (вазари). Странствова- ния и обучение у разных мастеров дали молодому Вазари довольно основательное образование. Осо- бенно важную роль сыграло ученичество и работа у Микеланджело. С 1532 г. в Риме Вазари начал изу- чать строительное искусство, «измерил и перерисовал все здания и статуи». В 1535 г. он строил укрепления для герцога Алессандро Медичи. К тому же времени относится сделанная им органная трибуна для собора в Ареццо. В 1542 г. построил в Ареццо собственный дом. Около 1550 г. в Риме выполнил ряд работ для папы Юлия 111 (стр. 232). С 1553 г. Вазари на служ- бе у Козимо Медичи работал во Флоренции и в дру-
юродах юсканы. .здесь он создал свои паяные архитектурные произведения, достиг высокого обще ттвенного положения и получил дворянское звание Hvlnl4 В BlSS?Pl°He п°строил “еРковь банта Мария Нуова. В 1555 г. перестраивал интерьеры палаццо Синьории во Флоренции. В 1559 г. создал проект но- вого здания для герцогской администрации-Уф- фици В 561 г. сделал проект (модель) перестройки палаццо Кавальери ди Сан Стефано в Пизе. В 1563 г в Пцстоие возвел купол церкви Мадонна дель Умиль- та. В 156э г. сделал модель Бадьи в Ареццо пере- страивал церковь Санта Фьоре э Лучнлла. В 'эти же годы во Флоренции Вазари внес некоторые измене- ния во внутреннее убранство церквей Санта Мария Новелла и Санта Кроче. В 1565—1566 гг. Вазари строил крытый переход между палаццо Синьории и палаццо Питтн; в 1567 г — лоджию на Меркато Век- кио во Флоренции. Последняя работа Вазари —Лод- жия в Ареццо (1573 г.). Вазари был идеологом строгого, акаде- мического направления в архитектуре, стре- мился сохранить классические традиции итальянского искусства начала века. Круп- ный деятель в области художественного об- разования, основатель флорентийской Ака- демии художеств (1563 г.), создавший Ака- демию рисунка, Вазари дает реалистичес- кое толкование задач изобразительного искусства. Рисунок в понимании Вазари — и в этом он прямой продолжатель класси- ки—основная категория изображения, не- сущая в себе обобщающие, типизирующие функции художественного образа. Вазари глубоко почитал авторитет великих масте- ров «Золотого века», в особенности Ми- келанджело, а также Брунеллеско. 1. Ареццо. Дом Вазари, 1542 г. Вазари. План, интерьер, фасад Однако в своей художественной практи- ке Вазари примыкал к маньеризму. Это отчетливо сказалось в тенденциях стилиза- ции архитектурных приемов мастеров клас- Наиболее значительным из ранних произведений Вазари был его собственный дом в Ареццо (рис. 1) — один из немно- гих сохранившихся от того времени жилых домов состоятельных горожан. План его компактен, прямоуголен. В отличие от па- лаццо дом не имеет внутреннего двора; его парадные помещения выходят непо- средственно на улицу. Не считая низкого цокольного, дом имеет два этажа: высокий первый —главный. Основное внимание а планировке обращено на удобство жилья. Арочный вход и широкая прямая лестница 2Ю
2. Флоренция. Палаццо Веккио (или Синьории). Лестница, 1555 г. Вазари в правой части дома ведут в расположен- ный в центре зал (42 л2), к которому при- мыкают остальные комнаты. К залу при- мыкает также обращенная на улицу парад- ная спальня, а по внутренней стене —тем- ная капелла (под вторым узким маршем лестницы). Двери сделаны вблизи стыка стен для наиболее удобного использования помещений. Все комнаты главного этажа перекрыты сводами, кроме более высокого зала, который имеет кессонированный по- толок. Потолки всех комнат, а в зале и стены, покрыты росписью. Дух кватрочен- то—в строгой и элегантной росписи сво- дов над гладкими стенами комнат, тра- диции Рафаэля и Микеланджело — в бо- гатой настенной живописи зала. Первой крупной работой Вазари во Флоренции была перестройка палаццо Веккио, начатая в 1555 г. Палаццо Век- кио. как и недостроенный дворец Питти, ну- жно было превратить в герцогскую резиден- цию. Из работ Вазари сохранились: главная лестница в верхнем этаже, апартаменты дельи Элементи, комнаты Элеоноры Толе- до, апартаменты Льва X. потолок «зала пятисот» и его передняя, «Тезоретто» (со. кровищница Медичи) и, наконец, богато отделанный, с инкрустацией из драгоцен- ных камней, рабочий кабинет герцога Фрац. ческо I — «Студиоло». Лестницы в палаццо Веккио (рис. 2) ти- пичны для стиля Вазари и флорентийских вкусов его времени. Длинные и пологие прямые марши проложены между белыми гладкими стенами, которые переходят в такой же гладкий свод. Кроме вделанных в стены поручней, карнизных тяг и плос- кой арки, отделяющей марш от площадки, здесь нет никаких украшающих деталей. Потолочная роспись Вазари в палаццо Веккио принадлежит к лучшим произведе- ниям этого рода в Италии и во многом вос- ходит к росписям виллы Мадама Рафаэ- ля, его лоджиям и залам в Ватикане. Здание Уффици во Флоренции (рис. 3—5) —главное и лучшее произведение Ва- зари-зодчего. Уффици, здание правительст- венной администрации Козимо I Медичи, в плане в виде узкой очень вытянутой бук- вы П, своей открытой стороной примыкает к площади Синьории, а двумя продольны- ми сторонами образует улицу (длина 142 и), ведущую к набережной Арно, куда раскрывается сквозная лоджия поперечно- го корпуса. Здание имеет три этажа и на всем протяжении улицы — единый фасад: внизу — сплошная открытая лоджия-гале- рея с многочисленными входами в здание, в среднем этаже — окна основных помеще- ний Уффици, в третьем — лоджия, застек- ленная позднее. Галереи Уффици перекры- ты сплошным плоско кессонированным ци- линдрическим сводом, который дополни- тельно освещен с улицы полосой низких окон. В правой части здания, близ лоджии деи Ланци, галерея отсутствует; на этом участке в здание включены стены старых построек. Внутренняя планировка Уффи- ци носила чисто деловой характер. История проектирования Уффици (из- вестен начальный вариант проекта Ваза- ри) позволяет уловить основную тенден- цию развития архитектурных идей в ком- позиции сооружения. Первоначально ма- стер обратился к традиционной форме па- лаццо— замкнутому прямоугольному объ- ему с фасадом, обращенным на площадь, и с внутренним двором, через который на- мечался сквозной проход к набережной (по
трассе пролегавшей здесь ранее улочки). Таким образом, хотя мысль зодчего была сосредоточена на композиции здания, чет- ко ограниченного извне, уже в необычно- сти сквозного прохода через вытянутый двор, служивший звеном в системе город- ских коммуникаций, была заложена возмож- ность нового решения задачи. То. к чему пришел Вазари, было принципиально но- вым. Не объем здания, а протяженное про- странство двора, перерастающего в ули- цу, было предметом интереса зодчего. Зна- чение главных получали глубинные, по су- ществу дворовые фасады. Традиционный мотив периметральной лоджии двора стал элементом улицы, получившей, в сочетании с галереями, «трехнефную» пространствен- ную композицию. Короткий поперечный корпус трактован в виде облегченной вста вки — арочного мотива сквозной лоджии. 341
4. Флоренция. Уффици. Галерея первого этажа 5. Флоренция Уффици. Вазари. Фасад поперечного корпуса со стороны реки, фрагменты фасада, пиана и разреза: Буоиталенти — наличник двери Порта делла Супплике внутри здания ритмически подхваченного в больших ароч- ных окнах второго этажа. В продольных фасадах Уффици в качестве главного чле- нения выделен антаблемент галерей. Это подчеркивало значительность арочного рас- крытия улицы к реке и ее необычную для Флоренции ширину (18 л). Новым было и конструктивное решение галерей Уффици. Цилиндрический свод, за- крытый фасадной стеной, восходит к Бру- неллеско (капелла Пацци): окна в этой сте- не для освещения свода—к Перуцци (двор палаццо Массими). Но обычную систему разгрузочных арок Вазари заменил клин- чатым строением фриза и карниза, полно- стью разгрузив таким образом архитрав. С фасада швы клинчатых камней верти- кальны на '/, их толщины, на остальную глубину скошены по принципу клинчатой перемычки, передающей нагрузку на моно- литные колонны. В постройке был приме- нен очень прочный и дорогой камень «пьет- ра ди фаччата» (его употребление разре- шалось только специальным указом). Го- лубовато-серый тон камня красиво сочетает- ся с белыми оштукатуренными стенами. Выполнение камнетесных работ в Уффици особенно тщательно, все каменные части от- полированы. Введение металлических свя- зей в свод галерей позволило сделать ми- нимальным сечение опор, более воздушны- ми и светлыми самые галереи, которые Буркхардт назвал красивейшими в Ита- Весьма характерной постройкой для Флоренции времени правления Козимо Ме- дичи является изолированный к р ы т ы й п е- реход от палаццо Веккио к палаццо Питти — резиденции Медичи. Он был соз- дан Вазари в невероятно короткий срок (5 месяцев). Собственная улица для гер- цога, высоко над головами подданных и им недоступная, должна была обезопасить пе- редвижение Козимо по городу. Крытый переход шел от палаццо Веккио аркой к Уффици, далее вдоль набережной Арно до Понте Веккио, над лавками ювелиров, на другой берег реки к палаццо Питти. Можно полагать, что в постройке «ко- ридора» сам Вазари видел воплощение в жизнь идей Леонардо да Винчи об улице над улицей, которая служила бы «улицей для благородных». Однако этот переход для «благородных», нужный одному лишь герцогу, не был продиктован интересами города. Постройка «коридора»—свидетель- 242
ство подчас уродливых фовм тельства Флоренции в гРаД°строи- реакции середины XVI у 0ВИях режима В СО-х годах Вазари частично „ ивал интерьеры „еDин„,в° пеРе«Ра- 1' “ '--“‘iid .ч а п и я п * d Флоренции. Первую преднт™,?®елла в° флорентийского пантеона н на роль образуют по продольной стенеТж алтари двухколонных портиков С тпДЛ строй лучковыми Фронтонами, в рядч "ЫМИ и поставлена гробница Микеляио^ оторь|х ты Вазари (1570 г • nDax м„ л° раб°' был тайно привезен во Фло^енциюТри0 ма самим Вазари). и ц ю из Ри' В те же годы Вазари работал и в гих городах. Наиболее значительным ™ оружением было па лаццо деи Кявв е р и д и С а и С т е ф а и о в Пизе (рис 61’ перестроенное из старого здания. Палаццо с главного фасада имеет три этажа не счи тая цокольного полуэтажа. Наружная ле стница — упрощенный вариант лестниц па- лаццо Сенаторов на Капитолии в Риме — ведет в первый этаж. По традиционной схе- ме второй этаж, главный, выше остальных Фасад с плоским обрамлением простых окон представляет собой гладкую стену сплошь покрытую росписью, которая соз- дает подобие легкого каркаса, заполнен- ного филенками из арабесок. Вверху в овальных нишах поставлены бюсты Меди- чи (исполненные по рисункам Вазари), пластика которых оттенена общим графи- ческим рисунком фасада. Перед домом фон- тан работы Вазари. Церковь Сан Стефа- но деи Кавальери, сооруженная мастером рядом с дворцом, сильно перестроена. ц е р к в^ИСмЙе Вазари возвел купол ьмигран,,ый купол состоит «з ух кирп H IX оболочек, внутренней цир- соепи»™ внешней немного повышенной, соединепных каменными ребрами, выступа- тпмк о наружУ- Форма купола привела к ому, что распор от собственного веса ку- пола почти исчерпал его несущую способ- ность и его основание было стянуто пятью железными поясами. Купол очень красив и господствует в силуэте города. Внутрен- няя поверхность купола плоско кессониро- вана Подобно сводам галереи Уффици. Значительной работой Вазари была пе- рестройка бадьи в Ареццо (церковь Санта Фьоре э Лучилла). Первоначаль- но церковь была задумана Джулиано да Майяно (1480 г.) в виде базилики с пятью большими куполами по среднему нефу и с двойным числом куполов по боковым. Ва- зари заменил первый, третий и пятый ку- пола цилиндрическим сводом, создав по главному нефу ритмический ряд сменяю- щихся сводов и куполов. В боковых нефах каждому своду главного нефа отвечает уз- кий поперечный овальный купол с двумя узкими сводами, а куполу — поперечный цилиндрический свод. Так Вазари превратил цепь четко выделенных купольных прост- ранств постройки да Майяно в единое, сло- жно организованное протяженное прост- ранство. Одним из самых поздних произведений Вазарибылалоджия в Ареццо (рис.7). 6. Пиза. Палаццо Деи Кавальери ди Саи Стефано, по модели Вазари. 1561 г.
7. Ареццо. Лоджия. 1573 г. Вазари длинная монументальная аркада крупного масштаба. Из девятнадцати арок лоджии шестнадцать выходят на старую рыночную площадь, замыкая ее с наиболее возвы- шенной стороны. Простые формы лоджии красиво контрастируют со сложной архи- тектурой средневековых зданий, формиру- ющих облик площади. Лоджия в Ареццо — большая градостроительная удача Вазари: «бесконечная» перспектива лоджии, сквозь арки которой раскрывается панорама пло- щади и церкви, органично связана с жиз- нью и архитектурой города. Здесь Вазари, как и в Уффици, подлинный мастер гра- достроительного ансамбля. Бартоломео Аммана™ архитектор и скульптор, один из наиболее интересных представителей маньеризма. Бартоломео Аммана™ (1511-1592 гг.) родился а Сеттиньяно, близ Флоренции. Учился скульптур. uomv искусству V Бандинелли во Флоренции и Якопо Сансовино в Венеции, где участвовал в отделке биб- лиотеки Сан Марко. Его третьим учителем был Мн- келанджело. флорентийские работы которого Амма- на™ тщательно изучал. Первая архитектурная ра- бота (с 1546 г.) — надгробие Беневидео. сооружен- ное в падуанской церкви дельи Эремитани. С 1550г. Аммана™ участвовал в строительстве виллы папы Юлия 111 В 1552 г. перестраивал палаццо ди Фиреи- це в Риме В 1555 г. возвратился во Флоренцию и соорудил фонтан (не закончен, его скульптуры- в садах Боболи и музее Барджелло) для «зала Пя- тисот» в палаццо Веккио. В 1560 г. победил Джам- болонью. Бенвенуто Челлини и Данти на конкурсе проектов фонтана для площади Синьории (фонтан Нептуна, поставлен в 1575 г.). В 1560 г. начал пере- стройку и расширение палаццо Пнтти В 1563 г. строил палаццо Грифони. В 1567— 1569 гг. возвел мост Санта Тринита на Арно В 1578 г. строил палаццо делла Синьория в Лукке, с 1579 г. иезуитскую церковь Сан Джованнино во Флоренции. В 1582 г. заложил здание иезуитской коллегии в Риме _ Колледжо Романо. В 1585 г. консультировал перевозку обелиска на площадь св. Петра в Риме. Достоверные архитектурные работы (кроме на- званных): палаццо Джуньи. Рамирец-Монтальво и Мондрагоне во Флоренции: второй двор церкви Сан Спирито там же; палаццо Микелетти-Бериарди в Лукке; палаццо Каетани в Риме. Сохранились фраг- менты написанного после 1550 г. трактата об архи- тектуре (в собрании Уффици) с большим планом идеального города. 8. Флоренция, палаццо Пнтти. Фонтан над гротом и амфитеатр 244
................. _ ДВОРОМ ; резиденции. Помимо этого₽ hvZ « й °б?±'1,1:..'1:Ь,...?В°Р.ец с . «Дами НОБобб“Ли° оа.чпипии.п Первой большой работой д... ли задний фасад и двор пал””аиа™ вы- ти (рис. 8. 9). который долЖенЦбм°лПиТ’ внутренним парадным двором ГРпппГат,Ь резиденции. Помимо этого₽ ии»,?“г,ской объединить дворец с садами к„, Двор палаццо Пнтти, образованный пХ массивомб„емом тРехэтажного палаццо и одного этажяПОрН°Й СТеиы сада в ВЫСОТУ двоил Рэ, аж ’ с тротом в ней со стороны сечениымМ кажется огромным гротом, вы- В РУст о^пйаНИТ"ОЙ скале и данным свя/яи/Л мастера-каменотеса. Двор н с природой не только рустовкой стен
10. Флоренция. Палаццо Грнфони, 1563 г., Амма- под дикий камень, но и тем, что составляет композиционное целое с амфитеатром пар- ка. Крылья амфитеатра образуют обшир- ную площадку, по границе которой с дво- ром, по его оси (над дворовым гротом), поставлены фонтан и обелиск. Верхняя мраморная балюстрада амфитеатра с эди- кулами четко вырисовывается на фоне вы- сокой живой изгороди. Площадка с обе- лиском предназначалась для театральных действий (как двор виллы папы Юлия III в Риме), и во время представлений огром- ный фантастический грот-— двор палацц0 (отсюда —двухэтажного) — служил посто- я и ной декорацией— задником спектакля. Только находясь вблизи, во дворе, мож- но оценить виртуозное мастерство архитек- тора-скульптора. Различна рустовка каж- дого из трех ярусов двора с полуколон- нами дорического, ионического и коринф- ского ордеров; различны по формам налич- ники окон с полуциркульными, лучковыми и разорванными фронтонами; различны и особенно необычны обрамления дверей. Бесконечно разнообразны детали и орна- мент с масками и букраниями, с вазами и щитами, сочетающимися со строгими три- глифами и крутыми завитками волют. И в каждой невиданной до того детали, в каж- дой мелочи — манера Амманати, его ярко выраженная индивидуальность. Более стро- ги окна по первому этажу главного фаса- да дворца, также выполненные мастером. На углу улицы де Серви и площади Сантиссима Аннунииата с портиками Бру- неллеско и Сангалло Амманати возвел па- лаццо Грифон и (теперь — Будини- Гаттаи, рис. 10). Главный вход обращен на улицу Серви. Арка портала, тройное ок- но над ним и скульптурный герб создают выразительную вертикаль на оси фасада, оттеняя вход. В фасаде с площади центр выделен иначе. Акцентирующий мотив ат- тика с балюстрадой и волютами отнесен к плоскости фасада в целом, закрепляя его место в ансамбле площади. Розовый отте- нок кирпича (палаццо—одна из немногих 11. Флоренция. Палаццо Грнфони. Амманати. Пор- тал. консоль карниза в ве- стибюле
неоштукатуренных кирпичных „„ Флоренции) гармонирует с серым камней угловых рустов и Обрамления пп мягко сочетается фактура материалов шероховатого кирпича с гладкимкамнем Тип фасадов, идущий от фасада *"мнем- Фарнезе в Риме, обычен для Италии »тп° рой половины XVI в.: три этажа, русты по углам и вокруг порталов, венчающий кап° низ античных форм, оконные наличники с треугольными и лучковыми фронтонами В композиции фасада Амманати-архитек- тор в достаточной мере строг, зато всю свою склонность к необычному, порой гро- тескному, всю свою виртуозность проявил Амманати-скульптор, Здание трижды опоя- сано фризами, покрытыми ювелирной резь- бой. Невозможно перечислить все изыскан- лччши₽аЦ™ГрИфони и палаццо Джуньи- Два ДСКИе постР°«ки Амманати. па л ИХ пГ0 ФЛ0Рен™йских дворца — ц« ,Р а м н Ре и-М о н т а л ьво и палаццо Мондрагонс. В первом фа- п п п п ные мелочи, какими украсил дворец мас- тер, работа которого напоминает работу резчика гемм и камней (рис. 11). Меньше скульптурных деталей во вто- ром городском дворце Амманати —па- лаццо Джуньи на улице дельи А л ь ф а н и (рис. 12). Тип римских дворцов Антонио да Сангалло в этом палаццо раз- работан еще свободнее, чем в палаццо Грифони. Квадратный план дворца с цент- ральным двором сочетается здесь с осевым, глубинным развитием дворового простран- ства. Этому отвечает более сильный, чем в палаццо Грифони, акцент на оси фасада с богатым порталом входа. Портал, эдику- ла с гербом и подоконники первого этажа обработаны тонкой скульптурной резьбой. Палаццо Джуньи монументальнее и строже более изысканного палаццо Грифо- ни. Сдержанная мощь — и в общем облике фасада и в деталях. Подчеркнуто стройны фигурные кронштейны портала, завершаю- щие нарядные вертикали обрамления глад- ко рустованной арки входа. Плоско обра- ботанный портал (его малый рельеф хоро- шо оттенен сильным изгибом подоконных волют) образует единый силуэт с балконом и проемом второго этажа. Тонкая пласти- ка портала и скульптурный герб создают обостренный контраст с простой гладью стены. Садовый фасад здания очень прост. Во дворе, продолжая шаг аркады, гладь стены членится темным рисунком плоских лопаток и филенок, как и в дворовых фа- садах палаццо Грифони. Эта плоскост- ность— стилевая черта флорентийской ар- хитектуры XVI в. (палаццо Аркивескови- ле — постройка Дозио и др.).
сад сплошь покрыт сложным узором сграф- фито. В палаццо Мондрагоне, сухом и хо- лодном, возможно, сказалось нарастание ущербных настроений, связанных с силь- ным воздействием на Амманати идей като- лической реакции. В 1567 г. Амманати приступил к соору- жению моста Санта Тринита через 14. Лукка. Палаццо делла Синьория. 1578 г. Амма- на™. Фрагмент главного фасада Арно (рис. 13). Строительство моста, свя- зывавшего центральную улицу города с его левобережной частью, имело большое градостроительное значение. Формы моста очень просты. Каждый из трех пролетов перекрыт пологим, очерченным из многих центров распластанным арочным сводом. Размах удлиненного овала коробовых арок придает мосту легкость и элегантность. Своеобразная изысканная грация этих трех мостовых пролетов, их упругий и одновре- менно очень пластичный, мягко изогнутый силуэт резко отличались от остальных мо- стов города и вызывали всеобщее восхище- ние. Единственным скульптурным украше- нием моста были картуши в замках арок (скульптуры времен года по концам моста поставлены несколько позднее). Мост Ам- манати, исполненный подлинной монумен- тальности, снимает частое обвинение фло- рентийских зодчих чинквеченто в ограни- ченности их творчества, якобы выражав- шего себя лишь в области декоративной детали. Мост Санта Тринита убедительно говорит о тектоничности решений большой архитектурной задачи и новизне ее трак- товки флорентийским зодчим XVI в. В 1577 г. совет г. Лукки принял при- сланный Амманати проект палаццо дел- ла Синьория. В следующем году архи- тектор, сделавший модель палаццо, был ут- вержден его строителем на пять лет. Позд- нее дворец перестраивался, от проекта Ам- манати остались лишь фасад и первый, так называемый Швейцарский двор (кортиле дельи Звиццери). 24Ь
В фасаде палаццо делла си„. (р1,с. 14) нет полнокровности и силы преж „их произведений Амманати. Как и двои палаццо Питти, фасад похож на театпяТ ную декорацию, но не высеченную из камня навечно, а временную-из холста на бе лом поле которого темным рисунком даны различные архитектурные мотивы. В Ласа де тонко выдержан нюанс между его чисто декоративной темой и структурой целого которая ясно читается в градациях релье- фа. Богатство ритмов позволяет читать рисунок форм по вертикали и по горизон- тали одновременно и как бы сообщает условной схеме фасада зрительное, эмо- циональное движение. Вместе с тем в фасаде палаццо делла Синьория ясно ощу- тима эстетизация декора, утеря его орга- ничной связи со стеной. Более строг и ла- коничен задний фасад, выходящий на Швейцарский двор. Здесь арочный мотив фасада, пятикратно повторенный, сочетает- ся с открытой рустованной аркадой внизу. Между арками первого этажа—тонко вы- лепленные кронштейны (рис. 15). В Лукке в палаццо Бернарди (те- перь Микелетти, рис. 16) Амманати еще раз пытался переработать в своей манере избранный им прототип, которым на этот раз было рафаэлевское палаццо Пандоль- фини. Применив и формы дворца Синь- ории. обогатив их лишь разнообразной ру- стовкой, он сохранил в этом частном дворце живописную асимметричность и сдержан- ную двухтонность прототипа, сочетающую- 15- Лукка. Палаццо делла Синьория. 1578 г. Амманати. Аркада двора ся здесь с зеленью сада. Небольшая изящ- ная постройка — воспоминание не только о Рафаэле, но и о лучшей поре творчества Амманати. Иной характер носят его рабо- ты в Риме, где он начал и закончил свою деятельность как архитектор. Чисто по- римски строг фасад палаццо Каэтани. Над главным этажом — типичный для рим- ских дворцов XVI в. служебный полуэтаж с малыми окнами, дающий в фасаде укруп- ненное среднее членение. Облик палаццо с его гладкими стенами, мощными рустами углов, сдержанным декором проемов спо- койно величав. Подобные дворцы опреде- лили лицо аристократической жилой заст- ройки Рима конца XVI в. Совсем недавно 16. Амманати. Рим. Коледжо Романо, портал (слеза); Лукка, палаццо Бернарди
17 Флоренция. Буонталенти. Фонтан на углу виа Борго Сант Якопо; палаццо Нонфинито, деталь окна; дом Бьянки Капелло, 1567 г. приписывали Виньоле перестройку палац- цо Ф прение в Риме, признанную те- перь ранней работой Амманати (где впер- вые появляется проходящий через все его творчество палладианский арочный мотив). Недостаточно ясно участие Амманати в строительстве виньоловской виллы папы Юлия 111. Весьма возможно, что Амманати принадлежит часть второго двора с лод- жией и нимфеем; имя зодчего — на доске в лоджии, замыкающей первый двор. Эта часть виллы — одно из лучших произведе- ний молодого Амманати (стр. 232). В Риме находится и последняя работа архитектора — Кол л е джо Романо (за- ложен в 1582 г.). Мрачное здание резко противостоит всему, что было сделано им раньше, кроме флорентийской церкви (о ней--ниже). Аскетически строгому фасаду с двумя суховатыми порталами в духе Ми- келанджело (см. рис. 16) нельзя отказать в мощи и лаконичности архитектурного язы- ка. Оно выразительно характеризует и но- 270 вое мировоззрение архитектора, в конце 70-х годов целиком предавшегося иезуи- там, и всю эпоху контрреформации, глав- ным штабом которой был Рим. Аскетиче- ские настроения и сближение с иезуитами, (выражавшими горячее одобрение постро- енной по их заказу церкви Сан Джованни- но во Флоренции — одной из самых слабых работ архитектора) оказали самое отрица- тельное влияние на его творчество. Достойный соперник Амманати. Бер- нардо Буонталенти, приехавший в 1563 г. во Флоренцию, всю жизнь работал при дворе Медичи не только как архитектор и художник, но и как военный инженер и изо- бретатель, оформитель зрелищ и празд- Бернардо Буонталенти (1536—1608 гг.) сначала известен как инженер-фортификатор. Им построены крепости Бельведер во Флоренции, в Ливорно, в Торре дель Соле и др., им же проводились фортификационные работы в Пистойе, Сиене и на Эльбе. Буонталенти возглавлял школу тосканских инженеров, построивших много крепостей в Италии,
Германпи и Венгрии, и оставил вв» , труда: «Книгу о фортификации» и искусство». Его архитектурная деятелк»„« рИпе лас....строительства виллы Пратолёи ' " м НаЧа' В 1569 г. Затем Буонталенти реконстпчяпь Медич" Петрами (1575-1589 гг.). зЕЗ л^вХ’м”™У близ Пистойи (1580 г.) „ выстроил 2» Артимпно близ Синьи (1594 г.| П»поаГ° ВИЛЛУ „о Флоренции - дом Бьянки Капелло П°5Я7РОЙ? Главные сооружения-Казино Медичёо (я« г1’ Марко. 1574 г. теперь Дворец Правосудию- 2 Са" Нонфинито (с 1593 г.): палаццё Коринн' (1594^° впоследствии перестроено архитектором СильвЛю' Кроме того. Буонталенти продолжал работы в Ж' пи „осле смерти Вазари (с 1574 г.), в’пии высХл арсенал и лоджию леи Банки (1605 г.) и закончил начатую Вазари церковь Сан СтеЛяи„ ,„.. 7. ч“л вгеС«и„ °Н’ как 11 ® пеРВ0Й своей работе, ИД а?ИМание отяал нижнему этажу. Над ерхними окнами зодчий оставил только “Ромные сандрики и плоским рельефом оконных обрамлений связал пятна окон с ягой, а нижние окна, по схеме палаццо тандольфини и более поздних римских по- строек, завершил поочередно треугольными и лучковыми фронтонами, отделав каждый из них с неистощимой изобретательностью в деталях не менее тщательно, чем окна дома Бьянки Капелло. Более скупы в деталях очень простые фасады здания со стороны просторного и спокойного двора со строгим фонтаном. В отличие от городских домов кватрочен- то здесь и во многих других домах этого времени основное богатство тонкой наруж- (сохранившаяся лестница перенесена в церковь Сан Стефано) и фасад той же церкви (1593 — 1594 гг) проекты фасада собора, алтари в церквах Санта Мария Маджоре, Сан Лоренцо. Сан Спирите Декоративные работы: грот в садах Боболи и проект благоустройства палаццо Питти, оформление многих празднеств, турниров и других зрелищ. Кроме того он постоянно что-то изобретал (например, состав фарфора, положивший начало фарфоровой мануфак- туре Медичи, для которой он делал рисунки ваз) О Буонталенти см. также стр. 242, 351. Первой работой Буонталенти была пере- стройка дома Бьянки Капелло (рис. 17) на ул. Маджо. Дом в три жилых этажа и со служебным полуэтажом вверху типичен для рядовой застройки Флоренции того времени. В фасаде, отталкиваясь от приемов Амманати (сграффито на стене, свободная трактовка классических форм), мастер сумел показать и присущие ему лично черты. Главные из них —тонкое чув- ство пропорций и богатая фантазия, на- правленная на изобретение новых декора- тивных форм, в чем Буонталенти не усту- пал Амманати. Верхние этажи узкого фа- сада в четыре арочных гладко обрамленных окна очень просты. С этой строгостью, поч- ти скупостью, контрастируют формы окон первого этажа, а также фантастический узор сграффито с крылатыми фигурами и гротескным орнаментом. В садах Медичи, близ монастыря Сан Марко (ныне по ул. Кавур), Буонталенти построил Казино Медичео (рис. 1о) Фасад этого здания решен монументально и просто —гладкая стена, завершенная стропильным карнизом, с гармонично раз- мещенными -проемами окон и двери. йрхи- тектору нужно было обладать очень тон- ким чувством пропорций, чтобы РазмесТ1РГ проемы на столь протяженной гладкой не, избежав монотонности. Разделив фа- сад по горизонтали гладким, очень плоек кафедрТ хора в ' церкви Cam. Тринит. (нын. кафедр г церкви Сан Стефано)
19. Флоренция. Вилла Петрайя, 1575—1589 гг. Брон- ной отделки принадлежит уличному фа- саду. Казино Медичео, занятое флорентий- ским судом. — главная и лучшая архитек- турная работа Буонталенти. После смерти Вазари Буонталенти про- должал строительство Уффици. Вместе с Поччетти он выстроил большой восьмигран- ный купольный зал. отделанный мрамо- ром и мозаикой, со сверкающим перламут- ром в куполе. В этом зале, получившем название Трибуна, теперь размещены луч- шие скульптурные и живописные произве- дения музея. Сохранились в Уффици и два мраморных портала Буонталенти; в П о р т а делла Супплике (см. рис. 5) по- 20. Тшшано. Вилла делла Маджа, 1580 г. Буонталенти ловины лучкового фронтона повернуты на- ружу, как два крыла. ’ Более значительными по масштабам бы- ли работы в палаццо Веккио. Архитектор перестроил, стремясь к большей симмет- рии, часть старого дворца, выходящую на площадь Сан Фиренце и улицу де Гонди. В фасадах этой части здания хорошо видны ряды введенных служебных полуэтажей с мелкими квадратами окон. Дворец теперь получил шесть этажей —три основных и три служебных, сгруппированных по фа- саду в три убывающих яруса. Сохранив сплошную рустовку, Буонталенти придал ей некоторую регулярность, обрамив плос- кими рустами проемы и выделив углы. В последней городской постройке Буонтален- ти—лоджии деи Банки в Пизе— при известной монументальности заметна и другая, несвойственная архитектору чер- та — некоторая мрачность дорических форм нижнего этажа. Но и здесь, за строгими арками и фризом с триглифами, под мощ- ными сводами можно увидеть выдумки Буонталенти в капителях и консолях, в де- талях фонтана и т. п. В церковных сооружениях Буонталенти показал себя менее значительным архитек- тором, чем в постройках светских. Больше всего работал он для флорентийского мо- настыря Санта Тринита, где перестраивал церковь того же названия. Хотя фасад церкви Санта Тринита повторяет общую схему фасадов римских церквей времени контрреформации, в нем нет ничего от их барочного склада (ближайшая аналогия — фасад церкви Сан Спирито ин Сассиа Ан- тонио Сангалло Младшего). Простые чле- нения довольно сухого в целом фасада четко выявляют трехнефный план церкви. Значительно интереснее кафедра хора с лестницей, которая вела в алтарь церкви Санта Тринита. но позднее была перенесе- на в другую флорентийскую церковь, Сан Стефано. Нигде так безудержно и ярко не проявилась тяга Буонталенти к деталям, идущим от форм органической природы. По сторонам кафедры две распластанные фан- тастические раковины из мрамора, заги- бающиеся в волюты под выступом кафед- ры. Темный мрамор превращен в подобие тягучего пластического тела, причудливо изгибающегося по воле зодчего (рис. 18). С лестницей Санта Тринита перекли- кается маленький фонтан на углу улиц Борго Сант Якопо (см. рис. 17) и делло Спро-
не во Флоренции. Две волюты пОхпж„ раковины улитки, своими завивками »На жат чашу фонтана, в которую Ив причуми вой маски льется струйка воды. В ф 0УХ х фонтана нет ни одной жесткой линии ка жется будто они сами, как живые Л’-- • ваются в завитки. Единственная’строгая' тектоническая форма в этой композиции! четкие грани скошенного угла, к которым прилепились волюты чаши. Гладь стены остро контрастирует с мягкой пластикой Так же, как и фасад церкви Санта Три- нита, мало интересен проект фасада Фло рентийского собора, хотя и изобилующий тонкими деталями (сохранилась его дере- вянная модель); еще скучнее алтари и ка- пеллы в других флорентийских церквах Жилые сооружения Буонталенти строил больше за городом, чем во Флоренции. Са- мой большой и богатой была вилла Прато- лино (начата в 1569 г., разрушена в прош- лом веке), о которой можно судить только по изображениям и описаниям современни- ков. В перестроенной Буонталенти старой вилле Петрайя (рис. 19) на гладких стенах строго размещены просто обрамлен- ные прямоугольные окна и арочная дверь в формах Брунеллеско. Кроме угловых ру- стов без рельефа и герба над главным вхо- дом здесь нет других украшений. Прост и стропильный карниз. Крепостной башне на машикулях, оставшейся от старой по- стройки и превращенной в вышку с лоджи- ей, Буонталенти придал новый не лишен- ный элегантности облик. Буонталенти принадлежит и вилла делла Маджа в Тиццано, близ Пистойи, также созданная им на базе старой постройки. Во дворе виллы Маджа архитектор, идя от мотивов флорентийского кватроченто, использовал сочетание белых стен и темного рисунка почти гладкой (в подрезку) филенкообразной декорировки (рис. 20). Вместе с темными горизонталями карниза и тяги, дугами аркады и обрам- лением проемов узор фигурных филенок придает небольшому дворику облик наряд- ного интерьера. В центре дворика типичное для Буонталенти низкое кольцо фонтанной чаши со статуей пастушка, играющего на волынке. Последнее и лучшее из загородных со- оружений архитектора —вилла Арити- мино (рис. 21) в окрестностях Синьи. В 21. Синья. близ Флоренции. Вилла Артимино, 1594 г. Буонталенти. Юж- ный фасад, план ней мастерски «обыграны» формы преж- них загородных замков. План виллы прост и рационален. Жилые комнаты выходят в продольные залы в два света с торцов, свя- занные с вестибюлем в центре. Главный вход в виллу —по наружной лестнице че- рез лоджию во второй, парадный, этаж; под «висячим» маршем лестницы вход в первый этаж. Вилла, в целом трехэтажная, имеет по северному фронту еще служебный полуэтаж между вторым и верхним. По сторонам вестибюля — две одномаршевые лестницы. Все помещения имеют камины В бастионообразных выступах — санитар- ные узлы. Внешний облик виллы изысканно прост. Подчеркнуто простой объем, крупный ри- сунок фасадов с редкими, словно в крепо- сти, окнами, большое поле стены с немно- гими скупыми деталями, все это, пронизан- ное тонким чувством пропорций, гармонич- но связано с пейзажем. С северной сто- роны — глубокая, нарядная лоджия. Благо- даря рифленой фактуре, росписям сводов
и мраморным вазам она воспринимается как ювелирная драгоценность, вправленная в гладкую стену фасада; лестница изящ- ным мостиком спускается из лоджии. Центр южного фасада отмечен балконом с тремя окнами и гербом Медичи над ними. Во всей вилле Артимино нет новых вы- думок Буонталентн, зато именно здесь он еще раз в полной мере обнаружил тонкое чувство пропорций, строгий и безошибоч- ный вкус, лишь иногда изменявший ему, когда он, дав полную волю фантазии, пре- вращался в выдумщика-декоратора. 3. АРХИТЕКТУРА СЕВЕРНОЙ ИТАЛ И И Если в XV в. гуманизм и новые течения в архитектуре (как и во всех видах искус- ства) проникали на север с большим запоз- данием, то теперь здесь значительно доль- ше сохранялась вольная атмосфера Воз- рождения. Разумеется, социально-экономические и политические условия в отдельных городах были далеко неодинаковы. Так, в Мантуе, где обосновался Джулио Романо, в при- дворной обстановке маленького провинци- ального княжества, быстро развернулись противоречивые особенности мастера, едва лишь угадываемые в его римских построй- ках первой четверти века и сближавшие его творчество с маньеризмом. В Генуе, некогда соперничавшей с Вене- цией в заморской торговле, главным заказ- чиком было купечество. Здесь Алесси соз- дал своеобразный тип полудворца-полувил- лы, приспособленный к крутому рельефу города, раскинувшегося на скалистых скло- нах вокруг гавани. В Падуе, одном из старейших универ- ситетских городов Италии, господствовав- ший дух кабинетной учености и гуманизма явственно отразился на творчестве стро- ившего там Фальконетто. В Вероне, входившей в материковые владения Венеции, но сохранившей относи- тельную самостоятельность, протекала дея- тельность Санмикели, верного традициям римской классики начала века. Но главная, определяющая роль в архи- тектуре Северной Италии принадлежала в XVI в Венеции. Венеция очень мало счи- талась с авторитетом папы и служила при- бежищем всего передового и прогрессивно- го. После 1527 г. вместе с Сансовино сюда проник классический стиль римской архи- тектуры начала века. Перерабатывая этот архитектурный стиль в своеобразных усло- виях города, Сансовино создал новый ва- риант дворца, в котором отразились осо- бенности местного быта и вкусы венециан- ской знати. Деятельность Сансовино, окон- чательно оформившего центр Венеции, под- готовила почву для Палладио, в творчест- ве которого гуманистическая архитектура Италии пережила последний предзакатный расцвет. Джулио Романо любимый ученик и помощник Рафаэля как в станковой живо- писи, так и в росписях — был его учеником и в архитектуре. Джулио Романо, единственный из круп- ных архитекторов Возрождения, родился в Риме и вырос среди античных развалин. Не удивительно, что могучие формы древ- них сооружений и руин очень рано появи- лись в архитектурных фонах его фресок (начиная с первых тематических росписей в лоджиях Ватикана) и не исчезли из его живописи до конца жизни. Джулиано Пиппи Романо (1499—1546 гг.) по- ступил в мастерскую Рафаэля в десятилетнем воз- расте и был в числе его помощников в период рос- писи виллы Фарнезииа, ватиканских лоджий и стан- цы дель Инчендио. Четвертая станца, так называе- мый зал Константина, выполнена им и другими уче- никами после смерти мастера. В то же время (1520— 1522 гг.) он вместе с Джованни да Удине продолжал строительство и отделку помещений виллы Мадама. В Риме Дж. Романо построил два палаццо: Альберини (1523 г.) и Маккарани (1535 г.), помеще- ния у площади св. Петра для начальника папской канцелярии Жиберти, виллу на Яникуле для Балта- зара Турини из Пешии (в XVIII в. перешедшую к кардиналу Ланте и по его имени получившую свое название). С 1524 г. и до смерти Дж. Романо работал в Мантуе, где в 1526 г. назначен смотрителем всех со- оружений герцогов Гонзага, а затем получил долж- ность «смотрителя улиц» города. Он строил и распи- сывал (вместе с помощниками) палаццо дель Те (1526—1534 гг.) и ряд помещений в герцогском зам- ке (1536—1539 гг.). Романо возвел палаццо ди Джу- стиция, двое ворот в герцогском замке и большой двор, так называемый Кавалерицца (1538—1539 гг.). Кроме того, нм перестроены церковь Сан Бенедетто в Полироне близ Мантуи (1539 г) и мантуанский собор (1544 г.), а также выстроен собственный дом (около 1544 г.). Практическую работу в области архи- тектуры Джулио Романо начал строитель- ством виллы Мадама, которое он вел в соответствии с эскизами учителя до 1522 г., когда работы были приостановлены. Но су- 254
ДИТ1. об архитектурном правлении Дж. Романо в тот и на' на основании лишь дВ..„ риод можно Альберини (позднее принял™ аЦЦ°~ чапорчи) иМаккаранн, очень п Л Чич' дру, iia друга. ень похожих На очень простом, крупно nvrr™ первом этаже палаццо возвыЕсь*1”0” других; стена их расчленена „ ся Д8а дубленными прямоугольными рамкКамМИ(уг’ па филенок). Мощная рустовка“ n(™‘ земистые формы основных окон Р этажа, несомненно, восходят к Брамана (ср. начатое им здание Трибунала? Но своеобразная беэордерная обработка’веох них этажей, целиком строящаяся на углуб’- мастера. РельеФе' ~ нововведение молодого нистаЛбывшийКкСТИЛЬ°"е' изаес™ый гума- Уговорил Дж РпЛИЭКИМ другом РаФаэдя' •тую на Но пеРебРаться в Ман- га. Одновременно Гери°Гу ФедеРиг° г°нэа- области Хпе НН0 с неУГ°мимой работой в зле™. ФРесковой живописи мастер возвел ко орь е°ХУХя’ 8 которых отражены не- началё нее, „ о тенденции- намеченные в новые чеп-? В Риме' а также и совершенно ХУДоже™?'' свидетельствующие о новых яокём Л к“Х идеалах общества и о ярком своеобразии таланта мастера. лппппаНИЯ Дж' Романо 8 большой мере определили облик Мантуи. Этот маленький I. Мантуя. Палаццо дель Те, 1526-1534 гг. Джулио Романо; А - Казино члц .секретный w
3. Мантуя Палаццо дель Те. Фрагмент двора городок, в котором жили и работали такие великие мастера раннего Возрождения, как Альберти и Мантенья, украсившие ее сво- ими произведениями, — не без основания нередко называют теперь городом Джулио Романо. Наиболее значительным и своеобразным произведением Дж. Романо было палац- цо дель Те (рис. 1—4), названное, по-ви- димому, сокращенно по местности Тейето за городскими воротами Мантуи. Оно было начато в качестве полуутилитарного соору- жения при знаменитом коневодческом хо- зяйстве герцогов Гонзага, для недолгих наездов которых первоначально было пред- назначено несколько жилых и парадных комнат, но в процессе строительства пре- 256
I. Мантуя. Палаццо даль Те интерьер садовой лоджии. врагилось в великолепную загородную по зиденцию увеселительного типа с богато расписанными залами. иогато Палаццо, помещения которого строятся вокруг обширного квадратного двора еду ЖИТ ядром большого ансамбля, включаю щего хозяйственные постройки с конюшнТ- ни, просторную поляну для выводки лота деи, отделенную от двора водоемами, садо- вые павильоны, «секретный сад» и т п Композиция ансамбля развивается по глу- бинной оси с запада на восток и завершает- ся полукруглой ордерной аркадой. В распо- ложении главных праздничных залов двор- ца развит анфиладный прием, получивший широкое распространение в репрезентатив- ных сооружениях последующей эпохи. Стены приземистого одноэтажного (ча- стично с мезонином) здания обработаны мощным рустом и дорическим ордером (пилястры снаружи и полуколонны внутри двора). Внешний облик палаццо кажется неожиданно суровым для увеселительного дворца и находится в противоречии с без- удержной роскошью внутренней отделки. Главный вход во дворец, внешне более скромный, чем боковой северный въезд с тремя арками, расположен по оси ансамб- ля и повторяет в уменьшенном виде трех- нефный вестибюль палаццо Фарнезе в Ри- ме. Портал на противоположной стороне двора выходит на великолепную обращен- ную к саду лоджию, перекрытую цилинд- рическим сводом, опирающимся на устои из четырех колонн. По сторонам централь- ной лоджии вдоль всего садового фасада здания тянутся неглубокие балконы. Кров- ля балконов покоится на легкой аркаде со своеобразным, ритмически повторяющимся мотивом: арка на стройных колоннах, чере- дующаяся с перекрытыми архитравом пар- ными пролетами. Воздушность аркады и гладкая плоскость стены над нею резко от- личают этот фасад здания от остальных и придают ему сложную структуру, хорошо объединяя его с садом, куда из главной лоджии переброшен мостик через водоем. Лепнина, орнаменты и фрески палаццо дель Те, вслед за виллой Мадама и вати- канскими работами Рафаэля, относятся к числу наиболее замечательных образцов отделки интерьеров эпохи Возрождения, п в них уже далеко не везде сохранено стро- 9 ВИА. том v
I 5. Мантуя. Собственный дом Джу. лио Романо, около 1544 г. гое подчинение росписей композиции поме- щения, тектонике ограждающих его стен и сводов. Фасад собственного дома Джулио Романо (около 1544 г., внутри сильно пе- ределанного) — яркий пример характерных для маньеризма тенденций к нарушению классических канонов: гладкий пояс над цокольным этажом прерывается клинчаты- ми перемычками окон; вход перекрыт утолщенной аркой, обусловившей излом в следующем, подоконном поясе; наличники окон главного этажа, расположенные впри- тык к мощным рустованным опорам арок, тектонически неоправданы и нарочито ори- гинальны по форме; рустованная кладка всего фасада — впервые сознательно выпол- ненная иммитация естественного камня из штукатурки — прием, получивший широкое распространение значительно позднее. В целом фасад создает новый — суховатый, чопорный и претенциозный образ богатого жилого дома-особняка (рис. 5). Палаццо ди Джустиция (дворец Правосудия) в Мантуе, начатый Дж. Ро- мано, было закончено уже после его смер- ти Бертани. В усложненной многословной архитектуре здания, фасад которого рас- членен пилястрами в виде огромных герм, проявляется свойственная Дж. Романо в тот период тенденция к чрезмерному богат- ству форм, уже не всегда обусловленных требованиями тектонического смысла це- лого. Эти черты говорят об ослаблении вы- 258 соких художественных идеалов начала XVI в. и указывают на формирование ба- рочных тенденций. Это не менее заметно и в большом дворе герцогского замка — так называемом делла Кавалерицца (рис. 6), который должен был служить кон- ным ристалищем. Все в этом сооружении, основанном на контрасте грубого и изящ- ного, кажется не стабильным, все полно напряженной внутренней динамики, уже очень далекой от ясной тектоники начала Предвосхищение некоторых барочных черт особенно характерно и для поздней- ших работ Дж. Романо. Церковь Сан Бенедетто в Поли- роне близ Мантуи, достроенная им, пред- ставляет собой трехнефное здание. Боковые нефы с примыкающими к ним капеллами (по пяти с каждой стороны) обходят хор, образуя пять хоровых капелл. Восьмигран- ный купол и сакристия также принадлежат Дж. Романо. В главном фасаде мастер достиг гармо- ничного сочетания высокого среднего нефа с низкими боковыми, тем самым решив еще в 1540-х гг. одну из труднейших композиционных проблем культовой архи- тектуры Возрождения, что обычно историки приписывают Виньоле и Дж. делла Порта, создавшим фасад церкви Джезу в Риме. Сложность творческого пути Джулио Романо не снижает его роли в распростра- нении достижений римского зодчества в
Северной Италии. Он был одним зодчих, подготовивших в и пеРвых почв\ 1ЛЯ последовавшего oaen»JHOft Мере анской архитектуры. Вместе с «м 8енеци’ честве Джулио Романо черты манЛ™*' проявились ярче, чем у какдао Либо ®₽Иама архитектора, работавшего на ивевр₽Уй°ГО лии в то время. Развившееся v н»РД Ита’ дами стремление к необычным комп С го' ям. к нарушению тектонической Пп» ци' сти, натурализм его живописи и S""*0’ сценическим эффектам и динамичным to мам. доходящим порой до безвкусного эклектизма, отличает Джулио Рп„„У 0 Амманати и особенно Буонталенти с°блиТ жает его с Цуккари. соли' Особое место в североитальянской архи- тектуре середины XVI в. принадлежит ар- хитектурной школе Генуи, расцвет которой связан с творчеством Алесси. Он занимает в истории итальянской архитектуры XVI в видное место как создатель специфического типа дворца и виллы, террасная компози- ция которых прекрасно использует крутой рельеф Генуи, и как воспитатель плеяды местных архитекторов. Галеаццо Алесси (1512—1572 гг.) родился в Пе- рудже. В молодости провел несколько лет в Риме под воздействием Микеланджело и, возможно был его учеником. В 1542—1548 гг. работал в Перудже уже в качестве видного архитектора, а в последую- щее десятилетие главным образом в Генуе; в даль- нейшем жил в Генуе, Милане и Перудже. Консуль- тировал строительство Эскориала в Испании и фа- сада церкви Джезу в Риме. Главнейшие достоверные произведения Алесси, «"Х₽иХоовДр5^ в-» <>553 г) палю.?.„ г бьяэо Ч552 г > “РО” делле п-к"ев- “ <,555~|5а6 гг.». вилл. Пароли (1567 -- -?60 г*' naaauu" -1ерк.ря- (1558 Н я ж.Л’ • “ м"лане~ пааапцо Марино Чельсо (1572*rJ Д Ие₽1<ви Саита МаРия прессо Сан стмЛиТ™ месте в Деятельности Алесси иметь прпоЫ ” дворцы’ но ему приходилось nnnZt И с крепостным зодчеством. Ис- hua ауягопыт Браманте, Перуцци и Анто- нио да Сангалло Младшего, Алесси создал своеобразные варианты городского и заго- родного дворца, развитые и доработанные его учениками. Известное влияние на твор- чество Алесси оказал трактат Серлио. Идя в ногу с общим развитием архитектуры своего времени, Алесси придавал извест- ную репрезентативность своему генуэзско- му варианту итальянского палаццо, подчер- кивая открытую праздничность и богатство быта. Это достигалось многообразием ар- хитектурных мотивов, обычно прочно свя- занных в единую композицию в соответст- вии с природным и городским окружением. Композицию дворцов Алесси строил часто симметрично к глубинной оси здания (за исключением сдвинутой в сторону па- радной лестницы), с подчинением всего плана главному парадному залу. Иногда Алесси создает оригинальный планировоч- ный разворот композиции в продольном и поперечном направлениях, с согласованно дифференцированной планировкой главных 6. Мантуя. Двор делла Кавалерицца в герцогском зам- ке, Джулио Романо 2М
7. Генуя. Вилла Камбьязо, 1552 г. Алесси. Общий вид, лоджия второго этажа этажей. Обычно Алесси в своих компози- циях ограничивается различным сочетани- ем и видоизменением традиционных форм и мотивов. Одно из самых ярких и характерных произведений Алесси — его первая значи- тельная постройка в районе Генуи — вил- ла Камбьязо (рис. 9). Этот сравнитель- но небольшой, но великолепный загород- ный дворец — в виде замкнутого куба — господствовал над расстилающимся вокруг когда-то роскошным парком и над окружаю- щим пейзажем (рис. 7). Основу здания составляют два высоких парадных этажа, под ними —полуподваль- ный этаж с помещениями хозяйственного назначения и капеллой. Малые окна на на- ружном фасаде частично ложные, частично служат верхним светом для главных залов. Планировка парадных этажей создает, не- смотря на сравнительно небольшое коли- чество помещений, многообразную, но цель- ную композицию. Фасады характеризуются единством ком- позиции и богатством форм. Два яруса ор- деров и декоративная пластика проемов занимают все поле фасада, почти не остав- ляя гладких стен. На главном фасаде от- ражены в обоих этажах три продольные парадные анфилады. Средняя выделена тремя затененными арками лоджий, а во втором этаже —сближенными окнами. Две 200 боковые анфилады отмечены ризалитами. Центральная часть фасада в обоих этажах заглублена. Ее плоскость расчленена оди- ночными полуколоннами и пилястрами; на ризалитах те же самые элементы сдвоены. Единство фасада усилено массивным цо- колем и высоким антаблементом с балюст- радой. В вилле Камбьязо сочетаются предста- вительность городского дворца с интимно- стью усадебного жилища. Алесси приписывают проект палаццо Камбьязо (рис. 8) в Генуе, выстроен- ного одним из его учеников. План дворца симметричен, за исключением обычного у Алесси бокового расположения парадной лестницы и небольшой скошенной части здания на задней стороне. Традиционная схема дворцового фасада дана в палаццо Камбьязо в новом вариан- те. Система двух высоких парадных эта- жей осложнена двумя рядами небольших окон. В отличие от дворцов более ран- него времени первый этаж сделан таким же открытым и парадным, как и второй. Окна первого этажа отделены от уровня улицы лишь невысоким простым гладким цоколем. Центр фасада выделен порталом в формах изящно трактованного римско- дорического ордера, балконом во втором этаже и придвинутыми к порталу окнами. Рустовка фасада не изменяется по его вы- 8- ГенУ- ПаЛаЦЦ0 X6T'aia52r- соте и сведена к чисто декоративному приему. фасад в целом производит впечатление гармоничной слаженности и парадности но лишен той значительности образа, которая присуща ведущим архитектурным произве- дениям Возрождения. Палаццо Саули (не сохранилось), выстроенное на одной из окраин Генуи, со- четало черты городского дворца и виллы. В отличие от более ранних дворцов двор, окруженный одноэтажными галереями, расположен перед основным объемом па- лаццо. Особенную просторность придава- ли двору сплошные террасы над обходящи- ми двор галереями. Главный корпус рас- крыт в сторону двора трехарочной лоджи- ей второго этажа (рис. 9,10). Среди произведений Алесси выделяется своим размахом палаццо Марино в а Генуя Алесси. 1 — палаццо Саули, 1555—1556’гг.; ' ’ 2 —вилла Камбьязо
10. Генуя. Палаццо Саули Милане. Марино, крупнейший генуэзский богач и делец, сооружением грандиозного дворца стремился закрепить завоеванное им видное положение среди верхушки ми- ланского общества. Юго-восточная и севе- 11 Генуя. Вилла Паллавнчини делле Пескьере, около 1560 г. Алесей ро-западная стороны дворца — трехэтаж, ные. Они образуют повышенные окончания двух других сторон, двухэтажных. По центральной оси трехэтажные корпуса свя- заны между собой внутренним поперечным корпусом в высоту двух этажей, который занят высоким залом и делит внутреннее пространство на два двора; один из них выделен в качестве особенно парадного. Строительство дворца и декоративная от- делка его интерьеров не были доведены до конца Алесси, а северо-западный фасад по- строен уже в XIX в., что стало возможным после сноса прилегавших зданий и устрой- ства новой городской площади. Во время последней войны здание было сильно по- вреждено. Выстроенная Алесси на окраине Генуи вилла Паллавнчини делле Пескь- ере (рис. 11) является дальнейшим разви- тием типа, уже определившегося в вилле Камбьязо, от которой она отличается более открытым, легким характером. Здание хорошо сохранилось, за исклю- чением фасадов боковых ризалитов, сред- ние оси которых несколько переделаны и не совсем удачно украшены нарисованной скульптурой, как бы выступающей на фо- не ниш. Культовые постройки Алесси менее ори- гинальны, чем его дворцы и виллы. В композиции церкви Санта Ма- рия ди Криньяно в Генуе Алесси ис- ходил из брамантевского проекта собора св. Петра. В соответствии с меньшими раз- мерами здания он упростил схему Браман- те, твердо придерживаясь идеи централь- но-купольной постройки. Интерьер, в целом внушительный, оставляет впечатление неко- торой холодности и не является новым сло- вом в архитектуре. Несмотря на большое внимание, обращенное зодчим на взаимо- связь всех частей наружной композиции, здание не создает сильного и целостного архитектурного образа. Многое, возможно, следует отнести на долю продолжателей Алесси, закончивших строительство только в 1603 г. Некоторые особенности, например ус- ложнение и гипертрофия пространства в композиции парадных холлов и лестниц позволяют считать Алесси и его учеников в числе мастеров, предвосхитивших архи- тектуру барокко. Наиболее интересным из учеников Алес- си был Рокко да Лурага (ум. ок. 1590 г.), 262
последовательно развивавший те же Sr’.)B Палавдо ^ри“1 В развитии венецианской архитек™™ первой половины XVI века важную рУ0₽ль сыграло творчество Микеле Санмикели Микеле Санмикели (1484—1559 гг! е кпя строил собор в Орвието, там же перестроил палашхо ЖТи Петоуччн U5C1T7₽OM Ка"™“ Яе" Ма <‘фХоне (Ж™ (15‘? Г)' ’ ТаКЖе соб°Р » Мок- В 20-х годах началась деятельность Санмикели в области фортификации: обследование крепостей Романьи (1526 г)строительство укреплений Пья- ценны. Пармы (1526 г.), Алессандрии (1531 г) об- следование и строительство новых крепостей для Венецианской республики в самой Венеции, Вероне (ворота города: порта Сан Джорджо, порта Hvo- ва, порта Палио, порта Сан Дзено) и других горо- дах террафермы, в Далмации и на островах Среди- земного моря. Санмикели построил несколько дворцов: в Ве- роне—палаццо Помпеи (1531 г.), Каносса (1530 г.) Бевилаква (1531 г.), Гуаставерца (1535 г.), позднее Мальфатти; в Венеции — палаццо Корнер-Моче- ниго (1534 г.), Гримани (1556 г.) и др; в Ровиго- палаццо Ронкалли. Из культовых сооружений его творчеству принадлежат в Вероне и ее окрестностях: капелла Пеллегрини (1557 г.), церковь Мадонна делла Кампанья (1559 г.) и капелла дель Ладза- С 1531 г. Санмикели, как один из при- знанных мастеров оборонного зодчества, был назначен главным строителем крепо- стей Венецианской республики и оставался на этом посту до самой смерти. К числу его интереснейших архитектурных сооруже- ний относятся крепостные ворота Вероны. В них мастер воплотил внушительный об- 13. Верона. Порта Нуова. Микеле Санмикели
14. Верона. Микеле Санмикелн. Городские ворота (до позднейших переделок): 1 — Порта Нуова, 1538 г.; 2 — Порта Палио (Ступа). 1557 г. раз неприступных форпостов могуществен- ного государства и вместе с тем создал торжественные въезды в город (рис. 12, 13, 14). Широко применяя формы, встречавшие- ся в античных триумфальных арках и таких сооружениях, как порта Маджоре в Риме, Санмикелн умело сочетал ордер со стеной, подчеркивая условной трактовкой ордера тектоническую роль стены. Развивая ан- тичные приемы, введенные в итальянскую архитектуру Антонио да Сангалло Младшим и Дж. Романо, он нередко распространял рустовку на колонны, достигая впечатления удивительной мощности. Наиболее внушительными и цельными по композиции средн веронских ворот яв- ляются Порта Нуова (1538 г.) и Пор- та Палио (1557 г.). Порта Нуова —пер- вое по времени и единственное полностью законченное самим мастером мощное, ук- репленное башнями и парапетами сооруже- ние, крыша которого могла выдержать тя- жесть артиллерийских орудий того време- ни. С наружной стороны ворота имеют лишь один арочный проезд, обработанный плоским ордером с фронтоном и небольшой дополнительный проход для пешеходов. В сторону города находившиеся в воротах помещения стражи раскрывались тремя арочными проемами. Порта Палио или Ступа не имеют столь мощного облика и не предназначались для установки артиллерии на крыше. Наруж- 15. Верона А — пь*»ц?1 делле Эрбе, Б — пьяцца ден Снньорн: а — па- лаццо Маффеи, б — каза Маццанти, в — палаццо де Джуре- консультм, г — палаццо делла Ряджоне (на левом уг- лу — башня Ламбепти) и _ "X —«жи ламоерти), о — башня дель Гарделло. а— каэ» леи Мерканти. м — палаццо дель Коягильо или Лоджа. 1476 —1493 гг.. Фра Джокондо, я - замок Скалиджеров (ныне Префектура), и — Трибунал, «—надгробие Скалид- 264
16. Верона. Микеле Санмикели: / — палаццо Помпеи, 1531 г.; 2 — палаццо Бевилаква, 1531 г. ный фасад ворот целиком обработан сдво- енными трехчетвертными дорическими ко- лоннами и пилястрами на углах, придаю- щими завершенность всей композиции. Проемы здесь прямоугольные. В сторону города помещение стражи раскрывалось пятью арочными проемами, расставленны- ми в четком ритме. 266
Применение ордера как средства поя черкну и. монументальную массивность сплошной стеновой кладки особенно явко проявилось в Порта сан Дзено (см рис 121 Санмикели построил ряд дворцов' для богатого купечества и знати сначала в Be роне, а затем и в самой Венеции. Важнейшими из этого рода построек Санмикели были палаццо Каносса, Помпеи и Бевилаква в Вероне и Палаццо Гримани в Венеции, в которых Санмикели приспо- сабливает всю композицию жилища знат- ной венецианской семьи для проведения пышных празднеств и приемов, занимавших такое большое место в общественной и ча- стной жизни Венеции и тяготевших к ней городов. Хотя двор по-прежнему был простран- ственным центром палаццо, в его компози- ции решающая роль принадлежала анфи- ладе, торжественно разворачивающейся от входа до главного приемного зала на вто- ром этаже, отделанного со всей возможной пышностью. Для большинста веронских палаццо Сан- микели характерен своеобразный контраст могучей силы почти крепостных форм первого этажа и праздничного великолепия, присущего главному этажу с его торжест- венной ордерной обработкой и огромными арочными проемами, придающими зданию уже не частный, а скорее общественный ха- рактер. Наряду с этими общими чертами каж- дый из дворцов мастера обладает рядом особенностей. Палаццо Помпеи (рис. 16, 17), по- видимому, наиболее ранний из веронских дворцов Санмикели. Исходя преимущест- венно из анализа внешнего облика здания историки единодушно считают его самым совершенным произведением мастеравэтом жанре, видя здесь доказательство того, что Санмикели будто бы с самого начала лишь варьировал уже устоявшийся тип римского палаццо начала века (в сторону боль“1ей простоты в палаццо Каносса или вычур сти —в палаццо Бевилаква). Действительно, по плану палаццо 1 ом- пеи ближе всего к типу римского па • Однако вытянутый в глубину входной холл или атрий, по площади не уступавший всему внутреннему двору, с1,льне® " ₽ кивает элемент движения в компо> . увлекая посетителя к лестнице на Р 17. Верона. Палаши Помпеи Внешний вид палаццо нарядный и праздничный. Существенно отличает его от римских зданий применение больших ароч- ных проемов, напоминающих об античных триумфальных арках. Значительно богаче 18. Верона. Палаццо Бешлак»» этаж.
здесь также декоративная проработка всех деталей ордера, архивольтов, замковых камней н т. п. Чрезвычайно тонкая и изящ- ная моделировка их подчеркивает основной замысел в композиции фасада: противопо- ставление нижнего мощного и верхнего легкого этажей. Палаццо Бевилаква (рис. 16, 18) возведено на небольшом и очень неглу- боком участке. Предполагалось, по-видимо- му, в дальнейшем развить композицию па- лаццо по фронту участка: на это указыва- ет асимметричное расположение входа и неожиданный обрыв венчающего карниза. План чрезвычайно прост. Вестибюль, занимающий почти весь первый этаж, от- крывается во дворик аркадой, имеющей своеобразный усложненный ритм. На про- тивоположной стороне дворика расположе- на открытая лестница, ведущая в банкет- ный зал —главное (и почти единственное) помещение второго этажа. Ритм членений фасада здесь сложнее, чем в других двор- цах. Если в палаццо Помпеи была принята четкая, метрическая расстановка полуко- лонн, а в палаццо Каносса парные пиляст- ры, то в палаццо Бевилаква чередуются большие и малые интерколумнии. Соответ- ственно во втором этаже чередуются боль- шие и малые арочные проемы. Благодаря различию их высот создается повторяю- щийся мотив, напоминающий композицию античных трехпролетных триумфальных 19. Верона. Палаццо Каносса, 1530г. МикелеСанмикели арок. Этот мотив, а также большая высота второго этажа по сравнению с нижним придают особенную торжественность всей постройке. Нижний этаж сложнее по ком- позиции: здесь применен дорический ордер покрытый такой же шубой руста, как и уча- стки стены между проемами. si Палаццо Каносса (рис. 19) обра- щено своим задним фасадом к реке и это обстоятельство сыграло решающую роль при разработке его композиции. Внутрен- ний двор имеет относительно большее зна- чение, чем в любом другом из возведенных Санмикели палаццо. Но в отличие от цент- рических римских дворов он явно ориенти- рован в сторону реки. Отделяя двор от реки только красивой решеткой, мастер как бы включает пейзаж в композицию двор- ца, из всех внутренних помещений которо- го открывается прекрасный вид. По сторо- нам двора на торцах зданий устроены две лоджии с балконами над ними, опорные столбы которых врыты прямо в русло реки. Палаццо Гримани (рис. 20) — один из самых прекрасных, заслуженно прославленных дворцов Венеции. Участок, на котором он строился, нахо- дится на одном из наиболее ответственных отрезков Большого Канала. Трудности по- стройки заключались в исключительно не- надежном (даже для Венеции) грунте и уз- ком, неправильной конфигурации участке. Используя свой опыт военного инженера, Санмикели велел забить в грунт ряды свай, соединив их сетью мощных деревянных свя- зей. Промежутки он заполнил кладкой ня растворе, создав таким образом весьма надежное сплошное основание. План палаццо Гримани сильно вытянут. Торжественный вход в центре фасада через длинный сводчатый проход, прорезающий все здание, ведет к дворику в глубине, где находится главная лестница на второй этаж. Поднявшись по ней и возвратившись по второму этажу обратно к передней ча- сти здания, посетитель попадал в главный зал, занимавший основную, выходившую на Большой Канал часть здания. На фасаде зал выражен огромными арочными проема- ми, обработанными коринфским ордером наподобие античных триумфальных арок, объединенных балконом, тянущимся вдоль всего главного фасада. Существует предположение, что фасад был задуман как двухэтажный, причем
?69
21 Верона. Капелла Пеллегрини при монастыре Сан Бернардино, 1557 г. Микеле Санмикелн Мадонна д о । ' •• .. - м „ с. поной (по проекту Санмикелн). Оба зда- ния имеют круглый план и перекрыты ку- полом В них сказалось известное влияние Темпьетто Браманте. Интерьер капеллы Пеллегрини расчленен на два этажа: в ниж- нем применен излюбленный Санмикелн тор- жественный мотив римской триумфальной арки. Однако орнаментация здесь еще бо- лее богата. Вклад Санмикелн в итальянскую архи- тектуру Возрождения состоит прежде всего в дальнейшей разработке архитектурного типа двухъярусного палаццо, а также в развитии выразительной обработки мощ- ной стены. Многообразные приемы приме- нения мастером ордерной системы для вы- явления тектоники стены были подхвачены и развиты многими мастерами XVI в., в том числе и Палладио (во втором периоде его деятельности). Индивидуальный стиль Сан- микели определил архитектурный облик не только современной ему Вероны, но и всей позднейшей застройки этого города; он ска- зался также и в облике Венеции. Творче- ство мастера сыграло важную роль в фор- мировании архитектуры европейского клас- сицизма, а также в «неоклассике» XX в. в Италии. К этому же строгому «классицизирую- щему» течению в североитальянской архи- тектуре относится и творчество Джованни Мария Фальконетто (родился в 1468 г. в Вероне, умер в 1535 г. в Падуе). Он начал заниматься архитектурой в Падуе в 1524 г. по настоянию венецианского мецената и ар- хитектора-дилетанта Алевиза Корнаро. По его заказу Фальконетто возвел две двух- этажные садовые постройки при палац- цо Джустиниани: лоджию и казино, или «Одеон», с восьмигранным музыкаль- ным залом в первом и трехпролетной ароч- ной лоджией во втором этажах (рис. 22). Эти постройки, как и шестипролетная лод- жия Монте ди Пиета на соборной площади (расширенная в XVII в.) отличаются тон- костью деталей и изысканной строгостью всей композиции. Творчество Фальконетто, близкое по характеру к поздним построй- кам Рафаэля, как бы образует связующее звено между ним и Палладио. Совершенно особую окраску приобрело творчество мастеров, работавших в Вене- ции,— одном из важнейших центров умст- венной и художественной жизни Италии XVI в. Здесь к этому времени сложилась
22. Падуя. Палаццо Джустиииани. Лоджия и каанио. 1524 г. Фальконетто исключительно своеобразная и высокая ар- хитектурная культура, неразрывно связан- ная с историей города, спецификой его строительства и особенностями венециан- ского быта. Венеция поражала множество приезжих и иностранцев широтой международных связей, огромным числом кораблей, стояв- ших на якоре в Лагуне и у причалов по- среди города, экзотическими товарами на набережной деи Скьявони и дальше, в тор- говом центре Венеции (у моста Риальто). Поражала пышность церковных празднеств и гражданских церемоний, превращавших- ся в фантастические морские парады. Вольный воздух Возрождения и гума- низма не был скован в Венеции режимом контрреформации. На протяжении всего XVI в. здесь сохранялась свобода вероис- поведания, более или менее свободно раз- вивалась наука и расширялось книгопеча- тание. После 1527 г., когда многие гуманисты и художники покинули Рим, Венеция стала их прибежищем. Сюда приехали Аретино, Сансовино, Серлио. Как в Риме, а перед тем во Флоренции, Урбино, Мантуе и др., здесь все более развивалось меценатство и страсть к собиранию рукописей, книг, про- изведений искусства. Венецианская знать соревновалась в украшении города пре- красными общественными зданиями и част- ными дворцами, расписанными и УкРа1“® ’ ными скульптурой. Общее увлечение нау- кой выражалось в публикации ученых трактатов, например труда по прикладной математике Луки Пачоли «О божествен- ной пропорции», изданного еще в 1509 г. В литературе процветали самые различ- ные жанры — от эпистолярного до драма- тического. Замечательных высот достигла в XVI в. венецианская живопись. Именно здесь в многофигурных композициях Карпаччо (1480—1520 гг.), одного из первых подлин- ных пейзажистов, в грандиозных празднич- ных полотнах Веронезе (1528—1588 гг.) за- рождалось искусство цвета. Неисчерпаемую сокровищницу человеческих образов создал гениальный Тициан (1477—1576 гг.); высо- кого драматизма достиг Тинторетто (1518— 1594 гг.). Не менее значительны были и сдвиги, происшедшие в венецианской архитектуре. В рассматриваемый период сложившаяся в Тоскане и Риме система художественно-вы- разительных средств приспособлялась к ме- стным потребностям, а локальные традиции сочетались с римской монументальностью. Так слагался в Венеции совершенно своеоб- разный вариант классического стиля Воз- рождения. Характер этого стиля определял- ся с одной стороны, устойчивостью визан- тийских, восточных и готических традиций, оригинально переработанных и прочно ус- военных консервативной Венецией, а с дру- гой стороны — неповторимыми особенно- стями венецианского ландшафта. m
итн Джованни э Паоло н скуола Сан Марко; 1торе; 8 — скуола Сан Рокко; 9 — кампо Сан нта Мария ден Мираколи; 18 — церковь Сан (дворец Дожей); б — - — Кпмтя. 23. Венеция. План п — Корнер-Мочениго; Исключительность расположения Вене- ции на островах среди лагуны, теснота за- стройки, лишь местами перебиваемой не- большими площадями, беспорядочность прорезывающей ее сети каналов и узких, порой меньше метра шириной, улиц, соеди- ненных многочисленными мостами, главен- ство водных путей и гондол, как основного айда транспорта, — вот наиболее характер- ные черты этого уникального города, в ко- тором даже маленькая площадь приобре- тала значение открытого зала (рис. 23). Его облик, сохранившийся и до нашего времени, окончательно сложился на протя- жении XVI в., когда Большой Канал — главная водная артерия — был украшен ря- дом величественных дворцов и окончатель- т но определилась застройка главного обще- ственного и торгового центров города. Сансовино, правильно поняв градостро- ительное значение площади Сан Марко, раскрыл ее на канал и лагуну, найдя необ- ходимые средства для выражения в архи- тектуре самой сущности города как столи- цы мощной морской державы. Работавшие после Сансовино Палладио и Лонгена за- вершили формирование городского силуэ- та, поставив в решающих планировочных точках города несколько церквей (мона- стырь Сан Джорджо Маджоре, церкви Иль Реденторе и Санта Мария делла Салюте; см. стр. 304). В основной массе городской застройки, являющейся фоном для многих уникальных сооружений, воплотились наи-
24. Венеция. Дом на набережной Росса; справа - один из каналов более стойкие черты своеобразной и очень высокой архитектурной культуры Венеции (рис. 24, 25, 26). В рядовом жилищном строи- тельстве Венеции XVI в. в основном развивались типы, сложившиеся в предше- ствовавшее столетие или еще ранее. Для беднейших слоев населения продолжали возводить комплексы многосекционных кор- пусов, расположенных параллельно по сто- ронам узкого двора, содержащих отдель- ные помещения и квартиры для семей низ- ших служащих республики (дом на кампо Санта Марина; см. рис. 26,4); строили двух- и многосекционные дома с квартирами в одном или в двух этажах каждая, с само- стоятельными входами и лестницами; дома более богатых застройщиков с двумя квар-
тирами, расположенными одна над другой и изолированными по тому же принципу (дом на калле деи Фурлани, см. рис. 26,/); жилища негоциантов, уже приближавшие- ся по плану к дворцам венецианской знати, но по характеру и масштабности архитек- туры еще целиком остававшиеся в кругу рядовых зданий. К XVI в., по-видимому, сложились окон- чательно и приемы планировки, и приемы конструктивные, и композиция фасада зда- ний. Они сформировали архитектурный об- лик рядовой жилой застройки Венеции, со- хранившийся до наших дней. Характерными чертами домов XVI в. были прежде всего увеличение этажности с двух-трех до трех-четырех этажей и расши- рение корпусов; так, ширина богаде- лен в XII и XIII вв. равнялась, как прави- ло. глубине одного помещения; в XV в. жилые корпуса уже имели обычно два ряда комнат, теперь же это стало правилом, а в отдельных случаях даже целые квар- тиры ориентированы на одну сторону фа- сада (комплекс на кампо Санта Марина). Эти обстоятельства, а также стремление к непременной изолированности каждой квар- тиры привели к разработке чрезвычайно изощренной планировки секций. Неизвестные строители проявили боль- шую изобретательность, устраивая свето- вые дворики, делая входы в первый и верх- ние этажи с разных сторон корпуса, вписы- вая один над другим марши лестниц, ве- дущих в разные квартиры (как это можно видеть на некоторых рисунках Леонардо да Винчи), опирая отдельные марши лест- ниц на удвоенные продольные стены кор- пуса. С XVI в. в жилом строительстве, как и во дворцах, иногда встречаются винто- образные лестницы; наиболее известный пример —наружная, обработанная аркада- ми витая лестница в палаццо Контарини- Минелли (XV—XVI вв.; см. стр. 119). В блокированных домах привилось по- этажное устройство вестибюля (так назы- ваемого «ауле»), обслуживавшего две-три комнаты или квартиры — черта, широко распространенная ранее в более богатых индивидуальных домах или во дворцах знати. Эта планировочная особенность ста- ла типичной в следующем столетии в жи- лых домах для бедноты, имевших компакт- ный план с квартирами и помещениями, группировавшимися вокруг замкнутого све- тового двора. К XV—XVI вв. устоялись также формы и приемы строительной техники. При насы- щенных водой венецианских грунтах боль- шое значение имело уменьшение веса зда- ния. Основаниями с давних пор служили деревянные сваи, но если раньше применя- ли короткие сваи (около метра длиной), служившие только для уплотнения грунта’, а не для передачи давления постройки на нижележащие более плотные слои, то с XVI в. начали забивать настоящие длин- ные сваи (по 9 шт. на 1 м2). Поверх них устраивали ростверк из дуба или листвен- ницы, на котором выкладывали каменный фундамент на цеметном растворе. Несущие стены делали толщиной в 2—3 кирпича. Перекрытия были деревянные, посколь- ку своды, обладавшие значительным весом, требовали более массивной кладки стен, способной воспринять распор. Балки укла- дывали довольно часто (расстояние между ними составляло полторы-две ширины бру- са) и обычно оставляли неподшитыми. Но в более богатых домах, дворцах и общест- венных зданиях их подшивали, расписыва- ли и украшали резьбой по дереву и стук- ку. Полы из каменных плиток или кирпича, уложенного на пластичной прослойке, обес- печивали конструкции некоторую гибкость и способность противостоять неравномерной осадке стен. Пролеты помещений опреде- лялись длиной привозимого леса (4,8— 7,2 ж), который обычно не резали. Крыши делали скатными, с кровлей из черепицы на деревянных стропилах, иногда с камен- ным водостоком по краю. Хотя дома, как правило, не отаплива- лись, но в кухнях и главной жилой комнате или зале устраивали камин. Дома имели канализацию, хотя и примитивную, — убор- ные делали в кухне, в нишах над вделан- ными в стену стояками с каналами. Вывод- ные отверстия при высоких приливах заливала вода, а при отливах она уносила нечистоты в лагуну. Подобный способ встречался и в других городах Италии (например, в Милане). Водоснабжение в Венеции издавна (с XII в.) занимало городские власти, посколь- ку даже глубоколежащие водоносные слои давали соленую воду, пригодную только для хозяйственных нужд. Питьевые колод- цы— основной источник водоснабжения, наполнялись атмосферными осадками, сбор которых с крыш зданий и с поверхности дворов требовал весьма сложных устройств 274
27. Венеция. Колодцы. Вверху — во дворе Вольто Санто, XV в.: посре- дине — во дворе церкви Сан Джованни Кризостомо; внизу — план и разрез двора с колодцем (схема водосборного устройства) (рис. 27). Дождевую воду собирали со всей поверхности мощеного двора, имевшего уклоны к четырем отверстиям. Сквозь них она проникала в своеобразные галереи-кес- соны. погруженные в слой песка, который служил фильтром, и протекала на дно об- ширного, вмазанного в грунт глиняного резервуара (форма и размеры его зависели от формы и размеров двора).Колодцы обыч- но строили городские власти или именитые горожане. Водоразборные каменные, мра, морные или даже бронзовые чаши колод, цев, покрытые резьбой и украшенные гер- бом дарителя, представляли собой настоя- щие произведения искусства (бронзовый колодец во дворе Дворца Дожей, см стр. 125, рис. 14). Фасады рядовых жилых домов Венеции были наглядным свидетельством того, что высокие эстетические и художественные качества сооружения могут быть достигнуты путем умелого использования элемен- тарных, функционально или конструктивно необходимых форм, без введения сложных дополнительных деталей и применения до- рогостоящих материалов. Кирпичные стены домов иногда оштукатуривали и окрашива- ли в серый или красный цвет. На этом фоне выделялись белые каменные наличники дверей и окон. Мраморная облицовка при- менялась лишь в домах более состоятель- ных людей и во дворцах. Художественная выразительность фаса- дов определялась мастерской, подчас вир- туозной группировкой оконных проемов и выступающих из фасадной плоскости ка- минных труб и балконов (последние появи- лись в XV в. лишь в более богатых жили- щах). Нередко встречалось поэтажное чередование окон и простенков — располо- жение их не по одной вертикали (как, на- пример, торцовые фасады домов на кампо Санта Марина или фасад дома на набереж- ной Сан Джузеппе, см. рис. 26). Главные жи- лые комнаты и помещения общего пользо- вания (ауле) выделялись на фасаде сдвоенными и строенными арочными про- емами. Контрастное противопоставление проемов и стены — прием, традиционный для венецианской архитектуры; он получил великолепную разработку в более богатых домах и дворцах. Для рядового жилищного строительства в XVI, как и в XV в., характерны лавки, занимающие иногда в доме все помещения первого этажа, выходящие на улицу. Каж- дая лавка или мастерская ремесленника имела самостоятельный вход с витриной, перекрытой деревянным архитравом на стройных квадратных столбах, вытесанных из одного куска камня. В противоположность лавкам галереи в первом этаже рядовых домов устраивали только при отсутствии другой возможности сделать проход вдоль дома. Зато они были отличительной чертой общественных зданий 276
и ансамблей — арочные п,.. всех сооружениях центра^ьногпИМеЮтся в° скоро ансамбля: во Дворце Дожей® kT8"’ теке Сансовино, Стаоых и ыГ еи’ьиблио- циях; в торговых апРоХн°и “ХфП₽ГРа- Нуове около Риальто, во двоппЛ бпРике Сави. В более богатых домаТпЛ Диечи йены были поднятые над крышамиТ1”' I винные террасы, называемые S и вТ' ме) альтанами, которые почти не ЛЛ Ри’ лиев, но хорошо известны по живоп^ рисункам. живописи и Жилой комплекс на п та Марина (рис. 26,4), состоящийЭ из двух четырехэтажных, параллельно Тостав ленных корпусов, соединенных в торце деко ративнои аркой, может служить примером строительства для бедноты. Центром каждой типовой секции здесь был повторяющийся по этажам холл, вокруг которого группи- ровались жилые помещения, предназначен- ные в третьем и четвертом этажах для не- комнатного заселения. Помещения второго этажа могли быть выделены в самостоятель- ную квартиру благодаря устройству отдель- ных входов и лестниц. Первый этаж был занят лавками. Дом на калле деи Фурлани (рис. 26,/) — пример несколько более бо- гатого жилища. Как и во многих других ве- нецианских домах, расположенных на уз- ком, вытянутом в глубину участке, главные помещения второго и третьего этажа зани- мали всю ширину корпуса по фасаду. Две изолированные квартиры компоновались каждая в двух этажах. Лестница во вто- рую квартиру начиналась в маленьком све- товом дворике. Дом на набережной Сан Джу- зеппе (рис. 26,5) целиком принадлежал одному владельцу. Две лавки сдавали внаем. В средней части дома был вестибюль с лестницей, по сторонам которого группи- ровались остальные помещения. Палацетто на корте Сольда (рис. 26,6; точно датировано 1560 г.) при- надлежало купцу Алевизу Сольта, который жил здесь с семьей из 20 человек. Это зда- ние с центральным залом, выделенным на фасаде группой арочных окон, приближа- ется к типу дворца, хотя все помещения в нем невелики и предназначены для жилья, а не для празднеств и пышных церемоний. Фасады здания соответственно скромны. Черты, сложившиеся в рядовом жи- лищном строительстве Венеции, характерны нихЛ анати- Дв°Р не явл»е™ в глубину уёТ комГоэииии- НО отодвинут в НИЙ воУвтлаСТКа' С₽еди парадных помеще- спёлствя Г" ЭТаЖе выделяется ауле. Все архитектУРн°й выразительности ентимЛ» ТСЯ на главном Фасаде, ори- Фасалы ё°М На канал: боковые >' задний частпА иолкСТавВЛенЫ ^Упорядоченными и часто необработанными. „„„Следует 0™е™ть конструктивную лег- АВ°РПОвой архитектуры, относительно ольшую площадь проемов и специфическое Для Венеции их расположение (группа бо- гато обработанных проемов по оси фасада и два симметричных окна — акцента — по краям фасадной плоскости). Новое течение, проникшее в архитектуру Венеции в конце XV в., получившее здесь ярко выраженную местную окраску в твор- честве Пьетро Ломбардо с сыновьями и Антонио Риццо, выполнявших различные работы во Дворце Дожей и на площади Сан Марко, в первые десятилетия XVI в. продолжало развиваться. В том же духе ра- ботали их современник Спавенто и ма- стера младшего поколения — Бартоломео Бон Младший, Скарпаньино и др. Бартоломео Бон Младший (умер в 1525 г.).сме- нивший Пьетро Ломбардо на посту главного архи- тектора Дворца Дожей, одновременно продолжал строительство Старых Прокурацнй на площади Сан Марко, заложил скуолу Сан Рокко и начал строи- тельство палаццо деи Камерлевгн у моста Риальто. Оба эти, как и многие другие его сооружения, в дальнейшем достраивал Скарпаньино (умер в 1549 г.). Палаццо деи Камерленги (рис. 28) — местопребывание венецианских сборщиков налогов — несмотря на внешнее сходство с дворцами венецианской знати, отличается планировкой и ориентацией главного фасада, который обращен не к Большому Каналу, а к мосту Риальто. Та- кое расположение палаццо обеспечивало его связь с находящимися вокруг торго- выми зданиями. Помещения группируются симметрично по бокам коридора, вдоль всего корпуса. Готические по своей структу- ре фасады, сплошь прорезанные во втором и третьем этажах сдвоенными и строенными арочными окнами, приобрели однако бла- годаря ордерным членениям уже чисто ре- нессансную упорядоченность (см. рис. 39). Скуола ди Сан Рокко (1517— 1549 гг.) — характерный пример сооружения с ясной классической ордерной структурой фасада, сочетающейся с традиционными
28. Венеция. Палаццо деи Камерленги, около 1525 г., Б. Бон Младший и Скарпаньино для Венеции богатыми мраморными инкру- стациями. В облике его, однако, благодаря раскреповкам антаблементов и введению фронтонов, объединяющих попарно арочные проемы, наметились черты, свойственные архитектуре следующей эпохи, которой при- надлежат и интерьеры двух больших залов, расписанных Тинторетто (рис. 29). Скарпаньино вместе со Спавенто (ум. в J509 г.) реконструировал крупное склад- ское здание немецких купцов Фондаккодеи Тедески (1505—1508 гг.) — многоэтажное карре с просторным двором и выходящей на большой канал лоджией-причалом (Джорджоне и Тициан украсили стены зда- ния снаружи фресками, однако они не со- хранились). Эти же два мастера выстро- или так называемые Фаббрике Век- кие — здания для торговых контор, снаб- женные лавками и аркадами в первых эта- жах (см. рис. 39, 41). 278 В культовом зодчестве начала XVI в. должна быть отмечена церковь Сан Сальваторе, заложенная Джорджо Спавенто, которая завершает важную ли- нию в развитии базиликального типа храма. Во всех ее трех нефах (из которых средний вдвое шире боковых) проведено последо- вательное чередование квадратных, пере- крытых полусферическими куполами, и уз- ких, перекрытых полуциркульными свода- ми, ячеек плана, чем достигнута большая ясность пространственного построения,в ко- тором, однако, центр выражен слабее (см. рис. 58). Новый этап в развитии архитектуры Возрождения в Венеции начался с приез- дом римских мастеров. К ним в первую оче- редь относился Себастиано Серлио, архи- тектор и теоретик. Серлио (родился в 1475 г. в Болонье, умер в 1555 г. в Фонтенбло во Франции) до 1527 г. жил в
конструкции базилики. a так*е модел£ S’ Поступив на CflVMfiv v A P Серлио известен главным пн ретнческими работами. Его тп»«Лаэом, своиии тео- начал выходить с 1537 г. ot/^X^USh""' Деятельность Серлио но ствовала оживлению интереса »»»“ СПОСОб‘ го Общества к теории аРтеХ аЦИаВСК°- ности к проблемам гармони?n ' В част' о чем свидетельствуют дискусги ропорций. разный конкурс. с“ „.TIX’S "S™"° “: Ви™ (о«. X ром большой ордер центральной часта со четался с малым ордером, отвечающий бо' ковым нефам, был выполнен лишь в wee- 1572 гг. по проекту Палладио Серлио приписывают в Венеции лишь
30. Венеция. Палаццо Корнер делла Ка Гранде, начато в 1536 г. Я. Сансовино достройку дворцов Цен, но множество пла- нов и фасадов зданий, изображенных вето трактате, для которого он использовал на- следие Перуцци, оказали большое влияние не только на его современников, но и на многие последующие поколения архитекто- ров в Италии и в других странах. 280 Наиболее крупным мастером, опреде- лившим развитие венецианской архитекту- ры в XVI в., был Якопо Сансовино, ученик Брамаите, обосновавшийся в Венеции после разграбления Рима. Якопо Татти (1486—1570 гг.). принявший про- звище Сансовино, родился во Флоренции и умер в Венеции. Первая половина его жизни прошла в Риме (1503—1510 и- 1518—1527 гг.) и во Флоренции (1510—1517 гг.), где он работал главным образом как скульптор. В 1520 г. участвовал в конкурсе на проект церкви Сан Джованни ден Фьорентини. В 1527 г Сансовино переехал в Венецию, где в 1529 г. стал главой Прокураторов Сан Марко, т. е. руководите- лем всех строительных работ Венецианской респуб- К его важнейшим архитектурным работам в Ве- неции относятся: реставрация куполов собора Сан Марко; строительство скуолы делла Мизернкордиа (1532—1545 гг); застройка общественного центра города — площади Сан Марко и Пьяццетты, где им были окончены Старые Прокурации и возведены Библиотека (1537—1554 гг., окончена Скамоцци) н Лоджетта (с 1537 г); постройка монетного двора — Дзекка (с 1537 г.); отделка Золотой лестницы во Дворце Дожей (1554 г.); палаццо Корнер делла Ка Гранде (с 1532 г.); проекты дворцов Гримаии и Дольфин Манин; завершение торгового центра го- рода постройкой Фаббрике Нуове и рынка Риальто (1552—1555 гг); постройка церквей Сан Фантино (1549—1564 гг.), Сан Маурицио и др. пути применения сложившегося в Риме «классиче- ского! стиля к архитектурным традициям Венеции. Палаццо Корнер делла Ка Гранде (рис. 30)—образец переработки композиционного типа флорентийских и римских дворцов в соответствии с вене- цианскими требованиями и вкусами. В отличие от большинства венецианских дворцов, возводимых на небольших участ- ках, в палаццо Корнер оказалось возмож- ным устроить большой внутренний двор. Однако если во флорентийских дворцах XV в. и римских XVI в. жилые помещения статично располагались вокруг двора, со- ставлявшего центр замкнутой жизни бога- того горожанина и ядро всей композиции, то здесь Сансовино компонует все помеще- ния в соответствии с одной из важнейших функций аристократического венецианского быта: пышными празднествами и приемами. Поэтому группа помещений торжественно разворачивается по линии движения гостей от входной лоджии (причала) через про- сторный вестибюль и лестницу к приемным залам на главном (втором, а по сути дела — третьем) этаже с окнами на фасад, на вод- ный простор канала. Поднятые на цоколь первый и промежу-
31. Венеция. Площадь Сан Марко и Пьяицетта
32. Венеция. Сооружения на площади Сан Марко
33. Венеция. Набережная у Пьяшктты. Слева направо — Дзекка, Библиотека Сан Марко, Дворец Дожей, здание тюрьмы точный (служебный) этажи объединены сильной рустованной кладкой, образующей нижний ярус главного и дворового фасадов. Следующие этажи (приемным залам в них соответствуют два этажа жилых помеще- ний) выражены на главном фасаде двумя ярусами трехчетвертных колонн ионическо- го и композитного ордера. Богатая пласти- ка, подчеркнутый ритм расставленных по- парно колонн и широкие арочные окна с балконами придают зданию исключительное великолепие. Выделение центральной входной лод- жии, пирамидальная лестница, гостеприим- но спускающаяся к воде, соотношение су- женных простенков и расширенных про- емов — все это специфично для венециан- ской дворцовой архитектуры XVI в. Сансовино отнюдь не ограничивался дворцами. И хотя его прижизненная слава была связана в большей мере со скульпту- рой (в которой его роль сравнивали с ролью Тициана в живописи), основной заслугой Сансовино является завершение централь- ного ансамбля города (рис. 31—33). Реконструкция примыкающей к Дворцу Дожей территории, между площадью Сан Марко и пристанью, началась в 1537 г. строительством сразу трех сооружений — Дзекки, новой Библиотеки (на месте хлеб- ных амбаров) и Лоджетты (на месте раз- рушенной молнией постройки у подножья кампанилы). Сансовино, верно оценив воз- можности расширения и завершения пло- щади Сан Марко, начал сносить хаотиче- скую застройку, отделявшую ее от лагуны, создав затем на этом месте очаровательную Пьяццетту. Тем самым он открыл великолепные возможности для организации излюблен- ных венецианцами празднеств и торжест- венных государственных церемоний, утвер- ждавших могущество Венецианской респуб- лики и разыгрывавшихся на воде, перед Дворцом Дожей и у собора. Северный фа- сад Библиотеки предопределил третью сто-
34. Венеция. Порта делла Карта, с 1438 г. Дж. Бон и Б. Бои Старший рону и общую форму площади Сан Марко, законченную затем строительством Новых Прокураций (см. стр. 289 и рис. 42) и зда- нием на западной стороне (1810 г.). Флаг- штоки, установленные в 1505 г. А. Леопарди и мраморное мощение составляют сущест- венный элемент этого грандиозного откры- 35. Венеция. Библиотека Сан Марко, начата в 1536 г. Я. Сансовино, главный зал того зала (длина 175 м, ширина 56—82 д) ставшего центром общественной жизни Be нецни и обращенного к фантастически бо". гатому пятнарочному фасаду собора. Библиотека Сан Марко (рис. 35, 36), предназначенная для собра- ния книг и рукописей, подаренного в 1468 г. Венецианской республике кардина- лом Виссарионом, —длинное (около 80 л) здание, целиком выполненное из белого мрамора. Оно лишено собственного компо- зиционного центра. Его фасад представляет собой двухъярусную ордерную аркаду (с трехчетвертными колоннами тосканского ордера внизу и ионического —вверху), не- обычайно богатую по пластике и светотени. Нижняя аркада образует глубокую, в пол- корпуса ширины лоджию. За ней находится ряд торговых помещений и вход в биб- лиотеку, отмеченный кариатидами. Торжест- венная лестница в середине здания ведет на второй этаж, в вестибюль (отделанный позднее Скамоцци) и через него в главный зал библиотеки. Сансовино попытался применить в зале новую конструкцию подвесного сводчатого потолка, выполнив его из кирпича, но свод и часть стены обрушились (1545 г.). Суще- ствующий эллиптический свод, украшен- ный живописью Тициана и Веронезе, вы- полнен из стукка. Арочные проемы второго этажа, воспри- нимающиеся в совокупности как сплошная галерея, опираются на сдвоенные иониче- ские колонны, развивающие пластику фа- сада в глубину. Благодаря этому вся толща стены участвует в формировании внешнего облика сооружения. Высокий триглифный фриз между этажами и еще более развитый, покрытый рельефами фриз верхнего анта- блемента, скрывающий за собой третий этаж здания с подсобными помещениями и увен- чанный богатым карнизом с балюстрадой и скульптурами, объединяют оба яруса библиотеки в целостную композицию, не- превзойденную по праздничному великоле- пию и торжественности. У подножья кампанилы Сан Марко ма- стер возвел богато украшенную скульпту- рой Лоджетту. связывающую средневе- ковую по характеру башню с позднейшими сооружениями ансамбля (Лоджетта была 36. Венеция. Библиотека Сан Марко. Вверху —ее чертежи и торцовый фасад, внизу — библиотека и Лоджетта. Я- Сансовино
40. Венеция. Мост Риальто, с 1588—1592 гг. 41. Венеция. /,2—Ста- рые и Новые торговые ряды у моста Риальто Расположенная позади библиотеки ря- дом с ее торцевым фасадом Дзекка (монетный двор) отличается более замкну- тым, почти суровым внешним обликом. Ядро здания составляет двор, который слу- жит в первом этаже единственным средст- вом связи между окружающими его поме- щениями, занимающими всю глубину кор- пусов (рис. 37). Здание выполнено из серо- го мрамора. Пластика стен осложнена ру- стом и оконными наличниками, венчания которых тяжелы и спорят с легкой горизон- талью лежащего выше тонкого архитрава. Сильно выступающий карниз второго эта- жа, по-видимому, должен был венчать все здание (третий этаж надстроен позднее, но еще при жизни Сансовино); сейчас он ли- шает цельности композицию фасада, пере- груженного деталями. Примечательна свобода, с которой эта- жи Дзекки, более низкие, чем этажи биб- лиотеки, примыкают к последним, подчерки- вая различие в назначении и внешнем облике сооружений (см. рис. 36). Во второй половине XVI в. в Венеции работали архитекторы Рускони, Антонио да Понте. Скамоцци и Палладио. Рускони (ок. 1520—1587 гг.) начал в 1563 г. строительство тюрьмы, поставленной 288 на набережной деи Скьявони и отделенной от Дворца Дожей лишь узким каналом (рис. 33, 38). Ядро здания составляли ряды одиночных камер, настоящих каменных мешков, отделенных от наружных стен ко- ридором, не оставлявшим узникам никако- го общения с внешним миром. Суровый фасад из серого мрамора был выполнен А. да Понте уже после смерти Рускони. Антонио да Понте (1512—1597 гг.) при- надлежит завершение торгового центра Ве- неции, где он построил каменный • мост Риальто (1588—1592 гг.), однопролетная арка которого обрамлена двумя рядами лавок (рис. 40). Винченцо Скамоцци, автор теоретиче- ских трактатов, был в то же время послед- ним крупным архитектором чинквеченто в Венеции. Винченцо Скамоцци (1552—1616 гг.)—сын архи- тектора Джованни Скамоцци. В Виченце им построены многочисленные дворцы, в том числе Порта (1592г.) и Триссино (1592 г.); он достраивал театр Олимпико, Палладио (1585 г.) и др. В Венеции Скамоцци строил Новые Прокурации (начаты в 1584 г.), дворцы Го- родского Совета (1558 г). Контариии (1606 г.) и др.. выполнил интерьеры во Дворце Дожей (1586 г.), проекты моста Риальто (1587 г.). Он завершал стро- ительство и отделку помещений Библиотеки Сансо- вино (1597 г.), участвовал в окончании фасада церкви Ган Джорджо Маджоре (1601 т\ „ u „Ы виллы Верлато близ Виченцы (1574 м Пп"рое’ "около Допито (1576 г.), Тревиэан иа Пьяве "1 “ „р Его деятельность распростпавЛ,” (1609 г.) ; . г .да Италии: гГадуё - „о (1586 г.); Бергамо —палаццо Публике ПК i t Геиуя Дворец Раааскьери (1611 ГУ® Саббёомта '' герцогскш> дворец ратуша и театр (1588 г оис «Т Скамоцци побывал также в Венгрии CaS Силезия. Австрии и других государствах, проектам вал в Польше дворцы для герцога Сбари ₽(°6О4 ?) а Богемии собор в Зальцбурге (1611 г.), во Франции укрепления Нанси и др. ч-раицни ’ Скамоцци принимал участие в ряде фоотифика- ционных и инженерных работ (закладк! крепости Пальма, 1593 г.; проект моста через Пьяве) Результат изучения и зарисовок античных памят- ников (путешествие в Рим и Неаполь в 1577-1581 гг 1 опубликованы Скамоцци в 1581 г. в книге «Беседы о римских древностях». Заключением его деятельности был теоретический трактат «Обшие понятия архитектуры», изданный в Венеции (1615 г.). Ранним сооружениям Скамоцци свойст- венны известная сухость форм и стремле- ние к плоскостной трактовке фасада (вилла Верлато близ Виченцы). Но важнейшее венецианское произведение Скамоцци — 42. Венеция. Новые Прокураиии. 1^-1640 Скамоцци, закончил Лонгеиа Ю ВИА. том V и раа“ша, 1588 г. Скамоцци его ученик Лонгеиа)Ь ”рэтой КОМПозиции проблему примык обРегчнв венчающий самблем площади Сан Марко.
Хотя по времени Скамоцци и является последним крупным архитектором эпохи Возрождения, но ее подлинным заверши- телем был Палладио —самый глубокий и своеобразный мастер северо-итальянской архитектуры середины XVI столетия. Андреа делла Гондола, прозванный Палладио (1508—1580 гг.), родился в Падуе. Мальчиком начал работать в мастерской резчиков по камню. В 1524 г. переселился в Виченцу, где вступил в цех каменщи- ков и с помощью внчептийского гуманиста, мецената и архитектора-дилетанта Триссино начал изучать архитектуру Ездил в Верону (1538—1540 гг), в Рим (трижды, с 1541 по 1547 г. затем в 1550 и 1554 гг.) н другие города, где обмерял античные памятники и современные сооружения и выполнил киворий в церкви римской больницы Сан Спирито. Начал непо- средственно заниматься архитектурой, участвуя в строительстве задуманной Триссино виллы Крнколи (1537 г.) и строя виллу Годи в Лонедо (1540 г.). Первая самостоятельная работа Палладио, при- несшая ему известность — Базилика в Виченце (проект перестройки — 1546 г„ утверждение модели и начало строительства — 1549 г.). К 1549—1553 гг. относятся замыслы многих его позднейших построек. С 1548 г. работал с Д. Барбаро над комментариями к Витрувию С 1558 г. Палладио начал свою деятель- ность в Венеции, откуда постоянно наезжал в Ви- Палладио построены дворцы: Кьерикати (с 1550 г). Порто-Коллеони (около 1550 г). Тьене (1550—1551 гг), Изеппо да Порто (1552 г), Вальма- рана (1566 г). Порто Барбарано (1570 г.). Порто — позднее Бреганце (1571 г., пеокончено) в Виченце; дель Торро в Вероне (1551 г), Антоннни в Удине (1556 г); виллы (кроме указанных выше): Че- рато, Муццани около Пизы, Ангарано около Бассано (1548 г , разрушена), Тьене в Квинто (нач. до 1550 г). Ротонда в Виченце (с 1551 г„ заканчивалась Ска- моццн в 1580—1591 гг). Пьовене в Лонедо, Трис- сино в Меледо (проект 1553 г., почти не сохрани- лась). Пизани около Монтаньяно (1553 г.), Муццани в Ретторголе (не сохранилась) и Дзено в Чессальто (начаты в 1559 г). Коголло (проект 1560 г.), Тьене в Чиконье (около 1560 г), Сарачено в Финале. Эмо в Фанцоло. Фоскари в Мальконтента, Рипета около Кампильи, Мочениго в Марокко (около 1560 г, по- следние две разрушены). Пойяна в Пойяна Мад- жоре, Пизани в Баньоло (1561 г., перестроена). Са- рего в Санта София близ Вероны (1562 г, сильно перестроена). Сарего в Мнега, Вальмарана в Лизье- ре, Корнаро в Пьомбино (1564 г.). Бадоэр во Фратта Полезкна (1565 г), Барбаро в Мазере близ Виченцы (1560—1570 гг). Рагона в Гиццоле. Культовые постройки Палладио: мона- стырь делла Карита (1560 г.), церковь Сан Фран- ческо делла Вияья (фасад. 1562—1570 гг.). мона- стырь н церковь Сан Джорджо Маджоре (1565— 1610 гт.) и церковь иль Реденторе (1576 г.) в Вене- ции; церковь виллы Барбаро в Мазере (около 1580 г.). Кроме того, Палладио построены: Лоджия дель Капитанно (1571 г.) и театр Олимпнко в Виченце (1580—1585 гг.). проект которого был разработан, по- вцдимому, для Олимпийской академии, основанной в Виченце Палладио, а также мосты— деревянный через р. Чизмоне около Бассано (1567 г., разрушен в 1944 г.) и каменный через р. Бакильоне Палладио приписываются: так называемый Л Палладио (1566 г.), лоджия Вальмарана в « Сальви (построена после 1580 г.), вилла Торньеви церковь СантаМария Нуова в Виченце, вилла Поп? в Ванчимульо. Ряд неосуществленных проектов Па» ладно воспроизведен в его трактате. Литературные работы Палладио: «Римские дпя> пости» (1554 г); участие и, возможно, руководство составлением комментария к Витрувию, изданном» Даниеле Барбаро (1556 г.), и главные рисунки в этом издании; «Четыре книги об архитектуре» (издано » 1570 г. в Венеции, многократно переиздавалось не только в Италии, но и в большинстве европейских стран); комментарии античных авторов— Полибия (не сохранялся), Юлия Цезаря (1575 г.). Большое архитектурное наследие Палла- дио и написанный им трактат оказали впо- следствии (особенно в XVIII и в начале XIX вв.) глубокое влияние на многие по- коления архитекторов в ряде европейских стран. Но несмотря на обширную литера- туру, посвященную Палладио, его творче- ство до сих пор не получило бесспорного освещения. Более того, расхождения в оцен- ке мастера не уменьшаются, но скорее воз- растают. Так, если в начале текущего сто- летия большинство авторов рассматрива- ло Палладио как основного представителя Высокого Возрождения в Северной Ита- лии, расходясь лишь в оценке некоторых отступлений мастера от «классического» стиля Брайанте, — то теперь в нем видят и представителя раннего барокко, и строго- го классика-археолога, преданного задаче возрождения античности, и типичного пред- ставителя маньеризма, и зачинателя евро- пейского классицизма. Для истолкования творчества Палладио необходимо прежде всего иметь в виду, что он формировался, с одной стороны сопри- касаясь с сильнейшими архитекторами сво- его времени, работавшими в Северной Ита- лии, а с другой — с образованными гумани- стами Виченцы, не только входившей в состав Венецианской республики, но и тес- но связанной с ней материально и духовно. Уже с самого начала Палладио приобщился к насыщенной культурной жизни Венеции и к ее многообразным художественным ин- тересам. Таким образом, он оказался как нельзя лучше подготовленным к вставшей перед ним впоследствии задаче — создания в дворцах и виллах идеальной архитектур- ной среды для полнокровной и многогран- ной жизни общественной верхушки Вене- цианской республики. Венеция того времени (1540-е годы) еще сохраняла значение мирового торгового и
кульп-рного центра, но ее п»» место в Европе было ПоколЛВпеИСТВу,ощее ' ственные верхи республи°^блено °бще‘ славились роскошью и по, прежнемУ своею быта, многообразием^ ЛД„НИЧНОСТЬ1° ..* " интеллектуальных еинтепегЖеСТВен ценностью вкусов. интересов, утон- Однако сокращение морской тот™ и падение политического моги.еЛ Р Ли боко сказывалось „а мировоззрении3 S’ нив деятельную жизнь предприи^Л купцов, моряков и воинов на неторопливый полный досуга быт феодала-помещикал» бителя искусств и дилетанта -госпадст’- вующне слои венецианского общества ™ ряли веру, а вместе с тем и интерес к буду’ тему, которое не сулило радужных пер- спектив. В этих условиях становится понят- ным, что в центре интенсивной духовной жизни венецианских гуманистов оказались искусства и наука, а эстетическая мысль в значительной мере связанная с процве- тавшей здесь музыкой, обратилась к иссле- дованию гармонии, пропорций и других вне- исторических «вечных» закономерностей. Те же тенденции проявились и у Палла- дио, который, подобно своим предшествен- никам, искал ответ на волновавшие его ар- хитектурные проблемы в античном зодче- стве, но видел его уже в ином свете. Для Браманте, как и для Альберти1, антич- ные сооружения были замечательными, но не единственными достойными изучения образцами, с которыми можно было срав- няться, которые можно было даже прев- зойти. Словом для них это было историче- ское наследие, от которого должна была отталкиваться архитектура, опирающаяся в своем развитии прежде всего на собствен- ный опыт и разумение зодчих. Для Палла- дио же античные памятники были идеаль- ным воплощением извечных законов зод- чества. Античная архитектура приобретала в его глазах не историческое, но абсолют- ное, качественное значение, а ее ордерная система (роль которой в итальянском зод- честве неуклонно возрастала на протяжении предшествовавших 120 лет) стала для Пал- ладио исходной формулой всякой архитек- турной композиции, всеобщей основой архи- тектурного мышления. Это не значит, что ордерные формы имели для Палладио лишь аохит₽етВНЫЙ смысл- Напротив, понимая зии^ «пУ₽У в° всем ее сложном многообра- большое внимание ее практи- 'с*°“у ,,аэначению и материальной суш- ости , он и в ордере никогда не забывал исходную тектоническую семантику, опре- делявшую форму отдельных элементов н связывавшую их в целостную систему. Именно поэтому Палладио никогда не ус- ложнял, но чаще упрощал ордерные формы, подчеркивая их основной статический смысл. Более того, Палладио — и в этом его отли- чие от предшественников — воспринимал эту систему как наилучшую формулу для художественного истолкования всякого со- оружения, всякого строительного орга- низма. Так, он неизменно прибегал к ордеру для осмысления другой тектонической си- стемы— стены. При этом Палладио не толь- ко подчеркивал условный, переносный смысл привлеченных им ордерных форм, тем са- мым реалистически указывая на основопо- лагающую конструктивную роль стены (этот прием, широко применявшийся и его предшественниками, получил у мастера лишь дальнейшее развитие, см. стр. 354 и след.), Палладио трактовал саму стену не как аморфную массу кладки, но как организованное по законам ордера тело, с основанием, средней несущей частью и венчанием. Можно сказать, что Палладио рассматривал стену как предельно сомкну- тый строй колонн. Творческий метод Палладио и особен- ности его высоко индивидуального стиля вполне сложились к 35 годам и полностью проявились уже в первом серьезном произ- ведении мастера — Базилике. Базилика в Виченце, получившая свое античное название от самого Палладио, является завершением более ранней пост- ройки (рис. 44. 45). Ее ядро составляет вы- строенное еще в XV в. палаццо делла Рад- жоне (ратуша), включавшее огромный зал (52X21 я)’, расположенный над сводчатой i лоджией. Палаццо не было закончено и в конце XV в. начало разрушаться. Необхо- димость придать главному общественному зданию достойный внешний облик стояла > в центре внимания всего города и полностью , захватила начинавшего мастера. Работая • Такое понимание архитектуры, как и высокая опенка античного наследия, несомненно укрепили» у Палладио в процессе глубокого изучения не тплвао древних сооружений, ио и Витрувия. Габричевский, Альберти-архитек- >. Альберти. Десять книг о зодче 7 стр. 232-233.
