иш
ж

М11ФКЕ

й
СТЕН
I С «5Г

БЕРГМАН

НА ДАЛЕКОЙ
КАМЧАТКЕ
П У Т Е Ш Е С Т В уИ Е
ПО СТРАНЕ ВУЛКАНОВ,
МЕДВЕДЕЙ И НОМАДОВ
Сс о с т л И И Л
С. ДМИТРИЕВ
обложка

И. ФРАНЦУЗА

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
МОСКВА

1929

ЛЕНИНГРАД

УД

Отпечатано в типографии Госиздата
„КРАСНЫЙ ПРОЛЕТАРИЙ-

Москва, Пименовская ул., л. Iß,
в количестве 5000 эка.,
Главлит ,Ѵі А—23968
Гиз Д—31 № 280И
Зак. 6961
7 и. л.
*

2022059110

ГЛАВА I

СУДЬБА «КОМАНДОРА БЕРИНГА» И ПЕРВЫЕ
ПРИКЛЮЧЕНИЯ СТЕНА БЕРГМАНА.

Стен Бергман сидел за столом и быстро записывал в
дневник все, что произошло с ним за эти последние
дни.
Он был начальником шведской экспедиции, которая
отправлялась на Камчатку.
«Вот уже неделя,—писал он,—как я и мои пять то­
варищей покинули Токио, столицу Японии, и переехали
в порт Хакодате. В Токио мы прожили несколько не­
дель, пока не закончили последних приготовлений к
нашему путешествию на Камчатку.
Порт Хакодате расположен па севере Японии. Все
японские пароходы, отправляющиеся на Камчатку, выез­
жают из Хакодате. Сюда заходят и некоторые русские
пароходы, которые держат курс в том же направлении.
Не знаю, как мы доберемся до Петропавловска.
В порте Хакодате стоит только одно большое парус­
ное судно. Я говорил с капитаном, которому оно при­
надлежит, и просил его захватить нас—шестерых шве­
дов—и багаж до Петропавловска. Но капитан запросил
с. меня неимоверно высокую цену. Нет, лучше остаться
еще в Хакодате и подождать другого парохода, чем
соглашаться на такую сумасшедшую плату».
Стен Бергман поставил точку и задумался. В самом
деле, как быть?

3

Вдруг дверь отворилась, и в комнату влетел Хсдстрем. Он тяжело перевел дух и устало опустился на
стул против Стена.
— Уф, как бежал!—Идемте скорее! В гавань вошло
военное судно с 'красным флагом. Оно пришло из Влади­
востока и отправляется на Камчатку. Судно принадле­
жит советскому правительству, вооружено и совершает
свою инспекторскую поездку.
Степ Бергман ни о чем не расспрашивал. Он схватил
свою шляпу и в сопровождении Хедстрсма быстро за­
шагал к гавани.
На пристани Стен Бергман разыскал капитана. Тот
стоял, окруженный матросами, отдавая распоряжения.
— Капитан, не можете ли вы взять до 1 Іетропавловска
шестерых шведов-путешественников? -спросил Стой.
— Охотно бы это сделал,—ответил капитан,—по вы
видите, что судію переполнено. Все места заняты, пасса­
жиры помещаются не только па скамейках,ио и на полу.
Спать можно, пожалуй, только в столовой, под обеденным
столом и в спасательной лодке. Капитан улыбнулся.
— О, мы согласны поместиться, где угодно, только
возьмите нас па борт! воскликнул Стен.
— Что же, перебирайтесь. Мы отходим в Петропа­
вловск ровно в полночь.
Стен взглянул на часы. «Командор Беринг» должен
был отойти через час двадцать минут.
Закипела работа. Сто пятьдесят сундуков и. ящиков
экспедиции были сложены в таможне. Японские кули 1.
торопливо начали вытаскивать их из дальних уголков
таможенного склада. Они спотыкались в темноте, па­
дали, вновь тащили, грузили па лодки и доставляли
на судно, стоявшее па рейде. > Кули — чернорабочие,

4

«Командор Беринг» дал сигнал. Через десять минут
он должен был отойти. Путешественники заняли все
места на судне, какие только можно было занять. Одна­
ко не весь багаж удалось погрузить, часть его осталась
на складе и должна была притти с ближайшим паро­
ходом.
— Как досадно, что нс весь багаж идет с нами!—
воскликнул Хедстрсм.
В этот момент никто не знал, что «Командор Беринг»
совершал свою последнюю поездку...
Ночью Стен Бергман долго стоял па палубе и смо­
трел, как постепенно исчезали вдали огоньки Японии.
Степ думал о том, что через шесть дней они прибудут
в Петропавловск.
«Командор1 Беринг» шел на север мимо Курильских
островов. С каждым днем в воздухе становилось за­
метно холоднее. Вот показались киты. Опп иногда под­
плывали довольно близко к судну. I
«Командор Беринг» миновал последний из Куриль­
ских островов.
Неожиданно капитан принял решение, которое потом
оказалось роковым: вместо того, чтобы направить судно
по прямой линии на Петропавловск, он повернул в
Охотское море, к западным берегам Камчатки. Капи­
тан хотел убедиться—нс плавают ли- иностранные суда
около мыса Лопатки.
На судне сразу воцарилось военное настроение. Ко­
манда приготовила пушки, притушили 'огни, и «Коман­
дор. Беринг» направил свой путь в ледяное Охотское
море.
Густой тяжелый туман окутал все кругом, и на море
спустилась тьма. Стен улегся спать в открытой спа­
сательной лодке, где было холодно и жестко.
Рано утром раздался страшный треск. Стен подско­

5

чил от сильного толчка; в первый момент он подумал—
стреляют пушки. Вдруг его опять подкинуло, опустило
и снова подкинуло. Стен понял: судно наскочило на
подводную скалу. Он знал, что такие скалы рассеяны
во множестве у берегов Камчатки.
На судне поднялась давка. ’Раздались крики. Люди
бросились на палубу.

«Командор Беринг“ после несчастья в Охотском море.

— Спустить спасательные лодки!—скомандовал ка­
питан.
Пассажиры теснились у спуска, отталкивая друг дру­
га. Они старались захватить с собой и имущество. На
мачте взвился флаг опасности, из пушек громыхнули
несколько сигнальных выстрелов.
Мало-помалу давка прекратилась, и на судне вос­
становилось спокойствие. К счастью, «Командор Бе­
ринг» находился всего в пяти километрах от югозападного берега Камчатки.
;'

6

К берегу направились лодки, наполненные людьми,
узлами и разным багажом. Огромные бурные волны
подхватывали их и, словно щепки, бросали из стороны
в сторону, обдавая водой.
Несмотря на опасное плавание, Стену Бергману и его
спутникам посчастливилось добраться до берега. Они
вступили на землю, к которой так стремились, но как?—
В качестве потерпевших кораблекрушение.
Берег был плоский и голый. Кругом не было' видно
ни единого деревца. Высокие снежные сугробы спуска­
лись до самой воды, а между тем было 14 июня. На
берегу возвышался деревянный крест. Это говорило за
то, что кто-то уже был здесь, и что Стен Бергман и
его спутники не первые на этом месте.
Когда пассажиры выгрузились на берег, спасатель­
ные лодки снова отправились к «Командору Берингу»,
чтобы забрать и привести сюда остальную партию пас­
сажиров. Теперь на судне остались только капитан
и несколько матросов. Они терпеливо ждали, пока лод­
ки доберутся до берега Камчатки, выгрузят пассажиров
и вернутся за ними.
;
;
Одна из лодок имела мотор; и тащила на канате за
собой остальные. Это было большим счастьем, так как
ветер дул навстречу, и лодкам порознь было бы трудно
добраться до судна, і
Когда моторная лодка в третий раз причалила к бе­
регу, Стен Бергман подошел к капитану и сказал:
— Капитан, разрешите мне и Хедстрему возвратиться
на пароход и отобрать наиболее ценное из нашего
снаряжения. (
— Это не совсем безопасно,—ответил капитан.—Но
если вы так настаиваете, поезжайте.
Стен Бергман вместе с Хедстремом и несколькими
матросами сошел в спасательную лодку.
7

С тревогой подплыли они к судну, н, когда вошли па
пего, вода стояла уже довольно высоко в машинном
отделении и в каютах. ,
— Отобрать наиболее цепное! Легко сказать!—вос­
кликнул Хедстрем.-—Ведь самое необходимое мы уже
отобрали и взяли с собой на пароход, а менее нужное
оставили в порте Хакодате.
Бергман и Хедстрем вытащили на палубу десять ящи­
ков с научными инструментами и начали их спускать в
лодку. Они спускали уже десятый ящик, как вдруг
один матрос с лодки крикнул:
— В спасательную лодку! Корабль погружается!
Стен Бергман и Хедстрем бросили в лодку ящик и
прыгнули вслед за ним. Вода так высоко поднялась во
всех отделениях, что судно могло перевернуться ка­
ждую минуту.
Путешественники успели спасти микроскоп, метеоро­
логические инструменты, два ружья, фотографический
аппарат и. еще несколько вещей.
— Дело еще не так плохо,—сказал капитан, когда
Стен Бергман вышел на берег.—Судно останется ле­
жать на рифе до следующего утра, если только не
усилится ветер.
Наступал вечер. На берегу беспомощно толпились
тридцать пять человек, окруженные узлами, сунду­
ками и ящиками. Почти у всех были ружья, кото­
рые так необходимы каждому, кто отправляется на
Камчатку.
Юго-западный берег Камчатки—одно из самых нецостсприимных мест на всем полуострове. Это—родина
бурь, дождей и туманов. )
Надо было подумать о- том, где найти приют среди
этой суровой природы. И вот люди принялись мастерить
палатки, кто как мог. [

8

Наступила ночь. Степ Бергман лежал в палатке и
прислушивался, как дождь хлестал о полотно и завывал
ветер. Никто из путешественников не думал в эту ночь
о сне. Все напряженно ждали рассвета, всем хотелось
скорее что-нибудь предпринять, чтобы спасти свои ве­
щи, которые остались на судне, если только было' еще
что спасать.
Степ несколько раз выходил из палатки и пытался
разглядеть в полутьме—цел ли «Командор Беринг». Но
туман и дождь мешали что-либо видеть.
Наконец настало утро. Судно было цело, но> сильно
наклонилось па бок.
— Скорее, скорее! Быть может, еще удастся чтолибо спасти! !
Утро было хмурое и холодное. Лодка приблизилась
к «Командору Берингу». Вся задняя часть судна погрузи­
лась в воду, а вместе с ней и тридцать ящиков, кото­
рые принадлежали экспедиции.
Удалось вытащить только десять. Эти ящики были
обиты цинком, не пропускали воду и остались неповре­
жденными. Около двадцати ящиков исчезло. Вскоре
моторный бот был нагружен настолько, что штурман
стал опасаться за благополучное возвращение па берег.
Едва бот причалил, как к Стену подошел один из
пассажиров.
— Могу вас порадовать,—сказал он.—В двух кило­
метрах от нашего лагеря к берегу прибило пять ящи­
ков. Ветер ночью дул с моря, и волны выбросили их на
берег.
Стен и трос мужчин пошли вдоль берега. Действи­
тельно, на берегу лежало пять ящиков.
— Думали ли мы, когда упаковывали эти ящики в
Швеции и ставили на них штемпель «Шведская камчат­
ская экспедиция», что волнам Охотского моря при­

9

дется доставить их на берег Камчатки,—сказал Хедстрем.
— Видно, другие ящики окончательно потеряны,—
сказал Стен.
— А что в них было?—спросил один из мужчин.
— В них находилась наша аптека, запас фотографи­
ческих пластинок, кинофильма, оружие и продоволь­
ствие,—ответил Стен.
Между тем люди на берегу развели большой си­
гнальный костер и вывесили флаг, извещавший о не­
счастьи. Утром на горизонте показалось парусное судно.
Люди беспокойно толпились на берегу, наводили би­
нокли, махали платками и шапками. Но судно прошло
мимо, не заметив сигнала.
На другой день капитан увидел другой парусник. Он
шел в том же направлении, как и первый, і
— Пожалуй, и этот парусник пройдет мимо,—сказал
капитан.—Надо пересечь ему дорогу на моторном боте.
Несколько матросов тотчас же уселись в бот и укре­
пили на нем флаг опасности. Матросы развили самую
большую скорость, и бот, как стрела, полетел навстречу
судну. Люди на берегу напряженно следили за бо­
том. Какова же была их радость, когда парусник вне­
запно изменил курс и направился навстречу боту.
Парусник был небольшим двухмачтовым русским суд­
ном. Он шел в гавань Камбольную на западном берегу
Камчатки.
— Я не могу изменить своего курса,—сказал капи­
тан матросам,—но я готов вернуться сюда и взять
столько пассажиров, сколько позволяет место, но, ко­
нечно, без багажа. Обещаю приехать за вами на чет­
вертый или на пятый день.
Томительно тянулись дни за днями. Вот прошел чет­
вертый, пятый, шестой, седьмой день. А парусник не
10

показывался. Позже Стен Бергман узнал, что и это
судно пошло КО' дну. I
Между тем люди на берегу должны были как-нибудь
наладить себе жизнь. Им удалось спасти несколько
мешков муки, ящик со ржаными сухарями и ящик с
бисквитом. Но надолго ли могло хватить этих продук­
тов, чтобы прокормить тридцать пять человек! На бе­
регу же не было никакой растительности и никакой
дичи. Охотиться можно было только на морских со­
бак \ морских чаек и на суше—на сурков. Мясо этих
животных ели с большим аппетитом, как дорогое, лако­
мое блюдо.
Утром на восьмой день люди с берега заметили япон­
ский торговый пароход.
— Бот навстречу!—скомандовал капитан.
Когда бот вернулся, матросы передали, что капитан
японского судна обещал дать радиотелеграмму япон­
ским военным судам, которые находятся сейчас в
Охотском море.
Действительно, через два дня пришли японские воен­
ные суда, забрали всех пассажиров, и через день Стен
Бергман завидел гавань Петропавловска.

1 Морская собака, пли нерп, — из породы тюленей.

/

11

ГЛАВА

11

ПЕТРОПАВЛОВСК И ЕГО ОКРЕСТНОСТИ

Как только Стен Бергман прибыл в 1 Іетропавловск,
ему сообщили, что четырехмачтовый парусник, с ко­
торым он торговался в Хакодате и почти готов был
отправиться в путь, взорвался па море, и все пассажиры
погибли.
— Нет, лучше потерпеть крушение на «Командоре
Беринге», чем на паруснике взлететь на воздух, смеясь
заметил'Стен.
А вечером он сидел за столом и записывал в свой
дневник:
«Петропавловск—главный город на Камчатке. Он
раскинут по склону горы и имеет всего около тысячи
жителей. Это—типичный маленький русский город.
Дома деревянные, одноэтажные, железных крыш
нет совсем. По город}' свободно разгуливают свиньи.
Наравне с русским слышится китайский и япон­
ский говор. Население—русские, китайцы, японцы и
корейцы.
В отличие от небольших городов Аляски, где идет
добыча золота и жизнь бьет ключом, Петропавловск
производит впечатление города сопногоі, вялого и празд­
ного. Время здесь не ценится. То, что нужно сделать
сегодня, с таким же удобством может быть сделано
завтра, послезавтра и даже через год».
Путешественники устроили в Петропавловске глав
12

Петропавловск зимой.

ную квартиру, разобрали вещи. С этого времени стали
делать экскурсии в неисследованные места.
Первая экскурсия была в окрестности Петропавлов­
ска. Вышли из дома рано утром. На гладкой и бле­
стящей поверхности бухты, как в зеркале, отражались
плывшие по небу облака. По другую сторону бухты
высился белоснежный вулкан Велючинский. Петро­
павловск был еще погружен в глубокий сон. Лишь
несколько китайцев и корейцев занимались работой.
Они с недоумением посмотрели на экскурсантов и пере­
кинулись друг с другом несколькими словами на своем
непонятном языке.
Вот в одном доме отворилась дверь, и на улицу вы­
скочили две свиньи. Радостно хрюкая, они побежали
отыскивать себе корм. Пропел петух, и пара дворняжек
с неистовым лаем бросилась на путешественников. Хри­
пя и задыхаясь от лая, они проводили экскурсантов
некоторое расстояние, а потом побежали обратно.
Скоро улица города кончилась и перешла в большую
дорогу, которая тянулась на тридцать километров до
деревни Савойко. Это единственная дорога на всем
Камчатском полуострове. Рядом с городом лежало не­
большое озеро. Стен Бергман свернул с большой до­
роги и пошел по тропинке по- северному берегу озера.
Извиваясь, тропинка круто поднималась на гору, и
вдруг открылся великолепный вид. Стен невольно оста­
новился. Два исполинских вулкана лежали рядом, гос­
подствуя над окрестностями, оба покрытые снегом,
сверкавшим на солнце. Это были—Авачинская сопка,
достигающая 2 600 метров высогы, и Коряцкая, имею­
щая 3 400 метров. Легкие облака курились над их
вершинами. Воздух был совершенно прозрачен. Каза­
лось, что одной дообеденной! прогулки достаточно,
чтобы достигнуть подошвы вулканов.
14

Между экскурсантами и вулканами лежало морс зе­
лени. То был березовый лес. Яркая зелень леса резко
оттеняла белоснежные вершины вулканов. И когда
Стен навел бинокль, он разглядел, как березовый лес
сменялся густыми зарослями ольховника.
Пройдя небольшое расстояние, экскурсанты вошли
в березовый лес. Он похож был скорее на парк, чем на
лес. Деревья росли редко, были сухи, суковаты и раз-

Путешественнпца Дагнн Бергман с камчатскими цв.тлми

растались больше в ширину, чем в высоту. Кора на
деревьях была толстая, корявая и серого цвета. Лес
состоял из камчатской березы, покрывающей большие
пространства па полуострове.
До сих пор экскурсанты шли по тропинке. Потом
они свернули в сторону и пошли по траве. Вначале
попадались места, где трава была притоптана коровами.
По вскоре трава стала такой высокой, что закрывала
людей с головой.

15

Стен Бергман перекликался со своими спутниками,
чтобы нс растерять друг друга. Они уже с трудом про­
бирались вперед и, прежде чем сделать шаг, наклоняли
к земле высокие сочные стебли травы. Солнце грело
гораздо горячее, чем можно было ожидать при виде
покрытых снегом гор. Густые тучи комаров преследо­
вали путешественников.
Стен Бергман прошел еще некоторое расстояние. Он
заметил, что здесь почва стала влажнее, и к березам при­
мешивался ивняк. Местами попадались сплошные за­
росли сочной травы. На болотистой почве Стен увидал
отпечатки лап.
— Это следы медведей,—сказал он,—Поистине, уди­
вительная страна Камчатка! Медведи здесь разгуливают
совсем рядом с городам. I Іо мы нс приготовлены к серьез­
ной охоте. Я предлагаю устроиться на отдых у озера.
На зеркальной поверхности, озера плавали две боль­
ших гагары. Несколько уток поднялось из зарослей ка­
мыша. Вверху парили хищники.
Немного отдохнув, экскурсанты снова стали проби­
раться через сплошную стену ольховника. Стволы имели
толщину от пяти до десяти сантиметров. Их нужно
было пригибать к земле, чтобы сделать шаг вперед.
Это была тяжелая работа. Над вспотевшими лицами
экскурсантов кружились кровожадные комары. Стоило
провести рукой по шее, как она окрашивалась в красный
цвет.
Но все это казалось пустяком в сравнении с теми
страданиями, которые путешественники испытали, когда
стали пробираться через чащу кедровника. Кедровник
рвал платье в клочки, царапал лицо, к рукам липла па­
хучая смола.
Кедр достигает в среднем трех метров высоты, но
деревья в кедровом лесу растут гораздо гуще, чем в
16

ольховнике. Как только вы вошли в кедровник, вы уже
ничего нс видите. Пробираться через него вдвое труд­
нее, чем через ольховник.
В то время как экскурсанты пробирались через оль­
ховник и кедровник, Стен начал понимать, почему так
мало людей исследовали Камчатку и почему многие
возвращались обратно. Ему стало также понятным из­
речение, написанное в ХѴШ столетни в одной книге
об Азии: «Нет более несчастной страны на земле, чем
Камчатка». И невольно Стен подумал о том, какую
огромную площадь занимает Камчатка. Ее площадь
равна 270 000 квадратных километров. И в такой
большой стране живет всего около' 10 000 жителей, что
в среднем дает менее трех человек на 100 квадратных
километров. Какая огромная часть Камчатки еще не
заселена людьми! Вместо людей здесь живут медведи и
другие дикие животные.
Камчатка имеет значительно более холодный климат,
чем лежащие под той же широтой местности в Европе.
Средняя годовая температура в южных частях Кам­
чатки 3° Цельсия выше нуля, а в северных частях —
(> Цельсия ниже пуля. Средняя температура января па
юге полуострова 7°, а в Петропавловске—8,4', и на
севере—21° Цельсия.
Наконец путешественники достигли вершины горы.
Теперь перед ними развернулся великолепный вид на
окрестности Петропавловска. На юге царство могу­
чих, покрытых вечным снегом гор. Три исполинских
вулкана пирамидами поднимались друг около друга.
На севере также возвышались вулканы, над которыми
курились огромные столбы. К западу тянулись березо­
вые леса, прерывающиеся горными кряжами. I Іа востоке
виднелась бухта Авача- огромная морская бухта и да­
лее могучий Великий океан.
2

На далекой Камчатке

17

ГЛАВА III

НА ПТИЧЬИХ ОСТРОВАХ

Каждый день Стен Бергман предпринимал экскурсии
и каждый раз привозил с собой много разнообразных
животных и растений. Дома он препарировал их. Если
соседи заходили к нему во время '•'ЙЙя'тий, они в не­
доумении качали головами и немало удивлялись его
работе.
Как-то раз Стен Бергман и Хедстрем, захватив с
собой одного рабочего, отправились на скалистый ост­
ров Топорков, расположенный в Тихом океане к югу
от бухты Авача и в тридцати семи километрах от
Петропавловска. Стену рассказывали, что на этом
острове живет несметное количество плавающих птиц.
Они выехали на моторном боте. Вскоре на воде появи­
лись плавающие птицы—топорки и арра. Эти птицы
являются самыми распространенными у берегов Кам­
чатки.
Топорки имеют черное, как смоль, оперение, крас­
ный клюв, похожий на маленький топорок, и желтый
пучок перьев на голове.
У арра спина черного цвета, а задняя часть тела—
белая. Над ботом носились кормораны - большие черные
птицы с длинными шеями.
Как только бот стал приближаться к топоркам, эти
птицы попробовали было уплыть, но, видя, что бот
настигает их, начали с шумом хлопать крыльями по
18

воде, стараясь подняться на воздух. Наконец с большим
трудом поднялись над водой.
Теперь бот вышел из бухты Авача в ворота, кото­
рыми бухта открывалась в океан. Эти ворота имели око­
ло семи километров в длину и столько' же в ширину.
Внутри ворот и по выходе из них оба берега были усея-

Топорок

ны множеством подводных скал. Тут было опасно для
моряков, в особенности воі время бурь и туманов.
"В воротах бот обошел большую недоступную скалу
«Бабушка».
—• Посмотрите, какая огромная колония чаек и то­
порков живет на этой скале!—воскликнул Хедстрем.
2*

J

1

:

19

Потом бот проехал мимо трех скал, па которых жили
чайки.
Эти скалы носят название «Три брата», сказал
(./ген. Скоро и конец нашего пути.
Однако нужно было потратить немало1 времени, что­
бы благополучно выбраться из ворот. Наконец бот
вышел в открытое море. Здесь берега состояли из
скалистых голых стен, круто обрывающихся в воду.
Недалеко от берега то там, то сям всплывало что-то
белое и исчезало.
— Что это такое?—спросил, всматриваясь, Хедстрем.
— Это подводные скалы, о которые разбивается
прибой,—ответил Стен.
Вдали в море вырисовывался остров Топорков. Он
расположен к югу от ворот, а к северу на высокой
скале стоял маяк.
Большими стаями пролетали арра, топорки, кормо­
раны il чайки. Чем ближе бот подходил к острову,
тем больше и больше становилось птиц, в особенности
топорков.
До острова оставалось еще несколько километров, а
морс было все усеяно птицами.
Наконец бот подплыл к самому острову. Огромные
стаи сидели на скалах и на зеленом склоне. Хедстрем
поднял ружье и выстрелил. Тучи птиц закрыли небо.
Они с беспокойством начали носиться над ботом. И
долго-долго, раздавались их крики и хлопанье крыльев.
Штурман подвел бот к низменной полосе, которая
выделялась на подобие языка.
— Вы возвращайтесь обратно в Петропавловск, ска­
зал Стен штурману,—а мы останемся здесь па несколь­
ко дней. Через неделю вы вернетесь сюда, за нами.
Оставшиеся на острове путники раскинули палатку
п стали вести наблюдения над птицами. Однажды Хед-

20

стрем, карабкаясь по склону, покрытому зеленой травой,
добрался до гнезд топорков.
-- Идите сюда! Здесь гнезда! - закричал он радостно.
По крутому склону чернели отверстия ям. Это топорки
вырыли ямы глубиной до, одного метра и там устроили
свои гнезда.
, ,

Орел

Хсдстрсм сунул голову в одну из ям. Ио в тот же
миг он далеко отскочил в сторону, закрыв губы рукой.
— Ой, проклятые!—закричал он.
Топорок бросился ему в лицо и своим крепким клю­
вом поранил верхнюю губу.
За свой клюв, похожий на топорок, эта птица и по­
лучила свое название.
21

Ямы, в которых находились гнезда птиц, были распо­
ложены правильными рядами. В гнездах лежали птен­
цы. По дороге от моря к гнездам спешили взрослые
птицы. Они несли в своих клювах пойманных малень­
ких рыбок. Отдадут птенцам рыбку и снова спешат
к морю за добычей. С раннего утра и до позднего ве­
чера птицы были заняты этой работой. В июле сюда
приезжают люди из Петропавловска и собирают яйца
топорков.
За все время пока Бергман и Хсдстрем жили на остро­
ве, они питались мясом топорков и печенкой морских
собак, которых здесь было довольно много.
На высоких скалистых стенах, круто обрывающихся
в море, жили арра и кормораны. Эти птицы устраивают
свои гнезда на скалах.
Как-то раз над островом пролетел орел. Большая
статная птица была, очевидно, недовольна, что на остро­
ве появились люди,—она вскоре улетела.

22

л

ГЛАВА IV

УСТЬЕ РЕКИ КАМЧАТКИ

Короткое лето близилось к концу; деревья и кусты
окрашивались в красивые цвета осени.
В маленькой комнатке собрались все участники экс­
педиции. Стен стоял перед картой, которая висела на
стене, и долго рассматривал ее. Потом он повернулся
к своим товарищам и сказал:
— Скоро наступит зима. Я хотел бы совершить еще
одну поездку в устье Камчатки, этой самой большой
реки на полуострове. Но нам придется разделиться
на две партии. Я, моя жена и Хедстрем поедем в
дельту реки. Я хочу заняться наблюдениями над жи­
знью животных и птиц, а вы, Малайзе, вы, Хультен,
и ваша жена отправитесь на юг полуострова в бухт}/
Ахомтен.
— С каким пароходом вы поедете до Усть-Камчатска?—спросил Хультен.
— Мы поедем на русском военном судне «Магнете»,- ответил Стен.
— Вы уверены, что капитан даст свое согласие?—
опять спросил Хультен. 1
— Вполне,—ответил Стен.—Я уже говорил с ним.
Капитан согласен взять нас троих на судно.
На следующий день Бергман разыскал капитана.
— Когда отправляемся?—спросил Стен.
— К сожалению,—ответил капитан,—я только что по­
23

лучил распоряжение отправиться на Командорские
острова и оттуда во Владивосток.
Какая досада!—воскликнул Стен. Огорченный, он
побродил по набережной и возвратился на общую квар­
тиру.
Прошло два дня. Стен в бинокль следил за бухтой, не
теряя надежды, что появится какое-нибудь еще судно.
Какова же была его радость, когда на третий день утром
он заметил новое судно, стоявшее в бухте. Тотчас же
отправился на набережную. Оказалось, что это- было рус­
ское судно «Яна». Оно должно- было сделать свой по­
следний рейс в этом году на север-.
Степ немедленно разыскал капитана «Яны» и обратил­
ся к нему с просьбой:
- Капитан, возьмите нас троих до Усть-Камчатска.
— Я ничего не имею против,—ответил капитан.—
I Іеребирайтесь.
— Но только, капитан, вы должны обещать, что на
обратном пути захватите нас до Петропавловска.
Капитан протянул свою руку Стену.
- Обещаю,—сказал он.—Слово старого моряка так
же твердо, как эта скала.
Трое путешественников перебрались на борт «Яны».
На судне было грязію и тесно. «Яна» была переполнена
пассажирами. Капитан решил больше никого не пускать.
— Нет места!—кричал- он с судна.
Он велел поднять сходни. Но в тот же момент раз­
дался громкий плач и отчаянный крик женщин, а муж­
чины начали ругаться и посылать проклятия капитану.
Кончилось тем, что капитан уступил. Он распорядился
снова спустить сходни, и на палубу устремились пас­
сажиры со своими пожитками. У многих были спаль­
ные мешки, сделанные из оленьей или медвежьей
шкуры.
24

Берега Камчатки слабо изучены и на карту не на­
несены подводные скалы, несчастья с судами происходят
здесь каждое лето. Легко себе представить, какой ужас
творится на переполненном судне, если оно в туман и
в бурю наскочит на подводные скалы.
На третий день плавания «Яна» бросила якорь .В
устье Камчатки. Стен, который все время стоял у борта,
крикнул:
—• Хедстрсм, скорее сюда! Посмотрите, там Клю­
чевская сопка—величайший вулкан на земле.
— Я в первый раз вижу вулкан такой несравненной
красоты,-—заметила Даніи Бергман.
Все трое несколько минут стояли молча и нс могли
оторвать глаз от великана, задернутого' легкой дымкой.
Казалось, что он поднимался где-то совсем близко у
берега, а между тем от «Яны» до вулкана было не менее
ста пятидесяти километров.
Степ Бергман и Хедстрсм начали в бинокль осматри­
вать берег. Местность была плоская, безлесная. Путе­
шественники находились в дельте большой реки.
Стен заметил небольшие серые домики.
— А что это за огромное здание с фабричной тру­
бой? -спросила Даніи Бергман.
— Вы видите японскую консервную фабрику, ска­
зал проходивший мимо капитан.

Бергман и его спутники, утомленные переездом па па­
роходе среди тесноты и неудобств, с нетерпением ожи­
дали спуска на берег, где можно вымыться, переодеть­
ся и хорошо выспаться в чистой комнате после двух
почти бессонных ночей.
Однако прошел день, наступил другой... Высокие вол­
ны ударяли о борт парохода и грозили опрокинуть

25

шлюпку тех смельчаков, которые рискнули бы переез­
жать на берет.
Измученные ожиданием, пассажиры теснились на па­
лубе.
; . > :
— Капитан, когда же вы нас спустите на берег? Мы
качаемся на волнах уже полтора дня,—обратился Хедстрем к капитану.

Японская консервная фабрика в Усть-Камчатске

— Спустить вас на берег здесь не так-то легко,—
ответил капитан,—Река вливается в Берингово море.
Ее течение здесь очень сильное, а берег не имеет га­
ваней. Я надеюсь, что к вечеру волнение утихнет, и я
доставлю вас на берег.
Вечером Стен, Хедстрем и Даніи Бергман перееха­
ли на моторном боте на берег реки, где была японская
консервная фабрика.
Темнота спускалась на землю, начинал накрапывать
26

л
осенний дождь. Выло неприветливо среди холода и
пустоты. Стен и Хедстрем начали искать место, где
бы можно было сложить вещи. Несколько любопытных
собралось около них и глазело на незнакомцев. Неда­
леко от Стена стоял высокий человек. Он держал в
руке большой ключ.
— Кого это чорт принес сюда?—спросил он одного
из своих соседей.
Но когда он услыхал, что- Бергман и Хедстрем загово­
рили по-шведски, удивленно воскликнул:
— Что за чорт! Вы говорите по-шведски! Я тоже
швед, мое имя Андерсен.
Андерсен страшно обрадовался, когда узнал, что
Бергман и Хедстрем шведы. Он тотчас же приказал
двум китайцам перенести вещи путешественников в на­
дежное место, а их пригласил к себе.
Андерсен познакомил гостей со своей женой. Это была
маленькая, полная японка.
— Ну, жена, ставь на стол все, что есть лучшего в
доме Андерсена!—сказал он.
Потом Андерсен обратился к своим гостям;
— К сожалению, многое у нас уже упаковано. Завтра
мы уезжаем в Японию.
Когда на столе появилась закуска и две бутылки ви­
на, Андерсен оживился и начал рассказывать о себе:
— Я служу на японской консервной фабрике, полу­
чаю хорошее жалование. Андерсена все уважают. Сна­
чала я служил старшим механиком на этой фабрике,
а когда японцы подучились и стали сами механиками,
я был назначен контролировать их работы. Было время,
когда я служил механиком на пароходе.
Андерсен оживился. Он спел несколько шведских пе­
сенок и продекламировал наизусть шведские сказания.
Андерсен не уехал, как хотел, на следующий день.
27

Поднялась буря, и он принужден был остаться еще
на два дня. Это время путешественники провели в
обществе веселого шведа. Они знакомились с кон­
сервными фабриками по берегам Камчатки. На северном
берегу реки фабрика принадлежала русско-японскому
обществу и состояла из двух корпусов, находящихся
в двух километрах друг от друга. Летом на ней'работало
несколько тысяч японских рабочих. Она была обору­
дована усовершенствованными машинами. На южном
берегу реки стояли также две огромных фабрики. Они
принадлежали всецело японцам. Зимой все фабрики
останавливались. После Русско-японской войны япон­
цы получили право ловить рыбу у берегов Камчатки,
и это право они сохранили до сих пор.
Андерсен помог путешественникам найти квартиру.
Быстро устроившись в новом помещении, путешествен­
ники, нс теряя времени, начали устраивать экскурсии
и составлять коллекции.
Местность представляла болотистую низменность,
прорезанную многочисленными рукавами реки. Здесь
начиналась настоящая тундра. Был уже конец сентя­
бря, и тундра принимала осенний вид. Созревала клю­
ква и поспевала морошка. Гагары, утки и чайки, про­
летая с севера на юг, опускались на тундру, чтобы
полакомиться этими ягодами. То и дело из воды высо­
вывались морды морских собак, которых нигде не было
так много, как в устье реки Камчатки.
Всего в двух часах от Усть-Камчатска в окрестно­
стях Нерпичьего озера обитали медведи.
Бергман и Хедстрем радовались богатству животного
мира. Их коллекции быстро пополнялись.
Внезапно пришло сообщение с «Яны»:
«Переезжайте на борт. Завтра «Яна» уходит в обрат­
ный путь»,
28