44. Виченца. Базилика, 1549 г. Палладио в мастерской архитектора-скульптора Джо- ванни да Педемуро, куда обращались для выполнения своих моделей архитекторы, приглашавшиеся в Виченцу в связи с пере- стройкой Базилики, Палладио, по-видимо- му, уже с 1538 г. приобщился к этой увле- кательной работе: его модель, выполнен- ная к проекту, представленному в 1546 г., была принята после того, как были отверг- нуты советы и предложения таких крупных мастеров, как Скарпаньино (1532 г.), Сан- совино (1536 и 1538 гг.), Серлио (1539 г.), Санмикели (1541 и 1542 гг.) и Джулио Ро- мано (1542 г.). Окружив ядро старой ратуши галерея- ми в виде двухъярусной ордерной аркады, Палладио придал зданию серьезную вели- чавость и в то же время доступный, откры- тый характер общественного сооружения, гем самым соединив и развив два архитек- 2в2 турных качества, до того встречавшихся раздельно, либо в строгих ордерных фаса- дах палаццо, либо в более интимных лод- жиях их внутренних дворов. Трехпролетная ячейка с аркой посре- дине, составляющая основу фасадов Бази- лики, 1 позволила зодчему связаться с шагом опор в старой части ратуши и выявить во внешнем облике здания закономерность его внутреннего строения, в то же время сохра- нив значительную свободу в разработке на- ружных галерей. Своеобразие Базилики выявляется при ее сопоставлении с родственной по компо- зиции библиотекой Сан Марко в Венеции (стр. 284), которая при сравнении выглядит более многословной, перегруженной деко- ром и даже более грузной, тогда как Бази- лика, более легкая и в то же время неизме- римо более сильная, поражает почти пол- ным отсутствием декора и всеопределяющей ролью тектоники, скупыми средствами кото- рой и создается глубокий и впечатляющий образ сооружения. Ордерная структура не наложена на стену, но пронизывает ее насквозь и развита в глубину посредством удвоения малых колонн по сторонам основ- ных устоев. Благодаря такому проникнове- нию ордера в глубь стены и ее ясному рас- членению на отдельные блоки, зритель сразу понимает всю структуру сооружения, в ко- торой нет неработающих элементов, а инерт- ная масса кладки сведена к минимуму (ср. круглые окна в наименее напряженных участках стены по сторонам арок). Мате- риал представляется полностью напряжен- ным, он как бы приобретает особую кре- пость. Кажется, стукни по нему — и он за- звенит. Если в венецианской Библиотеке многое кажется изваянным, то в вичентийской Ба- зилике все сложено, построено. Ее детали очень просты и вместе с тем пластичны; лаконичные «кубические» базы ионических колонн подчеркивают серьезность и аскети- ческую простоту общих форм. Тем более изысканными выглядят на этом фоне не- многочисленные, тонко прорисованные де- тали: капители колонн и архитравы малого ордера, архивольты арок. В строгих, текто- нически оправданных формах Базилики до- стигнута поистине римская монументаль- ность, а вольный размах ее широких арок, 1 Такая композиция, встречавшаяся и раньше, стала называться «мотив Палладио» (реже —Сер-
45. Виченца. Базилика. торжественное звучание их усложненного ритма производят впечатление подлинного богатства, не меньше чем роскошный фасад библиотеки Сан Марко. Сужение крайних пролетов зрительно закрепляет углы здания и придает ему завершенность. После того, как Палладио было пору- чено строительство Базилики, он был бук- вально завален заказами. Главное место в исключительно богатом творческом насле- дии мастера принадлежит дворцам и вил- лам, построенным за последние тридцать лет его трудолюбивой жизни, без остатка посвященной архитектуре. Это была пора, когда вследствие падения международной торговли Венеции ее купцы стремились обзавестись титулами и, покупая земли в материковых владениях республики (так называемая терраферма), вкладывали осво- бождавшийся капитал в сельское хозяй- ство. Здесь они строили многочисленные городские и сельские резиденции, рассчи- танные на открытый, праздничный уклад венецианской жизни.'Сложившиеся ранее типы дворца и виллы требовали дальнейшей переработки, и Палладио, вслед за Санми- кели и Сансовино, сделал в этом направле- нии решающие шаги. Замкнутая, статиче- ски уравновешенная композиция флорен- тийского дворца кватроченто уступила ме- сто более сложной и динамичной, как бы раскрывающейся во времени и простран- стве композиции, в которой чередование просторных и тесных, простых и украшен- ных росписями и лепниной помещений со- ответствовало глубоко продуманному за- мыслу и обычно завершалось главными парадными помещениями. Застраивая чаще всего узкие городские участки, Палладио создал новые типы дворцов, композиция ко- 293
горыл (развивая идеи, заложенные масте- ром в его реконструкции атриумно-перн- стильного дома Витрувия) развивалась по глубинной оси и включала один, а то и два двора (последний носил служебный харак- тер и был связан с конюшнями). Сложная взаимосвязь и сопоставление фасада и двора (сменившая их контрастное противопоставление во флорентийских двор- цах XV в.) становятся одной из основных тем композиции. При этом главные жилые и парадные помещения были сосредоточены у фронта участка и сами по себе составляли вполне законченную композицию, что сви- детельствует о тонком расчете мастера на постепенное осуществление его замыслов, большей частью реализованных лишь ча- стично. Своеобразный ордерный монизм, составлявший основу творческого метода Палладио, неисчерпаемое воображение и виртуозное использование всех средств ар- хитектуры наложили глубоко ипдивидуадь. ный отпечаток на его творчество в целом и вместе с тем позволили ему бесконечно • варьировать исходные композиционные схе- мы, создав целый ряд неповторимых в своем своеобразии образцов аристократического < городского дворца и виллы. Палаццо Тьене (1550-е гг.)—един- ственный дворец Палладио, композиция ко- торого приближалась к традиционному флорентийскому типу XV в., с центральным, симметрично обстроенным двором(рнс.46).' Но огромные масштабы двора и окружаю- щих его монументальных аркад внесли в традиционную композицию совершенно но- вые качества. Каре дворца должно было занять целый квартал и выходить на пло-
щадь, куда раскрывались бы сдаваемые внаем помещения для лавок. Осуществлен- ная часть дворца впечатляет своей спокой- ной силой и суровой замкнутостью (рис. 47). Палаццо Изеппо да Порто (1552 г.)—характерный пример глубинной композиции Палладио —должно было вы- ходить на две улицы (рис 47). В проекте четко разделены помещения для хозяев и гостей, связываемые парадным двором, ок- руженным колоннадой большого коринф- ского ордера. Фасад дворца, как и фасад палаццо Тьене, восходит к римским дворцам начала XVI в., но отличается большей про- стотой и серьезной сдержанностью. Глубокий план с двумя дворами был разработан Палладио и для палаццо Вальмарана (1566 г.), заслуживающего особого внимания необычной и смелой ком- позицией фасада (рис. 48,49). Несмотря на свой плоскостный характер, фасад читается очень хорошо. Сочетание пилястр большого и малого ордера придает зданию крупную масштабность и импозантность, тогда как определяющая тектоническая роль стены красноречиво выявлена ее членениями, от- кровенно условным характером большого ордера (раскреповки антаблемента) и его отсутствием по углам фасада, смело под- черкнутым плоскостными скульптурами. Палаццо Кьерикати (проект 1550 г.)—другой пример виртуозного ма- стерства Палладио (рис. 46, 50). Заказчик расширил свой участок за счет городской земли, примыкающей к площади, и особен- ности этого расположения предопределили необычную композицию дворца. В соответ- ствии с требованием города Палладио открыл часть первого этажа для общего пользования и, развернув строительный объем здания по фронту неглубокого уча- стка, оставил место для сада и в то же время сумел придать небольшому дворцу импозантный образ общественного соору Зй
48. Виченца. Палладио. 1 — палаццо дель Капитанио, 1576 г., фрагменты разреза, главного фасада, его вид по проекту и торцовый фасад; 2 — палаццо Вальмарана, 1566 г., план, часть фасада и разрез по двору жения (ныне здесь закономерно разместил- ся городской музей). Небольшой объем дворца занят парад- ными помещениями, анфилады которых за- вершаются большим залом на втором этаже. Этот зал — самое глубокое помещение всего здания — выходит одной стеной на фасад, остальной фронт которого занят лоджиями. Крупная масштабность строгого по деталям ордера, сильная светотень лоджий, пластика колонн, оригинально сдвоенных по углам, скульптуры по сторонам широкой лестницы и над карнизом—все это придает фасаду богатый и торжественный облик. Два яруса ордеров применены Палладио и на фасаде палаццо Порто — Барбарано. Но здесь в сочетании со стеной и богатым декором они создают более интимный и изысканный образ городского дома (рис. 49). Палаццо или лоджия дель Ка- лита ни о, расположенное напротив вичен- тийской Базилики, — позднее произведение Палладио (рис. 48, 51). Это — обществен- ное сооружение традиционного для Север- ной Италии типа с лоджией внизу и залом наверху. Окончание строительства здания совпало с крупной победой венецианцев над турками (при Лепанто, 1571 г.), что, быть может, объясняет его приподнятый, «триум- фальный» характер. Великолепные полуко- лонны большого ордера, исключительное богатство светотени и восходящая к рим- ским триумфальным аркам композиция бо- кового фасада дополнялись скульптурой и барельефами, изображающими взятые у турок трофеи. Несмотря на то, что и это здание составляет лишь фрагмент более обширного замысла, оно производит закон- ченное впечатление (ныне снпг дома подчеркнул асимметрию левогоТла)° Хотя в настоящее время многие рыьеФы утрачены и штукатурка осыпалась с кирпич ных стен, основные структурные членения исключительно сильны и здание не тепяет своего торжественного характера р Особенно велик вклад Палладио враз- витие типа сельских резиденций для вене- дианскои аристократии. Созданные им усадьбы крупных землевладельцев прекра- сно приспособлены для ведения передового сельского хозяйства и для привычного быта хозяев: они создавали высокий уровень комфорта, возможность наслаждаться пре- лестями жизни на лоне природы, а вместе с тем вести светский образ жизни с приема- ми. пышными празднествами. Каждая вилла включает более или ме- нее развитое главное ядро с жилыми и парадными помещениями, с портиками и глубокими лоджиями и подчиненную груп- пу служебных и хозяйственных построек: складов для инвентаря и хранения сельско- хозяйственной продукции, навесов для суш- ки. жилых помещений для челяди и рабо- чих, конюшен. В этих комплексах при всем их компо- зиционном многообразии проявляются и важные общие черты, глубоко связанные с народной североитальянской усадьбой. Тра- диционные навесы на столбах или аркадах, открытые лестницы и тенистые лоджии, со- четающиеся с оштукатуренными поверхно- стями простых объемов, свободно группи- рующиеся в крестьянских фермах, преобра- жаются у Палладио по законам классиче- ской ордерной композиции и складываются в гармонические, симметрично уравнове- шенные ансамбли, продуманно связанные со всеми особенностями местности и учиты- вающие не только ориентацию и рельеф, но и окружающий усадьбу ландшафт. Тон- ко рассчитана ориентация главных помеще- ний и портиков в сторону наиболее краси- вых видов, их связь с садом посредством широких лестниц и пандусов, устройство видовых террас.
50. Виченца. Палаццо Кьерикати В большинстве вилл композиция разво- рачивается фронтально по отношению к дороге (виллы Мазер под Виченцей, Ба- доэр во Фратта-Полезина.Триссино в Меле- до), к воде (вилла Фоскари в Мальконтен- та) или к долине (вилла Пьовене в Лонедо). Но в то же время виллам Палладио свой- ственно глубинное развитие вдоль оси сим- метрии ансамбля — от переднего сада и подъездов, через главный портик или арка- ду, предшествующую парадным залам, к лоджии или портику противоположной сто- роны дома, выходящей во второй сад. Многие виллы, как и дворцы, остались незаконченными, некоторые достраивались с изменениями. Так, у вилл Ангарано и Пойяна в Пойяна Маджоре была выстро- ена лишь средняя часть и правые крылья; вилла Годи-Порто в Лонедо получила лишь левое крыло; в вилле Бадоэр по проекту, помимо закругляющихся портиков, должны были быть еще Г-образные в плане колон- 51. Виченца. Палаццо дель Капитанно
52. Палладио. Виллы. 1560-е гг. (чертежи даны по обмерам' слей » Паллад-справа) «sJT-iess «г= ™= is -• в. <— нады; в вилле Вальмарана в Лизьере. за- канчивавшейся Скамоцци, вместо двухэтаж- ной лоджии была построена лоджия лишь в первом этаже, а над вторым этажом (бо- лее низким, чем в проекте) сделан фронтон, в вилле Триссино в Меледо главное здани вообще, по-видимому, не было закончено, а крылья построены лишь частично. Вилла в Мазере близ Виченцы (1560-1570 гг.)—одна из наиболее рос- кошных и хорошо сохранившихся — была построена Палладио для семейства Барбаро '299
(рис. 52, 53). Это замечательный примео подлинного синтеза архитектуры с живо- писью (росписи Веронезе с учениками) и скульптурой (камины, барельефы, скульп- турные вставки и круглая скульптура в нимфее - Алессандро Витториа). Широкая аллея ведет от дороги к развернутой фрон. тально постройке. Вынесенный вперед двух- этажный корпус противопоставлен отодви- нутым назад боковым аркадам, по концам которых причудливо очерченные фронтоны отмечают торцы служб. Главный зал, кре- стообразный в плане, развертывает компо- зицию не только от входа в глубину вплоть до врезанной в холм богато обработанной ниши нимфея, но и в направлении попереч- ной анфилады жилых помещений — прием, необычный для Палладио. Вилла Ротонда в Виченце (нача- та в 1551 г.) едва ли не самая известная из всех вилл мастера — является первой цент- рической купольной постройкой светского назначения (рис. 54 и стр. 353). Расположен- ная на холме, безошибочно выбранном среди исключительно красивой пересеченной мест- ности, она является, в сущности, бельведе- ром или видовым павильоном, центральный зал которого (освещенный через фонарь в куполе, достроенном Скамоцци), стал как бы композиционным центром окрестного ландшафта, с которым он связан четырьмя симметрично расположенными воздушными портиками и пологими лестницами. Основ- ной объем виллы, решенный в ясных пропор- циях золотого сечения, включает лишь па- радные залы и немногие жилые комнаты для владельцев в третьем, аттиковом этаже, тогда как хозяйственные помещения усадь- бы искусно заглублены в холм по сторонам главного подъездного пути. Вписываясь в окружающую природу и господствуя над ней, вилла воплощает глу- боко поэтический, подлинно гуманистиче- ский и в то же время пантеистический образ, проникнутый спокойной гармонией. Среди многочисленных (около тридцати} вилл, построенных Палладио в окрестно- стях Виченцы и соседних городов, встречают- ся и скромные усадьбы (виллы Эмо, Дзено. Сарачено, Пойяна) и роскошные резиден- ции (Мазер, Триссиио в Меледо, Бадоэр) 53. Палладио. Вилла Корнаро в Пьомбино (вверху) и вилла Барбаро в Мазере, центральная часть (внизу)
(рис. 52—57). Но каждая из них глубо- ко индивидуальна. Их архитектура полна то чарующей интимности и уюта (Вилла Пьо- вене и Годи в Лонедо, Сарачено в Финале), то спокойного достоинства (виллы Фоскари в Мальконтента, Корнаро в Пьомбино, Пи- зани в Монтаньяна), то благородного, ли- шенного всякой претенциозности богатства (Бадозр, Барбаро в Мазере). Творчески переработав традиции народ- ного зодчества применительно к требова- ниям венецианских дворян-землевладель- цев, Палладио создал исключительно жиз- 102 ненные типы усадебных зданий и вместе с тем показал почти неограниченные возмож- ности их варьирования. Это предопределило широкое распространение его композицион- ных приемов во многих странах Северной Европы, где палладианские типы сельской резиденции, как и городского аристократи- ческого дворца, бытовали на протяжении более чем двух последующих столетий. Палладио оказал значительное влияние и на культовую архитектуру, найдя само- стоятельное и принципиально новое реше- ние одной из ее наиболее трудных про-
56. Пойяна Маджоре. Вилла Пойяна 57. Мелело. Вилла Триссино, проект 1553 г. Палладио
GO. Венеция. Церковь Иль Реден- торе (вверху). Церковь монастыря Сан Джорджо Моджоре, вид от алтаря в сторону входа тоническая структура церкви, четко выра- женная в интерьере с помощью большого ордера на пьедесталах в нефе и малого ор- дера — в капеллах, органически связана с композицией фасада. Членения малого ор- дера пронизывают весь фасад, а его средняя часть значительно выше боковых и выде- лена полуколоннами на пьедесталах, бла- годаря чему вся церковь кажется больше и стройнее. Композиция фасада не только отвечает интерьеру, но и явно рассчитана на основные, весьма удаленные точки зрения от Пьяццетты через всю лагуну *. Проектируя церковь и некоторые здания примыкающего к ней монастыря, Палладио верно оценил исключительное градостро- ительное значение места постройки (см. план Венеции на стр. 272, рис. 23). Распо- ложив церковь прямо против Пьяццетты, он повернул ее фасад на стрелку между Боль- шим Каналом и каналом Джудекка. Бла- годаря этой ориентации весь комплекс Сан Джорджо, включающий большую церковь с классически уравновешенным, хорошо чи- тающимся издали фасадом и поднятым на барабане куполом, живописную группу мо- 1 В свете изложенного трудно согласиться с предположением Виттковера (см. библиографию), что сохранившийся палладиевский эскиз фасада с колоннами без пьедесталов был окончательным и от- ражал истинный замысел мастера, впоследствии
настырских построек (подчеркивающих па, меры церкви) и кампанилу, превосходно замыкает венецианскую лагуну, превращая ее в один из самых прославленных гопов ских пейзажей мира. . Церковь Иль Реденторе на 0. Джудекка (1576-1592 гг.) близка по композиции к предыдущей постройке но ее неф значительно шире, а оба ордера в ин- терьере не имеют пьедесталов и поднимают- ся прямо от уровня пола капелл и средо- крестия, чуть приподнятых над полом основ- ного корабля (см. рис. 58—60). Это отраже- но в композиции фасада: его средняя часть доминирует над боковыми, и оба ордера покоятся на высоком цоколе, от которого спускается к набережной широкая и поло- гая мраморная лестница.
Церковь стоит средн жилой застройки на узкой набережной и видна только со сто- роны фасада, лучше всего — с канала. По мере приближения купол, башни и крыша совершенно исчезают за аттиком (и первой парой стенок-контрфорсов), и зритель пол- ностью попадает под обаяние величавого и необычайно торжественного фасада. В обоих церквах центральный неф про- должен за средокрестием длинным сводча- тым хором, отделенным от алтарного про- лета колоннадой, прямой и двухъярусной в Сан Джорджо Маджоре и полукруглой в Иль Реденторе (см.рис.58).Это интересное, новаторское развитие пространства в глу- бину посредством создания за алтарем сквозной, напоминающей театральную ку- лису преграды, послужило важным дово- дом. чтобы отнести церкви, а с ними и все творчество Палладио к маньеризму. Одна- ко в сияющих белизной интерьерах палла- дневских церквей с их нерасчлененными и нерасписанными сводами и куполами гос- подствует невозмутимый, почти отчужден- ный покой, а сильно развитое пространство средокрестия усиливает классическую яс- ность и уравновешенность композиции. Обе венецианские церкви Палладио следует от- нести к числу немногих действительно зна- чительных ренессансных церквей Италии второй половины XVI в. Особое место занимает в творчестве Палладио выстроенный по его проекту театр Олимпико в Виченце (рис. 61). Он был закончен Скамоцци и торжественно открыт в 1585 г. Потребность в специальных театральных зданиях возникла в XV и XVI вв. в связи с возрождением античной драмы и комедии и постановкой старых и новых светских пьес, рассчитанных на широкий круг зри- телей. Наиболее крупные театральные зда- ния этой поры, выстроенные из дерева, по- гибли от пожаров. Особенное значение для ранней истории театрального здания Воз- рождения приобрели поэтому страницы, по- священные театру в трактате Серлио, и прекрасно сохранившийся театр Палладио в Виченце. Серлио дает план и разрез театра, устраиваемого во дворе или в зале дворца, как было сделано им самим в 1539 г. во дворе палаццо Порто в Виченце. В его про- екте не чувствуется органической связи зрительного зала со сиеной: план амфите- атра насильственно ограничен общим пря- моугольником театрального плана. Театр Палладио представляет собой своеобраз- ный возврат к принципам построения антич- ного театрального здания, подобно тому как основные постановки в вичентинском театре были в то время возвратом к антич- ной трагедии и комедии. Палладио, в част- ности, изучал остатки римского театра в Виченце. Общая вместимость зрительного зала — около 1000 человек. Полуамфитеатр мест для зрителей окружен сверху колоннадой, маскирующей неправильную форму здания’ Зрительный зал и сцена перекрыты об- щим плоским потолком. Внутренние кон- струкции театра выполнены из дерева, от- делка интерьера — из стукка. Подобно римскому театру, сцена театра Палладио несколько поднята над полом зрительного зала, вытянута в поперечном направлении и ограничена высокими стена- ми с трех сторон. Два яруса ордеров, силь- ная пластика приставных колонн и раскре- повок, многочисленная скульптура придают исключительную парадность композиции. Но главное нововведение — развитие сцены в глубину и создание объемных декораций: сквозь пять проемов, сделанных в заднике сцены, зрителям видны расходящиеся город- ские улицы, глубина которых искусно усиле- на с помощью иллюзорной перспективы. Благодаря своей ширине сцена сливает- ся со зрительным залом в единый объем. Сцена и зрительный зал слиты в гармони- ческое единство и всем строем архитектур- ных форм, и общим ритмом, и ясно ощути- мым согласованием членений. В целостности интерьера важную роль играет нарастание богатства композиции к центру сцены — высокой открытой арке, введением которой Палладио решительно отказывался от принципа сцены античного театра с ее глухой задней стеной. Постройки Палладио, его дворцы и вил- лы, весь его творческий метод, позволявший широко варьировать созданные им типы архитектурных композиций и прекрасно ра- скрытый в получившем широкую извест- ность трактате, имел огромное влияние на архитектуру Западной Европы, особенно Англии, Франции и России, во многом пред- определив эстетические идеалы, компози- ционные приемы и даже образы архитек- турного стиля классицизма.
СТ Р О И Т Е Л ь н А я От XIV века архитекторы Возрождения унаследовали в качестве универсального строительного материала-тесаный есте°т венный камень и обыкновенный кирпич на известковом растворе, в роли ведущей кон струкции-каркасный крестовый свод ре- месленную организацию производства строительных работ. Однако коммерческий дух эпохи, выз- вавший стремление родоначальников буду- щей буржуазии подражать императорскому Риму, где, по выражению Альберти, «люби- ли сочетать размах могущественных царей с древней бережливостью»,заставил строи- телей применять камень и кирпич лишь в лицевой части стен, заполняя пазухи более дешевым материалом. Обусловленное крестовым сводом пре- обладание ячеек прямоугольной формы в нефах соборов не отвечало новым потреб- ностям и эстетическим представлениям. Альберти мотивировал преимущества круг- лой и многогранной формы практически тем, что при этом условии «можно очень легко прибавить множество капелл», а тео- ретически — ссылкой на то, что «природу больше всего радует круглое и шестиуголь- ное». Все это, вместе взятое, побудило зод- чих Возрождения предпочитать в качестве ведущей конструкции основательно забы- тый в средние века древнеримский купол, оставив на долю крестового свода лишь вспомогательную роль. Характерное для ремесла сочетание в одном лице автора с исполнителем, а так- же сотрудничество равноправных, одинако- во квалифицированных мастеров под при- дирчивым контролем цеха тормозили гран- диозное строительство эпохи. Альберти сформулировал по существу уже мануфак- турные принципы организации строитель- ных работ. «Рука ремесленника, —говорит он, — служит для архитектора лишь оруди- ем» и рекомендует «найти ловких, осмотри- тельных, неутомимых помощников, которые прилежно, старательно и неослабно будут заботиться обо всем необходимом». Строительные материалы Распространено ошибочное мнение, буд- то архитекторы итальянского Возрождения строили главным образом из естественного тесаного камня и обыкновенного глиняного кирпича. Однако Шуази. исследуя недост- роенные итальянские здания того времени, установил, что ядро стены очень часто вы- полнено из бетона, но существенно отлича- ющегося от римского. Вместо сортового щебня здесь применя- ли рядовой гравий, вместо чередующейся кладки выровненных слоев раствора и ще- бенки, втрамбованной в раствор, просто на- брасывали составляющие в беспорядке, без предварительного их смешивания. Именно так, по свидетельству теоретика конца XVIII и начала XIX в. Ронделе, сделана забутовка стен собора св. Петра в Риме (рис. 1). Естественно возникает вопрос, по ка- ким причинам зодчие Возрождения, заим- ствуя у древних римлян архитектурные композиции и декор, не заимствовали гак же и бетон. По всей вероятности, римский бетой ока- зался для этой эпохи мало пригодным с
пазух стены говоря св. Петра в Риме. Рядовой гравий вместе с известко- вым раствором беспоря- дочно набросан в опалуб- ку — облицовку из тра- вертина и кирпича экономической точки зрения. Какое значе- ние придавали в то время стоимости стро- ительства, видно из указания Барбаро, что литая колонна обходится дешевле камен- ной. Но по сравнению с заливанием гра- вийного «месива» в каменную опалубку', служившую одновременно и облицовкой, римская технология была более трудоем- кой. Не требуя увеличения числа квалифи- цированных рабочих, занятых на кладке и засыпке, она была неосуществима без большого количества чернорабочих, чтобы бить щебень, разравнивать и трамбовать составляющие и т. п. В средние века заказчики, нанимая мас- теров и подмастерьев, имели возможность использовать на постройке даровую неква- лифицированную рабочую силу, привлекая ее либо в порядке феодальных повинно- стей, либо обещанием «отпущения грехов». Однако новая эпоха заставила учитывать и труд чернорабочих. Из писем Микеланд- жело к Вазари мы знаем, как затягивалось строительство из-за недостатка рабочих и отсутствия денег на оплату их труда. Представление о прочности растворов и бетонов эпохи Возрождения по сравнению с римскими дают следующие интересные дан- ные испытаний, проведенных Ронделе. Античное водохранилище в окрестностях Рима 76 кг/см2 Забутовка, применявшаяся в стенах ан- тичного Рима 71 кг/сл<2 Развалины части Бастилии, построен- ной в XV веке, 55 кг/см1 Стена Парижского колледжа того же времени 54 кг/см1 S10 Из материалов, которыми надо «забла- говременно запастись, приступая к пост- ройке». Палладио перечисляет лес, камень, песок, известь и металлы. Характерный для Возрождения возврат к древнеримскому раздваиванию постройки на конструктивное ядро и декоративную облицовку вызвал у строителей особенный интерес к цвету и фактуре естественного камня, который употребляли в качестве от- делочного материала на кирпичных и бе- тонных стенах. К категории камней, но искусственных, Палладио относит и кирпич. Распростране- ние внешней отделки оштукатуриванием или облицовкой открыло возможность стро- ить из кирпича не только рядовые, но и мо- нументальные, роскошные здания. Образ- цом оштукатуренной кирпичной пост- ройки этого вида может служить палаццо Фарнезе, примером облицованной — дворец Канчеллерии. Альберти заявляет, что «ни для одного вида строительства нельзя най- ти ничего более удобного, чем кирпич», и мотивирует свое мнение тем, что совершен- но высохшая кирпичная стена удобнее ка- менной, которая всегда бывает холодной и сырой. Пережог он рекомендует для моще- ния полов соляных складов, недожог — для полов в птичниках. Широко употребляли в качестве отде- лочного материала терракоту и майолику. Показательно, что Браманте в своем трак- тате «Практика архитектуры» излагает способы прикрепления этих материалов к В сочинениях Альберти, Барбаро, Сер- лио и Палладио мы находим тогдашние «технические условия приемки» всех основ- ных строительных материалов. 1. «Если мы, приложив ухо к одному ее (дере- вянной балки) концу, услышим звучащие на другом конце удары нечетко и глухо, то это будет призна- ком, что внутри и скрывается болезнь» (Альберти). 2. Камень, «что звенит от удара, плотнее, чем издающий глухой звук» (Барбаро). 3. Наиболее прочен камень, «осколки которого остры и гладки» (Барбаро). 4. Камень, не поддающийся резцу, не поддается «действию воды и непогоды» (Барбаро). 5. «Если смоченный водой (камень) значительно прибавит в весе, он будет от сырости разрушаться, а тот, который не выдержит обработки огнем или пламенем, не продержится на солнце и в жаре» (Альберти). 6. Хороший кирпич «сгибает и ломает железное острие» (Альберти), «притупляет и стирает его» (Барбаро).
«Если песок хорош, то... он бчп« „ растирании в горстях и не оставив. рипеть пР“ следа на белой ткани» (Палладио! п малейшего сок. который, будучи смешан с во«ДЛОХ тот пе’ мутной и । ризной» (Палладио) д ДЫает ее В Хорошая воздушная известь пол™ известняка, «теряющего при обжиге S веса1» (Палладио). иге т₽еть своего 9 «Хорошее железо... в слитке в» непрерывные жилы (т. е. слоистость-»V?"'lue " ломы . литка чисты и лишены накипи " об‘ четырехугольных или иной формы »"» в “М^То«Хое есоГп₽поти«Т° ЭТ0 ЗНа,И1’ ™ ОКО »азй; равном р о р тивление ударам молота т ₽ оно однородно по качеству» (Палладио^ 0 10 . «Белый свинец совершеннее и ценится боль ше. чем черный- пепельный занимает между ними среднее место» (Палладио). жду ними 11 «Наилучшей... медью считается та, котовая „осле пыплавки из руды принимает красный цвет с желтым отливом» (Палладио). н ивет с Конструкции С легкой руки наиболее ортодоксально- го теоретика Возрождения Серлио получил распространение взгляд, будто архитекто- ры той эпохи были художниками в боль- шей степени, чем инженерами. «Архитек- тор,—писал он, — всегда должен быть ско- рее робким, чем дерзким, ибо если он бу- дет робким, то будет поступать всегда сдер- жанно и выполнять свои работы обдуманно, выслушивая советы и нижестоящих, у ко- торых часто можно поучиться. Если же он будет слишком дерзновенным, полагаясь чересчур на свои знания и не слушая чу- жих советов, его чаще всего постигнет не- удача, т. е. работа его удастся плохо». И в качестве примера он приводил Брайан- те. ставя ему в упрек то, что для «укрепле- ния массы с весом столь великим» тот при- менил не «наилучший фундамент», а «че- тыре столь высокие арки», т. е. поставил купол не на стены здания, а на паруса. Вслед за Серлио и современный американ- ский историк техники Парсонс повторит: «Браманте был архитектором, но не инже- нером». Между тем на самом деле все три вели- ких зодчих Ренессанса —и Брунеллеско, и Браманте, и Микеланджело —были кон- структорами не менее смелыми и вдумчи- выми, чем строители готики. Построить ку- пол Пантеона и водрузить его на свод базилики Максенция — эти идеи были ин- ' В русском переводе ошибочно сказано две £мНеР»„“.МИ замыслами не в меньшей мере. imr-JрхитектУРными И осуществить их тс™.Т0ЛЬЮ люди, обладающие высоким уровнем технического мышления и знаний- нение Парсонса об отсутствии у Бра- йанте инженерного мышления, которое так ясно проявляется у Брунеллеско. опровер- гается «особым мнением» Браманте по по- воду конструкции Миланского собора, пред- ставленным им на конкурс 1490 г. Здесь он, повторяя точку зрения Альберти, утвер- ждает, что «циркульная арка устойчивее стрельчатой» и в качестве причин указы- вает, что она «весит меньше» и что ее низ. где она «расположена отвесно», должен быть «более прочным». Говоря о пилонах, он подчеркивает необходимость учитывать «легкость веса, доброкачественность фунда- мента и контрфорсов». По поводу модели купола, изготовленной Антонио Амадео, он заявил, что восьмичастная конструкция пе- рекрытия хороша с двух точек зрения; во- первых, для прочности купола и, во-вторых, для укрепления всего остального здания. Браманте предпочел форму купола Пан- теона флорентийской не только потому, что этот образец был рядом, как утверждает Парсонс. Он руководствовался представле- ниями Альберти о статике арки, которые сводились к тому, что «полная арка самая крепкая из всех». Антонио да Сангалло Младший, продол- жавший постройку после смерти Браманте. возможно, по тем же мотивам, что и Бру- неллеско, предложил вместо сферической формы купола яйцевидную. В пояснительной надписи к своему чер- тежу (рис. 2) он излагает правило построе- ния избранной им кривой. «Сделав из де- рева коробчатый свод в 98 пальм длиной и в 14 в диаметре, циркулем вычертить иа натянутой на этот свод бумаге круг» так. чтобы «циркуль был раздвинут на 9^ паль- мы; разгладив эту бумагу (на плоскости!, получить овал; половина , будет иметь 1). вся длина 22, ширина 19,', (пальмы)».Это 1 отступление от композиции Браманте ои мотивирует тем, что такая арка «более красива, чем немецкая, вычерченная радиу- * Данные о сооружении купола Брунеллеско ппив-"ены в сборнике «Архитектура и строительна! Хнка« » ст.тм Ю. К. Милонова «Архитектур ное творчество и строительная техника», М.. i960. S1I
2. Построение эллиптического профиля купола собора св. Петра. Прием, примененный Антонио да Саигалло Младшим. .4. £ — различные положения циркуля сом, равным % пролета, и является не та- кой высокой, как трехчетвертная». Микеланджело, после Антонио да Сан- галло, отверг его проект и вернулся к пер- воначальной композиции. «Нельзя оспари- вать превосходство Браманте над всеми архитекторами, начиная с древних», — пи- сал он в 1555 г. своему ученику и сотруд- нику Бартоломео Амманати и утверждал: «Всякий, кто уклонится от указаний Бра- манте, как это сделал Сангалло, удалится от истины». К тому времени, когда строителей за- нимала композиция купола св. Петра, Лео- нардо да Винчи еще глубже, чем Альберти, проник в работу арочных конструкций. Ис- ходя из той же, что и Альберти, античной идеи равновесия взаимно опирающихся, как в карточном домике, ветвей, он изла- гает эту идею языком уже не философии, а механики. Формулировка Варрона: «В сво- дах правая часть не меньше держится ле- вой. чем левая правой» у него развернута так: «Арка состоит из двух четвертей ок- ружности, каждая из которых, являясь сама по себе неустойчивой, будет стре- миться упасть; взаимное сопротивление па- дению друг друга превращает две неустой- чивости (у Леонардо сказано «силы») в одну единую устойчивость («силу»)». Из расчетных данных у Альберти мы находим только две цифры: отношения пролета к стреле подъема и к толщине опор. «Следует позаботиться, — говорит он,— чтобы всякая арка... была не меньше, чем половина круга, сложенная с '/? ра- диуса». «Пролет,— пишет он относительно мостов, —не будет длиннее шестикратной и не короче четырехкратной толщины бы- ков». Леонардо был первым, кто попытался дать в общих чертах теорию арки, доста- точно удовлетворительно, хотя и примитив- но объяснявшую эмпирические правила практики (рис. 3). «Арка, сторона квадрат- ного сечения которой будет удвоена, —го- ворит одна из его записей, — выдержит че- тыре такие нагрузки, какие выдержит оди- нарная арка. И (вообще) настолько более, какое количество раз ее толщина содер- жится в ее длине, т. е. если толщина оди- нарной арки содержится в ее длине 10 раз. то толщина удвоенной арки будет содер- жаться в ее длине 5 раз. Следовательно, если толщина удвоенной арки содержится в ее длине вдвое меньше раз, чем толщина одинарной в ее длине, то (удвоенная арка) выдержит груз вдвое больший, чем одинар- ная арка. Поэтому, если арка (сторона ее сечения) будет увеличена в четыре раза по сравнению с одинарной ........ (она) должна выдержать более четырех грузов и вышеуказанное правило (о соотношении 3. Важнейшие положения теории арок, сформулированной Леонардо да Винчи 312
толщины к длине) показывает держит точно в восемь раз болы™ °На аы’ Не ограничиваясь этим пШе‘- Винчи исследовал расположе^°Нардо да сечениях арки и опоры Ж""' Уси™й в шит я. если хорда ее внешней Л разРУ’ сается ее внутренней ду“и м™ не ка‘ оп, —касаясь внутренней 14)- —писал начало ее слабости и делай „(™а). дает слабой, чем больше внутренняя6 я™ более секается с хордой». «Апка пя™ Дуга пеРе‘ лия по наклонной линии /о? полагаетуси- ник АВС (большой катет L е' тРеУг°ль- дает с вертикальной гра^ю ппР0Г° Совпа' лый с ее пятой) не испытьт, °РЫ' а ма’ Его интересует механизм" НагрУзки»- арки, в частности расположеннеРшяРпУШ6"ИЯ разрушения. Он рассматривает » этого данную из полукруга (ЗЬ ₽Ку *сде’ нагрузку в двух противопадоЖ тоет" своей кривизны», и констатиру*что те ™ арка «разрушится в части наиб™? я ленной от двух сил. которые^ее Сжим^ (реакция опор), „ от Т0ЙР которая поило жена в се середине тякпй прило- ствующей Данной арке» «СлепРовТяИВ0ДеЙ’ грузы, опускаясь.... не могут^сб^изиться» и «концы расположенной внеУ их арки не мо гут сблизиться без того, чтобы она не разву шилась в середине. Следовательно? арка разрушится в пяти местах». Таким обва зом, Леонардо да Винчи знал о количестве швов разрушения арки и местах их распо- ложения на ее дуге: в замке, в пятах и в промежутках между этими двумя точками В его исследованиях мы находим метод построения наружного очертания для свода с заданным внутренним очертанием. «Если арка, нагруженная в замке (1), угрожает сломаться в двух третях своей высоты,— писал он, —то сделай отрезок АВ (от пяты до шва разрушения) во столько раз мощ- нее отрезка (от шва разрушения до замка), сколько раз СВ (проекция верхнего отрез- ка арки на ее ось) содержится в стреле подъема». Один из рисунков, изображающий спо- соб определения распора арок разного про- филя, и сопровождающая его надпись: «Спрашиваю, какие здесь назначены грузы, которые противовесом оказывали бы сопро- тивление разрушению каждой арки» —ука- зывают, что все приведенные выше обобще- ния явились результатом не пассивного на- блюдения, но активного эксперимента. Строители собора св. Петра не могли и знать этих Работ Леонардо да Винчи, по, по-видимому, это казалось, да и было таким новшеством, которого еще не исполь- зовали на практике. Из описания Вазари, которое почему-то опускают все переводчики (и на русский, и на немецкий, и на французский языки). мы знаем, что Микеланджело «вычертил дугу этого купола при помощи трех точек, кото- рые составляют треугольник АВС». Чертеж (рис. 4) показывает, что построение дела- лось следующим образом: взяв точку С на пересечении оси полусферы с ее диаметром за центр, полученным таким образом ра- диусом вычерчивали кривую внутренней поверхности купола; кривую наружной по- верхности вычерчивали из точек А и В. находящихся в углах при основании равно- бедреннего прямоугольного треугольника, вершина которого —в точке С, а гипотену- за, расположенная горизонтально, состав- ляет '/3 внутреннего диаметра фонаря, или. что то же, ‘/и диаметра купола. Из центра, находящегося в одной половине сечения, вычерчивалась дуга противоположной по- ловины. При сплошной конструкции купол, спроектированный Микеланджело в фор- ме полуовонда высотой 25 и с полусфери- ческим пространством радиуса 21 и и со стеной, утолщающейся от пят к замку с 3 до 4,5 м, должен был содержать 5000 м' кладки н. выполненный из камня, весить около 12000 т. Это давало бы на 1 ж1 про- екции 8,7 т. Опора, составляющая 520 м\ заняла бы 31% всей площади и испытала 313
5. Трещины в куполе и контрфорсах барабана собора напряжение 2,3 ка/см2. Однако, будучи про- должателем Брунеллеско, о конструкциях которого он говорил, что их «видоизменять можно, но улучшить нельзя», Микеланд- жело решил также применить пустотелую конструкцию. В письме к Вазари от 17 ав- густа 1557 г. он говорит о необходимости «разделить свод на три свода в тех местах, где нижние окна отделены друг от друга пилястрами, которые, как вы видите, под- нимаются в виде пирамид к верхней точке свода, образуя собой центр и боковые сто- роны...» Таким образом, он остановился на трехъярусной конструкции. Это уменьшило ооьем кладки до 2700 л3, а вес купола до 6500 г, снизило «нагрузку» на 1 л»3 проек- ции до 4,7 т. а напряжение материала в опорах примерно до 1,5 кг/см2. Смерть Микеланджело прервала осу- ществление проекта, продолженное лишь следующим поколением. Грандиозность задачи побудила заказ- чика обратиться к опытнейшим архитекто- рам и инженерам в Италии и вне ее с за- просом: «могут ли они возвести этот купол» и просьбой «представить свои мнения в ри- сунках и записках». С Важнейшие положения теории стоек (/), балок (3) и 4*рм (3), сформулированной Леонардо да Винчи 314 Сохранилось два противоположных от вета на этот вопрос, принадлежащие дп«1' однофамильцам —делла Порта: один-, скульптору Гульельмо, другой — архитек" тору Джакомо. Ссылаясь на то, что «если исключить Санта Марию во Флоренции» древние и современные архитекторы «не одобряли применение пустотелого купола» Гульельмо утверждал, будто «сила купола»' спроектированного Микеланджело, «будет ослаблена» его огромным весом, который «очень вредоносен для стены толщиной в 13,5 пальм (3 л)», и в заключение «вместо усиления купола» предложил «облегчить его кладку на 270 канн» (2970 м3). Джако- мо, назвавший критиков проекта своего учителя «невеждами и клеветниками» ко- торым «надо преградить дорогу», заявил что модель «не нуждается ни в каком изме- нении, если хорошо увеличить прочность и устойчивость постройки». Он высказался за замену травертина, которого не хватало кирпичом, оговорив, «что тот должен быть сделан из хорошей глины, хорошо обожжен и быть прочным». Предложенные Джакомо конструктивные изменения сводились к уве- личению стрелы подъема на 4 м, исключе- нию третьей оболочки и закладке у основа- ния внутренней оболочки железного кольца которое было выполнено в 1589 г. Лоренцо Бернини. Кроме того, Джакомо поднял опору купола на 1,8 м. Профиль конструкции делла Порта вы- чертил из четырех точек, как углов прямо- угольника под внутренними краями фона- ря, опирающегося на диаметр купола с основанием, равным диаметру фонаря, и высотой, составляющей треть основания. Построение внутренней поверхности сдела- но из противоположных нижних углов этой вспомогательной фигуры радиусом 7/ia вну- треннего диаметра купола, внешней поверх- ности — из верхних углов радиусом, состав- ляющим 2/3 диаметра. Глубокие и многосторонние исследования купола собора св. Петра были выполнены в 1872 г. извест- ₽5£ским, архитектором Р. Бернгардом. По пору- чению Российской Академии Художеств, которая, как " европейский архитектурный мир, заинтересо- валась обнаруженными в 60-х годах прошлого века деформациями купола, Бернгард произвел обмеры » ?я7к0Пу^мИКо0вапл отчет 0 иих в журнале «Зод- чий» в 1876 г. (№ 8-9) и в 1877 г. (№ I, 2. 3). ьернгард попытался дать ответ на три вопроса. По каким причинам первые деформации купола и контрфорсов (рис. 5) начались почти через 90 лет ’25ле о*ончзння строительных работ, т. е. только в io«u г,? Почему поврежденными оказались из
16 ьонгрфорсов—13, a OCTBJ.UU, повреждений? Достаточной лиI «ез шення купола являются метаадХ,ТИе" от Р’эру. денные одно в 1680 г во »hv™ ,еск“ кольца гое добавленное в 1748 г. снаруж™0Ю °вол°Ч|</ дру- 11а основании чрезвычайно ных расчетов Б. Стефопица, Хв^ЬИЬ1х " “°*- средственным руководством Е ,ых П0Д непо- былн ответы на все три вопроса >РпЛЧ“' полУче"ы через 111 лет он объяснил тем чтп° ление грешив времени постепенное и медленное Т0.ЛЬХ0 к ЭТОМУ ' “Ль“. Непала с неХТЛи?"?.: Крит..... для конструкции томентДаВ тем самым „РОЯ^ХМ^ рушения зданий, объясняемой mbShSm S, ”3' наружных агрессоров и недостатков Хн " материала. ков стРонтельного Введение в купол металлически, знал ненадежным решением, мотивируя это тем внутреннее кольцо уложено ниже оснований связывающих обе оболочки купола, в наружное’, „ расположено правильно на уровне оснований этих ребер, но имеет слишком малое сечение мя того чтобы поглощать распор. мя 10Г0’ Если купола выражали инженерные део- зания Возрождения, то общий уровень кон- структорской техники характеризуется жи- лищным строительством, теоретиком и ма- стером которого был Палладио. Свое осо- бенное внимание к «частным домам» он мо- тивировал тем, что «из всех родов архитек- туры ни один в такой степени не отвечает нуждам людей и столь часто не приме- няется в жизни». Из 42 построенных и 11 запроектированных им сооружений 17 представляют собой палаццо и 28 — виллы. Еще Альберти рассматривал все основ- ные конструктивные элементы зданий как взаимосвязанные звенья единой системы. Колонна представляется ему частью стены, балка — положенной поперек колонной, арка — искривленной балкой, свод —растя- нутой в ширину аркой, купол — пересече- нием в одной точке большого количества арок. «Во всякой крыше, как и во всякой стене,— писал Альберти, —есть костяк, связи, заполнения, оболочки наружные и внутренние». К костяку он относил колон- ны, балки и арки, цоколь, пояса и венец. К связям — положенные по балкам прого- ны, «проведенные крест-накрест» стропиль- 1 В своей работе он использовал данные о ху- поле, переведенные на русский язык из анонимной книги «Путешествие некого француза в Италию в 1765—66 гг.». и опубликованные в изданной в 1776 г. книге «Описание римския Ватиканский церкви свя- того Петра и великолепного каэертского дворца, на- ходящегося недалеко от Рима» Санкт-Питербург, 1778, стр. 80—86. им» Н3°яГ^яаТЯЖКИ <или что-л"бо подобное как' вг“Полнения X оболочки он определял ушеобя п?’ ЧТ° М0Жет быть Удалено без ниям п крепости здания. К заполне- ны» Л °™0™ "ланки и доски, укреплен- ; к оболочкам наружным —на- п"л и черепицу, к внутренним—потолок. чтг,^аиУЙ’ наиболее ярким выражением концепции в Фасаде здания было со- оруженное им палаццо Ручеллаи. В отличие от своих античных учителей Альберти глубже понимал явления изгиба как продольного, так и поперечного. Реко- мендуя пользоваться в подъемных кранах мачтами и брусьями, «не слишком малой или чрезмерной длины», он мотивирует это тем, что длина по своей природе «сопря- жена с хрупкостью» и, наоборот, «от корот- кости получается плотность». Составные балки нужно класть так, чтобы «низ од- ной лежал там, где верх другой... ибо так обоюдно более могучая сила нижней части приходит на помощь бессилию части более легкой» (верхней). И соединять их нужно с помощью врубок так, чтобы «верхняя ли- ния составной балки не могла от давления груза стать короче, и, наоборот, нижняя линия не могла сделаться длиннее, но оста- валась бы натянутой как струна». Он пре- достерегает против кладки балок, имеющих поперечные трещины, в таком положении, чтобы эти трещины оказывались в нижней (растянутой) части, а балок с продольными трещинами так, чтобы они приходились сбо- ку (т. е. в нейтральной зоне). И, наоборот, рекомендует обращать поперечные трещи- ны кверху, а продольные вниз. Все это го- ворит о понимании нм роли высоты попе- речного сечения балки и разницы в харак- тере усилий, испытываемых ее нижней и верхней зонами. К тому времени, когда работал Палла- дио, Леонардо да Винчи уже нашел форму- лы, позволяющие, хотя и грубо приближен- но, но уже в количественном выражении определить сопротивление как продольному, так и поперечному изгибу (рис. 6). Пер- вое—путем деления площади сечения вер- тикальной опоры (Ь2), на отношение ее вы- соты (й) к стороне (Ь) этого сечения: Сопротивление балки поперечному изги- бу Леонардо определял аналогичным об- разом: путем деления площади ее попереч 3(3
7. Мост Палладио через реку Чизмоне ного сечения (ft2) на отношение пролета (/) к стороне квадрата (ft), составляющего это сечение: Таким образом им была установлена пропорциональность сопротивления балки изгибу, прямая — кубу стороны сечения и обратная — величине пролета. Однако, несмотря на заявление Палла- дио, что он «перелистал» все книги тех, кто «обогатил отменнейшими правилами» архи- тектурную науку, и что «обычный нашему времени способ строить» не соответствует указаниям Витрувия, Альберти и «других превосходных писателей», — этот крупней- ший теоретик находился во власти антич- ных представлений о работе стойки и бал- ки. Он совершенно догматически ограничи- вает стройность каменной колонны пропор- цией 1 :9,5, а деревянной 1 :20. Для балки же, вопреки ясной рекомендации Альберти, принимает квадратное сечение. Большим достоинством Палладио было более глубокое, чем у его предшественни- ков, понимание работы фермы. Описывая мост, сооруженный им на реке Чизмоне (рис. 7), он говорит: «Каждая связь (рас- кос) поддерживает свою бабку, каждая бабка — поперечину и продольную балку и каждая часть несет свою нагрузку». Это было первое статическое описание фермы, состоящей из параллельных поясов, соеди- ненных решеткой, — конструкции, легшей в XIX в. в основу балочных стержневых си- стем. Перед Палладио экспериментальным изучением работы фермы занимался Лео- нардо да Винчи, об исканиях которого дает представление рисунок (см. рис. 6). Пожалуй, наиболее обстоятельно кон- струкции фермы эпохи Возрождения описал Серлио. Приводя образец ферм, обычных для Италии, он называет их «различными изобретениями, какие могут пригодиться для покрытия некоторых зданий, перекры- тия которых будут висячими, содержащими различное оснащение из дерева» (рис. 8) Все они представляют статически опреде- лимые системы. Начиная с конструкции имеющей бабку и подкосы, он дает, кроме того, чертежи ферм о двух, трех и пяти бабках с ригелем, как без подкосов, такие подкосами в каждой панели; показывает способы сращивания составных затяжек из двух брусьев и соединения бабок с затяж- кой при помощи шипа или металлическим хомутом. Интересны приводимые им стропила, вы- полненные, как он выражается, «в чисто французской манере». Они представляют собой средневековые шпренгельно-подвес- ные, статически 'неопределимые фермы, но усовершенствованные введением подкосов, обеспечивающих жесткость узлов (рис. 9). На той же странице приводятся арочные фермы, применявшиеся главным образом во Франции. По поводу простейшей из них Сер- лио пишет, что она будет служить в раз- личных странах наилучшим образом для перекрытия большого зала, который «несет черепичную крышу, прибитую гвоздями к деревянной» и особенно для кровли из ли- стового свинца, «штуки прочной и гаран- тирующей от дождя». Более сложный ва- риант, по его словам, хорош тем, что, яв- ляясь «прочнейшим», «выдерживает боль- шую нагрузку, когда расстояние от одной стены до другой будет большим», а наличие в нем подкосов дает возможность пере- крыть большой зал деревянным сводом из досок, украсив его резьбой и живописью, а над подпертой балкой «сделать чердак с полом в нем, выдерживающим большую на- грузку». По постройкам Палладио можно про- следить ход мыслей конструкторов ферм. В палаццо Порто и в палаццо Тьене, спроектированных в 50-х годах, он приме- нил античные римские стропила с затяж- кой, ригелем и тремя бабками. В монасты- ре Карита, начатом в 1560 г., эта конструк- ция усилена подкосами, подпирающими стропильные ноги в обоих ярусах фермы и, кроме того, еще поддерживающими ригель примерно в его третях. В седьмой книге трактата Серлио мы находим конструкцию, которой у Палладио нет, но которую при- нято называть его именем. Это-г™„ палаццо Корнаро в Падуе с inf ПИЛа В эпоху Возрождения в част„?; ниях широко применяли свод ЗДа’ речисляет четыре их вида бе₽ти пе‘ крестовый и сомкнутый многоуголЧныТко' торыи он называет монастырски? Ч 5 °‘ правильный сферический, т.е купол пТ ладно добавляет к ним кяя 1 л" последнего времени, зеркальный“ °®ретение мый им под именем монастырского а«X свод с люнетами. Наиболее замечательны ми примерами применения этих новых фопм являются: для первой-зал палаццо До жеи в Венеции и Сикстинская капелла! для второй. Сам Палладио широко при- менял свод и разработал способы опреде- ления высоты в зависимости от длины и ширины перекрываемого помещения В од- них случаях он брал среднее арифметиче- ское этих величин, в других-среднее геометрическое, а в третьих определял вы- соту как долю длины помещения, пропор- циональную отношению ширины к полу- сумме этих двух величин (ширины и дли- ны). Он предложил простые графические методы построения. Первый прием Палла- дио применил в таких виллах, как Фоскари и Корнаро; вторым воспользовался в вил- лах Дзено и Пизани; третьим в вилле Порто. Палладио упоминает 24 возведенных им свода. Среди них 6 крестовых, 5 с распа- лубками, 4 цилиндрических, 2 ненарушен- ных и по одному лотковому, зеркальному и бочарному. В это число входят также два купола, перекрывающих залы (вилла Трис- сино и вилла Ротонда). Из других наибо- лее интересных решений перекрытия сле- дует отметить четырехколонные залы, нес- шие балочные перекрытия (виллы Тьене, Корнаро и дворец Антонини в Удине). В оконных проемах он предпочитал архитравы, иногда снабженные разгрузоч- ной аркой (виллы Порто, Кьерикати, Моче- ниго и палаццо Вальмарана). Можно отме- тить также примеры применения плоской арки (виллы Порто, Поняна, палаццо Ан- тонини, Вальмарана, Барбарано и Торре). Точно так же преобладает архитравное пе- рекрытие и в дверных проемах (16 из 26 случаев) и в лоджиях (19 из 25). Из трех разновидностей наиболее употреби- тельных в эпоху Возрождения крыш Пал- ладио чаще всего употреблял вальмовую (11 случаев) и шатровую (10). Щипцовая У него встречается всего 4 раза. 9. Фермы «французской» конструкции, по Серлио Корнаро в Падуе 10 «Сложная», представляющая сочетание итальян- ской и французской конструкций, ферма палаццо ап 316
Эпоха Возрождения имела целый кодекс строительных норм и правил, очень четко и практично сформулированных Палладио (рис. 11). I. Котлован, ширина которого должна превы- шать вдвое толщину стены, роют в глубину '/« вы- 2. Сван длиной '/а стены, имеющие пропорции 1 : 12. забивают так тесно, чтобы в промежутках между ними не смогла поместиться новая свая. 3. Фундамент следует надстроить с откосом, сим- метричным с обеих сторон. 4. Стройность колонны (каменной) не должна превышать отношения 1 :9.5; а шаг каменного архи- трава — трех диаметров колонны. 5. Толщина стены должна быть не меньше ниж- него диаметра колонны н уменьшаться с каждым верхним этажом на полкирпича. 6. Высота деревянных балок не должна быть меньше их ширины 7. Балки междуэтажных перекрытий следует укладывать на расстоянии не меньше нх полуторной толщины, так как более частая укладка нарушит конструктивную связь между стенами соседних эта- жей, что в случае поражения древесины гнилью приведет к обрушению стены верхнего этажа 8 Предпочтительнее стропила, опирающиеся на внутреннюю стену (яаслонные) потому, что при этом «внешние стены не испытывают большой тяжести, и если конец какой-нибудь балки сгниет или сгорит, то это не угрожает крыше». II. Основные строительные правила 9. Углы постройки должны быть «непоколебяи и «охвачены длинными твердыми брусьями » пальцами рук». 1 10. Проемы следует располагать от углов расстоянии не меньшем, чем ширина их. ’ ° "• 11. Двери комнат должны быть не шире 3 и не выше 6.5; не уже 2 футов и нс ниже 5 ’ 12. Ширина окна может быть не более '/ рнны комнаты и не менее '/8; высота должна па няться двум квадратам + '/« их ширины. ₽ 13. Высота архитрава, перекрывающего проем не может быть менее '/« и более '/, части ширины 14. Проемы должны быть расположены один нал другим так, чтобы простенки находились „ад про стенками, а верхние окна на одной вертикали с ниж- 15. Окна должны уменьшаться с каждым эта. жом на '/а высоты. 16. Для большей прочности и для того, чтобы чрезмерно не обременять дверей и окон, следует по- мешать над ними пониженные арки (разгрузочные) 17. Диаметр внутренних колонн должен быть на 7s меньше диаметра наружных, диаметр верхних на столько же меньше диаметра нижних. Производство строительных работ Среди историков архитектуры распро- странено мнение, будто в эпоху Возрожде- ния механизация строительных работ огра- ничивалась применением свайного копра и простейших грузоподъемных механизмов — ручного ворота и блоков. Джулиано да Сангалло в своей рукопис- ной книге 1465 года изобразил 12 механиз- мов для подъема крупных строительных камней и бадьи с раствором, для установки монолитных колонн, для передвижки целых небольших сооружений (рис. 12). Состояние механизации строительных работ к концу XV в. охарактеризовано в сочинении миланца Агостино Рамелли «О различных и замысловатых машинах», которое вышло в 1488 г. в Париже одновре- менно на итальянском и французском язы- ках, а затем было переведено на немецкий язык (рис. 13). Автор говорит о своем тру- де, как о полном собрании «всех машин и всех инструментов старых и новых; ве- щей, которые приносят в настоящее время очень большое удобство». Применение механизмов в строительном деле, как и во всех остальных отраслях промышленности Возрождения, было лишь спорадическим. Преобладал ручной труд и организован он был как раз на мануфактурном принци- пе. Это хорошо отражено уже у Альберти. Задачу архитектора он видит в том, чтобы
12. Механизмы, изо- браженные Джулиа- 1,0 м Сангалло «довершить чужими руками» то, что «выно- сил в собственном уме». В функции архи- тектора входит: 1) «позаботиться, чтобы работающие правильно пользовались отвесом, шнуром правилом и угольником»; 2) «в надлежащее время строить, при- останавливать работу и во время вновь на- чинать»; 3) «помещать и размещать все чистое, неиспорченное, крепкое»; 4) «распределять по надлежащим ме- стам и положениям, чтобы части стояли, лежали, прилегали лицевой стороной, бо- ками открытыми или закрытыми, как того требует природа и назначение каждого предмета». Для предотвращения «ошибок и прома- хов, сделанных по неопытности и небреж- ности» ремесленниками, руки которых «слу- жат для архитектора лишь орудием», Аль- берти и рекомендует использовать помощ- ников, т. е. десятников. Прекрасное представление о том, как «вынашивали в собственном уме», дает сле- дующий отрывок его трактата: «О себе скажу, что мне приходили в голову многие планы зданий, которые мне весьма нрави- лись, но когда я их вычерчивал линиями, тогда я находил грубейшие ошибки в той самой части, которая мне нравилась боль- ше всех, а когда обдумывал начерченное и начинал все определять в числах, тогда я убеждался в своем невнимании и исправ- лял ошибку». «Наконец, когда я то же де- лал в моделях и образцах, то иногда при рассмотрении отдельных частей я замечал, что меня обмануло и число». Альберти тре- бовал, чтобы зодчий изучил образцы, вни- кая в порядок расположения, вид и разме- ры отдельных частей, пользуясь при этом материалами в особенности тех архитекто- ров, «которые сделали величайшее и до- стойнейшее». Он рекомендовал прежде, чем приступить к постройке, «взвесить все на- едине с собой и посоветоваться с опытными людьми». В XV и до середины XVI в. осо- бенное значение в проектировании прида- вали моделям. «По ним я хотел бы, чтобы ты дважды, трижды, четырежды, семь, де- сять раз, то откладывая их, то возвраща- ясь к ним. представил себе все части бу- дущего сооружения, чтобы от самых кор- ней до верхней черепицы ничего не было в будущем сооружении ни скрытого, ни явно- го, ни большого, ни малого, что бы не было тобой давно и долго продумано, установ- лено и предначертано»,— писал Альберти. Ко второй половине XVI в графические приемы построении были разработаны на- аю
столько, что моделирование утратило свое прежнее исключительное значение. Исходя из того, что «все, строящееся зимой в местах, исключительно холодных, промерзает, а то, что строится летом в ме- стах. исключительно теплых, высыхает прежде, чем окрепнет», Альберти упоми- нает в виде руководящего указания, что античный автор Фронтин считал наиболее подходящим и благоприятным для строи- тельства время «с календ (т. е. первой де- кады) апреля до календ ноября, за выче- том летней жары». Но при этом он огова- ривает, что «стройку надо начинать и прекращать в зависимости от разнообразия мест и климата». Всю мудрость производства работ Аль- берти резюмирует в «древнейшем правиле архитекторов», которое, по его мнению, «должно быть соблюдено, как завет Ора- кула». Вот это правило: «Под стену под- веди основание прочнейшее, верхнее да со- ответствует нижнему по отвесной линии, проходящей через центр; углы и костяки 320 стен укрепляй от земли до верха камнем покрепче; известь размягчай, камень клади в сооружение только сырой; враждебным напастям противопоставляй более твердые камни; постройку производи с правилом, уровнем и отвесом; позаботься, чтобы на швы предшествующих рядов приходились середки последующих камней; ряды клади из камней цельных, середину стен заполняй битыми; соединяй ряды с рядами частыми перевязками». Вполне естественно, что в эпоху широ- кого развития декора обращали большое внимание на отделочные работы, в частно- сти оштукатуривание и окраску. Альберти требует применения «по меньшей мере» трех слоев раствора, из которых первый должен «совершенно плотно прилегать к стене и держать на стене остальные», по- следний — «являть красоту отделки, красок и рисунков», промежуточный — «исправлять и устранять недостатки первых двух». Ниж- ний слой должен быть «острым, так ска- зать, разъедающим стену» и «стойко въеда-
Механизмы, описанные Агостино Рамелли (1488 г.) Машина для распиловки камня. Подъемный кран для стеновых камней. Лесопильная машина. Ков- ющимся в нее», иначе он «будет отвали- ваться»; верхний слой — «мягким», так как в случае «остроты» он при высыхании «взбороздится частыми трещинами». Для нижних слоев он назначает горный песок, для средних — речной, оба «очень грубые», так как к гладкой поверхности не будет приставать накладываемый сверху слой. «Для верхнего слоя, — говорит Альберти. — берут совершенно белый толченый камень». Касаясь красок, он предупреждает против применения искусственных, особенно тех. которые «будучи положены в огонь изме- няются и не переносят извести». И, наобо- рот, высоко оценивает он «новые изобре- тенные краски на льняном масле», которые стойки против разрушительных влияний воздуха и климата, только бы стена, на ко- торую их накладывают, была сухой или возможно менее сырой». Про них он сооб- щает: «применяй где хочешь и как хочешь». В трактате Альберти целая глава по- священа тому, «чего нельзя предусмотреть, но что можно исправить, если оно совер- 11 ВИА. том V шилось». В ней он рассказывает, как сам исправил стены старой базилики св. Петра в Риме, которые, «отклоняясь, грозили об- рушить крышу». В этой главе описаны практические при- емы усиления фундаментов, стен, восстано- вления колонн и каркаса здания, поднятия деревянных сооружений на новые прогоны и даже выправления целых небольших со- оружений. например «часовни, накренив шейся вбок вместе с базисом». Наконец, в ней изложены способы опре- деления причин деформации зданий по рас- положению трещин. «Трещины в стене и наклон линий иногда бывают от свода, ибо арки толкают стены, или оттого, что стены не выдерживают чрезмерной нагрузки». «Если наверху стена нс тронута, а внизу будет зиять много трещин, которые при подъеме стремятся одна к ip концами, то это указывает, что углы стен крепкие, а изъян в середине фундамента. Если же подобная щель только одна, но бо- лее открытая, указывает на сдвиг в углах»
14. Работы на строительстве барабана купола собора св. Петра в Риме, < права — строительство собора св. Петра по рисунку художника Хеемскерка, 1532 г. Очень показательно, что такой главой завершена эта первая архитектурная энци- клопедия Возрождения. Пожалуй, наиболее ясное представление о мануфактурной организации труда на стройках того времени дает рисунок строи- тельства барабана собора св. Петра в Риме к моменту смерти Микеланджело (рнс. 14). В организации производства работ строители Возрождения пользовались сле- дующими правилами. 1. Лес следует хранить в месте, куда не про- никает солнечный жар. резкий ветер и дождь. 2. Чтобы бревна не растрескивались и сохли равномерно, их торцы надо обмазывать коровьим пометом 3. Материал для плотничьих работ следует упо- треблять не ранее трех месяцев после того, как он 4 Материал для столярных работ (полы, двери, окна) — не менее трех лет. 5. Камень следует держать на воздухе не менее двух лет. после чего наиболее поврежденный упот- реблять в фундаменты, остальное, как уже выдер- жавшее испытание, для наземных частей постройки 6 Кирпнч-сыреи следует сушить не менее двух ". Черепицу нежелательно применять в дело раньше, чей она пробудет на морозе и солнце два в. Хорошей считается известь, которая после га шекия взбухает всеми своими кусками и поднимает ся наподобие молочной пенки 9 Признаком недостаточно погашенной извести нать консистенцией мед и костный мозг. 11 Признаком твердения известкового раствора является «выделение пуха и извести, хорошо извест- ных каменщику» 12. Раствор с избытком песка, «вследствие своей сухости», не будет схватывать. Если же его меньше, «чем требует ее (извести) природная сила», то он будет «лениво мешкать и неохотно слушаться». 13. Густой раствор «более прочен, чем жидкий». 14, Более жидкий раствор следует применять там, где необходимо обеспечить хорошее скольже- ние на постели больших камней или прилаживание их на месте. 15. Полезно пользоваться «жидкой и гладкой по- стелью», чтобы камни, «страдающие от непосильной нагрузки, не раскалывались» (т. е. для равномерного распределения усилий в кладке,. II возводить вышележащую часть, пока еще не отвер- дела уже сделанная, «ибо свежая и мягкая кладка, будучи слабой н непрочной, никогда не выдержит того, что ты на нее нагрузишь». За период от начала постройки купола Флорентийского собора до завершения ку- пола св. Петра (1420—1590 гг.) строитель- ная техника не стояла на одном уровне. Ее поступательное движение можно отчетливо проследить посредством сравнения этих двух построек и сопоставления архитектур- ных руководств тех лет, сочинений Альбер- ти (1452 г.), Серлио (1552 г.). Барбаро (1556 г.) и Палладио (1570 г.). Если Альберти сообщает, что пустоту между оболочками стен из бережливости засыпают бутовым камнем, поскольку для
. части годится любой мелкий и мало нениш, материал, то Барбаро говорит об ' >....... 11 11 "||и ддя так°й челн «месива» и°и . „ ,ы» из щебня с большим количеством извнеiи, заливаемой в дощатую опалубке И упоминает, что употребление этого мате! риала лает возможность изобрести способ отливать колонны в деревянных формах с последе ющим оштукатуриванием и отдел- кой по i мрамор. Он рекомендует для повы- шения прочности снабжать такие колонны дубовым или кирпичным каркасом. Шуази утверждает, что купол собора св Петра, появившийся на целое столетие поз- же Флорентийского, не представляет ника- кого прогресса в отношении конструкции С этим нельзя согласиться. Переход от гра- неной формы к сферической означал заме- ну одинарной кривизны оболочек, соеди- няющих ребра, двойной кривизной, которая явилась шагом в сторону превращения их из несомых элементов в несущие и дала возможность отказаться от системы попе- речных подкосов. Эта новая конструкция была воспроизведена в последующую эпоху строителями куполов собора св. Павла в Линдоне (Кристофер Рен) и парижского Пантеона (Ж. Ронделе, закончивший это здание после смерти Ж. Суффло). Между Альберти и Палладио архитек- тура обогатилась двумя новыми видами сводов: зеркальным и сводом с люнета- ми, которые Палладио так и отмечает, как изобретение своего времени. Значительные изменения внесла эпоха Возрождения в стропильные конструкции. Совершенно новый для Европы тип ароч- ных деревянных стропил, разработанный на основе падуанской практики, широко при- менил ученик итальянцев, француз Филибер Делорм. Это открыло возможность, приме- няя сплоченные вразбежку короткие кося- ки из маломерного леса, перекрывать боль- шие пролеты. Достижением в методике строительных работ было развитие меха- низации до пределов, возможных на осно- ве мускульного и водяного двигателя в со- четании с зубчато-колесной трансмиссией Таково было наследство в отноше- нии строительных материалов, конструкций и способов работ, оставленное Возрожле- । нием следующей эпохе.
ГЛАВА V ИТОГИ РАЗВИТИЯ ИТАЛЬЯНСКОЙ АРХИТЕКТУРЫ В XV-XVI вв. Архитектура античности складывалась столетиями и ее наиболее совершенные формы — плод долгой и постепенной эво- люции. Возникновение готики также не было внезапным, будучи подготовлено всем ходом предшествующего развития роман- ской архитектуры в условиях закономерной эволюции самого феодального строя и раз- вития общественной жизни расцветавших городов. В этом отношении в истории миро- вой архитектуры, пожалуй, еще не было до того периода, равного по значению эпохе, итальянского Ренессанса XV в., когда на протяжении жизни одного-двух поколений возникла совершенно новая система архи- тектурного мышления, не только далекая от непосредственно предшествовавшей ей и веками господствовавшей строительной тра- диции, но и прямо противоположная по- следней. Революционный характер происшедше- го таким образом переворота не умаляется тем, что в архитектуре некоторых централь- ных районов средневековой Италии (на- пример, в Тоскане) никогда не угасали смутные переживания античных форм (про- торенессанс). Понадобилась вся мощь об- новленного общественного сознания, вся жизнетворная сила нового общества, обра- тившегося к реальным ценностям земли, уверовавшего в свои силы и пробудив- шегося к деятельности для того, чтобы эти вялые, не развивавшиеся до того ростки внезапно расцвели, дав жизнь новой архи- тектуре, многообразное содержание кото- рой конечно не сводится лишь к возрожде- нию античности. Подобно тому, как изобразительное ис- кусство итальянского Возрождения внесло величайший вклад в дальнейшее развитие мировой художественной культуры созда- нием реалистической живописи в современ- ном значении этого слова и разработкой та- ких жанров, как многофигурная компози- ция и портрет, архитектура итальянского Возрождения во многом определила все дальнейшее развитие мирового зодчества. Действительно, именно в Италии XV и XVI вв. была разработана на основе живо- го освоения опыта античной архитектуры необычайно гибкая система средств архи- тектурной выразительности и созданы мно- гие из основных типов как жилых, так и общественных сооружений, получившие ши- рокое применение в XVII и XVIII вв. и оп- ределившие облик европейского города до начала XX столетия. Наконец, именно в Италии времени Возрождения было поло- жено начало современной истории и тео- рии архитектуры и науке о градостроитель- Градостроительство и город как объ- ект специального исследования привле- кали интерес многих передовых архитекто- ров. Менее значительным принято считать вклад Италии в область практического гра- достроительства. К началу XV в. города- коммуны Средней и Северной Италии пред- ставляли собой уже давно сложившиеся архитектурные организмы. Кроме того, рес- публики и тирании XV и XVI вв. (исключая крупнейшие—как Флоренция, Милан, Ве- неция и, конечно, папский Рим) не облада- ли достаточными средствами для создания 324
IB.вых крупных ансамблей там к все внимание продолжало улел«Мее' Что стройке или достройке соборов„ СЯ П0‘ .... Религиозного Центра го₽00’ ?.ГЛав’ rue целостные градоствои™ Д ' Не«но- iiii.i, как, например, центо гппНЫе пачина’ (етр. 91). сочетают вПиенць1 традициямиС₽еДНеВеК°ВЬ1МИ . колько^еадоценивает^еремен ХГ .... в XV—XVI вв. В гооодах ИРШИВ’ Вместе с попытками теоретичеиого^смыс лсния того, что уже было практически “де’ лано в области градостроительства можно отметить и попытки осуществить на“ сложившиеся теоретические градострои тельные представления. Так, например в Ферраре был построен новый район с регу- лярной уличной сетью; попытка единовре- менного создания целостного городского организма была сделана в городах Бари, Терра дель Соле, Кастро, а также в неко- торых других. Если в эпоху средневековья архитектур- ный облик города складывался в процессе творчества и строительной деятельности всего населения города, то в эпоху Возро- ждения городское строительство все более и более отражало устремления отдельных заказчиков и зодчих. С ростом влияния наиболее богатых се- мейств их личные требования и вкусы все сильнее сказывались на архитектурном об- лике города в целом. Большое значение в возведении дворцов, вилл, церквей, усы- пальниц, лоджий имело стремление либо увековечить и прославить себя, либо со- ревнование в богатстве и пышности с со- седями (Гонзага — д’Эсте, д’Эсте —Сфер- ца и г. д.) и неизменное желание жить ро- скошно. Наряду с этим заказчики проявля- ли известную заботу и о благоустройстве города, отпуская средства на реконструк- цию его ансамблей, на возведение общест- венных зданий, фонтанов и пр. Значительная часть дворцово-храмового строительства падала на годы экономиче- ского кризиса, связанного с потерей восточ- ных рынков и велась за счет уже собран- ных богатств, являвшихся в период упадка ремесла и торговли непродуктивным капи- талом. К строительству привлекались наи- более известные и прославленные зодчие художники, скульпторы, которые получали большие средства на осуществление пору- личик. им Работ и могли, удовлетворяя мала пПТребования заказчиков, в большей дуальностьИТЬ И СВ°Ю ТВ0РческУ|° иидиви- Но,»°ЭТ0Му'Т0 итальянские города эпохи рождения и богаты своеобразными, не- схожими друг с другом архитектурными ан- самолями. Однако, являясь произведения- ми одной эпохи с вполне сложившимися эстетическими воззрениями, эти ансамбли имели в основе своей общие принципы композиции. Новые требования объемно-пространст- венной организации города и его элементов покоились на осмысленном, критическом восприятии средневековых традиций, на изучении памятников и композиций антич- ности. Основными критериями были яс- ность пространственной организации, ло- гичное сочетание главного и второстепен- ного, пропорциональное единство сооруже- ний и пространств, их окружающих, взаи- мосвязь отдельных пространств, и все это в соразмерных человеку масштабах. Новая культура эпохи Возрождения сначала не- значительно, а затем все активнее проника- ла в градостроительство. Средневековый город, являвшийся основой городов Возро- ждения. не мог быть значительно видоиз- менен, поэтому на его территории велись лишь реконструктивные работы, сооружа- лись отдельные общественные и частные здания, требовавшие порой некоторых пла- нировочных работ; рост же города, несколь- ко замедлившийся в XVI в., обычно шел за счет расширения его территории. Эпоха Возрождения не внесла явных изменений в планировку городов, но значи- тельно изменила их объемно-пространст- венный облик, решив ряд градостроитель- ных проблем по-новому. Одним из первых примеров новой пла- нировки на рубеже XV—XVI вв. может слу- жить Феррара (рис. 1). Ее северная часть застраивалась по проекту Бьяджо Россетти (упом. 1465—1516 гг.). Главные линии но- вой уличной сети соединяли въездные во- рота построенных им укреплений. Пересе- чения улиц были акцентированы дворцами (палаццо деи Диаманти и др.) и церква- ми. возведенными тем же зодчим или под его непосредственным руководством. Сред- невековый центр с окруженным рвом зам ком д'Эсте, палаццо дель Комуне и други ми сооружениями XII—XV вв, как и при- легающая к нему ремесленно-тортовая
4 ” >*, юрода, остались нетопии. - 'орода. застраивавшее * Н°Вая ' 1 * * * * " юмами опредадеХ*"?"°Указанию .пчи.а оолее светский, аои41Л"ости' п°’ юг.'чгер И ее прямые iHnoK,L раТИЧССКИЙ " ег ансными дворцами и улицы е Ре- Ферраре ot.1i н пр ер В ,ипРИДали ......"к. Недаром БтхапЛК°В°Г0 Г0Р°- строители бэпохиЛавХ0ожденияЫсХ вРаЙ0НаВ BceVrX: туриых форм города, начинаяТюналп™' кончая аркадами, фонтанами « и ем'-для общего улучшения и Щени‘ ского обогащения архитектупнГГ™46’ даже крохотных горХ^Х^? ансамблей. В ряде городов, таких каЖ улицьтИМ’ ЛИ СПрямлены и Расширены Каналы сооружались не только для орошения полей, но и в городах (для обо роны, транспорта, водоснабжения, защиты от паводков, для производства - промывки шерсти и др.), где они составляли плани- ровочно продуманную систему (Милан) нередко включавшую плотины и шлюзы и связанную с городскими оборонительными сооружениями (Верона, Мантуя. Болонья Ливорно и др., рис. 2, 3, 5, 21). Уличные аркады, встречавшиеся и в средние века, тянулись иногда вдоль целых улиц (Болонья, рис. 4) или по сторонам площади (Флоренция, Виджевано, рис. 7). Возрождение оставило нам замечатель- ные городские комплексы и ансамбли, кото- рые можно разделить на две основные группы: ансамбли, сложившиеся историче- ски (они относятся главным образом к XV в.), и ансамбли, созданные единовре- менно или же на протяжении ряда строи- тельных периодов, но по замыслу одного зодчего, иногда полностью завершенные в эпоху Возрождения (в основном в XVI в ). Замечательным примером ансамблей первой группы является ансамбль площа- дей сан Марко и Пьяццетты в Венеции (см. стр. 281-286, 289). 1 Характерный пример, относящийся к ХАГв.,— колодец на соборной площади в Пиенце; в ХА I в роль фонтана в ансамблях усложняется (так на- пример, фонтаны, установленные Виньолой в Риме. Витербо и в расположенных в их окрестностях вил- лах; см. стр. 238, 348). 3. Мантуя. Схема городских укреплений и план В первой половине XV в. строились ча- сти палаццо Дожей, выходящие как на Пьяццетту. так и на канал Сан Марко. К на- чалу этого же века восходит мраморное мощение площади Сан Марко, объединив- шее ее позднее с Пьяццеттой. В начале XVI в. реконструктивные работы централь- ной площади города привлекают к себе виднейших зодчих: Бартоломео Бон увели- чивает высоту кампанилы с 60 до 100 .н и венчает ее шатровым покрытием; Пьетро Ломбардо и др. строят Старые Прокурации и часовую башню; в 1529 г. с Пьяццетты уби- рают ларьки, благодаря чему открывается вид на лагуну и монастырь Сан Джорджо Маджоре. Пьяццетта играет важную роль пространственного перехода от просторов лагуны к центральной площади, подчерки- вая ее размеры и композиционное значе ине в структуре города. Затем Сансовино расширяет площадь к югу, расположив
Скамоцции возводит Новые Прокурации Однако западная сторона площади была завершена лишь в начале XIX в. Развитие площади Сан Марко на берегу лагуны у устья Большого Канала обуслов- лено как функционально — удобство достав- ки товаров к месту главных венецианских ярмарок и высадки почетных гостей перед дворцом и собором, —так и художествен- но: главная, парадная площадь города тор- жественно раскрывается подъезжающим со стороны моря и является как бы приемным залом города; подобно ансамблю площадей античного Милета, площадь Саи Марко по- казывала прибывшим, как богата и пре- красна столица Венецианской республики. Новое отношение к сооружению как к 4. Уличная аркам. Вверху — Болонья; внизу — здание сооруженной им на Пьяццетте Биб- лиотеки. в 10 л от кампанилы, >и строит у подножия башни Лоджетту. К концу XVI в. части целого, умение связать здания с ок- ружающим их пространством и найти кон- трастное, взаимно выгодное сочетание раз- нохарактерных сооружений привели к со- зданию одного из лучших ансамблей не только Возрождения, но и мирового зод- чества. Высокая архитектурная культура Вене- ции проявилась и в постепенно складывав- шихся ансамблях площади Санти Джован- ни э Паоло (с памятником Коллеони рабо- ты Вероккио) и торгового центра города (ср. стр. 120 и рис. 9 на стр. 332; рис. 39 на стр. 287). Примером последовательной застройки ансамбля может служить площадь Синьо- рии во Флоренции (стр. 59), а также ком- плекс центральных площадей в Болонье, где к этому времени сложились интересные градостроительные традиции. Планировка Болоньи сохранила отпе- чатки ее многовековой истории (рис. 5). Центр города восходит ко времени римско- го военного лагеря. Лучеобразно расхо- дившиеся улицы восточного и западного районов выросли в средние века, соединив античные ворота (не сохранились) с воро- тами новых (XIV в.) укреплений. Раннее развитие цехового производства прекрасного темно-красного кирпича и строительных деталей из терракоты, а так- же распространение аркад, тянувшихся по сторонам многих улиц (они строились до XVII в.), придали городской застройке за- метные черты общности. Эти черты разви- вались и в эпоху Возрождения, когда Со- вет города уделял строительству большое внимание (см. разработанные по решению Совета типовые проекты домов для приго-
5. Болонья. Схематический план города площадь Аркиджив- авеньяна; а - «диц-д* fL-^^Z’naaaiuio дель Подеста; 10 - портимо палаццо Публико; 8 “ „ддапии дель Ре Энцо; N — Меркэнция; I — дт>Р- - Колледж» А» родов, с примитивными портиками, которые должны были складываться в уличные ар- кады—рис. 6). _ Площадь Маджоре, расположенная в самом сердце старого города, с выходив- шими на нее огромным замкообразны, лаццо Публико. объединявшим ряд обще- ственных сооружений средневековой ком- муны. и собором-на протяжении Х\ и XVI вв. получила органическую связь главной улицей через площадь Нептуна (фонтан, давший ей название, сооружен Дж да Болонья в XVI в.) н значительно изменила свой облик в духе нового стиля: в XV в. здесь работал Фиораванте. пере- строивший палаццо дель Подеста, а в XVI в.____Виньола, объединивший здания на восточной стороне площади общим фаса- дом с монументальной аркадой (портики деи Банки; ср. стр. 232).
городов Ко второй группе ансамблей, полностью подчиненных единому композиционному за- мыслу, относятся главным образом архи- тектурные комплексы XVI и последующих веков. Площадь Сантиссима Аннунциата во Флоренции (стр. 57), несмотря на едино- образный характер ее застройки, является примером ансамбля промежуточного типа, так как не была задумана одним масте- ром. Однако простая, легкая и вместе с тем монументальная аркада Воспитательного дома Брунеллеско /1419—1444 гг.) опреде- лила облик площади; подобная же аркада была повторена на западной стороне перед монастырем Серви ди Мария (Сангалло Старший и Баччо д’Аньоло. 1517—1525гг.). Более поздний портик перед церковью Сан- тиссима Аннунциата (Джованни Каччини, 1599—1601 гг.) выше двух боковых и вме- сте с конным памятником Фердинанду I (Дж. да Болонья. 1608 г.) и фонтанами (1629 г.) свидетельствует о новой. тенден- ции в построении ансамблей: подчеркнуть роль церкви и выявить господствующую композиционную ось. С накоплением богатства наиболее влия- тельные представители молодой буржуазии стремились заслужить признание сограж- дан, украшая родной город, и заодно выра- зить свое могущество с помощью архитек- туры, строя себе величественные дворцы, ио также и жертвуя деньги на реконструк- цию и даже полную перестройку своей приходской церкви, а затем и возводя в своем приходе другие постройки. Так, например, возникали своеобразные груп- пы сооружений вокруг дворцов Медичи и Ручеллаи во Флоренции; первая вклю- чала. помимо дворца, церковь Сан Лоренцо с капеллой — усыпальницей Медичи и биб- лиотекой Лауренциаиой (стр. 70 и 216), вторая состояла из дворца Ручеллаи с лод- жией напротив него и капеллы Ручеллаи в церкви Сан Панкранио (стр. 83). 830 От возведения группы построек такого рода оставался один шаг к созданию иа средства «отца города» целого ансамбля украшающего родной город. Примером такой реконструкции может служить центр Фабриано, куда во время эпидемии чумы в Риме переехал папа Ни- колай V со своими приближенными. ре. конструкция Фабриано была поручена в 1451 г. Бернардо Росселино. Не меняя кон- фигурации центральной площади, которая по-прежнему оставалась по средневековому замкнутой, Росселино пытается несколько упорядочить ее застройку, обнося боковые стороны портиками. Обрамление площади галереями, акцентирующими внимание зри- телей на увенчанном зубцами суровом па- лаццо Подеста, свидетельствует о том, что главным на ней, несмотря на приезд папы в город, остается это древнее гражданское здание. Реконструкция центра Фабриано — одна из первых градостроительных попы- ток эпохи Возрождения организовать про- странство площади по принципу регу- лярности. Другим примером единовременной ре- конструкции центральной площади да и всего города является Пиенца (стр. 91), где осуществлена лишь часть предусмотрен- ных тем же Бернардо Росселино работ. Площадь Пиенцы, с четким подразделе- нием сооружений, там расположенных, на главные и второстепенные, с регулярным очертанием и преднамеренным расшире- нием территории площади в сторону собора для создания вокруг него свободного про- странства, с узорчатым мощением, отде- ляющим собственно трапециевидную пло- щадь от проходящей вдоль нее улицы, с тщательно продуманным цветовым реше- нием всех зданий, обрамляющих площадь, является одним из наиболее характерных и широко известных ансамблей XV в. Интересен пример регулярной застрой- ки площади в Виджевано' (1493 — 1494 гг.). Площадь, на которой стоит собор и распо- лагался главный въезд в замок Сфорца, была окружена непрерывной аркадой, над которой тянулся единый фасад, украшен- ный росписями и цветной терракотой (рис. 7). Дальнейшее развитие ансамблей шло в направлении все большей изоляции их от общественной жизни города, так как каж- дый из них был подчинен частной задаче и решен с резко выраженной индивидуалы
1К..1ЫО, обосабливающей pm „ 11 шшади XVI в. не являлись уже Е*"? 11 П«||НЫМН площадями гоп^Д6 еоС’ Г ‘;' ’' "' Возрождения, предназначенными для парадных шествий И праздников Но .мптря на сложность прЬстранствёи^ " "'позиции, на далеко открытые перепек гивы. они прежде всего игрёли роль откпы’ НПО вестибюля перед главенствующим со- ор жением. Как и в средине века хотя и е ipvron пространственной организацией и композиционными приемами построения и лошадь снова была подчинена сооруже- нию ведущему зданию ансамбля К числу первых ансамблей XVI в в ко- торых наметившиеся ранее композицион- ные приемы получили сознательное приме- нение и едином замысле, относятся комп- лекс Бельведера в папском Ватикане (стр. 171), затем — площадь переддворцом Фарнезе в Риме (замысел ансамбля вклю- чал и неосуществленный мост через Тибр, стр. 210), римский Капитолий и комплекс расширенного палаццо Питти с садами Бо- боли во Флоренции (стр. 245). Прямоугольная площадь Фарнезе, осу- ществленная в середине XVI в„ так же как и дворец, начатый Антонио де Сангалло Младшим и завершенный Микеланджело (стр. 209), целиком подчинены еще не до- сказанному в ансамбле Сантиссимы Аниуи- циаты принципу осевого построения. К площади Фарнезе ведут три короткие параллельные улицы от Кампо ди Фьори. средняя из которых шире боковых, что как бы уже предопределяет симметрию ансам- бля. Портал дворца Фарнезе совпадает с осью садового портала и центром задней лоджии. Композиция ансамбля была завер- шена постановкой двух фонтанов (Виньо- ла взял для них бронзовые ванны из терм Каракаллы), размещенных симметрично к главному входу и несколько сдвинутых к восточной стороне площади. Такое располо- жение фонтанов как бы освобождает про- странство перед дворцом, превращая город- скую площадь в своеобразный атрий перед резиденцией могущественной семьи (ср. центральную площадь в Виджевано). Одним из самых замечательных приме- ров архитектурного ансамбля не только XVI в. в Италии, но и во всем мировом зодчестве является площадь Капитолия в Риме, созданная по замыслу Микеландже- ло и выразившая общественно-историческое значение этого места (рис. 9). Центральное расположение дворца Се- наторов с его башней и двойной лестницей, трапециевидная форма площади н ведущая на нее лестница-пандус, симметрия боковых
8. Рим. Общий вид площади Капитолия (слева лестница, дворцов, наконец, рисунок замощения пло- щади и центральное расположение конной скульптуры — все это усиливало значение главного сооружения и доминирующей оси ансамбля, подчеркивало важность и самодо- влеющее положение этой площади в городе, с которой открывался широкий вид на рас- , ведущая к церкви Санта Мария дельи Арачели) кинувшийся у подножия холма Рим. Рас- крытие одной стороны площади, ее четко выраженная ориентация на город при од- новременном подчинении пространства пло- щади главному зданию — вот новая черта, внесенная Микеланджело в архитектуру городских ансамблей.
Работы, значительно видоизменившие РИМ, воскресив его из руин средневековья, „казали значительное влияние и на зодче- с11ю Италии и всей Европы. Ансамбли эпо- хи Возрождения, разбросанные по террито- рии древней столицы, много позже были 1 охвачены городом и включены как его эле- менты в единую систему, но они-то и яви- ‘,,ись костяком, определившим дальнейшую архитектурно-пространственную организа- цию Рима в целом. Руины древнего города предопределили масштаб и монументальность прокладывае- 1 мых улиц и сооружений ведущих ансамб- лей Зодчие изучали и осваивали принци- пы регулярных античных градостроитель- ных композиций. Новые пути в градострои- тельстве основывались на сознательных поисках лучших, более удобных и рацио- нальных планировок, на разумных рекон- струкциях старых сооружений, на проду- манном синтезе изобразительных искусств и зодчества (рис. 9, 10). Выдающимися зодчими Возрождения Бпунеллеско, Альберти, Росселино. Леонар- до да Винчи. Браманте. Микеланджело - был задуман ряд грандиозных преобразо- 9. Расположение скульптур и фонтанов на площадях во Флоренции; 4 — площадь Сант 10. Падуя. Памятник Гаттамелата. 1447 г. Дона- ваний городов. Вот некоторые из этих про- ектов. В 1445 г. к юбилейному 1450 г. в Риме были намечены значительные работы поре- конструкции района Борго (стр. 128). Ав- торами проекта (Росселино и. возможно. Альберти) были, видимо, предусмотрены оборонные сооружения и благоустройство города, реконструкция кварталов Борго и ряда церквей. Но проект требовал больших затрат и остался неосуществленным. Леонардо да Винчи был свидетелем по- стигшего Милан несчастья —эпидемии чу- мы 1484—1485 гг.. унесшей более 50 тыс. жителей. Распространению болезни способ- ствовали скученность, перенаселение н ан- тисанитария’ города. Зодчий предложил но- вую планировку Милана внутри расширяе
мых городских стен, где должны были остаться только важные горожане, обязан- ные перестроить свои владения. Одновре- менно с этим, по мнению Леонардо, следо- вало недалеко от Милана основать два- дцать более мелких городов с 30 тыс. жи- телей и 5000 домов каждый. Леонардо счи- тал необходимым: «Разделить это огромное скопление людей, которые, точно овцы в стаде, распространяют дурной запах и представляют собой благоприятную почву для эпидемий и смерти*. Наброски Леонар- до предусматривали дороги в двух уровнях, виадуки на подходах от сельской местности, разветвленную сеть каналов, обеспечиваю- J2. Флоренция. Схема реконструкции города щих постоянное снабжение городов свежей водой и многое другое (рис. И). В те же годы Леонардо да Винчи раб0. тал над планом реконструкции, вернее коренной перестройки Флоренции, заклю- чая ее в правильный десятигранник стен и прокладывая по ее диаметру, используя реку, грандиозный канал, по ширине рав- ный Арно (рис. 12). Проект этого канала, предусматривавший ряд плотин и отводных меньших протоков, служащих для промы- вания всех улиц города, носил явно утопи- ческий характер. Несмотря на предлагае- мое Леонардо социальное (сословное) рас- селение в городе, зодчий стремился создать всем жителям Флоренции здоровые и удоб- ные условия жизни. После пожара, уничтожившего в 1514 г. рынок около моста Риальто в Венеции, Фра- Джокондо создал проект реконструкции этого района. Четырехугольный остров, об- рамленный каналами, имел четырехуголь- ную форму и должен был застраиваться по периметру двухэтажными лавками. В центре была намечена площадь с че- тырьмя арочными воротами по сторонам. Центричность композиции подчеркивалась размещенной в середине церковью Сан Маттео. Предложения Фра Джокондо с градо- строительной точки зрения были интересны и новы, но остались неосуществленными. Микеланджело, отстаивая свободу лю- бимой нм Флоренции и желая, видимо, со- хранить дух демократизма, столь ей при- сущий ранее, предлагал проект реконструк- ции ее центра. По всей вероятности, прооб- разом для новой площади служили обще- ственные центры древности, являвшиеся перистилями полиса. Микеланджело предполагал окружить площадь Синьории галереями, скрывающи- ми все ранее сооруженные дворцы, торго- вые палаты, гильдейские и цеховые дома и подчеркивающими своей однородностью ве- личие дворца Синьории. Гигантский мас- штаб лоджии деи Ланци, которая должна была служить мотивом аркады этих гале- рей, и монументальные арочные перекрытия улиц, выходивших на площадь, соответст- вовали размаху римских форумов. Герцо- гам Флоренции такие перестройки были не нужны, важнее было строительство Уффи- ци с переходами от управления герцог- ством-палаццо Веккио -до личных по- коев правителей — палаццо Питти. Проект
□□□□□□□□□ □ОС великого мастера также и» к влей. КЖе не был осущест. Приведенные примепы как и осуществленные рабпт!КТ01!' также ствуют о том, что постепенно р ' свиде™ь- вое представление о ГОпо " 'мревадо но-. 'слом, в котором все части взЛи® едино^ Представление о городе н взаимосвязаны. раллельно с зарождением илри°ИВаЛОСЬ па’ зованном государстве, о единой Централи’ торое могло бы в новых Л? ластии- ко- ВИЯХ провести в жизнь разумную™* УСЛ°‘ нировку городов. В развитии Уг^ЯЛп₽еПЛа' гсльства ярко выразилась р„ гРадостРои- ТУР» Возрождения ?деС„ЬсВПуеДтИ*ика *Удь- были неразрывно спаяны Между ?Пбп?ауКа предопределяло реализм hckvpV Гои’ что эпохи. Будучи одним из важнейших HOBOft общественной деятельное™ р дов тельство требовало от зодчих Нп™Д°СТрои’ значительных научноЦ^^Р “я фическн-художественных знаний Певепла' нпровка городов в значительной степени была связана с изменившейся техникой боя введением огнестрельного оружия и артил лерии, что вынуждало перестраивать^- ронительные сооружения почти всех сред- невековых городов. Простой пояс стен, сле- довавший, обычно, рельефу местности, за- меняли стенами с бастионами, что обуслов- ливало звездчатую форму периметра город- Города такого типа появляются начи- ная со второй трети XVI в. и свидетель- ствуют об успешном развитии теоретиче- ской мысли. Вклад мастеров итальянского Возрож- дения в теорию градостроительства очень значителен. Несмотря на неизбежную в тогдашних условиях утопичность в поста- новке этих проблем, они все же разрабаты- вались с большой смелостью и полнотой во всех трактатах и теоретических документах XV в., не говоря о градостроительных фан- тазиях в изобразительном искусстве. Та- ковы трактаты Филарете, Альберти, Фран- ческо ди Джорджо Мартини и даже фан- тастический роман Полифило «Гипнерото- махия» (опубл, в 1499 г.) с их схемами идеального города, таковы и многочислен- ные записи и рисунки Леонардо да Винчи. Трактаты эпохи Возрождения по вопро- сам архитектуры и градостроительства ис- ходили из необходимости удовлетворить нужды переустройства городов и покоились па научных и технических достижениях и □□□□□□□ aDOOD ПООб
эстетических взглядах своего времени, а также на изучении вновь открытых трудов античных мыслителей, прежде всего Ви- трувия. Витрувий рассматривал вопросы плани- ровки и застройки городов с точки зрения удобств, здоровья и красоты, что вполне соответствовало новым воззрениям эпохи Возрождения. Осуществленные реконструкции и не- осуществленные проекты преобразований городов также стимулировали развитие гра- достроительной науки. Однако трудности коренных преобразований в уже сложивших- ся городах Италии придавали градострои- тельным теориям утопический характер. Градостроительные теории и проекты идеальных городов эпохи Возрождения мо- гут быть подразделены на два основных этапа: с 1450 до 1550 г. (от Альберти до Пьетро Катанео), когда проблемы градо- строительства рассматривались очень ши- роко и всесторонне, и с 1550 до 1615 г. (от Бартоломео Амманати до Винченцо Скамоц- ци), когда стали преобладать вопросы обо- роны и одновременно эстетики. Трактаты и проекты городов в первый период уделяют много внимания вопросам выбора местности для расположения горо- 15 Идеальные города: вверху — «нагорные» — Фран- ческо ди Джорджо Мартини; внизу — город, «про- резанный» рекой. Франческо де Марки дов, задачам их общей реорганизации; рас. селению жителей по профессионально-соци- альному признаку, планировке, благоу- стройству и застройке. Не меньшее значе- ние в этот период имело решение эстети- ческих проблем и архитектурно-простран^ ственной организации как всего города в целом, так и его элементов. Постепенно, к концу XV в., все большее значение уде. ляется вопросам общей обороны и строи- тельству фортификаций. Разумные и убедительные суждения о выборе местоположения городов на прак- тике были совершенно неприменимы, ибо новые города возводились редко, притом в местах, предопределенных экономическим развитием или стратегией. Трактаты зодчих и их проекты выра- жают новое мировоззрение эпохи, их поро- дившей, где главное — забота о человеке, но человеке избранном, знатном и богатом' Классовое расслоение общества эпохи Воз- рождения соответственно породило науку, служившую на благо классу имущему. Для расселения «знатных» отводились лучшие районы идеального города. Вторым принципом организации город- ской территории является профессионально- групповое расселение остального населе- ния, что свидетельствует о существенном влиянии средневековых традиций на сужде- ния зодчих XV столетия. Ремесленники родственных профессий должны были жить в непосредственной близости друг от друга, а их местожительство определялось «бла- городством» их ремесла или профессии. Торговцы, менялы, ювелиры, ростовщики могли жить в центральном районе около главной площади; корабельщики и канат- чики имели право селиться только во внеш- них кварталах города, за кольцевой ули- цей: каменщики, кузнецы, шорники и др. должны были строиться около въездных ворот в город. Ремесленники же, необходи- мые всем слоям населения, как-то: парик- махеры, аптекари, портные должны были быть расселены по всей территории города равномерно. Третьим принципом организации города было распределение территории на жилые, производственные, торговые, общественные комплексы. Предусматривали их разумную связь между собой, а порой и сочетание, для наиболее полноценного обслуживания города в целом и использования его эконо- мических и природных данных. Таков 336
проект идеального города Филарете — «Сфорцинда». Планировка городов, по суждениям тео- ретиков градостроительства, должна была быть обязательно регулярной. Иногда авто- ры избирали радиально-кольцевую (Фила- рете, Ф. ди Джорджо Мартини, Фра Джо- кондо, Антонио да Сангалло Мл., Франчес- ко де Марки, рис. 13), иногда ортогональ- ную (Мартини, Марки, рис. 14), а ряд ав- торов предлагали проекты, сочетающие и ту н другую системы (Перуцци, Пьетро Ка- танео). Однако выбор планировки обычно не был чисто формальным, механическим мероприятием, так как большинство авто- ров обусловливали его прежде всего при- родными условиями: рельефом местности, наличием водоемов, реки, господствующих ветров и пр. (рис. 15). Обычно в центре города располагалась главная общественная площадь, сначала с замком, а затем с ратушей и собором по- середине. Торговые, культовые площади районного значения в радиальных городах размещались на пересечении радиальных улиц с одной из кольцевых или обводных магистралей города (рис. 16). Территория города должна была быть благоустроена, по мнению зодчих, созда- вавших эти проекты. Скученность и анти- санитария средневековых городов, распро- странение эпидемий, уничтожавших тыся- чи горожан, заставляли думать о реоргани- зации застройки, об элементарном водо- снабжении и соблюдении чистоты в городе, о его максимальном оздоровлении, хотя бы в пределах городских стен. Авторы теорий и проектов предлагали разрядить застрой- 337
ку, выпрямить улицы, провести по главным из них каналы, рекомендовали всемерно озеленять улицы, площади и набережные. Так. в воображаемой «Сфорцинде» Фи- ларете улицы должны были иметь уклон к окраинам города для стока дождевой воды и промывки водой из водоема в центре города. По восьми главным радиальным улицам и вокруг площадей предусматрива- лись судоходные каналы, что обеспечивало тишину центральной части города, куда въезд колесного транспорта должен был быть запрещен. Радиальные улицы должны были быть озеленены, главные же из них (шириной 25 ж) обрамлены галереями вдоль каналов. Градостроительные идеи Леонардо да Винчи, выраженные в его многочисленных набросках (стр. 150—151, 333—334), гово- рят об исключительно широком и смелом подходе к проблемам города и одновремен- но указывают на конкретные технические решения этих проблем. Так, он установил соотношение высоты построек и разрывов между ними для наилучшей инсоляции и проветривания, разработал улицы с движе- нием в разных уровнях (причем верхние — освещенные солнцем и свободные от транс- порта — предназначались для «богатых»). Антонио да Сангалло Младший в своем проекте предлагал периметральную за- стройку кварталов с хорошо проветривае- мым озелененным внутренним простран- ством. Здесь, видимо, получили развитие идеи благоустройства и оздоровления го- родской территории, высказанные еще Лео- нардо да Винчи. Наброски домов в идеальном городе Франческо де Марки носят явное влияние предшествующих эпох или, вернее, сохра- няют характер застройки, господствующей в городах Возрождения, унаследованной от средневековья, — узкие, многоэтажные до- ма с верхними этажами, вынесенными впе- ред (см. рис. 16). Наряду с указанными функционально- утилитарными проблемами немалое место в проектах идеальных городов зодчих XV и начала XVI вв. занимают и эстетические вопросы объемно-пространственной орга- низации города. В трактатах авторы неод- нократно возвращаются к тому, что город должен быть украшен красивыми улицами, площадями и отдельными сооружениями. Говоря о домах, улицах и площадях. Альберти не раз упоминал, что они должны быть как по размерам, так и по своему внешнему виду согласованы между собой Ф. ди Джорджо Мартини писал, что все части города следует организовать благо- разумно, что они должны находиться Друг к другу в соотношениях, подобных частям человеческого тела. Улицы идеальных городов обрамляли часто аркадами со сложными арочными пе- реходами на их перекрестках, что имело, кроме функционального (укрытие от дож- дя и палящего солнца), и чисто художест- венное значение. Об этом свидетельствуют предложения Альберти, проект овального города и центральной прямоугольной пло- щади города Ф. де Марки и др. (см. рис. 14). С конца XV столетия прием центричес- кой композиции городов (Фра Джокондо) постепенно завоевывал все большее значе- ние в творчестве зодчих, работавших над схемами идеальных городов. Представле- ние о городе как об едином организме, под- чиненном общему замыслу, к XVI в. господ- ствует в теории градостроительства. Примером такого решения может слу- жить идеальный город Перуцци, окружен- ный двумя стенами и построенный по ра- диальной схеме, со своеобразно решенной обводной магистралью в форме квадрата. Оборонительные башни, расположенные как по углам, так и в центре композиции, усиливают центричность расположения не только самого главного здания, но и всего города в целом. Рисунок идеального города Антонио да Сангалло Младшего своими звездообразны- ми стенами и радиальными улицами с об- щей кольцеобразной магистралью напоми- нает город Филарете. Однако круглая пло- щадь с круглым зданием в центре является дальнейшим развитием замыслов предше- ственников Антонио да Сангалло Мл. и как бы продолжает идею центрической компо- зиции применительно к городу. Этого не было ни в радиальном городе Филарете (центр —комплекс несимметрично распо- ложенных прямоугольных площадей), ни в радиальном и серпантинном городах Фран- ческо ди Джорджо Мартини. Последним представителем теоретиков эпохи Возрождения, охватывающих ком- плексно все вопросы градостроительства, был Пьетро Катанео, известный строитель укреплений, с 1554 г. начавший выпускать по частям свой трактат об архитектуре. Катанео перечисляет пять основных уело-
I nil. которые, по его мнении, учитывать при проектировании иеОбХОДИМ(’ пип юрода: климат, плодовопи. С00РУ«е- во <мощность роста и а„Л ДНе’ Удобство, <- нижи же зренит оборо^Х» об°₽°«У- ...... г наиболее Целе“ообраЗНь1МиТ₽аКТаТа ............оугольной формы, VTaentunu рода - ".рода является про^ЯФ°Р’ ......................"(имаемой ими территории ₽ ,е’ НН' юрод, тем проще его кпиж мень" ............ внутреннее простран безотносительно к его внешней ,города пип Катанео компонует из „п *^' ных и квадратных жилых блоков^Иде'я единовластия довлеет и над ним- пл« » сти.еля юрода Катанео предусм«р.шал создание спокойного и хорошо защищенно го, равно как от внутренних, так и от внёш- ннх врагов замка. "отвнеш Начиная с середины XVI в. вопросы градостроительства и идеальных городов не составляли более предмета специальных трудов, ио освещались в трактатах по об- щим вопросам зодчества. В этих трактатах варьируются уже известные приемы плани- ровки и объемной композиции. Во второй половине XVI в. чисто внешняя сторона оформления проекта и прорисовка детален становятся чуть ли не самоцелью (Буонаю- то Лорини, Вазари!. Порой разрабатыва- лись лишь отдельные элементы города без учета его общей схемы (Амманати).Те же тенденции намечаются к середине XVI в. и в практике градостроительства. Трактат Палладио об архитектуре (1570 г.) — последний теоретический труд XVI в., который содержит много интересных и глубоких суждений также и о градострои- тельстве. Так же, как и Альберти, Палла- дио не оставил после себя проекта идеаль- 17. Идеальный город и его площади. Джорджо Ва- зари Младший ваиию идеальных городов обратился Вин- ченцо Скамоцци. Можно предположить, что при проектировании города он, в отличие от Вазари, исходил из фортификационных со- ображений. Автор регламентирует в неко- торой степени и заселение города, и его торгово-ремесленную организацию. Однако планировка Скамоцци все же механистич- на, не связана органически нн с формой двенадцатиугольного плана, ни со схемой оборонительных сооружений. Это лишь кра- ного города и в своем трактате он выска- зывает лишь пожелания о том, как долж- ны быть спланированы и застроены улицы, какими должны быть площади города и какое впечатление должны производить его отдельные сооружения и ансамбли. Последними представителями итальян- ских теоретиков градостроителей были Ва- зари Младший и Скамоццн. Джорджо Вазари Младший при созда- нии своего проекта города (1598 г.) во гла- ву угла ставил задачи эстетические. В его генеральном плане рельефно выступают принципы регулярности и строгой симмет- рии (рис. 17). В начале XVII в. (1615 г.) к проектиро- сиво нарисованная схема генерального пла- на. Соотношение размеров площадей, каж- дой в отдельности и в сравнении друг с другом, не найдено. В рисунке отсутствует то тонкое пропорционирование. которое имеется в проекте Вазари Площади горо- да Скамоццн слишком велики, благодаря чему вся схема теряет масштабность, про- тив чего предостерегал Палладио, говоря, что площадь в городе не должна быть слишком просторна. Следует отметить, что в городке Саббионета, в планировке и зз стройке которого Скамоцци, по поручению Гонзаго, принимал активное участие, мас- штабы улиц и площадей выбраны очень убедительно (стр. 289). Скамоццн придер
живается того же приема композиции цен- тральной площади, который наметился у Луличнни н Лорини. Он не застраивает ее. а ставит главные здания на территории кварталов, примыкающих к площади, так что на площадь они выходят главными фа- садами. Подобный прием типичен для Воз- рождения и он узаконен теоретиками гра- достроительства и в схемах идеальных го- родов. В период общего экономического упад- ка и социального кризиса середины XVI в в градостроительной теории начинают пре- валировать второстепенные вопросы. Все- стороннее рассмотрение проблем города постепенно уходит из поля зрения масте- ров. Они решали частные вопросы: компо- зиция периферийных площадей (Аммана- ти), новая система застройки центра (Лу- пичини, Лорини), тщательная разработка рисунка оборонительных сооружений и ге- нерального плана (Маджи, Лорини, Ваза- ри) ит. д. Постепенно, с потерей широкого подхода к разработке функционально-худо- жественных задач в градостроительной на- уке и практике, назревает и профессиональ- ный упадок, сказывавшийся в эстетическом формализме и произвольности некоторых планировочных решений. Теоретические учения эпохи Возрожде- ния о градостроительстве, несмотря на их утопичность, все же оказали некоторое влияние на практику градостроительства. Особенно оно было заметно при возведении крепостных сооружений в небольших по размеру портовых и пограничных городах- крепостях, строившихся в Италии в XVI и даже в XVII вв. в крайне сжатые сроки. В строительстве этих крепостей прини- мали участие почти все виднейшие зодчие 18. Ла Валлетта. Схематический план города 340 этого периода: Джулиано и Антонио да Сангалло Старший, Санмикели, Микелан- джело и многие другие. Среди многочис- ленных крепостей, возведенных Антонио да Сангалло Младшим, следует отметить го- род Кастро у Больсенского озера, построенный в 1534—1546 гг. по приказу папы Павла III (Алессандро Фарнезе). Сангалло запроектировал и осуществил полностью весь город, выделив и разместив особо дворцы папы и его приближенных, общественные сооружения с просторными галереями, церковь, монетный двор. Для остальных же, по словам Вазари, он также сумел создать достаточные удобства. Ка- стро был разрушен в 1649 г. и известен главным образом по наброскам мастера. Центрическая композиция идеальных городов не была оставлена без внимания зодчими, создававшими крупные архитек- турные комплексы, где должна была гос- подствовать резиденция феодала. Так был создан Виньолой городок Капрарола, фак- тически — лишь подступ ко дворцу Фар- незе (стр. 247). Узкие улицы, низенькие дома, небольшие церкви — как бы подно- жие великолепного замка Фарнезе. Затес- ненность и скромность городка подчерки- вают величие и монументальность дворца. В этой логически простой схеме с предель- ной ясностью выражен замысел автора, су- мевшего на контрастном сочетании, столь распространенном в зодчестве Возрожде- ния, показать главное и второстепенное. Почти одновременно на Мальте, при- надлежавшей с 1530 г. ордену Мальтийских рыцарей, была построена итальянцами город-крепость Ла Валлетта, основанная в честь победы над турками (1566 г.). Город был заложен на мысу, омываемом глубоко врезающимися в территорию острова зали- вами и защищенном фортами, обрамляю- щими входы в гавани. С точки зрения обо- роны территория города была выбрана в высшей степени разумно. Пояс укреплений состоял из мощных стен и высоких бастио- нов, окруженных глубокими рвами, выруб- ленными в скале, на которой покоился го- род. В оборонительных сооружениях были устроены выходы непосредственно в море, а в северо-восточной части была создана искусственная внутренняя гавань, заклю- ченная в кольцо городских стен. Первона- чально задуманный прямоугольный план не был осуществлен полностью, так как город имел скальное основание, что затрудняло
трассировку улиц и СТООитекь домов (рис. 18). "Роительство самих С северо-востока на ют, прорезала главная продольная"^ город тая от главных материков!,. У Ица' ИДУ- шади перед цитаделью Валле??ыТ п ПЛ°’ дельно этой главной магистрад:'рПаРал- сторон симметрично было проложем вИХ по три продольных улицы но евд поперечными улицами Цпаспп₽еСеКаемых перпендикулярно основным; проезжими, так как были , были вырубленными в скале. РазбиакГулш,^' ла произведена таким образом что " „ дольных магистралей можно было“с каж дого перекрестка наблюдать по четыпГм пересекающимся под прямым углом ул„ цам за появлением врага, т е здесь «L полностью соблюден один из основных принципов, положенных в основу проектн рования идеальных городов, в частности высказанный Альберти. «ости, Геометрическая жесткость плана смяг- чалась сложной формой оборонительных сооружении и размещением ряда неболь- ших кварталов, величина которых зависела от свободного пространства в периферий- ных районах города, обусловленных слож- ностью прибрежного рельефа и располо- жением городских стен. Валлетта была по- чти одновременно застроена весьма сход- ными между собой жилыми домами равной высоты, с незначительным числом окон в виде бойниц. Застройка шла по периметру кварталов, а остальная территория жилых блоков была озеленена. Угловые дома обя- зательно имели жилые башни, снабженные оборонительными площадками, где хранил- ся запас камней и других средств защиты против ворвавшегося в город врага. Фактически Валлетта являлась одним из первых, почти полностью осуществлен- ных идеальных городов Возрождения. Ее общий вид свидетельствует о том, что кон- кретные природные условия, задачи кон- кретной стратегии, удобного сообщения с гаванями и многие другие условия, про- диктованные непосредственно жизнью, за- ставили построить город не в виде абстракт- ной схемы с причудливым узором площа- дей и перекрестков, а в виде рациональной, экономной схемы, значительно откорректи- рованной требованиями действительности в процессе строительства. В 1564 г. Бернардо Буонталенти по- строил на северной границе Романьи (не- 19. Терра дель Соле. Схематический план города далеко от Форли) город-крепость Терра дель Соле —пример осуществления иде- ального города Возрождения с регулярным планом. Очертания крепостных сооруже- ний, план самого города, расположение центра близки к рисункам Катанео (рис. 19). Бернардо Буонталенти был одним из виднейших градостроителей и фортифика- торов своего времени, сумевшим комплекс- но решить проблему возведения города-кре- пости. Этот его всесторонний взгляд на го- род как на единый организм подтверждают также и его работы в Ливорно. Звездчатая форма крепости, обводные каналы, ортогональная планировка, осевое построение главной площади, обрамленной галереями и являющейся преддверием ка- федрального собора, — все это говорит за то, что Ливорно есть претворение в жизнь идеального города Возрождения. Лишь на- 3*1
личне извилистой линии берега и устрой- ство порта несколько нарушают геометри- ческую правильность идеальной схемы (рис. 20, 21). Одним из последних осуществленных в натуре идеальных городов Возрождения является северо-восточный венецианский город-крепость Пальма Нуова. Автор проекта неизвестен (предположительно Ло- рини или Скамоцци). По свидетельству Мериана, немецкого географа XVII в„ Пальма Нуова была заложена венецианца- ми в 1593 г. и завершена в 1595 г. Генеральный план города, окруженного мощными оборонительными сооружениями, являет радиальную схему идеальных горо- дов эпохи Возрождения ’(рис. 22) и по ри- сунку ближе всего проекту Лорини 1592 г. План Пальма Нуова представляет со- бой девятиугольник с восемнадцатью ра- диальными улицами, ведущими к кольцевой магистрали, расположенной в непосредст- венной близости от центра; шесть из них выходят на главную площадь шестиуголь- ной формы. Мастерство автора проекта сказывается в размещении улиц, благодаря которому сочетание девятиугольника внеш- него периметра стен и шестиугольника цен- тральной площади города кажется совер- шенно органическим. Перед каждым бастионом и въездными воротами было запроектировано двена- дцать площадей, а на пересечении третьей кольцевой магистрали с радиальными ули-
lie выходящими К це„ТПя„ * и, . in. было создано еще п,2 ои пло' ч и ны-ч внутрирайонных площадей0"0™"’ I.-.ih трассировка «л»п п дей' была осуществлена поч™“tomIoT" Нуова г<. оборонительные сооруженияП° пР°ектУ, двш ну гы значительно более мощные ".В°3’ ли предусматривалось. Застройка ™ не вполне регулярна и весьма разноХТ на, однако это не нарушает ™°образ; Па.тьма Нуова внутренни1и1ор1докР УЩ"Й Центричность композиции подчеркнута простейшими средствами: шестигранен площадь обсажена зеленью и имела в цен. тре вместо не сооруженного главного зла пня флагшток, на который ориентирова- лись оси всех выходящих на площадь ра- диальных улиц. н Под влиянием градостроительных тео- рии Возрождения создана и планировка I р а м м и к е л е в Сицилии, заложенного в форме шестигранника в 1693 г. (рис.22). В целом история итальянского градо- строительства XV—XVI вв.. оставившего нам ряд архитектурных ансамблей миро- вого значения и множество более мелких комплексов и городских центров полных неповторимого обаяния, представляет все же довольно пеструю картину. До второй половины XV в., пока города пользовались еще некоторой самостоятель- ностью, в градостроительстве были сильны традиции средневековья, хотя и сложив- шимся городам зодчие пытались придать новый, обычно более регулярный облик. С середины XV в. наряду с обществен- ным заказчиком в лице города все большее значение приобретает индивидуальный за- казчик, обладающий средствами, властью, Исполни, ным ВКУСО« и требованиями. Он в еши Т СТа- уже не цех- а зодчий, обладал кадЬШеЙ степеии- чем заказчик, своеобпя бственнои индивидуальностью, т °еп°Лра дарованием, определенным мпиио К М Кредо и значительными полно- мочиями от заказчика. Поэтому, несмотря а 60ЛЬ|иее- "ем в средние века, экоиоми- ' “Ииальное и культурное единство, города Италии того периода весьма инди- видуальны и несходны. Со второй четверти XVI в. с развитием Централизованных государств, с упорядоче- нием мысли об единовластии, все более ясно обрисовываются требования к городу, как к целостному организму. Все это время параллельно практиче- ской деятельности зодчих, строивших толь- ко по заказу синьоров, развивается наука о градостроительстве, выражавшаяся, как правило, в трактатах об идеальных горо- дах, их фортификациях, о красоте их ком- позиции и о многих других смежных вопро- сах. Однако эти идеи далеко не всегда пре- творялись в действительность, поэтому гра- достроительство практически развивалось в двух направлениях: возведение ряда крупных ансамблей в уже существующих городах и строительство городов-крепостей на наиболее уязвимых территориях отдель- ных государств и герцогств Италии. С самого начала эпохи Возрождения каждый элемент города и ансамбля проду- мывался комплексно, не только с функцио- нальной, но и с художественной стороны. Простота и ясность пространственной организации — прямоугольные площади часто кратных соотношений, обрамленные галереями (Карпи. Виджевано, Флорей-
иия — пьяцца Сантиссима Аннунциата); ло- гическое выделение главного, когда, не те- ряя своей индивидуальности, все сооруже- ния ансамбля складывались в целост- ную композицию (Пиенца, Болонья, Вене- ция); пропорциональное и масштабное еди- нообразие сооружений и пространств их окружающих, подчеркивающих значение того или иного сооружения (постановка со- бора в Пиенце, трапециевидная площадь перед собором в Венеции); разделение и сочетание отдельных пространств, свя- занных между собой и подчиненных друг другу (центральные площади Болоньи, пло- щадь Синьории во Флоренции, Пьяццетта, площадь Сан Марко в Венеции); широкое использование фонтанов, скульптуры и ма- лых форм (колонны на Пьяццетте, мачты перед собором и памятник Коллеони — в Венеции, памятник Гаттамелате в Падуе, фонтан Нептуна в Болонье, монумент Марка Аврелия на Капитолии в Риме) — вот основные приемы композиции архитек- турного ансамбля, широко применявшиеся в эпоху Возрождения в Италии. И, хотя жизнь не допускала коренной ломки н пе- рестройки существовавших городов, цен- тральньщ ансамбли многих из них получи- ли новый, подлинно ренессансный облик. Постепенно мастера эпохи Возрождения стали стремиться к единообразию в за- стройке целых комплексов (Флоренция, Виджевано, Карпи, Венеция, Рим) и шли дальше, усложняя архитектурно-простран- ственную композицию и решая сложные задачи включения в застройку города но- вых представительных ансамблей (Капито- лий, собор Св. Петра). Во второй половине XVI в. появилось новое понимание ансамбля: он возникает вокруг одного сооружения, как правило, с симметричным построением. Простота и ясность прежних композиций постепенно сменяется усложненными приемами архи- тектурно-пространственной организации. Площадь все чаще трактуется как откры- тый вестибюль, как подчиненное простран- ство. раскрывающееся перед представи- тельными сооружениями феодальной знати или церкви. Наконец, намечается стремле- ние учесть движение зрителя и соответст- венно внести новые элементы динамиче- ского развития в ансамбль (Капитолий в Риме. стр. 219)—прием, развитый уже в следующую эпоху. 344 В градостроительных теориях, разрабя тывавшихся архитекторами Возрождения также происходят изменения. Если в XV и в первой половине XVI в. эти теории освещали проблему города всесторонне то во второй половине XVI в. авторы сосре- доточивают внимание в первую очередь на частных вопросах, не теряя, однако, пред- ставления о городе, как о едином организме Мы видим, что эпоха Возрождения да- ла толчок не только развитию градострои- тельных идей, но и практическому строи- тельству более удобных и здоровых городов, подготовила города к новому периоду су- ществования, к периоду капиталистического развития. Но кратковременность этой эпо- хи, быстрый экономический упадок и уси- ление феодальной реакции, становление монархического режима в ряде областей и иноземные завоевания прервали это разни- С особой силой проявились в архитек- туре Возрождения искания новых типов сооружений и переработка уже сложивших- ся ранее типов в соответствии с историче- ски изменившимися условиями. Ведущую роль приобрел тип городского жилого до- ма, сначала, в XV веке, особняка зажиточ- ного горожанина, а в XVI—резиденции крупного вельможи или правителя в новом государстве абсолютного типа. В связи с этим итальянское палаццо все больше и больше приобретало черты здания не толь- ко частного, но и общественного, а потому в какой-то мере являлось прототипом об- щественных и административных сооруже- ний XVII и XVIII вв. Уже в 10-х годах XVI в. по этому типу Браманте строил общественное здание — папский трибунал в Риме (стр. 175), а пап- ские канцелярии и городские учреждения просто располагались во дворцах кардина- лов (Говерно Веккио, палаццо Канчелле- рия. стр. 162), архитектурный образ кото- рых вполне отвечал значению городской или церковной власти. Разработка архитектурного типа город- ского дворца (палаццо) составила одно из важнейших композиционно-художествен- ных достижений архитектуры Ренессанса в Италии. Вместе с изменением дворцового плана от замкнутого статического квадрата с центральным ядром внутреннего двора к глубинной композиции, развивающейся от входа к главным парадным менялся и внешний облик п ВомеЩениям, фасад палаццо XV в как ЦЦ0' Если расчленен - с помощью ли пн °Н ,1И был СЯ снизу вверх |Л<11| « мы, - все же резко противопостлЛ своей неприступной замкнутости ин^ими” ” внутреннему дворику с его легкими ” у дами на колоннах.то дальнейшая^волХ™ привела в начале XVI в. к снят™ контраста. Фасады теряют соепя™ ™ суровость. Немногословности сдержана сти архитектурного языка приходит на сме’ ну все большее богатство форм и пХппк' разве деталей. Четкая трехъярусная ком’ позиция фасада все чаще сменится двухъ- ярусной, причем второй ярус, отвечающий главным приемным помещениям, приобре- тает особую значительность, а в городах Венецианской республики - раскрывается наружу большими пролетами. Другой столь же часто встречающийся в XVI в. компози- ционный прием — выделение цоколя и верх- них, более или менее однородно решенных этажей дворцового фасада. Параллельно типу палаццо, разрабаты- вавшемуся известными мастерами, в зод- честве Италии развивается и менее почи- таемый историками, но не менее важный для истории зодчества тип рядового жило- го дома, являющийся прообразом для ос- новной массы сохранившейся до наших дней застройки в исторически сложившихся городах Европы. Это —тип блокированно- го и многосекционного жилого дома, разра- ботанный безвестными мастерами-строите- лями, формирование которого хорошо про- слеживается в ренессансной застройке Рима и Венеции. К эпохе итальянского Ренессанса отно- сится также возникновение и развитие типа загородного жилого дома-виллы. Посколь- ку в предшествующих главах эти постройки рассматривались лишь на примерах твор- чества отдельных мастеров, здесь представ- ляется уместным дать обзор развития этого типа сооружений в целом: от доходной фермы с обширными угодьями и службами, с жилым домом и садом для отдыха вла- дельца, до великолепной загородной рези- денции, утопающей в роскошном парке. Вместе с расцветом гуманизма, возро- дившего интерес к природе, в Тоскане и Р0ДнКизн”Лу^вЯХ?уСЬ ТЯГа К 3аГ<” у^^ "а-опо'- • сменились новым типом - развивая»* ВИЛЛ0И Купца или Оанкира. Она кочпипД КаК центРальная усадьба резиден^«0110ДНОГО хозяйства « как летняя нигЛе,ЦИЯ сеньоРа’ просвещенного гума- ниста и мецената, место уединенного отды- н1х пн увеселений- а затем и великолеп- ых празднеств в роскошных садах. на холмистых склонах долины р. Арно мы пЯ°Р0И "°Л0Вине XV в' ложились прие- МЫ расположения дома, служб и сада вил- СК°ЛЬКИХ УРОВНЯХ, на террасах, укрепленных подпорными стенками и свя- занных лестницами. Жилой дом, благодаря оему компактному объему, занимал среди Других элементов ведущее положение, хотя в это время оно не было подкреплено еще определенными композиционными приема ми — симметрией планировки комплекса и др. Жилые помещения раскрывались лоджиями в небольшой, регулярно распла- нированный партерный сад. Так достига- лась не только функциональная, но и эсте- тическая связь с природой, упорядоченной у самого дома, но чем дальше от него, тем более свободной. Массивы зелени, увитые растениями тенистые перголы, аллеи и во- да в виде фонтанов и бассейнов, нередко служащих также садками для рыбы, — все это украшало сад и использовалось для со- здания прохлады, необходимой в жарком климате Италии. Типична построенная Микелоццо вилла Медичи во Фьезоле (1458—1461 гг., рис. 22), с лоджиями, террасами, оранжереей н бас- сейнами. Характерные для эпохи представ ления о господствующем положении чело- века в природе отражены в первой попыт- ке создать центрическую композицию жи- лого здания виллы, подчиняющего себе сад и связанного с ним террасами и лестница- ми (вилла Джулиано да Сангалло в Под- жо а Кайяно; см. стр. 101, 102). Вслед за Флоренцией строительство вилл развернулось и в других местностях Ита- лии — в Сиене, Лукке, на североитальян- ских озерах. Но свое дальнейшее развитие оно получает в начале XVI в. в Риме. В го- родских и пригородных римских резиден- циях папы и крупнейших магнатов церкви хозяйственные функции имения исчезли или
22. Фьеэоле, близ Флоренции. Вилла Медичи, 1458— 1461 гг. Микелоццо отошли на второй план. Здесь сформирова- лись художественные приемы, дальнейшее использование которых архитекторами сде- лало итальянские виллы замечательными, всемирно известными произведениями ис- кусства Так, во дворе Бельведера в Ватикане Браманте смело применил под открытым небом архитектурные приемы, сложившиеся в композиции интерьеров зданий, впервые 346 создав из природного пространства столь сложный художественно осмысленный ком- плекс (см. стр. 171). Он соединил различ- ные террасы в единое, полностью обозри- мое целое и завершил развитие компози- ции, впервые связанной с движением зрителя по ее глубинной оси, с одной сто- роны—огромной нишей, с другой— зре- лищным амфитеатром. В вилле Мадама в Риме Рафаэль, используя достижения Бра-
24. Витербо. Казино и каскад в садах замка Капрарола, 1547— 1587 гг. манте, впервые в садово-парковом искусстве применил принцип анфиладности (см. стр. 187), разделив сад на верхней террасе стенкой и стриженой зеленью. В дальнейшем скромные виллы, пред- назначенные для отдыха и жизни владель- ца в имении во время важнейших сельско- хозяйственных работ, превратились в вели- колепные увеселительные резиденции. Ком- позиция римских вилл середины XVI в. монументальна, а их замысел часто гран- диозен. Территория парка простирается на несколько гектаров, перепады в уровнях достигают 30 л и более, а все составляю- щие парка приобрели новый крупный мас- штаб. Строго организованные, регулярно спланированные части сада неизменно со- четаются с природой и особенностями мест- ности. Вечнозеленые растения, камень и вода — основные средства садово-паркового искусства в условиях итальянского клима- та — получают весьма существенную худо- жественную роль в композиции целого. 348 Расположенные вдоль одной или несколь- ких композиционных осей и сменяющиеся в строго задуманной последовательности подпорные стены, лестницы, скамьи, боске- ты, фонтаны теперь рассчитаны на созда- ние разнообразных театрализованных эф- фектов. В тосканских виллах XV в. корот- кие визульные перспективы строились в основном параллельно склонам; теперь они направлены главным образом поперек рель- ефа, пронизывая весь ансамбль и раскры- вая далекие горизонты (рис. 23). Перечисленные особенности характерны для всех наиболее значительных итальян- ских вилл XVI и XVII вв., в первую оче- редь садов замка Капрарола в Витербо (Виньола; 1559—1564 гг., см. стр. 233), вил- лы кардинала Ипполита д’Эсте в Тиволи (в основном — Пирро Лигорио, 1550— 1572 гг.), виллы епископа Гамбара, позднее Ланте в Баньяйе близ Витербо (Виньола, 1566—1588 гг.). Прием раскрытия визуаль- ных перспектив вдоль склонов предопреде-
25. Витербо. Вилла Ланте, 1566 — 1588 гг.. Виньола ляет в них две важнейшие точки зрения: снизу—перед зрителем раскрываются под- нимающиеся ступенями, разнообразно об- работанные подпорные стенки, гроты, ним- феи, фонтаны, увенчанные скульптурой или мощной водной струей, бурно шумящие во- допады или замысловатые каскады; свер- ху—перед взорами расстилаются водные зеркала бассейнов, купы боскетов, линей- ные узоры стриженой зелени партеров. Все это замыкается великолепным видом, кото- рый теперь нередко получает обрамление в виде деревьев или скульптуры (гермы на террасе Казино в садах Капрарола). В вилле д’Эсте в Тиволи архитектор специально подготовляет эффект восприя- тия дальнего вида. Пройдя замкнутый двор и спустившись на несколько уровней по лестницам дворца, посетитель оказывается на террасе, откуда раскрывается панорама парка. Но нужно спуститься дальше по за- мысловато разбегающимся лестницам и пандусам, пройти сквозь тенистые аллеи, наполненные журчаньем сотен водяных струй, — словом, нужно насладиться всеми прелестями парка, чтобы достичь видовых площадок над головокружительными обры- вами и живописной долиной с силуэтом Рима на горизонте. В больших увеселительных резиденциях появляются некоторые новые элементы: открытый театр, окруженный стрижеными кустарниками, и небольшой, закрытый сад хозяина дома, где он может уединиться (Капрарола). Жилое здание более не гла- венствует над ансамблем, но становится либо композиционной отметкой на пересе- чении аллей, либо протяженным фоном, кулисой, замыкающей перспективу (вилла д’Эсте). Характерные для римских вилл черты варьируются в зависимости от конкретных условий местности, а также личных вкусов заказчика. Так, в вилле Ланте близ Втер- бо, расположенной на сравнительно неболь- шом уклоне, регулярный сад с его прихот- 34В
jM 1 26. Фраскати близ Рима. Вилла Пикколомини, около 1560 г. Жилое здание с партерным садом, справа - нимфе» 27. Фраскати. Вилла Пикколомини 28. Пезаро. Вилла Империале
лиг- каскадом и фонтанами, то врезан- „,., ,111 к террасы, то выступающими за их очерминя. буквально рождается в гуще ле, как бы постепенно раздвигает его и р......иряется, спускаясь вниз вместе с по- до......... 25’;.В"лла кардинала Пикколо- мини (около 1оо0 г., позднее Ланчеллоти) во Фраскати с ее строгим партером, сте- на', и стриженой зелени и почти суровым фаса И'М дома является достойным окруже- нием кая ученого-теолога (рис. 26 и 27). Глубоко интимна в своем уединении и замкнутости вилла папы Юлия III, постро- енная Виньолой среди римских виноград- ников (СМ. стр. 232 и СЛ.). Друюй прием - раскрытие летнего жилища в широко рас- кинувшееся пространство благоухающего южного парка — использован в Казино Пия IX’. построенном Пирро Лигорио в са- дах Ватикана (1560 г.). Примыкающий к дому овальный мощенный мрамором дво- рик. окруженный низкой оградой со скамь- ями’ и украшенный легкими павильонами. служит как бы вестибюлем под открытым небом (см. стр. 224. рис. 18.6). Сформировавшиеся в Риме новые прие- мы композиции вилл и планировки сада были перенесены во второй четверти XVI в. в северные районы Италии. В окрестностях Флоренции великолепные парки, украшен- ные водяными гротами и аллеями фонта- нов, были созданы при виллах Медичи в Кастелло (1510 г.. Никколо Периколп._про- званный Триболо) и в Пратолино (1569— 1581 гг., по рис. Буонталенти). Но наиболее известны сады Боболи во Флоренции, рас- положенные на склоне, позади палаццо Питти (начаты Триболо в 1550 г . U №М1 шие работы велись Амманати, Буонталенти и скульпторами Дж. да Болонья, Де Росси и др., см. стр. 245 и рис. 301. Замысловатый геометрический узор генерального плана не может дать представления о богатстве про- странственной композиции, построенной на сложной игре аллей, взбегающих по рельефу и соединяющих расположенные в
разных уровнях лавровые и кипарисовые боскеты. В их темной зелени скрывается расставленная повсюду скульптура. Брон- зовый Нептун, возвышающийся над бас- сейном, и грандиозная группа «Изобилия» отмечают подъем главной, ведущей от дворца аллеи; перпендикулярное ей направ- ление замыкает овальный Изолотто — об- разованный каналами островок, украшен- ный аллегориями Океана и трех крупней- ших рек. Своеобразную переработку получил тип замкнутого регулярного террасного сада в условиях расположения на крутом скали- стом склоне. Таков сад виллы Империале близ Пезаро (1525—1530 гг., не окончена, рис. 28 и 29; арх. Джироламо Дженга), где здание почти вплотную примыкает к горе, отделяясь от нее узким двором с нимфеем. Таковы сады генуэзских дворцов, где окру- женный аркадами двор замкнут высокой подпорной стеной, украшенной лестницами, нишами и скульптурой, а верхние этажи здания выходят прямо на садовые террасы (например, палаццо Подеста, рис. 31, Джамбаттиста Кастелло, прозванный Бер- гамаско). В этом случае сад являлся непо- средственным композиционным продолже- нием жилых помещений городского палац- цо, откуда его практически только и можно было увидеть. Однако восприятие сада под- готавливалось уже от самого входа во дво- рец с улицы. Вся композиция вестибюля. зо. Флоренция (ады Боболи' с 1550 г лоджий двора и поднимающейся уступами, разнообразно обработанной подпорной сте- ны уводила взгляд посетителя вверх, к зе- лени, свешивающейся из сада через балюс- траду, и к раскрывающемуся над пролетом двора небу. Самостоятельное направление получило строительство вилл в венецианской респуб- лике, где вкус к жизни среди природы был тесно связан с утонченностью венецианской культуры. Многие виллы, особенно создан- ные Палладио, были такими же репрезен- тативными сооружениями, как дворцы Ве- неции или Виченцы (уже описанные ранее виллы Ротонда и Барбаро близ Виченцы. Фоскари в Мальконтента, Корнаро в Пьом- бино; стр. 299). Но большинство их отно- сится к типу сельскохозяйственной виллы- фермы. Хозяйственные постройки не в мень- шей степени, чем жилой дом хозяина или сад, рассчитаны здесь на создание художе- ственного эффекта. Весь комплекс тесно спаян, единство композиции обеспечивается симметрией расположения, строгим подчи- нением низких протяженных служебных корпусов двух- или трехэтажному объему жилого дома (Эмо в Фанцоло, Годи Порто и Пьовене в Лонедо; рис. 32, 33, стр. 302). Не менее строгая гармония и соподчинение частей и в главном корпусе, связанном с двором, садом и окружающим ландшафтом ордерными портиками, лоджиями, рампами и лестницами. Показательно, что именно Палладио, явившийся последним текторов - носителей подгнил И3 архи' ческих идей Возрождении ВПЛ ^"не- законченную центрическую S"* создал городного жилища, не получивпшИЦИ1° за’ нения в строительстве вилл в “УЮ приме- когда строились центрические Т период- в Меледо; см. стр. 300, 303 и рис.^""''0 Возрождения, необходимо выделитьЬцентои° ческое купольное сооружение Ц ри’ по стоящее, либо в сочетании г Л °Тдель' ной базиликальной схемой церковноТзда- ния. При этом, конечно, широко использо- валось наследие средневековых центриче- ских баптистериев и мавзолеев и, столь же несомненно, учитывался опыт поздне-рим ского восточного и византийского зодчества в применении сомкнутых сводов и сводов на парусах. Дело в том, что образ центри- ческой купольной композиции, замкнутой в себе и лишенной определенной динамиче- ской ориентации, по-видимому, вполне от- вечал господствовавшему в эпоху Возро- ждения представлению о совершенной архитектурной форме, построенной на кру- ге, шаре, правильном многограннике и т. п., которая выражала как идею совер- шенной закономерности вообще, так и идею гармонии между человеком (микрокосмом) и вселенной (макрокосмом). На протяже- нии целого столетия — вторая половина XV и первая половина XVI вв. — этот образ стоял в центре внимания всех творческих исканий передовых мастеров эпохи, причем не только зодчих, но и живописцев и скульпторов. По-видимому, в непосредственной связи с этим следует рассматривать и работу в изобразительных искусствах над симметрич- ной, в частности над пирамидальной, ком- позицией. Начиная от центрических компо- зиций Брунеллеско и его школы, через бес- численные проектные эскизы Леонардо да Винчи и Перуцци, как будто исчерпавших все возможные решения этой задачи, и кон- чая проектами Браманте и Микеланджело для собора св. Петра, эта проблема остает- ся одной из самых привлекательных для зодчих, причем в самом же начале обна- руживается ее глубокая связь с проблема- 12 ВИЛ. том V новке того В реальной исторический обста- образ центричееМскогпИДеЯ " хУД0Жествен«“й как поавклп °Г0 СООРУЖВН»В вступают, противооХ’ ₽еЗКОе’ Л0Д,,ас воп"юше4 особенности6 С КУЛЬТОВЫМН традициями, в зиликн П С многовев°в°й традицией ба- лис" хчДУРИЧеСКИе с00РУ«ения мыслн- ЛУД0*никами г>«а"истами чаик- всего лей “ТЖеИИЯ мем°риальные, как мавзо- мне'нияздв"гаемый в память героя. Нет со- содевжанннм ИкейН0 подобиым идейным Л~рЖ г были наполнены такие про Сан™ м Браманте’ как- например, хор ппп«- МнРИЯ ДеЛ/!е Грацие- Темпьетто проект собора св. Петра и, конечно, проект Микеланджело того же собора, да и мно- С=опД«уГ°е' Естественио, что зарождение и разработка этого гуманистического архи- тектурного образа должны были в XV в. пробиваться сквозь толщу феодальных тра- диций а с середины XVI в., по крайней ме- ре в Риме, натолкнуться на мощное сопро- тивление со стороны укреплявшейся реак- ции. Последнее ярко отразилось на истории проектирования собора св. Петра в Риме, в ходе которого чисто гуманистическим концепциям Браманте, Перуцци и Микел- анджело противостояли компромиссные ре- шения Рафаэля и Сангалло, которые в XVII в. и завершились контрреформацион- ным проектом Мадерны, отразившим по су- ществу капитуляцию идей гуманизма. Эта борьба нашла свое выражение и в другом — в бесчисленных попытках найти органиче- ское сочетание базилики с сильно раз- витой подкупольной частью, мыслившейся
32. Лонедо. Вилла Годи Порто. Палладио и часто проектировавшейся (уже в Флорен- тийском соборе) как центрическая компо- зиция. Если не считать в XV в. церкви 33 Лонедо Вилла Пьовене. Палладио Сант Андреа в Мантуе Альберти, а в XVI в церкви Джезу в Риме Виньолы, удовлетво- рительных решений по существу так и не было найдено. Лишь позднее, в XVII и XVIII вв., можно будет отметить отдельные удачные решения (например, у Мансара, Рена и Суффло). Именно вследствие того же конфликта между церковным и светским еще одна архитектурная задача — композиция цер- ковного фасада — представляла для италь- янских зодчих того времени непреодолимую трудность вплоть до самого конца XVI в., когда Виньола и Палладио, наконец, нашли решения, ставшие образцовыми для всей архитектуры XVII и XVIII вв. Если же не считать трех смелых экспериментальных композиций Альберти и декоративных за- тей венецианских и ломбардских мрамор- щиков — почти все базилики этой эпохи (несмотря на бесчисленное множество кон- курсов и комиссий) либо украсились впо- следствии барочными фасадами, либо про- сто остались без всякого фасада, как, на- пример, крупнейшая медичейская святыня Флоренции церковь Сан Лоренцо, интерье- ры которой были созданы Брунеллеско и Микеланджело. Разрабатывая в соответствии с функ- циональными требованиями своей эпохи новые типы сооружений, в композиции ко- торых внутренние помещения связывались в целостную систему пространства, с боль- шей или меньшей точностью находящей выражение во внешних объемах постройки, зодчие Возрождения разрабатывали одно- временно и соответствующую поставленным перед ними задачам систему художествен- но выразительных средств в шую роль занимал ордер ' орой боль- Осваивая античный ордер Э0Л1Ш. „ рождения руководствовались только антикварными интересами в Не только пиететом к древности о? не для них. как и античная скульп?™? бЫЛ мастеров изобразительных Sctb Т» столько каноническим образцом "к'ко прежде всего школой. Дело в том что и, всего архитектурного наследия opieo был наиболее точно и тонко разработанной xv дожественной системой, выражающей коГ струкцию, в данном случае балочно стоеч’- ную. Кроме того, соразмерность ордерной системы человеку воспринималась в эпохе Возрождения как гуманистическое идейное содержание этой системы. Но если в древ ней Греции эта гибкая система применя- лась главным образом в композиции колон- нады периптера и перистиля, а в импера- 355 декопяти» °На оставалавв по существу ний ио» УкРашением стен и осиова- ых св°лчатых конструкций, зодчие ши« ског.° Возрождения открыли таив- шиеся в ней скрытые композиционные воз «™Н0СТИ ~ воам°жности ее органического сочетания с другими тектоническими систе- мами: стеновой и арочно-сводчатой. Ясный, легко обозримый строй ордерной системы служит лучшим средством объединения всех элементов конкретной постройки, а вместе с тем и средством выражения в специфиче- ском архитектурном образе ее многообраз- ного содержания — функционального, кон- структивно-строительного, идейного. К решениям задачи сочетания ордера со стеной относятся, с одной стороны, введе- ние вертикальных ордерных членений в стену трехъярусной постройки. Разнообра- зие вариантов начинается с поэтажного членения здания тремя облегчающимися
снизу вверх ордерами пилястр, впервые в XV в. примененного Альберти в палаццо Ручеллаи, и кончается во второй половине XVI в. большим ордером, проходящим че- рез все этажи здания, с подчинением ему поэтажных ордеров более мелкого масшта- ба. С другой стороны, это — увенчание всей стены сооружения (имеющей ордер- ную или безордерную композицию) карни- зом древнеримского типа, который в антич- ности был рассчитан на завершение колон- нады, но размеры и формы которого под- лежали теперь соответствующей переработке в поисках его соразмерности высоте стены в целом и высоте отдельных ее этажей. Подобная проблема впервые была постав- лена Микелоцци в палаццо Медичи. Приемы сочетания свода с ордером пре- терпевают с течением времени не меньшие изменения; аркада на колоннах и столбах, столь типичная для феодальной архитек- туры Европы и Ближнего Востока, упорно применяющаяся на протяжении всего XV в. в итальянской архитектуре, уже на рубеже XVI в. целиком вытесняется так называе- мой ордерной аркадой, в которой, по образ- цу Колизея или театра Марцелла, арки по- коятся на столбах с приставным ордером пилястр и полуколонн. Большое место в прогрессивном развитии системы художест- венно-выразительных средств Возрождения занимает проблема ордерной трактовки и ордерного расчленения столба или пилона, несущего свод, с использованием готиче- ского опыта в дифференцированной пере- даче нагрузки отдельных нервюр на от- дельные составные элементы пучкового столба. Примеры подобных решений начи- наются с концентрических двойных арок в интерьерах купольных сооружений Бру- неллеско, где каждой подпружной арке и аркам проемов отвечают пилястры нижнего ордерного яруса, объединенного общим ан- таблементом, который опоясывает всю по- стройку внутри, а иногда и снаружи; в рим- ской школе начала XVI в. в массив пилона включаются пилястры, из которых каждая воспринимает нагрузку самых различных архивольтов и парусов соседних сводов — крестовых,.парусных и др. Овладение новыми выразительными воз- можностями, которые были заложены в ордерной системе, сочетавшейся отныне со стеной и сводом, т. е. с тектоникой соору- жения в целом, весь объем которого мыс- лится как насквозь пронизанный ордерной структурой (своеобразная ордерная пепо работка готического каркаса), явилось руках мастеров Возрождения мощным on? днем для разрешения одной из важнейших прогрессивных задач новой архитектур? а именно создания органической связи мь жду внутренним пространством постройки и наружным пространством, ее окружаю. щим, т. е. включения и того и другого в единую среду природного пространства.Это являлось принципиальным преодолением средневекового дуализма, проявившегося также и в решении пространственных про- блем феодальной архитектуры, в особенно- сти культовой. Решающую роль ордера в осуществлении этой реалистической кон- цепции архитектуры легко проследить от первых опытов Брунеллеско (например, связь портика фасада и интерьера в капел- ле Пацци) вплоть до сложных масштабных сочетаний наружного ордера с ордером двора (например, в некоторых компози- циях Палладио). Что возрождение античного ордера в итальянской архитектуре XV и XVI вв. было не простой реставрацией античной колоннады, а именно решением новых ком- плексных задач, подтверждается тем об- стоятельством, что колоннада как таковая, либо во фронтонном портике, либо как самостоятельная архитектурная тема, яв- ляется лишь во второй половине XVI в., на- пример, в виллах и церквах того же Пал- ладио (первые единичные примеры колон- нады— это брамантевский Темпьетто в Риме и двухъярусный двор университета в Падуе, построенный в 1540 г. А. Морони). Процесс освоения античных ордерных форм на протяжении XV и XVI вв. проте- кает постепенно. В XV в., даже в тоскан- ской школе, это освоение носит характер исканий и экспериментов. Если великий новатор Брунеллеско сразу же понял ком- позиционные и образно-художественные возможности ордерной системы и применял их с исключительной, подлинно поэтиче- ской свободой, то в рядовом строительстве еще долго бытовали средневековые навыки; даже ученики и последователи Бруиелле- ско подчас применяли ордерные формы без глубокого творческого осмысления возмож- ностей, связанных с их изначальной текто- нической семантикой, или с чисто декора- тивными целями, не избегая при этом нело- гичностей или даже варваризмов. Зато этим мастерам принадлежит заслуга при- мен. .1И-1 ордера к решению более шип™, круга композиционных задач возичЛ? ' в то время перед архитектурой Ших { С середины XV в. намечается трипои к более систематической, комплексной ваз ' работке проблем архитектуры и е» жествепных средств, в том числе и антич' н0, о наследия. Эта тенденция, отразившая характерную для эпохи связь между на? кой и искусством, теорией и практикой ом- бенно ярко проявилась у Альберти Новый всеобъемлющая архитектурная энциклопе- дия Альберти представляет собой первую и пожалуй, единственную на протяжении по- следовавших трех столетий попытку само- стоятельного социально-исторического объ- яснения как возникновения, так и идейного содержания основных архитектурных типов и средств, то его собственное творчество находилось в большой зависимости от ан- тичного наследия. Стремясь возродить ге- роическую монументальность римского зод- чества, он применял ордер вместе с такими традиционными античными композицион- ными темами, как триумфальная арка и ордерная аркада, не избежав присущей этим прототипам неясности во взаимоот- ношениях ордера и стены. Ордер и арка выступают в его мантуанских постройках скорее как звучная латинская цитата, чем в качестве органических элементов нового архитектурного языка. Лишь следующие поколения зодчих, на- чиная с Браманте и кончая Палладио, пол- ностью освоили все возможности нового архитектурного языка, основанного на сплаве многообразных народных традиций различных областей Италии и скрупулезно изучавшегося античного наследия. В XVI в. этот язык используется для реалистическо- го раскрытия взаимосвязи всех элементов сооружения и для его различной образной характеристики — тектонической, масштаб- ной, ритмической. Вместо подчеркнутой условности, гра- фичности и элегантной легкости °Р^Р““Х форм, свойственных итальянской архитек- туре начала XV в., зрелому классическому стилю Возрождения свойственна более<со ная пластика, «телесность» Ф°Р« « не°б“. чайное многообразие архитектурных обра зов, отражающих и творческую индивиду альность различных зодчих. Э охватывает монументальность поо- Браманте и праздничное великолепие про изведений Рафаэля, лапидарность римских легнпгг Джулио Романо, пластическую те- Ст»™ построек Антонио да Сангалло nvnnu ” «исканную легкость вилл Пе- руцци, наконец —благородную величавость общественных зданий и дворцов Палладио. профессия архитектора и особенности его деятельности претерпели на протяжении эпохи Возрождения коренные изменения. Одним из важнейших условий оконча- тельного формирования новой архитектуры была академическая образованность архи- тектора-теоретика. Хотя уже в ХШ— XIV вв. строительство каждого крупного объекта в значительной мере осуществля- лось мастером, возглавлявшим артель строителей, такой зодчий-эмпирик прин- ципиально отличался от архитектора вре- мени Ренессанса хотя бы тем, что он непо- средственно участвовал в строительном процессе, сталкиваясь повседневно с его реальностями. И в средние века изготовля- лись предварительные модели или рисунки строящегося здания, но только в редких случаях такие обобщенные проекты не под- вергались серьезным изменениям в процес- се практического осуществления, большей частью продолжавшегося очень долго. По- явление индивидуального архитектора по- влекло за собой появление тщательно раз- работанного проекта, в котором предусма- тривались даже мельчайшие подробности декора, чего не было в средние века. Про- фессия архитектора окончательно отделяет- ся от ремесла строителя. В силу этого новое значение получила архитектурная теория, претерпевшая на протяжении XV—XVI вв. существенную эво- люцию. Если в XV в. и в первой половине XVI в. теоретики занимались широким кру- гом проблем всей архитектурной практики, । то к концу рассматриваемого периода они । (за важным исключением Д. Барбаро и А Палладио) все чаще ограничиваются проблемами архитектурной эстетики. Нередко уход в теорию завершался, в < согласии с духом времени, идеализацией - античных форм в полном отрыве от той у конкретной исторической действительности, - которая обусловила возникновение и раз- г витие этих форм. Секрет прекрасного ду- мали раскрыть теми же приемами. кото- выми натурфилософия Х\ I в. пыталась про- ткнуть в тайны природы. Этот секрет ка- зался заключенным в аосграктных “атеис- тических формулах идеальных пропорции, к напряженный поискам которых упорно зэт 366
обращается аналитическая мысль строи- телей-теоретиков. То, что представляется найденным, фиксируется, возводится в ка- нон. не зависимый от времени и места. Ри- совальщик настойчиво вытесняет строителя, циркуль — глаз, а математика—опыт. Эти тенденции во многом сказались в характере теоретических поисков идеаль- ных градостроительных схем, к которым обращались теоретики позднего Возрож- В последующее время, но уже в основ- ном вне Италии и в формах более опреде- ленных. эти тенденции проявились в сло- жении теоретических начал академического классицизма в архитектуре XVIJ и даже XVIII вв. Такое развитие идущего от Воз- рождения теоретического наследия полу- чило особенно сильный резонанс в архи- тектуре XIX столетия: композиционные приемы и формы, которые в итальянском Возрождении составляли органичные эле менты реалистического и художественно осмысленного подхода к архитектуре — стали теперь предметом эклектического за- имствования. Однако крайности, в которые со време- нем впало зодчество девятнадцатого века никак не могут умалить всемирно-историче- ского значения того переворота, который впервые за тысячу лет европейской исто- рии освободил архитектуру от подчинения абстрактной религиозной идее и поставил ее непосредственно на службу человеку. И в той или иной форме теоретическое и творческое наследие итальянского Возрож- дения послужило отправной позицией для основных направлений в развитии европей- ской архитектуры XVII, XVIII и, во мно- гом, XIX столетий.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ АРХИТЕКТУРА ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ В ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ СТРАНАХ /ВНЕ ИТАЛИИ/
архитектура ФРАНЦИИ Зарождение, расцвет и завершение раз вития французской архитектуры эпохи Воз рождения охватывает период примерно с середины XV до начала 5CVII с?0₽= Во Франции в то время продолжал господство- вать феодальный строй, но уже начинали пробиваться ростки раннего капитализма Основную массу населения составляло кре стьянство, успевшее освободиться от лич- ной крепостной зависимости, однако под- вергавшееся самой жестокой эксплуатации со стороны дворян-землевладельцев. Росли города, развивались городские ремесла и стали появляться мануфактуры. Быстро увеличивался товарообмен, расши- рялись внутренний рынок и экономическая взаимосвязь различных районов. В руках представителей молодой буржуазии сосре- доточивались значительные богатства. Французская монархия, ликвидировав к концу XV столетия феодальную раздроблен- ность страны, получила возможность уста- новить в центре и в провинциях единую си- стему государственного управления. Феода- лы, бывшие воины, становились мирными помещиками или переселялись в города, соответственно перестраивая свой быт. Кро- ме городского «светского общества», тяго- тевшего в столице к королевскому двору, появилась бюрократия, верхушкой которой стала новая разновидность дворянства — «дворянство мантии». Начало рассматриваемого периода сов- падает с концом истощавшей Францию Сто- летней войны (1337—1453 гг.). На рубеже XV и XVI вв. французские короли соверши- ли несколько походов в Италию, окончив- шихся безуспешно, но непосредственно по- знакомивших верхушку французского об- щества с передовой для того времени ита- льянской культурой, освоение которой стало в дальнейшем одним из важных факторов развития французского Возрождения. Во второй половине XVI столетия Франция стала ареной длительной граж- данской войны, возглавляемой крупными феодалами, опиравшимися на массовое не- довольство различных слоев населения. Война закончилась победой французского абсолютизма. Начало XVII в, —важный этап в истории французской культуры, в частности архитектуры, переходящей к но- вой стадии своего развития — к классициз- му, окрашенному в большей или меньшей степени тенденциями искусства барокко. Почти повсеместные во Франции пре- красные известняки, бывшие излюбленным материалом готической архитектуры, ши- роко применялись и в последующее время. В XV в. вновь стал входить в употреб- ление кирпич, почти позабытый во времена готики. Появилась характерная для фран- цузской архитектуры комбинация кирпича и тесаного камня, причем из камня выпол- няли все наиболее ответственные конструк- тивные и декоративные детали здания (углы, обрамления проемов и т. д.), кирпич же шел главным образом на заполнение стен. Штукатурная облицовка ограниченно применялась французскими зодчими, уна- следовавшими от эпохи готики любовь к виртуозной каменной работе и использо- вавшими исключительные пластические свойства французского известняка — его прочность, мелкозернистость и податливость скульптурной обработке. Мрамор, которым 361
Франция очень бедна, играл в архитектуре третьестепенную роль (иногда его приво- зили из Италии). Дерево служило в течение XV, XVI и начала XVII столетий строительным мате- риалом для более мелких городских жилищ в районах распространения фахверка (о фахверковых жилых домах см. предшест- вующий том, стр. 404). К началу Возрождения строительная техника стояла во Франции на большой вы- соте. В вопросах конструкции Франция от- нюдь не была ученицей Италии. Заимствуя стилистические формы и в связи с этим от- казываясь от нервюрного свода, француз- ские строители прочно придерживались не- которых национальных традиций и по-сво- ему решали ряд выдвинутых жизнью кон- 882 структивных задач. Так, они постоянно пред- почитали монолитным колоннам и архитра- вам сложенные колонны и плоские пере- мычки; обрамления оконных и дверных проемов конструировали, как правило, впе- ревязь со стеной; долгое время сохраняли каменные крестовины для оконных рам; до последней трети XVI в. устраивали винто- вые лестницы; вплоть до второй половины XVII в. завершали здания высокими кры- шами с люкарнами и высокими трубами. Своеобразно решали французы проблему перекрытия больших помещений, изобретая сложные деревянные фермы для округлых крыш (Делорм, рис. 1). На протяжении XVI в. резко менялся тип французского зодчего. В XV в. и в те- чение первых десятилетий XVI в. здания
1. Деревянные фермы Делорма архитектуры. Более или менее согласован- ные усилия мастеров-строителей, лепщиков, резчиков по дереву и т. д. заменились еди- ным замыслом архитектора-художника, ко- торый проектировал здание и создавал его декор своими силами или с помощью руко- водимых им специалистов по отдельным от- раслям. Трудности в освоении новых форм были преодолены. Влияние итальянского Возрождения стало затрагивать разработку плана, общей схемы фасадов, связь между отдельными архитектурными элементами и т. д. Французские архитекторы XVI в. писа- ли трактаты по архитектуре и выпускали увражи, посвященные как историческим па- мятникам, так и собственным архитектур- ным произведениям (Делорм, Бюллан и Дюсерсо). По-прежнему в «династиях» архитекто- строили, как и раньше, мастера-подрядчики хорошо знавшие свое ремесло, но привык- шие работать по старинке. Удовлетворяя требованиям своих заказчиков, они начали заменять готические декоративные детали и архитектурные формы ренессансными и ан- тичными. Наиболее легкий доступ во Фран- цию нашел не строгий флорентийский, а пестрый и декоративно насыщенный северо- итальянский стиль. При освоении этими мастерами новых архитектурных форм не- изменно сказывался в большей или мень- шей степени провинциализм и отсутствие широкого художественного кругозора. У французских королей и крупных вель- мож работали в первой половине XVI в. итальянские архитекторы: Фра Джокондо, Доменико Бернабеи да Кортона (Бокка- дор), Россо и Приматиччо (с 1530 г.), Сер- лио (в 1540 г.), не говоря уже о Леонардо да Винчи, но им нельзя с достоверностью приписать ни одного французского здания, кроме старой парижской ратуши (Бокка- дор), хотя они, по-видимому, во многих случаях выступали в качестве консультан- тов. . Начиная с 40-х годов XVI в., во Фран- ции появились образованные архитекторы в современном смысле слова, внимательно изучавшие античное наследие и итальян- скую современность. К архитектору пере- шла руководящая роль в проектировании и постройке: мастера-подрядчики стали простыми техническими организаторами и исполнителями. В связи с этим Ради*ад . изменился и общий характер французской 2. Париж в XVI в., схематический план; Гавр, план
3. Париж. Новый мост. Общий вид и проект. Дезилль и Дюсерсо, 1578—1606 гг. ров старшие члены семьи передавали млад- шим свой строительный опыт. Время Столетней войны было исключи- тельно неблагоприятным периодом для французских городов, начавших, однако быстро восстанавливаться, заселяться и ра-' сти после ее окончания. Новая застройка в течение нескольких десятилетий XV и пер- вой половины XVI в. была, как правило беспорядочной. Исключением являются не- сколько городов-крепостей, выстроенных заново, например Валлери (1501 г.) и Бруаж (вторая половина XV в.) с его одно- образной сеткой улиц и кварталов. В спроектированном, по-видимому, ита- льянцем Джироламо Марини городе-кре- пости Витри-ле-Франсуа (нач. 1545 г.), ко- торый строился на новом месте взамен раз- рушенного войной города, обращают на себя внимание некоторые новые для Фран- ции приемы планировки: устройство в цент- ре города большой квадратной площади с пересекающимися двумя главными ули- цами: дифференциация ширины главных и второстепенных сквозных улиц (13,4 и 7,8 м); различное направление внутриквар- тальных улиц, устраняющее сквозной про- ход через несколько кварталов. Париж с середины XV в. по конец XVI в. быстро рос, но довольно медленно менял средневековый характер с беспорядочной общей планировкой и узкими улицами. На- селение в начале XVI в. достигало пример- но 300 000 человек. Кое-что делалось, чтобы уменьшить загрязнение наиболее заселен- ных районов. В связи с разукрупнением не- которых, главным образом королевских, владений появились новые кварталы. В пла- нировке отдельных городских районов наме- чались изменения, но они не были осуще- ствлены. Парадные выезды королей слу- жили поводом для придания городу боль- шей представительности и нарядности, но, пожалуй, единственным памятником, пост- роенным с связи с этими церемониями, является Фонтан Невинных (1547—1548гг.). Важнейшим градостроительным мероприя- тием была начатая во второй половине сто- летия постройка нового монументального моста через Сену и некоторое упорядочение прилегающих к этому месту частей города. Новый мост (Pont Neuf, 1578—1606 гг.), спроектированный в основном Дезиллем и Батистом Дюсерсо, состоит из двух частей, разделенных углом островка Ситэ. На этом углу, по сторонам образованной Новым мос- том магистрали, были затем воздвигнуты два одинаковых здания, обрамляющих но- вую площадь — площадь Дофина, и конная статуя Генриха IV. Новый мост был первым
мостом, не застроенным домами и лавками- его полотно целиком было пп»пД М для движения. Таким образом б^ыл гп^Н° важный градостроительный ансамбль см" зывающии оба берега Сены (рис 3, В создании будущего городского центра столицы и всей связанной с ним городской планировки первостепенную роль щрало начатое в XVI в. строительство дворцов Дувра и Тюильри, позднее слитых в гран диозныи ансамбль. В истории Французского градостроитель- ства времени Возрождения особое место за- няло создание Гавра —нового портового города в устье Сены (рис. 2). В начале 40-х годов привлеченный к планировке и строительству Гавра итальянец Беллармато расширил границы существовавшей за- стройки, приблизив общий план главной части города к квадрату и выделив в до- вольно беспорядочной массе кварталов две широкие крестообразно пересекающиеся главные улицы с центральной площадью. Особенный интерес представляет отделен- ный от главной части водой новый город- ской район, спроектированный как отдель- ный городок с регулярной в основном пла- нировкой, подчиненной двум перпендику- лярным прямым улицам (8 и 5 м ширины), с четырьмя кварталами, разделенными каж- дый узкой улочкой (водосточной) шириной всего в 2 м. Новым для Франции градо- строительным приемом было замыкание перспективы улицы монументальным со- оружением, в данном случае церковью. Новое французское градостроительство делало в XVI в. лишь свои первые шаги, широкое его развитие наступило в следую- щих столетиях. I. АРХИТЕКТУРА СЕРЕДИНЫ И ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XV в. Жилые дома. В XV в. первостепенную роль для формирования ^^^Глюде^ играть строительство домов богатых люден. Видное место по-прежнему занимал в го родской архитектуре того времени Фо- ковый дом —жилище людей самого раз личного состояния и общественного Же 'фахверковые дома во второй половине XV в. целиком подчинялись традиции ср д невековья в планировке, рактере декора. Планировка дома, как пра 4. Анже. Фахверко- вый дом. XV в. — на- чало XVI в. Общин вид и план второго вило, чрезвычайно проста-в каждом эта- же одна-две комнаты. Дом обычно имел тои-четыре этажа с винтовой лестницей. При доме имелся небольшой двор. В художе- ственном облике более богатого дома пер* востепенную роль играла деревянная^резьба в виде сложной профилировки м'ж^™*я ных карнизов и скульптурного обрамления проемов, а также на стойках конструкции.
Резьба и скульптура на фахверке в рассмат- риваемый период целиком построена на средневековых художественных мотивах — свободно трактованных фигурах людей и животных. Хорошими примерами фахверкового строительства во второй половине XV и на- чале XVI в. могут служить жилые дома: в Анже (со срезанным позднее щипцом) и более богатый —в Ле-Мане (рис. 4, 5). Дом в Анже, известный под назва- нием Дома Адама, расположен на углу улиц и по существу представляет собой со- единение двух первоначально отдельных домов, из которых архитектурно наиболее интересен угловой. Его жилой этаж вклю- чает две большие комнаты, хорошо осве- щенные с улицы, с каминами и восьмигран- ной формы эркером в одной из них (на углу). Между комнатами у фасадной стены помещалась уборная, по-видимому, с вы- гребом на улицу. Планировка меньшего 5. Де-Маи. Фахверковый дом, XV в. — начало XVI в. Ж дома типична для мелкой жилой застройки французских городов того времени: узкий план в одно окно на улицу, со сквозным проходом в маленький дворик позади дома ограниченный стенами соседних зданий, ' Важнейшим памятником переходного пе- риода от готики к Возрождению является выстроенный в середине XV в. в Бурже и в целом хорошо сохранившийся дом Жака Кэра — управляющего государственными финансами при Карле VII. Планировка дома (рис. 6) удовлетво- ряла разнообразным требованиям быта его владельца. Формы и размеры помещений — жилых комнат, парадных залов, церкви, пе- реходных галерей, хорошо оборудованной кухни — дифференцированы соответственно их назначению, так же как и формы пере- крытий. По передней и по боковым сторо- нам просторного парадного двора располо- жены домовая церковь, помещение для смотрителя-сторожа и галереи, которые могли служить своего рода приемными для многочисленной клиентуры владельца. Центром жилого корпуса в первом этаже был большой зал, служивший, очевидно, парадной столовой. Справа к нему примы- кает группа кухонных помещений, имевших особый выход на улицу через боковой дво- рик и отдельный коридор. Слева — несколь- ко, по-видимому, жилых помещений, с вы- ходом через левый боковой дворик и гале- рею. Во втором этаже планировка пример- но такая же, но над кухней здесь жилые комнаты, связанные с боковой галереей. План дома далек от строгой регулярно- сти и симметрии из-за неправильной формы участка и имевшихся на нем более ранних сооружений. Художественные вкусы време- ни сказались в группировке его корпусов, различных по форме и высоте, перекрытых раздельными кровлями, несходных по ар- хитектурной разработке и в то же время образующих единое целое. Церковь над воротами составляет ком- позиционный центр главного уличного фа- сада. Винтовые лестницы во дворе и сна- ружи дома помещены в башнях, которые выступают из плоскости стены, составляя по готической традиции самостоятельное звено в многосложной композиции здания, изобилующей сильными контрастами, под- черкнутыми архитектурными вертикалями. О былой внутренней архитектуре дома дают некоторое представление интерьеры галерей, церкви и лестницы у ворот с их
6. Бурж. Дом Жака Кэра. Середина XV в. Уличный фасад, двор, галерея, фрагменты входа, планы различными формами сводчатых перекры- тий (коробовых, крестовых, килевых в раз- резе), свободной расстановкой разных по величине окон, а также росписью и скуль- птурой. Архитектурный декор дома Кэра в боль- шой своей части высечен в камне — основ- ном строительном материале здания, кра- сиво использованном в его наружных фа- садах и отчасти в интерьере. Дворцы. Королевские дворцы Лувр и Сен-Поль Карла V до нашего времени не дошли. Ко второй половине XV в. относится королевский замок Плесси-ле-Тур, по Ж1
7. Плессп-ле-Тур. Замок близ Шпиона. 1463—1472 гг. Жан Дюшемен, Жан Тибо, Жан Реньяр строенный между 1463—1472 гг. и в настоя- щее время в большей части разрушенный (Рис. 7). Интерес представляют новый характер замка —загородного дворца и его относи- тельно простые архитектурные формы: вы- сокие крыши, люкарны, каменные кресто вины крупных окон, лестничные башни, ап кадиая галерея, характерная для городских и загородных дворцов того времени. В ка- честве предположительных строителей зам ка называют трех «королевских мастеров»' Жана Дюшемена, Жана Тибо и Жана Рень- яра. Строительство королевских дворцов в более широких масштабах началось не- сколько позднее — на рубеже XV и XVI вв Хорошо сохранился Отель де Клю- ни в Париже (рис. 8), построенный в кон- це XV в. для клюнийского аббатства. Дом в основном двухэтажный, с дополнительным этажом непосредственно под кровлей, вы- строен на месте древних римских терм с использованием (в особенности на запад- ной стороне) оставшихся от них частей. Главные помещения расположены по трем сторонам парадного двора, который отго- рожен от улицы массивным каменным за- бором, увенчанным машикулями. В короткое заднее крыло вынесена цер- ковь со сквозным проходом под ней, соеди- няющим сад позади главного дома и хозяй- ственный двор в левом углу участка. В этой же стороне в древних стенах римской по- стройки находится большой зал с входом со стороны парадного двора через откры- 8. Париж. Отель де Клюни. Конец XV в.
тую галерею в левом корпуса. Мотив галереи к^ПВЮЩем крыле шеи в композиции двора ?DaT° уравнове’ образным объемом памп»₽ЛНеным башне- которой богатым декором ° „ ЛеСТНИЦЫ’ в главным входом в до£ ВЫделен низ с позднРегота7еУскиееи в^екотор^х"3 Целиком свойственны сравнительно? я де Клюни щей композиции и ясность ™°К°иствие об‘ кора и основных архитек™ °ТИОШення де‘ смотрении французской готики Р Р Рубеж XV и XVI вв,-важная веха в истории французского общества и государ- ства — оказался переломным пунктом и во французской архитектуре. Как уже гово- рилось, итальянские походы и более близ- кое знакомство с Италией открыли фран- цузам новые образцы аристократического жилища-дворца. Ведущую роль в создании новых по типу вариантов французской двор- цовой архитектуры играл в XVI в. королев- ский двор. К этой поре относится ряд коро- левских дворцов: Гайон, Блуа, Шамбор, Вилле-Коттере, Мадридский замок. Фонтен- бло, Сен-Жермен, Лувр, Тюильри и др. Некоторые из этих замков и дворцов срав- нительно невелики: другие, например Фон- тенбло, Лувр, Тюильри, представляли собой уже в ранний период значительные соору- жения, которые в течение последующих сто- летий продолжали расти и со временем пре- вратились в огромные комплексы. Многочисленную группу сооружений со- ставляли городские и загородные дворцы аристократии и крупной буржуазии, так на- зываемые отели и шато (замки). В связи с утратой военного значения феодальные чалиИп„УЖ« С° ВТ°Р°Й половины XV в на- йавйяся; И другие пяпа Окон' упрлшение стен шеннп Р Л ЛКИ и побивления совер- стной ойлН«ЯЮТ пре'к11ий суровый крепо- ои облик этих сооружений. шатоиЖпТеСЯ В Т° время два плана готикой Пр„Я СаВязаны СВ0ИМИ корнями с готикой. Первый тип —с замкнутым ппя моугольным двором, застроенный с трех стоппямЖИЛЫМИ к°Рпусами, а с четвертой ными Н“~каменн°? оградой с внушитель- ™ J МИ- Корпус с главными поме- щениями расположен в глубине двора и не- редко сделан выше боковых флигелей Во втором типе —замкнутый прямоугольный двор окружен четырьмя корпусами, с более высокими прямоугольными павильонами по углам. В своем планировке городской отель был изолированным от городского окруже- ния. В то же время и отель и шато эво- люционировали в сторону все большей связи интерьеров с прилегавшим садом или пар- ком, который становился грандиознее, раз- нообразнее, богаче перспективами и малы- ми архитектурными формами. Средне- и мелкобуржуазное городское жилище долгое время сохраняло традицион- ное устройство позднеготического дома. Общественная архитектура также изве- стное время не могла окончательно осво- бодиться от вековых готических традиций. Церкви и монастыри по сравнению с предыдущим периодом отходили на второй план. В церковном зодчестве проявлялся чрезвычайный консерватизм плановых и композиционных решений. Глубокие сдвиги подготовлялись в XVI в. в строительстве производственных, инженер- ных и военных сооружений. Дворцы и замки. Стремление придать королевскому дворцу новые масштабы и праздничный облик ярко выражено в з а м ке-дворцевАмбуазе (1492—1498гг.), построенном для Карла VIII на месте ук репленного средневекового замка (рис. 9. 10). Сохранившаяся небольшая часть но- вого дворца дает представление о харак- тере его архитектуры. План ансамбля под- чинен форме небольшого обрывистого пла- то, часть которого была выделена под цветник, разбитый по итальянскому образ- цу. Кольцо наружных укреплений, несмотря
0001г-
10. Амбуаз. Замок-дворец (слева). Общий вид. галерея. Б.-.; фасад, ворота Блуа. Дворец Людовика XII (справа). Дворовый на смягченные формы, соответствовавшие новым вкусам, живо напоминало о прош- лом. Архитектура замка стала более откры- той, что сказалось в его рассредоточенной планировке и расстановке ряда основных сооружений, обращенных к окрестностям, по краю плато. Большие башни служили для въезда на территорию дворца. Лестни- цы в башнях заменены пандусами, подни- мающимися вокруг шестиметрового (в диа- метре) пустотелого цилиндра, использован- ного под житницу, В интерьерах замка широко применены готические своды с нервюрами. Для наруж- ной архитектуры типичны такие готические черты как выделение лестничных кле- Л1
11. Гайон. Замок-дворец. 1501—1510 гг. ток в отдельные башни; значительная вы- сота парадных этажей; достаточно боль- шие, а в главном зале очень большие окна с каменными переплетами; высокие крыши; люкарны с их богатым увенчанием; ряд декоративных деталей, например заверше- ние стены зубчиками, узорный барьер по низу крыши и т. д. Влияние итальянского Возрождения проявилось главным образом в декоративной обработке интерьеров, а также в декоре несколько более позднего бокового корпуса. Архитектура Амбуазского замка знаме- нует собой конец безраздельного господства готики, хотя в ней еще немного признаков архитектуры Возрождения. Дворец Людовика XII в Блуа (начат в 1498 г.) интересен характерным для того времени сочетанием готической композиции с частностями и деталями, на- веянными зодчеством итальянского Возрож. дения (см. рис. 9, 10). Готика выражена в общем строе здания: в асимметрии плана- в выделении лестничных клеток в отдельные башни; в огромной высоте крыш, с устрой- ством в них дополнительного третьего эта- жа-мезонина; в подчеркнутой взаимосвязи различных проемов по вертикали (арка, окно второго этажа, люкарна) и т. д. Готи- ческими в подавляющем большинстве были и всевозможные архитектурно-скульптур- ные мотивы, например обрамление окон с каменными крестовинами в них, увенчание стен и остроконечное завершение люкарн. Печать Возрождения лежит на декоратив- ной обработке колонн галереи, где исполь- зованы орнаментальные мотивы явно не готического происхождения, хотя характер- ная для готики тяга к многообразию ска- залась и здесь в чередовании двух типов колонн: круглых и квадратных. Возможными авторами дворца были мастера-каменщики Симоннэ Гискар (или Гишар) и Жак Сурдо. Начавшееся проникновение во Францию итальянского Возрождения заметно отрази- лось на архитектуре замка Гайон вНор- м а иди и (рис. 9, 11). Замок строился примерно десять лет (1501—1510 гг.). В первый период все строи- тельство вели французские мастера (Гийом Сено, Жан Фуке, Колен Биар, Пьер Де- лорм) в традиционных готических формах. Примерно с 1508 г. ведущая роль перешла к итальянским мастерам, во главе которых стояли скульпторы-декораторы Жером Па- шеро (Пакьяротти) и Бертран де Мейналь, работавшие в привычных для них формах декоративного искусства итальянского Воз- рождения. Итальянскому мастеру уже в первый период была поручена планировка сада. Не исключена также возможность ис- пользования советов Фра Джокондо, заез- жавшего в Гайон. Замок построен по существу как откры- тый загородный дворец. Данью традиции является угловая башня и двое монумен- тальных ворот, явно идущих от готики, но обработанных совершенно по-новому, с рас- четом на внушительную парадность. Общий план Гайона повторяет в основе неправиль- ный многоугольник плана средневекового замка, стоявшего ранее на этом месте. Од- нако в плане парадного двора ясно выра- жено желание придать двору правильную прямоугольную форму. Центр двора был
*“ ф11ш>
12. Блуа. Дворец Фраициг ка 1. 1515-1524 г” ЖаК Сурдо и Доменико да Кор- тона. Дворовый Лягяп н украшен привезенным из Италии велико- лепным фонтаном. В готических формах выдержаны два главных корпуса дворца по северо-восточ- ной и по юго-западной сторонам парадного двора. В галерее первого этажа по северо- западной стороне парадного двора, а также в архитектуре крыла, выстроенного позднее по его юго-восточной стороне, в главных воротах нашли определенное место некото- рые формы и декоративные мотивы италь- янского Возрождения. Ведущую роль в но- вом декоре играют свободно трактованные ордерные формы, а также медальоны и не- которые другие виды архитектурно-скульп- турного орнамента. Форма арок и оконных наличников полуциркульная и коробовая. Местная флора уступила место листьям аканфа и прочим классическим стилизован- ным растительным мотивам. Но весь этот 13. Блуа. Дворец Франциска I. Главный фасад 373
декор, отличающийся плоскостной трактов- кой, еще подчинен высоте этажа, расста- новке и форме проемов. В архитектуре замка был сделан первый решительный шаг от готики к Возрождению, но в целом — это произведение переходного времени. Одним из ранних и исторически важ- ных звеньев в развитии дворцового строи- тельства было северное крыло замка Франциска I в Блуа, строившееся с пе- рерывами между 1515 и 1524 гг. и так и оставшееся не совсем законченным (рис. 12, 13). Из строителей, которые могли играть руководящую роль в его создании, докумен- тально известно имя лишь Жака Сурдо, но есть основание предполагать участие в ра- ботах, связанных с декором дворца, Доме- нико да Кортона ‘. Некоторые различия в обработке правой и левой сторон дворового фасада объясняются, по-видимому, разно- временностью постройки и сменой мастеров- исполнителей. В симметрии первоначального плана, в сплошном мощном карнизе, в общей си- стеме фасада и в почти полном устранении готических декоративных мотивов строите- ли дворца отдали дань Италии и Возрож- дению. Важным новшеством была система членения фасада поставленными друг на друга пилястрами и двойными поясами междуэтажных тяг—система, которой ста- ли подражать при строительстве многих французских замков того времени. Она по- служила переходом к классическому при- ему членения фасадов поставленным друг над другом ордером. Скульптурная обра- 14. Шаибор. Замок-дворец, 1526—1559 гг. План по Дюсерсо 1 Шарль Виар, которому долгое время припи- сывали фасад, оказался, по новейшим исследованиям, мифической личностью, никогда не существовавшей ботка деталей (в этом фасаде впервые во Франции) достигла высокого художествен- ного уровня, причем обломы, раньше отли- чавшиеся тонкостью, хрупкостью и перегру. женностыо резьбой, изменились в сторону большей пластичности и простоты класси- ческих профилей. В то же время строители дворца, как наследники готики, пристроили парадную винтовую лестницу, выделиз ее в особую часть, подчеркнули люкарнами вер- тикали оконных осей (не смущаясь асим- метрией их расположения), переработали ренессансный карниз и балюстрады, придав им свойственную готике декоративную на- сыщенность и сохранив некоторые готиче- ские детали, например химер водостоков. Наружный фасад крыла замка Фран- циска I свидетельствует о стремлении за- имствовать из Италии нечто большее, чем мотивы декора североитальянского Возрож- дения. Ватиканские дворцы (Сан-Дамазо и Бельведер), очевидно, по указанию самого Франциска I, послужили несомненным про- образом для наружного фасада северного крыла дворца в Блуа. Оттуда заимствована примененная в Блуа и перетолкованная на готически-французский лад схема с чередо- ванием открытых арок н ниш в сетке, со- зданной на фасаде ордерами. В располо- жении арок—полное отсутствие симметрии; они завершены то коробовой кривой, то не сопряженным с опорами сегментом; ниши вытянулись наподобие желобов, мелкий резной рельеф вплелся в инородные архи- тектурные формы и оказался размещенным без учета его высоты и удаленности от зри- теля и. что самое интересное, вместо сквоз- ной галереи за арками здесь находится ряд изолированных лоджий, в глубине каждой из которых скрыто отдельное окно. Строи- тели и точное время постройки этой части дворца остаются неизвестными. Примененный в Блуа мотив «ордерной аркады» был использован, и притом с мень- шей произвольностью, в нескольких других замках того времени: в ныне разрушенном Бюри, в Шамборе и в Ларошфуко, двор которого является французской версией двора итальянского палаццо. Полуциркуль- ным аркам здесь придана уплощенная фор- ма. арки в галерее третьего этажа сдвоены, фасад увенчан поясом ажурного орнамента. Замок Шамбор — как бы заключи- тельное звено короткого периода раннего французского Возрождения. Начатый и почти законченный согласно
первоначальному плану Шамбор в резуль- тате позднейших значительных дополнений приобрел существенно новый облик (рис. 14, 15, 16). По схеме первоначального проекта Шамбор тесно примыкает к готическому замку-крепости. Высокий донжон крестооб- разно разделен на четыре одинаковые части с круглыми угловыми башнями, заключаю- щими в себе отдельные группы помещений; все строения расположены вокруг замкну- того двора, углы которого также закреп- лены круглыми башнями (южные угловые башни остались недостроенными). Замок был опоясан укрепленной терра- сой и наполненным водой рвом (уничто- женными в XVIII в.). По сторонам двора, между угловыми башнями, шли одноэтаж- ные соединительные части. В дальнейшем по восточной и по запад- ной сторонам двора, на половину их дли- ны были выстроены два трехэтажных двор- цовых корпуса. Трехэтажными же сделаны и промежуточные части по северной[ сто- роне между угловыми башнями и донжо- ном Вся северная половина дворца оказа- лась, таким образом, единым трехэтажным ... нь-Лоп Замок дворец 1526-1559 гг. Доменико £ KopS: Жак и Деви Сурдо Пьер Нев* " АР- Северный фасад, башня Я5
16. Шамбор. Замок-дворец. 1526—1559 гг. Парадная зданием. Для обслуживания новых частей были сделаны две парадных винтовых лест- ницы в северо-восточном и северо-западном углах двора. Здание построено в основном из круп- ных камней луарского известняка, с исполь- зованием более темных шиферных плит для декора некоторых венчающих его деталей. Главные строительные работы по возве- дению первоначальной основы замка были выполнены, по-видимому, между 1526 и 1533 гг.; восточный трехэтажный корпус (Франциска I) и часть дворца, соединяю- щая этот корпус и северо-восточную башню с донжоном, возведены примерно в 1539— 1544 гг.; сооружение симметричных частей иа западной стороне было выполнено в 1547—1559 гг. Готические традиции сказались в увен- чании северных угловых башен высокими коническими кровлями и в завершении дон- жона сложной группой устремленных ввысь архитектурных форм, в центре которых воз- вышается круглая ажурная башня, закан- 376 чивающая центральную лестницу. Несмот- ря, однако, на все это, Шамбор —не готи- ческий замок, а ренессансный дворец. В нем впервые отброшено традиционное увенчание башен дозорной галереей с зубцами и ма- шикулями. Его внешние фасады открыты наружу большим количеством окон и рас- членены на ясные горизонтальные ленты этажей; одноэтажные части на южной и на боковых сторонах совсем не похожи на кре- постные стены. В декоре фасада появляется многоярусная ордерная композиция со свой- ственным ей ясным принципом горизонталь- ного членения. Незрелость французских строителей & овладении ордером сказывается в отсутст- вии согласования между расстановкой окон и пилястр, т. е. между реальной конструк- тивной основой здания и его внешним де- кором. Готике чуждо это самостоятельное существование декора; там он, как правило, служит либо обрамлением отдельного окна или двери, либо связью проемов по верти- кали. Важной новой чертой архитектуры Шамбора является упрощение декора, ук- рупнение орнаментальных мотивов и выде- ление целостных архитектурных частей: лю- карн, труб и т. д. Ко всему следует доба- вить введение ряда новых архитектурных и декоративных мотивов, например бельведе- ров, полихромных филенок с геометричес- ким орнаментом и т. д. Относящиеся к XVI в. интерьеры Шам- бора подверглись при Людовике XIV реши- тельной перепланировке и переработке. Из сохранившихся интерьеров особенный инте- рес представляет парадная винтовая лест- ница с двумя раздельными подъемами. Итальянизмы Шамбора и документальное указание на то, что Доменико да Кортона выполнил модель дворца (которая, по-ви- димому, и была оригиналом для дошедших до нас гравюр XVII в. Андрэ Фелибьена), говорят о несомненном участии кого-то из итальянцев в проектировании не только де- коративных частей и деталей, но и архитек- турной основы дворца. Однако его строи- тели, известные по архивным данным: Жак и Дени Сурдо, Пьер Неве и др., «е были пассивными исполнителями чужого проекта, а в значительной мере определили художе- ственный облик дворца. Влияние Шамбора сказалось на двух крупных памятниках сле- дующего периода: Фонтенбло и Экуане. Мадридский замок. Спустя некото- рое время после возвращения из Мадрид-
ского плена (1526 г.) фпан,,и„„ i желание перенести свою J1UI,CK выРазил денцию с берегов Луары в п?Ну1° ₽ези' окрестности, где и начался в адязТДтим период усиленного Дворцового строитель ства. Перенос столицы сопровождалсясме нои главного состава придворных строите- лен: французские мастера, строившие замки Луары, были заменены парижанами поя- вились новые итальянские мастера, а сними и новые веяния итальянского Возрождения лрхи?ектурыбРаЖаВШеГ° ЛИЦ° ФРанцУЗСК0Й Одним из наиболее своеобразных образ- цов архитектуры этого времени был ныне не существующий дворец Францис- ка 1 в Булонском лесу, известный под названием Мадридского замка (рис. 17). Создателем его богатого майоликового ук- рашения, как, вероятно, и проекта, был Джироламо делла Роббиа (сын Андреа делла Роббиа, который украсил своими майоликами Воспитательный дом Брунел- леско во Флоренции). Руководил работами в начальный период строительства (с 1528 г.) француз Пьер Гадье. Французам, возможно, принадлежит также известная роль в проектировании дворца с такими его чертами, как членение здания на вертикаль- ные объемы, заканчивавшиеся высокими остроугольными крышами; общий зубчатый силуэт верха; винтовые лестницы, выделен- ные в отдельные лестничные клетки; удли- ненная форма окон с каменными оконными переплетами, а также ряд других •••— ” деталей. черт и Важной, новой для Франции чертой был прежде всего план в виде единого блока, без замкнутого внутреннего двора, хотя и с традиционным рвом снаружи. Об итальян- ском влиянии говорят четкое этажное чле- нение здания сильными сквозными горизон- тальными карнизами, широкие открытые лестницы и по-новому оформленные аркад- ные галереи. Аркады Мадридского замка представляют собой нечто среднее между восходящими к Древнему Риму формами Блуа и аркадами Брунеллеско: это комби- нация столба со связанной колонной, кото- рая доходит здесь лишь до импоста арок, имеющего вид куска антаблемента, как, на- пример, в церкви Сан Спирито во Флорен- ции. В пазухах арок размещены майолико- вые медальоны; итальянским приемом было и расположение окон на фоне гладкой сте- ны, их завершение простыми треугольными или сегментными фронтонами. Проникшая в Мадридский замок струя флорентийского искусства, более сдержанного, чем то. что раньше приносили во Францию итальянцы из Неаполя и из Ломбардии, хотя и оказа- лась в дальнейшем не очень значительной, тем не менее способствовала усвоению французской архитектурой существенных черт итальянского Возрождения. Мадрид- ский замок закончен был далеко не сразу, в конце XVIII в. он был разрушен и о нем приходится судить лишь по гравюрам сов- ременников. Фонтенбло. Некоторые новые мотивы и приемы немедленно были заимствованы и переработаны, подчас довольно примитивно.
18. Фонтенбло. Загородный дворец, с 1528 г. Галерея Генриха II, Делорм, Приматиччо: га- лерея Франциска I, 1533—1540 гг., Россо. Приматиччо
строителями наиболее ранни» , менитого загородного п»п Стей зна‘ (рис. 18. 19). Среди этих стпАЦа Фпнтенбло <«>м месте следует иазмтьСпп ИТелей напеР‘ ля Лебретона, возводивш₽гп₽Я?ЧИКаЖил’ 1528 г), частично на^та'оых JHa4HHait с и с сохранением некоторых 4acTeTMeHTaX замка, дворцовые злянио * частеи старого ваемого ОвальногоТора Ж™ наз“’ гие корпуса дворца (рис 20) кРУ‘ пч заимствована равномерная пяпШ Мб°ра пилястр (с игнорированием пагплСТаН°ВКа окон) ; из Мадридского замка “т НИЯ ные фронтоны над окнами и большему циркульные арки (с окнами) с круглыми медальонами в пазухах (в фасаде' здания Трис. галеРаи Генрих? Дворцовый ансамбль продолжали пас- ширять и достраивать вплоть до начала XIX в. Его наружный вид никогда не отли- чался особенными художественными дос- тоинствами. Зато некоторые интерьеры и их убранство занимают важное место в ис- тории французских дворцовых интерьеров XVI в. Среди них особенно хороши Галерея Франциска I и Галерея Генриха II. Пер- вая-создание итальянцев Россо и При- матиччо1, вторая —Приматиччо и Делорма, доработавших и изменивших выстроенную Лебретоном основу здания. Широко исполь- зуя в Галерее Франциска I приемы итальян- ского декоративного искусства своего вре- мени, Россо и Приматиччо сумели, однако, создать на французской почве своеобразный новый вариант. В декоре главную роль иг- рают стуковые рельефы, стенная живопись, деревянные панели и богатые кессоны по- толка. В Галерее Генриха II, помимо дере- вянной декоративной обшивки, особенно важное место заняла стенная живопись, к сожалению, совершенно испорченная при обновлении в XIX в. Широкое применение во Франции полу- чили гротески, ставшие и в Италии попу- лярной декоративной формой под влиянием Рафаэля. Роль ватиканских лоджий сыг- рала в Фонтенбло 150-метровая Галерея Улисса, расписанная сценами из Одиссеи с введением гротесков в ее богатый живопис- ный декор. Над этой росписью Приматиччо работал вплоть до своей смерти (1570 г). 1 Приезд Россо во Францию относится, по видн- мому, к 1531 г., Приматиччо —к 1532 г. Знаменитая в свое время галерея была уничтожена в 1738 г. Искусство Рафаэля и его ближайшего ученика Джулио Романо было вообще од- ним из главных источников вдохновения для художников-декораторов так называемой «школы Фонтенбло», возглавляемой Россо и Приматиччо, который до приезда во Фран- цию работал с Джулио Романо над украше- П9
21. Сен-Жермен. Замок. 1539—1549 гг. Пьер Шамбиж н др. Фрагменты дворового фасада, план нием маитуанского палаццо дель Тэ. Россо, находясь также под сильным влиянием Ми- келанджело, переносил его насыщенный, пластический динамизм в свое блестящее, хотя несколько поверхностное декоративное искусство. Вилле-Коттере. Непосредственно вслед за окончанием Овального двора Фон- тенбло началась (1532 г.) постройка срав- нительно небольшого королевского дворца в Вилле-Коттере. Здесь французская архитек- тура сделала следующий шаг в сторону сближения с классическими формами: при- менены два этажа сильно выступающих ор- деров с внушительными модульонами в со- ставе венчающего антаблемента. Все де- тали еще грубоваты, но, например, капите- ли уже начинают приближаться к антич- ному канону. В ряде провинциальных памятников того времени замечается постепенный прогресс в освоении ордерной архитектуры. Мощным толчком к этому послужили выход в свет во Франции в 1542 г. первого перевода Витру- вия и приезд Серлио (1541 г). Замок Сен-Жермен. Характерная для раннего французского Возрождения комбинация готической конструкции с ита- льянскими формами и декором своеобразно 380 выражена в Сен-Жерменском замке, пост- роенном Пьером Шамбижем и его преем- никами (1539—1549гг.).Замок построен на старых фундаментах; сохранены донжон и крепостная стена с машикулями и дозорным обходом (рис. 21). Шамбиж возвел еще два этажа дворцовых помещений. Кровли из больших каменных плит уложены с напус- ком поверх сводчатого перекрытия, потре- бовавшего устройства контрфорсов, кото- рые на наружных фасадах образуют глу- бокие внутренние простенки, а во дворе по- готически выведены наружу. Впрочем, контр- форсы были недостаточны и наряду с ними здесь же применены металлические затяж- ки. Вверху и над вторым этажом контрфор- сы связаны между собой арками. В глубине образовавшихся высоких ниш помещены полуциркульные окна, очень напоминающие в главном, третьем, этаже окна Скуола ди Сан Марко в Венеции. Обращает на себя внимание относитель- ная простота наружного вида замка. Свое- образная облицовка, в которой архитектур- ные детали (углы, пилястры, архивольты, обрамления окон и т. д.), выполненные глав- ным образом в верхней половине фасадов из сравнительно темного кирпича, выде- ляются на фоне более светлого тесаного
22. Замки АэелеРидо, Балансе и Шеноксо
камня и штукатурки,— прием, по-видимому, подсказанный итальянской архитектурой, как и некоторые новые для Франции формы, например террасообразное увенчание зда- Аналогичный указанному прием обли- цовки был применен в некоторых частях зданий Двора Белой лошади в Фонтенбло и в несохранившемся охотничьем дворце Ла- Мюэтт около Сен-Жермена. Многочисленные замки, которые строи- лись и перестраивались в прилегающих к Луаре районах и в ряде других местностей Франции, стилистически сходны с королев- скими дворцами. Это объясняется главным образом участием королевских зодчих в их строительстве или подражанием. К числу наиболее характерных сооружений этого типа принадлежит небольшой замок Азэ- ле-Ридо (1518—1524 гг.), построенный на небольшом островке на реке Эндре. Типич- ны для своего времени башни по углам, на- верху обходная дозорная галере'я с лож- ными машикулямн, остроконечные крыши и люкарны, а также пестрое сочетание готи- ческих и ренессансных деталей (рис. 22). Из прочих замков наибольшей известно- стью пользуются грандиозный Балансе (около 1540 г., рис. 22); замок Шенонсо, построенный на искусственном основании посредине реки (около 1520 г., рис. 22); пышный Шантильи (окончен в 1530 г., впо- следствии разрушен) и Фонтэн-Анри с его фантастически высокими крышами. 1 Общественные здания и жилые дома. Хорошим примером попытки синтезировать готические и ренессансные формы является интересный фасад здания Финансо- вого бюро в Руане (1510 г., рис.23), построенного Роланом Леру. В напоминающем готику каркасе фасада по-новому подчеркнуты внушительные сквозные горизонтали венчающего карниза и междуэтажных лент стены. В декоре ф;,- сада использованы и чисто готические мо- тивы поставленных одна над другой статуй с балдахинами, и подобие ренессансного ордера с горизонтальными междуэтажными панно и круглыми медальонами в них. Ор- дер переработан, однако, в готическом духе, подчинен основным членениям каркаса О готике напоминают также свобод- ный выбор высоты этажей, расположение наиболее высокого этажа в самом верху, каменные крестовины оконных рам, коробо- вая форма арок и некоторые профили. В це- лом, архитектура фасада говорит об измене- нии вкусов, предвосхищавших Возрождение. Время правления Франциска I (1515— 1547 гг.), не жалевшего средств на пост- ройку дворцов, было важной вехой в исто- рии французской архитектуры XVI в. Вслед за королем перестраивала свои замки и вер- 23. Руан. Финансовое бюро, 1510 г. Ролан Леру. Фасад по Соважо
^иииин хушка французского дворянства. Новые ар- хитектурные веяния охватывали строитель- ство всех состоятельных классов француз- ского общества. В обращении к формам, навеянным итальянским Возрождением, не отставали от столицы и более богатые про- винциальные города. Сдвиги в архитектуре богатого город- ов
ского жилого дома хорошо иллюстрирует отель д'Эковилль в Кане (1535— 1538 гг.), в котором большое внимание об- ращено на геометрическую правильность плана, хотя он весьма далек от строгой сим- метрии (рис. 24). Членение на этажи под- черкнуто одноэтажными ордерами. Орна- ментальные детали — сплошь ренессансного происхождения и исключительно тонкой ра- боты. О живой готической традиции гово- рят высокие раздельные крыши над каждой частью здания, фонари над главной винто- вой лестницей и каменные крестовины в ок- 25. Тулуза. Отель Бернюи, около 1530 г. 26. Руан. Отель Бургтерульд. Фрагмент галереи По всей вероятности, не без участия итальянцев декорирован фасад галереи из- вестного отеля Бургтерульд в Руа- н е (рис. 24, 26). Застекленная в настоящее время галерея раньше была, по-видимому, открытой. Рельефы искусной работы, за- ставлявшие предполагать в них руку мас- теров Гайона, сплошь покрывают ее фасад с типичными для Франции коробовыми ар- кадами и обычным в то время членением фасада сеткой плоских пилястр и сложных поясов. В галерее использован, в частности, пе- реработанный на французский лад попу- лярный в северной Италии мотив канделяб- В более монументальной и рафиниро- ванной форме использован этот мотив во дворе отеля Бернюи в Тулузе (рис. 24), перестроенного около 1530 г. и принад- лежащего испанскому купцу. Плоскостной декор уступил здесь место обработке стены пластическими, в частности ордерными, де- талями. В довольно пестрой, напоминающей Испанию, архитектуре двора отеля совме- щены разнородные стилистические элемен- ты, например полуциркульные арки с готи- ческим окном, обрамленным колоннами античного ордера (рис. 25). В общем зда- ние не лишено своеобразной целостности, хотя богатство форм и деталей здесь прева- лирует над ясностью и логикой компози- ционной схемы. Из общественных зданий так называе- мого «стиля Франциска I» наряду с боль- шой Парижской ратушей, разру- шенной в 1871 г. (рис. 27), особого упоми- нания заслуживает ратуша Божа н си — маленького городка на Луаре недалеко от Построенный в 1526 г. новый фасад ее, за исключением нескольких второстепен-
13 вил. том V
29. Ренн. Отель де-ла-Мусс»; Сен-Бриэ, жилой дом д'Алибера (рис. 28). Они похожи друг на друга; оба относятся, по-видимому, к се- редине столетия и. несмотря на незначи- тельные размеры, построены, вероятно, не без участия одного из видных архитекторов, возможно, Дюсерсо. Оба дома построены на узких участках, в обоих — спереди тор- говое помещение с большим выставочным проемом (не воротами), открывающимся на улицу. Асимметрия фасада обусловлена планом. В декоративной обработке фасада главным мотивом являются ордера пилястр Скульптурный орнамент имеет барочный характер. Для французской традиции ха- рактерно разнообразие формы проемов и связанная с этим непринужденность общей композиции фасада. В сферу влияния Возрождения, преоб- ражавшего дворцовую архитектуру, посте- пенно втягивалось и городское фахверковое строительство. Деревянный каркас с прямо- угольной сеткой оказался естественным конструктивным остовом для резьбы, изо- бражающей пилястры и декоративные поя- са ренессансных каменных зданий «стиля Франциска I». Примером сочетания этих мотивов с готически свободным, несиммет- ричным и нерегулярным распределением проемов и простенков самых различных пропорций может служить дворовый фасад отеля Де-ла-Муссэ в Ренне (рис. 29). Подобия ордеров встречаются в не ли- шенных своеобразной теплоты фасадах не- богатых фахверковых домов в бретонском городке Сен-Бриэ (см. рис. 29). Утонченную ренессансную переработку фасада готиче- ского деревянного дома мы видим в фасаде так называемого дома Дианы де Пуа- тье (отеля Кабю) в Орлеане (рис. 30). Новая волна французского Возрожде- ния связана с появлением около середины столетия знаменитой плеяды архитекторов. Филибера Делорма, Жана Бюллана, Пьера Леско и Жака Андруэ Дюсерсо. Филибер Делорм. Делорм (примерно 1510—1570 гг.), сын строителя, начиная свою деятельность, был уже достаточно к ней подготовлен. Практическая подготовка соче- талась у него с широкой по тому времени образованностью, позволившей ему впослед- ствии выступить в качестве теоретика с большим трактатом по архитектуре («Архи- тектура» и «Новые изобретения, чтобы строить хорошо и дешево»)1. Три года, про- веденные Делормом в Италии (1533— 1536 гг.), дали ему хорошее знакомство с античностью и итальянским Возрождением. Готика с ее конструктивным мастерством также в какой-то мере привлекла его вни- мание. В 40-х годах он построил замок Сен- 1 «L’Architecture». 1567, «Nouvelles inventions pour bien bAtir et A petits frais». 1561.
был наПз°наченЗУкопадев 3аМ°К Анэ’в 1548 г В 50-х годах он создал СГалепеюГТеКТОр0^ в Фонтенбло и гробнипч ГенРиха Н Сен-Дени. В 1563 г „„У ф₽ан1‘иска I в королевского дворца Тюил.’пи" ПОСТРОЙКУ занимал того высокого пос™^ Н° уже не И=₽- - ТюильриГпо?ибВв°18?Гг3ТН^ замок Сен-Мор несушестВчЛТ₽°еННЫЙ ,им сохранился лишь в небольшой' чат* 3 дер ОтверВЛяМпНИе ДеЛ°РМа пРиа"««лор- лер. отвергая произвольность в размете нии и пропорциях, он признавал ₽в то же время возможность множества вариантов ордера. Принадлежащие Делор му Р плани- ровки дворцовых ансамблей по сложности и размаху оставляют далеко позади*нало гичные работы его предшественников В то время как часть произведений Делорма от- личается благородной простотой, другая перенасыщена архитектурными деталями и формами. Особо следует упомянуть раннее произ- ведение Делорма —часть замка Сен- Мор, построенную около 1544 г. для карди- нала Дю-Беллэ. Это наиболее итальянизи- рованное архитектурное сооружение во Франции накануне перелома в общем сти- листическом развитии архитектуры, перехо- дившей от «стиля Франциска 1» к «стилю Генриха II». Одноэтажные фасады Сен- Мора, за исключением второстепенных де- талей, были подчинены схеме ордера и гар- моничным ордерным пропорциям; крыша скрыта за ордерным аттиком. Замок Анэ (рис. 31) построен Делор- мом (1546 г.) заново целиком, за исключе- нием некоторых частей, главным образом на восточной его стороне. Он представляет собой новый для Франции тип усадебного ансамбля, довольно сложного по планиров- ке, но целостного по архитектурно-художе- ственному замыслу. Ансамбль включает, по- мимо расположенных вокруг парадного двора зданий, не превышающих в высоту двух-трех этажей, еще два боковых двора и большой сад-цветник позади. Все это было окружено рвом. До нашего времени сохранилась только часть ансамбля Анэ: жилой корпус по ле- вой стороне парадного двора, передняя сто- М L..1 30. Орлеан. Дом Дианы ле Пуатье роиа двора с главными воротами и церковь с правой стороны ансамбля. Главные во- рота сохранились в почти не измененном виде. В левом корпусе позднее был добав- лен ризалит с ордерным декором в цент ральной части и повторены сзади угловые башенки, по аналогии с башнями по перед ней стороне. Окружавшие парадный двор корпуса до- вольно просты; определяющую роль нгпает главный этаж с характерными высокими
31. Аиэ. Замок, начат в 1546 г. Ф. Делорм. Общий вид по Дюсерсо; ворота — план, фасад и разрез окнами. Новым мотивом являются откры- тые ордерные галереи первого этажа по правой стороне и по фасаду главного дво- рового корпуса. Не без некоторой натяжки введен в середине фасада трехъярусный ор- дерный портал, перенесенный в настоящее время во двор Школы изящных искусств в Париже. В окнах и люкарнах использованы ренессансные декоративные детали. Ворота Анэ, в нижней части отдаленно напоминаю- щие триумфальную арку, в целом представ- ляют собой оригинальную композицию. В ряде подчеркнуто вертикальных деталей дворца, например в его угловых башенках и трелъярусном портале, отдана дань ува- жения некоторым традициям готики. В де- Ш коре многое обусловлено претенциозными вкусами заказчика, и, несмотря на мастер- ство в отдельных частях дворца, его компо- зиция в целом лишена подлинного, органи- ческого единства. Интерьеры замка были отделаны с ис- ключительной роскошью. Тюильри. Тюильрийский дворец (рис. 32) был главным произведением зодчего, наиболее значительным по задуманным мас- штабам (260X160 м). План Тюильри отличается многообра- зием частей и в то же время единством це- лого. В пропорционировании частей дома и дворов видно старание гармонично варьи- ровать их размеры, сочетая грандиозность
32. Париж. Дворец Тюильри, начат в 1563 г. Ф. Делорм, 1570—1572 гг. Ж- Бюллан. Перспектива дворца и план по Дюсерсо; схематический план Лувра я осуществленного (западного) корпуса Тюильри Мглпоп п1Я71 г\ одних и сравнительную скромность других. Характерной для времени чертой было от- сутствие соединительных коридоров, в силу чего большинство залов были проходными и самостоятельные входы имели с галерей. Многое в плане продиктовано соображе- ниями формальной симметрии, а не прак- тической необходимости. Главную роль в планировке дворца иг- рала показная сторона придворного быта. Данью традициям старины был ров, отде- лявший дворец от внешнего мира. В то же время при дворце разбили великолепный регулярный сад. Главный фасад разделен на девять час- тей, из которых пять ризалитов выделены еще и наличием дополнительного третьего этажа и высокими крышами. Из четырех промежуточных отрезков фасада два. при- мыкающие к угловым павильонам, просты, отрезки по сторонам центрального павиль- она, наоборот, композиционно выделены и рассчитаны на большой декоративный эф- фект. Они обработаны в виде аркады с ордером, увенчанной аттиковым этажом с окнами-люкарнамп. В примененном здесь ионическом ордере Делорм ввел изобретен- ную им «французскую колонну*, особенно- стью которой является разбивка ствола на декорированные пояса. Делорм успел выстроить только сере- дину западной стороны. Грандиозный замы-
33. Сен-Дени. Гробница Франциска I, 1557—1558 гг. Ф. Делорм 34. Шантильи. Шатле, середина XVI в. Бюллаи сел зодчего был в дальнейшем оставлен а и выстроенному добавлены с юга и севева части совершенно другого характера. Н Архитектурная композиция гробницы Франциска J в аббатской церкви Сен- Дени (рис. 33) основана на схеме римской трехпролетной триумфальной арки, укра- шенной ионическим ордером. Схема свое- образно переработана Делормом в соответ- ствии с местом и назначением сооружения и монументальная архитектура римских триумфальных арок приобрела здесь фран- цузское изящество. В арке красиво исполь- зован белый, черный и серый мрамор. Жан Бюллан. Рядом с Делормом лич- ность и творчество Бюллана (1515—1578 гг.) остается несколько в тени. Гораздо скром- нее его труд о пяти ордерах колонн по Вит- рувию, скромнее и созданные им сооруже- ния: так называемый Шатле в Шан- тильи (рис. 34), полуразрушенная гале- рея-виадук в Фэр-ан-Тарденуа и порталы в замке Экуан, где довольно близко повторен ордер римского храма Юпитера Статора. В стремлении приблизиться в своем творчестве к монументальности древнего Рима Бюллан стоит несколько особняком не только среди ближайших современ- ников, но и среди всех французских архи- текторов XVI и первой половины XVII вв. Заимствуя из античности ордер прежде всего как элемент архитектурного декора, Бюллан пытался также возродить целиком величественный римский портик, повторить мощные формы римских акведуков и мемо- риальной колонны и вдохнуть новую жизнь в схему триумфальной арки, изменив ее почти до неузнаваемости и использовав для лоджии на высоте третьего этажа. Бюллан прибегал иногда к эффектным, но довольно рискованным сопоставлениям форм и мас- штаба, обнаруживая композиционную не- зрелость французской архитектуры того времени в наивных попытках сочетать клас- сику и национальные традиции. Особенно показательны в этом отноше- нии один из порталов и лоджии в зам- ке Монморанси в Экуане (рис.35). Для повышения внушительности облика здания Бюллан прибег к приемам контрас- та между большими и малыми формами и к увеличению проемов снизу вверх. Но мас- штабный контраст ордера и арочных про- емов в портале или средней и верхней арок в лоджии (в свое время остававшихся от- крытыми) воспринимается здесь как диссо-
Главным достоинством зодчего надо признать вкус в прорисовке профилей, в де- коре архитектурных элементов, в удачном комбинировании орнаментированных и глад- ких деталей. Большим успехом у французских архи- текторов ближайших поколений пользова- лась книга Бюллана об ордерах (ее переиз- давали в начале и в середине XVII в. иона упомянута в основательном труде Фреара де Шамбрэ об ордерах). Пьер Леско. Создатель первоначального здания Лувра Пьер Леско (1500 или 1515— 1578 гг.) —скорее блестящий придворный, чем профессионал-архитектор, хотя он и получил основательное общее и специаль- ное образование. Некоторые исследователи считают подлинным автором приписывае- мых ему произведений его близкого друга. г 35. Эк\ан. Замок, начало — 1538 г., конец — третья четверть XVI в. Бюллан и др. 36. Фэр-ан-Тармн^ Г^я-анажук. c.pw« нанс. Диссонансом звучит также соединение римского ордера и классической арки с французскими окнами, крышами, люкар- нами, арками приземистой формы и т. д. В меньшей степени стилистическая и мас- штабная разнородность форм чувствуется в галерее-виадуке ф ’ Р ’а “' ТД₽ * JL (рис. 36), может быть, наиболее интерес ном произведении Бюллана.
'АТ. Париж. Дворец Лувр, с 1546 г. Пьер Леско и скульптор Жан Гужон. План, дворовый фасад, его фрагмент и потолок
знакомого^0» скульпт0₽а- основательно ЖaнaMOfyжoиa^PXI,TeKTУpИЫ,, мастерством, В середине XVI в. в Париже началось строительство королевского дворца Л«в ра, сначала сравнительно небольшого зда- ния. впоследствии, однако, чрезвычайно разросшегося и соединенного с находив шимся к западу от него Тюильрийским дворцом в огромный ансамбль. Пьер Леско строил этот дворец при участии Жана Гу- жона. Этот ранний Лувр-одно из наибо- лее выдающихся произведений достигшего своей зрелости французского Возрождения (рис. 37). План дворца еще чрезвычайно прост и рассчитан, очевидно, лишь на парадность придворной жизни. Главное внимание Лес- ко и Гужона привлекал не интерьер дворца, а его фасад, в котором им удалось достичь своеобразной красоты, гармонии и празд- ничности. Ордерный декор фасада нахо- дится в тесном соответствии сего объемным строем, этажностью, распределением на- ружных проемов. Первый и второй парад- ные этажи украшены двумя изысканно на- рядными ордерами: коринфским и компо- зитным. Расположенный над ними более низкий, аттиковый этаж, в свою очередь, обработан подобием коринфского ордера, но с укороченными пилястрами, упрощен- ными капителями и антаблементом. Над аттиковым этажом возвышается почти от- весная кровля, составляющая неотъемле- мую часть общей композиции фасада. Про- ходящий по всей длине первого и второго этажа ордер варьирован: в ризалитах он дан с полуколоннами, сдвинутыми более тесно, наподобие четырехколонных порти- ков, в середине промежуточных частей при- менены плоские пилястры. Несмотря на то, что многие существен- ные черты луврского фасада заимствованы из Италии, в целом —это произведение французского Возрождения. Национальное своеобразие проявляется в изящном, не очень строгом облике фасада и в особенно- стях композиции (несколько напоминающая готику устремленность вверх ризалитов с по- луциркульными фронтонами и высокая на- рядно декорированная кровля). Также ха- рактерны окна почти во всю высоту второго этажа и закладка арок нижнего этажа с прорезанными в них окнами Главный фа- сад дворца рассчитан на обозрение его в целом /соответственным образом архитек- турно разработан. Внутри интересны лест- ницы и перекрытый цилиндрическим сводом большой зал нижнего этажа с кариатидами Гужона, которому принадлежит также рель- ефный декор лестницы и фасада. Постройка была начата на фундаментах старого замка; Леско успел выстроить лишь западное крыло и половину южного, с па- вильоном на углу. Наружный фасад был суров и окружен крепостным рвом. Помимо работ в Лувре, Леско и Гужо- ном создан Фонтан Невинных и отель Кар- 39, Замок Шарлеааль. Ж. А. Дюсерсо. План и фраг- мент дворооиго фасада 3W
40. Тулуза. Отель д'Access, середина шелье. План, глав- ный вход я гале- рея двора навале. впоследствии переработанный Ф. Мансаром. " Историческое значение Жака Андпуэ Дюсерсо старшего (1505 или 1510— 1585 гг.) — не в его архитектурной деятель- ности. Ему принадлежат многочисленные серии гравюр, изображающих всевозмож- ные архитектурные детали, орнамент, а так- же и целые архитектурные сооружения. Он воспроизводил итальянские и французские образцы, заимствовал материал из чужих увражей, частично подвергая его перера- ботке. Но основная доля материала — соб- ственные изобретения Дюсерсо. Главная работа Дюсерсо, «Наиболее прекрасные постройки Франции» (1576— 1579 гг.), служит важнейшим документом для истории французской архитектуры XVI в. Гравюры, посвященные французско- му Возрождению, представляют собой ис- ключительную ценность, так как ряд изо- браженных зданий бесследно исчез с лица земли. Гравюры отличаются большой до- кументальной точностью и тонкостью испол- нения (рис. 38, 39). Весь этот материал оказал огромное влияние на французскую архитектуру, в особенности на рядовую. В воспроизведении античности Дюсерсо был гораздо менее строг и, рассматривая ан- тичные памятники главным образом как ис- точник интересных мотивов для архитек- торов-практиков, позволял себе перемеши- вать мотивы и композиции античных па- мятников с собственными композициями на аналогичные темы, чрезвычайно многочис- ленными и разнообразными по тематике. Многие его проекты стоят на почве французской архитектурной традиции. Дю- серсо пытался дать ряд совершенно новых композиций, исходя в плане архитектурных комплексов из простейших геометрических фигур, например квадрата и круга, и нара- щивая к ним со всех четырех сторон даль- нейшие геометрические формы. В своем де- коративном искусстве Дюсерсо — типичный представитель французской разновидности барокко, из всевозможных, часто своеоб- разно переработанных, классических и ре- нессансных мотивов создававший компози- ции, новые по стилю, но обнаруживающие свое внутреннее родство с готикой в дина- мизме и орнаментальной насыщенности (приводившей нередко к художественной перегрузке). Интересными памятниками городской жилой архитектуры середины XVI столетия
41. Париж. Королевская площадь (площадь Вогезов) и фрагмент фасада, начало XVII в.. Шатвльон в др. 42. Дижон. Собор Сен-Мишель, начат в 1537 г. 43. Ларошель. Ратуша, 1589 г. (1605-1607 гг.)
обладает Тулуза, где работал выдающийся провинциальный зодчий Никола Башелье (приблизительно 1487—1550 гг.). Отец Ба- шелье— выходец из Италии и ученик Бру- неллеско; сам он также работал около 1510 г. в Италии под руководством Микел- анджело. Башелье приписывают в Тулузе едва ли не все значительные сооружения. Одним из наиболее интересных его про- изведений считается отель богатого ту- лузского купца Ассеза (рис. 40). Замк- нутый трапецеидальный двор отеля окру- жен двумя трехэтажными корпусами (с уг- ловой башней), двухэтажной лоджией с надвратной частью и высокой переходной галереей на консолях. Фасады трехэтажных корпусов обработаны тремя ярусами лож- ных ордерных аркад, причем в третьем эта- же применен так называемый «мотив Пал- ладио». Несмотря на весь итальянизм фа- садов, на них лежит налет своеобразного французского стиля того времени. Не пре- одолено противоречие между формой окон и арок в двух первых этажах. Характерной чертой отеля является разнородность его различных частей — соединение ренессанс- ных форм с напоминающими готические и раннебарочные при наличии и местных про- винциальных особенностей, в частности ком- бинации камня и кирпича. Эти разные эле- менты архитектор пытался до известной степени стилистически примирить. Отсут- ствие подлинного единства здесь подме- няется богатством архитектурных моти- вов—отличительной чертой многих произ- ведений французского Возрождения. Из немногочисленных церковных соору- жений, относящихся к XVI в., характерна для переходного стиля церковь Сент-Эс- таш в Париже (1532 г. — середина XVII в.). План, конструкции в этом соору- жении готические. Декорация же почти вся построена на мотивах Возрождения, в част- ности на свободном применении элементов ордера. Западный фасад перестроен по про- екту XVIII в. Иной, по стилю более поздний вариант совмещения церковной готики и Возрожде- ния представляют собой башни собора Сен Мишель в Дижоне (нижний этаж его закончен в стиле Франциска I в 1537 г.). Ордер здесь применен не произ- вольно, а взят как нечто целое, без измене- ния пропорций, с повторением несколько раз по высоте здания (рис. 42). В резуль- тате— превращение готической башни в тя- желое нагромождение однообразных эта- жей и противоречие между сравнительно миниатюрными размерами ордера и мощ- ными формами готической конструкции. Важным градостроительным начинани- ем рубежа XVI и XVII вв. была плани- ровка новой Королевской пло- щади (ныне площади Вогезов) в Париже (рис. 41). Участки вокруг площади, частич- но застроенной правительством по проекту Клода Шатильона, сдавались частным вла- дельцам, обязавшимся возвести однотипные фасады. Архитектура этих зданий сравни- тельно проста. Помимо обрамленных пиля- страми арок нижнего этажа основным ее мотивом является противопоставление кир- пичной и каменной кладки. Своеобразным архитектурным памятни- ком является фасад здания Ратуши в Ла- рошели (рис. 43), начатого в 1605 г. (по другим данным, в 1589 г.) и законченного в 1607 г. Своей декоративностью и обиль- ной пластикой фасад ратуши в известной степени близок современному ему фламанд- скому барокко. История архитектуры французского Воз- рождения заканчивается на рубеже XVI и XVII вв. Архитектура не только в совершен- стве овладела уроками итальянского Воз- рождения и раннего барокко, но и вступила на путь самостоятельного творчества в том же направлении. Французские зодчие со- здали в XVI в. ряд произведений, весьма отличных от всего того, что было создано в Италии. В XVII в. французская архитектура раз- вивается по пути дальнейшей переработки созданных Возрождением архитектурных форм, идя к созданию своеобразного син- теза классики и национальных традиций. Этот синтез получил свое законченное вы- ражение в архитектуре французского клас- сицизма, занявшего столь видное место в архитектуре XVII и XVIII вв.
В конце XV и начале XVI вв. в полити- ко-экономической жизни Испании произо- шли существенные изменения. К тому вре- мени разрозненные испанские королевства и провинции объединились в испанское го- сударство, закончилась многовековая ре- конкиста (отвоевание находившихся под властью арабов испанских земель). Нача- лась эксплуатация туземного населения на захваченных Испанией территориях Нового Света. Связанное с великими географиче- скими открытиями конца XV —начала XVI вв. оживление промышленности и мор- ской торговли способствовало развитию буржуазных отношений, особенно в южных приморских провинциях Испании. К началу XV в. относится зарождение в Испании гуманистических идей, расшаты- вавших основы средневекового схоластиче- ского мировоззрения. В области архитек- туры первые проявления новых тенденций относятся к концу XV в. В это время здесь не было еше того резкого разрыва с готи- кой, который отметил первые шаги Воз- рождения в Италии. Плановая и конструк- |инная основы зданий продолжали оста- ваться неизменными. Новые тенденции проявлялись на первых порах в создании новых архитектурных образов с помошью привычных готических и мавританских форм. Превращение Испании при Карле V в мировую державу, в которой, по старинно- му выражению, «никогда не заходило солн- це», способствовало усилению культурных связей Испании с другими странами Евро- пы, в первую очередь с Италией. Поездки испанских зодчих в Италию и работа в Ис- пании итальянских мастеров (в частности, скульпторов, выполнявших надгробные со- оружения по заказам испанской знати) помогли ознакомлению испанцев с ордерной системой и архитектурными идеями италь- янского Возрождения. В произведениях испанской архитектуры наряду с готически- ми и мавританскими формами начали появ- ляться элементы ордера, сначала в чисто декоративном плане. Эта первая фаза в развитии испанского Возрождения благо- даря чеканной тонкости декоративных форы получила (с XVII в.) наименование <пла- тереско» (pl ateria — ювелирное мастер- Наряду с платереско на рубеже первой и второй четвертей XVI в. возникло и дру- гое течение, в основе которого лежало тек- тоническое понимание ордера, большая строгость плановых построений и сдержан- ность декора, навеянные изучением антич- ной классики и работ итальянских масте- ров. Очень часто испанские историки архи- тектуры применяют к этому направлению термин «греко-римское» (greco-romano). Развитие капиталистических отношений шло в Испании очень замедленным темпом Царствование Филиппа 11, фанатического католика, «викария святейшего престола», беспощадно искоренявшего с помощью ин- квизиции не только религиозную ересь, но и всякое проявление свободной мысли, было крайне неблагоприятным для развития оптимистического искусства Возрождения. Это предопределило большую ограничен- ность его поздней фазы развития, относя- щейся ко второй половине XVI в. Изменения в политической жиэии, со-
циально-экономическом и культурном раз- витии Испании в конце XV и в XVI вв. ска- зались на типологии сооружений. В градо- строительстве эти изменения отразились сравнительно мало. Оживление промыш- ленности и торговли, происшедшее в конце XV и начале XVI вв.. затронуло главным образом города южных провинций — Ката- лонии и Валенсии. Открытие Нового Света особенно благоприятно сказалось на Се- вилье. которая получила монопольное право на трансатлантическую торговлю и стала главным портом Испании. В числе главных торговых и промыш- ленных центров Испании продолжали оста- ваться также Барселона и Валенсия. Насе- ление в этих городах и в первую половину рассматриваемого периода начало быстро расти. Росла и территория этих городов, возникали новые жилые кварталы, появля- лись общественные здания. Гораздо медленнее развивались города других испанских провинций, в том числе зев и Кастилии. Это обусловливалось главным образом той ограниченностью развития раннекапиталистических отношений в Ис- пании, о которой уже говорилось. С объединением испанских провинций в целостное государство и превращением Ис- пании в мировую державу встал вопрос о ее столице. Филипп II, очевидно, для того, чтобы не возвеличивать ни один из старых центров испанских провинций, перенес свою резиденцию в 1560 г. в Мадрид—незначи- тельный до того времени город, находив- шийся в географическом центре страны. Однако Мадрид продолжал оставаться не- большим, грязным и неблагоустроенным городом, застроенным в основном одно- этажными домами. Планировка испанских городов в конце XV —начале XVI вв. изменилась очень мало. Испанские города в целом сохра- няют в это время средневековый характер. В их планировке по-прежнему господство- вала сложная, запутанная сеть криволиней-
£>ОрИОмЛОЩаДИ перед СТарым готическим со- Соборы, ратуши, алькасары (двое чы арабских властителей, позднее исполь- испанским" королями) образовы- вали архитектурные акценты, эффектно за- вершая перспективы многих улиц В испанских городах, в течение длитель- ного времени находившихся под владыче- ством мавров, можно легко проследить В^Т”ке тмусУль“анск°го градостроитель- ства. В Толедо, Севилье, Валенсии и Бар- селоне, Сарагоссе и т. д. сеть улиц приоб- рела особенно сложный и запутанный ха- рактер. Площадей почти нет. Дома выходят на улицу глухими фасадами, почти лишен- ными оконных отверстий. В течение рассматриваемого периода ни- какие серьезные градостроительные меро- приятия, которые могли бы изменить харак- тер испанских городов, не проводились (широкоизвестные примеры регулярных, целостных ансамблей Испании относятся к более позднему времени). Возводились лишь отдельные здания, ставшие новыми архитектурными акцентами. Иногда новые здания располагались в непосредственной близости к уже существующим монумен- тальным сооружениям, являясь одним из звеньев постепенно складывающихся город- ских ансамблей. Чаще всего, однако, новые крупные общественные здания и частные дворцы были расположены среди мелкой рядовой застройки улиц и вносили в облик старинных улиц новую масштабность, кото- И га рую приходилось учитывать при застройке в дальнейшем. Благоустройство испанских городов продолжало оставаться очень примитив- ным. Улицы были грязными, источниками водоснабжения чаще всего были колодцы или река, откуда воду развозили бочками. В Сеговии с этой целью успешно использо- вали акведук, сложенный еще римскими строителями. Планировка и конструктивные приемы рядовых городских жилых домов сохраня- ют тесную связь с традициями народного зодчества. Жилые дома в городах иногда очень немногим отличаются от жилищ в 2. Кастилия. Жилой »м. Ибарре (Бискайя). Каса Арангурен; Гойсуэта (Баско- ния). Жилой дом
3. Ла Манча. Мельница; Левант. «Барракос» сельских местностях. Типы жилых домов варьируются очень сильно под влиянием различных климатических условий, быто- вых навыков, в зависимости от местных строительных материалов и художествен- ных традиций (рис. 1—5). Очень часто в Испании в структуру дома включали внутренний дворик (патио). В больших домах иногда можно встретить и два внутренних двора, один из которых использовался обычно для чисто хозяйст- венных целей. Лишь в северных провин- циях с холодным, дождливым климатом преобладала компактная планировка жи- лищ. Жилой дом в Кастилии обычно имеет два этажа. В первом этаже расположены большие сени (сагуан), используемые в ка- честве кладовой и рабочего помещения. В городах сагуан сообщается с патио, в де- ревнях— с корралем (двор для скота) или огородом. В первом этаже размещает- ся также кухня и жилая комната. В домах ремесленников и торговцев в части первого этажа размешается мастерская или лавка. Второй этаж, на который ведет лестница, примыкающая к сагуану, занят обычно спальными комнатами. Патио окружают открытые галереи с каменными, кирпичны- ми или деревянными столбами. В качестве стеновых материалов здесь употребляли естественный камень и кир- пич. Внутренние стены делали иногда и землебитными. Кровли — черепичные. Фасады из-за климатических условий делали почти глухими, с редкими и малень- кими оконными проемами. Входную дверь иногда обрабатывали в виде портала. Вплоть до половины XVI в. в композициях порталов господствуют готические или мав- ританские мотивы. В дальнейшем начинает появляться и воспроизведение ордерных элементов. В жилых городских домах басков пер- вый этаж часто занят сенями, кладовой, мастерской (в домах ремесленников) или лавкой. В деревнях на первом этаже поме- щается и хлев для скота. Во втором этаже на главный фасад выходит парадная ком- ната, на задний — кухня. Между ними раз- мещаются спальные комнаты. Стены домов в этой провинции склады- вали из дикого камня. Если главный фасад выходил в сторону, защищенную от ветра, фасадную стену делали фахверковой с кир- пичным заполнением и с большими окон- ными проемами, освещавшими парадную комнату. Верхний этаж часто нависал над нижним. Такие же дома встречаются и в смежных с Кантабрией селениях Кастилии. В деревнях Кантабрии встречаются боль- шие отдельно стоящие крестьянские дема «касериос», в которых над вторым этажом устроен обширный чердак для сушки сена, также слегка выступающий из плоскости главного фасада. Характерная особенность жилых домов басков, обусловленная влиянием климати- ческих условий, — сильно выступающие карнизы. В домах Андалузии, Валенсии и Ката- лонии, сложившихся под воздействием мав- ританской жилищной архитектуры, патио является обязательным элементом плани- ровки дома. В патио, вымощенном раз- ноцветной галькой и окруженном галере- ями, часто устраивали колодцы. Стены складывали из кирпича, штукатурили и бе-
5=r=H«=-= или арабской «плетенкой, °Рнаментам« (р\кР3)НПроТХь*ая°в™утДрТнЯ^ лит первый этаж на две половины В одной „из 7а0бЩее помещение кухни столовой, Чердак используется Гя^шки^азли'чных “х червей™8 И ДЛЯ ₽азведекия »“«>- Стены «барракос» складываются из кир- пича-сырца, изготовленного с примесью рубленой соломы. Легкое деревянное пере- крытие, поддерживаемое продольной бал- кон, опирающейся на деревянный столб подшито, для экономии леса, плетеными циновками. Лишь вдоль прогона устраива- ется легкий деревянный настил, служащий для прохода по чердаку. Кровля из трост- ника. В сельских местностях наряду с жилыми домами народное зодчество создало ряд типов сельскохозяйственных сооружений. Наиболее распространены из них амбары для хранения сельскохозяйственных про- дуктов, так называемые «орреос» (рис. 4). Особенно интересны астурийские «орреос». Складское помещение, требующее хорошей вентиляции, поднималось для защиты от грызунов на каменные или деревянные столбы. С этой же целью поверх столбов клали плоскую каменную плиту, свисавшую со столбов. Кроме того, лестница, ведущая 4. Астурийское «орреос» в амбар и сложенная из камня, сооружа- лась так, чтобы между нею и амбаром оставался значительный зазор, не дающий возможности грызунам перебраться на га- лерею, окружающую складское помещение и образованную свесом балок перекрытия. Стены амбара возводили из местного мате- риала. В Астурии чаще всего ограждающие стены строили из вертикально поставлен- ных бревен, соединенных шпунтом. К числу широко распространенных ти- пов сельскохозяйственных сооружений от- носятся ветряные мельницы, давильни ви- нограда и т. д. Ветряные мельницы ла Ман- чи, увековеченные Сервантесом в «Дон Кихоте», являются и по сей день неотъемле- мой особенностью пейзажа этого пустын- ного плоскогорья (см. рис. 3). На смену укрепленным замкам (строи- тельство которых было запрещено «католи- ческими королями») шли городские двор- 5. Жилые рядовые дома городского типа
цы. Помещения дворца группировались обычно вокруг обширного внутреннего дво- ра. Характерными особенностями компози- ции дворцовых фасадов являются угловые башенки и открытая галерея, идущая по верхнему этажу и обращенная в сторону улицы. В конце XV и начале XVI вв. королев- ский двор, занятый завершением реконки- сты. североафриканскнми и итальянскими военными экспедициями, не вел крупных дворцовых построек, ограничиваясь ремон- том и переустройством своих старых рези- денций и строительством культовых соору- жений. главным образом капелл. Первое большое дворцовое сооружение относится уже к царствованию Карла V. Это дворец в Гранаде. Католическая церковь по-прежнему рас- полагала значительными денежными сред- ствами, позволявшими ей возводить мону- ментальные церковные сооружения. В кон- це XV и начале XVI вв. достраивался самый грандиозный из христианских храмов того времени — кафедральный собор в Се- вилье. Одновременно строили соборы Асторги и Пласенции. Строительство боль- ших соборов Саламанки и Сеговии растя- нулось на весь XVI в. В то же время к старым испанским соборам на средства ис- панских грандов и духовной знати пристра- ивалось много небольших капелл. По своей композиции эти капеллы представляли со- бой разновидности общего архитектурного типа небольшого, близкого к квадрату помещения, перекрытого октогональным сводом. Используемые обычно как усыпаль- ницы, эти капеллы сохранили большое коли- чество замечательных гробниц, выполнен- ных лучшими иноземными и испанскими скульпторами. В области гражданского зодчества поте- ря городскими коммунами их прежнего <начення сказалась в ограниченности стро- ительства зданий городского самоуправле- ния и других зданий общественного назна- чения. возводимых на средства городов. Городские ратуши (аюнтаменто) начали вновь сооружать в течение XVI в. уже по- । ле царствования Фердинанда и Изабеллы. За счет королевской казны и благотво- рительности богатейших представителей туховной знати и аристократии строились больницы, странноприимные дома, учебные заведения. Больница в те времена имела ясно вы- раженный отпечаток монастырской архи- тектуры. Доминирующим объемом обычно была церковь. Высокие, перекрытые готи- ческими крестовыми сводами больничные залы напоминают по своему характеру мо- нашеские общежития средневековых мона- стырей. Просторный внутренний двор, слу- живший местом для прогулок выздоравли- вающих больных, был неотъемлемой частью больничного здания. Учебные заведения проектировали и строили как значительные монументальные сооружения. Входные вестибюли, залы библиотеки, патио, используемые для отды- ха во время перерывов, и церковь отделы- вали очень тщательно, а иногда и велико- лепно. Наиболее распространенным строитель- ным материалом был камень. В централь- ной и южной Испании залежи различных сортов песчаника и известняка встречаются почти повсюду. Также распространены и мраморные породы различной градации по твердости и по цвету. Исторически обуслов- ленной особенностью строительной техники в ряде провинций было одновременное ис- пользование двух систем — готической си- стемы каменных сводчатых конструкций и строительных приемов мастеров-мудехаров, культивировавших сочетание кирпичной кладки стен с деревянными перекрытиями. На севере, в Галисии и провинциях, насе- ленных басками, мягкие, легко поддающие- ся обработке породы камня встречаются редко. Преобладает гранит, затрудняющий изготовление сложных профилей и деталей. Упрощенная плоскостная трактовка деталей придает зодчеству этих районов очень свое- образный отпечаток. В Арагоне трудность добычи пригодного для строительства кам- ня и обилие глин вызвали широкое приме- нение кирпича и развитой, богатой и изощ- ренной техники кирпичной кладки. Испания очень бедна лесом. Это побуди- ло строителей к наиболее экономичному использованию древесины. Широко распро- страненные в Испании мавританские конст- рукции деревянных потолков представляют собой дальнейшую разработку строитель- ных приемов, вывезенных из Аравии. Основ- ной их принцип состоит в создании конст- руктивной сетки, собранной из мелких кусков дерева (artesonado). Даже в зда- ниях, возведенных приверженцами ренессан- сной школы, можно видеть эти, очень лю- бимые испанцами, наборные потолки.