Стен получил эту весть в тот момент, когда мотор­
ный бот с пассажирами отправлялся к судну. Упако­
вать все свои коллекции в несколько минут Стен, ко­
нечно, нс мог. Он отправился на корабль.
Капитан, а ваше слово?
Капитан смутился, по потом сказал:
Я еще сам не знаю, когда я отчаливаю. Если бу­
дет буря, я снимусь с якоря в эту ночь, если будет
спокойно, я останусь еще на два дня и буду грузиться.
Капитан повернулся и сделал вид, что разговор окон­
чен.
Поведение капитана сильно смутило Стена. Но ему
ничего пе оставалось, как спешно запяться приготовле­
ниями к отъезду. Он заказал к шести часам утра мо­
торную лодку и всю ночь вместе с Хедстремом упа­
ковывал коллекции.
Ночь была тревожная.
■ — - Если «Яна» нс возьмет нас, то мы будем отре­
заны от Петропавловска, — сказал Хедстрсм. — Ведь
«Яна»—последнее судно, которое в этом году идет на
Петропавловск.
Да, ответил Стен.—Тогда нам придется перези­
мовать здесь. Впрочем, остается еще один путь—итти
через внутреннюю часть полуострова—800 километ­
ров... Но с нами пет зимнего снаряжения.
В полночь начался шторм. Шум моря разносился да­
леко по берегу. В несколько мгновений водная поверх­
ность покрылась белой пеной. Ночью Стен несколько
раз выходил и смотрел,, не ушла ли «Яна». Он видел
в темноте огоньки, которые то показывались, то исче­
зали. Это были огоньки 'небольших вспомогательных
судов; волны то высоко подбрасывали их, то опускали
вниз.' •.
■
і
Когда наступил рассвет, путешественники поняли,
29

что им нечего и думать о какой-либо попытке выехать
на «Яну». Море бешено клокотало, покрытое белой пе­
ной, и на устье реки обрушивались чудовищные волны.
Это было грозное зрелище.
В шесть часов пришел японец-машинист, с которым
Стен сговорился, что тот доставит их на моторном боте
на «Яну».
— Не советую ехать,—сказал он.—Опасно...
— Но почему же «Яна» еще стоит на якоре? Быть
может, ради нас! Уж не раскаялся ли капитан и не
намерен ли он ждать, пока мы подъедем на «Яну?»—
спросил Стен.
В восемь часов утра Стен заметил, как судно на­
чало двигаться.
— Хедстрем, Хедстрем! Смотрите! «Яна» взяла курс
на север и выходит в морс!—воскликнул Стен.
Хедстрем молча смотрел, как «Яна» становилась все
меньше и меньше. Скоро она совершенно скрылась из
глаз.
Теперь путешественники были отрезаны от Петро­
павловска. Они должны были пройти восемьсот кило­
метров по дикой гористой стране и преодолеть поляр­
ную зиму, чтобы добраться до дома. Но их лыжи и
зимнее снаряжение остались там, далеко...
Наступал октябрь, иі вместе с ним камчатская полярная
зима. Путешественники жили в летней японской дачке.
Начал падать снег, скоро белым покровом оделась тун­
дра. Не тихо падал этот снег, а в бушующих бурях. Он
проникал в дом через окна и покрывал пол. Разво­
дили огонь. В комнате становилось сыро. А к утру
вода замерзала. Немало прошло времени, прежде чем
шведы достали себе спальные мешки.
Зимой жизнь животных в тундре замирает. Однажды
Хедстрему удалось подстрелить белого ястреба, в дру­
30

гой раз Степ в лесу наткнулся на нерпа. Этот нерп,
повидимому, пробирался по лесу из Нерпичьего озера
к морю. Но он опоздал: река, соединяющая озеро.с мо­
рем, замерзла.
В течение всего октября и даже в ноябре путешествен­
ники жили в летнем домике. Но дальше оставаться в
нем становилось совершенно невыносимо. Просыпаясь
утром, прежде всего очищали комнаты от снега и вы­
рубали лед в котле с водой. Наконец удалось полу­
чить две комнаты на японской радиостанции. Эти ком­
наты, правда, были тоже летние, ио в них была! печка,
и их можно было несколько утеплить. Рядом жили те­
леграфисты.
Однажды в комнату к Стену вбежал испуганный теле­
графист-японец.
— Станция получила сигнал об опасности: «Спасите
нас. «Яна» беспомощна, руль потерян».
Несчастье с «Яной» произошло у северных Куриль­
ских островов. Здесь особенно свирепствуют тайфуны Ч
Позже путешественники узнали, что бури гоняли
«Яну» одиннадцать дней. Она беспомощно блуждала
по морю, пока наконец американское судно не взяло
ее на буксир.
'

В Усть-Камчатске с октября по апрель свирепствуют
снежные бури. Камчатская пурга разражается над тунд­
рой почти каждый день. Иногда снег кружится такой
густой массой, что в двух шагах ничего не видно.
У человека захватывает дыхание, и нельзя устоять про­
тив ветра. Иногда сыплется снег, мелкий, похожий па
мучную пыль. Он проникает через самые тонкие от1 Таііфунами называются ураганы на морях в Восточной Азии.

31

верстпя. Он жжёт словно раскаленными иголками, так
что нельзя открыть глаз.
Гораздо хуже морозной пурги мокрая пурга, когда
температура равна пулю. К счастью, она бывает до­
вольно редко. Горе тому, кого захватит мокрая пурга
вдали от жилища. Вся одежда насквозь промокает от
сырого снега. Сырость проникает до самых костей. Но
как только буря кончается, температура сразу резко
понижается, и человек чувствует себя будто он окоЬап
в железо. Это мучительное состояние трудно описать.
При морозе в 20—30° человек цепенеет.
Снежные бури не выпускали путешественников из
их домика. Сугробы так засыпали радиостанцию, что
собаки прыгали на крышу. То одна, то другая сто­
рона дома были совершенно засыпаны снегом, и ('теп
с Хедстремом должны были откапывать снег лопа­
тами.
— Надоело сидеть в этой дыре.! -часто восклицал
Хсдстрем.- Когда же мы, наконец, двинемся в Петропав­
ловск?
— Нет, дорогой Хедстрсм, пока через день бушует
пурга, нам нельзя отправиться в путь, — отвечал
Стен.—Вот к концу зимы мы можем подумать о до­
роге.
Наступил Новый год. С большим шумом японская
колония отпраздновала первое января. I Іутешественников пригласили на это празднество. С другого берега
реки приехали русские. Они приехали па санях, за­
пряженных собаками. Гости так много ели и пили, что
с трудом доползли до своих саней и совершенно не
могли управлять собаками. Умные животные сами на­
шли дорогу к дому, и можно было удивляться, как их
хозяева не отморозили себе в эту ночь рук и пог.
С наступлением нового года стали готовиться к до32

роге на Петропавловск. Думали добраться туда на льіжах. Собаки, запряженные в сани, должны были везти
багаж: палатку, спальные мешки, научные инструменты,
оружие и провизию.
— Дорогой Хедстрем, вот вам нелегкая задача—наши
лыжи в Петропавловске, и мы должны сделать другие.
Кругом тундра и нет подходящего дерева. Даю вам

Стен Бергман в зимней камчадальской одежде

три дня. За это время вам бы следовало вывести нас
из затруднения.
На четвертый день изобретательный Хедстрем явился
сияющий. Он тащил на спине целую дверь.
— Я нашел ее на паруснике,—сказал он.—Доски
еще достаточно прочны, чтобы сделать из них лыжи.
Закипела работа. Хедстрем обшил лыжи с нижней
стороны шкурой морской собаки, причем волос он на3

На далекой Камчатке

33

правил назад. Такие лыжи шли медленнее, чем норвеж­
ские, но' зато не скатывались назад при подъемах.
В оттепель к ним не прилипал снег, и благодаря их
небольшой длине они удобно укладывались на сани.
Из остатков двери Стен и Хедстрем смастерили кам­
чадальские сани, хорошо приспособленные для езды по
лесу. Затем они сшили спальные мешки, шапки и ме­
ховые сапоги. Им удалось достать ездовых собак. Все
коллекции упаковали в оцинкованные ящики и поста­
вили их на хранение.
Теперь все было готово. Стен дал в Петропавловск
телеграмму своим товарищам:
«Выступаем в путь».

34

г

ГЛАВА V

ВОСЕМЬСОТ КИЛОМЕТРОВ НА ЛЫЖАХ

Был уже конец февраля.
— Ну, Капитан, стой смирно,—уговаривал Хедстрем
большую черную собаку, впрягая ее в сани,—Я знаю,
ты умный пес, ишь, у тебя какая серьезная морда, ты
никогда не. улыбаешься. Стой же, Капитанчик, стой!..
— Ой, не ездите! Погибнете!—качали головами япон­
цы, которые собрались проводить путешественников и
теперь стояли и смотрели на их последние сборы.
— Заметет вас снежная буря.
— На верпую смерть идете. Замерзнете.
— Да и дикие звери могут растерзать вас.
— Ничего. Скоро март. Теперь пурги нечего боять­
ся. Солнышко забирает силу,—сказал подходя кам­
чадал.
'
Действительно, солнце светило ярко, и было; всего
15° мороза. Погода стояла самая благоприятная для
езды.
Надели лыжи. В последний раз взглянули на море.
Воздух прорезал свистящий удар кнута. Капитан, ко­
торый шел первым, рванулся с места, а за ним Грица,
Мушка, Томик и Лайка. Заскрйпели полозья саней. Легко
и ровно покатились они по снегу.
— Держим путь по реке Камчатке!—крикнул Стен.
Лед на реке был ровный, как зеркало, и собаки легко
бежали.
3*

35

Пробежали на лыжах от Усть-Камчатска шестнадцать
километров. Вдруг где-то вдали послышался лай собак,
а через некоторое время показался поселок. Это было
русское селение Черный ЯрРусские встретили путешественников очень радушно
и пригласили их в избу.
,
Стен открыл дверь и вошел в дом. Прежде всего он
увидел при слабом освещении небольшого теленка. Из
разных углов выползали кошки.
— Чем-то нас покормят здесь?—тихо сказал Хед­
стрем жене Стена.
Хозяева долго суетились и наконец пригласили го­
стей к столу.
— Что это за кушанье?—спросила жена Стена.
— Это—юкола. Сушеный с солью лосось.
Даніи Бергман взяла кусок жесткой, крепко посоленой
рыбы и начала его разжевывать. Но рыба была невкус­
ной и слишком твердой.
Хозяйка услужливо предложила жене Стена другое
блюдо.
— Не хотите ли попробовать вот этого?—сказала
она.
— А это что?
— Это—«кислый» лосось, поджаренный на медвежьем
сале. Когда мы наловим лососей, мы сваливаем их жи­
выми в яму. Там рыба «киснет».
После юколы хозяева подали чай.
Это был кирпичный чай, любимый напиток обита­
телей Камчатки. К чаю подали хлеб.
На следующее утро шел снег. Хозяева советовали
своим гостям остаться, пока погода не станет лучше.
Но Хедстрем был против, чтобы делать такую большую
остановку в самом начале пути. К тому же и далее
можно было рассчитывать найти жилье для ночевок.
36

Кто бы ни путешествовал по Камчатке, туземец или
иностранец, европеец или азиат, ни один хозяин не
откажет ему в ночлеге. Гостеприимство не причиняет
особых хлопот хозяевам. Каждый путешественник имеет
при себе свою постель, свой спальный мешок. Он
шьется из меха оленя, горного барана, волка или моло­
дого медведя, шерстью внутрь. Чаще всего употреб­
ляются мешки из оленьей шкуры, так как кочевники
Камчатки обладают большими стадами оленей, и шку­
ру их легче достать. В спальном мешке можно спокой­
но спать при 40° мороза, не боясь замерзнуть, и по­
этому мешок—необходимая дорожная вещь. Если пут­
ника без такого мешка захватит снежная буря, и ему
придется заночевать в дороге, то его ждет верная
гибель.
Если пурга застанет путника в чужом доме, он мо­
жет прожить неделю и больше, пока не кончится снеж­
ная буря. Хозяева накормят гостя, а на ночь он вместе
со всеми ложится спать на пол. Обычно с гостя не
берут никакой платы и бывают довольны, если он по­
дарит им какую-нибудь вещицу или поможет в работе
по хозяйству. Но часто, прожив несколько недель, рус­
ские и камчадалы говорят своим хозяевам только «до
свиданья» и уходят. Гостеприимство соблюдается здесь
свято, так как каждый житель Камчатки может сам быть
застигнут бурей и нуждаться в убежище.
Едва путешественники отъехали несколько километ­
ров, как снег начал кружиться густыми массами и уси­
лился ветер.
— Я не вижу больше следов саней, по которым мы
шли,—сказал Бергман.—Собаки измучились. Стойте,
Хедстрем. Мы с женой пойдем впереди собак и будем
своими лыжами накатывать след. А вы пойдете сзади.
Путешественники прошли не более десяти километ­

37

ров. Снег продолжал падать густым слоем. Всякие
следы окончательно исчезли, но Стен Бергман знал,
что если они будут держаться реки, то дойдут до
поселка. К счастью, тундра прервалась, и они вошли
в березовый лес, такой же тощий, суковатый бере­
зовый лес, с каким они познакомились около Петропа­
вловска. Здесь трудно, было заблудиться. Однако ста­
новилось темно, и снежная буря усилилась.
— Стен, прислушайтесь, не лают ли собаки?—крикнул
Хедстрем.
О близости деревни они обычно узнавали по со­
бачьему лаю.
— Я ничего не слышу,—ответил Стен остановившись.
Все трое были засыпаны снегом с головы до ног.
Стали подгонять собак. Но измученные собаки не
могли больше итти. Они легли в снег и свернулись
комочком.
— Что же делать? Придется дать им передышку,—сказал Стен.
Он дал каждой по куску рыбы и ласково уговаривал
их снова двинуться в путь.
Дагни Бергман пошла впереди, прокладывая дорогу,
а Стен и Хедстрем шли около саней, подталкивая их
и криком ободряя собак. Но скоро собаки снова оста­
новились. Было совершенно’ темно. Снег все падал и
падал.
Стен и Хедстрем при помощи кнута подняли собак,
и сани снова тронулись в путь. Собаки прошли еще
метров сто. Они тонули в снегу. Мужчины напрягали
все силы, чтобы помочь им тащить сани.
— Не заночевать ли нам в снегу?—сказал наконец
Стен.
' t
Хедстрем молчал. Он был также измучен, но ночевка
в снегу не улыбалась. И вдруг вдали послышался СО'
38

бачий лай. Путешественники напряженно прислушались.
Пурга относила звуки. Вот и собаки почуяли, что де­
ревня близко, а это было самое главное. Собаки по­
нимали так же хорошо, как и люди, что в поселке
их ожидает корм. Умные животные напрягали послед­
ние силы и все-таки без помощи Степа и Хедстрема
не могли уже тащить саней, которые, как плуг, по­
гружались в снег.
Наконец вдали мелькнули огоньки.
Сотни деревенских ездовых собак приветствовали по­
явление путешественников. Выбиваясь из последних сил,
все трое добрались до поселка. Стен разыскал дом
эстонца Норрита, и все трое вошли в его избу. Ни­
когда чай не казался их таким вкусным, как в. этот
вечер. Они пили один стакан за другим и жадно гло­
тали вкусные пшеничные булочки, которые напекла
для них хозяйка.
Пурга разбушевалась. Путешественникам пришлось
остаться в доме гостеприимного хозяина на несколько
дней. За это время они успели ознакомиться с поселком.
Он состоял из серых деревянных домиков, разбросанных
по склону холма. В стороне, на берегу реки, стояли ба­
лаганы, которые служили для сушки лососей. Повсюду
были привязаны ездовые собаки. Длинношерстые коровы
и лошади бегали на свободе. В поселке жило несколько
корейцев и китайцев.
(
Удивительный народ китайцы! Они одинаково хорошо
чувствуют себя и у экватора и за полярным кругом.
Стен не встретил на Камчатке ни одного достаточно
населенного пункта, где бы не было китайцев.

Только па четвертый день путешественники могли
продолжать свой путь. Им предстояло пройти сорок два

39

километра до ближайшей камчадальской деревни Камаки. Впереди них шел кореец. Он прокладывал своими
санями след. Дорога шла по реке Камчатке, протекав­
шей здесь то по ровной местности, то по узким ущельям
среди высоких цепей гор.
Кореец говорил:
— Не надо ездить по узким ущельям. Опасно. Бе-

Собаки зарылись в снег и заснули.

рега крутые, отвесные. С них часто скатываются ла­
вины и засыпают людей и животных.
В полдень путешественники сделали остановку па бе­
регу и вскипятили чайник. Собаки в это время зарылись
в снег и заснули. Чайник, сухари и мешочек с чаем
были всегда привязаны сверху саней, чтобы в любой
момент их можно было отвязать, не разбирая всей по­
клажи.
Остановка для отдыха, да еще с чаем была всегда
40

приятным развлечением. Стоило выпить два стакана
горячего чая, как промерзшие и усталые путешествен­
ники быстро согревались и делались опять бодрыми.
Стало темнеть, а путешественники прошли всего по­
ловину пути. Собаки окончательно измучились.
— Стойте, Хедстрем! Мы будем здесь ночевать 1—
крикнул Бергман,—В этом лесу мы наберем топлива,
да здесь и теплее будет, чем в открытом поле.
Расчистили лопатой место от снега, настлали хво­
роста и поставили палатку. Принесли маленькую же­
лезную печку, которая вместе с трубами весила всего
одно кило. Трубу примостили так, что она выходила
через отверстие наверху палатки. Когда Хедстрем за­
топил печку, то в палатке сделалось так тепло, как
в комнате. Можно было сидеть без шубы. А за па­
латкой стоял мороз в 16°. Стеариновая свеча освещала
палатку. Жена Стена сварила кофе, и путешественники
отпраздновали первую зимнюю ночевку на открытом
воздухе.
Но как только печь переставала топиться, в палатке
становилось так же холодно, как наруже.
Надо было накормить собак. Собак кормят один раз
в сутки, после того как путь окончен и путешествен­
ники останавливаются на отдых. Им дают обычно су­
хого лосося, иногда гнилого. Летом собаки ловят крыс
и добывают себе другую пищу, но это бывает редко.
Каждой собаке бросают рыбу, она ловит ее налету и
тут же проглатывает. Во время кормежки собак привя­
зывают на расстоянии друг от друга, чтобы между ними
не было драки.
Накормив собак, путешественники вернулись в па­
латку. Их ужин состоял из хлеба и юколы. После ужи­
на забрались в свои спальные мешки.
Утром Стен проснулся от холода. Термометр пока­

зывал 22° ниже нуля. Хедстрем нехотя вылез из меш­
ка и зажег щепки в печи, которые Дагни Бергман при­
готовила еще с вечера. Напившись чаю, Стен и Хед­
стрем пошли к собакам.
— Где же собаки?—воскликнул Хедстрем.—Я не ви­
жу ничего, кроме снежного поля.