и НАЧАЛА XVI в» Развитие нового стиля протекало в Испании на фоне очень стойких традиций готической и мавританской архитектуры Ряд крупных гражданских и культовых здании конца XV и начала XVI вв. отра- жает эволюцию испанского зодчества. В области гражданских сооружений выделяется дворец Герцогов Инфантадо в Гвадалахаре (рис. 6), построен- ный во второй половине XV в. 'Предположи- тельно под руководством зодчих Хуана и Энрике Гуае. Помещения дворца сгруппи- рованы вокруг прямоугольного внутреннего двора. Характерной особенностью плана дворца является свободная группировка внутренних помещений, не связанная требо- ваниями симметрии. Жилые и вспомога- тельные комнаты дворца соединены в от- дельные группы, связанные внутренними лестницами и двухъярусной галереей, окру- жающей двор. Парадные залы, размещен- ные главным образом в верхнем этаже, об- разуют короткие анфилады. Внутренние лестницы, заключенные в замкнутые лест- ничные клетки, сравнительно скромны по размерам и обработке. Свобода и асимметрия характерны так- же и для композиции фасада, не имеющего четкого членения на этажи. В нижней ча- сти фасада господствует массив каменной кладки, поверхность которой украшена в шахматном порядке частыми четырехгран- ными выступами, создающими богатую игру светотени. В обрамлении портала главного входа, напоминающем обработку дверных проемов мавританских жилых домов, в очер- тании трехлопастных арок верхнего члене- ния стены, в рисунке консолей, поддержи- вающих полукруглые балконы, и в других декоративных элементах отчетливо прояв- ляется воздействие мавританского народ- ного зодчества. Необычайной сложностью отличается декоративная разработка окружающей па- тио двухъярусной галереи. Многолопаст- ные арки, витые колонны, фестончатая об- работка краев арок —все это также отно- сится к традициям мавританского зодче- ства. В то же время в разработке аркады обращает на себя внимание новый прием заполнения надарочных полей сложной де- коративной композицией, составленной из геральдических элементов. В зданиях общественного назначения и в культовых зданиях конца XV и начала XVI вв. плановая основа оставалась преж- ней. Под влиянием новых художественных тенденции изменялся лишь облик зданий и декоративная отделка интерьеров. Большой популярностью начал пользоваться выне- сенный на фасад мотив внутреннего убран- ства храма — резного экрана (ретабло), ограждающего запрестольное пространство. В разработке этого мотива испанские ма- стера с большой изобретательностью ком- бинировали мавританские и готические эле- менты, создавая своеобразные декоратив- ные композиции. К числу наиболее характерных примеров новых художественных тенденций в архи- тектуре относится коллехия Сан-Гр е - горио в Вальядолиде (1492 г.) Хуа- на Гуае и Матиаса Карпинтера (рис. 7). В основу плана была положена традицион- ная схема с внутренним двором, вокруг ко- торого группируются все помещения колле- хии. Новые веяния сказались главным образом в декоре фасада и патио. В центре главного фасада на фоне глад- ких боковых стен выступает гигантский ка- менный щит, несомненно навеянный моти- вом ретабло. Эта центральная часть фасада поражает ювелирной тонкостью декоратив- ной обработки (приписываемой Хилю ле Силоэ) и мастерством, с которым здесь спаяны воедино разнообразные декоратив- ные элементы. Перспективный прием об- рамления восходит к готической архитек- туре. В то же время завершающая трех лопастная с фестончатой бахромой арка относится к числу излюбленных приемов мавританского зодчества. В верхней части фасада наряду с готическими статуями и завершением пилонов в виде пинаклей ши роко использованы геральдические элемен ты 11 по-новому трактованный растительный орнамент. Большая сложность и тонкость декора центра фасада коллехия Сан-Гре горио невольно вызывает ассоциации С
6. Гсаь, лахара. Дворец герцогов Инфантадо, 2 я половина XV в. Фасад, фрагменты двора и фасада
”ХГ0Й Обраб°т“°й драгоценных „е- еко™УИсХв"И„еН^нХТ мусульман- ЦИИ виутреи^г^^в^рнк^колле^ ^“РУ^^^не^Тщ^^^по^ине3 переев уже в к?нцеЯХуИв °РДерных Ф°Р“- Однако уже в конце XV в. появились здания в ко- торых начало сказываться влияние антич- ности и построек современных итальянских "аСТ:рОВ' ПеРвоначаЛРьно очень поверхнос^^^^ впм » п влияняе проявлялось главным обра- зом в декоре фасадов, не затрагивая при- вычных плановых и конструктивных схем Одним из первых сооружений, в строитель- стве которого воплотились новые художест- венные тенденции, явилась кол л ех и я С анта Крус в В альядол яде (рис.8) Постройка ее, начатая в 1487 г. Хуаном де ла Риба и Педро Пулидо, велась ими с со- блюдением привычных готических конструк- тивных и композиционных приемов. Карди- нал Мендоза, руководивший постройкой и увлекшийся новыми художественными иде- ями, в 1490 г. передал ее молодому сего- вийскому мастеру Лоренцо Васкесу. Не имея уже возможности изменить плановую и конструктивную основы здания, Лоренцо Васкес ввел в композицию фасада новые декоративные мотивы, несомненно, навеян- ные творчеством мастеров расцветавшего в Италии искусства Ренессанса. Очень симп- томатична и замена стрельчатых арок по- луциркульными в трехъярусной галерее двора. Сооружения переходного характера мно- гочисленны в начале XVI в. В их компози- ции сочетаются ренессансные, готические и мавританские приемы. Для них характерно изобилие на фасадах тончайшей, почти ювелирной каменной резьбы. Новые веяния затронули даже такого убежденного приверженца готической шко- лы, как знаменитый испанский мастер того времени Энрике де Эгас. По поручению кардинала Мендозы им был выстроен (1504—1514 гг.) госпиталь Санта- Крус в Толедо (рис. 9). Здание имеет форму греческого равноконечного креста. В длинных помещениях, образующих кон- цы креста, размещены палаты, перекрытые мавританскими деревянными наборными потолками. В угловых частях здания от- крытые дворики для прогулок. В центре
8. Вальядолид. Коллехия Санта Крус, начата в J487 г., перестроена Лоренцо Васкесом (после 1490 г.). всю высоту здания занимает часовня, пере- крытая типичным мавританским сводом на перекрещивающихся арках. На фасаде здания из ренессансных де- талей составлена очень своеобразная ком- позиция главного входа. Здесь есть полуко- лонны, раскрепованные антаблементы, кан- делябры, картуши и сложные архивольты. Несмотря на применение этих ренессансных элементов, композиция входа напоминает готические перспективные порталы. Полу- колонны первого плана сильно выступают вперед. Фантастический декоративный ор- дер с тонкими 'колоннами-балясинами, пе- реходящий над антаблементом в полукруг- лый архивольт того же сечения, образует второй план. Плоские резные обрамления дверного проема и скульптурного тимпана уводят глаз еще глубже в толщу стены. Для фасада толедского госпиталя харак- терно пренебрежение к тектонической ло- гике ордерных элементов. Например, над антаблементом внешних полуколонн пор- тала вырастает продолжение ствола колон- ны, который, изгибаясь по дуге архивольта с гибкостью пенькового каната, внезапно меняет направление и переходит в верти- каль. завершаясь обычной капителью и антаблементом. В Саламанке, древнем городе старой Кастилии, находится много ярких образцов платереско. Огромный дворец герцо- гов Монтеррей (рис. 10) был запроек- тирован в виде гигантского каре, окружаю- 406 щего внутренний двор. В проектировании дворца принимал участи Родриго Хиль де Онтаньон совместно с доминиканцем Мар- тином из Сант-Яго. Дворец был закончен в 1539 г. Угловые и средние башни состав- ляют традиционную и характерную особен- ность объемной композиции. Если бы дворец был выстроен полно- стью, он был бы одним из крупнейших зда- ний Испании. По недостатку средств была осуществлена только одна из сторон ги- гантского каре. Простой гладкий низ зда- ния контрастирует с очень сложно разрабо- танным верхним ярусом, образующим гале- рею, украшенную пилястрами и арочными проемами. Для усиления декоративного эффекта к венчающему дорическому кар- низу, с четким ритмом вертикалей три- глифов, добавлено обычное готическое завершение — крестерия — ограждение из резного камня, с геральдическими и расти- тельными мотивами. И здесь сочетание различных элементов создает новые стили- стические качества. К числу наиболее ярких произведений платереско принадлежит здание С а л а - манкского университета (рис. 11) —одного из древнейших и знаменитей- ших университетов Европы, основанного в начале XIII в. Дошедшее до нас здание строилось в эпоху католических королей и было закон- чено в 1529 г. Все внутренние помещения университета
9. Толедо. Госпиталь Санта Крус, 1504—1514 сгруппированы вокруг обширного централь- ного двора. Учебные помещения соединяют- ся между собой внутренними переходами и галереей, окружающей двор. В планировке здания нет еще ничего принципиально но- вого. Традиционны конструктивные при- емы кладка стен из естественного камня, крестовые своды, деревянные наборные потолки. Новое ярко проявилось лишь в композиции фасадов, особенно главного, выходящего на площадь перед старым и новым соборами Саламанки. На суровой стене, сложенной из грубо отесанных кам- ней, с толстыми швами, центральный вы- ступ над главным входом подобен драго- ценному ретабло тончайшей работы. Систе- ма пилястр и горизонтальных членений образует здесь четкий каркас, составляю- щий ведущую тему композиции. Скульптур- ная орнаментика лишь заполняет панели этого каркаса. Автор старался внести в композицию фасада ясную логическую закономерность. Горизонтальные пояса, по- степенно расширяясь, завершаются широ- ким резным парапетом. Этому ритму соот- ветствует развитие орнаментального рель- ефа. Сплошная мелкая почти ювелирная насечка нижних панелей, заметно укруп- няясь в средней части, создает постепенный переход к крупной, разреженной резьбе завершения. В центральном ризалите Са- ламанкского университета ордер является уже основной темой, а все готические эле- менты — лишь дополнительными декоратив- ными вариациями. Репутацией города «платереско» Сала- манка обязана также многим частным до- мам. К их числу относятся Каса де Салинас (рис. 12) с открытой верхней галереей, сильно напоминающей палаццо Монтеррей, и малый дворец Фонсека - так называемый Дом мертвых (рис. 13) с 10. Саламанка. Дворец герцогов Монтеррей, ли» чен в 1539 г. Родриго Хиль де Онтаиьон и Март»»
11. Саламанка. Уни- верситет, закончен в 1529 г. План, цент- ральная часть фасада, фрагмент портала замечательной плоской резьбой, ренессанс- ными наличниками окон и скульптурными бюстами в круглых медальонах (портре- тами умерших представителей этой знатной фамилии). К числу лучших произведений платере- ско относится также университет в кастильском городе Алькала де Энарес, близ Мадрида (1540—1553 гг.), построен- ный Родриго Хиль де Онтаньон (рис. 14). В Леоне — столице старинного испан- ского королевства — ярким произведением этого «ювелирного» стиля является мона- стырь Сан -Марко в окрестностях города (рис. 15). Строительство монастыря началось в 1514 г. На первой стадии в нем принимали участие Хуан де Орочко и Мар- тин Виллареаль. Окончание основных работ относится к 1549 г. В это же время в доку- ментах появляется имя Хуана де Бадахоз, который считается автором фасада. Мона- стырские помещения сгруппированы вокруг двух внутренних дворов. Справа к мона- стырю примыкает часовня. К заднему фа- саду Хуаном де Бадахоз пристроено здание сакристии. В состав монастырского здания, помимо общих спален, входит трапезная и ряд вспомогательных и хозяйственных по- мещений. Обширная капелла имеет один неф, перекрытый крестовыми сводами. Длинный двухъярусный фасад монастыр- ского корпуса расчленен пилястрами в пер- вом этаже и колоннами —во втором. Ордер трактован чисто декоративно — покрытые гротесками пилястры опираются на промежуточный поясок и по существу лишь прикреплены к стене. Тонкие, сильно орнаментированные колонны верхнего эта- жа почти перерезаны в нескольких местах глубокими перехватами. От системы антич-
1 ких РчлетенийТаЛЧиЬстоДНизобеЯ рнТмиче' ....• меняющийся рисунок кГ°ВКа /°’ консольные опоры пилястп п„ капителеи и - “'ий придавал этим ₽э «<азЬ,ва,от’ что декоративный смысл Ип лемептам лишь Филенки, раковины ниш рХой "ИЛЯСТры’ -‘юстрады, отдельные' г^и^с” »аг.х7ж:;г б,р°“ “™= Очень характерные примеры взаимодей- ствия новых художественных тенденций сложившихся традиций и местных особен- ностей сохранились в Арагоне. Наиболее значительными из них являются здания биржи (рис. 16) и Аудиенсии (вер ховного суда) в С а р а г о с с е Р Основу плана здания биржи, закончен- ной в 1551 г., составляет обширный зал для торговых сделок. Он разделен колоннами на три нефа, перекрытых крестовыми сво- дами. Зал, освещенный высоко расположен- ными окнами, имеет хорошие пропорции и производит впечатление почти церковной торжественности. В архитектуре интерьера отражается влияние различных художест- венных культур. Нервюрные своды соору- жены в готических традициях, в то время как поддерживающие их опоры уже приня- ли форму колонн, увенчанных капителями с ионическими завитками. Над капителями пучки нервюр связаны декоративным поя- сом, скомпонованным из геральдических элементов. На высоте, примерно соответст- вующей пьедесталу, колонну охватывает декоративный пояс из масок и орнамента. Верхний ярус здания завершен арка- дой и пышным венчающим карнизом, близ- ким по профилировке к карнизам итальян- ских ренессансных зданий. Аркада галереи выразительна и тектонична. Простыми, органичными и естественными для кирпич- ной конструкции средствами созданы кра- сивые контрасты светотени на простом и несколько суровом фасаде. Архитектура биржи, сочетая разнородные элементы, об- ладает очень ярким местным колоритом. Не менее характерно для арагонского платереско и другое крупное здание Сара- госсы — Аудиенсия, бывший дворец герцо- гов Луна, построенный в середине XVI века архитектором Туделийа. 13. Саламанка. Дом де Лос Муартос (<Доы мертвых»)
14. Алькала де Эиарес. Университет, 1540—1553 гг. Родриго Хиль де Онтаньон. Фасад, дворик, окно Яркий и своеобразный вариант испан- ского Возрождения сложился в южных провинциях Испании, в частности в круп- ных торговых центрах Андалусии, долгое время находившихся в тесном контакте с мавританской культурой. Типичным примером андалузского дома зажиточного горожанина является Каса дель Шапис в Гранаде (рис. 17). Центральным ядром дома является скром- ное патио, вокруг которого группируются хозяйственные и жилые помещения. По 410
15. Леон. Монастырь Сан Марко, 1514—1549 гг. Хуан де Орочко. Мартин Виллареаль, Хуан де Бадами. План, центральная часть главного фасада, фрагменты фасада и деора 16. Сарагосса. Биржа. Фасад, интерьер, 1537-1551 гг.
17. Гранада. Каса дель Шапис, XVI в. Фраг- мент дворика, план трем сторонам патио проходит узкая га- лерея, поддерживаемая деревянными стой- ками, завершенными своеобразными капи- телями, поверх которых положены поддер- живающие прогон подбалки с резными кон- цами. Лестницы заключены по мавритан- ской традиции в каменные стены. В композиции интерьера воздействие новых форм, уже широко распространен- ных в монументальной архитектуре Грана- ды. еще почти не чувствуется. В форме ка- пителей, завершающих стойки галереи патио, сказывается подражание мастера- мудехара виденному им в новых сооруже- ниях дорическому ордеру. В остальном мастера и застройщики остались верны традициям народной архитектуры мудеха- ров и украсили интерьер лишь привычной 412 резьбой деревянных кронштейнов над стой- ками галереи и концов стропил, мавритан- ской плетенкой в тимпанах арок да неболь- шими вставками из поливных изразцов, оживляющих яркими пятнами беленые сте- ны комнат. Несмотря на стойкость мавританских композиционных и декоративных приемов, архитектура Севильи под влиянием новых идей быстро прогрессировала. Элементы мавританской архитектуры постепенно ис- чезали из работ мастеров платереско. Тра- диции мавританской художественной куль- туры сохраняются лишь в декоративной насыщенности зданий. В середине XVI в. в Севилье было вы- строено великолепное здание Аюнта- менто (городского совета, рис. 18), в ко- тором очень наглядно проявились новые архитектурные приемы. Автору этого зда- ния, архитектору и скульптору Диего де Рианьо, принадлежал проект и руководство первым периодом постройки (1527— 1534 гг.). После его смерти руководство перешло к его ученикам — Арнао и Хуану Санхец. По проекту Рианьо были выпол- нены только первые два этажа одного из крыльев здания. Плоскость стены заполнена сложной декорацией обрамления окон и резными лентами фризов, с мотивами гротесков, играющих путти и фантастических расте- ний. Геральдические щиты и скульптурные медальоны еще больше усложняют декора- тивную композицию, скрывающую массив- ную кладку стены из крупных гладко отесанных каменных блоков. По трактовке ордера и насыщенности орнаментикой фа- сад севильского Аюнтаменто напоминает фасад монастыря Сан-Марко в Леоне. Од- нако здесь ордер сохраняет значение веду- щей композиционной темы. Обрамление окон выполнено в более мелком масштабе и, несмотря на всю сложность и насыщен- ность, не мешает восприятию основного ритма колонн и пилястр. Во всем многообразии архитектурных произведений, созданных в конце XV и на- чале XVI вв. в различных провинциях Испании, можно выявить некоторые общие черты. К наиболее существенным из них относятся: широкое применение приема объединения всех внутренних помещений жилых и гражданских зданий вокруг внут- ренних двориков; использование в конст- рукциях системы готических крестовых сво-
18. Севилья. Агон- таменто (здание го- родского <овета) начато в 1527 г. Диего де Рианьо. Фрагмент фасада дов, мавританских деревянных потолков «артесонадо»; необычайное изобилие и изощренность орнаментации; умение испан- ских зодчих создать органический худо- жественный сплав из различных стилисти- ческих элементов и, наконец, чисто декора- тивная трактовка ордера. Все эти особенности определяют глубо- кое национальное своеобразие платереско — этого испанского варианта раннего Воз- рождения, по-разному развивавшегося в конце XV — начале XVI вв. в различных провинциях Испании. 2. АРХИТЕКТУРА ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XVI-НАЧАЛА XVII вв. Превращение Испании в мировую дер- жаву совпадает по времени с периодом расцвета платереско. Однако на рубеже первой и второй четвертей XVI в. в Испа- нии появился ряд сооружений, свидетель- ствующих о новой стадии в развитии этого стиля. Наиболее значительным из этих соору- жений был дворец Карла V в Гранаде (рис. 19). Со времени завершения реконки- сты знаменитый дворцовый комплекс араб- ских властителей —гранадская Альгам- бра — стал излюбленной резиденцией испанских королей. Карл V, оцепив красоту одного из наиболее живописных мест Испа- нии, решил построить обширный и величе- ственный дворец в непосредственной близо- сти от Альгамбры. Проектирование дворца было поручено Педро Мачуке — живописцу и архитектору. Точные биографические дан- ные о нем отсутствуют, известно лишь, что он в течение некоторого времени работал или учился в Риме. Постройкой дворца Мачука руководил до самой смерти. После него работу продолжал его сын Луис, умер- ший в 1572 г. Преемником последнего, в свою очередь, был Хуан де Ареа. Строи- тельство дворца с длительными перерывами тянулось до 1635 г., затем работы были прекращены и постройка так и осталась незавершенной. Дворец Карла V представляет собой квадратное в плане здание, внутри которого расположен круглый двор диаметром около 30 .и. Главный вход находится на северо- западной стороне здания. В центре каждой из остальных сторон — дополнительные вхо- ды. Северо-восточный угол занят восьми угольной в плане часовней. По периметру здания анфиладой расположены дворцовые помещения. Дворец Карла V вдвинут а комплекс старинного арабского дворца без
19. Гранада. Дворец Карла V, начата 1526 г. Педро Мачука. Общий вид, фрагмент фасада, план 1го этажа, портал входа, колоннада круглого двора какой бы то ни было попытки превратить это соседство в единый художественный организм. Композиция дворца была навеяна идеа- лами центрического сооружения, которые владели помыслами зодчих римской архи- тектурной школы со времен проекта собора св Петра и Темпьетто Браманте. Парад- ный круглый двор — основное компози- ционное ядро всего сооружения. Он предна- значался для турниров и поединков, для боя быков и вызывает ассоциации с ареной древнеримского цирка.
на два ярусаДакаИменнаяЛклеНЫ пилястРами чением порталов! пл™ дка (за исклю- Композиция ЦентральнпгпКИУТа РУстовк°й. талом ближе к ХТтаб °РИЗаЛИТа С П0Р' фальной арки нежели и “ ₽ИМСК0Й триум- в жилое, пусть даже „ Масштаба“ входа Скульпт^ рельефь. няТ*0'’ Здание пены Николо да Копте у*амде выпол- Анлреа де ОкампоРАнто^°" Vpea' и др. «нтонио де Леваль ярусного ордера, очень ХекЛ? ДВ^ХЪ’ художественный организм. Двухъяоусной колоннаде внутреннего двора соответствует РИТМ двухъярусных пилястр на фасаде Центральный ризалит не прерывав? этого ритма, а, напротив, усложняет н обогащает его. На юго-западной стороне здания цент- ральное звено украшено красивым мотивом тройного венецианского окна. Выделение центра усилено скульптурными барелье- фами. Их размещение подчиняется главной архитектурной теме двухъярусного ордера Поэтому, несмотря на все свое богатство, скульптурный декор не конкурирует с ар- хитектурными членениями. Углы здания подчеркнуты дополнительными колоннами. Дворец Карла V отличается от построек платереско новизной планового приема, широким применением ордера, как целост- ной композиционной системы, и ясным по- ниманием его тектонического смысла, что характерно для зрелого стиля Возрождения. Новые архитектурные тенденции отра- зились также и в культовом строитель- стве, например в композиции огромного собора Гранады (рис. 20). Строитель- ство было начато на том месте, где во вре- мена арабского владычества помещалась главная мечеть города. В 1506—1517 гг. на этом участке известным мастером платере- ско—Энрике де Эгас была сооружена ча- совня, предназначенная быть усыпальни- цей католических королей. Составление проекта собора и руководство постройкой были первоначально поручены тому же ар- хитектору. В 1523 г. состоялась закладка фундаментов. Энрике де Эгас повторил в своем проекте плановую схему толедского 20. Гранада. Собор, Диего де Силоэ. План и фрагмент алтарной части храма, нач. 1525 г. собора — пять продольных нефов с тран- септом, двойной деамбулаторий, охватыва- ющий полукругом пространство алтаря, от- крытое в сторону трансепта. По истечении двух лет, в 1525 г, капитул собора решил отстранить Энрике де Эгас от руководства постройкой. Вместо него был приглашен бургосский архитектор Диего де Силоэ (сын знаменитого мастера платереско Хиля де Силоэ, автора королевской гробницы в цер- кви Мирафлорес).
Хуан Баутиста де Афуэпо" начат в 1541 г. Бартоломео Изменения, внесенные в первоначаль- ный проект новым руководителем работ, не так уж значительны, но очень симптоматич- ны для новых тенденций. Де Силоэ, не тро- гая разбивки столбов нефов, сосредоточил свое внимание на композиции алтарной ча- сти. создав в плане ротонду, с большим мастерством вписанную в схему деамбула- тория. Это центральное ядро увенчано ку- полом. Средний пролет между несущими купол колоннами выделен по ширине и сов- падает с осью арки, открытой в сторону трансепта. Даже при наличии уже выпол- ненных фундаментов Диего де Силоэ уда- лось ввести в традиционную готическую схему храма характерную для Возрожде- ния центричность. В остальном Силоэ огра- ничился изменением обработки столбов не- фов. Столбы были им заменены пучком из четырех троекратно раскрепованных колонн коринфского ордера, с пьедесталом и анта- блементом. Большая высота столбов заста- вила ввести над антаблементом дополни- тельный пучок плоских, коротких пилястр. Эти столбы поддерживают обычные кресто- вые своды со звездообразным расположе- нием нервюр. Диего де Силоэ умер в 1563 г. Строи- тельство собора затянулось. Фасад был вы- полнен по проекту известного художника 416 эпохи барокко Алонсо Кано. Полностью здание было закончено лишь в 1703 г. Возрождению на новой основе компози- ционных приемов античной архитектуры в немалой степени способствовали теоретиче- ские сочинения, в частности книга Диего Сагреда «Сущность античной архитекту- ры», напечатанная в 1526 г., и работы круп- ного испанского зодчего Франсиско Виль- яльпанда, переведшего также на испанский язык трактат Серлио. Одним из наиболее зрелых произведе- ний испанского Возрождения является гос- питаль Сан Хуан Баутиста де Афуэро в Толедо (рис. 21), иначе на- зываемый госпиталем Тавера, по имени его основателя, архиепископа Хуана де Тавера. Постройка госпиталя, начатая в 1541 г. по проекту Бартоломео Бюстаманте, затяну- лась до конца XVI в. После Бюстаманте, оставившего постройку в 1549 г., в строи- тельстве принимал участие ряд зодчих. В сооружении госпитальной церкви, в част- ности, участвовал Хернан Гонсалес де Лара. Во второй половине XVI в. руковод- ство строительством перешло к отцу и сыну Вергара. По первоначальному плану все помеще- ния больницы группировались вокруг четы- рех внутренних дворов. Преемники Бюста-
Двумя’ П3атиа ВОПбРщиГ'п°аХНыЧдляСбТОЛЬКО с вытянуты двумя обширными длинными1 «Х. ’ ного / палатам примыкает узкий коХ™. Отд™ , ния для тяжелых больных, аптека и ком ната для обслуживающего персонала паз мещены в другом продольном Гп0Пе?еч- ном корпусах. В центре всей композиции поставлена церковь, имеющая в план" форму удлиненного латинского креста и перекрытая в центре куполом. Церковь свя КпНпм₽0ТпгеМИ ВНутРенним" помещениями. Кроме того, открытая двухъярусная гале- рея соединяет ее с главным входом Эта галерея рассекает внутреннее пространство передней половины госпитального комплек- са на два сообщающихся друг с другом от- крытых дворика. Гармоничные пропорции, чистота архи- тектурных форм и эффект ажурной галереи на фоне пространства смежных дворов по- зволяют патио госпиталя Тавера выдержи- вать сравнение с прославленными дворами Флоренции, Генуи и Рима. Крупнейшим сооружением царствования Филиппа 11 был Эс кори ал (рис. 22— 26) — дворец и монастырь, возведенный по повелению и при активном участии Фи- липпа II. После битвы при Сан-Квентино (1557 г.), закончившейся разгромом фран- цузских войск, Филипп II поклялся вы- строить монастырь, посвященный святому Лаврентию, — испанцу по рождению. Впо- следствии Филипп II несколько расширил первоначальный замысел и предпринял строительство гигантского комплекса, в ко- тором монастырские помещения сочетались с гробницей монархов Габсбургской дина- стии и с личной королевской резиденцией. Исполнителем этого замысла и автором проекта стал архитектор, философ и мате- матик Хуан Баутиста де Толедо, учивший- ся в Риме и Неаполе у прославленных ма- стеров итальянского Возрождения и участ- вовавший в постройке собора св. Петра в Риме под руководством Микеланджело. Этот талантливый испанский мастер был известен также сооружением укрепленного замка Сан-Эразмо и главным образом про- кладкой в Неаполе новой улицы, пересека- ющей старые кварталы города. В 1559 г. Хуан Баутиста де Толедо по распоряже- нию Филиппа был вызван в Испанию. Здесь °“ра 6°”Л м "еРестР°йке дворца Аран- такжЛг™ Мадрида' Ему принадлежит также сооружение церкви Эль-реаль де ш ми Г' Сильно «жененной ^поздней- шими добавлениями. n„„v0CJle долгих и тщательных поисков подходящего места для постройки здоро- вый климат, близость от Мадрида, обилие воды и строительного камня побудили ко- миссию остановить свой выбор на одном из участков Мадридского плоскогорья, у подножья южного склона горного хребта Сьерра Гуадаррама, вблизи селения Эль дскориал (этим названием местность была обязана грудам шлака из старинных ко- пей — по-испански el escoria). Закладка первого камня сооружения, сопровождавшаяся торжественным, церемо- ниалом, состоялась в апреле 1563 г., а в мае 1567 г. Хуан Баутиста де Толедо умер. Его преемником был назначен Хуан де Эррера, которому удалось целиком построить одно из величайших сооружений Испании. В разработке грандиозного архитектур- ного комплекса Эррера отошел от привыч- ных и в совершенстве освоенных испански- ми строителями готических и мавританских конструкций. В Эскориале решительно и последовательно применена новая система перекрытий — цилиндрические своды на по- лукруглых подпружных арках и сфериче- ский купол (в храме), покоящийся на пандативах. Строительство Эскориала в основном было окончено в 1584 г. Генеральный план Эскориала очень прост и компактен (рис. 22). С запада и юга к нему примыкают обширные, выло- женные гранитными плитами площади, окаймленные невысокими каменными пара- петами, кроме того, с южной и восточной сторон Эскориала разбиты парки. Весь сложный комплекс дворца-монастыря впи- сан в огромный прямоугольник (206 X X 161 м) с выступом на восточной стороне, где расположены королевские апартамен- ты. Апартаменты короля, храм и централь- 5 ный двор размещены по главной осн соору- жения. Храм является центром всей объем- и но-пространственной композиции (рис. 23). о Его ориентация с запада на восток опре- I- деляет положение главной оси н главного входа всего сооружения. Поперечная ось с севера на юг членит весь план на отдель- ные части. В юго-западном и северо-запад- ном углах они дополнительно расчленены МТ 14 ВИА. тон v
23. Эскориал. Дворец-монастырь, 1563—1584 гг. Хуан Баутиста де Толедо и Хуан де Эррера крестообразными в плане корпусами, обра- зующими небольшие квадратные дворики. В правой, юго-западной части находятся помещения монастыря, в левой и северо- западной — помещения коллехии и семина- рии. К востоку от поперечной оси справа от собора находится большой внутренний двор, окруженный галереей, объединяющей поме- щения сакристии и залов капитула, слева — помещения для королевской свиты. Главный вход на западной стороне зда- ния ведет в открытый центральный двор — так называемый дворик королей (patio de los Reyes). Из-под затемненных сводов от- крытого входного вестибюля раскрывается вид на главный фасад собора. Боковые сте- 14* ны, ограничивающие внутреннее простран- ство двора, очень просты —спокойный ритм плоских двухъярусных пилястр ведет глаз зрителя в глубь двора, к выразительному и монументальному фасаду собора. Дориче- ские колонны тяжелого портика завершены высокими постаментами (с фигурами древ- неиудейских царей). Нефы храма, перекрытые цилиндриче- скими сводами, образуют форму греческого равноконечного креста. На оси среднего нефа размещена главная капелла, пол ко- торой значительно приподнят над общим уровнем пола храма. Четыре столба средо- крестия несут барабан купола. Переход ат квадрата к кругу выполнен при помощи парусов. Сферический свод со слегка новы-
24. Эскорнал. Дворец-монастырь. Южный фасад шенной стрелой подъема увенчан фона- рем. Узкая обходная галерея опоясывает храм по периметру наружных стен. Она 25 Эскорнал Дворец-монастырь. Дворик королей примыкает к главной капелле и непосредст- венно связана с помещениями дворца. Пользуясь ею, король в сопровождений высших чинов ордена и приближенных мог присутствовать в любой части храма, не смешиваясь с толпой богомольцев. У наружной стены правого бокового нефа устроены две лестницы —одна на- верх, в апартаменты короля, другая — вниз, в фамильный склеп — октогональное поме- щение под главной капеллой, в котором в стенных нишах стоят мраморные сарко- фаги. Помимо собора, наиболее интересной частью архитектурного комплекса Эскориа- ла является большой квадратный двор- клуатр справа от храма, со всех четырех сторон огражденный двухъярусной гале- реей. В центре двора, засаженного подстри- женной зеленью, стоит маленький храм. Внешнее очертание его стен образует ок- тогон, внутреннее пространство в плане образует равноконечный крест. Направле- ние ветвей креста подчеркивают располо- женные по диагонали бассейны. На четырех фасадах храма —портики строгого дориче- ского ордера. Промежуточные плоскости обработаны нишами, в которых стоят фи- гуры евангелистов, изваянные из белого генуэзского мрамора Хуаном Батиста Мо- негро. Храм увенчан сферическим куполом, на котором плоским рельефом выделены ребра и панели. В архитектурном образе храма и в его масштабности сказалось влияние Темпьетто Браманте. Однако в усложненности деталей и профилировки, в сложных раскреповках фасадов, в очерта- ниях силуэта завершающей башенки и сложности его пространственной компози- ции заметны новые барочные тенденции. Общая экспозиция Эскориала отличает- ся ясностью, четкостью плановой схемы, постепенным нарастанием силуэта к цент- ру, мощной пластикой и уверенным господ- ством величественного купола собора над всем сложным комплексом дворца-мона- Эскориал поражает своим грандиозным масштабом даже на фоне мощных отрогов Сьерра Гуадаррамы. Впечатление величия и мощи создается огромными размерами сооружения, лаконизмом членений и сопо- ставлением крупных и мелких форм. Свое- образие общего облика Эскориала усили- вают его высокие шиферные крыши — от- звук фландрских строительных приемов.
26. 1 — Эскориал. Дворец-монастырь; 2 — Вальядолид. Собор. Проект Хуана де Эрреры Многие элементы в композиции Эско- риала предвосхищают эпоху барокко. Не- смотря на аскетизм архитектуры этого со- оружения, ее роднит с произведениями ба- рокко динамичность силуэта с нарастанием масс к центру и резким смещением глав ного композиционного ядра — большого со- бора—с геометрического центра и. кроме того, характер башен, центральный портик, напоминающий фасад церкви Иль Джеэу в 421
п"тМед. ОбразбЭскориХМдал Евангелистов >твин, ясности и оптимис?алек от СП0К0Й- л.ор., протекала тлааним рОра^Тк™ (рис. 27). Эррера создал в этом городе оживленной морской торговли удаленном от влияния королевского двора, реалист” ческое и жизнеутверждающее произвел ние созвучное гуманистической культуре зрелого Возрождения. Составив проект !.pEx.Z'"’"° °'"— U; Центральным ядром квадратного в пла- не здания биржи является открытый внут- ренний двор. Его аркады имеют два яруса полуколонн — дорических внизу, ионических вверху. Хорошие пропорции двора и члене- нии галереи, сочные, тонко прорисованные профили ордеров и арок делают двор бир- жи в Севилье одним из лучших произведе- ний зрелого Возрождения в Испании. Вокруг Эрреры возникла целая плеяда учеников и последователей, пользовавших- ся поддержкой не только двора, но и близ- кой ко двору влиятельной аристократии. Многие частные дворцы, ратуши и церкви того времени с их гладкими суровыми сте- нами, расчлененными вертикалями плоских пилястр, с крытыми шифером башнями, увенчанными высокими пирамидальными шпилями, носят на себе явственные следы воздействия архитектуры Эскориала. Не только влияние Эскориала лежит в основе глубокого изменения характера ис- панской архитектуры во второй половине XVI в. Декоративное изобилие платереско не соответствовало подчеркнутой религиоз- ности и чопорному этикету, которые широко распространились в среде испанской ари- стократии (особенно кастильской). Архи- текторы того периода усиленно искали новых средств выразительности, новых ком- позиционных приемов, более строгих и сдер- жанных форм. Величавая строгость антич- ной архитектуры, закономерность ее ком- позиционных ' построений представлялись теперь наиболее созвучными новым идеоло- гическим требованиям. Среди архитекторов проявлялся усиленный интерес не только к изучению римских сооружений, но и к тео- 28. Эскориал. Галерея выздоравливающих Фран- сиско де Мора ретическим основам античной архитек- туры. На смену непринужденной живописно- сти и орнаментальной импровизации при- ходят новые художественные идеалы — строгость симметричных построений, выра- зительность больших стенных массивов, тектоничность ордера. Постепенно начинает устанавливаться система архитектурных ка- нонов. В творчестве, прежде столь непо- средственном, появился налет академично- сти. Изменился и характер конструкции. Нервюрные крестовые своды были вытес- нены цилиндрическими, исчезли мавритан- ские перекрытия на перекрещивающихся арках, мавританские наборные деревянные потолки сменились балочными. Все это ста- ло характерными особенностями последней фазы развития испанского Возрождения. К числу лучших произведений школы Эрреры относятся так называемая гале- рея для выздоравливающих, по- строенная вблизи Эскориала Франсиско де Мора (рис. 28), и госпиталь в Меди- не дель Кампо, построенный Хуаном де Толоза. В архитектуре галереи для выздоравли- вающих Франсиско де Мора удалось пре- одолеть влияние Эскориала. Приветливый и ясный облик, навеянный художественными идеалами Высокого Возрождения, резко контрастирует с угрюмым аскетизмом двор- ца-монастыря. Небольшое сооружение от- личается высоким мастерством и подлин- ным артистизмом. ЦЗ
Центральным ядром госпиталя в Меди- не дель Кампо служит открытый двор, окру- женный двухъярусной аркадой. К двум смежным его сторонам прилегают палаты; в остальных двух корпусах — подсобные помещения, комнаты обслуживающего пер- сонала и церковь. Главный фасад подку- пает простотой, выразительностью и хоро- шими пропорциями. Асимметричный план сочетается со строго симметричным фаса- дом. Антонио де Сегура, участник строитель- ства Эскориала. руководивший работами в Аранхуэсе н с 1591 г. — постройкой Алька- сара в Мадриде, Хуан де Ареа и Мартин Вергара, пользовавшиеся большой популяр- ностью в Толедо и Саламанке, Гаспар Ор- доньес, Диего де Алькантара, Бартоломео Руис и ряд других мастеров дополняли группу последователей Эрреры, сильную не столько выдающимися талантами, сколько общностью художественных принципов. Школа Эрреры была ведущим архитек- турным направлением второй половины XVI в. Однако в южных провинциях, в частности в Андалусии, продолжали жить некоторые традиции мавританской архитек- 1 туры и платереско. Развитие архитектуры Возрождения *Я Испании шло своими путями, связанными! с историческим и социально-экономическим! развитием страны. Разобщенность испан- 1 ских провинций и влияние традиций народ^ ч ного зодчества обусловили региональное! многообразие архитектуры раннего Воз- рождения и породили особую его разно- 1 видность, не имеющую аналогий в других I странах, архитектуру платереско с ее сво- ' бодными и живописными композиционными приемами и необычайной декоративной ] насыщенностью. Платереско — наиболее | яркая и самобытная фаза развития испан- ского Возрождения. Следующий период — зрелое Возрождение, хотя и имеет ряд пер- воклассных сооружений, сопровождался утратой национального своеобразия. Позд- няя стадия протекала в крайне неблагопри- ятной для гуманистической культуры об- становке, что и определило ограниченность круга сооружений конца XVI в., которые можно безоговорочно отнести к произведе- ниям Возрождения.
ПОРТУГАЛИИ S’ стоит сторожевая башня (рис 1 2) ₽оЛ’ стами рыцарского «ордена Х₽риста» Под ними-почти итальянская ренессансная лоджия. Круглые угловые башенки увен- маыЫбчУП°ЛаМИ невиданной в Европе фор- о“' °удто СНЯ™МИ с нндийскид храмов. Вместо карнизов каменные морские кана- ты перетягивают этажи большой башни и шестиугольной террасы, вдающейся в са- мую реку. Среди других деталей особенно необычен каменный носорог, поддерживаю- щий одну из малых угловых башен. Белемская башня св. Винсента (на- званная так по расположенному рядом го- родку) была выстроена в начале XVI в. при короле Мануэле. Ее автор — Франсишку ди Арруда (умер в 1547 г.). Запирая устье Тахо, башня защищала столицу Португа- лии от морских разбойников —африкан- ских корсаров и европейских пиратов. Эпоха Возрождения началась в Порту- галии еще до Мануэля. Человеком нового времени был младший сын короля Жуа- на I (1385—1433 гг.) инфант Энрике-море- плаватель (умер в 1460 г.). Именно при нем «рамки старого orbis terrarum были разбиты» (Энгельс). Ежегодно отплывали для открытия новых земель снаряженные им корабли. Было исследовано западное побережье Африки и открыт ряд островов. В последующие годы морские экспедиции не прекращались. В 1486 г. Диас открыл мыс Доброй Надежды, а в 1497 г. ГВД-КО да Гама огибает Африку и дости- тальХКН” ПУТе“ бе₽егов Индии П™р- П.Т™ владычество утверждается до Цейлона и Молуккских островов. Тогда же завязываются торговые отношения с Ки- таем, начинается исследование восточного побережья Африки. Наконец Кабраль от- крывает Бразилию. Из Африки, из Азин, из Америки текут в Португалию несметные богатства. В одном из сочинений гуманист 1 арсиа да Резенде пишет, что «Португа- лия в эти годы стала самым богатым из христианских государств». Но она стала и одним из самых культурных государств Европы. Именно в это время жил и тво- рил величайший поэт Португалии Камо- энс. Мануэль Счастливый (1495—1521 гг.) покровительствовал гуманистам. Лучшие европейские ученые были приглашены в университет Коимбры. Главной же страстью Мануэля было строительство. Автор хроники его царство- вания отводит целую главу на перечисле- ние дворцов, монастырей, церквей, крепо- стей и других зданий, построенных и пере- строенных королем в Португалии и во вновь завоеванных странах. Был создан исключительно своеобраз- ный архитектурный стиль «мануэлино» (названный так по имени короля), отли- чавшийся пышным богатством причудли- вого декора, на характере которого сказа- лись традиционные связи португальского народа с морем (раковины и другие моти- вы морской фауны и флоры, корабельные канаты и пр.). Современный испанскому платереско этот новый стиль мануэлино так же сохранил черты готики (планы зда- ний, некоторые формы) Как и платереско.
1. Беленская башня св. Винсента близ Лиссабона, 1515—1520 гг. Франсишку ди Арруда он испытывал арабское влияние — порту- гальского мориско и даже испанского му- дехар (следует вспомнить дворец в Гва- далахаре) . Мануэлевские зодчие обращают- ся с архитектурными формами так же вольно, как мастера платереско, но их фантазия еще богаче, впечатления, питаю- щие их творчество, разнообразнее и экзо- тичнее. Наконец, в мануэлевский стиль, как и в платереско, проникают исподволь формы итальянского ренессанса. В тихой долине, среди виноградников и поросших соснами холмов, расположен монастырь Богоматери Победы (рис. 4. 5), или коротко Б а та ль я, зало- женный в память битвы, где при Аджубар- роте 14 августа 1385 г. португальцы разби- ли вторгшихся в страну испанцев. В готическом монастыре1 архитекторы короля Мануэля Бойтак (умер в 1516 г.) и Матвиш Фернандиш (умер в 1515 г.) со- здали, используя старое восьмигранное основание, роскошную, но так и оставшую- ся незаконченной капеллу — Капельяс Имперфейтас (отсюда и ее название). С внутренней стороны капеллы арка портала окаймлена тонким кружевом резьбы из слоновой кости. Примененное как мотив орнамента, поднимается повторенное 200 раз в венке из плюща загадочное слово (Tamazerei), лишь недавно расшифрован- ное как сокращение девиза короля Дуар- те, который можно перевести: «Верен до гроба». Над нишами, предназначенными 426
мы: Sa" Жиа Т™* к -со- короля Аффонсо V иеЛдЬрНИв°ешеК°- < карниз, отделанный с ювелирной “он™- ! стью, а на нем столбы незавершенных ' верхних арок. Увенчанные короной ини ! циалы короля Мануэля обрамляют повто- Р,ЛЯСЬгЛН0Г° РЭ3, окаменевший сказочный лес, где причудливыми узорами сплелись ветви фантастических деревьев, а у корней их скрученных стволов, перехваченных кольцами, расцвели странные цветы. Это не готика с ее строгими вертикалями, а не- что совершенно новое, невиданное. Рука смелых новаторов угадывается и во дворе монастыря Баталья. Стрельчатые арки галереи, обходившей монастырский двор, в верхней их половине закрыты вы- точенной из белого мрамора ажурной ре- шеткой, которая опирается на резные стол- бики, покрытые поднимающимся спиралью орнаментом. Сквозные узоры мраморной резьбы, журчание фонтана вносят восточ- ную ноту в строгость готического мона- стыря. Над небольшим городом Томар, в сто- роне от дороги, ведущей из Лиссабона в Порто, расположен древний монастырь ордена тамплиеров. Мануэль, как и его предшественники возглавивший орден, ре- шил перестроить и расширить старую церковь Томарского монастыря. Для работ он пригласил архитектора Диогу ди Арруда, который создал еще один об- разец нового стиля, превосходящий по- стройки в Баталье причудливостью и фан- тастичностью, изобилием и богатством украшений. По обе стороны обращенного позднее в портал окна нового здания расцвели на витых стеблях огромные маки. Но осо- бенно поражает своими формами северный фасад церкви. Фигуры рыцарей перед угловыми башнями теряются среди дета- лей, изобретенных самой безудержной фан- тазией. Вырванные с корнем деревья при- вязаны к башням каменными цепями и морскими канатами. Каменные водоросли оплетают стену, переплетаются с необык- новенными растениями, выросшими вокруг окна с экзотическим наличником, напоми- нающим коралловые разрастания (рис. о). Третий памятник мануэлевской эпохи — монастырь св. Иеронима в Беле- ме, пантеон королей и великих людей стра ны, одно из самых крупных и значитель- иых сооружений Португалии начала XVI в. Строительство было начато в 1502 г. по проекту и под руководством мастера Бой- така, а с 1517 г. ему 'наследовал зодчий /Куан ди Каштилью. В монастыре соеди- нились характерные черты португальского мануэлиио, свойственный ему готицизм конструкций, фантастическое богатство и причудливость декоративных мотивов с элементами собственно ренессансной архи- тектуры в ее североитальянской разновид- Ломбардским орнаментом покрыты ко- лонны и столбы в монастырской церкви (рис. 3) и в сакристии. Еще больше италь- янского во дворе, где кроме орнамента по- явились профилированные архивольты арок, ренессансные колонны. Сакристию и двор строил Жуан ди Каштилью. Он стоял еще на распутье, когда производил работы в древнем аббатстве Алькобаса, где две
4. / — Белем. Монастырь св. Иеронима: 2 — Баталья. Монастырь Богоматери Победы, конец XIV —начало XVI в. одинаковых двери обрамлены растущими прямо из пола фантастическими деревья- ми, вершины которых тянутся друг к дру- гу и сплетаются ветвями, и эта буйная рас- тительность заглушает кажущийся скром- ным ломбардский растительный орнамент двух пилястр по обе стороны дверей. В Белемском монастыре архитектор применяет ренессансные формы уже уве- реннее. А в Баталье, где Жуан ди Каш тилыо работал после смерти Мануэля, он между двумя столбами восьмигранника не- оконченных капелл неожиданно помещает изящную, совсем итальянскую, лоджию. 4'Л
5. Баталья. Монастырь Богоматери Победы. Портал Недостроенной капеллы. Матвиш Фернандиш и Бон- так. Аркада дворика, начало XVI в. Бойтак Кем был обращен в ренессанс Жуан ди Каштилью? Под чьим влиянием крупней- ший мастер мануэлевского стиля стал при- верженцем античных форм? На этот во- прос можно ответить только догадками. Может быть, итальянский Ренессанс воз- действовал на португальского мастера не- посредственно через Андреа Сансовино (работал в Португалии с 1491 г.), дворцы которого были разрушены лиссабонским землетрясением 1755 г. Может быть, на него произвели впечатление работы фран- цузских ренессансных мастеров, образовав- ших в Португалии целую колонию. Круп- нейшим из них и наиболее владевшим ан- тичными формами был Никола Шантерен, автор резной каменной кафедры в церкви монастыря св. Креста в Коимбре. Так возникали в Португалии (в городах Коимб- ра, Виана ду Каштелу и др.) памятники 6. Томар. Монастырь тамплиеров. Новый неф церкви. 1508—1531 гг. Окно. Диогу ди Арруда. 430
7. Томар. Двор монастыря тамплиеров, 1562 г. Дноту дн Торралва
8. Виана ду Каштелу. Городская площадь; внизу — Коимбра. Улица (слева) и двор городского музея. раннего Ренессанса с его итальянскими и французскими особенностями (рис. 8). Ордерные композиции Ренессанса появ- ляются в Португалии также во второй чет- верти XVI в. В 1529 г. в городе Эвора была начата постройка церкви Граса с класси- ческим фасадом, некоторые черты которого предвещают барокко. А в 1562 г. учивший- ся в Италии архитектор Диогу ди Торрал- ва строит в монастыре в Томаре двор, напо- минающий о Базилике Палладио (рис. 7). Не менее класснчна выстроенная там же небольшая церковь св. Марии. Однако настоящим португальским Ре- нессансом был мануэлевский стиль. После блестящей, ио короткой мануэ- левской эпохи начинается упадок. Насту- пают годы инквизиции. Назревает экономи- ческий кризис. Испания, Англия, Франция захватывают португальские колонии. Стра- на беднеет, несмотря на богатства, вво- зившиеся из-за моря. В 1580 г. Португалия была присоединена к Испании и Филипп II короновался в Томаре португальским ко- ролем.
ГЛАВА IV АРХИТЕКТУРА ВЕЛИКОБРИТАНИИ Развитие архитектуры английского Воз- рождения делится на два периода. Время первых Тюдоров (1485—1558 гг.) представ- лено как рядом позднеготических сооруже- ний (дворцов-замков, усадебных домов, академических зданий и капелл), отмечен- ных появлением ренессансных деталей, так и фахверковыми строениями (сельские и городские дома). Время Елизаветы I (1558—1603 гг.)—это время дворцовых и усадебных построек, в рациональной и в то же время живописной композиции ко- торых сказались основные особенности но- вой архитектуры. Время Якова I (1603— 1625 гг.), переходное к палладианству, в сущности говоря, ограничилось развитием елизаветинской строительной традиции. Построенный в 1619—1622 гг. Иниго Джон- сом Банкетный зал в Уайтхолле (Лондон) начинает уже следующий «палладианский» период. В литературе до сих пор не существует ясности в том, что же считать «ренессан- сом» в английской архитектуре? Авторы конца XIX и начала XX вв. под архитекту- рой ренессанса в Англии подразумевали не национальные типы и формы, слагавшиеся в процессе практического строительства в период «возрождения» (1485—1625 гг.), а чисто итальянские формы и приемы, опи- сывая. по сути дела, историю судеб палла- дианства в Англии (Бломфилд, Джексон и др.). Хронологические рамки «ренессан- са» в этом случае растягиваются с момен- та появления первых признаков итальяни- зированного декора в начале XVI в. до времени возникновения стилизующих на- правлений XIX в. (неоклассики.неоготикии 434 др.). Альфред Готч, работы которого по истории английского жилого дома века Тюдоров остаются классическими, встал на путь компромисса и, считая, очевидно, архитектуру Иниго Джонса и последовав- ших за ним мастеров явлением «зрелого ренессанса» в Англии, назвал предше- ствующую ей архитектуру 1486—1625 гг. «ранним ренессансом». Такая терминоло- гия представляется несколько произволь- ной, поскольку имеющая самостоятельную ценность архитектура века Тюдоров со всем своим морфологическим многообра- зием и композиционной свободой была принципиально чужда палладианству, ко- торое явилось не столько ее продолжением, сколько реакцией на нее. Наиболее оправ- данной представляется позиция тех иссле- дователей (Гарнер и Стреттон, Э. Тип- пинг, Н. Ллойд и др.), которые, отказываясь от применения термина «ренессанс» к архитектуре времени Тюдоров в целом, делят историю развития английского жи- лища (ведущего архитектурного типа эпо- хи) в связи с принятой в Англии культур- но-исторической периодизацией. В этом случае подразумевается, что в силу истори- ческой обусловленности архитектурных яв- лений архитектура, создававшаяся в стра- не в период «возрождения», и будет архи- тектурой ее «ренессанса», независимо от возникавших форм. За XVI в. население Англии увеличи- лось с двух с половиной миллионов до че- тырех и со второй половины столетия по- литическая стабилизация и начавшийся экономический подъем привели к обшир- ному строительству жилищ, особенно в
сельских местностях. За время с 1560 г. по 1625 г. было построено около 40000 жи- лых домов крупных фермеров и землевла- дельцев средней руки. Наличиый материал во многом опреде- лял лицо архитектуры. Только в богатых камнем центральных графствах строились каменные жилища, причем относительная твердость пород определяла богатство или бедность декора. Как правило, однако, мас- совое строительство шло в дереве. Но ко- раблестроение и выжиг угля для нужд развивавшейся металлургии наряду со строительной горячкой привели уже в XVI в. к резкому сокращению площади ле- сов. Возникла необходимость экономии ле- са. Так начинают широко распространять- ся фахверковые конструкции (дубовый каркас с заполнением из оштукатуренных и побеленных панелей), издавна применяв- шиеся на северо-западе страны, причем в каждом районе сложились местные приемы сборки каркаса (рис. 1). Наиболее живо- писной была западная школа, в то время как юг (графства Кент, Суррей, Суссекс) предпочитал более простой рисунок. Вна- чале общая площадь деревянных плоско- стей каркаса приблизительно равнялась площади панелей заполнения, которое могло быть из оштукатуренной плетенки или глиняным с рубленой соломой. Обычно сооружалось два каркаса большего и меньшего объема, причем больший ставил- ся на меньший и выступающее перекры- тие нижнего объема, иногда укрепленное консолями, служило основанием и полом для верхнего. Такая система способствова- ла лучшей работе балок перекрытия. Отсю- да нависающие этажи и в сельских по- стройках, где, естественно, не было нужды экономить площадь участка. Со временем научились строить сквозные двухъярусные каркасы с промежуточным перекрытием, хотя отдельные районы поколениями ос- тавались верными своим традиционным конструкциям. В раннее средневековье Англия почти не знала кирпича. Древняя техника его обжи- га и кладки была утрачена почти на це- лое тысячелетие. Но английские корабли, вывозившие шерсть в Нидерланды, возвра- щались оттуда с кирпичом в виде балла- ста. Со временем на юго-востоке страны наладилось собственное производство кир- пича. Прибывавшие в большом числе в Англию нидерландские мастера с XV в. возрождают технику кирпичной кладки (выкладка печей и труб, кирпичная кладка с применением белокаменных деталей и пр.). В дальнейшем «красные каменщики» вводят практику заполнения дубовых кар- касов кирпичом (это не требовало штука- турки). На востоке страны стали строить дома целиком из кирпича. В связи с недо- статком леса кирпич получает особое рас- пространение с XVII в. Это сильно упро- стило и удешевило строительство. Нередко двухэтажные фахверковые до- ма перестраивались с тем, чтобы заменить нижний каркас кирпичной коробкой, что позволило ликвидировать уступчатые фа- сады. 4М
рело производство”??™™ В' Приоб‘ зенецианц^)^^0™ *РаН«ИИ “ ‘ эркеры елизаветински» „„ высокие < не только специфику интеп^п определяют 1 шую освещенность иУтепловпйРп« ИХ хоро’ 1 стилистические особенностей режим’ 1)0 и того времени. В ?589 ТанглТГКТУРЫ пировало уже 15 фабр™ сто?™" ФУНКЦИ°’ работкГГ^ИЗрХНнаеВДе7биЛа Г”*”' ₽а3' XV—XVI вв.Рсиль„о увеличитТ3 п°рЛоХоДВ ство листового свинца в качестве м^еоиа- .1.1 для кровель и для оконных переплетов что было особенно важно в связи с п> явившимся пристрастием к сравнительно плоским кровлям и большим окнам. Одна ко чаще всего покрытием усадебных до- мов в XVI в. продолжали служить щепа сланец, черепица. Дома фермеров долго крылись соломой. Декоративные материалы, вводившиеся «итальянской» модой (мрамор, терракота), в XVI в. не получили широкого распро- странения, как чуждые местной строитель- ной культуре (мрамор главным образом применялся при отделке каминов). Зато гипсовая штукатурка в качестве отделоч- ного материала широко внедряется с конца XVI в. в интерьеры (лепные потолки и фризы). Интенсивное строительство обеспечива- лось обилием опытных строителей, особен- но плотников, искусство которых славилось еще в XIV—XV вв. Это были не только кораблестроители, но и создатели таких сложных конструкций, как перекрытия больших холлов или как октагон средокре- стия собора в Или. Потомки этих мастеров- художников и явились строителями фах- верковых жилищ, создателями прославлен- ных интерьеров времени Елизаветы и Якова I. Англичане времени Тюдоров не стыди- лись своего средневековья — они горди- лись им, рассматривая свое непосредствен- ное историческое прошлое как предпосыл- ку наступившего благополучия. Так прош- лое всегда присутствовало в настоящем и самый безудержный индивидуализм всег- да оставался в рамках традиций. Дух вре- мени проявлялся прежде всего в той сво- боде, с какой англичанин сочетал новое со старым. _ п "ряра"”сь "° ^Ране, возникшая в дальнейшем придворная мода на «анти- Х'’аЫзвала огромный спрос на альбомы рхитектурных элементов, по которым ма- стера, еще в средние века привыкшие ра- ботать по трафаретам и образцам, стали изготовлять «итальянские» детали. В AVI—XVII вв. Англия наводняется нидер- ландскими, нюренбергскими и кельнскими изданиями этого рода. Таковы сочинения гЛ^?е1?ана де Вриза («Перспективы», 1059 г.) альбомы Диттерлина («О пяти орде- рах», 1593 г. и «Архитектура», 1594 г.), Блума («Пять ордеров», 1550 г., английский перевод —1608 г.). Однако первый полный перевод Серлио (с фламандского) появ- ляется только в 1611 г. Благодаря этим альбомам декор многих фасадов стал в конце XVI в. грубее, чем он был в середи- не столетия. Даже в начале XVII в. в Анг- лии еще не было академической архитек- турной культуры, которая позволила бы чистоту итальянских форм противопоста- вить ремесленной произвольности фламанд- ских или немецких. В глазах потребителя и те и другие были «антиками», причем его вкус часто предпочитал живописность ни- дерландских форм холодноватой строгости палладианства, оставлявшего мало места для игры воображения. Не было недостатка и в различного ро- да советах со стороны писателей, врачей и др. Медик Бурд в своем любопытном трактате (1542 г.) выдвигает гигиениче- ские и санитарные соображения, которые должны быть положены в композицию плана жилища. Подобные сочинения при- зывали к рациональной планировке, к эко- номии средств и площади, к комфорту ин- терьеров, к санитарному благоустройству. Предлагалось уважать опыт прошлого, особенности местного быта и климатиче- ских условий. В то же время Бэкон не ви- дит оснований учиться у древних: «они де- ти по сравнению с нами, с нашим опытом» В связи с инвентаризацией конфиско- ванных монастырских строений некоторые ведущие мастера-строители стали назна- чаться «обмерщиками» («сервейерами») Один из них —Джон Шют, называвший себя художником и архитектором, был в 1550 г. направлен в Италию. В 1563 г. он издает свой перевод Витрувия. Остается неясным, какую роль выполняли во второй , половине XVI в. такие мастера-эмпирики при поручении им крупных объектов? Были
2 Фахверковый жилой лом XVI в. Супрре Ай гр. Чешир) ли они авторами приписываемых им по- строек? Сохранилась коллекция чертежей, выполненных королевским «сервейером» Джоном Торпом и его сыном, с целого ряда крупных сооружений елизаветинского вре- мени, начиная с 1570 г. Еще совсем недав- но Торпа принимали за автора всех этих построек, что невероятно. Аналогичная коллекция чертежей более поздних по- строек выполнена тремя поколениями Смитсонов. Эпитафия Р. Смитсона гласит: «Архитектор и сервейер достойнейшего до- ма Уоллатон». Все эти чертежи вычерчены в очень мелком масштабе. Это в основном планы первых этажей, реже даны главные фасады. Даже при самом активном уча- стии «сервейеров» в строительстве круп- ных объектов роль таких мастеров, вовсе не касавшихся деталей в интерьеров, прин- ципиально отличается от роли «ученого- архитектора», создающего свой интеграль- ный проект самостоятельно от начала до конца. В Англии такой архитектор появ- ляется только в XVII в. Сохранились контракты XVI в. Они за- ключались между заказчиком и исполни- телем — главным каменщиком или глав- ным плотником, смотря по конструкции дома. В этих договорах архитектор не упо- минался. Договор обусловливал, что гото- вое здание должно быть похоже на ка- кой-нибудь названный конкретный объект по виду, объему или стоимости, причем ма- териал и выполнение должны быть «луч- шими в своем роде». Усадебные и сельские дома. Центром тяжести архитектурного развития в XVI в. было усадебное строительство, причем сложное и многообразное становление ар- хитектуры этого времени имело, по крайней мере, три источника: а) местную позднего- тическую традицию; б) непосредственное формотворчество, опиравшееся на народ- ную строительную практику (дерево и фахверк) и на новые материалы (кир- 3. фахверковые жилые дома XVI в. Эбботе Бромлей (гр. Стаффордшир); Пембридж (гр. Хартфордшир)
пич); в) заимствуемые итальянские фор- мы и тектонические приемы (преимуще- ственно в нидерландской или немецкой ин- терпретации). На протяжении всего XVI в., причудли- во сочетаясь в различных соотношениях (в зависимости от архитектурного типа преобладала та или иная тенденция) все три основных начала пришли в конце' сто- летия к органическому синтезу в архитек- туре жилища. Тип жилого дома тем самым I явился качественно новой архитектурной категорией, в которой отдельные заимство- ванные или унаследованные концепции и , формы оказались переосмысленными в , свете текущей строительной практики, гос- подствовавшего общественного строя, бы- тового уклада и мировоззрения и в органи- ческом сочетании с плодами спонтанного формотворчества превратились в наиболее , последовательное выражение возникшей на- циональной архитектуры Англии. В условиях хронической бедности жи- лищное строительство в сельских местно- стях средневековой Англии сводилось к примитивному уровню. Основным строи- тельным материалом служило дерево. Ча- стые пожары легко уничтожали крытые соломой крестьянские жилища, и сохра- нившиеся примеры массовой архитектуры сельской Англии относятся уже к XVI— XVII вв. Во всех районах страны сохрани- лись небольшие дома и коттеджи этого времени, причем наиболее своеобразными являются фахверковые. Конструктивно они мало чем отличаются от небольших уса- дебных домов этого типа (рис. 2, 3). В районах, богатых камнем (известняк, песчаник, гранит), на севере страны, в центральных графствах, а также на край нем западе встречаются интересные кот- теджи* сложенные из камня, конструкция которых выдает давнюю строительную 1 ^^ряде случаев план коттеджей изме- нился по сравнению с скольку холлы нередко получали про»ежу точные перекрытия и neper°poa™ приме и тельно к изменившимся условиямi жи:ни и №' — (рис. 5). 4. Жилые дома XVI в. Стедлеид (гр. Дорсет); Оллерфорд (гр. Сомерсет): лоиайтон (гр. Девоншир) Экономическое развитие страны в XVI в. привело к быстрому обогащению мелкопоместных землевладельцев и овоще- водов, усадебные дома которых становят- ся ведущим архитектурным типом своего времени. Один из законов против огоражи- ваний прямо повелевал строить «постоян- ные дома». Хотя холл, лежащий в основе
5. Жилые дома XVI а. Оштукатуренный дом (Лестли. гр. Девоншир); облицовка черепицей (Найи Элме. гр. Суррей); облицовка тесом (Норт- зиам, гр. Суссекс) планировки такого дома, истоками своими и восходит к древнегерманской «халле», его развитие в XVI—XVII вв. отразило те принципиальные изменения, которые пре- ем терпела архитектура жилища в связи превращением средневекового укрепленно- го манора в загородный дом: фермер рав^ нялся по сквайру, сквайр тянулся еще вы- ше— достаток, а не происхождение вла- дельцев определяет характер жилища этого времени. Еще в начале века в другом типе, в загородных резиденциях знати, вырабаты- ваются новые композиционные приемы, впоследствии применявшиеся с большой свободой и в массовом строительстве. Именно тип дворца явился основным про- водником новых континентальных влияний, косвенно шедших из Италии. Внезапное обогащение сопровождалось стремлением обратить это богатство на по- казную роскошь. Строительство загород- ных резиденций стало признаком величия и знатности, и многие представители зна- ти имели по нескольку резиденций. Чиновники, юристы, особенно купцы и мореходы, богатели быстро и желали об- завестись собственным усадебным домом, слиться с мелкопоместным дворянством, стать «родоначальником», обзавестись гер- бом и генеалогией. Классовая сущность дифференциации жилищного строительства (дворцы знати и усадебные дома) со всей определенностью обнаруживается только с начала XVII в. В процессе же ранней эволюции индиви- дуального жилища резкую грань между за- городными дворцами и небольшими уса- дебными домами провести еще невозмож- но и между ними существовал целый ряд промежуточных звеньев. В этом отношении процесс типологической поляризации шел рука об руку с процессом поляризации классовых сил, т. е. буржуазии и новой феодально-бюрократической верхушки. Жилищное строительство 1560—1625 гг. прогрессировало через эволюцию усадеб- ного дома. Но в основу построения его плана были положены принципы, сложив- шиеся в процессе превращения укреплен- ного замка в дом дворцового типа. Это также относится к интерьеру, к его худо- жественной характеристике и комфорта- бельности. По мере роста благосостояния страны росла численность «среднего» клас- са, причем за счет всех слоев населения, не исключая и богатевшего фермерства. Так наиболее жизнеспособное из того, что создавалось архитектурой более значитель- ных усадебных сооружений, проникало в
за континентом по пФасадов- пошло вслед пеХпХ^-£ХН^Х «ионным матер„аХОЙ/°мпозиции, камнемТреафсЫтае°соЛЛ’480 г- 8 богатом Дебный дём’котей мЛ 6°ЛЬШой У°а < предшествующим пепина” ° Р еще связан ральный план обусловлиЛ пё’ Когда гене- скими соображениями / Лся стРатегиче- пимает централь”” ёп Г’ 6>' Ходл за- рокам его группируются *ение' " по сте- чения. В графствёРКенё гл ЛЬНЫе "оме- ствовал фахверк, очХ и!«ВСеГДа господ' С и н ь я р д с (около иоп rHe6“« д о м кас с заполнением из т„т ’ дубовый кар- тенки) повторяет ту же схёмуУ₽п ””°Й "ле‘ ния холла, что и болыпоа У Расп°ложе- Манор (рис 7) ка“енный Котей женным Ткон’е Xvi'TZ"0 С00ру- перекрытием этот улпп промежуточным ннзмом, казался и здесьТ”1”' аНахро’ Два этажа. ЗДесь Роенным на делец принимал пищу и проводил свой до- жеГннь.мТСТН° ° СеМЬеЙ’ -«ими пр°иблД . женными, слугами и батраками. Холл являлся важнейшей частью не только двор- ца замка, усадебного дома, но и жилища простого фермера. Со временем стали строить и холлы из камня. Холлы были очень высокими и вытянутыми в длину по- мещениями, как правило, с открытым стропильным перекрытием. Дым от очага расположенного посреди холла, выводился через «лувр» —вертикальную деревянную вентиляционную конструкцию, пережиток которой в виде декоративного фонаря и ныне венчает двухскатные кровли некото- рых университетских холлов Оксфорда и Кембриджа. Высота стен холла позволя- ла устраивать большие окна достаточно высоко, чтобы можно было завесить по- верхность стен гобеленами, в средние ве- ка в сыром климате Англии ставшими не- обходимостью. ♦41
Усадебный дом Синьярдс (гр. Кент), около 1490 г. В конструкциях открытых стропильных перекрытий холлов обнаруживалось высо- кое мастерство местных плотников. Поми- мо обычных перекрытий, все еще поражаю- щих зрителя тонкой профилировкой кон- структивных элементов, применялись и более сложные, где деревянные арки по- коятся на резных консолях замысловатой формы. Наружный вход предусматривал- ся в одном из концов холла. Этот конец считался «нижним». В противоположном «верхнем», более почетном конце находи- лось возвышение, где стоял хозяйский стол. Здесь же красовалось большое вы- ступающее окно — главное украшение все- го дома. Со временем эти эркеры и «орие- ли» (эркеры на консолях) возникли и в других помещениях. Со стороны «верхне- го» конца вела лестница в жилую комнату владельца и его семьи («солар»). Помеще- ние под этой комнатой в XV в. преврати- лось в своего рода гостиную, находившую- ся на одном уровне с холлом («парлор»). Сюда с годами все чаще и чаще стал уда- s. Пенсхерст Плейс (гр. Кейт). Типичный план средневекового усадебно- го дома; около 134) г. 1 — гостиная; а — клалоаая; ляться владелец со своими гостями, отстра- няясь от слуг и «простого люда». К «нижнему» концу примыкала кухня, буфетная, чуланы, вспомогательные поме- щения, а со временем, когда холл перестал служить местом общего ночлега, — и жилье слуг (рис. 8). Чтобы уберечься от постоянных сквоз- няков, в «нижнем» конце издавна стали устраивать деревянную поперечную пере- городку. Иногда образовавшийся таким образом тамбур получал перекрытие, слу- жившее в богатых домах «галереей для музыкантов» (менестрелей). В XVI в. даже землевладельцы средней руки («сквайры») обзаводились своей «свитой», т. е. «благородными» прижи- вальщиками, которые не только питались за счет хозяина, но и жили при нем. Более того, с конца XV в. развивается практика взаимных посещений и во второй половине XVI в. эта эпидемия поездок «в гости» за- хватывает всех. Со стороны «верхнего» конца холла богатых домов возникают до- полнительные помещения для «свиты» и для гостей. Под ними, на уровне холла, устраиваются интимные столовые, гости- ные и пр. Со стороны «нижнего» конца предусматриваются новые служебные по- мещения, растет число челяди и умно- жаются ее функции. В XVI в. пьянство и обжорство принимают раблезианский ха- 442
таяКпТиер:итпСПаНСКИе ПУТеШеСТВеННИКИ сооб- щали, что «англичане строят свои дома из палок и из грязи, но едят как короли» Индивидуализм привел к расчленению помещении: некогда общая «комната» вл“ дельца и его семьи стала разделяться пе- регородками на личные спальни. У слуг появляются свои каморки. у Средневековый план в форме «Т» где к объему, заключающему личное помеще- ние владельца, под прямым углом примы- кает продольный объем холла, со време- нем принимает очертание «Н», где холл соединяет оба крыла — комплекс служеб- ных помещений и «господский» комплекс. Впрочем, холл теперь уже не столько сое- диняет оба крыла, сколько разъединяет их, поскольку между двумя половинами дома нет иного сообщения, как через холл, а этот последний перестает быть центром общественной жизни усадьбы: владельцы удалились в свое крыло, предоставив дру- гое слугам. Отныне холл только подчерки- вает классовую «дистанцию». С XVI в. начинается его вырождение из основного помещения дома в вестибюль. Усадебный дом и все тяготевшие к не- му постройки (конюшни, стойла, амбары, кузницы и пр.) обычно обрамляли внут- ренний двор, вход в который вел через привратницкую. Это было либо надвратное помещение, либо две башни, фланкирую- щие ворота, — композиция, обычная в сред- ние века. Хотя в стратегических предосто- рожностях нужда миновала, в середине XV в. весь ансамбль все еще окружался рвом. В конце XV в. часто встречаются два двора — внешний, застроенный хозяй- ственными строениями, и внутренний. Саут Уингфильд, большой усадеб- ный дом казначея Генриха VI Ральфа Кромвелля, построенный около 1435— 1440 гг. и разрушенный в период Револю- ции (1648 г), представляет такой тип. Хо- тя общая иррегулярности генплана, вызы- вавшаяся стихийно и разновременно возни- 9. Планы усадебных дрмов. / - Оксберг Холл (гр ~ 3—Сеттон Плейс (гр. Суррей); 4 ^Монтакют Хауэ^гр. Сомерсет). « - Ьарлборо Холл пр Дербишир), о - Керби ХОЛЛ <ГР Н^ннг= П-Детой Холл up Уорикшир) 9 - Доддинггон Холл (гр. Линкольншир), Обоамче»»» « ~ *°лл' ’
10. Усадебный дом XVI в. Комптон Уайниейтс (гр. Уорнкшнр) кавшими пристройками, в данном случае уже начинает уступать известной симмет- ричности, генплан все еще далек от той регулярности, которая станет правилом лишь в конце ХУД в. В наружный двор вы- ходили утраченные ныне хозяйственные постройки, внутренний двор обрамлен хол- лом и тяготевшими к нему помещениями. Западная сторона внутреннего двора была застроена дополнительными помещениями, в которых, по преданию, содержалась Ма- рия Стюарт. Часть дома, примыкавшая к «верхнему» концу холла, т. е. помещение владельца, также утрачена. Но по сохра- нившимся элементам ансамбля можно сде- лать заключение о довольно эффектной комбинации объемов, расчлененных высту- пающими «гардеробами» (уборными), ды- моходами и пр., напоминающими гигант- ские контрфорсы. Сохранился большой холл (23,5x12 м), под которым находится подвал, перекрытый нервюрными сводами. Гурты сводов опираются на ряд централь- но поставленных колонн. В северо-восточ- ном углу холла винтовая лестница ведет в разрушенные помещения владельца. Пол- ностью уцелела часть дома, примыкающая к «нижнему» концу холла, т. е. кухня со своим служебным комплексом. Вопреки обычаю, в этом случае одно из парадных помещений занимает часть второго этажа над буфетной. Крыльцо холла расположе- но почти на одной оси с выездом во внут- ренний двор, что было стратегически не- выгодно. И все же в композиции Саут Уингфиль- да оборонные соображения еще играли значительную роль: характерна крепостная башня в юго-западном углу внутреннего 444 двора. Но с начала XVI в. стремление к удобствам и к показной роскоши сменяет угрюмую простоту средневековых дворцов и усадебных домов. В расположении Оксберг Холла (1482 г.) еще чувствуется влияние оборон- ных сооружений. Прямоугольник двора об- рамлен строениями, причем жилой комп- лекс расположен против въездных ворот, фланкированных башнями крепостного ти- па. Холл, разрушенный в XVIII в. (план относится к 1775 г.), освещался двумя большими эркерами в «верхнем» конце, где также расположено возвышение и вход в гостиную (рис. 9, /). Прекрасно сохранившийся ансамбль усадебного дома Комптон Уайниейтс (около 1520 г.), заключает в себе сравни- тельно небольшой внутренний двор. Живо- писная комбинация объемов вовсе лишена симметрии, и благодаря своим башенкам, зубчатым парапетам и в то же время двух- скатным кровлям силуэт остается средне- вековым (рис. 10). Хотя весь комплекс воз- ник одновременно, создается впечатление, что элементы его были построены в разное время, тем более что применены разнооб- разные материалы (кирпич, камень, дере- во и штукатурка). Основным помещением остается холл, освещенный с одной сторо- ны эркером в верхнем конце и двумя боль- шими окнами. Слева от холла служебные помещения, справа—гостиная, над кото- рой комнаты владельца и его семьи. Глав- ная лестница, как обычно, расположена со стороны верхнего конца холла (рис. 9, 2). Холл в Сеттон Плейс (1523— 1525 гг.) имеет ряд отклонений от канони- ческого типа. Вход расположен посредине, близко от «верхнего» конца, на одной оси с утраченным въездом во внутренний двор. Таким образом, пространство холла, отде- ленное перегородкой, в данном случае утратило значение тамбура. Холл — двух- светный, что также необычно. В верхнем конце —по большому эркеру с каждой сто- роны. Камин выложен во внешней стене. Любопытна попытка ввести симметрию в планировку двора — два эркера, впервые появляющиеся не в холле, расположены в противоположных крыльях дома — друг против друга. Эркер холла уравновешен таким же эркером на противоположном конце центрального объема, хотя без вся- кой надобности (рис. 9,5 и стр. 448). В Хен грей в Холле (1538 г.) сим-
метричность плана все ешР В конце, противоположном^!» утствует' ' ренний двор,-холл с обычГыТ паспНУТ‘ J .."!,ем элементов (рис. 9,4 Гетр 4481 ' Большой усадебный 1 Олд Холл (1559 г.) _целикомМжРТ°Н 1 ковал конструкция. Господствующей ! здесь традиционный план лишен “им"м-" рии. Но, хотя холл все еще занимает цент р альное положение и снабжен всеми пои' сущими ему атрибутами, включая тамбуп камин и эркер, гостиная начинает конку- рировать с холлом и растущая важность^ подчеркивается появившимися и в ней ка мн ном и эркером. По площади гостиная уже больше холла и в центре ее парадная лестница (рис. 9,5, 17 и стр 450) Со второй половины XVI в. симметрич- ность становится правилом, причем не только в фасадах, но и в построении плана. Входящие в сад (двор) фасады Керби Холла (1570—1575 гг.) полностью сим- метричны, так же как и расположение по- мещений (рис. 9,5, 18 и стр. 450). Монтакют Хауз (1580—1599 гг.) уже открытый репрезентативный дворец. От оборонных сооружений отказались — внутренний двор превратился в обрамлен- ный балюстрадой курдонер. План здания окончательно принял очертания «Н» с па- радным входом посредине. Хотя нынеш- ние назначения помещений не соответ- ствуют прежним, справа от входа находится традиционный холл, эркер которого, одна- ко, помещен в центре, для симметрии фа- сада, где со стороны служебных помеще- ний сделан такой же эркер, хотя и неоп- равданный (рис. 9,7, 22 и стр. 453). В Барлборо (1583 г.)—квадратный план (центральный дворик был позже за- строен лестницей). В подражание Италии здесь кухня помещена в подвальном эта- же, что не соответствует английской тра- диции. Обычный холл здесь расположен в бельэтаже, и к нему непосредственно ведет наружная парадная лестница. В холле со- хранено традиционное возвышение «верх- него» конца (рис. 9.S). План Доддингтон Холла (1595 г.) снова очень прост и полностью соответ- ствует ранней традиции (рис. 9,5). Однако всего через несколько лет воз- никает план, в котором холл явно дегра- дирует. В усадебном доме Бертон Эгнес (1602—1610 гг.) все как-будто по- старому—холл с тамбуром и эркером. “Ук*пбр?м<ыкПа°ют1ЦеНИЯ И кУхони“й комп- !Х"“: "ительно к усложнившимся потребностям стает «иЮЛ°ТДеЛЬНЫе столовые’ xo““: стает быть местом встреч —в нем стало слишком много дверей (рис. 9,10) холл «А”0" Холле (1618-1635 гг.) холл вСе еще занимает центральное поло- разделяя служебные помещения и жилую парадную половину. Но это уже только вход, вестибюль дома; холл утра- тил парадное возвышение, эркер (рис. 9,11). В Б игноре (Суссекс) сохранился простои крестьянский дом фахверковой конструкции. Судя по небольшой площади оштукатуренных панелей заполнения (па- нели увеличивались из поколения в поко- ление по мере совершенствования конструк- ции), этот коттедж относится к первой по- ловине XVI в? Уже по общему виду можно заключить, что и здесь холл первоначаль- но отделял спальню от кухни и служил основным помещением. Много позже холл этого дома получил промежуточное пере- крытие и превратился в двухъярусное жи- лое помещение. Принципы построения плана не зави- сели от размера жилища или от материа- ла. Появившаяся в XVI в. тенденция к сим- метричной композиции плана едва ли была простым результатом итальянских влия- ний (симметрия, как и ритм, не является изобретением итальянского ренессанса). Арсенал художественных средств архи- тектуры средневекового жилища Англии был слишком беден, чтобы служить источ- ником декоративного обогащения тех архи- тектурных типов, которые были вызваны к жизни строительной инициативой времени, резко переключившейся с храмостроитель- ства на сооружение жилья. В поисках но- вого художественного языка, естественно, обращаются к Италии. Так. архитектур- ные формы итальянского ренессанса про- никают в Англию наряду с итальянской одеждой, итальянской музыкой, итальян- ской прозодней. В начале XVI в. итальян- ское зодчество уже выработало систему архитектурного мышления, обусловленную как прошлым италийской культуры, так и । всеми особенностями местной природы и социальной среды. Однако слагавшееся исторически мировоззрение английских
11. Вестминстер. Гробница Генриха VII. 1516 г. строителей-эмпириков, даже если им уда- валось побывать в Италии, не позволяло им понять закономерностей ордерной системы, языка ее пропорций. И если дифференци- рованное восприятие ремесленников по- стигало эту архитектуру не как интеграль- ное целое, а как более или менее стройный набор «антиков», то это тем более право- мерно в отношении заказчиков и потреби- телей. И заимствованные в Италии отдель- ные формы оказались включенными в фор- мотворческий процесс, притом в качестве только одного из его многочисленных ком- понентов. Но такова уж была творческая мощь этого времени, что в сочетании с ме- стной строительной традицией, ее материа- лами и конструкциями эти формы были осмыслены по-своему и подчинены специ- фическим задачам времени и места. Сонет проник в Англию из Италии одновременно с обновленным Витрувием. Но между соне- том Петрарки и сонетом Шекспира очень мало общего. Как архитектурная система итальянский ренессанс появился в Англии через сорок лет после смерти Палладио, когда празд- ник елизаветинского Возрождения давно отшумел. В начале же XVI в. прибыли еще толь- ко итальянизированные нидерландцы (Джон Круст, Джерард, Лука и Сусанна Хорнбод, Вильям Сретер, ван Клеев, Анто- нио Мор Утрехтский и др.). Это были пре- имущественно портретисты, призывавшие- ся увековечить образы правителей и окру- жающей их знати. Конечно, всех затмевала слава Ганса Гольбейна Младшего (1495— 1543 гг.), проведшего последние 16 лет жизни в Лондоне. Из архитектурных работ ему приписывают рисунок капители одной церкви в Чельси (Лондон), один камин и садовую беседку в Уилтоне. Были среди приглашенных мастеров и итальянцы. Источники называют целый ряд имен (Джироламо да Тревизо, Никола да Модена, Бенедетто Ровеццано, Дж. Майано, Бартоломео Пенни, Тото делла Нунциата, Пьетро Торриджано и др.). Но это главным образом скульпторы и деко- раторы, чаще всего второстепенные (Ти- циан и Рафаэль отклонили приглашение Генриха ХШ). Архитекторов среди них не было. Деятельность итальянцев оставила мало следов, и большинство существующих атрибуций остаются спорными. Наиболь- шее значение имели бесспорные работы скульпторов Пьетро Торриджано и Бене- детто Ровеццано. Важнейшая из них надгробие Ген- риха VII, законченное Пьетро Торрид- жано в 1516 г. (рис. 11). Хотя это надгро- бие, следуя английской традиции, пред- ставляет собой мраморный алтарь-саркофаг с лежащей фигурой короля, пропорции, симметричность композиции, характер декора, а также наличие свободных скульптурных фигур (херувимы) — все здесь говорит об итальянском ренессансе, причем в его наиболее чистых и благород- ных формах. Но памятник этот возник в пышной позднеготической среде капеллы Генриха VII. справедливо считающейся венцом английской готики. С тем большей решительностью столкнулись здесь две противоположности. Историко-архитектур- ное значение произведения Торриджано оказалось не в том, что оно впервые на английской земле воспроизводило новые формы, а в том, что формы эти, возникнув 446
В чуждой среде, тем самым । ивопоставили себя тпалшш В рвь,е про- пойдет сложный процесс слиянн °Тныне Bi.i: традиционного и займет™ ДВуХ На' Англии XVI в, действовЛь „ °Ванного- в чииые тенденции: с одной стоооны°ТИВО₽е’ нового, отвечающего возникшем^’ жажяа дуализму и антиклерикальным* НИЯМ, НО с ДРУГОЙ— РгтргтЛ. настР°е- В традиционном искусстве соответствую щих форм выражения для проснувшегося национального самосознания. Однако син гч?е' ХОищаТу°1ДвОСТИГНУТОМу В гуре жилища XVI в., предшествовало паз- рушение старого, позднеготического Позд- неготическая архитектура Англии — это стиль надгробий, капел^ и балд хинов стиль церковных интерьеров по преимущст ству. Но именно сюда прежде всего вор- вался итальянский ренессанс и тем фаталь- нее оказался удар:единство былоутрачено Средневековый мастер по-иному чув- ствовал архитектуру, и надгробие, созда- вавшееся им, было такой же частью об- щего, т. е. храма и его интерьера, какой был сам покойник по отношению к уравни- вающему и всепоглощающему забвению заупокойного мира. В средние века скульп- турные изображения умерших были реали- стичны без того, однако, чтобы быть порт- ретами. Сливаясь с окружающей архитек- турой, эти надгробия, часто выполненные в том же материале (алебастр, пербекский «мрамор»), что и интерьер, становились его важной и неотъемлемой частью. Однако люди XVI в. и после смерти стремились выделиться. Со временем традиционные свободно поставленные надгробия окончательно ус- тупают место ренессансным композициям: ниша с завершением в виде полуциркуль- ной арки и в глубине ее —саркофаг. Ниша фланкировалась пилястрами и колоннами, несущими антаблемент с пышной пирами- дальной композицией над ним, увенчанной обелиском. На стене ниши —герб и табли- ца с пространной надписью, подробно пе- речисляющей родовые связи покойника. Все эти сооружения раскрашивались в яркие, часто кричащие цвета (например, надгробие Дж. Рида 1610 г. вБредоне).Так самодовольное тщеславие стремилось убе- дить себя и других в законности своих притязаний. Сентенциозность длинных эпитафий и звонкие титулы сменяют сред- невековое «червь есмь». Не о спасении аТсамооеклТ ХЛ°П0Чет новый эакавчв1<. ивант “°рекламе- и он, естественно, наста- ивает на портретном сходстве. риджано^ появления произведения Тор- УРДьГоНт°п» ЛЮЦИЯ мем°Р“альной скульп- ур“ отРывается от архитектуры. Новых 4eck«CCrf,HCHbIX:s> церквей не строят, а готн- ВЫМ зЯ?«РииЫ наягробий отвергаются ио- м заказчиком. И с разрушением готичр- ниеГвекИаНТе3а ГИбН" прославленная в сред- ние века английская скульптура.Материал в значительной степени определял художе- ственную манеру английских мастеров* в сочетании традиционных приемов народно- го мастерства и традиционного материала создавалось специфически английское ис- кусство трактовки церковных интерьеров. Замена одного из этих факторов новыми неизбежно разрушала результат. Вынуж- 1-иные модой работать в несвойственном им материале (мрамор, терракота), анг- лийские мастера утратили свое искусство. И, лишь научившись передавать в дереве и в камне заимствованные «антики», на- родное мастерство, навсегда покинувшее область мемориальной скульптуры, снова обрело себя в конце XVI в. в отделке ком- фортабельных интерьеров жилищ того вре- мени. Конечно, не эфемерному пребыванию При дворе итальянских мастеров обязана архитек- тура Англин XVI в своими обновлен- ными формами. Растущие потребности провинциального строительства, питавше- гося модой, предъявляли неслыханный спрос на континентальные альбомы образ- цов тем более, что речь шла об архитек- турных элементах, часто не имевших про- тотипов в средневековом зодчестве (ка- мины, печные трубы, ордерные порталы и пр.). Процесс разрушения позднеготиче- ского синтеза, возникнув в церковном ин- терьере, быстро переходит на фасады строящихся светских зданий. Итальянизированные формы возникают раньше всего в крупнейших постройках на- чала XVI в. — в королевском дворце Нонсэч и в царственной резиденции кар- динала Уолси — X э м п то н Корте. Дворец Нонсэч (рис. 12) был разрушен в XVII—XVIII вв. Существует, однако, мно- го описаний этого сооружения, где расто- чительность Генриха VIII сказалась как в декоре фасадов, перенаселенных скульп- турными фигурами, так и в пышной отдел- нескольких второстепенных
12. Дворец Генриха VIII Нонсэч (рисунок XVII в.) ке интерьеров. Но если в этом здании, без- основательно приписываемом иногда Тото делла Нунциата, бесспорно присутствова- ли итальянские настроения, то в Хэмптон Корте (1514—1540 гг.) они проявились только в некоторых деталях декоративного характера: в терракотовых медальонах фа- сада, выполненных, видимо, по заказу Уолси в Италии, а также в деталях резных перекрытий холла уже бесспорно местной работы. Грандиозное здание, выложенное из темно-красного кирпича с белокаменны- ми деталями, как в композиции плана, так и в трактовке фасадов с их позднего- тическимн окнами, в стилистическом плане оставалось готическим. Существующий ансамбль (около тысячи помещений), включающий, в частности, новое крыло, со- оруженное Реном во второй половине XVI! в, —плод целого ряда пристроек. Впрочем и в XVI в. это был дворец, кото- 448 рый Уолси незадолго до своего падения счел необходимым подарить Генриху VIII, чтобы не дразнить его опасной зависти. 11 В конце первой четверти XVI в. было построено два усадебных дома средней ве- личины - Л е й е р Марией (1500— 1525 гг.) и упомянутый Сеттон Плейс (см. стр. 444). В обоих случаях наличие новых веяний можно объяснить заграничными I впечатлениями владельцев. Композитов того, что сохранилось от Лейер Марией (рис. 13), вполне средневековая. По внеш- нему фасаду пространство между двумя восьмиярусными эркерами занято ворота- ми, над которыми два больших прямо- угольных окна. Со стороны двора несколько асимметричный фасад не имеет высту- пающих частей. Каменные переплеты цент- ральных окон, несмотря на свою готиче- скую профилировку, украшены ренессанс- ными деталями (арабески), а характер тер- ракотовых украшений фигурных парапетов говорит об их итало-французском источни- ке (мотив дельфинов). В Сеттон Плейс появляется некоторая симметричность как в композиции плана (рис. 9), так и фасада. Как и предыдущее, это здание построено из кирпича, окна большие, прямоугольные, расчлененные ка- менными переплетами, которые имеют обычные для конца XV в. завершения в стиле «перпендикулярной» готики. Но фланкирующие вход башни средневековья здесь уже выродились в глухие столбооб- разные выступы многоугольного сечения, увенчанные башенками и соединенные зуб- чатым парапетом. Фасад богато украшен итальянизированными деталями. Хенгрейв Холл (см. стр. 444) —большой усадебный дом купца Томаса Китсона, ко- торый в 1521 г. приобрел этот участок и вскоре получил дворянское достоинство. Хотя в плане очевидна тенденция к неко- торой симметрии (рис. 9), фасады еще асимметричны. Углы завершены куполо- образными башенками, а периметр кровли обегает зубчатый парапет. По сравнению с поверхностью стен (камень и светлый кирпич) площадь окон невелика. Важней- шей особенностью является пышный пор- тал, контрастирующий с гладкой поверх- ностью стен, почти вовсе лишенных орна- мента, — прием, которому принадлежало будущее. Все детали, за исключением пор- тала, готические. Хотя входная арка го- тическая (уплощенная стрельчатая арка
Тюдоров), над ней богатый санснои консоли, гепа^? ркер на Рен«с- к°торой вполне итальянски^Т* декоР тоносцы и пр.). Эркер заиеп (амУРЬ1'Ши- готическими фиалами ВходТ” поздне’ приземистыми массивными к *ланкир°ван гичсскими фонарями башнями с го- Перед входом две свободно' завеРшения. колонны, которые ничего^ поставланные "ый фасад ра^чл^енХ' E-v ^ис- ключающих в себе дымохппи v У в' за‘ радные помещенияАрасПХо°лД0ЫженыИНк°В (Па' ДУ от холла). Несмотря на свой » 3аПа’ средневековый характер ,тпт “ все еще усадебный дом предвосхитит ™пичны,й шее развитие типа во втопой Дадьнеи‘ XVI в. как в том, что касается я»"**8""6 ниацин и симметрии плана так и в^омпо’ иентральный°Гп°ортал)Да оружений центральных1 районов “страны ос’ новная масса строительства в XVI в если верить «хроникам» Холиншеда, производи сстЬаЩе в Ф^ерке. Сохранившийся материал правильного представления о подлинном соотношении между фахвер ковыми постройками и каменными в XVI в не дает, поскольку сравнительная недол- говечность дерева и его меньшая огне- стойкость изменили за четыреста лет это соотношение не в пользу фахверка. К тому же каркасные сооружения плохо под- даются перестройкам, и в промышленных районах, в свое время богатых фахверко- выми строениями (особенно в Ланкаши- ре), их предпочитали сносить. Сохранился все же целый ряд сравни- тельно крупных усадебных домов фахвер- ковой конструкции (рис. 14). Втом же Лан- кашире—Спик Холл (середина XVI в.) имеет относительно симметричный фасад с центральным порталом, подъезд к кото- 13. Усадебный дом ЛеЙер^Марней (гр. Эссекс). 1500- рому выполнен в белом камне и украшен ренессансными деталями (рис. 15). Ансамбль Брамол Холл (около 1450 г. добавления — 1590—1600 гг.) вслед- ствие пристроек имеет довольно зтнпич- 14. Усадебный дом Питчфорд (гр. Шропшир) 16 вид. том V
15. Фахверковый усадебный дом XVI в. Спик Холл (гр. Ланкашир) ный план и асимметричный главный фасад, с большим эркером в середине (рис. 16). Несмотря на всю легкость конструкций и красочную живописность декора, сооруже- ние в целом не лишено известной монумен- тальности. Однако едва ли не важнейшей построй- кой этого типа является Мортон Олд 16 Фахверковый усадебный дом XVI в. Брамол Холл (близ Стокпорта) Холл (рис. 17). В этом точно датирован- ном 1559 годом и хорошо сохранившемся усадебном доме с его типичным планом (рис. 9) национальные деревянные конструкции XVI в„ казалось, достигли своей вершины. Выходящие во двор два эркера работы плотника Ричарда Дейля, не говоря уже о всей трактовке наружных фасадов, ве- роятно, не имеют себе равных в богатом деревянном зодчестве Англии Тюдоров. Сплошь застекленная непрерывным рядом окон «длинная галерея» верхнего этажа — результат пристройки (1602 г.) в угоду возникшей моде, когда холл стал терять свое доминирующее значение единственно- го универсального зала (см. стр. 445). Керби Холл (см. стр. 445)—точ- но датированный полуразрушенный уса- дебный дом в богатом камнем графстве Ноттингемшир. Он был построен с боль- шим приближением к плану, хранящемуся в упоминавшейся уже коллекции Джона Торпа, мастера, судя по его собственной приписке к плану, заложившего первый ка- мень этого сооружения. Некоторые писате- ли считают этот дом наиболее «ренессанс- ным» в Англии XVI в. Как бы то ни было,
I 7. Усадебный дом Мортон Олд Холл (гр. Чешир), 1559-1602 гг. но он начинает второй период архитекту- ры английского Возрождения. Если в том что касается плана, здравый смысл и эко- номичность продолжали господствовать и в конце XVI в., то в композиции фасадов, стремясь к безусловной симметричности, на- чали пренебрегать функциональной и кон- структивной правдой: большие окна с целью зрительного равновесия возникают в неоправданных местах, подчас делятся поперек промежуточным перекрытием эта- жей, не говоря уже о том, что эркеры ос- вещают сплошь да рядом маловажные по- мещения. Керби Холл обрамляет прямоугольник большого внутреннего двора (рис. 9). Се- верная сторона, где расположен вход, со двора трактована в виде лоджии, застек- ленная аркада которой первоначально бы- ла открытой. Боковые стороны дома, вы- ходившие во двор, были заняты различ- ными помещениями, с западной стороны жилыми, а с восточной — служебными. Ны- не все перегородки разрушены, но детали плана можно восстановить по чертежу Торпа. В композиции всех дворовых фаса- дов соблюдена строгая симметрия. Комп- лекс основных помещений (холл, парадная гостиная, кухня со службами и пр.) рас- положен в южном крыле, дворовын фа- сад которого с его богатым центральным порталом и является основным. Его боль- шие симметричные окна на восточной по- ловине освещают два яруса помещений, а на западной —высокий холл. Весь второй этаж западной стороны бьм занят так называемой «длинной гале- реей», становившейся обязательным эле- ментом даже усадебного дома средней ве- личины, не говоря уже о дворцах. Галерея почти всегда помещалась на верхнем эта- же, где было больше свободного места и открывался хороший вид на окрестность. В Бэкхерст Хаузе галерея достигала 76 м длины. В коллекции Торпа упоминаются галереи около 60 м длины (ширина 8— 9 м). Потолки «длинных галерей» чаше всего лепные. Назначение такого вытяну- того в длину парадного зала все еще оста- ется неясным: возможно, что оно служило местом для прогулок в частые дождли- вые дни. танцевальным залом и т. п. Су- ществуют указания на то, что при боль- шом наплыве гостей им иногда пользова- лись и для ночлега. Во всяком случае толь- ко со временем эта галерея превратилась в «картинную». В Керби Холле по крайней мере пять больших лестниц вели на второй этаж дома, вытянувшийся по четырем сторо- нам двора (высокий холл, как обычно, прерывал сообщение между обеими поло- винами). Дворовые фасады расчленены пиля- страми впервые примененного в Англии большого ордера (рис. 18). Пышный ордер- 16*
иый портал увенчан аттиком с несколько громоздким завершением. И хотя всюду про- порции произвольны, формы фантастичны, ордер часто применен неправильно, есть нечто знаменательное в тщательности, с ка- кой здесь избегаются готические воспоми- нания. Сам силуэт здания с рядом причуд- ливых нидерландских фронтонов, обелис- ками и сдвоенными столбообразными тру- бами, снабженными антаблементом, не лишен своеобразного ритма, хотя и несколь- ко беспокойного. Двойной полукруглый эркер юго-западного крыла добавлен позже, а два окна перестроены в 1638—1640 гг. Иниго Джонсом. Дом Фрэнсиса Уиллоуби — Уоллатон Холл (1580 г.)—одна из наиболее из- вестных европейских построек XVI в., на самом деле совершенно нетипична для ели- заветинской Англии (рис. 19). Традицион- ный план оказался здесь целиком подчи- ненным фантастической композиции объ- емов, автором которой был, по-видимому, Джон Торп. Постройка была осуществле- 18. Керби Холл (гр. Ноттингемшир), 1570—1575 гг. Фрагмент дворового фасада на мастером Смитсоном, эпитафия которо. го называет его «архитектором и сервейе- ром» (т. е. строителем, а не автором проек- та) этого дома. Известно пристрастие Тор. па к вычурным композициям в данном случае место внутреннего двора занимает центрально поставленный холл, возвышаю- щийся (с целью освещения) на 11 м в виде прямоугольной башни с угловыми башенками на консолях. Большие прямо- угольные окна этой башни снабжены ка- менными переплетами с рисунком, напо- минающим готический. По углам основно- го объема, окружающего холл, четыре силь- но выступающие башни прямоугольного плана, сравнительно невысокие (6 м над главной кровлей). Первоначальный вход вел, как обычно, к холлу, но через ряд промежуточных помещений, одно из кото- рых освещалось лишь отворенной дверью. Это неудобство было устранено только че- рез сто лет, когда был пробит проход не- посредствеино в холл. Несмотря на свой сравнительно неболь- шой объем, этот причудливый усадебный дом производил большое впечатление да- же на современников, привыкших к вещам необычным. Вероятно, это были те поклон- ники моды, для которых обилие «антиковэ являлось признаком хорошей архитектуры. Фасад Уоллатон Холла, особенно угловые башни, перегружены декоративными дета- лями нидерландского происхождения. При- чудливые очертания фронтонов, фланкиро- ванных и завершенных статуэтками, обе- лиски по углам, высокие трубы в форме ко- лонн создают очень беспокойный силуэт. На поверхности фасадов не оставлено не- заполненных плоскостей — ниши чередуют- ся с выступами, даже пилястры перехва- чены в середине широкими выступающи- ми поясами. В трех ярусах ордеров соб- людена обычная последовательность. В полукруглых нишах угловых башен бюсты Платона, Аристотеля, Вергилия. Бюсты, по некоторым сведениям заказанные в Ита- лии, отсутствуют и часть ниши осталась пустой. Подчинение привычного функциональ- ного плана отвлеченной схеме, рассчитан- ной на зрительный эффект, привело к соз- данию сооружения, которое, производя 1 В коллекции Торпа есть план дома, который он предназначал для самого себя и в основу кото- рого положил очертания собственных инициалов.
большое впечатление как монумент - жилище не вызвало подражания Именно г. монументальности Уоллатон Холла не в обычных для архитектуры елизав'етин ....... Англ™ поисках компромисса Sv традиционным и новым кроются не X". ко особенности этого сооружения ™ и причина его исключительности. Характерно что стремление к достижению гармоК скоп монументальности средствами ордер- ной архитектуры уже в то раннее время привело к возникновению композиции на- поминающей центрическую. Построенный примерно в это же время небольшой дом Пилтон Манор Хауз является прямой противоположностью аоллатон Холлу. Обычный план, сгруппи- рованный по сторонам центрального ядра (холла), вполне отражен рациональной комбинацией объемов, выполненных в кам- не. В этом случае художественный эффект достигнут простейшими средствами,— сильно выступающим прямоугольным эр- кером, благородно профилированными ка- менными переплетами больших окон, щип- цами крутых двухскатных кровель, а так- же типичными для времени Тюдоров вы- сокими сдвоенными трубами. Здесь нет и следа «антиков». Бер гл ей Хауз —пример большого дворца вельможи. Здесь часто гостил двор Елизаветы. Восточная сторона огромного квадрата была застроена владельцем Уи- льямом Сесилем в 1556—1564 гг.’ и вклю- чала холл и прилегающие к нему помеще- ния. Остальные стороны были закончены в 1577—1587 гг. не без участия Джона Торпа (угловые прямоугольные башни на- поминают Уоллатон и увражи Серсо, к ко- торым Торп часто обращался). Однако в строительстве принимало участие большое число мастеров из Германии (это чувству- ется в рисунке парапетов). Здание пред- ставляет собой массивный трехэтажный объем каменной кладки с умеренной пло- щадью застекленных проемов, расчленен- ный рядом выступов и эркеров. Широкие карнизы, на трех уровнях обегающие весь периметр здания, хорошо связывают вы- ступы и углубления в единое целое. Если не считать дворовой башни (рис. 20), ордер полностью отсутствует. Особенностью зда- ния является также отсутствие излюблен- ных Торпом фигурных фронтонов. Силуэт этой, во всем остальном спокойной пост- ройки, не лишенной величественности, оп- 1580 гг. латон Холл (гр. Ноттингемшир), 1570— Общий вид с северо-запада. Верхняя часть холла. План 1-го этажа ределяют многочисленные башенки, кото- рыми она ощетинилась, и высокие «колон- ны»— трубы, объединенные в ряды общи- ми архитравами. В другом дворце —Ноул (1570 г.), также приписываемом Торпу, вполне сред- невековый фасад (зубчатый парапет, ма- шикули над входом), хотя и симметрич- ный, уживается с нидерландскими фронто- нами, колоннадой и балюстрадой садового фасада (рис. 21, 30, 31). Монтакют X а у з — усадебный дом (см. стр. 445) придворного юрисконсуль- та Елизаветы Эдуарда Фелипса хорошо со- хранился и является одним из самых кра- сивых зданий конца XVI в. В данном слу- чае фасад (рис. 22) так же симметричен, как и план (рис. 9). Предлежащий двор с его балюстрадой и причудливыми бесед- ками у ворот — как бы напоминающими об укрепленном башнями въезде в средневе- ковый замок —говорит об эволюции от замкнутого укрепленного двора к гостепри- аза
20. Берглей Хауз (гр. Нортгемптоншир), 1556— имной загородной резиденции. «Через эти широкие двери никто не приходит слишком рано и никто не уходит слишком позд- но». — гласит надпись над порталом. Пло- щадь прямоугольных окон намного превы- 21. Дворец Ноул (гр. Кент), 1570 г. шает площадь кладки. Два больших эр- кера по сторонам сильно выступающего портала доведены, однако, только до уров- ня третьего этажа, который по фасаду це. ликом занят «длинной галереей», сплошь застекленной, если не считать восьми ниш содержащих скульптурные фигуры. Силь- но выступающие боковые крылья завер- шены фронтонами сложного криволиней- ного очертания. Над карнизом — балюст- рада с обелисками, подобная той, что ок- ружает внешний двор. Таким приемом дом и предлежащий двор как бы связываются в единую композицию. В этом здании, це- ликом построенном из сравнительно мягко- го сомерсетского камня, также отсутству- ет ордер, если не считать неожиданных свободно поставленных перед фасадом ко- лонн, которые ничем не связаны со зда- К заднему фасаду дома была в 1760 г. пристроена часть демонтированного ран- него сооружения с порталом в стиле пер- пендикулярной готики, что и образовало сквозной проход от одного крыла к дру- История развития елизаветинской ар- хитектуры — это история сопротивления на- циональных архитектурных форм вторже- нию континентальных приемов и идей. Од- нако насколько успешным было это со- противление в строительстве мелкого и среднего масштаба, где компромисс при- вел к стойкому и вполне самостоятельному синтезу, настолько же полной во второй четверти XVII в. явилась победа паллади- анства в архитектуре зданий, возводивших- ся новой знатью. Но и здесь победа далась не без долгой и упорной борьбы. Как признак стойкости готических во- споминаний, даже в самых крупных соору- жениях дворцового типа, упорнее всего держался силуэт. Его беспокойные конту- ры долго противостояли нивелирующей уравновешенности новых форм. Даже ко- гда в результате превращения верхних этажей из служебных в парадные двухскат- ные кровли уступили место сравнительно плоским, традиционные щипцы стали за- менять декоративными фронтонами при- чудливых очертаний. На балюстрадах, сме- нивших прежние зубчатые парапеты, воз- никли фиалы, шары и обелиски. Высокие трубы все еще фантастической формы про- должали группировать с явной целью по- лучить наиболее живописный эффект. Ино-
22. Монтакют Хауз (гр. Сомерсет), 1580-1599 гг. гда завершения эркерных выступов, заме- няющие былые башенки, возносились над уровнем венчающего карниза. Унаследованный от архитектуры ран- них Тюдоров динамический силуэт, разу- меется, был не столько проявлением «го- тического вертикализма», сколько резуль- татом как свободной композиции объемов различной высоты, так и функциональной необходимости щипцов. Щипцы служили не просто естественным завершением тор- цовых стен в условиях двухскатного по- крытия, но, возникая сплошь да рядом с продольной стороны, служили для осве- щения чердачных («мансардных») помеще- ний. Высокие трубы были необходимостью в домах деревянной конструкции, тем бо- лее при покрытии кровель щепой или да- же соломой. Поскольку формообразую- щий процесс обычно развивается в господ- ствующем архитектурном типе зданий — а в начале XVI в. в английском жилищном строительстве, несомненно, господствова- ли деревянные жилища — можно предпо- ложить, что высокая форма труб возникла именно в сочетании с фахверком. Превра- тившись со временем в традицию, высокие трубы стали средством декоративного обогащения и каменных зданий, где в усло- виях огнестойкого покрытия кровель не- померная высота труб, возможно, и не вы- зывалась необходимостью. Соображения комфорта и гигиены в климатических условиях Англии сразу же поставили перед строителями жилищ XVI в. проблему рационального освещения. Осо- бенностью архитектуры жилых домов уже в период ранних Тюдоров были большие прямоугольные оконные проемы, разделен- ные на 2—3 вертикальных секции камен- ными импостами. В елизаветинский период с увеличени- ем площади окон эти импосты стали со- единяться поперечными каменными брусья- ми. Такой решетчатый каменный переплет, обеспечивая большую жесткость конструк- ции, в то же время облегчал застекление больших проемов. Есть сведения о нала- женном массовом производстве (особенно на каменоломнях графства Уилтшир) не только декоративных деталей, но и таких конструктивных элементов, как карнизы, продававшиеся погонно, перемычки, стан- дартные оконные переплеты. Внезапность, с какой в начале XVI в. новая форма окон сменила готическую, свидетельствует о решительном станов- лении нового архитектурного типа, в ха- рактеристике которого эти рациональные приемы играют важную роль. Ьолве того.
23. Каудрей Хауз (гр. Суссекс), она говорит о творческой свободе камен- щиков, искусство которых до того в осно- вном воспитывалось опытом храмострое- ния. Отказавшись пожертвовать функцио- нальностью ради декоративных эффектов, создававшихся узором готических перепле- тов, эти мастера, опираясь на опыт каркас- ных конструкций фахверка, в то же время обеспечили устойчивость стен установкой под перемычками в опасно широких окон- ных проемах каменных импостов. Такие сплошь застекленные дворцы, как Хардуик Холл, где площадь окон превышала пло- щадь кладки, были в своей тектонической сущности смешанной конструкцией: мас- сивная кладка здесь сочеталась с карка- сом (см. стр. 461). Специфически английским элементом архитектуры века Тюдоров был эркер. Возникнув в средние века в виде выступа- ющего окна в «верхнем» конце холла (ино- гда он появлялся и на консоли, над вхо- дом), эркер вначале был еще невелик, вы- сота его не превышала этажа. Однако со временем он вытянулся на два этажа (Боу- тон Малерб, Каудрей Хауз, 1540г., рис.23), затем на высоту фасада и, наконец, перерос его (Барлборо Холл, 1583 г.). Эр- керы стали располагаться симметрично по фасаду, превратившись в важнейший эле- мент его членения. В Бертон Эгнес (см. стр. 445 и рис. 9) эркеры служат главным укра- 456
1540. Эркеры главного фасада шением гладкого фасада, сложенного из кирпича и белого камня. Из прямоугольных и многоугольных эркеры развились в полу- круглые, подобные двойному эркеру Керби Холла. Даже самые незначительные кот- теджи не обходятся без эркера (Боуртон I в Глостершире, фахверковые домики в Стивентоне, в графстве Беркшир). В на- чале XVI в. совершенно асимметричный фасад небольшого Хорхем Холла (1502— 1505 гг.) расчленен тремя различными эр- керами. В очень небольшом доме Колд Аш- тон (Глостершир) в конце XVI в, —три эркера: один в холле и два на симметрич- ных выступах южного фасада. Они служат единственным украшением этого спартан- ски простого здания. С начала XVII в. входной портал начи- нает приобретать особую важность. Даже сравнительно незначительные двери Хэт- фильд Хауза (1611 г., стр. 458) получают пышное ордерное обрамление. Меняющееся время сказывается и на трактовке входов. В больших дворцах вход располагается центрально и превращается в пышную ор- дерную композицию, становится предста- вительным, даже высокомерным, как и сам владелец. Портал Бликлинг Холла (1619—1620 гг.) обрамлен двухъярусным ордером с непропорционально большим гербом. Геральдические звери на цилиндри- ческих пьедесталах зорко стерегут вход.
Ф-ФтТ в°пасмурной1 Англии. Гдома^време’ ' 111 подчеркивают традиционную важн«^ ‘ га и предполагают уют нит»™,.™ 1 •uno в небольших домТх Н^и^ьно " дымовая труба рано становится ром художественной характеристики анг- шиского дома и на нее, не в последнюю^ редь. распространяются приемы репрезен- гативной трактовки дворца или большого хсадебного дома. Еще в конце XV в ^р?- оы встречались редко и холл во дворце Генриха VII в Ричмонде (1490 г.) имел очаг с выводом дыма через «лувр»' Но с начала XVI в. они встречаются повсемест- но. Сложенные из фасонного кирпича, составленные в группы причудливых очертании, они становятся важным эле- ментом всей композиции. Возникли «ор- дерные» трубы вроде колонн, украшаю- щих кровлю Керби Холла, Уоллатон Хол- ла или Лакок Аббей (рис. 24). Никогда еще непонимание тектонической природы колонны не сказывалось так ярко, как в этом декоративном сочетании ее формы с функцией дымовой трубы. С появлением богато расчлененных фа- садов, снабженных множеством окон, воз- никла нужда в водосточных трубах, неиз- вестных в средние века (уступчатые фах- верковые дома мало нуждались в водо- сточных трубах, а глухие стены замков тем более не боялись дождя). В Хаддон Холле (ХШ—XVIII вв.) сохранились свин- цовые трубы для стока дождевой воды с декорированными воронками разной фор- мы. Есть и другие примеры. До XVI в. соображения обороны игра- ли решающую роль при выборе застраи- ваемого участка, даже когда речь шла о сравнительно небольшом усадебном доме. Сады и парки, окружающие многие из со- хранившихся ранних замков и домов, — ре- зультат последующего благоустройства. Если они встречались в средние века, то это посадки лекарственных растений, ре- же плодовых; такого рода насаждения не преследовали иной цели, кроме чисто ути- литарной. Участки садов обносились стенами с целью защиты от ветра, в садах устраива- лись живописные террасы с белокаменны- ми лестницами, ставились причудливые бе- седки. Даже такие сравнительно неболь- шие владения, как Коля Аштон, имели свои благоустроенные сады. Общие тенденции развития усадебной архитектуры, выявившиеся в таких пост- Р°«*а*. как Монтакют Хауз. Кобхем Холл (1584 г.) и другие, достигли своей кульми- нации в первой четверти XVII в. при пер- вом Стюарте, причем с определенностью, давшей некоторые основания назвать в сущности все еще елизаветинский стиль стилем Якова I. Уже к концу XVI в. глубокие общест- венные сдвиги, происходившие в стране, привели к известной социальной поляриза- ции в среде основных носителей строитель- ной инициативы, т. е. новой феодальной верхушки, с одной стороны, и буржуазии в союзе с мелкопоместным дворянством, с другой. Но если при Тюдорах, опирав- шихся на все деятельные слои общества и соблюдавших видимость конституционно- сти, по крайней мере внешне, такое соци- альное расчленение не бросалось в глаза и это отражено господствовавшей архитек- турной типологией (где между загород- ным дворцом и усадебным домом остава- лось много общих черт), то с приходом Стюартов, склонных к откровенному аб- солютизму, положение изменилось. Знать, усиленная шотландским окружением коро- ля, постепенно отворачивалась от собствен- ных культурно-бытовых традиций, ориен- тируясь на Францию и на Италию. Кра- сочное, общительное и грубоватое жизне- любие двора Елизаветы постепенно сме- нялось чопорным этикетом, стремительный 24. Дымовые (I) и водосточные (2) тру*ы 467
темп жизни замедлился. Правда, хорошо образованный король внешне пытался со- блюсти преемственность установившегося образа жизни, однако его подлинная склонность к самодержавному правлению, делавшая конфликт с буржуазией неиз- бежным, скоро отразилась и на архитек- туре многочисленных дворцов первой чет- верти нового столетия, теперь уже типоло- гически противостоящих усадебным домам представителей «среднего» класса. Хэтфильд Хауз (1607—1612 гг. рис. 25) был построен мастером Робертом Лайминджем, в прошлом плотником, и ма- стером Дженевером. при участии само- го владельца Роберта Сесиля, хорошо зна- комого с французскими книгами по архи- тектуре. в частности с сочинениями Фили- бера Делорма. Тем не менее, эта важней- шая постройка времени Якова I явилась плодом развития национального типа елизаветинского дворца, результатом эво- люции. обусловленной как усложнивши- мися функциями загородного дворца вель- можи, так и успехами строительной техники, не говоря уже о влиянии бо- лее дисциплинированного вкуса. Примене- ние свинца в качестве кровельного мате- риала и сооружение промежуточных капи- тальных стен позволили перекрывать боль- шие пространства относительно плоской обшей кровлей. Это обеспечивало ком- пактность плана, симметричному пост- роению которого стала соответствовать симметричная композиция как прямоуголь- ных объемов, так и сравнительно гладких фасадов. Большие окна Хэтфильд Хауза просты, и важнейшим украшением главно- го фасада является богатый портал, как бы возвещающий царственную пышность интерьеров. Невысокая кровля скрыта за узорным парапетом, расчлененным тремя все еще довольно витиеватыми фронтонами. Силуэт характеризуется боковыми башен- ками довольно простых очертаний. Южный фасад, вероятно, лучший из созданных в Англии в начале XVII в., открывается в сад застекленной ныне лоджией. Здание выложено из камня, частью доставленного из Нормандии. Сохранилась отчетность, из которой видно, что конструкции обошлись в 8000 ф. стерлингов из 38 848, затраченных на здание в целом: основные суммы ушли на от- делку интерьеров — лепные потолки, дубо- вые панели, каррарский мрамор каминов. В большом дворце Чарлтон Хауз (1607—1612 гг.), построенном в обычном плане «Н» (кирпич с белокаменными дета- лями), композиция фасада проста (рис. 26). И здесь, если не считать ажурного па- рапета сравнительно плоской кровли и выступающего портала, фланкированного сдвоенными коринфскими колоннами, внеш- ние формы не соответствуют пышной рос- коши интерьеров. Несмотря на изменив- шееся ныне назначение отдельных поме- щений, план говорит об усложнившихся функциях новых дворцов, о блеске и в то же время об этикете придворной жизни. Высокий холл отделен от обособившегося парадного комплекса, с одной стороны, и от служебного —с другой, промежуточ- ными помещениями первого этажа. Это уже не более как парадная приемная. В Астон Холле (1618—1635 гг., рис. 27) с его роскошной «длинной гале- реей» холл превратился в вестибюль. В начале XVII в. увлечение итальянской архитектурой готовит предстоящий пере- ворот во всяком случае в том, что касает- ся так называемого «монументального» строительства. Огромное значение имело полное издание Серлио на английском язы- ке (1611 г.). Сэр Генри Уоттон объявляет Витрувия и Альберти «нашими главными учителями» ив 1624 г. издает свое собст-
2G. Чарлтон Хауз (гр, Уилтшир), 1607-1612 гг Общий вид. Портал Планы: I - холл; 3 - гомиим; 3 - кухм; 4 _ ,асо»и« венное пространное исследование: «Об элементах архитектуры», где призывает отказаться от нидерландского украшатель- ства (хотя все еще рекомендует пирами- дальные формы для труб). Он нападает на господствующие формы планов в виде «Е» и «Н» и настаивает на центрально по- ставленном главном объеме, обрамленном колоннадами. Он говорит, что Санта Джу- стина в Падуе лишена украшений и, тем не менее, прекрасна «благодаря скрытой гармонии своих пропорций». Однако эти настроения, увлекавшие двор и тянувших- ся за ним поклонников «континентальной образованности», не только не задевали уже пуритански настроенного «среднего» класса, но и вызывали с его стороны де- монстративное обращение к формам наци- ональной архитектуры при Елизавете. Д о м в А у н д е (около 1620 г.) предель- но прост и имеет в плайе форму «Е». Двор застроен с трех сторон— четвертая занята невысокой стеной с воротами, проем кото- рых имеет форму четырехцентровой арки Тюдоров. Крайние щипцы крыльев дома \ крашены зубчатыми фиалами, которые с традиционными обелисками над входом служат единственным украшением этого пуританского дома. Энстоун Холл (около 1653 г.)—типичный дом для рай- онов йоркшира и Дербишира. План здесь прост — гостиная под прямым углом к холлу, который превратился в вестибюль (пол вымощен каменными плитами, как и в кухне). Это помещение небольшой высо- ты, поскольку над ним расположены спальни. Простоте плана соответствуют и внешние формы, не менее далекие от 27. Астон Холл (гр. Уорикшир). 1618-
28. Развитие висячих стропил «итальянских» влияний, чем они были сто лет назад. Это исторически сложившийся национальный тип жилого дома прочной и простой конструкции, рационально и в то же время живописно скомпонованный, продолжает повторяться на каждом шагу. В массовом жилище фермеров даже в начале XVII в. продолжали господствовать типы домов, сложившиеся сто лет назад, с некоторыми конструктивными улучшени- ями. Более крупные из них имели холл с «гостиными* с каждой стороны. В «ниж- нем» конце был вход, в «верхнем» —очаг, который имел дымоход, общий с камином соседней гостиной, которая считалась глав- ной. Меньшие дома имели только одну гостиную. Спальни всегда помещались на втором этаже, более изолированном. Од. нако и здесь заметно стремление к инди' видуализации каждого коттеджа в част- ностях композиции, в благоустройстве уча- стка, в декоре. «Дома строятся для того, чтобы жить в них, а не любоваться ими», — напомина- ет Френсис Бэкон. Эти слова подтвержда- ются важностью, которую приобретает ин» терьер в эволюции архитектуры английско- го жилища в XVI, но особенно с XVII в., когда основной акцент оказывается пере- несенным на богатство отделки помещений. Первыми начинают украшаться холлы и прежде всего большие холлы дворцов и общественных зданий, причем главным ук- рашением оказываются открытые стропиль- ные перекрытия, где мощная прочная и в то же время легкая конструкция достигает неповторимой выразительности, импониро- вавшей народу плотников и кораблестрои- телей (рис. 28). Перекрытия Вестмин- стерского холла (пролет 22 м) кон- ца XIV в. вызвало много подражаний, и, в частности, от него мало чем отличает- ся перекрытие большого холла дворца Хэмтон Корт (около 1540 г.). Иногда пе- рекрытие делалось плоским, и в этом слу- чае оставлялись обнаженными только глав- ные элементы пересекающихся балок и стропил, участки между которыми запол- нялись оштукатуренными панелями с леп- ным орнаментом. Со второй половины XVI в. интерьеры холлов становятся бога- че и под влиянием нидерландских мастеров вводятся лепные потолки со свисающими цапфами (подражание нервюрным сводам). С особой тщательностью украшались также деревянные перегородки холла, при- чем здесь в резном орнаменте со второй половины XVI в. наряду с традиционной геральдикой начинают преобладать все те же нидерландские вариации ренессансных форм (пилястры и обелиски, гротески и сфинксы). Иногда оба проема перегородки получали ордерное обрамление с полным ан- таблементом через всю перегородку. Над карнизом шла балюстрада галерей, кото- рая позже стала продолжаться и вдоль продольной стены (антресоли). Фахверковые стены холлов долго оста- вались без украшений. Стены каменных холлов первоначально покрывались тон- ким слоем штукатурки с полихромным узо- ром, однако сырость и холод вызвали ши- рокое распространение гобеленов. 460
Со второй ПОЛОВИНЫ Xvt приемом утепления стен и Л» °сновны“ лелки помещений становий еСТ8енкой в основном дубовая обХка \Дере8янная' '«“ине XVI в. в овнамТт В/еРвой по- сподствовал рисунок обшивки го- ""»• Традиционное искусство™? пр?сты' • ; евообделочников сказала? ан™ийских лой в изготовленииt и с полной <=и- ладких панелей который РГЫХ или стены, иногда сплошь ДОРпотолкЯбШИ8аЛИСЬ до известного уровня гп» Т°лка' а иногда ™" *р« <р«.!»Лт, s; Роль, которую играл очаг в жизни зам ка или усадебного дома средневековой Англии, унаследовал камин. Ниши в X ще кладки с выводом дыма непосредствен- но через щель в стене и явились прототи- ловины^ХЛ/Г XV,-XVI1 вв- Со второй по- ловины XVI в. камин становится важней- шим украшением интерьера. В отделке ка- минов, выполненной в дереве, камне или мраморе, изощряется фантазия и искусст- во мастеров, черпающих, однако, свое вдохновение все в тех же континентальных альбомах. Подчас возникали очень слож- ные композиции, выполненные в разноцвет- ном мраморе, причем чаще всего они до- водились до потолка. Обычно проем топки обрамлялся пилястрами, колоннами или кариатидами с соответствующим антабле- ментом, играющим роль полки, над кото- рой высилась такая же композиция, но об- легченных пропорций, причем карниз по- следней подводился под потолок. Верхний ордер обрамлял либо пышный герб —дань изобразительной спеси «новых людей», ли- бо картину или барельеф. Сюжеты таких изображений очень разнообразны. «Сня- тие с креста» возникает по соседству с об- наженной «Русалкой». В одном случае изо- бражена в лицах вся биография владель- ца-юриста Родса (дом Барлборо). Осо- бенно часто вырезались девизы и латинские изречения в доказательство образованно- сти владельца (впрочем, эти изречения и сентенции возникают даже на парапетах кровель, например, в Фербригг Холле, в начале XVII в.). Тем не менее некоторые камины являются высоким достижением 29. Хардуик Холл (гр. Дербишир). 1576 г. Интерьер зала для приемов архитектуры малых форм, в частности уве- селительный замок Болсовер (1613 г.) из- вестей целой коллекцией каминов, инте- ресных по композиции. Большой пышно- стью отличаются камины во дворцах Ноул (рис. 31), Чарлтон Хауз и др. Даже са- мые скромные дома гордились своими бо- гатыми каминами. Важным элементом интерьеров были деревянные парадные лестницы. Так, де- ревянная лестница, бытовавшая в холлах средневековых усадебных домов, сменила даже во дворцах каменную винтовую ле- стницу замков. В больших дворцах могло быть по нескольку лестниц. Но одна всег- да была главной, «парадной», и она распо- лагалась близ «верхнего» конца холла. Од- на из самых роскошных и сложных по рас- 30. Дворец Ноул. Лестница
31. Дворец Ноул. Верхняя мялось 60000 человек, 20000 из них жило за пределами «сити» В Бристоле и Но- ридже насчитывалось по 12000, а в других городах меньше чем по 10000, Общая раз- руха и всеобщее брожение в первой поло- вине века мало способствовали развитию городов, и горожане занимались еще сель- ским хозяйством. Улицы поросли травой. Роспуск провинциальных цехов и гильдий окончательно подорвал муниципалитеты, доказав в то же время бессилие городских властей. Новый, мануфактурный способ производства (металлургия, сукноделие) концентрировался в деревнях, которые со временем вырастут в огромные промыш- ленные центры (Манчестер, Ливерпуль, Бирмингам). Сохранилась любопытная пе- тиция суконщиков Устера, Ившема и дру- гих пунктов, указывающая на то. что ра- бочие оставили эти города и начали делать сукно по деревням. Йорк обнищал настоль- ко. что выпрашивал себе у Генриха VH1 скидку налогов. Множество «кафедраль- ных» городов современной Англии с тех пор так и не возродились и существуют лишь благодаря историко-архитектурной ценности своих соборов (Эксетер, Сент- Дэвидс и др.). Сохранилось много описа- ний Лондона XVI в. Узкие улицы, кое-где замощенные булыжником, были застроены деревянными домами (фахверк) с нависа- ющими вторым, а иногда и третьим эта- жами. Кровли соломенные пли тростнико- вые, с глиняной обмазкой, реже покрытые щепой, черепицей или сланцем. Печное отопление распространяется только bXVI в. в связи с внедрением кирпича. В начале XVI в. застекленные рамы были еще ред- костью в городских домах: при переездах рамы возили с собой, как мебель. Один со- временник пишет: «улицы и прилегающие к ним участки заполнены грязными хижи- нами и другими строениями, заборами и навозными кучами, вопреки всем воспре- । тительным прокламациям и парламентским , актам, так что в некоторых местах не осталось места для разъезда повозки в прогона скота». Градостроительные идеа- » лы «Утопии» Мора, навеянные образцовым состоянием нидерландских городов, кото- ь рые он посетил, говорят именно о том. чего не хватало городам родины великого гу маниста, —о рациональной застройке, оби- лии открытых площадей и садов, водопро- воде. санитарии. Со второй половины XVI в. в связи с краске —лестница ВО двопи» Р преобладает геральдический лпУЛ' В'Ней г коллекции Торпа приводится целыТвяд ' планов деревянных лестниц Р Д 1 Сплошные скамьи влопк 1 холла, стол на возвышении его «верхнего» ! конца, резное кресло владельца и табуое ты для членов семьи и почетных гостей (столы для остальных участников трапезы составляли на козлах и убирали) завдю- чали в себе всю обстановку даже крупней- ших холлов, не говоря уже о менее важ- ных помещениях, на протяжении всего средневековья. Окованные железом сунду- ки и резные скамьи были подчас единст- венной «мебелью» гостиных и спален тем более, что подушки и постельное белье во- шли в широкий обиход лишь в XVI в. Залы дворцов и усадебных домов даже второй половины XVI в. ныне показались бы очень пустынными. Обилие мебели и кар- тин в сохранившихся интерьерах XVI в,— результат эволюции быта и вкусов в по- следующее время, особенно после рестав- рации (1650 г.). Городские дома. Англия не знала му- ниципальной культуры, которая прослави- ла средневековые города континента. Сле- дуя планам римских поселений с их пересекающимися под прямым углом осевы- ми артериями, города, даже когда они воз- никали сызнова, как правило, застраива- лись в шахматном порядке, причем как с санитарной точки зрения, так и конструк- тивной, застройка эта оставалась на весь- ма низком уровне. Городские центры от- сутствовали. рыночные площади и ратуши были исключением, а соборы нередко ока- зывались расположенными эксцентрически. В XIV—XV вв. частые пожары и эпидемии производили страшные опустошения имен- но в английских городах. В городах, если они не были портами, поневоле ютилась беднота. Англичане времени Тюдоров го- родов не любили. Даже купцы, разбога- тев, стремились обзавестись усадьбой и загородным домом. Если не считать Лон- дона, где была сконцентрирована треть городского населения страны, и ряда пор- тов, городская жизнь практически замер- ла и возродилась лишь в конце XVI в. связи с общим экономическим подъемом. В 1532—1535 гг. население Лондона рав
32. Кентербери. Жилой дом XVI в. открытием Нового Света и развитием мо- реплавания возрастает значение портов за- падного побережья Англии, а также Лон- дона, рост которого особенно после вторич- ного разгрома Антверпена испанцами (1576 г.) принимает бурный характер. По- вторные запреты властей селиться ближе, чем на определенном расстоянии от город- ских ворот Лондона в концеXVI в. и начале XVII в. ни к чему не приводят. Но, несмотря на очень интенсивную за- стройку столицы, не было каких-либо орга- низационных схем, которые рассматрива- ли бы город как единое целое. Периодиче- ски издававшиеся правила касались в основном только санитарных и противопо- жарных мероприятий. К числу таких отно- сится и изданная в 1605 г. запоздалая про- кламация, воспрещающая возведение в лондонском Сити и в радиусе одной мили вокруг него строений с деревянными фаса- дами Первые планы организованной заст- ройки столицы относятся ко второй поло- вине XVII в., когда стихийный пожар 464 1666 г. вызвал необходимость восстанов- ления города, почти целиком ставшего до- бычей пламени. Успехи, достигнутые во второй половине XVI в. усадебным строительством, не мог- ли не сказаться и на городской застройке, где также возникает тяга к художествен- ной трактовке фасадов. Однако планы, в значительной мере обусловленные сплош- ным характером застройки участков и их ог- раниченностью, долго остаются вне новых композиционных влияний. Ничего, хотя бы приближающегося по объемам к загород- ным постройкам XVI в., в городском жи- лищном строительстве не было, а сравни- тельно небольшие дома, которые были построены, почти целиком погибли. То не- многое, что сохранилось, сильно перестро- ено, хотя в некоторых поселках все еще встречаются целые улицы, застроенные фахверковым жилищем XVI—XVII вв. Осо- бенностью фахверковых городских жилищ в XVI в. стали резные карнизы, пышно ук- рашенные консоли эркеров и нависающих верхних этажей. Сохранилось изображение такого дома в Эксетере, разобранного в конце XIX в. В условиях отсутствия осве- щения с торцовых сторон (как правило, дома выходили на улицу своей протяжен- ной стороной) верхние этажи нередко име- ли сплошные ряды оконных проемов: в Кентербери весь второй этаж дома засте- клен; его два эркера служат консолями для третьего этажа (рис. 32). В районах, богатых камнем, строились очень простые дома, фасад которых имел обычно симмет- ричную композицию; в центре — дверь, фланкированная двумя довольно широки- ми эркерами, увенчанными фронтонами (дом в Лечдейле). Относительно симмет- ричен дом в Гластонбери (Трайбюнал Ха- уз, около 1515 г.), где мотив сдвоенных окон повторяется по всему фасаду. В упоминавшейся выше коллекции Тор- па содержится чертеж, изображающий три городских дома, поставленных в ряд. Дли- на каждого из первых двух по фасаду — Юз», а третий и того меньше (7м). В одном случае в первом этаже кухня и холл вы- ходят на фасад, буфетная и гостиная об- ращены во двор. В малом доме по фасаду расположен только вход и кухня, гостиная выходит во двор, а лестница находится против входа. Планы верхних этажей от- сутствуют. Правда, в этой же коллекции есть примеры и более богатых домов влия-
тельных чиновников, врачей и » неволе живших в столиц? пристов' по- ломов имеет внутренний °ДИН из э™х чивало лучшую освевдннодь и™ °беспе’ По фасаду протяженность „п РЬеров' 15,5 м. С этой стороны распоЛ^МЭ равна гостиная и буфетная- равполо«ены холл, кухня выходят во дв^р КакЯЯобьОСТИНаЯ и мешения небольшие (мипг„ обь1чн°-по- нимали большие камины? И Л°Щади за’ второго этажа нет На Л,Десь Плана всему фасаду застекленная тепп ЭТаже по торой находятся каморк™ лу ^^ За К°‘ ШотландияХУ! выбыла объеди- излавн\1Нр7аничес?иеНасвдз7ЩеСТВ°0а8ШИе Я"П’Л 33. Шотландские замки XVI в. Слева — Кричтон, план и фраг- мент внутреннего двора, спра- ва — Фолкленд (вверху) н Стер- *65
34. Уорик. Госпиталь Лейстера. 1571 г. (фахверк) полнение к стратегическим башням, также ряда небольших башенок прямоугольного 1 или круглого плана, снабженных шлемооб- разным завершением и расположенных по углам основного объема, а иногда и по всему периметру кровли. Эти сравнитель- i но тонкостенные постройки, заключавшие в себе небольшие помещения (студии), не имели оборонного значения и к XVI в. вы- родились в декоративные башенки, при- дающие очень своеобразный колорит си- луэтам замков на фоне свинцового неба и" гористого пейзажа Шотландии. Естественно, что именно в ведущем типе национальной архитектуры и сказались прежде всего новые веяния. Вследствие возникшей нужды в дополнительных поме- щениях уже в XV в. устанавливается прак- тика пристройки продолговатых объемов к существующим башням. С XVI в. шотланд- ский замок уже представляет собой четы- рехугольник, составленный из единообраз- ных горизонтальных объемов, увенчан- ных башенками и обрамляющих замкну- тый двор. Массивная средневековая баш- ня исчезает. Замок Линлитгоу сложился путем объединения горизонтальными «па- латами» свободно стоявших старых башен. Но в замке Дерлтон (XV в.) горизонталь- ный блок холла возникает уже на месте снесенных башен. В данном случае внеш- няя стена холла заменила восточную кур- тину (т. е. отрезок крепостной стены), цо- кольный этаж, где помещался склад, пере- крыт сводом, основной свод покрыт дву- скатной кровлей; это и есть главное поме- щение, и оно, как обычно, в одном конце сообщается с жилищем владельца, а в противоположном — с кухней и подсобными помещениями. Высокая центрическая кух- ня перекрыта куполом, снабжена двумя ог- ромными очагами и имеет выходы в пекар- ню и к колодцу. Примерно та же компози- ция в замке Даун (1419—1424 гг.): холл заключен между двумя башнями, в одной из которых жилище владельца, а в дру- гой— кухня и подсобные помещения. Существует предположение, что едва ли не первым «ренессансным» сооружени- ем на Британских островах был большой 35. Лейвенхем. Ратуша, 1529 г.
холл ,амка Стеолич, L. роенный около 1480 г по пТ 33)1 По' жившего некоторое время вИ™’1"! »Р°‘ >а Кочрейна. авантюриста " Р°бер’ Якова III шотландского ’Лриближсиного Ж. появились две цепком Л?ЛЬК0 по3’ пост ройки-одна по соседству с тем" же шмком Стерлинг, другая няп™, Те 1 ж французские шато на Луаое пнзющая <1>о.-,к.цшда-. в духе ренесса^аоТделан X i.iMica Кричтон (рис. 33). лелан двор В соответствии с растущей пышностью внешних форм начинает развиваться и и„ ерьер который в XVI в. уже трактуется ео всей доступной тогда роскошью И с пре- вращением традиционного замка'во дво- рец Шотландия теряет свой национальный архитектурный тип, в значительной мере превращаясь в архитектурную провинцию Англии. Общественные сооружения. В связи с роспуском монастырей функции благотво- рительности и образования в XVI в. стали осуществляться общественными организа- циями. В Чиппинг Кемпдене (Глостершир) ка- менный госпиталь (Дом призрения) отличается простотой композиции и деко- ра. В его интерьерах та же простота. Вы- тянутый объем центрального здания с кру- той двускатной кровлей имеет выступаю- щие крылья. Ряд щипцов завершает фасад здания с типичными трубами. Более живо- писно выглядит фахверковый госпиталь Лейстера в Уорике (1571 г„ рис. 34). Богатая ратуша Эксетера явля- ется примером типа общественных зданий, мало распространенных в Англии XVI в. Пышная верхняя часть фасада покоится на арках, образующих свободную лоджию. В Лейвенхеме фахверковая ратуша (рис. 35) была построена в 1529 г. разбо- гатевшими местными сукноделами. Из множества школ, построенных в XVI—XVII вв„ одна из лучших сравнитель- но поздней постройки находится в Бер- тон Латимере (1622 г.). Это не- сколько вытянутое одноэтажное здание симметричной композиции с фланкирован- ным пилястрами центральным входом. Над порталом — криволинейный фронтон, увен- чанный обелиском. Большие елизаветин- ские окна с каменными переплетами обе- 36. Глемсфорд. Жилой дом (бывшая школа), 1614 г. гают все здание, включая торцы (с целью лучшего освещения школьных помещений). В Глемсфорде есть датированный 1614 г. большой коттедж, в свое время слу- жившей школой (рис. 36). Гораздо чаще встречаются в XVI— XVII вв. крытые рынки (рис. 37). В Чиппинг Кемпдене вытянутое про- странство рынка обрамлено рядом арок, покоящихся на столбах со своеобразными капителями: на торцах по две арки, раз- деленных массивом стены. Щипцы кровли (по три на фасад и по два на торец) име- ют двойные мансардные окна. Много бо- гаче крытый рынок в Шрусбери (ко- нец XVI в.). Освещенный большими ок- нами второй этаж, покоящийся на аркадах рынка, имеет декоративное зубчатое за- вершение — воспоминание о тех бурных 37. Шрусбери. Крытый рынок, XVI в.
38. Крытый рынок в Уаймондхеме. 1617 г. (фахверк) временах средневековья, когда рождался этот архитектурный тип. Увенчанная фрон- тоном выступающая центральная часть придает всей композиции симметричность, не лишенную спокойного благородства. Не- законченным остался предпринятый пост- ройкой в 1577 г. крытый рынок в Роту- элле, который по замыслу (италья- низированные формы) и выполнению мог бы стать лучшим в Англии Тюдоров. Лю- 39. Эдинбург. «Госпиталь» Хернота, 1624—1650 гг. 468 бопытен рынок фахверковой конструкции в Уаймондхеме (1617 г., рис. 38). В Шотландии среди «ренессансных» об- щественных сооружений наиболее приме- чателен Дом призрения (госпиталь) Хериота в Эдинбурге (рис. 39). Я В XVI в. Англия как бы пришла в дви- жение. По древним и новым дорогам стра- ны двигались люди, легко отрываясь от насиженных мест, либо с целью торговли, либо в поисках работы, удобной земли', удачи, а то и просто впечатлений. И в от- вет на новую потребность возникает новый архитектурный тип, заменивший страно- приимные дома монастырей, — дорож- ная гостиница, традиционная — «инн» века Елизаветы — с двором, таверной, жи- вописной вывеской (рис. 40). Именно во дворах этих гостиниц разыгрывались бро- дячими актерами пьесы Шекспира, Мар- лоу и др. Многочисленные придорожные гостини- цы и городские постоялые дворы обычно имели единообразный план: расположен- ные на втором этаже спальни выходили в прямоугольный двор и соединялись кры- той галереей, обегающей весь внутренний периметр здания. В нижнем этаже нахо- дилась конюшня, таверна, служебные по- мещения. Зрители театральных представ- лений, обычно происходивших во дворах, размещались и в крытых галереях (иног- да двухэтажных) посреди двора. Возрастающая популярность театраль- ных зрелищ привела к сооружению дере- вянных зданий, в большом масштабе вос- производивших схему гостиничного двора. Такие «театры» раньше всего возникли в Лондоне, в его восточной части (театры «Глобус», «Лебедь», «Роза»). Крепостное строительство Тюдоров ог- раничилось постройкой Генрихом VIII ря- да сравнительно небольших прибрежных укреплений с целью обороны от ожидав- шегося французского вторжения. Эти фор- ты несравнимы с мощью таких крепостей XIV—XV вв„ как Лувр. Они носили ско- рее тактический характер. В строительстве их принимали участие наряду с такими местными мастерами, как Томас Берти (форты Колшот около 1539 г., Хере, 1541 — 1544 гг. и др.). Джон Роджерс (ук- репления в Гулле и в Беруике, 1542), так- же и иностранцы (например, строитель замка Сендгейт, 1539—1540 гг., Стивен фон Хапшенперг из Чехии).
Университетские постройки. Во второй по- ловине XV в. в связи с растущей тягой к образованию и с проникновением в Англию увлечения античной филологией возникает новый стимул к развитию Оксфорда и Кем- бриджа, с ХШ в. пользовавшихся славой крупных центров европейской учености. В конце XV в. некоторые оксфордские уче- ные (Гросин, Линакр, Латимер и др.) изу- чают в университетах Флоренции, Падуи и Рима греческий язык у беженцев из Константинополя, а уже в начале XVI в. сам Эразм Роттердамский предпочитает штудировать его в Англии. Хотя новые ве- яния и натолкнулись на сопротивление кон- сервативных ученых и в значительной ме- ре приобрели богословский характер, под- держка Томаса Мора, епископа Фишера и кардинала Уолси, близко стоявших к ко- ролю Генриху VIII, обеспечила победу гу- манизма. Корона была заинтересована в образованных кадрах нового склада, кото- рые могли бы противостоять старым, свя- занным с опозиционно настроенной римско- католической иерархией. Позже в связи с роспуском монастырей —главных про- водников образования в провинции, нужда в университетском преподавании выросла и часть средств, вырученных от продажи конфискованных монастырских имушеств. была употреблена на строительство в Ок- сфорде и в Кембридже. Из 22 колледжей Оксфорда и 17 Кембриджа многие воз- никли в период Тюдоров. Университетские колледжи напоминали монастырские комплексы не только прямо- угольной планировкой своих внутренних дворов, куда открывались построенные по периметру академические здания (рис. 41). но и регламентом замкнутого быта. Пре- подаватели и студенты жили совместно, причем главным центром общественной жизни таких корпораций, или «коллегий», был холл. Каждый колледж, помимо сво- его холла, имел и собственную часовню, иногда очень большую. В XV в. в университетском строительст- ве возобладала скромность: мастер, стро- ивший в Оксфорде здания школ Дивинн- ти, получил инструкцию беречь фонды уни- верситета и проявлять сдержанность в ук- рашении. Аналогичное распоряжение было отдано Генрихом VI (1422—1461 гг.). Од- 41. Оксфорд. Общий вид центра города колледжи»
нако в третьей четверти XV в. «перпенди- кулярный» стиль английской готики при- обрел новую пышность, близкую сердцу Эдуарда IV. В 1474 — 1490 гг. в Оксфорде строится сильно украшенный Модл ин-колледж (св. Магдалины), законченный уже при Генрихе VII, причем пристроенная им баш- ня капеллы оказалась много скромнее бо- лее ранних частей ансамбля (рис. 42). Строительство этого колледжа осуществля- лось мастером и одновременно подрядчи- ком Уильямом Орчардом, который вплоть до своей смерти в 1504 г. был фактическим руководителем всего строительства в рай- оне Оксфорда. Этот строитель-предприни- матель широко пользовался наемным тру- дом. наладил массовое производство де- талей 1 в собственных мастерских, не гово- 1 В начале XVI в. практика сборки даже церков- ных зданий из заранее заготовленных деталей при- нимает вообще довольно широкий характер: напри мер, в графстве Уилтшир капеллы трех церквей (Бромхем, Сент Джон Девайзес ц Ол Каннинге) ря уже о том, что имел оптовый склад стройматериалов2. В Оксфорде ему принад- лежит: сложный свод холла школ Ливини- ти (1480—1483 гг.), некоторые части ан- самбля колледжа Сент Джонс, в 1525—1529 гг. в Оксфорде по инициативе кардинала Уолси строится один из круп- нейших колледжей Англии — Крайст- черч, капелла которого вследствие опалы, постигшей инициатора строительства, так и осталась непостроенной. Этот колледж строился каменщиком Виндзорского замка Редманом и королевским строителем Джо- ном Лебонсом. Не менее интенсивным было строитель- ство колледжей в Кембридже, где почти одновременно возникает три ансамбля (кол- леджи Джизус, 1496-—1507 гг., Крайст, собраны из идентичных элементов, носящих те же лало возможным появление проектов, подобных пред- ложению епископа эксетерского (около 1530—1540 гг), построить 51 типовой дом в Сеттон Колдфильдс. XVI в.; справа — Бодлеанская библиотека, вход, 1613 г.
1505-!5Н гг. и Сент-Джонс. 1511- 1520 гг.). Все перечисленные сооружения и ансам- бли были возведены мастерами каменщи- ками. Не менее важной была деятельность плотников и столяров. Лондонский плотник Хемфри Коук (работал в 1496—1531 гг.) снабдил пере- крытиями все важнейшие постройки бр. Вертю, Редмана и др. Из его сохранив- шихся работ, главная—это готическое по орнаменту перекрытие холла колледжа Крайст-черч, предвосхищающее аналогич- ное, хотя и более роскошное перекрытие холла дворца Хэмптон Корт работы глав- ного королевского строителя, плотника Джеймса Нийдхема (работал в 1522— 1544 гг.). Типологически к большим холлам кол- леджей приближается холл судебных уч- реждений Среднего Темпля в Лон- доне, хотя масштабы здесь более величе- ственны (около 33X17X18 л). Интерьер этого холла, включая знаменитое перекры- тие, относится к 1562—1572 гг.; резная ду- бовая перегородка-экран (1575 г.) по бо- гатству орнамента напоминает перегородки холлов колледжей. Однако здесь уже чув- 43. Оксфорд. Уодхем-колледж Холл, конец XVI а.; Кембридж. Тринити-колледж. Вход в капеллу и фрагмент перегородки холле. 1604 г. ствуются ренессансные мотивы. Сторона перегородки, обращенная к холлу, всегда считалась главным украшением зала и от- делывалась с особой тщательностью. Имен но сюда поэтому и проникают первые
•I 1. Кентербери. Собор. Башня нид средокрестией качало XVI в., мастер Д. Уэстелль И признаки нового декора холлов, во всем остальном остающихся готическими. При- меры таких перегородок — в холлах кол- леджей Тринити (Кембридж) и Уод- хем (Оксфорд) (рис. 43). Очень пышная перегородка кембридж- ского холла Тринити относится уже к нача- лу XVII в. (1604 г.). Отдавая дань моде, некоторые колледжи также украсились но- выми порталами, без того, однако, чтобы это как-нибудь изменило готический харак- тер постройки в целом. Построенные в 1574 г. «почетные ворота» Кейус- колледжа в Кембридже, приписываемые Хавениусу из Клеве, носили уже ренессан- сный характер. В Оксфорде к вполне го- тическому фасаду Бодлеанской библио- теки пристроена пятиярусная ордерная композиция (рис. 42) с применением всех ордеров (сдвоенные колонны) в обычной последовательности. Однако готическое сопротивление было стойким. Капеллы двух оксфордских кол- леджей (Линкольн и Джизус), построен- ные в 1620—1629 гг., остались готически- ми от начала до конца. Культовые сооружения. Есть все основа- ния думать, что нервюрный свод в качестве перекрытия основного пространства церков- ного нефа был впервые применен в Англии (собор вДэрхеме, 1133г.).Тем не менее, анг- лийская готика в конструктивном отношении не была продуктивной. Сплошь да рядом на романские конструкции набрасывались готические одежды. Деревянные перекры- тия не требовали развития каменной кар- касной системы, аркбутан чужд англий- ской готике, и даже в целиком готических соборах (Линкольн, Солсбери) стена оста- ется несущей конструкцией. Периодизация английской готики не случайно построена по декоративным признакам. 45. Кембридж. Капелла Киигс-колледжа, 1446— 1575 гг., мастер Д. Уэстелл. Общий вид. План 472
46. Кембридж. Капелл. Кикге колледжа. Интерьер
Такое односторонее развитие готики в Англии сравнительно рано привело к на- рушению взаимосвязанного единства го- тической системы. Со второй половины XIV в. эта тенден- ция усиливается. В результате «Черной Смерти» (1349 г.), поразившей английские города, ряды каменщиков сильно пореде- ли. Новые мастера, в прошлом сельские плотники, внесли в отделку интерьеров церквей приемы деревянного зодчества, чуж- дые каменным конструкциям. Правда, анг- лийские средневековые строители всегда предпочитали прямолинейные планы и прямоугольные объемы башен и апсид, идущие от строительства в дереве, но те- перь эти формы проникли и в декор, вы- теснив криволинейные узоры. В середине XIV в. в хоре собора в Глостере возник, та- ким образом, чисто английский «перпенди- кулярный» стиль готики, т. е. стиль линий, пересекающихся под прямым углом с пре- обладанием вертикальных. В пышной от- делке интерьеров этого времени уже чув- ствуется погоня за эффектом, нет и следа 474 той сосредоточенной одухотворенности ко- торая была присуща ранней готике. Вре- мена изменились, идеология становилась 1 светской, господствовала раздвоенность! личного и общественного сознания, а в ар- хитектуре доминировал декор, измельчен- | ный чисто ювелирной виртуозностью. Ка- залось, что источник вдохновения иссяк. I Однако при любившем роскошь Эдуар- де IV (1461 — 1483 гг.) неожиданно насту- пило возрождение готики, которое и по- служило колыбелью для «стиля Тюдоров», Несмотря на экономический упадок и по- литическую неустойчивость, с целью пред- ставительства предпринимается целый ряд крупных сооружений, в частности универ- ситетских. При колледжах возникают свои капел- лы. В эти ансамбли переносится весь ком- плекс «перпендикулярной» декорации. Рож- дается архитектурный тип, в котором го- тика получает новое вполне светское зву- чание. В интерьерах колледжей, в их об- ширных холлах перед мастерством плотни- ков и декораторов открываются новые перспективы. Возрождается стилистическое единство формы и содержания. Новые прогрессивные приемы восстанавливают взаимосвязь конструкции и декора. Этот позднеготический стиль представ- лен не только ансамблями колледжей и ажурными башнями, воздвигавшимися над средокрестиями старых соборов, вроде Кен- терберийского (1490—1487 гг., см. рис. 44), но и зданиями капелл зального типа. Имен- но в больших капеллах нашел «перпендику- лярный» стиль родственную себе форму пе- рекрытий «звездчатыми» и «веерообразны- ми» сводами, систему конструкций, корня- ми своими восходящую к клуатру Глостер- ского собора. Это — хрустальные дворцы, освещенные прозрачными витражами ог- ромных окон и перекрытые как бы паря- щими в воздухе кружевными сводами. В этих пышных памятниках королевского тщеславия, шедеврах цехового мастерст- ва, глубоко светских по своему настрое- нию, мало что напоминало о религиозных функциях. Здесь не было и следа той ат- мосферы, которая царила в сумеречных нефах церквей XIII—XIV вв. Развитие перпендикулярного стиля по- сле относительного застоя в первой поло- вине XV в. начинается с постройки к а- пеллы Сент Джордж, предпринятой Эдуардом IV в замке Виндзор. Стро-
п.лле%Хо7скойЙ КемГ ЧРУЛНЫХ ка- минстерской) ХЙ’ Веет- • умер в 1488 г) ВееоопбЛ, Г Дженинс сооружен между 1500-151" СВОД Г,ыл N Вертю. Вероятно, крупнейшимаСТер°М ром при двух пеовыт т„„ Й им масте’ 'Уэстер (у^рПеоРко“оТ15 6°РагХ) бВ’Л Дж°" в частности, принадлежит mJ’' КОТОРОМУ. ня собора в Кентербери (стр. 47Та^кже веерообразный свод ее фонаря Он же * строил ажурные капеллы собора в Питев- боро. Возможно, что примененные здесь своды явились развитием типа, разработан- кого западной школой - мастеру ₽Смит - в сводах капеллы собора в Уэллсе и в церкви Шернборнского аббатства (в третьей четверти XV в.). Важнейшим про- изведением Д. Уэстелла явилась капел- Ла К”НГдм Олледжа в Кембридже (рис. 45, 46) с ее 12 огромными окнами сложным сводом и строгой взаимосвязан- ностью конструкций и деталей. Хотя пыш- ность интерьера здесь не достигает вели- колепия Вестминстерской капеллы Генриха VII, из трех капелл эта наиболее урав- новешенная по своим пропорциям. Несвет- ский характер подчеркивается планом — здесь нет разделения внутреннего прост- ранства на хор и на неф. Нет и боковых нефов, хотя между контрфорсами устрое- ны боковые капеллы. В это же время слагается новый тип приходской церкви. Если во Франции приходские церкви нередко воспроизводят в миниатюре ком- позицию больших соборов, то в Англии это самостоятельный тип, противостоящий со- бору, разница между нефом и хором здесь меньше подчеркнута, в интерьере столбы несут деревянное перекрытие, которое все- гда предпочитают сводчатому. Хор только иногда имеет боковые нефы, апсида заме- нена прямоугольным завершением («ретро- хор»). Важнейшей особенностью этих цер- квей является величественная башня западного фасада, в то время как в соборах акцент всегда ставился в центральной баш- не средокрестия. При первых Тюдорах, в частности, бы- ли построены церкви в Лейвенхеме (148о— 1523 гг.),вЛонг Мелфорде (1470-1490 гг.) и др. В небольшой приходской церкви в У и сто не (1534 г.) есть признаки сти- лизации средневековых форм (зуочатые парапеты и пр., рис. 47). 48. Лондон. Вестминстерское аббатство. Капелла Генриха VII, 1503- 1519 rr . Р и У. Вертю Главными мастерами Генриха VII бы- ли братья Роберт и Уильям Вертю. Анг- лийский исследователь Д. Харвей говорит, что именно они являются авторами по- следней крупной церкви английского сред- невековья — аббатства в Бате (1501 — 1539 гг.).
Старший Вертю, Роберт, учившийся у своего отца Адама Вертю, видимо, был автором капеллы Генриха VII в Вестмин- стере. хотя ему не удалось ее закончить до своей смерти в 1506 г. Работы были нача- ты в 1503 г. и закончены младшим братом Уильямом, которому и принадлежит зна- менитый свод (рис. 48, 49), поражающий удивительной тонкостью работы. Реформация с 1540 г. практически пре- кращает новое храмостроение: существо- вавшие церкви полностью удовлетворяли ограниченным потребностям своего време- ни. Новая волна реформационного движе- ния, с начала XVII в. охватившего «сред- ний» класс, носила уже иконоборческий характер, и пуританство выдвинуло собст- венную типологически новую композицион- ную схему церковного здания, развитие ко- торой принадлежит другому периоду
НИДЕРЛАНДОВ Города Нидерландов вслед за итальян- скими городами принадлежали к наиболее ранним очагам формирования нового обще- ственного уклада, в рамках которого заро- дилась культура Возрождения. Подобно итальянским центрам, ставшим основными пунктами развития промышленности и тор- говли южной Европы и Средиземного моря, города Нидерландов явились средоточием экономической жизни западной и северной Европы. Но пути эволюции художествен- ной культуры и, в частности, зодчества Италии и Нидерландов оказались во мно- гом отличными. В XV—XVI вв. Нидерланды включали в свой состав территорию современных Бель- гии, Голландии и Люксембурга, а также некоторые районы Северной Франции. В предшествующие столетия здесь сложилось определенное соотношение политических сил. С одной стороны, выступали феодаль- ные правители отдельных областей —графы Фландрские, герцоги Брабантские, графы Голландские вместе с подчиненным им дво- рянством, с другой — богатые торговые и промышленные города, уже к ХП1 в. до- стигшие огромного экономического значе- ния и сумевшие в длительной упорной борь- бе добиться права на самоуправление. За- няв ключевые позиции в морской торговле между Англией, Францией, Германией, скандинавскими странами и Русью, эти го- рода благодаря их расположению в устьях крупнейших рек северо-западной Европы одновременно были связаны с внутрикои- тинентальными центрами европейских стран Наряду с морской торговлей (и связанными с ней кораблестроением и рыболовством) важнейшим фактором экономического про- цветания Нидерландов явилась промышлен- ность, в частности сукноделие. Большое значение в экономике страны имело иитен- сивное сельское хозяйство. Различные области страны были раз- виты неодинаково. Располагавшие более благоприятными природными условиями южные области (на территории современ- ной Бельгии) отличались большей плотно- стью населения, нежели бедный ресурсами север. Самыми богатыми были города двух крупнейших южных областей: Фландрии с ее основными центрами — Брюгге, Гентом и Ипром и лежащего восточнее ее Брабан- та, крупнейшими городами которого были Антверпен, Брюссель и Лувен. Из северных областей, расположенных на территории нынешней Голландии, более развитыми были два графства —Голландия, среди го- родов которой выделялись Утрехт. Гаага и Амстердам, и Зеландия с главным горо- дом Миддельбургом. Наивысшего полити- ческого могущества нидерландские города достигли в XIII—XIV вв. Именно в этот пе- риод сложился в основном их облик, воз- никли многие монументальные постройки, определились характерные принципы гра- достроительства и сами типы сооружений. В эпоху Возрождения, т е. в XV—XVI вв.. политическое положение Нидерландов су- щественно изменилось. Начиная с 1384 г различные области страны постепенно за- хватывались правителями герцогства Бур- гундского, и к 1441 г. Нидерланды оказа- лись целиком включенными в состав Бур- гундского государства, которое переживало в'XV в. свой расцвет.
Включение Нидерландов в Бургундское государство представляло известный шаг вперед на пути объединения страны в еди- ное целое. Но характерные для правящих классов Бургундии феодально-консерватив- ные тенденции пришли в резкое столкно- вение с интересами экономически сильных и обладавших полнотой самоуправления свободных городов Нидерландов. К тому же из-за конкуренции английской суконодель- ной промышленности такие города Фланд- рии. как Брюгге, Ипр, Гент, были вынуж- дены на протяжении XV в. уступить эконо- мическое первенство брабантским городам- Брюсселю и Антверпену, развивавшим другие виды промышленности. И все же ни бургундское господство, ни изменения в международной торговле не могли серьезно подорвать экономической мощи Нидерландов и воспрепятствовать поступательному развитию зарождавшейся здесь новой прогрессивной культуры. В XV в. Нидерланды оставались богатейшей стра- ной Европы. Громадные богатства, которы- ми владел бюргерский патрициат крупных центров Фландрии и Брабанта, щедро тра- тились на украшение городов, на строитель- ство крупных сооружений, на бесчисленные празднества. Высказывания современников свидетельствуют о том, что облик нидер- ландских городов с их тысячами ремеслен- ных мастерских и лавок, с величественными зданиями торговых рядов, общественными постройками и комфортабельными бюргер- скими домами производил неизгладимое впечатление. В новую фазу своего общественного раз- вития Нидерланды вступили в начале XVI в. В 1477 г. Нидерланды вследствие династи- ческих браков были присоединены к импе- рии Габсбургов, достигшей в правление Карла V своего наивысшего могущества. Торговые операции Нидерландов, ставших составной частью гигантской империи, при- обрели небывалые масштабы. Одновремен- но шел процесс дальнейшей централизации страны, разделенной отныне на семнадцать провинций. Города Фландрии в этот период теряют свои экономические позиции, зато постепенно возрастает роль городов в се- верных провинциях и совершенно исключи- тельное значение приобретает Антверпен, ставший крупнейшим портом Европы, под- линным центром мировой торговли. В этих условиях Нидерланды явились для империи Габсбургов настоящим золо- тым дном. Небольшая страна, все населе ние которой не превышало трех миллионов человек, приносила Карлу V ежегодного до хода вдвое больше, чем вся Испания вмес те с ее богатейшими заморскими колониями Систематическое ограбление Нидерландов' политическое бесправие, абсолютистский гнет и, наконец, жестокие религиозные пре- следования, которыми испанские власти ответили на распространение в Нидерлан- дах кальвинистского учения, вызвали ши- рокое движение протеста, и в 1566 г. в Ни- дерландах вспыхнула революция. Револю, ционная война с Испанией, длившаяся не- сколько десятилетий, имела своим конечным последствием полное освобождение от ис- панского гнета северных провинций, объе- динившихся в Нидерландскую республику, в то время как южные территории, где со- храняли свое значение феодально-дворян- ские элементы, вынуждены были признать над собой власть Испании. Формирование нового, буржуазного са- мосознания началось в Нидерландах до- вольно рано, но в отличие от Италии оно проходило здесь в менее революционных формах. Соответственно этому Нидерланды не знали раннего развития новой философ- ской и эстетической мысли. Уже в нидерландской средневековой ар- хитектуре ХШ—XIV вв. обнаруживались чрезвычайно сильно выраженные светские элементы. Они проявились, в частности, в общем преобладании в зодчестве этого вре- мени светских типов построек. Наиболее выдающиеся из них имеют общеевропейское значение. Так, например, в средневековых Нидерландах возник своеобразный тип со- оружений, с исключительной образной на- глядностью воплотивший те основы, на которых базировалась суверенная власть города. Это грандиозные торговые ряды, ко- торые воспринимались как свидетельство его экономической мощи, с возвышающейся над ними громадной башней городского колокола (беффруа), традиционным сим- волом городских вольностей. По своим ги- гантским масштабам, по монументальности, выразительности, по органическому един- ству утилитарных и представительных функций постройки подобного рода в Ипре и в Брюгге не уступают прославленным памятникам монументального гражданско- го зодчества в Италии. Наряду с ними в средневековых Нидерландах были распро- странены и другие типы общественных со-
оружений—-дома собраний городских це- хов и гильдий, торговые постройки. Важное место в застройке занимали жилые дома городского бюргерства. Основное отличие нидерландского зод- чества раннего Возрождения, т. е. XV в., от архитектуры итальянского Ренессанса того же периода заключается в том, что Нидер- ланды не знали подлинно революционного поворота к новым образам, к новому языку архитектуры. В то время как итальянское зодчество, обратившись к использованию античного наследия, к ордерной системе, не только явило собой новый этап в эволюции архитектуры, но заложило также основы для прогрессивного развития европейской архи- тектуры в последующих столетиях, нидер- ландское зодчество XV и в значительной мере XVI вв. развивалось по-прежнему в формах готики. Подобная приверженность к прошлому, казалось бы. неожиданная для страны столь бурного экономического и обществен- ного развития, объясняется двумя важными факторами. Во-первых, в Нидерландах в отличие от Италии отсутствовала плодо- ninpii.e.i .... традиция Bn тановившееся в XV в. бургундское господ- ство в сочетании с некоторыми кризисными явлениями в экономике способствовало про-
1. Зволле. Пороховая башня,’XV в. никновению в культуру консервативных черт, в частности религиозно-рыцарских элементов, замедлив тем самым прогрес- сивные тенденции, обозначившиеся в ни- дерландской архитектуре предшествующих столетий, или придав им иную направлен- ность. Соотношение между культовым и свет- ским зодчеством в эпоху Возрождения в Нидерландах не изменилось — перевес со- хранялся за светской архитектурой. За еди- ничными дополнениями и исключениями, сами типы построек остались те же. Новое содержание в архитектуре XV и частично XVI столетия передается не в новых фор- мах, а в оригинально и виртуозно интерпре- тируемых формах готического зодчества. До середины XVI в. позиции позднего- тической архитектуры оставались еще очень сильными. Но постепенно с установлением тесных художественных связей с другими европейскими странами элементы Ренессаи 1 са, проникавшие с начала XVI в. в нидеп лапдское зодчество, подготовили почву „ля более решительных изменений. Первой/ чально эти новые элементы появляются в архитектуре малых форм, зачастую вклк>. чаясь в традиционный готический ансамбль Вслед за тем в Нидерланды выписываются \ итальянские (или учившиеся в Италии) ар. хитекторы, которые сооружают главным об- разом дворцовые постройки правителей и дома для знати. Возникает интерес к теории архитектуры, переводятся труды Витрувия и Серлио. Но только в середине столетия соз- дались предпосылки для более широ- кого внедрения классического стиля в архи- тектурную практику. Весьма показательно для Нидерландов, что принципы классиче- ской архитектуры Возрождения нашли свое воплощение преимущественно в светских постройках — дворцах и ратушах. Что ка- сается традиций готики, то они сохранялись еще долгое время, продолжая существовать даже в XVII в., часто в своеобразном слия- нии с формами барокко и классицизма. Нидерланды —низменная страна, распо- ложенная в сильно разветвленных дельтах трех крупных рек северо-западной Европы — Шельды, Мааса и Рейна. Значительная часть территории на севере страны, от- воеванная у моря в результате неустанной многовековой борьбы, находилась ниже уровня океана и защищалась сложной си- стемой дамб и плотин. Обилие рек и кана- лов придавало равнинному ландшафту с очень низким горизонтом особое своеобра- зие. Даже в южных Нидерландах, в мень- шей степени насыщенных водными прото- ками, климат мягкий, влажный, с обилием осадков, с очень частой сменой погоды и небольшим количеством ясных солнечных дней. На юге Нидерландов имелись богатые залежи хорошего строительного камня. Бла- годаря развитой системе водных путей ка- мень легко доставлялся в различные пунк- ты страны. Нидерландские мастера камен- ных дел славились в Европе и нередко ра- ботали за рубежом. В северных областях основным строи- тельным материалом был кирпич, изготов- лявшийся из местных глин. Как во многих других странах на побережье Северного и Балтийского морей, в северонидерландских 480
городах кирпич в сочетании „ « нем или без него издавна в™''"’™ кам’ ' пялся в самых разнообразных тТ Приме' 1 ювых И светских построек Высокий V куль‘ грунтовых вод требовал особого*УрОвень ь ФУндаментам/очень ш“роко 6В"™аННЯ 'Р°"Ранены свайные основания. РВС’ ских городов еще не1обнаруживалД^пЛаНД' опальных отличий от облика сред^евекощп юродов этой страны. В основном сохраня ,1ась прежняя планировка города и его глав- ных частей, а стилевой характер большин- с.ва построек, воздвигнутых заРэти столё- гия, в связи с сохранением готической тра- диции не составлял резкого контраста со средневековыми сооружениями (рис 1 2) По-прежнему множество городских построек тесно группировалось внутри городских стен, а в силуэте города важную роль игра- ли начатые в предшествующую эпоху но завершавшиеся обычно в XV—XVI вв. баш- ни соборов и церквей. Главной площадью города оставалась рыночная площадь, на которой размещались ратуша, а также гильдейские и цеховые дома (рис. 3, 4). В основной городской застройке преобла- дали тесно прижатые друг к другу жилые дома с узкими фасадами, завершавшимися высокими треугольными либо ступенчатыми фронтонами. От городов других европей- ских стран нидерландские города отличало обилие каналов, нередко служивших основ- ными транспортными магистралями. В осо- бенности это относится к северонидерланд- ским городам, ио некоторые важные центры юга, в частности Брюгге и Гент, также снабжены системой каналов. Сеть этих каналов в основном соответ- ствовала стихийно формировавшейся на протяжении столетий планировке городов, располагаясь большей частью по радиально- концентрической системе. На севере страны каналы использовались также в военно- фортификационных целях. Широкий обвод- ный канал составлял важный оборонитель- ный рубеж перед окружавшими город кре- постными стенами. В связи с этим в Север- ных Нидерландах большое распространение получил тип предмостных крепостных ба- В Нидерландах XV—XVI вв. еще не созрели условия для осознания и практиче- ской реализации тех принципов городского архитектурного ансамбля, которые наибо- лее полно для своего времени были разра- ботаны зодчими ренессансной Италии. В решении соответствующих градостроитель- ных задач нидерландские мастера во многом опирались на традиции эпохи средневе- ковья. По сравнению с теми из городских площадей Италии, которые создавались по единому плану и были выдержаны в стро- гом единстве архитектурных форм, их архи- тектурно-композиционные замыслы не вы- , глядели столь радикальными. Застройка 2. Гент. Зеленая набережная, застройка XV—XVI вв. 16 ВИА. том
хранившихся частях представляется более раздробленной и элементарной. Масштабы входящих в эту застройку отдельных соору- жений. их пропорции и сам характер архи- тектурных форм не всегда отличались пол- ным взаимным соответствием. Все же и в этих комплексах присутствует организую- щее начало, которое позволяет говорить о сложении определенного ансамбля, хотя и стоящего на более ранней исторической ступени, нежели ансамбли итальянских зод- чих. Прямоугольные по очертаниям, назван- ные площади нидерландских городов харак- теризуются сплошной периметральной за- стройкой, прерываемой лишь выходящими на площадь немногими улицами. Главное сооружение в каждом из этих трех ансамб- лей — здание ратуши — настолько сильно выделялось среди других зданий, что до- пущенные в остальной застройке площади некоторые отклонения в масштабе зданий, в уровнях их основных членений и даже само многообразие их архитектурных форм не вредят впечатлению общего ком- позиционно-образного единства. В то время как ренессансные площади Италии обычно формировались из немногих крупных объ- емов, общая застройка площадей Брюсселя и Антверпена в своей значительной части состоит из множества узких фасадов, каж дый из которых отличается богатством де' коративной фантазии и тщательностью ис- полнения самых мелких деталей. Простран- ственная выразительность площади в сочетании со щедрой стихией художествен- ного ремесла, превращающей каждое зда- ние в своеобразную драгоценность, при- дает этим ансамблям очень большую привлекательность. Входящие в них отдель- ные монументальные сооружения, возве- денные во второй половине XVI в. в фор- мах классической ордерной системы, например ратуша в Антверпене, благодаря специфически нидерландскому истолкова- нию ордерных форм не создавали диссо- нанса с остальной застройкой площади, а скорее, напротив, выгодно оттеняли ее де- коративное великолепие. Наряду с типом замкнутой прямоуголь- ной площади с периметральной застройкой в Нидерландах был распространен другой тип планировки городского центра, когда здание ратуши выдвигалось к середине площади, очертания которой при этом ча- 3. Антверпен. Гран-плас. Ратуша н цеховые дома, застройка XVI в. 4в2
СТО носили неправильный мерой подобного решения MnL Те₽' П₽и‘ площадь в Гауде (рис йГ нУЖИТЬ 1ание ратуши оставалос открытымТ*™ С горой, а с четвертой к hImv ™ трех гругие постройки, как в г'иРи,“ЫЫ'1и падях в Миддельбур?еВИиЬ,ХА"л°- нарде (рис. 15). В подобных случая^ соблюдалось строгое композиционное пав новесие различных частей площади и пви’ ..... ансамбля оказывались выраженны- ми в меньшей степени. “Р<>женны В области архитектуры жилого дома нидерландское Возрождение не привело к коренному преобразованию сложившегося еще в эпоху средневековья типа бюргер ского жилища. Поэтому в целом путь эво- люции жилого дома в Нидерландах в эпо- ху Возрождения был иным, нежели в Ита- лии, где высшим выражением архитектуры жилого сооружения стали городские двор- цы знати и бюргерского патрициата. Ренес- сансное палаццо — это дворец, принадле- жавший частному лицу, зачастую нетиту- лованному. Пафос утверждения новых общественных идеалов ощущается в этих постройках с тем большей явственно- стью, что они решены в формах классиче- ской архитектуры, отчего образ их приоб- ретает черты возвышенного величия. В Ни- дерландах же представители бюргерского сословия не смогли выйти за рамки сред- невековой корпоративности. В XV и даже в XVI в. богатые патрицианские дома не несли в себе утверждения индивидуального начала, свойственного итальянским пост- ройкам. В сознании бюргера-заказчика и архитектора-исполнителя не произошло еще того перелома, который составляет одну из коренных особенностей архитектуры италь- янского Ренессанса. Частные дома нидер- ландского бюргерства в этом плане еще не порывают со средневековыми традициями. К сожалению, образцы жилых сооруже- ний XV—XVI вв. уцелели в очень неболь- шом количестве. Функциональное решение бюргерского жилого дома и характер его размещения в городской застройке оста- лись по существу такими же. как и в пред- шествующие столетия. По-прежнему это были узкие —в две-три оси двух- или трех этажные дома с высокой кровлей. скаты которой образовывали над фасадом тр рольный или ступенчатый ФР“ £ £ вый этаж отводился для лавки (илиматер ской) и для кухни; в верхних этажах. которые вела винтовая лестница, распола- гались жилые помещения и склад (рис. 5). Узкие уличный и дворовый фасады приво- дили к необходимости сильно вытягивать здания в глубину. Особенностью жилых домов в городах Нидерландов (так же. как и ряда других европейских стран) были весьма большие оконные проемы, забранные частыми пере- плетами. Величина проемов и обильное за- стекление фасадов были связаны с тем, что помещения могли освещаться на всю их большую глубину только через фасадные окна, а в климатических условиях Нидер- ландов при малом количестве солнечных дней менее крупные проемы привели бы к недостаточной освещенности. Разновидности строительной техники в нидерландской жилой архитектуре связаны с применением различных материалов. Наряду с деревянными сооружениями здесь были распространены здания, выст- 5. Амстердам. Жилой дом, XVI а. План
6. Утрехт. Фасады жилых домов, XVI в. роенные целиком из камня или кирпича, и. наконец, постройки, выполненные из кир- пича в сочетании с белым камнем. Деревянное жилое строительство, ши- роко распространенное в Нидерландах в эпоху средневековья, а в северной части страны занимавшее даже господствующее положение, осуществлялось в больших масштабах и в XV—XVI вв. Этому способст- вовали дешевизна конструкции и самих строительных материалов, в связи с широ- ким импортом леса, а также давние техни- ческие навыки, выработавшиеся в копай лестроении. Недостатком деревянного строительства была меньшая, сравнительно с кирпичными зданиями, капитальность построек и в особенности опасность пожа- ров, многократно опустошавших нидеп- ландскне города. Муниципальные власти ' поощряли поэтому кирпичное строитель- ство; при застройке улиц деревянными до- г мами предписывалось возводить кирпич ные брандмауэры. В целом конструкция деревянных домов образовывала систему взаимосвязанных стояков и ригелей, поверх которых шла до- щатая обшивка. Доски для обшивки при- менялись гладкие либо рифленые. Выгоды деревянной конструкции эффективно ис- пользовались для некоторого увеличения площади помещений в верхних этажах за счет нависания их над нижними. Образо- вывавшиеся на фасадах выступы опирались на консоли. Благодаря выступающим эта- жам и завершающему сильно вынесенному над треугольным фронтоном карнизу фа- сады приобретали большую пластичность. Оконные и дверные обрамления нередко украшались резьбой. Каменные и кирпичные дома уже по характеру самой конструкции сохраняли фасадную плоскость более строгой (рис. 6). В очертаниях проемов и оконных перепле- тов долго сохранялись разнообразные го- тические формы, чаще других —придавлен- ная «тюдоровская» арка и мотивы в форме трилистника. Фронтоны имели в основном ступенчатые очертания и украшались ло- патками и круглыми ложными окнами. Сходные приемы варьировались в распро- странившейся в XVI в. на севере страны смешанной технике кирпича и белого камня, повышающей декоративную выра- зительность фасадов. Скромные интерьеры нидерландских жилых домов были привле- кательны и уютны благодаря мастерскому использованию полезной площади и высо- кой по тем временам культуре быта. Что касается крестьянского жилища в Нидерландах, то его образцы XV—XVI вв. не сохранились и реконструируются на ос- новании косвенных данных. Если в эпоху средневековья жилые и хозяйственные по- стройки размещались отдельно, то в рас- сматриваемый период они объединяются в единый комплекс. Основные составные эле- менты этого комплекса — жилая часть по- стройки. хлев, гумно — представляли как 484
самостоятельные объем... "д1|°и постройки. В различных "Р^мах мц • 'раны и даже в одной н ^- пР°винииях ли составные части обвали Же местност" 1ЫС объемно-пространстя ли различ- цпи, па протяженииРХУ-XvT комбина' Е кратно претерпевавшие изменения ,неод"°- » гроительными материалами я ?ИС'7)' ; .тносгях были камень В сельсК11х Чаще всего из к^ня'илХпнча^о I пилась жилая часть дома- vn,- 03 В постройки сооружались из ’дереваТровля • ........ была соломенная, впоследствии в В покрытии жилой части применялась чере Чрезвычайно важны для нидерландской 8 архитектуры сооружения утилитарного ха- рактера: торговые ряды, здания складов городских весов и другие постройки подоб^ кого рода, особенно ярко отражающие < специфические черты облика нидерланд- ских городов. О том, что таким сооруже- ниям придавалось большое значение, сви- детельствует их размещение на ответствен- ных участках городской застройки. В луч- ших из этих построек монументальная представительность и практическая целе- сообразность слились в единое органиче- ское целое, благодаря чему возникли архитектурные образы, одновременно правдивые и эстетически убедительные. Таковы, например. Большие мясные ряды в Генте (рис. 8)—очень крупное, сильно вытянутое в длину сооружение, перекрытое высокой островерхой кровлей. Фасады на торцовых сторонах увенчаны высокими ступенчатыми фронтонами; по боковым сторонам мерно следуют друг за другом двухэтажные выступы с окнами, также снабженные ступенчатыми фронто- нами. Лаконизм и скупость архитектурных форм при мастерском проведении единой архитектурной темы придают этому соору- жению большую выразительность. Другой вид постройки утилитарного ха- рактера представляет сооруженное в ро- манскую эпоху и перестроенное в XV- XVI вв. здание склада на Зеленой набережной в Генте, с облицованным камнем фасадом в три этажа, Увенчанным двухэтажным ступенчатым Фронтоном (см. рис. 2). Более широкие, чем обычно интер. валы между окнами, хорошо найденные очертания некрупных дверных '• проемов сообщают массивному фасад-не сколько тяжеловесную монументальность. Большие мясные ряды. 1404—1416 гг. оттеняемую легкими ажурными фасадами гильдейских и цеховых домов по сторонам от него. Лучшим образцом зодчества северных Нидерландов в постройках такого рода может считаться здание городских весов в Алькмаре (1582 г.), созданное в период освоения новых форм ренессанс- ного зодчества, уже с использованием клас- сических архитектурных форм (рис. 10). Это двухэтажная постройка с широкими окнами по трем осям, с трехъярусным фронтоном. Нижний рустованный этаж имеет три про- стых арочных проема. Между окнами вто- рого этажа помещены рустованные пиля- стры тосканского ордера; рустованные пилястры других ордеров — ионического и коринфского — членят ярусы фронтона. Подобное решение вносит в композицию фасада необходимую логику и единство. В небольшом скромном здании ощущается простота и сила. Применение кирпича в сочетании с белым камнем сообщает фаса- ду одновременно и тектоническую и деко- ративную выразительность. Прием этот, характерный для многих построек в север- ных провинциях, свое дальнейшее разви- тие получит в голландских общественных и жилых зданиях XVII века. Чрезвычайно важное место в нидер- ландской архитектуре заняли общественных постройки. Особый тип общественного ма- ния представляют гильдейские н цеховые . тома, в облике которых мы находим свое образное сочетание элементов обществен ного II жилого сооружения Эти тома слу- жили членам городских корпораций - пре-
9. Гент. Дом свободных корабельщиков, 1530— 1531 гг. X. ван ден Берге имущественно патрициату и зажиточному бюргерству — для собраний и празднеств. В основу внешней архитектуры цехового дома положен образ бюргерского жилого дома, но с соответственным увеличением размеров и богатства архитектурных форм. Это обычно высокие здания с узкими фа- садами н очень высокой кровлей, фронтон которой включает еще один-два мансард- ных этажа. Среди сооружений этого типа в XV—XVI вв. известны: Дом свобод- ных корабельщиков в Генте (1530— 1531 гг.. архитектор X. ван ден Берге), Дом Лосося в Мехельне (1530— 1534 гг.. архитектор Ян Борреман). а так- же Дом гильдии стрелков в Ант- верпене (рис. 9, 10). Их общая конструктивная схема по су- 1 ществу не отличается от подобных же построек эпохи готики ХШ—XIV вв. В ка- честве строительных материалов для них служили камень, кирпич, дерево. Это трех- четырехэтажные здания с очень высокими окнами, снабженными характерными кре- стообразными переплетами. В некоторых из них простенки между окнами по своей ширине лишь немного превышают толщину оконных переплетов; высота междуэтаж- ных перекрытий тоже невелика, и весь фасад кажется огромной стеклянной ре- шеткой. Нововведения XVI в. относятся лишь к архитектурному оформлению этой конструктивной основы мотивами ренес- сансного зодчества. Простенки между окна- ми украшались резьбой, фронтоны —во- лютами, обелисками и медальонами, в самой верхней точке фронтона обычно устанавливалась статуя. Здания эти отли- чались очень рациональной планировкой с максимальным использованием полезной площади всех этажей. В интерьерах богатое убранство сочеталось с уютом. Главное место среди нидерландских об- щественных построек эпохи Возрождения принадлежало ратушам. В XIII—XIV вв. городское самоуправление нередко занима- ло помещения в башенных частях город- ских торговых рядов, как это было в Ипре, или в стоящей отдельно башне городского колокола, как в Генте. Сочетание в одном здании оживленной торговой деятельно сти с функциями городского управления отражало демократический уклад город ских коммун на более раннем этапе их раз вития и простоту их обычаев. К XV— XVI вв. положение изменилось. В городской буржуазии все явственнее обозначается слой патрициата, представители которого захватывают ответственные муниципальные посты. Вместе с расширением власти го родской верхушки вырастает штат город ского управления. Прежние помещения, отводившиеся для должностных лиц, ока зываются для новых правителей недоста точными и по размерам и по представи- тельности. Возникает потребность в новых сооружениях, и с конца XIV в. начинается их широкое строительство в больших и малых городах страны. Более чем какая либо другая страна Европы, Нидерланды эпохи Возрождения становятся классиче ской страной ратуш. При всех отличиях в отдельных соору- жениях этого типа строители их следовали 486
некоторым общим принципам. Ратуша 1 прежде всего была местом собраний город- ского совета, и главным помещением в 1 ней являлся предназначенный для офици- альных церемоний зал собраний, отличав шийся очень крупными размерами и бо- гатством отделки. Зал этот обычно распо- лагался на втором этаже. Кроме того, в здании ратуши помещались муниципальная канцелярия, архив, казначейство, а иногда и городской суд. К первым по времени ратушам в соб- ственном смысле слова принадлежит ра- туша в Брюгге (1376—1421 гг.), по своим стилевым формам еще не выходя- щая за рамки средневекового зодчества (рис. II). По-видимому, городские власти не ставили перед строителями задачи со- здания очень большого монументального сооружения, так как в Брюгге уже имелось такое здание — знаменитые торговые ряды с венчающей их огромной городской баш- ней. Новая ратуша расположена на срав- нительно небольшой замкнутой площади. Ее общая архитектурная композиция та- кова, что зритель воспринимает только 11. Брюгге. Ратуша, 1376—1*21 гг.
фасад ратуши, в своих основных членениях отличающийся ясностью и симметрией. Двухэтажное здание с фасадом в шесть оконных осей снабжено двумя входными порталами. Окна нижнего и верхнего эта- жей объединены одной стрельчатой аркой ланцетовидных очертаний, отчего членения фасада приобретают более крупный ма- сштаб и большее ритмичное единство. Над завершающим стену аркатурным антабле- ментом поднимается крутая кровля; на уг- лах ее и по центральной оси фасада воз- вышаются крупные восьмигранные пинак- ли. Скульптурное убранство фасада ратуши в Брюгге стало примером для последующих построек этого рода. Простенки между окнами украшены в три яруса попарно расположенными статуями. Каждая фигура поставлена на отдельную консоль, а сверху снабжена своеобразным коническим бал- дахином. Подобными же статуями украше- ны грани массивных пинаклей. Всего таких статуй на сравнительно небольшом фасаде около пятидесяти, но благодаря их мастер- скому расположению не возникает ощуще- ния чрезмерной перегруженности, и в це- лом несколько тяжеловесное здание ратуши производит внушительное впечатление. Совершенно иной вариант типа ратуши представляет ратуша в Брюсселе (1401—1455 гг.), знаменующая важный шаг вперед в эволюции гражданского зодчест- ва Нидерландов (рис. 12). Строителями ее были архитекторы Якоб ван Тиннен и Ян ван Рейсбрук. Значительность этого соору- жения во многом связана с тем, что его общий образный замысел представляет собой творческое претворение старого типа городских торговых рядов, увенчанных мо- нументальной башней. Брюссельская ратуша обращает на себя внимание прежде всего своими масштаба- ми. Это громадная постройка в три очень высоких этажа, завершающихся высокой крутой кровлей с четырьмя огромными пи- наклями по углам. По центральной оси фа- сада здание увенчано необычно высокой для гражданских построек стройной баш- ней. высота которой достигает 96 м. Так как строительство ратуши велось по частям н на протяжении длительного времени, то были допущены некоторые отклонения от первоначального проекта: башня оказалась несколько смещенной от средней оси фа- сада. а уровни верхних этажей в правой и левой частях фасада не совпадают. Нижний этаж ратуши решен в виде арочной галереи — мотив, также восходя щий к зданиям городских торговых рядов Ипра и Брюгге, но здесь уже лишенный функциональной обоснованности, так как торговых помещений в ратуше не было к аркада нижнего этажа выполняла в основ- ном декоративно-представительные функ- ции. Два верхних этажа в изобилии насы- щены скульптурными элементами. В про- стенках между окнами, а также в проме- жутках между этажами расположено ог- ромное множество статуй. Из-за чрезвы- чайно больших размеров сооружения и несколько измельченного масштаба статуй фасадная скульптура утрачивает свою са- мостоятельность и воспринимается в каче- стве своеобразного декора. Сама башня, несколько более массивная в первых, квад- ратных в плане ярусах, в верхней части, приобретая восьмигранную форму в соче- тании с системой ярусных контрфорсов, становится легкой и ажурной и завершает- ся высоким сквозным восьмигранным шат- ром, увенчанным фигурой архангела Ми- хаила— покровителя города. Несколько тяжеловесная мощь ее прототипов — сред- невековых готических беффруа — уступила здесь место стремительному взлету ажур- ных динамических форм. Но присущая брюс- сельской ратуше легкость воспринимается отнюдь не как подражание спиритуалисти- ческим образам культовой готической архи- тектуры, а, напротив, способствует выра- жению светского начала. Сопоставление брюссельской ратуши с ратушей в Брюгге свидетельствует о явном усилении в брюс- сельской постройке светских элементов. Внутри здание ратуши подверглось пе- рестройке. Главный зал, по традиции рас- положенный на втором этаже, отличается очень большими размерами, достигая нескольких десятков метров в длину. Занимая почти целиком одну из сторон главной площади Брюсселя (Гран-плас), ратуша помещена в окружении гильдейских и цеховых домов, узкие, дробные по чле- нениям фасады которых подчеркивают ее масштаб. Превосходя высотой своей башни монументальные церковные сооружения, ратуша играла решающую роль в форми- ровании центра Брюсселя не только в эпо- ху Возрождения, но и в последующие сто- Своеобразный контраст по отношению к брюссельской ратуше представляет зна-
I 1 12. Брюссель. Ратуша, 14О1-Н5Б rr. Яков ван Тинен и
13. Лувен. Ратуша, 1448—1463 гг. Матейс де Лайеи менитая ратуша а Лувене (1448— 1463 гг., рис. 13). Строителем ее был глав- ный мастер каменных дел города Лувена Матейс де ЛаЙен. Показательно уже, что по своему типу ратуша в Лувене восходит не к прогрес- сивным принципам брюссельской ратуши, а к более консервативному типу ратуши в Брюгге. Однако в отличие от последней лувенская ратуша поставлена так, что ее можно обойти с трех сторон, и в соответ- ствии с этим в ней отсутствует преимуще- ственная акцентировка главного фасада: наиболее выразительно здание восприни- мается с угловых точек зрения. Лувенская ратуша представляет собой трехэтажную постройку в десять оконных осей по главному фасаду и в три — по торцовым. В объемной и силуэтной компо- зиции сильно выражена вертикальная устремленность: в основе своей это как бы узкий, поставленный на ребро параллеле- пипед, покрытый крутой двускатной кров- лей, которая образует на торцовых сторо- нах очень высокие фронтоны. К четырем углам здания примыкают своеобразные башенки — узкие стройные многогранники, увенчанные необычайно высокими двухъ- ярусными, тоже многогранными пинакля- ми; подобные же пинакли возвышаются над коньком фронтонов. Первое впечатление от лувенской ра- туши— это оригинальность общего объем- ного построения, редкое изящество силуэта и поистине сказочное богатство архитек- турного и скульптурного декора ее фаса- дов. Кажется, что строитель боится оста- вить незаполненной хотя бы небольшую часть плоскости стены и фронтонов. Стрель- чатые оконные проемы со сложными по рисунку переплетами окружены сильно профилированными килевидными арками; узкие простенки заняты стоящими на кон- солях статуями под традиционными кони- ческими балдахинами; сложным декором заполнены не только филенки междуэтаж- ных перекрытий, но даже тимпаны окон- ных арок. Глухие стены угловых башенок сплошь покрыты рядами статуй; такие же статуи в соответствующем обрамлении в два яруса расположились на необычайно сложных по архитектурным формам пи- наклях. Богатым декором заполнены фрон- тоны, а сами скаты крутой кровли сплошь усеяны слуховыми окнами. При всем этом формы даны чрезвычайно измельченно; в результате крупное здание утрачивает мас- штаб монументального сооружения, каким ему надлежало бы быть соответственно своему назначению, и воспринимается ско- рее как сооружение малых форм. Казалось бы, немного найдется памят- ников, в которых формы и мотивы готиче- ской архитектуры применялись бы в таком изобилии и с такой последовательностью, как в лувенской ратуше. И тем не менее в смысле единства стиля это сооружение не производит впечатления органичности. Между внешним обликом здания и его дей- ствительной структурой есть противоречие. По первому впечатлению может показаться, будто его сильно вытянутый вверх объем скрывает в себе однонефную капеллу с очень высоким сводом. В действительности же этот объем разделен на три этажа, и суховатый ритм одинаковых по высоте окон, равномерно опоясывающих здание, оказы- вается в противоречии с вертикальной уст- ремленностью готических форм. Нельзя не сделать вывода, что характер применения форм готики здесь не вполне соответствует задачам, которые возникли перед прогрес- сивным нидерландским зодчеством рас- сматриваемой эпохи. Не случайно, что в лувенской ратуше менее всего оказался 490
'I Миддельбург. ратуша, 1512 ван Кельдерманс 113 кнТР\“ушра^ полной исчерпанности готики в терланд’ ском зодчестве. В XVI в., когда Е "а- дения власти герцогов Бургундских и вклю- чения страны в мировую империю Габсбур- гов Нидерланды переживали новый подъем, гражданская готическая архитек- тура испытала прилив новых сил. Создан- ные в XVI в. ратуши в Миддельбурге и Ауденарде, хотя и выполнены в формах поздней готики, производят впечатление большей жизненности образа, нежели про- славленная лувенская постройка. Обе названные ратуши, не отличаясь очень большими размерами, помещены не в общей фасадной застройке главной пло- щади, а выдвинуты к ее центру, так что возможен их обход со стороны главного и боковых фасадов. Подобное расположе- ние определяет некоторые особенности их общего композиционного решения. Более свободная по объемной композиции рату- ша в Миддельбурге, главном горо- де провинции Зеландии, построена в 1512— 1518гг. архитектором Антонисом ван Кел ь- дермансом в сложных формах пламенею- щей готики (рис. 14). В тех же формах соору- жена в 1526—1537 гг. ратуша в Ауде- нарде, архитектор Хендрик ван де Педе (рис. 15). Это живописная трехэтажная постройка, в плане приближающаяся к квадрату (главный фасад расчленен семью оконными осями, боковые —шестью). Пер- вый этаж главного фасада занимает ароч- ная галерея. Если не считать скромной по размерам башни, главный фасад ни по раз- мерам, ни по масштабности членений не превосходит боковые фасады, и главенства его архитектор добивается несколькими сдержанными акцентами в его пластиче- ской композиции. Так, арочная галерея нижнего этажа на пол-оси выступает з плоскость фасада; в одной плоскости с галереей, над ее центральной аРк°й’в°’®“ шается башня, членения которой до карни
здания совпадают с поэтажными членения- ми фасадов, а над карнизом поднимаются тремя невысокими ярусами, завершаясь вместо шпиля ажурной короной со статуей. Несмотря на то, что в ауденардской ратуше применены готические формы, благодаря особому характеру пропорций в ней не ощу- щается подчеркнутого вертикализма, свой- ственного более ранним сооружениям. Свое- образная раскрытость богатой и нарядной постройки вовне за счет арочной галереи и крупных оконных проемов подчеркивает, в противовес лувенской ратуше, обществен- ный характер здания и доступность его для граждан. Особое место средн нидерландских ра- туш XVI в. занимает ратуша в Генте. Она состоит из двух частей. Более ранняя часть сооружена в формах готики в 1518— 1535 гг. по проекту одного из крупнейших зодчих этого времени, работавшего при дворе Карла V, архитектора Ромбоутса Кельдерманса (умер в 1531 г.), брата Ан- тониса Кельдерманса, строителя ратуши в Миддельбурге. Помощником Ромбоутса Кельдерманса по строительству гентской ратуши был Доминик де Вагемакере. Более поздняя часть ратуши в Генте, выполненная в формах ренессансного классического стиля, была построена уже на рубеже XVI и XVII вв. Ранняя (северная) часть рату- ши выходит главным фасадом на одну из вливающихся на площадь улиц, а боковым фасадом — на площадь, где к нему вплот- ную примыкает фасад новой (восточной) части. Характер размещения здания на зани- маемом участке определил его общую ком- позицию. Принцип всестороннего пласти- ческого охвата сменился здесь принципом повышенной выразительности фасадных плоскостей, формирующих угол площади и улицы, — важную часть общей застройки городского центра. Построенное Кельдермансом готическое здание—двухэтажное, с высоким цоколем и крупными оконными проемами—отли- чается большей, нежели другие ратуши, растянутостью вширь. Обычные вертикаль- ные акценты в виде башен и пинаклей здесь отсутствуют, зато угол акцентирован многогранным выступом, переходящим во втором этаже в своеобразный эркер. Глав- ный вход в виде сдвоенного портала также отодвинут к углу здания. Чтобы внести равновесие в композицию уличного фаса- 482 да, середина его отмечена эркером, подни- мающимся почти на всю высоту фасада Простенки окон в нижнем этаже украшены поставленными попарно статуями, филенки в междуэтажных промежутках, простенки а также тимпаны арочных оконных обрам- лений сплошь, как кружевом, покрыты ар- хитектурным декором. В проемах и их об- рамлениях стрельчатые формы выражены слабо, и вообще в гентской ратуше готика использована скорее в декоративном плане. Что касается других общественных зда- ний. построенных в готических формах в XV—XVI вв. (гильдейских и цеховых до- мов, госпиталей), то они в принципиальном отношении мало отличаются от соответст- вующих построек прошлых столетий. Это же относится и к жилой архитектуре — замкам знати и бюргерским домам. Проникновение в нидерландскую архи- тектуру мотивов итальянского Возрожде- ния началось с произведений архитектуры малых форм. До нашего времени сохра- нился ряд памятников этого рода. К наи- более известным из них принадлежит портал Старого монетного двора в Дордрехте, который восходит к итальянским образцам, монументальный камин в Зале эшевенов ратуши в Брюгге (1528—1531 гг.) работы ма- стера Ланселота Блонделя и камин Зала Совета в городе Кампене (1534— 1545 гг.), также в изобилии украшенный скульптурой, но отличающийся большим изяществом и чистотой стиля. Автор этого произведения — утрехтский скульптор Ко- лени де Ноле. Интерес к новому стилю постепенно усиливался. Правители и их дворянское окружение в своих заказах стали ориенти- роваться на зарубежные образцы. В 1510 г. Генрих III Нассауский приказал построить в своей резиденции —замке в Бреде — галерею в духе галереи в Амбуазе (Франция). В 1517 г. архитектор Гюйо де Борегар закончил новое крыло двор- ца Маргариты Австрийской в Ме- хе льне. Это простое по формам сооруже- ние также возникло под воздействием французской архитектуры. Известный вклад в формирование ренессансного стиля в нидерландском зодчестве внесли пригла- шавшиеся в Нидерланды иностранные ма- стера. В 1536 г. в Бреду для строительства
...... "Е«"цев naccavriz,. выписаны из-за рубежа мЛХ Их были чеником Рафаэля Винч»пРа ' 131" лонья. Проект здания (стро^льс?3 Б°’ нс было закончено) был отстал. Vго мах, близких к флорентийское о В фор’ • рис. 16). Около 1540 г Капл veHeCCaHcy в Нидерланды итальянских стмителей’кпе постных сооружений из школы Р отчего Санмикели. Среди них были дК°Г° саидро да Паскуалини из Болоньи' ВОВДВИ- гавший укрепления в Гептлг.«2 (1542 г.) и в Амстердаме (1545 ?. ° а также учившийся в Италии нидерландец СебаХ- ян ван Нойе, который, помимо крепост- ных укреплений, строил дворцовые зда- "ив »» них д в ° Р е U к а р д и н а л а ГЛп ы в Врюсселе (около 1550 г.). Наряду с иностранцами в качест- ве проводников нового стиля выдвигаются и местные мастера. Крупнейшим среди них был Якоб Дюбрек, строитель замка Бин- х е для правительницы Нидерландов Марии Венгерской (начат в 1545 г.) и охот- ничьего замка Мариэмоит. Значительная часть построек нидер- ландской знати, сооруженных в XVI в., по- гибла во время войн и от пожаров. Все расширявшаяся творческая практи- ка зодчих нового стиля подкреплялась отныне развитием теоретической мыс- ли. Первым нидерландским теоретиком ар- хитектуры был живописец и гравер Питер Кук ван Альст (1502—1550 гг.). Ему при- надлежат переводы Витрувия (издан в 1539 г.) и трактатов Серлио (1540-е гг.). В 1556 г. крупнейший из архитекторов ни- дерландского Возрождения Корнелис де Вриндт, более известный как Корнелис Флорис, опубликовал сборник проектов различных элементов архитектурного деко- ра. Подобные же издания выпускал его брат Якоб Флорис. Последним известным нидерландским теоретиком был Ганс Вре- деман де Вриз (1527-1604 гг.), живописец, мастер развившегося в нидерландской жи- вописи жанра архитектурной картины. В течение 1550—1560 гг. он издал награвиро- ванные лучшими граверами свои проекты надгробных памятников, предметов мебели и различных мотивов архитектурного деко- ра. В 1577 г. он выпустил составленный по Витрувию трактат об архитектуре. И живо- писные работы Вредемана де Вриза и его проекты свидетельствовали о том. что кон структивно-тектоническая сторона класси 16. Бреда. Замок. План к двор ческого архитектурного стиля не была им понята достаточно глубоко. Новые формы воспринимались нм преимущественно в де- коративном плане. Такое восприятие эле- ментов классической архитектуры в значи- тельной мере присуще многим представи- телям нидерландского зодчества в нх строительной практике. Новый классический стиль начинает проникать в архитектуру зданий вениого характера. Однако старые традн ции здесь еще слишком сильны, и вх не
сразу удается вытеснить. В результате возникают постройки, в которых новые фор- мы архитектуры причудливо соединяются с традиционной конструктивной основой. К известным памятникам этого рода принад- лежит здание Канцелярии городско- го суда в Брюгге (1534—1537 гг., строитель — архитектор Христиан Сикс- денирс) . Эта очень небольшая двухэтажная постройка расположена на главной пло- щади, слева от внушительного здания ра- туши (рис. 17). Участок, на котором по- ставлено здание Канцелярии, прежде отде- лялся от ратуши очень узкой уличкой, но- сящей колоритное название улицы Слепого осла. Архитектор зрительно расширил фа- сад Канцелярии, перекинув от него через уличку арку на уровне второго этажа, со- единившую его со зданием ратуши. Таким образом, уличка превратилась во внутри- квартальный проезд, и образовался сплош- ной фронт застройки площади со стороны ратуши, отчего выиграло не только здание Канцелярии, но и гораздо более монумен- тальное здание ратуши и вся площадь в целом. Главная сторона площади получила 17 Брюгге. Канцелярия городского суда. 1534 — 1537 гг Христиан Сиксдеинр, эффектную симметричную застройку, так как справа к ратуше в 1529—1534 гг’ был вплотную пристроен меньший по высоте фасад капеллы Святой крови. Фасад Канцелярии городского суда дает пример готической конструкции в своеоб- разном ренессансном оформлении ее канне- лированными полуколоннами, импостами с медальонами, орнаментированным фризом с мотивами ренессансного характера. За- вершается фасад тремя фронтонами с вен- чающими их статуями; средний фронтон, безусловно, доминирует в этой композиции' превосходя остальные фронтоны по разме- рам и богатству украшений. И здесь эле- менты новой архитектуры объединены с готическими мотивами, например ренес- сансные волюты усеяны готическими Краб- бами, да и сами вытянутые кверху пропор- ции фронтонов свидетельствуют о живуче- сти готических традиций. Более органично принципы готического и ренессансного зодчества объединены в архитектурных формах окруженного арка- дой монументального двора во Дворце правосудия (бывшем дворце епи- скопа) в Льеже (двор сооружен в 1526— 1540 гг.) (рис. 19). К середине XVI в. классический стиль уже находит более зрелое выражение в самых монументальных и идейно-значи- тельных произведениях нидерландской ар- хитектуры — в зданиях ратуш. Первой ратушей, целиком созданной в классических формах, была ратуша в Утрехте (1547 г.). Она не сохранилась до нашего времени и известна по старым рисункам. Самым же главным сооруже- нием нового стиля была знаменитая рату- ша в Антверпене (1561—1565 гг., см. рис. 3, 18). Строитель ее— крупнейший ни- дерландский архитектор XVI в. Корнелис Флорис. Очень большая по размерам и вы- дающаяся по своим архитектурным качест- вам антверпенская ратуша имела в нидер- ландской архитектуре XVI в. такое же, если не более важное, значение, какое ра- туша в Брюсселе имела в зодчестве XV в. Ратуша в Антверпене также занимает це- ликом одну из сторон главной площади го- рода. Обширность площади и характер пропорций расположенных на ней цеховых домов оттеняют размеры и крупный мас- штаб ратуши. В плане ратуша в Антверпене представ- ляет собой растянутое вширь каре с узким
внутренним двором сколько повышает значенир₽яешеиие не’ садов, но при этом сохраняла «К°ВЫХ фа‘ .осподство главного фасада ЕгпУСЛ°яВНОе архитектурная композиция свидетель^" о том, что, применяя формы ”^тельствУет ренессансного зодчества РКлг,^ЛаССИ*ского сумел на новоГосХ*' развитьИоб^°РИС идеи созданных в Нидерландах монумеТ гальных гражданских построек прошлых столетии. По существу он снова пЛп.к тывает тему величественного сооружения с широкими крыльями, увенчанного В цент ральнои части фасада выразительным вы- сотни м акцентом. Фасад антверпенской ратуши представ- ляет собой четырехэтажный массив с по- вышенной центральной частью, контрастно сопоставленной с направленными вширь боковыми частями. Архитектурные формы центрального массива, занимающего всего три, но зато очень широкие оси, даны в бо- лее крупном масштабе, нежели в боковых крыльях. Энергичная пластика архитектур- ных форм центральной части, слегка высту- пающей наподобие ризалита за линию фа- сада, эффектно оттенена более строгой пло- скостью стены по сторонам от нее. Архитектурные формы боковых частей фасада отличаются ясностью и простотой. Рустованная стена нижнего этажа разде- лена простыми арочными проемами —так Флорис интерпретирует тему традиционной арочной галереи. Второй и третий этажи одинаковы по высоте и по архитектурной трактовке: они равномерно расчленены большими окнами прямоугольных очерта- ний с простым крестообразным переплетом. В узких простенках между ними плоские пилястры, во втором этаже тосканского, в третьем — ионического ордера. Необычен меньший по высоте четвертый балконный этаж, отделенный от нижних этажей слег- ка выступающей за плоскость фасада ба- люстрадой. За балюстрадой высится ряд невысоких тонких столбов, поддерживаю- щих карниз; немного отступя от них вглубь, следует стена четвертого этажа, разделен- ная невысокими двойными окнами. Не- сколько необычно в сочетании с классиче- скими формами выглядит кровля, не такая крутая, как в готических постройках, но все же довольно высокая, а для балконного этажа кажущаяся тяжеловатой. Иной характер носит архитектура цент- ральной части фасада. До четвертого эта- Кориелис Флорис жа ее горизонтальные чл-... с поэтажным членением, но вместо прямо- угольных окон здесь во всех этажах при- менены несколько более широкие полуцир- кульные окна, очень широкие простенки между которыми заполнены сдвоенными колоннами и нишами с медальонами. Над тремя этажами центрального ризалита под- нимается его высотная часть в виде гигант- ского трехъярусного фронтона с двумя обе- лисками по бокам. В композиции фронтона основная архитектурная тема центрального ризалита варьируется Флорисом с большим мастерством. Сочетание украшенных ста- туями огромных ниш с фланкирующими их сдвоенными колоннами производит впечат- ление чрезвычайного богатства и великоле- пия архитектурных форм. В целом это со- оружение воспринимается не только как здание городского совета, но как памятник могущества Антверпена, важнейшего тор- гового центра, как свидетельство величия Нидерландов в период их общего подъема. Недаром современники восторженно отзы- вались об антверпенской ратуше, архитек- тура которой оказала сильное воздействие на зодчество северо-западной Европы. В качестве примера такого воздействия мож- но привести монументальную ратушу в го- роде Эмдене (Германия), построенную в 1574—1576 гг. архитектором Лауренсомван Стенвинкелем из Антверпена. Особое значение ратуши в Антверпене заключается также в том. что строитель ее сумел в ренессансных формах воплотить издавна установившиеся в нидерландских постройках общие композиционные принци- пы. дав новое творческое претворение мо- тивам, характерным для готической стиле-
19. Льеж. Дворец правосудия (бывший дворец архи- епископа), 1526—1540 гг. Двор вон системы. Так, например, по-новому, с подлинным блеском решена им традицИон. I пая тема венчающего здание высокого '* фронтона. Недаром многие из приемов Т Флориса были продолжены и развиты в XVII в. зодчими фламандского барокко. Что касается трактовки основных элемен- & тов новой архитектурной системы, то здесь у Флориса, как и у многих его нидерланд- ских современников, чувствуется тенденция 1 к акцентировке декоративных возможно- стей ордера. По своим масштабам антверпенская я ратуша оказалась единственным в своем роде произведением нидерландского зодче- ства. Через два года после ее завершения в Нидерландах вспыхнула революция, и 1 длительная война с Испанией приостанови- ла строительство крупных сооружений. 1 Из южнонидерландских общественных построек конца XVI в. следует отметить новую часть ратуши в Генте, соору- женную в 1595—1602 гг. Это — трехэтаж- ное здание с довольно однообразным фа- садом. Одинаковые на всех этажах окна разделены очень узкими простенками, к которым приставлены тонкие миниатюрные колонки. И хотя в фасаде применены толь- ко классические архитектурные элементы, его чрезмерно подчеркнутая «каркасность» воспринимается как неизжитое влияние го- тики. Влияние Флориса, более широко рас- пространившееся на юге Нидерландов, про- никло также в северные провинции. Однако здесь оно оказалось преобразованным в соответствии с местными традициями, как об этом свидетельствует, например, рату- ша в Гааге, 1564 г. (рис, 20). Хотя гаагская ратуша выдержана в формах новой архитектуры, она сохраняет, однако, присущую старонидерландским по- стройкам свободную асимметрию в ком- поновке объемов с подчеркнутым выделе- нием высокой башни. Общий силуэт зда- ния, увенчанного очень высокой кровлей, его пропорции, так же как и отдельные де- тали. напоминают более ранние памятники. Фасад ратуши лишен того преизбытка классических форм, который характерен для Флориса. Здесь сильнее выражена са- ма стена в гладкой каменной кладке ниж- 20. Гаага. Ратуша, 1564 г. 496
*566—1571 и н) этажа, в подчиненны» • ти рустованных пилястрах ™°Й плоск°‘ ' "няющих верхний этаж Т^"В° рас‘ карниз с балюстрадой и сложный°ппортал' ганиям фронтон отмечен,., „ ыи по °чер- к..рзтнвноРй выразитель о“стьюТ^* Де’ • щржанности образного язы® гбольше? Iуши угадываются тенденции Гаагскои времени было применение Л„УР“ 0 1.1 .иных построек смешанной техники^™ пича и камня. При практичности Гдеше' визне этой техники на севере страды ма- стерское использование вставок из белого камня для эффектных декоративныхакцен тов придавало сооружениям большую на- рядность и представительность. Хорошим примером здесь может служить фасад Канцелярии в Леевардене (рис.21) Что касается церковного строительства то, как уже указывалось выше, нидерланд- ская архитектура XV-XVI вв. не оставила крупных памятников культового характера. В этот период в основном завершалось строительство храмов, начатых в предше- ствующие столетия, в том числе собора св. Ромуальда в Мехельне, церквей св. Гу- дулы в Брюсселе и св. Бавона в Генте. Наиболее значительной по масштабам цер- ковной постройкой Нидерландов является семинефный собор в Антверпене (рис. 22). Начатый в 1352 г., он был закон- чен только в 1616 г. В XV в. к нему были пристроены боковые нефы и возведена в формах пламенеющей готики одна из ба- шен западного фасада, самая высокая цер- ковная башня Нидерландов, достигающая 123 м высоты. Особенно интересно решена ее верхняя часть, где четырехгранный мас- сив переходит в узкий восьмигранник, про- резанный высокими окнами и увенчанный шпилем очень сложной формы. По углам восьмигранник и шпиль окружены четырь- мя столбообразными контрфорсами с пере- кинутыми от них аркбутанами, отчего верх- няя часть башни воспринимается как пучок устремленных ввысь сложно профилирован- ных вертикалей. Для церковных построек севера наибо- лее характерна башня собора св. ba- м. Антверпен. Совор, 1352- 1616 гг. ОвшнВ вид с юго-востока
вона (так называемой Большой церкви) в Гарлеме, построенного в конце XV —на- чале XVI в. Сама башня сооружена в 1520 г По голландской традиции она по- ставлена над средокрестием и сооружена из дерева, что в сочетании со сложной ар- хитектурной разработкой придает большую легкость четырем ее восьмигранным яру- сам, увенчанным ажурной луковичнойглав- Двухвековая эволюция нидерландского зодчества эпохи Возрождения имела боль- шое значение для развития архитектуры Нидерландов в XVII в. Помимо того, что в XV—XVI вв. были созданы основные ти- пы сооружений и выработаны конструктив- ные приемы, широко применявшиеся впо- следствии, особенно в гражданском зодче- стве. в это время наметились также те принципы слияния общеевропейских стиле- вых форм и специфических для Нидерлан- дов функциональных решений, которые со- хранили свою действенность и в следующем столетии.
ГЛАВА VI 4РХИТ«Тт ГЕРМАНИИ В XV XVI вв. в Германии еще не было предпосылок для подлинного нациоиаль кого «возрождения». Разбитая на ряд кня- жеств. она сохраняла свою средневековую раздробленность, единый внутренний ры- нок отсутствовал, и ранняя буржуазия, раз- деленная противоречивыми экономическими интересами, не могла выступить солидарно на штурм феодального строя. Более того напуганная размахом крестьянских вос- станий в первой четверти XVI в., она в решающий момент переметнулась на сто- рону князей. Общий для Европы того вре- мени мировоззренческий переворот принял в Германии богословский оттенок и вылился в реформационное движение, раздробившее страну и по вероисповедному признаку. Не было единства господствующих социальных сил, отсутствовало единообразие типологи- ческих и художественных требований со стороны строительной инициативы. Это в известной мере и объясняет отсутствие в Германии XVI в. господствующего архи- тектурного типа, в котором, по примеру других стран, со всей определенностью сказались бы самобытные особенности за- рождающегося национального стиля. Если на севере страны с его богатыми ганзей- скими городами новые архитектурные веяния сказались прежде всего в построй- ках бюргерства — ратушах и гильдейских домах, то на юге и в центре они проявились в дворцовом строительстве князей и под- ражавшего им купеческого патрициата. Сти- листическое развитие было тем более ли- шено единства, что оно питалось из двух источников, не только разных, но принципи- ально противоположных по характеру тек- тонического мышления: если на севере источником новых веяний была архитек- тура нидерландских городов, то на юге примером служили дворцы итальянского нобилитета. Заимствуемые классицизиру- ющие формы долго воспринимались не- мецкими мастерами в духе давних худо- жественных традиций местного приклад- ного искусства. Проявилась склонность превращать тектонически обусловленные формы в орнаментальные мотивы. Для ар- хитектуры Германии XVI в. типична пере- груженность декоративными элементами и дробность композиции. Она сразу же при- обрела оттенок, предвосхищающий барокко. Самостоятельное развитие новых архитек- турных идей затруднялось и тем, что в ряде экономически ведущих районов ос- новное строительство продолжало осуще- ствляться в фахверке, конструктивная при- рода которого была непримирима с новыми тектоническими концепциями и декоратив- ными формами. Переход от готической архитектуры к ренессансу осуществлялся крайне медленно Первыми стали распространять классици- зирующне формы скульпторы, художяМШ, граверы. Ганс Гольбейн Младший (1498— 1543 гг.) расписывал в Южной Германии роскошными мотивами античной архитек- туры оштукатуренные фасады скромных до- мов. Ювелир и медальер Петер Флетнер (1485—1546 гг.) из Нюрнберга, обратив- шись к архитектуре, одним из первых при- менил итальянские архитектурные формы (фонтан в Майнце, зал в доме Гнршфогель в Нюрнберге, 1534 г.) Альбрехт Дюрер <((471 — 1528 гг.). художник и мыслитель.