Из-под снега стали высовываться головы.

— Исчезли!—в недоумении сказал Стен.—Капитан!
Грица! Мушка!
В разных местах из-под снега стали высовываться
головы. Вот выскочили собаки и, отряхивая с себя
снег, радостно завиляли хвостами. .
Кругом было дико и красиво. Высокие горы, покры­
тые березовым лесом, круто обрывались к реке. Боль­
шой белоплечий орел опустился па старое дерево, рос­
шее над обрывом скалы, и стал смотреть па людей.
42

С той высоты, на которой он находился, люди казались
ему, вероятно, маленькими, как муравьи.
Камаки была первой камчадальской деревней, кото­
рую путешественники встретили на своем пути. Они
остались в ней на день, чтобы подробнее познако­
миться с камчадалами.
Камчадальская деревня была похожа на русскую.

Семья камчадала.

Здесь были такие же плохо построенные домики, такие
же балаганы и такие же длинношерстые коровы и бес­
численные собаки. На пятнадцать-двадцать дворов при­
ходилось до трехсот собак.
Мужчин в деревне не было—все ушли на охоту за
соболем. В деревне остались женщины, дети и ста­
рики. Старики помогали в хозяйстве. Зимой подвозили
дрова, летом—сено, но в общем работали мало. Зато
на женщине лежали все домашние работы, уход за
животными и прием гостей.

43

Камчадалы очень гостеприимны. Один камчадал с гор­
достью рассказывал о себе:
— У меня каждый день гости. Всю зиму. Они спят
на полу так же тесно, как лежат лососи в моем ам­
баре. Собаки моих гостей окружают всегда мой двор.
Переменить квартиру в деревне значило навсегда опо­
зорить хозяина. Стен менял квартиру только тогда,
когда на дне чашек оказывались клопы или тараканы и
когда лица хозяев были изуродованы тяжелой болезнью.
После Камаки ближайшей на нашем пути была де­
ревня Ключи или Ключевское. Добраться туда, в один
день было невозможно: расстояние в шестьдесят че­
тыре километра. Между деревнями в двух местах были
устроены юрты, где можно было переночевать. Юрта,
в которой остановились путешественники, оказалась
простой землянкой.
Ключи—один из больших поселков на Камчатке. Здесь
около пятисот жителей: камчадалов, русских, китайцев
и корейцев. Встречаются татары и алеуты *. Поселок
расположен на берегу реки Камчатки. Круглый год река
здесь не замерзает, всю зиму в ней ловят форелей и
другую рыбу.
Ключи—главнейший пункт внутри полуострова по ме­
новой торговле мехами. Сюда охотники привозят меха
и выменивают их на разные вещи домашнего обихода
и хозяйства.
I ' ,
Едва путешественники въехали в Ключи, как к ним
явился китаец и сообщил, что один камчадал вернулся
с охоты и привез с собой медвежонка. Камчадал-охот­
ник не прочь продать маленького Михаила Потапыча.
Стен купил его. Медвежонок научился пить молоко из
1 Алеуты — эскимосского племени. Алеуты живут преимуще­
ственно на Алеутских островах и в северной части Аляски. На Кам­
чатке они встречаются редко.

44

бутылки. Жена Стена сшила ему спальный мешок, в
котором он должен был ехать до Петропавловска. Когда
Дагни Бергман заставляла медвежонка залезать в мешок,
тот рычал и страшно упирался.

Камчадалы существуют охотой и рыбной ловлей.
В последние годы стали заниматься и скотоводством.
Охота ведется на соболя, медведя, лисицу, горностая,
дикого оленя и горного козла. Иногда охотятся на зай­
ца и сурка. Но главной считается охота на соболя.

Медвежонок и собака

— Дорогой Хедстрем,—сказал Стен, когда тот вошел
в избу.—Наш хозяин Василий отправляется завтра на
охоту за соболем. Он предложил нам принять в ней
участие. Хотите отправиться с ним? А я с женою зай­
мусь нашими коллекциями.
— С большим удовольствием,—ответил Хедстрем.—
Давно хотелось мне самому принять участие в охоте
на этого ценного зверька.
На другой день рано утром около дома стояли сани,
45

запряженные собаками. Сани были доверху нагружены
юколой—пищей для собак и охотников. Зимою юкола и
чай—главная пища камчадалов.
Когда охотники приехали к месту, откуда должна
была начаться охота, они раскинули палатку, в которой
поставили маленькую печку. Василий привязал собак
к дереву, потом при помощи других охотников вбил
в землю столбы и повесил на них юколу.
— Ну, теперь наш запас собаки не достанут,—ска­
зал он.
— Вы бывали на этом месте?—спросил Василия Хед­
стрем.—Вы ехали с та­
кой уверенностью, точ­
но заранее наметили
себе, откуда начать
охоту.
— А как же!—отве­
тил Василий.—Так оно
и есть. Мы начинаем
охоту на соболишек с
октября, по первому
снегу. Охота идет до
марта. Когда снег еще
неглубокий, охотимся с лошадью. Навьючим на нее ружья,
лыжи, палатку, еду, капканы, она и идет себе, а за
ней бегут две-три собаки. Они у нас не простые со­
баки, ученые. Долго едем, переезжаем с места на ме­
сто, иногда заедем так далеко от деревни, что; на об­
ратный путь надо несколько недель. Выберешь подхо­
дящее место, ставишь палатку, а то вырываешь яму.
Бывает, что яма уже раньше кем-нибудь вырыта. В та­
кой яме и живем, пока охотимся. На охоту выходим
по два, а то, и больше. Добычу делим поровну между
всеми. Когда снегу станет много, и лошадь не в силах
46

итти, возвращаемся в деревню. Тут мы устраиваем пи­
рушку. Ну, а потом снова на охоту, но тогда уже, сам
видишь, на санях да с собаками.
На другой день еще задолго до рассвета Василий,
его товарищи и Хедстрем выступили на охоту. У всех
охотников была меховая одежда, на головах—меховые
шапки, а на ногах—меховые сапоги. Вскинув на плечи

Камчадалы охотники.

ружья, взяв с собой силки и мясо для приманки, охот­
ники зашагали к тому месту, где, по их мнению, дол­
жен был быть соболь. Они шли по свежим следам
зверька. Соболь-ночной зверек. Он только что окончил
свою охоту на зайцев, крыс и птиц, и на земле ясно
выделялись следы его лапок. Но не , всегда так бы­
вает, чтобы охотники сразу напали на следы. Иногда

47

они ищут следы несколько дней подряд. Около охот­
ников бежали собаки. На них была надета упряжка,
к которой был подвязан мешок из кожи нерпа, в нем
находились палочки и сети для соболя.
Вдруг собаки начали визжать и рваться вперед.
Охотники освободили их от упряжи, и собаки, пома­
хивая хвостами, убежали по следу. Василий и другие
охотники остановились. Они раздумывали, куда бы мог
повернуть «соболишка». Затем отправились по следу
за собаками.
Вдруг вдали раздался неистовый лай. Охотники бы­
стро пошли туда, откуда доносился лай.
У старого, поваленного бурей дерева собаки рыли
снег. Их хвосты находились в непрерывном движении.
Они так были заняты своей работой, что даже не за­
метили, как к ним приблизились хозяева.
— Здесь соболь,—сказал Василий.
Он подошел к собакам, чтобы успокоить их и от­
вести в сторону, затем начал тщательно осматривать
место.
— Знаешь, где соболь?—спросил он Хедстрема.—
Хитрый зверек знает, где спрятаться. Видишь, дерево
внутри пустое. Вот он туда и забрался голубчик.
Василий вынул из мешка сетку, накинул на дерево и
укрепил к снегу колышками. Сетка возвышалась на це­
лый метр от земли.
— Стань здесь,—сказал Василий Хедстрему.—Держи
ружье наготове. А ты, Иван, стань в сторону и держи
собак.
Сам Василий принялся рыть лопатой снег около де­
рева. То тут, то там он ударял лопатой по стволу дерева.
И вот маленький зверек кубарем вылетел из своего
убежища. Он сделал два стремительных прыжка. Ос­
лепленный дневным светом, зверек не заметил сетки и
48

попал в пасть собакам. Обыкновенные собаки момен­
тально растерзали бы свою добычу, но эти собаки бы­
ли так приучены, что они только умертвили зверька
и оставили его лежать на месте.
— Славная шкура,— сказал Василий, осматривая
зверька.—Дешевле трехсот рублей я не продам ее.
Охотники собрали сеть и пошли дальше отыскивать
новые следы.

Выгоняют соболя из дерева, поваленного бурей

В тот же день к вечеру они отыскали другого со­
боля. Но на этот раз, как Василий ни ходил около де­
рева, как ни бил по нем лопатой, соболь не хотел вы­
лезать из своей норы.
Прошел час. Стало темнеть.
— Хитрый соболишка!—сказал Василий.—Но я хит­
рее его.
Василий приказал всем охотникам вернуться к сто'і

Hu далской Каичаткі;

49*

янке, и сам пошел следом, оставив у сетки только
одну собаку.
Утром собака принесла соболя.
Василий осмотрел его со всех сторон и сказал:
— Ну, за этого мне дадут только двести пятьдесят
рублей. На прошлой неделе один соболишка пере­
хитрил Ивана. Он так же, как я вчера, оставил у де­
рева свою собаку, думал—на утро принесет соболя,
а она и не принесла. Пошел Иван сам к дереву, хо­
дил-ходил около него, бил-бил по нем, а соболишка-то
прорыл ход да выскользнул ночью. Не попал в сеть.
А то бывает и так: сколько мы Ни бьемся у дерева,
сколько ни бьем по нему, соболь не выходит. Тогда
мы поджигаем дерево. Оно горит, а дым-то едкий,
злой, не выносит его соболишка, выходит из норки,
ну, тут ему не ускользнуть, тут мы его пулей.
— Сколько же хороший охотник поймает за зиму
соболей?
— От пяти до пятнадцати. Как повезет, да и от
ловкости зависит. Да разве одних соболей привозит
домой охотник! Он наловит тебе в капкан чернобурых
и голубых лисиц, горностаев, речных выдр, волков,
медведей.
Целых два дня Хедстрем пробыл на охоте. Потом
он вернулся с Василием обратно в Ключи.
Бергман и его жена с радостью приветствовали воз­
вращение Хедстрема.
— Рассказывайте нам скорее о своих охотничьих ус­
пехах,—сказал Стен.
— Эта охота не доставила мне удовольствия,—ска­
зал Хедстрем.—Мне жаль бедных зверьков, которых
так жестоко истребляют. Ведь оттого, что их убивают
в таком огромном количестве, зверьки исчезают, про­
мысел падает. Другое дело в Америке. Там устраива50

іотся целые фермы для разведения зверей с ценным
пушным мехом. Там и количество пушных зверей уве­
личивается.
— Однако этот маленький зверек, мех которого яв­
ляется предметом роскоши, играет большую роль в
хозяйстве страны,—сказал Стен.—Зимой здесь ни о чем
другом не говорят, как о соболе. К нам без вас при­
ходил один камчадал, и знаете, что он меня спросил:
«Сколько соболей возьмешь за ружье?» Как вам это
нравится? А наш сосед купил лодку. Он отдал за нее
соболя, а сдачи получил лисицу.
— Но до чего камчадалы ленивы,—сказал Хедстрем.—
Ни один из них не построил себе основательного жи­
лища, а ведь охотятся всю зиму.
—• Они предпочитают жить в наскоро вырытых зе­
млянках или в палатках,—сказал Стен.—Редкий из них
имеет печь, да если она и есть, то вряд ли избавляет
камчадала от простуды. Почти все взрослые камча­
далы страдают ревматизмом.
— А как же во время пурги?—спросила жена Стена.
— Во время пурги охотники стараются заткнуть все
щели и неделями лелцт в своих мешках. Кто бы из нас
мог выдержать безделье в течение целых недель? А кам­
чадалы находят, что это в порядке вещей. Когда они
просыпаются утром, то смотрят из мешка, не переме­
нилась ли погода. Если пурга продолжается, они, не
вылезая из мешка, кипятят себе чайник и грызут юко­
лу, затем поворачиваются на другой бок и опять начи­
нают спать. Бедные собаки остаются без корма не­
сколько дней. 1

17 марта путешественники покинули Ключи. Они при­
обрели себе еще двух собак. Теперь Капитан уже не
4*

51

Шел первым, он был перемещен на должность рядовой
собаки и был этим очень недоволен. Несколько^ дней он
бежал с понурой головой.
Новый пассажир—маленький Михаил Потапыч—дер­
жал себя довольно спокойно. Для его продовольствия
в пути жена Стена взяла большой кусок замерзшего мо­
лока. Молока в замороженном виде Мишка не брал.
Дагни Бергман должна была топором откалывать кусоч­
ки, растапливать их в чашке на огне, и только тогда
Мишка принимался за еду. Если молоко было, холод­
новато или слишком нагрето, Мишка отказывался пить
его. Но когда молоко было как раз що его вкусу, он
выпивал его зараз, одним залпом, и после того мирно
урчал. Затем, Мишка громко скандалил, когда его засо­
вывали в мешок, и так он ехал до ночлега.
Отдохнув в Ключах, путешественники шли теперь
вперед целыми днями. Они останавливались на ночлег
то в лесу, то в деревнях. В одной деревне они заме­
тили несколько Домов, в которых окна были открыты
настежь. Оказалось, что в этих домах тараканы раз­
велись в таком количестве, что люди уже не в силах
были оставаться в них. Они открыли окна, чтобы замо­
розить тараканов, а сами ушли к соседям.
Останавливаясь на ночлег, путешественники не раз
находили на дне сосудов, где хранилась вода, тараканов
и клопов. 1
Около деревни Чапино они впервые встретили на
Камчатке еловый лес. Он состоял из больших велико­
лепных елей и напоминал еловый лес в Швеции. С боль­
шим удовольствием путешественники переночевали в
этом лесу. Они устлали свою палатку еловыми ветвями.
В деревне Ганала путешественников ожидала боль­
шая радость—отсюда они могли говорить по телефону
со своими товарищами. Здесь они получили от петро­
52

Павловского совета санную упряжку, которая должна
была доставить их в город. До Петропавловска теперь
оставалось всего сто пятьдесят километров.
Чем ближе путешественники были к цели, тем ббльшие концы они проходили в день. Последний ночлег
был в деревне Коряка. Путешественники встали в семь
«асов утра. До Петропавловска оставалось сорок во­
семь километров. Они твердо решили нигде больше не
останавливаться и ехать до самого города.
Был прекрасный солнечный день, последний день их
путешествия. Они почти не чувствовали усталости.
Около десяти часов вечера путешественники были
в шести километрах от города.
Вдруг они услыхали звук, точно это двигались лыжи
по затвердевшей корке снега. Путешественники оста­
новились. Прислушались. Вот показались три фигуры.
Они бежали навстречу путешественникам.
— Это вы, Бергман?—радостно крикнул один из бе­
жавших.
— Хультен, дорогой Хультен!..
Через минуту Малайзе, Хультен и его жена обнимали
своих друзей.
Теперь все шестеро тронулись в путь и скоро за­
видели городские огоньки.
16 апреля в одиннадцать часов вечера путешествен­
ники привязали собак перед своим домом в Петро­
павловске.
После восьмимесячной разлуки было что рассказать
ДРУГ Другу.

53

ГЛАВА VI

В СЕРДЦЕ ПОЛУОСТРОВА

День 5 мая был большим праздником для жителей
Петропавловска—в этот день русский крейсер «Ад­
мирал Завойко» бросил якорь у городской пристани.
Это было первое судно, которое после долгого зим­
него перерыва пришло в город. На пристани собра­
лось почти все население города. Все находились в
большом волнении. «Адмирал Завойко» пришел из Вла­
дивостока и привез с собой почту. В течение всей зимы
Камчатка отрезана от остального мира, и теперь все с
нетерпением ожидали новостей.
— Что нового в Москве?
— Что делается во Владивостоке?
— Где еще произошла революция?—сыпались во­
просы.
Экспедиция получила так много писем и посылок,
что пришлось нанять сани и перевезти почту домой.
В середине мая Хультен с женой направились в
южную Камчатку, а Малайзе, Хедстрем, Стен и его
жена отправились к вулкану Ключевская сопка.
Они выехали из Петропавловска на русском крейсере.
Затем пересели в моторную лодку и, двигаясь вверх по
течению реки Камчатки, добрались до поселка Ключи.
Путешественники раскинули свой лагерь в двух кило­
метрах от поселка на высоком берегу реки и тотчас
же приступили к своим экскурсиям.

54

Ключевская сопка — величайший вулкан на земле.

Был конец мая. Наступала весна. Хотя все горы были
еще покрыты снегом, но в лесу снег лежал только ме­
стами. Поляны и открытые места сверкали молодой зе­
ленью. Солнце грело по-летнему. Высоко над головой
тянулся караван перелетных птиц, а в воздухе звонко
распевали жаворонки.
Окончив дневные работы, путешественники садились
у костра и любовались огромным вулканом. Ключев­
ская сопка была такой же белой, как зимой. Из кратера
ее вылетали огненные столбы. В полевой бинокль мож­
но были видеть, как из жерла выбрасывалось огромное
количество раскаленных камней. По временам целый по­
ток таких камней летел в воздух и слышался грозный
рокот. Там, в глубине работали могучие силы. До сих
пор ни одному человеку не удалось подняться на Клю­
чевскую сопку.
Путешественники не замечали, как шло время. Уже
наступила средина июня, а березы все еще не распу­
скались.
Ночью к ним прилетали летучие мыши и черный
ночной ястреб, а однажды вечером путешественники
заслушались песней соловья.
Как-то раз Стен нанял лошадь и поднялся на Клю­
чевскую сопку до границы снеговой линии. Там перед
ним развернулась великолепная картина.
Глубоко внизу широкой лентой извивалась большая
река со своими многочисленными притоками. Она про­
кладывала путь через леса и тундру, а кругом белой
каймой расположились цепи гор.

Путешественники посетили Ключи, в которых Стен
и Хедстрем останавливались зимой. Здесь их поразило
большое волнение, которым были охвачены люди. Они
56

суетились, бегали, громко кричали, там и сям стучали
топоры, чинились лодки, развешивались невода.
— Что такое у вас?—спросил Стен камчадала Васи­
лия, их бывшего хозяина.
— Лосось тронулся с моря. Скоро будет здесь,—от­
ветил Василий.
Весь поселок лихорадочно готовился к лову лосося.
Некоторые породы рыб ежегодно предпринимают пу­
тешествия. Вот угорь. Эта рыба живет в озерах и
прудах внутри страны. Но когда наступает время метать
икру, угорь, несмотря на трудный путь, стремится до­
браться до моря. В море эта рыба мечет икру, в море
выходят и живут ее головастики. В определенное время
угорь -отправляется обратно в трудное и далекое путеше­
ствие—вверх против течения реки, пока не достигнет
своего озера или пруда. Лососевые породы, наоборот,
живут в морях, а метать икру отправляются в реки.
Передвижение лососей имеет огромное значение в ры­
боловстве. Лососевые породы путешествуют регулярно
и притом огромными массами. Не будь лосося, многие
места оказались бы незаселенными людьми. Камчада­
лы и русские не стали бы жить среди пустынных тундр
вдоль западного побережья Камчатки, если бы эта ме­
стность не была прорезана реками, в которых кишмякишат лососи. Да и ездовых собак нельзя было бы
разводить в северо-восточной Сибири, не будь этих
удивительных рыб, которые прокармливают не только
все камчатское население и тысячи ездовых собак, но
и огромное количество людей других стран, в особен­
ности Японии. В одном Усть-Камчатске японцы имеют
четыре огромных консервных фабрики. Летом на них
работают тысячи рабочих. Пароходы, нагруженные до­
верху соленой рыбой и консервами, непрерывно отъез­
жают из Камчатки в Японию.

57

Посоленные лососи отправляются главным образом
в Японию и Китай, консервы идут большею частью в
Европу, в особенности в Англию.
Из лососевых рыб главнейшее значение имеют чавыча,
«красная», кета, горбуша, кижуч и голец.
Особенно ценна чавыча. Она первая идет с моря, до­
стигает огромного веса в сорок килограммов и отли­
чается хорошим вкусом. На Камчатке она считается

Лов лосося в поселке Ключи.

самой вкусной из всех пород лососевых. Первые чавычи
идут в конце мая.
В середине июня идет «красная». Рыболовы особенно
ждут эту рыбу. «Красная» идет огромными косяками,
она-то и кормит в течение долгой зимы и людей и со­
бак. За «красной» идет кижуч. Это—осенняя и зимняя
рыба. Особенное значение кижуч имеет в тех местах,
где реки не замерзают круглый год.
Камчадалы ловят лососей неводами или при помощи
58

запоров. Запором называются Досчатые заборы, кото­
рыми рыболовы преграждают течение реки поперек.
Здесь рыбу вылавливают или в ловушку—морду, или
просто достают бреднем у стенок запора.
В Ключах камчадалы ловили рыбу всего одну неделю.
— Довольно. С нас хватит на зиму,—говорили они.
А рыба продолжала итти огромными массами.
— Ну, теперь мы отпразднуем наш улов,—сказал
Василий.
Откуда-то явилась водка, и несколько дней все на­
селение Ключей было поголовно пьяно; Когда хмель
прошел и люди отрезвели, то многие с горечью убе­
дились, что они слишком мало запасли рыбы. Но было
уже поздно.
Пойманную рыбу заготовляют различными способа­
ми. По реке Камчатке из нее главным образом приго­
товляют юколу. Вынимают внутренности, разрезают
рыбу пополам до хвоста и сушат на солнце, развеши­
вая по шестам. Балаганы, где сушится рыба, нахо­
дятся или в самом поселке или недалеко от него. Обыч­
но мужчины заняты самым ловом, а женщины чистят
рыбу и развешивают ее по балагану.
То и дело к берегу, где устроены балаганы, подъез­
жают лодки, нагруженные «красной». В каждой лодке
бывает от двухсот до трехсот штук. Балаганы с разве­
шанной «красной» имеют довольно живописный вид.
Но около балаганов разбросаны внутренности, они
гниют, и мириады мух носятся в воздухе. Если пройідет дождь, то гниение идет особенно быстро, и от мух
тогда нет никакого спасения. От дождя загнивают даже
развешанные рыбы. А если дождь идет непрерывно, то
пропадает весь улов.
! При солнечной погоде и тихом ветре юкола бывает
готова через три-четыре недели. Тогда ее переносят из
59

балагана в особые амбары, где она хранится до упо­
требления.
— Я хотел бы знать, в какой другой стране можно
за одну неделю заготовить пищи на целый год для всей

Балаган для лосося

семьи и упряжных животных?—сказал Хедстрем.—Ва­
силий поймал пять тысяч лососей и говорит, что ему
хватит этого запаса на всю зиму.
— А между тем камчадалы смотрят на рыбную ло­
влю, как на второстепенное занятие,—сказал Стен,—и
плавным образом занимаются охотой.

60

ГЛАВА VII

НАПАДЕНИЕ НА ПЕТРОПАВЛОВСК БЕЛЫХ

Как только рыбный улов закончился, путешествен­
ники вернулись в Петропавловск. Здесь они провели
все лето. Леса и кустарные заросли, покрывавшие
окрестные горы, уже начали окрашиваться в золоти­
стые и красные цвета осени. Никогда Петропавловск не
был таким красивым, как в это время года.
Очень часто путешественники выезжали на неболь­
шом моторном боте в море. Они брали с собой сеть и,
привязав ее к боту, опускали на морское дно. Бот
тащил за собой сеть, и она поднимала со дна различных
морских животных: крабов, морских звезд, морских
ежей и разных рыб. Зоологические коллекции быстро
пополнялись.
Но не долго пришлось работать спокойно.
В Петропавловске начало нарастать тревожное на­
строение. С 1920 года Камчатка находилась во власти
коммунистов. Теперь же стали ходить слухи, что крас­
ные потеряли Владивосток, что Владивосток перешел
в руки белых и что скоро белые придут на Камчатку.
Радиостанция в Петропавловске неоднократно полу­
чала сообщения, что белое правительство выслало свои
военные суда на Камчатку, чтобы и там установить
свою власть.
Эти слухи вызывали в городе большую тревогу, на-

61

пряженность возрастала с каждым днем, и в Народном
доме ежедневно происходили митинги.
Однажды утром Бергман увидел в окно, что японские
военные суда, которые всегда стояли в гавани, исчезли.
Эти стального цвета суда казались иностранцам един­
ственной «нейтральной» защитой, и путешественники
чувствовали себя в их присутствии в некоторой безо­
пасности, ибо в любую минуту могли скрыться на них.
Бергман немедленно отправился к японскому консулу.
— Я хотел бы знать, не грозит ли городу опас­
ность?—спросил Стен.—Быть может, мы как иностран­
цы должны что-нибудь предпринять?
— Вы можете быть совершенно спокойны,—ответил
консул,—Скоро придет другое судно с солдатами. Оно
останется здесь на всю зиму.
А в это время на радиостанцию пришла новая теле­
грамма. Она сообщала, что белые военные суда вы­
шли по направлению к Камчатке. Что оставалось де­
лать? Коммунисты в Петропавловске не имели для за­
щиты города ничего, кроме своих ружей. Они понимали^
что не смогут отстоять города, не смогут защищать
его против военных кораблей. А если белые возьмут
город, то не было' сомнения, что те коммунисты, которые
попадут им в руки, будут зверски убиты.
9 октября около красных плакатов толпились люди.
Город был объявлен на осадном положении.
«Каждый, кто появится на улице между девятью ча­
сами вечера и семью часами утра, будет арестован»,—
гласили плакаты.
Милиция была усилена, на ружья навинчены штыки, а
на маяке, который стоял при входе в Авачинскую бух­
ту, приказано было погасить свет, чтобы белым с моря
было труднее найти дорогу в город.
Коммунистам оставалось одно—отступить внутрь
62

страны. И они ушли в леса, где их не могли арестовать
белые. В девять часов вечера было слышно, как по
улицам города стучали колеса телег.
Коммунисты взяли с собой часть продовольствия, па­
латки, оружие и многое другое, без чего нельзя жить в
лесу. Место, куда они отступили, стало скоро известно,
обыватели пустили слух, что тот, кто отважится пойти
в лес, будет убит из засады.
Проходила неделя за неделей. Осадное положение
все еще оставалось, а нового ничего не происходило.
Наконец 28 октября, как беглый огонь, по городу
пробежал слух, что в море—военное судно. Действи­
тельно вскоре вдали показалось судно серого цвета
с двумя высокими трубами. Судно направлялось к Пе­
тропавловску. Оно бросило1 якорь перед входом в бух­
ту, в семи-восьми километрах от города.
Весь город пришел в движение. Не стало видно
красной милиции. Испуганные появлением белых жи­
тели Петропавловска карабкались на гору, чтобы
укрыться в лесу на другой ее стороне.
Стен Бергман снова обратился к японскому консулу:
— 'Скажите, нужно ли принять какие-нибудь меры'
предосторожности или спокойно ожидать событий?
Консул ответил:
— Я советую вам не волноваться.
Весь город был на ногах. На улицах люди со­
бирались в группы и и взволнованно обсуждали
события.
Между тем военное судно захватило моторную лод­
ку с четырьмя жителями Петропавловска. Двое из них
получили приказ немедленно отправиться в город и
прибить на углах улиц объявления от командующего
генерала к населению. Двое других были задержаны
впредь до выполнения приказа генерала.

63

Когда плакаты были прибиты, перед ними собрались
люди.
«Требую выдачи оружия до 7 часов утра. Если вы
откажетесь выполнить мое требование,—гласило объ­
явление,—я сравняю город Петропавловск с землей».
Спустя несколько часов во всех церквах города за­
звонили колокола. Этим звоном жители приглашались
на митинг. Все от малого до большого устремились в
Народный дом. Собрание было бурным, оноі продолжа­
лось всю ночь, но относительно выдачи оружия так и
не пришли ни к какому решению.
На место ушедшей красной милиции была создана
временная полиция для поддержания порядка. Часть
новой полиции была вооружена дубинами.
На следующее утро путешественники вывесили над
своим домом шведский флаг. В1 семь часов утра Стен
вышел из дома, чтобы узнать, решились ли выдать
оружие или нет. На улицах было уже много народу.
Стен останавливал и расспрашивал то одного, то дру­
гого, то третьего. Но все говорили разное.
Несмотря на то, что никто не хотел выдавать оружие,
все-таки удалось собрать небольшую кучу старых ржа­
вых армейских ружей. Решено было отправить на ко­
рабль для переговоров шесть делегатов.
Делегаты выехали на моторном боте с белым флагом.
Через час бот вернулся без делегатов. Они были задер­
жаны на борту. Судно начало двигаться по направлению
к городу. Оно бросило якорь перед молом и вывесило
много флагов.
Стен увидел в бинокль, что на борту было много
солдат и что судно вооружено несколькими пушками.
Он видел, как с судна начали спускать шлюпки, как в
них уселись солдаты и как шлюпки направились к
пристани.
64

Стен взял фотографический аппарат и отправился йа
пристань, чтобы снять момент высадки. На берег сошли
солдаты и несколько офицеров. Во главе отряда шел
генерал Поляков. Отряд направился в город. За отря­
дом следовала толпа, среди которой попадались китай­
цы и корейцы. Толпа постепенно увеличивалась.
Отряд подошел к бывшему губернаторскому дому и
укрепил над ним царский флаг. Все красные флаги были
сорваны, а на их место укреплены трехцветные.
Между тем с судна прибывали шлюпки и доставляли
на берег солдат.
Белые солдаты были одеты в грязные драные полу­
шубки из бараньего и оленьего меха. На ногах были
тарбасаны, то есть сапоги из оленьей шкуры мехом
наружу. На головах солдат красовались самые разно­
образные шапки и фуражки. У некоторых на головах
возвышались огромные папахи. У многих солдат не бы­
ло оружия. А те, которые были вооружены, имели охот­
ничьи ружья.
В короткий срок солдаты наводнили город. Они хо­
дили небольшими патрулями или стояли праздно по
улицам. Дисциплины у них не было никакой. Начались
тяжелые времена для жителей города.

5

На далекой Камчатке

65

ГЛАВА VIII

ГОРЯЧИЕ КЛЮЧИ

Приближалась зима. Путешественники могли пред­
принимать поездки в отдаленные части полуострова.
Они поехали в деревню Козыревское. До этой деревни
от Петропавловска было пятьсот километров.
По дороге их застигла снежная буря, и они должны
были из-за пурги остановиться и прожить в деревне
Начика целую неделю. Здесь начались крепкие морозы.
Так шведы встретили вторую зиму на Камчатке.
Однажды утром Хедстрем вышел из избы и тотчас
же вернулся обратно.
— Ну и холод! Сегодня Цельсий показывает 40°
ниже нуля.
Вслед за Хедстремом вошел камчадал, их сосед.
— Поедем купаться в «горячей»,—сказал он.
Путешественники с удивлением посмотрели на него.
— Где же эта «горячая»?—спросил Стен Бергман.
— Рядом с деревней,—ответил камчадал.—Я пойду
запрягу собак.
— Ах, вот в чем дело!—воскликнул Стен.—Отлично.
Мы едем.
Когда камчадал ушел, Стен сказал:
— Он предлагает нам выкупаться в горячих источ­
никах. Это необычное удовольствие—принять горячую
ванну при 40° мороза!
Когда путешественники подъехали к источникам, они

66

заметили прежде всего деревянный павес и несколько
собачьих упряжек, стоявших поблизости. Затем пока­
зался небольшой домик, занесенный снегом и весь обле­
денелый.

Полярная горячая ванна. Перед домом купающийся туземец.

— Уж не в этом ли ледяном доме отпускаются горя­
чие ванны?—воскликнул Хедстрем.
Они вошли в домик. Там в углу стояла маленькая от­
служившая свой срок железная печка. Она топилась, и
5*

67

на ней стоял чайник. На скамейке лежала одежда кам­
чадалов, которые купались снаружи в бассейне.
— Назвался груздем, полезай в кузов,—сказал Стен
и начал раздеваться.
Хедстрем и Малайзе последовали его примеру.
— Однако, прохладно,—сказал Малайзе, когда все
трое разделись и вышли из домика.
Они подошли к бассейну. В воздухе было минус
36° Цельсия, а в воде плюс 39°.
Удивительно приятное чувство охватило путешествен­
ников, когда они погрузились в воду. Они (Пробыли в
воде порядочное время, а когда вылезли, то довольно
долго стояли голыми на воздухе, не чувствуя холода.
Только нельзя было мочить головы, иначе волосы тот­
час же смерзались в ледяной комок. Все трое чувство­
вали себя отлично.
Камчадалы очень любят купаться в теплых источ­
никах. Они приписывают источникам целебные свой­
ства и уверяют, что источники излечивают от всех
болезней.
Некоторые источники, как, например, при Землячке,
пользуются большой славой. Известны тем, что изле­
чивают от самых тяжелых болезней, Довольно! распро­
страненных среди населения Камчатки. Чаще всего на
источники ездят лечиться от ревматизма, который муж­
чины приобретают во время охоты, а женщины от не­
равномерного нагревания избы.
Март и сентябрь считаются месяцами, когда вода
теплых источников действует сильнее. В марте зима
держится еще во всей своей силе, а у теплых источни­
ков уже стоят палатки камчадалов. В течение трех не­
дель они купаются днем в источниках, а, ночь проводят
в палатках на снегу, нередко при 30° мороза.
— Я думаю,—сказал Бергман,—что один ревматизм
68

они оставляют в бассейне, а другой приобретают
ночью.
— Однако это не мешает источникам пользоваться
большой популярностью,—сказал Хедстрем.—Каждый
камчадал непременно расскажет вам о случае исцеления
кого-либо из его семьи и будет уверять вас, что исце­
ление произошло в самый короткий срок и от самой
тяжелой .болезни.