публиковал трактаты о градостроитель- стве п фортификационном искусстве. Скульптор Людер фон Бентхейм (1550— 161’2 гг.) изучал нидерландскую архитек- туру. взятую им за образец при постройке ратуши в Бремене. С конца XVI в. профес- сиональные строители стали посещать Ита- лию. Генрих Шикхардт (1558—1634 гг.) имел даже большую библиотеку трактатов итальянских авторов. Нюрнбергский архи- тектор Якоб Вольф (1571 —1620 гг.), строитель Пеллерхауза и местной ратуши, был послан городским советом предвари- тельно на два года в Италию для обучения. Несомненно, близко был знаком с италь- янскими образцами крупнейший немецкий мастер своего времени — аугсбургский ар- хитектор Элиас Холль (1573—1646 гг.). В XIV и XV вв. немецкие города пере- живали период экономического, политиче- ского и культурного расцвета. Их богатство отразилось в сооружении огромных город- ских церквей с высокими башнями, вели- колепных ратуш, грандиозных городских укреплений и прежде всего богато украшен- ных жилищ имущих слоев населения. Соответственно возрастающему стрем- лению к пышности и блеску богаче стано- вился облик зданий. Первоначально геомет- рически точный декоративный узор (мас- сверк) превратился в заполняющий плоскость орнамент. Соответственно склон- ности к натуралистическому изображению в живописи и скульптуре орнамент обога- тился мотивами листвы и сплетенных вет- вей. Этой тенденции соответствовало также превращение простого крестового нервюр- ного свода в сложный сетчатый, звездчатый и сотовый свод. На протяжении XIV —XV вв. возникла в экономически ведущих городах того вре- мени бюргерская архитектура, характерная сравнительным единообразием, не зави- сящим от социального положения горожа- нина. Не составляли исключения в этом отношении дома немногочисленной верхуш- ки крупного купечества. Готические тради- ции были еще живы, когда во второй чет- верти XVI в. стали подражать итальянским архитектурным формам. Раздробленность страны и существова- ние целого ряда мелких княжеств замед- лили превращение княжеских столиц в значительные центры экономической, поли- тической и художественной жизни и прежде всего сделали невозможным создание в 500 Германии единой столицы, влияние которой распространилось бы на всю страну. Отсюда своеобразная черта немецкого Возрожде- ния, состоящая в том, что развитие его на отдельных, политически самостоятельных территориях и даже в отдельных городах было различным. Старые торговые города, с их бюргер, скими архитектурными традициями и ста- рыми ремесленными навыками, оставались до середины XVI в. ведущей движущей силой в искусстве, как это установилось с XIV в. Не замок, как во Франции, не большой городской дворец и центрическое здание, как в Италии, а жилой дом бюр- гера и общественные здания бюргерства, в первую очередь ратуши, были ведущими архитектурными типами немецкого Воз- рождения. Эти здания влияли в XVI в. на постройки дворян и князей. Только после 1550 г. князья в большей мере проявили себя как заказчики, привлекая в страну итальянских художников и этим усиливая влияние итальянской архитектуры. Собственно строительная техника про- грессировала вяло. В городах Северной Германии еще в XV в. преобладали неошту- катуренные кирпичные постройки, в Южной Германии — оштукатуренные кирпичные здания в сочетании с естественным камнем, украшенные на фасаде живописью, а в лесистых горных районах Средней Герма- нии—фахверковые постройки. Эти методы строительства в основном не изменились и в XVI в., лишь чаще стали применяться оштукатуривание зданий и облицовка есте- ственным камнем. Более значительные изменения произош- ли в фахверке, который в XVI и начале XVII в. переживал период своего техниче- ского и художественного расцвета. Наибо- лее крупные фахверковые сооружения достигли в это время небывалой до того монументальности, как например адми- нистративное здание цеха мясников (Кно- хенхауэрамтсхауз) в Хильдесхейме. Ши- рокое распространение получила облицовка внутренних помещений деревянными пане- лями, отвечающая характерному для той эпохи стремлению к пышности и комфорту. Постепенное преобразование готических форм, таким образом, происходило без зна- чительных изменений архитектурных прин- ципов и без особой ломки технических и художественных традиций. Для готической архитектуры характерны каркасная систе-
значительно выступающие с наоежьпь , фоны сводчатых зданий контр,К? ° и ,ьно членящие фасады и широкиГокои' 1 "Р°емы В период поздней готики „ппрфорсы старались переносить внутрь , о.-шия, ограничивали ширину окон ₽и личивали поверхность стен. Горизонталь , ые линии цоколей и карнизов начали „...тепенно приобретать большее значение Вследствие всего этого в пределах готиче^ ,кпх архитектурных форм наметились го- ризонтальные членения, приближавшиеся к принципам архитектуры итальянского Воз- рождения. Тенденция к усложнению архитектурных композиций, наблюдавшаяся уже начиная с XIV в., продолжала усиливаться. Она выражалась не только в умножении дета- лей и в поисках новых декоративных форм, но и в членении самого тела здания. Прос- тую прямоугольную форму жилых домов и ратуш старались обогатить пристройками, эркерами, башенными лестничными клетка- ми. поперечными щипцами и усложнить не- регулярным расположением окон. Сложней- шие звездчатые и сетчатые своды, ребрам которых придавались с трудом конструи- руемые изгибы и пересечения, превратились в фантастическое завершение пространства церковных интерьеров и парадных поме- щений. В архитектуре преобладали дина- мические контуры, контраст спокойных плоскостей и богато украшенных частей и гармоническое взаимодействие разнообраз- ных свободно распределенных архитектур- ных элементов. Ярким образцом такого позднеготического здания является церковь Богоматери (Фрауэнкирхе) в Мюнхене и замок Альбрехтсбург в Мейсене (1471- 152Период раннего капитализма придал необычный вес и значение чисто светским задачам, возникшим перед зодчеством. Для конца XV и начала XVI в. хара^ными являются поиски новых оригинальных ком ПОЗПроникновение итальянских турных форм началось во вт р iQ„,Hea четии XVI в. в первую очередь в Южной Германии с ее самым крупнымиио время финансовым центром Аугсбургом^ Окол 1518 г. итальянское влияние было уже настолько сильным, что на ие из саксонском городе Аннабер е Д обяза- Гёрлитца, ДРезде»аа;ьяХе, ФОР«Ы' Се' лись применять «итальянские» ч> г верная Германия меньше других частей страны была задета волной новшеств. Здесь перелом начался только после 1550 г. Вначале итальянские архитектурные формы применялись лишь с целью обога- щения обычных декоративных форм поз- дней готики. Еще отсутствовало более глу- бокое проникновение в тектоническую сущ- ность заимствуемых мотивов, а также понимание строгой простоты пространства и объема построек итальянского Возрож- Примерно в середине XVI в. стало обыч- ным приглашать итальянских зодчих и скульпторов. Альбрехт Дюрер был в то время единственным немецким теоретиком искусства. Однако его труды не встретили заметного отклика. Немецкие архитектурные лишь пособия для строителей-ремесленни- ков, в которых давались примеры и размер- ные соотношения для отдельных форм, но не было никакой систематической теории. Первая теоретическая книга, посвящен- ная архитектуре, появилась на немецком языке в 1548 г. Это был перевод Витрувия, выполненный немецким врачом и матема- > тиком В. Ривиусом. В этот период красоте 1 простых крупнорасчлененных зданий стали придавать меньшее значение. Зато тенден- ция к многообразию форм и к избытку украшений в архитектуре характерна для начала XVI в. Измельчеиность членении и уменьшение абсолютных размеров стали явлениями, характерными и для следующих десятилетий. В пестром многообразии смешивались готические элементы и формы, восходящие к античности. Новое ограничи- валось главным образом деталями ичерпа^ лось по преимуществу из книг образцов орнамента. Композиционные методы поз- дней готики все еще оставались в силе^ Единичные архитектурные ПР°ИЗВ*Д*"""' более близкие к итальянским "°«Р“- создавались только во второй "™°вв™ XVI в когда путешествия по Италии и труды итальянских «оретнков познакомили
дворцовое строительство влияло на строи- тельную деятельность немецких князей. Прежде чем полностью изжили себя композиционные принципы немецкой поз- дней готики, уже начался в Германии пере- ход к барокко. Архитектуры Ренессанса в том виде, как она развилась в Италии, в Германии почти не было. В XV и XVI вв. архитектурный облик городов, улиц и площадей изменялся пре- имущественно благодаря перестройке неко- торых старых и сооружению новых зданий. Растущая разница в доходах постепенно углубляла различие между жилыми квар- талами ремесленников и богатых купцов. Стремление максимально использовать свой участок привело к тому, что в более круп- ных городах вместо двухэтажных стали строить трех- и даже четырехэтажные дома. Вследствие этого менялись масштабы и пространственный облик улиц и площадей. Рост культурных запросов, новые гигиени- ческие представления, а также требования увеличивающегося движения обусловили ряд усовершенствований. Стало широко применяться мощение улиц. Возникло стре- мление придать городу внешнюю привле- кательность. Городские самоуправления в особенности заботились о том, чтобы осво- бодить фасады домов от множества высту- пающих крыш, навесов и подвальных вхо- дов. Перестала практиковаться работа ремесленников на улице перед своим до- мом, она была перенесена внутрь дома или мастерские устраивались в глубине участ- ков. Благодаря этому улицы и площади стали производить впечатление более от- четливо ограниченных пространств. Однако попытки уничтожить эркеры и выступы, в особенности в бюргерских домах, не имели успеха. Более того, в XVI—XVII вв. эти эркеры получили в Германии большое рас- пространение и в них в основном сосредо- точилось убранство фасадов. Постепенно начали уделять больше внимания соблю- дению линии уличных фасадов и стали при- держиваться постановлений о допустимой высоте зданий. При постройке новых и пе- рестройке старых домов стали принимать меры к выпрямлению зачастую весьма кри- вых улиц. В крупных городах назначались для осуществления надзора и руководства строительством, начиная с XV в., городские архитекторы, которые одновременно руко- водили строительством общественных зда- ний. Все те факторы, которые удерживали немецкую архитектуру XVI в. в традициях поздней готики, определяли также и харак- тер немецкого градостроительства. Сохра- нилась, как и при постройке отдельных зда- ний, любовь к живому многообразию дета- лей и к динамичности очертаний. Во многих городах надстраивали башни на зданиях ратуш и городских церквей. Сохранились многочисленные изобра- жения городов XVI в. Самым известным и самым крупным произведением этого рода является серия гравюр на меди, созданных во Франкфурте-на-Майне уроженцем горо- да Базеля Маттеусом Мерианом (1593— 1650 гг.) и его сыновьями. Более значительных изменений старой планировки городов в XV и XVI вв. еще не производилось. Проведение такого рода мероприятий оказалось впервые под силу абсолютистскому государственному аппа- рату последующего времени. Когда в 1525 г. город Гёрлитц почти полностью был разру- шен пожаром, он был восстановлен хотя и в архитектурном стиле Возрождения, но все еще следуя старому городскому плану, восходящему к ХШ в. Даже после унич- тожения пожаром Магдебурга в 1631 г. попытка связать площади и общественные здания города новой системой широких улиц не удалась. Новые градостроительные идеи возникли в первую очередь в результате новых строи- тельных задач, обусловленных изменением социальных условий. В 1446 г. по решению нюрнбергского городского совета было воз- двигнуто семь рядов жилых домов для бед- ных ткачей, которые в целях развития ткацкого дела были призваны в город. Здесь впервые строительство было осуществлено городским советом по единому типовому плану и притом с применением принципа строчной застройки. В 1519 г. в Аугсбурге по поручению крупнейшего тогда банкирского дома Фуг- геров Томасом Кребсом была построена «Фуггерея» — отдельный поселок с 106 жилищами для обедневших семей ремес- ленников (рис. 1). Поселок состоит из двухэтажных домов на две семьи, построен- ных также по определенному типу, с кро- хотным садиком позади дома. Улицы по- селка прямолинейны, свесы крыш домов обращены в сторону улицы. Отсутствует какое бы то ни было членение фасадной стены дома, обращенной к улице. Такие W2
' -ольшие поселки с типопк... "I" назначенные для ота ми ломами, н ния. в последующее воем. .Х Г₽упп на' " I ряде других немецких “я. „воздаигались 11оселок Фуггеров дает0рп°„Д08- новых идеях. разви8авш; "Давление иная с конца XV В Оми Л” 8 1еРмании 1 юоретическом проекте TiS"' также «публикованном в 1527 г д Лк города, I- 1’ОМ (рис. 2). Для нет ,Дь6Рехто“ Дю- юлннейная строчная застройкГулиц"о”’ крытых на концах, с маленьким? ' шорами домов, а также устппй Задними ш в на уличных перекрестках. П^опреде’ лении местоположения в городе жилищ представителен отдельных ремесел Дир- целиком исходил из функциональных и ги гиенических соображений. Новым градостроительным приемом является расположение дворца владетель ного князя (богатого патриция, бюргера) в центре квадратного города, тогда как до того замок феодального правителя всегда помещался на окраине. Дворец должен был окружаться стенами с воротами открывающимися в сторону главных улиц'. Рыночная площадь с ратушей и другими общественными зданиями располагалась перед входом во дворец. Церковь, которая в течение столетий стояла в центре города, отодвинута Дюрером на окраину. Следующий теоретический труд по воп- росам градостроительства появился лишь в 1583 г.— трактат городского архитектора Страсбурга Даниэля Шпеккле (1536— 1589 гг.) о строительстве крепостей, с при- ложением проекта города-крепости. Шпек- кле уже был знаком с итальянскими тео- риями и предложил для своего города ра- диальную систему улиц с центральной площадью. Однако надобность в новых крепостях отсутствовала. Немецкие князья заклады- вали новые городские районы и целые го- рода для беженцев — жертв религиозного гонения, чтобы использовать их технические знания и производственный опыт для хозяйственного развития собственных вла- дений. Так, в 1599 г. Генрихом Шикхард- том по заказу князя был разработан план постройки города Ф р е й де н шт а дта в Шварцвальде. Почти в то же самое время на Майне, рядом с городом Ганау (рис. 3), был основан для изгнанных ни- дерландцев и валлонов новый город, план которого был создан также изгнанным бе ячеек первого н второго этажей гийским архитектором Никола Жилле. На рыночной площади, на которой скрещи- ваются главные улицы города, была соору- жена ратуша. Ее местоположение в сере- дине продольной стороны площади было для Германии необычным. Новым было также осевое взаиморасположение и зри- тельная взаимосвязь ратуши и церкви. Бла- годаря своему регулярному плану, точно прямолинейным улицам, осевому располо- жению общественных зданий на соответ- ственно распланированных площадях Га- нау стал первым ренессансным городом, построенным на немецкой земле. 2. Идеальный город 1527 г. Альбрехт Дюрер
3. Ганау. Город 1553—1650 гг. Аксонометрия «Топографии» Мериана За Ганау последовали Маннгейм, Мюльгейм и Фридрихсштадт-на- Эйдере, спроектированные нидерландца- ми, и всюду, как в Ганау, планировка города подчинена прямоугольной системе. В тео- ретических трудах XVII в. основное внима- ние уделялось итальянским идеальным го- 4. Ростик бюргерский дом первой половины. XVI в. родам и повторялись идеи де Марки, Ска- моцци и Палладио. На многих проектах княжеский замок трактуется уже как у3. ловая точка композиции, и оси всего го- рода ориентируются на него. Развитие немецкого городского жилого дома относится к XIII—XIV вв. В XV— XVI вв. планировка дома и его конструкция не подвергались сколько-нибудь существен- ным изменениям, и дело ограничивалось приспособлением дома к возросшим пот- ревностям хозяев (рис. 4, 5). Местные осо- бенности связаны с особенностями нижне- и верхнегерманского крестьянского жили- ща. Как правило, господствовала тенденция увеличивать первоначальное число поме- щений путем их разделения и увеличения числа этажей. В Северной Германии боль- шие сени, ведущие свое происхождение от нижнегерманского продольно-открытого до- ма, были в течение столетий определяющим помещением также и городского дома. В случае нужды в помещениях комнаты и чуланы выгораживались в сенях, которые имелись в каждом этаже. В верхненемецком доме поэтажное устройство практиковалось уже с давних пор, в связи с чем переход к многоэтажному жилому дому был значи- тельно проще. Обычно в первом этаже на- ходились мастерская или торговые помеще- ния, выше —жилые комнаты, а над ними — склады для товаров и домашние кладо- вые. Высокая крыша с несколькими эта- жами была поэтому видимым знаком бюр- герского достатка. Господствующим типом был дом, обращенный фронтоном на улицу. Лишь постепенно в XV—XVI вв. дома стали поворачивать к улице продольным фасадом. Это изменение ограничивалось преимущественно Средней и Южной Гер- манией. В нижненемецком доме это ново- введение привилось лишь в XVII в. Даже и там, где был осуществлен поворот конька крыши и вид дома с улицы завершался линией водостока и венчающим карнизом, пытались сохранить старый облик бюргер- ского дома, насаживая сверху поперечные фронтоны. Последние стали одним из наи- более излюбленных декоративных мотивов XVI в. и нередко получали богатую пла- стическую разработку. Мы встречаем их также на зданиях ратуш и даже на двор- цах князей. В Средней и Южной Германии встреча- ется большое количество красивых бюр- герских домов XVI—XVII вв. с великолеп-
5. Люнебург. Бюргерские дома XV и XVI вв. ными фасадами из тесаного камня. Как правило, они богато украшены орнамен- тами и фигурными изображениями. Здания, подобные Пеллерхаузу в Нюрнберге (рис. 6) идому№30наНейсештрас- се в Гёрлитце, могут быть причислены к значительнейшим художественным произ- ведениям архитектуры немецкого бюргер- Фахверковое строительство достигло в эпоху Возрождения своего настоящего рас- цвета. Фахверковые сооружения, представ- ляющие собой каркас из деревянных стоек и рам, заполняемый глиной, а позднее кир- пичной кладкой, сильно отличались друг от друга в отдельных немецких областях. В дальнейшем фахверк усложнялся в соответствии с общей тенденцией обогаще- ния архитектуры зданий. На выступающих поперечных брусьях, на концах балок н опорных кронштейнах размещались укра- 6. Нюрнберг, дом пеллера. 1605 г.. Якоб Вольф. Внутренний двор
шення в виде раскреповок, профилей, орна- ментальной и фигурной резьбы. В жилых домах издавна применяли яркую, пеструю покраску, что придавало бюргерскому фах- верковому дому жизнерадостный вид. В Аугсбурге и других городах Южной Германии, где преобладали оштукатурен- ные кирпичные строения, стали применять роспись фасадов с нарисованной фан- тастической архитектурой (колоннами, ба- люстрадами) и фигурами. Украшались и кирпичные дома северных городов. Здесь применялись карнизы, в которые нередко вставлялись медальоны со скульптурными портретами, а окна иногда обрамлялись терракотовыми плитами с богатым орна- ментом и фигурами. Порталы бюргерских домов повсеместно стали богаче; они украшались фамильным гербом или эмблемой профессии владельца дома. Тем самым бюргерство нарушило привилегию дворянства. В северо-западной Германии главное жилое помещение бюргерского дома рас- ширялось устройством «фонарей» с обра- щенными во все стороны окнами, из кото- рых открывался удобный вид на улицу и которые стали предпочтительным местом пребывания всей бюргерской семьи. В Юж- ной и Средней Германии тот же результат яв достигался при помощи выступающих эр- керов. Фонари и эркеры располагались со- ответственно внутренней планировке жи- лого здания и подчинялись господствующе- му принципу асимметричной композиции XV и XVI вв. В монументализированной форме они применялись и в ратушах, где эркер проходил через несколько этажей и заканчивался башенкой с остроконечной шлемовидной крышей. В XV и XVI вв. изменился также ин- терьер бюргерского дома. Мебель и пред- меты быта были усовершенствованы. Стены и потолки торговых и жилых помещений обшивались деревянными панелями. На скамьи и стулья накладывались подушки, полы покрывались коврами. Увеличение объема производства и тор- говли, изменения, происшедшие в соотно- шении политических сил, и продолжающая- ся дифференциация городской жизни при- вели, начиная с XIV в., к возведению ряда общественных сооружений, предназначен- ных для самых разнообразных целей. В городах сооружались специализированные складские помещения, воздвигались кры- тые рынки и помещения для городских ве- сов. В связи с расширением деятельности городских управлений к зданиям суще- ствующих ратуш стали пристраивать нан-
пелярии, залы для за„.„ . для суда, караульные Хеш’ П0Меи«ния роде кои стражи и камеры НИЯ для г°- оружия горожан. аРсХДЛ\храненИя цехи начали строить собсТВен„ Отдельные к шестве центров своей опД НЫе здания в "" ’ гневной жизни. НаконеРц г„ИЗЯЦИИ и об- I-' 'и собственные школь. ', орода Устраи- с.пчаях даже открывали °тдельных Обнищание больших₽ групп 7Яйверситеты. селения вынуждало устраивХ 0 на’ богадельни и госпитали 3? Г0Р°Дские средства расходовались такж»аЧ„ИТельнЬ1е тельство городских укреплений „„ С1рои' BopeoTaXV В' ВОЗДВИГались монументальные «.ЛХо’оСЛ «* тельных размеров. Величественно» ЗНаЧИ‘ ление. которое” производя?:тТ с "Ти создается исключительно их архитектурным объемом, расчлененным лишь немногочис ленными окнами и перекрытым высокой ^Уховых^окоТк^ С 6ольшим числом тельных зданий L<Sr иаи6олее внуши- шихся до нашего?.» типа' сохРанив- таможня (МаутхаллмеНИ'иП₽ИИадлежит 1498-1502 гг 7мс 7? вгНюРнбеРте. диозными были И к 71 Столь же гран- этого рода Амбао *г хаеркопь,е постройки давление о Гейзли»гене дает пред- лей. Та L мастеРстве строите- дельных г™ обнаруживается ив от- мени" кап„и₽ ДСКИХ >'кРеплен««х того вре- Х7рОеХНГХаХ14Г78ЛЬСТеНТОР- А. Гельмштеде. 1466 1478 гг- зодчим зренияаЧяХНЫМ лС х>'дожеотвенной точки Ь." Я ся АУгсбУРтекий арсе- иХР,“ННЫИ Элиасом Холлем между 1607 гг- (РИС-8). Главный архнтекУ- домя» аЦент’ как “ в бюргерских жилых домах, перенесен здесь на сторону, увен- чанную фронтоном, где применены сред- ства архитектурной выразительности, раз- работанные в раннем итальянском барокко. 9. Михельштадт в Оденвальде. Ратуша. 1484 г. 1. Аугсбург. Арсенал (Цейгхауз), 1602-1607 гг. Элиас Холль 507
10. Ротенбург. Рату- ша, 1572 г. Якоб Вольф Ратуши, особенно в небольших городах Средней Германии, оставались вплоть до XVI в. сравнительно скромными зданиями, часто выполненными в живописном фах- верке. Привлекательный образец такой постройки, относящийся к концу XV в., — ратуша в Михельштадте в Оден- вальде (рис. 9). Особую роль в композиции этих со- оружений играли башни в центре перед фасадом или по углам зданий. Начиная с XV в. башни ратуши получают особое зна- чение как символ величия бюргерского сословия Высота многих из них была уве- личена в XVI и XVII вв. Обычно первоначально построенноездя ние ратуши перестраивалось и расширялось по мере увеличения потребности в площади в результате чего ратуши нередко нред- ставляли собой обширные комплексы зда- ний, иногда с внутренними дворами. Одним из самых ранних немецких ре., нессансных сооружений вообще является ратуша в Герлитце. Перестройка, ко- торой определяется современный облик ра- туши, была произведена после большого городского пожара 1525 г. В здании ратуши в Ротенбурге (рис. 10) чувствуется все своеобразие не- мецкого Возрождения. Часть готического здания сгорела и была заменена в 1572 г. новой постройкой, контрастирующей с простой готической частью. Однако обе части образуют согласованный ансамбль. На рыночной стороне господствуют при- строенные к зданию аркады и широкая на- ружная лестница. Ратуша в Лейпциге (рис. 11), построенная в 1556—1557 гг. бургомистром и архитектором Иеронимусом Лоттером, несмотря на раннюю дату ее сооружения, в большей степени преодолевает готическую традицию. В областях Германии, поддерживающих более тесные экономические отношения с западными соседями, архитектурные идеи Возрождения заимствовались шире. В Се- верной Германии сказывалось в первую очередь влияние Нидерландов. Ратуша в Эмдене (рис. 11) была построена в 1574—1576 гг. Лауренцом фон Штеенвин- келем по образцу антверпенской ратуши. Отголосками прошлого являются ворота, акцентированные щипцом и башенкой. К группе сооружений, возведенных под вли- янием нидерландских тенденций, принад- лежит также ратуша в Бремене (рис. 11) после ее перестройки в 1609— 1614 гг. Людером фон Бентхеймом. Готи- ческое ядро здания было построено в 1405—1410 гг. При перестройке ратуши главный архитектурный акцент был пере- несен с узких торцов здания на его про- дольный фасад, обращенный к рыночной площади. Фасад симметрично расчленен средним ризалитом, увенчанным фронто- ном и двумя боковыми щипцами меньших размеров. Обильны декоративные детали в формах Возрождения. Примером сооружения, близкого к об- разцам архитектуры итальянского Воз-
II. Кельн. Портик ратуши, 1569-1573 гг. Вильгельм Фернуккен; Бремен. Ратуша, 1609-1614 гг Людей фон Бентхейм; Лейпциг. Ратуша, 1556-1557 г? Иеронимус Доггер; Эмден. Ратуша, 1574-1576 гг Лауренц фон Штеенвинкель рождения, служит разрушенный а период второй мировой войны портик ратуши в Кельне, построенный в 1569—1573 гг. (рис. II) Вильгельмом Фернуккеном. Сго- ревшая во время второй мировой войны ратуша в Аугсбурге (1615—1620 гг., архи- тектор Элиас Холль) была примером ма- стерского сочетания итальянских веяний с немецкими традициями. , Примером крупного сооружения начала XVII в. служит ратуша в Нюрнбер- ге. В 1514—1522 гг. городским архитек- тором Гансом Бехеймом Старшим к перво- начальному готическому зданию с большим залом совета было пристроено крыло с роскошными фасадами в характере поз- дней готики. В 1616—1622г. это здание было еще раз значительно расширено Якобом Вольфом Младшим, на этот раз в итальянизированных архитектурных фор- мах. Композиционными контрастными ак- центами служат три портала и башнеобраз- ные надстройки на крыше. Постройки, возведенные некоторыми це- хами, по своим размерам и богатству часто не уступали зданиям ратуш. Они обычно включали залы для собраний и торговые залы с необходимыми подсобными помеще- ниями. Сплошь и рядом здесь же хранились
12. Хильдесхайм. Цеховым дом мясников, Igjj доспехи и оружие членов цеха. Внушите, ным памятником богатства и силы отдела ных цехов было несохранившееся здание цеха мясников на рыночной площади! Хильдесхайме (рис. 12), построенное! 1529 г. Это одно из лучших достижений немецкого фахверка. Аналогичный большой цеховой дом создали суконщики в Брауншвейге (рис. 13) путем повторного расширения не- большого основного здания. Особенное впе- чатление производит восточный фасад, по- строенный в 1591 г. Бальтазаром Кирхером. Горизонтальное членение фасада сильными карнизами уравновешивается средней осью. Скульптурные украшения несколько ослаб- ляют ясность членений. Это прекрасное зда- ние также служит примером самостоятель- ной творческой переработки заимствован- ных из Италии идей ренессанса на немецкой Поздняя готика дольше всего удержи- валась в церковном строительстве. Рефор- мация не оказала на церковную архитек- туру сколько-нибудь глубокого влияния. Протестанты использовали для богослуже- ния прежние католические церкви, а в строительстве новых придерживались так же, как и католики, архитектурных форм поздней готики еще в XVII в. В конце XV в. преобладающей была при- вычная форма зальной церкви с тремя нефами. равной высоты, которая лучше подходила для помещения, предназначен- ного для проповеди, чем тип базилики. Облик интерьера этих церквей определя- ется одинаковой высотой нефов, высокими колоннами, сложнейшим переплетением нервюр звездчатых и сетчатых сводов и освещением через большие окна с цветными стеклами. Первым немецким церковным сооруже- нием с применением форм, заимствованных из архитектуры итальянского ренессанса, является часовня Фуггеров в Ауг- сбурге (1509—1518 гг.), которую банкир Якоб Фуггер построил у западного фасада церкви св. Анны в качестве усыпальницы для своей семьи. 13. Брауншвейг. Цеховый дом суконщиков. 1591 г. Бальтазар Кирхер 510
1 Германии больше Не бЧетаеРти XVI в шой достойной упомиибЫЛ0 создано ни "'стройки. Лишь после то^НИЯ цеРковн™ "’"“тная консолидация и?пКак пР°изошла । шсии, начали опять це₽к°аных разно 1 ' значительные ц!!°ДИТЬ более ™и 1 начала в качеств! зак!, НЫе здания 'Тлен иезуитов-носи?!ль ВЫступил '"’Рмации. Иезуиты ис!м! Идеи коитрре- 'УРные формы итальянского08йЛИ а₽ХИТВ|“ пропаганды идей иВозР°ждения шческой церкви. Примером УВДства като’ церковь Михаила в м t 0Жет слУжить 1595 гг.)—в значительнойHyeenH е (1583- ние церкви Иль Джезу в рИмеР П°Дража- Однако в областяуЧп,, ме; в меньшей степени лп!!ДН°И ГеРмании, влиянию, даже церкви^ упных южному отражают традиции поДЗУИ-Т0В в XVU 8 кова. например, церкой** Г0ТИКИ- Та‘ Кельне (рис 14) п ° Д " е 3 у и т ° 8 в фом Вамзером в 161’8—1627 г"^ Кри,:то' строительство У и и” е^с^тетсГой"343™ кв и (рис. 15), которая по сравнению cam’ гимн немецкими церквами няХ!Г Р>’ ближается к ренессансному идеал! п„П₽Н’ эта подражающая античен рхитет!! такое помещение, где прихожане могли бы слушать проповеди, составляющие важней- шую часть протестантского богослужения. Зодчие искали для этой архитектуры новые формы, но эти формы не смогли привиться. Даже в наиболее достойных упоминания новых протестантских церквах зодчие при- держивались испытанного принципа заль- ной церкви. В городской церкви в Бюк- кебурге (1611-1615 гг.) (рис. 16) еще сохранен позднеготический щипцовый фа- шиДваюЛе<:ЬжГ0ТИЧесКие элеиент“ уже сме- u.„vT Формами, свойственными ран- нему барокко. 15. Вюрцбург. Университетская церковь, 1591 г. Ml
16. Бюккебург. Городская церковь, 1611 — 1615 гг. Бюргерский жилой дом и крупные го- родские общественные сооружения зани- мали ведущее место в развитии немецкой архитектуры до второй половины XVI в., пока эта роль не перешла к архитектурным сооружениям владетельных князей. Изменения политической надстройки, обусловившие переход от средневекового феодального замка-крепости ко дворцу, произошли в Германии в последней чет- верти XV в. и в первой половине XVI в. Постепенно сходившее на нет военно-поли- тическое значение старых замков-крепостей привело сперва к перестройкам и приспо- соблению их к многообразным потребностям обширного придворного штата, к развитию нового типа зданий. Так же, как и в других странах Европы, в Германии появился дворец. В своей планировке и в своем ар- хитектурном облике дворец отражал но- вые политические интересы феодальной зиати. ее стремление к представительности, а также ее новые бытовые требования. Кня- жеские дворцы, начиная со второй поло- вины XVI в., принадлежат к числу круп- ных и значительных в художественном отношении построек немецкого Возрож- дения. Среди замков, приспособленных к из- менившимся требованиям, известнейшим является замок Альбрехтсбург в Мейсене (рис. 17). Здесь под руковод- ством Арнольда фон Вестфалена было воз- двигнуто начатое в 1471 г. роскошное со- оружение. Корпус здания расчленен выс- тупами и отступами, а также башнями. Обширные поверхности крыш разбиты вы- сокими слуховыми окнами. Благодаря этому здание в целом получило динамичные очер- тания с преобладанием вертикалей. В дво- ровом фасаде доминирует сдвинутая в сто- рону великолепная лестничная башня. В больших равномерно расставленных окнах главных помещений дворца обращают внимание жесткий масверк и висячие арки. В этих окнах, так же как в горизон- тальных линиях карнизов, обнаруживаются происшедшие в конце XV в. глубокие внут- ренние изменения в архитектуре, подгото- вившие в Германии почву для заимствова- ния архитектурных форм итальянского Воз- рождения. Расположение помещений в замке Аль- брехтсбург еще напоминает средневековый замок-крепость с его беспорядочно раз- мещенными комнатами. Новым является устройство сквозных этажей равной высо- ты. Парадный облик насыщенных светом залов также означает шаг вперед по срав- нению с мрачными помещениями замков предшествующих столетий. Своеобразный характер этих залов обусловлен исключи- тельным богатством звездчатых, сетчатых и сотовых сводов, которые в таком много- образии, пожалуй, не встречаются ни в одном другом замке. Важным памятником эпохи раннего Воз- рождения в Германии является замок- дворец Гартенфельс близ Торгау (рис. 18), построенный на основе старого феодального замка с внутренним двором; этот замок подвергся радикальной пере- стройке, осуществлявшейся, начиная с 1532 г., архитектором Конрадом Кребсом. Как следствие укрепления власти вла- детельных князей в итоге ожесточенной классовой борьбы первых десятилетий XVI в., после 1550 г. начинается усиленное строительство новых и перестройка старых феодальных резиденций в городской дворец. Дворец стал представительным жилым до-
MOM дворянства, к которому теперь предъяв- лялись новые требования. Такое превраще- ние повлекло за собой изменения в плане. । Если в средневековом замке отдельные поме- щения последовательно были связаны друге другом, то теперь устраиваются проходы, , из которых можно выходить в отдельные комнаты, не проходя через другие. У зда- ний с внутренним двором эту функцию вы- полняют заимствованные в Италии аркад- ные галереи. Более пышные формы дворо- вого фасада по сравнению с наружным соответствуют старой традиции в замковой архитектуре. Новым является регулярное расположение помещений вокруг прямо- угольного внутреннего двора —типичный композиционный прием ренессанса. Во второй половине XVI в. был расши- рен и получил такой прямоугольный план замок Плассенбург около Кульмбаха (рис. 19). На дворовых сторонах были ус- троены открытые галереи со сплошными аркадами, напоминающие легкую, воздуш- 18. Торгау. Замок Гартенфельс. начат в 1532 г. Конрад Кребс. Дворовый фасад с лестничной баш- 17 ВИД. ГОМ V
19. Замок Плассенбург около Кульмбаха, вторая половина XVI в. Галереи двора ную архитектуру итальянских палаццо. По углам двора возвышаются лестничные башни. Дворовые фасады богато украшены тонкими рельефами в манере итальянских гротесков и медальонами с портретами князей. Крупные дворцовые сооружения воз- никали в таких княжеских резиденциях, как Мюнхен, Штутгарт, Дрезден, Виттенберг и Шверин. Как правило, они представляют собой сооружения, созданные в результате перестройки и расширения старых средне- вековых замков. Подобный архитектурный комплекс, ко- торый трудно охватить одним взглядом,— резиденция в Мюнхене (рис. 20). Самой старой частью является построенная по типу укрепленного замка «Новая кре- территории. К ней примыкают части дВОв •«. • 1ИНЫ XVI век^' Сначала была построена библиотека * глиптотекой — здание, которое уже в силу своего целевого назначения занимает важ- ное место в истории культуры XVI в. Биб- лиотека (рис. 20), длина которой достигает 69 л, является самым крупным светским интерьером немецкого Возрождения. Зда- ние было перекрыто единым цилиндриче- ским сводом, ритмично расчлененным рас- палубками. За зданием библиотеки после- довал так называемый Гротовый двор, построенный также живописцем-архитек- тором Сустрисом. Здания резиденции, ко- торые расположены вокруг так называемого Королевского двора, построил курфюрст Максимилиан I (1597—1651 г.). Он соеди- нил их с более старыми частями дворца в единый архитектурный комплекс. Стенная роспись, чрезвычайно распространенная в Южной Германии, восполняла отсутствие членения вытянутых в длину фасадов. Постройка дворца была закончена в 1618 г. Аналогичным комплексом зданий явля- ется дворец в Дрездене (рис. 21). Здесь тоже укрепленный замок был превра- щен в дворец около середины XVI в. под руководством Каспара Фойгтфон Вирандта. Наиболее интересной, с точки зрения истории архитектуры, частью дворца в Гейдельберге, также расширенного феода- льного замка, является так называемый корпус Отто-Генриха, построенный в 1556—1559 гг. (рис. 22). Формы, подра- жающие итальянским, нидерландским и немецким архитектурным мотивам, слиты в нем в единое целое. Преобладает гори- зонтальное членение фасада. Уменьша- ющиеся с высотой размеры трех этажей (7,4; 5,0; 4,4 л) свидетельствуют о знаком- стве с теорией Серлио. В подражание рит- мической травее главного фасада римской Канчеллерии Браманте каждая пара окон образует соединенную пилястрами группу, в середине которой устроена ниша для статуй. Само окно разделено стойкой с гермой. Облик здания в целом, несмотря на влияние итальянской архитектуры, слу- жит примером безудержного стремления к богатству декора, отличающему большин- ство немецких дворцов. Приблизительно в тот же период в Се- верной Германии был воздвигнут дворец Фюрстенхоф в Висмаре (рис. 22). Построенная в 1553—1554 гг. основная часть 514
здания со строгим горизонтальным члене- нием и равномерными рядами окон напо- минает дворцы итальянского Возрождения. Построенный в 1605—1610 гг. Георгом Видингером замок Ашаффенбург (рис. 23)— одна из самых значительных построек немецкого Возрождения. Углы здания акцентированы башнями. Главный фасад обращен уже не во двор, а наружу. Вытянутые в длину флигели расчленены массивными карнизами и правильными ря- дами окон. Наряду с этими роскошными зданиями, воздвигавшимися правящими князьями, соз- даются, особенно в XVI в„ многочисленные усадьбы дворянства. Многие их черты за- имствованы от бюргерских жилых построек, от которых они часто отличались только своим высоким местоположением и более 21. Дрезден. Дворец, пере- строенный в се- редине XVI в. Общий вид из «Описания Дрездена». Вена. 1680 г. я значительными размерами. В качестве при- мера можно назвать Тюрингенский фах- верковый дворец в Миле (рис. 22), построенный в 1581 г.
Признаком значительных изменений происшедших в придворной жизни правя- щих князей, были специальные постройки, воздвигавшиеся, начиная с XVI в., для рыцарских игр и других придворных праз- днеств. При замках устраиваются также обширные сады. Своеобразным произведе- нием был сооруженный в дворцовом саду в Штутгарте «Новый увеселитель- ный павильон» (Нейес Лустхауз) (рис. 24), который был построен в 1580— 1593 гг., но снесен в 1846 г. Для немецкой архитектуры XVI в. ха- рактерны изменения позднеготических форм под влиянием новых художественных воз- зрений. Типичная для готической архитекту- ры устремленность вверх несколько смягчи- лась. Здания часто представляли собой зам- кнутые архитектурные объемы с большими плоскостями стен, которые членились толь- ко отдельными пластическими акцентами. Декоративные формы усложнялись и обога- щались разнообразными мотивами, и этому придавалось преимущественное значение, тогда как строительная техника и органи- зация строительного дела оставались неиз- менными. Когда центр тяжести капитали- стического развития на короткое время переместился из Италии в Южную Герма- нию, декоративные детали, заимствован- ные в архитектуре итальянского Возрожде- ния, были включены в обильный декор, перегружавший немецкие постройки. Чув- ство формы лишь медленно изменялось, сближаясь с итальянскими архитектурными концепциями. Во второй и третьей четверти XVI в. возникло сочетание позднеготических при- емов и итальянизирующих форм, подража- ющих античной архитектуре, в котором преобладали немецкие традиции. Во второй половине XVI в., после по- давления своих противников в Крестьян- ской войне, в качестве заказчиков в боль- шей степени фигурируют князья. Княжеские столицы становятся наряду со старыми торговыми городами вроде Аугсбурга и Нюрнберга наиболее значительными цен- 22. Гейдельберг. Замок Отто-Генриха. Крыло, 1556— 1559 гг. Мила ц Тюрингии. Дворец, 1581 г. Висмар. Дворец фюрстенхоф, 1553—1554 гг. Уличный фасад
23. Ашаффенбург. Замок, 1605—1614 гг. Георг Ридин- трами архитектурного творчества. Архитек- турные формы итальянского Возрождения используются для демонстрации растущей политической власти. Заимствование ита- льянских архитектурных форм и компози- ционных идей получает благодаря этому новые и более сильные импульсы, но даже на этой фазе развития все еще играют роль позднеготические реминисценции и народ- ные черты. Богато украшенные щипцы, эр- керы и порталы, как в бюргерских домах и ратушах, встречаются также в качестве характерных форм многих княжеских по- строек. Только в XVII в. прочно утвержда- ются большие архитектурные композиции с симметричным построением и регулярным членением, причем последние отголоски поздней готики сливаются с надвигающи- мися архитектурными идеями барокко. Раздробление Германии на множество мел- ких княжеств создавало условия для раз- личных местных тенденции, так что архи- тектура этого времени представляет собой большое многообразие, меняющееся от княжества к княжеству. Все же в немецкой архитектуре времени Возрождения рано наметились характерные черты, в частности разработанность деталей. Именно в это Штутгарт. Увегелнте,№ный ЛУ0*' хауз), 1580—1оуо гг. г
время немецкие строители создали целый ряд сооружений свободной композиции. Даже в тех постройках, которые наиболее приближаются к итальянским образцам, как, например, в зданиях ратуш в Нюрн- берге и в Аугсбурге или в «Княжеском дворе» в Висмаре, дает себя знать немев»?, пристрастие к свободной группировке =?* хнтектурных объемов и динамичному силу
ГЛАВА Vtl «ХИТЕКТУРД АВСТ. Средневековая Австрия в 1278 г пере- нла во владение Габсбургов, объединивших ряд тяготевших к ней княжеств, светских и духовных (Штирию, Каринтию, Тироль Краину, Зальцбург и др.). v В XVI в. в условиях турецкой опасности, требовавшей объединения усилий всех кому она угрожала, Габсбурги путем дина- стических браков завладели Чехией и Вен- грией. С избранием в 1558 г. австрийского эрцгерцога Фердинанда I императором центр империи переместился на юго-восток Европы. Императорская корона стала на- следственным достоянием австрийской ли- нии Габсбургов. Однако собственно австрий- ские земли, сравнительно отсталые в экономическом и культурном развитии, вы- играли мало, поскольку императоры в ка- честве резиденции предпочитали богатую и пышную Прагу, В XVI в., если не считать епископских городов и Тироля, условия в австрийских областях мало благоприятствовали обнов- лению экономики и культуры. Только со второй половины XVII в., после тридца- тилетней войны, центр политической и куль- терной жизни империи перемещается в Австрию и, в частности, в Вену, где раз- вивается бурная строительная деятельность. Поэтому Австрия, богатая памятниками барокко, сравнительно бедна архитектурой времени Возрождения. В строительстве XVI в. развивались два направления. Городское строительство, опиравшееся на ремесленные навыки и народную тради- цию, свободно сочетало средневековые пережитки с заимствованиями из Италии, особенно когда приходилось решать новые функциональные задачи. Так в городах архитектура приобретала национальный ха- рактер, выражавшийся не только в приме- нении специфических элементов (эркеров, высоких аттиков и т. п. ) или в таких ком- позиционных приемах, как обрамленные аркадами вытянутые в глубину дворы, но и в появлении собственного архитектурного типа «парламентского» здания, предназна- ченного для собраний представителей со- словий (ландхауз). Волей двора и знати одновременно раз- вивалось другое направление. Приглаша- вшиеся из Италии и из южной Германии мастера насаждали формы и приемы итальянского Ренессанса. Ограниченная первоначально придворным и дворцовым строительством (дво; ,-ц в Зальцбурге, при- дворная церковь в Инсбруке и др.), эта архитектура с новым упадком австрийских городов и с укреплением аристократически- монархического строя в конце XVI в. во- сторжествовала, а наступившая вслед за этим католическая реакция обеспечила быстрый триумф барокко. Захват ’ турками Константинополя (1453 г.) изменил направления товарных потоков в Европе, что привело к расшире- нию торговых и культурных связей с Италией. Транзитная торговля наряду с развитием промышленности (разработка тирольских серебряных рудников и добыча соли) способствовала оживлению австрий- ских городов. В течение всего XV в. и первых двух десятилетий XVI в. архитектура оставалась по существу готической, но иа рубеже XV МЭ
и XVI вв. появляются первые веяния Воз- рождения, проявившиеся преимущественно в городском строительстве (жилые дома бюргеров, здания городских самоуправле- ний, городские башни). В то же время мно- гие особенности плана и внешнего вида даже монументальных сооружений стано- 2. Руст Двор жилого дома, XVI в. вятся понятными лишь при сопоставлении с крестьянским жилищем. Поэтому бюргер- ская архитектура этого времени — явление глубоко национальное. Заимствования каса- лись лишь декоративных деталей. Рост австрийских городов в XVI в. не сопровождался расширением кольца город- ских укреплений. Даже в Вене, успешно отразившей турецкое наступление 1529 г., не решались выйти за пределы старого кольца XIII в., и переуплотненный город под угрозой нового турецкого нашествия (1532 г.) начал обводиться новыми укреп- лениями по старым валам. Теснота и на- следственные переделы приводили к тому, что земельные участки чрезмерно сужались. Особенно узкими были участки у рыноч- ных площадей, где каждый купец или ре- месленник стремился получить хотя бы не- большую полосу фасада; так, в Линце они достигают 90 м в глубину. Как и в средние века, эти узкие фасады (обычно три окон- ные оси) многоэтажные и достигают иног- да 6 этажей (рис. 1). Планировочная структура восходит к «франконской» кре- стьянской усадьбе, где и жилые, и хозяй- ственные помещения нанизываются на ось, идущую параллельно узкому двору, при- мыкающему к соседней усадьбе. Город- ской дом также представляет собой цепь помещений, тянущихся вдоль длинного дво- ра. В первом этаже на фасад выходит лавка или мастерская. Расположенный рядом с лавкой портал ведет в узкий, пе- рекрытый сводами проезд, оканчивающий- ся протяженным (иногда до 40 м) двором. По боковой стороне и в глубине двора рас- полагались сводчатые склады. Соответ- ственно этому двор по двум сторонам (продольной и поперечной) имеет аркады, за которыми расположены сводчатые гале- реи. Сторона без аркад — стена соседнего дома. В очень узких дворах в первом этаже аркады заменены пристенными столбами с консолями, на которые опираются аркады верхних этажей (рис. 2). На галереи верх- них этажей ведет лестница, иногда очень узкая, вход на которую находится в про- езде ворот. Галереи служат средством со- общения между помещениями. На галереи выходят окна почти всех комнат дома. Ар- кады особенно выигрывают благодаря связи с характером строительного материала (кирпич и камень). Очень широкие, ошту- катуренные арки без архивольтов опира- ются на тонкие каменные колонны: этим
"беспечивается Максим™ к окнам и в то »Г. МьнЬ‘« приток работа опор. Ра*п ВРвМя П0А'>еркив I"’ мтяжками. КапитЛ? св°Д°в погаш. ся из абаки „ ваТстрНог“”оя«иечащ“ав^ мерам пят арок. КолонииЭ0ТВетс™уют раз пьедесталы, между ко ставятся или "злюстрады, илиУНа °₽“мн Утраиваются снаружи воспринимающие?^ паРапеты жение аркад. И в том и в как "Р°Д™- 'авершение аркады 0 “Учаях очень простой лентой к!™ ₽КНХТ0 лишь строй гладких, выразительны1 Ритмичный ПИЯМ аркад превращает П“Х п? "Ропор- произведение искусства Р Довой «вор в Существовал и другой _ип двора (например, в Зал/,, л, лома-без •ом случае тесно примыкали1?’' Дома в и освещались окнами с торцов К д₽угУ к улицам. торцов, обращенных В массе фасады были очень п„ гладкая оштукатуренная простыми: лась по трем осях? скромно ? п₽°Резыва- окнами и завершалась высок^МЛеННЫМи скрывающим крышу (см рис ? вттиком. втором этаже помчал “я э^ер!’’ ЧаСТ°На частяхРстДреаныУ(долин°аС Инн!), эркеры*™* 1р!ИерыЮТнаЯ ГНеарцо?Фридр7хшДтОр!ссеТваКИнЫ сбруке, определяющие фасады и даже всю Улицу (рис. 3). Уличный фасад при обретает многоплановость: выступы эркеров и отступы стен дополняются сквозной идущей вдоль улицы сводчатой галереей перед лавками нижнего этажа. Арочные проходы перед лавками и ратушами на рыночных площадях встречаются значитель- но реже. Фасады Инсбрука частично сохранили тонкие рельефы и живопись, в которых мотивы Возрождения чередуются с готическими. Оштукатуренные фасады иногда отде- лывались плоской рустовкой, росписью сграффито и «аль фреско». В 1928 г. был отмыт фасад дома судьи Августина Реша на главной площади Реца (рис.4). Несколько необычный фасад был украшен сграффито вскоре после постройки в 1570 г. На цоколе и обрамлении ворот господству- ют архитектурные мотивы, но в других местах живопись не имеет тектонического характера. Очень характерны аттики, скрывающие пологие крыши и защищающие их от пожаров. Часто при перестройке готические 3. Инсбрук, Дома на Герцог-Фрвдрихштрассе. XVI в дома получали такой аттик (например, дома на главной площади Фрейштадта) Старые улицы Зальцбурга застроены ря- дами домов, объединенных одной фасад- ной стеной с непрерывным аттиком. Иног- да, если угол дома открыт, излом аттика фиксируется небольшой декоративной круг- лой башенкой. Башня в виде исключения может быть превращена в жилую. Прини- мая характер круглого эркера,' она обра- зует угол на всю высоту дома (Инсбрук!. В более зажиточных домах аттик иног- да воспроизводит мотив крепостных стен средневековых замков, например аттик дома Фердербера, вернее двух домов (1577 г—справа. 1583 г.— слева), на главной площади в Реце (рис. 5). Они со- единены переходом, переброшенным через
4. Рец. Дом судьи Реша, после 1570 г. улицу. Высокий, зубчатый, с глухой арка- турой аттик н башнеобразные выступы при- дают этим домам монументальность. Кроме 5. Рец. Дом Фердербера, 1577 г. — справа, 1583 г. — слева аттикового завершения применялись также фронтоны, щипцовые и с полувальмовой кровлей. В XVI в. строятся новые ландхаузы и ратуши. Первые служили местом заседа- ний сословий, штабом управления опреде- ленной области. Эти своеобразные здания сооружались в наиболее крупных городах страны: в Вене (1562—1568 гг., перестр. в 1845 г.), Граце (1557—1565 гг.), Линце (.1564—1571 гг.), Клагенфурте (1574— 1594 гг.). Наибольший интерес представляет ландхауз в Линце (рис. 6). Автор его неизвестен, но ряд особенностей заставляет предположить, что это был местный мастер. Строитель разработал планировку ландха- уза, исходя из традиционной структуры бюргерского дома. Здание представляло собой обусловленный формой участка блок с внутренним световым двором. Лишь одна сторона (северная) была открыта для въезда. Здесь помещен портал большого, крытого цилиндрическим сводом сквозного проезда, ведущего во двор с аркадами. В проезд выходит лестница. В нижнем этаже находился арсенал. На втором этаже над проездом помещался обширный (330 м2) зал заседаний, впоследствии пе- регороженный. В зале проводились не толь- ко периодические съезды представителей сословий, но и устраивались богатые празднества (свадьбы). До пожара 1800г. зал назывался «каменным» или «мрамор- ным». Его сводчатый потолок был покрыт резным штуком, стены и пол — мрамором. Особенно великолепно было обрамление порталов. На втором и третьем этажах размещались административные помеще- ния. библиотека, архив, жилые комнаты чиновников и т. п. В 1574 г. в ландхаузе была открыта школа для дворян, а с 1587 г. начато строительство нового крыла для размещения расширившейся школы. Южный двор и окружающие помещения добавлены в XVII в. Первоначальные фасады ландхауза.за исключением северного портала, утрачены. Почти полностью уцелел лишь внутренний аркадный двор, являющийся одним из лучших памятников этого времени. Здесь национальный характер архитектуры осо- бенно ясно выступает при сравнении со двором ландхауза в Граце, построен- ным итальянцем Доменико делль Аллио из Лугано (рис. 7). В Граце каждый этаж
оформлен одинаково и в, имеют все элементы ита "° вь*сокие аок„ < ' пнлЯстрами архХ^ аР*атуРы 1 ' ‘ Гораздо проще и " ?льты' импосты о пветствии с условиями ОайТ° Же в₽«мя в построена аркада ландхауза Гп МатеРИала Декоративных пилясттВпЛинце-Здесь и.'ж, несущий наибольшую }?ЛЬК0 пеРв“й । р.|неные столбы. В соответет Рузку'ИМее’ шим сечением арочные пооеМ„ИИ с нхболь- нише, чем во втором и ““ Значительно .Менее нагруженные арки нт™ *“ этажах ю этажей опираются неп0Гп " Третье’ тонкие мраморные колонии? ₽ енно на Возвышающаяся нт »*>< с лестничной клеткой служил^Т" баШНЯ зорной и часовой башней uU Же до' строена в XVII в.). На ней же пп„Г” над' । ородские часы. Же помеШались Северный портал ландхауза в Линне тРиумфальнойЛЯарТки. нТош^а^Хй гаде-Ё ордерная композиция, охватывающая два этажа: над аркой проезда три арочных (сКмарис°5)еШаЮЩИХ <Каменный‘ аал Украшением двора ландхауза в Линце служит фонтан (1581 г.). Фонтанами были украшены многие городские площади Во- доразборное сооружение нередко представ- ляло собой простой колодец, над ограж- дающей стенкой которого часто возводился очень сложный бронзовый или железный шатер, в вершине шатра крепились блоки и цепи, несущие бадью. Примером является колодец во дворе ландхауза в Граце, 1590 г. 6. Лннц. Ландхауз, 1564-1571 гг. Двор, северный портал, 1577 г.; план второго этажа
7. Грац. Ландхауз. Двор, 1557—1565 гг. Доменико делль Аллио Важным типом общественных зданий являлась ратуша. Ратуша в Гумполь- дскирхене —одна из немногих, сохра- нившихся без позднейших перестроек (рис. 8). Она является определяющим зданием на небольшой площади у пересе- чения двух главных улиц. Массивный, с высокой крышей блок в нижнем и частично во втором этажах прорезан аркадами. Гладкие арки опираются на толстые столбы с развитыми базами. Основным акцентом композиции служит мощная угловая башня, видная со всех улиц, подходящих к пло- щади. Ее шатер господствует в силуэте города. Часто башни, следуя средневековой традиции, ставились отдельно от ратуши. Они служили не только колокольнями, часовыми и сторожевыми сооружениями, но и последним убежищем защитников в случае осады. В башнях видели выраже- ние могущества городских сословий, они помешались на главной площади города и господствовали над ним. Они возводились также как памятники победы над неприя- телем. Так, городская башня Вайдгофена на Ибсе была воздвигнута в 1535—1542 гг в честь победы над турками близ этого города. Башня Энса (1564—1568 гг., рис.9} расположена на продольной оси прямоуго- льной рыночной площади, почти в центре нее. Достигая 59 ж, она в шесть раз пре- вышает окружающую застройку. Башня имеет четкую форму квадратной призмы, увенчанной фигурным шатром. Обшитый медными листами шатер — самый высокий ориентир в Энсе. Башня отмечает центр города, замыкает перспективы почти всех улиц и видна с очень далекого расстояния. Другим примером является городская башня Инсбрука, возведенная масте- ром Каспаром Шеблем в 1560 г. на основании XIV в. На тяжелый, квадратный ствол башни насажена более тонкая вось- мигранная призма, превращенная в верх- ней части в своеобразное сращение эрке- ров (рис. 9). Новые архитектурные идеи проникают и в постройки сельского дворянства. Не- большой бург уже не мог защищаться от огнестрельного оружия средневековыми средствами — рвами, оборонными стенами и башнями. От них полностью отказывают- ся, и усадебный дом возвращается к свое- му прототипу — крестьянскому жилищу в его альпийском варианте, т. е. к «единому» дому. Примером является замок При- лау вблизи Целль-ам-Зе, 1560 г. (рис. 10). Четырехэтажный усадебный дом целиком выложен из камня. Но общая композиция вплоть до башенки на крыше (в данном случае — каминная труба) указывает на свой отдаленный первоисточник, т. е. на крестьянский дом. Более крупные замки строятся уже с применением всех средств современной обо- роны. Происходит повсеместная перестрой- ка и приспособление старых бургов к но- вым военным условиям. Примером является замок Фрауенштейн в Каринтии, построенный в 1519—1521 гг. (рис. 10). От предшествующего сооружения сохранилась только одна отдельно стоящая башня (ле- вая на рисунке). В плане прослеживаются черты «баварской» крестьянской усадьбы. Две противолежащие короткие стороны за- нимают жилые корпуса, связанные аркад- ным двором. Большие перестройки велись с 1533 г. и в старом венском бурге (Гофбурге).
Интересным добавлениям царские ворота (1552 А ДМяются Швей северные ворота ландха°Ни нап°минают имеют более сдержанДХауза в Линце. ™ В противоположность гДЯра.ктеР- сти внешних форм внутрХ °И зам«нуто- гов отличались большой „Дворы бур- Двор замка Шал7ая« радностью Австрия)-создание мас?еЛРг (Нижяяя гельма из Лозенштейнач Ганса Вяль- перестройкой (1572—1600 гг ?°К Я8л»ется вого бурга. На приземиста? средн«веко- кого этажа двора опиравар*ады пеР‘ количеству более низкие удвоеннь|е по (рис. 12). ТерракотовЫеКИерелаьрдиныят°Рого шения и колонны из квасно™ е укра- сочетании с беленой штука™коТ”Ора В лают аркады особенно нарами"л. Де' сильно отличается от итальянских' „Л а ров. Аркады не следуют ствогим к, ₽ИМе' построения: так, на углу даооа я этаже, поставлен не столб, а изломанная под углом заложенная арка ломанная' Естественно, что в композициях италь янских зодчих применялись формы ' ' янского Возрождения. Таков/ например прекрасный двор замка Порчи а ₽в 8. Гумпольдскирхек. Ратуша, XVI в. Ш /ттале на Драве (рис. 13), также перестроенного из средневекового бурга. Из многих парадных интерьеров осо- бенно интересен Испанский зал пере- 9. Энс. Главная площадь. Город- ская башня, 1564— 1568 гг. Инсбрук. Городская башня. 1560 г. Каспар Шебль 525
строенного замка Амбрасблиз Инс- брука (рис. 11). В старом замке не было помещения, которое удовлетворяло бы тре- бованиям придворной жизни. В 1570 г. Иоган Люкеса (итальянец) начал строи- тельство зала, предназначенного для мно- голюдных приемов, — 10X43 л; стены за- ла сплошь покрыты живописью; окна, до- вольно частые, расположены только по одной стороне. Сравнительно невысокий деревян- ный потолок (около 5 ж) с богатыми рельеф- ными украшениями — работа инсбрукского мастера Конрада Готлиба. Тироль издавна славился резчиками по дереву, и потолок Испанского зала является одним из заме- чательных примеров этого народного искус- ства. Членения стен и потолка приведены в строгое соответствие. Инкрустированный мраморный пол придает залу особую па- радность. С превращением Австрии в центр так называемой Германской империи возра- стает значение местной знати. В резиден- циях австрийской аристократии со второй 11. Инсбрук (окрестно- сти). Замок Амбрас. Ис- панский зал, 1570 г. Иоган Люкеса, пото- лок — столяр Конрад Готлиб 526
1 • । 'ВИНЫ XV1 в шорная жизнь Ряп Кала пышная п„ расширяется во5иоД замк°в в это »п₽и’ турные комплексы. /аТ № aP*HTeT (86X46 *)а«Т₽урн”рн^7в^и "обширный '" Р. По трем сторонам »г ДЛЯ конных сводчатые галереи для зонт ?к₽УжаЮт 1 ремя украшенные фресками и Й’ 0 свое ра, все чавдобращается4/^’ примеРУ Дво- южнонемецким мастерам тальянским и Появляется еще omLn., жений — вилла, во многом напомия С°°₽У‘ итальянские. Наиболее ппиЛ ающая них является Новый двоТеТб'”' И3 пВо:л?\5бТгРУ*ре"сНЫЩМаиТМ"ЛИаНОМ » «.Л со...» пытался выписать лучших итальянских xv что ""{«l СгОиРал пР°екты вилл: известно ITO в 1571 г. Ипполито д'Эсте прислал емч шпаны своей виллы. Разрушенный ныне Новый дворец был выполнен с большим размахом. Автор его неизвестен Это - протяженное, обращенное к нижнему саду симметричное сооружение. Подобно италь- янским образцам, регулярно распланиро- ванный парк не сливается с природой, а противопоставляется ей. Изоляция под- черкивается окружающей виллу стеной с башнями. Здание разделяет парк на две почти равные части. Все элементы обеих частей группируются вдоль оси, являющей- ся осью симметрии здания виллы. Примером новых форм в церковном зодчестве служит большая базилика Францисканцев в Инсбруке, по- строенная А. Корвелли в 1533—1563 гг. в итальянском духе. В интерьере стройные стволы опор свидетельствуют о новом чув- стве пропорций, но своды, хотя и украшен- 13. Шпитталь на Драм. Замок Порчна. Двор, начат в 1527 г.
I-4. Замок Роэенбург близ Хорна. Перестроен в 1593—1597 гг. (по гравюре XVII в.) денции; в — Новый дворец; г — площадь Моцарта; д — собор; е — Главная площадь; ж — монастыри ли не важнейший пример мемориальной скульптуры XVI в. в немецких странах, этот памятник сооружался на протяжении ряда десятилетий немецкими, нидерланд- скими и итальянскими мастерами. Колено- преклоненная фигура императора над черным мраморным саркофагом — работа Л. дель Дука (1584 г.). Две из бронзовых фигур вокруг саркофага (короли Теодорих и Артур), приписываемые нюрнбергскому мастеру Петеру Фишеру, — выдающиеся примеры немецкой пластики XVI в. Памят- ник в сочетании с интерьером церкви, в главном нефе которой он расположен, явился вне Италии одной из самых ранних попыток синтеза архитектуры и пластики средствами новых художественных форм. На протяжении XVI в. австрийские горо- да сохраняли средневековую планировку. Только в конце века в Зальцбурге была начата перепланировка центра, окончатель- но сложившегося лишь в следующем сто- 15. Вена (окрестности). Новый дворец, построен после 1569 г.
лет ни (рис. 16). Здесь п» Вольфе Дитрихе (1587—16^2 ар.хиепяскопе предпринятой им построй™/' в связи с деипии была начата переплани "°вой Р«и- между собором и рекоГс₽О“КГ°Р.ОДВ снесли ряд зданий канониката и Целью владельческих строений п/.. . частно- c. 1595 г., причемР частно 6Х°„ЙКУ начал" ваны старые стены. На месте мег использ°- борного кладбища образовала^ олН°Г° площадь, на восточной стоп™» 6 ИрНая вырос Новый дворец для аЛтНе которой начатый еще b^SW^^VcS 6? вершен новым зданием собора на мес?ё старого, поврежденного пожаром в 1598 г Проект нового собора был заказан пригла: шейному в 1602 г. в Зальцбург Винченцо Скамоцци. Строительство было начато лишь веяния бароккоТ1т1лР°“ С‘ Соляри' когла Австрию Р и широко проникать в лярность СтараяК7ойбЫЛа придана рег^ вратиляг» = Р со6°Рная площадь пре- пе ед соборомаМвКНУ™Й Парадвый двор об™»™» ром’ в то время как вновь обоам°лри11НаЯ главная площадь, частично ковымн ,П монУменаальными средневе- нп« иИт даниямн' Оказалась расположен- ной к югу от него. Австрийская архитектура XVI в. дос- тигла наибольшей выразительности в бюр- герском строительстве. Ратуши, гильдей- ские дома и ландхаузы, не говоря уже о жилищах бюргеров, отмечены целым ря- дом интересных композиционных особен- ностей.
ГЛАВА VIII АРХИТЕКТУРА ВЕНГРИИ XV в. был для Венгрии временем борь- бы между силами феодальной раздроблен- ности и прогрессивными силами, пытавши- мися укрепить центральную власть и уси- лить единство страны. Короли из Анжуйского дома (1308—1386 гг.) несколь- ко упрочили свое положение, но в царство- вание Сигизмунда Люксембурга (1387 — 1437 гг.) знать снова подняла голову. Ко- роль, одновременно король Чешский и император Священной Римской империи, не уделял внимания внутреннему положе- нию Венгрии, будучи занят вопросами внешней политики, войнами и путешест- виями, а его вельможи увеличивали свои владения, усиливали эксплуатацию кре- стьян и подчиняли своей власти города. Это замедляло экономическое развитие страны и рост городов и усиливало анти- феодальные настроения среди крестьян и горожан, что вместе с корыстолюбием вельмож, среди которых было немало иностранцев, лишало нацию единства, не- обходимого ей перед лицом угрозы турец- кого нашествия. Сам король, представитель воинствующих сил феодализма и католи- цизма, жил идеалами средних веков. Этим определялось господство готики в архитек- туре Венгрии в его царствование, хотя при дворе работали представители архитектуры раннего итальянского Возрождения, вроде флорентийца Манетто Амманатини, а отме- ченный выше рост антифеодальных настро- ений и усиление связей с другими странами подготовляли почву для идей гуманизма. Следующий этап истории Венгрии, свя- занный с именем Яноша Хуниади (управ- лявшего страной в 1444—1456 гг., в мало- 530 летство короля Владислава Габсбурга) и его сына, короля Матиаса Корвина (1458 — 1490 гг.), был временем укрепления цен- тральной власти, опиравшейся на среднее дворянство и горожан. Это позволило реорганизовать армию, сделав ее незави- симой от крупных феодалов, и под пред- водительством Яноша Хуниади она одер- жала ряд побед над турками, обеспечивших Венгрии полвека относительно спокойной жизни. Это было время развития экономики страны, расширения ее торговых и культур- ных связей с другими странами, особенно с Италией, подъема культуры высших сло- ев общества и появления форм Ренессанса в искусстве и архитектуре королевского двора. Сам Матиас, женатый на дочери неаполитанского короля, поддерживал свя- зи с домами Сфорца, Висконти, д’Эсте и Малатеста, выписывал из Италии произве- дения искусства и приглашал художников и архитекторов, включая таких, как боло- нец Аристотель Фиораванти, работавший позднее в Москве, или флорентиец Кименти Камича, занявший руководящее положение в Будапеште. Время короля Матиаса было временем расцвета светской литературы и начала книгопечатания. Сам король создал у себя большую библиотеку и приказал перевести на венгерский язык трактаты об архитектуре Альберти и Филарете. Но страна в целом еще не была подготовлена к восприятию новых форм, и поздняя готика господствовала даже в постройках знати. Только небольшие сооружения (гробницы, табернакли) осуществлялись под влиянием итальянских форм. Лишь с начала XVI в. новые формы появляются и в других горо-
Дах, где рядом с итальянскими работают местные мастера, начинающие перерабаты- вать эти формы. После смерти короля Матиаса Венгрия снова вступает в период феодальной раз- дробленности. Итальянские мастера уходят из столицы в другие города или в Польшу. Эксплуатация крестьян вызывает восста- ние 1514 г., а подавление его обессиливает страну и делает ее неспособной сопротив- ляться как экспансии Габсбургов, так и туркам, которые после Мохачскон битвы (1526 г.) постепенно захватывают большую часть Венгрии. Строительная деятельность продолжа- ется лишь в Словакии и Трансильвании, где и раньше население строило новые и укреп- ляло старые замки и городские укрепления И теперь в Трансильвании строились в основном замки, но в них уже примени лись композиционные приемы и формы Возрождения, проникшие к этому времени
сюда из Венгрии. Упрощенные и перера- ботанные местными мастерами, они при- обрели своеобразный характер, унаследо- ванный потом и венгерскими постройка- ми XVII в. Время Сигизмунда не благоприятство- вало росту венгерских городов, и лишь наиболее богатые из них сохранили свою независимость от крупных феодалов и свое самоуправление. Наиболее значительное строительство велось в городе Буда, основанном в сере- дине XIII в. и ставшим центром националь- ной жизни. Сигизмунд превращает его в столицу страны, империи и резиденцию короля-императора. Проведший свою юность в Праге в годы, когда его отец, император Карл, вел там большое строи- тельство, Сигизмунд во многом следовал ему, тем более что географическое положе- ние этих городов почти одинаково. Он об- водит каменной стеной старые и новые здания королевского дворца, тянувшиеся почти параллельно течению Дуная. Жилая часть города, расположенная выше и рас- ширяющаяся к северу, также обносится стенами (рис. 1). Одновременно на обоих берегах Дуная строятся башни для подве- шивания цепи, загораживавшей движение судов. Буда все больше заселяется, рядом с домами зажиточных горожан строятся дома духовных лиц, церковных учреждений, а также дворян и баронов, знакомых с блеском придворной жизни. Эти здания строятся еще в стиле, сложившемся в прош- лом столетии и сохранившем свое своеоб- разие. Они имеют фасад с выступающим этажом, опирающимся на карнизе аркадой на консолях. Несмотря на узкие уличные фасады, дома обогащают вид улицы цвет- 582 ными, с геометрическими орнаментами, плоскостями оштукатуренных стен. При- мечательная черта венгерских домов — наличие в широком, сводчатом вестибюле стрельчатых ниш для сидения, по одной или по обеим сторонам его, — долго сохра- нялась в городах Венгрии. В декоративных деталях гражданских строений видно свой- ственное поздней готике стремление к упро- щению, к соблюдению чувства меры, к ос- вобождению от натуралистических элемен- тов, к меньшей пластичности. Простота деталей и отмеченная выше живописность фасадов — признаки переходного периода от готики к стилю Возрождения. Сложив- шийся во время Сигизмунда облик города Буда с его замком-дворцом и перестроен- ными церквами определяет и на последу- ющие столетия внешний вид города. Развитие промышленности и торговли, льготы, предоставленные городам при коро- ле Матиасе, содействовали строительной деятельности бюргерства. Эти начинания усиливаются и мероприятиями короля, на- правленными на то, чтобы старые, ветхие до- ма не уродовали облик городов. Постройки Матиаса в Буде немного изменили вид города, сложившийся при Сигизмунде: но- вые части королевского дворца были сооружены внутри комплекса, вокруг дво- ров, а новые дома и дворцы на улицах города часто строились на фундаментах средневековых зданий и не выделялись из общей застройки. Но возвышающиеся над городом башни церквей обогатили его архитектурный ансамбль. Башня собора была закончена в 1470 г., башня располо- женной неподалеку церкви доминикан- цев — в 1496 г., в таких же упрощенных позднеготических формах, как и башня
церкви Магдалины в севепип Этим завершилось сложение» К0НЦе Г0Р“- замкового ансамбля, с воЛ»,, ликолепного вавшегося иностранцами. щеиием описы- в стране^все боХ^здрада “в БуЬН°СТЬ взятия этого города турками в 1чЛУАе' до раз появились итальянские маст«а вЩе с военным инженером Пп..» ра во главе донья. Но они уже не во,Л К° Аа Бо’ украшающих город, а перес^талТ™ родские укрепления, чтобы повысить « обороноспособность. “ОВЫСИТЬ их Опасность нападения внешних врагов междоусобных войн и крестьянских X станин заставляла строительство замков и дворцов объединять в одно целое. Таким был Новый дворец короля Сигизмунда в Буде, начатый постройкой в 1412 г Задуманный в больших масштабах он не был осуществлен полностью, тем не менее современники описывают его с восхищени- ем. Зал рыцарей занимал центральное положение, он был разделен восемью колон- нами на два нефа, и из него открывался вид на Дунай. Дворцы Сигизмунда харак- теризуются простотой прямоугольных окон с крестообразным делением проемов ка- менными переплетами. Эта черта, харак- терная для чешской поздней готики, распространялась в Венгрии через посред- ство школы Парлера и сказалась также на архитектуре жилых домов Буды. Все эти постройки, как и ранее возведенные двор- цовые здания, были соединены сторожевы- ми площадками на стенах и широким, в виде лоджии, обходом. Замок в г. Тата в начале XV в. превратился в королевский летний охотни- чий дворец. Его расположение на берегу озера, гармоничное соотношение архитек- турных масс, четыре угловые квадратные башни представляли собой образец рано сказывающегося в Венгрии итальянского влияния (рис. 2). К концу жизни Сигизмун- да его политическая деятельность все более ориентируется на Германию, и он укрепля- ет более подходящий по своему географи- ческому положению замок в Пожоне (Братислава), который перестраивается организованной здесь строительной ар- телью во дворец с четырьмя угловыми башнями. Начинания Сигизмунда были поле- чены феодалами, строящими замки Д укрепления своей власти как в Венгр , так и в Трансильвании и Словакии. Из них один лишь замок Яноша Хуниади в Вай- дахуняд (Хунедоара), построенный в сере- дине XV в., сохранил более или менее свой первоначальный вид, остальные были раз- рушены во время турецкого нашествия или перестроены позднее. расширялся и перестраивался и при короле Матиасе Корвине. Перед входом в Новый дворец Сигизмунда была сооружена широ- кая мраморная лестница с бронзовыми канделябрами. Здания времени Анжуйской династии и Сигизмунда были связаны между собой новым корпусом, вмещавшим тронный зал, зал совещаний, библиотеку и капеллу. Дворец Матиаса был возведен около 1470 г. вокруг трапециевидного, от- крытого с одной стороны двора. Аркада первого этажа и балкон второго этажа поддерживались столбами красного мрамо- ра. Их капители, судя по фрагментам, найденным при раскопках, отражают непо- средственное влияние флорентийских об- разцов (рис. 3). Главный фасад в нишах возле входа был украшен скульптурами, изображающими членов семьи Хуниади Это была первая в Венгрии попытка вклю- чить скульптуру в декорировку фасада. Залы имели своды и потолки, украшенные резьбой в позолоченных кессонах, а стены были покрыты фресками. Во дворах нахо- дились фонтаны и статуи, в саду, на запад- ном склоне горы, были построены италь- янского стиля «Вилла Мармореа». павиль-
капители и диерного наличника разрушенного королевского двоена 1479—1490 гг. н ' 3. Будапешт. Фрагменты карниза. 4. Вышеград. План дворца, XIV—XV вв. Лев, под- держивавший колонну стенного колодца оны, бани, пруды и фонтаны с прекрасной резьбой. Архитектура ренессансного двора с аркадой впоследствии стала излюблен- ной чертой венгерского Возрождения. Вода для фонтанов и прудов на тер- ритории дворца и для орошения его садов подавалась в замок при помощи особого водоподъемного механизма, а питьевая во- да шла во дворец с Будайских гор по свин- цовым трубам. На месте старого здания дворца после перестройки возникла коро- левская фабрика, изготовлявшая посуду и декоративные керамические полы, в кото- рой была установлена трехкамерная печь итальянской системы для обжига. Для декоративных мотивов использовались и образцы книгописной мастерской, работав- шей в Буде. Недалеко от столицы, возле деревни Нек, в Будайских горах, Матиас заложил новую летнюю резиденцию, законченную после его смерти. Это было здание, подоб- ное итальянской вилле, прямоугольное, без двора, с простым объемом. Лишь северная стена была расчленена балконом и колон- надой. При раскопках разрушенной виллы были найдены фрагменты рельефа, обнару- живающие тесную связь с будайским зам- ком. Наряду с будайским дворцом чаще всего упоминался современниками двор- цовый комплекс в Вышеграде (рис. 4). Расположенный на фоне высоких скалистых гор над Дунаем, в окружении лесов, он имел 600 л длины и 200 л ширины 534
и вмещал около 350 п™, 11 еще королями Аише;ий' Дворец ириоорел свой окончательный ЙСКог° *°«в. ' Матиаса, придавшего Й°ИД во вре- М’.’соту, что очевидцы говопЛ°₽Цу такУ» " .емном рае. Части ансамй? ° нем как ши тущем и позднем готическом В ₽аннем- ЦИН1ЧН0 сливались саг Ко е ар Из переднего парка Xй В°ЗРО1«- .естница начинала системум£и“Твеиивя ведущих к зданиям, окружЛ^гих лестниц, сапами. Весь комплек № .-юн с полигональной абсидой ’ ™ Ка"ед’ сами на две группы зданий м КОНТРФ°Р- королевы. Этот выдающийся ПОК°₽°ЛЯ и комплекс венгерского ВозрожденТТ* разрушен как почти все памятей « периода. Фундаменты, нижние и,Д ого фрагменты декоративных элементов копанные недавно, подтвевжлТют ? ' ₽ас' современных описаний ₽ Д веРность Единство и гармония архитектуры и паркового искусства-на основе принци нов Альберти-были впервые в Венгрии осуществлены здесь. Здания были сгруп пированы вокруг дворов на разных уров- нях с фонтанами и стенными колодйами На парадном обходе дворца восьмиуголь- ная лестница красного мрамора заверша- Ф™™ РабпЫ Джованни Далмата (1445—1509 гг.). Бассейн его украшали на внешней стороне гербы Матиаса, обрам- ленные венками. Двор четвертой террасы также был украшен стенным фонтаном под балдахином, колонны которого под- держивались лежащими львами из крас- ного мрамора. Изменение стиля вскоре сказалось и в новых постройках, начатых светскими и духовными лицами из окружения Матиаса. В разных частях страны итальянскими и венгерскими зодчими строились новые зам- ки, прямоугольные в плане, с угловыми башнями, что стало традиционным для вен- герских замков и дворцов вплоть до XVIII в. Во время епископства Ипполито д'Эсте в Эстергоме производятся большие пере- стройки архиепископского дворца. Здесь наряду с флорентийскими зодчими работа- ли и венгерские и среди них Денеш Дьяр- мати, деятельность которого содействовала возникновению местного варианта стиля Возрождения. Высокий уровень его дока- зывается лишь сохранившимися после ту- рецкой оккупации фрагментами. Дальнейшее распространение форм 5. Шарошпатак. Замок Ракоци, середина XVI в. Возрождения в венгерской архитектуре приходится уже на то время, когда строи- тельная деятельность протекала лишь в немногих частях страны. Так, в восточной части Северной Венгрии в 1534 г. Петр Перени перестраивает замок Ракоци в Шарошпатакеиего огромную жи- лую башню, а затем возводит возле нее дворец, законченный в 1567 г. (рис. 5, 6). Лишь дворовая часть постройки Переии сохранила свой первоначальный вид, вклю- чая лестницу, ведущую к так называемой лоджии Перени, напоминающую аналогич- ные сооружения дворцовых дворов Венеции и далматинского побережья. Двухмаршевая крытая лестница, огибая с двух сторон угол здания, ведет к галерее с аркадой на ко- лоннах и крестовыми сводами. Детали жи- лой башни и постройки Перени дают право предполагать, что здесь работали мастера разных школ и разной квалификации. Влия- ния, чуждые итальянскому, видны в фи- гурных деталях тройного окна возле лест- ницы. Но украшенные резьбой наличники дверей и камины, рисующиеся на фоне гладких белых стен и сводов. — явные про- изведения итальянских мастеров зрелого Возрождения. В XV и XVI вв. новых больших церквей в Венгрии строилось значительно меньше, чем раньше; чаще перестраивались и рас ширялись более ранние здания. Так. к кон- цу XV в. заканчивается начатая еще в XIV в. перестройка собора Богом а-
тери в Буде (рис. 7) из романской базилики в готический трехнефный храм с пристроенной сбоку капеллой Всех святых, в которой видно влияние французской готи- ки, равно как и пражской школы Петера Парлера. Рядом с собором около 1400 г. к однонефной романской церкви домини- канцев пристраивается трехгранный готи- ческий алтарь с массивными контрфорсами. Жители расположенного против Буды горо- да Пешт в начале XV в. перестраивают свою церковь, нынешнюю Белвароши. Ста- рая романская абсида заменяется новой удлиненной абсидой зального типа с обхо- дом (рис. 8), позднее расширяется главный неф, пристраиваются боковые капеллы и высокая башня с юга. Во времена короля Матиаса, когда Ре- нессанс уже господствовал в дворцовых постройках, церковная архитектура про- 9. Нирбатор. Реформатский храм, 1488 г. План, 331
10. Эстергом. Капелла Бакоца, 1507 г., внут- ренний вид, разрез должала идти по путям готики. Новым здесь явилось распространение типа прис- троенной к церкви родовой капеллы — усыпальницы, бывшей и местом богослу- жения, и памятником воздвигшей ее семье. Этот тип капелл следует, в первую очередь, французским образцам. В 1488 г. воевода Трансильвании Иштван Батори закладывает ц е р к о в ь-у с ы п а л ь- иицу своей семьи (ныне реформатский храм) в Нирбаторе. Эта строгая одно- нефная церковь с высокими контрфорсами— ГМ характерное произведение поздней венгер- ской готики, в котором уже видно стремле- ние к простоте и ясности, к равномерному освещению и к сдержанности в декориров- ке. Некоторые формы теряют тектоничес- кий смысл, и в Нирбаторской церкви сетча- тый рисунок нервюр — только декорация на цилиндрическом своде (см. рис. 9). Продоль-, ные стены расчленены полуколоннами, обрывающимися в нижней трети стены, чтобы поместить скульптурный декор’ Убранством интерьера служат трехчастная стенная ниша, табернакль, резное сиденье в стиле итальянского Возрождения. Табернакль Батори, выполненный в 1505—1507 гг.,—одно из ранних проявлений искусства Возрождения в венгерской куль- товой архитектуре. Тогда же один из итальянских мастеров будайской мастер- 11. Будапешт. Церковь Белвароши. Табернакль, 1505 г.
ской выполнил два табернакл» церкви Белвароши. Оба тайт 8 Пешт«ой по формам: полукруглые (ЬПР8КЛЯ близки тая резьба на пилястрах и aj^' б°га’ (рис. II). 11 антаблементе Самый благородный образен и „ стиля зрелого Возрождения ? Вершина архитектуре — капелла L венгерской Тамаша Б а кода в врхиепископа (15О7 г., рис. 10). КапелЛТергоме в Венгрии самостоятельное i8 ~ первое церковной архитектуры ВозрождениГвТ тором решительно порывается Г Д °’ Прототипом для капеллы, возможно^пп служила церковь Мадонны делле Кай>™ в Прато, построенная ДжулХ галло. Но детали капеллы Бакоца, ПОд«п кивающие структурную схему, не вы2. ются большим рельефом, ясный и единый эффект внутреннего пространства создается и чистотой очертаний, и красным мрамором дающим теплый тон всему интерьеру фОв’ мы декора и тонкость резьбы отражают ломбардско-венецианское влияние. Купол не сохранил свою первоначальную струк- туру, единственную в свое время. Желез- ный каркас был скреплен такими же коль- цами, а свод был покрыт позолоченными бронзовыми рельефами, изображающими жизнь Христа. Этот прекраснейший па- мятник архитектуры венгерского Возрож- дения был в XIX в. включен, хотя и не сов- сем в первоначальном виде, в строившийся тогда собор. Турецкое нашествие и позднейшие пере- делки почти ничего не оставили от тех построек, которые после окончания эстер- в Пече для'481’1 те же мастера возвели уЧелели Хшь"^0'18 Дьердя Сатмари Деталей, в которых’™"™ скульптУРных Композиции и чбп»иНЫЙ тип' уп₽ощеиие Щение n nov" убРВ1,ства храмов, превра- щение 1иаХРаЦИ,° Не₽ВЮр СВ°Д°В. повы- и " епзвачвния гражданской архитектуры Австп™ ’ибЫЛ0 свойственно архитектуре в это₽вйм еХИИ " Словакии (составлявшей грней) Ри п политическое целое с Вен- тот И ПолЬ|5и’ э™ страны переживали ° *е' И Венгрия период зарождения нового светского мировоззрения, связанный с изменениями в их экономике и обществен- ных отношениях, и каждая из них по-своему отразила это в архитектуре. Наряду с Польшей и.Литвой, Венгрия была наибо- лее восточной из стран, в которых в сере- дине века господствовала готика, и готичес- кие элементы ряда византийских в своей основе церквей Молдавии наиболее близки к венгерской и трансильванской архитек- туре. Формы архитектуры итальянского Воз- рождения в их чистом виде появились в Венгрии в постройках, возведенных италь- янскими архитекторами для королей и вельмож, но нашествие турок прервало эту линию развития. Более поздние постройки, в которых видна была местная переработка форм Возрождения, возводили в местах, не занятых турками, главным образом в Трансильвании.
ГЛАВА IX АРХИТЕКТУРА ТРАНСИЛЬВАНИИ Архитектура Трансильвании развива- лась иначе, чем в единоплеменных ей Мол- давии и ВалахииВ отличие от них в Трансильвании, входившей с XII в. в сос- тав Венгрии, господствовали романский стиль и готика. К тому же венгерские фео- далы и немецкие поселенцы — «саксы» строили в Трансильвании замки и католи- ческие храмы в привычных для них формах. В XV—XVI вв. Трансильвания оставалась частью Венгрии, что способствовало сохра- нению родства архитектуры этих стран и после захвата турками большей части Вен- грии. В XV в. в Трансильвании строилось много замков вроде замка Яноша X у- ниади в Хунедоара (Вайдахуняд), архитектура которого типична для поздней готики. Оборонительная система замка сохраняет еще средневековые черты, и его свободная планировка и архитектурная композиция, осмысленная во французской манере и отвечающая характеру местности, чередование круглых, четырехугольных и воротных башен, ритм башенных эркеров, вся живописность ансамбля характеризуют эту постройку как одно из самых восточных произведений монументальной граждан- ской готической архитектуры (рис. 1). При жизни Яноша Хуниади он был дважды перестроен (в 1437 г. и между 1446— 1452 гг ), но сделанные позднее расшире- ния, за исключением лоджии Матиаса Корвина, были незначительны. Реставрация второй половины XIX в. во многом лишила замок его первоначальной красоты. 1 См. IV том этого издания. 540 В XVI в. ослабление политических свя- зей Венгрии и Трансильвании не нарушило их архитектурных связей, и лоджия Перени в венгерском замке Шарошпатак послужи- ла примером автору перестроенного в кон- це XVI в. дворца Батлена в селе Криш (Керешд), где такой же открытый вход своей легкостью контрастирует с тя- желой массой стен (рис. 2). С середины XVI в. итальянскими и местными мастерами строятся в Трансильвании замки с правиль- ным четырехугольным планом и угловыми башнями, а старые господские дома расши- ряются, укрепляются и перестраиваются подобным образом. Примерами простоты и суровости, свойственных постройкам этого тревожного времени, являются упомяну- тый выше Криш, а также Ч е т а т е а-д е- Бальта (Кюкюллевар, рис. 4) и Бранковенешти (Марошвечи) с их мощ- ными бастионами. Прямоугольный в плане внутренний замок крепости Фогараш с трех- этажным закрытым двором, с рустованной аркадой на одной стороне и группами ко- лонн кажется строгим и торжественным по сравнению с ее суровыми наружными сте- нами и бастионами. В XV в. в Трансильвании, как и в Вен- грии, достраивались храмы, начатые в пред- шествовавшем веке. Городской собор в Клуже (Коложваре) в центре Трансиль- вании, начатый в середине XIV в., строился в течение столетия. Это — трехнефный храм зального типа с тремя полигональными ап- сидами. В ходе строительства имели место многочисленные, хотя и незначительные, изменения, сказывающиеся в неправиль- ностях деталей. Нервюры звездчатых сво-
I. Хунедоара (Вайдахуняд). Замок, середина XV в. дов непосредственно продолжают без пере- лома линии стройных пучкообразных ко- лонн. Многие детали церкви свидетельству- ют не только о местных особенностях, но служат в какой-то мере стилевыми при- знаками школы города Кошице в Сло- вакии. Если замок в Хунедоара представляет собой самый восточный пример готики в области светского строительства, то Черная церковь в городе Брашов (Брашшо) такой же пример среди культо- вых сооружений. Она была начата в конце XIV в. и строилась до второй половины XV в. Постройка началась с трехнефного, зального типа полигонального алтаря с об- ходом. В архитектуре этого собора большое значение получили фасадные башни, но лишь южная из них была достроена. Тяже- ловесное здание лишено подчеркнутой устремленности ввысь. Его масштабы мо- нументальны. Это было крупнейшее готи- ческое сооружение тогдашней Венгрии. В планировке есть сходство с южногерман- скими и австрийскими храмами, а в деталях можно предполагать участие мастеров, обучавшихся в Кошице и побывавших в Клуже. Пришедший из Венгрии стиль Возрож- дения сказался в культовой архитектуре Трансильвании главным образом в неболь- ших капеллах и внутреннем оборудовании и деталях более ранних церквей. Таковы купель, табернакль и портал церкви в селе Минеу (Меньэ), выполненные в 1514 г. Иоаннесом Фьорентинусом. Ml
I. Четатеа-де-Бальта (Кюкюллевар). Замок. XVI в. О распространении культуры Возрож- дения в Iрансильвании говорит тот факт чго гам в качестве меценатов выступают не только епископы, как Янош Филипец руководствовавшийся в своих • постройках трактатом Альберти, но и простые священ- ники вроде Яноша Лазои, ученого-гуманис- та и поэта, побывавшего в Италии и по- строившего на свои средства капеллу при соборе в Альба-Юлия (Дыолафехервар), переделанную из северной паперти собора и законченную в 1514 г. (рис. 3). Нечет- кость композиции фасада прямоугольной в плане капеллы и неорганичность его членений свидетельствуют о работе неопыт- ного мастера. Угловые пилястры прерваны нишами; пилястры входа вместо капителей имеют тяжеловесные импосты со скульп- турами над ними. Карнизы сделаны не- брежно, архитектурные элементы лишены •органической связи и декоративное убран- ство имеет провинциальный характер. Ин- терьер выполнен в позднеготическом духе со стрельчатым сводом. Капелла в Альба-Юлия далека от зре- лой архитектуры эстергомской капеллы Бакоца, но она значительна среди дошед- ших до нас памятников венгерского и тран- сильваиского Возрождения, как ранняя, еще неумелая попытка местного мастера работать в формах архитектуры Возрож- дения. И позднее, когда после 1526 г. утрачена была связь с Венгрией, Возрождение в Трансильвании сказалось в обогащении местной традиционной архитектуры арка- дами дворов, дверными и оконными налич- никами, карнизами. То же наблюдается и в народном искусстве — в строительстве деревянных башен с террасой и с четырьмя маленькими угловыми шпилями, в резьбе ворот и заборов, в расписных потолках М3
церквей. Церквей в это время вообще не строили: религиозные нужды католическо- го населения удовлетворялись старыми готическими церквами, а румынские право- славные церкви развивали архитектурные традиции предшествовавшей эпохи. Характерная орнаментика итальянского Возрождения постепенно исчезает, и интерь- еры церквей с пуританской простотой выбе ленных стен приобретают новую вырази- тельность. Потолки с кессонами, галереи ка" федры украшаются расписным раститель- ным ренессансным орнаментом. Создается своеобразный трансильванский цветистый стиль Возрождения, перешедший в семна- дцатое столетие.
^^ТЕКТУРД Югославии, в XV—ХуГввЫбылТеРРИТОрИ1° лень, на отдельные области "Vu^06' которых был различным. Македония „Т0₽ии не XIV в., а Сербия, Боснии Герцеговина в начале второй половины XV в были пои соединены к Турции, что надолго задержало их экономическое и культурное р«витИе Словения. Хорватия и Черногорское (в то время Зетское) Приморье, бывшие до из вестнои степени вне досягаемости турок несмотря на тяжелые условия существова- ния, проявляли творческую жизнеспособ- ность во всех отраслях культуры и в частности, в области архитектуры. Хор- ватия с начала XII в., составлявшая одно государство с Венгрией, разделилась на континентальную Паннонскую и примор- скую Далматинскую. Первая продолжает сохранять унию с Венгрией, а в 1527 г.. в связи с нашествием турок на последнюю, отдается под власть Габсбургов. В XV—XVI вв. континентальная Хорва- тия продолжает оставаться преимуществен- но сельскохозяйственной страной с крупны- ми земельными владениями феодалов. Вее вольных городах развиваются ремесленное производство и торговля, носящая главным образом местный характер. Этому способ- ствовали захват части Венгрии турками и оккупация Венецией значительной части Хорватского Приморья, что оставило за кон- тинентальной Хорватией возможность непо- средственного контакта лишь со странами центральной Европы. В таких условиях культурная жизнь была сосредоточена в’ немногих укрепленных городах и замках феодалов, в области идеологии властвовала (мес?аВмнВдоР XVII1^ Преоблаа»ла пя,® „т° Же ВреМЯ в г°Р°«ах Далмации, развивавших ремесленно-товарное произ- водство и большую внешнюю торговлю, главной общественной силой становятся горожане, в частности высший слой бюргер- ства — патриции. Развитие торговли и ремесел в Далма- ции способствовало и развитию основанных на опыте научных знаний, и усилению свет- ского начала в мировоззрении. Понятна поэтому восприимчивость далматинской архитектуры к идеям и формам Возрожде- ния, чему способствовал и более жизнера- достный по сравнению с континентально- хорватской характер местной готики и оживленные сношения с Италией. То же относится и к Зетскому Приморью, которым после нашествия турок на Сербию овладе- ли венецианцы. Они сохраняли в своих руках юго-восточную часть Приморья до 1570 г., когда ею овладели турки, а севе- ро-западная с относительно свободными городскими коммунами Будвой и Котором принадлежала им позже. Подобно Хорватии, и Истрия в рассмат- риваемый период разделилась на две час- ти: внутреннюю и приморскую. Внутренняя часть, владение Габсбургов, по своему эко- номическому и культурному развитию была близка к континентальной Хорватии, при морская Истрия, которой в 1420 г овладела Венеция, была близка в этом отношении к Далмации. В Словении усиление феодальной экс плуатации крестьян приводило к разорению крестьянских общин, страдавших к тому 18 ВИА. том V
же от нападения турок, и вызвало, как и в Хорватии, ряд крестьянских восстаний (наиболее сильные в 1478 и 1573 гг.). Раз- витие торговли, обусловленное и географи- ческим положением Словении, способство- вало росту городов, особенно города Люб- ляна, ставшего в это время, когда Словения находилась в составе империи Габсбургов, политическим, а с 1461 г. и религиозным центром страны. В городах развивались ремесла, организовывались цехи, формиро- валась городская буржуазия, и это наряду с крестьянскими восстаниями способство- вало развитию антифеодальных настроений, приведших к появлению и в Словении церковно-реформатского движения, воз- главлявшегося Приможем Трубаром и по- бедившего к середине XVI в. Несмотря на это, Словения в XV— XVI вв. оставалась более верной готической архитектуре, чем Далмация. Наличие тор- говых, политических и культурных связей с соседними странами отразилось на особен- ностях архитектуры южнославянских зе- мель. Архитектура Словении была наиболее тесно связана с архитектурой среднеевро- пейских стран. То же относится и к внут- ренней части Истрии, тогда как архитектура приморских Истрии и Хорватии и Зетского Приморья, поддерживавших оживленные связи с Италией (главным образом Вене- цией и Апулией), была и в средние века, и в XV—XVI вв. под влиянием итальянской архитектуры. Более значительным было влияние на архитектуру XV—XVI вв. отечественных традиций композиции зданий, конструктив- ных и художественных приемов. Местные строительные традиции были обычно свя- заны с местными строительными материа- лами: в континентальной Хорватии наряду с камнем применялся кирпич, известный здесь еще с античного времени, а в при- морской Хорватии, Истрии, Словенском Красе и Зетском Приморье пользовались естественным камнем, приемы обработки которого здесь развивались и совершенство- вались также с античного времени. Из крупных каменных брусков здесь делались обрамления и перемычки проемов, а из тесаного камня (главным образом извест- няка) клались стены, в других местах возводившиеся из камня неправильной формы, тогда как тесаный камень приме- нялся только для опор, углов, проемов и декоративных деталей. В Словении, особенно западной, где тпя диционной была кладка из тесаного камня в небольших жилых домах она велась на сухо, как и в Приморье. В Центральной Словении в сочетании с другими материл" лами применялось дерево, а на юге и вос- токе— дерево и глина. Основными задачами, стоявшими перед градостроительством XV—XVI вв. в Хорва- тии, Словении и Зетском Приморье, было расширение отдельных городов на унасле- дованной от прошлого основе, в редких случаях строительство новых городов, не- больших и регулярно распланированных и строительство городских укреплений, не- обходимых в связи с нападениями турок и внутренними усобицами. Те же причины, а также крестьянские восстания вызывали и перестройку старых и постройку новых замков феодалов. Жилые дома крупных феодалов возводились в это время преимущественно в их замках, а в городах, особенно в торговых городах Приморья, наиболее значительные дома строили для себя городские патриции и богатые купцы. В окрестностях этих горо- дов строились также загородные дворцы и виллы. В городах Приморья строились и такие общественные здания, как ратуши-«вечни- цы», лоджии для общественных собраний, арсеналы, таможни и др. В континенталь- ной Хорватии и Словении необходимость строительства укреплений и их поправки поглощали большую часть городских средств. Из зданий общественного назначе- ния, как и раньше, чаще всего строили церкви, городские соборные и приходские, монастырские и сельские, причем прежние композиционные схемы изменялись незна- чительно. Лишь в Словении во второй по- ловине XVI в. в связи с церковной рефор- мацией появились новые типы таких зданий. Наконец, характерным типом в рассматри- ваемый период являются церкви-крепости, строившиеся иногда и в Приморье. Оживленное градостроительство в за- падной части Балканского полуострова началось еще в античные времена. В сред- ние века некоторые города были уничто- жены, другие перестроены, но возникли новые населенные пункты. Так, в континентальной Хорватии в XI— XII вв. возникло много населенных пунк- тов, превратившихся в города в XIII— XIV вв. и развивавшихся в XV—XVI вв. 546
В период развития эти. » когда градостпоит. ГоР°Дов, в 10 „„ города находились в блатоп"' Так как »™ этических условиях т0°и,РЯЯТНЫХ ”ра время междоусобной бопьбы ЗНаЧе"ие в° (в период между XIV и XV “ ?а пР'«ол нии турок (вторая половина XV “ НаПаде’ Х\ I в.) возросло И привело к гт в' и весь и усилению внешних уквеппоиТ?°1УельствУ время в самих городах Вп, В эт° *в заканчивались отдельны» ДИЛИСЬ и™ везиишёнЕост На диктована конфигурацией пм^бЫЛа про' линии укреплений, находящиеся^ Хон" местности, с внутоенней на склоне ствовали линиям улиц Йу гопппп» соответ’ енных на небольших возвышеХстях" ПСап' тол-Загреб, Крижевци), в котловине (Само- оор, Крапина) или на равнинной болотистой почве (Вараждин, Вировитица), градо строительным ядром была основная магис- траль, расширяющаяся к городскому центру (площади), где находилось место для ярмарок, здание «веча», церковь и т д Самой яркой иллюстрацией обоих типов структуры города являются оригинальные планы городов Грича и Каптола (Загреба) начала XVI в., окруженных сис- темой укреплений, расширенных или по- строенных на старом основании в XV и XVI вв. (рис. 1). В XVI в. города окружаются новым типом крепостных сооружений — земляны- ми валами с бастионами. Примером старо- го города с новой системой укреплений, опирающихся на основания старой крепости (каштел), является Вараждин (рис. 2). Примером нового укрепленного города во внутренней части Хорватии явля- ется город Карловац, построенный в 1579 г. Он состоял из укреплений, образующих в плане шестиугольную звезду с бастиона- ми по углам. Внутри них улицы образуют прямоугольную сетку с прямоугольной пло- щадью в центре (рис. 3). В Истрии и Хорватском Приморье раз- витие городских центров в XV и XVI вв. Загреб. Планы Греча и Каптола. начало XVI а. говодон ,п»г У ЯМИ’ так как большинство городов здесь развивается с античных вре- мен и средних веков. Поэтому в XV₽ и AV1 ВВ. укрепления перестраиваются или строятся заново, а отдельные постройки возводятся на старых улицах и площадях. С-реди городов, опирающихся на античное 2. Вараждин. П-1 ан города
3. Карловяи. План городе, 1579 г. Паг. План города середина XV в. Юрий Далматинец градостроительное наследие, самым выдаю- щимся является П о р е ч. В XV и XVI вв. в нем строится много дворцов патрициев, расположение которых подчиняется антич- ной планировочной схеме Каструма с деку- манусом и кардо в виде главных осей горо- да. Городские укрепления, усиленные во второй половине XV в., возводились по ста- рым контурам (рис. 4). В городе Риека переживавшем в начале XV в. период ко- роткого экономического расцвета, строив гельство также связано с основной плани" ровочной античной схемой. В важном опор' ном пункте Сень в XV и XVI вв перестраиваются и воздвигаются крепост- ные стены и новые башни (рис. 4). Кроме упомянутых городов, старая планировка сочетается с укреплениями XV—XVI вв. и в ряде небольших населенных пунктов в областях Истрии и Кварнера (Осор, КрК1 Раб и др.). Единственным примером регу- лярного плана XV в. является город Паг на острове того же имени, заложенный в 1443 г., вероятно, по планам знаменитого мастера Юрия Далматинца. В низкой части южного берега залива были воздвигнуты городские укрепления, внутри которых был выстроен город на основании правильной 4. Планы городов: 1 — Сень; схема укреплений; 2 — Пореч 548
прямоугольной сетки улиц (»». К аструма) с нейтральной п антично' Р В приморской Далмации вЙХ5/ м°х?лЬ10- " иротолжается развитие городов вв’ 1 были произведены небольшие перестройки укреплений. В XV—XVI вв. возводятся новые здания и перестраиваются укрепле- ния в Шибенике. Город Кор чу л а, весь построенный в XV и XVI вв.. представляет собой един- ственный в своем роде градостроительный ансамбль на выдающемся в море полу- острове. Опоясанный в XV в. городскими стенами, он представляет собой планиро- вочную схему в форме так называемого «рыбьего костяка», где главная улица, прорезая ряд перпендикулярных ей'попе- речных, пересекает территорию города, имеющего форму круга и расположенного на низком холме. В этот же период окончательно форми- руется Дубровник, центр Дубровнии-
6. Сисак. Замок, 1544—1550 гг. Нехай. Замок, 1558 г. кой республики (рис. 5). Свою планировоч- ную структуру он унаследовал с древних времен (статут о градостроительстве 1272 г.). С середины XV и до середины XVI в. вместе с постройкой новых укреплений происходит усиление почти всей оборонной полосы начиная от Плоче до башни Мин- четы (надстроенной по проекту Микелоцци). Работу по усилению городских стен’про- должали Юрий Далматинец и дубровниц- кий зодчий Паскойе Миличевич. Перед восточным входом в город было воздвигнуто укрепление «Равелин». В этот период в Дубровнике происходило строительство и ряда общественных зданий. В 1484— 1485 гг. Паскойе Миличевич построил мол Каше, включивший порт в структуру города. Кроме того, с середины XV в. некоторые феодалы начали строить на территории своих владений замки, бывшие также опор- ными пунктами в системе оборонных ли- ний, защищавших от турок. Такие замки строились в составе городов в форме «каш- телей» в континентальной Хорватии, в Дал- мации и Истрии. В низменных северных 7. Пиран. Вид города
частях Хорватии был созпяи , расположенного в низина, » тип замка, • пиитным рвом с воюй окРУЖенного Гаков С иса к (1544—1550 РРг угольный в плане с круглым» тре‘ - нннями (рис. 6) Прииеп Угловыми приморского замка (каких л», Нагорного тельно немного, так как п„, ло сРавни. hi многочисленные укреадениыезащиша’ “ЛГН"‘* Ж"1. На Черногорском Приморье существе», также ^несколько Укртенных^ городов - сохранились о^атки^^ичн^пла^иЙч- нои сети с кардо и Декуманусом - главны ми осями города. В XV и XVI вв. эти города вследствие возведения новых зданий и пере- стройки крепостных стен приобретают но- вые формы, свойственные позднему средне- вековью и раннему Возрождению^ Города Словении следует также разде- лить на приморские и континентальные группы. К приморским относятся Копер и Пиран, сохранившие свою античную планировочную схему. Снаружи они опоя- саны крепостными стенами с башнями и рвом; центр города — площадь с «вечни- цей», лоджией и церковью. В XV и XVI вв. форма площади и архитектура домов разви- вались под влиянием Венеции. Прекрасным примером в этом отношении является Ко- пер, а в отношении крепостных стен —го- род Пиран (рис. 7). Города внутренней части страны начи- нают развиваться с начала XIII в., а впо- следствии превращаются в торговые центры. Так как в своем развитии эти города часто зависели от замков феодальных правителей в отличие от не имевших такой зависимости городов Приморья, то они в равной степени стали носить и гражданский, и феодаль- ный характер. Планировочной осью этих городов, как и в некоторых городах конти- нентальной Хорватии, были дороги, расши- ряющиеся в центре и переходящие в торго- вую площадь; городская церковь, часто находилась вне этого центра. Многие из этих городов прилегают к горе с замком I или мостов (Марибор), на речных островах (Костаиьевица), у слияния двух рек(Крань, Радовлица и т. д.|. Все эти города с конца XV в. и в XVI в., когда усилилась опасность нападения турок, стали систематически усиливать свои укрепления постройкой но- вых мощных башен и укреплений около городских ворот. Еще более сказалась турецкая угроза на феодальных замках, находившихся в XV в. в фазе перехода от крепости к жи- лищу. Оборонное значение снова заняло первое место, и замки стали укрепляться тем более, что некоторые из них были убе- жищем для населения окрестных сел. Примером замка, в котором начавшийся было процесс превращения крепости во дворец был приостановлен вновь повысив- шимися требованиями к обороноспособнос- ти, является Хмельник (рис. 8). В нем жилые помещения расположены по трем сторонам правильного прямоугольного дво- ра, четвертая сторона которого, как и в не- которых чешских и польских дворцах- замках XVI в., является стеной с воротами. Как и там, аркада проходит по двум сто рокам двора замка стоящего, однако, среди крепостных стен с башнями. О внешнем ви- де таких замков хорошее представление дают Турьяк (рис. 9) и Жужемберк (рис 10), где круглые и прямоугольные башни с высокими крышами соединены корпусами, покрытыми такими же К₽УТ“МН крышами. На фасадах корпусов можно видеть рядом с боевыми эркерами типнч- иые для жилых помещений окна, а стены »1
имеют не только машикули, но и скульптур- ные украшения (Турьяк). Угроза нападения турок вызвала по- стройку стен с башнями не только в мо- настырях (Жича, Стична), но и вокруг некоторых церквей (так называемые «табо- ры» вблизи Гросупля в Доленьской, на Шмарной Горе близ Любляны и в Кртине близ Камника). Среди словенских городов самыми значительными являются из приморских — Копер, а из континентальных — Любляна, Крань, Шкофья Лока, ЦельеиПтуй. Копер расположен на холме, окруженном с трех сторон морем. На вершине холма находит- 10. Жужемберк. Замок, XVI в. ся площадь правильной формы со здание» «веча», лоджией, церковью и башней. Отсю да радиально расходятся улицы, переев, каемые кольцевыми улицами. н е' Любляна —пример города, начавшего развиваться в XI в. и возникшего у под. иожья горы с замком, где река Любляница больше всего приближается к горе (рис. II). Характер местности обусловил специфику структуры: город состоял из трех самостоятельных, окруженных крепостны- ми стенами частей, со своими площадями — Старой, Новой и Городской. С внешней стороны над этим ансамблем возвышается замок, связанный с городом в единое целое городскими укреплениями. В северо-восточ- ной части возвышаются башни собора » францисканской церкви, а на юго-западе — церковь тевтонского ордена. Шкофья Лока и Птуй также выросли из поселения у основания замка, построен- ного на горе с верхней, архитектурно более богатой, и нижней, более скромной, площа- дями. Крань — город, расположенный меж- ду двумя реками. Возле дороги возникли две площади, на одной из которых нахо- дятся церковь и здание «веча». Целье воз- ник на развалинах римской Целей, и ее кардо и декуманус перешли в средневеко- вый город, и возле каждой из этих дорог возникли отдельные площади. Внешний контур городов образуют крепостные стены, замок и церкви. Большинство населения континенталь- ной Хорватии составляли крестьяне, и в XV—XVI вв. самым распространенным типом жилища был крестьянский дом, в северной Хорватии строившийся из дерева (обычно из дуба), близ дороги, окнами и дверьми на юг. На южной стороне также была крытая галерея, связывавшая дом с хозяйственным двором. Центром дома был очаг. Такой тип дома являлся до неко- торой степени прототипом городских жи- лых домов, строившихся в XV и XVI вв. из дерева или кирпича. Документы о домах XV и XVI вв. в Хорватии (Опатовина на Каптоле — Загреб) показывают, что они строились на глубоких участках, прилегаю- щих узкой стороной к улице. Обычно зда- ния располагались в северной части участка. В гористых приморских областях между сельскими и городскими домами была существенная разница. Большинство домов в селах XV и XVI вв. строились из камня насухо, двух- или одноэтажными, с очагом
"Утри. В противоположил ' появляются массив Ость этому в гп„ 'роенные часто на "Iе Кам™ные Ха' ' "'-ко этажей из-за те- участке вне’ ' " "Релеление помещенаТЫ теРРитории ильное и связано с оснп?Г всег° в"р- ' ™,. Так как большинс™°Й лестничн0Рй "”дов занимались ремесло”^ Жителе» го- Ь их жилых домах помешени1,Т°₽ГОВЛей’то •-"И или лавки были <S " для мастер- ь Приморье, где дома былТ"Ь' На улицУ- " ‘"'ко друг к другу аа°“ли расположены 1ИПНЧИОЙ входной дверьюКИе ИЛИ лавки "приной, находились ’ своего Р°Да лом. Порталы и входы ^oafi00 ВДодом шения часто выделялись рабочие поме- опботкой на ДОВОДИТпбр°остеы 0ТаОЙ06- От простых жилых построек or,Ф аДах шорцы феодалов в континента-°тличаЮтся |ях и богатых горожан в пПи НЫХоблас- 'В контннентХУХПоХОи₽иСКиИХвГОР°- западной части ХорватЛпЛ п еве в XV и XVI вв. ФеодалРы“ вПзЕЬ: еще не строят дворцов в городах В прибрежных городах Истрии и Дал мации, а также на Черногорском Приморье в это время растет число богатых горожан занимавшихся торговлей. Они постепенно переходят к более свободному и богатому- образу жизни и строят для себя в XV^ XVI вв. красивые жилые здания, имевшие не только лавки и жилые комнаты, но и парадные помещения. Тип таких зданий складывается еше в XV в., и почти все они оы.тн построены в готическом стиле, род- ственном готике Венеции. Наиболее круп- ные из этих зданий имели дворцовый харак- тер и соответствующую ему симметричную планировку с центральным залом в каждом этаже, связанным с лестницей н четырьмя комнатами, расположенными по обе сторо- ны от него. Небольшие дома обладали более свободной планировкой, соответствовавшей бытовому укладу владельцев. Композиция фасадов зданий соответ- ствовала их планировке: крупные дворцы, подобно венецианским, имели в центре группу тесно поставленных окон, нередко разделявшихся колонками, а по бокам — гладкие стены, прорезанные одиночными окнами. Меньшие здания нередко обладали несимметричными фасадами с живописно расположенными окнами, оси которых в разных этажах не всегда совпадали. Декоративное убранство фасадов было сосредоточено на порталах и окнах, причем "астными арочками’^ин оЛычн'’ тР«-ю- килевидным обрамлением К» ' виешням и тройных окон имы» парных коринфским (в готической"*"' полобные а стволы колонок 7 трактовке», детя,и u~y * "оии-тиются некоторые Д во о не ГИЛе Возрождения. как и во дворце Саломон в Грачншче и какРБоХп Б°Лее эначительные постройки, как Большой и Малый дворць! шим „пнЭ На °СТр°Ве Раб- обладают боль- шим количеством помещений и внутренним =М ? аркадами и богатой отделкой порталов (рис. 13). В городских дворцах
на тесных участках таких дворов не было, но иногда они имели лоджии на фасадах v-xzr <ДВ0Рец Ф a H ф о и я в Задаре AVI в.), а при узких фасадах трехчастные окна занимали почти всю их ширину, как во д в о р ц е Ч и п и к о в Т р о г и р е, по- строенном в XVI в. мастером Лндрией Алеши, а в гладких стволах колонн, в ме- дальонах со скульптурами уже виден на- мечающийся переход от готики к Возрож- дению (рис. 13). Особое место в постройке дворцов в XV и XVI вв. занимает вольный город Дубров- ник. Его статутом было запрещено строить высокие частные дворцы внутри городских стен. Поэтому аристократы и богатые граж- дане Дубровника строили виллы и дворцы 12. Пореч. Дворец Цухкати, XV в. 13. Трогир. Дворец Чипико,Х\'1 я д а» (слева); Остров Раб. Дворец Лемир! К4
в своих имениях за чв ИО дубровницком сочетав10 Г0Р°Да В ТИПш, Ренессанса. Эти дво™ "** *°РМ готики'и С галереями и аркадо^* и“ели Дворики но было переходить в пп котоРУ|о мож- г10*’ зал 11 пРимыкаюЩИее"тРа/ьный боль- Гаковы дворцы ПуцИц “У комнаты. \а близ Дубровника Спп Скочибу. Нападу и многие “Ркочевич я Ьудве, Баре. уЛцине Хлиши В Которе’ тура такова же, как и и ?" архитек- веском балканском побеоЛЛ аДРиати- ДОМ турок в Бар и Улцин*0 ’ с прих°- смешанные средиземной принимает формы. земноморско-восточные В приморской Словении в городах и селах строились Л™1* дома но своему внешнему виду таи и Г" “ Как ровке имели венецианский ™ плани' начала XVI в. готический я рактеР' До ренессансный (не влиявший на пл™ ВНешне ,Х7Р:“;;™ Я- ’c'ir Шкофи Лоха. Птуй. К,»,,,. pJjJS' Целье, жилищная архитектура становится каменной. В ряде мест дома этого времени с измененными формами сохранились до сих пор и приятно изумляют своими балко- нами и эркерами на консолях (рис. 15). Жилые дома в городах большей частью двухэтажные, со входом через галерею и мастерскими, лавками или складами в ниж- нем этаже. В XV и XVI вв. города тратили большую часть своих средств на укрепления и лишь немного общественных зданий было по- строено тогда в отдельных городах. В Паннонской Хорватии в Вараждине было построено здание «веча» (1523 г.) и гостиница (XV в.). В Загребе на Каптоле начато сооружение здания «веча» (1478 г.). а на Гриче в Загребе —королевского двор- ца (XV в.). Тогда же в области Загреба были построены больница и дом для пре- старелых. Больше общественных зданий было воздвигнуто в Истрии и Хорватском Приморье. Таковы городские лоджии в Кастве (1571 г.). Светвинченте (XVI в.) и здание «веча» с лоджией в Осоре. В Цресе в XV и XVI вв. был построен городской арсенал в богатых готических формах, роднящих его с дворцами того времени. Кроме того, в городах создаются и меньшие общественные сооружения: колодец с гер- 14. Пнрая. Дворец, XV в. — начало XVI в. бом в Мотовуне (XV в.), а в Риеке — столбы-колонны для флагов (1509 г.). Ряд общественных зданий был создан в XV и XVI вв. в богатых торговых городах Далмации. В связи с угрозой турецкого на- шествия построены арсеналы и городские цистерны в Задаре и в Хваре (XVI в.). Кроме того, строились «вечницы» с лод- жиями (Шибеннк, 1542 г„ рис. 18. Трогнр. XV в., Корчула). самостоятельные здания лоджий (Хвар, 1517 г., рис. 16), княжеские дворцы (Оребич, XV в.), башни для город- ских часов (Хвар, 1466 г.) и др. Самые значительные общественные зда- ния были построены в Дубровнике. Когда резиденция правителя Дубровницкой Рес- публики — княжеский дворец — пострадала от взрыва пороха (1435 г.), на его месте началось строительство нового двор- ца в позднеготическом стиле под руковод- ством мастера Онофрно ди Джордано де ла
15. Любляна. ’Жилая часть замка, XV—XVI вв. Кава с четырьмя корпусами, окружающими двор, и четырьмя башнями. Во второй по- ловине XV в. дворец снова пострадал от взрыва и проект его восстановления был разработан известным флорентийским вйв- чим Микелоццо. Сенат республики все »ё передал работы по дворцу отечественным мастерам, которые вели ее. не отступая от старых форм и стиля. В 1468 г. была нача- та перестройка главного фасада, в котором ренессансные элементы сочетаются с таки- ми пережитками готики, как стрельчатые окна второго этажа, свобода трактовки капителей колонн лоджии и пропорции колонн второго яруса аркады двОВЯ (рис. 18). В 1516 г. в Дубровнике сооружено здание таможни по плану дубровниц- кого зодчего Паскойе Миличевича в свое- образном синтезе готики и Ренессанса (рис. 19). Лоджия первого этажа подчер. кивает общественное назначение здания. Городская башня была возведена в 1445 г мастерами Радончичем, Грубачевичем и Утишиновичем (была перестроена, в XIX в сделана ниже). В 1436—1438 гг. был соору- жен городской водопровод и Онофрио де ла Кава построил так называемый Боль- шой источник (рис. 21) в западном и Малый источнике восточном концах главной магистрали города. В XVI в. соору- жен большой склад для пшеницы «Рупе», единственный образец общественных зда- ний экономического значения. В старом монастыре Св. Клары был устроен приют, а вне городских стен на Плочах— лазарет. Общественные здания в Словении строи- лись повсюду, но в центральной и восточной областях их сохранилось мало. Примером их является здание «веча» с лод- жией в городе Копер, построенное под несомненным влиянием Венеции. Из средневековых зданий городского «веча» в остальной части Словении не сохранилось полностью ни одного. Внешним отличием их была башенка над фасадом, не имев- шая таких больших размеров, как в средне- европейских ратушах. Здание «веча» в Кране, со сводами и готическим вхо- дом, имеет много старых элементов; у здания «веча» в городе Мари- бор сохранился только выход с каменным ренессансным балконом второй половины XVI в. От многих дворцов тоже сохрани- лись лишь некоторые части, каков готичес- кий балкон дворца жупана (началь- ника области) в Птуе и готический зал с колоннами в епископском дворце в Любляне (1512 г., мастер Августин Тифернус из Лашко).