69

ГЛАВА IX

В ЛАГЕРЕ ЛАМУТОВ

Собаки путешественников достаточно отдохнули. Те­
перь шведы направились в горы к ламутам. Им прихо­
дилось ехать то тундрой, то лесом. Вдали виднелись
горы, покрытые снегом, сверкавшим на солнце. Среди
гор, точно сторож, возвышался белоснежный вулкан
Анаунга. Две ночи подряд путешественники ночевали
в лесу при 30° мороза.
Подъем с каждым днем становился труднее, и со­
бакам приходилось работать изо всех сил. На третий
день к вечеру начался спуск. Собаки почуяли близость
оленей, начали выть и прибавлять шагу.
Волнение охватило путешественников. Наконец-то за­
ветная цель, к которой они стремились полтора года,
осуществляется. Они увидят ламутов. Какие они, эти
люди, запрятавшиеся в глухие гористые части Кам­
чатки?
Спуск становился круче, собаки летели как ветер,
мелькали деревья, захватывало дух, и не было сил за­
тормозить ход.
Вдруг большая ветка сильно ударила по лицу Даніи.
Кругом глаза расползлось кровавое пятно.
— Прочь с саней!—скомандовал Степ и прыгнул в
снег, за ним полетели Даніи, Хедстрем и Малайзе.
Сани каждую минуту могли удариться на всем ходу О
дерево, и Стен предупредил несчастье. Теперь все пут-

70

ники очутились в снегу. Выкарабкиваясь и отряхиваясь
от снега, мужчины спешили на помощь к Дагни Берг*
ман.
;
— Не беспокойтесь I—весело крикнула им навстречу
Дагни.—Это мой первый полет. А второго я уже не
боюсь.
Собаки, пробежав метров двадцать, остановились как
вкопапые. Умные животные заметили, что произошло
что-то неладное. Путники подошли к саням и достали
иод. Под правым глазом у Дагни оказалась большая
ссадина, которую теперь промазали иодом.
Остальную часть спуска шли пешком. Мало-помалу
крутизна стала уменьшаться, и путешественники сели
в сани. Ехали около двух часов. Начало смеркаться.
Вот на берегу реки показалась низенькая юрта. Это
был лагерь ламутов. Целых полтора месяца путеше­
ственники ехали сюда из Петропавловска.
Собаки, как по команде, остановились перед юртой,
и в ту же минуту из юрты выскочило несколько человек.
Они с ног до головы были одеты в меха. На скуластых
лицах глядели узкие, косо поставленные глаза. Ламуты
с любопытством разглядывали приезжих. Из юрты вы­
шли женщины в юбках, обшитых бусами, колокольчика­
ми и металлическими погремушками. Когда они шли,
колокольчики и погремушки Начинали звенеть.
На ломаном русском языке ламуты пригласили путе­
шественников войти в юрту.
Внутренность юрты освещал тусклый свет. В середине
горел очаг, а кругом пего сидели мужчины и женщины.
Все курили трубки. (
Ламуты пригласили гостей сесть к огню на разостлан­
ную шкуру оленя и продолжали рассматривать их с
большим любопытством. Их поразило, что среди путе­
шественников была женщина, которая отважилась на та­
71

кой трудный и далекий путь. Особенно удивлялись ла­
мутки. Они признались, что только в первый раз видят
чужую женщину.
Мужчины довольно хорошо говорили по-русски, зато
женщины понимали своих гостей с большим трудом.
Переводчик экспедиции указал ламутам на Стена и
сказал:

Ламутские женщины в праздничных нарядах

— Это не коммерсант, это—экспедиция, его юрта
шибко далеко за морем.
Внутри юрта состояла из трех небольших палаток,
или пологов, сделанных из оленьих шкур. В каждой
палатке помещалась отдельная семья. Дием передняя
сторона палатки приподнималась и подвязывалась.
Хозяйка той палатки, в которой остановились шведы,
достала небольшой грязный деревянный ящик. Она вы­
нула из него несколько чашек, стаканов и блюдцев.
Посуда была завернута в тряпки. Она поставила по­
72

суду на поднос и разлила из большого медного чай­
ника чай.
Даніи Бергман вынула из мешочка горсть кекса 1
и насыпала его на блюдце. И вот изо всех углов юрты
протянулись руки. Кекса как не бывало.
Путешественники выпили несколько чашек чаю. Жен­
щины принесли им сухие сапоги из оленьей шкуры.
— Обуйся, плохо сидеть в сырой обуви,—сказал одни
из ламутов.
Этот обычай предлагать сухую обувь путешествен­
ники встречали потом почти в каждой ламутской юрте.
Через час ламуты предложили гостям принять с ними
участие в еде. Они ели вареное мясо оленя, доставая
руками куски из деревянной миски. Ламуты всегда ва­
рят мясо без соли. У каждого путешественника была
коробочка с солью, в которую он и обмакивал куски.
У ламутов путешественники застали несколько че­
ловек приехавших к ним камчадалов и китайцев, кото­
рые обменивали свои товары на собольи меха. Цена
на шкурку колебалась от ста пятидесяти до двухсот
рублей. За чай и табак ламуты охотно отдавали шкурки
и охотно брали ремни из кожи непра для лассо, соба­
чьи упряжки, муку для хлеба и конфеты. Но охотнее
всего ламуты брали водку. На санях одного ^скупщика,
приехавшего к ламутам, стояло сорок бутылок водки.
Вечером спустили передние части пологов, и каждая
семья отправилась в свою палатку. Оставшись одни
со своими хозяевами, путешественники зажгли стеари­
новую свечу и пробовали заговорить с ними. Но ла­
муты прежде, чем ответить, засыпали Стена вопросами.
— Есть у тебя отец? Как его звать? А мать есть?
Как ее звать? А братья есть? А сестры? А бабушка?
1 Кекс по вкусу похож па кулич, только более сухой и сдобный.

73

А дети у брата есть? У сестры муж есть? А дети у
сестры есть?
Один из ламутов пристально поглядел на Стена, и не
успел Стен ответить на последний вопрос, как ламут
уже спрашивал:
— В какой стране ты живешь? Где находится Шве­
ция? Как там одеваются? А как ездят? А что едят?
Что делают? А на каких зверей охотятся в твоей
стране?
— В северной Швеции живут лопари, которые так
же, как и вы, занимаются оленеводством и ,живут в
юртах,—ответил Стен.
Глаза ламутов широко раскрылись от удивления. То­
гда Стен рассказал им, что мог, о лопарях и показал
цветные фотографии, где были сняты лопари, их па­
латки и сани. Ламуты с большим интересом стали рас­
сматривать фотографические снимки и засыпали Стена
вопросами о самых мельчайших подробностях.
Им не поправились дощатообразные лапландские сани.
■—• Разве это сани? Корыта. Как в них двигаться впе­
ред? Не, наши сани лучше. Когда ты вернешься домой,
ты скажи лопарям, какие хорошие сани у ламутов.
— А из чего лопари делают одежду?—спросил одни
из ламутов.
— Как! Ты говоришь, у женщин Лопарей нет жем­
чуга на юбках? А... так это потому, что у лопарей
плохо обстоит дело с соболем.
С этого вечера путешественники сделались друзьями
ламутов. Недоверие, которое у ламутов проглядывало
вначале, мало-помалу исчезло, и они охотно отвечали
на все вопросы.
,
<
Ночь гости провели в палатке, где было довольно
тесно. На другой день ламуты поднялись еще до рас­
света, и скоро все сидели вместе за .утренним чаем.
; Ut-

74

Юрта лежала в долине. Кругом поднимались горы,
склоны которых были покрыты лесом из лиственницы.
На этих горах паслись стада оленей. После чая двое
ламутов надели лыжи, обшитые снизу мехом, и отпра­
вились в горы, чтобы пригнать к юрте .свое стадо.
Немного спустя на склонах, покрытых снегом, показа­
лась черная полоса.

Дети ламутов

Стен разглядел в бинокль две черных точки, которые
двигались по о'бе стороны стада. Это были ламуты.
Холод заставил путешественников опять войти в
юрту. Вдруг они услыхали, как где-то недалеко за­
звенели бубенчики. Они звенели особенно звонко в
чистом холодном воздухе. Путешественники вылезли
из юрты и увидали стадо оленей, более чем в тысячу
75

голов. Стадо приближалось к юрте. Тут были и серые,
и светлые, и белые, как снег, олени.
Собаки, привязанные к деревьям и кустарникам, при­
нялись неистово лаять и прыгать, особенно собаки пу­
тешественников, которые чуяли мясо оленей. Они, как
сумасшедшие, рвались с цепей, в Них заговорила их
волчья натура, и если бы им удалось получить свободу,
то они, несомненно, набросились бы на оленей. Ламуты
подошли к путешественникам и попросили их осмотреть
цепи и проверить, крепко ли привязаны собаки.
Огромное стадо оленей заполнило всю площадку пе­
ред юртой. Животные не обнаруживали никакого стра­
ха. Они позволяли себя гладить, а когда Стен начал
их фотографировать, несколько оленей подошли и ста­
ли обнюхивать камеру. (
Но вот ламуты начали собираться к поездке в со­
седнюю юрту и начали ловить верховых и упряжных
оленей. В ловле принимало участие все мужское на­
селение. Одни гнали животных, другие накидывали
лассо. С необычайной ловкостью ламуты накинули
петли на рога десяти оленей.
Подъехали сани. Ламутские сани—удивительно строй­
ны, красивы и очень крепки. Они делаются из березы.
Вы не найдете ни одного гвоздя, ни одного винта.
Отдельные части связаны ремнями из оленьей кожи. По­
этому сани упруги и очень гибки.
В сани запрягли пару оленей. Упряжь была сделана
из ремня и отличалась простотой. Затем ламуты под­
вели пару верховых оленей и положили на них седла.
Верховые олени легко проходят в день до пятидесяти
километров.
Вскоре маленький караван скрылся из глаз, а путе­
шественники пошли в юрту. После полудня ламуты вер­
нулись, с ними приехал пожилой мужчина, тоже ламут.
76

Он вошел в юрту, поздоровался, потом достал бубен
и начал возиться над ним, напевая какую-то одно­
образную песню.
Это был шаман.
Ламуты считаются христианами. В их юртах висят
иконы, перед которыми они молятся. Но, в ламутах
живы и древние суеверия, и они почитают шамана и

Шаман в своем наряде и с бубном.

верят, что шаманы могут колдовать—с помощью «ду­
хов» вылечивать больных и устранять падеж оленей.
Позже, когда Стен Бергман посещал другие ламут­
ские юрты, он находил в них шаманские бубны. Но каж­
дый раз при его появлении хозяева спешили спрятать
бубен.
Путешественники прожили среди ламутов несколько
дней.
В отличие от своих соседей—коряков—ламуты жи­
вут не одним скотоводством, а занимаются еще и охо­

77

той, которая так же как и скотоводство доставляет
им средства к жизни.
Однажды Стен спросил у ламутов;
— Вы доите самок оленей?
Раздался дружный смех.
— Как ты мог подумать, что мы будем отнимать
молоко у телят,—ответил один из ламутов.
Ни ламуты ни коряки никогда не доят самок оленей,
как это делают лопари. Каждая ламутская юрта дер­
жит стадо в несколько сот голов, и ежегодно опи уби­
вают столько оленей, сколько дал им прирост, причем
стараются, чтобы их стадо не уменьшалось в размере.
Если недалеко живут богатые коряки, которые имеют
по несколько тысяч голов, ламуты предпочитают от­
правиться к ним и выпросить несколько штук оленей,
чем убивать своих.
Добрые коряки, не мало гордящиеся своим богат­
ством, идут и ловят столько оленей, сколько' хочется
иметь ламутам. Все это делается по-приятельски. Ну­
жно думать, что ламуты оказывают корякам за оленей
кое-какие услуги, но Бергману пи разу не пришлось
этого видеть.
После ламутских посещений коряки часто говорили
Стену:
— Да видишь ли, эти ламуты совершенно невозмож­
ный народ. Всю зиму они выпрашивают у нас оленей
и хоть бы одного взяли из своего стада. А почему?
Потому, что мы им даем все, что они просят. Не сле­
довало бы им давать ни одной штуки. Тогда бы они
занялись своим стадом и бросили бы искать соболя.
Но когда к корякам приезжает ламут, они пригла­
шают его к себе в юрту, поят чаем и угощают мясом.
И ламут уезжает от них с санями, нагруженными олень­
ими тушами.

78

А когда Стен спросил у ламутов, почему они так
делают, один из них ответил:
— У этих грязных коряков так много оленей, что
было бы глупо, если бы мы стали резать своих соб­
ственных.
: • ;

В течение зимы ламуты справляют много праздни­
ков. Особенно торжественно празднуется первая охо­
та на соболя, рождение телят в апреле и начало весны.
Наступление весны вызывает у всех радостное на­
строение, и на март приходится наибольшее число
праздников. Путешественники еще гостили у ламутов,
когда у них начались весенние праздники.
Однажды ламуты пригласили своих гостей на один
из таких праздников. Когда путешественники подъ­
ехали к юрте, ламуты из соседних юрт уже стояли
на площадке. Вскоре закололи оленя, его мясо разре­
зали на куски и положили вариться в большой мед­
ный котел. Хозяева и гости собрались в юрте.
Ели ламуты, так, что скоро от мяса ничего не оста­
лось. Сытые и довольные вышли из юрты. Теперь дол­
жны были начаться состязания в беге.
По старому обычаю гости должны были дать чтонибудь для призов. Один из гостей дал кирпичного
чаю, другой—сдобных лепешек, а Стен дал пачку та­
баку. Все призы подвязали к верхушке длинного ше­
ста. Пришедший первым получал один все призы.
В состязании участвовали семь саней. В каждые са­
ни запрягли по паре оленей. Сани для бегов были
особенные, очень легкие, их можно было поднять од­
ним пальцем. Олени должны были добежать до ме­
ста, которое находилось в четырех километрах, и вер­
нуться обратно.

79

Сани стали рядом, все у одной черты, от которой
начинался бег. Дали сигнал. Ламуты подняли кнуты,
олени рванулись с места и помчались галопом. Вскоре
они скрылись из глаз за холмистой, покрытой лесом
местностью.
Прошло около двадцати минут. Вдали показались
первые сани, сзади них близко другие. Вот-вот об­
гонят. Легкие сани летели точно по воздуху, а ламуты
с дикими криками хлестали оленей. От быстрого, на­
пряженного бега олени тяжело дышали.
Но вот одни сани на что-то наскочили и перевер­
нулись. А олени мчались вперед и волочили за собой
и сани и ламута. Одним прыжком ламут вскочил на
ноги, быстро поставил сани на полозья, сел и помчался
вперед. Он победил. Пришел первым и снял с шестов
призы.
После бега состоялась борьба. На площадку вышли
два молодых ламута. Сбросили с себя свои меха и
остались голыми по пояс. Было 20° мороза, но борцы
на это не обращали никакого внимания. Кругом кричала
толпа, и этот крик опьянял борцов. И тот и другой
были одинаково сильны. Долгое время нельзя было
угадать, кто победит. Наконец одному удалось бро­
сить своего противника на снег. Толпа разразилась кри­
ками одобрения, а победитель получил порядочную
порцию конфет.
Вечером все ламуты собрались в юрту, ели мясо,
пили чай с конфетами, пили водку, и все это под звуки
шаманского бубна, в который усердно бил один из ла­
мутов до самой полуночи. При свете костра танцовали
норгали—ламутский национальный танец.

80

ГЛАВА X

СРЕДИ КОРЯКОВ

На другой день после праздника в лагерь ламутов явил­
ся коряк. Он приехал на санях, запряженных собаками,
и, видимо, только для того, чтобы посидеть и поболтать.
Собаки яростным лаем известили об его приезде.
Стен вышел из юрты. Перед ним стоял коряк Акей,
который славился тем, что у него были огромные ста­
да оленей.
Акей был небольшого роста, суховат, кожа на его
лице была желтого цвета, а чертами лица он походил
на индейца. Его движения были медленны и угловаты.
Акей неспеша, немного переваливаясь из стороны
в сторону, подошел к юрте.
— Приятель, у тебя есть водка для меня?—спросил
он Стена после того, как они поздоровались.
Он принял Стена за торговца. Торговцы часто по­
сещали ламутов и, зная их страсть к водке и разным
дурманящим средствам, всегда возили с собой эти
припасы.
Хозяин-ламут подошел к Акею и стал объяснять ему,
кто его гости. Они говорили между собой на каком-то
смешанном коряцко-ламутском языке. Путешественники
не понимали ни одного слова. Вероятно, ламут расска­
зывал Акею много интересного, потому что Акей время
от времени издавал странные звериные звуки. Они оз­
начали: «Тьфу, пропасть!»
6

На Далекой Камчатке

81

Теперь путешественникам представился случай по­
бывать у коряков.
— Что ты скажешь, Акей, если мы поедем с тобой
в твою юрту и будем несколько дней твоими гостями?
Можешь ли ты дать мяса для наших собак?
Акей согласился, и путешественники отправились в
путь. Они ехали по холмистой местности, покрытой

Женщина-корячка со своим ребенком

лиственницей. Под вечер вдали показалась черная точ­
ка. Это была юрта коряков.
Сани подъехали к юрте. Навстречу высыпали муж­
чины.
Коряки удивительно грязны. В драных шкурах, с
обветренными лицами индейцев, они имели довольно
дикий вид. Вышли из юрты и женщины и куча ребя­
тишек. Ребята черные от грязи, женщины немного по­
чище. Их волосы были собраны в две косы, которые
спускались вниз.
82

коряки вежливо пригласили гостей в юрту согреться
чаем.
Прежде чем войти в юрту, Стен взглянул на стадо
оленей и остановился пораженный. По беглому под­
счету оно состояло из нескольких тысяч голов.
— Однако у тебя много оленей I—заметил Стен.
— Здесь только- половина, а другая находится в го­
рах,—ответил Акей • с гордостью.
Юрта была значительно больше, чем у ламутов. Пу­
тешественники пролезли через меховой занавес. В
юрте было темно. Свет проникал в нее только через
верхнее дымовое отверстие. Ослепленные солнцем и
снегом, путешественники некоторое время ничего не
видели.
Когда глаза немного привыкли, они заметили, что
все в юрте было значительно больше, чем у ламутов.
Во внутренней палатке можно было стоять во весь
рост, не ударяясь головой о крышу. Два больших мед­
ных котла, из которых вылезали огромные куски мяса,
висели на цепях над огнем.
У огня сидели старые женщины. Они соскребали со
шкур остатки мяса и запихивали их в рот. Старухи
были очень грязны. Лохматые щенята и маленькие полунагие ребятишки играли на полу. Ребята катали два
куска мяса, а за ними бегали щенята. Это мясо, кото­
рое катали ребята, могло быть потом поджарено и
подано гостям.
Гостей пригласили сесть на пол на разостланные
оленьи шкуры и предложили неизменный чай.
— Хорощо, что коряки не едят за чаем хлеба. Ка­
кой вид имел бы этот хлеб,—сказала Даніи Бергман.
Ей хотелось достать свою посуду, но хозяева были
так гостеприимны, что она побоялась их обидеть этим.
Русские, камчадалы и ламуты—все уверяли Стена,
б*

83

что коряки не моются от рождения до самой могилы.
Стен сомневался в том, что это правда, но когда он
прожил с коряками некоторое время, его сомнения ис­
чезли.
— Скажи, Акей,—сказал однажды Стен,—правда ли,
что коряки никогда не моются?
— Видишь ли,—ответил Акей,—летом, когда солнце
греет, мы потеем, и тогда мы освежаем лицо в реке.

Семья коряка. Юрта освещается фитилем, опущенным в медвежий жир.

Вот ты удивляешься, что коряки никогда не моются.
А ты посмотрел бы на камчадалов, что живут на за­
падном берегу. Ты знаешь, что такое «кислая?» Кам­
чадалы кормят ею своих собак. Они «кислую» достают
руками. Вот этого уж коряк никогда не делает!
Все обитатели юрты с детьми и собаками собрались
в палатке Акея. Здесь же расположились и путешест­
венники. Каждая хозяйка принесла с собой деревянный
ящичек, из которого стала медленно вынимать чайные
84

чашки, завернутые в тряпки. Чашки были расставлены
на столе, и одна из женщин принялась разливать чай.
Прежде чем налить чай в чашки, предназначенные для
гостей, хозяйка взяла из угла пучок травы и вытерла
им внутри чашек. От этого они стали еще грязнее.
Дагни вынула из мешочка несколько конфет и кекс
и положила их на поднос. В несколько секунд под­
нос опустел. Коряки набили полон рот конфетами и
кексом. Они прятали, сколько можно, в карманы. Не­
сколько ребят сцепились в драке и в конце концов
подняли громкий плач. Стен заметил, что после пер­
вых чашек чай стал значительно чище.
В то время как путешественники пили чай и разго­
варивали, мимо уха Хедстрема пролетел плевок и по­
пал в огонь. Через несколько минут мимо чашки Дагни
Бергман опять пролетел плевок. Путешественники с
недоумением взглянули на коряков. Те сидели непод­
вижно, и даже губы их не обнаруживали никакого дви­
жения. Они плевали так метко, что их слюна летела,
будто пуля из ружья. И каждый раз, как летел плевок,
путешественники вздрагивали и сторонились, но потом
они убедились, что коряки большие мастера в этом
деле, и им нечего бояться, что плевок попадет в когонибудь из них.
Разговаривать с коряками было трудно. Только не­
которые из них знали русский язык. Подобно ламу­
там, коряки осыпали своих гостей вопросами:
— Живы ли твои родители? Есть ли у тебя братья
и сестры? Как их зовут? Есть ли у них олени? А они
охотятся на соболя?
Затем они спрашивали, есть ли коряки в Швеции и
сколько можно получить водки за соболя.
Все коряки, как мужчины, так и женщины, имели
при себе табакерки, из которых то и дело вынимали

85

по щепотке табаку и совали в рот. Лабак считается
цепным товаром и его зря не выплевывают изо рта.
Пососав табак некоторое время, его вынимают изо рта
и засовывают за ухо, как это делается в наших странах
с карандашами. Спустя некоторое время табак из-за
уха вынимают и снова отправляют в рот. Стен часто

Коряки надевают мех на голое тело

видел, как матери совали в рот своим малолетним до­
черям щепотки табаку.
Мальчики очень рано начинают жевать табак. Среди
мужчин Стен не встретил ни одного, который бы не
имел табака. Табак приготовляется из манджурского
листового табака, к которому подмешивается зола.
Коряки пригласили своих гостей к обеду. Пища их со­
стояла из оленьего мяса. Мясо варилось очень недолго.
Большие куски, от которых шел пар, переложили в де­

86

ревянную миску. Коряки ножами отрезали себе куски.
Мясо было еще совершенно) сырое, красное внутри. Ко­
ряки рвали зубами куски, и из углов их рта стекала
кровь. В первый раз путешественники не могли прикос­
нуться к еде. Но па другой день голод заставил их при­
няться за полусырое мясо.

★

Основное занятие коряков—оленеводство. Каждая
юрта обладает огромным стадом. Щедрой рукой ко­
ряки раздают излишки мяса всем, кто' приезжает к
ним зимой. Из щедрости коряков китайцы сделали себе
промысел. Они выменивают у коряков мясо и достав­
ляют его в большие поселки тем людям, которые не
решаются на далекое и опасное путешествие в горы.
В обмен за мясо китайцы привозят корякам плиточ­
ный чай и водку. За водку у коряков всегда можно
выменять оленей.
Как-то раз один коряк обратился к Стену и сказал:
— Ты еще молод, но должен знать, что мне, старику,
нужно. Без водки я не могу жить.
Со своими стадами коряки кочуют. Около каждой
юрты всегда стоит несколько саней, нагруженных до­
машним скарбом. В юрту берут только самые необхо­
димые вещи. Зимой юрту ставят где-нибудь в долине
или в тундре в защищенном от ветра месте, потому
что на горах зимой слишком холодно и дуют резкие
ветры. Олени питаются мохом, который добывают изпод снега. Летом в долинах и в тундре появляются
бесчисленные комары. Они не дают оленям покоя, и
поэтому коряки уходят со своими стадами в горы.
Простившись с Акеем, путешественники посетили
еще несколько юрт и затем отправились в Козыревск.

87

ГЛАВА XI

ВДОЛЬ ЗАПАДНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ

В.Козыревске экспедиция начала готовиться к труд­
ному и опасному путешествию через горный массив,
который проходил через внутреннюю часть полуостро­
ва. Экспедиции предстояло переехать с его восточно­
го склона на западный.
Единственный перевал через массив, по которому мо­
жно было выйти на западное побережье, был Еловка.
Вместе с путешественниками ехали камчадалы. Они хо­
рошо знали дорогу. Двое суток путешественники под­
нимались непрерывно в горы и двое суток скатывались
по наклону с невероятной быстротой.
Первый поселок, которого они достигли на запад­
ном берегу полуострова, был Седанка. Здесь жили кам­
чадалы. Камчадалы получали мясо оленей и даже
шкуры от коряков. В последнее лето камчадалы не нало­
вили рыбы. Они поставили запор, но река снесла его.
Вся деревня была залита водой, и сообщение возмож­
но было только на лодках.
Из Седанки путешественники проехали в большую
деревню Тигиль и отсюда направились к югу вдоль
побережья на Петропавловск. Им предстояло проехать
около тысячи километров. Большую часть этого пути
они ехали по тундре. Тундра была совершенно ровная
и казалась безграничной. Лишь временами она преры­
валась березовым лесом, который зимой так нужен пу88

тешественникам. 1 Іо дороге они встретили восемна­
дцать камчадальских деревень.
Все камчадалы, живущие по западному побережью
Камчатки, мужчины, женщины и дети, были больны
тяжелой наследственной болезнью. Зараза в этой пу­
стынной области, где не было никакой врачебной по­
мощи, свирепствовала ужасно.

Камчадальский дом на западном берегу Камчатки

После Тигиля путешественники заехали в деревню
Напана. Когда они открыли дверь одной полуразва­
лившейся хижины, ужасное зловонье обдало их. Из­
бушка была в одну комнату. Вся мебель состояла из
стола и двух ящиков вместо стульев. В одном углу
лежало несколько драных одежд, оленьи шкуры и сло­
манный грамофон. В другом углу, накрывшись шку­
рами, лежали больные камчадалы. Они не в состоянии
89

были даже приподняться. Полунагие ребята играли на
полу куском мяса. Около огня лежал кусок мороже­
ного оленьего мяса для оттаивания. Хозяйка дома, кам­
чадалка с черными волосами, робко- подошла к путе­
шественникам, поздоровалась и тотчас принялась ста­
вить самовар, который имеется в каждом камчадальском
доме.
Женщина предложила чай из своей грязной посуды.
Но на этот раз путешественники предпочли достать свою
посуду.
Стен пошел побродить по деревне, чтобы купить
корма для собак. Вся деревня пахла' гнилой рыбой,
все избы были похожи одна на другую, в каждой стоя­
ла та же отвратительная вонь, была та же грязь.
В первый раз путешествие по Камчатке сделалось
тяжелым и неприятным. Шведы предпочли ночевать не
в избах, а на открытом месте. За продовольствием
ходили в горы к ламутам и корякам.
Да самого Петропавловска ехали без остановок. Де­
лали по пятидесяти километров в день, проезжая одну
деревню за другой. 7 апреля въехали в Петропав­
ловск. Собаки, пробежав 2 700 километров, получили
заслуженный отдых.

90

ГЛАВА XII

ИЗГНАНИЕ БЕЛЫХ ИЗ ПЕТРОПАВЛОВСКА

— Я предлагаю следующее,—сказал Стен собравшим­
ся участникам экспедиции.—Мы проведем в Петропав­
ловске несколько дней, хорошенько отдохнем, а потом
совершим еще одну поездку. Это будет наше послед­
нее путешествие по Камчатке.
— Куда же мы направимся?—спросил Малайзе.
— Дело в том,—ответил Стен,—что наше последнее
летнее путешествие убедило меня, что- до больших
вулканов, которые протянулись вдоль восточного бере­
га южной Камчатки, можно доехать с моря, если дви­
гаться вдоль берега. Я хотел бы исследовать жизнь
животных в этой местности. Мы начнем с потухшего
вулкана Велючинская сопка, а затем отправимся к дей­
ствующему вулкану—Мутновская сопка. Если позволит
время, перенесем лагерь к вулкану Шадутка.
— Я одобряю этот план,—сказал Хедстрем.—И вот
почему. По западному берегу тянется па большое рас­
стояние тундра. Птицы, населяющие тундру, дадут нам
богатый материал для наблюдений, а мыс Лопатка, со­
ставляющий южную оконечность полуострова, пред­
ставляет превосходное место для изучения перелетных
птиц.
План был принят. На следующий день Бергман от­
правился к пристани, чтобы нанять моторный бот.
: — Мне нужен бот до конца лета,—сказал ой одному

91

из владельцев бага.—Вы повезете нас вдоль восточного
берега до мыса Лопатки. Потом, обогнув мыс, вы по­
едете по западному берегу.
— Я еще не сошел с ума,—ответил владелец бо­
та.—Отправиться в Охотское море, это наверняка ос­
таться в нем навсегда.
Стен Бергман ничего не ответил и отправился для
переговоров к другому владельцу бота. В конце кон­
цов двое согласились ехать, но запросили со Стена су­
масшедшую цену.
— Я берусь довезти вас до мыса Лопатки, а даль­
ше ни шагу,—решительно заявил один из них.
Вернувшись домой, Бергман рассказал участникам
экспедиции о своих переговорах с владельцами ботов.
Собралось новое совещание.
— Я не хочу отступить от своего плана, несмотря
ни на какие обстоятельства,—заявил Бергман,—И хочу
пересечь тундру западного берега.
— Я предлагаю доехать на боте до мыса Лопатки,
а затем итти пешком сначала вдоль западного берега,
а потом поперек полуострова на Петропавловск,—ска­
зал Хедстрем.—Нам придется пройти пешком около пя­
тисот километров.
Все невольно оглянулись на женщин. После напря­
женной летней работы, могли ли женщины предпринять
новое пешеходное путешествие? Не будет ли это сверх
их сил?
Но женщины решительно заявили, что они охотно
примыкают к путешествию.
Решено было остаться в Петропавловске еще десять
дней, так как все время стояла бурная дождливая по­
года.
Эти десять дней не были отдыхом для путешественни­
ков. В Петропавловске наступила полная анархия. Не­

92

льзя было выходить на улицы. Банды белых солдат с
длинными ножами врывались через окна и двери в
дома и тащили все, что попадалось под руку. Одна из
улиц была совершенно разграблена, и население ее раз­
бежалось. Никто не решался спать у себя дома. Так
как путешественники были иностранцы, то их дом счи­
тался более безопасным. Бледные от страха соседи не
раз приходили к шведам и просили пустить их пере­
ночевать.
Квартира почти всегда была переполнена народом,
но ночью часто стучали в дверь. Бергман поднимал ре­
вольвер и спрашивал:
— Кто там?
Обычно отвечал дрожащий голос снаружи:
— Пустите переночевать. Страшно оставаться дома.
Один раз Стен увидел из окна, как два патруля япон­
ских солдат с пулеметами высаживались в гавани и
затем спешно направились в город. До сих пор без
нужды японцы не вмешивались в русские дела, и если
теперь прибыли японские солдаты, то, очевидно, на­
ступало что-то серьезное.
Несколько шведов направились через город к при­
стани и встретили там командира японского военного
судна и офицеров.
Японцы сообщили им последние новости:
— На краю города идет бой между красными и бе­
лыми. Красные, вероятно, займут город.
Мимо путешественников прошли отступающие отряды
белых солдат.

93

ГЛАВА ХШ

МЕДВЕДИ И МОРСКИЕ ЛЬВЫ

Было 15 июня. В Петропавловске стоял теплый сол­
нечный день. Горы были еще покрыты снегом, но на
южных склонах уже зеленела трава1.
В этот день Стен Бергман, его жена, Хедстрем, три
камчадала и один русский, которого звали Подпругип
и который считался лучшим охотником в городе, выеха­
ли из Петропавловска на моторном боте. Они направи­
лись к юго-восточному берегу Камчатки, чтобы по­
охотиться на медведей и морских львов. Бухта Авача
была совершенно спокойна; ее зеркальная поверхность
радовала глаз. Через полтора часа путешественники
были в открытом море, а через шесть часов вошли в
небольшую тихую бухту Ахомтен.
Причалили и начали взбираться по склону горы.
Снег таял, местами он был еще тверд, как лед. Через
час достигли небольшой вершины. Здесь в стороне сло­
жили ружья и стали смотреть в бинокли. Кругом были
обрывистые склоны гор.
— Медведи! По горе идут медведи!—воскликнул
Подпругин,—становитесь скорее по своим местам и
ждите, пока медведи подойдут ближе.
Стен увидел, как шесть огромных медведей со всех
ног бросились к Подпругину. Раздался один выстрел за
другим. Три медведя упали. Остальные остановились,
как бы раздумывая, не повернуть ли им обратно. Но
94

Bo v они ринулись прямо на Подпругина. I Іодпругин
во-время успел выстрелить. Тот медведь, что бежал
впереди, заревел и свалился на землю. Подпругин сно­
ва спустил курок. Его меткие пули уложили всех мед­
ведей.
У медведей острое чутье, но видят они плохо. Зверь
чует человека за несколько километров и старается от
него уйти. Охотник подходит к медведю так, чтобы ве-

Камчатский медведь

тер дул от медведя, иначе, если ветер дует со стороны
охотника, зверь учует его приближение и уйдет.
Охота в окрестностях бухты Ахомтен дала охотни­
кам восемнадцать великолепных медвежьих шкур.
Из бухты Ахомтен охотники направились в Гаврюш­
кину бухту.
Теперь они -ехали вдоль морского берега, усеянного
подводными и надводными скалами. Дул ветер, и всех
начало обдавать соленой морской водой. Темнело. Все
напряженно смотрели вперед, стараясь разглядеть белую
полосу, которая то исчезала вдали, то снова появлялась.

95

— Это риф,—сказал Подпругин.
Бот то и дело сворачивал в сторону, обходя скалы.
Глаза болели от напряжения. Охотники плыли в темно­
те. Наконец они пристали к берегу небольшой Гаврюшкинской бухты. Перед бухтой лежал известный
«Гаврюшкин камень», где жили морские котики и куда
любили наведываться японцы.
Приятно было чувствовать под ногами почву, прият-

Вход в медвежью берлогу.

но согреться у огня горячим чаем. А еіце приятнее
забраться в спальный мешок.
Когда на следующее утро охотники проснулись и вы­
шли из палатки, они увидели, как недалеко от их ла­
геря прогуливался большой желто-бурый медведь.
Завидев людей, он сел на задние лапы и начал их рас­
сматривать. Потом повернулся, побежал рысью и скрыл­
ся в высокой траве. Кругом на' земле виднелись
медвежьи следы. А вдоль реки по берегу медведи про­
топтали даже дорожку.
Каждое утро охотники видели около палатки свежие
следы. По ночам они часто слышали, как совсем не­
96

далеко от лагеря кто-то грузно и тяжело шагал. Однако
слишком близко к людям медведи никогда не подхо­
дили. За все лето только раз медведица бросилась на
камчадала, но ее во-время убили.
Охота на медведей дала путешественникам к концу
лета более девяноста шкур.
Однажды охотники отправились на боте мимо острова,
который лежал недалеко от Гаврюшкиной бухты. На
этом острове жили морские котики. Эти теперь редкие
животные давали самый дорогой мех. Их шкуры цени­
лись от четырех до пяти тысяч рублей. Охота на них
в настоящее время запрещена, и остров находится под
охраной.
Вот вдали показались могучие очертания скал. Вол­
нение на море было настолько сильно, что бот не мог
близко подойти к скалам.
— На этих скалах живут морские львы,—сказал
один камчадал.—Они занимают сплошь весь остров.
Стен Бергман начал смотреть в бинокль.
—- Ты преувеличиваешь,—сказал Стен.—Я вижу в
бинокль только несколько черных пятен.
— Не веришь?—спросил камчадал.—А ты смотри
лучше.
Когда бот подплыл ближе, Стен увидел в бинокль,
что черные пятна были незанятыми местами, а все скалы
сплошь были покрыты краснобурыми спинами. Мор­
ские львы лежали и спали.
Охотники подъехали почти на один километр к ост­
рову. Теперь они увидели, как некоторые из животных
проснулись и беспокойно задвигались по острову.
Это были сторожа всего огромного стада. Они заме­
тили приближение бота и грозно зарычали, давая этим
знать о надвигающейся опасности.
И разом пробудилась вся скала. Огромные животные,
7

На далекой Камчатке

9/

едва уступающие по величине моржам, издали грозный
рев, который заглушил шум прибоя. Толкая друг дру­
га, громадные животные скатывались по наклону ска­
лы и бросались в море. Теперь они плавали около скалы
и около бота, то показываясь над водой, то скрываясь
под волнами. Стен пытался сделать с них фотографи-

Исполинский морской лев

ческий снимок, по бурное море бросало бот из сто­
роны в сторону.
Эта поездка на остров морских львов особенно за­
печатлелась в памяти путешественников.
Морские львы у берегов Камчатки живут во многих
местах, но эти места слишком удалены, малодоступны
и редко посещаются людьми. Поэтому охота на морских
львов бывает редко. Если иногда охотник и подстрелит
98

животное, то он вырезает кусок кожи себе на подошву,
а все остальное бросает в море.
Путешествие по Камчатке, продолжавшееся две зимы
и три лета, окончилось. Шведы собрали большую кол­
лекцию животных и растений и близко познакомились
с малоизвестными племенами. Много предметов из до­
машнего быта обитателей Камчатки они отправили в
государственный музей Швеции.
За время их пребывания Камчатка, несмотря на свои
покрйтые непроходимыми зарослями горы, сырые тунд­
ры, снежные бури и холода, завоевала их сердца. Все
лишения и трудности были забыты, и остались только
живые воспоминания о прекрасных вечерах в лагере
около костров, в соседстве с медведями, о звездных
ночах среди белых пустынь и вулканов и о вечерах
в полутемной юрте гостеприимных номадов К
Малайзе так привязался к Камчатке, что решил на
долгие годы остаться в ней.
«Трудно добраться до Камчатки, но еще труднее по­
кинуть ее»,—написал Стен в своем дневнике.