в церковной архитв«» пенной местными mJ*" Резьбой вь,п« ** мн этого искусства аиеН0Тесами - мастепЛ > • времен В I™ из“е«ного там * ?Ра’ Виварии, Чехии и Польше Словении’ как гея тип трехнефной зальнЛ' распР°стРаня j- бото укр1шенн3ааяЛЬ Тр^ГЛ Ср«" '-1С Крань (пис вп\рковь в ro- ll'кофьей Локер 20>' ЦеРкви в ницле и Руперте к ЛИЦе' Uep- !;,"ой Церкви с тр* ММ0Й ин"е- ЙсНГ2?)°бе бЫЛ Пр"ст₽°ен новыФйааМлтИар: иконами и фресками (рад йГи" сводом- составляют двухнеЛные 22)Иск™чение к--— увеличивали пристройкой нового длинно?п алтаря по образцу алтарей миноритет и доминиканских церквей и заменял! готи ческими сводами прежние плоские потолки Примерами такой перестройки служат к а- федральный собор в Мариборе церкви в Птуе и Новом Месте, аббатс?во в Целье и др. Особой гармонией линий сре- 17. Хвар. Лоджия, 1517 г. ди словенских церквей отличается интерьер церкви на вершине Птуйской горы (начала XV в ), трехнефной с нервюрными сводами и богатой внешней отделкой (рис. 24). Словенская церковная архитектура XV- XVI вв. сохранила имена некоторых зодчих. 18. Дувре XV в., общий вид и хвор
19. Дубровник. Большой источник, 1438 г., Онофрио дела Кава и церковь Спаса, после 1520 г., П. Андоияи- Таможня, 1516 г., П. Мнличевич р ич' Петр из Любляны создал (между 1460— 1492 гг.) церковь Богоматери близ Чепича в Истрии, а закончил ее Матвей из Пулы в формах истрийско- венецианской готики. Вероятно, Петр из Любляны и Петр Безлай, построивший в 1484 г. здание городского «веча» в Люб- ляне.— одно и то же лицо. Андрей из Локи возвел в 1477 г. церковь св. Ивана в Челе отличающуюся скульптурными украшениями. Мастер Юрко (онжеШтрейт или Краньец) между 1513 и 1521 гг. соору- дил епископский дворец в Загре- бе, а между 1521 и 1524 гг, —алтарь и колокольню церкви в Црнгробе близ Шкофьей Локи. На колокольне в Шкофьей Л о- ке видна надпись, сделанная в 1532 г. ее зодчим — Бартоломеем Юнауэром. В ка- честве «magister operis» на портале двор- цовой церкви близ Полхового Г р а д ц а назван Грегор Рукенштейн (1544 г.). Между 1582—1590гг. Петр Антон Пиграто возвел п р отеста нску ю цер- ковь в Говге близ Целья — интересный образец протестанской архи- 20. Краиь. Церковь, XV в. - начало XVI в., портал, свод
гпческого х^актер^^редЧсмн Ротонду го- <читать мастеров Андрея™?лУре п°ЖН0 к Любляны и мастера Юпко пп™’ Петра тих к самой интересной ?тпп Р АЛежа' приморской поздней готики* го₽еньско- В континентальной Хорватии в XV \\ I вв. строятся церковные змии Л XV и к альпийско-среднеевропейской тотике^и схожие в некоторых элемент^ „ В е и ской готикой. Готическим церквам ХпХ , тин этого времени свойственны простой ' грогость внешнего облика и мощь гладких укрепленных контрфорсами стен. Внутри выделяются ребра нервюрного свода, три умфальные арки. Готические окна проли- вают свет в полумрак храма. Практически в хорватских церквах готика задержалась до появления в XVII в. барокко. В северной Хорватии в XV в. заканчи- вается постройка трехнефной церкви св. Марка в Загребе (рис. 26) и строятся монументальная готическая бази- лика в Оштариях близ Огулина и однонеф- ные францисканские церкви в Реметинце, в Хорватском Загорье и Лепоглаве с типич- ным нервюрным сводом алтаря и сетчатым готическим сводом. Приходские готические церкви — однонефные прямоугольные зда- ния с пятигранным алтарем, сетчатым или нервюрным сводом и простыми контрфор- сами (в Неделище —XV в„ в Мару- шевце — 1482 г. и др.). В XVI в. строи- тельство ослабевает вследствие нашествия турок, а новые здания строятся в старых формах. В Истрии и Кварнере в XV в. удержи- вается проникшая сюда в конце XIII в. с постройками нищенствующих орденов структура однонефных церквей с деревян- ным покрытием и апсидой с готическим сводом. В отдаленных областях Истрии, например в Бераме, в XV в. сохранялись даже романские формы с готическими де- талями, что можно видеть и в Пате, в церкви св. Марии (около 1500 г„ рис. 26). В XV в. в отдельных городах и в селе- ниях возник специфический тип народной готики. Церковь состояла из небольшого помещения (с апсидой или без не®Ь крытого стрельчатым цилиндрическим св дом. Таковы церкви св. Марии Маг- 21. Црнгроб. Церковь, XV в., алт; 1520 г. Юрко п н Ч-» V и у е (14 14 г.) и др. Однако в середине XV в. в городах при- морья и на островах (принадлежавшихВе- неции) в композиции зданий, конструкциях и формах наблюдается влияние Возрожде- ния, а во внутренней области Истрии — 1W г 22. Сух». Церковь. XV в-
24. Шуйская гора. Церковь, начало XV в.
стройка ее второго этажа м, вичем после разрушенм uon'*” /ойк°- : " ле мастер, воодушевленный Г' Однако " изяществом венецианской г легко”ью новые черты в архитек™™ Ики’ вносит законченной в 160QPr. ТриЛунПмКкЛ0К0ЛЬНИ’ из Брача (рис. 26) ₽ *уном Бо|<аничем Апулиец Якопо Коррева с ил а. Собор, xv в. Трог„ собора, 1400—1600 гг. в а Пв03Н1ЯЯб Г0ТИКа с ° 6 ° р а с в. И а к о- с имен?Ибеннке (Рис- 28. 29) связана с именем его главного зодчего Юрия Дал- матинца. Строительство этого здания в ви- uLnp0(7?o, тРехнеФной базилики было на- чато в 1431 г. отечественными и венециан- 26. Загреб. Церковь св. Марка. Южный портал, XV в.; Паг. Церковь Марин, око- ло 1500 г.
28. Шибеник. Собор, 1431—1505 гг. Юрий Далматинец и Николай Фло- рентинец. План, разрез, общий вид скими мастерами, построившими два портала. В 1441 г. строительство собора переходит к Юрию Далматинцу, который продолжает его до 1473 г. как «протома- гистр». В работе над этой монументальной постройкой проявляется его талант. Он рас- ширяет собор прибавлением трансепта, под- нимает уровень алтаря, а его преемник Ни- колай Флорентинец создает смелую конст- рукцию купола над средокрестием, строит свод из больших каменных плит в алтаре. Ю. Далматинец обогащает собор вырази- 29. Шибеник. Собор. Западный портал 30. Дубровник. Доминиканский монастырь, вторая половина XV в. Утишинович, Грубачевич, Влатко- вич. Двор 562
в 1 <’Р°Де Анконе в и "уме»ад „ том Же Красивый „В 1талии. ЬНые здания । г> " Д во п „ В™Р°Й °полоИвиныбху "°'WHC ТвЫ Ре а В это впрВлатковичем Л овичем’ проникать форму п Далма«ию НачинМ’' ° крешальнр Xi в°зрождени_ ачинают ?7o=?xz""R-=hs*: НОИ деятельностью Мике11 С кратк°времен- нике и Расцветает блаГпЛ°пЦЦ0 В Д>*»' тера Николая ФлорентинпГ пталантУ мае- постройке в Далмации-к . „ ег° лераой ,‘,а Вл а же иного п Л/Лелле Ива- (1468 г.) — архитектупныр°з0₽е в Тр°гире няются богатой скульпХй г6НТЫ допол- тельная работа мастеоа₽ «Самая значи’ собора в Шкбеи», ,завеРШение 1505 гг.). Продолжая , * (рИС' 28' |477- матинца, мастер Николай СМ Юрия Дал‘ стиле Возрождения „КрХый7°ит а вивая конструкции аттапя У **' раз’ шественника, заканчиваемо™ еГ° пред’ цилиндрическими и „ еТ покРытие собора видимыми снаружи и ви™Г₽И'1еСКИ”'1’ “a==?^S;S.2 Петрой Л»ар»Хм’“Je'U BCXV? ДУбР°в«ике (см. рис 19) Дубоовии1^ СТронтельная Деятельность вслелстои Й РеспУблики ослабевает вследствие угрозы нападения турок. Оте- 32. Остров Хвар. Врбоско. Церковь-крепость, 1579 г.
явственные мастера развивают местный вариант Возрождения с чертами готики или романского стиля. На колокольнях на острове Хваре с деталями Ренессанса и готики размещение проемов еще роман- ское. С другой стороны, опасность нападе- ния привела к строительству ренессансных укрепленных церквей — церкви Бого- матери в Врбоско на острове Хвар, 1579 г. (рис. 32). То же происходит и в Черногорском Приморье, где из-за на- падения турок развивается строительство крепостей, а культовое строительство сво- дится к постройке небольших романоготи- ческих церквей с некоторыми элементами Ренессанса. Для церквей XV и XVI вв. в Словении и Хорватии характерны лаконичность объе- мов н простота композиции фасадов и их убранства, сосредоточенного возле порта- лов, отдельных окон и на верхних ярусах башен. Порталы сравнительно просты — гладкие или профилированные наружные откосы, связанные стрельчатой аркой, пря- мая перемычка проема, образующая под аркой тимпан со скульптурой, боковые колонки с фиалами и цветущий крест на- верху. В Приморье порталы были ближе к формам архитектуры Возрождения. Остальные декоративные элементы были просты и носили более готический харак- тер. Внутри позднеготические церкви кон- тинентальных Словении и Хорватии, осо- бенно сельские, украшались стенописью, причем в некоторых церквах первой поло- вины XV в. фрески украшали и западный фасад. Скульптурные изображения в тим- панах порталов и одиночные фигуры и де- коративные скульптуры на окнах и капите- лях чаще встречались в Приморье. XV и XVI вв. были для архитектуры Словении, Хорватии и Черногорского При- морья временем перехода от готики к стилю Возрождения, подготовленного изменени- ями в области экономики, общественного устройства и идеологии, вызвавшими по- явление новых черт еще в готике, при- обретшей в Приморье более светский и жизнерадостный характер. Это облегчило переход к архитектуре Возрождения и было причиной сохранения ряда черт местной готики в постройках второй половины XV и даже в XVI в. в силу их соответствия но- вой светской идеологии, подобно тому как сохранялись некоторые выработанные ра. нее конструктивные и композиционные при- емы: композиция церквей — одно- и трех- нефных, с порталом и круглым окном над ним на западном фасаде; размещение про- емов в колокольнях; парные и тройные окна; планировка жилых домов, отвеча- ющая бытовому укладу владельцев; соот- ветствующая ей композиция фасадов и применение в нижних этажах таких зданий крупных каменных блоков-перемычек и обрамлений проемов. Все это наделяло местную архитектуру национальными осо- бенностями, отличающими ее от готики и Ренессанса соседних стран и переданными ею архитектуре XVII и XVIII вв. То же относится к архитектуре XV — XVI вв. в континентальных Хорватии и Сло- вении, где также появились новые черты уже в поздней готике (зальные, равномерно освещенные церкви) и также сохранялись в постройках второй половины XV и XVI вв. черты местной готики, ставшие националь- ными. Последнее особенно заметно в кон- тинентальной Хорватии, развитие которой было замедлено нападениями турок, тогда как развитие Словении XVI в. способство- вало появлению нового, особенно в граж- данской архитектуре. Различия между архитектурой При- морья и континентальных областей не уничтожали общих черт, свойственных всей архитектуре Хорватии и Словении XV — XVI вв. — ясности и простоты композиции и обработки фасадов, тонкости прорисовки деталей и мягкости и нежности их профи- лировки, динамичности конструкций. В это время влияние словенского искус- ства распространилось на юг и юго-восток, в континентальную Хорватию, а некоторые приморские мастера, как, например, Юрий Далматинец со своим учеником Иваном Прибиславичем, работая в Италии, пере- носят туда созданные ими на родине кон- структивные приемы и формы. Таким обра- зом, связь архитектуры континентальных Хорватии и Словении с архитектурой цент- ральной Европы и архитектуры Приморья с итальянской оказывается в некоторых случаях двусторонней, что еще более сви- детельствует о “ациональном южно-сла- вянском своеобразии готики и Ренессанса.
—-вхоел °ВАки И 1434 гг.), объединивших В°ЙН <14|9- антикатолическим знаменем лрел?гиозным, я" и городского плебса пппт °₽Ьбу к₽«ть- несправедливости и стпемЛ В социальной дворянства и бюргерства иИе чешск°го независимости, был X иКациональной самосознания чехов, укреп^Т* °Нального положения чешским бюр-ХТ своего рянством и обогащениеРвыс1° " Дво’ ства за счет захвата , ВЫСШего Дворян- В дальнейшем оно исполХ^сЛ1'"" росшее могущество лас. льзует сао« воз- стьян, огранХ?я;рДа7гоХНеиНИзЯахвКРе- политической власти ВоажТ ата дельными группами чешДТ между от’ шалась порою в Z ±8T" Пре.вра' подобные тем, которые начались" 14°39 при выдвижении претендентов на королев скип престол и надолго задержал^эконо- мическое возрождение страны₽ и. в частно- сти, строительную деятельность, возобно- вившуюся лишь со вступлением на престол гуситского короля Иржи Подебрада С 1470-х годов начинают обновляться и перестраиваться городские укрепления и замки феодалов, расширяется королевский дворец в Праге, строятся новые дома за- житочных горожан, перестраиваются ста- рые и возводятся новые ратуши. Новых церквей строится мало, но достраиваются начатые в XIV в. соборы в Праге и Кутной lope. В стилистическом отношении чешская архитектура XV в. — поздняя готика, гос- подству которой способствовало изолиро- тературы, в том uL» Ской поэзии и лн- на такой почве новая*ил»мН°*’ ВыРосша* в усилении значения сиетп"" сказала«> ства по сравнению с „епГ ст₽оитель- Данин в послели₽мС>Це₽КОВНЬ1М’ впреобла- а также в развитии /«Г0 ТИПа церквей- певчих и музыка™ к помещений Мя =- "...кяг"х:г. за wy °блаегХи°проникновекие Гч™ иия ВУтоа»ИЗМа и аРхите|<туры Возрожде- Форм поздней8?:тиЯкиОГоВвойСХ*олН^°Х'. лее гармонирующими с ними элементами ТОктуры Возрождения бь?тсоздан чешский вариант нового стиля Со смертью короля Иржи Подебрада на чешском престоле сменяют друг друга короли-иностранцы. Угроза турецкого на- шествия, нависшая и над Чехией, заставила чешскую аристократию искать спасения в союзе с империей Габсбургов, и в год Мохачской битвы (1526 г.) эрцгерцог Фер- динанд Габсбург был избран королем Че- хии, а еще через 21 год он объявил Чехию наследственным владением династии Габс- бургов. Короли-католики восстановили в 1568 г. пражское архиепископство и пригласили в Чехию иезуитов, возглавивших католи-
1. Прага. Пороховая башня, 1475—1477 гг. М. Рей- ческую реакцию. Аристократы «чашники» были чужды социальной направленности раннего гуситства, а усиленная эксплуата- ция ими крестьян и враждебное отношение к горожанам лишили дворян доверия на- рода и стали причиной поражения послед- них в борьбе с Габсбургами. Кроме того, в рядах чашников возникла новая рели- гиозная организация — «община чешских братьев», объединявшая наиболее твердую в своих убеждениях часть их и сыгравшая значительную роль в развитии чешской национальной культуры. Короли из династии Габсбургов были чужды этой культуре, и итальянские архи- Ж текторы строили для них в Праге дворцы в стиле итальянского Возрождения. Эти I архитекторы занимали видное обществен- ное положение и охранялись привилегиями от соперничества цехов. Известны имена итальянских архитекторов, работавших для высшей знатн и городов, хотя нередко для церковных и светских вельмож и богатых горожан работали и придворные архитек- торы. Эти архитекторы познакомили чехов с некоторыми новыми для них архитектур, ными формами, типами зданий, конструк- тивными приемами и приемами декоратив- ного убранства. Кроме того, чешские ма- стера знакомились с итальянскими формами и по архитектурным изданиям, вроде трак- татов Серлио и Скамоцци, и немецким и нидерландским сборникам образцов —Ди- терлейна, Флетнера, Флориса, Я. и П. Вре- деманов де Фриз (работавших в конце XVI в. в Праге). Новым было применение цилиндричес- ких и коробовых сводов с распалубками, аркад на столбах или колоннах, с полуцир- кульными или трехцентровыми арками, накатных потолков с балками, образу- ющими кессоны, пологих крыш и карнизов с распалубками. В качестве отделочных материалов применялись местные породы мрамора, профильный кирпич, терракото- вые детали и особенно штукатурка в соче- тании с лепниной, сграффито и многоцвет- ной росписью. Многое из этого, вместе с ренессансными ордерными формами, при- менялось чешскими мастерами и считав- шимися с чешскими запросами и тради- циями итальянскими архитекторами, орга- нически сочетаясь с выработанными ранее приемами композиции зданий. Города. Чешские города как архитектур- ное целое сложились еще в средние века. Войны XV в. надолго парализовали строи- тельную деятельность, а возрождение ее в последней четверти столетия не внесло больших изменений в облик городов. В пре- делах старой планировочной схемы велись достройка соборов, расширение ратуш и замена старых фахверковых домов новыми, кирпичными, имевшими иногда небольшие сады, а также обновление и перестройка городских укреплений, а иногда вынесение за их черту кладбищ. В Праге под руководством Бенедикта Рейта в 1477— 1502 гг. строились новые крепостные стены вокруг Града с башнями,
Дополнительное \Л°Тами было "п “°СТок« усилили И градос^Репление Лэтипо"роено увеличив его п\ Тадьноез„я" Работы господствующ^ РазмаРы, сделав ИеГРа’ м" города. Опредеад Приле*ащими° б°лее •пачение в Поя? "и°еград? “ часгя- тах на против® " ДРУГИХ ЧеиРОИтельное улиц. амыкавших перспек?ивНадвРатных Показательна в ат„ ГЛааных "°: Рейзеком ^рисЛ’) место по сравнению с зя?1ИМали второе тожественными. В этой к ами чист° ху- " праздничной, уже чувств??6' наРяДной вого времени, несмотря на ? “ веян- но- турные формы. В других ?₽“еархитек- время также возводились или п°ДаХ в эт° лись подобные башни бы™ 6Р6СТраива' крепостными сооружениям? Н6 только ными въездами а₽Тород ?’ "° И парад’ ными центрами ппим^Г.' ко“позицион- [надвратные баш? в Лоу?х Бп “•/РАЛ™ too'rfcS™. В разбивке на север от Града аКЛ?алось валом, регулярного королевского cw" по” служившего примером" для подобных же садов при замках чешской аристократии ленийВаВШИХСЯ ЗЭ ЧерТ0Й Г0₽°Д“их укреп- и для других чешских городов XVI век оикиЫ™?еМеНеМ расцвета' Открытие Аме- р”™ подорвало значение серебряных руд- Гпп» 1?Х"И »ТаКИХ Г°Р°Д°В- как Кутна г « i Колин. йиглава, Штрибро. Раздача абсбургами земель владельцев, причаст- ных к гуситскому движению, крупным землевладельцам-католикам не способство- вала подъему сельского хозяйства, что при- вело к упадку ряда городов, торговавших его продуктами. Это делает понятным и малое коли- чество новых, преимущественно частновла- XT Чехии"™ xvi* "о0™8, воэведен- -пример, Яхим-овТсн-ов^й": К ом?? НЫИ в глУб0К0Й Долине, форми- ровались вдоль главной улицы. Другие как °НС"°ВаТЙ °К0Л0 1533 г- Ь°жи Дар и™ Нове Место под горой Слеек (около 3. Нове Место на Метужи. План города 567
4. Пардубице. Общий вид города в 1602 г. Рисунок Вилленберга 1580 г.), имели регулярную планировку с квадратной или прямоугольной площадью и правильной сетью улиц. На более высо- ком архитектурно-композиционном уровне стояли Нове Место на Мету ж и и Пардубице. Первый из этих городов, основанный в 1501 г. и сгоревший в 1525 г., был пере- строен в 1527—1547 гг. Его прямоуголь- ная площадь была обстроена домами на одинаковых участках с аркадами в ниж- нем этаже; на углах площади, по диагона- ли, располагались готический храм и замок 5. Пардубице. План города в стиле Возрождения (рис. 3). Пардубице был перестроен после пожара 1538 г. под руководством мастера Иржи из Оломоуца Были надстроены укрепления и перестро- ены храм, ратуша, мясные ряды, кладби- , щенская церковь и замок, а прямоуголь- ная площадь была обстроена трехэтаж- ными домами с украшенными щипцами и аттиками (рис. 4, 5). Жилая архитектура. Как было сказано вы- ше, тип дома зажиточного горожанина сложился в Чехии уже в готическую эпоху и новое время отразилось главным обра- зом на убранстве фасадов. Это были двух- трехэтажные дома с узким уличным фаса- дом, вытянутые вглубь участка, причем первый этаж был занят складами или ма- стерскими, если дом принадлежал купцу или богатому ремесленнику. В этом случае на фасаде в первом этаже была устроена лоджия для торговли и рядом с ней проход во двор. На втором этаже находились жи- лые помещения, делившиеся сенями, выхо- дящими во двор, на две половины — парад- ную с большим помещением для приема гостей (для этой цели служили и «маз- гаузы») и заднюю с меньшими помеще- ниями для семьи. На третьем этаже поме- щались комнаты для слуг и подмастерьев, находившиеся иногда в пределах высокой и крутой крыши, образовывавшей на фа- саде щипец. Более значительным изменениям в эпо- ху Возрождения подверглось декоративное убранство фасадов чешских жилых зданий и, в частности, убранство их щипцов. Уже в готических жилых домах XV в. такие щипцы (или фронтоны, так как они иногда отделялись карнизом от стены) были не только треугольными, украшенными краб-
бами, фиалами и кпргт "епчатыми, увенчаХм°Цветом- но и сту- 1 ружиями. Позднее п"Я1<малень1<ими полу. Ч’Уга, обращенные ХеГСЬ " четв=Р™ поверхностью к главной огиКкРИВОЛИНе<'ной । тавшие силуэту щипц» ,*асада и при- "ЫИ вид (дом 1555 " . °лее *ивопис- Щипцы членились лОпЯт™Р°Де т™ьч). альными поясками (вис кт и Г0Риз°н- Следующим шагом в нов было превращений .2 Р шении Щип- । ордерные пилястры и Х°к " "Оясков включение в композицию р"„ бЛеме"ты и талей, как волюты и падоги» а ТаКИХ де‘ вазочек. Такой богато или впервые появился в пражском щипец I обковица (1545-1563гг) авоВд°вРпЦе не панов из Г р а д цаня ? Д Р’ не Града (1586 - 1589“гг) есть » КТНИ’ увенчанный рядом маленьких щипцов™"' В более скромных жилых Томах долго сохранялась архаическая форма у™ того щипца или аттика, увенчанного адо- бием миниатюрных крепостных зубцов или уступчатого щипца с подобием зубцов и круглых башенок (дом у белого конька в Тршебоне, 1544 г рис 7) Иногда мотив волют придавал щипцу'жи- вописный криволинейный силуэт, а лицевая поверхность его оставалась совершенно гладкой (дом у Вейвода в Праге). Элементы архитектуры Возрождения появились также на порталах чешских жи- лых домов XVI в. Старейшие порталы (примером может служить портал дома 1520 г. на Старо- местской площади в Праге, рис. 8) мас- сивны и просты. Вместо полуколонн здесь приставлены к стене квадратные в плане утолщающиеся к середине столбы с капи- телями, более близкими к готическим, чем к классическим коринфским. Обломы кар- низа и архитрава просты и крупны, как и профилировка архивольта арки, переходя- щая в профилировку ее устоев. В позднейших постройках формы пор- талов становятся богаче, полуколонны и приставные колонны уменьшаются в раз- мерах и ставятся на пьедесталы, антабле- менты над ними раскреповываются, архи- вольты арок отделяются горизонтальным импостом от опор, а над карнизом делает- ся аттик или фронтон сложной формы. Портал теперешнего отеля «Татра» в Оло моуце (рис. 8) производит благодаря своим мелким формам и обилию резного орна- 6. Тельч. Жилой дом. 1555 г. мента несколько «интерьерное» впечатле- ние, но кажется очень большим по сравне- нию с предыдущим, несмотря на то, что его действительные размеры несколько меньше. Иногда в композицию портала включалось маленькое окно над дверным проемом. Т. Тршебонь. Дом у белого конька, 1544 г.
8. Порталы (слева направо) — дома 1520 г. на Староместской площади в Праге, дома у двух мед- вежат в Праге, отеля Татра в Оломоуце, XVI в. освещавшее сени (как в крестьянских жи- лых домах), что можно видеть в портале дома у двух золотых медвежат в Праге, в Старом городе (рис. 8). 9. Лигомышль. Дом у рыцарей, 1530—1548 гг. Ма- стер Блажек 5ТО При наличии лоджии в нижнем этаже жилого дома декоративное убранство со- средоточивалось на втором этаже. В по- строенном в 1530—1548 гг. доме у ры- царей в Литомышле его автор, ма- стер Блажек, украсил окна второго этажа каннелированными пилястрами, поддержи- вающими антаблемент с геральдическими фигурами зверей над ним, а в нишах между окнами поместил изваяния рыцарей (рис. 9). Чаще такие украшения выполня- лись не в каменной резьбе, как здесь, а в технике сграффито, получившей с сере- дины XVI в. широкое распространение в чешской архитектуре. Иногда выполнен- ные в этой технике изображения заключа- лись в рельефные рамки архитектурных членений, что можно видеть на фасаде до- ма 1555 г. в Тельче (см. рис. 6), где вы- полненные в технике сграффито орнаменты и изображения расчленены на отдельные композиции пилястрами второго этажа, венчающим карнизом и пилястрами и по- ясками фронтона. Чаще сграффитовая роспись покрывала совершенно гладкие нерасчлененные фаса- ды, причем в этой технике выполнялись брильянтовый руст, растительный орнамент и сюжетные изображения. Декоративное убранство щипцов и атти- ков, порталы и сграффитовая роспись фаса- дов являются тем новым, что внес XVI век в архитектуру чешского городского жилого дома. Такие постройки, как дом рода Мыдларж в городе Хрудим, 1573 — 1577 гг. (рис. 10), с его навеянными архи- тектурой дворцовых и замковых дворов
1[,Ухэтажными „ мающими всю Од*Иями.»» менным столбиком "?Да РааШенныеЬНЫе пересеченные крест.^ ДВе части или ЛяКа’ ». ютом. Прежней пД рест Камеинк.м Даже s:: ”™ и ^"^Град^^^ были построены итальянок» На Т°' чт° они рами, - первый АвгустИНОМИг'И а₽х»екто сании, а второй _ д„„°м Га«ом из Ма. де Сала. Дворец л об к? Авосталисом этажный, Г-образный в пяане оЦа~т₽«- ние окон подчинено планиппГ Распол°же- на торцовом фасаде главно?“ ЗДания’ и не подчинены вертикальнымКОрпуса °ни щипца, но сдвинуты по «апп»» ’‘«нениям ротам. Также сдвинуты по напп"’0 к во’ ко внутреннему углу и пап».., напРав«нию вого фасада протя^ннТ^^3 да°РР- Размеры окон меняются по высоте ЗДания- симости от характера освещаем?.? За№ мешений. Внизу находятся!™™» По’ окна; на втором этаже е ₽Р„ Г Ые паРвые ми залами, перекрытыми леп»??? высоки- санированными и расписанными потолмми добавлены маленькие оконца второгосве та, наконец, низкие помещения третьего этажа освещаются малыми парными окна- ми в люнетах карниза (рис 11) го с“ѰКИе ЩИ"ЦЫ не имеют ‘'«чего обще- го с итальянской архитектурой, и обработ- п?лЖ°К0Н ДВ0Рца в внде прямоугольной профилированном рамки больше напоми- нает о чешской поздней готике, хотя Ренес- санс и добавил сюда узенькие фриз и кар- низ, венчающие наличник. Только обработ- Ка С21Н ДВ0Рца изображенным в технике сграффито брильянтовым рустом напоми- нает реальный руст некоторых дворцов фсррары и Болоньи. Дворец Лобковица свидетельствует, что городскиедворцы чеш- ской аристократии XVI в., даже возводив-
шиеся иностранными архитекторами, сохра- нили национальный характер и отличались от современных нм жилых домов зажиточ- ных горожан большими размерами и соста- вом помещений. Дворцы и замки. Королевские дворцы имеют особое значение для истории чешской архитектуры XV —XVI вв., несмотря на сравнительно малый объем строительства. Лишь в самом конце XV в. пражский коро- левский дворец перестраивался и расши- рялся, а в XVI в., при Габсбургах, строи- лись сравнительно небольшие летние двор- цы, городские или загородные. Тем не менее эти постройки, возводившиеся, как правило, итальянскими архитекторами, важны как первые для Чехии примеры архитектуры итальянского Возрождения, давшие воз- можность местным мастерам познакомить- ся с новыми для них типами зданий и архи- тектурными формами. В пражском королевском дворце при короле Владиславе II выдающийся чешский архитектор Бенедикт (Бенеш) Рейт из Пистова (1451—1534 гг.) пристроил об- ширный (15X68 ж) тронный Вл а дне л а- в о в зал, покрытый шестью крестовыми сводами, расчлененными нервюрами. Эти нервюры изгибаются на поверхности сво- дов по прихотливым кривым и образуют на каждом своде подобие шестилепестко- вого цветка с такой же сердцевиной. Если в сетчатых сводах пражских построек Пе- тера Парлера расположение нервюр дикто- валось и конструктивными и художествен- ными соображениями, то в своде Влади- 12. Лрага-град. Королевский дворец: 1 — Владисла- вов зал, 1486—1502 гг. Б. Рейт славова зала криволинейные нервюры украшают свод, не принимая участия в его работе, но делают его целостным (рис. 12). Большие прямоугольные разделенные столбиком окна зала являются по су- ществу позднеготическими, но снаружи Рейт придал столбику, разделяющему окно вид колонки с базой и капителью, сделал по сторонам такие же пилястры и увенчал их трехчастным антаблементом. Одновременно с окончанием Владисла- вова зала, строившегося с 1486 по 1502 г., Рейт пристроил к нему парадную «рыцар- скую лестницу», где нервюры свода не только криволинейны, но и разорваны на части, связанные между собой подобием врубок, что еще более подчеркивает их де- коративный смысл. Таковы же нервюры свода зала заседаний сейма в пражском королевском дворце, построенном в 1559 — 1563 гг. архитектором Бонифацием Воль- мут. Но портал «рыцарской лестницы» имеет такой же ренессансный характер, как и портал зала в Людовиковом крыле дворца, фасад которого говорит о созна- тельном заимствовании не только деталей, но и архитектонической системы италь- янского Возрождения, что свойственно по- следним годам деятельности Рейта. Источником ренессансных заимствова- ний для чешской архитектуры времени Ягеллонов была, вероятно, Венгрия, где при короле Матиасе Корвине уже работали итальянские и далматинские архитекторы. При Габсбургах иностранные, главным образом итальянские, архитекторы постро- или несколько дворцов. Наиболее значи- тельным из них был летний дворец короля Фердинанда I — Бельведер, по- строенный в новом королевском саду, раз- битом неподалеку от пражского Града, за Оленьим валом, в 1538 — 1563 гг., воз- можно, архитектором Джованни Спацио при участии скульптора Паоло делла Стелла. Расположенный на высокой террасе, двухэтажный, прямоугольный в плане дво- рец окружен аркадой на ионических колон- нах. Колонны поставлены на пьедесталах, вкомпонованных в парапет террасы, а сверх аркады видны стены второго этажа (по- строенного после пожара 1541 г.) с чере- дующимися окнами и нишами, покрытого высокой, криволинейного очертания кры- шей (рис. 13). 572
ц'юб. Легкость и >пи,,1а„ ведера соответств^"В° п₽а««ого Бель- местоположению сред едя НаЗНачекию и тееи, замыкающейся однимС главной ал- фасадов дворца, пепел """ из Длинных чешский мастер-литейщикТ’ в 157'“ соорудил изящный „п Т,°мас Ярош Сад — создание итальянского"** фонта«- Джованни Спацио и хед™ Лектора Франческо — сначала был » «Довода партер симметрично членил*^""’ И его ооковыми аллеями и замы*„Н°Й и с нишами. Позднее сад бЛ я стеиой медкими и гоХндСкИмиЛхР;1СпШИрен главная аллея была продлена ня°*Нпиками: помощи пергол, а пересетення аллТД "ри рожек подчеркивались статуями или яЛ емами. “*уями или водо- Изменения, происшедшие к этомч ... мут и А. Авосталисом де Сала,-длинной и узкой одноэтажной лоджии с шестью арочными проемами. Главный и боковые фасады расчленены ионическими полуко- лоннами, поддерживающими раскреповки венчающего здание антаблемента. Такое сочетание арочных проемов с ордером, массивность полуколонн, раскрепованный антаблемент и его выпуклый фриз делают эту постройку близкой к работам Палла- дио. Но богатая роспись главного фасада, выполненная в технике сграффито, наделя- ла и это здание известным своеобразием. стройкой XVI в вмвед* ДВ°рцовой "0- Габсбургами, был коп™ В Чехни н ич ий замок «ч Р1евский охот- (1555 - 1556 гг ) в пост * г Воэле ПРагн принимали участие лп,™ Р°йке котоРого ««ль Памбно, Джова^ии п°РЫ Джо»анни «ий Вольмут и Ганс Тип™ У?"а' Бон"Фа- пне имеет в плане In <РИС' 15) Зда- звезды с невысокиM^Kvnn шестиконечной пентре и лестницей Ву льным залом в Ромбическими в плане зал^ми^ меньшими Фасады этого двухэтажного , “ концах- 14. Прага. Зал для игры а мяч. 1S63-I568 гг Б. Вольмут. А. А. Авосталис
выполненная штуковая декорация — самый ранний для чешской архитектуры пример такого убранства — покрывает кессониро- ванные своды его помещений. С начала XVI в. замки постепенно пре- вращались из крепостей в загородные дворцы. Представители чешской аристокра- тии стремились подражать королю и его двору в архитектуре своих замков, нередко приглашая для работы придворных италь- янских архитекторов, но все же пражские королевские постройки XVI в. не нашли непосредственных подражаний среди чеш- ских замков того времени. В большинстве случаев замки не стро- ились вновь, но перестраивались и расши- рялись, и архитектура старых частей не могла быть вполне изменена новыми пере- стройками, а новые пристройки иногда увязывались старыми частями в одно архи- тектурное целое. Иногда представители чешской знати отдавали предпочтение при- вычным для них формам чешской архи- тектуры, и отдельные итальянские архи- текторы, работая в Чехии, старались сделать свои произведения более соответствующими общему характеру чешской архитектуры. В более ранних замках рассматри- ваемого периода, каков замок К р ж и- воклат, перестроенный в 1493— 1502гг., готика господствовала в полной мере То же относится и к замку Пернштейн перестраивавшемуся после пожара 1457 г’ где даже в перестроенной в XVI в. средней’ жилой части, с ее крупными разделенными каменными переплетами прямоугольными окнами, сохранялись машикули и боевые эркеры. Оборонительный характер меньше чувствуется в замке Блатна, жилая часть которого была построена в начале XVI в., возможно, Бенедиктом Рейтом Большие прямоугольные окна, разделенные каменными переплетами, обрамляемые про- филированной рамкой с подоконником*^ и карнизом, освещают все три этажа здания объединенные треугольными в плане эрке- рами. Дворы с аркадами, впервые применен- ные в Чехии в королевском замке в Бран- дысе на Эльбе (1550 г.), стали в это время почти обязательной частью чешских зам- ков, как новых, так и перестраиваемых. Из перестроенных замков интересен Йин- држихув Градец, заложенный в на- чале XIII в. и сохранивший снаружи свой крепостной облик. Но внутри он был пере- строен в 1559 —1590 гг. итальянскими архитекторами Андреа Авосталисом, Бал- дассаре Майо де Вомио, Джованни Марио Факони и Антонио Комета. Они построили
"овый ЖИЛОЙ корпус , ” %№1sdt,*ro°a8a’ ,₽а“*^’мешер*Ю “фута надой С горизпит Ьмиг,ролетинй рка- наверху. Оризо«тальным колон- ;та«Х"гЛ.тьй~ зовывала толстая стен Упк сто₽°ну обра- 13 Двух-трехэтажная га °бязат“ьнойс°а- одной, а иногда и на дв^Г ~аркада на нах двора. Большие прямп„И трех «оро- располагались преимущеХУиГ<МЬНЫе окна угажах замка, все же nJ"° в верхних дворцовый, чем крепостной? ?У более композиции свойственна й„ ИД’ Эта «ема вых чешских замков рассматвИН"Ву но’ мени независимо от национал^ °Г°Вре’ его^снов^атель^Фдариан7^^^*^ сделать замок похожим на Г ПЫТался это сказалось лишь в появлениФиРпНЦуЗСКИе' углах замка выступов^подобных%T“PeX ным бастионам, да в небольшой ₽ 0СТ’ в трактовке ордера дворовой аркады'ука” ванная выше. типичная"для чешских зам^ ков XVI в., схема композиции подчинила себе планировку этого замка Та же схема положена и в основу ma- на з а м к а в Литомышле, построен- ного в 1568— 1579 гг. итальянским архи- тектором Д. Авосталисом (рис. 18). Наибо- лее итальянскими по своему характеру являются трехэтажные галереи-аркады по трем сторонам двора и лоджия на верхнем этаже главного фасада; новой для чешских замков была акцентировка центра главного фасада порталом. Но типичны для чешской архитектуры: план замка, сложные по си- луэту аттики и щипцы и роспись фасадов в технике сграффито — главного фасада в руст, а дворового — сложными сюжет- ными композициями. Сады провинциальных дворянских зам- ков обычно имели в XVI в. регулярную планировку, они располагались с боков или позади замка и сохраняли еще наряду с декоративными деревьями фруктовые деревья и виноградники. 16. Йиндржихув Градец. Замок: I — двор, пере- строен в 1560—1590 гг. А. Авосталнс. А. Комета. Д. Факони; 2 — большая аркада двора, 1562—1590 гг. Летние дворцы чешской аристократии в XVI в. редко окружались садами, однако примером такого сооружения был дворец
17. Нелагоэевес. Замок. 1558—1593 гг. 18. Литомышль. Замок, 1568—1573 гг. Д. Авосталис в Кратохвиле (область Ческе Бу- дейовице), построенный в 1582—1589 гг. архитектором Майо де Вомио на прямо- угольном островке пруда в регулярном парке. Примером садового павильона XVI в. является ротонда в саду возле замка йиндржихув Градец, по- строенная в 1592 — 1597 гг. архитектором Д. М. Факони, — круглое, покрытое куполом здание с примыкающими к нему галереями. Высокая коническая черепичная крыша с фонариком и слуховыми окнами придает этой постройке своеобразный чешский ха- рактер (рис. 19). XVI век внес некоторые изменения и в интерьеры чешских замков, где свойствен- ные предшествующему столетию деревян- ные потолки на открытых балках превра- 576 тились в кессонированные потолки с резь- бой и росписью (зал замка в Частоловице, в области Градца Крало- ва, построенного около 1600 г., рис. 20) а сводчатые покрытия украшались штуко- вой декорацией, выполнявшейся иногда с большим мастерством, о чем свидетель- ствует убранство одного из залов з а м- к а в Ьучовице, построенного в 1566— 1587 гг. архитекторами Феррабоско из Лугано и Петром Габри из Брно (рис. 21). Общественные здания. В XV и XVI вв в Чехии не было создано новых типов общественных зданий, но были внесены некоторые изменения в архитектуру ратуш, школ и рынков. Несколько ратуш, начатых постройкой ранее, были закончены лишь во второй половине XV в. и целиком еще относятся к готике (Старогородская ратуша в Праге, ратуша в Табо- ре). В нижнем этаже Литомерж ни- кой ратуши (около 1550 г.) еще сохра- нилась лоджия со стрельчатыми арками, но она уже не имела высокой угловой башни, уступившей место маленькой ба- шенке, увенчивающей середину главного фасада (рис. 22). В других ратушах, име- 19 Йиндржихув Градец. Ротонда в парке замка, 1592-1597 гг. Д. Факони
20. Частоловице. Замой. Главный вал, 1600 г. ющих такие же щипцы и аттики как ра- туши в Пльзене (1555-1559 гг архитектор Дж. Спацио) иливШтрибро (1543—1549 гг.), башни возводились не в плоскости фасада, а над кровлей здания (рис. 23). Такие надстройки были нужны для того, чтобы подчеркнуть разницу между ратушей и жилым домом. При всем различии между этими типами зданий форма окон в рату- шах — прямоугольных, разделенных на двое и обработанных профилированной рамкой с карнизом —повторяет форму окон городских жилых домов XVI в. Так же точно напоминают о жилой архитектуре и порталы ратуш XVI в. (например, пор- талы ратуш в Пльзене, Штрибро и Праха- тицах, 1570—1571 гг.) или аттики и щипцы, 19 ВИА, том V расчлененные пилястрами и антаблемента- ми и украшенные волютами и фиалами. Наконец, широко применялась в обра- ботке фасадов чешских ратуш XVI в. и сграффитовая роспись фасадов (ратуши на Градчаие в Праге, Пльзене. Штрибро, Прахатицах и Млада Болеславе, 1554 — 1559 гг., рис. 24). Лоджии-аркады чешских замков XVI в. также нашли некоторое отражение в крыль- цах ратуш с поддерживаемыми колоннами сводами и арками над верхней площадкой, и в таких зданиях, как рынки, которые вместо прежних галерей с толстыми стол- бами и стрельчатыми арками окружались галереями с полуциркульными арками, опирающимися на капители тосканских колонн (рынок «Унгельт» в Праге). 5П
21. Бучовице. Замок. Убранство свода, 1580 г. Культовая архитектура. Наиболее зна- чительными в области культовой архитекту- ры были работы по продолжению построй- ки крупных соборов XIV в. в Праге и в Кутной Горе, в которых в конце XV — начале XVI в. принимали участие такие крупнейшие чешские архитекторы, как Матвей Рейзек и Бенедикт Рейт. Они естественным образом придерживались стиля Парлера, внося новые черты лишь в той степени, в какой это не нарушало гармонии целого. Так, М. Рейзек совместно с мастером Ганушем закончил в 1499 г. звездчатые своды алтаря собора в Кутной Горе, развивая принципы сетчатых сводов Парлера, а главный неф этого собора в 1540 — 1547 гг. получил лепестковые сво- ды, типичные для манеры Рейта. Лепестковые своды Рейт применил в построенной им в начале XVI в. трехнефной зальной церкви в Лоунах. Наконец, в на- чале XVI в. в некоторых храмах южной Чехии (в Собеславе, 1499—1501 гг., в Бехине, 1500 г., в Бельчице, 1515 г.) появ- ляются лишенные нервюр ячеистые своды, аналогичные «алмазным» сводам некоторых позднеготических построек Польши и Лит- вы. В XVI в. в Чехии в архитектуре церквей наряду с новым типом квадратных в пла- не помещений, какими пользовалась общи- на чешских братьев, применялись и зальная церковь, и базилика со столбами, а также стрельчатые арки, наружные контрфорсы и окна с каменными профилированными переплетами.
И. Штрибро. Ратуша 154Я—1549 гг. 22. Литомержище. Ратуша, 1550 г. Это сочеталось с новым „ убранством, что можно видеть^нТтоТ''1 в построенной в 1549-1554 гг ит ским архитектором М. Боргореллицер^Ти общины чешских братьев в м Л да Бо л е с л а в е (рис. 25), но и в пер’вом иезуитском храме СпЛ “еРВ0М в Праге (1578 — 1Р583 гг.). Лишь поаднее он получил ренессансный западный фаса! с тремя порталами (закончен в 1601 г) В перестроенной в середине XVI в го- родской церкви в Таборе над готическими стенами с контрфорсами и стрельчатыми окнами ренессансные щипцы были возве- дены не только над торцовыми, но и над боковыми фасадами (рис. 26). В XV — XVI вв. сложился национальный чешский вариант архитектуры Возрожде- ния. Первые элементы его появились еще в XV в. в поздней готике, когда в чешском городском жилом доме и замке-дворце появились ясность и простота композиции, большие окна, живописность фасадов, отве- чающие мировоззрению чехов, выработан- ному в годы гуситских войн —борьбы чешского народа за социальную справедли- вость, национальную независимость и ду- ховную свободу. Формы архитектуры Возрождения по- явились в Чехии в первой половине XVI в. в постройках итальянских архитекторов, отразивших этапы развития итальянской архитектуры от раннего тосканского Воз- рождения (летний дворец) до Палладио (зал для игры в мяч) и маньеризма конца столетия. Но те же архитекторы, работая со н™» Дворян и горожа«- считались СО сложившимися уже в чешской архитек- туре приемами композиции зданий. Они внесли в чешскую архитектуру новые черты. чеРты~ ордер, аркады-лоджии, сграффито на фасадах—были тем. что 24. Млада Болеслав. Ратуша, 1554—1559 гг Баши». 57» 19*
25. Млада Болеслав. Церковь общины чешских братьев, 1544—1554 гг. М. Боргореллн. Свод помогало чешской архитектуре развивать- ся по тому пути, на который она вступила в XV в., усиливало появившиеся в ней тогда новые особенности и наиболее органично сливалось с ними, создавая специфический характер чешского Возрождения. 26. Табор. Церковь, середина XVI в. Итальянские (а в северных области» страны с 1570-х гг. и североевропейские? формы подчинялись композиции зданий соответствовавшей бытовому укладу раз; личных слоев чешского общества того вре^ мени и имевшей глубокие корни в пред' шествующем развитии чешской архитекту- ры. Этим объясняются и национальные особенности архитектуры XVI в., и ее родство с архитектурой соседних западно- славянских стран, Словакии и Польши. 2. АРХИТЕКТУРА СЛОВАКИИ В XV в. Словакия играла видную роль в экономической жизни Средней Европы, и особенно Венгрии, в состав которой она входила. В 1350 — 1450 гг. на долю Венгрии со Словакией приходилось около 42% ми- ровой добычи золота и 30% добычи серебра. О значении Словакии говорит и то, что из 39 венгерских королевских городов 24 было словацких. Развитию промышленности, ремесел и торговли отвечали рост городов и их патри- циата, усиление классовых противоречий и зарождение гуманистических тенденций, усиливавшихся шедшей из Чехии гуситской идеологией. В Спиши значение словацкого населения возросло, когда она принадле- жала Польше (1417 —1772 гг.). Вторая половина XV в. была для Словакии време- нем усиления в ее культуре черт гуманиз- ма, повышения интереса к наукам, созда- ния школ и основания университета в Бра- тиславе. Но в XVI в. развитие Словакии замедлилось как из-за открытия Америки с ее богатыми месторождениями металлов, так и из-за вторжения турок в Венгрию и Южную Словакию. Усиление эксплуатации крестьян и горняков привело к восстаниям 1514 и 1525 — 1526 гг. и ослабило Венгрию, частично захваченную турками и Австрией. Замедленное в силу этого развитие эконо- мики сказалось и в медленном формирова- нии словацкой буржуазии и ее идеологии. В архитектуре это привело к длительному сохранению готических традиций, а позже — к слиянию готических и ренессансных прин- ципов. В XV в. готика продолжала господство- вать в Словакии. Ее города развивались в рамках старых планировочных схем, а городские крепости как и замки феодалов перестраивались и расширялись на ста-
рой основе. То же т му зодчеству. На рубеж??»,и к культово- перестроена в зальную B₽XlV н XV вв. была базилика монастыря ГвХ тРехнефная дик. К «редине века сложи И Свят“Беиа двухнефной церкви (вВ₽ СЯ тип сельской би«е и др.).Частьихпеве^е'В₽бове-Лю- однонефных романских SIS?"? в Xv » из нефные, похожие на ?онас Р веЙ в Дан- ные или залы капитулов рСКИе тРа"«- 1378 по 1440 г в Кошице (рис. I) Пп7Р0ИЛСЯ собор гался переделкам; искази?, 6 °н подвеР Ция конца XIX в.’Это РеСТавРа- ченная базилика с неЛами? фая уко₽о- звездчатыми сводамиt алтарем? ШИ₽ИНЬ'' ними капеллами. ТрангД? Радиаль- ширины и высоты со средним ЛИнаковой шается, как и тот, фронтоном 3авеР’ и внешнее убранстоГсоб^ра и Ве УТреявее принадлежат уже XV в BortaL- башни XV в., в 1473-1488 гг б°₽ П0Л08ине 00 гг- была построена ?№ ка"“- Р-.т«,даГ <US0Erl fi' Спишекой Капятеу7« Борьба нарождающейся буржуазной и самой' "Р°ТИВсредневековой схоластики наоолиЛ есКОЙ церкои « борьба лись в с„“аСС ПР°ТИВ Феодввизма выли- ленную уже ??vB ₽еФ0Рмацию, подгогов- ot^uv / Xv “ суситами и нашедшую отклик среди крестьян, горожан и дворян. ±б„УРГСКОму Централизму идеологически служила католическая контрреформация, эти тенденции в дальнейшем выразятся 1. Кошице. Собор, первая половина XV в. 2. Спншски Штврток. Капелла Запольских, 1473 г. 581
Братислава. Вид на город и замок; Зволен. Вид города в 1596 г., гравюра Вилленберга в Словакии в противоречии между архи- тектурой Ренессанса и барокко. Появление архитектуры Возрождения в Словакии предвещают в XV в. все усили- вающиеся реалистические черты в поздне- готической архитектуре. Преувеличения и мистическая мрачность раннеготических храмов уступают место равномерному осве- щению зальных построек, а готические архитектурные формы и детали постепенно превратились в декоративные элементы на гладкой поверхности сводов. С начала XVI в. и до конца первой чет- верти XVII в. архитектура Возрождения господствовала в Словакии и достигла своего апогея. Со второй четверти до конца XVII в. она, все больше переплетаясь с элементами барокко, постепенно приходит в упадок. Города и жилые дома. Города в Слова- кии в рассматриваемую эпоху развивались по средневековым планам: их архитектур- ный образ менялся в XVI в. постепенно. По-прежнему в общем виде городов господ- ствовали замок и собор (рис. 3), но вместо деревянных строили кирпичные и каменные дома, более соответствующие дифферен- циации ремесел, торговли и требованиям комфорта. Во многих городах строили ратуши, колокольни, школы, рынки, обра- 582
зовывавшие застройку центпялки - ди. а также промышленный,,пл°ща- ные крепости. В городахЛа"Ияикамен- чанималось и сельским in, f население в конце XVI в. преобладали^180”’ еще дома. Так, на гравюве я в реВянные (1596 г.), изображаХей го?оТзвбпеРГа видны деревянные жилые дома и щиеся на площади хвам 7, И находя’ ратуша, школа и замок (см. Дома горожан сохраняли черты твади ционного крестьянского трехчастногодома (впереди большая комната, посредине «ни часто с кухней и открытым очагом? и вторая комната сзади) с тем только отличием что вместо незастроенного въезда во двор у до мов горожан был крытый въезд («мазгауз») ==«=== Врбове, Мате“и тЫдТ₽ИЦе' КеЖМа₽ке' В первом этаже простых двчхэтажиы, воМвто₽аСПОЛ°Жены жилые по“ещения, а во втором —амбары, склады или тякжр жилые помещения. Гонтовые крыши домов ЖаН/а™ ИМели щипцы’ типичные для народной архитектуры. Дома, более богатые °’р,КИТепурно"у облику, строили на пло- дворяне ГЛаВНЫХ уЛИЦах патРН«ии, а также Дома горожан эпохи Возрождения были удобнее готических, их планы более ясными. В основном строили трехчастные дома из 5. Рускнновде. Дома ремеслен Сена жилого дома. XVI а.
камня или кирпича на узких и длинных участках. В глубине строили хозяйственные и производственные помещения и флигеля для служащих, учеников и подмастерьев. В домах были обширные сени, где ремес- ленники и торговцы продавали свой товар. Жилые помещения и сени имели своды или деревянные потолки с резными балками (см. рис. 5). Новым элементом были ароч- ные галереи на консолях у дворовых фли- гелей домов (рис. 6). На фасадах, часто украшенных росписью в технике сграффито, пластическим архи- тектурным акцентом были порталы и эрке- ры. Довольно часто фасады заканчивались аттиком, закрывавшим скатную крышу дома. Городские укрепления и замки. Города Южной и Средней Словакии в период ту- рецких войн быстро совершенствовали сис- тему укреплений, устаревшую с точки зре- 6. Левоча. Двор жилого дома, XVII в.; Прешов. Жилые дома, XVI—XVII вв. 5М
ния развития артиллерии. В Братиславе в 1528 г. разрушили две церкви перед го- родскими стенами и из этого материала построили крепость. К 1561 г. крепость пере- строили в стиле Возрождения. В Бай- ской Штявнице позднеготическую церковь замка перестроили в укрепленную городскую цитадель (1546—1556 гг.); выст- роили новые ворота и Новый Замок (1564—1571 гг.) в качестве форпоста в системе защиты города (рис. 8). ВСпишской крепости, Девине, Тренчине М5
8. Банска Штявница. Новый аамок, 1564____1571 гг (слева). Бетлановце. Замок, 1564—1568 гг. (рис. 7) появились обширные вынесенные вперед укрепления, препятствовавшие ар- тиллерии приближаться к крепости. И в крепостях появились ренессансные ат- тики, подобные аттикам жилых домов. Укрепленный город Нове Замки (1580 г.) наряду с Карловацем в Хорватии (1579 г.) был первым известным примером осуществленного идеального ренессансного города. Нове Замки, возникший за 13 лет до постройки Скамоцци Пальма Нуова (1593 г.) и за сто лет до постройки Саарло- луи (1684 г.), имел в плане вид правиль- ного шестиугольника с выдвинутыми вперед и. Бардейов. Ратуша, 1505—1508 гг., мастер Алексей и Ян из Прешова бастионами, с правильной уличной сетью и продолговатой площадью в центов (рис. 7). В связи с изменением военной техники и появлением крупных армий замки почти совсем потеряли свое значение крепостей. Замки являются теперь скорее дворцами и строятся уже не на неприступных скалах, а на равнине среди владений их собствен- ников. Замок в Бетлановце (1564 — 1568 гг.), более ранний и простой, имеет в основе дом горожанина (рис. 7 и 8). Некоторые замки имеют угловые бастионы (Стражки, 1570—1590 гг., Дивьяки и др.) или арочные дворы (Топольчанки, Радвань и др.). Наиболее выдающимся является замок семьи Турзо в Бытче (1571 — 1604 гг., архитектор Килиан де Медиолано). В плане помещения замка образуют пра- вильный четырехугольник со двором внутри, куда ведут ворота с высокой квадратной в плане башней. По углам стоят круглые башни, а двор окружен аркадами. Арочные переходы замка, главный портал и фасады соседнего так называемого свадебного дворца богато украшены сграффито. 586
Общественные здания. Первыми дати- рованными постройками общественного на- значения с явными чертами архитектуры Возрождения были в Словакии ратуши. Ратуша в Бардейове (1505 — 1508 гг., мастер Алексей; рис. 9) планом особенно второго главного этажа с сенями, разделяющими группы помещений, еще на- поминает трехчастный жилой дом. Это и высокие щипцы над торцовыми стенами придают ей еще готический характер, но она имеет ренессансные окна, порталы и часов- ню-эркер. Типично ренессанской является ратуша в Банской Быстр и це (1510 г.) с крытой арочной лоджией на втором этаже. Ратуша в Левоче, 1550 — 1615 гг., также имеет на обоих эта- 10. Левоча. Ратуша, 1550—1615 гг. 587
II. Братислава. Старая ья туша, 1575-1581 гг двор 12. Банска Штявница. Насосная установка (из книги Агриколы, 1566 г.) жах главного фасада арочные лоджии (рис. 10). План ее второго этажа, начатого постройкой в 1599 г., показывает, что к концу XVI в. планировка зданий ратуш приобрела более законченный характер выделением большого зала с готическим сводом, опирающимся на три столба. Ста- рая Братиславская ратуша стро- илась постепенно, ее арочный двор отно- сится к 1558 г. (рис. 11). В эту эпоху строили также школы и рынки, а также производственные здания для горнопромышленных и металлообра- батывающих предприятий, известные только по архивным описаниям и гравюрам. Так, в книге Агриколы «De re metallica» (Базель, 1566 г.) приведены примеры этих зданий в Словакии. На изображении насосной установки с конным приводом в Банской Штявнице видно, что она имела гонтовую шатровую крышу, характерную для горно- промышленных построек вплоть до XVIII в. (рис. 12). Культовые здания. Отдельные ренес- сансные детали и элементы применялись уже в некоторых позднеготических церквах в первые десятилетия XVI в. Таков портал
ровника (1520 г.) и а“ш ?иД»6- Церкви Св. Якова начала XVI Левпчской Павла из Левочи. О новых nJ' МастеРа идеях, полных жизненно?> опти=СВ“Х ворят росписи потолков » ’ Г0‘ первоначально готических церкваТГг m ри на Спиши и в Выборне (р₽иС L Типичны для восточнословацкого Ro, сР0ЖаДтетНиИк?ми0ЛТЬНИ " «а-и в вило ! М кРепостных зубцов виде аттика распространился в эпоху ШибТпй В0ИН В "Р°тестантских обласУ тях и был общим для архитектуры Возрож- дения южной Польши и восточной Слов* ™и ‘Рииадцать спишских городов, с 1417 по 1/72 г. принадлежавших Польше, зани- мали в развитии архитектуры Возрождения в Словакии первое место. Колокольня в К е ж м а р к е У. Ма- терера (1586 г.)—четырехгранное, невысокое 13. Выборка. Церковь. XVI в.: Трстене. Дере- вянная колокольня, XVI в.; Кежмарок. Коло- кольня, 1586 г. (У. Матерер) н башня церкви, 1591 г.
здание с окнами, объединенными по два и по три. Ее верхняя, слегка расширенная часть увенчана аттиком и украшена сграффито (рис. 14). Аттик построен также на башне рядом стоящей церкви. Подобными были «каланчи» горнопромышленных городов и сторожевые башни. Непосредственность и органичность форм, свойственные народному зодчеству, ярко проявились в деревянных колокольнях, расширяющихся книзу, с небольшими про- емами, шатровыми крышами и широкими навесами над нижней частью каркаса зда- ния, придающими монументальность этим сооружениям классической народной архи- тектуры (рис. 13). Архитектура Возрождения в Словакии отразила в первую очередь прогрессивное развитие ее городов. В это время усилились элементы демократической культуры, что проявилось как в домах ремесленников, деревянных колокольнях, расписных потол- ках деревенских церквей, так и в усилении народных и реалистических черт в пвоЛо сиоиальной архитектуре. Здания отличали простотой и спокойствием, без сильнi Ь контрастов, с типичной плоскостной обп? боткой фасадов. Аттики и сграффитов₽.,: украшения оживляли фасады, порталы ! эркеры. и Строители заботились об органическо слиянии здания с природой и окружающим пространством. В городах возникли в этч эпоху новые доминанты (ратушн, колокол/ ни), более совершенные укрепления и воро та. Работы итальянских архитекторов та кие. как замок Бытча, были сравнительно редки, и в Словакии не было образцов чистого итальянского Возрождения, какие в начале XVI в. появились в Венгрии и Польше, и утонченного маньеризма деталей польских построек XVI—начала XVII в Заимствованные из итальянской архитекту- ры аркады на колоннах всегда были просты- ми, гармонирующими с простотой скупо декорированных основных объемов зданий
архитектура ' Литвой поаХвУавтьи^Х“^нДJ“““ В самой Польше сущеРсТВуотУ,А1,СТр0ИСТву- щие характер УДелУьХТВкУн7жХЛИ>аИвМе(,Ю0- став Литвы входят литовцы, белорусы й украинцы с их собственной поли?ичесКой организацией земель и культурой ЁПоль ше, кроме того, усиливается борьба между крупными феодалами и шляхтой, поддержи ваемои королями. Усиливается борьба с орденом кресто- носцев, получивших в 1410 г. под Гринваль- дом тяжелый удар. Но орден не был разбит до конца, для этого нужны были еще уси- лия и жертвы польского народа в течение всего XV в. Переход еще в XIV в. на систему то- варно-денежного обращения способствовал развитию сельского хозяйства, ремесел и промышленности, дальнейшему развитию городов, увеличению их населения и укреп- лению купцов и ремесленников, организо- ванных в цехи. Города расширяются, окру- жаются новыми укреплениями; горожане заменяют свои деревянные жилые дома каменными, возводятся новые или расши- ряются старые ратуши, хотя главными общественными зданиями остаются храмы. Преобладают зальные храмы с равномерно освещенными нефами одинаковой высоты. В большей комфортабельности новых жи- лых домов и замков и в большей ясности и простоте композиции зданий сказывается влияние зарождающегося в это время светского мировоззрения. XVI век преобразовал польскую культу- проникнуты» ₽ЯД произведеяий искусства, мы итял! ДУ*°М гуманизма. В них фор- с Учетом иТ0 Ренессаяса применены свяСны сто ЬНЫХ ос°бенностей и готики ”ради“ионнымн формами местной Лопму'па обусловило специфическую форму польского Ренессанса лпсьиЛЬСКОе госУдарств° и XVI в. находи- лось на вершине своего могущества. Огром- ные территории, объединенные династией игеллонов, окончательная победа над орде- ном крестоносцев, открытие новых торговых путей через освобожденные приморские города, а в связи с этим рост производи- тельных сил страны, увеличение богатства шляхты, развитие внешней и внутренней торговли характеризуют этот период. Но усиление крепостного гнета и эксплуатации крестьянства приводит к спорадическим вспышкам крестьянских восстаний. Усили- ваются противоречия между шляхтой н городами. Сеймы и сеймики, находящиеся в руках шляхты, проводят акты, ограничи- вающие промышленные и торговые возмож- ности городов. Это приводит в конечном счете к упадку городов, задерживает раз- витие производительных сил страны, что и отразилось на ее судьбе в XVII в. Крупные магнаты, теснимые шляхтой в Польше, развивали широкую колонизаторскую дея- тельность в Подолии. Волыни и Придне- провье. Это привело к восстаниям угнета- емых народов и к многолетней кровавой борьбе, которая ослабила страну и довела ее до трагических поражений XVII в., являвшихся причиной дальнейшего упадка Польши. XVI век был для Польши временем усн- ам
ления светского начала в мировоззрении передовых кругов общества, сказавшемся как в религиозной реформации, нашедшей сторонников среди горожан и шляхты, так и в расцвете польской науки, светской ли- тературы и в утверждении реализма в жи- вописи и скульптуре. Но в конце XVI в. в борьбе с передовыми идеями гуманизма выступает новый фактор — контрреформа- ция. порождение феодальной реакции, надолго задержавшей движение польского народа по пути прогресса. №2 Возрождение в Польше явилось отра- жением в искусстве идей гуманизма. Эти идеи раньше, чем они находят выражение в архитектуре, сказываются в произведе- ниях польских ученых конца XV в., видную роль среди которых играл Каллимах — итальянец Буонакорси, учитель молодого Сигизмунда, ставшего в начале XVI в. польским королем. Пребывание Сигизмун- да в Буде при дворе его дяди, венгерского короля, имело большое значение для пере- несения форм Возрождения в Польшу.
итальянских\а"*?иглащает Нз в ральном соборе |509 Ко,? кафед. Почва для архитД« ~15°6гг, Д и Польше уже была П™₽Ы ВозРождения тием гуманистических °дготовлеиа раэви- слоях горожан и шляхты^? " "Седовых быстрое проникновение Ли'" Меняется в мещанское и шляхетски Сансных черт Менее всего проявляется п» ст₽О|,тельство. товои архитектуре, котовая п анс в кУль- готических традицийТТя "Рвдерживалась культовое строительство ent?™ пе₽и°Де оолее, чго сохранило?? С0КРа1Дается, тем вых зданий. ₽ НИЛ0СЬ много средневеко мастерски“КоХобСеТнено Много ₽еи«лениых унесено за тсрод'Х было ствовало образованию* п?ны' чт° способ- тва промышленной Ппи₽оеДМест,,й' Ра«н- новых Городов каков Р*ВОДИТ к созданию (горный промысел) Вол p,,MePl Ол«УШ ства городов известно о ДнТН благо^рой- проводов (Краков) Л“?П*а"" в°До- н д«Ревянпых₽тротуаров Р ЙСТВе каменных Жилые дома. В XV в « много каменных домов В гт°родах "Р0" Деревянных домов В’ Хотв количество значительным а в ''P“aeT оставаться - архитектура XVb города, прямоугольны тоВР?РИ0Де- Цент₽ (рынок), имела во многнх₽?Л? площадь дах значительные размеры (и°Л»КИХ го?°‘ вый Сонч 320X320 м Впп?аПрИп™р' Но' Краков 210X49032taVbXx )Х^51 диагональным осям площади а пи боГ? ших размерах ее и но нормальном осям расходятся улицы, образующие прямоуголь- ную сетку внутри овальной линии оборони- тельных укреплений. Часто улицы, ведущие с площади к городским воротам: искр™ лены. Иногда можно в плане города видеть овал, связанный со старейшей формой по- селении, так называемых «овальниц» Ратуша стоит на площади обычно не- сколько сбоку для удобства торговли. Городской храм (фара) находится вне площади, как более ранний, чем плани- ровка готического города, и лишь иногда, как, например, в Кракове, стоит непосред- ственно на площади (рис. 1). Францискан- ский и доминиканский монастыри разме- щены внутри города при городских стенах близ ворот. Кварталы внутри города раз- делены на участки 6-9 .« ширины при длине до 40 м. Участки застраивались жилыми домами по одной стороне, в глубине участков рас- полагались хозяйственные постройки. Об- щая плотность застройки сильно увеличи- лась с XVI в. в связи с ростом населения при ограничении территории и города ли- 1. Краков. Генеральный план старой части города. I — ратуша; 1 — суконные рады; 3 — костел Бого- матери; 4 — королевский замок; 5 — кафедральный костел; 6 — Флорианскае ворота
2. Старград. Жилой дом первой половины XV в. торговли и складов и соединялся с погре- бами. На втором этаже жил владелец дома, а выше челядь. Иногда верхние этажи и многоярусные чердаки использовались как склады. Фасады домов в северной части Польши — кирпичные, в южной — каменно" кирпичные, иногда членились вертикаль" ными нишами, в которых находились окна (рис. 2), а завершались щипцами разно- образной формы. В интерьерах характерны ниши в стенах, деревянные потолки на про- филированных балках и роспись стен сеней и комнат. Городские укрепления, замки и усадьбы В XV в. городские стены дополнялись но- выми пристройками, старые тыны или дере- вянно-земляные валы заменялись камен- ными и кирпичными стенами. В ряде городов (Краков, Познань, Варшава) возведена была вторая линия укреплений из стен с башнями, расположенных ниже старых стен. Старые башни надстраивались, иногда получая машикули; строились богато офор- мленные воротные башни, особенно на По- морье (Гданьск, Слупск, Хойна и др.). Для лучшей защиты входов в город перед ними возводят особые укрепления — цвингеры (Краков, Варшава, Сандомеж), а со второй половины XV в. — барбаканы^ соединенные с воротами длинным укреплен- ным переходом, уже приспособленные для артиллерии и являющиеся выдвинутой впе- ред батареей. В Кракове сохранился бар- бакан перед Флорианскими во- ротами (1498 г., рис. 3)—кирпичная постройка с внутренним диаметром около 10 м при толщине стен свыше 2 м. Два нижних яруса бойниц пушечные, третий — для ручного оружия. Шесть башенок со шпилями играют скорее декоративную роль. Въезд в барбакан с подъемным мостом расположен сбоку, что давало возможность защищать его с городских стен. Мост, про- ходивший над рвом, в XIX в. был разрушен, а ров засыпан. Барбакан в Варшаве XVI в. меньше краковского: внутренний диаметр его 4 ж, толщина стен 2 м. В 1548 г. он за- вершен декоративной стенкой. С Новомей- скими воротами барбакан соединен мостом, причем на мостовых устоях стоят с обеих । /А И— ГТ— • 1 I . 3. Краков. Барбакан перед Флорианскими воротами, 1498 г. 594
сторон перехода н₽лл тромпах. иебОльШие башни О строительстве в XV & я постройках дополНЯЮщие систему коп меннЫе замки составлявших совместно /еВСКИХ замков городами общую систему 'кукрепленными осуществленн/ю ещ?Тп°е±НЫ страньн XIV в. при короле Казими Й "оловине Маленький замок в О по”1* Велик°М- 1449 гг.) имеет внутренний Р (1434 - ныи крепостной стеной ”% р' окРУ«ен- угольной жилой башнеЛ °“ прямо’ круглой башне и сокшжит Н-еи в ПОЛУ- В замке в Д е м бн оЖ * (рис'4- (рис. 5) тоже устроен в Ц70'1480 " > В его архитектуре преоблялУ»РеНИИЙ ДВ0Р- ный, а жилой хаРра«₽ерОбё3окТахНепОб°РОН- ме£?“ ки^ С°ХраНИЛОСЬ «ногоТаэлеХ что стены их были рубленые“или ж» ’ ковые, кровли из соломы, теса ил*гонта' Стены хозяйственных построек делали главным образом из плетня, но с развиты вотчинного хозяйства феодалов строили и каменные здания (гумновКолбаче остатки построек в Сулейове и др.) Общественные здания. Развитие городов выразилось в строительстве общественных и хозяйственных зданий. Существующие ратуши XIV в. были увеличены, а в неко- торых городах построены заново (Тарнов, Бечь). В XV в. надстроен великолепный щипец ратуши в Гданьске. В первой поло- вине XV в. мастер Генрих Брунсберг строит ратуши в Хойне и Шедине, про- долговатые в плане, без башен, с открытой лоджией на короткой стороне и большими богатыми щипцами. В конце XV в. построен дом собраний купечества, так называемый дом Артуса в Гданьске (рис. 6), с большим залом, перекрытым звездчатым сводом на четырех тонких гранитных столбах. Там же постро- ено интересное здание Братства Куркового (стрелков), квадратное в плане, кирпичное с изящной отделкой фасадов и высокой крышей с фигурой св. Георгия наверху (рис. 7). В 1400 г. было начато строительство здания для Кри- "3°XB9 сунок я а -Л ’ „ вого в X1v°b Ряп"₽ С И т е т а’ основан- ний четырехугольный°В л°вКпРп'ЖаеТ внутрен’ галереями” нГкХТных^Хлб^7^.^. XV в"рис*8)СВ°ДаМИ 'вторая половина сункамЗДпКкЙ другого рола известно по ри- сункам общежитие кантонистов в К Р а к о в е 1470 г. К этому же типу »и надлежат так называемые д о м а Длу- соша в Сандомеже U478 г) и Вис-'и^-Двухэтажные здания с боль- шими сенями посредине. в XV в. появляются склады-амбары в торговых городах: Торуне, Грудзендзе Ьыдгощи, Гданьске, кирпичные здания с ма- ленькими окошками и щипцами со ступен- чатыми нишами. В Радоме сохранилось средневековое кирпичное здание с печью для плавки воска. Представление о мастерских и их обо- рудовании в период позднего средневековья дают иллюстрации так называемого Ко- декса Бехема начала XVI в. (в Кракове). Сохранились перестроенное здание гос пи-
та л я Св. Духа в Кракове (1474г) а также госпиталь в Ш и д л о в е за городскими воротами, состоящий из анфи- лады залов с капеллой на поперечной оси здания. Культовые здания. В XV в. заканчи- вается возведение кафедральных соборов в Гнезне и Познани, перестраивается алтар- ная часть церкви Богоматери в Гданьске строятся приходские церкви. Но все же строительство культовых зданий в XV в. не имело такого, значения, как столетием раньше. При строительстве новых церквей в XV в. в Польше, как и в Баварии, Чехии 8. Краков. Университет, XV в. Галерея двора 7. Гданьск. Дом Братства Куркового, 1479—1494 гг. 596
или Словении, отдавалось предпочтение зальным постройкам. В приходских церквах алтарную часть не отделяют спецназе аркой, объединяя нефы и алтарь в одно целое. Для полного соединения простран- ства нефов и алтаря продолжают боковые нефы (деамбулаторием). В северной группе церквей в XV в. вместо характерного для классической го- тики расчленения внешних стен контрфор- сами возводятся стены гладкие, либо с плос- кими декоративными лопатками. Контрфор- сы, необходимые по конструктивным соображениям, обращены внутрь здания, обогащая его внутреннее пространство. Мощные гладкие стены церквей, прорезан- ные высокими окнами, —это создание XV в., когда начинаются поиски простого массивного объема, дополняемого кружев- ной деталировкой щипцов или аттиков, что выявится вполне в формах архитектуры Возрождения в XVI в. Самым выдающимся примером такой постройки XV в. является церковь Богоматери в Гданьске (рис. 9). В 1446 г. закончена перестройка алтарной части, а затем перестроены нефы одной высоты с зальным трехнефным трав- s. 1даиьск. Церковь Богоматери. XIV-XV вв. септом. Возник, таким образом, исключи- тельно выразительный интерьер огромного храма, имеющего снаружи простые стены без контрфорсов, прорезанные высокими окнами. Над карнизом проходит кружево хг
готического аттика, а тройные щипцы флан- кированы по углам башенками со шпилями. Контраст гладкой мощной стены и легкой ажурности завершения можно видеть в церкви Св. Т р о и ц ы при монастыре францисканцев в Гданьске (рис. 10) и в других церквах XV в. в Гданьске и Торуне. Несколько иной является группа цер- квей на Западном Поморье и в Великополь- ше, связанных с именем выдающегося ар- хитектора Генриха Брунсберга, уроженца Бранева, работавшего в Бранденбурге, За- падном Поморье, Мархии и Великопольше в конце XIV и в первой половине XV в. как «магистр» из Шецина. Из построек Генриха Брунсберга на территории теперешней Польши самыми выдающимися являются ратуши в Хой- не и Шецине, церкви в Хойне, цер- кви Богоматери в Познани (1433— 1444 гг.), Петра и Павла в Шецине и там же перестроенная церковь св. Якуба. Он применял зальную систему е внутренними контрфорсами, а снаружи вводил плоские лопатки с декоративной об работкой из профилированного, глазуро^ ванного кирпича и выступающие над ними выше карниза изящные вимперги. Церковь Богоматери в Познани (рис. 11) является типичной постройкой Брунсберга. -I Среди зальных костелов Силезии наибо- лее интересна церковь св. Якуба в Нысе, построенная в 1401 — 1430 гг. ар- хитектором Петром, — трехнефный зал, со- ставляющий одно целое с тоже зальной алтарной частью (рис. 12). При значитель- ной высоте нефа (25 ле) интерьер является лучшим среди интерьеров зальных храмов. Пространственная концепция и некоторые детали связывают церковь в Нысе с чеш- ской архитектурой (Колин, Кутна Гора). На территории Великопольши в XV в. строится много церквей почти исключитель- но зального типа (в Быдгоще, Лекно, Мендыжече, Слупце и др.). Единственной базиликой этого времени является цер- ковь в Шамотулах. К XV в. принадле- жит перестройка алтарной части кафедраль- ного собора в Познани с деамбулаторием, над которым возвышаются три башни, от- крытые внутрь. Великопольские церкви имеют хорошие пропорции и, как в XIV в., наружные контрфорсы. Исключение со- ставляет упомянутая церковь Богоматери в Познани. На территории Великопольши были сооружены два центрических храма, редких в готической архитектуре. Один из них в Гославицах (1444 г.), другой, иска- женный позднее, в Мишеве. Церковь в Гославицах (рис. 13) восьмиугольная в плане с четырьмя ветвями; нервюрный свод восьмерика поддерживается тонким восьми- гранным каменным столбом, стоящим по- средине. В XV в. строились и более архаичные постройки. Построенные в XV в. в Мало- Польше церкви-базилики в Бешове, Скаль- бмеже и Бодзентине — поздний отзвук 11. Познань. Церковь Бого- матери, 1433—1444 гг. Г. Брунсберг
иерквен с системой „ так называемой .1? ТОлб°в н Кп„т ж стые в объеме Краков«ой шип ₽*орсов Ш и до в е "А ^нонефные ЛЛ?’- П₽°- XVI в.) отличаются^1ПЦЛНци«ахК°/И 8 “"“'““К "Ы церкви XV В н м“м Щипцом.Скром’ вся экспрессия „„„ а Ма’овше, в украшенных ступткамиИ8а«ТСЯ 8 Щип«ах шами, а иногда просвета Побеленными ии- К?яерСТИЙп №«нув БМеИнЛкеКОратионЫ)[ К)явски, Визна, рис U) уДКув' Бжесть вецких церквей с запала У Других маз°- башни - влияние архи?етпм°ЯТ большив (Нешава, Рацёнжек пУР кРест°носцев ленка). Все упомянув”Ш8СНЫШ’ Остро- Литвы МготическиебЪлДИНеННЯ Польши и восток, а некХмя РяМЫ ПР0НИКают на искусства проникают 3ieMeHTU Русского ЛЮб\и7еХкоТ&^ «Р- 13. Гославшш. Церковь пер- вой половины XV в. План и интерьер
15. Деревянные церкви: Лонча, 1490 г., общин вид; Дембно, вторая половина XV в., интерьер дение из Византии, с готической архитек- турой в Люблине или Сандомеже дало необыкновенно сильное художественное целое. Древнейшие сохранившиеся деревян- ные церкви принадлежат ко второй поло- вине XV в. Таковы церкви в Мало- Польше — в Дембно, Грывалде, И в к о в е второй половины XV в., в Харклёве, Лонче (рис. 15, 1490 г. а также силезские — в Ксенжем Лясе (1499 г.). Деревянные церкви однонефны, в плане близки к квадрату, с более узкой алтарной частью, прямоугольной или многогранной. Стены рубленые, а крутая гонтовая крыша придает церквам готический силуэт. С запада примыкает деревянная башня — колокольня каркасной конструкции с на- висающим верхним этажом (обычно более поздняя, как и окружающие церковь на- «оо весы). В резьбе деревянных порталов, ино- гда в стрельчатой форме алтарного проема много готических форм. Внутри деревян- ные церкви были покрыты росписью, глав- ным образом мелким орнаментом (Дембно, рис. 15, Кружлёва). Польская архитектура XV в. была готической, связанной с предшествующими этапами ее развития и сохранившей многое от старой строительной техники и матери- алов — кирпича для стен и сводов с камен- ными столбами, нервюрами, проемами и декором на юге, кирпича с керамическим убранством на севере. Но в течение XV в. архитектурные детали становились утон- ченнее и сложнее, а крестовые нервюрные своды превратились в более декоративные звездчатые, а затем в сетчатые и хрусталь- ные. Усложнялись формы лопаток, фиалов, оконных переплетов, а также щипцов и ат-
тиков, которые в Ппм превратились в эфф“°?“ и Мазовще сами связанную с крышами ^” дек°Раиию не контрастировавшую " гля М богатствОм -•шзость форм апиков «ST "енами построек и церквей, каД в светских отдававшееся тогда зальным "₽едпоч«ние. ворит о проникновении свХ, Церквам' 'о- ">’ю аР™тектуру. Наконец£°Г0VBЛрков- пичны увеличение числа кам, XV в' ™- построек и начало процесса „Г светских замка-крепости в замок дворецР ₽аЩения дов ешеД перУодом6расцвеЯтаП°ПпКИХ ГОр°' вековых городов происходят,иГ средне‘ изменения. В то же воем» \ Тедьные возникают на восточных территориях^™- BOHMU «0СЛе Л5бдии«ой унии (1569 г.) шли в состав Речи Посполитой. При этом преобладает принцип частных городов принадлежащих феодалам. Таков За- “° с ц ь. построенный на новом месте корон- ным канцлером Яном Замойским. Город 17. Замосць. Армянская улица и башня ратуши, XVI—XVH ... Вроцла., Дом, 1И7-1Я2 гг.
должен был быть торговым центром на пути Варшава— Львов и крепостью, защища- ющей поместья Замойского от татарских и казацких набегов. Он был заложен по плану архитектора Бернардо Морандо (родом из Падуи). Центром города является площадь- рынок, пересеченная продольной осью, завершающейся замком Замойского, и поперечной — с меньшими площадями — Соляным и Водяным рынками (рис. 16). Город окружен крепостным валом с ба- стионами и тремя воротами. Расположе- ние улиц прямоугольное, причем особен- ностью города являлись аркадные галереи, окружающие рынок и проходящие вдоль улиц от рынка на восток и на запад. Ра- туша построена на северной стороне рынка (рис. 17). Симметрично к главной оси перед замком размещены коллегиальный храм и академия. Строение домов было нормали- зовано, и даже сразу было построено не- сколько домов-образцов. Постройка города шла быстро и в XVII в. была закончена. Возник таким образом исключительный по однородности замысла и характера город с типичными ренессансными домами, рату- шей и замком, окруженный новой системой укреплений с великолепными воротами (в XIX в. погибли аттики домов и были искажены ратуша, замок, академия и даже внешний вид коллегиального храма). В старых городах перестраивались ме- щанские готические каменные дома, частым IS Краков. Дом на улице Каноников, 1592 г., двор 602 явлением было введение аркадных прохо дов, открытых в сторону рынка и под держиваюших помещения второго и вевх них этажей (Еленя Гура, Болькув, Тарнув Сандомеж и др.). н ув’ Городские жилые дома XVI в. с высо- кими щипцами, очерченными мягкими ли ниями изгибов и завитков (рис. 17), стро^ ились преимущественно в северных над' вислянских городах Гданьске, Торуне' связанных с голландской и северонемецкой ахитектурой. Другие имели высокие аттики закрывающие крышу с обратными вну' тренними скатами. Аттиковое завершение домов широко распространяется во вто- рой половине XVI в. в Чехии, Словакии, в Польше, в Малопольше с Любельским и в части Силезии. Встречается оно и в Вели- копольше и на Мазовше, а также на восточ- ных землях до Виленщины. Стены здания снаружи оштукатурены и часто покрыты росписью сграффито, обычно имитирующей руст, а наличники окон и порталы сделаны из камня. Каменные порталы имеют или богатый растительный орнамент или руст и архитектурный ордер со скульптурой над антаблементом. Сени и помещения первого этажа обык- новенно покрывались сводами с лепными украшениями. На следующих этажах ком- наты имели потолки по деревянным балкам, иногда кессонированные с росписью. Рос- писи также часто создавали под потолком красочный фриз. В больших комнатах два оконных проема обычно сближали и между ними ставили резную каменную колонку. Сохранились также резные внутренние ка- менные порталы между комнатами. Существовали городские дома с боль- шим количеством помещений. К ним при- надлежат, например, деканский, или капи- тульный, дом в Кракове на улице Каноников, дом Гурков в Познани, дом Фукера в Варшаве и др. Они более широки по фасаду, а внутри имеют двор с аркадами (рис. 18). Замки и усадебные дома. Развитие во- енной техники привело к тому, что высокие каменные крепостные стены уступили место земляным валам с бастионами, окружав- шим новые города и сооружавшимся вокруг старых крепостных стен. Новые замки при- обретали все более жилой вид, а в XVI в. и более дворцовый характер. Показательна в этом отношении пере- стройка Вавельского замка в Кра-
кове в 1507—1536 гг. Путем разрушения части замка, перестройки и возведения новых частей создан был дворец, четырех- угольный в плане с огромным внутренним двором, окруженным многоярусными гале- реями (рис. 19, 20). Это здание является первой ренессансной постройкой такого масштаба на севере от Альп. Аркады на круглых колоннах в двух нижних этажах галерей напоминают постройки Микелоццо, но верхний этаж более высок, с тонкими колоннами, перевязанными посредине сви- той лентой (готический мотив). На капите- лях этих колонн помешены каменные кув- шинчики, поддерживающие деРевянну“ балку навеса крыши. Галерея благодаря необычности верхнего этажа стал' ХЯР^' терной для польского Возрожденияв ко тором новые Формы сочетаются с наииона^ ними традициями, выработан• Rготике Итальянцы Франциско Флоренти ни, а затем Бартоломео Береччи ведшие пе- рестройку Вавеля, нашли сотрудников по
20. Краков. Вавельский замок. Галереи внутреннего двора. Фрагмент интерьера. 1524—1529 гг. Бене- дикт Сандомежанин ляков, внесших вклад в создававшееся готи- ческо-итальянское направление. Таким яв- ляется Бенедикт Сандомежанин, в 1521— 1530 гг. руководивший постройкой Вавель- ского замка. В 1511—1521 гг. он построил королевский замок вПиотркове — без внут- реннего двора, высокий и увенчанный перво- начально аттиком. На гладких кирпичных стенах помещены большие каменные трех- частные окна с позднеготическим переплетом и наличниками. В 1550—1570 гг. построен большой замок в Неполомицах, имевший квадратный двор с тремя этажами аркад- ных галерей, нижней — с квадратными столбами и верхних — с колоннами (тре- тий этаж был разрушен при переделке замка в XVIII в.). При короле Стефане Батории (1576—1586 гг.) построен за- мок в Лобзове под Краковом с двухэтажной аркадой галереи, окружающей с трех сторон двор, отделенный стеной от сада. Наконец, в самом конце XVI в. (1597 г.) король Сигизмунд III начинает перестройку Варшавского замка «м под руководством Анджея Абрагамовича. Был заложен пятиугольный двор, а в его новую застройку были включены также го- тические части старого замка. В старых готических магнатских замках появляются ренессансные обрамления окон порталов и галерей. Замок в Легнице получил новые ренессансные въездные во- рота (1533 г.). Выдающийся образец поль- ского Ренессанса — ворота замка в Бжеге (1552—1553 гг.), в трехъярусную ордерную композицию которых включены бюсты польских королей и князей Силезии из рода Пястов (рис. 21). Не только в пере- страиваемых, но и в новых замках и усадь- бах сочетаются формы готики и Ренессанса. Так, замок в Шидловце, сохраняя го- тический и крепостной характер без внут- ренних галерей, имеет открытую аркадную лоджию снаружи, на оси постройки. Воз- веденный на скалах замок купеческо-маг- натской семьи Бонеров в Огродзеньце (1530—1545 гг.) имеет высокие стены и башни, ио все детали его ренессансные.
’лементы ренессансил г и в меньших замках ус°ТлИЛес,<Ие имеются I акого замка-усапкЛь? усаАьбах. Пони.- 11585-1590 гг 1 Д± ЯВДяатся Шимя»₽ОМ pi мя квадратными ₽жилГОДЬКЫЙ' с ^етьГ у лам. где машикулина“М" ваше>«ами по еще след готики, нл , ₽ Ь’м эта«ом- второго этажа и аттик за»™ИЧНИКи окон в конце XVI В. возвел™ пых замков-резиденций » " ряд п₽екрас- .1 кь самобытность архит™т, РЬ’х сказа‘ Вч .рождения. Таковы замки У„РГ польского не, Баранове и Красин™\ Сухей- Жив- Р а н о в е (1592-1614 Г Д а м ° к ° Б а - в плане, с внутренним двороГ“°^ольиь,й рон окружен галереей и жилыми ж? СТ0‘ (рис. 23). а с четвертойГзамкно? 'Т в ьездкой башней и двойной 1Т>стеной с клеткой с закругленными маршами"™™”® Стена завершена богатым аттиком меди' пенным с щипцами поперечных ф^игыей Круглые угловые башни имеют толвдые покрытия и бойницы в нижних этажах Ао кады двора и порталы выполнены с боль- шим художественным мастерством Другие здания, строившиеся в Польше в' XVI в близки к итальянским виллам, лишены обо- ронительных черт и сочетаются с ландшаф- том, составляя с ним одно целое. Прекрас- ным примером является дворец в Воле Юстовской под Краковом (рис. 24) построенный около 1530 г. королевским секретарем, выдающимся гуманистом Юсту- сом. Это — трехэтажная вилла с трехъяру'с- ной аркадой между боковыми выступами с юга. Из лоджии открывается вид на сад. расположенный под террасой, и на Краков. Своеобразен по замыслу дворец вМи- р о в е (1585 — 1595 гг.) — произведение ар- хитектора Санти Гучи. Это простой продол- говатый двухэтажный объем с поперечными выступами, имевший щипцы с криволиней- ными очертаниями. По обе стороны дворца со стороны сада расположены два симмет- ричных павильона — библиотека и капелла с широкими аркадными портиками (рис.25). От конца XVI в. сохранилось несколько деревянных усадебных домов (Кошуты, 22. Шимбарк. Замок, 1585-1590 г. 21. Бжег. Замок. Ворота. 1552—1553 гг. Ожаров и др.), прямоугольных в плайе с сенями на оси здания и симметрично распо- ложенными комнатами. Особенностью явля- ются выступающие по углам помещения, как будто отклик угловых башен. В XVI в. еще многие усадьбы были окружены рвом и тыном и деревянные угловые башенки имели оборонное значение.
23. Баранов. Замок, 1592—1614 гг. Внешний вид, план и двор
Общественные <Р"«й’“пР"."’'“ «“STr«l ком с УИовымиабащенАкаан”е атВ хранился также прекрасный <рис' 28>- Со- зал ратуши со сводами ’ Рене«ансный покрытыми резьбой и погг?еть1рех столбах |ересна ратуша в ₽Х е л'м*0’ °Чень ин’ 1597 гг.) с высоким аттиком ” К е (1567 - ны мотивы северного РенессЛК°Т?₽ом вид‘ Богатый внутренний деков пп (рис' 29>- ческая ратуша в Гданьске °'1учила г°ти- великолепный шпиль ’ а ее башня- Перестраивались в это „„ ратуши. В Кракове торговый™ НД только "и цы в 1557 г. полумили а РадЬ1Сукен- 113 каменных волют, мамапм и ° Гребнем крыльца, придавшие постройке ‘,ару1кные ныи характер (рис 271 дХ?И Ренеесанс- скаиЖхевороСтТаахРЫХ Кре"°ст«« бГшн^" Возрождения в ПоТше^оит светсГнГха’ типичны капеллы-усыпальницы или садьп" турные памятники, которые строились нё столько из религиозных, сколькоизТамиль пых побуждений. Для многочисленных ка- "еЛЛ ® Полвше XVI в. образцом служила капелла Сигизмунда! на Вавеле построенная Бартоломео Береччи в 1526 — 1531 гг. и являющаяся наиболее чистым об- разцом архитектуры итальянского Возрож- дения в Польше. Квадратная в плане с кессонированным куполом на световом ба- рабане и парусах капелла имеет очень кра- сивые пропорции и богатое пластическое убранство внутри и снаружи (рис. 30). По королевскому примеру капеллы-гроб- ницы строятся при кафедральных и кол- легиальных, а иногда и при приходских церквах. Несмотря на сходство общей ком- позиции, они разнообразны по формам, про- порциям и деталям. К лучшим примерам принадлежат построенная Береччи при Ва- вельском кафедральном соборе капелла- гробница епископа Томицкого (1524—1530 гг.), капелла Мышков- с к и х при церкви доминиканцев в Кракове й п 24. Воля Юстовска. Вилла, ОКОЛО 1КЯП Г т«Го);„‘апПеЛЛЫ епископа Нос- ковского в Пултуске (1554 rl Боа- нипких в Неполомицах (1596 г). Фирлеев в Бейсцах (около 1600 г) Последняя интересна фантастическими де- талями и маньеристскими формами, харак- терными для архитектора Санти Гучи. В церквах в XVI в. появились аттики, как на перестроенной в это время церкви в Пачкове (рис. 30). на башнях церквей в Кремпахах, в Фридмане, а также на Помо- 25. Миров. Дворец. 1585—1595 гг. Санти Гучи 607
26. Сандомеж. p..v вторая 27. Краков. Суконные ряды, середина XVI в. Галереи XX в.
рье (Островите Голюбское, Боброва и ip.): ренессансные аркады обогащают башни церквей в Живце и Ченстохове. В перестроенном в 1560 г. коллегиаль- вместо обычного ряда крестовых сводов был возведен цилиндрический свод без люнет, опирающийся на пояс с небольшими ни- шами (рис. 30). Поверхность цилиндри- ческого свода покрывает мелкая сетка геометрического декора, напоминающего кессоны. Это нашло применение н в неболь- ших мазовеикнх церквах XVI в. в Броке. Хруслиие, Цексыне и др. Сводом без люнет с геометрическим те кором Бернардо Мораидо перекрыл алгар ную часть замосцьского коллегиального '/..19 ВИА. том V
тами'11 С0°АЫ' Цилиндрические и с люне- ппЗУ* Вск был аля Польши временем рас- ста светской, гуманистической культуры t00'"e1CTB,»«a архитектура Возрож- 2„вя' первые образцы которой в Польше ыли созданы в самом начале этого столе- тия итальянскими архитекторами. Но широ- кое распространение в постройках магнатов, шляхты и горожан его формы получили в сочетании с теми приемами польской позд- ней готики, в которых уже отразилось за- рождавшееся в XV в. новое мировоззрение, общественные отношения, бытовой уклад. Таким приемом была зальная компози- ция костелов с равномерным освещением. 5 венчивающие костелы аттики сближали их архитектуру со светской. Сюда же относится и контраст между гладкими стенами зда- ний и их узорчатыми аттиками, и окружен- ные аркадами дворы (известные польской архитектуре уже в XV в.), н непринужден- : ное и живописное размещение проемов на -‘ фасадах жилых домов. Все это в сочетании а с итальянскими или североевропейскими (в Поморье) по своему происхождению де- талями создало своеобразную архитектуру польского Возрождения, оказавшую силь- ное влияние на позднейшие польские по- стройки и сходную в некоторых частностях (аттики и сграффито на фасадах) с архи- тектурой того же времени в других зала днославянских странах. Ясная, живописная и радостная архи- тектура польского Возрождения была ар- хитектурой передовых, прогрессивно на- строенных общественных слоев, а феодаль- ная реакция конца столетия и связанная с ней контрреформация выразились в фор- мах появляющейся в Польше в это время архитектуры барокко. " 1 '|Ч |533 гг. Б S “u I «а 1 й Вазон (1667 г.) по'ми И,' °61ЦИЙ “"Я г ка- 1 Пултуск. Церковь, 156(1 г тер“р; “"“’У пи,к.,в Церковь. пар«строеТвГ«р^еСХ^ ! , ,а (1598- 1600 гг.), но ияп и ' , ( цилиндрический свод с люи»«“ °И •И...дурным декором в виде поясовX И ....'метрических узоров Ясов люнет Замосцьский коллегиальный храм был Р. хпефиыы. базиликальным. Церковь в нимеже над Вислой (1586-1613 гг 1 ошовефная, с алтарной апсидой, получила > кои же свод, как замосцьский коллегиаль. ,ш храм. Так в конце XVI в. возник в Казимеже тип церкви, повторяющийся поз Ае и церквах, связанных со средними слоя- ми населения, видевшими в формах Воз- рождения выражение идей гуманизма Цо одновременно для новых больших церквей применяли уже формы барокко, вы- ражающие идеи контрреформации, во главе которой стояли иезуиты, поддерживаемые как королем, так и большинством магнатов и шляхты. Иезуиты строят храмы по об- разцу церкви Иль Джезу в Риме. Уже в 1582 г. начата постройка такого храма в Несвиже, в 1588 г. в Калише, а в 1597 г.— церкви Св. Петра в Кракове. Таким образом, в XVI век, век польского Возрождения, втор- глось искусство барокко, в то время как еще возводились произведения поздней готики. Деревянные церкви XVI в. не получили ничего нового по сравнению с более ран- ними в силу соответствия их архитектуры как иеизменившемуся назначению здания, так и строительному материалу и технике. Лишь в конце XVI в. появляются формы Возрождения в резьбе столбов, в порталах, а на рубеже XVI и XVII вв. - ложные дере-
АРХИТЕКТУРА СКАНДИНАВСКИХ СТРАН I. АРХИТЕКТУРА ДАНИИ Архитектура эпохи Возрождения в скан- динавских странах представлена рядом по- строек XVI и начала XVII в. в Дании и Швеции. На территории нынешней Норве- гии нет сколько-нибудь значительных па- мятников этого периода. Дания как национальное государство сложилась в XVI в. Первый представитель абсолютизма король Христиан II (1513 — 1523 гг.) начал борьбу с дворянством. Объ- явив себя защитником крестьян, король ог- раничил крепостное право, но встретил оже- сточенное сопротивление, был низложен и бежал. Отзвуки крестьянской войны, разгоревшейся в 1525 г. в Германии, дошли до Скандинавки: в Дании начинается так на- зываемая Графская война — бюргерско- крестьянское восстание против дворян, подавленное с большим трудом. В правление Христиана III (1534—1559 гг.) снова укре- пилась власть дворян, использовавших в своих интересах победившую в стране Ре- формацию. Земли, принадлежавшие духовенству и монастырям, перешли к помещикам и ча- стично к королю. После распада в 1523 г. Кальмарской унии трех скандинавских государств, за- ключенной еще в 13971.. Швеция отделилась от Дании окончательно; Норвегия до 1814 г. оставалась датской провинцией. Господство Данин на Балтике было обеспечено захва- том островов Эзеля (Саарема) и Борнхоль- ма, а безопасность с востока - договором 1562 г с Московским государством. При Христиане IV (1588-1648 гг.) Дания заня- ла одно из первых мест среди государств Западной Европы. Золотым дном для Дании были «зунд- ские» пошлины, которыми облагался каж- дый корабль, проходивший через пролив Зунд мимо Данин, владевшей в то время обоими берегами. Однако уже в первой чет- верти XVII в. в стране начался упадок. Высокий подъем в XVI и первой поло- вине XVII в. в области политики и эконо- мики не сразу вызвал изменения в области монументального строительства. До XVI в. монументальными сооружени- ями, определявшими развитие датской архитектуры, были соборы и храмы господ- ствующей католической церкви. Копенга- генский замок был единственной резиден- цией датских королей, во время поездок по стране останавливавшихся обычно в скром- ных дворянских поместьях. Жилые и хозяйственные здания в усадь- бах были по преимуществу деревянными или фахверковыми (и потому лишь немно- гие из них сохранились). Более редкими были кирпичные сооружения, как и церкви, близкие по формам к готике, со ступенча- тыми щипцами высоких крутых крыш, с симметрично расположенными на стенах узкими стрельчатыми окнами. Готика про- должала господствовать в датской архитек- туре до второй четверти XVI в. На развитие крепостной архитектуры, как и повсюду, повлияло развитие артилле- рии. Около 1530 г. для защиты крепости Сеннерборг (рис. I) были устроены новые укрепления: длинный вал с двумя круглыми башнями (ронделями) по концам. Рондели появились затем и в других крепостях Да- нии. Так, в крепости Ландскруна (с 1549 г..
недостроена) широким валом соединены уже четыре угловые рондели (рис. 1,3). Крепостная архитектура оказала воз- действие и на гражданское зодчество. После Графской войны дворяне уже не чувствовали себя в безопасности в своих поместьях, и вновь строящимся замкам- усадьбам круглые и многоугольные оборон- ные башни придают крепостной характер. Лишь к концу века башни теряют оборон- ное значение и становятся только художе- ственным элементом архитектурной ком- позиции (сохраняя часто характерные для готического средневековья винтовые вну- тренние лестницы). В то же время планы усадебных сооружений теряют прежнюю замкнутость. В новых королевских замках можно про- следить ту же эволюцию от замкнутой кре- 20 ВИА. том v пости к открытому дворцу: от Кронборга, имевшего и военное значение как крепость, через монументальный н пышный замок Фредериксберг к летней резиденции—Ро- сенборгу. Наиболее интенсивным строительство было при Христиане IV. Строил король, пользуясь доходами от зундских пошлин, строились дворяне, не платившие государ- ству ни пошлины, ни налогов. Государствен- ное и частное строительство велось в Ко- пенгагене: среди деревянных и фахверковых домов нерегулярного по планировке города воздвигались новые кирпичные жилые дома и общественные сооружения, самым видным из которых была Торговая биржа (выстро- енная. что было редким случаем, на сред- ства короля, покровительствовавшего куп- цам и владельцам мануфактур). в»
1. Развитие укрепленных замков i — Сеннерборг; 2— Нюборг;; Ландскруна; 4 — Для церковного строительства тот же период был переходным. Реформатская цер- ковь, вытеснившая католицизм, использо- вала существовавшие церковные здания и в то же время искала новые формы (глав- ным образом в планах), соответствущие новому богослужению. От сельского строительства того времени ничего не сохранилось. Можно лишь предпо- ложить, что деревянные жилые и хозяй- ственные постройки крестьянства повторяли старые традиционные формы и в то же вре- мя были образцом для последующего стро- ительства. Имена архитекторов в документах XVI и начала XVII в. указывались редко. Впер- вой половине XVI в. при проектировании и производстве работ обходились, по-види- мому, местными силами. Для более кругь ного и сложного строительства королев- ских резиденций приходилось выписывать из-за границы как отсутствовавшие в Да. нии материалы (мрамор, медь и т. п.), так и каменных дел мастеров, а также произво- дителей работ, руководивших строитель- ством или же только наблюдавших за ним Профессиональным архитектором в этот пе- риод можно назвать, пожалуй, только Ганса Стенвинкеля Младшего, прошедшего школу при строительстве Фредериксборга и став- шего позднее «Главным архитектором и строителем его королевского величества». Приезжие из Нидерландов и Северной Германии мастера знакомили Данию с новым архитектурным стилем, вытеснившим в большинстве западноевропейских стран средневековую готику. Знакомство это рас- ширяли и заказчики, ездившие за границу и привозившие оттуда (из Италии, Франции и других стран) архитектурные трактаты. Как и в безордерных сооружениях Се- верной Германии и Голландии, особое вни- мание в Дании привлекает щипец постройки, образованный скатами высокой крутой крыши. Обычная для готики ступенчатая форма щипца усложняется и украшается. Прямые очертания заменяются кривыми, плоскость щипца покрывается богатым и разнообразным орнаментом. Над длинными стенами зданий сооружаются скрадываю- щие их монотонность декоративные фрон- Стены зданий никогда не расчленяются ордером и о понимании законов ордерной системы можно судить по колоннам въезд- ных ворот и по обрамлению порталов па- радных входов (иногда также окон и эрке- ров). Воспринимая и перерабатывая новые идеи, архитектура датского Ренессанса со- хранила в своих зрелых памятниках ярко выраженную индивидуальность и нацио- нальную самобытность. Обзор развития плана усадебного дома XVI в. следует начать с замка Рюгорд, заложенного на острове небольшого озера около 1525 г. (рис. 2,/). Дом строился проч- но: из кирпича, в два с половиной этажа, с гранитным фундаментом на сваях. К глав- ному, самому высокому корпусу позже был пристроен спереди второй с выступающим въездом, еще один с южной стороны и,
наконец, два ВЖЖё= EsT“-".=H=3tsS нами. Так выглядитсохпяиСТеИах и с ками- Облик которого еЩеХНоИкВШ^ХТ?оа: вь1Ст^ин^яКОтакОжНеТРнСаТИоРс^товс Р10гоРДом ^5^^Грг^е^)ОРзЛдесь(°ск°- 15зГЬгбЛ ство с новым крепоет^ыма«пЛ°СЬ знаком' К двум углам прямоугольно?п™ЬСТВОМ здания (как и в Рюгорде в н ° ° Высо,(ог° винои этажа) примыкав Нем Д8а с поло- гранные башни, в середин . еТ В°СЬМИ‘ роны - четырехугольная с вит ,другои СТ0‘ внутри въезднаяУ башня, перед котоп^НИВДЙ ше находился мост. Бойницы и ТраНЬ’ опоясывают стены пол яыЛ? “ машикУли вей частью постройки Над в^ Т’ устроен «нос», с которого можно было бЫЛ на осаждающих горячую смаду Стоп ТЬ усадьбы был знаком но^оГитал^кой архитектурой. Напоминают заверю ния некоторых венецианских ренессансных по строек (например, скуолы Сан Марко) трой- *„ТЫе Наверху' Расчлененные пиля- страми и полуколоннами шипцы Хессела- гергорда; стали больше двойные окна близкие по формам к оконным проемам флорентийских палаццо или венецианского палаццо Вендрамин-Калерджи. Внутреннее расположение помещений осталось в общем таким же, как в Рюгорде, сохранились и здесь стенные росписи со сценами из сель- ской жизни и с батальными сценами. Дальнейшее развитие того же типа со- оружений—уса дьба Борребю (1556г, рис. 2,3) с ее четырьмя четырехгранными башнями. Почти одновременно (с 1554 г.) фельдмаршал Франц Брокенхуб строил на озере на сваях усадьбу Эгесков(рис.2,4) В основу был взят ставший в середине века традиционным тип укрепленной усадьбы с двумя угловыми башнями (здесь башни- рондели). Своеобразие этой постройки в том, что она состоит из двух зданий с одной общей длинной стеной. Оказавшиеся таким 20* поРЛоОомаДИ6Нл В03Ле другого щипцы,разные готики Н;^ИЗКИ кп стУпенчатым щипцам готики. Но влияние Ренессанса здесь неме- вилкмИпЛЬН°’ Чем в Хесселагергорде: на пра- расчлененн“к стенах симметрично расположены большие прямоугольные окна Усадьбы второй половины XVI в окон- чательно теряют свое оборонное значение Ьоиницы и машикулн превращаются в де- коративные фризы и пояса, угловые башни становятся открытыми павильонами: над- вратные башни отмечают лишь главный вход (сохраняя иногда витые лестницы вну- три). Французское влияние ощущается в через них главной осью, и в общей тяге к регулярности и симметрии. Характерным примером может служить усадьба Люструп (строившаяся с 1579г.) с резко выраженной главной осью, с превратив- шимися в боковые павильоны-флигеля угло- выми башнями, с завершенной шпилем башней над входом. К тому же архитектур- ному типу принадлежат усадьбы Ульструп и Нерлунд. Сложнее по плану, более близкий к замку, чем к усадьбе, Росенхольм. строившийся с 60-х годов XVI в. до на- чала XVII в. Перед старым трехбашенным корпусом был выстроен второй корпус но- вого типа с въездной башней и боковыми павильонами французского типа. Позднее
3. Ураниенборг. Обсерватория на острове Вен. Проект Тихо де Браге (после 1580 г.) обе части были соединены боковыми корпусами, еще позднее была возведена башня внутри двора. В заключение следует упомянуть о единственном в своем роде сооружении: 4 Кронборг. Королевский замок на берегу Зундского пролива. 1574—1585 гг. несохранившемся замке с обсерваторией выстроенном на острове Вен астрономом Тихо де Браге и названном Ураниен бор г (рис. 3). Судя по описаниям и ри. сункам, формы его были причудливы, об- разном же для плана послужила вичен- тинская вилла Ротонда Палладио. На берегу Зундского пролива, там, где пролив очень узок, севернее города Хель сингера (Эльсинора), неизбежно вызыва- ющего ассоциации с шекспировским Гам- летом, с давних времен стояла кирпичная крепость Кроген. В середине XVI в. крепость снесли и на ее месте построили заго- родную королевскую резиденцию, которая, оставаясь крепостью, должна была стать в то же время первым большим замком дворцового типа, не уступающим замкам Франции и других европейских стран. Строительство началось в 1574 г. под руководством Ганса Паске, по-видимому, немца. В 1581 г. заключенного в тюрьму по обвинению в злоупотреблениях Паске сме- нил Антониус Опберген из Нидерландов. Принимал участие в строительстве и некий итальянец Петр (роль каждого из них определить трудно). Церковь замка, полу- чившего название Кронборг (коронный замок), была освящена в 1582 г., строи- тельство в целом было закончено в 1585 г. (рис. 4). Наряду с кирпичом, из которого стро- ились дворянские поместья, а позднее и королевские замки, в Кронборге был при- менен привозный камень из Голландии, Норвегии и с острова Готланда. Кронборг стал первой монументальной резиденцией датских королей и единствен- ным датским замком, облицованным те- саным камнем. Он получил форму почти правильного прямоугольника с башнями по четырем углам (рис. 5). Кроме того, со двора к середине южной стены замка при- мыкала самая высокая пятая башня. От- лична от других юго-западная угловая башня — четырехугольная в плане, низкая и широкая, с верхней площадкой для пу- шек. Главный вход на северной стороне отмечен воротами с порталом, фланкиро- ванным колоннами и богато украшенным резьбой по камню (первоначально ворота стояли отдельно перед рвом, через который был перекинут мост, позднее к ним были пристроены крепостные казематы). Замок был окружен с трех сторон валами и рва- ми с угловыми бастионами. Четвертая сто-
»п
композиции всего сооружения свидетель- ствуют о том, что строители замка были хорошо знакомы с распространяющимся из Италии по всей Европе новым архитек- турным стилем. Однако, заимствуя формы и детали из Северной Германии и Нидер- ландов, строители Кронборга применили их по-своему. В последние годы XVI в. Христиан IV заново перестраивает старый замок Фре- дериксборг, выстроенный еще Фредери- ком II к северу от города Хиллеред. От старых зданий сохранились две круглые башни с датой 1562 г. и «Баня» в парке (архитектор Флорис, 1580 г.)—двухэтаж- ное здание с готическим ступенчатым щип- цом, восьмиугольной лестничной башней и богатым порталом. Новые постройки воз- водились на трех расположенных друг за другом островках озера и были закончены в основном в течение первого десятилетия XVII в., но строительство было вполне за- кончено лишь в 1625 г. (рис. 6). 6. Фредериксберг. Замок. Общий вид и ворота башни
Автора всей труднительно, изве™ П03иции 111,4 в «ее вносили? ° л«Шь, ч?о „ за’ ' ,,|ан°“ IV и что н 1амим кориеИм3мхе"е- дорожка ведет /модику"» Узкая "Рима? (он так И называется S t ИДе бУквы S няюшему первый остров со °"ИК)' С0'Ди- На втором остров^ торым- замка. Вход в него веди ~ 8ТОрой Двор нументальной башни, соедиТ? В-°рота "°- стенами с Двухэтажными понизкими тянувшимися вдоль О "СТройками,про. слева. В них помещалась^ справа " обслуживающий персоналНЦелярия. жил лись послы И гости. ’ останавлива- В центре второго остоовка гранитный фонтан со cSnV "°ложен рой Нептуна. Дорожка УРН0Й ФИГУ- перекинутому на ₽третий П???ДИТ к мосту' сим 11етричныйЛерРенеСсбс°аясный манТамков Франции и других европейских стран Вы строенный из кирпича и белого"есчаннка замок имеет форму правильного прямо угольника с башнями по углам. Но башни - разной высоты и формы. Передние - низкие и толстые с шлемовидными завер- шениями, задние-высокие, стройные со сквозными шпилями. Это не замкнутая крепость, к которой еще близок Кронборг. Южная сторона прямоугольника — низкая одноярусная галерея-аркада на колоннах со статуями в нишах, завершенная сквоз- ной балюстрадой. В центре аркады портал с богато украшенным причудливым завер- шением, к которому подходит мост, связы- вающий второй островок с третьим. Перво- начально скромная передняя стена замка не удовлетворила короля и была заменена пышной галереей-аркадой, выполненной по проекту Ганса Стенвннкеля Младшего (контракт 1619 г.). Мало того, вдоль фа- сада королевского корпуса была сооружена вторая галерея, отвечающая первой, на которую в торжественные дни выходил король со свитой под звуки оркестра. Симметрия всей композиции с тремя островками, нанизанными на главную ось, нарушена ющим ансамбль бг°М S'MOC™xa. сбива "оложень, “тоХ ^Симмвтрнчно р’а ' одинаковыми эр°° °а„К°рпусов замка в северо-западномК „ выс«ой башней вен так называемой г°РЭ' План у'лож- «ДУШей из покоев копня е₽еей Совета. ты«и над водой аркамЕТ "аД пвРе1(ину- «ом замке АзСле пи(„К\К во *РандУз- зала Совета В vxn><i, Ридо’ к зданию талом здание можно богатым пор- острова через *так назы»ПаСТЬ v “ ВТ0Р0Г0 ворота. ведущие йваевые Карусельные ньзе Развлекались изХблТн; ™ придвор- вРемени_ конной «руселью^ ИГ₽°Й Т°Г° го. выхоХго3нСаМозХаЛИШЬ СеВ'рН°- Двумя легкими =>пЛ^Р° * сада замка с и угловыми башням»i₽ МеЖДу средней ный фаКсад замкае3аПНО' раскрывался гдав- ствием, от былой роскоши интерьеров Фре- кымИКСммРГа' ставшего ™ерь Националь- ным музеем, не осталось почти ничего Сохранились только церковь и фрагменты других помещений. Некоторые из них вос- становлены (оба рыцарских зала, «Летняя комната» короля и «Зимняя комната» ко- ролевы). Преднамеренная асимметричность ком- позиции, полихромия кирпича и песчаника, обогащавшаяся раньше обильной позоло- той (внутри преобладали серебро и чер- ное дерево), причудливые очертания башен, эркеров и щипцов —все это придает осо- бую живописность и самобытность самому выдающемуся памятнику датской архитек- туры, в котором с наибольшей полнотой воплотился стиль датского Ренессанса (именуемый иногда стилем Христиана IV). Выстроив эту большую загородную ре- зиденцию, Христиан IV задумал возвести небольшой летний дворец и в Копенгагене. На приобретенном для этой цели за город- ским валом участке в 1610—1625 гг. был выстроен дворец Росенборг (замок aw
7. Росенборг. Замок. Боковой фасад н планы Роз), окруженный укреплениями, валами и рвами с подъемными мостами (рис. 7). Но если Кронборг долгое время сохра- нял свое значение как крепость, если черты оборонной архитектуры были неотъемлемы от замка Фредернксборг, в Росенборге, более близком к дворцовому парковому павильону, они были только декоративными. 620 Это частично сохранившиеся рвы и въезд ные ворота (1610 г.). Дворец расположен в разбитом позднее большом регулярном парке. План Росенборга прост. К основному прямоугольнику примыкают три четырех- гранные башни со стройными ажурными шпилями: самая высокая — в середине садового фасада, две — по углам северного садового фасада, по обе стороны четвертой самой низкой, лестничной башни с шлемо- видным завершением, к которой подводят справа и слева ступени наружных лестниц (башня служит главным входом). На тор- цовых фасадах с щипцами сложных очер- таний на верхних этажах выступают два эркера (в конце XVII в. спущенные до цо- коля). В сводчатых подвалах были когда-то винные погреба, первый этаж за- нимали апартаменты короля и королевы, второй — комнаты принцев и принцесс’ Весь верхний этаж был занят Рыцарским залом. В первоначальном виде сохрани- лись лишь приемный зал, спальня и рабо- чий кабинет короля. Росенборг построен из кирпича и белого камня с шиферной кровлей, замененной позднее металлической со шпилями из меди и свинца. В отношении материала, конструкции и архитектурных форм образ- цом для него послужил, несомненно, Фре- дериксберг, но план Росенборга — тради- ционный план датских усадеб. Жилых домов XVI—XVII вв. в Копен- гагене сохранилось немного. И в столице, и в провинции это были кирпичные или фахверковые постройки. Как и в средние века, дома были обращены к улице тор- цами с крутыми гладкими или ступенча- тыми крышами (рис. 8). Верхнюю часть дома занимала семья владельца, нижняя предназначалась для торговых помещений и складов (рис. 9,1). Иногда она сдавалась внаем. В 1647—1651 гг. в столице был вы- строен многоквартирный доходный дом, получивший название Шесть сестер по шести входным дверям (разрушен в 1900 г.). На дома богатых горожан явно воз- действует новый архитектурный стиль, сложившийся в Фредериксборге и в Ро- сенборге. Таков в Копенгагене дом бур- гомистра Матиаса Хансена с дву- мя богато убранными декоративными фронтонами, дом Иенса Бангса в Оль- борге и др.