1 Номадами называются скотоводческие племена, добывающие
корм для скота, перекочевывая с одного места на другое.

7*

99

ОБЩИЙ ОБЗОР КАМЧАТСКОГО ОКРУГА

Климат Камчатки. Возможно ли земледелие? Сове­
тизация Камчатки. Анадыро-чукотский край и Ко­
мандорские острова.

Стен Бергман, путешествуя по Камчатке, собирал све­
дения, которые имели чисто научный интерес для него
и Швеции.
Для нас, граждан Советского союза, знать природ­
ные условия Камчатки интересно еще и потому, что
на Камчатку направляются переселенцы.
Встает вопрос—чем можно заниматься на Камчатке?.
Стен Бергман не имел задачей решать для нас этот
вопрос. Он описал то, что видел. Он видел, что природа
дарит населению огромное количествоі рыбы, которой
в течение целого года кормятся семьи и собаки. Около
селений, встречающихся довольно редко, обширные
пространства, покрытые лесом. Здесь много ценных
пушных зверей, и охота на них доставляет немалый
доход. Кочевому населению можно жить безбедно со
своими стадами оленей.
А земледелие? Занимается ли население Камчатки зем­
леделием?
і
Стен Бергман провел на Камчатке три лета и дал под­
робное описание полуострова, но в своем большом тру­
де он только в двух строках говорит о земледелии.
Пройдя на лыжах восемьсот километров и приближаясь
к Петропавловску, Бергман встретил одного туземца,
100

который вез мешок картофеля. Мешок был сшит из
оленьей шкуры, и картофель, несмотря на сильный мо­
роз, в нем не промерзал.
Очевидно, земледелие не играет никакой роли в хо­
зяйстве страны, иначе такой точный и внимательный на­
блюдатель, как Бергман, не обошел бы этого вопроса
молчанием.
Но если население не занимается земледелием, поль­
зуясь обильными дарами природы, то, быть может,
оно могло бы заниматься им?
Двадцать лет назад Камчатку посетила русская экс­
педиция, которую интересовал вопрос—возможно ли на
Камчатке земледелие.
Еще раньше в этой стране производились опыты с
посевом зерновых растений. Какой же ответ дают нам
на поставленный выше вопрос произведенные до сих
пор опыты и наблюдения?
При разведении растений—решающее значение имеет
климат.
Вот что пишет о климате Камчатки В. Л. Комаров,
участник экспедиции Русского географического об-ва,
проведший па Камчатке два года (1908—1909):
«Климат Камчатки довольно мягкий, но с очень позд­
ней весной и коротким летом. Впрочем, здесь надо
сразу выделить центральный район, то есть долину реки
Камчатки и долину реки Еловки, где климат много кон­
тинентальнее.
В первый год нашего пребывания на Камчатке зима
была многоснежная. Снег стйял в местах, находящихся
на уровне моря, к 28 июня. Тогда же распустилась бе­
реза и пошли в рост травы по низменным лугам и в
болотах. Растительность по склонам распустилась рань­
ше. Было это в окрестностях Петропавловска, то есть
на широте Самары и Орла.
101

Последний весенний заморозок был 23 июня, а 12 ав­
густа был уже новый сильный заморозок, от которого
местами пострадали даже дикие травы, а во многих
селениях померзли овощи на огородах.
Следующий заморозок был 3 сентября, и картофель
померз уже везде.
Повыше в горах березовый лес был еще в снегу и
13 июня. Многие березовые рощи близ моря распусти­
лись лишь около 28 июля, тогда как внутри страны,
например, около Милькова, на той же высоте береза
распускается в середине или в крайнем случае в конце
мая.
Осень в 1908 году наступила с 14 сентября, когда
внизу повяли травы, охваченные морозом, а вверху,
в горах, выпал снег. Листопад в приморской полосе
наступил, впрочем, позднее, около 3 октября.
В 1909 году после малоснежной зимы снег стаял
ранее и растительность развилась быстрее. Так береза
близ Петропавловска распустилась около, 14 июня, и
заморозки были уже ничтожные и только до 16 июня.
Среди лета на нашем пути их вовсе не было. Первые
осенние заморозки наблюдались лишь с 14 сентября.
Листопад березы близ моря прошел между 1 и 8 ок­
тября очень дружно.
Оба года в июне солнце работало усердно, и облака
мало мешали этому, так как сплошь облачных дней
было не более трех за месяц.
Короткость лета на Камчатке не была бы врагом куль­
турной растительности, если бы к ней не присоединя­
лось недостаточное прогревание воздуха даже и в эти
месяцы. Хлеба обычно идут здесь очень сильно в рост,
колосятся очень поздно и или замерзают па корню в
стадии молочной зрелости или доспевают в сентябре,
но с плохим урожаем.
;

102

В распределении осадков замечается такая правиль­
ность. Снега выпадают преимущественно в январе и
феврале; в приморском районе они чрезвычайно обиль­
ны, отчего сильно страдают деревья. В центральном
районе, наоборот, зимы малоснежны, и, например, в
Толбачике лошади всю зиму проводят на подножном
корму, и осенью охотники почти до января пользуют­
ся их услугами, хотя кроме того же подножного корма
лошади ничего не получают.
Весной и летом осадков выпадает мало. С половины
апреля и до середины июня преобладает ясная пого­
да; воздух, бедный в это время водяными парами, очень
прозрачен. Летом сильно дождливых дней не более
трех; с 23 июля и по 3 августа осадков выпадает также
мало. Затем наступает период, когда ливни следуют
один за другим, и нередко* по целым дням из палатки
нельзя выглянуть. Реки в это время сильно вздуваются.
Этот период может захватить и часть августа, после
чего опять наступает время с устойчивой ясной пого­
дой, вплоть до середины октября.
Это относится более всего к центру страны и вообще
к местам, не прилегающим непосредственно’ к морю.
Склоны гор, обращенные к морю, получают много дож­
дя и туманов. Долина Камчатки, защищенная с обеих
сторон хребтами, отличается сухим климатом, смягчае­
мым обилием речек и протоков.
Сильные ветры бывают зимой, преимущественно в
феврале. Летом они редки, и ветреішые дни насчиты­
ваются единицами.
В первую половину лета (23/ѴІ—3/ѴІІІ) раститель­
ность, получающая достаточно влаги, благодаря обилию
почвенных вод, поражает своим свежим и пышным ви­
дом. Особенно гигантским ростом отличаются травяни­
стые растения. В это время невольно забываешь, как
103

коротко камчатское лето, и кажется, что живешь в
благословенном краю, где нет морозов и не хватает
только инициативы и средств, чтобы одеть Камчатку
полями и садами. В начале августа этого уже не чув­
ствуешь, так как первое дыхание осени быстро меняет
картину.
Луга Камчатки дают прекрасный подножный корм
на лето. Коровы и лошади после зимних лишений быстро
отъедаются весной.
Огороды заведены во многих селениях. Разводимый
в них картофель дает удовлетворительный урожай и
очень ценится в хозяйстве. Население охотно сажает
и другие овощи, но обычно негде достать семян—свои
за короткое лето не вызревают. То, что население не
поливает посадки в начале лета, мешает правильному
огородничеству, так как бывает, что дождя нет по не­
делям. Правда, в это время огороды только что заса­
жены, но отсутствие поливки сильно сокращает и без
того короткий период развития овощей.
Рогатый скот привезен па Камчатку из Якутской об­
ласти и представляет собой достаточно рослую и до­
статочно молочную породу. Молоко стало обычной пи­
щей населения. Но обычно скот не имеет хлевов, не
получает достаточного ухода, при болезнях и рождении
телят им не оказывается помощи, нередко дается сено
плохого качества и нападают медведи. Все это небла­
гоприятно отражается на увеличении стад рогатого
скота.
Лошади на Камчатке якутской породы, невысоки, но
замечательно выносливы и крепки.
Домашней птицы и мелких домашних животных—овец
и свиней—совершенно нет на Камчатке, отчасти потому,
что их трудно прокормить, отчасти потому, что не де­
лалось серьезных попыток завести их. Сами жители счи­
104

тают введение хотя бы домашней птицы невозможным,
полагая, что ее передушат собаки» х.
Несмотря на неблагоприятные условия, огородниче­
ство и скотоводство значительно увеличились в послед­
ние годы. По данным переписей, валовой сбор про­
дуктов огородничества по одному бывшему Петропав­
ловскому уезду составлял:
в 1923 г.............................................. 380 тонн
» 1927 г............................................. 750 тонн

Картофель давал в среднем с гектара от 10 до
13 тонн.
Хорошо родятся репа, брюква, морковь.
Количество скота было:
Лошадей...................................................
Крупного рогатого скота....................
Собак..........................................................

в 1923 г.
1 500 голов
1500 »
27340

в 1927 г.
1 991 голов
4 334 »
44555

Климатические условия для разведения зерновых рас­
тений на Камчатке не благоприятны. Однако по долине
реки Камчатки производились посевы, главным образом
ячменя. От земледелия население Камчатки было от­
влечено рыбными и пушными промыслами, когда уве­
личился спрос на рыбу и пушнину. Эти промыслы были
более доходными,. и Камчатка стала снабжаться при­
возными зерновыми продуктами. Такое положение оста­
ется до настоящего времени. Но по мере уменьшения
пушных зверей и возможного истощения рыбных бо­
гатств, а также при значительном переселении на Кам­
чатку, населению придется обратиться к сельскому хо­
зяйству. Огородничество и скотоводство уже завоевали
1 Труды Камчатской экспедиции Русского географического обще­
ства, т. II.

105

себе права гражданства на Камчатке. На очереди куль­
тура злаков. Здесь приходится сказать, что вопрос о
возможности разведения злаков в более подходящих
для этого районах Камчатки и о выгодности этого про­
мысла остается открытым.
Опыты разведения культурных злаков производились
на Камчатке сто лед назад и окончились неудачей. Со­
временная сельскохозяйственная наука и техника.ушли
слишком далеко от того, что было в прошлом столетии.
И возможно, что ученые агрономы смогут подобрать
такие сорта злаков для Камчатки, которые нуждаются
в небольшом времени для созревания и наиболее при­
способлены к климату Камчатки.

Стен Бергман был на Камчатке в 1920—1922 годах и
описывает ее, какою она была в переходное время.
С установлением на Камчатке советской власти по­
луостров советизирован. Прежде всего власть царских
приставов в русских и камчадальских селениях пере­
шла к сельсоветам. У кочевых народов старшины ро­
дов уступили свою власть туземным советам. На Кам­
чатке уже три раза прошли выборы в советы, в которых
приняли участие женщины. Японское засилье в рыбном
деле на Камчатском полуострове еще крепко держится.
Однако за последние годы удалось в Усть-Камчатске
построить советский рыбоконсервный завод. Этот завод
является самым крупным из всех заводов на Камчатке.
Он оборудован по последнему слову техники. В 1927
году завод приготовил 86000 ящиков различных кон­
сервов (в каждом ящике 48 банок). Продукция оцени­
вается в 2 миллиона рублей. Общая добыча лососевых
на полуострове достигла 23 миллионов штук весом в
15000 тонн.

106

Скупщик, разъезжавший по деревням и кочевьям, вы­
менивавший на спирт дорогие меха, исчез. В настоящее
время для скупки пушнины открыты 26 факторий Гос­
торга, для него же ведут заготовку 12 кооперативов и
4 сельсовета. Таким образом, туземец может сдать свою
добычу в 42 пунктах, разбросанных по всем районам,
и получить там нужные ему товары. Пушнины в год
собирается на 1 250—1 350 тысяч рублей. Для сохране­
ния соболя установлен запрет убоя и запуск х. Далее
организуется питомник чернобурых лисиц, самых ред­
ких и дорогих в крае. Подобный питомник есть на
Командорских островах и на Шантарских (западное по­
бережье Камчатки). Объявлен лов лисиц для питомника.
В Петропавловске организована школа с общежитием
для детей туземцев из глухих далеких мест Камчат­
ского края. Осенью 1927 года несколько, десятков юно­
шей—камчадалов, коряков, чукчей и алеутов—отправ­
лено на рабфаки Владивостока, Хабаровска и Ленин­
града. В бухте Корфа и заливе Лаврентия намечена
постройка двух культурных баз с факториями, больни­
цами, школами и ветеринарными пунктами.
Все эти мероприятия должны связать малые север­
ные народности, отставшие в своем развитии на не­
сколько столетий, с Великой страной Советов.
По-последнему районированию Камчатский полуостров
входит в состав Камчатского округа, к которому при­
числены Анадырь, Чукотка и Командорские острова.
Анадырь и Чукотка заняты тундрой и имеют около
12 тысяч населения, состоящего из чукчей, эскимосов,
ламутов, юкагиров и других. В Анадыре главные про­
мыслы—оленеводство, охота на пушных зверей и ры1 Отводятся места, где запрещена охота на соболя и где он мо­
жет свободно размножаться.

107

боловство, на Чукотке—морские зверобойные промыслы,
охота на пушных зверей и оленеводство.
В Аидырско-чукотском крае есть золото. Для ис­
следования месторождений золота в край в 1927 году
прибыла экспедиция. В ожидании парохода, доставив­
шего экспедицию в составе 5 человек, два туземных
студента занялись по реке Анадырю рыбной ловлей и
за три дня поймали 5 тысяч штук кеты. Возможно,
что край богат золотом, но рыбой он, несомненно, богат.
Кочующие со своими оленями туземцы имеют около
380 тысяч голов оленей. Периодически олеин страдают
от разных болезней, и нередко стада уменьшаются на­
половину.
На границе Берингова моря и Великого океана, в
380 километрах от Петропавловска, расположена груп­
па Командорских островов. Они окружены многими
мелкими камнями и скалами.
Командорские острова населены алеутами, потомками
поселенных здесь в 1826 году семей. В настоящее вре­
мя алеутов живет на островах всего 339 человек. Кроме
алеутов на островах есть европейцы—представители
Госторга. Алеуты вымирают, отчасти потому, что, от­
резанные от общения с другими народами, они заклю­
чают браки между родственниками, отчасти от алко­
голизма и тяжелых заразных болезней.
На Командорских островах богатый животный мир.
Там водятся голубые песцы, морские котики, сивучи,
нерпы, арра, топорки и др. А в море недалеко от
берегов много трески. В ста километрах от островов
находится китоловная банка, где летом происходят бои
китов. Острова славились своими котиковыми промы­
слами, первыми в мире.
Когда пришла на Командорские острова советская
власть, ей досталось незавидное наследство—воспомина108

ние о промыслах, недавно богатейших, да несколько
сот алеутов, голодных и обнищалых.
Советское промысловое хозяйство пришлось начать
заново'. Сообщение с Командорскими островами—один
пароход в год, при удаче—два. Если пропущено ко­
роткое благоприятное время, пускать пароход на Ко­
мандорские острова опасно.

Морской котик

С переходом островов под власть советов прежде
всего были отбиты иностранные хищники. В первые
же дни поймали японскую шхуну: на борту были све­
жие шкуры котика и живые песцы. Появились у остро­
вов советские охранные катера. Стало легче. Покажется
неизвестный иностранный пароход, а катер уже бежит
вдоль берегов. Были усилены сторожевые посты. Походит-походит около островов иностранное судно, да
опять в море, в туман... Прошло золотое времячко!
Когда поставили радио на островах, окрепла связь с
материком, с постами, с катерами.

109

Исчезли хищники, появился зверь. Ожили котиковые
лежбища. В первый год управления островами совет­
ской властью котиков насчитывалось 7—8 тысяч, в
1926 году их уже было< более 20 тысяч. Так постепенно
налаживается хозяйство островов.

Из всего написанного о Камчатском округе сделаем
заключение:
Камчатский округ—слабо исследованная страна. Ее
население состоит из 12 тысяч человек оседлых и око­
ло 22 тысяч кочующих туземцев. Малокультурное и по­
лудикое население ведет хозяйство, собирая те дары
природы, которые находятся в изобилии кругом, и не­
редко хищнически истребляя их. Для получения по­
лезных продуктов мало прилагается труда человека и
совсем не употребляется машина. После советизации
страны приступлено к научному изучению ее богатств
и природных условий. Одновременно сделаны первые
шаги к борьбе с хищничеством и к установке хозяй­
ства на новые культурные основания.

ПО

ОГЛАВЛЕНИЕ
Стр.
I. Судьба «Командора Беринга» и первые приключения
Стена Бергмана...................................................................
8
Глава
II. Петропавловск и его окрестности.............................
12
Глава
III. На птичьих островах..................................................... 18
Глава
IV. Устье реки Камчатки..................................................... 23
Глава
V. Восемьсот километров на лыжах.................................
35
Глава
VI. В сердце полуострова.....................................................
54
Глава VII. Нападение на Петропавловск белых.......................... 61
Глава VIII. Горячие ключи................................................................. 66
Глава
IX. В лагере ламутов............................................................. 70
Глава
X. Среди коряков................................................................
81
Глава
XI. Вдоль западного побережья.........................................
88
Глава
XII. Изгнание белых из Петропавловска.......................... 91
Глава XIII. Медведи и морские львы.............................................. . 94
Общий обзор Камчатского округа.......................................................100
Глава

111

70

ноп.

Söüö