10. Планы церквей времени Христиана IV. Слева вверху—в Кристианстаде; внизу — св. Петра; спра- Во-вторых, примерами нового стиля мо- гут служить ордерные порталы той же церкви св. Духа и других церквей,еще скромные фасады Хольменскирке в Копенгагене и нарядно убранный фасад капеллы Христиана IV в городе Роскилле и, наконец, богатый интерьер церкви зам- ка Фредериксборг. В-третьих, начинаются поиски новых плановых решений для зданий, заново строящихся для нужд нового вероиспове- дания (рис. 10). Таковы планы Хольмен- скирке в виде равностороннего креста, кре- стообразный план церкви св. Петра, неосу- ществленная ротонда церкви св. Анны усложненный план церкви в городе Кри- стианстаде в провинции Сконе (перешед- ший позднее к Швеции). Особо следует упомянуть об одной из достопримечательностей датской столицы так называемой Круглой башне, при- строенной в 1637 г. к университетской цер- квн Троицы для астрономических наблю- дений. Архитектурный облик этого здания с двойными окнами флорентийского типа, расположенными друг над другом между протянутыми сверху донизу узкими лопат- ками, членящими башню, с крупными консолями под балюстрадой верхней пло- щади, далек от культовых сооружений. Внутри — винтовой пандус. Христиан IV не только обстраивал Ко- пенгаген, который, по его замыслу, не должен был уступать самым крупным гол- ландским городам, но и закладывал новые города по новым градостроительным про- ектам. В 1616 г. был заложен Глюксборг, образцом для которого послужил итальян- ский город Пальма Нуова. По аналогич- ному звездообразному плану был составлен первый проект города Кристиансхауна (рис. 11, 2). От них отличается своим пла- ном упоминавшийся Кристианстад (рис. 11, /). В 1629 г. был составлен ради- ально-кольцевой план реконструкции Копен- гагена, оставшийся неосуществленным. От новых городов сохранилось мало. О строительстве Христиана IV в столице главное представление дают гравюры того времени. 12. Копенгаген. Старая ратуша, конец XVI в.
Копенгаген. Бипж» Боковой фасад Неподалеку от старого королевского замка был вырыт прямоугольный бассейн, вмещающий корабли любых размеров. В 1598—1611 гг. он был обстроен с четырех сторон (был оставлен лишь вход для су- дов) приземистыми мощными постройками, где помещались арсенал, цейхгауз и про- виантские склады. В другом районе города было сооружено адмиралтейство; между площадями Старого и Нового рынков была построена ратуша (сгоревшая в XVIII в.) (рис. 12). Строились и жилые дома: дом для рабочих-кораблестроителей и поселок Нюбодер для матросов и их семей, состо- явший из регулярных рядов одинаковых одноэтажных домиков. Испытание временем выдержало граж- данское сооружение, которое стало гордо- стью датской архитектуры и не уступает по монументальности Кронборгу и Фреде- риксборгу — копенгагенская Торговая биржа, строившаяся с 1619 г. (рис. 13, 14) Близ гавани были проведены боль- шие работы по выемке грунта и забивке свай. Строительная площадка находилась между каналами, суда могли подходить к новой бирже с двух сторон (южный канал теперь засыпан). Здание, подведенное под крышу в 1623 г., выглядело первоначально скромно — не было ни шпиля, ни декора- тивных фронтонов на выходивших на ка- налы фасадах. Король приказал расширить и украсить постройку. Работы производи- лись местными мастерами и рабочими под руководством Ганса Стенвинкеля, «глав- ного архитектора и строителя его королев- ского величества» и его брата Лоренца. Братьев Стенвинкель можно считать авто- рами сооружения. В первоначальном состоянии биржа вполне соответствовала своему назначению. В первом этаже находились товарные склады, во втором этаже по всей длине здания между торговыми помещениями с прилавками проходили два коридора, по концам которых были расположены залы для заключения сделок. Внизу торговали оптом, наверху —в розницу. Чтобы привлечь внимание к новому со- оружению, были использованы все воз- можности нового стиля. При прежнем со- четании красного кирпича с белым камнем возможно больше украсили торцы с при- чудливыми щипцами и порталами входов. Восемь одинаковых фронтонов с более вы- соким девятым, акцентирующим середину постройки, скрашивают монотонность длин- ных фасадов. Впервые появляются в каче- стве завершения вертикальных членений скульптурные человеческие фигуры, напо- минающие гермы. Возвышающийся над зданием знаменитый шпиль, как бы спле-
тенный из хвостов четып», гопримечательносХ₽к д₽ак°нов, стал Датские королевские ^ Пенгаге"а. Л мятниками той эпохикогЛ пН°Сталясьпа- 1'ОВОИ державой. КопенГаД?аНия была ми- 'оследний выдающая еВСКая биржа- ского . Ренессанса - символ МЯТЯНК Дат- пившейся молодой да™*Мо укре. жеДвшихаРпСризнаУвать 'вл^’да ВеДОВ’ не ролей. Недовольство вылилпги Ких ко’ во плавленное представителе,. восстание, рянского рода Густавом В», .CTaP°r°«Bo- унин была расторгнута,"и Г' S-SCT Каролей. 6Ь!лГЬ”крептеТтеНеш новы"J власти и обеспечение господства на “ал тике. Введенная в стране Реформация по' могла осуществлению первой щли секу' ляризация собственности духовенства обо’ гатила казну, церковные земли перешли к государству и частично к дворянам что привлекло их на сторону короля Для до- стижения второй цели строился флот, за- ключались торговые договоры с европей- скими государствами, велись войны с Да- нией и Московским государством. Политику Густава I успешно продол- жали его сыновья Эрик XIV, Иоганн III и Карл IX, правившие Швецией до начала XVII в. Окончательному достижению обеих целей препятствовали, однако, общая от- сталость страны, постоянные войны и вну- тренние раздоры —сыновья Густава I оже- сточенно враждовали между собой. Только к середине XVII в. Швеция, расширив свои границы, стала мировой державой. За девять десятилетий, протекших с провозглашения Густава Вазы шведским королем до конца правления его третьего сына Карла IX (1604—1611 гг.), в Швеции было выстроено немного. Тем не менее за этот период в архитектуре сложился свое- образный национальный стиль,получивший название <Ваза-ренессанс». В большей степени, чем архитектурный облик построенных и перестроенных зам- ков, основателя династии интересовало их соответствие требованиям военной науки— король опасался и крестьян, и связанно сверСг“вХеХ7геХВг°аМ ЧаСТИ ДВ0Ря"ства. «вшие один%Л?оУГас "Р'"0-1’ изаклю- "Роили немного- пп рьму его сыновья чивались и от» П₽и них только закаи- сооРУЖения т°тделываднсь начатые ранее в Швецию" но’вый o"nX0HV,S ' «^ Европы Германию, Данию н₽чмм п'ТИЛЬ ~ че₽ез Иоганна ШбыЛ ркЯ*₽а ПоДьшУ (женой нх Сигизмунд стал кооп?ИНп?Гелло' а сын ин). Больше строили л» еЦИИ" И^- Рившие свои вламиХ. °₽Яне> Рами- новой культчоы к в°сиринявшие идеи is. новые (Гетеборг основан в 1619 г) ГоипХп 3аМК,0М Густава Взз“ был Рипсхольм (рис. 1. 2). В шведской
Замок Грипсхольм; 2 — замок Вадстена, 1545—1563 гг.
хронике времен V» находится и " “а том остров"Рг ЯВал стали четыре кочг'Л' Осн<>вой ко’мп^ °" метра, расположенные6пШ11И Р^о^ди’ самая мощная восточц° Странам света- именуется Театральней ЧЯая (теперь м’ нее в XVIII В. залу для "° “строенному в давлений), меньшая“о Латральнвд пред низкая северная (так и«?ММру и б°лее башня), самая высокая ,аемая Ваза оашня) с флюгером в виде "!5,Иая (Гриф- и наименьшая по диаметот₽«фа на ш™ле ная башня. мет₽У южная Тюрем- одной стор1ныТ₽иЛЬГрифбаВаза‘башней с башней с другой стороны И Ваза' жилые корпуса с фасадами выг„ ЗВВДень’ углом наружу; от ТюоемнЛ « УПающими лись к Театральной и Гриф башТ" ТЯЯу- гладкие стены. Так обояяппЛ Не прямые шестиугольный вну^р^ Внешний двор образовали строен™ поТ' дующих веков и сохранившая* от епТ них веков самая старая часть комплекса «Королевская кухня». индекса — Строительство начал Генрих фон Целлен из Померании. Оно продолжалось и позд нее в течение нескольких веков (вплоть до реставрации конца XIX в.). При сыно вьях Густава Вазы крепость приняла вид ренессансного замка. Жилыми помещени- ями был обстроен весь внутренний двор все роскошнее становились покои с рос- писью стен и сводов, с резными деревян- ными панелями и потолками. Из сохрани- вшегося от XVI в. наиболее характерна комната герцога в Тюремной башне (рис. 3). Неправильной формы сводчатое помещение отделано в новом стиле со всей роскошью, на какую были способны мест- ные и зарубежные мастера: роспись сводов носит ярко выраженный шведский харак- тер, примененные здесь арки на пилястрах и другие части ордера можно найти на гра- вюрах, иллюстрирующих архитектурные трактаты Серлио и Дюсерсо. Снаружи кре- постную суровость смягчили опоясывавший башни глухой архитектурный фриз и раз- нообразные завершения башен. Второй загородной резиденцией короля Густава стал замок В а дет ен а, начатый в 1545 г. (рис. 2. 3). Он был также задуман как крепость. Расположенный на самом берегу озера прямоугольный жилой корпус 3. Замок Вадстена. Вид с северо-запада. Замок Грипсхольм. Комната герцога Карла с башней над средней частью, где находит- ся церковь, с обоих концов защищен тол- стыми приземистыми башнями-бастионами, перед которыми расположены еще две та- кие же башни (между башнями находились валы, в XIX в. замененные низкими сте- нами, окруженные наполненными водой рвами). Фортификационными работами ру-
ководил приезжий военный инженер Бул- герин, родом так же, как и Целлен, из Померании, но архитектура замка, имею- щая еще более, чем в Грипсхольме, ярко выраженный национальный характер, при- надлежит, несомненно, местным мастерам. Более строги, чем в Грипсхольме, интерь- еры, где каменные выбеленные стены и деревянные балки потолка сдержанно укра- шены орнаментальной росписью. Гордостью шведской архитектуры стал обращенный к воде северный фасад замка с квадратной башней заподлицо с средней его частью и с более низкими круглыми башнями по бо- кам. Суровое величие этого сооружения подчеркнуто фактурой кладки. Ренессанс вносит новые черты применением дори- 6. Гостиная усадебного дома XVI в. 62Ь
порталы и Фонтан во вР тН„ВДНСЬи,'твРьеры "° сохранившимся изобпе"Нем ДВ0Ре-Су- "‘Т 'Ы нового стиля прИ0Рб *еНИЯМ- "«огне 1 9 т ° к г о л ь М с К Ий средкевеко- ....... в XVII—XVIII вваи0К- перестР°- еппхея построек следует «пЛ «есохРани- перестроенный з а м о к с □ ,януть также 111М двором диаметром 27 ?ТШё с круг" двумя ярусами аркад - СВИ.Л' окРУ*енным пеишего проникновения в Ш»°°даль’ архитектурного стиля (рис £>цию новог° сооружения8"11 дворянскихЬШпМ Количестве !'' 'вития архитектуры Ш^ИиТТЬЯХ для шее значение, чем ее „ веции имеют мень- принадлежавшей в XV°Pb nT® замкиВ нии Сконе строительство иевдтало пя°ВИН влияние. Как и в Дании Ж датское кирпичные дворянские замки можнГп™® делить на два типа-замии«тм”М0ЖН0 раз‘ . | е - почти квадратные в плане с двумя башнями, расположенными по диагонали Характерные признаки Турупа выстроен- ного в 1545-1546 гг,-ступенчатые фрон- тоны датского типа и одна из башен- круглая внизу и восьмигранная в верхней части, а также ренессансная аркада с одной стороны внутреннего двора. В Виттскевле, на стенах которого сохранились даты стро- ительства (1553 и 1577 гг.), одна башня сохранила средневековые зубцы, другая завершена многоярусным шпилем, харак- терным для начала XVII в. Ко второму, бо- лее позднему типу относится Свенстроп с нарядными завершениями квадратной лестничной башни в середине длинной сте- 1599 >г Завершающим "роеиный в >596- сендаЛь. начаты" в Ж является р ° ’ изящная из построек m 5 Г 5та сама" несмотря на башню гп Ведских Дворян. Умов двора, скорее »™'И“ В одном из Укрепленный замок. ирная Усадьба, чем 'них УсаУдебныхСдоХмо^8евЦсегаДЛЯ ДВОряя’ характерен прямоотплкйЛ да каменнь1х, Рому примыкают^ ™ К0₽Пус’ к кот°- башни: в₽середине dJ?»n чстыРехУгольные новы усадьб Э к* н ДсЭ „ "° углам- Та гравюрам СтупраЛ известная по штабам и плпрР Ф°РС- меньшие по мае- лику чем копил простые по виеш«емУ об- интерьеры с S'"® 3аМК«' Беднее и «х деревянными ““ каменными стенами и (рис. 6). ИЛН каменными полами ман^®"Ные масте₽а- У*е знакомые с фор- ко двепиССИЧеСК0Г° °РДе₽а' Украсили толь- ко двери и очаги порталами с треуголь- ными или более сложными по очертаниям Фронтонами на колоннах. ₽ Архитектура Швеции приобретает обще- европейское значение в XVII в., когда цен- трализованное шведское государство не уступает могуществом и авторитетом ни одному из других государств Европы В этот блестящий век шведской истории по- явились и архитекторы-профессионалы. Тем не менее большую роль в общем развитии архитектуры сыграло исключи- тельно самобытное, непосредственное и свежее зодчество XVI в., среди памятников которого наибольшее значение имеет замок Вадстена, служивший образцом для многих более поздних построек вплоть до XX в. Его северный фасад с акцентированных! центром и боковыми башнями стал прооб- разом архитектурного типа, усложнивше- гося позднее и развившегося, главным об- разом в загородных резиденциях, в вытяну- тое по горизонтали здание с более высокой средней частью и также более высокими нарядными боковыми павильонами. 21 ВИА. том V
ЗАКЛЮЧЕНИЕ К концу рассматриваемого периода Италия уступила ведущее место в эконо- мическом и социально-политическом раз- витии крупнейшим из образовавшихся в Европе национальных государств— Испа- нии. Франции, Великобритании. Ее разоб- щенные мелкие государства практически утратили свою независимость. Но, как это бывало и раньше в истории, победители немало заимствовали у побеж- денных, и влияние итальянской культуры, особенно ее искусства и архитектуры, быстро распространяется по Европе. Уже в период итальянских войн в на- чале XVI в. представители французского, испанского и немецкого дворянства имели возможность оценить высокую культуру быта господствующих слоев итальянского общества, и эти первые контакты способ- ствовали распространению итальянских влияний. Сперва имело место заимствова- ние отдельных архитектурных форм и ком- позиционных приемов, лишь вкрапливав- шихся в готическое по общему характеру зодчество Испании и Франции. Но вскоре эти заимствования уступили место более широкому и органическому процессу сло- жения архитектуры нового времени. Архитектурными заказчиками в эту эпоху европейской истории преимущест- венно являются, с одной стороны, государ- ственная власть в лице абсолютного мо- нарха и феодальной знати, с другой —за- рождающаяся буржуазия. Они оказывали возрастающее влияние и на церковное стро- ительство. И эти заказчики, начиная с королевского двора, определявшего образ жизни и вкусы общественной верхушки, и кончая ранней буржуазией, отстаивавшей право на свободу личности и прогрессивное светское мировоззрение, нашли в италь- янском зодчестве эпохи Возрождения как раз то, что им требовалось как в функци- ональном, так и в идейном и эстетическом отношении. Но разработанные в итальян- ском зодчестве композиционные приемы и типы, а также гибкая система архитек- турно-выразительных средств, базировав- шаяся на античной ордерной системе, пере- рабатывались в каждой стране для реше- ния возникавших новых архитектурных задач в соответствии с исконными тради- циями народного зодчества, местными строительными материалами и строитель- ными навыками. Так, в зависимости от особенностей на- циональной культуры и от степени влияния буржуазного мировоззрения на идеологию господствующих классов новый стиль ар- хитектуры получал в каждой стране свой особый национальный характер, постепенно охватывая всю область строительной деятельности, начиная от дворцов и коро- левских учреждений и кончая скромными усадьбами или рядовой жилищной застрой- кой города. Между тем в самой Италии архитек- турное развитие отнюдь не приостанавли- валось, и параллельно развивавшиеся на протяжении XVI в. течения привели во вре- мена воинствующей церковной реакции к становлению нового стиля — барокко, история которого будет прослежена в седь- мом томе. Здесь следует только указать, что воз- действие этого стиля, особенно сильно
сказавшееся в "Рв"‘£ц^^ ственнДоРсХДяетсяИ б’аро^о"а”""’ апример, в английской Д Т° В₽емя как' рокко почти совсем не полё₽ХИТектуре ба‘ Дак на смену готикеУЭеТ pa3BH™. XV в. являлась для °Л₽ая еЩе в подствующим междунРпоРР Й Европ“ г°с- ным стилем, возниадёРяп ар«тектур- Возрождения, не Рёёее Р*Итектура эпохи »ая. чем готика, вд Lантернациональ- определеннымн и ярко !ыпДВВШая более анальными особенностями ЫМ" На’ шая корешюй пРерморот₽а' Т0 отразив- отношениях и в госпмётР, общественных воззрении, отличалась aHJB0BaBuleM миро- стилистическими формами и дажё „Нр°ВЫМИ ко новыми типами сооружений нп Т°ЛЬ’ работаннымиХИТеКТУРН° 1 я Х" Раоотанными в значительной мере на п» нове обновленных и переработана дм внеримских архитектурных традиций ₽ Рассматривавшиеся итальянскими зод- ёёРРр КЭК ИХ исконное национальное нас- ледие, эти традиции с их помощью вошли важногР^лем тааоб°* ЕВРОПЫ 8 «местае леДия, н это несо„ибЩеЧеловеч'ского7ас гой Италии несомнен»о. является за££. янской а архитек^ры “"3“™” италь- западноевропейских стоя»Д ество дРУих свойственные ей чеоты и? пР°ннкли и ниченности - характерно»СТОрической огра- ни* Фаз стремление Д™ ее П0СЛ8Д- ордера. тенденция к ыдвинуть вопросы архитектурных форм и приёмов”" а,,тичны’ приобретавших значений »’ постепенно исторических, эстетически» НЫХ- оне' Развитие многих из 'тох ^НН0стеГ' Но чеРт и тенденций сказалпг^₽ИЦательных позднее. сказалось значительно ..pLS’tS.TS". ™’°~ - еиетХГнт1₽,еДЬ В стмица>- системой новых или выправленных поямо эТначёля^п11' прос,1ектов и площадей, зги начала регулярности получают даль- них ДмРаЗВИТИе В XVI1 в- 8 сложении но- вых симметрично-осевых систем планировки городов эпохи абсолютизма "
ПРИЛОЖЕНИЯ
' ЛИТЕРАТУРА ОБЩИЕ РАБОТЫ по ИСТОРИИ АРиитс в г эпохи возрождения КТУ₽Ы В СТРАНАХ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ Алпатов М R Т. Ih М., 1949. ' °сеобщая история искусств. европейского искусства. М^Эбз"0 1,Стор"и запааио- кусства.т" I, М.. Шй.СТ0Р"' градм’р»"тельного нс- народовРт.’-З^СПБМЭоДп18’ ‘₽емен " куре Эпох^^^деИк„Т:РНМЯ,гСТВ- Т- 1 Иа1Усста° М.. 1938₽™аН К’ °' Ист°Рия ’Рхитектуры. Т. II. ШУЛНзеиЦ 0° И Ва СВ°ДЫ " дек°р' М- ,938- 1937ШУ °' ИстОрия аРхитектуры. Т. II, М„ Б и ч е в М. Архитектурата на Ренесанса в Ита ?954 " В другите запаяноевРопеИски страна. София, АРхнтектурата на нового време. XVII и XVIII века, София, 1958. , ?||а°рр В- А Seneral history of architecture. London, 1955. Fletcher В A history of architecture on the comparative method. London, 1950. G i e d i о n S. Space, time and architecture. Cam- bridge, 1954. Logie G. The Urban Scene. London, 1954. Hamann R. Geschichte der Kunst, Bd. II, Ber- lin, 1957. Haupt A. Baukunst der Renaissance in Frank- reich und Deutschland (Handbuch der Kunstwissen- schaft). Neubabelsberg, 1923. H i о г n s F. R. Town-building in history. London, 1956. Major M. Geschichte der Architektur. Bd. IL, Budapest, 1958. M u n t e r G tdealstadte. Berlin, 1957. P a r s о n s W. B. Engineer and engineering in the Renaissance. Baltimore. 1939. Pevsner N. An Outline of European Architec- ture. Harmondsworth. 1960. R 0 n d e 1 e t J. B. Trade thtorique et pratique de Part de bdtir. Paris, 1804-1805. ™P»A«|"a^ в в“- 1912ВеЛЬФЛЯИ Г- Кла“«ческое искусство. СПБ. Виппеп Ь р К к’"' " 6арОКкО СПБ- '«И "скусеве”^ в^. М^йб." "Т“°м Т. 1—J™”1961"* М' А’ Итальянское ВоарожАение. рож?е^ВМ.МИ9°В А' К °ад₽“ Воз- История архитектуры в избранных отрывках. 1эз5Тавнли М' Алпатов- Д' Аркяв- Н- Врунов. М . М У Р ’ т ° ’ П' овРазы Италии. Т. 1—3. Берлин. Прокофьев В. Н. По Италии. М. I960. AllsopnB., Clark 11. Architecture of Italy. London. 1964. Anderson W. J. The architecture of the Re- naissance in Italy. London, 1927. Baum J. Baukunst und dekorative Plastik der FrOhrenaissance in Italien Stuttgart. 1926. Becherucci L. L'architettura ilaliana del Cinquecento. Firenze. 1936. Blunt A. Artistic theory in Italy 1450-1600. Oxford, 1940. Briggs. M. Architecture in Italy. Oxford. 1961. В r u h n s L. Die Kunst der Stadt Rom. Bd. 1—2. Wien. 1951 Burckhardt J Geschichte der Renaissance m Italien. Stuttgart. 1904.
Cieerone. Leipzig, 95 Ch a st el A. L'art italien. T. 1—2, Paris. 1956. Chierici G. II Palazzo italiano. Dal secolo XI al secolo XIX. V. 1—3, Milano, 1957. Delogu G. Italienische Baukunst. Zurich, 1946. Durm J. Die Baukunst der Renaissance in Ita- lien. Stuttgart. 1903. , u . DvofackM. Geschichte der italienischen Kunst in Zeitalter der Renaissance. Bd. 1—2. Munchen, 1927—2Q Ernst L Manieristische florentiener Baukunst. Potsdam. 1934. Fabbriche civili nel quartiere del rinascimento tn Roma. 1 monument! italiani. Rilievi raccolti a cura della Reale Accademia d'Italia. Fasc. XII. Roma, 1937. Frank! P. Die Entwicklungsphasen der neueren Baukunst. Leipzig — Berlin. 1914. Frank 1 P. Die Renaissance Archilektur tn Ita- lien. Leipzig. 1912. G a limber ti N. Urbanistica del Rinascimento. Atti dell 1° Congresso Nazionale di Storia dell'Archi- tettura. Firenze, 1938. Geymueller H. von und Stemann C. von. Die Architektur der Renaissance in Toscana. Bd. 1—XI. Munchen. 1885—1908 (в русском перев. вып. 1—3, M.. 1936-1941). G i о 1 a V. Forme Architettoniche e loro contenuto Urbanistico. Atti dell V Congresso — Convegne Na- zionale di Storia dell Architettura. Firenze, 1957. Giovannoni G. Saggi sulla architettura del Rinascimento. Milano, 1931. Haupt A. Palastarchitektur in Obentalten und Toscana. Berlin. 1908—1911. Hermanin F. Die Stadt Rom im 15. und 16. Jahrhundert. Leipzig, 1911. Heidenreich J. Pius II, der Bauherr von Pienza. Zeitschrift fur Kunstgeschichte, 1937. Hoffmann H. Hochrenaissance, Manierismus, Fruhbarock. Zurich — Leipzig, 1938. Hurlimann M. Italie. Teste et photos. Paris, 1955. Letarouilly P. M. Edifices de Rome moder- ns V. 1—3, Paris, 1840. Li mb ur ger W. Die Gebaude von Florenz. Architekten, Strassen und Platze in alphabetischen Verzeichnissen. Leipzig. 1910. Magagnato L. Teatri italiani del cinquecento. Venezia. 1954. Magnusson T. The project of Nicholas V for rebuilding the borgo Leonino in Rome. The Art Bul- letin. 36. 1954 ( 2). Malaguzzi Valeri F. L’Architettura a Bo- logna nel rinascimento. Восса, 1899. Ville e palazzi d’Italia. Milano, 1959. Michelucci G., Savioli L., Firenza, svi- luppo e problem! urbanistica della citta. «Urbanistica» (Torino), Giugno, 1953. M о r i n i M. Terra del Sole e 1’opera di Bernar- do Buontalenti. Atti del V Convegno Nazionale di Storia dell' Architettura. Firenze, 1957. Nebbia U Castelli d’Italia Novara. 1955. P a a t z W. Die Kunst der Renaissance in Italien. Zurich —Wien. 1953. Pastor L. von. Die Stadt Rom zu Ende der Renaissance Freiburg, 1915. in Italien. Bd. 1—3. Leipzig, 1908—1913. P i 11 a I u g a M. L'architettura Italians del Quattrocento. Firenze. 1934. Ricci C Baukunst und dekorative Plastik der renze. 1953. renze. 1956. Shepherd J. C.. Jellicoe G. Gardens of the renaissance. London, 1953. Smith G. E. К L’Italia costruisce. Milano, 1955. Strack H. Baudenkmaler Roms des 15. bis 19 Jahrhunderts Berlin, 1891. Tomei P. L'architettura a Roma nel Quattro- cento. Roma, 1942. T r i n c a n a t о E. R. Venezia minore. Milano, 1948. Venturi A. Storia dell'arte italiana. V. VIII, parte 1—2 L’architettura del quattrocento, Milano' 1924. Vol. XI parte 1—3. L'architettura del cinquecen- to. Milano, 1940. Willi ch H., Zucker P. Die Baukunst der Re- naissance in Italien. Potsdam, s./a. Wittkower R. Architectural principles in the age of Humanism. London, 1949. Ziircher R. Stilprobleme der italienischen Baukunst des Cinquecento. Basel, 1947. Мастера и памятники архитектуры Аркин Д. Леонардо да Винчи как архитектор. <Архнтектура СССР». 1952, № 4. Архитектурное творчество Микеланджело. Сб. статей, М., 1936. Габричевский А. Леонардо — архитектор, «Советская архитектура», сб„ М., 1952. Геймюллер Г. фон. Филиппо ди сер Брунел- леско. М„ 1936. Гуковский М. А. Механика Леонардо да Винчи. М. - Л., 1947. Михайлов Б. П. Леонардо архитектор. М., 1953. Переписка Микеланджело Буонарроти и жизнь мастера, написанная его учеником Асканио Кандиви. СПБ. 1914. Ротенберг Е. Микеланджело. М„ 1964. Филиппо Брунел леек о. Биография и очерк творчества. (Общ. ред. М. В. Алпатова). М. 1935. Ackerman J. S. The Cortile del Belvedere. Ro- ma, Vatican, 1954. Ackerman J. S. The architecture of Michel- angelo. V. 1—2, London, 1961. Arata G. U. Leonardo architetto e urbanista. Milano, 1953. В aroni C. Bramante. Bergamo, 1944. Beltrami L. La cupola Vaticana. Citta del Vaticano. 1929. Casotti M W. II Vignola. V. 1—2. Trieste. 1960. De Negri E„ Galeazzo Alessi. Architetto a Ge- nova. Genova, 1957. Forster О. H. Bramante. Wien — Munchen. 1956. G е i m й 11 е г Н. von. Raffaello Sanzio studiaito come architetto. Roma. 1883. Giovannoni G., Antonio da Sangallo <11 Giovane». Roma, I960.
-яйяигйиг, ..........................»- '-'Lo.:.m,k,aK *•••-"• °. ажг--;а,® Р a n е R. Andrea Pall.a. т ' Топпо- C"iteRo г'пп а п В" Mlchela"«iolo аг. V. 1—2. Urbino, I960.1' Ра1аи° ducale di Urbino л. Jc>VaVo'eA^^“Wt Milano, 19бз dl M'^helf?gelo. Roma, 1953. ₽ere arch'tettoniche Strassburg! CI906H" G'aCOmo Bar022i da Vignola r,n„. i960' B- Biagi° R°set,i ’«hitetto ferrarese. To- Трактаты современников T I—JI. M. 1935. ДеСЯТЬ ™г о зодчестве, об архитектуре ВитрувиТ" 4К’Т1' 1”"1гам тых ^воРпнИсцЙ ЖвИ:“Ни" Н’Ив0Лее ’Г'"” сАкого (а7е7ы^°?ои74.та'м S. 19^ тектУРЬ,Н Е1одЛ ред^ ДВ Г^ Г^бричевского0^^0^^11 Т. Ла,793абДИ° А- Че™рЛ""™ о' а^Хе. F i I а г е t е. Trattato d'architettura Wien isqr versale. V?n°et“ 16^°^'^ “'11а *“Г* Veneti” 1У59Л СИ“ d'arehit'«“"- >-* Франция , ' “ ‘ ‘ u V < Т с a U J. Le premier (se cond) volume des plus excellenls bailments de France. V. 1-2. Paris. 1576-1579. Blunt A. Art and architecture In France 1500 to 1700. London. 1953. Blunt A. Philibert de L'Orme. London, 1958. D e I о г m e Ph. Le premier tome de 1'archilecture. Paris, 1567. Dutton R. The chateaux of France. London. 1957. G a n а у E. de. Chateaux et manoirs de France. I 1-11. Paris, 1934—1938. G a n а у E. de. Chateaux royaux de France. Pa- ris. 1956. G e b e I i n F. Le style Renaissance en France. Paris, 1942. »a‘«™"FXVSi der Re. ‘'P«b8 м т ГеП,‘ЯаПСе ™ ₽«- 'rancaisVvot'ide la Renaissance “ Erance!*VoL i—2 *•» Ron.iss.n- m., 1У51. •’-•vpnH псп a- don. 1938,a П B' Hlstor7 of Spanish architecture Lon- ot theV|6centurySN,Y.li91[7M Spaniah architecture Madrid. ™946. Alnar J- L> arquitectura plateresca. c,'„e™LafSy Л EsPa8ne et Portugal Paris I tn iow-1800. Harmondsworth. 1959. panel. B,,?«lon.Fi92Ar4l,i,eCt“ra d" «“a«’»»»‘o «- tectoRdei^eA11r.Cfiand‘ed.UUan *“ Bottineau Y Le Portugal. Paris, 1956. Dos Santos R. Le Portugal. Monako. 1952. Dos Santos It L’art portugais. Paris. 1953. 1952°°S Sant°s R. О estilo manuelino. Lisbona, M a r j a у F. P. Portugal. Paris. 1954. Perez Embid F. El mudejarismo en la arqui- lecture Portugese de la epoca manuelina Madrid. 1966. U h d e C. Baudenkmaler in Spanien und Portugal Berlin, 1892. Великобритания Виппер Б. P. Английское искхсство. М.. 1946. С а р к и с и я н Г. А. Английская архитектура VII—XIX вв ; Шотландская архитектура. — В ки «Искусство стран и народов мира. Краткая художе- ственная энциклопедия». Т. I, М., 1962 Addy S. О. The Evolution of the English House iАпЛПп mat
В I о m f i е 1 d R. A history of Renaissance archi- tecture in England, 1500—1800. V. 1—2. London, 1897. Brian H. The story of the English house. Lon- don, 1940 Dutton R. The english country house. London, Garner Th.. Stratton A. The domestic architecture of England during the Tudor period. V. 1—2. London. 1929 G о t c h J. A. Early Renaissance architecture in England. London, 1901. G otc h J. A. The growth of the English house. London. 1928. „ b Innocent C. F. The development of English building construction. Cambridge. 1916, Jackson Th. G The Renaissance of Roman ar- chitecture. Part 11—England. Cambridge. 1922. Jourdain M. English interior decoration 1500 to 1830. London. 1950. К i d s о n P. M u r r a у P.. Thompson P. A History of English Architecture. Harmondsworth. 1965, Lloyd N. A history of the English house from primitive times to the Victorian period. London. 1951. Mercer E English art, 1553-1625. Oxford, 1962 Oliver B. The cottages of England. London. 1929. Pevsner N. The Buildings of England series. London 1951— (к настоящему времени издано более 20 rr.l. Pevsner N. The Englishness of English art. New York. 1956 Richardson A. E. The old inns of England. London. 1942. Sum mcr so n J. Architecture in Britain, 1530— 1830. Harmondsworth. 1963. Tripping H. A. English homes. V. 1—2. Lon- don. 1929. T u r n о r R. The smaller English house, 1500— 1939 London, 1952. Wlisten E. Die Architektur des Manierismus in England. Leipzig, 1951. Burke G. L. The making of Dutch towns. Lon- don. 1956. Fuckema-Andreae J. S.. e. a. Duizend jaar bouwen in Nederland. DI. 1—2. Amsterdam. 1958. nationalen Blute und des Klassizismus. Frankfurt a/M. 1890. Kunstgeschiedenis der Nederlanden. Van de mid- deleeuwen tot onze tijd Onder red. van H. E. Gelder en J Duverger DI 1. 195-4. Laurent M L'architecture et la sculpture en Belgique. Paris — Bruxelles. 1928. Parent P. L'architecture des Pays Bas Meri- dionaux aux 16. 17 et 18 siecles Paris — Bruxelles, 1926 Ter Kuile E. H.. Hekker R. S. Duizend jaar bouwen in Nederland. Deel 2. Amsterdam, 1957. Vermeulen. F. A. J. Handboek tet de geschi- cdenis der nederlansche bouwkunst. Di. 1—3. 's Gra- senhage, 1928-1931. Yerburg F. R. Old Domestic Architecture of Holland 1924 Bauten der Renaissance in Sachsen und Thiirln. gen. Leipzig, 1965. Bernstein F. Der deutsche SchloBbau der Renaissance (1530—1608). Typen und Entwicklune seiner GrundriBanlage. Strafiburg, 1933. * Bri x K. Baukunst der'Renaissance in Deutsch land. Dresden, 1965. C" Clasen К. H. Deutsche Gewolbe der Spatno- tlk. Berlin, 1958. Б Clasen К. H. Die gotische Baukunst. Hand- buch der Kunstwissenschaft. Wildpark—Potsdam 1930. E b h a r d t B. Der Wehrbau Europas im Mittel- alter. 1. Bd.. Berlin. 1939. Grisebach A. Das deutsche Rathaus in der Renaissance. Berlin, 1907. Haupt A. Baukunst der Renaissance in Frank- reich und Deutschland. Teil II (Handbuch der Kunst- wissenschaft). Berlin — Neubabelsberg, 1923. Horst C. Die Architektur der deutschen Re- naissance (Propylaen — Kunstgeschichte). Berlin. 1928. Job st K. L. Kleinsiedlungen aus alter und neuer Zeil. Miinchen, 1921. Lieb N. Die Fugger und die Kunst. Bd. 1. Im Zeitalter der Spatgotik und friihen Renaissance. Miinchen, 1952. Bd II. Im Zeitalter der hohen Renai- ssance. Munchen, 1958. L 0 b к e W. Geschichte der Renaissance in Deutschland. 2 Bd, 3. Aufl., bearb v. A. Haupt. EBlingen, 1914. Meyer Ch. Die Selbstbiographie des Elias Holl. 1873. Oechelhaeuser A. v. Das Heidelberger SchloB. 7. Aufl., neubearbeitet u. erganzt von Hart- mann u. A. Wannemacher. Heidelberg, 1955. P i 1 z G. Bauwerke Baustile. Leipzig u. a. 1966. P h e 1 e p s H. Deutsche Fachwerkbauten. Ko- nigstein im Taunus. 1953. Reimann G. J. Deutsche Baukunst der Renai- ssance. Leipzig, 1962. Renaissance. Baukunst in Deutschland. Leipzig, 1966. Stange A. Die deutsche Baukunst der Renai- ssance. Miinchen, 1926. S t i e h 1 O. Das deutsche Rathaus im Mittelalter. Leipzig, 1905. W a e t z о 1 d W. DOrers Befestigungslehre. Ber- lin. 1916. Griessmaier V. Osterreich. Wien, 1959 Krockenhauser S. Verborgene Schonheit. Salzburg, 1955. Strassmaver E. Das Landhaus in Linz. Linz, 1950. Schmidt J. Wien. Wien, 1947. Венгрия иТрансильвания Balogh J. Kolozvar mOemlbkei. Budapest. 1935. Balogh J. Az eroelyi renaissance I. Kolozsvar. Cluj, 1943. Balogh J. Az Esztergomi Bakocz kapolna. Bu- dapest, 1955. Dercsenyi D. Visegrad miiemUkei. Budapest, 1951. GerevichL. Gotikus hazak Budan.Budapest — Registgei. XY kotet, Budapest, 1950.
1 ' u Giorgio da s и ' -U' ln"srti 0 MedjuS'z'1'a'"hiWuren?' J?54' ... alioT"sXS°^ Slavomji. Zagreb, 1920 Er’dovi u Hrvatskoi i Szab ° °'Star! Zagreb. Zagreb, ад. 1959 ' рхите«УРа Чехословакии. М Foltyn L., Keviczkv a v u tektura na Slovensku do oolovir» vtv . J- Arel,i- tislava, 1958. p Vl“ XIX storocia, Bra- I^Hofman J. Strare urafnl na SIova)jku ₽rjha BratS^C^l.Dva.%BraHsl-- S““nl vyvoj Menclora D. Hrad Zvolen. Bratislava 1954 tektur^V^ s^vace'Vcecha^h а'м Могауб^РгаЬа^Шй'0^ Ге !938Um6ni Па Slovensku’ Odkaz zem* a Hdu. Praha. ven vjtv,r"4h° "• *»• nWi"irr’thrS*' l9’« 'd’ico*l’v*4ue '•’"«quite a ₽гаьГ1Г9И. Zd- ‘ Ве"Й‘зЙ hr$°, Iimfcy '“’ааЛму”0””1 Я- п»"ьскак архитектур,. Bap. лов • ж теи«*»° "°- ‘А,и^вГ"^а '^1к' А' «'*«• «'«polskich ^’arsaZa"aa,1957°Br*,il “mk6’' 1 ₽»••- „ Кгиа\Г.Ч0ЧП,кВ.:Z>1Wr«awa. ,957 ₽"ls«. WarsraVa. 196^ Archlleclura drewniana w malarstwa’ Wa’sHwa^gw1’ ,rchile,lt“rV. rzezby I Sztuka sakralna w Ро1ке. WlrsMW, )адб Stockholm,'969 Н Den ’ven,k* ko"’t«ns historia. Stockholm?!9iog E S”C‘a >nti4ua 'I hodierna. 1938Hahr A Arehitecture in Sweden. Stockholm, Bd. I'-j" Koben^vnHi9KD'nmar'" ЬУЦп^ЛиИиг. Koti^cVrbn7sf.„Es. ‘ S«“ D5nem:rkdBer|inF1^nkm‘',er Rmai«a"« ” don?®)1”0" T Scandinavian architecture. Lon- J e d s 1 0 b E Alt — Danemark. Miinchen, 1914 1745—1749ah L' Den danske Vi,ruvius Kobenhavn, Uapm °-£ier.AreWteklur dcr R'naiwance in Schwcden 1530— h 60 Dresden. 1901. Lund IM8,Und ₽ ° Gripsho,m under Vasatiden.
2. УКАЗАТЕЛЬ АРХИТЕКТУРНЫХ ПАМЯТНИКОВ ПО МЕСТУ ИХ НАХОЖДЕНИЯ Церковь. 161 Собор. 152 Дома жилые. 399 3амок,°381. 382, 619 Алессандрия. Башня и ворота. 148 Укрепления. 263 Альба-Юлия (Дьюлафехервар). Капелла Лаэон в соборе, 542. 543 Алькала де Энарес. Университет. 408 Алькмар. Здание городских весов. 485, Алькобаса. Монастырь св. Марии. 427, 431 " ^’мок. 369. 370. 371. 372. 492 Амстердам. Укрепления, 493 Дом жилой Адама. 365, 366 Палацио дельи Анциани, 110 Укрепления, 206 Д'Анси ле Фран. Замок, 279 Ансамбль нейтральной площа- ди. 481, 482 Дом гильдии стрелков. 486, дом жилок. 468 Ратуша. 482, 494, 495, 496, 508 Собор, 497 Аиэ. Замок, 387, 388 Ареццо. Бадья (см церковь Санта Фьоре а Лучилла). Дом Вазари (Каза Вазари), 238 239 240 Лоджия. 239. 243. 244 Монастырь Санта Фьоре в Лучилла, 94 Собор. 238 Укрепления, 99 Церковь Мизернкордиа, 91 - Сантисснма Аниунциата, 201 — Санта Фьоре э Лучилла, 239, 243 — Санта Мария делле Гра- цне близ Ареццо, 97 Кетон Холл. Поместье, 443, 445. 458, 459 Асторга. Собор. 402 УДом жилой («орреос»), 401 Аугсбург. Арсенал. 507 Ратуша, 509, 518 сфуггерея» — поселок ремес- ленников, 502. 503 Церковь святой Анны, часов- ня Фуггеров, 510 Ауденард. Ансамбль центральной площа- ди, 483 Ратуша, 23, 491, 492 Дом жилой, 459 Ашаффенбург. Дворец, 515, 516. Бакильоне, река. Мост через р. Бакильоне, 290 Банска Быстрица. Дома жилые, 583 Ратуша, 587 Банска Штявница. Ворота новые, 585 Дом жилой, 583 Новый замок 585, 586 Цитадель, 585 Баньоло. Вилла Пизани, 290, 299, Вилла Пойана, 299 Баньяйа. Фонтан, 238 Бар. Планировка. 551 317 Замок, 605, 606 Бардейов. Ратуша. 586, 587 Планировка новой части, 325 Барселона. Планировка, 399 Барлборо Холл. Поместье, 443, 445, 456, 461 Вилла Ангарано около Бас- са но, 290, 298, 301 Монастырь Богоматери Побе- ды. 426 — Двор внутренний. 426, 430 — Собор, капелла («Незакон- ченная капелла»), 426, 429, 430 Бат. Аббатство. Церковь, 475 Капелла Фирлеев, 607 Монастырь. 427, 428, 429 Башня близ Белема. 425, 426 Бельчице. Церковь, 578 Церковь. 599 Бергамо. Дом жилой на ул. Бриолини, 144 Дома жилые. 144, 145 Кастелло ди Мальпага. близ Бергамо, 140 Капелла Коллеони, 139, 148 Палацио дель Подеста. 152 — Публико, 289 Собор, 145 Берглей Хауз. Дворец, 453, 454 Бертон Латимер. Школа, 467 Бертон Эгнес. Поместье, 443, 445, 456 Беруик. Укрепления, 468 640
Ьетлановце. 1>ехн3наМ0К' 5851 686 Церковь, 578 Бечь. БешоваТУШа' 595 Церковь, 598 Бжег. Замок, 604. 605 Бжесть Куявски. । Церковь. 599 БинхД°М Крестья,1!:кий. 445 ьла Замок Марии Венгерской, 493 Замок. 574 Блнклннг Холл. Поместье, 456 БобЭ^ВД^ 370' Церковь, 609 Бодзентин. Церковь. 598 Божанси. Ратуша, 384, 385 Божи Дар. Планировка. 567 Божье поле близ Вижинады. Церковь святой Марии, 560 Болонья. Ансамбль пьяцца Маджоре 3Г33?34О3Й ЗйГ^''232'3”' Застройка пригорода типовы- ми домами. 328, 330 Канал от р. По к Болонье, 230 Мост через р. Самоджа, меж- ду Болоньей и Моденой 230 Сооружения оборонительные, '197 ЛОЯ 1 галаццо подеста, 329 — Публико (Палаццо Кому- нале). 329 Планировка, 327, 328, 329 Портико деи Банки (лоджия ди Банки), 230, 232. 329 Собор Сан Петронно, 190, 230, 232 Фонтан Нептуна, 329, 333, 344 Болсовер. Замок увеселительный, 461 Болькув. Дома жилые, 602 Рынок, 602 Больсена, озеро. Церковь Сан Оресто. 230 Борго Сан Сеполькро. Укрепления, 99 Борребю. Усадьба, 615 Боуртон. Деревня. Коттедж. 456 Боутон Малерб. Усадьба, 456 Брам<« Холл. БратЙ?» ^’^олевскийапожоке. Застройка, 582 Крепость. 585 - Ратуша. 588 Брауншвейг Браччано"' с>м"«иков. 5ю За“з°7* 138.“з9“ 'Одеск’оькк|. Врв““(Б₽.^). Бреда ’ " и‘рвов>>. 541 Бре3а4ИК«3РИНа'В Нассауских. Брезовииа?6Ие ДЖ0Ва Р"да' 4 * * *« Церковь, 589 Бремен. Бр.ш«ТУШа’5М'508'5М ЯОО™ гноите ди Пьета, п‘шЗ!и' - УКняП5™И"' вадврат,1а" 6аш‘ Бр Церковь, 609 Капелла. 470 Бруаж Планировка, 364 Брюгге. Ансамбль рыночной площади. 481. 482. 487, 494 Канцелярия городского суда, Капелла святой крови, 494 Планировка, 481 Ратуша, 22. 23. 487, 488, 490, 492, 494 Торговые ряды, 478, 488 Ансамбль Гран-плас, 481. 482, 488 Дворец Аренберг. 23 — кардинала Гранвеллы. 493 Ратуша. 22, 488. 489. 490. 494 Церковь св. Гудуллы. 497 Буда. Дворец новый короля Сигиз- мунда. 532. 533, 534 Планировка, застройка, 532. 533 Собор Богоматери. 532. 537 Церковь Магдалины, 533 Будва. Планировка. 551 Бургос. Бурж*’* ДЫВ Кордон., 19 Бучо^“с*,Ка КЭР*' * Быгдош0” 576’ 578 Склад-амбар, 595 Церковь. 598 Замок Турао, ж Бэ.«рст’хД.?з.И“Й ;,B0P'U' 586 Бюри 0MeCTbe' 451 Бюккебург. ЗМ Церковь. 5)1. 512 Вазой62’’ 628 ' Капелла, 610 Вайдгофен на Ибсе. ^Башня городская. 524 Валенсия*' 381> 382 - Санта Крус. 405, 406 Собор. 421 тчимульо. Вилла Порто. 289. 317 ражднн. Гостиница. 555 Планировка. 547 Укрепления. 547 Варшава Ворота Новомейскве, бараба кан.594 Дом Фукера. 602 Замок. 604 Укрепления. 594 Палаццо Комунале. 230 Церковь, 581 Гуфбург. Ворота швейиар- Лаидхауз. 522 Дворец новый Максимилиа- на II близ Вены. 527, 528 Укрепленна. 520 Ансамбль площади Саи Мар- ко. 120. 121. 125. 272. 277.
плошали Санти а Паоло, 328,333 Башня часовая (Торо дель Оролоджо), 118, 327 Библиотека Сан Джорджо Маджоре. 77 - Сан Марко, 244, 279, 280. Дом жилой по ул. Гарибаль- ди, 114. 116 — на калле дн Фурлани, 274. 275, 277 — на Кампо Санта Марина. 273, 274. 275. 276, 277 — на набережной (салидца- да) деи Гречи. 275 — на набережной Росса, 273. 275 — на набережной Сан Джу- зеппе. 275, 276, 277 — на набережной Сан Лио, 114, 116 Дома жилые. 274, 276 — на ул. деи Прети, 114, 116 — на ул. Сарацинской 114, 116 Застройка. 113. 115. 116, 126, 271. 272. 273 Здания торговые Фаббрике Веккие, 278 -----Фаббрике Нуове, 277, 280 Кампанила на площади Сан Марко. 284. 327. 328 Лоджетта. 280. 283, 284. 286. 328 Монастырь делла Карнта, 290, 316 — Сан Джорджо Маджоре. 272, 290. 305. 306, 307, 327 — Церковь Сан Джорджо Маджоре. 304. 305. 306. 308 Монетный двор — Дзекка, 280, 283, 286, 288 Мост вздохов. 286 - Риальто. 198. 271, 277, 287, 288 Палацетто на калле дель Олио. 275 — на корте Сольда. 273, 275, 277 Палаццо Веидрамин Калерд- жи. 118, 119, 120, 615 — Городского совета. 288 - Гримани. 263. 267, 268, — Гуссони на рио делла Фа- — Дарио. 119 — Дожей, 116. 117. 118, 124. 125, 126, 276, 277, 280. 283, 288. 317. 327 — Дольфик Манин. 280 Палаццо Ка д'Оро. 116, 119. 120 Камерлеиги, 277. 287 — Контарнни-Мннелли. 274. 288 — Корнер делла Ка Гранде. 280, 283 — Корнер-Моченнго, 263 — Пизани, 118 — Сан Микели, 119 — Фоскарк. 119 - Цен. 280 Планировка, 272 Планировка торгового центра в районе Риальто, 287, 288, 328. 334 Порта делла Карта. 117, 125 Портик Фоскари, 125 Прокурации Новые, 277, 284. 288, 289. 328 Прокурации Старые. 118, 277, 28о: 327 Пьяццета, 280, 281. 283. 285, 286, 306, 327, 328, 344 Рынок Риальто, 280. 287 Склад Фондакко деи Тедескн, 278, 287 Скуола делла Мизерикордиа, — Сан Джованни Евандже- — Сан Марко, 117, 118, 120, 380, 615 - Сан Рокко, 277. 278, 279 Собор Сан Марко. 280, 283. 284. 344 120, 328, 344 Тюрьма, 287, 288 Церковь Иль Реденторе. 272, 290, 304, 305, 306, 307, 308 — Сан Джоббе, 118 — Сан Джованни э Паоло — Сан Джованни Крнзосто- — Сан Джорджо Маджоре. — Сан Дзаккариа. 117, 118, 121. 124 — Сан Маурицио. 280 — Санта Мария деи Мирако- ли. 118, 121, 122, 123, 124 — Санта Мария делла Салю- те. 272 — Санта Мария Формоза. 118 — Сан Маттео, 334 — Сан Микеле ин Изоле. 118 — Сан Пьетро ни Кастелло, кампанила, 118 — Сан Сальваторе. 278, 304 — Сан Фаитнно, 280 — Сан Франческо делла Винья, 278, 279, 290, 304 Вернейль. Замок, 393 Верона. Ансамбль площади деи Синь- ори. 265 ----дслле Эрбе, 265 Башня Ламберти. 265 — дель Гарделло, 265 Порта Сан Джорд — Нуова. 263, 264 — Палио, 263, 264 Замок Скалиджеров, 265 Каза Маццанти, 265 Капелла дель Лацаретто. 263 Монастырь Сан Бернардино, капелла Пеллегрини. 263^ Надгробие Скалиджеров, 265 Палаццо Бевильаква, 263, 266 267, 268, 269 — Джуреконсулти, 265 — Гуаставерца (позднее Мальфатти), 263 — Каносса, 263, 267, 268 — дель Консилно (Лоджа дель Консильо), 197, 198 265 — Маффеи, 265 - Помпеи. 263, 266, 267 — делла Раджоне, 265 — дель Торро, 290 — Триссино, 288 Планировка, 327 Стены крепостные и ворота, 263, 326 панья, 263, 270 Версаль. Ансамбль, 146 Виана ду Каштелу. Площадь, 432, 433 Ансамбль центральной площа- ди, 330, 331, 343 Замок иль Моро. 152, 330 Лоджия, 152 Палаццо дель Дама, 152 — перед герцогским замком, 152 Собор, 330 Церковь Саи Франческо, ка- пелла, 152 Дворец королевский, 369, 380 Замок, капелла Сент Джордж, 474, 475 Вировитица. Планировка, 547 Вислица. Дом-общежитие. 595 «Княжеский двор» (Фюрсген- гоф), 514, 516, 518 Витербо. Вилла Ланте (епископа Гам- бара) близ Витербо, 230, 236, 347, 348, 349 Замок Капрарола близ Витер- бо. 190, 230, 232, 234. 235. 236, 238, 340, 347, 348, 349 Капрарола близ Витербо, но- вый городок вокруг замка, 340 642
Рокка. 230. 238,"з2? Лмла гри-ле-Франсуа. Планировка, 364 Дворец, 514 Усадьба, 629 ЧБХ„ка,5з, 290.291,29, 29з. Вилла Барбаро, 290, 352 289РЛаТ° близ Виченцы, ~2Криколи близ Виченцы >РО«Лз%В«5з. Дом Палладио, 290^'353 Лоджия Вальмарана » .. Сальви, 290 ’ са»У Мост через р Бакильоне ™ Бакильоне. река ’ ' Палаццо Барбарано, 297. 317 “2&а₽зГ7а' ~’295ЭеПП° Ла П0₽Т°’ 2901 Ж — Капитаиио (лоджия дель упитанно), 55, 290, 296, — Коллеони-Порто, 279, 290 -29бе₽298а’Н’ 29°' Ж й5' — Порто-Барбарано. 290 — Порто (Брегакце), 290 - Порто («Каза дель Днаво- ло»), 308, 316 — Публике, см. Базилика — Триссино. 288 — Тьене, 290, 294, 295, 316 Театр Олимпико, 288. 290,307 308 — римский, 306 Церковь Санта Мария Нуо- па, 290 Воля Юстовска. Вилла, 607 Дворец, 605 Дома жилые, 583 Церковь, 581 Вроцлав. Дом жилой, 601 Планировка, 593 Выборка. Церковь, 589 Вышеград. Комплекс дворцовый, 535 -----фонтан, 535 Вюрцбург. Церковь университетская. 534. Гавр₽атуша. «6. 497 Г.йон’“®‘"1О“а’ ’*"Wha 3% 369’ 370. 372, 373, ГарлеГ"РОака' 503. 504 ГаудСа°бОр “• Вавона, 497, 498 А"ли,М«3 “'нт₽аль"0й площе- Ратуша. 483 Гвадалахара. 4ш'Ц40Г4ерЦОГО’ И“*а"тадо, 3л^Лпаа Ку₽’о,ско- Ратуша. 595, 607 Склад-амбар, 595 - св° тЛ°ГОМ*те1»- 596. 597 «. Троицы при монастыре Ге5„ ФРакансканцев, 598 Р I еидельберг. Д 5°U “si6 °РПУС Отта'ГенРиха. Гейзлингеи. Амбар, 507 Село, церковь, 589 Гент. ВаЦ)ня гоР°аского колокола, 486 Дом^ свободных корабельши- Планировка, 481 Ратуша, 492, 496 Ряды Большие мясные. 485 Склад на зеленой набереж- ной. 485 Церковь св. Бавона, 497 Генуя. Вилла Камбьязо, 259, 260 — делле Пескьере (Паллави- чиин делле Пескьере), 259. 262 Ворота Мола, 259 Палаццо Камбьязо, 259. 260. 261 — Леркарн-Пародв. 259 - Подеста, 351. 352. 353 — Раааскьери. 289 - Саули. 259, 261, 262 — Дориа Турси, 262 Церковь Санта Мария ди Ка- ринино, 262 Гёрлитц. Дом жилой на ул. Нейсе- штрассе, 505 Планировка. 502 Ратуша. 508 Планировка, 551 Гетеборг. Планировка, 625 Гиццоле. Школа, 467 Глюксборг. Г Планировка. 622 Говче°б°Р ка*едра-1ьиий- 596 Ц56|ОВ!' "р01«’а“тская. 558. Дом жилой, 399 Гольстентор. Госла°₽°Та городские* 507 Церковь, 598. 599 Граммнкеле. Планировка. 343 Гранада. Д 414eU415a₽J’a V' Я' 402' 4'3, Каса дель Шапис, 410, 412 Собор. 415 Грац. Лаидхауа, 522, 524 Грачишч. Дворец Саломон, 553 Гриисхольм. Замок, 625, 626. 627. 628 — башня западная (Грнф- башня). 627 — башня восточная (Теат- ральная), 627 — башня северная (Ввза- башня ),627 башня). 627 — «кухня Королевская». 627 Дворец королевский. 555 Планировка. 547 Укрепления, 547 Гронскн Святы Беиаднк. Церковь монастырская. 581 Укрепления - «табор» в До- леньской вблизи Гросупуля. 552 Грудзёидз. Церковь, 600 Губбио.
Гулак. Укрепления. 468 Ратуша. 524. 525 Д Замок. 466 Девин (Девень). Замок Гаран, 585 Дембно. Церковь деревянная, 600 Дерлтон. Замок, 466 Замок, 586 Собор Сен-Мишель, 395, 396 Доддингтон Холл. Поместье. 443, 445 Дордрехт. Двор старый, монетный, 492 Дрезден. Дворец, 514, 515 Дубровник. Башня городская, 556 — Мничеты, 550 Дворец княжеский, 77, 555, 556, 557 — Пуцич близ Дубровника, — Равеин близ Дубровника, 550 — Скочнбуха близ Дубров- ника, 555 Источник большой. 556, 558 — малый. 556 Лазарет иа Плечах, 556 Мол Каше. 550 Монастырь доминиканский, 562, 563 — св. Клары, приют, 556 Планировка. 549, 550 Склад для пшеницы — «Ру- пе>, 556 Церковь св. Спаса. 558, 563 Таможня («Дивона»), 556 Укрепления, 550 Дэрхем. Собор, 472 Еленя Гура. Дома мещанские. 602 Рынок. 602 Живец. Замок, 605 Церковь, 609 Жича Монастырь. 552 Жужемберк. Замок. 551, 552 Дворец Епископский. 558 Укрепления, 547 Церковь св. Марка, 559. 56! Загреба область. Дворец Фанфогна, 554 Планировка, 549 Церковь св. Марии, 563 Цистерна городская, 555 Зальцбург. Дворец, 519, 528, 529 Планировка, застройка. 521, Собор, 289, 528, 529 Академия, 602 Замок, 602 Планировка, 601, 602 Ратуша, 601, 602 Рынок водяной. 602 — соляной, 602 Храм коллегиальный, 602,609, Застройка. 582, 583 Башня крепостная предмост- ная, 480 Ибарре. Дом жилой (каса) Арангу- рен, 399 Палаццо дель Комуне, ПО Или. Собор, 437 Имола. Укрепления, 152 Индржихув Градец. Замок, 574, 575, 576 Инсбрук. Башня городская, 524, 525 Базилика францисканцев, 527 Дома жилые на Герцог-Фрид- рих-штрассе, 521 Замок Амрас близ Инсбрука, Церковь, 519 Ипр. Торговые ряды, 478, 486, 488 Ииглава. Укрепления, надвратная баш- ня. 567 Казимеж над Вислой * Церковь, 611 К Церковь, 611 Крепость, 113 Кальмар. Замок, 628, 629 Кам ник. Церковь св. Приможа близ Камника, 557, 560 Кампен. Зал Совета. 492 Кампилья. льи Л290Р"ПеТа бЛНЗ Кампи' Кан. ' Отель Эковилль, 383, 384 Капо-ди-монте. Замок, 230 Капраника. Церковь Сан-Оресто, 230 Капри. Ансамбль пьяцца деи Марти- ри, 343 Каптол. Дом жилой, 552 Здание «веча». 555 Планировка, 547 Капрарола. Замок. См. Витербо Кареджи. Вилла, 77, 81, 82 Карловац. Планировка, 547, 548, 586 Карманьола. Замок Лодовико Сфорца, 152 Карпи. Собор, 190 Укрепления, 190 Каства. Лоджия городская, 555 Кастелло. Вилла Медичи, 351 Кастилия. Жилой дом, 399, 400 Планировка, 325, 340 Укрепления, 207 Карфаджоло. Вилла, 77 Каудрей Хауз. Поместье. 456 Квинто. Вилла Тьене, 290 Ратуша, 509 Церковь иезуитов, 511 Кежмарк. Дома жилые, 583 Колокольня, 589 Кембридж. Колледж Джизус, 470 — Кейус, почетные ворота, — Кингс, каппела, 472, 473, 475 «О, 451, — Крайст, 470. т нт Джонс, 471 7 Тринити, 471, что олледжи унивеРситетские, Ке„тХе°рЛбериУ.НИае1,СВ1ет“<й. 441 Дом жилой. 464 КербСиОбХ°оРлл^^« "°» 443. 445, Клагенфурт. Клу^аНДХау3’ 522 См. Колотвар Кобхем Холл. Поместье, 457 Коимбра. Музей городской 432 Колбаеч.ВеЛЬЯ (СтаР“» побор). 430 Гумно, 595 Колд Аштон. Поместье, 456, 457 Комен. Церковь, 598 Коложвар (Клуж). Собор, 540 Кольдинг. Дом Рейминга, 621 Колшот. Форт, 468 Комо. Собор, 196 Комптон Уайниейтс. Поместье, 443, 444 Дома жилые, 555 ЗД556Ие <ВеЧа* ° лоджвей'552' Планировка, 551, 552 Копенгаген. Адмиралтейство, 624 Арсенал, 624 Башня круглая. 622 Биржа, 613, 623, 624, 625 Дом Бургомистра или Мати- аса Хансена (дом Дювека I. 620 Дом жилой (кирпичный), 621 Дом для рабочих-корабле- строителей, 624 Дом «Шесть сестер», 621 Замок королевский, 624 Застройка. 613 Поселок Нюбодер, 624 Проект реконструкции 1629 г., 620. чиа. ыи, 604 пыл?Р ка*елральный. Ка- пелла епископа Томицкого. Г«1Гбот“ю“ Сигвзму“- каТ594ЛОР"а"СК"е' ваРба‘ [осш^аль св. Духа, 596 Д°“ «к^кий или капитуль- п?“й ул- К’иоников, 602 Общежитие кантонистов. 595 Планировка. 593 Ратуша. 607 Стены городские и башни. 594 СУ«""ВДМ-торговые ряды. Университет. 595, 596 Церковь Доминнканов. капел- ла Мышковских, 607 — св. Петра, 611 Здание «веча», 556 Планировка, 552 Церковь, 557 Крапина. Планировка, 547 Ратуша, 622, 624 Рынки Старый и Новый, 624 Склады провиантские. 624 Цейхгауз, 624 Церковь св. Анны, 622 - св. Духа. 621, 622 — св. Петра. 622 — Троицы, 622 — Хольменскирке, 622 Нортона. Г1Н,, Кальчинайо бли^Т дмь J'°- HI, 112, нз Ко₽т°"“. Кпрчула. Н,а й1а₽“я Нуова, 239 '««“из4’"*" муит“па- Планировка, 549 КопСй°Йно5р61 КоторМ,еСТ“-М1 КошицЛаа""₽ОВКа' 551 Кон£ы?Р'581 Крад™-уеазьба деревянный. 605 Крокер"0 Ь 616 За"'Ж королевский. 613 616 Кртии ' ' 6'9’ 624 Укрепления, 552 Кружлёва. Церковь, 600 Ксенжв Ляс. Кул^Г^’’1'’3"-600 Замок Плассеибург около Кутна.Кг“,'813-5М кшнХг?65- 578-598 Церковь, 599 Ла Валлетта. Планировка. 340, 341 Укрепления, 340 Лаков Аббей. _ Усадьба. 457 Ла Мшат. Дворец королевский, 382 Лаидскруна. Крепость, 612, 614 Лаладу. Дворец Соркочевяч, 555 Ратуша, 395. 396 Ларошфуко. Замок, 374 («барракос»). 400 Леаоча. Дом жилой. 584 Ратуша, 587. 588 л Церковь св. Якова. 589 Замок. 604 Дворец летний, 576 Кревола. Укрепления. 152 Крема. Церковь Санта Мария л Кроче. 195. 196 Кремона. Арка триумфальная. 145 Кржнвоклат. Замок, 574 Кркстанетад. Планировка (проект). 622 Церковь. 622 Кристианхауи. Плакировка (проект), 622 Кричтон. Замок. 465. 467 Криш (Керешд)- Дворец Батлена (замок j Канцелярия. 497 Лейвенхем. Ратуша. 466, 467 Церковь приходская, 475 Лейер Марией. Поместье. 448. 449 Лейпциг. Ратуша, 508, 509 Лейстер Госпиталь, 466, 467 Церковь. 596 Ле-Ман. Монастырь Сан-Марко близ Леона. 408, 409. 411. 412 Лепоглав Церковь. 559 Лестли. Дом жилой. 440 644
Дом жилой. 464 Крепость. 99. 250, 341 Планировка. 327. 341. 342 Порт новый. 342 Собор. 341 >ьер. Вилла Вальмарапа. 290. Застройка, 520 Ландхауз. 522. 523. 525 Фонтан во дворе Ландхауза, Литомышль. Дом «у рыцарей >, 570 Замок.’ 575. 576 Лобзоа. Госпиталь. 195 Плотана близ Лоди. 148 Церковь Санта Мария Иико- роната. 195. 196 Собор кафедральный. 599 Лонг Мелфорд. Церковь приходская. 475 Лондон. Аббатство Вестминстерское. Капелла Генриха VII. 446, 475, 476 Вестминстер Холл, 460 Зал в Уайтхолле, банкетный, 434 Застройка. 463. 464 Средний Темпль. 471 Собор св. Павла. 323 Театр «Глобус». 468 - «Лебедь». 468 — «Роза». 468 Лонедо. Вилла Годи Порто, 290, 298, - Пьовене. 290, 298, 302. 352, 354 Вилла Пизани, 289 Церковь, 600 Церковь. 99 Укрепления башней. 567 надвратной Ратуша. 22, 490, 491 Палацио Бернарди (Маке.тет та). 244. 249 — делла Синьория. 244. 248 249 Дворец Правосудия (бывш. дворец епископа), 494, 496 Ладлоу. Гостиница Фэзерс, 469 Любине. Церковь, 581 Люблин. Церковь монастыря визиток, Любляна. Дворец епископский, 556 Замок. 556 Здание городского веча, 558 Планировка. 551, 552, 553 Укрепления. 552 Укрепления на Шмарной горе близ Любляны, 552 Люнебург. Дом бюргерский. 504 Л юструп. Усадьба. 615 Магдебург. Планировка, 502 Мадрид. Алькасар. 424 Дворец Аранхуэс, близ Мад- рида. 417 Планировка, 398 Церковь Эль-реаль де Ман- санарес. 417 Эскориал, 21. 146. 259. 417- 424 — галерея выздоравливаю- щих. близ Экскориала, 423 Мазер близ Виченцы. Вилла Барбаро, 289. 298, 299, 300. 302 Церковь при вилле Барбаро, Майне Фонтан на рыночной площа- ди. 499 Мальконтента. Филла Фоскари близ Маль- контенты, 290, 298, 299, 302, 317, 352 Манигейм. Планировка, 504 Мантуя. Дворец герцога Гонзага. Двор делла Кавалерицца. 254, 258, 259 Дом Джулио Романо. 254, 258 За2м' 327 К°рте (Кастелло). Палаццо ди Джустиция, 254, 255, 258 - дель Те, 254. 255, 256, 257 Планировка, 327 Собор. 254 Укрепления городские. 327 в?" Се6а"Ь""°. 83. ^/Я:^83-88'89' Мариэмонт. Замок охотничий. 493 Марибор. Здание веча, 556 Укрепления, 551 Собор кафедральный, 557 Марокко (северная Италия). Вилла Мочениго, 289, 317 Марушевец. Церковь св. Юрия, 559 Мариано. Церковь Сант Оресто, 230 Матейовице. Дома жилые, 583 Медина дель Кампо. Госпиталь, 423, 424 Мейсен. Замок Альбрехтсбург, 501, Меледо. Вилла Триссино, 290,298,299 300, 303, 317, 353 Мендыжеч. Церковь, 598 Мехельн (Малин). Дворец Маргариты Австрий- ской, 492 Дом лосося. 486, 487 Собор св. Ромуальда, 497 Миддельбург. Ансамбль центральной пло- щади, 483 Ратуша. 491, 492 Вилла Сарего. 289. 299 Мила а Тюрингии. Дворец, 515. 516 ИЛБанк Медичи, 77, 145, 146,147 Ворота Верчелли, 142 — Тичннези, 142 Дворец Лодовико Моро (мо- дель), 99 Замок Сфорца, 141. 142, 143, 145, 152 Застройка рядовая, 142 Капелла Тривульцно, 197 Лоджия дельи Осин, 141 Монастырь и базилика Сант Амброджо, 141, 148, 157, 158 — Двор каноники, 152, 157, 158, 160, 167, 179 — внутренние Дворы, 152. 158 Оспедале Маджоре, 133, 142. 145, 146, 147 Палаццо Борромео, 143 — Марино, 259, 262 — Панигарола, 152 — Фонтана, 143, 144, 152 Планировка, 141, 142. 332, 334
'«• •», .52, -сХсА"р>"«о. ,51 -“£нт‘^ ^>82-^!^^ ~ Чельсо, 2591>1,в "₽«« Сан Сан Мча„уР"«"0, 196 Мил П°РТИНарС™7^*47 1"ПМ'” м1Г(м^.ГщадеМ28 Церковь, 541 Дворец, 605. 607 Михельштадт. М Ратуша, 507, 508 Церковь, 598 Млада Болеслав. Ратуша, 577. 579 Церковь Общины чешски, братьев, 579, 580 Мокаслот. Мондавио. Крепость. 113 Монтакют Хауз. Поместье, 443. 445. 453, 455. Монтан ьяно. В“о.адмн2близ Монтань"- Монтепульчано. Палаццо Контуччи. 190, 201 — дель Пекора, 201. 202 — Риччи. 190 ~2ЙР^Н (Нобма)' 201. — Червини, 201 Портик рыночные, 201 Собор, 77 Фонтан на главной площа- ди. 201 Церковь Мадонна ди Сан Бьяджо. 200, 201 --------каноникат, 201. 202. 203 — Сант Агостино, 77 Монге Сан Совино. Палаццо Комуиале, 201 Монтефьясконе. Собор св. Маргариты. 263 Мортон Олд Холл. Поместье, 443, 445, 450 Мюльгейм. Планнровха, 504 Мюнхен. Дворец (резиденция). 514 — Библиотека. 514. 515 — Двор гротовый, 514 — «Новая крепость», 514 \°14Ц- Д“°Р королевский. Церковь Богома киРХе, 501 теРн'ФрауэН- Св- Михаила, 511 Коттедж, 440 Нанси. Укрепления. 289 Неаполь. Неделищ. ' Нм Церковь св. Троицы. 559 мция ле Матиаса. 534 пелагозевс. Непи а''0К' 575' 576 । ."^"лении. 206 ы Церковь. 238 пеполомнцы. Нерл*унд.ЛЛа Бркиицких, 607 Церковь. 611 Нехай над Сеньем. Замок. 550. 551 Нешава. u Церковь, 599 Нирбатор. 448 Церковь (реформатская, тсы- Пальника), 537, 538 Нове Замки. Укрепления, планировка. 585, Нове Место на Метужи. Планировка, 567. 568 Нове Место под горой Слеек. Планировка. 567 Новый Сонч. И Планировка. 593 Дворец королевский, 447. Нертваде. Дом жилой, 621 Нортзиам. Коттедж, 440 Норчна. Крепость, 230 Н°У Дворец, 453. 454. 461, 462, 463 Ныса. Церковь св. Якуба, 598. 599 Нюборг. Замок. 614 Нюрнберг. Дом Гнршфогель. 499 Пеллериуз, 500. 505 Ратуша. Soo. 509. 518 Таможня (Маутхалле), 506, 507 Огродзеиьце. ОкейЖ^695 Оке*"™'™' Библиотека боалеанскав. 470, Koww Джнзус, мпел1а 2 Крайстчерч, 470. 471 Линкольн, капелла. 472 -4Модлии (св. Магдалины.. - Сент Джонс, 470 - Уодхем, 471. 472 Колледжи университетские. Школа Дивинитн. 469. 470 _ Капелла, 470 Оллерфорд. Коттедж, 439 Оломуц, Отель «Татра» (бывш. жилой ДОМ). 569.570 Ольборг. Дом Пенса Бангса. 620 Капелла леи Маджи, 263 - Петруччи, 263 Палаццо Комуиале. 263 Собор, 263 О Дворец княжеский. 555 387 1 их,. Дом Раковины. 385. 386 Дом Жака д'Алибера. .<85. )86 Орхус. Дом жилой. 621 Здание «веча» с лоджией. 555 Планировка, 548 Собор. 560 Церковь св. Марии на Вяй- аре. 559 Островите Голюбское. Церковь. 599 нтарин близ Or; Церковь, 559 П Павии. Монастырь Чертова ди Па- вия. Ансамбль, 139, 144,148. 149, 196 ------Церковь, 149. 150
желла) 144. 148 Собор. 148. 150, 152. 156, 157, 158. 161, 196 Церковь Санта Мария Коро- ната (дн Канепанова). 195. 196 Планировка, 548 Церковь св. Марии, 559. 561 Падуя. Лоджия дель Консилио. 198, 199 — Мойте ди Пиета, 270 Палаццо Джустиннанп. 270. 271 — Корнаро, 317 — Ольииньяни. 118 Памятник Гаттамелате, 333, 344 Плошадь дель Санто, 333 Собор Санто Рокко, гробни- ца Ровелли. 118 Укрепления, 198 Университет, двор. 356 Церковь Сан Гаэтано, 289 — Санта Джустина. 459 — дельи Эремитани, 244 Церковь св. Николая. 560 Паланца. Церковь Мадонна ди Кам- панья близ Паланцы, 196 Пальма Нуова. Крепость, 289, 343. 586 Планировка. 342. 343, 622 Пансхерст Плейс. Дом усадебный, 442 Пардубице. Башня надвратная над Зеле- ными воротами. 567 Плакировка. 568 Париж. Ансамбль Королевской пло- щади (пл. Вогезов). 395, 396 Версаль. Ансамбль, 146 Лувр. Дворец королевский, 365. 367, 369. 391, 392, 393. 468 Дворец Тюильри. 365. 369, 388. 389. 390 Замок Франциска 1 в Булон- ском лесу близ Парижа (Мадридский замок). 369, 376. 377. 379 Мост Новый. 364 - Нотр Дам, 198 Отель Карнавале, 393. 394 — де Клюни, 368, 369 Пантеон, 323 Планировка. 363. 364 Площадь Дофина, 364 Ратуша. 384. 385 Церковь Сеит-Эсташ. 396 Фонтан Невинных. 364, 393 Укрепления. 206. 263 Церковь 607. 610 Пезаро. , Вилла Империале . ро. 350, 351, 352 Палаццо Префеттицио. 109. ПО Пембридж. Дом фахверковый, 438 Пенсхерст Плейс, 442 Империале близ Пеза- 103, Перуджа Ворота Сан Пьетро. 103 Оратория Сан Бернардино, 103 Укрепления. 206 Церковь Джезу. 230 Резиденция епископа, 539 ПеШЦерковь Белвароши. 537, 538. 539 Арсенал, 251 Вилла Муццани близ Пизы, - Черато близ Пизы. 290 Лоджия деи Банки, 251. 252 Палаццо Кавальери ди Сан Стефано, 239, 243 Укрепления, 99 Церковь Сан Стефано деи Ка- вальери, 243, 251 Пиениа. , ~ Ансамбль центра города, 13. 91. 92. 94, 214. 325. 330. 343 Генплан. 91, 92. 94 Дом епископа, 91, 92 Дома каноников v городской площади. 92 Кампанила, 92 Колодец на Городской пло- щади, 92, 327 Палаццо Комунале (ратуша), — Пикколомини, 91. 92, 93, 94. 139 Собор. 91, 92, 330, 343 Пилтон Манор Хауз. Поместье. 453 Пиотрков. Замок королевский. 604 Дворец. 555 Дома жилые, 555 Планировка, застройка, 550, 551 Пистойя Вилла делла Маджа близ Пистойи, 251, 252, 253 Госпиталь, 66 Церковь Мадонна дель Умиль- та, 239, 243 Питерборо. Собор, 475 Питчфорд. Дом усадебный, 449 Пиццигеттоне. Замок Сфорца, 148 Пласениия. Собор, 402 Плессн-ле-Тур. Замок королевский, 367. 368 Ратуша, 577 Поджо а Кайано. Вилла, 99. 100, 102, ЮЗ, 345 Познань Дом Гурков. 602 Ратуша. 607, 609 Пойяна Маджоре. Вилла Пойяна, 290, 298, 299 300, 303, 317 Полироне близ Мантуи. Церковь Сан Бенедетто, 238, Полхов Градец. Церковь дворцовая близ Пол- хова Градца, 558 Попрад. Дом жилой, 583 Дворец Манцини. 553 — Фондак, 553 — Цуккати. 553. 554 Планировка, 548 Порто Эрколе. Укрепления, 197 ₽ Град. Башни и стены кре- постные, 566 Город Старый. Башня поро- ховая. 566, 567 -----Дом у «двух золотых медвежат», 570 -----Ратуша, 576, 577 Дворец королевский, 572 — летний короля Фердинан- да (Бельведер королевы Анны). 572, 573 —• Лобковнца (Шварценберг). 569, 571 — панов из Градца, 569, 571 — у Вейвода, 569 — «у Минуты», 569 — на Староместской площади, 569. 570 Зал для игры в мяч, 573, 579 «Звезда» — замок королев- ский охотничий близ Пра- ги. 573, 574 Рынок Унгельт, 577 Сад королевский за Оленьим валом. 567 Собор, 565, 578 Церковь Спасителя, иезуит- ская, 579 Прато. Собор. 77 Церковь Мадонна делле Кар чери, 99, 100, 201, 539 Пратолино. Вилла Медичи, 351 Прахатице. Ратуша. 577
Прешов?™^ 567' ПтуйД°Ма ЖИЛЫе' 584 Дома жи^ГиГ6 уЛа™Р0В1“’ ® ^552 ПулУТ8''®^552 ХраПмЛколл^.°Х«-607 Пшасныш 669.610 Церковь, 599 Пьомбино B^“KoPWo. 290, 299, 302. Пьяве, река. Вилла Тревизан, 289 Пьян ди Муиьоне. Приют Марии Магдалины, 82, Палаццо Фарнезе, 230 53» Укрепления. 206, 262 ' 238 Дворец Большой Немира (дворец Бакота), 553 Р — Малый Немира, 553. 554 Планировка, 548 Замок, 556 Радовлица. Раттенберг на Инне. Дома жилые на главной пло- щади, 520 Рацёнжек. Церковь. 599 Церковь Сант Агостино, 94 — Сан Доменико. 94 Палаццо Веньер, 94 Реметинец. Церковь францисканская, 559 Отель Де-ля Мусса, 386 Ретторголе. Вилла Муццани, 290 Дом судьи Августина Реша. 521, 522 — Фердербера, 521, 522 Акведук Аква Вирго, 129 Базилика Латеранская, 128 — Максенция, 179, 310 - св. Петра, 37, 128, 172,173, 321 Банк Сан Спирито. 206, 208 228 J29, 1Й А»««бль. 45. 128, 'а^^£а173’ 173.%!"™“» Л"""’₽1Э62. 162, 171 «МаЖам4, ив- -Двор"^^174 1й. 1И' -1£о1Л*""40,2?4афаМЯ- Z ^BoSa,.7?73'7t74 -V*т. Вилл’аХ’^РУаиив, 173 » '» “'aS's-'"-® 215““2Гб"а"“ ЮЛ"Я *’ 214’ ДдХ). 214Ы ПаВЛа 111 <“« - папского трибунала или £•" Бьяджо. 152, 175. 176, 285, 344 Дом Брам,тите («Дом Ра- фаэля»), 152, 176, 177. 185, 344 Дки 135°Й Ка УЛ' "" Ба”’ ~ Каза^Вакка на ул. Виньяч- — на ул. Говерно Веккио. 134. 135, 344 деи Чиматори. 134. '136 - на ул. Ковсолато, 134, 135. 136 — ка ул. деи Коропари, 134, — на стыке улиц Монсеррато и Пеллегрини, 134, 136, 137 — начальника папской канце- Замок св. Ангела, 128. 130 Капитолий, ансамбль площа- ди Капитолия. 175. 214. 219, 220 221, 222, 223, 229, 230, 331, 332, 344 — музей. 219 - Палаццо Консерваторов. 219. 221 -----Сенаторов, 219. 221, 223, 230, 331 Портик на Тарпейской скале, 223 Колизей. 34 ля в. , „ >33. 223, 356 М- 1М' ^епжо Романо, 244. 249. ^й’а’дХ^^' 2°лааКЬСа"Та M’~- «”р ““Утренний. 167. - каппелла Повцеття. 190 - - Церковь Санта Мао», делла Паче, 47. 138. IM - - церковь Сан Пьетро ни А^вторно, 132. 138. 190. - Тринити дель Монти (дель Монте). 130 Мост святого Ангела (Сант Анджело), 129, 130 185UU| 86 ДеЛЬ Аквила. 182. 182, чанорчи), 254. 255 — Балдассани. 206 — Борджа (позднее Старая канцелярия). 130 - да Брешиа. 182. 185 -Венеция. 83. 9!. .30, 13!. - Видони-Кафареллн, 184. 185 — дель Драго, 136, 137 — Каэтанн. 244, 249 - Канчеллерня. 137. 152. 162. >63. 164. 165, 166. 167. 171. 176. 187. 211, 214, 230, ЗЮ, — Линяота (Леруа). 193, 209. 210 — Льва X (проект). 206 — Макарани. 254. 255 - Массиии, 186. 190, 192,193. 194, 214. 242 — Медичи (проект). 99 — Кардинала Нарднни (позд- нее Говерно Веккио). 130 - Оссоли. 190. 209 — Саккети (бывш. дом Ан- тонио да Сангалло), 206. 208. 209. 210 - Спада. 190.211 - Фарнезе. 206. 209. 210. 211 247, 257.’ 3‘|О,'331 — ли Фирение, 244. 250 Палаццетто деи Турин. 135, 137 Памятник Виктору Эммануи- лу. 132. 222 Пантеон, 88. 128. 179, 310 Перепланировка центра горо- да (проект). 128. 129. 130 648
Перепланировка и рекон- струкция района БоргоТра- весторе, 128. 129. 130. 166. 333 План города, 127, 128, 129, 130, 163 Площадь св. Петра, ансамбль. 129. 130, 244 — Фарнезе, ансамбль. 331 — Сан Чельсо, ансамбль, 129 Порта Маджоре. 264 - Пна. 214, 229 Рынок хлебный (Кампо ден Фьори), 129 — центральный. 129 Сады Фарнезе, 236 Собор св. Петра, 33, 45, 46. 47. 91. 99. 129, 152, 172, 173. 175, 177, 178, 179, 180. 182. 184, 185, 190. 201. 206. 208. 214, 215, 223, 224, 225. 226. 227. 229. 230, 262. 309. 310. 312, 313. 315. 322, 323. 344, 353. 414, 417 Стены крепостные. 127. 128 Театр(Дарцелла, <28. 211.356 Темпьетто. см. монастырь Сан Пьетро ин Монторно Термы Диоклетиана. 214 Трибунал папский, см. дворец папского трибунала Укрепления Борго. 228 — Бастион Бельведера. 228 Храм Минервы Медики, 71, 88 — Юпитера Статора. 390 Церковь Сант Агостино, 133, 138 — Сант Андреа (Оратория). 230. 233 — Санта Анна ден Палафре- ниери. 230 — Апостолов. 132 — Сан Бьяджо делла Пань- отта, 152, 176 - Иль Джезу. 230. 236, 237, 238, 258, 259, 354, 421, 511, 611 — Сан Джованни ден Фьо- рентини. 190, 206. 214, 228. 280 нари. 238 — Сан Лоренцо ин Дамазо. 152. 163, 165 — Сан Луиджи леи Франче- зи. 206 — Санта Мария дельи Анже- ли. 214. 229 — Санта Марии дель Анима, 152 — Санта Мария дельи Ара- чели. 219. 223. 331 — Санта Мария делле Гра- йне. 353 — Сайта Мария ди Лорето, 206.208 — Санта Мария Маджоре. капелла Сфорца. 229 — Санта Мария ди Монсе£ рато, капелла Сфорца. 206 — Санта Мария дель Орто. 230 — Санта Мария делла Паче, см. монастырь Санта Мария делла Паче. — Санта Мария дель Поло- ло, 133. 138, 152. 171. 185 -----капелла Киджи. 182, 185 — Санта Мария прессе Сан —^Сан'ма'рко, 83, 91. 130.132 — Сант Онуфрио. 190 42, 132. 215 — Сан Пьетро ин Монторио, см. монастырь Саи Пьетро ин Монторио — Сан Спнрито ин Сассиа. 238, 252 — Сан Чельсо, 152 — Сант Элиджо дельи Оре- фичи. 182, 183, 184. 194 Римини. Арка, 43 Церковь Сан Франческо, 43, 83, 85, 86, 90 Ричмонд. Дворец Генриха VII. 457 Палаццо Ронкалли, 263 Родбохольм. Дом усадебный, 628 Росенборг. Дворец, 613, 619, 620 Росендаль. Усадьба. 629 Дом жилой, 505 Росхилл. Капелла Христиана, 622 Росенхольм. Усадьба, 615, 616 Ротенбург. Ратуша, 508 Ротуэлл. Рынок крытый, 468 V Здание Финансового бюро, 382 Отель Бургтерульд, 383, 384 Рускиновце. Дома ремесленников. 583 Руперт. Церковь, 557 Руст. Дом жилой, 520 Рушано. Вилла Питти, 60, 76 Рюгорд. Замок, 614. 615 Саарлуи. Планировка, 586 Саббиоиета. Дворец герцогский, 289 Дворец герцогов Монтеррей 19. 406. 407 ' — малый Фонсека (<пом мертвых»), 407, 409 Каса де Салинас (дом фами- лии Фонсека), 407, 409 Собор новый, 402, 407 — старый, 407 Университет. 406, 407. 408 Планировка, 547 Сан Джиминьяно. Собор, капелла Сан Фина, 94 Сан Лео. Крепость. 112, ИЗ Сандомеж. Ворота Опатовские, 594 Дом-обшежитне (Длугоша), 595 Дома жилые. 602 Ратуша. 607, 608 Санта София. Вилла Сарего. 289 Сан-Эразмо. Замок, 417 Сарагосса. Аудиенсия (Верховный суд), 409 Биржа. 409, 411 Дворец герцогов Луна, 19,409 Планировка. 399 Сарцана. Палаццо дель Капитанио, 94 Укрепления, 99 Сассокорваро. Крепость, 112, ИЗ Саут Уингфилд. Поместье, 443, 444 Свартшё. Замок, 628, 629 Свенсторл. Усадьба, 629 Светвинчент. Лоджия городская, 555 Церковь Благовещения, 560 Севилья. Здание Аюнтаменто (Город- ской Совет), 412, 413 Биржа, 422, 423 Планировка. 399 Собор, 402 Сеговия. Дом Хуана Браво, 19 Собор, 402 Сен-Бриз. Дома жилые, 386 Сендгейт. Замок, 468 Сен-Дени. Гробница Франциска I. 387, 390 Сент-Джон Девайзес. Капелла, 470 Сен-Жермен близ Парижа Замок, 369, 380, 382
Сен-Мор. Замок, 387 Сеннерборг. Сен пРепость' 6 Дворец Карла V че? Сент-Дэвиде. V' 367 Собор, 463 Укрепления 54Я Сеттон Калдфильд® Дома типовые, 470 Сеттон Плейс. ’ “ Дом усадебный 441 Сиена. ,43« 444, 448 Баптистерий, 77 Палаццо Неруччи 9I Пикколомини. 9| — Спаннокки, 94, 95 <м> Ораторнн св. Екатерин88 ,90 Собор, 37, 190 - ^ла Сан ДЖ0М11И|11 Укрепления, 190 Синьярдс. Поместье, 441, 442 Снса?2"''2^2™""0 6ЛИЗС"“ЬЙ' Замок, 550, 551 Скальбмеж. Церковь. 598 Укрепления. 594 Церковь, 598 Собеслав. Церковь, 578 Солисбург. Собор. 289 Солсбери. Собор. 472 Сончнно. Крепость, 140, 141 Спик Холл. Поместье, 449, 450 Дворец Диоклетиана, 109 Собор. Капелла св. Сташа, 563 Церковь св. Евфимии. Капел- ла Арнира, 563 Церковь. 589 Спишска Капитула. Капелла Запольских, 581 Спишски Штврток. Капелла Запольских, 581 Стедленд. Коттедж. 439 Стерлинг. Замок, 465, 467 Стивентои. Дома фахверковые, 456 Монастырь, 552
Si™
Фридрихсштадт ия ал II... ров" У’1”'"' Фридман. ’ ’ Церковь. 607 Фэр-аи-Тарденуа. ФьезолГ'’'8"8^' 390. 391 Аббатство (Балк, л не). 60, 7з! 71“ТО 77ЬИОЛа- — Лоджия, 66 ' 7 Чмль Зи цы« Шеиоисо. Аббатство. 557 ... Замок, 381, 382 Жилые дома, 555 Шериборн. Церкнииа"Р°’Ка- 552 Шепин6”"80' 475 .. Церковь, 557 Ратуша, 595. 598 Ц'«ануя. Церковь Петра и Павла, 598 ₽ковь. 599 ... ~ “ Якуба, 598 Црес. Шнбеннк. Хаддон Холл. Поместье, 457 Хардуик Холл. Ха к^ёв"™’ 456, 461 Церковь, 600 Хвар. Арсенал. 555 Ба5^я для городских часов, СоборИ 563°Р°АСК,Я' 55S' 557 UecPK0°V°5M ЗТеР" 8Врб°- Цщад₽и:а555а Г°Р0ДСК0Й Хелмно. Ратуша, 607. 609 Хенгрейв Холл. Поместье, 443, 444, 448 Хере. Форт, 468 Хесселагергорд Усадьба, 615 Хильдесхайм. Цех мясников (Киохеихау- эрамтсхауз), 500, 510 Хмельник. Замок, 551 Башня крепостная, 594 Ратуша, 595, 598 Церковь, 598 Хонайтон. Коттедж. 439 Хорватское Загорье. Церковь францисканская, 559 ₽ Замок Ронебруг близ Хорна 527. 528 Хорхем Холл. Поместье. 456 Хрудим. Дом рода Мыдларж. 570 ₽У Церковь, 609 Хунеадора (Вайдахуняд). Замок. 540, 541 Хэмптон Корт. Дворец, 447. 448. 460, 471 Хэтфильд Хауз. Поместье, 456, 458 U Цексын Церковь, 609 Арсенал, 555 Здание «вечаа, 555, 556 Церковь се, Магдалины та Соборов. Иакова.561,562,563 „ ~ св. Марии 560 * 559 ... Укрепления, 549 Црнгроб. к “ ООО Шиллов. Церковь, 557, 558, 559 Щр’Хб»® Шндловец. Ч Замок. 604 Чарлтон Хауз. Шимбарк. ЧастолтТ 458’ 4И’ 461 ШкофьГл,'^ Чм3.мок, 576, 577 »>• ™ Чесаль-Т8Ь И8а8а' 558 Шпн^ТиТд^ Че^аДзеио.289.300.3.7 Шр^ Ч„Ц‘Р в 609 ШтрХ°.К,ф“Т“‘,4И Чепи.ч1 е Ратуша. 577, 579 Церковь Богоматери близ Че- Штуттгарт. пича, 558 Дворец. < Новый увеселитель* Нест*Р- _ ный павильон» (Нейес Г°469НИЦа БЭР 9НД БнЛЛет’ люстхауз), 514, 516. 517 Чессальто. Э Вилла Дзено. 290 Эбботе Бромлей. Четатеа-де-Бальта Дом фахверковый, 438 (Кюкюллевар), 540, 543 Эвора. Чивита Веккиа. Церковь Граса. 433 Крепость. 206. 207, 228 Эгескау. Чивита Кастеллана. Усадьба, 615 Крепость, 201 Эдинбург. Чизмоне, река. Госпиталь Хериотэ, 468 Мост через р. Чизмоне близ Экенес. Бассано. 289, 316 Усадьба, 629 Чиконья. Эксетер. Вилла Коголло. 290 Дом жилой. 464 - Тьене. 290, 317 Ратуша. 467 Чипинг Кемпден. Собор. 463 ГоспитаТ’ита^призрения). ЭЧГ Замок. 376. 390, 391 467 ЭМВеР",туша.494.308 509 и...Башня городская. 524. 525 83^.2-» Srt» Церковь, 598 Мадрид. Эскориал. Замок. 382, 390 ^"д™*ец архиепископский. W Шарлеваль. капелла Бакоиа. 538. 539. 543 Замок. 393 Ш“ Д“""J’pbkoub. 535. 536. МО - лоджия Перекк. 535, 53 Планировка. 567 Старый замок. 535
3 ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ ЗОДЧИХ, СКУЛЬПТОРОВ И ХУДОЖНИКОВ-МОНУМЕНТАЛИСТОВ Абрагамович Анджей. 604 Аверлино Антонио, см. Филарете Авосталнс де Сала. Андреа. 5/1. 573. 574, 575 Авосталнс Джованни Баттиста. 575. 576 Алексей. 586. 587 ___ Алесси Галеаццо. 197. 205, 254, 259. 260. 261. 262. 263. 289 Алеши Андрия, 563 Аллио Доменико дель, из Лугано, 522. 524 Альберти Леон Баттиста. 11. 13, ,7 .О /> лл лч sn S3 56. ОН, ОО. It, (О, о-/—", 100, 103, 109. 119. 121. 128, 129, 130, 138. 139. 152. 158,166. 177, 181, 182. 236. 254, 256, 291, 309. 310. 311, 312, 315— 323, 333, 335, 336. 338, 339. 341, 354. 357, 459, 530, 535. 543 Алькантара Диего де. 424 Альст Питер Кук ван. 493 Амадео Джованни Антонио, 130, 144, 146. 148, 149, 150, 155, 156, 160. 195, 196. 311 Амманати Бартоломео. 51. 52, 59, 74. 205. 214. 217, 230, 232, 244-251, 259, 312. 336. 339, 340, 351 Аммаиатини Манетто. 530 д’Аидреа Пьетро, из Вольтерры, 190 Андрей из Локи. 558, 559 Аидриич Марко. 561 Андрнич Петр. 558. 563 д'Аньоло Баччо, 61. 62, 99, 182. 199. 201. 215, 216. 330 Ареа Хуан де. 413, 415. 424 Армевнки. 51 Арруда Диогу ди. 427. 430 Бадахоз Хуан да, 408, 411 Бандинелли, 59, 244 Х*™' 51. 206. 290. Бартоломеев'Маз'о3ди, 73, 104, 109 Баттаджо Джованни ди Доменико 148, 195, 196 Башелье Никола, 394 396 Бехенм Ганс Старший, 509 Беллармато, 365 Веллуччи Джованни. 337 Бентхейм Людер фон, 500,508.509 Бер Георг, 517 Бергамаско (Джамбаттиста Кас- телло), 352 Берге Христофер ван ден. 486 Береччи Бартоломео, 603, 607 Бернгард Р.. 314, 315 Бернини Лоренцо, 224, 314 Берти Томас, 468 Бертини Джованни, 258 Бертотти-Скамоцци О. 294, 299 Биар Колен, 372 Блондель Ланселот. 492 Блум, 437 Бойтак, 426, 427, 428. 430 Боканич Трифун из Брача. 561 Боккадор Доменико, см. Кортона Доменико Бернабеи да Болонья Винчидоро да, 493 Болонья Джованни да, 59, 329. 330, 351 Бон Бартоломео Младший. 277, 327 Бон Бартоломео Старший, "° 117, 125 Бон Джованни, 116, 117, 125 Боргорелли М„ 579 Борремаи Ян, 486, 487 Борромини Франческо, 207 Ботичелли Сандро, 174 Брамаите Донато. II, 34, 36, 44, 46, 47. 48. 50, 53. 54. 55, 56. 88. 143, 148-162, 164, 166- 168, 170-182. 184, 185, 189, 191, 193, 194, 196, 197, 201, 116, 202, 205, 206, 207, 208. 209, 214, 223, 224, 230, 232 . 254, 259. 270, 280. 290, 291, 311, 312, 331, 333, 344, 345, 346, 353, 357, 514 Брамантиио, см. Суарди Бартоло, Бреньо Андреа, см. Монтекавалло Антонио Бриоско Бенедетто, 149 Брунеллески Филиппо ди сер, 12, 13. 33. 34, 36-45, 47-49, 51, 52. 54. 56, 57. 60-68, 70-74, 76—79. 88—91, 96—100, 103, 108, 109, 112, 130, 138, 139, 145. 146, 147, 154, 158, 161, 162 180, 182, 201, 216, 217, 239, 242, 246. 252, 311.330,333, 353. 354, 356. 377, 396, 414, 420 Бруксберг Генрих. 598 Булгерин, 628 Буонталенти Бернардо (Бернар- до делле Джирандоле). 51. 205, 250, 251, 252. 253, 254, 259, 341, 351 Бюллан Жан, 363, 390, 391 Бюстаманте Бартоломео, 416 Вагемакере Доменик де, 492 Вазари Джорджо. 50. 51, 52, 59, 66,73, 76. 86, 96. 152, 167, 173, 185. 190, 205, 206, 208. 227, 230.232.238.239, 240, 241. 242. 243, 244, 251, 252, 310, 313, 314, 339, 340 Вазари Джорджо Младший, 339 Вамзер Кристоф, 511 Васкез Лоренцо из Сеговии, 405. 406 Вергара Мартин, 416, 424 Вероккио Андреа, 120. 150, 328 Веронезе Паоло (Паоло Калья- ри), 125, 271, 284
В. ртю Адам, 475 Вертю Роберт, 471 474 Вертю Уильям, 471, 475 47л Вестфалей Ариолыт ж 476 Вндннгер Георг, 515 Ф ' 512' 513 Виллареаль Мартин апи Вильгельм Ганснз 'л?8, 411 525, 527 3 Лоз«"®тейна, Впльяпанда Франсн™. Витрувий П^онФУиФ»Н| 514 55. 190, 198. 206. 230I 290So?' 294.316,356,357, 380 390 446, 459, 493, 500 ' 9°' 437’ Витторио Алессандро 125 Влаткович. 562, 563 " &Ая«те; ВрИКоГрнКелРй"сеЛИС Г СМ' Фд* ' ВрИ56ба"С ВреДеМаи ” *» 493, Вриз П. Вредеман де, 566 Габри Петр из Брно, 576 Гадье Пьер, 377 Галл Августин из Масанин. 571 Гамбелла Антонио из Беогамо 121 Гвидетти Гвидетто, 238 Гельмштеде А, 507 Гиберти Лоренцо, 61, 77 Гирландайо Доменико, 174, 214 Гискар (Гишар) СимоннЭ, 372 Гойкович Матвей, 561 Гольбейн Ганс Младший, 446, 499 Готлиб Конрад, 526 Гоццоли Бевоццо, 81 Гриджи Джовани да, 269 Грубачевич, 556, 562, 563 Гуае Хуан, 403, 405 Гуае Энрике, 403 Гужон Жан, 392, 393 Гучи Санти, 605, 607 Д Далмата Джованни, 535 , , Далматинец Юрий (Джорджо да Карпиио М( Себенико). 103, 548, 550. 561. Карпинтер , 562, 563, 564 Катанео Пь Данти, 244 Кя,<',и"и Ля Дейль Ричард, 450 Дезилль, 364 Делорм Пьер. 372 Делорм Филибер, 323, 36., 303. 378, 379, 386-390, 458 Л»'"“а"'дж'’’“Х' 475 Я*°"‘ Ии*го₽434и°' 352 Джоковдо Фра (джп. Рона) |м то А’""" ла Be- '98. 208 Ms 9Ч 41?'. '97. Джо3?’ад. 372 ’ 335' 337' 206 Б°“ао"' ДИ- 33. 40. 59 fa"/ 43?- ^5° '«-и). Драгошевич Храинч 561 ;₽н7у^гт’'см-Вйто- Д»сХ^10з Дюбрек Якоб. 493 Дю?™₽™Алж₽ехт; 499' mo. SN Дюсерсо Батист, 364, 627 Дюшемен Жан, 368 Дьярмати Деиеш, 535 Ж Жилле Никола, 503 Зессельшрайбер Гилы, 527 Иванчич Ратко, 561 Иржи из Оломоуца, 568 Кава Онофрио ди Джордано де ла. 556. 558 Калькаиьк. 229 Камбио Арнольфо Липпи ди. 35, 38. 39, 40, 57, 59, 61, 63 Кано Алонсо, 416 Капраролла Кола ла (Никола ди Матеуччо), 197 Караваджо Микеланджело Ме- ризи да. 51 Карпаччо, 271 Карлино Мео дель. 130, 133 Матиас, 403. 405 „танки Пьетро. 336, 337. 338. 341 Каччини Джованни, 330 Каштилыо Жуан ДИ. 427, 428 Квадро Джованни Баттиста, 607. 609 ... Кельдерманс Антонис ван, 491. 492 РйаНС ₽омб»Утс ван, 492 Кирхер Бальтазар. 510 Коду™, Моро РКо « п^Бергамо). Нб.Пв. 1М.Р"| Комета Антонио, 574. 575 Кораеллн. 527 Кориаро Алевнэ, 270 Коррера Якопо. 581 Корте Николо да. 415 Кортона Доменико Беонабен п. (Боккадор). 363. 373-376 Кочрейн Роберт. 467 fe Хемпфри. 471 Кребс Конрад, 512. 513 Кребс Томас, 502, 503 Кроиака (Поллайоло Симоне дель), 94-100, 182 Круст Джон. 446 Лайминдж Роберт, 458 Лара Гонсалес Хернан де. 416 Лаурана Лучано да Мартино №"«!»“ из Враны), 104, 106. 18о: 181 ' • "°’ 139-1И- Лаурано Франческо, 106 Лебонс Джон, 470 Лебретон Жилль, 379 Леваль Антонио де. 415 Леонардо да Винчи, 12 50. 88. ПО. 149, 150, 161. 181, 196, 197, 312. 313, 314, 315, 338, 352, 356, 363 Леопарди А, 284 Леру Ролан, 382 Леско Пьер, 386, 391. 39 Лагорио Пирро, 174, 175 348. 351 Ломаццо, 50. 51 Ломбардо Кристофоро. 149. 277 Ломбардо Пьетро, 118, 120, 121. 124. 125, 277, 327 Ломбардо Тулио, 277, 305 Лонгена Бальдассаре. 289 Лоренпетто, 185 Лориии Буоваюто, 337. 339, 340. .342 Лоттер Иеронимус, 508. 509 Лукеза Джованни (Погани Люке- са). 526, 573. 574 Луна Франческо делла, 64, 66. 73 Луити Мартин, 219 Лурага Рокко да, 262 Люкеса Иоганн, см. Лукеза Джо- Лупичини Антонио, 337. 340 М Мадериа Карло, 224, 353 Маджи Аннибале. 199
ио да, Младший, 174. 176, 179. 180. 17, 201. 205-214. 10, 232. 238. 246. 64, 311. 312. 325, I, 340, 352 ю Джамберти да, )7, 200.201. 340. 357 ^ISS”
с^Й^з^Л 201, ^T?7 -РанЛ3^ М: 28«: 2“: $ Сансовино Андреа, 162 а« Сансовино (Татти! о 430 М6- 288: $ и": Саихец Арчао, 412 < анхец Хуан, 412 Сегура Антонио де 424 Сено Гийом. 372 CCP^9.%6n^'. >«.И0, 280. 292. 308 310 ?н’ ^9' 417. 322. 357, 363 380 4 и «7. 493. 514. 566 627 °' 4’8' ( осиль Роберт. 458 Сеттиньяно Франческо да 130 Сеттиньяно Дезидерио да 68 Сиксденье Христиан. 494 ' 1 нлоз Диего де, 415, 416 " • ' ин. де 4Q3 4|5 Сильвани, 251 Симоне Франческо ди 109 Синьорелли Лука, 174 Скамоции Б., см. Бертотти-Ска- моцци Скамоции Винченцо. 51 125 280 284, 288, 289, 290 299' 305 ЗО®;3^836.339. 342. 504,529: СКаР287"2920' 125‘ 198' 2771 2781 Смит Уильям, 475 Смитсон Роберт. 452 Солари Гуиннфорте. 146. 148, 150 Солари Джованни, 148 Солари Кристофоро (Гобо), 196 Солари Пьетро Антонио, 148 Солари С., 529 Спавенто Джорджо, 277, 278, 304 Спацио Джованни. 572, 573. 577 Сретер Вильям, 446 Стаурис Ринальдо де. 146, 149 Стелла Паоло делла. 572, 573 Стенвникель Ганс Младший, 614, 619. 624 Стенвникель Ганс Старший, 621 Стенвинкель Лоренц, 624 Стенвникель Лауренс ван. 495 Суарди Бартоломео (Браманти- ко). 196 Сукиелли, 61 Сурдо Дени, 375, 376 ^Р3°7бЖак' 372. 373, 374. 376 Фл0 я Фр-hS. з7зро дмла- '»• 182 Т Расм“м.^,Джоражп М’Ртиян, !•'«> Джованни Б ДжоР“*°"И" ₽а|,,,еско “ Тибо Жан. 368 Бапис”. М 2>ке Жан. 372 Тингон”1106 <88 489 Фьнрентниус Иоаниес. 541 J'T™ Я«’"о. зГ.25, 27!, ч jSSS “лаш^ 888 te ^мн7т°' *244 ТИЦИ284. ?4ебеЛЛИ°- ЭТ|- 278. 283. ц Т±3пХУ’" м’«з” Де'417'419 ЦЬлен Генрих фон. 627 628 ~и5;м4зз Цуиа₽и2М ££"«• “« й=.;;ех-д Туделийа, 409 РР Р ’ Холль Элиас, 500. 507, 509 Хорнборд Лука, 446 Хорнбод Сусанна, 446 У Ш Удине Джованни да 162 186 1Я7 nt - v 188. 189. 191. 254 ’ б' ‘ йамбиж 380 Уоттон Генри. 458 Щантерен Ннкола. 4.30 Утишинович, 556. 562 563 Шатильок ж 396 У’"МЛ ДЖ°"- т- 478 ШикГар^'р^'^бОЗ Шпеккле Даниэль, 503 ф Штееивинкель Лауреиц фон, 508. * 509 ФаК575 576ЖО’аи"" МаР"°- 574, ШЮТ ЛЖ°"' 437 Фальконетто, 254. 270, 271 3 Фернаидиш ’ма'тиЛ™,426.430 Эррера'х'уан 4П 419'42 ’ 422 Фериуккен Вильгельм. 509 J₽P a₽A ' 4 7' 4 9' 42 ' 422' Феррабоско Пьетро из Лугано, °’ Феррини, 141 Ю Филарете (Аверлиио Антонио ди Пьетро!, 50. 141. 145, 146. 147. Ювара Филиппо. 89 335, 337, 338, 530 Юнауэр Бартоломей. 558 Фиораванте Аристотель. 329, 530 Юрко (Штрейт или Краньеш. Фиревце Себастьяио да, 130, 133 558. 559 Фишер Петер, 528 Флетнер Петер, 499, 566 Я Флорис Корвелис (Корнелис де Ян из Прешова. 586 Вриндт). 493—496. 566 Ярош Томас. 573
ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ АРХИТЕКТУРЫ ТОМ V. АРХИТЕКТУРА ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ ЛГомм. К-.»/. Киэнецкиа мост. д. 9. в набор 4/П 1966 г. Подписано к печати 12/VII 1967 г. Т-03690. 81X108'/,.—21.0SS бум. д. 69.3 усд. печ. д. + вкдейки 0.63 усд. пьд. Горького Гд ПОДПИСЧИКАМ «ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ АРХИТЕКТУРЫ* Список исправлений том Ш, раздел „Югославия" 420 423 425 17-я снизу 1-я сверху 15-я сверху 2-я и 3-я снизу 3-я снизу 7-я снизу 5-я снизу Кичево Ochinium 1248 Стара Здошчи Високи Михайло-Астрата Радаваче Кучево Olchinium 1428 Стара-Згошча Високо Трепча Михайло-Астрапа Раджаваце Рис. 10/1 Рис. 40 Рис. 48 слева Дом в Калениче Церковь Богородицы Хиландар, западный притвор собора: Дом в Плава (здание XIX в.) Средняя церковь Апостолов (ХШ в.) Притвор собора начала XIV в.
ОГЛАВЛЕНИЕ Часть первая. АРХИТЕКТУРА ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ В ИТАЛИИ . 31 Глава I. Пути развития итальянской архитектуры в XV—XVI вв. А. И. К а п л у н 33 Глава //. Архитектура Италии 1420—1520 гг................................ 57 1 Архитектура Тосканы, Умбрии. Марки В. Е. Быков (Тоскана, Умбрия), А. И. Венедиктов (Марки), Т. Н. Козина (Флоренция—город) . . 57 2. Архитектура Венеции. В. Е. Б ы к о в.......................... 113 3. Архитектура Рима. В. Ф. Маркузон (Мастера и памятники архитектуры Рима). Т. Н. Козина (Рим — город), А. И. Опочи некая (Рядовая застройка)......................................................... 126 4. Архитектура Милана и Ломбардии. В. Ф. М а р к у з о н (Мастера и памят- ники архитектуры Ломбардии), А. И. Опочинская (Рядовая за- стройка) .......................................................... 139 5. Архитектура Рима в первой четверти XVI в. В. Ф. М а р к у з о н . . . . 162 Глава III. Архитектура Италии 1520—1580 гг................................... 204 1. Архитектура Рима. В. Ф. Маркузон....................................204 2. Архитектура ФлоренцииУА. И. Каплун (Вазари), А. И. Венедиктов и А. И. Каплун (Амманати, Буонталенти)................................. 238 3. Архитектура Северной Италии. В. Ф. Маркузон (Введение, Дж. Ро- мано, Санмикели, Венеция, Палладио). А. И. Опочинская (Жилые дома Венеции), А. Г. Цирес| (Театр Палладио, Алесси) ...... 254 Глава IV. Строительная техника. Ю. К. Милонов................................ 309 Глава V. Итоги развития итальянской архитектуры в XV—XVI вв. В. Ф. Мар- кузон (Итоги развития архитектуры), Т. Н. Козина (Градостроительство, Часть вторая. АРХИТЕКТУРА ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ В ЗАПАДНОЕВРО- ПЕЙСКИХ СТРАНАХ (вне Италии)............................. Глава /. Архитектура Франции. (А. Г. Цир'ес.............................. 361 Глава II. Архитектура Испании. Ю. Ю. Савицкий.............................397 Глава III Архитектура Португалии. А. И. Венедиктов........................425 Глава IV. Архитектура Великобритании. | !' А. С а р к и с и а н | 434
Глава V. Архитектура Нидерландов. Е. И. Реттенберг........................477 Глава VI. Архитектура Германии. К. Юн г хане.............................. и» Г лава VII. Архитектура Австрии. Е. Д. Квнтниикая.........................51» Глава VIII. Архитектура Венгрии. Э. Ревхели...............................530 Глава IX. Г лава X. Архитектура Югославии (Хорватии, Словении и Черногорского При- морья). А. Мохоровичич (Хорватия), Ф. Стеле (Словения). Д. Б ош- кович (Черногорское Приморье)............................................... 1. Архитектура Чехии. 3. Вирт, П.Н. Максимов..........................565 2. Архитектура Словакии. И. Кун...................................... 5S0 Глава XII. Архитектура Польши. Я. Захватовнч Глава XIII Архитектура Скандинавских стран. А. И В < 1. Архитектура Данин....................... 2. Архитектура Швеции...................... Заключение..................................................... Приложения .................................................... 1 . Литература.................................... 2 Указатель архитектурных памятников. Л Г Дзисько при участии Е. И. Кириченко....................................... 3. Именной указатель Л. Г. Дзисько при участии Е. И. Кириченко. А М Харламовой. Под- Иллюстраиии выполнены и графических таблиц пыпол- б0р иллюстраций и Ра’Р36^^,0^.₽1 .5 (Ант. Сангалло Ст цены: О. И. Брайцевои [ч. I. гл. П. Р1гнатьевой [ч. ,, „ II ра«-~ н ? Цг;». J в подборе иллюстрации и р ’'зделов. авторы соответствуюших глав^Р g Q и Клюевой. Карты выполнены п. г*